Чертёнок
Лес покидал печальный чёрт,
Хоть был он, собственно, чертёнок.
Он был доверчив и упёрт,
Как в стаде маленький козлёнок.

А чёрный лес считал, что в нём,
Сосуд всех мыслимых пороков.
Не сатана, а просто клон,
Характер, слишком однобокий.

Гнилушки зажигал огнём.
Идущим, освещал дорогу.
А вурдалак, казался пнём,
Хоть знал немногое о многом.

Чертёнок был чертовски юн,
Умён и мудр, не по годам.
Он знал все фазы разных лун.
Всех знал животных по следам.

Он в памяти своей держал,
Планет далёких, все орбиты.
Он много думал и мечтал,
И часто спать ложился битым.

Он ткал из дьявольских сетей
Ковёр волшебный, самолёт.
Он совращал других чертей,
С собой отправиться в полёт.

Он склеил крылья для себя,
И, часто падал с колоколен.
А старый дьяк, свой лоб крестя,
Икал от страха, с перепоя.

Чёрт не вписался в чёрный лес.
Не принял правила системы.
Под покровительством небес,
Решал людские теоремы.

Нечистая, лесная рать,
Подняв рога и все копыта,
Решила бедного изгнать,
Голосованием открытым.

Наш юный чёрт вздохнул легко.
Оставил тёмный омут нор.
Ушёл в тот мир, где всем светло,
Где морем пах далёкий порт.

Стал капитаном корабля.
Пыхтел, как дьявол, чёрной трубкой.
Чернела клином борода,
По центру корабельной рубки.

Чёрт, взглядом огненным своим
Смотрел сквозь палубу на дно,
И, часто с юным рулевым,
Пил ром и красное вино.

Он слушал склянок тихий звон.
Он видел в рифах все проходы.
Ведь был он сатана и клон.
Он знал, где выходы, где входы.

Он ведал теснотой орбит,
И стал морским, солёным волком,
Но две подковы от копыт,
Хранил в каюте, в книжной полке.