Коньков Юрий Александрович: другие произведения.

Откровенно

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:


Юрий Коньков

о т к р о в е н н о

Москва

2002

  

I. Обмылки

Первые обмылки

   В вашем доме
В Вашем доме - ласковые киски
(в снах моих - разорванные дети)
Вы - едите утку по-пекински
(я - пишу на стенах в туалете)
Ваши страхи - пошлы и поддельны
(ужас мой - корчует ночью зубы).
С Вами мы - сугубо параллельны,
Так, не пересекшись, мы и любим


***
Я ощущал себя невзорванным снарядом,
Фотомоделью с расцарапанным лицом,
Позорно брошенным передовым отрядом,
Взаимно-вежливым сиамским близнецом...


Осень
Я видел рощу, в пар одетую,
Я видел сумрачное небо,
Я слышал песню недопетую
До крошки съеденного хлеба.

Вверху орел круги наматывал
Пятном коричневато-белым
Да матерился птичник. Мат его
Еще смурней картинку делал...


Зимняя оса
Здравствуй, зимняя оса,
Пламя полосами,
Знаю, брать тебя нельзя,
Изойду слезами...
Мне бы душу подлечить
Жалостью пчелиной,
Только где ж ее добыть
Стылой ночью длинной?

Вот тебе моя ладонь,
Залезай в перчатку.
Оближи меня, огонь,
Я хочу, чтоб сладко.
Там, внутри меня, детсад
Плача замерзает...
Укуси меня, оса:
Пчелы не желают.


Мы с тобой
Поутру все тело тяжестью сковано
И вагоны на метро - нарисованы.
Ты сова, и я сова... Значит, совы мы
И ячейка мы с тобой - образцовая.
Поцелуемся давай, вот лицо мое...
Во как крепко мы с тобой запрессованы!..


Эдельвейсы
Здравствуй!.. Что ты молчишь? Ну не дуйся, засмейся,
Посмотри: я принес - для тебя - эдельвейсы!
Под полою, от снега - распахнут, простужен,
И теперь я хочу - поцелуя и ужин
За окном - не зима, а так - профанация,
Вот и насморк опять... Мне пора отлежаться
На тюфяках, как итальянская мафия.
Будет весна - поменяем кафель,
Пусть будет такой... Бежевато-коришный...
С чем тебе йогурт? Мне - с вишней.

Можно с зимней. Целую тебя. Харе Кришна...
  
  
  
  

Ранняя Весна (Весенние Обмылки, 1)

   Люди! Не жмитесь к проезжей части,
Не бойтесь сосулек - Весна не обидит!
Светает... Теплеет!.. Это полсчастья!
Еще полсчастья - что сдох аналитик.
Вместо него, веселый, небритый,
Пьяный от ветра теплого, славного, -
Я раздуваюсь дыханием ситным,
Я полносчастлив! А это главное.

Рифмы глагольные? А ну и хер с ними!
Ломаный ритм? До того фиолетово!
Пляшет чердак мой и хлопает дверцами...


Люди!
Весна!!!
Вы не видите этого?!

  
  

Обонятельное для Н.П. (Весенние обмылки, 2)

   Говоришь ты, что чуешь весну... Ну, а как она пахнет, Весна?
Что вдыхает твой нос, закупоренный злыми морозами?
Может, горечь ожившей коры? Или талый восторг огурца?
Или, может, Весна пахнет маленьким солнцем - мимозами?

Может, запах Весны - это запах бескрайних коричневых луж,
Чуть подкрашенных небом - летящим, бездонным, лазоревым?
Может быть... Улыбнулась ты: глупенький, все это, в сущности, чушь,
Потому что известно одно: что Весна - пахнет ЗДОРОВО!!!
  
  
  

По щучьему велению (Весенние Обмылки, 3)

   Вот отходит календарная,
Долгожданная, неверная,
Витаминодефицитная,
Сердцу милая Весна

Помнишь хаджи легендарные
Сквозь красот ледовых тернии,
Потихонечку, на цыпочках,
На скамеечки в леса?

Этот шаг, похоже, пройденный:
То ли лето наконец уже,
То ли мы умней (не верится),
То ли оба сразу два.

Только там - отныне Родина,
Рай, терять в котором нечего,
Кроме унисона сер-д-ца
И прокуренного льда...
  
  
  
  

Эпистолярные обмылки

   1
Жалуешься, что даже во сне - лишь чужие лица,
Все время просишь тебе присниться...
И я сажусь в кресло, закрываю глаза,
Откидываю голову (больно, но иначе нельзя)
И давай посылать тебе свою персону
В червовом коде по небесному телефону...
Однако в ответ мне - короткий гудок...

Ложись-ка пораньше спать, дружок!


2
Я увижу тебя сегодня - можно?
...или лучше не спрашивать - вдруг уклончиво?
Ты прости, но люблю и тоскую - до дрожи,
До судорог, до выжатого в кровь лимончика

Я увижу тебя сегодня - точно!
Без всяких "можно" - сколько можно быть мальчиком!
Я увижу тебя - сегодня ночью,
Едва лишь накроюсь одеяла экранчиком...


3
Бывают дни, когда я готов
Иметь самую грязную женщину на Казанском вокзале,
Когда даже в негре преклонных годов
Я вижу объект сексуальных притязаний

Бывают недели, когда я пьян -
Ну, не то, чтоб в говно, но, в общем, не в меру
Сижу и хлещу за стаканом стакан -
Эдакий примерный гражданин эсэсэсера

Бывает порой - и очень часто,
Когда я вылитый хам трамвайный,
И ни мыло, ни абразивная паста
Не могут выдраить этот гальюн вербальный

Бывает всякое. Но не было и быть не может
Чтобы я мог спокойно смотреть, если ты плачешь
В искупленье отдам тебе все: зубы, кости и кожу,
Нервы, в клубочек смотанные, ноздри и пальцы

И что тут поделать, если я вот такая сука,
Что ты хочешь плакать чаще, чем оно позволительно?
Просто легче и легче мой шаг, и кровь по все меньшему кругу
Бурлит и сворачивается, если тебя обидели

Так и отдаю души своей пальцы под нож
Бросая их в снег, к ногам твоим, окровавленными стихами
Разговор невнятен? Неразборчив мой почерк? Что ж,
Неудивительно, ведь я держу карандаш зубами...


4
Когда мои думы - залитый текилою соли пуд,
Хорошо разглядывать крюк, на котором болтается люстра...
Я не люблю тусовки, где жадно и громко пьют,
И еще когда меня спрашивают, почему я грустный.

...

Когда поцелуй подарен, когда поцелуй возвращен,
Кажется, вечно будет стоять моя колокольня...
Я не люблю, когда спрашивают: "Хочешь еще?"
И еще когда удивляются: "Неужели и вправду больно?"

...

Когда каждый вечер тосклив и обороты к нулю,
Я снова дышу, услышав "Ну здравствуй, милый!"...
Я не люблю - до ногтей в лохмотья - слово "люблю"
И очень люблю, что другого сказать не в силах.


5
у меня чешется внутри головы -
надо им что ли крошек насыпать
...
Я никак не могу встать до рассвета -
Скоро лето:
вкус халвы
запах липы
Лето...
Синее небо и поле желтое
Теплый живой чернозем...

Я на работе - но я не работаю...

...как мы ее назовем?..


6
День под ногой хрустнет
В ухо воткнет ключик
Как без тебя пусто
Как без тебя плющит
Сколько же слов стылых
Сколько ножей в ребра
Как без тебя - милым?
Как без тебя - добрым?
Псы-друганы квохчут
Вздохи мои солят

Я колдану дождик:
Плакать хочу вволю.


7
С Добрым Утром, любимая! Солнышко - в твою честь
Над горизонтом сегодня волчком крутилось
А я еще раз убедился, что все-таки счастье - есть,
Причем, что угодно, лишь бы есть рядом с милой %))

Кровь с молоком... Я сегодня мешал их с мочой,
Отрешенно сопя и дивясь отсутствию боли
И пусть на сей раз болит не спина, а плечо,
Но теперь я, похоже, смогу дотянуть до второго...

Луна в Близнецах - я теперь понимаю, кажется,
Просто была моя очередь жертвовать кровь ей...
Ах, о чем, ну о чем я с утра?! Прости: в голове моей кашица,
Истома в руках и ногах, и глаза коровьи...

Ну да это все лирика. Лучше скажи: как ты?
Горлышко? Ребрышко? Башенка? Лапушка... Солнышко!..
Не, ну какие же все-таки мы с тобою... коты %)
Вернее, кот - это я, а ты моя кошшшшшшшка...


8
Полтора часа лету до этой Казани -
Вовсе не много.
Но эти самые полтора часа мне -
Как разматыванье кишок по пыльной дороге:
И не больно вроде, но - чревато себя потерей,
Такая вот хреновина заковыристая...
Не могу без тебя - и рифма нейдет, и сам зверь зверем...
Таким уж меня вырастили...
И такая у меня особенность организма:
Ударяюсь ли я в загул,
Пишу ли я письма -
Без тебя - ну никак не могу!

9
Во рту моем все время пахнет кровью,
А борода растет обратно в кожу.
Мои слова избиты и не новы,
В моей постели пахнет мертвой кошкой.

Мои стихи написаны, finita,
Мои чернила выпиты - так надо.
Слова мои не новы и избиты,
Но два из них - "люблю тебя" - verdade.

10
Жду звонка. Гляжу на шесть бутылок
Сальваторе, памятного присно.
Снова ломит руки и затылок
Радужной любви дурацкой приступ.
Жду звонка. И шорохов. И треска.
Дозы облегчения от боли.
Полусожалений политеса,
Полного мучений для обоих.
Жду и верю. Помню. Не жалею.
Жалко только, что опять не рядом.
Без родного солнышка ржавеет
Несмыкаемость голодных яблок.
Не дождусь. Шизою истерзаюсь.
Отряхну с ушей пантин с нивеей.
Сколько лет тебе - конечно, знаю,
Только - уж прости меня - не верю
  
11
Ты хочешь узнать, отчего я такой задумчивый,
Пришибленный, тихий, смурной, покрасневший, усталый?
А просто вчера со мной вновь приключилась падучая,
Но на сей раз не реальная, а виртуальная.
  
А знаешь, чем я лечу разлохмаченность нервов?
Я мысленно обживаю будущую жилплощадь
(Кирпичный, с балконом, можно последний и первый),
Все представляю, как обставить ее попроще.

Как входишь - сразу налево пусть будет комната,
Пусть будет диван там и столик - а что еще надобно?
Направо - пусть кухонька будет на случай голода,
На случай другой рядом с кухней пусть будет ванная.

Из техники? Ну, холодильник, машинка стиральная,
Пожалуй, еще калорифер - от холода лютого,
Но чур никаких телевизоров - разве что радио -
А также не нужно будильников и компьютеров:
Не надо мне новой падучей, и так слишком муторно...

12
Я проснулся с утра и опять ощутил, как я счастлив,
Как тепло и спокойно бывает на этой земле...
К сожаленью, приходится часто с тобою прощаться
И на час - как на месяц, на день - как на тысячу лет.

Я проснулся с утра и опять ощутил, будто сплю я,
И во сне тихий ангел подушку руками обвил...
Хоть минутку еще... А потом разбужу поцелуем
И опять объяснюсь тебе в этой дурацкой любви %))
  
  

Бессмысленный обмылок

   Сонм
обезьяньих голов
Я по ним, аки посуху, -
Скользко. Мерзко.
Червь
атакует стремглав
Лишь бы вышел насквозь
Было б что завещать.
Стоп.
Я еще не готов
Ни сумы и ни посоха
Польза всплеска
Честь
Запрещенная мгла
Загорелая кость
И стаканы визжат.
  
  

Бандерложий обмылок

   Господи, ну какие ж мы маленькие,
В сопоставленьи с Тобой!
Карандашом на обоях калякаем
Письма - и что с того,
Что иногда в кляксе бессмысленной
Вдруг разгорится свет -
Все равно никогда мы не вырастем,
Ни в тридцать, ни в сорок лет
Не перестанем тянуться за чашкою,
Стоящей на взрослом столе...

Но, в общем-то, ничего в этом страшного,
Правда ведь, дабл Эй,
Рыжая черепашка славная?
Чашки-то бьются - к этому самому,
Главное - не болей!

  

Казанский обмылок

   Кремль, от белизны которого больно глазам.
Ancient and mouslim.
Зеленое с красным.
Казань.
Пейзаж, увиденный из окна,
Заставляет поверить: это она,
Истинная неизбывная Русь,
Которой не знаю. Но не боюсь.
Угасанье рефлекса бить по тормозам,
Сидя рядом с водителем - Волга близко.
Застывший плевок василиска.
Казань.

  

Я тебя не люблю... (Глобальный обмылок)

   Я тебя не люблю. Мое чувство значительно больше:
Им до краев наш маленький мир заполняется,
Как, к примеру, поляками полнится Польша,
А точнее, как полон Китай китайцами.

Хочешь согреться в потоках каирской жары,
Хочешь Красного моря и белого солнца?
Так пей меня, долго и жадно, как пьют комары
Горячую кровь эстонца!

А если захочется ветра, шуршащего ночью в листве,
Сладкого и бесконечного, словно бразильское лето,
Приглашаю - пожалуйста! - поселись у меня в голове,
Будешь жить высоко и просторно, как будто в Тибете.

Повторяться не буду - ты и так полипереводчица:
Понимаешь меня отовсюду, на всех языках...

Только лучше не спрашивай, чего больше мне хочется:
Я могу не сдержаться и показать...
  
  

II. Зимняя Оттепель

Техническое

   Электро

Странная техника у меня на квартире
Током дерется - рождена для полета -
Переживает и плачет душистым озоном
Какую ни ставь пластинку - поет одно только имя.
Лампы накаливания забыли, что они из вольфрама,
Перегорают мгновенно - или светят все ярче и ярче...
Самый красивый момент - конечно, когда они рвутся
И разлетаются в комнате бисером-веером
Мой холодильник все хочет решиться уйти -
Он уверен, что мы не сошлись характерами
Хулиганит по мелочам - молоко превращается в лед,
А сыр шкварчит, растекается, пачкает, пригорает.
Монтер приходил - я вызвал самого лучшего
Он долго отверткою тыкал, искрил и тихонько ругался,
Потом объявил:
"Это, наверно, любовь..."
***
Я верю ему - отчего мне ему не поверить?


120 MHz

Мое сердце бьется - сто двадцать ударов в секунду
Нет, не так - 120 мегасердец в груди
Понедельник - тебе он подарит новую смуту,
Нарезанную понедельно... Весна впереди
Обещает некоторое просветленье
(Во всяком случае, это так - со мной)
Но Весна всего-навсего скоро... Ни плачем, ни пеньем
Не отогнать молчаливый крылатый конвой...
За окном темнота - еще неприлично рано,
Ты с тоской вытираешь остатки дремы с лица,
И вдруг - в отдаленье слышен бой барабана...
Это Солнце к тебе толкают мои сердца!
  
  

Зимняя оттепель

   Были - он и она, и об этом уж столько говорено,
Что набило оскомину и раскорежило челюсти
И всегда-то такие рассказы глупы и не вовремя,
И всегда-то они преисполнены грусти и прелести...

Отвороты ее шебуршащей нелепой тужурочки
Были ярко-оранжевы, словно жилетка рабочего,
Что в асфальте копается в вечно сыром переулочке
И в лицо шумно дышит здоровьем. Помимо прочего.
Телефоны в ушах и японский на поясе тюнер
Говорили: она - порождение интерактивности,
Но глаза ее были черны, нос был миниатюрен -
Это сразу сводило на плюс недочеты и минусы.

И она не смеялась над бедной его неуклюжестью,
А смеялась, когда он шутил, - золотым колокольчиком,
И пугалась рассказам его о каких-нибудь ужасах,
И сердилась притворно, его называя "прикольщиком".

Шуры-муры описывать - нет ни охоты, ни навыка,
Просто думал он все не о том, и, возможно, не тем еще.
И, таская портфельчик дюймовочки этой чернявенькой,
Щекотал языком непонятное слово "женщина"...
Ну конечно же, все как у всех - провожанья, мороженые,
Неумело и глупо, уютно и сладко-доверчиво.
И объятья казались неловкими, неосторожными,
И минуты казались застывшими и бесконечными.

Я не знаю, что было потом - и к чему эти точности?
Просто что-то взгрустнулось - февраль и весенняя оттепель
Захотелось развеять больное мое одиночество -
Вот и выдумал я неуклюжую эту эротику...
  
  

Про чудака

   Он сообщал с порога, что небо сегодня выше,
Что - определенно! - пахнет Весной наконец-то,
Говорил о том, как тепло и приятно на крышах,
И о том, что уже пора сниматься с насеста.

Спрашивал, чем я занят, но не слушал ответов,
Играл с моей кошкой в салочки, прятки и в мяч,
Перепутывал все бумаги у меня в кабинете
И то и дело срывался со смеха на горький плач

И все-то его забавляло, все ему было внове -
Он вел себя, как ребенок, словно я его старше
...Иногда поутру принимался завтрак готовить,
И потом еще долго пахло горелой кашей.

И снова о том, отчего наше небо синее,
И тут же - смеясь - о том, как гудел вчера,
И как-то странно меня называл по имени:
Словно хотел ругнуться, а сказал "Ура"

- - - - - - - - - - - - - - - -

Но теперь у меня все в порядке, безобразничать некому
Я живу так спокойно, достижение за достижением,
Я доволен и сыт. Но порой, проходя мимо зеркала,
Я невольно тоскую о нем - о своем отражении...
  

Двенадцать месяцев (год-компот)

   Весна


Март

Щелчок - такой потусторонний,
Что думаешь невольно: сплю.
Весна - банальная такая,
Что хочется орать, орать, орать...
Но я молчу. Гнетет такая жизнь
И всё уже сто раз опизденело.
Щелчок - такой неправомерный,
Что хочется в Весну с балкона - рраз...
Забыть, что это я, такой-сякой,
Забыть про всё и вспомнить, что забыл.
Весна - банальная такая,
Что хочется лететь, лететь...

   Апрель

Когда уже и солнце, и капели
Доказывали нам Весны размах,
Вдруг выпал снег, обильный снег - в апреле!
Как белый страх.

Удильщики, черневшие буйками
В течениях московских талых рек
Ловили удивленными зрачками
Апрельский снег.

Москва сугробовела площадями,
Прохожие всё ускоряли бег:
Их гнал всепроникавшими плетями
Апрельский снег.

Бежали люди - все как в маскхалатах,
Белел своей виною человек.
Нас было больше, чем невиноватых,
Плюя на бесноватых и распятых,
Мы снегом завершить решили век.


Май

То ли май виноват - запыленный и душный,
То ли ты, то ли я виноват,
Но до жути бело - и до одури скушно.
Никуда - ни вперед, ни назад.
  
Непослушный язык - полужирным курсивом,
Красен взор и растрескался рот.
Не смотри - некрасиво, весьма некрасиво,
Никуда - ни назад, ни вперед.

Все же ты ни при чем. Это май недобитый
С тополиною пеной поддых...
Я поправлю дела жадной ржавою бритвой -
Только жалко мне песен своих.



Лето


Июнь

Обнявши случайный столб, черно-белый, как палка мента,
Выкашливаю из себя больших зеленых медуз.
Солнечно, отпуск, июнь - казалось бы, красота,
А я простудился - такой неудачный блюз.

Странное состояние - не чуять дневной жары
Июнь меня потчует медом, собранным с лип -
Помогает слабо... Любопытно, но комары
Не трогают, не кусают - может быть, чувствуют грипп?

Очень чешутся бронхи. Положение просто люкс.
Я словно сгорел на пляже - солнце и ночью со мной.
Над головою Кастору кажет язык Поллукс,
А может, Поллуксу Кастор - не разберешь, зной.


Июль

Пусто в душе и ничтожнейший звук
В ней отзывается эхом
(Так в тишине ночного двора
Глушит кошачий стон).
Мысли - скабрезный вертящийся круг,
Полный бессмысленным смехом,
Давит снаружи на веки жара,
Разум стремится вон.

Крошатся зубы, желтеют белки,
Влага находит выход,
Страх беспричинный наполнил плоть,
Душу проткнул, как мяч.
Белой жары огневые полки
Внутрь маршируют лихо.
Смех и тревогу не побороть.
Разум пускается вскачь.

  
Август

Жизнь на пороге меж двух смежных комнат,
Кривая отрыжка на хмуром лице,
Три назаборные буквы закона,
Три восклицательных знака в конце.

Жеваный слог вразумленных плебеев,
Жалобный стон изумленных орлов.
Свиньи звенят, карасята краснеют,
Кони заходятся пеной боков.

Падает меч рукояткой наружу
В жаркое тело слепого кота.
Сытью людскою в собачую стужу
Кто-то там в новые бьет ворота.

Лето отмучалось и поседело,
Усом прокуренным в небо желтя,
И предпоследняя лета неделя
Землю ветрит, веретенце вертя.



Осень


Сентябрь

Знаешь, скоро будет осень,
Птицы улетят на юг,
И, рога покинув, лоси
Встанут в хороводный круг.
Знаешь, листья пожелтеют,
Лисы выседят хвосты,
Ныне людные аллеи
Станут голы и пусты.
Знаешь, станет меньше солнца,
Больше грусти и зонтов
И в заклеенных оконцах
Скучных мордочек котов.
Веришь, ненадолго это,
Грусть на свете не одна :
Как за час минуло лето,
Через миг - придет весна.
  

Октябрь

В новый день с пустою пачкой
На заре из дома выйти
И ногой пиная листья -
В неизвестность, в бесконечность.
Растоптав чужой окурок
На трамвайной остановке
Проводить вагончик взглядом
И упруго - восвояси...

Проследить полет светила
Через небо, очень низко
На глаза надвинуть кепку
Улыбнуться глупым мыслям
На последние бумажки
Сигарет с коробкой спичек
И наполнив душу дымом
Вслед за солнцем по асфальту

Не спешить и плыть в пространстве
Созерцая сладко жмурясь
Не шуметь мыча тихонько
Старой песенки мотивчик
Избегать больших проспектов
Избегать людей скопленья
А когда устанет солнце -
Повернуть обратно к дому...


Ноябрь

Нет тепла - тошно.
Не идет карта.
За окном ливень.
На душе слякоть.
Мокрый день - скользко.
Кипяток мерзнет.
Не спастись в доме:
Сквозняки в окна.
Все вокруг пляшут,
А в глазах льдышки.
На столе свинство
И везде грязно.
Нет тепла - страшно.
Все длинней сутки.
И шуршат листья,
И грустят кошки.

На душе слякоть.
За окном ливень
На дворе осень
В волосах гниды...



Зима


Декабрь

Съеден луны колобок горчащий,
Город заклеен.
Ты свитер наденешь - ты станешь слаще,
Толще и злее.

Порядком устав от чудных разговоров,
С бою, с разбегу,
Ты выйдешь из дома - и канешь в прорубь
Ветра и снега.

Ползают руки - красные крабы -
Им бы тепла лишь.
Ты не дотянешь, ты впустишь декабрь.
И не оттаешь...


Январь

Ну вот. Опять зима
Для тела и ума.
Чтоб не пришла хана -
ЗасЫпай закрома,
Налей полстаканА
И будем ждать Весна...


Февраль

Ты три глазА, три!
Что будет? А будет - дыра!
В нее посмотри -
Ни единого завтра,
Сплошные вчера.

Лежи на печи,
Зажмурься, чади в потолок.
От солнца ключи -
В тряпицу под половичок.

Все так же темно...
Февраль - а все не вырастет день!
Дурное кино.
Петух наводит тень на плетень.

Вот трижды поёт.
Пошто же не светает окрест?!
Доколе нам лед?
Когда запляшет зарево здесь?

Когда принесут
Озимые весенний свой дар,
Ручьи запоют
И новый разгорится пожар?..

А ты три глаза, три -
Быть может, взвидишь отблеск костра...
Но как ни смотри,
Дыра - она и будет дыра.
  
  

*** (Ты похожа на дождь...)

   Ты похожа на дождь по весне, на прохладный и медленный дождь,
Пеленающий своды чешуйчатых крыльев драконьих...
Только я, хоть о двух головах, на дракона совсем не похож,
Я дышу чесноком, не огнем, до твоих далеко мне агоний.

Как ты только находишь колодцы в пустынях ночных площадей,
Для идущих вослед оставляя в них светлую влагу!
Сколько я ни старался, ни бился - но я не такой чародей:
Вырвал полбороды - всё сплошные сухие овраги...

О несбыточный город чудесный, в котором пять тыщ мудрецов,
Нет его... Только именно в нем мы с тобой повстречались,
Ты дождем золотым пролилась - я подставил потокам лицо,
И одно, и второе, напившись священной печали.

Ты решила, что любишь меня, - я решил, что тебя не люблю,
Но решимости в нас - две полушки на медную кружку.
Ты туманами глаз меня ешь - я даю петуха на "Salut"...
Очень странный ансамбль у нас получился, подружка.
  
  

Ненаглядной Эклоге

   Десять ноль восемь...
Десять - мантра снятия стресса
Дважды по десять - твой возраст
Кто выдумал будто поздно -
Ты видишь: нам светят звезды,
Ты слышишь: дроби в моей груди,
Ты знаешь: у нас впереди
Еще столько Вёсен!..

Десять-ноль-восемь...
Древние руны отсутствия злости.
Кто-то кашляет рядом - гриппозен?
Ну да Бог с ним -
Переживем... Пережили ж мы осень,

Впрочем, это уже - ноль-восемь,
Служба, которой нет,
Кручёные в рог вопросы,
Вписанный в клетку ответ.

Я пытался создать портрет -
Получилась мятежная просинь.
Так что лучше я просто
Напомню про звезды
И тихо скажу:
Я люблю Вас, десять-ноль-восемь!..
  
  
  
  

Приезжай

   Посмотри на звезд серебряных крошево -
Хочешь разглядеть их вблизи?
Привези мне колокольчик иль кошечку,
Ну а лучше - ничего не вези,

Приезжай затак. Мы выпьем по стопочке,
Бросим бульбу и грибы на тефлон.
Пусть морозы на пороге истопчутся,
А у нас на кухне будет тепло.

Мы не станем мышковать и собачиться,
Ну к чему нам это, сам посуди?
Позовем друзей, сестричек и братиков,
Пусть придут на огонек, посидим.

А потом гулять - какая погода там?
- а какую пожелает душа!..

Мы же можем повидаться по-доброму?
Приезжай! Я буду ждать... Буду ждать.
  
  

*** (Я знаю: мы друг для друга созданы...)

   Я знаю: мы - друг для друга созданы,
И это не просто слова - ты вслушайся!
Я разве тебя полюбил - осознанно?
Ты разве меня - выбирала из лучших?
Мы друг для друга. И должны быть - вместе,
Хотя бы затем, что не можем быть порознь,
Как трудно представить пятнистый месяц
В небе ином, чем искристые звезды.

И если ты вздумаешь согласиться,
Я это небо - расцелую от радости!
Побегу в леса - волкам и лисицам
Устрою пир - пусть едят до отвала все!
Словом "Любовь" заменю триколоры
И в календарях всех отмечу красным
Этот день - этот мир, в котором
Мы с тобой наконец уже счастливы!

А если ты вздумаешь мне перечить,
Вызову птиц, что тебе так любы.
Журавль и сорока, кукушка и кречет
Пускай целуют друг друга в клювы,
Пусть чудный вальс в нашу честь исполнят,
Пусть летают, словно в жизни не ползали!
И пусть прискачет тот самый пони,
Что рогом своим - бьет все козыри!
  

Для тебя

   Для тебя - как нищий длит "а" в "Подайте!"
Как миг перед разбегом купальщик длит,
Как длит самоубийца солнечный зайчик,
Прежде чем счет обнулить...

Для тебя - и себя длю,
Потому что люблю...
  
  

III. По методу вантуза

Заказное

   По заказу стихов не пишут
По заказу лишь стены рушат
Я могу рассказать, как мыши,
Я могу перепеть, что души
Я могу перепить портвейну
Или сладкой иной заразы
Я могу срифмовать, наверно,
Может, уху, а может, глазу
Или двинуть туда же даже
От досады, подобной жженью,
Я могу отыскать пропажу,
Излечить могу от мигрени...

Не могу лишь - родней и ближе
Во тщете только голос глуше...
По заказу слова не дышат
Да и нет этих слов к тому же...

*** (В жизни две не будет цели)

   В жизни две не будет цели,
и в году одно лишь лето.
Как двух душ не будет в теле,
так двух песен в мире нету.

Остальное - это чушь все,
да и мир настолько тесен,
что не вместит, как ни тужься,
даже двух хороших песен.

Нестихи про стихи

   1
   Раз написал стихи поэт:
"Судите, буду рад!"
И недостало всем того,
Чем каждый был богат.

В них правды не сыскал, кто прав,
И силы - тот, кто лев,
И нездоровыми нашел
Их психотерапевт.

Устало глянул казначей,
Сказал: "В них проку нет".
"В них нету необычных рифм" -
Сказал другой поэт...

А вот страдания души
Никто в них не нашел.
И только заскорузлый бомж
Сказал: "Как хорошо..."
  
  
   2
   Как-то Пушкина томик взявши
(Переплет из тисненой замши),
Отдыхал на софе Поэт
И читал за сонетом сонет.

Хорошо так лежать и сладко.
Только... Что это? Опечатка!
Не стерпев, он маркёр хватает
И внизу, под поэзой, черкает,

Мол, Ваш стиш - неплоха вещица
И с годами должно получиться
Вам приблизиться к чудо-стишу
(Здесь читай: "Так, как я пишу"),

Но в четвертой от низу строчке
Опечатка у Вас, и точка!
Как исправите - дам "пятак".
Все. Удачи. Да будет так.
________________________

Тут заплакал Поэт, поверьте:
Он не знал, как нажать на Enter...
  
  
   3
   Я - ухожу. Не держите меня, не надо.
Это мое решенье, моя судьба.
Меня утомила рейтинговая борьба
И ваша хвала мне больше теперь не услада.
Я - ухожу. Навсегда. Из этого ада.

Нет, здесь довольно мило бывало порой.
И вы, дураки, иногда мне казались мИлы,
Ведь - че там скрывать - вы безумно меня любили
Хоть и писали мне чушь пополам с фигней,
Но Бог вам судья. А Я - ухожу на покой.

С вами мне скучно теперь - настолько я крут,
Настолько Солнце - мой гений - уже в зените
Ну вас, ей-богу! Не надо, меня не держите,
Разве что самую капельку... Так, чуть-чуть...
  
  
  
  
  
  
  
   4
   (с необъятным
уважением к Вл. Маяковскому)
*********************************

Вот Поэт на сайт пришел,
Покрутился трохи...
Понял: что-то хорошо,
Что-то - явно плохо.

Если рифма крышу рвет
И лишает вздоха,
Каждый знает - это вот
Для здоровья плохо.

Вот редактор к вам пришел,
Стих какой отметил -
Это очень хорошо
Для делов поэтьих!

Образ коль чернее ночи,
Трупы да проклятия, -
Ясно, это плохо очень
Всем для восприятия

Если автор что есть силы
Украшает свой стишок,
Этот автор - очень милый,
Поступает хорошо.

Коль ругается ворчун -
Нате вам, интрижка!
Я такое не хочу
Даже ставить в книжку

Заорут и так: Не трожь
Тех, кто меньше ростом!
Защищающий хорош...
Загляденье просто!

Если кто кричит всегда:
Слабеньких не бейте!,
Этот автор без труда
попадает в рейтинг.

Если ты порвал подряд
Просто весь журнальчик,
Модераторы твердят:
Плоховатый мальчик.

Если автор тут как тут,
Хвалит всех без фальши,
Про такого пишут тут:
Он хороший мальчик!
  
  
Вот какой-то карапуз
Убежал, заохав.
Автор этот просто трус.
Это очень плохо.

А другой, хоть сам с вершок,
Спорить не боится.
Наглый автор - хорошо,
В жизни пригодится.

Этот наваял и рад,
Хоть не очень складно.
Про такого говорят:
Автор неопрятный.

Этот чистит буковки,
Стих на звуки крошит.
Он хотя и глупенький,
Но вполне хороший.

Помни это, каждый бомж,
Знай, любая свина,
Ты в поэты попадешь,
Будь лишь гражданином!

Автор радостный пошел,
и решила кроха:
"Буду делать хорошо
И не буду плохо".
  
  
   5
   Эй, сочинитель,
Слышал декрет-то:
Нету секретов
От новой власти,
Музья обитель
Больше не тайна,
Кухню вскрывай нам,
Вот оно, счастье!
  
Что ты, ну как же,
Все уже рады,
Новый порядок,
Нешто не слышал.
Новые марши,
Новые гимны,
Тыщи с повинной -
Жгут свои вирши.
  
Избранных нету,
Сняты иконы,
И по закону
Всяк теперь гений.
Все мы поэты,
Строем по трое
Счастье построим,
Встанем с коленей.

Главная сложность:
Петь не сбиваясь,
Сваю за сваей
Строй новый ладя.
В тонику можно,
В квинту - не больно,
Что ж до бемолей -
Нам их не надо!

Помни еще ты:
В городе солнца
Нет двоеженству,
Нет непрозрачным
Все на учете,
С номером личным,
Это логично,
Мудро и смачно.

Если в стишонках
Звук слишком чистый,
Ну согласись ты,
Рассудим вместе:
Больно уж тонко
И многослойно,
Если не клон ты,
Значит, клонмейстер.

Оба нам чужды,
Здесь им не место,
Здесь таких месят,
Перетирают
И, чая нужды
Нумеров честных,
Им из замеса
Строят сараи.
  
   6
   Я жил на зависть дуракам
С младых ногтей и до залысин.
Но очень странный таракан
В моем сознанье поселился.

Щекочет усом изнутри,
Диктует азбукою Морзе
То образ Вечной Красоты,
То просто свежий новый образ.

Отстукивает ритм цезур
Своей мохнатой цепкой лапкой
Удачный шепчет каламбур...
Бегу к перу, теряя тапки,

А он - смолкает и ушел
Безбожной рифмою глагольной.
Все это было бы смешно,
Когда бы не было так больно.

Он возвращается опять,
И снова красотою дразнит
Бывает, что-то записать
Я успеваю - что за праздник!..

Я жил солидно и всерьез,
Теперь же - мне приходит амба.
Раскрасили мой серый мозг
Незаживающие ямбы...
  
   7
   Критические дни? А может, климакс?
В любом раскладе, строго не суди,
Что потчует сметаной вместо сливок,
Встречает с утюгом и в бигуди,
Что уж не так певуча и воздушна
И что уже давненько не нежна...

Ты с ней навек - быть терпеливым нужно,
Ведь муза - чай, не теща, не жена...
  
  

Full Stop

   Зимний гриппозный город
В шишках соленых кочек
Склизок и волгл ворот
В мыслях - обрывки строчек

В шубе идти неловко
Мешают творить паденья
Вот уже остановка,
Параллепипед тени.

На остановке людно.
Стоптаны в грязь сугробы
Шмыгая, черный студень
Ждет в темноте Автобус

Вот он придет, сверкая,
Теплой надеждой полный,
Сердце тогда - оттает,
Душу омоют - волны

Волны любви, признанья
Вымоют смрад отравы...
Ждут черт-те чьи созданья
Чудный Автобус Славы

   Им бы пешком добраться
Или уж - автостопом
Только им к славе - зайцем
Хочется, остолопам.

Если дождутся - штурмом
Внутрь попадут - не вынешь
Сразу плодятся - курвы,
К истине - через кипиш.

Слава далёко где-то
Но, не теряя надежды,
Хмуро стоят поэты
И брудершафты хлещут...
  
  

Вожделение

   Я вдохнул... И воздух портится
В ожидании свободы
Где же эта пересортица
Молний и громоотводов?

Где же ты, мой стих изменчивый?
Мне бы выдохнуть скорее.
Где твоих укусов меточки,
Слов обильных гонорея?

Ты разлейся желчной горечью,
Перепорти мое мясо,
Ты ворвись настырной горничной,
Помешай мне заниматься

Все не тем, всегда не с теми. Мне
Тратить не на то бумагу
Не позволь! Коль стал я стенами -
Разлетелись пусть бы на хер!

Изойду словесной похотью,
Стану что твой Маяковский...

Больно, если бьют на вдохе-то,
А на выдохе - несносней.
  
  

IV. Стратосфера

Кукушка

   Никогда ты уже не уйдешь
От блестящего реверса снежного.
Ты пристроила нашу любовь -
Ты кукушка моя недоверчивая.

Не решаясь извить гнезда,
Извиваясь лишь в снах полуночных,
Ты все держишь меня про запас
Сотней зелени, свернутой в трубочку.

А любовь в комнатушке моей
Шелестит скорлупой яичною
И выкидывает кенарей,
Жадно требуя новой пищи все.

Не расправить никак мне крыл
Под угрозой налета беркутов.
Сам я двери тебе открыл,
Принял сам я причастье вермутом.

Не желая извить гнезда,
Поманила далекой радугой,
Обязала на жизнь клеста:
Ведь кормить кукушаток надобно!

РжаВоронок

   1
Меня удручает кошмар наяву:
Июнь начинается стужей.
А в снах моих мышь поедает сову
И клирик безмолвствует. Ужас.
  
2
Я вышил скатерть, бежем по кармину.
На ней все то, что вижу я окрест:
Дождливый вечер в захолустье пыльном,
Вблизи сарай, вдали унылый лес,
На стенах сабли, приржавели к ножнам,
Рога, которым песен не трубить,
На столике окурки, сушки, но-шпа
И в баночке железные рубли,
В углу моей одежды мятый ворох,
На потолке морщины паутин,
Велосипед, распятый в коридоре,
Поросший грязью кухонный утиль...

Игла дрожит - и смазана картина,
Рисунок вышел мрачен и несвеж.
Кармин зачем-то стал венозно-синим,
И ржаво-бурым оказался беж.

3
Ну мерь меня, мерь же - страницей печатной,
А лучше исписанной синею пастой,
В квадрат или куб возведи мне печали,
А после, с разбега, - купаться, купаться!

Наполни меня затуманенным смыслом,
Вином озарений и брагой сомнений,
Вложи вменя ключ от того, что мне снится,
Линуй меня мелом - так будет заметней.

Учи меня жить по намекам, по звездам,
Позволь стать поэтом, пророком, паяцем,
Наполни мне душу - ведь это так просто, -
Чтоб после, с разбега, - купаться, купаться!

Поедом

   Потерянный атом, отставший от века отшельник,
Глотатель шпагатов, крученая солнцем чурчхела,
Серебряной вилкой кольну, чтоб готовность проверить:
Учиться любви так хочу я по рваному сердцу!

Трясущийся бомжик, торгующий собственной тенью,
Последняя крошка, кусающий щеки астеник,
Пошлю тебя мыться: ты грязен, как маленький Будда.
Божественный смысл из печени черной добуду.

Худой перебежчик, все ищущий рай безуспешно,
Меняющий вещи на щи и щепотку надежды,
Зловонный, несвежий я саван белья размотаю,
Безмерную нежность возьму из твоих гениталий.

Мои горизонты бескрайни, я тих и спокоен.
Мой мир нарисован пастелью на фоне агоний.
Мои кладовые полны превосходнейших качеств.
Родные мертвы, а любимая все время плачет...

*** (Буду эхом...)

   Буду эхом для твоих я
Шифрограмм в ущельях чувств.
Будешь громко - буду тихо,
Будешь тихо - помолчу.

Буду звоном для монисто
Из монеток золотых,
Неразменным звоном чистым,
Даже если тратишь их.

Буду верным альбатросом
Обнимать твою волну.
В стае серой альбиносом
Вторить цвету твоему.

Сколь ни будет в жизни длинной
Перемерено личин,
Буду тушью витаминной
Оттенять твои лучи.

Воздух

   А воздух сказал "Ухожу", опустил глаза,
воздух сказал "Была ошибкою встреча".
Я не помнил себя, я схатил этот воздух за плечи
и, пытаясь вернуть, очень долго его сотрясал.

Я кричал и шептал, признавался ему в любви,
я грозил умереть от разлуки, от скуки, от горя,
я рыдал в три ручья, до того, что вокруг пахло морем,
и, совсем обезумев, ладонью его рубил.

Только он, потрясенный и рубленый, все же ушел
и унес все ошибки, и годы, и жизни, и слезы...
Я одними губами хрипел еще "Воздух! Воздух!"

Все смеялись, и лишь ветераны бросались ничком.

В метро

   Я видел балет: человек без рук
под музыку "Осторожно, двери..."
Пойду к ним. Увечный. Меня возьмут:
в любовь я верю.

*** (Ни строки, ни укуса...)

   Ни строки, ни укуса, ни вдоха, ни сна, ни улыбки.
Стекленеют глаза, покрываются корочкой льда.
В голове твои змеи, твои тараканы, ягнята и рыбки.
Растворен без следа.

Окольцован, окутан, опутан, объят и обглодан.
Обескосточен и обескожен, опущен в сироп.
Недопущен к руке и аорте, к мечтам и заботам.
Похоронен в сугроб.

*** (Было дольче...)

   Было дольче.
Ныне горче.
Колокольчик
не звенит.
Барахольщик
мой моторчик,
раз все больше
барахлит.

Меняю

   Меняю
свой доступ к Банку Небесных Истин
Меняю
волшебных красок набор и кисти
Меняю
всю воду в мире и все хлеба
Меняю
на слово "люблю" на твоих губах

Маятник

   в л е в о

Слишком остро наточен маятник,
Амплитуда надежд не жалует.
Маслом постным сосуды налиты,
Одиночеством и пожарами.
Пирамидой, в песок закопанной,
Исполинский колодец низится,
Свист на высдох и всдох - синкопово.
Ересь в мыслях и снах - фортиссимо.
Целлулоидно. Самописцево.

в п р а в о

Да, и вправду, плавнее некуда,
Потому-то, видать, и нравится.
Эдак тихо играешь нервами,
А танцор кружит вальс и кланяется.
Загрустишь - поиграешь звуками
И глядишь - веселей становится.
И доходишь - в фальши искусности
До небесных высот гармонии.

в л е в о

Небо клетчато, боль не лечится,
Доктора белы, лица умные.
Ну а мы-ка ее таблеточкой:
Пайкой солнечной или лунною.
Иль по-песьи спасемся травами,
Отравившись стихами стухшими.
Солнце выбрать, луну ли - справимся,
Только что же нам делать с тучами?

в п р а в о

А колодец-то странный, право же:
Не видать из него ни звездочки.
И плевки в изобильи плавают,
И какая-то мерзость ползает.
Да и стены такие скользкие,
Что, похоже, наверх не выбраться.
Впрочем, цели у нас не звездные,
Уплывем из колодца - рыбами.

в л е в о

Что-то свист больно громок... Кажется?
Что-то больно душе... Отпущена?
Что-то душно... Прочти мне Гашека.
Почему для рифмы? Ну, Пушкина...
Что-то страшно... Не надо - лампочку,
И дорожек не надо - ровные.
Лучше слушать, как травы плачутся
Или, скажем, поет Доронина...

в п р а в о

в л е в о

в п р а в о

в л е в о

в п р.

Берсерк

   В стихах не умею, а прозой - сказать-то и нечего.
Думаешь, можно продраться сквозь эти ежи и надолбы?
Если любимую кто-то поранил - бей, калечь его,
И только потом разбирайся: кто он и что ему надобно...
Я так устроен. А это "потом" устроено мерзко:
Спадет пелена с зенок - увижу друзей останки.

Господи, покажи мне на земле этой место,
Где кровь остудят - и череп набьют мозгами...

*** (Завернутый в карту...)

   Завернутый в карту масштаба 1:1,
Я блеклый значок, двунаправленный в горькие сны.
Здесь рыбы летают и бродят олени по дну,
Кривы параллели, легенды рисунок размыт.

Ветра розоваты, но их не уложишь в букет,
Моря нарисованы, запаха нет у тайги.
Две цифры среди океана сидят на буйке -
Отметки глубин. А присмотришься - вылитый гриф.

Я резко проснуться - боюсь: мне не нужен кессон.
Кругами всплывать - выйдет воздух, и снова каюк.
Куда ни кидайся - горчит мой неправильный сон.
Мучительно северно там, где так надобен юг...

*, **

   *
Белый лист, ночь черная - жизнь как зебра,
Где пешеход - таракан под тапочка танком.
Палочку-выручалочку - такую бы всем бы,
Или хотя бы самой ей, не так ли? Не так ли...

День на износ, навырост боль, навынос вера.
Это вот - называется страсть. Все так бульварно
И тупиково. Заходим в сквер. Занято. Скверно.
Маленький дождик. Бревнышко глаз облюбовало.



**
Твои поезда
Все ищут свои пути,
По звездам чужих небес рассекая ночи.
Но ложки песка
Никак не хватит, прости,
На эту чернейшего горького кофе бочку.

Дурак я? Пускай.
Раз нету мозгов, изойти
Могу для тебя только пеною с губ. Хочешь?
Такой вот пескарь
Вывалился из сети
Не в жизнь и ни к чьим ногам, а так, на песочек.

Франшиза*)

   Любить тебя - рисковое занятие,
Почти наверняка - потеря жизни,
И все-таки согласен я считать ее
Пустячной и незначимой франшизой:

Уж больно привлекательная сумма,
Один лишь минус: выплаты в рассрочку...
Такие вот циничные раздумья,
Такой вот фран-шизовый бизнесочек...

V. Экзерсисы

Птеродактиль

   Романтика бурь, восхваление света из тьмы
Божественный гумус, питающий наши умы
А вот наш гурУ - Чикатило, который Андрей,
И наши игрушечки: ямб и немножко хорей

Мне виделся сон - как меня грызла дюжина лис
Глаза мои в пленке, и пятится криминалист
Собаки - к друзьям, значит, сон этот я сберегу,
Но только вот странно: проснуться никак не могу.

Наполнен стакан, и меня утешают. Я пью
И солнце на грани, и паспорт упал в полынью
Смущенье в рядах: телевизор какой-то не тот
Летит птеродактиль и странную песню поет:

"Взвейся кострами,
К дальним уйди берегам,
Вечная память
В крейзе почившим богам

Все закавычить -
Вряд ли достойная масть.
Масса отличий:
Спиздить иль просто украсть.

Глупо и больно,
Режет подошвы трава.
Пусто в обойме.
Темень. Узлом рукава"

Открыли сезон? Так пускай его что ли заткнут!
Убийственный монтаг... Мне нужен тотальный ребут
Я бью зеркала - там на-верно-е должен быть я!

Какая палата... Мне нравится!.. Правда, моя?..

Красный куб

   Протяну тебе в жарких ладонях
ярчайшего красного куб:
В нем видна выразительность розы,
решительность есть палача.
Улыбнешься светло и бездонно
в ответ на мое Получай!,
Обниму тебя, куртку отбросив,
пройдем мы с тобою на ку-

Хню (вот странно, кому-то по вкусу
такого вот толка стихи).
Ты поставишь замызганный чайник,
я буду терзать колбасу,
Говорить, что во всем же есть плюсы,
нельзя, мол, без щепок в лесу,
Да и жизнь глупа изначально...
...и кучу другой чепухи.

Разговор помутнеет, иссякнет,
ты станешь глядеть на часы
И в какой-то момент я замечу,
как куб превратился в квадрат.
Ярко-красный скукожился в слякоть,
стал бурым, как в кране вода.
И придется прервать нашу встречу...
Морозно... Как лужи чисты...

Клаустрофобия

   Шаткая масса - за что же тут браться?
Хватит играться, ну правда же, братцы,
Кто тут из вас создает вибрацию?

Стены так стонут - мне лично страшно,
Гипсокартон словно карт рубашка
Жители сонно мастями мне машут.

Воздуха кража - воздух прокурен
Тает метраж, устает кубатура
Добрые граждане душат ажуром.

Выбраться пробую - стать бы мне выдрою
Чтобы из гроба единым бы выдохом
Клаустрофобия - крайне невыгодно...

Похолодание

   Штриховку земли стирающий снежный ластик
Сожженные листья, мороженных сумерек лакмус
Ванна - единственный чудом не сбойный кластер.

Холода пластырь - радость засыпанных в штольне
Склеенных ласт оригами, сложение в столбик
Снежная паста для острых клыков колоколен.

В спячку бы что ли...

Подарок

   Молоточками точечных солнечных бомбоударов
Раздробляются косточки черепа в пыль и муку.
Заполняет погожий песочек пустоты в мозгу.
Я морщинистокожен, скукожен. Я классный подарок.

Перегретый адаптер зарядит меня постоянством
Производная вантуза вылечит тромбофлебит
Перетопленным жиром шеф-повар меня освежит.
Я оклизматизирован, чист. И подарок я классный.

Медленный сон

   Умозрительный нерв ущемлен,
И на иссиня-красных фасадах
Расцветают улыбки фазаньи,
Начинается медленный сон.

Межкирпичные трещины-швы
В иероглиф слагаются "выход".
Я иду туда, слыша, как тихо
Стонет Бах, засэмплованный в выпь.

Сквозь меня паутины питье.
Коридор бесконечен и узок.
Потолок гладит голову юзом.
Пахнет мелом и млечным путем.

Дребезги

   От громкого кашля стеклянный мой мир разлетится
На мелкие части, на злую красивую ртуть.
Все то, что мне кажется, не позволяет вздохнуть,
А сдохнуть не даст то, что щиплет мою роговицу.

Припадочный каторжник, сдавленный сонмом полиций,
На приисках счастья попавший на честь и на жизнь,
Коричневым кашляя, правлю стальные ножи.
Последний из касты. Стеклянного мира хранитель.

Игра

   Хруст начинает вращаться, становится мартовским вечером
Полька звучит так отчетливо, красный дельфиний крик.
Перкуссия "лоб-брусчатка" соло ведет так наверчено
Колко, ехидно, щёкотно - пик виртуозной игры.

Запахи рампы сметановы: кисло-густы и приторны.
Длань старика-педераста - как мировой океан.
За бок - в забор - и заново. Кода растет пирамидою,
Эквивалентом счастья. Рухнувшего к хуям.

Инферно

   Каждому свой инферно: кому-то совсем игрушечный,
Кому-то и пострашнее, кому-то - как у больших.
Сидя в подземной кофейне, гляжу, как колонны рушатся,
А рядом, в своей траншее, дети курят гашиш.

Поодаль горят деревья, там кто-то на ветках крючится.
Ангел вгрызается в жилы младенчески чистой души.
Старец над внучкой беременной разъединяет брючины.
Ад мой - такой все же милый, и так неуютно в чужих...

Браконьер

   Я рифмую серединки непослушных слов турецких,
В поисках шальной удачи бью сказуемых тарелки,
В предвечерней серой дымке караулю строчек стаи,
Приворотным горьким плачем истину намыть пытаюсь.

Я охочусь на погостах, в заповедниках словарных,
Браконьер реликтов чудных, гнезд жарптичьих вор и варвар
Повезет - поймаю хвостик вороватыми руками,
Только чаще приношу я в ягдташе песок да камни.

Желтой краской

   Желтая краска общественных зданий
цвета стоялой мочи.
Ты понимаешь, как весело с нами?
Смейся же, не молчи,
а лучше беги, жизнерадостной крысой,
веря, что слово лишь звук,
учи находить космический смысл
в Академии инженерных наук.
Только не бейся в бездумные массы,
лица меж них не ищи,
смейся, ругайся, январься и майся
в зданиях цвета мочи.

Не так

   Как-то очень странно лампа:
льет не свет, а водку с соком.
Кто-то дверь придумал набок:
не войти, вкатиться только.

Очень непонятно коврик:
на стене кому он нужен?
И совсем не так в алькове:
слишком ярко, слишком лужа.
  
Фонотеки атональность
и инверсия колора.
Осязание провала.
Чувство страха. Запах хлора.

Cut-раны

   ***
Таежными психотропами,
сверкаючи идефиксами,
протопали, хлопнули, слопали
дрянное, крепленое, кислое...

***
За пазухою нагота,
в башке бардак, в душе харчевня -
вся жизнь проиграна дотла
под комментарий Маслаченко.

***
Не целуйте меня, по коленке не хлопайте,
не смогу я быть нежным, вулканящим лишь:
нежность поражена черной раковой похотью,
метастазы оргазмов уже начались...

***
Остаться навеки в суровом строю,
боюсь, суждено мне успеть.
Безумствам сверкающим оду пою,
а надо бы - реквием петь.

***
Вновь пошли ноябри, декабри, январи -
Стынет кровь и смерзаются зубы.
Последний набранный номер: "03"
...
Абонент, как всегда, недоступен.

***
Зачислен на счет электрички до станции "Дедовск",
отловлен валютным контролем - и списан об столб,
подобран кинологом, нюхом снабжен и хвостом,
науськан и пущен по свежему зайчьему следу...

***
Я джин-тонику бы спел гимны:
Крепче пива и умней водки,
И во рту приятный вкус хинный...
Но срубает очень вдруг. Вот как.

***
В карманах пусто, то же в голове,
В душе помойка, а во рту клозет.
Но вот - пахнёт озоном,вспыхнет свет...

Обычное весеннее КЗ.

По шапке

   Получил по шапке - напутал в цифрах,
Расплескал кофе на бумаг стопку
Холодильник дома все больше цинков,
Все горизонтальней и все удобней.

Получил по шапке - расквасил морду,
Потерял деньги, заблевал куртку.
Снится черте-что и зовет в морги.
Не хочу в морги. Хочу в дурку.

Получил по шапке - за что, не помню.
Снаружи снег, внутри меня тоже.
Обними, любимая, спрячь меня, спой мне,
Подуй на волосы. Высплюсь, может.

VI. Всякая всячина

Не бо...? (for Argentum)

   Криэйтор-ин-чиф контент отслеживал,
плевался часто, особенно ночью:
падали оштукатуренно-снежные
запятые - личинки будущих точек.
Играл сам с собою - дежурство скучное -
в шахматы, поддавки, Чапаева,
рассеянно мох бороды покусывал -
вопящие крошки на Землю падали
и начинали жизнь заканчивать,
трудолюбиво, упорно, тщательно:
трубочки-танчики, иглы-стаканчики -
только без танцев! закон запрещает ведь...

Криэйтор-ин-чиф называл колодцем
все то, что внизу: плевался чаще.
Кому-то хрустальным казался отзвук,
кому-то стеклянным, ненастоящим,
а кто-то не слушал - был занят делом,
серебряных дел упоенный мастер:
выковывал волкам кресты нательные,
Коронки вставлял в медвежьи пасти,

а на досуге из стружки и лома
сидел мастерил бубенцы-колокольчики.
Все подпевали чистому тону...

Криэйтор-ин-чиф завидовал молча.

Голова и все такое

   Вот моя голова - Москва.
В ней мысли бывают, с разными судьбами,
разными лицами,
Есть москвичи, есть гости столицы,
Какие живут здесь,
какие - транзитом,
Есть мысли-трудяги, есть паразиты,
И все в одной голове... Страсти!
Здесь также все ветви власти:
Парламент, довольно цивильный в целом,
Есть крыло правое, есть - левое,
Чуть сзади них - вседержитель-отец,
Следит, чтоб оставались на высоте
(В смысле, чтоб не валились с ног,
Его еще иногда зовут "мозжечок")
Чуть ниже - средства массовой информации,
Ужас, как любят они потрепаться,
А главное, на новости чутье нешуточное
(Если насморком не переглюченное)...
Все перечислить, что в моей голове -
Как говорится, регламента нет.
Поэтому пойдем дальше,
Пусть штрих-пунктирно, зато без фальши.

Вот моих легких необъятная ширь - Сибирь!
Тема тяжелая - тему не трожь,
Лучше молчание, чем глупая ложь,
Лишь скажу как курильщик, что слово канцер
По оптимистичности созвучно с "карцер".
Пусть банально - но что-то вот кашель...
Ладно. Cледуем дальше.

Вот мое знойное и беспокойное сердце -
Одновременно Тбилиси, Баку и Одесса:
Клокочет, бурлит, чего - непонятно,
Но слышать жизнь его - почему-то приятно.
Сердце - музыка праздников наших!
...следуем дальше.

Вот мои пальцы -
окраины тела, худые скитальцы,
Холодны и темны, словно схвачены хворью.
Приморье...
Тема та еще.
Барабанят нервно ритмом взлетающим
По сукну головы ногтей кастрюлями -
Жаль, убойностью не сходны с пулями.
Что мерзнут дочерна - еще жальче.
Двинули дальше.

А дальше - Кавказа изрытая печень,
Захлебывается кровью, уже не лечит,
Не улыбается майским грозам -
Знает, что гром калечит, -
Со стихов переходит на прозу,
Околевает циррозом.

Куда уж дальше...
Нечем.

Сенсорное

   Дневные сеансы
пустых кинозалов
подарят необщие сны
непонятно о чем
Опустятся веки
экран превратится
в подобие флага Бразилии
желтый, зеленый и звезды
смешное кино
никого с фонарем
чтобы место тебе указать
  
Чужой трикотаж в бороде
отзовется правее макушки
чудесною чашечкой кофе
кольцо-мотылек
защекочет над ухом
споет колыбельный романс
о времени вспять


Роман
завершится нежданно
и титры его оглавленья
оставят вопрос без ответа
А кто победил-то?
похоже, что сам романист
Захлопнется книга
оставив открытою душу
закладка уже не нужна

Страницы
так медленно грузятся,
тикает счетчик,
минутами меряя доступ
к чужим откровеньям
окно в удивительный мир
восемьсот на шестьсот
где в медных узлах сухопутных
таится родное
успеть бы его отыскать

Листая каналы,
надеясь
в глубокой ночи
вместо глупого снега
на телеэкране увидеть,
как снулый мертвец
прошепчет "Привет!"
и расскажет тебе анекдот
или в чем смысл жизни
и свежего чая нальет

Проспект за проспектом,
брошюры ночных переулков
потраченный северный город
из рук ускользает
и липнет к ногам,
целуя подошвы
в альбом составляя следы
И покуда мы все
не бросаем его
чтоб увидеть, как он умирает,
он - будет жить.

Неправильный образ жизни

   Понедельник. Хорош только тем, что пора на работу,
А стало быть, можно сказать "Созвонимся, милая!"
Стакан молока способен вызвать блевоту,
Тело горит, как купина неопалимая.

Вторник. Ничем особым не запоминается
Кроме того, что, как правило, дел по горло:
Вчерашних, сегодняшних, завтрашних - срочных и важных...
Вторник особенно чуден в дрянную погоду.

Среда. Примечательна тем, что вселяет надежду,
Эдакий своеобразный "Рабочий Полдень":
Неделю на две половины собою режет
И мирит со всякою бякой, даже с работой.

Четверг - тоже день неплохой, хоть он чистый и четный.
Обычно он буднично-сер: нужно многое сделать.
Звонки без числа, собеседники уху щекотны...
Четверг - мешанина авралов и будущих стрелок.

Пятница... Самый волнующий день на неделе,
Счет до пяти - на часы, а потом на минуты,
Спрятаны в ящики папки, ни слова о деле...
Пятница - радостный день ожидания чуда.

Чуда не будет, конечно. А будет суббота,
Мятые джинсы и точно такие же лица.
День ожиданий и встреч, суеты и расходов,
Где, итого, получается только напиться.

Самый пустой из семи - это день воскресенья:
Пусто в карманах, и в пачке, и даже в желудке,
И что-то странное, в ванной кладущее тени,
"Доброе утро" сипящее голосом жутким...

Подпиитие

   Не понимая главного, многого,
Вниз, до колодца, а после в эк-логово,
Водка и кофе, разметка на ощупь,
Лево и право мне мозг прополощут,
Коего нет и каким овладело
Чувство уюта и братства. Не дело
Уподобляться своим же проекциям,
Но этот запах... Мой Бог, наконец его
Я ощущаю - ладонями стертыми,
Левой ли, правой... Ску-ля и актерствуя,
Публику трюками теша избитыми,
Степень родства измеряя поллитрами -
Это ли правильно? Это ли просто?
Есть затруднения? Есть Перекресток!
Тыща дорог перепуталась, Боже мой,
Летний залив вместо места отхожего,
Водка и кофе, Вивальди с цыганочкой
И опасенье машины с мигалкою...
Гости столицы! Москва буйно рада вам!

...надо бы в койку бы... или не надо бы?..

Зеленая зона Истры

   1. Огород - ногами вперед!
Когда водой наполнятся овраги,
И соловьи как флейты запоют,
Садово-огородные маньяки
Тебя с собой за гОрод позовут.
Дадут штаны в резиновых заплатках,
Лопату с сучковатым черенком
И скажут: "Поливай гнилые грядки
Коровьим плохо пахнущим дерьмом!"

Ты будешь их заложником послушным
Работать до мозолей и до слез,
А если вдруг на солнце станет душно,
Тебя макнут в фосфат и купорос.
Картошки целый центнер ты посадишь,
Чтобы потом, когда придет пора,
Собрать (коль ты до осени дотянешь)
Червивой жути полтора ведра.

Ты будешь от рассвета до рассвета
Бороться с короедами и тлей,
И никогда и ни за что на свете
Не сможешь возвратиться ты домой,
Поэтому, когда текут овраги
И флейтами щебечут соловьи,
Садово-огородного маньяка
За три версты сторонкой обходи!!!


2. Что нам стоит дом построить...
Я гулял по весеннему лесу,
Любовался красою равнин,
А в башку мою нагло лезли
Утеплитель, шамот, ондулин.

Видел я, как сосна танцевала
На сыром заповедном ветру,
Сам же думал Как сучьев мало!
Эх, такую бы - да на брус!

Мне орешник махнул приветливо,
Заблестела его кора,
Я ж подумал Куда бы деть его,
Чтоб доволен был мой прораб?

В голове постоянные сбои,
Как строительством я занялся.
Ах, как счастлив я был и спокоен,
Но гляди ж ты - завел порося...


3. *К.П.*
Не страшны мне ни маньяк, ни леший,
Отгоню их молодецким свистом,
Ибо в непроглядности кромешной
Мне звездою светит Божья Истра.

Пусть вокруг мошкА упорно вьется,
На нее я просто наплеватель,
Ибо в непроглядности болот всех
Есть еще константы верных гатей.

Ни дождя, ни бури и ни града,
Ярче взор, уверенней надежда,
Ибо крыша у меня - что надо:
Песья, лисья, волчья и медвежья!

Зеркала

   Есть зеркала - их много чересчур -
Сработанные злыми мастерами:
Под стать энцефалитному клещу
Отравой лжи сознание тиранят.

Глядеться в эти зеркала нельзя:
Они рисуют мандзи в виде свастик,
Июлем напоенная лоза
Золою в них становится январской.

Они слова лишают серебра:
Застенчивость преобразят в застенок,
Все смыслы и оттенки переврав,
Безликой белизною мир застелят.

Танцовщице приделают костыль,
Туз игроку подкинут на мизере -
Казнители удачи и красы,
Снов исказители. Мороз и омерзенье.

Так отвернись от троллева стекла,
Пусть будет в нем всегда темно и пусто:
Себя по отраженьям постигать -
Довольно ненадежное искусство...

Новый день

   Новый день безудержно зовет и манит к монитору,
Чтоб по-детски шалить и по-детски же солнцем кидаться.
Это сходно с увиденным в скважине сладостным порно:
И приятно, и стыдно, и точно уж не оторваться.

Мы ласкаем друг друга, как дикие звери Весною,
И от ласки чуть позже, конечно, у нас будут дети
Дети будут тереться о нас воспаленной десною,
А потом, потихоньку от нас же, курить в туалете,

А потом они вырастут, сложатся в дивные формы,
И помашут рукой нам, и вмиг разбегутся, как зайцы...

Мы по-старчески пустим слезу... Поспешим к мониторам
И - давай хулиганить и утренним Солнцем кидаться!..
  
  

Простая песенка

   Как в съемной комнате
На тихой улице
Купались в золоте
Жары июльской мы.
Безумно счастливы
Бывали суетно.
Эх вот бы щас туда,
Да как вернуть его,

Названье финское
С янтарным вермутом,
Где так изысканно
Вы мне не верили.
Цвели Вы сказкою
Да розой белою,
Про губы красные
Так лихо пели Вы.

Как в съемной комнате
Полы не крашены.
И все вы помнили,
И было страшно Вам,
Но все же шли со мной,
Смеясь по-грустному...
Названье финское,
Жара июльская.
  

Поздравлялки

   1. Драгоценной Маргарите (Маргарите Светловой)
   Я зашел в ювелирную лавку "свободной продажи"...
Что? Вы правы, конечно, не лавка - какой-то базар:
Всяк жестянщик чего напаяет - сейчас туда тащит,
А что стОящее отыскать - так сломаешь глаза.

Подскочил продавец, что изволите мол, подсоблю мол,
Вы попали по адресу: лучший подбор серебра!..
И подделок не держим, мол, кто бы чего бы ни думал,
Свято мы соблюдаем концепцию и антураж.

Огляделся я робко в обильи изогнутых линий
И смутился, тотчас же почуяв нахальный обман:
Это - дутое, то - мельхиор, то - вообще алюминий,
Где ж найти красоту без обмана? Куда я попал?

Развернулся уйти - но - в углу, средь железок потертых
(Продавец на меня посмотрел и тепло, и угрюмо)!..

- О, продайте! - Увы, не могу, и прошу Вас, не спорьте:
Это не продается, мой друг, это Белая Пума...
  
  
  
   2. Медная радость (Асе Анистратенко)
   Что есть хорошего в осени?
Этот денек безоблачный,
Круглых листочков тополя
По мостовой дукаты,

Пачка кефира в авосечке,
Или два пива с воблою,
Ржавого ВАЗа стопы ли,
Или КАМАЗа скаты?

Вроде бы лето кончилось,
Дни наше солнце лопают,
Вместо джинсы нам - соболя,
Негде голубить пассий,

Только назло суконщикам
Стереотипы сломаны -
Теплая меланхолия...
Что происходит, Ася?

Капля тепла - не тропики,
(Жвачка в дупло - не пломба ведь?),
Солнышко? Но надолго ли?
Скоро ведь будет дождик...

Только не верю в дождики,
В лето упал - не пойманный,
Так не грусти, по-доброму,
Медью - пиши, художник!

Выпиши радость - кольцами,
Выпиши грусть - колоннами,
Выпиши свет - особенным,
Только уж - постарайся,

Ибо сегодня - осенью,
Ибо сегодня - солнышком,
Ибо сегодня - воздухом
Медная радость - Ася!..
  
  
  
  
   3. Акростих для А.В. (Алексею Свинухову)
   Сложно, немыслимо сложно
А вернее, невозможно по определению,
Материализовать свое чувство,
Особенно такое глубокое,
Мелкими глупыми буквами,
Уложенными в штабеля строчек...
Сердце - это не набор углеродных цепочек,
Верность - это не надпись на борту корабля
Единственность - это не проверка на знание языка...
Ты же знаешь, гораздо легче валять дурака,
Лепить абы что и звенеть в колокольцы
О весне и прочем - чем в ладони держать облака,
Миражи, отголоски священного смысла и чувства...
Уверен, ты это знаешь гораздо лучше, чем я
Могу себе даже вообразить.
А юбилеи... Я видел тебя: полтинник тебе не грозит,
Грозит: оставаться таким же вот светлым и юным,
Украшенным - не сединой - серебром твоих вещих молитв...
  
   4. Обмылки для DIMa (Дмитрию Иванову)
   ***
   В твоей голове - столько вычурных слов, и цитат, и имен,
И столько названий межзубных, гортанных, грассирующих,
Ты так начитан, насмотрен, наслушан - короче, умен,
Что надо бы, кажется, чувствовать глупость и сирость свою...

Ан нет! То ли реки в глазах, то ли этих ладоней узлы
Наполняют общенье с тобой тишиной и спокойствием
И через пружинки депрессий и транссенсуальный язык
Наводят по-детски уютные милые мостики...

***
Небо надело линзы: цвет неестественно серый
В траурных штор вуали смотрит зима мерзко
А на душе - бисер, маленьких сфер веселье
Ни тебе glumly-dully, ни тебе que tristeza

***
Цифруя и кодируя,
Мир превращая в брэнды,
Сводя к числу единому
Открытия и бредни,
Пленэр пикселизируя,
Шифруя, калькулируя,
Стреляя нервом вырванным
В витую пару медную,

Замрем и успокоимся,
Вдруг, в середине ночи,
Навыпуск кожу вспомнив и
Кадык, на вздрог роскошный...
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"