Контровский Владимир Ильич. Остановившие Зло. Пролог

Пролог. Завещание Хранителя

...Истинно вам говорю: война - сестра печали, горька вода в колодцах ее.

Враг вырастил мощных коней, колесницы его крепки, воины умеют убивать.

Города падают перед ним, как шатры перед лицом бури.

Говорю вам: кто пил и ел сегодня - завтра падет под стрелами.

Говорю вам: война - сестра печали, и многие из вас не вернутся под сень кровли своей.

Но идите. Ибо кто кроме вас оградит землю эту...

В. С. Шефнер, "Сестра печали"

Багровое зарево заливало полгоризонта.

Зарево шевелилось, подрагивало и расползалось - там горела земля, и поджаривалось небо, бессильное погасить голодный огонь слезами дождя. И не было, казалось, такой силы, способной остановить пожар, пожиравший землю людей. Небо беззвучно плакало...

На вершине безлесного холма - невысокого, но далеко видимого на плоской спине степи, - стоял седобородый человек в длинном белом одеянии. Он был стар, но могуч: не утратив ещё силы телесной, ведун обрёл уже силу мудрости, приходящей с годами. Старик смотрел на зарево, и в тёмных глазах его отражались красные сполохи. Но сухи были глаза эти, и не было в них страха: человек этот умел видеть далеко, дальше, чем достигает простой взгляд человеческий. Ведун не только видел - он знал, и потому взор его был спокоен.

В опущенных руках, перевитых жгутами жил, старик держал длинный обоюдоострый меч: одной рукой - за рукоять, другой - за лезвие возле острия. По клинку шириной в ладонь живой водой, истекавшей из рукояти, пробегали волны голубого огня, смывавшие багровые блики - отсветы далёкого зловещего зарева. На неподвижном лице ведуна жили одни только пронзительные глаза - он знал, и потому взор его был холоден.

У подножия холма всхрапывали и переступали кони, чуявшие запах близкой битвы и большой крови, а перед ведуном полукругом стояли десять молодых светловолосых воинов в клёпаных шлемах и кожаных куртках с нашитыми на них железными пластинами. Короткие копья, боевые топоры и круглые щиты в руках юношей не были праздным украшением - их оружие тоже чуяло битву и жаждало напоить иссушенную землю алой влагой, чтобы вернуть ей, земле многострадальной, радость рождающейся жизни.

Над холмом бесшумной тенью мелькнул ворон, птица вещая, и сжатые губы ведуна разомкнулись.

- Зло явилось. Идите, - не снимая рук с меча, старик кивнул в сторону зарева, - и остановите его. И знайте, завтрашнюю битву переживёт лишь один из вас. Кто - этого я вам не скажу, чтобы не лишать вас силы духа, но будет так - по-другому нельзя.

Русичи молчали. На их гордых лицах не дрогнул ни один мускул, хотя никто из них не усомнился в словах ведуна. Воины знали - так и будет, и были готовы встретить свою судьбу, какой бы она не была. А потом старший из них, русобородый и статный, спросил:

- Ты дашь нам Меч, отец?

- Нет, - ведун отрицательно покачал головой. - Это Зло вы остановите простыми мечами - если очень захотите. А Меч - Меч будет ждать, ждать своего часа. Зло многолико - оно будет возвращаться на нашу землю снова и снова. Оно придёт Словом, пленяющим души. Оно придёт Зверем, пирующим на костях и алчущим нашей крови. И оно придёт Соблазном - сыном Чёрного Бога, и это будет самый страшный лик его. Но пройдя через муки многие и принеся жертвы бессчётные, сможет земля наша осилить Зло и остановить его раз и навсегда. И когда весь Мир наш будет на краю гибели, придёт время Меча, время обновления. А до той поры Меч будет ждать, и тот из вас, кто выживет завтра, передаст детям и внукам своим тайну его, и сохранит изречённую волю неба во исполнение её. Идите, дети мои...

Воины склонили головы, повернулись и, звеня оружием, пошли вниз, к ожидавшим их лошадям. Слово сказано - дело сделано.

Ведун подождал, пока они сели на коней, проводил взглядом, исполненным печали, удалявшихся всадников и поднял глаза к небу.

- Тяжек груз предвидения... - прошептал он, глядя на рваные облака, убегающие от зарева на горизонте. - Но нет иного пути во мраке, кроме пути к свету... Падут девять из десяти, и девяносто из ста, и девятьсот из тысячи, но сохранится память. И придёт час, и Меч проснётся. А пока...

Он отпустил рукоять и, придерживая оружие за клинок, упёр его в землю остриём вверх. Потом оперся грудью - напротив сердца - на голубое лезвие, чуть помедлил, глубоко вздохнул и резким движением сильного своего тела насадил себя на Меч, омыв холодный металл горячей кровью.

Тёмное небо рассекла слепящая молния.

Земля дрогнула.

Вершина холма раздалась, расступилась текучей водой и приняла падающего ничком Хранителя. И снова сомкнулась, скрыв и ведуна, и насквозь пронзивший его Меч. А затем холм стал оседать, сглаживаться, пока не сравнялся с безмолвной вечерней равниной, не оставив ни следа, ни бугорка, ни малой ямки-отметины.

Небо беззвучно плакало...

26.03.2009

Комментарии: 28, последний от 21/12/2009. © Copyright Контровский Владимир Ильич Размещен: 27/03/2009, изменен: 16/05/2009. 6k. Статистика. Глава: Мистика Остановившие Зло		Оценка: *10.005** Ваша оценка:
Аннотация: Есть одно древнее предание...

Контровский Владимир Ильич: другие произведения.

Остановившие Зло. Пролог