Контровский Владимир Ильич: другие произведения.

Сердце Зоны

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Отрывок из АИ-романа "Горькая звезда" (в соавторстве с А.Трубниковым)


СЕРДЦЕ ЗОНЫ

    []
  
   Строения АЭС были хорошо видны - до них, казалось, рукой подать, хотя Алексей знал, что это впечатление обманчиво. До мёртвых энергоблоков идти и идти - здесь, в сердце Зоны, атмосфера выкидывала странные фокусы, скрадывая расстояние или наоборот, отдаляя близкие объекты. И дело не только в том, до серых бетонных коробок не один километр - эти вроде бы безобидные километры гораздо сложнее любой самой замысловатой полосы препятствий. И пройти это полосу можно только с первой попытки: второй не будет, потому что любая ошибка здесь имеет слишком высокую цену - жизнь.
   Во-первых, радиация. Сердце Зоны было пропитано радиацией, незримая смерть сочилась здесь отовсюду, таилась в каждой пяди земли и в каждой травинке, незнамо как ещё не рассыпавшейся в прах под воздействием излучения, убивающего всё живое. Поток радиации ударил фонтаном из вскрытого взрывом корпуса четвёртого энергоблока, и оттуда же щедро выплеснулся активные изотопы, среди которых были и долгоживущие, на долгие годы и десятилетия отравившие Припять и её окрестности. Алексей видел фотографии ЧАЭС после взрыва: на месте аварийного энергоблока осталась чёрная яма, названная "следом копыта Сатаны". И действительно, дьявольская сила, играючи разворотившая реакторный блок, вырвалась изнутри, как гной из лопнувшего фурункула, но снаружи казалось, что на здание наступила гигантская нога, смяла его и растоптала, оставив чудовищную вмятину. Сейчас "след сатанинского копыта" не был виден - над энергоблоком наскоро возвели бетонный саркофаг, запечатавший "врата ада", - но этот след остался, и по-прежнему дышал атомным смрадом.
   Но радиация - это ещё полбеды (есть защитные костюмы, есть антирадиационные таблетки, а счётчик подскажет, когда твоё время пребывания в Сердце Зоны уже подошло к критической отметке, и пора уносить ноги во избежание). Хуже другое: на радиационную катастрофу наложилось какое-то другое явление, над природой которого безуспешно ломали головы учёные всего мира.
   Алексей слышал немало гипотез по поводу "эффекта Сердца Зоны", от более-менее разумных до совершенно бредовых. И наиболее логичной (хотя и не вполне объяснимой с точки зрения современного уровня знаний человечества) была гипотеза "перемешанной мерности". Согласно этой гипотезе, в районе злополучной АЭС возникла аномальная зона, являвшая собой мелко накрошенный винегрет из обрывков множества пространственно-временных измерений: в этой точке вселенского континуума плотно сомкнулись несколько параллельных миров, изрядно покорёжив друг друга при взаимопроникновении. Что вызвало эту поистине космическую катастрофу, оставалось неясным (вряд ли причиной была сама радиационная авария, иначе подобные "аномальные зоны" возникали бы на Земле после каждого испытания ядерного оружия, каковых были сотни), однако "многомерный салат" объяснял почти все причуды Сердца Зоны - очень опасные причуды.
   На значительном расстоянии от мёртвой АЭС - местами до нескольких десятков километров - унылая и внешне ничем не примечательная местность, похожая на пустошь, была буквально нашпигована экзотическими и невероятными ловушками: температурными и гравитационными концентратами, локальными провалами неизвестно куда, энергетическими вихрями, свёрнутыми в тугие спирали и раскручивающимися совершенно непредсказуемо. Здесь из пустоты били молнии миллионовольтных разрядов, земля под неосторожной ногой превращалась в кисель, проворно и жадно засасывавший всё в него попавшее, а воздух, прозрачный мягкий воздух, обретал вдруг тяжесть многотонного каменного молота и с одинаковой лёгкостью плющил и людей, и технику (вплоть до тяжёлой бронированной). Здесь нарушались законы физики, известные обитателям планеты Земля, и самым надёжным способом выжить в Сердце Зоны было довериться интуиции, только вот мало кто имел интуицию безошибочную, способную всегда подсказать верное решение.
   А вдобавок к "стихийным" аномалиям вокруг АЭС бродили аномалии живые, пусть даже зачастую выглядевшие гротескной пародией на жизнь. Их называли мутантами, хотя любому мало-мальски сведущему человеку было понятно, что мутации - какие угодно, от радиационных до генетических, - здесь совершенно не при чём. Шестиногие собаки или крылатые крысы не могут появиться в считанные месяцы, несмотря на радиационный фон; мутация - процесс растянутый. И если слепые псы, плотоядные кабаны, птицы-гиганты и уродливые человекоподобные создания разных размеров и повадок ещё как-то укладывались в рамки "мутационной теории", то совершенно невозможным было появление ни на что не похожих "мутантов" вроде кровососов, умевших переходить в состояние невидимости, контролёров, наделённых мощными телепатическими способностями, и призраков, вообще чуждых материальному миру планеты Земля. Этих многоразличных тварей отстреливали армейские кордоны; удаляясь от Сердца Зоны, порождения "адского салата" погибали сами по себе (до Киева, насколько было известно Алексею, ни один мутант так и не добрался), но появлялись снова и снова, причём в значительном количестве и во взрослом состоянии - никаких мутантов-детенышей никто никогда не видел. Вывод, к которому пришли учёные, изучавшие мутантов, был очевидным: все эти твари являлись выходцами из смежных миров, хотя так и остался непонятным механизм их проникновения на Землю. Эта загадочность пугала - а вдруг завтра вместо карликов-телекинетиков в Сердце Зоны появятся полчища иномерных солдат, вооружённых лучемётами и жаждущих поработить человечество? Если возможно регулярное проникновение из мира в мир неведомых зверюшек, то почему нельзя предположить возможность широкомасштабного враждебного вторжения разумных существ, наверняка более опасных уже в силу своей разумности? Эта идея понравилась генеральным штабам многих стран, давно скучавшим по достойному образу врага, и на стратегических картах появилась "цель номер один", поражение которой обеспечивали десятки мегатонных боеголовок. Удар ракетно-ядерными силами "мирового сообщества" по Чернобылю должен был быть нанесён в случае возникновения "угрозы человечеству" - формулировка размытая и очень удобная для политкорректных стратегов Запада. Гражданское население Украины в расчёт не принималось (эти бестолковые славяне сами виноваты, нечего безмятежно жить рядом с непогашенным очагом неведомой опасности).
   А ещё на чернобыльской пустоши появлялись люди, забредавшие порой к самому Сердцу Зоны. Они назвали себя сталкерами, и зачастую представляли собой опасность не меньшую, чем стихийные аномалии или мутанты-иномерники. Народ перекати-поле, без роду-племени, без дома и семьи, люди без прошлого и без будущего, сменившие свои имена на клички. Во все времена любой социум выплескивал какое-то количество человеческой накипи, не нашедшей себя и своё место в рамках общества - такими были пираты и бандиты, авантюристы и наёмники, бродяги и самые обычные уголовники, витиевато именовавшие себя "джентльменами удачи". К той же породе людей принадлежали и сталкеры: наркоманы, подсевшие на адреналин, которым в избытке снабжала их Чернобыльская зона. Сталкеры охотились за неземными артефактами, порождаемыми Зоной и обладающими загадочными свойствами. Стоимость этих артефактов за пределами "перемешанной мерности" возрастала лавинообразно, обогащая целую цепочку торговцев-посредников, но мало кому из самих сталкеров, ежеминутно рискующих жизнью, удавалось на этом разбогатеть (хотя на словах все они стремились именно к этому). Хабар превращался в деньги здесь же, на пустоши, в барах-притонах, поганками усеявшими всю аномальную зону, и денег этих добытчикам хватало только лишь на оружие, патроны и снаряжение (без этого на пустоши было просто не выжить) да на немудрёные развлечения в виде выпивки и проституток, предлагаемые в тех же барах. Цена на эти радости плоти достигала заоблачных высот; поставщики спиртного и шлюх наваривали тысячи процентов прибыли, а сталкеры оставались "радиоактивным мясом" и снова шли в Зону за хабаром и за адреналином (причём зачастую скорее за вторым, чем за первым).
   Однако кое в чём сталкеры Чернобыля отличались от лутеров Киева. Лутеры были просто мародёрами - шакалами, обдирающими трупы и очищавшими брошенные квартиры от всего ценного, - они избегали риска и ни за какие коврижки не сунулись бы в "адский винегрет", предпочитая крепко зажатую в руке синицу заоблачному журавлю. А сталкеры претендовали на более высокое звание волков, и при встречах с мародёрами сталкеры тут же пускали в ход оружие, сокращая поголовье лутеров, имевшим привычку стрелять в спину охотникам за хабаром. Лутеры довольствовались малым и при первой возможности старалась выбраться за кордонное кольцо и завязать, пока в их организме не накопилось чересчур много активной дряни или пока горячий кусочек свинца не просверлил в этом организме дополнительное отверстие, не предусмотренное особенностями человеческой анатомии, - сталкеры жили аномальной зоной, составляя с ней единое целое. Сталкеры образовывали своеобразное сообщество со своими законами, историей, легендами и образом жизни, и если с лутерами миротворцы не церемонились, то за сталкерами молчаливо признавалось ограниченное право на существование. А причина подобной терпимости была проста: слишком много людей делало деньги на хабаре, вынесенном из "адского салата", и слишком могущественные силы планеты были заинтересованы в тайнах Зоны и в людях, снова и снова (причём по доброй воле) уходящих туда, где жизнь человеческая слишком часто не стоила и секунды времени. Но вместе с тем все сталкеры были смертниками (и не только потому, что Зона отпускала неохотно) - все варианты чрезвычайного развития событий, предполагавшие тотальный ядерный удар по району "перемешанной мерности", предусматривали и безусловное уничтожение всех людей, которых так или иначе коснулось внеземное дыхание. И сталкеры (и те, кто имели с ними дело) числись в списке подлежащих экстерминации под номером "один".
   Таким было Сердце Зоны, и всего месяц назад Алексей и в страшном сне не мог себе представить, что окажется в этом месте, проклятом, согласно сталкерской поговорке, всеми богами Вселенной.
  

* * *

  
   То, что под разрушенным энергоблоком атомной электростанции образовалось нечто, Каррах почувствовал очень скоро. Это нечто по структуре было явно сродни ключ-камню, и ариссарра ощутил острое возбуждение: неужели оно может стать отмычкой к межмировым дверям? Не перемещаясь в пространстве ни на метр, Бестелесный усилием мысли ощупал горячий сгусток, появившийся в результате аварии, устроенной самим ариссарра. Форма... Структура... Свойства... Да, этот кристалл мог быть ему полезен, хотя с трудом поддавался управлению и очень отдалённо напоминал каменный диск, служивший ключом. Спёкшийся монолит не мог заменить ключ-камень, однако он дополнял расколотый диск и составлял с ним тандемную пару, способную - при соответствующей настройке - взломать портал, остававшийся наглухо запертым вот уже тысячи циклов. И Каррах начал работать, пытаясь настроить выплавленный кристалл, родившийся в огне радиоактивного выброса.
   То, что он делал, трудно было бы объяснить в терминах, привычных и понятных обитателям планеты Земля - слишком различны люди и ариссарра, и слишком отличается их мышление. Каррах пытался подогнать ключ-кристалл под замочную скважину межмировых дверей, и это притом, что и двери, и скважина, да и сам ключ существовали только лишь в сознании бестелесного пришельца. Могучий разум вселенского скитальца изменял материю, придавая ей нужную форму, и горячими толчками бился в паутине измерений, силясь найти нужную точку, нажим на которую распахнул бы межпространственный портал. Энергии у Карраха хватало - великая война, отбушевавшая в этих местах совсем недавно (по меркам звёздной расы) протянула за собой длинный шлейф смертных мук, ставших пищей для пришельца из другой мерности, застрявшего на Земле, и хорошим источником силы стал для него радиоактивный выброс из разрушенного реактора. Но энергетический запас был всё-таки небезграничен, и Каррах боялся - в той мере, в которой ариссарра могут испытывать страх, - что силы его иссякнут прежде, чем он сумеет открыть неподатливые двери. И поэтому пленник спешил, перебирая различные конфигурации энергетических полей и раз за разом отбрасывая бесполезные.
   Теряя терпение, Бестелесный бил кристаллом в стык измерений, сминая их границы, но двери не поддавались:­ ариссарра не хватало умения, а отмычка - это всё-таки не ключ. Каррах расшатывал смежные измерения, словно стальные прутья решётки, выгибая их и раздвигая, однако щели неизменно оказывались слишком узкими, и ему никак не удавалось в них протиснуться. Но в результате его отчаянных усилий межмировые границы немного сместились: произошло частичное наложение друг на друга нескольких соседних миров, и в Сердце Зоны появились первые аномалии и первые мутанты. Ничего хорошего людям это не обещало - на стыке помятых измерений рождались опасные аномалии, грозившие всему живому, а звери иных миров, пройдя через искорёженные подобия порталов, попадали на Землю в изуродованном виде, утрачивая свой изначальный облик и превращаясь в сущих монстров. Однако это обстоятельство не смущало ариссарра: ради того, чтобы вырваться из этого опостылевшего мира и вернуться домой, он был готов на всё. И Каррах снова и снова возился с дверью, и в Сердце Зоны возникали новые аномалии, а место погибших мутантов занимали другие. А учёным Земли и в голову не могло придти, что возникновение в районе Чернобыля аномальной зоны со всеми её жуткими прелестями обусловлено могучей волей разъярённого иномирового пришельца...
   Двери упорно не желали открываться. Холодный разум ариссарра оценил ситуацию, перебрал возможные варианты и принял единственно возможное решение: инициировать взрывное разрушение кристалла, введя его в резонанс со структурой расколотого каменного диска, превратить всю материю монолита и ключ-камня в энергию и проломить измерения в нужном направлении - Каррах уже знал, где находится его родной мир. Сила взрыва должна была быть чудовищной и привести к полному разрушению огромного города, но ариссарра это нисколько не волновало. Его беспокоила только нехватка энергии - попытки вскрыть портал отняли у Бестелесного слишком много сил. Для осуществления задуманного Карраху нужна была пища, много пищи, и пленённый пришелец вскоре сообразил, как её получить.
  

* * *

  
   - Слушай, Лёха, скажи мне честно, что за траву ты куришь? - меланхолично спросил Артём. - Это надо же такое придумать - спящее чудище, древнее пророчество, волхвы, старинные книги и месть богов! Или твоя девчонка тебе голову окончательно задурила? Ты бы лучше с ней целовался, чем слушать её сказки, она тебе ещё и не такое расскажет!
   - Ты погоди ярлыки развешивать, - вмешался Андрей. - Алексей у нас, конечно, парень романтический, книгочей, но такое придумать... - он глубокомысленно покачал головой. - И на Оксанку ты зря наезжаешь: она девчонка серьёзная, с головой, а не только с ногами и прочими деталями. Ты помнишь, за чем она в зону полезла? Вот то-то и оно...
   Алексей молчал. Друзьям надо дать выговориться, а уж потом... По блеску их глаз и порывистости движений Алексей понял, что его рассказ заинтриговал и Андрея, и Артёма, и что они наверняка пойдут с ним, как только окончательно переварят услышанное.
   Дружба этих троих парней возникла и окрепла стремительно: в суровых условиях жизни в заражённой киевской зоне быстро становилось ясным, кто чего стоит. Андрей с Артёмом успели побывать начинающими сталкерами, ходили в Припять и даже к развалинам ЧАЭС, но быстро разочаровались в приблатённой романтике и покинули район Чернобыля (к слову сказать, из их группы в тринадцать человек, ушедших в аномальную зону, выжили только они - все остальные погибли на пустоши, работая "отмычками" у матёрых сталкеров, прокладывавших себе дорогу трупами зелёного молодняка). В "адском салате" парни были недолго, но успели кое-чего нахвататься и охотно делились с Алексеем своими знаниями. От них он и услышал о Монолите - о кристалле под саркофагом, скрывавшем разрушенный корпус четвёртого энергоблока, - и сумел вычленить из вороха сталкерских легенд кое-что такое, что удивительным образом совпадало с услышанным от Оксаны.
   - Значит, говоришь, надо пробраться к Монолиту? - уточнил Андрей. - Это, я тебе скажу, не пикник на обочине устроить. Народу в районе ЧАЭС сгинуло без счёта, и это только на поверхности. А что творится в тамошних подземельях, и что они вообще собой являют - одному богу известно.
   - Говорят, что до самого Монолита почти никто не добирался, - добавил Артём, - а кто добрался, тот назад не вернулся. Так что рассказать об этом камушке никто не может, а легенды - они легенды и есть, им веры мало. Пьяные разговоры о Монолите мы, конечно, слыхали, но толку с них... В общем, та ещё это прогулочка.
   Все трое помолчали, а потом Андрей посмотрел Алексею в глаза и уронил веско:
   - Ты уверен, что всё это правда - то, что ты нам рассказал?
   - Уверен, - ответил Алексей.
   Он не стал рассказывать друзьям о своём странном сновидении - и без этого мистики выше крыши, - но парням хватило одной его уверенности: с такими вещами не шутят.
   - Но если так, - рассудительно заметил Артём, - то идти надо не втроём, а большим отрядом, тогда наверняка пробьёмся. А ещё лучше - расскажи обо всём полковнику, а он свяжется с высокими военными чинами за кольцом оцепления. Раз такое дело, пускай они долбанут по Сердцу Зоны чем-нибудь основательным, чтобы всё там в пыль вместе с этим треклятым Монолитом!
   - Не получится, - Алексей криво усмехнулся. - Большим отрядом туда идти нельзя: слишком заметно. А если заметно, то кто-нибудь непременно заинтересуется и спросит сам себя: а что это им понадобилось в районе аварийной АЭС? И тут же найдутся охотники нас перехватить и получить ответ на этот вопрос в частной доверительной беседе, а то и попросту пострелять нас по дороге, и все дела. Сами знаете, какая паутина сплетена вокруг Сердца Зоны, и что за пауки её сплели. А насчёт "долбануть" - это тем более не получится. Зона нужна слишком многим, иначе её давно уже выжгли бы. Мало человекам оружия, что сами они изобрели - им подавай чего-нибудь этакого особого, неземного. Да и как ты себе это представляешь? Лощёные господа в уютных кабинетах вот так сразу поверят командиру незаконного вооружённого формирования, окопавшегося в Киеве и провозгласившего свою независимую республику, и кинутся спасать город от незнамо чего? Вы мне и то не до конца верите, а что тогда говорить о генералах и правительствах? И убеждать их некогда - времени у нас в обрез. Нет, ребята, идти нужно малой группой. Втроём - вам я доверяю.
   - Не дойдём, - угрюмо произнёс Андрей. - Идти к ЧАЭС - это тебе не лутеров по пустым квартирам гонять. Слишком это опасно, Лёша.
   - Опасно, - согласился Алексей. - Но вот что я вам скажу, парни. Если вы пойдёте со мной, я буду рад. Если не пойдёте - я не обижусь и пойду к Сердцу Зоны один. Пусть уж лучше я лягу на пустоши, чем меня потом совесть насмерть загрызёт при виде гигантской чёрной ямы на месте Киева.
   Артём и Андрей молча переглянулись.
   - Ладно, - медленно проговорил Артём, - мы с тобой, псих ненормальный.
   - Спасибо, ребята, - тихо сказал Алексей.
  

* * *

  
   Артём погиб, когда они прошли большую часть пути, и когда вдали уже показались корпуса мёртвой электростанции. До этой роковой минуты всё шло на редкость гладко, и друзья немного расслабились, а этого Сердце Зоны не прощает.
   Из Киева им удалось выбраться незамеченными (конечно, по возвращении придётся объяснять полковнику своё "дезертирство", но для этого надо ещё вернуться) и неплохо экипированными: с водой, едой и медикаментами, с оружием (никакой экзотики - все трое были вооружены старыми добрыми АКМ с подствольниками), с хорошим запасом патронов и в защитных комбинезонах "хамелеон", усиленных бронепластинами. Многие сталкеры предпочитали суперсовременные автоматические винтовки иностранного производства с компьютерными наворотами, но друзья остались верны "калашам", и отнюдь не из чистого патриотизма. Эти неприхотливые машинки отлично зарекомендовали себя на пустоши, да и особого выбора у ребят не было: оружие и в киевской, и в чернобыльской зонах ценилось на вес золота.
   Разделительный барьер между двумя зонами прошли без проблем - Артём с Андреем помнили сталкерские лазейки, да и охрана здесь, где остался радиоактивный след выброса, протянувшийся от Припяти до Киева, было скорее символической (в отличие от внешнего кольца оцепления, окружившего обе зоны минными полями, спиралями Бруно, бетонными заборами и многочисленными постами электронного наблюдения), - и под вечер сделали короткую остановку в одном из баров на окраине пустоши. Алексей хотел миновать притон без задержки, однако друзья объяснили ему, что этого делать нельзя: сталкеры, ревниво оберегающие свои делянки от чужаков, могли насторожиться, заметив пришлых, уверенно направившихся прямиком к "адскому салату" без вопросов типа "А как пройти туда-то?", и проследить за ними. Впрочем, вынужденный привал не отнял много времени: друзья очень убедительно изобразили глупых новичков, наслушавшихся сказок о бесценных артефактах, валяющихся в Зоне на каждом шагу (только не ленись за ними нагнуться!), задали с десяток идиотских вопросов, выпили по банке скверного пива (по цене коллекционного коньяка), купили (по дешёвке) сильно подержанный детектор аномалий и ушли в ночь, провожаемые ироничными взглядами местных завсегдатаев, уже записавших "этих дураков" в покойники.
   Наверное, им повезло: они шли по зоне как по ровному, удачно обходя замеченные ловушки и счастливо избегая встреч с кровососами и прочей опасной живностью пустоши. Ночью спали по очереди, предусмотрительно выбирая для ночлега места только с хорошим круговым обзором, а днём двигались крайне осторожно, предпочитая сделать крюк и обойти подозрительную ложбинку или бугорок, чем переть напролом ради сомнительной экономии времени и сил. "Торопись медленно!" - этот девиз на чернобыльской пустоши имел силу закона. Но к вечеру третьего дня везение кончилось.
   Купленный в баре детектор аномальных форм жизни оказался барахлом - среди торговцев пустоши не считалось зазорным "впарить лохам" негодный товар (зона, мол, всё спишет). В статике он работал более-менее, а вот в динамике подкачал, и отчаянная троица, миновав овраг, густо поросший какой-то вонючей гадостью, на опушке небольшой рощицы лоб в лоб столкнулась со стадом припять-кабанов, то ли гнавших кого-то по зарослям, то ли, наоборот, спасавшихся от кого-то бегством.
   Всё дальнейшее произошло стремительно. В памяти Алексея обрывками запечатлелся треск выстрелов, сопение и визг четвероногих мутантов, их налитые кровью глаза, кривые клыки и ошмётки мяса, вырываемые пулями из косматых кабаньих туш. Алексей влепил гранату из подствольника прямо в раззявленную и сочившуюся клейкой слюной пасть здоровенного секача, другому распорол очередью брюшину и успел заметить, как злобная тварь убегает прочь, волоча за собой сизые кольца вывалившихся потрохов. А затем ударом в бок парня отшвырнуло в сторону и крепко припечатало спиной о дерево.
   Когда же мельтешение разноцветных искр перед глазами прекратилось, и он встал на ноги, кабанов уже не было: среди истоптанных кустов стоял бледный Андрей, сжимавший ещё дымившийся автомат, у ног его бесформенной грудой валялся дохлый кабан, а чуть поодаль лежало изуродованное мёртвое тело Артёма, разодранное клыками и растоптанное копытами. В Зоне всё происходит очень быстро...
   Андрей и Алексей отделались царапинами и ссадинами - спасибо бронепластинам, хотя от неминуемой смерти их спасло только то, что припять-кабаны неслись сломя голову и не стали задерживаться на месте схватки. Но дальше друзья шли молча, избегая встречаться взглядами, - мгновенная гибель Артёма потрясла обоих, - а ночью оба спали урывками, вскидываясь на каждый звук. И всё-таки они шли, давя трусливую мыслишку "А может, вернёмся, а?", и к полудню следующего дня оказались прямо напротив АЭС, на невысоком холме, откуда хорошо видна была вся станция.
   - Ну, вот и дошли, - с видимым облегчением сказал Андрей, вглядываясь из-под ладони в контуры ЧАЭС, - почти. Теперь дело за малым - залезть внутрь. Мутантов вроде не видать, и этих полоумных, которые называют себя стражами Монолита, тоже не видно. А насчёт аномалий - пойдём во-о-он по той тропке, видишь? - он шагнул вперёд и обернулся к Алексею. - Там всегда было чисто, потому как...
   И не договорил. Прозрачная пустота за его спиной внезапно сгустилась, ухватила Андрея невидимой лапой и поволокла, выкручивая мягкое человеческое тело, как мокрую тряпку. Алексей дернулся было к нему на помощь и замер, услышав стонущий шёпот друга:
   - Не подходи... Оно и тебя... затянет... не трогай...
   Повисшее в воздухе тело Андрея было видно до половины - ниже пояса оно исчезло, словно срезанное. "Дыра в мерности" - мелькнуло в голове Алексея. Но Андрей ещё жил, и жило его лицо, искажённое болью, и глаза, полные смертной муки.
   - Дойди, Алёшка... - прохрипел он. - Дойди...
   А потом аномалия-ловушка схлопнулась. Алексей услышал мокрый хруст, и в лицо ему плеснуло чем-то тёплым. Он машинально вытерся и увидел на ладони кровь - кровь друга... Небо качнулось, поплыли куда-то серые параллелепипеды АЭС, и Алексей без сил опустился на траву.
   Сколько он так просидел, Алексей сказать не мог. Возможно, ступор продолжался всего пару минут, а может, и гораздо дольше - чувство времени в Сердце Зоны размыто, как и многие другие ощущения. Но постепенно он пришёл в себя, и отчаяние уступило место бойцовской злости. "Андрюха проложил мне дорогу, - подумал Алексей, касаясь пальцами порыжелых травинок. - Он погиб, чтобы я остался жить и дошёл до этого проклятого камня или что оно там такое есть на самом деле. И Артём тоже погиб ради этого. Эх, ребята...".
   - Я убью тебя, гнида, - прошептал Алексей, обращаясь к серому саркофагу и к тому, что скрывалось под основанием этого уродливого надгробья. - Убью, гадина, - и за ребят, и за всех тех, кого ты хочешь убить. Жди, сволота, - я иду.
   Он ещё раз внимательно осмотрел в бинокль здания мёртвой АЭС. Идти туда ему очень не хотелось (особенно после того, что ему уже пришлось испытать), но не идти было нельзя - хотя бы потому, что если он, Алексей, поддастся страху, значит, Андрей и Артём погибли зря, и скоро погибнет множество других людей, даже не подозревающих о том, что их ждёт. Алексей глубоко вздохнул, встал, проверил автомат и пошёл к бетонным коробкам станции, напряжённо оглядываясь по сторонам и чутко прислушиваясь к каждому шороху.
   Алексей шёл к Монолиту не для того, чтобы испросить для себя исполнения самого заветного желания или обрести бессмертие, и даже не для того, чтобы одарить всех людей даровым счастьем. Если бы сталкеры знали, что привело к Сердцу Зоны этого молодого киевлянина, участь Алексея была бы, очень мягко говоря, незавидной. Ведь он, ни много, ни мало, хотел разрушить Монолит, святыню аномальной зоны, овеянную множеством легенд, - разрушить для того, чтобы избежал разрушения и гибели его родной город с десятками тысяч оставшихся там людей.
   Но Алексей не дошёл до АЭС. Над саркофагом, скрывавшим "след копыта Сатаны", беззвучно вспыхнуло голубое зарево, задрожало, раздёрнулось призрачным занавесом, и из-за него хлынул поток чудовищных тварей.
  
   ПРИМЕЧАНИЕ
     
   Альтернативно-исторический фантастический роман "Горькая звезда" создаётся совместно с Александром Трубниковым . С основной сюжетной нитью романа можно ознакомиться здесь . Замечания по существу приветствуются на страницах обоих соавторов - роман весьма ещё далёк от завершения. 
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"