Контровский Владимир Ильич. И грянул гром...

И ГРЯНУЛ ГРОМ...

"Лопнул нарыв, - думал генерал-лейтенант аэрокосмических войск Российской Федерации, глядя на дисплей, на который проецировалось орбитальное изображение района Чернобыльской АЭС, - и потекло. Вот и дождались...".

Бурая клякса, бравшая начало от саркофага разрушенного четвёртого энергоблока и быстро растекавшаяся, при укрупнении изображения распадалась на множество капель-составляющих. И каждая из этих капель имела свою причудливую форму и была живой - прорванный гнойник извергал орду уродливых существ (мутантов, как их называли учёные, изучавшие аномальную Чернобыльскую зону), саранчой расползавшихся окрест. И каждую секунду количество этих тварей, появлявшихся из ниоткуда, увеличивалось - порождавший их источник казался неиссякаемым. С момента начала живого извержения прошло примерно полчаса, и за это время мутанты заполнили значительное пространство в районе аварийной станции и продолжали своё безостановочное движение. Пятно приняло форму вытянутого овала, всё более и более заострявшегося и тянувшегося в направлении Киева: складывалось впечатление, что твари целеустремлённо двигались туда, к городу.

Генерал оторвался от созерцания зловещей кляксы и взглянул на офицеров дежурной смены, сидевших на своих местах перед мониторными пультами. В рассеянной полутьме центра орбитального слежения лица людей имели зеленоватый оттенок. Это был отсвет от экранов, но зрелище было неприятным, вызывая ассоциации с ожившими покойниками. Офицеры молчали, однако генерал чувствовал их напряжение. И немудрено - наблюдение за аномальной Чернобыльской зоной велось достаточно давно, к её обычным явлениям успели привыкнуть, и теперь всем было ясно: происходит что-то из ряда вон выходящее и опасное.

И генерал-лейтенант вспорол окостеневшую тишину режущим лезвием двух слов:

- Доклад Президенту...

* * *

Алексей заворожено наблюдал за накатывающейся живой волной. Мутанты затопили "след копыта Сатаны" (руины четвертого энергоблока скрылись под сплошной шевелящейся массой) и неудержимо шли дальше, топча землю Припяти ногами, лапами и конечностями, напоминавшими детали диковинных машин. Уже без бинокля видны были отдельные особи; кое-кого Алексей узнавал (погибшие друзья рассказывали ему об аномальной фауне Зоны), но большинство тварей были незнакомыми. Бок о бок с кровососами, бюрерами, снорками, чернбыльскими псами, хищными кабанами и псевдоплотями бежали-ползли-перекатывались совершенно жуткие создания, словно сошедшие с картин Иеронима Босха: двухметровые шерстистые шары, многоглавые чёрные змеи, суставчатые псевдонасекомые, крабоподобные чудища, оснащённые многочисленными клешнями, гигантские муравьи со щупальцами и существа, собранные из разных частей разных животных и растений, причём, похоже, далеко не только земных. Глядя на этот немыслимый пандемониум, Алексей понял: да, гипотеза об иномерном происхождении "мутантов" верна: никакая земная мутация не смогла бы породить столь невероятных существ, да ещё в такой короткий срок. И число тварей - такого количества местного зверья здесь просто не набралось бы, даже если предположить, что все мелкие грызуны вдруг в одночасье резко увеличились в размерах. И ещё - он ощущал дикую злобу и жажду убивать, буквально излучаемую несметной ордой чудовищ.

Алексей стряхнул с себя оцепенение. К саркофагу ему уже не прорваться, это ясно как день: чтобы проложить дорогу к Монолиту через полчища мутантов, нужна как минимум бронетанковая бригада со средствами усиления (и желательно при поддержке с воздуха). А кидаться в одиночку на эту живую лавину с АКМом с парой рожков патронов и пятком гранат для подствольника так же бессмысленно, как пытаться остановить голыми руками тяжело гружёный железнодорожный состав. И Алексей повернулся и побежал вниз по склону холма, возвращаясь туда, откуда пришёл, и пытаясь на бегу найти ответ на вопрос "Что же делать?".

Он бежал, уповая на везение, и молился всем богам, чтобы не влететь в какую-нибудь аномалию наподобие той, что погубила Андрея; бежал, ощущая спиной приближение орды тварей; останавливался, переводил дух и бежал дальше, задыхаясь и хватая ртом горячий сухой воздух, как вдруг - ему показалось, что минула целая вечность, хотя на самом деле прошло не больше часа, - увидел впереди несколько человеческих фигур в камуфляже и в чёрных банданах сталкеров, с оружием наизготовку.

Алексей распластался в пыльной траве, надеясь, что сталкеры его не заметили, а если и заметили, то вот так сразу стрелять не будут: он ведь им, в конце концов, не враг. Надежда на миролюбие сталкеров была призрачной - те же Андрей с Артёмом немало порассказали о нравах Зоны и о том, как здесь любят чужаков, забравшихся в чужие угодья, - но выстрелов не последовало, и Алексей осторожно поднял голову.

* * *

Кныш c трудом продрал глаза. Свинцовая тяжесть в мозгах и липкая сухость во рту неопровержимо свидетельствовали о том, что градус вчерашней попойки в сталкерском баре "Удачный хабар" явно превысил максимально допустимый. Повод, конечно, был знатный: Доходяга и Хмырь вернулись из Зоны целыми-невредимыми и к тому же с богатой добычей и, как водится, устроили в баре пир на весь ограниченный сталкерский мир, пригласив туда всех ветеранов. Спиртное лилось рекой; сталкеры, очень хорошо знавшие, как легко и просто обрывается в Зоне жизнь человеческая и поэтому живущие одним днём, пили, бессвязно орали отдалённое подобие песен и хватали за ягодицы доступных девиц, шустро сновавших между столиков. Не обошлось и без традиционной драки - как же без этого! - к счастью, не перешедшей в массовое кровопролитие: по строгим правилам бара все без исключения посетители оставляли всё своё оружие в "предбаннике", сдавая его гориллоподобному стражу по кличке Мамонт. В общем, вечеринка удалась, хотя целостной картины вчерашнего разгула в сознании Кныша не запечатлелось: с какого-то момента воспоминания походили на рваный видеоклип, прореженный частыми лакунами полного беспамятства.

Однако разбудило Кныша не свирепое похмелье, не жажда срочно промочить горло и не вульгарная физиологическая потребность избавить организм от биологических излишков. Сталкер свесил ноги с развороченной койки и некоторое время тупо смотрел на бесстыдно разметавшуюся голую девку, спавшую рядом с ним тяжёлым пьяным сном. Попытка собрать в кучку расползавшиеся мысли оказалась неудачной - сознание Кныша бунтовало и напрочь отказывалось служить своему хозяину.

Но в то же время Кныш ощущал в сознании некое беспокойство - "мозговой зуд", как тут же окрестил это непривычное явление сталкер, не слишком склонный к поэтическим изыскам. В похмельной голове Кныша оформлялось какое-то смутное желание, требовавшее немедленного удовлетворения. Ещё не понимая до конца, чего же он всё-таки хочет, Кныш слез с койки, торопливо надел полное сталкерское облачение (по укоренившейся привычке не упуская ни одной мелочи, от которых в Зоне зависела жизнь), взял автомат, несколько гранат и свой любимый широкий нож с зазубренным лезвием, не раз отпробовавший плоти и крови мутантов (и не только мутантов).

Закурив на ходу, он быстрыми шагами направился к бару, желая омыть страдающую душу пивом, а главное - узнать, что же происходит. Кныш ни минуты не сомневался в том, что в Зоне что-то случилось - над сталкерским посёлком было разлита неясная тревога, она висела в воздухе и вползала в лёгкие с каждым вдохом.

В баре было людно - здесь уже собрались почти все участники вчерашнего попоища, и то и дело появлялись новые люди, причём некоторых Кныш видел впервые.

С наслаждением хлебнув вожделенного пива, он огляделся, и его поразило выражение лиц собравшихся. Люди - в том числе и старые его знакомые, тёртые и трёпанные Зоной, выглядели странно: вроде как не пьяные и не накуренные, а как бы не в себе, словно в посёлке, видевшем всякое, началась эпидемия сумасшествия.

- Эй, - окликнул Кныш своего приятеля Годзиллу, ожесточённо жестикулировавшего в кругу сталкеров и каких-то пришлых, преданно смотревших на Годзиллу как на вожака. - Что происходит, чёрт подери?

Годзилла повернул к нему свою широкую физиономию, изуродованную огромным шрамом, и хрипло заорал:

- Надо идти к станции! К саркофагу!

- Зачем? -- недоумённо спросил Кныш. - За каким хреном? Есть ведь гораздо менее сложные способы самоубийства!

- Надо! - отрезал Годзилла и направился к выходу. За ним потянулись и остальные, и Кныш с удивлением заметил, что в нарушение строгих правил "Счастливого хабара", все они были вооружены - кто чем, вплоть до гранатомёта, который волок на плече незнакомый Кнышу здоровенный детина. А кроме того, у всех было и холодное оружие, причём такое, которое в Зоне обычно не слишком в ходу из-за его громоздкости и малой эффективности при столкновениях с мутантами: топоры, тесаки и даже широкие мясницкие секачи. И только сейчас Кныш с удивлением обнаружил, что его собственный АКМ висит у него на плече - Мамонт на входе в бар не сказал сталкеру ни слова.

"Надо... Надо... Надо..." - шелестело в мозгу. И Кныш вдруг понял, чего он хочет - он хочет идти к четвёртому энергоблоку, потому что там скоро начнётся большая потеха: самая большая потеха в его жизни.

Выскочив из опустевшего бара, он бегом догнал размашисто шагавшего Годзиллу и дёрнул его за плечо.

- Погоди! Надо на колёсах, так будет быстрее!

- Дело, брат сталкер! - обрадовался шрамоносец. - Правильно мыслишь!

Похоже, эта мысль посетила не только Кныша - со всех сторон нёсся шум моторов. Сталкеры выводили из укрытий самые разные машины, бережно сохраняемые на "чёрный день", лезли в них и загружали ящики с боеприпасами, как будто собирались по меньшей мере прорывать санитарный кордон, плотно обжавший Зону со всех сторон. Движения у них были лихорадочно быстрыми, но какими-то дёрганными, словно у кукол на невидимых ниточках; глаза горели фанатичным огнём. Но Кныш почему-то не удивлялся: он и сам был захвачен общим порывом.

"Надо... Надо... Надо..." - стучало в висках.

В "хаммер" Годзиллы (результат тайного бартера с ООН-овцами, предпочитавшими не воевать, а торговать всем чем не попадя) набилось человек десять, теснясь и задевая друг друга стволами автоматов. Годзилла дал газ, но Кныш его остановил.

- Погодь, брат сталкер, - я мигом!

Добежав до своего домика, он заскочил внутрь, не обращая никакого внимания на девку, поднявшую голову на шум и сонно хлопавшую глазами, и распахнул дверцу шкафа. Порывшись, он выволок оттуда длинное мачете, валявшееся там без дела, и прицепил его к поясу. Сознание сталкера было ясным, мозговый зуд прекратился. И Кныш понял, каким это будет удовольствием вогнать полуметровое лезвие в тушу кровососа или кабана, или даже псевдогиганта - какая разница? Главное - всадить, всадить глубоко, до самого мутантского нутра, до кишок или что там у них есть. И резать, резать, резать это ходячее радиоактивное мясо, резать на мелкие кусочки!

О том, что рукопашная схватка с чудовищными тварями Зоны есть гарантированное (и очень мучительное) самоубийство, старый опытный сталкер по кличке Кныш почему-то не думал...

Джипы, набитые вооружёнными людьми, одна за другой покидали посёлок и неслись к Сердцу Зоны.

* * *

Сталкеры шли прямо на Алексея. Точнее, они шли не только на него - их развёрнутая редкая цепь захватывала целую полосу местности, - но в эту полосу попадал и пригорок, за которым залёг молодой ополченец.

"Попал, - промелькнуло в голове Алексей, - вот это попал так попал...". Отступать было некуда - за спиной бесновались мутанты. Он хотел было встать во весь рост и поднять руки, демонстрируя старожилам Зоны свои мирные намерения, но что-то ему подсказывало: этого делать не стоит - тут же получишь автоматную очередь, и никакие бронепластины тебе не помогут. И Алексей остался лежать, уповая на то, что его "хамелеон", сливавшийся с густой чернобыльской травой, спасёт своего хозяина. Парень смотрел вперёд, на идущих к нему людей, а под ним всё ощутимее содрогалась земля: орда мутантов приближалась.

Секунды превратились в столетия. Алексей потерял счёт времени, и не мог сказать, сколько прошло минут или часов с того мига, как он залёг, и тут прямо перед ним возникла фигура сталкера - возникла бесшумно, словно призрак.

Сталкер был вооружён до зубов, но Алексею прежде всего бросилось в глаза длинное мачете, болтавшее на его боку - стальное лезвие тускло поблескивало. А потом Алексей увидел глаза этого человека.

Глаза сталкера были пустыми и мёртвыми, как у зомби; он шёл уверенно, но какой-то неестественной походкой, словно запрограммированный автомат, и это ошеломило парня. "Что это с ним? - подумал Алексей. - Под наркотой он, что ли? Но ребята говорили, что сталкеры никогда не ходят в Зону пьяными или под дурью, и уж тем более не лезут в таком состоянии в "адский салат". И тут он понял, что сталкер его не видит, хотя между ними было всего-то с десяток шагов. И защитный комбинезон тут был не при чём - сталкер смотрел прямо на Алексея и не замечал его, а если и замечал, то не обращал на прижавшегося к земле парня никакого внимания. У сталкера была своя цель, и он шёл к ней, не глядя по сторонам.

Человек в чёрной бандане прошёл в двух шагах от Алексея, даже не повернув головы. Алексей слышал его тяжёлое дыхание и заметил, что сталкер небрит: его подбородок и щёки украшала жёсткая чёрная щетина. Левее ополченца с той же целеустремлённостью прошёл другой сталкер, правее - третий. Цепь сталкеров миновала пригорок и шла вперёд, прямо навстречу катящейся волне чудовищ. А там, откуда они пришли, появились ещё люди, и число их всё увеличивалось, как будто к Сердцу Зоны собрались все сталкеры Чернобыля, и не только они одни: Алексей видел и хорошо знакомых ему киевских лутеров, и даже солдат-миротворцев в ооновской форме. "Это что же такое творится-то, а? - растерянно подумал он. - Они ведь идут на верную смерть!". Алексей привстал на колени, и тут началась стрельба - сталкеры открыли огонь по мутантам.

Они стреляли с ходу, не целясь, но промахнуться по густой толпе чудовищ, валом валивших от саркофага, было невозможно - каждая пуля и каждая граната попадала в цель. Но тактика сталкеров была непонятной: вместо того, чтобы залечь и организовать оборону, утыкав землю минами, они продолжали идти вперёд, с каждым шагом сокращая расстояние между собой и тварями, извергнутыми "следом копыта Сатаны".

Наземь хряпнулись первые туши мутантов, скошенных плотным огнём, но живую волну это не остановило. Чудовища шли вперёд, равнодушно топча упавших сородичей, а навстречу им с таким же механическим равнодушием шли сталкеры. И вскоре волна тварей и цепь людей встретились...

Расстояние до чудовищ было небольшим, не более полукилометра, и Алексей видел происходящее во всех деталях. И увиденное его потрясло.

Сталкеры стреляли до последней минуты, а когда до оскаленных пастей и уродливых лап оставались считанные метры, они отбрасывали свои автоматы и штурмовые винтовки и кидались на мутантов с топорами и тесаками. Это было дико, бессмысленно, но это было именно так: сталкеры, опытные бойцы Зоны, остервенело цеплявшиеся за жизнь и умевшие ловко расправляться с любыми аномальными живыми формами, бросались врукопашную, как будто желая не победить, а умереть. И умирали...

Над полем боя - нет, над полем бойни, - нёсся дикий человеческий крик множества глоток, перемешанный с визгом и рычанием мутантов. Алексей видел, как взлетело вверх размахивающее руками человеческое тело, упало и снова взлетело вверх. Но руками оно уже не размахивало - обе руки были вырваны из плеч клыками тварей. А на третий раз вверх взлетел уже бесформенный обрубок, взлетел - и упал обратно, бесследно исчезнув среди косматых туш и оскаленных пастей. Живая волна смяла и погребла под собой редкую цепь людей и покатилась дальше. А навстречу ей шли и шли другие люди; шли, стреляя на ходу. А затем эти люди вынимали ножи и кидались в самую гущу тварей, на верную и быструю смерть.

...Кныш отбросил автомат и выхватил мачете (широкий нож уже был зажат в его левой руке). На него с воем набегал здоровенный чернобыльский пёс; сталкер подался чуть в сторону и ловко принял на лезвие ножа уродливое тело твари, взметнувшееся в прыжке. Пёс взвыл и забился в судорогах, а Кныш одним быстрым движением мачете отсёк ему башку. Сталкера окатило волной кровожадной радости, он хрипло заорал, потрясая окровавленным клинком, но тут же радость сменилась ужасом: вместо слепой собаки появилась невиданная тварь, похожая на скорпиона гигантских размеров. И Кныш понял - всё, это конец. "Зачем я жил?" - промелькнуло в голове сталкера, а в следующую секунду огромная зазубренная клешня состригла ему голову...

Алексей рыком вскочил на ноги. "Иди туда! - явственно прозвучало в его сознании. -- Иди, убей и умри, это и есть счастье!". Он сделал несколько шагов навстречу орде чудовищ, стиснув автомат так, что свело пальцы, и тут вдруг понял, что творилось с несчастными сталкерами, и что происходит с ним самим. "Так вот он какой, Чёрный Зов, о котором говорил волхв! Заточённый сводит людей с ума и гонит их на смерть! Но зачем ему это нужно?".

"Верно, - раздался незримый голос, и Алексей узнал в нём голос старого кудесника. - Ты правильно понял, воин. Сопротивляйся - ты можешь устоять, и ты должен устоять перед Чёрным Зовом! Иначе всё пропало...".

Пересиливая себя и согнувшись в три погибели, Алексей, шатаясь, повернулся и побежал прочь, подальше от места бойни. Ему было трудно, однако с каждым шагом тяжесть становилась легче - человек побеждал.

"Заточённый правильно всё рассчитал, - продолжал волхв. - Все эти люди, идущие на смерть, разучились думать самостоятельно. Они привыкли, что кто-то всё решает за них, привыкли следовать призывам "Купи! Оттянись! Вливайся!" и собственным примитивным инстинктам, сводящимся к деньгам, выпивке и сексу. Они стали лёгкой добычей Заточённого и своей смертью увеличивают его мощь. И только немногие, подобные тебе, воин, могут ещё противостоять злой силе пришельца. Сопротивляйся - на тебя вся надёжа...".

Навстречу Алексею шли люди, много людей. Идущие на смерть не замечали его, и он не останавливался - он знал, что всё равно не сможет им помочь. До Киева оставались ещё десятки километров, но Алексей бежал, уповая на чудо. Потому что иначе... А там, в Киеве, - Оксана, и не только она одна.

* * *

Каррах чутко отслеживал происходящее наверху. Всё шло так, как он и предполагал - туземцы легко поддались его ментальному приказу: они шли и умирали, питая ариссарра своими смертными муками. Были отдельные невосприимчивые экземпляры, но их можно было не учитывать - зомбированных было куда больше. Могучая воля звёздного пришельца сгребала тысячи людей, заставляя их бросить всё и устремиться к Сердцу Зоны.

Каррах контролировал расход и пополнение энергии. Ему приходилось делать много дел сразу - генерировать ментальный зов, поглощать предсмертные выбросы психоэнергии людей, умиравших в когтях мутантов, следить за окрестностями и к тому же тратить силы на проталкивание через портал чернобыльской зоны всё новых и новых обитателей смежных миров, превращавшихся на переходе в монстров, - и все эти дела требовали энергозатрат. Но силы его постепенно возрастали, и недалёк уже был тот момент, когда их будет достаточно для того, чтобы, опираясь на кристалл и на каменный диск, проломить мерность и вернуться в свой мир, оставив дымящийся чёрный кратер на месте города, где он провёл пленником столько циклов.

* * *

Джип - армейский "хаммер" - стоял на дороге, словно ожидая того, кто сядет за руль. Алексей подбежал к машине и плюхнулся на сидение, тыльной стороной ладони утерев пот, заливавший лицо. "Теперь успею! - обожгла радостная мысль. - Но сначала...".

Рация, установленная на "хаммере", была ему знакомой - ополченцы пользовались такими же, знал Алексей и частоту штаба. Настроив рацию, он схватил микрофон и вышел в эфир, абсолютно не беспокоясь о том, что его услышит множество людей - сейчас это было уже неважно. Пару очень долгих минут в наушниках стояла тишина, нарушаемая только лёгким шорохом помех, а затем Алесей услышал знакомый голос сержанта:

- Кто на связи?

- Это я, Лёшка-книгочей! - радостно закричал Алексей.

- Лёха? Ты куда пропал, чёртов сын? Дезертировал, растудыть твою в бронхи? Жёнка твоя с ума сходит! Андрей и Артём с тобой? Вот вам гетман задаст, только вернитесь!

- Я недалеко от аварийной АЭС. Ребята погибли. Слушай меня внимательно. Здесь творится страшное: от саркофага идёт несметная орда мутантов - их тысячи, десятки тысяч. Они идут на Киев, убивая всех на своём пути. Твари встречаются с людьми, и начинается резня - дикая резня, старшой. Я не шучу - это вторжение.

Алексей говорил короткими отрывистыми фразами - времени было у него в обрез.

- А чего вас туда понесло? - подозрительно спросил сержант. - И почему вы никому ничего не сказали?

- Спроси Оксану, она всё объяснит. Но главное не мутанты - их можно перебить с воздуха или там артиллерией. Из развалин четвёртого энергоблока бьёт источник какого-то неведомого излучения, от которого люди сходят с ума и бросаются на тварей Зоны с голыми руками. Это источник надо погасить, пока мы тут все не обезумели!

Алексей не стал рассказывать сержанту о каменном диске, о Монолите, о чудовище, притаившемся в киевском метро, и обо всём прочем. Изложить всю эту историю вкратце было невозможно, и сержант просто принял бы Алексея за сумасшедшего - со всеми отсюда вытекающими.

- У нас тут тоже чёрт знает что творится, - отозвался старшой. В свою очередь он не стал рассказывать Алексею о том, что уже отбил кулак, наводя порядок, и что полковник лично пристрелил безумца, фанатично звавшего растерявшихся людей на Припять.

- Это излучение, командир. Развалины станции надо сжечь - выжечь, как гнойную язву. На десять метров в землю, чтобы и следа не осталось! Доложи полковнику - пусть он свяжется с российским командованием. Сердце Зоны надо сжечь, и лучше всего атомной бомбой. Доложи полковнику, сержант, доложи! Это смерть, смерть для многих тысяч людей или даже для миллионов!

- Хорошо, - ответил сержант, чуть помедлив, - я доложу. А ты...

- Я возвращаюсь в Киев, - перебил его Алексей. - До связи!

Двигатель "хаммера" завёлся с полоборота. В лицо ударил тугой встречный ветер. Алексей гнал машину, загоняя до упора стрелку спидометра. Мутантов он уже не опасался - им было его не догнать, - он боялся, что не успеет опередить Заточённого. "Волхв сказал, - лихорадочно соображал Алексей, - что пришельцу потребуется и кристалл под саркофагом, и каменный диск в метро. Монолит важнее, но и без жернова этой твари не обойтись. Я не смог прорваться к саркофагу, но я могу добраться до камня в туннеле. И я попытаюсь это сделать - пока российские власти буду решать, наносить удар по ЧАЭС или нет, и верить ли вообще словам полковника, Час Гнева может уже наступить. И тогда...".

Контрольный пост на кордоне, отделявшем чернобыльскую зону от зоны киевской, Алексей проскочил без задержки. КПП пустовал - Чёрный Зов вымел оттуда всех. Алексей снёс бампером шлагбаум и промчался мимо покинутых бетонных капониров, из которых сиротливо торчали стволы пулемётов, но не было видно ни одной "голубой каски".

"Только бы успеть, - повторял про себя Алексей, - только бы успеть...".

* * *

- Ситуация выходит из-под контроля, господин президент. Множество, - генерал запнулся, подбирая слово, - существ, движущихся от развалин Чернобыльской АЭС - по примерным оценкам, из там сотни тысяч, если не больше, - уже заняли Припять и движутся дальше, в сторону Киева. При сохранении темпа наступления они достигнут окраин города через несколько часов. Учёные-эксперты считают, что мы имеем дело с крупномасштабным инопланетным вторжением, - генерал, привыкший иметь дело с реальным противником, а не с иномерным, слегка поморщился.

- Какие меры приняты? - спросил президент Российской Федерации. Внешне он выглядел спокойным, только на скулах вздулись желваки, да движения стали чуть быстрее обычного.

- К точке прорыва перебрасываются войска и бронетехника. Реактивные системы залпового огня дали ряд залпов по наступающему противнику, но обстановка осложняется тем, что там находится много людей, устремившихся к Чернобылю. Мы предприняли также несколько авианалётов, в том числе и с применением термобарических боеприпасов, однако должного эффекта не достигнуто. Дело в том, - генерал снова запнулся, - что там есть какое-то непонятное излучение. Солдаты теряют над собой контроль и норовят броситься в штыки, что совершенно бессмысленно и приводит только к большим и неоправданным потерям, а пилоты на бреющем полёте не могут управлять своими машинами: из-за аварий мы уже потеряли около десятка вертолётов. Считаю целесообразным нанесение удара по саркофагу ядерным зарядом средней мощности. У меня всё.

- Ядерный удар по территории другого суверенного государства, - президент обвёл взглядом военных, - вы понимаете, что это значит? К тому же нельзя сбрасывать со счетов возможность активного противодействия со стороны наших западных друзей. Это проклятая Зона слишком у многих вызывает живейший интерес - кое-кто на Западе пойдёт на всё, лишь бы она сохранилась в неприкосновенности.

За спиной президента бесшумно распахнулась дверь. Появившийся оттуда офицер связи подошёл к главе государства и тихо произнёс несколько слов. Генералы впились глазами в каменное лицо президента, пытаясь догадаться, что он услышал. Президент молча поднялся и вышел. Дверь за ним закрылась.

Минуты текли в напряжённом молчании. Затем президент вернулся, сел на своё место и положил на стол сжатые кулаки.

- Со мной только что говорил глава независимой Киевской республики полковник Сурков. Он просит нас нанести ядерный удар по Чернобылю - у него есть достоверные сведения, что источник "излучения сумасшествия" находится под саркофагом четвёртого энергоблока, и там же расположен портал, через который к нам лезут эти гости из космоса. Таким образом, у нас есть официальное основание использовать атомное оружие - ведь мы сделаем это по просьбе местных властей.

- Киевская республика является самопровозглашённой и непризнанной, - сказал кто-то из присутствующих. - Официальные украинские власти нас об этом не просят, и мы не можем...

- Официальные украинские власти бросили огромный город на произвол судьбы, - прервал его президент, - а полковник Сурков навёл в Киеве порядок и спас от неминуемой гибели тысячи людей. Вы же военный и должны знать: если старший командир отставляет вверенную ему часть и самоустраняется, командование принимает младший офицер из числа тех, у кого хватило мужества не бежать от опасности, спасая собственную шкуру. Полковник Сурков имеет право решать судьбу Киева - он это право заслужил. Чернобыль достаточно удален от столицы Украины - ядерный взрыв средней мощности не причинит городу вреда, а что касается радиоактивного заражения, то хуже чем есть, там уже не будет. Ну, а насчёт официального признания Киевской республики - это мы сделаем раньше, чем с аэродромов взлетят бомбардировщики. На карте судьба не только Киева, Украины, России - под угрозой вся Европа, а может быть, и весь мир. Я ознакомился с мнением учёных - оно фантастично, но мы не имеем права рисковать судьбой всего человечества.

Генералы молчали.

- Приказываю, - президент нашёл глазами командующего ВВС. - Поднять в воздух пару стратегических бомбардировщиков "Т-160" для атомного удара по развалинам ЧАЭС. Выделите лучшие экипажи - удар должен быть ограниченной, но достаточной мощности, и должен быть нанесён с ювелирной точностью. Украина - это не Семипалатинский полигон, и не Новая Земля, но чернобыльскую язву надо выжечь начисто. Выполняйте!

* * *

Каррах ощутил нарастающее беспокойство. Аборигены встревожились не на шутку и пытались противодействовать. Они быстро поняли, что в открытом бою лавину мутантов им не остановить - ментальный гипноз ариссарра действовал безотказно, -- и перешли к атакам с дальней дистанции, благо соответствующее оружие у них имелось. Они бросили в бой танки, накачивая экипажи транквилизаторами и намертво пристёгивая их к сидениям наручниками, чтобы солдаты не смогли выпрыгнуть из машин. Танкисты действовали заторможено - против мало-мальски организованного противника из рода людей им было бы не устоять, - однако против мутантов эта уловка сработала: танковая броня была тварям не по зубам. Людские потери снизились (несмотря на то, что к Сердцу Зоны шли и шли одурманенные), а наступление орды чудовищ на Киев приостановилось. Прогнозируя дальнейшие действия туземцев, Каррах понял, что они с высокой степенью вероятности пустят в ход своё самое мощное оружие - атомное, - используя для его доставки летающие машины. Перехватить высотные самолёты ариссарра не мог - он не переоценивал свои силы, - а ядерный взрыв на развалинах станции почти наверняка разрушит Монолит. И тогда - всё, Каррах обречён остаться вечным пленником этого проклятого мира без всякой надежды на возвращение и отмщение. Значит, надо спешить, хотя энергии накоплено ещё недостаточно.

Делая одновременно несколько дел, Каррах не обратил внимания на одинокий джип, нёсшийся по опустевшим улицам древнего города.

Даже могущественные звёздные скитальцы-ариссарра не всемогущи.

* * *

Выскочив из машины, Алексей нырнул в подземный переход станции "Контрактовая площадь". Влетев в тёмный зал, он, подсвечивая себе дорогу, бросился к краю платформы, не глядя по сторонам. Нарваться на лутеров Алексей не опасался - Чёрный Зов гигантским пылесосом высосал из города всех мародёров. Алексей не знал, что полковнику пришлось пойти на крайние меры, чтобы спасти своих: очень многие ополченцы тоже поддались Зову. Людей связывали, оглушали, вгоняли им снотворное, и хотя без потерь не обошлось - кое-кто всё-таки ушёл к Чернобылю, и оставалось надеяться только на то, что пешком они туда не дойдут до того, как всё кончится, - в целом удалось обуздать вспышку тёмного безумия и взять ситуацию под контроль. Этого Алексей не знал, да и не думал об этом: он думал только об одном - успеть опередить Заточённого.

По обнажённым нервам парня ударил подземный гул - пришелец пробуждался и уже разминал свои призрачные мускулы, готовясь к броску. Спрыгнув с платформы на рельсы, Алексей побежал по туннелю - он был уверен, что не пройдёт мимо того места, где скрыта подземная каверна с каменным диском. Но только сейчас он сообразил, что дело принимает скверный оборот: подствольник АКМа - слишком слабое оружие против бетонной стены туннеля. Парень выругался, и тут увидел впереди голубоватое свечение.

Пещера была раскрыта - точь-в-точь, как в его памятном ночном видении, - вход в неё перегораживал только световой занавес. Алексей заскочил в каверну и замер.

Тяжёлый каменный диск не лежал на земле, наполовину в неё погрузившись, - он стоял на ребре, напоминая огромную мишень, и был развёрнут плоскостью ко входу в нишу.

- Спасибо тебе, отец... - прошептал Алексей, поняв, кому он всем этим обязан.

"Я сделал всё, что мог, сыне, - услышал он голос старого волхва. - Теперь слово за тобой, воин".

"А возьмёт ли подствольная граната этакую махину?" - засомневался Алексей. И тут же, приглядевшись, он заметил длинную ломкую трещину, наискось пересекавшую жернов сверху донизу. Камень был не монолитен - некогда расколотый, он состоял из двух половин, прижатых друг к другу и, похоже, ничем особо не скреплённых (разве что временем и слоем засохшей земли). Алексей отступил назад, к выходу из пещеры, и поднял автомат.

Фугасная граната - ополченцы наладили кустарное производство подобных зарядов, незаменимых в схватках с лутерами в тесноте подвалов и подземных ходов, где приходилось взламывать взрывами перегородки и вышибать двери - почти не давала осколков, но взрыв выбил из диска сноп каменного крошева. Алексею ощутимо посекло лицо (хорошо хоть, успел прикрыть глаза), его оглушило (ощущение было таким, словно в оба уха ударили два крепких кулака), но "небесный камень" медленно и величественно распался надвое - по той самой трещине. Половинки жернова разошлись, а потом упали плашмя, подняв облако пыли.

Земля вздрогнула - раз, и другой, и третий, - и Алексей понял, что содрогается они совсем не оттого, что на пол пещеры упали два обломка каменного диска. И он побежал по туннелю обратно к станции.

* * *

Каррах почувствовал резкую боль. Опираясь на кристалл под саркофагом четвёртого энергоблока и на каменный диск, ариссарра сросся с ними, и когда одна из опор (пусть даже не главная, а вспомогательная) была выбита, пленённый пришелец получил удар и потерял равновесие. И одновременно он ощутил, что очень скоро на руинах атомной электростанции распустится Огненный Цветок - летающие машины аборигенов, несущие ядерные заряды, уже оторвались от земли.

И тогда Каррах яростно рванулся, щедро выплёскивая силу, обретённую среди стонов умиравших людей, и всем своим призрачным телом налёг на пружинящие грани измерений, опираясь на Монолит. Энергии на то, чтобы, уходя, громко хлопнуть дверью и полностью сжечь пленивший его город, уже не оставалось - каждая её капля нужна была для пролома мерности, - но ариссарра решил, что отмщение подождёт, главное сейчас - вырваться. И он не отвлёкся даже для того, чтобы мимоходом прихлопнуть дерзкого, осмелившегося нанести ему такой болезненный удар, - у звёздного пришельца остро не хватало не только энергии, но и времени.

Каррах закричал. Над городом разнёсся пронзительный ревущий вой, захватывающий ультразвуковой диапазон - казалось, это кричит от боли многострадальная мать сыра-земля.

* * *

Алексей схватился за голову - боль злобно ввинчивалась в виски и разрывала череп. Потолок подземного зала станции метро рассекла зигзагообразная трещина; посыпались камни. Пригнувшись, Алексей бросился к выходу из вестибюля, уворачиваясь от падающих кусков облицовки. Спотыкаясь в темноте на ступеньках лестницы, он опрометью бежал к яркому свету дня, но когда оказался наверху, на площади, остолбенел.

Громадное здание, безвкусное нагромождение стекла и бетона, самоуверенно и нагло вознёсшееся к небу и оттеснившее все другие строения, шаталось, словно лодка на волне. Под ним вспучивалась земля, как будто оттуда рвалось вверх нечто невероятно могучее, с лёгкостью сокрушавшее асфальт и камень - зрелище это подавляло какой-то космической первобытной мощью. Фасад, исполосованный гигантскими трещинами, словно шрамами от ударов невидимого исполинского кнута, оседал, перекашивался и рассыпался. Огромные стёкла превращались в сверкающие водопады мелких осколков, бивших по вздыбленному асфальту и собиравшихся в подобия ледяных луж. Бетонные балки ломались как спички, стенные панели падали плашмя, словно костяшки домино, сбитые щелчком. Всё помпезное великолепие делового центра - доминирующего здания Майдана - разлеталось в пыль и прах зримым свидетельством хрупкости бытия и тщетности человеческих усилий вознестись и возвеличиться. Обломки разных размеров картечью хлестали по всей площади; острый кусок стекла полоснул Алексея по лицу, добавим к мелким порезам, оставленным взрывом в нише, широкую кровоточащую царапину.

Земля уходила из-под ног, голова кружилась, перед глазами мельтешили цветные пятна. Шатаясь, Алексей уже не бежал, а скорее карабкался прочь по содрогавшейся под ногами земле, стараясь оказаться как можно дальше от эпицентра невиданной катастрофы.

А затем грянул гром. Громадное здание лопнуло, как мыльный пузырь, превращаясь в груду развалин. Алексей швырнуло вперёд; где-то на самом дне его сознания прозвучал рокочущий рык: "Я вернусь...", и парень понял, что слышит то, что не слышал ещё никто из людей - голос пленённого и освободившегося бога.

"Тоже мне, Терминатор долбанный..." - успел подумать он и потерял сознание.

* * *

Высоко в небе, за полторы тысячи километров от Припяти, от хищного серебристого тела стратегического бомбардировщика "Ту-160" отделилась иглообразная крылатая ракета Х-55 "Кент". Разматывая за собой дымную нить инверсионного следа, ракета устремилась к руинам Чернобыльской АЭС -- туда, где всё ещё продолжалось живое извержение иномерных монстров.

Приказ Президента Российской Федерации был выполнен - атаку проводил один из лучших экипажей. Ракета вышла точно на цель, и на малой высоте, над самым саркофагом четвёртого энергоблока, её двухсоткилотонный термоядерный заряд превратился в огненный шар, мгновенно расплавивший бетонные развалины и образовавший тарелкообразный кратер глубиной в десять метров и диаметром почти в полкилометра, сплошь покрытый иссиня-чёрным шлаком. Монолит сгорел в атомном огне, сгорели многотысячные полчища тварей, и уродливый гриб, взметнувшийся на десятикилометровую высоту, возвестил о конце Сердца Зоны.

И пала с небес горькая звезда Полынь...

ПРИМЕЧАНИЕ

Альтернативно-исторический фантастический роман "Горькая звезда" создаётся совместно с Александром Трубниковым . С основной сюжетной нитью романа можно ознакомиться здесь . Замечания по существу приветствуются на страницах обоих соавторов - роман весьма ещё далёк от завершения.

Оставить комментарий © Copyright Контровский Владимир Ильич Размещен: 14/08/2010, изменен: 15/08/2010. 39k. Статистика. Глава: Фантастика Горькая звезда Иллюстрации/приложения: 1 шт.		Ваша оценка:
Аннотация: Отрывок из АИ-романа "Горькая звезда" (в соавторстве с А.Трубниковым)

Контровский Владимир Ильич: другие произведения.

И грянул гром...