Песня честолюбивого стихоплёта
Измучил я друзей, жену,
Своими чудными стихами.
В ответ, не знаю почему,
Клянут обидными словами.

Они боятся, как огня,
Моих печальных декламаций,
А я читаю для себя,
Не замечая провокаций.

Не ходят гости больше к нам.
К себе давно не приглашают.
Их отношение к стихам,
Меня всё больше угнетает.

Дошёл до белой я горячки,
На привидение стал похожий.
Ловлю на улице, как в спячке,
Случайного прохожего.

И если вижу, не глухой,
И не боится привидений,
Читаю всё, что под рукой,
Мотивом песнопения.

Пишу стихи легко и быстро.
Не изменяет мне рука.
Я сам себя зову, Магистр.
Смотрю на прочих свысока.

Жене шепчу я нежно в ухо,
Ты моя маленькая муза!
Она в ответ мне очень сухо,
Возьми, поешь арбуза.

Я говорю ей непритворно,
В стране давно уж нет пророка.
Я памятник нерукотворный
Себе воздвиг до срока.

Чтоб люди помнили всегда
Великого Магистра
На даче скромный пьедестал
Себе построил быстро.

В гранит я, золотом из слов,
Себе хотел вписать без лести,
Частицу строк чужих стихов,
/Здесь спит невольник чести/.

Но ложной скромности любитель,
Друзьям оставил этот труд.
Ведь я давно уж небожитель,
Собаки даже узнают.

Пойду и сочиню я нечто,
Свой новый, пламенный шедевр.
Трудом своим бесчеловечным,
Открою славе тихо дверь.

Но тут жена, где стыл цемент,
Под монумент мне грешному,
Вписала вязью в постамент,
/Здесь место сумасшедшему/.

Таков всех "Гениев" удел.
Смиреньем связан сзади узел.
Всё то, что Вам сказать хотел,
Шепчу теперь ночами Музе.