Конуров Марат Сеитович: другие произведения.

На что похожи облака

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    рассказ о любви


   На что похожи облака?
   Я сидел на самом краю земли. Вокруг едва поскрипывали березы, пахло дичью, свежей травой, болотом и комарьем, а прозрачный воздух был преисполнен тихой тоской. Черная, рубленная деревенька с вросшими в землю домами и покосившимися трубами и пятнами нерастаявшего снега вокруг и разлившимися озерцами, наполненными талыми водами, открылась взору, когда я выбившись из сил выбрался на опушку из темного леса .Здесь была ранняя весна, от нагретой земли парило и дрожащее марево стояло над ней и удивительно щедро лились сверху солнечные лучи и казалось, если потянуть за эти золотящиеся нити то можно притянуть солнце. После долгих шатаний в дремотном, влекущем чащобами, наполненым ночными, вгоняющими в оцепенение таинственными звуками царстве, сюда привели ноги, мое бренное, усталое тело. Как великая милость посланная свыше, как дорогая награда, явилась мне эта наполненная светом тихая опушка, куда я притащился с израненной душой и искромсанным, кровоточащим сердцем . Обессиленный, я сидел в сухой, прошлогодней траве и смотрел на точно сошедшую с иллюстраций читанных в детстве и уже забытых сказок, заброшенную в бескрайних лесах и топях, причудливую деревушку. Занесло их илом жизненных событий, оттого что многое, во что я верил с чистым, еще незамаранным детским максимализмом, очень и очень многое из тех сказок, в моей жизни не сбылось.
   Не приплыла ко мне золотая рыбка, с прозрачным, вуалевым хвостом , не поймал я и щуку в стылой проруби. Сбылись лишь те из них , в которых властвовали Кошей Бессмертный и Змей Горыныч . Да и Бабы Яги уж чрезмерно часто попадались мне. Отчего же вышло все наоборот с моей Василисой Прекрасной ? В той чудесной сказке , Василиса сбросив с себя ненавистную зеленую шкуру лягушки, обратилась в милую красавицу, а моя, из прекрасной как утро в горах, чистой, как божья роса качающаяся на тонком стебельке травинки, на моих глазах обернулась в бессердечную лебедь-птицу и сложив крылья, непокорная, скользнула в воду и уплыла по журчащей струе, растворяясь в поднимающемся тумане .
   Я кричал ей вслед, умоляя не оставлять меня одного, потому что больше всех на свете верил ей одной, как можно верить только матери, но она уже плыла к другому и ее уже не трогала судьба того, брошенного ею одного на пустынном, ветреном берегу .
   Стало зябко обескровленной душе, да так зябко, как не бывает в самую лютую стужу. Бывает в природе состояние, когда светлый день неожиданно темнеет, точно неведомая сила давит небо к земле, в один миг все вокруг сгущается и тогда сразу становится поздно.
   И для меня наступил тот самый день когда вдруг, все стало поздно.
   Все краски мира, огромного мира, разом выблекли и стали серыми и не в силах больше оставаться среди людей, безжалостных и бессердечных, обманчивых и расчетливых, очертя голову я бросился бежать и очутился в полном загадок и тайн волшебном лесу .
   Тогда, тогда, тогда, в сумрачных полосах света, я увидел что покрываюсь жесткой, серой шерстью и почувствовал как вздыбилась холка и мне не стало страшно от обращения в Волка, я широко раскрыл пасть и вдохнул холодный и морозный воздух который нес северный ветер и громко лязгнул клыками. Боль, терзавшая мое человеческое сердце, зажглась теперь и в волчьем и поселившись в нем стала терзать его с нарастающей силой и вскоре стало невыносимо ее терпеть. Она стремительно нарастала, точно само сердце увеличивалось, наполняясь ею и достигнув критической отметки, грозило разорваться на ошметки .
   И тогда я стал кружиться вьюном вокруг самого себя, пытаясь поймать и отгрызть себе хвост, хотелось выть и валяться на темном снегу, искусывая себе до крови лапы и исцарапывая морду, в жутком порыве распороть свой живот и пожрать собственные внутренности.
   Я кувыркался в стылом и мрачном лесу, на холодных сугробах, усыпанных острыми хвоинками, перечеркнутых длинными, черными тенями вековых елей и визжал от ярости и бессилия, а он скрежетал и хохотал. Я выл до хрипоты, до надрыва лёгких, растопил вокруг себя крупинчатый снег солеными слезами и собрав остатки сил, поднялся и побрел на изгрызенных лапах куда глядят глаза, на край земли.
   Путь мой был труден, я истощал и проваливал боками, меня шарахало из стороны в сторону и серая шкура кровоточила изодравшись об колючие и злые ветки и с подгибающимися и дрожащими от усталости лапами, я неожиданно выбрался на эту самую опушку .
   Духмяный запах свежеиспеченного хлеба идущий из деревни, мучительно дразнил и я тянул его во влажные ноздри и косил гнойными глазами в сторону ставших родными буреломов, но еще живший во мне от человека немой зов к людям поборол и я озираясь, в надежде передумать, бочком засеменил к черным избам.
   Пьяное деревенское мужичье на которых я напоролся, точно на свою погибель, злобно было набросились, похватав вилы и топоры, еще-бы миг и разнесся-бы по округе их несущий сувухой призыв:
  -- Ату его, серого! Ату! Ату!
   И погнали-бы на меня своих блохастых псов и началась-бы Великая травля. И не выжить бы мне, не напусти я на себя запах говенной дворняги, слишком неравны были силы и не убери я гневный, волчий блеск из глаз и не заковыляй уподобившись шелудивому, припадая на одну ногу, вымаливая к себе жалость со стороны лютого мужичья.
   Моя хитрость сработала, путая руки мужики покрестились спьяну от пуза ко лбу и успокоились и разочарованные разбрелись по домам, доедать сивуху, бормоча в прокуренные усы :
   - Не здря говорят что первак на махре настоянный по бельмам бьет! Вот псину за серого и приняли .....
   Я бы и проковылял прочь из той деревушки, если - бы меня не окликнул от крайней к лесу, куда я вновь стремился чтобы укрыться в нем, слабый почти детский голос. Я обернулся и стал вглядываться туда, откуда ко мне пришел тоненький словно писк комара голосочек и с трудом разглядел древнюю, худую старуху и жуть, острыми иглами пробежала по коже от парализовавшей меня мысли, что вновь мне повстречалось Баба Яга .
   Лицо и одежда ее сливались с серостью стены дома, сплошь покрывшегося зеленым мхом и изьеденной червями-короедами, истрескавшимися от дождя, снега и солнца, выгнутыми кверху досками крыши. Рубленные венцы углов разъехались и торчали нелепо, точно прогнившие зубы и первым желанием было броситься наутёк к спасительным и желанным трущобам, но я сумел одолеть в себе первородный страх и приблизиться к ней на безопасное расстояние.
   - Я услышала твои шаги. Почему ты припадаешь на правую ногу? - раскрыла рот и прошамкала грозно старуха .
   - Потому что в бессильной ярости я изгрыз ее - дерзнул я ответить Бабе Яге.
   - Тебе очень больно ступать на неё. Ты не волк, я это чувствую, хоть и обрядился в серую шкуру . Ты не сможешь идти далеко, тебе надо набраться сил.
   Слова ее сразили меня и я взглянул ей в глаза и понял что она совершенно слепа и тогда я безбоязненно шагнул к ней , чтобы разглядеть ее руки.
   В тот миг для меня это было важно. Узкие, сухонькие с крохотными кистями ручки мирно лежали на остреньких коленках , выпирающих из под ветхой и выцветшей материи юбки и кожа на них была удивительно прозрачной и под ней по тонюсеньким жилкам струилась светлая, голубая кровь.
   У меня отлегло от сердца, ведь я знал что у ведьм, кровь чёрного цвета, но следующая фраза старухи окончательно повергла меня в шок, оттого что она спросила у меня такое, какое никто и никогда не спрашивал у меня .
   - Я живу уже больше ста лет и давно ослепла и потеряла счет своим годам и все-же я продолжаю смотреть на небо и пытаюсь распознавать облака . Подними голову и расскажи мне, на что сегодня похожи они ? - попросила робко грозная старуха Точно горячей пулей в сердце, сраженный наповал ее необыкновенной просьбой я задрал вверх голову и пошатнулся от увиденного на небе.
   Небо в тот миг было бездонное, манящее к себе и голубое, цвета крови старухи.
   Меня зашатало, земля зыбко уходила из под ног и голова моя закружилась и окрестный березовый лес хороводом побежал вокруг меня и прямо к сердцу подступила тошнота. Я качнулся из стороны в сторону, пытаясь удержать равновесие, но земля всей плоскостью выворачивалась из под меня, точно корабельная палуба во время страшного шторма. Так выворачивается из под ног плоская доска у безумца-серфера, возомнившего себе что он может оседлать дикую волну. Я рухнул рядом со старухой, успев ухватиться за ее тонкую ручечку, которая должна была отломиться, но чудо, я почувствовал в той руке старухи удивительную силу, которая удержала меня от смертельного ушиба. В ушах у меня плыл причудливый звон и сквозь него я впервые явственно услышал о чем шепчутся берёзы и о чем они жалятся и как всхлипывает болотная топь и занудно пищат, переругиваясь между собой в непримиримом разладе мириады комарья.
   И как близкая к нам скособоченная берёзка, рыдая сетовала соседке что нижние ветви ее почернели и стали отмирать и пышная и оттого наверное добродушная соседка ее сжалилась, проникнувшись горю многолетней знакомицы и тоже всплакнула прихлюпывая и по полному стволу её потекли светлые слёзы.
   А другие, дальние, шептались между собой о том, что весенние, паводковые воды окончательно вымочили их и потому они теперь останутся без шелестящей листвы.
   Всё что я услышал в тот миг, происходило лишь краткое мгновенье , но в следующий, я набрался смелости и вновь поднял к небу голову.
   Там, в безбрежной голубизне небесного океана, плыла она, моя Василиса! Отчетливый портрет ее прекрасного лица скользил прямо надо мной. Я был сражен. Из ее больших, выразительных серых глаз, сочилась к земле немая просьба понять и простить ее, то сквозила какая - то немая жалоба, то вдруг они суживались и в них мелькало злое удовлетворение, над покинутым, брошенным мной и мне увиделось что ее красивые, пухлые губы, слегка растянулись и ядовито улыбнулись .
   Я скосил свой взгляд чуть правей и увидел большую белую юрту, перехлестнутую арканами и закрытой дверью. Это были плохие приметы, не стоял мальчик в национальном чапане с кувшинчиком в руках чтобы слить на руки и дверь юрты закрытая наглухо, они неприятно шевельнули мое дремучее волчье сердце и ошарашенный и оглушённый я не понял посылаемого мне Высоким ТЭНГРИ - знаменья и в страхе отбросил взгляд правее, туда где оно слилось с полукружьем земли.
   - Так на что похожи облака? - крепко до боли, такой, что я чуть было не вскрикнул, сжав руку спросила старуха.
   - На мою Василису! - прошептал я вмиг пересохшими губами, повесив голову будто из меня вынули стержень, державший ее на протяжении всех лет.
   - Ты любишь её?
   - Любил . И теперь люблю. Но хочу забыть.
   - Отоспись у меня на печи, тебе не надо выть волком, ты не сможешь быть им, слишком много в тебе человеческого, просто выплачься- проговорила старуха, вновь поражая меня своим голосом, что - то произошло и он уже не был так скрипуч и неестественно тонок.
   У меня не было сил обдумывать эту мысль и я посмотрел на темнеющий лес, неприветливый и дальний и оттого пугающий и пошатываясь точно возвращавшийся с хмельной пирушки мужик, побрел в избёнку.
   В передней, лубочно миниатюрной комнатке, среди темной , древней мебели расставленной по углам, можно было чувствовать себя перешедшим в сказку, если-бы не горевшая под низким потолком тусклая, засиженная мухами электрическая лампочка .
   Отяжелевшие веки тянули вниз, словно на каждую из них повесили гирьку и я вскарабкавшись на печь вытянул усталое, ноющее тело и в голове скрипучей телегой протащилась мысль о гениальности этого изобретения.
   Я провалился в сон, точно бухнулся в темноту колодезного сруба. Всю ночь противный и липкий пот лился с меня, точно вода и снились мне остро заточенные топоры и угрюмые, пьяные рожи мужичья и Кошей Бессмертный со Змеем Горынычем налетали на меня и зеленый Водяной тянул в болото, уцепившись длинными и когтистыми пальцами за мой волчий хвост и упыри скакали по берегу, заросшему молодой осокой. Я чувствовал как стягивается с меня заживо, серая волчья шкура и наконец выхлюпываясь мне удалось выскочить из нее, покрытому лишь тонкой человеческой кожей и как ненавистный Водяной со шкурой ухнул в воду и только булькнула она и по поверхности пошли большие круги .
   Мое обретенное заново человеческое сердце лихорадочно бившееся точно в ознобе, разом посветлело и застучало тихонько и равномерно, измотанный борьбой я дал ему волю и почувствовал как оно сжавшись до крохотного комочка, полное боли, стало плакать.
   Оно оплакивало жестокую Василису, отравившую его навек любовным колдовским зельем и затем превратившуюся в надменную и злую лебедь-птицу и удивительным в том сне было то, что волчий вой в пустом, стозвонном лесу было тяжелей перенести чем этот плач сердца. Под утро выплакавшись и окончательно выбившись из сил, я ушел в глубокое забытье в котором гудело какое - то эхо, что-то ухало и бухало и громыхало, точно все происходило в огромной и пустой пещере.
   Первые лучи солнца, настойчиво пробились сквозь мутное, годами немытое стекло в комнатку и в еще спящем сознании что - то негромко треснуло, мозг очнулся и тут - же зависшим компьютером выдал мне мысль о ней. Сразу же во рту появилась горечь и я подумал о том что лучше - бы я не просыпался, а ушел , прямо отсюда, с этой пахнущей известью и тараканами и мышами печи, прямо в мир иной . Я лежал с закрытыми глазами, думая о парадоксах этого мира, бросающего человека то в сладчайшую негу земного рая, то в смертельный пруд, наполненный горечью и ядом земного ада .
   Сухой скрип половицы вырвал мое смутное сознание из струи этих рассуждений и я услышал грудной и идущий из глубока-изнутри старушечий шепот, показавшийся зловещим и отпевающим .
   - Асэры , матэры , зибуры , тибуры , сварты , хамарты, стеги , метеги , злобуты, маобуты , зыдени, поитени , зулиса оборотень , Василисою нарекш , в пустомять , в злобу, синь- траву превратши , у зверья под ногами топчая , чист сердецо витязя обманув , за то пока тебе не будет , буде ты росно лить вечно слёзы , сужде те тело сво тащить, худо от памятя и не вытеть обра те со перьев лебядя .
   На лицо моё упали капли воды, веки предательски вздрогнули, но я не посмел шевельнуться и чувствуя как от ужаса происходящего немеют конечности продолжал лежать в жутком оцепенении.
   - Асэры, масэры, зибуры, сибуры, осэры, мосэры, взыдру, выбру . Будешь ты сила, в смяте, в суе , убряже зла дева!- продолжала шептать старуха .
   Боль, все эти дни пронзавшая и корежившая мое тело, стала потихоньку отступать и вытесняться и вместо неё вливалась прежняя сила.
   Преодолев страх я слегка размежил веки и увидел склонившуюся над собой старуху.
   Маленькая головка ее не была покрыта . Белые волосы нависли заслоняя остренькое личико и сквозь открытые веки прямо на меня смотрели пустые глаза без зрачков и маленький рот был скошен и узкие губы зловеще шевелились и когда смыкались, верхняя собиралась в десятки морщин.
   По щекам старухи струями текли слёзы, они затекали в глубокие впадины морщин и оттуда вливались в уголки её бескровных губ.
   Старуха уже прекратила нашептывать свой наговор и теперь она безмолвно размахивала тонкими ручками над моей головой и я чувствовал себя не взрослым мужем, нет, крохотным ребенком, слабым и беспомощным . Пытаясь наблюдать за ней я не заметил как погрузился в сладкую негу сна и проспал неизвестно сколько времени и проснувшись обнаружил что из тела моего куда-то делась усталость и мысли стали легковесней и прозрачней .
   И я вновь вспомнил что происходило со мной и осмотрел комнатку и убедившись что она пуста, быстро спрыгнул с печи и вышел на улицу. Старуха сидела на прежнем месте, положив руки на колени . Со стороны казалось что она дремлет, как вдруг плотно сжатые губы ее разомкнулись.
   - Ты сказал что хочешь её забыть Я могу заставить ее вечно мучаться . Скажи мне , за свою боль и обиду , хочешь ли ты чтобы она до конца дней своих мучалась, в думах о тебе?
   - Нет, бабушка, нет! Не хочу!
   - Тогда будешь мучаться ты. Я напою тебя охрани - травой и дам с собой, в дорогу. Но она не сразу поможет, любовь твоя к ней необыкновенно крепка . Возьми в сенях горшок , в нем охрани - трава, выпей сейчас и пей каждый день. Когда она закончится, ее печать будет стерта с твоего лица . А теперь уход , путь твой будет долог, до тех пор тебе не будет покоя, пока ты не выпьешь ее всю. Иди! - старуха взмахнула рукой, то ли благословляя меня, то - ли изгоняя прочь, рассерженная за мой ответ.
   Я взял в сенях глиняный горшок с охрани-травой и пошел задами спотыкаясь, но не оглядываясь, через огороды, в сторону пролегающего большака и черный лес не манил меня больше и впереди ждала дорога очищения .
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) В.Василенко "Статус D"(ЛитРПГ) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Ю.Ларосса "Тихий ветер"(Антиутопия) М.Моран "Неземной"(Любовное фэнтези) A.Opsokopolos "Крот. Из Клана Боевых Хомяков"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"