Язева Марианна Арктуровна: другие произведения.

Около свинга

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:

  
   Время тянулось медленно.
   Это просто невероятно, до чего же невыносимо неспешным бывает движение стрелок на часах, - словно что-то мешает вращаться с обычной, положенной им по штату скоростью.
   И Ириша вполне могла представить, что именно так тормозит их ход. Ожидание. Томительное, нетерпеливое, волнующее... все существующие на белом свете виды ее, Иришиного, ожидания, скопившиеся, сгустившиеся, сконцентрировавшиеся в этом самом крохотном пространстве, - между плоским кружочком циферблата и выпуклой прозрачностью стеклышка. Вот в этом вязком концентрате и приходится ползти, еле-еле передвигаясь, бедным слабеньким стрелочкам.
   Она вздохнула, подтянула рукав рубашки и спрятала под ним часы. Не будет она на них смотреть, а лучше займется чем-нибудь полезным... ну вот, хотя бы почистит плиту. Суп сегодня убежал самым бессовестным образом, и немудрено, чего бы ему не бегать, этому самому супу, если хозяйка только и делает, что высматривает что-то одной ей понятное в своих часах, а вокруг и не замечает ничего.
   Ириша взяла тряпку и собралась уж было плеснуть на нее какой-то химии из пластмассовой бутыли ядовито-розового цвета, но внезапно передумала. Тряпка ненужно шлепнулась в раковину. Ну право же, стоило ли просить у Людмилки ее любимый лак для ногтей, чтобы теперь таким вульгарным образом издеваться над своими руками?
   Плита осталась в своей замурзанной неприкосновенности. Потом, все потом. Завтра.
   Но время необходимо было чем-то занять.
   Телевизор не годился никак, это же представить себе было невозможно, - смотреть какую-нибудь очередную телебредятину... сериал, например, или дурацкое ток-шоу... или подробное смакование преступлений и катастроф... а то еще концерт с дежурным набором - как их там Родион назвал, попсогонов? или попсоидов? - это было бы сейчас и вовсе невыносимо.
   Нет, сейчас ей нужна была тишина. Она даже радио выключила, которое у нее звучало всегда, даже - в приглушенном варианте - ночью. Естественно, на волне "Радио Джаз".
   На подоконнике откуда-то материализовался Пяткин и широко, смачно, со вкусом зевнул. Огляделся и, не дождавшись никакой реакции, вытянул по-балетному заднюю лапу, принялся ее самозабвенно вылизывать. Доведя конечность до удовлетворительной степени чистоты, он энергично встряхнулся и издал настойчивый протяжный мяв. Такую волынку он способен завести весьма надолго, как показывает практика.
   Ириша очень не любила эту практику, поэтому подошла к окну и распахнула форточку. Пяткин тут же взлетел на изодранную когтями раму, высунулся на улицу, наскоро оценивая температурный режим, и исчез в направлении соседского балкона.
   И ведь он прав, подумала обрадованно Ириша. Не знаешь, чем заняться дома - прочь из него! Навести кое-какой марафет, аккуратно укутать цветы - и вперед, на улицу...
   Уже через полчаса она шагала по родной Семипалатинской. Много времени на марафет ей не требовалось: косметикой Ириша пользовалась редко и неловко, прическу из коротких жестких волос не соорудишь, а выходной наряд у нее был один-единственный, - брючный костюм, темно-синий в серебристую полоску, и белая водолазка. И еще туфли, вполне приличные, даже и не скажешь, что недавно ремонтированные. Под брюками - прямо совсем как новые. Они длинные, брюки-то, и расклешенные, обувь почти не видна.
   Запахнувшись в куцую курточку и торжественно неся перед собой завернутые в три слоя газет цветы, Ириша шла по осенним улицам, с удовольствием чувствуя в себе растущее предвкушение праздника. Два месяца урезала свой нехитрый рацион, выкраивая на билет... и выбрала тот самый концерт, где будет Он со своим квартетом, в обоих отделениях.
   В прошлый раз, на летнем фестивале, Он выступал только до перерыва, а потом лишь представлял заезжих музыкантов, и Ириша даже толком никого из них не запомнила, хотя играли они, конечно, замечательно... запомнила только Его конферанс, - легкие, стремительные движения, быструю речь, явно не отрепетированную, но неизменно яркую и уверенную. И лицо - сильное, подвижное, высокий лоб, тонкогубый рот, смеющиеся глаза... Видна порода, сказала Людмилка, изучив афишу, аристократ, ему бы классику играть.
   Что она понимает, Людмилка, поклонница группы "Корни" и Стаса Пьехи? Правда, ей и Погудин нравится, но, кажется, в основном - внешне... Хорошая подруга Людмилка, надежная, и с юмором у нее вроде все в порядке, и книги ей нравятся те, какие надо, а вот музыкальные вкусы приобрела она где-то на дешевой распродаже. Джаз для Людмилки что-то незнакомо-инородное, из параллельной жизни, как она выразилась, и эмоций не вызывающее. Или нет, Синатра ей понравился, но она говорит, что это никакой не джаз. И ладно.
   Ириша остановилась перед зеркальной витриной, присмотрелась к своему отражению. Без очков видно было не очень-то, да и слава Богу. Она и так знала, что любоваться вовсе нечем. Сроду на нее внимания никто не обращал, так, мышка серая. Не урод, но и задержаться взгляду не на чем. Ну, глаза, ну, нос, ну, рот... точка, точка, два крючочка. Нет породы. Дворняжка.
   Тут Ириша вспомнила, что где-то читала: цветы лучше носить головой вниз. То есть бутонами. Так они лучше сохраняются. Это, конечно, если ты их куда-то и кому-то несешь. А уж если их тебе вручили - тогда, понятно, надо нести гордо и радостно, а не в перевернутом виде. Ирише отродясь никто цветов не дарил, да и вряд ли когда еще это случится, так что раз и навсегда ей надо привыкать держать цветы практично, а не празднично. Она осторожно, - чтобы цветы резко не потеряли ориентировку в пространстве, - перевернула букет и потихоньку отправилась дальше.
   До концерта ей предстояло гулять еще два с половиной часа...
  
   ... это был кураж. Тот самый, без которого не бывает, не может быть настоящего Джаза.
   А ведь сначала не шло. И Валентин еще дулся после вчерашнего разговора, и Он видел его брюзгливо выпяченную нижнюю губу и скособоченные над роялем плечи. И Алешка, который все бегал в курилку с мобильником, вышел на сцену дерганый, с этим его устремленным куда-то внутрь себя взглядом, от которого не жди хорошего.
   А потом вдруг пошло. Первым почувствовал это Гуроныч, - фирменно перебросил палочки и выдал "дурью дробь" перед Его квадратом в середине "Окруженных тишиной". И тут Марик со своей руладой.
   Понял - пошло!
   И в коронной "Белоснежной синеве зелени", когда Валентин с его запрокинутым лицом, закушенной губой, - давай, Валька, твое! - и черт ему не брат, руки бешено летают, те самые, по определению Григория Вячеславовича, "неклавишные руки", ах, как вы ошиблись, мудрый, опытный, чудесный Гореславыч, и Марик подхватил, вывел, полетел...
   И зал тут же почувствовал, хороший был нынче зал, свой, правильный, живой, какой надо...
   И заключительный аккорд: когда та роскошная юница в первом ряду, которую Он привычно выбрал в качестве "трудного зрителя", - которая смотрела с равнодушным любопытством, лениво аплодировала кончиками пальцев с ярко наманикюренными коготками, и все шептала что-то на ухо своему спутнику, молодому откормленному бычку в дорогом костюме, и откровенно наваливалась ядреной грудью на его плечо, а он в ответ по-хозяйски лапал ее блестящее колено...
   Так вот, уже к концу первого отделения Он увидел, что она включилась: совсем другое лицо, и взгляд, и притопывающая туфелька - эх, и хороша же ножка у чертовки! - и руки, кулачками что-то отбарабанивающие по освобожденной коленке... это свинг, девочка, это Его Величество Свинг, куда ж ты от него... да, вот приятель твой потруднее будет, развалился нога на ногу, а после и вовсе быстренько утянулся из зала, - то ли мобильник в кармане завибрировал, то ли просто в бар потянуло с неодолимой силой...
   А девица в перерыве не в бар за своим дружком, а к стойке с дисками и книжками. Читать, да и слушать, будет вряд ли, а за автографом наверняка подойдет, чтобы потом друзьям-подружкам хвастать, как она по джазу прикалывается. Ну, это потом, потом, а сейчас взял я тебя, голубушка, с потрохами, никуда ты не делась!
   Да, все вышло отменно! Две вещи сыграли сверх программы ("Гей, бисовы дети!", как всегда, проартикулировал Марик), и даже больше для себя, чем для зала, - на таком кураже, да себя не побаловать! На Гуроныча любо-дорого было посмотреть, работал, как в лучшие годы, даром, что лысина до плеч...
   А девица-таки подошла за автографом. Да так подошла, что чуть не снесла девчушку, которая откуда-то сбоку появилась, забавная такая - маленькая, растрепанная - и с букетом, пять белых розочек. А вторая рука за спиной, это она там смятую газету держала, чудачка, из-под цветов, наверное. И Он - отчасти на публику, отчасти - немножко в пику покоренной красотке, уже протягивающей Ему книгу с вложенной под обложку авторучкой, - вдруг церемонно опустился на колено и поцеловал руку, протягивающую ему эти одинокие в рукоплещущем зале розы.
   И зал еще добавил децибел, а красотка уничтожающе сверкнула на малышку глазами, да та и без того смутилась до слез, руку буквально выдернула и скорее прочь со своей газетой.
   После концерта, как всегда, круговерть - тут и приятели, и полузнакомые личности, и какие-то невесть откуда официальные лица, и кто-то из корреспондентов, и вечная Альбина Аркадьевна со своим Женечкой, и разгильдяй Гена с талонами на бензин...
   В машине уже спохватился: а где мои розы, граждане? Граждане пожимали плечами. Сам же не мог вспомнить, где положил. И ладно. Хотя немного жалко.
   ... А хороша все же была та, с коленками, из первого ряда.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) К.Воронова "Апокалиптические рассказы"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"