Королёв Николай Павлович: другие произведения.

Биолен. Рассказ.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    История про обыденную жизнь простого студента из футуристического мира будущего, где проблема энергетического голода решена при помощи биохимических технологий.


Пролог.

   - Добрый день, девочки и мальчики. И добро пожаловать в БиоЭнергетик, - бодрым голосом заявила молодая девушка, встречая маленьких гостей.
   Группа детей оказалась в главном холе компании. Просторный зал, стены которого полностью выполнены из прозрачного пластика, казался продолжением улицы. Гладкий блестящий пол из серого камня отзывался едва слышимым эхом на каждый шаг школьников. Головы учеников крутились по сторонам, в надежде найти хоть что-то, поражающее их воображение. Но простой офисный ресепшен был образцом аскетичности в яркости дизайна. Тем временем класс под пристальным надзором их учителя, мужчины средних лет, по дуге окружил вышедшею к ним на встречу девушку, которой предстояло провести экскурсию по лабораториям компании.
   - Мы сейчас находимся в главном офисе и, по совместительству, головной лаборатории компании БиоЭнергетик. Как видите, здесь не находится ничего интересного, - девушка понимающе улыбнулась, видя расстроенные взгляды юных познавателей. - Но не стоит унывать прежде времени. Наша экскурсия только начинается.
   Сотрудница компании развернулась на месте и направилась к одной из неприметных дверей, расположенных за центральным столом регистрации. Следом за ней потянулась вереница из жаждущих фантастических образов школьников. В момент приближения к сплошным железным ставням прохода, стальные пластины, сливающиеся по цвету со стеной, с пикающим звуком достойных голливудских блокбастеров, разъехались в стороны, открывая путь к основным лабораториям компании. Пораженные картиной, которую они могли видеть лишь на экранах, дети лишь заворожено вздохнули. Миновав короткий коридор, ведущий в недра здания, экскурсионная группа попала в смотровой зал.
   Западная стена, как в главном холе при входе, была полностью прозрачной. Однако не этот факт заставил школьников просто прилипнуть к гладкой пластиковой поверхности. По ту сторону стены кипела механическая работа, и молодая сотрудница компании не упустила шанс объяснить происходящее за перегородкой.
   - Вы смотрите на одно из основных лабораторных помещений БиоЭнергетик. Именно здесь наши ученые стремятся осуществить новые открытия, которые помогут нам в устройстве более комфортной и интересной жизни, - девушка помахала одному из ее коллег за прозрачной стеной. На что мужчина в белом халате приветливо улыбнулся и качнул головой. Пораженные такой реакцией дети стали остервенело подражать их провожатой. На такое действие, учитель что-то грозно прошептал и в одно мгновение утихомирил школьников. Тем временем, экскурсовод начала свой основной рассказ.
   - Как вы знаете, совсем недавно в мире главной проблемой являлся энергетический кризис, разразившийся в прошлом десятилетии. Из-за перенаселения и ежедневно растущей потребности населения в большой мощности, крупные энергетические компании были больше не в силах обычными средствами обеспечивать клиентов привычными средствами. А после запрета на использование ядерных электростанций, нехватка энергии стала ощущаться не только промышленными комбинатами, но и простыми людьми. Дефицит стал чувствоваться повсеместно. И правительство дало франчайзинг на развертывание системы солнечного производства электричества, разработанной тогда еще никому неизвестной, компании Говарда Вандерберга СанЭлектрик. Молодой ученый получил грант на строительство солнечных плит в пустыне Невада, расположенной в нескольких десятках миль от места, где мы сейчас находимся. И в то время, огромные плантации из керамических плит и новые технологии СанЭлектрик действительно покрыли почти полностью весь дефицит энергетического рынка нашей страны. Но Вандерберг еще до запуска его системы в полную силу проводил исследования в этой сфере и пришел к выводу, что спустя десять лет, т.е. примерно сегодня, для обеспечения бесперебойной подачи электричества необходимо будет покрыть солнечными батареями все пустынные районы США. Поэтому молодой ученый начал разработку беспрецедентной на тот момент идеи производства энергии...
   - Биолен! - выкрикнул один из школьников, тут же получивший нравоучительную реплику о поведении от своего учителя.
   - Именно, - поддержала высказывание одного из слушателей девушка и, жестом приглашая следовать за ней, направилась в следующий зал.
   Помещение, куда прошла экскурсионная группа, по периметру было окружено отдельными стендами с экспонатами. Каждый был окрашен столпом голубоватого света, падающего с потолка, что преображало воздух зала в мерцающее облако. Подобно футуристическим приборам, замершие голографические картинки сопровождали каждый предмет, выставленный на обозрение. Девушка-экскурсовод подошла к первому экспонату, и по приближению ее к экспозиции, свет становился ярче, а голографическая анимация оживала.
   - В далеком двадцать пятом году молодой ученый Говард Вандерберг задумался над одной очень амбициозной, но, в то же время, выглядящей неосуществимой идеей выработки энергии человеком. Причем не только статической или тепловой, как было в предыдущие десятилетия, а на микрохимическом уровне. Он задался простым и очевидным вопросом, что раз для работы человеческого организма необходима внешняя подпитка, то куда уходит переработанная энергия? - спросила сотрудница у маленьких слушателей.
   - В окружающую среду, - ответил мальчик, который активно рассматривал визуализованный стенд.
   - Да, - продолжила девушка. - Другими словами, переработанная энергия просто рассеивается в окружающей нас среде. Но молодой Вандерберг предположил возможность сохранения этого избытка и преобразования его в привычную для нас форму электричества. Но на тот момент просто не существовало не только таких технологий, а даже исследований в этом направлении. Поэтому еще учась в университете, он приступил к разработке революционного проводника биохимической энергии, выделяемой человеком, а в дальнейшем, на полученную прибыль с работы СанЭлектрик, создал нашу компанию БиоЭнергетик, которая является одной из дочерних предприятий корпорации Вандерберга. В лабораториях именно нашей компании Говард Вандерберг и презентовал семь лет назад новую технологию, которая помогла человечеству преодолеть энергетическую катастрофу.
   Девушка подошла к следующему стенду. На полке стояли небольшая прозрачная коробка с маленькими белыми мышками. От такой картины многие девочка умилительно вздохнули. Тем временем девушка, сняв с постамента небольшую лампочку, отдала ее одному из школьников в руки и продолжила рассказ.
   - Принцип действия биолена прост и понятен, - начала фразу девушка, указав мальчику поднести неработающую лампочку к клетке с мышами. - Именно так и объяснил его работу Говард Вандерберг на презентации БиоЭнергетик.
   Когда школьник поднес руку к стенке контейнера, лампочка зажглась ярким огоньком прямо у мальчика в ладошке и озарила удивленные и восторженные лица детей желтым светом. Вздох удивления вырвался даже у классного учителя, сопровождавшего подопечных.
   - Такая же реакция была и у присутствовавших в главном конференц-зале БиоЭнергетик, - удовлетворенно проговорила экскурсовод, осматривая юных посетителей. - Эти мышки, с вживленными им биоленом, прославили Говарда Вандерберга и его детище на весь мир. Как вы видите, электричество в лампочке появилось при сближении с клеткой. Биолен превратил мышек в самый настоящий генератор, излучая вокруг себя энергию в спектре би-поля. А лампочка имеет биоленовый элемент, который способен улавливать эту самую энергию и преобразовывать в электричество. По этому же принципу происходит работа биолена и в человеке. Телефоны, плееры, часы, фонарики - все, что требует небольшого количества мощности способно питаться от биолена.
   - А эта энергия может закончиться? - задала вопрос одна из девочек.
   - А если биолен сломается? - негодующе обратился другой мальчик.
   Ничего не ответив, девушка прошла к следующему стенду и сняла с него небольшую баночку со светло-голубой жидкостью. Показав детям, что у нее в руках, экскурсовод активировала голографию и продолжила повествование.
   - Это и есть биолен. Органически-активное вещество, выведенное в лабораториях БиоЭнергетик, оно не содержит привычных механических элементов, как платы, микросхемы и транзисторы, из которых состоит большинство электронных устройств. Это лишь излучатель и проводник биоленовой энергии. Он берет ту энергию, переработанную человеком, и переводит ее в би-спектр, улавливая который устройства, содержащие биоленовые элементы, получают трансформированную в электричество энергию. Поэтому человек, который провел себе операцию по введению биолена, может забыть о зарядных устройствах и батарейках.
   Следующий экспонат изображал разных людей и устройства с символикой БиоЭнергетик, их радостные лица. Дети вновь окружили экскурсовода в надежде увидеть очередной интересный трюк.
   - Возвращаясь к вашим вопросам, я расскажу о сферах применения биолена. Оборона, космос, медицина - это основные заказчики исследований в нашей компании. Они руководствуются основной чертой, отличающей биоленовую энергию от всех остальных. Неисчерпаемость. Если по мощности человек имеет пределы, зависящие от физиологических особенностей, то время излучения равняется жизни самого человека. Иными словами, биолен - это пожизненный запас энергии, который всегда под рукой. А как органический компонент - биолен неотделим от человека, как почка, мышцы или кровь...
   Несколько часов дети внимательно слушали сотрудницу БиоЭнергетик и ее рассказ о биолене, чем очень удивили их классного руководителя. Ведь на его уроках о таком участии можно было только мечтать. После окончания экскурсии воодушевленные школьники вернулись в главный холл ресепшена. Покинули здание компании они, не поняв большей части всех терминов и выражений экскурсовода, но с твердым намерением побыстрее вырасти и вживить себе биолен.
  
  

Основная часть.

   Пробуждение для Макса Стивенсона выдалось, мягко говоря, не лучшим. Сначала мама, милая и добрая женщина, но строгая и гиперзаботливая мать, собираясь на работу, разбудила сына за час до подъема, крадя последние остатки сонного времени вечно не высыпающегося студента. Затем отец, не говоря ни слова, растолкал молодого человека от вернувшейся дремы, сунул под нос пару банкнот и список с продуктами, которые надо купить. У него, разумеется, совершенно не возникло желания по дороге с работы забежать в магазин и выполнить поручение жены. Для этого есть повзрослевший отпрыск, функция которого заключается в облегчении жизни родителя. А как контрольный выстрел - крик и прыжки на неощущаемом после ночи теле парня маленького брата с призывами вставать немедленно, иначе он опоздает в школу. На задворках пробуждающегося сознания, Макс обнаружил что-то вроде обещания отвести десятилетнего Криса ко второму уроку, по причине занятости обоих родителей. Смирившись со своей горькой и тяжелой обязанностью старшего брата, он отогнал от себя шумного кровнородственного зверька и стремительно, но размеренно, словно желе, скатился с кровати и направился в душ, дабы согнать последние остатки так желанного сна. Запищавший в это время будильник, затравленно прохрипел, не находя поблизости источника питания, и обреченно замолк. Утробное рычание и настоятельное требование Криса с другого конца квартиры напомнили о хроническом недуге любого студента - недоедании. На кухне его ждал приготовленный матерью и разогретый уже его младшим братом завтрак из жареного мяса и какого-то салата. Стул надрывно скрипнул, принимая на себя владельца, чем лишний раз напомнил окружающим о своем возрасте. Еда медленно поглощалась, а с другого конца стола в сторону парня протянулась маленькая рука с телефоном. Подняв вопросительный взгляд на брата, Макс старательно пытался осознать цели такого действия.
   - Разрядился, - одним словом виновато пояснил Крис.
   - Только не забудь потом забрать, а то в прошлый раз я уже получил от мамы за то, почему твой телефон у меня, почему она не может с тобой связаться и, собственно, где ты, - устало проговорил Макс, отправляя гаджет брата в карман.
   - Я же не специально! - оправдывался мальчик. - Просто заигрались в футбол после школы.
   - Знаю, - улыбнулся парень, потрепав любимого брата по голове. - Не обижайся. Просто в следующий раз предупреди. А то ты знаешь нашу маму.
   Крис, поняв, что вины чувствовать не стоит, словно скинул с себя камень, который держал его на стуле, и, закинув в раковину грязную посуду, побежал собираться в школу. А его старший брат остался дожевывать завтрак, попутно закуривая на освободившейся кухне. Учуяв дым, вытяжка удивленно пикнула и принялась откачивать загрязненный воздух на улицу. Часы отмеряли последние минуты утреннего отдыха, постоянно отбирая так нужное время.
   Одевшись и приведя себя в порядок, Макс закинул ранец за плечо и направился к выходу, где его уже в нетерпении поджидал брат. Выйдя на площадку, парень захлопнул дверь квартиры, в которую он не зайдет до позднего вечера, а ему на прощание в ответ пиликнул электронный замок. Крис, пока брат выходил из дома, заранее вызвал лифт, зная его нелюбовь спускать пешком три этажа. Механические двери открыли проход для посетителей, а магнитная тяга со звуком "вух-вух" привела в движение кабину.
   Маленький мальчик, радуясь солнечному утру, гордо шествовал по улице, сопровождаемый парнем в две головы выше его самого. А Макс, искренне не понимая такого оптимистичного поведения брата, пытался поднявшимся ветерком согнать дремоту и жмурился, ругая забытые солнечные очки, от яркого светила летней Невады. Через пару кварталов из-за угла показалось огромное здание школы, которую молодой человек закончил почти три года назад. Пошарив в карманах, он отыскал мобильный брата, вручил его мальчику, который уже порывался от него убежать, как всегда про все позабыв, и отпустил Криса на учебу. Тот помахал на прощание и скрылся в парадном входе, а Макс привычным темпом направился на станцию монорельса.
   Много раз его друзья убеждали, а родители порывались подарить машину, со словами личный транспорт это удобно и, к тому же, показатель состоятельности. Но Макс всегда отказывался от таких предложений и любой разговор на эту тему пресекал на корню. Он был убежден, что сейчас в личном авто у него необходимости нет. Монорельсовая дорога по скорости ничуть не уступала четырехколесному транспорту, если не превосходила. От страха многолюдности человека излечивают еще в школе, поэтому толпа кажется привычной. А время его поездок обычно не совпадает с час пиками, из-за чего ежедневно прибавляется лишних полчаса сновидений на вполне комфортных сиденьях. К тому же, любой студент мог разъезжать на монорельсе сколь угодно бесплатно, благодаря льготам Корпорации Вандерберга, обслуживающей транспортную сеть в Неваде. А машина априори нуждается в постоянных денежных вложениях, размера которых у студента и в помине быть не может. Цена бензина после энергетического кризиса преодолела психологическую планку тридцать долларов за галлон и продолжила расти. Пошлины на загрязнение атмосферы тоже никуда не делись. Пару лет назад отец предложил Максу подарить электрокар малой мощности, который он сможет подпитывать собственными силами. Тогда парень категорично ответил родителю, что ночевать в машине из-за двух часов езды, на которые сможет зарядить аккумулятор его биолен, он не собирается. К тому же, его семья не могла себе позволить какие-то бездумные траты, да и его учеба, как и брата, стоит не дешево. Но Макс был благодарен родителям за вживленный ему пять лет назад на день рождения биолен. В жизни стало поменьше проводов.
   В кармане настойчиво завибрировал коммуникатор, а слух разрезала неприятная мелодия рингтона. Макс с досадой от прогнанного сна потянулся к карману и выудил мобильный. На матовой полупрозрачной пластинке размером два на четыре дюйма высветился сакраментальный вопрос "Ты где?". Друзья Макса, зная его обходительную пунктуальность, постоянно напоминали о грядущих серьезных событиях, будь то пара или работа. В ответ на такую заботу молодой парень выключил гаджет и закинул подальше в сумку.
   (В ответ отправилось многозначительное "В п..зде." На что аппарат незамедлительно отреагировал трелью "ГДЕ?!")
   - "Следующая станция Технический Университет Невады" - возвестил из динамиков женский голос диктофона.
   Услышав нужную станцию, Макс нехотя встал с сиденья и поплелся к дверям, в ожидании прибытия на платформу. Дорога до здания университета заняла считанные минуты, а на подходе к прилегающему парку можно было различить маленькие группки студентов, ожидающих новой пары. Зеленые насаждения на целые гектары вокруг комплекса зданий всегда поражали приезжающих сюда впервые людей. Сам студенческий город был разбит в пустыне и все коммуникации проводились специально, как транспорт и электричество. Но просвещенные знают истинное предназначение этого университета, ведь он, по сути, стоит на дотации одной из крупнейших энергетических корпораций в мире - Корпорации Вандерберга. А для таких людей, как Говард Вандерберг, нет ничего невозможного.
   На входе в корпус биохимического факультета Макс заметил знакомые лица своих друзей и не очень. Поприветствовав большую часть, он вместе с группой направился внутрь на занятия. Аудитория встретила студентов желанной прохладой после нестерпимой жары пустыни, словно который раз доказывая превосходство технологий над природой. Макс еще будучи школьником осознал первенство человеческого разума над естеством, и именно поэтому он выбрал самую спорную из существующих на данный момент область науки - биохимию. Внедряющаяся в самые недра основы всего живого на Земле - органику, эта сфера за последнее десятилетие доказала свою состоятельность и важность в дальнейшем развитии человечества. Стоит сказать, что в мире существует лишь три обособленных факультета в этой области. Но два из них как таковые созданы Корпорацией Вандерберга, а третий находятся под ее протекторатом.
   Тем временем, в аудиторию, поздоровавшись с приземлившимися на свои места студентами, зашел профессор, и лекция началась. Макс знал, что Виктор Патерн вот уже с десяток лет, с самого основания, преподает в этом университете, но едва ли этого мужчину можно было назвать старым. Не было в его волосах намеков на седину, а лицо не разбили старческие морщины, как у других лекторов, которые, как создавалось впечатление у студентов, находились в преддверии смертного одра последние годы. Уважение у слушателей Патерн в первую очередь вызывал своей открытостью и способностью считаться с мнением его учеников, тогда как другие профессора даже мысли о своей неправоте не допускали. Он был живым и современным, а манера лекций его предмета прославилась на весь университет. Но, что считал самым главным сам Макс, профессор Патерн был специалистом в прикладной биохимии и был способен разобрать практически любой вопрос, связанный с органическими формулами, а опыты подопечных всегда поддерживал. Из-за такой заинтересованности и отзывчивости Макс вот уже третий год посещает практику исключительно на прикладную биохимию.
   Лекция шла своим чередом, и после вступительного слова, началось обсуждение новой темы. Сегодня была одна из любимых студентами - инфопласт. Привычным движением Патерн активировал режим ведения наглядной лекции. Окна помещения затемнились, а в центе аудитории, в воздухе над первым рядом над головами студентов, возникла объемная голографическая анимация с вращающимися формулами и изображениями.
   - Стоит пояснить для чайников, которые не имеют привычки посещать мои лекции, мистер Диксон, - рассказывал профессор, отчего по аудитории разнеслись множественные смешки. - Что инфопласт - это разновидность биолена, работающая в более сильном спектре, нежели обычное би-поле. Это так называемое активное би-поле. О причине такого названия догадаться легко. Мистер Диксон?
   - Оно что-то активирует? - ответил сосед Макса и, по совместительству и невообразимому стечению обстоятельств, его лучший друг.
   - Попытка засчитана, мистер Диксон, - улыбнулся Патерн. - Но впредь почаще заглядывайте на мои лекции.
   - Постараюсь, - ответил студент.
   - Не сомневаюсь, - подтвердил профессор. - Мистер Стивенсон?
   - "Активным" его прозвали по причине возможности воздействия разума на электронные устройства. Т.е. управляемым самим человеком, а не стабильно-пассивным характером, как обычное би-поле, - рассказал Макс.
   - Именно, - продолжил лекцию Патерн. - Инфопласт стал вторым революционным открытием Вандерберга после биолена. Благодаря нему сбылась давняя футуристическая мечта человечества о дистанционном управлении. От мобильных устройств и компьютера до промышленных агрегатов и целых производственных циклов - любое устройство, которое содержит активный биоленовый элемент, вот уже десяток лет может управляться посредством одной только силой мысли. Именно из-за инфопласта, вживленного в мой организм, я и управляю сейчас нашей голограммой...
   Следующие два часа Макс слушал рассказ профессора лишь краем уха. Все из-за его крайней увлеченности наукой, потому что все материалы курса Патерна он выучил за первый месяц обучения. А чтобы не заскучать, Макс всю лекцию переписывался по коммуникатору в Фейсбуке со своей девушкой.
   Занятие окончилось ровно в полдень, и уставшие от полученных знаний студенты направились на заслуженный отдых. Макс в сопровождении Фреда Диксона, перерыв решили провести на свежем воздухе, распластавшись на зеленой травке в тени одного из массивных деревьев. Студенты про себя называли этот парк "оазисом", что точно отражало положение этого хоть маленького и редкого, но настоящего островка зелени посреди жаркой и знойной пустыни.
   - Я вот не понимаю, - сказал Фред, блондинистый парень, не жалея модной одежды, развалившийся в корнях дерева. - Как ты умудряешься все это учить. Формулы, термины, реакции... Фух, как вспоминаю, мозг просто закипает! Еще и Патерн зудит муха, а ведь знает, что я ни черта в этом не смыслю.
   - Он зудит, как ты выразился, потому что его лекции не посещаешь, - ответил ему друг, раскинув руки и лежа на животе, пытаясь вобрать в себя холод почвы. - А то, что ты дурак, это и я тебе с первой нашей встречи говорил.
   - Это я, по-твоему, дурак? - возмутился парень. - А мне кажется, что это ты не далеко ушел от рельсов системы. Учишь как первостепенный ботаник, работаешь как трактор, и с одной девушкой встречаешься. С одной - пять лет!
   - И что в этом такого? - спросил Макс.
   - Мне кажется, ты болен, - откровенно проговорил Фред, с серьезным выражением.
   - Все дело во взаимопонимании, - ответил друг. - В простом человеческом взаимопонимании. И любви конечно. Но это тебе нужно удивляться, а не мне. За ночь прокручивать десятки тысяч - это надо постараться.
   - А вот тут, мой друг, все очень просто, - наставительно выдохнул Диксон. - Пара стимуляторов, ящик текилы, вагон девчонок и пошло поехало!
   - Эх, заканчивал бы ты с наркотиками, - серьезно сказал Макс. - Еще до конца не ясно, как они влияют на инфопласт и биолен в целом.
   - Да ладно тебе, это же такой отрыв, - рассмеялся Фред. - Жаль ты не можешь этого испытать. Это непередаваемое ощущение, ты бы понял... Кстати, я недавно всех поспрашивал и выяснил, что только у тебя одного из всей нашей группы нет инфопласта. Поэтому Макс, ты - лох.
   - Сам ты лох, - ответил он. - Я просто не вижу практической пользы от этого.
   - Ничего себе! - удивился друг. - Ты же это изучаешь и не знаешь какая от этого польза?! Звонишь, не набирая номера, серфишь по инету без клавы и мышки, даже готовишь без рук. Одни плюсы!
   - Ну, да, только мы с Дианой договорились пока его не устанавливать... - сказал Макс.
   - Опять. Диана то, Диана это... - сокрушенно вздохнул Фред. - Ладно, я знаю, как ты ее любишь, поэтому придираться не буду. Но факт остается фактом, ты - лох. Когда у вас свидание?
   - А зачем тебе? - удивился парень.
   - Как знать, - заговорщески улыбнулся собеседник. - Может, устроим двойное свидание...
   - Ни за что, - отрезал Макс.
   - Ну ладно тебе! О, Максимус! Великий и мудрый...
   - И не начинай. Завтра мы едем на озеро Тахо. Одни, - уточнил Макс. - Без тебя.
   - Эх, за что ты так меня не любишь, - обиделся Фред.
   - За все хорошее, - ответил Макс.
   Перерыв подходил к концу, и студенты начали скапливаться в зданиях университета. Группа третьекурсников биохимического факультета уже заняла свои места в аудитории, как и Макс. По расписанию два часа предстояло выслушивать одного из самых занудных преподавателей всего университета, доктора Смита. Будучи традиционным биологом, он еще являлся ревностным христианином, поэтому прославился среди студентов яростным противником всей деятельности БиоЭнергетик, как противоестественной и чуть ли не богохульной. Ходили слухи, что на одной из лекций Смит уподобил Вандерберга самому дьяволу или антихристу. Макс не был верующим и считал себя обычным агностиком, поэтому даже отдаленно не мог представить, чему так ретиво возмущается профессор биологии. Но сейчас, оказавшись на паре у лектора, который при каждом упоминании биолена или Вандерберга отпускал в их адрес язвительных комментарий, парень задумался о причинах своих сомнений в отношении инфопласта. Как будущий специалист в этой сфере, он мог с легкостью раскрасить это открытие радужной палитрой и положительными эпитетами, просто перечисляя возможности его применения. Но как тот же будущий специалист, Макс не был абсолютно уверен в отсутствии минусов у этой системы и считал вопрос воздействия биолена на организм не до конца изученным. Да, абсолютное большинство сидящих в аудитории студентов являлись обладателями инфопласта. Вот девушка, с лежащим перед ней коммуникатором, совершенно незаметно для Смита переписывалась с парнем. А на другом ряду, парень с планшетом все также невидимо гулял на порносайтах, причем его сосед с того же планшета кидал сообщения в Твиттер. И, как апогей, Диксон, надевший темные очки и пытавшийся ввести в заблуждение преподавателя тем, что защищался от солнечных лучей, для чего и сел рядом с окном, а, на самом деле, сидел в цифровых очках и полностью погрузился в сеть. Казалось бы, все плюсы дистанционного управления налицо. Но Макс не понимал, каково это управлять чем-либо неосязаемым и нереальным одной лишь мыслью. Ведь у человека за секунду могло возникнуть более десятка образов, а настолько контролировать свой разум парень не мог. И поэтому, как он осознавал про себя, этот страх Макс хотел со временем развеять научной доказательной базой. Он признавал свою слабость и поэтому, как ученый, стыдился этого факта и своей врожденной консервативности.
   Занятия уже окончились, и Макс, снедаемый противоречивыми мыслями о внутренней сущности, добирался на работу. Невольно у него возникли мысли о своем работадателе. СанЭлектрик являлась крупнейшим поставщиком энергии в западном полушарии и абсолютным мировым лидером в производстве солнечной энергии. Промышленные и исследовательские мощности компании вызывали у всех людей, обладающих хоть какой-то властью. По этой причине еще на восходе карьеры самого успешного в мире бизнесмена в Сенате и Правительстве стали ходить разговоры о недопустимости такой монополии и необходимости регулирования деятельности СанЭлектрик. В одно время даже вышел запрос Министерства Юстиции на предмет изучения технологий энергодобывающей компании. Однако, все эти страсти и бурления прекращались пропорционально росту влияния и прибыли Корпорации Вандерберга. А после изобретения биолена любая организация почитала на честь сотрудничать с флагманом прогресса технологий.
   Пейзаж за окном монорельсового состава, как и в любое другое время, поражал своим унылым однообразием. Вокруг раскинулись необъятные просторы пустыни Невада, одного из самых засушливых мест на планете. Но даже из таких условий человек смог извлечь пользу. Солнце над этим засушливым краем, на сотни километров превращенным временем в необитаемую землю, стояло почти круглый год. Своим невыносимым жаром, который под силу выдержать лишь песчаным ящерицам, светило беспощадно опаливало пробуренную сухими трещинами почву. Именно такие места и привлекали СанЭлектрик, как главного добытчика солнечной энергии в мире. Поэтому, не скупясь и обильно вливая средство в старт производства, компания просто усеивала целые гектары пустынных территорий огромными кремниевыми фотоэлементами. А после освоения родного рынка, Корпорация Вандерберга проникла в Австралию, Африку и Азию, повсеместно выходя в региональные лидеры энергодобычи.
   Поезд стал медленно сбрасывать ход, приближаясь к станции "Ворота семь". Не знакомому с принципами строительства компании СанЭлектрик, это место на первый взгляд показалось бы странным. Длинную бетонную платформу метровой высоты, покрытую по всей длине затемненным пластиковым навесом, окружала разбитая трещинами желтая почва, а о цивилизации напоминали лишь пути монорельсовой дороги, словно тонкими ниточками уходившие за горизонт. По этой причине непросвещенному обывателю были неизвестны остроумные и находчивые мысли архитектора электростанции. Также его взгляд не остановился бы на неприметной двери во внутреннем углублении кажущейся монолитной поверхности платформы. Абсолютно весь комплекс помещений располагался под землей. Со средней глубиной залегания в грунт десять метров, офисные кабинеты, подсобные коморки и производственные линии были искусно выстроены под толщей знойной и сухой почвы, когда на поверхности были раскиданы лишь железнодорожные платформы и необъятных размеров поля кремниевых пластин.
   По перрону размеренным шагом продвигалось всего лишь пара человек, вышедших из ушедшего поезда, женщина в строгом офисном костюме и молодой парень с простой уличной одежде. Макс никогда не причислял себя к модникам и следил за вехами дизайнерского искусства с тем же интересом, как за популяцией пингвинов в Южном море. Но выделяться и не соответствовать требованиям он не любил из-за своего твердого убеждения в непростом изобретении правил. Однако от должности, которую занимал парень этого и не требовалось. Механик по замене фотоэлементов большую часть рабочего времени проводил на поверхности, а там, кроме палящего солнца и редких животных, никого не заботил его внешний вид. Макс первым достиг простой железной двери, ведущей в помещения СанЭлектрик, поэтому этикет предписывал ему, открыв дверь, пропустить вперед даму. Пройдя мимо него, девушка понимающе улыбнулась и благодарно кивнула, скрываясь в темноте проходной. Молодой человек последовал за ней, сбегая от тяжелого нагретого воздуха к вентилируемым офисным просторам.
   От станции монорельса до главного входа в подземелья компании вел ярко-освещенный коридор с почти незаметными углублениями в стенах. Под бетоном располагалась современная цифровая система охраны, которая определяла проходящих людей по уникальному для каждого человека излучению биолена. А в конце перехода перед развилкой, разделивших случайных попутчиков, висели камеры, наглядно проверяющие лица посетителей на территорию электростанции. Для новых сотрудников компании такой вход, не содержащий никаких видимых препятствий в виде охранника за столом или простых дверей с идентификационным замком, на стратегически важный объект казался неоправданным риском. Но ветераны, проработавшие здесь с десяток лет, с удовольствием бы поставили такую систему безопасности на любые объекты, начиная со своих домов. Стены и потолок, скрывали в своих глубинах многотонные сверхпрочные двери, обшитые свинцовыми плитами, способными отрезать вход в подземное здание за доли секунды, отчего у самых возрастных сотрудников компании воспоминания о так и не начавшейся холодной войне. Но даже если нарушитель проникнул внутрь помещений, то его с легкостью отыскал бы компьютер, наблюдавший за всем, происходящим на территориях компании в круглосуточном режиме. Ведь каждый сотрудник СанЭлектрик без исключений имел вживленный биолен и обладал уникальным слепком биоленового излучения, которые хранились в информационной базе следящей системы.
   Пройдя привычные полсотни метров и миновав несколько коридоров, Макс достиг нужной двери. Металлические ставни беззвучно разъехались в стороны, пропуская к закрепленным за ним хозяина помещениям. В небольшой комнате, содержащей в себе раздевалку, душ, офис и место отдыха, стоял едва уловимый запах сигарет, с которым не справлялась активная вентиляция комплекса. На потертом временем диване сидел молодой мужчина, бывший напарником Макса с начала работы.
   - Привет, Джейсон, - поприветствовал вошедший, протягивая руку.
   - А ты, как всегда, опаздываешь, - с улыбкой заметил мужчина, отвечая на рукопожатие. - Но, видимо, тебя очень любит начальство, раз никто ни разу тебя не отсчитывал. Меня, к примеру, за пять минут двадцать процентов премии сняли.
   - Тогда уж Большой Брат, - посмеялся Макс, открывая свой шкафчик. - Вряд ли кто-то заинтересуется посещаемостью простого механика.
   - Это ты зря, - ответил Джейсон. - Наверно, на тебя уже запала какая-нибудь сочная блондинка из отдела персонала, поэтому по-тихому списывает все твои грешки. Так сказать, на будущее.
   - Во-первых, у меня есть девушка, - застегивая фирменный комбинезон, проговорил парень. - А во-вторых, повторюсь, кому я нужен.
   - Насчет людей не знаю, но вот компании мы нужны, как воздух, - сказал мужчина, протягивая своему молодому коллеге пару бумаг с цифрами. - Утренняя смена скинула на нас свои недоделки. Коих, в целом, двадцать штук. Плюс, сотня по графику и аварийных уже три пришло. Кстати, Дилана по дороге не встретил?
   - Нет, - пробегая по тексту глазами, ответил он. - Значит, план мы выполним сполна?
   - И не сомневайся, - устало сказал Джейсон. - Пусть только не доплатят за переработку. Готов? Двинули на планты.
   Плантами, сокращенно от плантаций, работавшие в компании называли территории пустыни, на которых установлены кремниевые фотоэлементы. Сходство с сельскохозяйственным термином ей придавали количество светопоглощающих панелей и размеры пустыни, занимаемые агрегатами электростанции. Целые гектары безжизненных долин, словно огромные поля с подсолнухами, были усеяны черными бликующими прямоугольниками, вращающимися ежедневно с востока на запад. Улавливающие солнечные лучи механические системы располагались с некотором отдалении от входа на электростанцию и офисных помещений. Поэтому смена механиков, пройдя расстояние до транспортного туннеля, уже двигалась на место работ, сидя в служебном электрокаре технических служб. Внешне шестиколесный монстр напоминал космические луноходы, а по грузоподъемности не уступал среднемощному тягачу. Вскоре, уже груженая запчастями машина миновала парковку личных авто сотрудников СанЭлектик и приблизилась к техническому проезду на поверхность. Компьютерная система, узнавая родной транспорт, дала добро на выход, а стальные листы ворот послушно отъехали в сторону, пропуская механиков к солнечным полям.
   Путь до плантаций занимал около получаса, поэтому, глядя на приближающуюся темную полоску строений, Макс задумался о скачке технологий, произошедшем за последние двадцать лет. После крупнейших и самых страшных техногенных катастроф, связанных с атомными электростанциями, большинство стран ООН провозгласила отказ от использования опасной энергетики. Когда во Франции, облако ядовитого газа от взорвавшегося реактора накрыла половину Европы, и в Японии, за неделю после сдетанировавшего из-за выхода из-под контроля ядерного топлива, лишилась трети своих территорий, погрузившихся в море, человечество обратилось к источникам энергии, до этого считавшимся альтернативными. Ветер и вода не смогли дать постоянного объема электричества, необходимого людям. Поэтому оставалось только солнце с неисчерпаемыми запасами света. Но с такой вид энергодобычи связан в первую очередь со временем суток, в то время как городам мощность требовалась постоянно. И СанЭлектрик виртуозно справилось с этой задачей, разместив в пустынях масштабные поля кремниевых элементов. А под ними были выстроены многомощные аккумуляторные блоки, способные, накапливаемую за солнечный период энергию, подавать ночью в необходимом объеме.
   Джейсон Хаммер, напарник Макса, обладал удивительной работоспособностью. Невзирая на палящее в небе солнце и превышающие пределы градусника температуры, мужчина бодро взбирался на механический подъёмник и без оглядки на вес кремниевых пластин заменял поврежденные новыми. Для его коллеги уже десятая по счету казалась неподъёмным грузом. Но Джейсон был отставным военным, побывавшим на непрекращающейся десятилетие войной с Арабским Союзом. Именно там он лишился руки, которую с благодарностью за службу и с доблестью выполненный долг, правительство заменило биомеханическим протезом. А с внедрением инфопласта, протез стал неотделимой частью организма, а не бесполезной и плохо ощущаемой клюкой, как ласково называл порой ее Джейсон. Эта разновидность биолена развязывала руки медицинским ученым и позволила абсолютно всем калекам восполнить с помощью активного би-поля неполноценность организма. Глухие теперь были способны слышать, слепые видеть, а немые общаться с внешним миром не руками, а силой мысли.
   Солнце давно скрылось за горизонтом, небо озарилось мелкими светящимися точками звезд, а воздух с живительной прохлады сменился вполне ощущаемым морозцем. Выпуская при каждом выходе облачка теплого воздуха, напарники ремонтировали последнюю за сегодняшнюю смену плату. Удостоверившись в работоспособности элемента, Джейсон получил на рабочий планшет сигнал зеленым светом от энергосистемы, что означало исправность участка. Услышав призыв коллеги об окончании работы, Макс закинул в кузов всю аппаратуру и инструмент и присоединился в кабине к напарнику. Электромотор, откликаясь на педаль газа, радостно зашелестел, и служебная машина отправилась в обратный путь в подземные помещения. Передача смены не заняла много времени, и утомленные рабочим днем механики уже спешили к платформе по фирменным катакомбам электростанции. Ожидание поезда не затянулось, и, буквально, с интервалом в две минуты подошли составы, идущие в разные стороны.
   Часовая стрелка перешла высшую отметку циферблата и дала страт новым будничным суткам. Ночной рейс, для самых отверженных сотрудников компании и припозднившихся гуляк, изобиловал пустыми местами. Редкий пассажир либо, расставив ноги пошире и разложив руки покруче, восседал на одной из продольных скамей, либо, если он особо счастливый посетитель пустого вагона, то без зазрений совести ложились на эту самую продольную скамью. Макс честно сопротивлялся липким расслабляющим объятиям сна, которые накатывали с каждым плавным движением вагона, словно младенческой колыбели. До прибытия на родную станцию оставалось не более десяти минут, поэтому парень решил развлечь себя перечислением известных науке соединений органической химии и их производных. Увлекшись повторением давно заученного материала, Макс миновал половину пути от станции монорельса до отчего дома, петляя знакомыми улочками, освещенными неофитовыми фонарями, как на задворках его сознания появилось странное ощущение несовершенного действия. Память среагировало на такое состояние, мгновенно подкинув утреннее воспоминание о походе в магазин. Устало вздохнув, Макс заглянул в первый попавшийся маркет, уже через несколько минут выйдя с полным пакетом продуктов. На завтра он первым делом запланировал скинуть через терминал бумажные купюры, подсунутыми отцом, на свой электронный счет. Во времена, когда твоим документом, кошельком и ключом в одном лице являлся чип в коммуникаторе, такой валютный атавизм нужен был лишь для "материальности накоплений", как считал родитель Макса.
   Электронный замок, среагировав на появление вблизи знакомого виртуального кода одного из владельцев квартиры, словно соскучившийся за день в пустующем помещении пес, радостно подал голос и впустил хозяина в дом. Пройдя на кухню и бессистемно закинув купленные продукты в холодильник, Макс встретился взглядом с холодными глазами матери, словно змеи, готовые растерзать кролика за неверные движения, на что он лишь приветливо улыбнулся. Немолодая женщина устало поздоровалась с нарушителем выстроенной ей системы питания и отправила сына за стол. Вечерняя трапеза длилась не долго, что позволила всей семье тихо разойтись по своим углам и подготовиться к завтрашнему дню.
   Неделя, в предвкушении романтического вечера, пролетела для Макса незаметно. С детства не возлюбив гложущее сознание чувство ожидания, в такие моменты он до предела заполнял свое расписание, чтобы не иметь ни одной свободной минуты задуматься о грядущих выходных, а лишь перед сном делал мысленные засечки во внутреннем календаре, отсчитывая прошедшие сутки. Но такой принцип имел и очевидные недостатки, например, возможность не уследить за временем и банально пропустить запланированное мероприятие. По этой причине, полчаса назад Макс поймал такси и, соблазнив водителя двойной оплатой, мчался на предельной скорость к месту встречи.
   Мелькающие за окном свет фонарей автотрассы отбрасывали тени на кожные сиденья. Зарево ушедшего за горизонт солнца казалось пожеланием до встречи следующего дня. Сумерки сменялись темнотой ночи, а Макс в бессчетный раз за поездку осознавал, что неприлично опаздывал. Машина плавно скинула скорость и замерла к небольшой площади. Получив расчет и выпустив пассажира, такси нетерпеливо вырулило на главную дорогу и, лавируя в потоке машин, умчалось на встречу к новому клиенту.
   Ярко-освещенная пешеходная мостовая была заполнена гуляющими в законный выходной людьми. Семьи из взрослых с детьми, желавшие хоть единожды в неделю собраться в полном составе, отдыхали у ярмарочных прилавков, развернувшихся в центре площади. Компании друзей и коллег, отходивших от рабочей и учебной недели, веселились в затаившихся по периметру зданиях барах и ресторанах. В воздухе носился смех и радость. Но для романтического свидания Макс выбрал эту площадь лишь в качестве места встречи. Поэтому, достигнув знакомых ориентиров, он увидел темноволосую девушку и, приветливо улыбнувшись, вручил заранее подготовленный букет цветов. Диана скептически посмотрела сначала на собрание пышных бутонов, а потом на виновато опустившего взгляд молодого человека, но, про себя решив не раздувать привычную проблему опоздания ее возлюбленного, улыбнулась и поцеловала в ответ. Заведя размеренную беседу, счастливая парочка молодых людей взялась за руки и направилась в один из ресторанов прибрежного района озера Тахо.
   После изысканных блюд, мастерски приготовленных шеф-поваром, и легкой мелодичной темы, так искусно дополняющей атмосферу романтического ужина, Макс предложил полюбоваться на ночное небо на берегу заповедного водоема. Девушка с радостью согласилась на продолжение вечера, и они, взявшись за руки, покинули ресторан.
   Ненавязчивая беседа о милых мелочах двух влюбленных, лежавших на золотистом прибрежном песке озера, казалось, могла продолжаться до самого утра. Густеющая темнота под шум набегающих волн скрывала их улыбающиеся счастливые лица. Перманентное одиночество и оторванность от цивилизации, редко нарушаемые оживившимися в ночной прохладе насекомыми, приближало сердца к благоугодной природе.
   Но идиллия не могла длиться вечно. Сокровенную тишину, окутавшую молодых людей, нарушил болезненный стон. Услышав его, Макс немедля посмотрел на девушку, сжавшуюся рядом с ним комочек. При каждом движении съеживаясь все сильнее, Диана никак не реагировала на обеспокоенные вопросы парня. Не долго думая, Макс достал коммуникатор и вызвал спасателей, приложив кусочек цифрового пластика к голове девушки, как попросил диспетчер из экстренных служб. Таким образом, чип устройства сканировал излучение биоленового поля пациента, которое напрямую зависело от физического состояния носителя, и передавал через сеть данные на мониторы отправившихся на вызов медиков.
   Спустя несколько минут, место импровизированной лежанки осветил луч яркого прожектора. С неба, стремительно сбрасывая высоту, буквально, камнем падал вниз турболет службы спасения.
   Разработанный советскими конструкторами еще в середине двадцатого века протопит этого летательного аппарата не нашел широкой поддержки в партийных верхах, а после переворота новая власть предпочла все такие эксперименты сделать достоянием истории. Но спустя почти столетие после изобретения, турболеты на органическом топливе обрели вторую жизнь и массовое производство. Мобильный и сверхманевренный, он снискал активную популярность у крупных заказчиков, таких как государство и транснациональные компании.
   За десяток метров вектор тяги двигателей изменился, и конвертоплан, принимая вертикальную параболу снижения, завис в небольшом отдалении от потерпевших. Турбины массивной машины гулко завывали, завершая вираж и стабилизируя положение над землей, и гнали из-под себя тучи песка, заставив Макса накрыть девушку курткой, защищая от сильных порывов ветра. Задний фюзеляж турболета раскрылся и из статично висящего над землей аппарата выдвинулся пандус. Из недр летающей машины высыпали на берег люди, облаченные в ярко светящиеся желтым куртки. Подбежав к лежащим не берегу потерпевшим, они, отстранив парня, стали осматривать пациента. Кидая друг другу короткие фразы, врачи вызвали группу коллег с носилками, которые, не задерживаясь, выскочили из летающей машины. Переправив девушку на борт турболета, люди в желтых куртках затолкали с собой Макса, как единственного свидетеля. Пандус поднялся с суши, и машина стала подниматься в воздух. Ревущие двигатели набирали мощность, увеличивая скорость, стремясь быстрее доставить пострадавшего в больницу.
   Все время полета вокруг Дианы суетилась команда реаниматологов скорой помощи. Поместив носилки с телом девушки вдоль левого борта, врачи стали прилеплять к разным частям тела датчики исследующих устройств. Плоские мониторы загорелись, давая понять о своей работоспособности, и в бешеном темпе стали выводить данные о состоянии пациента. Изучая графики и столбцы цифр, врачи, не обращая внимания на стоны девушки, наложили кислородную маску и, приложив к руке Дианы пистолет-пулевизатор, ввели медицинские препараты. Спустя пару мгновений, потерпевшая погрузилась в сон, и специалисты принялись за работу с новой силой. Спустив с потолка продолговатого вида предмет, прикрепленный к внутренней обшивке турболета, они разместили агрегат над животом и головой Дианы. Тот в свою очередь, издал протяжный писк и засветился слабым голубым отливом. Один из мониторов поменял окрас изображения, проецируя сканируемую информацию на экран в виде разноцветных всполохов и линий на фоне скелета. Перекинувшись парой фраз с коллегой, один из сотрудников службы спасения подошел к Максу, сидящему в конце фюзеляжа. Парень, до этого отрешенно наблюдавший за работой докторов и неподвижной девушкой, не сразу обратил внимание на обращавшиеся к нему реплики. Голос клятвенника Гиппократа, спустя пару мгновений достиг пассажира, и Макс принялся давать ответы на интересующие врача вопросы. Но все это он делал уже на автомате, покружившись в отрешенное состояние, которое гипнотической силой не давало ему осознать всех происходящих событий. Казалось, шок от произошедшего парализовал мысли и чувства, а высшие силы отвели роль постороннего свидетеля, не позволяя Максу вмешаться и лишь со стороны наблюдать за работой реаниматологов, словно коршунов, парящих над безвольной жертвой. Его внимание не привлекли ни писк аппаратуры, ни обеспокоенные диалоги врачей, ни перегрузка от сбрасываемой высоты. Время замерло, в смятении пытаясь набрать свой ход только после ощутимого толчка одного из пилотов турболета, который известил сопровождающего о посадке. Оглядев бортовой салон, Макс не обнаружил ни девушки, ни специалистов, на такое замешательство тут же пришел ответ из кабины, о том, что пациента уже отвезли в здание и направили в реанимацию.
   Автоматический центр идентификации физического состояния граждан оперативно отреагировал на обновившуюся информацию после госпитализации пользователя и известил родственников Дианы о случившемся. Поэтому компанию отрешенно сидящему Максу в зале ожидания приемных покоев составили родители девушки, сочувственно глядя и даже успокаивая потухающего на глазах парня, подобно перегоревшей люминесцентной лампочке. Минуты, секунды, часы... Томительное ожидание сменялось неуправляемым беспокойством. Мысли о произошедшем не выходили из головы, а предположения о состоянии девушки заставляли заткнуть за пазуху разыгравшееся воображение, строившее ужасающие картины. На исходе ночи, из операционной к ожидающим новостей близким о состоянии Дианы вышел один из врачей, дежуривших по больнице. Заумные специфические слова, завернутые в сложные непонятные обороты, под конец, сошлись в текст, суть которого все присутствующие поняли лишь как вывод.
   - Причина не ясна, - заканчивал повествование доктор. - Повреждения мозга или новообразования не выявлены, кроме внедренных областей биолена и инфопласта. Необходимо глубокое стационарное обследование, с привлечением научных специалистов.
   Сокрушенный полученной информацией, Макс поплелся к выходу, намереваясь впервые за тревожные сутки насытить организм привычным никотином. Взбирающееся в светлеющие с каждой минутой небеса солнце, оглашало приближение нового дня. Прохладный едва ощутимый ветерок заставлял покрываться гусиной кожей непокрытые участи тела. Окружающая здание больницы территория оживала. Пациенты проходили на утренние процедуры, штатные врачи начинали свой рабочий день. В одном из вышедших на улицу людей, Макс узнал молодого реаниматолога, который первым и оказал помощь его девушке. Как знак почтения и уважение, он кивнул выходящему из приемных покоев врачу, на что тот быстро приблизившись, сочувственно пожал руку.
   - Мне очень жаль вашу подругу, - тихо произнес доктор.
   - Да...- только и смог выдавить Макс.
   - Я считаю, они будут очень долго капаться в результатах бесконечных исследований, - рассказал парень, иронично улыбнувшись. - И в итоге, ничего стоящего внимания и должного объяснения не найдут.
   - Почему вы так считаете? - удивленно посмотрел на него Стивенсон.
   - Потому что объективную, по моему мнению, причину они даже рассматривать не будут, - пояснил реаниматолог. - Когда мы проводили обследование в турболете, энцефалограф просто свихнулся от получаемой информации. Аппарат не выдержал излучения активного би-поля, когда как обычный человек с инфопластом никакого влияния на него не оказывает. Я написал, что причина болей может крыться в нарушении работы биолена. Ведь по этому вопросу широких исследований не проводилось, ограничившись лишь клиническими испытаниями. Но мой комментарий посчитали не стоящим внимания. Вот такие дела. Надеюсь, ваша подруга вскорости поправится. Удачи, друг.
   Уже на свежем воздухе, Макс приходил в себя после пережитых событий, проводя взглядом удаляющегося сотрудника службы спасения. Версию молодого врача он, разумеется, запомнил, но большее внимание в данных момент парень выделил другому событию. Его девушка нарушила обещание. Договор, который они заключили еще на заре своих отношений, как рассказали родственники, Диана нарушила пару лет назад. Девушка, придя домой, объявила о намерении вживить инфопласт и в тот же день прошла процедуры в БиоЭнергетик. Увидев замешательство на лице Стивенсона, родители предположили, что это будет для него сюрпризом. Неожиданность этой новости Макс оценил, по своему мнению, объективно. Решив все выяснить напрямик, он дождался полудня, когда посещение разрешнили. Зайдя в палату девушки и мягко прикрыв за собой дверь, парень лишь обреченно вздохнул. Диана неподвижно лежала на огромной больничной койке, застеленной белым, до рези в глазах, бельем, а голова была полностью обмотана бесчисленным количеством бинтов, напоминая о прошедшей ночи. Усталость после операции и мощные дозы обезболивающих препаратов не помешали девушке заметить посетителя. Повернув в сторону двери едва заметно побледневшее лицо, ее глаза остановились на лице Макса. Что-то для себя решив, Диана вернуло старое положение головы и, закрыв глаза, горько вздохнула.
   (Нужен кусок, или не нужен - не могу понять... Девушка за пять лет регулярного общения понимала своего любимого, поэтому особых надежд не питала по поводу сложившейся ситуации. Но все же, на всякий случай, с детской девчоночьей верой в хороший конец любого события Диана все-таки задала вопрос.)
   - Ты ведь меня не простишь? - констатировала девушка.
   - Нет, - подтвердил Макс.
   Весь месяц, после госпитализации Дианы, Макс не находил себе места. В стремлении хоть как-то найти выход из положения, он обшарил сеть вдоль и поперек, оббил пороги БиоЭнергетик и (тут надо что-то написать...)
   После консилиума ведущих врачей и хирургов штата, при участии федеральных и даже иностранных докторов, были сделаны совсем туманные выводы о возможном присутствии опухолей и новообразований в мозгу, а также нарушение синоптических связей и химического состава. И, как само собой разумеющееся, ни слова о хотя бы гипотетической вероятности вины инфопласта на развивающиеся вспышки болей у пациента. Такой вердикт поверг Макса в настолько сильный шок, что сразу после ознакомления с документом заседания, он чуть ли не кулаками стал вытягивать настоящие мысли врачей о причинах болезни. Ему ответили, что биолен неопасен и совершенно безвреден, ведь за всю недолгую, но обширную деятельность БиоЭнергетик ни одного случая таких нарушений в работе носителей зарегистрировано не было.
   Помещение, где проводилась практика студентов факультета прикладной биохимии, располагалось в одном из отдаленных корпусов всего ансамбля зданий университета. Лаборатории, по сути своей, они представляли потенциальную опасность, и по технике безопасности находились вне досягаемости привычного учебного посещения, отведенные исключительно для специалистов, как профессорский коллектив и их подопечных. По периметру большой комнаты в несколько десятков метров располагались широкие столы, заставленные научным оборудованием и компьютерами. Причем подавляющая часть из них представляла собой информационные голографические и плоские пластиковые панели, на которых постоянно висели всевозможные данные, графики, отчеты, наглядно помогая исследователям в изучении материалов разработок. И в этот момент, за одним из таких терминалов сидел Макс, задумчиво вглядываясь в график, вычерченный на рабочей поверхности. Но мозг молодого человека в категорической форме отказывался воспринимать информацию, в свете более важных мыслей, ходивших в голове. А неоспоримая значимость внутренних вопросов могла подвергнуть сомнению не только ход подготовки к курсовой работе, но все понимание сущности и жизненного пути Макса. События, произошедшие за последний месяц (неделю, 2 недели), не на шутку обеспокоили его внутреннюю уверенность и приверженность любимому делу. Госпитализация Дианы, диагнозы врачей, отказ на исследование со стороны БиоЭнергетик - вся цепочка этих малых вопросов складывалась лишь в один и категорично главенствующий вывод. Проблемы с использованием биолена, как такового, существовали. Но в угоду компании, правительства и всего общества, такие факты умалчивались, как и в этом случае. Это Макс осознавал и понимал более чем ясно. Но прощать простое замалчивание он не собирался. Запас терпения, как и ажиотаж вокруг курсовой, стремительно истощался, как испаряющаяся лужа после ночного дождя в знойный зенит. Либо по невероятному стечению обстоятельств, либо по велению высших сил Макс темой для контрольной сдачи выбрал исследование инфопласта и его влияния на окружающей мир.
   Биолен. Венец развития биохимической промышленности, разработанный самим Говардом Вандербергом, гением высоких технологий нового века, общественностью был принят холодно, а в научных кругах тихо осмеян за несостоятельность и откровенную псевдо полезность. В будущем самый влиятельный человек на Земле, а в то время основатель БиоЭнергетик не получил бы такое звание, если отказался бы найти применение своему детищу. Как любым полезным в перспективе открытием, биоленом заинтересовались в военном ведомстве, с подачи знакомых и лоббирующих интересы энергетического магната. Исследования шли тяжело и без энтузиазма. В течение нескольких месяцев научный коллектив, не найдя очевидной области применения новой технологии, был готов поставить крест на дальнейших разработках программы и, упаковав в красный ящик всю документацию, отправить на один из засекреченных складов пентагона. Но работа продолжалась, и наметившийся сдвиг в корне перевернул всю военную доктрину и внешнюю политику, вкупе с производственным комплексом, США. В результате, биолен воплотил в жизнь давнюю мечту каждого командира нового поколения, превратив обычных людей в подобие супер-солдат. Излучения би-поля позволили разработать новую модифицированную броню и оружие, лишенные самого главного недостатка - избыточного веса экипировки, за счет вычета массы аккумуляторов и блоков питания, как основного груза бойца. Теперь солдату отпадала необходимость набирать в свою амуницию габаритные железные коробки, назначение которых было лишь в подпитке электроники. Такой переворот в исследованиях за каких-то несколько лет, спустя старта программы биолена, позволил представить перед главнокомандующим на очередном смотре войск отряд бойцов нового времени, всем своим видом и характеристиками напоминавшие футуристические комиксы. А дальнейшее внедрение инфопласта облегчила командному составу привычных проблем со связью, повысив тактическое реагирование и понимание команд отдельных солдат и группировок до мгновенного и интуитивно наглядного уровня. Возможность передачи информации через активное би-поле стало настоящим подарком для пилотов техники и авиации. До этого высокотехнологичные машины, по старинке управляемые рычагами и штурвалами и требующие многолетней практики и тренингов, стали подчиняться одной лишь мысли человека, откликаясь в тысячную долю секунды на любые приказы хозяина, даря ощущение не простого чувства металла и отклика механизмов, а полное погружение в стального гиганта. После проведения ряда успешных военных кампаний с использованием биолена, в Белом Доме сомнений в эффективности новой технологии не возникло. При широкой поддержке милитаристов и сочувствующих лоббистов, правительство выделило гранты на дальнейшие развитие биохимической промышленности и дало зеленый свет на популяризацию биолена в гражданской сфере. На шокирующе положительный отзыв государственных структур первыми среагировали исследовательские центры крупных медицинских корпораций и компаний, по производству высокоточной техники. Спустя пару лет, устройства с внедренными биоленовыми элементами захватило более половины всего потребительского рынка, а прорывы в прикладном использовании би-поля совершались с поражающей воображение быстротой. Как итог, к концу десятилетия корпорация Вандерберга и ее детища интегрировались в обычную жизнь большинства людей до уровня, когда социальное развитие невозможно без биохимического присутствия. Но технократические новшества вели за собой и возникающие вопросы о вреде биолена и воздействии на организм носителя. БиоЭнергетик в таких случаях, на протяжении всей истории компании свято убеждало в абсолютной безопасности ее продуктов, опираясь на результаты нулевой статистики по нарушению работы сопутствующей технологии. А общественность, да и сам Макс, были в этом уверены, как в аксиоме, но, скорее всего, просто игнорировали такие высказывания, подобно ежегодным предрешениям о грядущем конце света. Но произошедший с Дианой случай и повлекшие после него замалчиваемые выводы, породили в его голове очевидные вопросы, на которые БиоЭнергетик отвечать отказался. Ущерб здоровью и жизни носителя биолена существовал, пусть и только в модификации инфопласта. Хотя даже такая мысль порождала катастрофические последствия для дальнейшего развития биохимии, как науки. Поэтому возникшее противоречие в этических убеждениях и личных стремлениях не могло позволить Стивенсону продолжить исследования об увеличении производительности активного би-поля, когда как само его присутствие в организме могло нанести непоправимый ущерб, как его бывшей девушке.
   Окончить очередной внутренний монолог Максу помешал звук открывающейся двери в лаборатории. Взгляд, привычно встречавший профессора, владеющего этим помещением, уткнулся на неизвестного мужчину. В идеально сидящем темном классическом костюме, белой рубашке с черным галстуком в винздорском узле с блестящим зажимом, вошедший человек излучал безоговорочную уверенность и абсолютную правоту, отражавшиеся, казалось, в каждом, даже мельчайшем, жесте. Осмотрев всю комнату, он заметил Макса, недоуменно застывшего на месте от неожиданного посетителя.
   - А где Паттерн? - поинтересовался незнакомец, подходя к парню.
   - Его вызвал ректор, - ответил Макс, наконец, выйдя из оцепенения.
   - Понятно, - спокойно отреагировал человек в костюме, не выдав не единой эмоции. - А ты, видимо, его ассистент?
   - Нет. Увы, я лишь студент на практике, - возвращаясь к работе, сказал Стивенсон.
   - И над чем же ты работаешь, если не секрет?
   - Над одной своей теорией. По ней я пришел к выводу, что возможно увеличение излучения активного би-поля и его воздействия на окружение.
   - И что на это ответил Паттерн?
   - Бесперспективно, - выговаривая каждый слог, протянул юноша. - Но запрещать работать над этой темой он не стал, аргументируя проявленной инициативой и интересом с моей стороны.
   - Хм... - задумчиво протянул мужчина. - Если даже Паттерн сказал, что это бессмысленно, то зачем ты продолжаешь этим заниматься?
   - Я и сам не знаю. Возможно из-за любви к науке, к прогрессу, технологиям, - рассказывал Макс, раскрывая мысль. - Я с детства мечтал быть в центре развития нашего стремительно развивающегося мира. Ведь возможность самому первым не только использовать, но и разработать новый продукт, которым в дальнейшем будут пользоваться миллионы - это такой наркотик. Но порой меня посещают мысли о том, что вся эта гонка за новыми технологиями заставляет людей забывать о природе и месте в ней человека.
   - Откуда такие консервативные рассуждения? - удивился незнакомец, проводя взглядом по убранству лаборатории. - Насколько мне известно, прикладная биохимия более, чем любая другая дисциплина вмешивается в первозданное, чем другие.
   - Я знаю, но все-таки...- пытаясь оправдаться, Стивенсон замолчал, не закончив предложение.
   - А я уверен, - твердо заявил мужчина в деловом костюме, отчего в его голосе зазвучал металл. - Что корень ваших сомнений сейчас находится в больнице штата.
   - О чем вы? - настороженно поинтересовался Макс, вглядываясь в лицо собеседника.
   - О вашей подруге, мистер Стивенсон, - властными интонациями продолжил нежданный гость. - И дабы в дальнейшем у вас не возникало сомнений в моей осведомленности, я в курсе небольших отклонений в показателях нашего биолена. А за ходом написания вашего исследования я лично слежу с первых дней.
   - Как-.. - задыхаясь от услышанного, словно от удара в живот, попытался вставить парень.
   - Не перебивайте, мистер Стивенсон, - повысив голос, ответил мужчина, давая понять о неуместности возражений. - Я не договорил. Ваша подруга будет направлена на обследование в БиоЭнергетик и через неделю выйдет абсолютно здоровой. Взамен, вы будете работать в моей лаборатории.
   - Кто вы?! - нетерпеливо вскочив со стула, возмутился студент.
   - Мое имя - Говард Вандерберг, - будничным тоном заявил человек, отметив, как в удивлении растягивается лицо собеседника. - И с завтрашнего дня - вы штатный сотрудник БиоЭнергетик. Более точную информацию узнаете в секретариате. Всего доброго, и передайте Патерну мое почтение.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"