Коршунова Полина Михайловна: другие произведения.

Свет миров. Зандария

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Книга 2.
  Свет миров. Зандария
  Коршунова Полина
  01.02.2013
  
  Глава 1. Необычайная встреча
  Не зли других и сам не злись
   Мы гости в этом бренном мире.
   И, если что не так - смирись!
   Будь поумней и улыбнись.
   Холодной думай головой.
   Ведь в мире все закономерно:
   Зло, излученное тобой,
   К тебе вернется непременно.
  
  Омар Хаям.
  
  Человек изначально появляется на свет для какой-то единственной, главной цели, для чего-то очень важного, важного для него самого, и для тех, с кем он должен встретиться в период своего существования. Как же сложно понять, разобраться в хитросплетениях своей кармы , своей судьбы, как же трудно разглядеть единственную, самую главную цель, поставленную перед тобой ещё за долго, до рождения, и уйти именно тогда, когда твоё предназначение исполнено, либо когда оно бессмысленно и не представляется возможным!
  Зачем?
  Из века в век человечество ищет ответ на один вопрос, но истина ускользает, растворяется, приобретая новые очертания и новое значение. И, тем не менее, она неизменна и так будет вечно.
  
  _____________
   1 Карма (на Санскрите означает действие; поступок; акт; подвиг; деяние;) - это термин, выражающий действие, а также причину и следствие. Кармой также часто называют сумму всего, что человек сделал и продолжает делать. Последствия поступков каждого человека создают настоящие и будущие переживания, явления и события, таким образом, он отвечает за свою собственную жизнь. Карма распространяется на всю настоящую жизнь человека, а также на все прошлые и будущие его жизни.
  ____________________________________________
  
  Яркий, ослепляющий свет пролился на нас сверху, не понимаю дерево ли это так светиться, или это райский свет. Я испытываю ощущения точно как в своих снах, или в детстве, чувствую, как покидаю тело и парю над нашими останками. О, это потрясающее ощущение свободы и счастья! Перед моим взором два влюбленных, они лежат в объятьях друг друга, разлученные или соединенные смертью навечно - это красивое зрелище невозможно забыть. Мои светлые волосы рассыпаны по плечам, отдельные локоны бережно укрывают Олега, остальные ниспадают по коре кедра и покрывают зелёную траву. Мои глаза широко распахнуты, они постепенно темнеют и уже становятся из пронзительно изумрудных малахитовыми, их свет медленно угасает, и вот уже лишь два ярких камня-изумруда в ушах, подаренные любимым, остаются гореть неизменно, в знак того, что не сиять уже больше моим очам, они угасли на веки вечные.
  Черный туман окутал наши тела, как будто дикий хищник набросился на свою добычу и жадно пожирает её. Останется ли от нас что-нибудь, или мы исчезнем бесследно, как будто и не было нас вовсе?
  Грусть и сожаление промелькнули в душе, но они быстро сменились ожиданием чего-то нового, неизведанного.
  Я чувствую, как умопомрачительное притяжение космоса уносит меня далеко ввысь. Лес, остров, Байкал - отдаляются и пропадают из виду. Скорость полёта увеличивается, уже и Земля становиться всё меньше и меньше, превращаясь в маленькую голубую точку, а потом и вовсе исчезает. Яркий свет - это дорога, по которой меня несёт в неизведанные глубины космоса и иных миров.
  Почему мы так боимся смерти? Смерть - это неизбежный этап нашего существования, это не конец, это очередное начало, сейчас я это понимала и принимала как никогда.
  Так необычно, но я все чётко помню из своей, уже прошлой, жизни. Полёт закончен. Я попадаю в мир моего последнего, странного, удивительного сна. О, как же я ошибалась, когда думала, что этот мир не реален, оказывается, он существует! Здесь все поразительно схоже, на то, что видела в своих грёзах: яркий свет, исходящий от двух солнц - приятно согревает, мягкий бело-зелёный пух колышется под ногами от ходьбы, высокие стройные деревья с белыми листьями возвышаются над головой, роняя листву с золотыми прожилками, странные, чудоковатые животные, птицы и насекомые проносятся мимо без страха. Удивительные прекрасные существа, очень высокие, похожие на людей, с огромными глазами на пол-лица, безо рта, медленно движутся, нет, не движутся, плывут мне на встречу. Здесь царит мир, гармония, умиротворение.
  Зачем я в этом месте? Это мой новый дом? Я - "божественный свет" или душа, и это моя реинкарнация , или я попала в Рай? Кто я? Оглядев себя, заметила, что внешне я похожа на саму себя земную, только тело моё полупрозрачное и всё светится, как листья на деревьях. Так странно!
  
  _______
   2 Реинкарнация ( "перевоплощение") - это явление, означающее, что душа человека, не умирает насовсем, а перерождается, каждый раз в новое тело.
  ______________________________
  
  - Ты - всё та же Маргарита, и тот же "божественный свет". - Мягкий тембр голоса прозвучал в моей голове, опровергая все догадки.
  Это вызвало у меня замешательство, двух с половиной метровые существа стояли напротив и внимательно вглядывались в моё лицо своими прекрасными глазами: "Интересно, это они со мной разговаривают?" - Думала я.
  - Нет, это я. - Опять прозвучал голос в голове, он завораживал и кажется, проникал в саму глубину сознания.
  Краем глаза я уловила лёгкое движение рядом с собой. Повернув голову, заметила, как узкая ладонь с четырьмя длинными пальцами мягко легла на плечё. Кто-то стоял сзади...
  Я обернулась.
  Опустившись на одно колено, надо мной склонился местный житель удивительно похожий на тех, что стояли рядом, но он отличался от них. Я внимательно рассматривала незнакомца: ярко рыжая копна длинных мягких волос, перехвачена таким же золотым плетёным ободом, что и у остальных, правильные приятные черты лица, огромные миндалевидные глаза, с серыми зрачками и золотистыми прожилками делали его облик каким-то земным, а взгляд теплым и притягательным. На моё удивление у него оказался рот, в отличие от его сородичей, и это ещё больше располагало его к себе. Чувственный рот расплылся в приветливой улыбке, верхняя припухлая губа незнакомца, оттопыривалась к верху, от этого он казался каким-то чудным. Хм, чудной! Да, все здесь необычно, да и сама я такая, вообще неизвестно где и кто я. Надеюсь, что незнакомец хотя бы может говорить, своим улыбчивым ртом! Однако он разговаривал со мной мысленно, и это было ненормально, от чего я совершенно потеряла всякую надежду на более или менее нормальное общение. И вообще, я не хочу, чтобы кто-то так спокойно мог копаться в моих мыслях. Глаза и губы пришельца (хотя скорее пришелец здесь я) ещё шире расплылись в улыбке, он откровенно надсмехался надо мной. Проклятье!
  - Маргарита, ты научишься управлять своими мыслями ... со временем, и сможешь передавать только то, что хочешь нам сказать. Мы и не собирались копаться в твоей голове, и выведывать всё что думаешь, при всем этом нам ничего не остаётся, ты сама кричишь их на всю округу. - Уже словами произнес "мой мысликопатель", нарочито спокойно и мягко.
  Таинственный собеседник обладал приятным с хрипотцой тембром голоса, мои предположения подтвердились, он действительно может говорить, и очень даже не плохо, хоть и с ужасным акцентом. Мне подумалось, что я, наверно, так же ужасно говорю по-русски. Забавно, невольный смешок вырвался из моих уст.
  - Почему я здесь? У меня такой странный вид? Я же видела себя на Земле, видела, как умерла. Кто же сейчас я и, что это за мир? И кто вы такие? - Я пыталась найти ответы, вглядываясь в странные лица, и засыпала их вопросами.
  "Пришелец" вновь заговорил со мной мысленно:
  - Как бы это не казалось странным, но ты всё ещё жива, там, на Земле, а здесь, в Зандарии, находится твоё сознание и "священный свет", который нам пришлось переместить к себе на время, чтобы спасти от "ловцов", а когда опасность минует, вернуть обратно. Благодаря вашему чудесному дереву мы узнали, что "свет" в беде, оно передало нам информацию о тебе, и мы успели вовремя. - Собеседник внимательно изучал меня, его взгляд жадно скользил по телу и лицу, пытаясь не упустить ни одной детали, его приятная речь лилась плавно, мягко. - Наш мир - Зандария, а я его житель, меня зовут Ману, те существа, что стоят перед тобой мои сородичи, они рады приветствовать тебя, о, "священный свет"! - Зандарийцы медленно склонили свои прекрасные головы в знак приветствия и почтения, а слова Ману звучали как-то пафосно и торжественно.
  Но я не слушала Ману, смятение охватило меня, я не могла поверить в то, что он говорил. Я ещё жива, там, на Земле! Противоречивые чувства бушевали во мне, радость сменилась сомнением, терзанием и мучительной болью, в сознании всплывали последние часы на Земле, от чего адская боль сковывала грудь сильней и сильней.
   Душевные терзание оказывается намного сильнее физической боли, от них нельзя избавиться с помощью обезболивающей таблетки или укола, от них никуда невозможно скрыться или ускользнуть и боль поедает тебя изнутри заживо. Со временем она утихает, как говориться "время лечит", но грубый шрам остаётся, он напоминает о себе время от времени на протяжении всей жизни. Но сейчас эта мука настолько невыносима, что невозможно жить:
  - Олег. Как же так! - Прошептала я, обхватив себя руками, пытаясь отгородится от всего мира, спрятаться внутри своей раковины.
  Мне хотелось забыть все страшные минуты, заглушить их, спрятать глубоко-глубоко, но вопреки моим желаниям боль разгоралась, просыпалась, возвращалась в моё сознание, сильнее вгрызаясь в самое сердце. Я всё ещё жива, а его больше нет, и уже не вернуть, из-за меня! Зачем мне возвращаться, зачем мне жить без него? Нет, не хочу, не желаю!
  - Что с тобой? О чем ты? - Ману был ошеломлен моими мыслями, его испуганный взгляд всматривался в моё сознание, пытаясь понять, что меня так расстроило и что за неведомые ему чувства я испытываю.
  Я хранила молчание, как возможно объяснить, то о чем не могу говорить, из-за чего не могу дышать, жить, даже просто существовать?! Поймёт ли он меня?
  Длинные ладони Ману протянулись ко мне, одна легла на грудь, другая на лоб и боль начала отступать.
  - Я не знаю что с тобой, но помогу! "Священный свет" не должен испытывать такие мучения, ты не можешь думать о смерти, мы не вправе потерять тебя! - С этими словами Ману закрыл глаза и ушел в себя, забирая при этом всю мою боль и страдания, они растворялись в воздухе, как будто я выпила пресловутую обезболивающую таблетку. Боль ушла, её нет, но из памяти не сотрешь и из жизни не выкинешь (да я и не хочу) то, что так любишь и те жуткие минуты (а их бы стерла на веки вечные), воспоминания о которых так причиняли боль.
  Внезапно Ману весь затрясся, ему стало плохо, он неистово мотал головой, издавал жуткие рыкающие звуки, глаза закатились, а боль начала возвращаться ко мне как прежде. Я поняла, что-то не так, от чего стало страшно за моего лекаря. Не зная, что предпринять, я поспешно оттолкнула его руки от себя, чтобы прекратить этот кошмар:
  - Стоп, хватит, успокойся! Что с тобой? - Мой пронзительный испуганный голос разрезал тишину, как острый нож масло, я даже сама его испугалась.
  От моего толчка как в замедленной съёмке обессиленный, Ману навзничь повалился на землю. К счастью зандарийцы пришли нам на помощь, вовремя подхватив и уложив его на землю, стали быстро проделав то же самое с ним, что Манну делал со мной: сели вокруг и положили ладони своему сородичу кто на лицо, кто на грудь, кто на запястья. Они попытались забрать его боль, и, кажется, у них это получалось, но каждый из них изменился в этот момент, вскинув на меня в недоумении свои бездонные большие глаза.
  Когда Ману перестало трясти, он медленно начал приходить в себя бормоча что-то бессмысленное. Наконец открыл глаза, глядя в них, мне стало не по себе от того ужаса, который я увидела.
  Мысленно он вымолвил (потому что говорить не мог):
  - Это невозможно терпеть, никогда не испытывал такую боль! Я почувствовал все твои муки, и было ещё что-то. . . это чувство оказалось таким большим и светлым. Не могу понять... Что это? - Это были с невероятной силой выдавленные слова, а в глазах читалось столько боли, страха, смятения, надежды...
  - Больше не делай так. - Попросила я.
  - Не буду. Расскажешь когда-нибудь мне, что с тобой случалось там, в другом мире? - Я медлила с ответом. - Вы удивительные Земляне, хочу все о вас знать. А ты - поразительное создание. - Последнюю фразу он вымолвил вслух шепотом и с каким-то восхищением, от которого мне стало неловко.
  - Ну, хорошо. - Усмехнулась я, какой неугомонный, только что чуть на тот свет не отправился, а всё туда же. - Спасибо, за помощь! - По привычке словами поблагодарила я Ману и его родным, и также почтительно склонила голову в знак благодарности.
   - А почему, они не разговаривают со мной, только ты? - Спрашивать про отсутствие рта мне показалось не приличным.
  Ману, в который раз тщательно прятал свою улыбку, я понимала, что он читал мои мысли как открытую книгу, но ничего не могла с этим поделать и поэтому жутко злилась, всеми силами пытаясь не думать о том, что ему не нужно знать.
  - О, это великая честь говорить со "священным светом", лишь избранные, такие как я, могут разговаривать с тобой!
  - Такие, как ты? - Удивительно, чем это он особенный? - Какая ерунда! Я хочу говорить со всеми и считаю не правильно и глупо ограничивать нас в общении! Я же не принцесса какая-то.
  Недолго думая, я подошла к зандарийцам, мне хотелось разглядеть их поближе и познакомиться, особенно мне понравилась женщина, она так красивая! Протянув руку в знак рукопожатия, я напугала жителей, они упали на колени передо мной, склонили головы и не решались заговорить, а уж прикоснуться и вовсе боялись.
  Даже стоя на коленях, они были выше меня, на полметра, из-за чего мне пришлось запрокинуть голову назад, чтобы заглянуть в их лица и огромные, чистые, наивные глаза, в которых узнала свое отражение. Что я увидела в этих удивительных глаза? Безграничную любовь, боль и печаль. Я обернулась на Ману, мне было не понятным все это, о чем они могут печалиться, похоже у них все прекрасно, ведь они живут в Раю.
  - Да, у нас не все так просто, но об этом позже. Хватит здесь стоять, нужно успеть вернуться в анук до заката, - услышав из моих мыслей вопрос "что такое, анук?" он пояснил, - так вы на Земле называете город, по дороге я с удовольствием покажу тебе нашу планету и жителей.
  Мы шли медленно, похоже, здесь никто ни куда никогда не торопиться, зандарийцы послушно плелись за нами на почтительном расстоянии.
  - Ману, почему ты говоришь не словами, а мыслями со мной? - Шёпотом спросила я.
  - Потому, что мысли слышат все, а твои слова лишь я. - Он отодвинул прядь своих рыжих волос и продемонстрировал аккуратное отверстие вместо ушной раковины. - Ещё и этим я особенный, у меня есть орган речи и слуха, я могу слышать и говорить, у нас это могут лишь единицы.
  Он демонстративно громко похлопал в ладоши, на это действие никто из зандарийцев никак не отреагировал, они были совершенно глухи. Поразительно, полная, вечная тишина, стоит ли дар чтения мыслей, такого чудесного дара как слух? Не слышать пения птиц, журчанье ручья, смеха родных, шёпот листвы, не слышать любимые звуки музыки, которые бередят самые потайные уголки души? Нет, это не дар, это наказание.
  - Почему вы такие разные и у твоих сородичей нет, ну как сказать?..
  - Рта и ушей? Не стесняйся, говори, меня это не обидит. - Ману усмехнулся и продолжил свой рассказ. - Давно, несколько тысячелетий назад, все зандарийцы были такими как я, пока не эволюционировали. Мы научились читать мысли и передавать информацию телепатически, поэтому орган речи и слуха оказался совершенно ни к чему. Теперь ты видишь полностью изменившихся местных жителей, но оказалось, что осталась одна раса, которая до сих пор сохранила свои старые способности, и при этом приобрела новые.
  - Так ты из этой расы?!
  - Да. Именно. - С горечью произнёс он. - Этим мы особенны, а со времен оказались и уникальными, потому что не со всеми живыми существами во Вселенной можно изъясняться мысленно. Я вот такой, необычный, привилегированный. Но честно, это не по мне, это ужасно тяготит, я не могу быть самим собой, у меня слишком много обязанностей, а так хочется ни от чего и ни от кого не зависеть, просто быть самим собой и наслаждаться жизнью! - Ману резко замолчал, как будто понял, что слишком разоткровенничался.
  - Да, я тебя понимаю. - И я мечтала о счастливом будущем! В Ману я увидела существо чем-то схожее со мной и этим прониклась к нему.
  Я не стала задавать лишних вопросов новому другу, беседа с Ману оказалась познавательной и интересной, но не менее интересным было то, что я видела вокруг себя, это отвлекало от печальных мыслей. Мы двигались по тропе вдоль дивных деревьев, ветви которых сплетались крепко между собой над нашими головами, создавая живой тоннель. Ветви-лианы под дневными солнечными лучами переливались золотом, оставляя на нас свои отблески и кружевные тени, казалось все вокруг как в сказке. Под ногами шуршала белая листва с такими же золотыми прожилками, от прикосновения листья рассыпались, превращаясь в золотую пыль и мы, как будто, плыли в дымке. Моё внимание привлек лист, который сорвался с ветки и медленно порхая, стремился в низ. Осторожно протянув ладонь, я бережно подхватила его на лету, от моего прикосновения листок не рассыпался, а мирно покоился на ладони, продолжая своё хрупкое существование, от чего я смогла внимательно разглядеть его.
  - Он такой невесомый, прозрачный и нежный! - Поразилась я, ощущая себя младенцем, который смотрит на мир широко раскрытыми глазами, удивляясь и поражаясь всему вокруг.
  Манну задумчиво не моргая, смотрел на лист:
  - Весь наш мир хрупкий и поэтому мы изо всех сил стараемся сберечь его, не причинив вреда. Смотри... - Ману взял ладонь, на которой лежал листок и осторожно сжал мои пальцы своими, от их лёгкого движения листок рассыпался в прах за одно мгновенье, пыль поднялась в воздух и разлетелась, оставив после себя золотой шлейф, который постепенно бесследно исчез. - Видишь, как легко можно всё разрушить.
  - С вас нужно бать пример, ведь если бы Земляне так бережно относились к своему дому и друг другу, возможно, сейчас мы не были на грани вымирания и "божественный свет" существовал в безопасности.
  - Но и наш мир вымирает, - с грустью вымолвил Ману, прочитав мои мысли.
  - Почему? Разве такое, может быть?- удивилась я.
  - Трудно говорить, - он еле сдерживает себя, с силой выдавливая слова, - лучше показать, ты всё поймёшь позже.
  Тем временем, ландшафт вокруг нас сменился, на ещё более удивительный, тем самым прервав наш разговор. Лес закончился и перед нами возник глубокий обрыв, в самом низу которого текла бурная река. Водопады вырывались из отвесных склонов земли и с грохотом срывались в низ, выпуская клубы пара и брызг, которые горячий воздух подхватывал и поднимал к самому верху, от чего пар клубился у наших ног, а приятный сладковатый аромат воды, ударял в нос и слегка опьянял.
  Недолго думая, Ману уверенно шагнул в пропасть, от неожиданности я схватила его за руку, в ужасе, что он упадёт. Но этого не случилось, он спокойно стоял над бездной и изумлённо смотрел на меня, от страха моё сердце как будто в пропасть ухнуло, оно готово было вот-вот выпрыгнуть наружу. Нельзя же так шутить!
  - Всё в порядке! Мы не упадём, видишь, подо мной крепкий мост, просто иди за мной.
  При этих словах он топнул ногой в воздухе, от чего еле уловимое мерцание по форме ступни образовалось под ним и разбежалось, как электрический разряд, по сторонам, осветив целую паутину невидимых тончайших сплетений, которые создавали особо прочный мост, способный выдержать нас. Постепенно мерцание исчезло, как исчезают круги на воде и мост, стал совершенно прозрачным.
  С опаской я коснулась кончиком ноги невидимой переправы и, почувствовав твёрдую поверхность, с замиранием сердца шагнула к Ману. Крепко вцепившись в ладонь своего спутника, я двигалась над бездной, будто порхая как бабочка, слегка касаясь невидимой поверхности. Честно признаться, дух захватывало и будоражило кровь, такое необычное путешествие! После нескольких шагов я уже радовалась открывшемуся под собой чудесному зрелищу, оставляя страху лишь маленький кусочек в душе, всё остальное пространство занимал восторг. Упоение и трепет царили внутри меня в эти моменты.
  Достигнув другого края обрыва, помедлив, остановилась. Я не торопилась ступить вновь на видимую твёрдую почву, последний взгляд в пропасть, в будоражащую сознание красоту, вот что сейчас было нужно моей израненной душе! Эти ощущения страха, опасности, хоть и частично, но заглушали во мне ту боль, которую не возможно было терпеть.
  Умопомрачительная переправа закончилась. Ступив на землю, и оторвав взгляд от пропасти, я устремила его к самому горизонту в бескрайние просторы долины, залитой розовым светом. Всё здесь для меня являлось новым, неизведанным и планета, и её жители, и небо было совершенно иным, восхитительным, но чужим.
  - Кто сотворил этот ошеломительный мост? - Любопытство разбирало меня.
  - Хм, это явление нашей природы! Ну что, идем дальше? На горизонте уже виден анук, нам туда. Опускается ночь, надо поторопиться. - Я видела, как это тревожит Зандарийцев.
  Ману не отпускал мою ладонь, и мы рука об руку продолжили своё путешествие по голой, как ладонь равнине.
  Закат.
  Разве житель Земли может в своем воображении представить себе закат из двух солнц? Вот и я не могла, да мне этого было не нужно, ведь я увидела его своими собственным глазами! Передо мной возник яркий рубиновый диск, самый большой из двух. Он первый заходил за горизонт, касаясь окоема равнины, рождая ореол из золотисто-рубинового свечения, которое растворялось в глубинах небосклона. Тем временем, пока диск заплывал за горизонт, его нагоняло второе солнце, розовое, меньшее по размерам, но не менее чудесное. О нет, оно не пускает своего предшественника-собрата в одиночку завоевать горизонт, оно дарит свою алую красоту, создавая умопомрачительный перелив от золотисто-рубинового у горизонта к пурпурному, а затем розовому переходу в ещё светло голубое небо.
  Небосклон медленно начинает темнеть, бережно сохраняя умопомрачительное зарево, но оно не может длиться вечно. Рубиновый горизонт, сменяется ярким розовым закатом другого солнца, и вот уже второе светило скрывает свой округлый край за заветной кромкой. Яркий, мощный всплеск света озаряет всю долину как живописная вспышка из золота, рубина и пурпура, мгновенно погружая всё вокруг в кромешную тьму.
   Но мрак не длиться долго.
  Опускается ночь. Удивительная, волшебная, восхитительная... На черном полотне небес одна за другой, а потом целым ворохом вспыхивают яркие звезды. Одно представление сменяет другое. Это завораживающее зрелище способно тронуть душу любого существа. Мой взгляд устремился к темной материи звездного неба, кажется, последний раз я это делала ещё на Земле. Как давно это было, как будто в прошлой жизни!
  Изумительно! Здесь небо совершенно иное: оно яркое, насыщенное, представляющее взгляду калейдоскопы красок. Звезды как будто ближе, и до них можно дотронуться рукой. Потрясающие туманности и планеты видно невооруженным глазом, скопление звезд и звездной пыли рождают невообразимые феерические сюжеты, как будто сошедшие с картин Грега Мартина . Не смотря на всё это великолепие я, с грустью понимаю, что как бы ни старалась разглядеть, как бы ни искала взглядом, не увижу ни "Млечного пути", ни Малую и Большую медведицу, ни Южный крест, ни Кассиопею, и даже созвездие Ориона не подмигнет мне своим ярким поясом. Здесь, вдалеке от дома, то небо, в которое с Земли я всматривалась с опаской, которое считала чужим и таким далёким, теперь мне кажется самым удивительным, прекрасным и родными! Увижу ли я его когда-нибудь?
  Мои размышления отвлек пронзительный, скрежущий звон, который было трудно выдержать, он резал слух настолько, что скулы сводило от боли.
  - Не успели ... - обреченные нотки услышала я в осипшем голосе Ману, а мысленно он отчаянно вскрикнул. - Бежим!!!
  
  _________________________
   3 Грег Мартин - талантливый английский художник, фотограф, дизайнер, иллюстратор, которого полностью захватил мир космоса. Он рождает умопомрачительные картины космоса, в которых, уже невозможно различить мир фантастики и реальности.
  _________________
  
  Глава 2. Вуд
  Искра есть в каждом сердце,
  но не в каждом сердце разгорается пламя.
  
  Светозар
  
  Каждая женщина, вынашивая ребенка, считает своего младенца самым чудесным, самым лучшим, самым удивительным, уникальным!
  А я, вынашивая Маргариту, чувствовала это особенно сильно. Она мой первый малыш, однако, я ощущала, а потом, сравнивая со следующей беременностью, понимала, что она - другая, она - совершенная, она - не Земная... Это не я зарождала в ней жизнь, а моя девочка рождала во мне что-то удивительное, светлое, я бы сказала Божественное. Это как чувствовать себя чистым при чистым, светлым при светлым и излучать этот "Божественный свет" изнутри, даря любовь всему вокруг! Я была очень счастлива в те месяцы своей жизни, как никогда больше! Как бы я хотела вновь испытать эти ощущения, эту эйфорию и феерию чувств, но видимо такой счастливый случай выпадает лишь раз в жизни и даже не каждому, это поистине чудесный Дар!
  Марго росла добрым, послушным, отзывчивым и жизнерадостным ребёнком, она дарила добро, свет, люди тянулись к ней. Дочь совершенно внешне не походила на нас с Гленом темноволосых и кареглазых: кудрявая белокурая головка, милое личико и пронзительные изумрудные глазки делали её похожей на ангела. Нам было легко чувствовать себя её родителями, если не считать того, что дочурка с малолетства попадала в неприятные, даже опасные истории.
  После случая на озере, когда мы чуть не потеряли дочь в её семнадцать лет, я поняла - нужно что-то менять, хватит искушать судьбу! Я и Глен приняли решение отправить её к дедушке в гости в Россию, пожить какое-то время подальше от всех неприятностей.
  Все шло прекрасно, хотя Марго без воодушевления восприняла наше предложение, но, как нам казалось, у Виктора ей понравилось, она нашла интересных друзей, получила новые впечатления и даже влюбилась. Однако что-то не давало мне покоя, у нас сильная духовная связь с дочкой, я чувствовала, надвигается что-то плохое, нехорошее предчувствие преследовало меня.
  Наша поездка в Россию оказалась спонтанной, собирались быстро, я уговорила мужа на это длительное незапланированное путешествие, обосновав тем, что родители должны быть на восемнадцатилетии дочки. Гленн поддержал мою затею, все сам организовал и билеты, и визу, и даже уговорил родителей Брук, чтобы подруга Марго поехала с нами.
  Появление нашей шумной компании оказалось эффектным! Марго и не подозревала, что увидит нас на своём празднике и была рада такому неожиданному сюрпризу. Какой же она тогда была счастливой и безумно влюбленной в своего Олега, он же не сводил с неё глаз, моя девочка была единственной для него во всем мире! Я видела, что их чувства взаимны, ощущала, насколько они сильны, и в тоже время, глядя на эту пару, понимала, такая сильная первая любовь редко бывает счастливой!
  Мои предположения и опасения, как не горько осознавать, вскоре подтвердились. После своего дня рождения, Рита переменилась, повзрослела, даже её взгляд изменился, она уже по-другому смотрела на мир, как будто зная какую-то тайну, но мы не сразу это поняли. Мы - были слепы, стараясь навязать ей своё мнение, не прислушивались к тому, что она хотела нам сказать, даже не пытались понять и в итоге потеряли её. Как бы я хотела все исправить, но слишком поздно приходит осознание своих ошибок!
  Когда обнаружили, что дочь сбежала с Олегом и друзьями на о. Ольхон, да ещё и прихватила Брук, то были в ужасе! Глен как разъяренный лев в клетке метался по дому, собирал вещи, кричал на всех, а я пыталась успокоить его:
  - Дорогой, угомонись, мы найдем их, с девочками ничего не случиться, ведь они не одни.
  - Она нас ослушалась! Ты понимаешь? Ты помнишь, чтобы она когда-то нас не слушала? Нет, это не моя дочь, что с ней стало?! - Он рычал как раненый зверь, и мне было больно на него смотреть.
  - Она повзрослела, и мы теперь должны считаться с её мнением, не будь упрямым, Гленн, осознай это! Я понимаю, трудно, но и мне нелегко. - Я взяла мужа за руку и поцеловала в щетинистую щёку, усадив рядом, знаю, его это успокаивает. Ему сейчас как никогда нужна холодная голова и поддержка, а лишние отрицательные эмоции не к чему.
  - Хорошо, - уже спокойно согласился он, - но не обещаю, что это быстро получиться, я попытаюсь. А теперь собирайся, надо их догнать!
  В дверь позвонили: "Кого ещё принесло в такую рань?" На пороге стаяла женщина, она отстранила меня от открытой входной двери и быстро вошла в дом:
  - Я - ваша соседка, Людмила Вячеславовна, - женщина взяла меня за руку и начала трясти в знак приветствия, я видела, её что-то беспокоит, - а где Виктор?
  - Здравствуйте, меня зовут Вуд, Виктор в гараже, выгоняет машину, сейчас позову. - На ломаном русском языке нехотя ответила я, мне не хотелось общаться с незнакомкой, какая-то она странная и, не задерживаясь, пошла за хозяином.
  - А вы мама Маргариты? - В след бросила странная соседка.
  - Да, откуда вы её знаете? - Обернувшись, я недоверчиво на неё посмотрела, кто она такая? Странный взгляд, не менее странная внешность, амулеты на шее и запястьях, крупные кольца на руках, она была похожа на ведьму.
  - Мне о Вас рассказывала сама Рита, я очень переживаю за неё и хочу помочь. - Её сочувствующий взгляд смягчил моё отношение к незнакомке, но все это как-то странно.
  Мой уверенный шаг в сторону гаража дал понять гостье, что разговор окончен, не хочу вмешивать в наши личные проблемы посторонних людей.
  Когда мы с Виктором вернулись, женщину как ветром сдуло:
  - Удивительно, она только что была здесь, для чего приходила? - Мне было непонятно, почему соседка не дождалась Виктора, ведь так хотела поговорить с ним о чем-то.
  - Мама, та тётя смотри, что мне дала, - Питер выбежал из гостиной и протянул аккуратно свернутую бумажку в клетку, на шее у него красовался амулет из костей и перьев, - а мне подарила вот, посмотри, правда, красиво?!
  В записке, мелким не разборчивым подчерком было что-то написано на русском языке:
  - Что это, я не понимаю. - Я протянула записку Виктору.
  Виктор, медленно задумчиво прочитал послание и нахмурился:
  - Остров Ольхон, п. Хужир, улица Пушкина, дом 50, спросить старого шамана острова. Хм, не предполагал, что придется обращаться к старику-шаману, - заметив мой вопросительный взгляд, пояснил, - Людмила подсказала, где мы сможем найти Маргариту или тот, кто сможет помочь нам её найти. Да, странно... Ну что, поехали? Нельзя терять время.
  Вещи были погружены, и наша команда двинулась в путь. Я ничего не замечала вокруг, все мои мысли были о дочери, о плохом думать не хотелось. Наш маленький сын Питер забавлялся во всю, для него это было весёлое детское приключение, его озорная улыбка и радостный взгляд отвлекали меня от печальных мыслей.
  Ехали быстро, но никак не могли нагнать группу туристов с дочерью. Виктор предположил, что ребята наняли микроавтобус с экскурсоводом, поэтому мы останавливались на каждой стоянке "буханок" и расспрашивали у туристов, не видел ли кто девушку на фотографии, но все наши поиски ожидало фиаско.
  Под городком Баяндай нам пришлось остановиться на ночлег, хотели проехать дальше до парома в Сахюрте, но неожиданно налетевшая гроза и пробитое колесо, нарушили все наши планы, как будто сама природа не пускала нас дальше. Измученные, уставшие и промокшие до нитки из-за смены колеса, мы заехали в первую попавшуюся гостиницу, поужинали и мгновенно забылись во сладкой дреме.
  Что-то внезапно разбудило меня посредине ночи ото сна, я лежала в постели и несколько секунд пыталась понять, где я. Вспомнив вчерашний день, крепко зажмурила глаза, чтобы вновь забыться во сне и не думать об этой безумной погоне. А мысли все лезли в голову и не давали заснуть: "Может, мы зря все затеяли и дочери нужно доверять, может дать ей возможность самой принимать решения и отвечать за свои поступки, и не нужна эта сумасшедшая гонка преследования? Где она сейчас, все ли с ней в порядке?" Мое сердце сжималось от нехорошего предчувствия, я открыла глаза, чтобы посмотреть, сколько времени, неожиданная ярая вспышка света озарила всю комнату. Я осторожно подошла к окну и увидела яркий голубой столб света в небе, исходивший от горизонта ввысь.
  - Гленн, проснись, посмотри что это? - Мой голос предательски дрожал, и совсем охрип, я растормошила мужа, возможно, он объяснит, что это за явление и сможет развеять мои страхи.
  Он нехотя поддался моим уговорам и, протирая глаза ото сна, поднялся с постели:
  - Что случилось, дорогая? Ух, никогда такого не видел! Что за чертовщина, опять эти русские проводят какие-то испытания?
  - Не пугай меня, ведь там наша дочь! Ты никогда не видел подобное, а может быть читал?
  - Извини, я не хотел тебя пугать, но все это так странно, первый раз такое вижу. Да ты вся дрожишь!
  Он обнял меня, пытаясь согреть, потом наклонился и поцеловал, так как мог только он, его крепкие объятья действовали на меня успокаивающе.
  - Нам лучше отойти от окна, ложись-ка спать, милая, у нас был трудный день и не волнуйся ведь я с тобой, а завтра узнаем, что это было.
  Мне повезло, что я встретила Глена, он дал мне все: дом, семью, заботу, любовь, наших детей, это самые близкие и родные мне люди, кроме них у меня больше никого нет во всем белом свете.
  Муж уложил меня рядом с собой в постель, заботливо укрыл одеялом, обнял, как маленькую девочку погладил по голове и устроил на своем плече, от чего я быстро провалилась в сон без сновидений.
  __________________________________________________
  Более или менее отчетливо помню свою жизнь с шести лет. О том, что я сирота так сказать нельзя, у меня была мать, отца я не знала, мама запретила мне спрашивать о нём. Я была уменьшенной копией матери: пронзительные карие глаза, густые длинные каштановые волосы, личико по форме сердечка, курносый носик и губки бантиком - все считали меня миленькой девочкой. По рассказам моей любимой воспитательницы, в пансионат попала я в три года, худенькая, вся в синяках, бледная, вела себя как запуганный птенчик, говорить не умела. Мать не выдержала заботы обо мне, я её раздражала и выводила плачем из себя, от чего она отправила меня в пансионат "Святая Мария". Понимаю, не каждый способен быть хорошим родителем, видимо у Кларисс были иные "достоинства". Однако маму я любила и безумно по ней скучала, с нетерпением ждала приезда, что нельзя было сказать о ней самой. Женщина с раздражением выполняла эту повинность раз в три месяца. Хотя я видела её редко, но эти дни встречи были для меня самыми счастливыми и светлыми, они скрадывали черные дни в пансионате.
  Я восхищалась Кларисс! Всегда эффектная, ухоженная, сдержанная, приятный шлейф французских духов дополняли её тщательно продуманный образ, безупречное воспитание состоятельной чопорной английской семьи отразилось на её стильной внешности, манерах и скверном характере.
  Я не знала теплоты материнской любви, бабушки, и дедушки не было, они умерли после переезда из Англии в штаты, меня тогда ещё и в помине не было. Родители оставили приличное состояние Кларисс, из-за чего за ней увивалось не мало красивых, повес-альфонсов. Вот тогда-то и появилась я, дитя - её утех.
  Мы с мамой были одни во всем мире, но я совершенно не входила в её планы, хорошо помню упрёки в мой адрес, когда она меня посещала: "Ах, когда же ты вырастешь, и мне не нужно будет думать и заботиться о тебе, я заживу, наконец, для себя!" Я не обращала внимания на обидные слова, ведь так была рада встрече, ничто не могло омрачить эти счастливые минуты.
  Когда мне исполнилось одиннадцать лет, я узнала что такое предательство единственного родного человека. Кларисс выкинула меня из своей жизни, как паршивого котенка. Одним легким движением руки она подписала документы об отказе от материнства и я стала официальной сиротой. Маме нужно было выгодно выйти замуж, а незаконно рожденный ребёнок лишь портили её безупречную репутацию, никто не знал о моём существовании, она тщательно скрывала меня.
  С тех пор и так не веселая детская жизнь стала ещё хуже. Меня перевели в другой корпус, там, где содержались дети-сироты, условия здесь были куда хуже, нам приходилось работать на благо церкви и тем самым обеспечивать себе кров, пропитание и обучение, ведь теперь Кларисс не оплачивала моё образование и содержание. Я росла хилым и болезненным ребёнком, что давало прекрасную возможность другим детям выливать на меня всю свою жестокость, агрессию и обиду на мир, но какая-то внутренняя сила, упорство не давало мне пасть духом и сломаться.
  Я добросовестно трудилась, чтобы получить хорошее образование, ведь у маленькой девочки была главная цель выучиться и доказать маме, что она зря лишилась такой замечательной дочери. Наверно, об этом мечтает каждый брошенный ребёнок.
  Благодаря моим стараниям и направлению из сиротского пансионата я поступила в колледж на биолога, там-то и познакомилась с Гленном. С этого момента в моей жизни началась белая полоса. Студенческие годы самые классные! Это беззаботное время я вспоминаю с упоением. Именно тогда можно было не думать о трудностях, и даже если они встают на пути преодолевать без тени сомнения и без груза на душе, это время когда кажется, что море по колено и все мечты обязательно сбудутся! Друзья, любовь, новая жизнь, диплом биолога и приличная работа - все это вдохнуло в меня новые силы, и придало уверенности в себе, тогда-то я и решила отыскать мать.
  
  Глава 3. Зандария
  Опять бежать, опять скрываться, страх, опять страх ... даже здесь, в Зандарии, на меня охотятся, нигде во Вселенной нет мне покоя! Ману нес меня на руках, я слышала его тяжелое дыхание от бега, а я-то думала зандарийцы всегда медлительные, степенные, но сейчас спасаясь от "ловцов" их скорость достигала по земным меркам около 100 км/ч, и от этого меня мутило.
  - Не бойся, - шептал мне в ухо Ману, - скорее я подвергну себя опасности, чем позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
  Его слова не особо меня успокоили, я взглянула через плечо хранителя, и увидела, что нас прикрывают сопровождающие ранее зандарийцы, замыкая группу, а за их спинами стремительно надвигается черный туман-вихрь. Со свистяще-шипящим скрежетом "ловцы" сметают все на своем пути, словно обезумевший смерч, неся с собой клубы пыли и мусора. Теперь мне стало понятно, почему вокруг анука голая степь, здесь постоянно ведется охота. Город стремительно приближался, хотя вместо населенного пункта я видела лишь тёмное его очертание, казалось, он вымер. Я чувствовала, что мы не успеем, помочь нам может только чудо.
  - Я спасу "свет"! - Впервые я услышала в своей голове голос не Ману, а кого-то ещё.
  С нами говорила женщина, её тонкий, нежный, божественный голос дрожал от страха, но звучал уверенно и гордо, это была женщина-зандарийка. Я взглянула на неё, уверенное выражение лица, говорило о том, что все решено, её глаза пронзительно смотрели на меня, этот взгляд проникал в душу, такой ласковый, добрый, я запомню его на всю жизнь, она чувствовала, что не выживет.
  - Лиу, нет! Тебе не спастись! Даже не думай. - Твердо ответил Ману, пытаясь переубедить её. - Они общались мысленно вовремя бега, а "ловцы" тем временем настигали нас.
  - Спаси её, обо мне не беспокойся, моё время пришло, пусть "свет" живет! - С этими словами она бросила прощальный, тоскливый взгляд на своих сородичей и Анук, после чего резко остановилась и вскинула руки к верху.
  Яркий столб света вырвался из ладоней Лиу, он разрезал материю космоса, устремляясь в неизведанные глубины, все ёе тело светилось. Черный туман окутал спасительницу и "ловцы" начали высасывать из неё жизнь, мерзкий туман обвивал её тугим кольцом, всё сильнее и сильнее сжимаясь. В этот момент мы смогли оторваться от погони, девушка отвлекла "ловцов" приняв весь удар на себя. Я смотрела не отрываясь на происходящее, странным образом чувствуя ту страшную, раздирающую боль, которую испытывала Лиу и это чувствовали все вокруг. Я мысленно видела все её воспоминания, самые радостные, счастливые моменты, они как картинки мелькали друг за другом у меня в голове, с самого рождения до последней минуты. Я ощущала, как зандарийцы изо всех сил пытаются помочь Лиу, стараются как можно больше мучительной боли принять на себя, чтобы облегчить участь спасительнице. Какое самопожертвование, самоотверженность, какая взаимовыручка и сердечность! Они поистине ангелы, светлые души, ни капли обиды, злобы, зависти, жестокости...
  Наконец Лиу растворилась в черном тумане, а её яркий свет, "священный свет" устремился в глубины космоса, унося с собой бессмертную чистую душу. Спасительницы не стало.
  - Иди с миром... светлая душа! - Отпустил её Ману, тяжелый вздох вырвался из его груди.
  Я не могла говорить, на столько случившееся потрясло меня, а тем временем куча вопросов роилось в голове, но я не решалась их задать, слишком свежа была утрата в наших сердцах.
  "Ловцы" же продолжали свое преследование, они не насытились своей добычей, им нужна была я, ещё несколько секунд и они получат свое.
  Внезапно яркая вспышка света озарила анук, как будто включились одновременно тысячи прожекторов, я увидела светящийся купол накрывший поселение. Яркий сгусток белого света отделился от купола и устремился к нам, захватил всю нашу группу в свои объятья, я почувствовала мощный разряд энергии по всему телу, заряд ... встряска... ... неожиданная слабость, отрешённость. Я мгновенно провалилась в забытье... но была спокойна, я знала - мы спасены.
  Очнулась... Мое сознание медленно выплывало из блаженной дремы, возвращаясь к реальности.
  Прислушалась. Откуда-то совсем рядом доносилось журчание воды, этот звук приятно ласкал слух, и не давал вернуться в реальность, заставляя ловить кристально чистые мгновенья, унося в неземные блаженства. Какое-то время лежала с закрытыми глазами, вслушиваясь в окружающие звуки, стараясь понять, где я и что вокруг, однако, кроме падающей воды ничего не было слышно. Наконец любопытство овладело мной, и я нехотя разомкнула веки.
  Перед взором предстала большая комната, бирюзового цвета, это оказался зал внушительных размеров, овальной формы, с высокими стенами и торжественным прозрачным потолком-куполом, сквозь который проникал солнечный свет. Одна стена была водопадом, выдолбленным в исполинской скале: "Так вот откуда исходит звук воды?!", а пол устлан мягкой травой, доходящей по щиколотки, не такой как снаружи, а как на Земле: мягкой, ароматной, влажной, зеленой ... живой. Казалось я в сказочном лесу, но возведенные стены говорили об обратном. Мое ложе стоит у самого водопада, как же здесь уютно и спокойно, душа моя, истерзанная потерями и переживаниями, отдыхает, но невозможно бесконечно, вот так лежать и придаваться грёзам. Я решила вернуться в реальность и побродить по округе, найти Ману.
  Из комнаты шло много выходов, но зал оказался пуст, и мне представилась прекрасная возможность осмотреть все вокруг. О, эти стены! Они приковали к себе внимание, расписанные изображениями зандарийцев, они казались завуалированным алгоритмом своей эпохи, своего мира, их здесь - тысячи: лики мужчин, женщин смотрели на меня со стен, в полном расцвете лет и совсем юные, в преклонном возрасте старцы с суровыми лицами, приветливые весёлые девушки и добродушные юноши с просветленными наивными глазами, благородные мужи и мудрые старухи, такие разные и в тоже время такие одинаковые, мужественные, величавые, в их взгляде чувствовалась неимоверная сила, энергия, благородство. Я понимала, эти изображения не случайны в этом зале, но кто они?
  - Наши правители! Предки! - Гордо произнес Ману.
  Я оглянулась, в одном из проемов входа стоял мой проводник, прислонившись плечом к косяку, он внимательно изучал меня.
  - Все они? Так много? - Мне было это непонятно, наших президентов можно по пальцам пересчитать и все они почтительные, представительные мужчины, а тут ... удивительно.
  - Не удивляйся. Да, все они "светлые" души, достойные быть здесь. Никто не рвался к власти и не пытался удержать её, каждый чувствовал, когда должен помочь своему народу и когда должен уйти, чтобы дать возможность выполнить долг другому.
  Ману подошёл ко мне и, обняв за плечи, так же как и я устремил взгляд на лики своих сородичей:
  - Вот, это Жакоба, - он указывал пальцем на портрет сурового благородного старца, - великий муж, спас не мало ануков, справедливо правил на планете Зандария, когда пришло время беззаговорочно отдал свой пост Симене, юной зандарийке из простого сословия. Она светла, юна, весела, беззаботна, но открывшаяся в ней внутренняя сила, гибкий ум, благородство, бесстрашие привели наш народ к новому витку развития.
  - Но как вам это удается?
  - Мы научились слышать Богов и следовать их заповедям, вот и весь секрет. Поэтому на нашей планете царит любовь, справедливость, доверие, мир, мы не пытаемся делиться на государства, кланы, народы, Зандарийцы - один народ! Мы накопили мудрость Богов и сберегли "божественный свет", мы научились его приумножать, почти каждый зандариец несет в себе этот "свет", но появились "ловцы" и теперь наш мир вымирает и это печально, и очень больно для нас.
  - Вы не можете защитить себя? - Мне было странно, это слышат, при их-то прогрессе.
  Ману с грустью покачал головой.
  - Значит моя Земля - обречена. - В задумчивости и с безысходностью вымолвила я.
  - Нет, не говори так! Вы другие, совершенно... Ты - удивительная. У вас есть то, чего нет у нас. - Ману повернул меня к себе и обхватил моё лицо своими большими ладонями. Он внимательно вглядывался в мои глаза, как будто пытался проникнуть в самые потаенные глубины памяти. - Вы сильнее нас, морально, вы способны на очень сильные душевные чувства и этим отпугиваете "ловцов". Что это? - Я видела смятение на его лице, он пытался понять, почувствовать, то, что было ему не ведомо, то о чем он не подозревал, но жаждал познать. И он показал мне это...
   О, Боже, как же больно, больно, нестерпимо, сердце разрывали на тысячи кусочков! Я вернулась в самые страшные мгновенья своей жизни, это Ману вернул меня туда, чтобы понять нас, людей. Я мыслями очутилась на Земле, рядом с телом Олега...
  "Несколько минут я рыдала над телом любимого, отчаянье и горе разрывали мою душу, казалось, что из груди вырвали сердце, а меня оставили жить в мучениях, чтобы я испытывала бесконечно эту невыносимую боль.
  Я загляделась на спокойное любимое лицо:
  - Я хочу отдать за тебя свою жизнь, зачем она мне без тебя?
  Последняя надежда. Моя рука легла на шершавый ствол дерева, вторая опустилась на грудь Олега, я закрыла глаза и погрузилась в свои мысли, чувства и ощущения. Поможет ли это ему я не знала, но мне хотелось в это верить, и я пыталась.
  Ни чего не получалось, две, три, десять, пятнадцать минут - все бесполезно! Я молила дерево помочь мне, но оно не отвечало, не было чистейшего звона, не было белоснежной дымки в кроне дерева, оно меня не слышало. Все попытки оказались тщетными. Слез больше не осталось, злость ушла, лишь бесконечная любовь царила в моём сердце. Обняв Олега, положила его голову себе на грудь, я не хотела больше ни куда идти, ни чего предпринимать. Я - сдалась, нет, я - освободилась.
  Вот теперь-то черный туман со зловонным запахом начал подбираться ко мне, "ловцы" дождались своего часа. Но мне уже было все равно...
  Я чувствовала, как медленно немеет моё тело, как беспросветный туман окутал нас и подступил к горлу, я поцеловала любимые холодные губы, вымолвив лишь короткое: "Прощай!""
  Ощущение прикосновения мягких, нежных губ, похожих на сладкое суфле, вывело меня из воспоминаний. Я открыла глаза и увидела, что Ману склонился надо мной в неумелом поцелуе.
  - Что ты делаешь?! - От неожиданности я резко оттолкнула его.
  - Я-я не знаю! - Он растерянно оправдывался и не знал что делать. - Я видел, ты так делала, зачем?
  Я видела, что Ману и правда не знает, что это значит, злость быстро исчезла, и мне стало, его жаль. Несколько минут мы молчали, я пыталась привести себя в чувства после воспоминаний, но боль было не так-то легко унять.
  - Зачем ты мне это показал? Зачем поцеловал?
  - Хотел понять, хотел оказаться на его месте, хотел почувствовать себя человеком, хотел ...
  - Незачем тебе это, мы слишком глупы, похотливы, корыстны и эгоистичны! - Я злилась на него, на себя, на людей, на то, что все сказанное мной правда и от этого так горько. Мы забыли о глубоких, чистых чувствах, кругом только и слышишь: секс, секс, секс, похоть завладела нашими душами... Противно!
  - Я не знаю, что ты имеешь в виду, но чувствую, что ты любишь свой мир, хоть и злишься на него. - Зандариец сочувствующе смотрел на меня.
  Я и забыла, что Ману сейчас читает все, о чем я думаю.
  - А вы разве не испытываете подобных чувств, друг к другу? Любовь, страсть, между мужчиной и женщиной ... ты испытывал когда-нибудь такое? - Я вдруг поняла, что он вообще ничего в этом не смыслит.
  - Мы все друг друга любим и заботимся, но не так как вы - Ману не понимал, о чем я говорю. И он показал мне, то, как это происходит у них.
  Я увидела, что Зандарийцы наивны как младенцы, для него мои мысли слишком откровенны и развратны, может в этом и есть их спасенье, с горечью осознавала я. Вот она любовь идеальная - сугубо духовная, без всякой примеси сладострастия. Они не стремятся затронуть физически мир друг друга, они наслаждаются более высокими чувствами и это прекрасно, искренне и душевно. У зандарийце нет таких страстей как у нас.
  Люди же пренебрегают всеми прелестями платонической любви и поскорее стремятся узнать жар и пламя любви-страсти. В итоге мы учимся любовным утехам, становимся мастерами постельных игр, но любить, по настоящему, высоко, до глубины души, так чтобы жизнь отдать за любимого, так и не умеем. А когда, пресытившись физическими утехами, чувствуем, что душа пуста и мы не знаем, как её наполнить...
  _________________
   4 Платоническая любовь - именно этот вид любви учит внимательности, заботе, доверию, преданности, вере и нежности к возлюбленному человеку. Каждый должен ощутить на себе тихую гавань платонической любви для того, чтобы потом спокойно плавать в бурном океане любви-страсти. Именно платоническая любовь в свое время вдохновляла гениев драматургии и мастеров пера на их бессмертные шедевры. Нежное обожание выливалось в знаменитые пьесы и романы, которые до сих пор способны затрагивать собой сердца людей. Страсть не имеет подобной силы над душой человека оттого, что она просто не вдохновляет никого в этом мире.
  _________________
  
  - Нет, твоя любовь похожа на нашу. Тут, - он прикоснулся ладонью к моей груди, там, где бьётся сердце, - тут ты чувствуешь все сильнее, чем мы и я хочу понять твою силу любви, преданности, нежности к своему мужчине и зачем вы касаетесь друг друга так. - Он прикоснулся пальцем с начало к своим губам, потом к мои.
  - Нет, перестань, - я грубо оттолкнула его руку от себя - ты заблуждаешься, вы погубите себя, если уподобитесь нам!
  - Но мы и так погибаем!
  - Но почему? У вас ведь все идеально! - Я искренне была удивлена.
  - Сейчас уже слишком поздно, для спасения! Поздно мы научились защищать себя. Несколько времен назад, мы были слишком беззащитны, наивны ... - Ману обессиленный, уставший рухнул на софу, что у водопада, - Мы потеряли много "божественного света", прежде чем научились защищаться. Хм, - он горько усмехнулся, - Наивные! Были, наивные, беззащитные, когда "ловцы" напали на нас, мы были не готовые к опасности. Много времени улетело, прежде чем научились защищаться, переосмыслили, смогли...
  - А как же то, что вы умеете приумножать "свет"? Вот ваше спасение!
  - Нет, это не то. Знаешь, это как налить, один раз ароматный сладкий нектар и, отпивая от него по глотку, постоянно разбавлять до первоначального объема, в итоге, постепенно вкус уже не тот, аромат исчез, и вот в конце ты пьёшь уже не нектар, а ополоски с мутным цветом, без вкуса, сладости и аромата. Так же и у нас, "света" много, он почти в каждом из нас и мы все бережно храним его, но природу и Творца не обманешь. Мы - слабы, света мало и Зандарии скоро не станет. - Одинокая слеза выкатилась из его огромных глаз.
  Я не верила его словам, неужели нет выхода? Нет, так не может быть, выход есть всегда!
  Возможно, я не случайно здесь, ведь мой "свет" - иной, он может помочить этим существам.
  -Маргарита, даже не думай, ты погибнешь!.. - Вымолвил Ману, прочитав мои мысли.
  Может я - их спасение?!..
  
  
  Глава 4. На Земле ранее ...
  
  Выехали из Баяндая в 08:30 утра, сонного Питера ели подняли с постели, да и нам самим не хотелось возвращаться из сладких грёз в тревожную реальность.
  Утро выдалось солнечное. Яркие лучи восходящего солнца постепенно озаряли холмы и долины, по которым нас везла "Шевроле-Нива". Ветер унёс все вчерашние хмурые дождевые тучи, открыв взору пронзительно голубое небо. Капли влаги, постепенно высушиваемые утренним солнцем, блестели на траве и ветках деревьев, солнечные лучи, преломляясь о них, превращали долину в радужный переливающийся ковёр. Влажный, теплый воздух проникал в лёгкие и невероятно бодрил сознание, а запах чабреца, растущего по всей долине, создавал головокружительное благоухание. Я закрыла глаза, подставив лицо ветру и теплым солнечным лучам, стараясь не думать ни о чем. Как же здесь хорошо, спокойно!
  Около двух часов мы двигались к берегу Байкала. Больше всего времени заняла гравийная дорога у самого побережья, она была похожа на старую ржавую стиральную доску, такую доску я видела в Русском музее народного быта, экскурсовод долго пыталась мне объяснить, как её применяли в быту.
   После поездки мы какое-то время не могли прийти в себя, но эту неприятность скрашивало великолепие медленно подползающей к озеру Тажеранской степи, больше всего удивили то тут, то там возвышающиеся не большие курганчики. Позже я узнала, что это не природное явление, а рукотворное "бало", созданное ведающими людьми для исполнения заветных надежд и желаний, все "бало" заговорены старым шаманом этих мест.
  Паром встретил нас километровой пробкой, очередь выстроилась огромная, казалось, ей нет конца и края. Мы послушно и обречённо устроились в самом конце очереди:
  - Приехали, можно выйти и размяться, простоим не меньше двух часов. - Предположил Виктор.
  Недолго думая Питер выскочил из авто, он не мог больше удерживать себя в замкнутом пространстве, сын был рад неожиданной возможности побегать и повеселиться. Да, за сорванцом нужен глаз да глаз, но вдруг он скрылся из виду и притих, я поняла, опять что-то творит, значит нужно идти проверять:
  - Питер, ты где!
  - Тсс... - Загадочное выражения лица Питера и прижатый к губам палец говорил о том, что нужно быть тише. Он не слышно, одним движением губ вымолвил. - Мама, иди сюда, смотри!
  Осторожно подкравшись к сыну, стараясь не шуметь, я увидела дюжину сусликов поодаль загорающих и резвящихся на солнышке, Питер еле сдерживал свой смех, зажав рот своей маленькой ладошкой. И правда, без хохота не возможно было на них смотреть: кто-то, растянувшись, загорал, кто-то обнимался и мило ворковал, кто-то резвился от души, кто-то забавно почесывал своё пузико короткой лапкой. Один из сусликов, самый смелый и, похоже, самый любопытный приметил нас и осторожно, перебежками от холмика к холмику подобрался ближе, встал на задние лапки, передние сложил на груди, вытянул шею и, выпучив свои наивные глазки-бусинки, с интересом разглядывал нас. Питер не вынес его пристального взгляда и показал в ответ язык, на что зверёк, похоже не на шутку обиделся, повернулся к нам спиной, демонстративно оттопырил попу и, издав характерный пукающий звук, мгновенно скрылся в норе. Уж этого мы не смогли выдержать и расхохотались от души, от нашего раскатистого смеха все суслики бросились на утек и быстренько попрятались в свои укромные места.
  - Мам, какой смешной! Это надо же, обиделся! - Хихикал Питер.
  - Да, я бы тоже обиделась, но какой смышленый!
  Очередь тем временем медленно, но продвигалась, немало туристов пыталось попасть на другой берег заветного острова. Мы решили не терять времени даром и двинулись с Гленом и Питером пешком вдоль очереди в поисках наших бесстрашных туристов. По моим подсчетам они не могли уехать далеко и возможно, так же как и мы ждут паром. К концу очереди я совсем отчаялась найти дочь, все, кому показывала фото, отрицательно качали головой и ободряюще улыбались.
  Я присела на скамейку у парома, чтобы отдышаться и попить воды, палило нещадно, а влажный воздух после дождя, да ещё у озера, усугублял жару. Душно. Моё внимание привлекли лавки у самой пристани с амулетами, сувенирами и утварью здешних мест. Как же побывать на Байкале и не привезти сувенир? Мы с Питером увлеклись поиском сокровищ, чтобы хоть как-то поднять себе настроение, перерыли почти все, что было представлено торговцами. Народу на рыночке не протолкнуться, но мой взгляд неожиданно выхватил из толпы белокурую женскую голову, знакомую фигурку и родной взгляд пронзительно зелёных глаз. "Марго!" - мелькнула первая мысль. Я быстро двинулась по торговым рядам в сторону незнакомки:
  - Марго! Маргарита! - Кричала в след девушке, но мой крик, как в болоте увязал в гуле толпы. - Питер, не отставаий!
  Или дочь меня не слышит, или это не она? Паника охватила меня, так не хочется терять такую хрупкую надежду! Тем временем, девушка вышла с рынка и быстрым шагом направилась к буханке, которая уже загружалась на паром. Пока я вырвалась из толпы и подбежала к парому, его уже закрыли для туристов и готовили к отплытию на остров. Все уговоры охранника впустить меня оказались бесполезными, тогда я показала ему фото Марго, чтобы окончательно убедиться, что это она.
  - Посмотрите, пожалуйста, на фото, мне кажется, что в последнем микроавтобусе была эта девушка. Она моя дочь, мы потеряли её... - Мой голос на последних словах дрогнул, слёзы навернулись на глаза, нервное напряжение, долгие поиски, переживания - всё это дало о себе знать.
  Охранник внимательно всматривался в изображение девушки, наконец, вымолвил:
  - Да, это она, точно! У меня хорошая память на лица, она была в последнем автобусе, с ней ещё черноволосая подруга.
  После этих слов радость и отчаянье как огромная волна захлестнули меня.
  - Это правда?! Боже мой, неужели я её нашла! Спасибо, спасибо большое! - Я готова была расцеловать доброго вестника.
   - Да не за что. Что вы! Только впустить на паром я вас никак не могу! Правда! Вот скоро будет следующий паром, на острове и догоните дочку, там-то она от вас никуда не денется. - Подбадривал меня мужчина.
  Я стояла на берегу и с грустью смотрела в след удаляющемуся судну. Опять Рита ускользает от меня, опять Байкал разлучает нас... Но я не сдамся, я не откажусь от неё, как отказалась когда-то от меня Кларисс.
  _______________________________________________________
  Мне пришлось приложить максимум усилий, чтобы отыскать Кларисс Ване, ведь я даже не знала в какой город она переехала. С нашей последней встречи прошло не много немало двенадцать лет, а я как сейчас помню её аристократическое лицо, мягкие каштановые локоны, изящную руку, затянутую в кожаную перчатку, которую она протягивала мне для поцелуя. Это был единственный момент, когда я могла прикоснуться к маме.
  Поиски привели нас с Гленном в Лос-Анджелес штат Калифорния, вилла Кларисс находилась в одном из самых богатых районов, в Малибу, на побережье Тихого океана. Надо ли говорить о том, что мы попали в Рай? Я впервые оказалась на западном побережье США и упивалась солнцем, пляжем, морским воздухом и океаном. Для девочки прожившей всю жизнь на севере США в бедном районе, все вокруг мне казалось сказочным, не земным: природа, Голливуд, аллея звезд, фантастические апартаменты и виллы, дорогие автомобили, лимузины, звезды снующие то тут, то там ... Но все это было не важно, важно было то, что сердце трепетало в груди от мысли, что на конец-то я увижу Кларисс... маму... Как волнительно и в тоже время страшно для меня звучит это слово... это имя... этот родной человек...
  Наше такси остановилось у шикарного белоснежного особняка в римском стиле, его величие впечатляло! Мое волнение усилилось. Золоченые, крепко запертые ворота отгораживали простого обывателя от богатого шика, и я как никогда чувствовала это. Мы позвонили в звонок, на вызов ответил чопорный консьерж:
  - Дом, Кларков! Что Вам угодно?
  - Кларков? - Недоуменно прошептала я, глядя на Глена. В ответ он подбадривающее кивнул, мой голос неуверенно дрожал, - Здравствуйте, будьте добры Кларисс Ване.
  Ворота распахнулись, и мы двинулись по широкой аллее к дому. Я вспомнила, что мама вышла замуж и у неё сейчас возможно другая фамилия. Нас никто не встречал. Войдя в просторный холл, мы осмотрелись ... На встречу вышла пожилая чернокожая сухопарая женщина, она долго и внимательно всматривалась в моё лицо сдвинув брови, потом задумчиво вымолвила:
  - Мисс, я экономка семьи Кларков, а Вы как-то связаны с мадам Кларисс Ване? Вы очень с ней похожи...
  - Да, я её дочь Вуд, то есть Вуди Марсель Ани Ване. Я могу её увидеть?
  - Дочь Кларисс Ване?- Брови экономки от удивления взлетели вверх. - Нет!
  Я не понимала толи, она отрицала мое происхождение, толи отказывает во встрече, и я по пыталась переубедить эту решительную женщину:
  - Да, мне не назначена встреча с ней, но я слишком долго искала маму. Позвольте мне лишь взглянуть на неё! Не будьте так жестоки!!! - Отчаянье затуманило мой разум, мольба в голосе, навязчивая настойчивость говорили о том, что моё поведение не прилично, но я ничего не могла с собой поделать!
  - Простите, мисс, но мадам Кларисс Ване уже семь лет не живет здесь. - Её сочувствующее выражение лица дало мне понять, что она говорит правду.
  - Нет... - Шёпотом, обречённо выдохнула я.
  - Где же нам её искать? - Гленн взял инициативу в свои руки, он видел, морально я не могла вести переговоры, настолько меня выбила из колеи данная информация.
  Мои руки просто опустились. Столько усилий, коту под хвост! Как же так? Ведь ОНА была совсем рядом, казалось, я дотронулась до неё и почувствовала родное тепло...
  Я ощущала, как ком подкатывает к горлу, как слёзы душат меня, отчаянье грызёт сердце. Но, в то же время, чувствую как ярость, самолюбие, жалость к себе или злоба, как кому будет угодно, не позволяют впасть мне в отчаянье! Эти чувства дают силы для борьбы, не приносят воле слабости и стыдят навязавшиеся на глаза слезы: "Ни за что! Перестань! Ты ей докажешь! Ты найдешь её! Кларисс тебя полюбит ... Да, все получиться, все не может быть напрасно! Ты так просто не сдашься! Верь! Ведь без веры, нельзя жить!"
  Мы всегда пытаемся кому то что-то доказать, выглядеть в чужих глазах лучше, чище, сильнее, умнее, красивее, благороднее, успешнее, лукавим, чтобы казаться такими, какими на самом деле не являемся, а кому это надо, кроме нас самих? Разве наше объективное мнение о себе может быть важнее чужого мнения? Разве внутренняя нравственность, самосовершенствование, самодостаточность и душевный покой может быть важнее чужих взглядов и стереотипов? Хм, нет, но это познание приходит слишком поздно, но лучше поздно, чем никогда... На тот момент, первое было для меня важнее второго.
  - Минутку, у меня где-то есть её адрес, - слова пожилой дамы вывели меня из оцепенения, - правда, я не уверена, что мадам ещё там живет.
  - Мы будем рады любой информации, - крикнул в след экономке Гленн. - Дорогая, вот видишь, все не так плохо, мы найдем её.
  ќ- Ваше счастье, нашла адрес.
  Женщина протянула нам вчетверо свёрнутый, уже пожелтевший, листок с адресом. Не откладывая наследующий день поездку, мы отправились на поиски.
  Двигались в направлении на северо-восток, адрес на выцветшей бумажке вел нас в странном направлении, это оказался не богатый район, а "тур по бандитским местам города Ангелов". Зрелище бедных кварталов в нескольких милях от фешенебельных особняков голливудских звезд весьма впечатляет, а дополнительный колорит путешествию придает чувство витающей в воздухе опасности.
  - Я не могу гарантировать вам безопасность. - Ухмылялся, глядя на наши испуганные лица, таксист. - Желаете поехать в другом направлении?
  - Нет-нет, нужно чтобы Вы доставили нас именно по этому адресу. - Я поспешно перебила таксиста, чтобы он не успел повернуть обратно, сейчас было важнее найти маму, а не собственная безопасность. Но как Кларисс Ване могло занести в такие бедные кварталы? Это совершенно на неё не похоже!
  За окном такси, нашему взору предстали картины Гетто: обдолбанные наркоманы и проститутки, которые развязно болтались у обочин дорог, следы от пуль на стенах домов, горы мусора и спящие в подворотнях бомжи. В качестве достопримечательностей выступают зловещие пейзажи с граффити на домах, где снимали "Терминатора" и Центральная тюрьма. В нашем маленьком городке где я жила не процветала наркомания, бандитизм и проституция, люди жили мирно и дружно, поэтому все увиденное было дико для меня, вжавшись в кресло авто и крепко вцепившись в руку Гленна, я молила Бога, чтобы с Кларисс ничего не случилось.
  Наконец такси остановилось у обшарпанного трехэтажного серого здания. Я нехотя вышла из такси, все было, как в замедленной съемке ... я слышала, как моя обувь шуршит на старом потрескавшемся асфальте, как стук каблуков предательски отражается от стен таких же старых домов и раздается по всему кварталу. Отпустив такси, мы решились войти в дом, позвонили в домофон, но нам никто не открыл, лишь монотонное шипение доносилось из динамика.
  - Что будем делать? Как-то не хочется ни с чем возвращаться в отель. - Для меня вся поездка и предстоящая встреча были волнительны, поэтому ещё одна ночь в не ведении сведет меня с ума.
  - Давай позвоним соседям, может они что-нибудь знают о Кларисс?
  На нашу удачу ответил сосед-старик, мы попытались расспросить его о маме, но он лишь произнес, что в указанной нами квартире живет какая-то женщина, дверь у неё всегда открыта, но кто она и откуда никто из соседей не знает. Собеседник любезно открыл нам входную дверь.
  Внутри дом оказался такой же не приветливый и неряшливый, как и снаружи, похоже здесь часто меняются постояльцы, и ни кому нет дела до того, чтобы привести жилище в порядок. Поднявшись на второй этаж по скрипучей деревянной лестнице, мы остановились у приоткрытой входной двери под символичным номером 33. В воздухе витал запах сырости, плесени, табака, отвратительной смеси рвотных масс и алкоголя. Я еле подавила подкатившую к горлу тошноту, крепко зажав рот ладонью. Всем нутром я ощущала, что дом живет своей какой-то старой, дряхлой, депрессивной жизнью: кто-то шаркал за стенкой тапками, кто-то кашля и рыгал, кто-то сморкался и грязно ругался, какой-то пьяница орал во всё горло неприличные песенки, в дальней по коридору квартире плакал ребёнок, а женщина рыдала в истерике. Окружавшая меня атмосфера, давила, сводила с ума, хотелось выбежать на улицу, глотнуть свежего воздуха, скинуть этот груз безысходности, похоти, пороков и невежества, и бежать из этого района, из этого мира далеко-далеко к теплому океану, к свежему бризу, окунуться в блаженные воды и забыть все увиденное. Но я не могла это сделать, родной человек приковал меня к этому отвратительному месту, я не уйду отсюда без Кларисс, как бы плохо мне не было. Я не уйду!
  Собравшись с духом, я решительно толкнула входную дверь ... и мы с Гленом вошли внутрь.
  О, этот тонкий шлейф аромата французских духов и свежего воздуха, ворвавшийся в дверной проём! Он сбил меня с толку, окутал... вскружил голову, вернув в детство! Он развеял все мерзкие запахи и воспоминания за спиной, мгновенно перенес из черной мглы в светлый детский мир. В мир надежды на лучшее!
  Помедлив у порога и придя в себя, я, наконец, решилась пройти в квартиру и осмотреться. Из прихожей, было, видно светлую гостиную, бедную, но обставленную со вкусом, широкое балконное окно распахнуто, нежно кремовые занавески развеваются на ветру. Песня Брбары Стрейзонд Woman In love создает приятную умиротворенную обстановку, мне не хотелось нарушат идиллию хозяйки дома, и я молча прошла из прихожей в гостиную. По средине комнаты в кресле-качалке ко мне спиной сидела женщина, такая хрупкая, беззащитная. Сердце готово было выпрыгнуть у меня из груди, я чувствовала, это - ОНА.
  Медленно обойдя кресло, я встретилась лицом к лицу с хозяйкой квартиры. Кажется, Кларис должно быть чуть больше сорока лет, однако предо мной предстала шестидесяти летняя пожилая дама, с морщинистой желтого оттенка кожей и седыми волосами, убранными в аккуратную прическу, стройное, не молодое тело в белоснежном не новом, но видно от кутюр длинном элегантном платье, морщинистые руки держат раскрытый томик стихов. Она медленно оторвала взгляд от книги и, устремив перед собой золотисто - карие глаза, доверчиво посмотрела на меня:
  -Что Вам угодно? - Лишь приятный голос выдавал её молодой возраст. - Извините, я плохо вижу, мы знакомы?
  Только сейчас я заметила, что книга в её руках для слепых людей и мама кончиком пальцев водит по ней, таким образом, читая. Я крепко зажала рукой рот, чтобы сдержать своё потрясение и сдавить невольно вырвавшийся всхлип. Я не ожидала увидеть её в таком состоянии, всю мою обиду к ней как рукой сняло, все то, что я так долго репетировала, чтобы сказать, как мне было плохо одной, как жестоко она поступила со мной - забыла! Простила, отпустила ...
  В том, что это Кларисс я уже не сомневалась, вот только от её прежней молодости и красоты не осталось и следа. Что с ней стало, как она живет здесь, как справляется и вообще одна ли? Не долго думая, я ответила:
  - Здравствуйте, Кларис, мы из социальной защиты, нас назначили помогать Вам. - Я не решилась сказать правду, побоявшись, что мама прогонит меня, не пожелав видеть, а ведь мне так много нужно о ней узнать, нужно просто быть рядом. Теперь я её не оставлю одну.
  Гленн вопросительно вскинул брови, но выдавать меня не стал, его хмурый взгляд говорил о том, что он не одобрил мою затею.
  - Как Вас зовут, прелестное дитя? - Женщина взяла меня за руку и погладила её, так нежно и мягко, любя.. - Да вы присаживайтесь. Из социальной защиты, как странно?.. Ну да ладно, а вы похоже не одна?
  О Господи, как же она изменилась, от прежней надменности, злобы и чопорности не осталось и следа! Я не знала, как реагировать на эти перемены:
  - Да, мы вдвоем, это Гленн, а меня зовут Вуд.
  Женщина сразу напряглась, и отпустила мою руку, её слепой взгляд устремился в пустоту:
  - Вуд? - задумчиво протянула Кларисс.
  Напряженная тишина повисла в комнате.
  - Да, Вуд, что-то не так? - Я пыталась хоть что-то выудить из неё о себе, но женщина упорно молчала, лицо окаменело, губы плотно сжались в тонкую нить, по выражению не возможно было ничего прочитать, ни радость, ни разочарование, ни злость.
   Старушка расслабила ладони, томик со стихами соскользнул с колен, и упал на пол, захлопнув место на котором она остановилась читать, но Кларисс это совершенно не беспокоило, кажется, она совсем отрешилась от нас, мы и все, что происходило вокруг, ей стало не интересным.
  Женщина погрузилась в свои мысли, возможно, в воспоминания...
  Позже я узнала, что у Кларисс тяжелая форма рака и маме осталось не долго жить, последний муж бросил её и сбежал со всем наследством, оставив лишь жалкие гроши, на которые она и влачила своё существование.
  Нам с Гленом трудно далось расставание, я осталась с мамой в Лос-Анджелесе, чтобы ухаживать за ней, нашла здесь работу. Глену же пришлось возвращаться домой, там его ждала работа, которую он никак не мог бросить, жесткий контракт. Я была не в силах требовать от него многого, ждать меня и надеяться на сомнительное будущее, и поэтому отпустила его. Наши пути расходились, судьба разводила двух влюбленных людей в разные стороны и осознание этого разрывало мое сердце, обретение мамы досталось мне слишком дорогой ценой, ценой потери другого моего родного, любимого человека. Но разве я могла ради своих чувств, эгоистичных чувств, бросить умирать больную мать, ту, что дала мне жизнь? Нет, не смогла.
  
  Глава 5. Потеря и обретение чего-то нового...
   "Степь на краю Земли. Человек - на краю Земли" - именно такое ощущение складывается здесь, на острове, когда едешь вдоль берегов Байкала. От палящего солнца трава приобрела серый оттенок, деревьев на этой стороне острова почти нет, лишь фиолетовый чабрец, растущий огромными полянами, разбавляет однообразный пейзаж. Все остальное - степь... Но какая степь! Степь - дающая свободу, силу всему нутру, кричащая, "ты - свободен!", головокружительная, сливающаяся с бескрайней водной гладью и пронзительными небесами ... А-а-а...
  Подъезжая к Хужиру, я устало и обреченно наблюдала за тем как светило медленно заходит за края горизонта, исчерченного верхушками хребта Хамар-Дабар, даря последние свои обрывочные отблески лучей миру ... Заходящие лучи, такие манящие, и такие редкие, заливали гладь озера багряным светом, делая воду кроваво красной, как будто предупреждая нас о надвигающейся опасности, но я не хотела в это верить и думать... Я лишь мысленно анализировала сегодняшний день, пытаясь подвести итоги.
  Поездка оказалась слишком утомительной и физически и морально: длинная очередь к парому, встреча и расставание с Марго, переправа, пыльная и разбитая дорога до Хужира, пробка в нескольких километрах до поселка. Уж не думала, что здесь могут быть автомобильные заторы, но перевернутый грузовичок с питьевой водой перегородил почти всю узкую двух полосную щебневую дорогу (питьевую воду здесь привозят с материка!), а ехать по незнакомой степной местности отваживаются не многие, вот и мы решили не рисковать.
  Поселок Хужир. М, да, что можно о нем рассказать? Пожалуй, ни чего особенного, и я даже не буду тратить на это время, единственное, что есть в нем достопримечательного это то, что он находится на о. Ольхон, в самом сердце оз. Байкал. Наверное, вы назовёте моё мнение циничным. Для каждого жителя, свое место рождения и жительства - есть самое удивительное и самое прекрасное, и это правильно! Однако, данное не значит, что так оно и есть на самом деле, такой житель, не зная иных мест на Земле, да и во Вселенной, ни понимает и никогда не поймет, что мир на много шире, ярче, многограннее, интереснее и что в нем существуют другие удивительные места, он будет всю жизнь жить на одном месте и никогда не увидит и не познает ни чего иного... Да и даже познав весь мир, человек будет считать свой дом самым лучшим и стремиться вернуться в родную гавань, так уж устроен человек.
   Я же благодарю Бога, за то, что он дал мне друге видение и другую жизнь. А ведь и я раньше по наивности думала, что Соединенные Штаты - это самое лучшее и демократичное место на Земле, прекрасней его и быть не может, но теперь понимаю, как я ошибалась и, что все не так ... совсем не так! Однако люблю свой доим и очень по нему скучаю!
  - Вуди, о чем ты задумалась?
  - А? Да, так. Мне кажется, здесь есть о чем поразмыслить. - Я обвела взглядом унылые улочки. Лишь большое количество туристов, снующих то тут, то там в поисках сувениров и экскурсионных туров разбавляли скучный пейзаж рыбачьего поселка.
  Машина подкатила к дому шамана, именно по тому адресу, что был указан в записке соседки. Ворота оказались заперты, и нам пришлось изрядно постучать, чтобы хоть кто-то отворил их. Мы прислушались, но в ответ была лишь тишина.
  - Может, шамана нет дома? - предположила я.
  - Тсс... нужно ждать. - Вслушиваясь, вымолвил Виктор.
  И не успел он это договорить, как резко, словно по волшебству, ворота перед нами распахнулись. На пороге стояла женщина в преклонном возрасте, хозяйка дома, её светлая приветливая улыбка располагала к себе, образовывая десятки мелких морщинок вокруг пронзительно-голубых, добрых глаз. Почтительно склонив голову, старушка отстранилась от проема, дав пройти нам внутрь двора, меня удивило, что она не задала ни единого вопроса.
  - Здравствуйте, нам нужен шаман... - начала, было, я разговор.
  - Ш-ш-ш! - остановил меня Виктор, дав понять, что слова здесь не уместны.
  В просторном дворе рядом с деревянным домом в восточной части располагалась большая юрта, на неё хозяйка дома указала взглядом, обозначив, что тот, кого мы ищем, находится внутри.
  Пришлось ожидать хозяина юрты снаружи, сидя на скамейке у завалинки. Мне представилась уникальная возможность рассмотреть удивительное жилище: круглая, с заостренной крышей, без единого окна, одна деревянная дверь, юрта полностью покрыта белым войлоком и расписана традиционными богатыми местными орнаментами - она манила к себе, заставляя заглянуть внутрь и узнать ну, что же там внутри?.. В близи, строение производит не забываемое впечатление, юрта является по истине квинтэссенцией многовековой культуры местного коренного народа!
   Какое-то умиротворение творилось у меня в душе в эти моменты ожидания, накопленный стресс, волнение и раздражение куда-то улетучились, и даже Питер-егоза вел себя совершенно спокойно, прикорнув на моём плече.
  Уже совсем стемнело, пока мы дождались шамана, он стремительно вышел из юрты, бросил короткий взгляд на нас, и совершенно не удивился нежданным гостям, как будто заранее ждал:
  - Галжан, - ласково обратился к жене шаман, - обустрой добрых людей, накорми и спать уложи, не гоже гостям из далека сидеть во дворе.
  И шаман поспешно направился к воротам, намереваясь покинуть нас даже не выслушав зачем мы здесь, я не могла отпустить его, и не зная страха, правил общения с шаманами или чего там ещё, решилась заговорить с ним:
  - Постойте! Да, мы долго ехали, мы измотаны и совсем без сил, но вы должны нас выслушать и не в праве просто так уйти! - Моя речь была напориста, полна эмоций и вызова, даже в какой-то степени слишком порывиста и эмоциональна, но разве может быть иначе, когда на карте здоровье и жизнь твоего ребёнка?! О нет!
  Шаман остановился и сдержанно, баз эмоций посмотрел на меня, через плечё:
  - Я знаю, зачем ты здесь, Вуди Марсель Ани Ване, зачем лишние слова? - я охнула от удивления, - но я - не Всевышний, и не в силах изменить того, что предначертано свыше! Каждый сам выбирает свою дорогу, Маргарита - выбрала свою, вы не можете ей помочь, и я не могу. Ложитесь спать, и чтобы не случилось, ни в коем случае не выходите из дому. Галжан, покрепче закрой двери и ставни на сегодняшнюю ночь! - Он вскинул глаза к темнеющему небу, - она сегодня будет "тёмной", как никогда...
  Вот так закончился наш сегодняшний день.
  ______________________________________________________
  После сказанных шаманом слов, я совсем не могла уснуть в эту злосчастную ночь, ворочалась с боку на бок, дурные мысли лезли в голову, но я не хотела в них верить. Запертые женой старика двери и окна не давали ни выйти на улицу, глотнуть свежего воздуха, ни посмотреть, что происходит снаружи. Тем временем я, лёжа в постели, прислушивалась к окружающим нас звукам: сопение Питера, храп Виктора, сонное ворчание старухи за стеной - вот все, что мне удалось расслышать. Сон начал морить меня, заманивая в сладкие объятья Морфея, но тут я почувствовала сквозь прикрытые веки короткую вспышку света, резко открыла глаза. Темно. Вглядываясь во тьму, вновь увидела вспышку, но откуда свет? Подошла к окну, присмотрелась, заметила в ставне не большую щель, сквозь которую сочилось яркое свечение. Вновь исчезло...
  Любопытство, как мы знаем, никогда до добра не доводит, но это было не столько любопытство, сколько желание, во что бы то ни стало найти объяснение, всему, что происходит вокруг и непременно отыскать Маргариту.
  Сквозь щель было трудно что-то разглядеть с наружи, фонарь у дороги освещал часть улицы, которая была совершенно пуста, белый туман стремительно наступал, окутывая Хужир, дома, заборы и становился всё гуще и непрогляднее. Внезапно яркий серебряный свет вновь осветил крыши домов, заборы, улицу, но сквозь щель мне было трудно разглядеть, что происходит снаружи. Блестящий пепел начал сыпать сверху, он мерцал как серебро и обильно засыпал всё вокруг. Меня все это ужасно напугало, первая возникшая мысль - ядерный взрыв, но сознание откинуло страшную догадку. Придя в себя, я решила позвать на помощь мужа:
  - Гленн, проснись, - тормошила его, говоря шёпотом, чтобы никого не разбудить.
  - Что опять случилось? - недовольно сквозь сон ворчал Гленн.
  - Помнишь, мы видели столб света? Как будто, опять, то же самое, взгляни, - я подвела сонного мужа к окну, - прошу, присмотрись.
  - Да, похоже на то, жаль, что нельзя выйти из дому и посмотреть что же это? Кажется, кто-то идет по дороге...
  - Что? Ты уверен? Кто это? - его слова взволновали меня.
  - Не знаю, - Гленн сосредоточенно вглядывался в туман сквозь крохотную щель, - черт не разглядеть, две фигуры, движутся в нашу сторону.
  - Дай, мне, - я поменялась с Гленном местами.
  И правда, две фигуры метались по улице от дома к дому, стучали в ворота и что-то кричали, но не было ни чего слышно. Странно то, что им никто не ответил и не отворил двери, ни одно окон не осветилось светом лампы.
  Вскоре я смогла разглядеть незнакомцев, это был молодой парень и девушка с белокурыми волосами, моё сердце бешено забилось в тревожном предчувствии, по очертаниям пара была похожа на Марго и Олега.
  Отшатнувшись от окна, не веря глазам, и не зная, радоваться или на оборот я еле вымолвила не своим голосом:
  - Это они.
  - Кто?
  Но не успел Гленн закончить короткий вопрос, как до нас донеслись знакомые голоса:
  - Помогите, откройте, кто-нибудь! Нам нужна помощь! - Молили Марго и Олег.
  Радость охватила меня, это они, на конец-то, сейчас, я их впущу, сердце бешено колотилось в груди, я поспешно шарила по оконной раме, пытаясь найти шпингалет, чтобы распахнуть окно, однако руки от волнения предательски дрожали и совсем не слушались меня:
  - Помоги мне! - крикнула я Глену и он кинулся на помощь.
  Мы без труда распахнули оконную раму, но ставни никак не поддавались, от всего этого шума проснулся Виктор и Питер и недоуменно, сонными глазами глядели на нас. Я в ярости стучала по деревянной ставне, и уже не радость, а гнев и страх охватили меня, от прилагаемых нами усилии окно должно было разлететься в щепки, но какая-то неведомая сила держала деревянную преграду, не пуская нас.
  Отойдя ото сна и поняв, что к чему, Виктор бросился в сени к выходу на улицу, он попытался открыть дверь, но и там его ждала не удача, дверь держала какая-то неведомая сила.
  - Не поддается! - Кричал Виктор, а сам неистово колотил по заколдованной преграде.
  - Вуд, беги к Галжан, пусть она отворит окна и двери! - Быстро скомандовал Гленн.
  - Точно! - на последок я глянула в оконную щель и увидела, что дочь стучит в наши ворота, моля о помощи. - Марго, сейчас мы тебе поможем.
  Но похожи они нас не слышали.
  - Доча, мы здесь, ни куда не уходите, - кричал Гленн, - будьте здесь, мы откроем вам!
  Я бросилась к старухе в комнату, бесцеремонно распахнув дверь, увидела, что она не спит, а сидит по средине комнаты ко мне спиной и бурчит что-то себе под нос, это было похоже на какие-то заклинания.
  - Вы должны открыть нам двери, немедленно! - потребовала я.
  Но старуха никак не отреагировала на мои требования, она продолжала свои дела.
  - Вы что, не слышите, о чем я говорю?! - возмущённо вопила я, но реакции так и не последовало, меня же всю колотило как умалишённую.
  Я спешно обошла маленькую скрюченную фигурку, что бы Галжан обратила на меня на конец своё внимание:
  - Эй, - я по щёлкала пальцами перед лицом старухи, потому что глаза её были закрыты. В эту минуту мне было совершенно на плевать на условности и приличия, мой ребёнок просит о помощи, а я не могу ему ни чем помочь и это страшно! - Вы все-таки обратите на меня внимание? Нам нужно срочно открыть дверь, там моя дочь, помогите!
   Я схватила старуху за плечи, чтобы привести её в чувства, но в тот же миг скрючилась от боли, неистовый крик вырвался из моей груди. От женщины исходила какая-то неведомая сила, энергия, она-то и причиняла мне нестерпимую муку, ощущения как будто кожу в живую сдирают с тела, медленно, постепенно, с наслаждением... Боже, какая нестерпимая боль!
  Сколько мои мучения продолжались, я не знаю, лишь помню, что глаза старухи открылись, и я увидела жуткие, покрытые поволокой глаза и налиты кровью зрачки. Старуха небрежно стряхнула мои руки со своих плеч, и я парализованная болью, навзничь повалилась на пол.
   - Жива? - обезвоженным голосом спросила Галжан. - Поделом! Зачем здесь? Сказано, двери и окна не отворять, во что бы то ни стало!
  Придя в себя и пытаясь подняться на непослушные ноги, ватным языком я попыталась хоть что-то вымолвить в ответ:
  - Там моя дочь, ей нужна помощь! - всхлипывала я, толи от перенесённого шока и боли, толи от бессилия.
  - И что с того? Ты знаешь, сколько "там" "таких" как она заблудших душ бродит? Нельзя им отворять, нельзя впускать в наш мир!
  - Что? Я не понимаю! Какие души?! Она живой человек, вы тут все совсем помешались!
  Оправившись от боли и шока, не в силах более выдерживать её испепеляющий взгляд я как можно быстрее, насколько это было возможно после случившегося, я удалилась из комнаты, подальше от этой сумасшедшей старухи. Вернувшись в свою комнату увидела, что окно так и не поддалось ни Глену, ни Виктор. Я дико обшарила взглядом помещение, чтобы найти хоть какой-нибудь предмет, что бы разломать ставни и вырваться наружу. Но тщетно, как будто специально из комнаты убрали все предметы, что могли нам помочь. Выскочив в сени, в темноте я шарила руками по стенам и предметам на которые натыкалась, наконец наткнувшись на ломик в темном углу, я, подхватив его, не теряя ни минуты, побежала к Гленну.
  Окинув взглядом комнатушку, заметила, что Гленн и Виктор сидят на краю кровати, понурив головы. Питер всматривается в щель и жалобно завет сестру...
  Жалкие, жалкие, как мы жалки и беспомощны! Отвращение к себе возникло в эту минуту, но не в моих правилах сдаваться!
  - Смотрите что я нашла, сейчас дело пойдет быстрее, -подбодрила я мужчин радостным голосом, показав ломик.
  - Они ушли, мы их не видим и уже не слышим. Все бесполезно. - Вымолвил устало и обреченно Виктор.
  - Ни чего, догоним, улицы пусты, мы их быстро найдем! - Жажда борьбы и надежда не покидали меня, они давали силы, чтобы не сдаваться и не чувствовать отвращение к себе.
  - Вуди, перестань, это бесполезно, здесь что-то не чисто, так до утра мы не выберемся из дома, но ты права, нужно что-то предпринять... - размышляя, проговорил Гленн, кажется, он обдумывал какой-то план, но какой, что он задумал?
  Холодный свет лезвия блеснул в его руке...
  Я испуганно перехватила его резкое движение, ухватившись за запястье руки:
  - Что ты решил? Не смей, ты с ума сошёл?!
  Взгляд любимого был тверд, я поняла, что он хочет сделать, он уверен в себе и в своем решении, и я верю ему.
  - Виктор, останься с Питером, вам не нужно туда. Сынок, будь смел и что бы не случилось, не выходи наружу. - Питер мужественно кивнул в ответ отцу.
  Клинок прорезал мягкую ткань запястья Гленна и густая тягучая капля крови упала на деревянные половицы пола. Глен уверенно шагнул в сторону выходу. Капли падали вслед за их хозяином создавая алую дорожку от места возникновения и двигаясь по всему дому через сени к входной двери. Наконец, достигнув основной цели, остановились, образовывая лужицу у самого выхода, кровь мгновенно начала закипать на пароге, превращаясь в пар. Тут-то я поняла замысел мужа, что может быть сильнее любых чар, любого заклинания как не горячая, сладкая человеческая кровь?.. Тошнотоврный запах ударил в нос, я зажала рукой рот, чтобы подавить рвотные позывы.
  - Попробуем! - Скомандовал, Гленн, обернувшись на меня, я подбодрила его уверенным кивком.
  Он с силой налёг плечом на дверь и, о, чудо, преграда поддалась нашему натиску и дверь распахнулась, как будто ни что её не держало. Мы выскочили наружу и с жаждой глотнули свежего воздуха, как родившийся младенец, вырвавшийся из утробы матери вдыхает первый в своей жизни глоток. Прохладный воздух разрывал легкие, но как он был сладок, как пьянил...
  Обведя взглядом Хужир, его пустынные улицы, темные домишки в тумане, мы бросились в ту сторону, куда направились Марго и Олег. Но все наши поиски оказались тщетны, как не кричали мы, как ни звали детей, мы не смогли их найти. И совсем отчаявшись, мы с Гленном единогласно приняли решение идти к Шаманке, таинственно святящейся во мгле и служившей нам сейчас единственным маяком и надеждой.
  
  Глава Љ6
  Анук - это город тысячи красок, звуков и ароматов на другом конце Вселенной. Ману совершал для меня экскурсию по своим любимым местам, увиденное вокруг рождало во мне не поддельный восторг и изумление. Дома, вырубленные в скалах, прекрасно гармонировали с построенными рядом удивительными замысловатыми цветными зданиями, служившими для жилья и развлечения жителей, аллеи из странных, не поддающихся воображению растений, растянулись по всему городку, огромные жители вальяжно передвигаються туда сюда, их дети в припрыжку бегут следом, но что меня больше всего удивило, отсутствие городского шума. Умиротворяющая тишина царствовала здесь, разбавляясь пением диковинных птиц и шорохом иной живности, никакого транспорта. Однако, все здесь мне напоминало городки родной Земли, с налетом экзотики иной цевилизации. Удивительно, насколько мы схожи!
  - Идем, я познакомлю тебя со своей семьёй. - Приветливо позвал Ману в дом.
  - Ты, не говорил, что мне придется с ними знакомиться? Я, я не знаю как мне себя вести, - растерянно произнесла я.
  - Не переживай, они тебе понравятся, все будет хорошо.
  Дом Ману располагался в скале, на центральной улице, судя по всему в самом лучшем районе, хотя их дома особо не различались между собой убранством, все они были - изысканы и искусно расписаны. Приятная музыка доносилась из окон овальной формы, без каких либо стекол, и вообще их жилища не запирались, просто вход без дверей, а окна без стекол, своего рода пещеры с ходами, однако более благоустроенные и цивилизованные, чем обычные пещеры на Земле, как мы привыкли видеть.
  На пороге нас встретила женщина, с такой же рыжей копной волос как у Ману, приятной мягкой улыбкой и лучезарными золотыми глазами:
  - О! Да у нас гости! Что же ты сынок не предупредил меня? Я бы испекла вкуснейший пирог из касори.
  - Мама, познакомься, это Маргарита с планеты Земля, она погостит в Зандарии какое-то время, пусть она станет твоей гостьей. Маргарита, а это моя любимая мама Эри.
  Эри сдвинула брови в неодобрении:
  - Она твоя подопечная?
  Ману кивнул своей большой головой в знак подтверждения.
  - Опять он дал тебе подобное задание? - всплеснула длинными ладонями Эри, - Ты знаешь, что я не одобряю это... я не хочу, чтобы и тебя постигла эта участь! Девушка с Земли, - она озабоченно покачала головой, - хм, добром не кончится!
  Ману рассеяно пожал плечами, но не стал с ней спорить, как будто соглашаясь, что она права.
  Мать же быстро сменила гнев на милость, поняв, что данная ситуация неисправима и обратила свое внимание на меня:
  - Дай взгляну на тебя, а ты добрая, я чувствуя красоту твоей души. Да ты сплошь "свет"!!! - Её вопросительный взгляд, брошенный в очередной раз на сына, готов был испепелить его и в то же время он отражал восхищение моей персоны.
  - Ах, как же все не просто! Ну и ну, что же делать? - обреченно, с болью и задумчивостью произнесла Эри, после чего в стрепянулас, как будто отгоняя от себя плохие мысли и нарочито весело поприветствовала меня, - Мне приятно познакомиться с тобой, Маргарита! Не обращай внимание на наш разговор, семейные разборки. Да вы проходите в дом, а я сейчас что-нибудь соберу к столу. Ману, Эя дома, - вспомнив, выкрикнула мать из кухни, - она очень ждала тебя, зайди к ней и познакомь гостью.
  - Конечно, мам, я и сам по ней скучал. Маргарита, идем.
  Ману поспешно на ходу ознакомил меня со своим неземным жилищем, я видела, как ему не терпелось увидеть упомянутую Эю. Но кто она?
  Видно как он сильно её любит, размышляла, я, но какого же было моё удивление, когда войдя в светлую, небольшую детскую комнату увидела маленькое обездвиженное слепое тельце существа, обитаемого на планете Зандария? Моё сердце сжалось от боли... Эя - младшая сестра Ману, совсем крошка, безгрешное, божественно прекрасное существо - лежала парализованная и умирала, медленно, мучительно, и в то же время не переставала радоваться каждой минуте своей жизни! Без "света" она была обречена на смерть, и таких как она на этой восхитительной планете было превеликое множество!
  Ману взял её за руку, было понятно по их ворожениям лица, что они ведут бурный разговор. Лицо Эи просияло, а на губах появилась еле уловимая улыбка.
  Позже Ману рассказал, что их жизнь изменить нельзя, что такова участь Зандарии и борьба, которая идет здесь каждый день за "божественный свет", уже давно зандарийцами проиграна, слишком поздно... Но они никогда не сдадутся, ни за что, а Эя одна из много численных жертв противостояния, её свет постепенно иссекает, в ней остались последние капли, а безного она жить не сможет!
  После увиденного в очередной раз в мои размышления закралась мысль, что, возможно, ничего во Вселенной не происходит случайно и я здесь неспроста. Может я - их спасение, а точнее мой "свет", который так нужен им, я - их последний шанс на выживание?
  
  
  
  
  
  Глава Љ7 Олег.
   Ты где-то рядом, я знаю рядом,
  Ведь ты со мной, но не наяву!
  Ушла куда-то, безвозвратно,
  Но ты в моем сердце,
  И этим я каждый день живу...
  
  Пр.: Мы забываем в суматохе
  Ценить каждый жизни день...
  Лишь потеряв друг друга, постигаем это.
  К твоему сердцу я сейчас своим приник,
  Но нет тебя со мной,
  Далеко ты, любимая, где-то.
  И каждый день, как безбожник, как еретик
  Неистово молю всех идолов и бесов
  Вернуть тебя, мой неиссякаемый родник,
  Лишь зная¸ что жива,
  Отрекусь от опостылевших мракобесов!
  
  Олег.
  
  Жив. Я - живой! Господи, но зачем? Странное чувство сейчас я испытывал, возвращаясь из проклятого леса на руках с любимой, которая не подавала ни каких признаков жизни...
  Я вернулся сюда, на бренную Землю из неведомых, не постигнутых человечеством мест, для чего... зачем? Она - единственная причина, она - мой смысл жизни! Марго! Я смотрел на изумительно спокойное лицо девушки и восхищался ею. Я брел, не видя перед собой дороги, потеряв радость жизни, не зная ни злобы, ни ненависти, ни разочарования, лишь тупая боль ныла в черном, разорванном мертвом сердце. Я не знал, не понимал, что произошло, что случилось с нами, лишь помнил, что Марго была рядом, помнил её тепло и нежную руку, вложенную в мою ладонь, которую крепко сжимал, боясь отпустить и потерять в густом, липком, мерзком тумане, помнил её пронзительные, добрые напуганные зелёные глаза, помнил, как пытался уберечь её от всего дурного, что окружало нас. Мы бродили в сумраке, в поисках старого дерева, помнил, как что-то неведомое напало на нас и я провалился в черную мглу, а когда очнулся, увидел что любимая нежно держит меня в своих объятьях с умиротворённой улыбкой на губах, совершенно бездыханная, с остекленевшими изумрудно зелёными глазами, устремленными, в небеса, как будто кто-то вынул из неё душу.
  От этого жуткого зрелища мурашки пробегали по моей коже. Маргарита была не подвижна и холодна: ледяная кожа, безжизненно, повисшие руки, остекленевшие глаза, манящие алые губы не реагировали на мои поцелуи, они были холодны и моё горячее, живое дыхание, которым я пытался привести её в себя, пытался согреть её, было не способно растопить этот холодящий душу лёд:
  - Проснись! Очнись! Вернись! Прошу, хватит, перестань так со мной! - кричал я охрипшим голосом, рыдания вырывались из моего нутра, но все было бесполезно, я тряс её за плечи, наивно полагая, что приведу в чувство.
  Никто не видел меня сейчас, и я мог не стыдиться своих чувств и мужских слёз.
  Как дальше жить без неё я не представлял себе возможным, да и нисколько не хотел! Все вокруг померкло, мир уже не радовал меня как прежде. Как же сейчас я понимал отца, который потерял любовь всей своей жизни, мою маму, но разве мог я полагать, что подобное когда-то испытаю в своей жизни сам? Нет, я даже думать об этом не смел.
  Не чувствуя усталости, с любимой на руках я брёл по лесу куда глаза глядят. Мыслей в голове не было, лишь полная отрешенность от бренного мира... отказ от всего мирского и жуткое желание исчезнуть, вот, что я хотел в эти моменты больше всего, ни быть больше ни где во Вселенной, что бы избавиться от этих жутких душевных болей, освободиться от утраты... и... ПУСТОТЫ... Надо же, оказывается, пустота жутко страшна, она - просто невыносима!
  - Олег?! Олег!!! Марго!!!
  Выходя из леса, я пытался смутно разглядеть, сквозь пелену затуманенных глаз, стремительно приближающиеся ко мне фигуры, они и окликнули меня. Люди и их голоса показались мне знакомыми, но как они оказались здесь, как нашли нас?
  - Что ты сделал с ней, мерзавец!? - Голос Глена прорезал смердящую тишину, и я был благодарен ему за то, что он появился сейчас здесь.
  Мгновенно приятная тяжесть исчезла с моих рук, Гленн выхватил свою дочь из моих объятий и уложил на песок, пытаясь привести её в чувство, но ярость и злость овладели им, заставили его оторваться от дочери. Глен набросился на меня, он был как сума сошедший, звериный оскал обезобразил его лицо, а неистовый рык - превратил в зверя.
  Я не чувствовал его сильные удары, один за другим, и ещё, и ещё, боли нет, я стою на ватных ногах, не сопротивляясь, наблюдая за происходящим как будто со стороны и размышляя. Хм, удивительное существо человек, он способен на грани душевной боли не чувствовать физическую боль, отрешенный от реального мира.
  Я был благодарен Гленну за все побои, ведь именно в эти мгновения я так хотел чувствовать боль... я хотел умереть!
  Я просто рухнул на прохладную землю, мечтая забыться, как пьяный в похмельном бреду. Вуд смотрела расширенными глазами то на меня, то на дочь, то на мужа и не могла вымолвить ни слово.
  - Я виноват, простите, не уберёг, - как сквозь туман, в отрешённом состоянии, мямли я ватным языком, упав на колени рядом с Марго.
  Всё вокруг плыло, я видел как капли горячей, только что живой крови, моей крови, падают на желтый песок священного острова, мгновенно впитываясь, как будто заколдованный остров брал её в знак жертва приношения. На конец, слава Богу, рассудок покинул меня. Как бы я хотел больше никогда не возвращаться в сознание!
  Но я - надеялся на ЧУДО, надеялся, что Марго жива!
  И чудо свершилось! Нет, Марго не пришла в себя, она была уже несколько дней без сознания, однако - жива и это внушает надежду и веру, веру в жизнь, ведь каждому человеку нужна вера в спасение, ведь правда?!
  Мы все ждали результатов обследования, и вот настал час ИКС, мы все собрались в душной приемной Иркутской областной больницы, мы ждали...
  Жизнь - это спутанный пазл, кому же суждено его собрать, нам самим или кому-то свыше?
   В комнату вошёл доктор Клюба, обвел нас своим уставшим, безразличным взглядом и громко плюхнулся в свой пластмассовый стул, вид у него был весьма помятый и неопрятный, наспех застёгнутый медицинский халат сидел на нём вкривь и вкось.
  - Только что после операции, так что не обессудьте, - утомленно вымолвил доктор, открывая медицинскую карту больной, - так-так, что тут у нас?
  Клюба полминуты что-то изучал в карте, после чего, пристально уставился на меня, поверх мутных стекол своих очков:
  - Вы муж больной? - обратился доктор ко мне.
  - Нет, - сухо ответил я, не понимая его вопроса.
  - Парень? - напирал врач.
  - Да, - так же коротко и сухо отвечал я, не понимая, какое отношение его вопросы имеют к Марго.
  - Угу, - размышлял доктор, сдвинув брови.
  - В чем дело, мистер Клюба, - нервничал Гленн.
  - Видите ли, все не так просто, у Маргариты был сильный инсульт, часть мозга залита кровью, не известно сможет ли она прийти в себя, мы будем стараться медикаментозно рассосать гематому. Но тут есть ещё одно осложнение, - помедлил врач, - она беременна и мы не знаем, как её состояние отразится на дальнейшем развитие плода. Все это весьма и весьма опасно для Маргариты.
  Мы все были ошарашены услышанным, а я был счастлив подобному стечению обстоятельств, хотя и не совсем готов к отцовству. Я без памяти люблю эту девушку, и наш ребёнок - это самое прекрасное, что она может подарить мне, но её жизнь в опасности, их обоих жизнь на волоске.
  Порой события в нашей жизни развиваются настолько стремительно, что мы не успеваем их обдумать и проанализировать, наивно полагая, что все происходит случайно, спонтанно, или нами спланировано, так как желаем. Но если бы мы знали, что ничего не происходит случайно, на самом деле, все - закономерно... Любое наше действие неуклонно приводит к определённым последствиям...
  Мог ли я, ещё два месяца назад предполагать, что встречу на Байкале девушку, которую полюблю всем сердцем, что столкнусь с чем-то, неизведанным и это перевернёт всю мою жизнь, что буду у самого края пропасти в страхе потерять любимую и что у меня появиться нежданный, но уже такой желанный ребенок?
  Но если во Вселенной все закономерно, то, могу ли я что-то исправить и как? И зависит ли это от МЕНЯ?
   После разговора с доктором я думал, что Гленн убьет меня, однако он лишь обречённо взглянул в мою сторону и, обняв безутешную жену, с уставшим видом и опущенными плечами увел её в пустынные коридоры больницы. Как же мне было жаль Вуд, которая, никак не могла прийти в себя из-за происшедшего.
  С тех пор ни Гленн, ни Вуд ни разу не обмолвились со мной словом, словно меня не существовало в этом мире. И от безразличного отношения на душе было совсем паршиво, уж лучше бы они кричали, проклинали меня, но только не это холодное безразличие. Мы по очереди дежурили у постели Маргариты, и я каждую ночь молил всех Богов, чтобы они вернули её к нам.
  Я предложил перевезти Марго в Москву для полного обследования и уже более эффективного лечения, но врачи ждали, когда состояние пациентки стабилизируется, и её можно будет транспортировать. Однако и в этом случае моей идее не суждено был воплотиться в реальность.
  Я был в палате Маргариты, когда лечащий врач Клюба вошёл в комнату, проводя свой очередной утренний обход:
  - Доброе утро! Так-так, как тут наша пациентка?
  - Доброе утро, доктор, все как обычно. - Я в нетерпении ждал, когда он закончит осмотр, но мои вопросы, разъедавшие мозг ни как не давали мне покоя, медлить нельзя и я не вытерпев, спросил. - Скажите, что-то решилось по отправке Маргариты в Москву?
  - Хм, видите ли, - доктор неуверенно мялся и даже присел на край кровати, при этом тщательно подбирал слова, - Я должен Вас огорчить, семья Маргариты приняла решение после улучшения её состояния перевезти дочь в Америку, ведь она гражданка Соединённых Штатов и они имеют на это полное право.
  - Что? В Америку? Но это же длительный перелёт... и неизвестно как она его перенесёт. Они что, спятили?! Вы должны запретить им, остановить их, не позволить совершить это кощунство!
   Возмущался я, тряся руку врача, но доктор лишь беспомощно качал головой в знак отрицания.
  - Вы же давали клятву Гиппократа! Как же так?! - обреченно прошептал я, пытаясь прибегнуть к последнему доводу, в то же время, понимая, что все это бессмысленно и решение уже принято.
  - Сожалею, но не могу ни чем помочь, это не в моих силах.
  Выходило, что выживет она или нет, в любом случае я её теряю. Нашу судьбу решаем не мы ... увы, далеко не мы.
  ___________________
  Но что же произошло в ту злополучную ночь на берегу Сарайского залива острова Ольхон?
  Наступило утро. Туман рассеялся. Последствия хаоса, царившего ночью, теперь можно было наблюдать по всему берегу острова: всполохи костров то тут, то там, перевернутые машины, разбросанные вещи, тлеющие палатки и спальнки, ещё не так давно хранившие тепло спящих людей, растерзанные тела отдыхающих. Около дюжины туристов удалось спастись, среди них чудом уцелела и Брук, бедная девочка все время молчала и плакала, все остальные наши друзья пропали без вести.
  Мою душу терзало чувство вины за случившиеся, ведь это я потащил их сюда и подверг смертельной опасности. Оказывается быть "счастливчиком" уцелев в смертельной опасности куда хуже, чем погибнуть и уже не испытывать всю жизнь чувство вины и ненависти к самому себе после случившегося.
  Одному Богу известно, как я не попал в психушку, возможно вера в то, что Марго выживет, борьба за её жизнь и мысли о нашем ребёнке, спасли меня от дурки?
  Жертвами ночной вакханалии стали сорок восемь человек, ещё двадцать один - пропал без вести. Власти не знали, как объяснить произошедшее, а спасшиеся лишь в сумасшедшем бреду безустанно повторяли "серый туман", "смерть"...
  Этот случай был предан широкой огласке, его уже не возможно было скрывать, как ранее происходившие пропажи людей. В новостях не переставая крутили жуткие кадры происшествия, как оказалось не только с острова Ольхон, в туже ночь ещё пять подобных случаев произошло в других уголках планеты и это уже была не случайность, а закономерность: в районе Тебета, у пирамид Йогануни в Японии , там погибли пассажиры лайнера проходившем в том районе, в районе горы Бесстрашия на Цейлоне , в Аркаиме , в "Долине смерти" штата Невада - везде наблюдался столб белого света, после чего люди, находившиеся поблизости, пропадали без вести или погибали.
  ____________
   5 Пирамиды Йогануни в Японии - обнаружены совсем недавно, всего 20 лет назад. Необычность строений в том, что они находятся под водой. По словам учёных, возраст пирамид составляет десять тысяч лет. Чётких ответов, кто и каким образом построил данный артефакт, нет. Однако террасы, траншеи, различные линии и надписи свидетельствуют о некой, возможно, ещё неизведанной, цивилизации, которая была затоплена морем.
   6 АБХАЯГИРИ (санскрит) - гора Бесстрашия на Цейлоне, на которой находится старинная вихара (монастырь), где в средние века проживало множество буддийских монахов из еретической школы Абхаягири Васинах (Школа Сокровенного леса). Гора и школа, которая на ней располагалась, считается наиболее мистической и таинственной на Цейлоне. О судьбе странным образом пропавших людей (а в 400 году н. э. их насчитывалось около 5 тысяч) известно лишь, что они покинули остров и поселились по ту сторону Гималаев, возможно, в районе Шамбалы. Однако до сих пор следов их поселений или потомков этих людей не обнаружено.
   7 АРКАИМ - довольно загадочное место в Челябинской области. Прежде всего, сюда надо суметь попасть правильным образом, здесь гораздо более важен иной аспект - захочет ли это место принять гостя? Тут происходят довольно странные и необычные вещи. Говорят, что все болезни, спящие в организме и иногда дающие о себе знать, в этих местах выходят наружу и больше никогда уже к человеку не возвращаются. У людей после посещения Аркаима буквально начинается ломка. Прежняя жизнь теряет всяческий смысл. Побывавший тут начинает чувствовать себя обновленным, начиная многое с чистого листа.
   8 Мрачную известность обрела таинственная Долина смерти на юге штата Невады. Здесь неоднократно исчезали люди. Странность в том, что многие автомобили были потом найдены в норќмальном состоянии, а от людей не оставалось ни следа.
  ____________________
  
  Ученые из разных отраслей на перебой пытались объяснить произошедшее, кто то предполагал, что это природное явление, кто то пытался найти след инопланетных существ, а кто то и вовсе винил в произошедшем правительства стран, которые толи ведут тайную войну, то ли проводят испытания секретного оружия. В общем, никто не знал истины, её знали лишь единицы, посвященные.
  Это была действительно война, но война с самими собой за спасение человечества и "божественного света", подаренного когда-то свыше и так жестоко нами же уничтоженного, бездарно утраченного.
  Старый шаман в отчаянье был вынужден прибегнуть к радикальному способу, крайне жестокому, но как ему и ИМ казалось единственно верному. Каждый день он видел, как иссекает "свет", как он погибает или крадется "ловцами". Силы, что были брошены на его спасение сильными мира сего: буддистами, ламами, христианскими волхвами, великими шаманами - оказались недостаточными, и Ими было принято решение, спасти "священный свет", любыми силами ... спасти самое дорогое, что есть во Вселенной! Они обратились к Высшим Духам Вселенной за помощью. И это было только начало...
  ДУХИ пришли в наш мир, с одной целью, с одним предназначением - убивать! В их задачу входило подчистить ряды грешников, уничтожать тех людей, которые разрушают "свет", всех тех в ком живет семя "серого тумана", семя разрушения и зла, истребить всех тех, кто способен своей черной душой, своими порочными мыслями, своими мерзкими действиями уничтожить Наш Мир, тех, кто отвернулся от истинного Бога, от Пророка, от Всевышнего, от Великого существа, как угодно каждому его называть, ведь Бог один для всех, уничтожить тех, кто отверг целомудренные постулаты Вселенной!
  Но, всё ли так печально и есть ли иное спасение? Ведь жизнь прекрасна, она дарована нам Свыше! Она так нужна нам, всем ...
  
  Глава Љ8
  Мы шли вдоль домов к защитным стенам анука, я была погружена в свои не весёлые мысли. После знакомства с семьёй Ману, настроение моё совсем испортилось, размышления о жизни и смерти, о добре и зле, о войне и мире, о спасении Зандарии - никак не покидали меня. После моего перемещения сюда я уже не боюсь смерти: Земля - такая обожаемая, родимая, мои близкие, мой любимый, который уже никогда не будет со мной - все они так далеко сейчас, настолько, что смерть "Там" уже для меня не так страшна. И всетаки любовь ко всему родному вселяет в меня зерно сомнения, могу ли я так поступить с ними, могу ли спасая Зандарию погубить Человечество и все, что так люблю и что так дорого моему сердцу?
  - Не думай так, Маргарита, - порывисто вклинился в мои размышления Ману, - ты должна вернуться на Землю, твой "свет" должен жить во благо Человечества, тебе нужно вернуться обратно! Я не хочу... мы не хотим твоей гибели! Пойми, это очень важно, и я тебе не позволю остаться!
  - Перестань влезать в мои размышления, это, по меньшей мере, не вежливо! - Нарочито напыщенно возмутилась я.
  - Какая же ты настырная! Думаю, тебя сможет переубедить и все разъяснить Семена.
  - Ваша правительница? - Я была удивлена, неужели мне окажут такую честь познакомится с ней?
  - Ха, конечно! Что тут странного? - Ману развеселило моё удивление. - Вот только проверим, как обстоят дела у стен анука, все ли спокойно и пойдем к ней.
  - Для меня это странно, - пожала растерянно плечами я, - у нас на Земле так просто не попасть к президенту. - Скажи, а почему Эри при виде меня сказала: "Опять он дал тебе подобное задание?". Что она имела в виду, и кто это "он"?
  - Я не успеваю следить за ходом твоих мыслей, они так быстро перескакивают с одной на другую. - Недоуменно посмотрел на меня собеседник.
  Теперь уже меня развеселило его удивление, и я про себя улыбнулась, гордясь своими, как мне казалось, сомнительными способностями.
  - И все же, что это значило?
  - Ты не первая, кто побывал у нас с Земли, - начал Ману.
  Но я не дала ему договорить, настолько меня возмутило, то, что он все время скрывал от меня это:
  - И ты все это время молчал?!
  - И не сказал бы, не спросив ты меня об этом.
  - Когда, кто это был? Рассказывай! - не унималась я.
  - Давно. Уже лун десять как прошло с тех пор, по вашим меркам около ста двадцати трех лет назад. Он, так же как и ты попал сюда и хотел остаться в Зандарии, не возвращаться на грешную Землю. Его наставник пытался переубедить "священный свет" вернуться, но "свет" был не приклонен, он рассказал о жестокостях творящихся на Земле, о гибели "божественного света" и мы, ужаснувшись и поразмыслив над услышанным, решились оставить "свет" у себя ради его спасения,- я видела, что Ману тяжело это рассказывать, но он продолжил, - мы отделили свет от души, а сознание от его Земного тела, в итоге и "свет", и душа, и тело на Земле погибли. Мы навечно потеряли его.
  Ману замолчал, не в силах говорить, видно было как для него это тягостно. Помолчав, и придя в себя, продолжил:
  - Раньше мы делали это с другими, ну понимаешь, из других миров и планет, "свет" и душа выживали, лишь тело погибало, а тут случилось совсем другое, с тех пор мы не отделяли "свет" от тела. Понимаешь, никогда более, - он глядел на меня огромными глазами полными боли.
  - Мне очень жаль, как это грустно... и страшно. - Все похолодело у меня внутри от увиденной картины, ведь Ману все мне показал через сознание, все выглядело как будто только что случившееся.
  - Я не хочу этого делать, не хочу ощутить эту боль, эту неимоверную потерю... Обещай, что никогда не попросишь меня об этом! - Он смотрел в самую глубину моей души и взглядом умолял дать обещание, выворачивая все моё нутро на изнанку.
  Какое же мучительное ощущение, что он делает со мной? Я закрыла глаза, лишь бы избавиться от пронзительного взгляда золотисто-серых, неземных глаз. Я не могу дать такого обещания, нет, не могу, слишком много обстоятельств.
  - Кто был этот наставник? - Перевела поспешно тему я.
  - Кто наставник? - Ману нахмурил лоб, пытаясь, переключится с одной мысли на другую и все же ответил, - тем наставником, чей "священный свет" погиб - был мой отец, он много лет пребывал в ужасном психологическом состоянии на грани помешательства и хотел уйти из наставников, но переборол себя. Теперь он возглавляет группу наставников, и именно он поручил мне быть твоим.
  - Но это же ... не мыслимо и жестоко по отношению к тебе! Зачем?
  - Я думаю для него это важно не меньше, чем для меня. Он хочет что-то понять, вас понять... меня научить общаться с вами, понимать человеческое сознание, вашу душу, то, что не смог понять он.
  - Мы слишком разные и все это опасно для тебя! - Я противилась всему, что он сказал, я знала, что причиню ему боль, а мне так этого не хотелось.
  - Не нам это решать.
  К облегчению Ману, дорога привела нас к оборонительной изгороди и этот трудный разговор сошёл на нет.
  Зандариец из охраны анука приблизился к Ману и начал показывать часть стены, которая только что была заделана, мысленно что-то рассказывая. По лицам собеседников было понятно, что в недрах их мыслей идет оживленный разговор. Хм, забавно!
  - Маргарита, подожди меня здесь, осмотрись, но не уходи далеко, я не долго, - и Ману удалился.
  Моё внимание привлекла стена, я внимательно разглядывала замысловатое защитное укрепление, оно оказалось сплетено из толстых стволов неведомых деревьев, не позволяющее никому проникнуть внутрь, ветви создавали в прямом смысле слова, живой заслон. Брешь в таких стенах зарастала на глазах, а листья создавали тонкую паутину электрического поля, от чего стены светились в темноте разноцветным свечением, создавая картины умопомрачительной манящей красоты, но настолько же они были и смертельно опасны!
  Ману мысленно переговорил с зандарийцами, следившими за стеной, после разговора лицо его осунулось и погрустнело, понятно, что дела совсем плохи. Я не могла слышать их мысли, но все происходящее меня невероятно беспокоило.
  Мой друг вернулся и совсем не хотел со мной разговаривать, было видно, что печальные мысли занимали все его размышления.
  - Ману, что случилось, что тебя обеспокоит?
  Но он молчал, а я слишком настырная и если уж мне что-то нужно знать, я это выясню! И, что было мочи нахмурила лоб, напрягла все свои извилины, пытаясь прочитать хоть что-то из мыслей Ману. У них ведь выходит, чем я хуже? Тем более мой друг говорил, что, со временем, и я этому научусь, благо времени для тренировок у меня предостаточно. От прикладываемых усилии, мне даже начало казаться, что волосы на голове зашевелились, ха-ха, забавное занятие!
  Несколько минут напряжённой мозговой атаки, похоже, что-то начало получаться, это как разряд энергии в сознании, вспышки света с обрывками слов:
  - Война... Началось... Скоро...Неизбежно...Не спастись...Будет страшная битва...
  От этих мыслей Ману, мне стало не до смеха, весёлое развлечение стало страшным посланием. Нет, всё, хватит! И долетавшие обрывки мыслей прервались, я выдохнула с облегчением, слишком было страшно узнать ещё что-то более ужасное, лоб и затылок ломило от боли, да уж, не совсем приятное это занятие, учиться читать чужие мысли.
  Теперь и мне совсем не хотелось разговаривать, жуткие картины лезли в голову: воспоминания о гибели зандарийки Лиу, спасшей нас здесь в Зандарии; произошедшее на Ольхоне ночью, когда на моих глазах гибли люди; смерть Олега - все это ввергало меня в ужас и отчаянье.
   Мы, в полном молчании, шли ко дворцу Великих, погруженные каждый в свои не весёлые мысли, а там нас уже ждала Семена.
  Уже знакомые стены дворца приняли нас, но я с опаской вошла в центральный зал. Сейчас тут было много зандарийцев, все они, такие изящные, сидели во круг громоздкого стола на таких же громоздких стульях сплетённых из местной растительности, которая как оказывается была живой, собеседники что-то бурно обсуждали. Так странно было за ними наблюдать, разговор то прерывался, то возобновлялся, ведь кто-то из них общался мысленно, а кто-то в пылу споров выкрикивал в слух фразы, не в силах сдерживать свои эмоции.
  - Не волнуйся, они примут тебя - успокаивал меня Ману, он слегка ободряюще при обнял меня, пытаясь поддержать и вселить уверенность.
  - А я и не волнуюсь, - храбрилась я, хотя мне, по правде сказать, было страшновато.
  Внезапно взоры присутствующих обратились на меня, споры прекратились, зандарийцы внимательно изучали меня. Кромешная тишина слишком затянулась, а я не знала как реагировать, просто стояла, боясь пошевелится.
  - Ах, Маргарет, - юная девушка, порхая приблизилась ко мне, она хлопала в ладоши от радости и умиления. - Это великая честь для нас познакомится с тобой! Какая же ты милая! Я - Семена.
  Изящная длинная ладонь протянулась на встречу, её пальцы сомкнулись на моём запястье в знак приветствия и расположения, создавая чудной по красоте браслет из её пальцев, такой утонченный и фантастический! Чудо из чудес! Семена по истине была чиста, юна и прекрасна! Замысловатое белое кружевное платье обтягивало высокую стройную фигурку и ниспадало на пол колоколом, как бутон лили. Кружевная белая лента перехватывала её высокий лоб, а концы были заплетены в длинные белокурые локоны, ниспадавшие почти до самого края платья. Правительница была похожа на юную невесту.
  - Ммм, не знаю что сказать, я тоже приятно удивлена и рада знакомству, - замешкалась я, честно, чувствовала себя сейчас ужасно неловко, как вести со столь юной девушкой, но настолько влиятельной и прекрасной я понятия не имела. - Вы невероятно милы и великодушны.
  Эти комплименты мне самой казались неуклюжими, но что поделаешь.
  - Ха-ха, вот и чудесно, ты мне тоже нравишься, пойдем, пошепчемся, - Семена, в припрыжку увлекла меня за собой в глубины дворца, больше похожего на диковинный сад.
  Мы брели по чудаковатым аллеям, казалось, им нет конца и края, ароматы цветов кружили голову, путая сознание, бабочки порхали с плеча на плечё, с ладони на голову, создавая волшебный флер, все было как в сказке, но я-то знаю, что сказок не существует, всегда рано или поздно наступает реальность.
  - Как тебе у нас в гостях?
  - Это удивительное место, однако, у вас все не так хорошо, как хотелось бы, верно?
  Семена опустила голову на грудь, улыбка слетела с губ, а огромные, прекрасные глаза погрустнели:
  - Ману не смог скрыть это в тайне от тебя, верно?! Да-да, он слишком открыт! - С досадой вымолвила правительница. - Или, о нет, он привязан к тебе, очень ...
  - Ох, нет, нет, он не причем, просто мы, Земляне, слишком проницательные и я все сама у него выведала, а вы открыты и доверчивы!
  - Да, вы другие, - задумчиво произнесла она, - особенные.
  - И вообще, какой смысл, скрывать, что ваш Мир рушится, впрочем, как и наш?
  Мы присели на скамью, каждая погруженная в свои печальные мысли, девушка с Земли - "священный свет" и Правительница целой планеты! Как же сейчас мы, такие разные, были похожи, одинаково не способные спасти свои цивилизации, одинаково беспомощны, растеряны и ранимы, с гигантским грузом на хрупких плечах.
  - Я думаю, что должна помочь хотя бы вам, Зандарии, - уверенно предложила я.
  - Ты? Нет, этого нельзя допустить! - устало и обречённо вымолвила она. - Идем ка, я тебе покажу наше самое сокровенное место, и ты все поймешь.
  Семена подошла к каменной стене, окутанной ветками и листьями золотого дерева, раздвинула их и прикоснулась длинным тонким пальцем к шершавой стене. От чего белый свет начал разливаться от точки прикосновения по всей поверхности, все шире и шире, и вот стена стала прозрачной, а потом и вовсе исчезла, открыв проход в просторную комнату из которой лучился сиреневатый свет.
  - Ох! - этот мир не устает меня удивлять.
  Посредине комнаты находилась огромная прозрачная чаша, на ¼ наполненная кристально чистой жидкостью, святящейся удивительным сиреневатым светом, с солнечными отблесками, которые озаряли все помещение.
  - Что это? - недоумевала я.
  Правительница улыбнулась, глаза её лучились любовью и добротой, глядя на чашу.
  - Это и есть "священный свет", весь, что имеется в Зандарии.
  - Так вот как он выглядит?! Wonderfully, amazingly, fantastically! - моему восхищению не было предела.
  Я потянула руки к сосуду, очень уж мне хотелось к нему прикоснуться, как заколдованная я шагнула вперёд. В тот же миг Семена остановила меня, схватив за руку.
  - Нет! - вскрикнула она, - Это опасно, не прикасайся! Лишь коснешься края чаши, и весь твой свет окажется внутри неё, а ты погибнешь в тоже мгновенье!
  - Уф! - я перевела дух, отступив на несколько шагов назад от сосуда, и не уверенным голосом спросила - Но как же "свет" здесь, в чаше? Разве он не внутри каждого из зандарийцев?
  - Да, это так, - спокойно вещала Правительница, заворожено всматриваясь в прозрачную жидкость - это весь свет, что находиться в каждом жителе. Это сосуд, объединяющий и оберегающий всех нас. Когда-то он был полон, сейчас же полон лишь на ¼, "света" все меньше и меньше, сосуд иссекает, как только последняя капля исчезнет из него, наша цивилизация исчезнет.
  - Но почему вы ничего не предпринимаете?
  Семена обернулась и посмотрела пристально в мои глаза:
  - Мы боремся, каждый день, боремся, неся в этот мир добро, сострадание, любовь, мир!
  - Ведь вас убивают, вы должны защищаться! - недоумевала я.
  - Мы не можем убивать, мы этого не умеем, да и не хотим учиться. Наша оборона заключается в укрытии и сохранении того, что осталось после страшного нападения, несколько лун назад, но "света" слишком мало, чтобы держать оборону, мы очень слабы.
  Все это ужасно и печально! Как же так, самая мудрая и гуманная цивилизация на грани исчезновения и ничего невозможно сделать, никак это нельзя предотвратить! Что это, гуманный - погибает, а жестокий - выживает?! Но ведь это не правильно, так не должно быть! В чем тогда смысл "божественного света", для чего он вообще был дан Вселенной Всевышним? Для чего зародился в нас? Но самое странное то, что зло не может существовать без "божественного света", он ему нужен для выживания. Парадокс! А если заглянуть дальше, вперёд? Порочные миры, что посылают "ловцов" для кражи "света", уничтожат все самые светлые, добрые, чистые цивилизации, а украденный ими "свет" рано или поздно все равно у них погибнет! И что потом? "Света" не станет, все погибнут и ничего не останется? Ни-че-го...
  Нет! Нужно бороться, каждый день, в этом смысл любой цивилизации, любого живущего, мыслящего, чувствующего существа, пока мы боремся за выживание, за все самое светлое и хорошее, что есть в этом мире, мы живем, мы существуем! И я буду бороться, я помогу им!
  - Выслушайте меня, Семена! Я приняла решение, отдать свой "божественный свет" вам и остаться рядом с зандарийцами, бороться за ваше существование, за принципы, веру, за добро, за все самое светлое и прнекрасное, что существует в нашей Вселенной! Пусть это будет мой малый вклад, но я хочу это сделать и меня не страшат последствия, пусть все случиться как угодно Всевышнему.
  - Нет, это ты послушай меня! - резко прервала меня Семена, после чего помедлила, и, успокоившись нежно взяла мои ладони в свои и заглянула в самую глубину моих глаз, в глубину моей души, с почтением продолжила, - Нельзя, пойми, нельзя допустить ради спасения Зандарии рисковать тобой, священным светом, это слишком дорогая плата! Свет - бесценен, это самое великое, самое хрупкое, самое дорогое, что есть у нашей Вселенной! Зандарии не будет, а божественный свет должен жить! И это - наше предназначение, мы должны сберечь его ценой собственной жизни, ценой существования нашей цивилизации...Завтра, на восходе солнц мы вернём тебя, Маргарет, обратно, на Землю.
  - Нет, я не хочу!
  Мне стало страшно покинуть их в трудный момент, страшно за то, что их может не стать, страшно столкнуться с реальностью дома, осознать, прочувствовать вновь смерть Олега, да и как там жить без него я не представляла, не хотела, даже здесь это причиняет неимоверные мучения, а там я просто сойду с ума. Все эти чувства сковали мое сердце после слов Правительницы.
  - Вы не можете так поступить со мной! Прошу, не надо! Я хочу остаться здесь, - я упала на колени, моля Семену оставить меня в Зандарии.
  Внезапно, все вокруг поплыло, сознание начало покидать меня, я почувствовала жуткую боль, как будто попала в очаг пожара, все тело жгло, воздуха не хватало, грудь сдавливало с неимоверной силой... лишь обрывки слов зандарийцев долетали до меня:
  - Они... "ловцы" затягивают её... там, на Земле... Держите Марго, держите, не отпускайте её! О, нет, мы её теряем!
  И черная мгла вокруг. Как же страшно, жутко, боязно! Я понимаю, что меня уже нет ...
  
  Глава Љ9. На Земле.
  Лунный свет проникал сквозь стекло оконной рамы в белую больничную палату, оставляя светящуюся полоску на полу, лишь монотонное пиканье медицинского прибора нарушало безмятежную тишину. Ничто в этот час не тревожило естественное течение жизни, казалось все хорошо и спокойно в нашем мире, но это лишь мечты безнадежного оптимиста...
  Маргарита мирно лежала на больничной койке, прямо как спящая красавица, Олег задремал рядом, подле ног любимой, рабочие чертежи упали на колени из рук, некоторые рассыпались по полу. В уютном домашнем кресле, специально купленном для длинных ожиданий пробуждения, он выглядел, по домашнему, милым и спокойным, ни один мускул на лице не напряжен, и от этого он был ещё красивее, хотя красота понятие относительное, лицо доброго человека всегда красиво. Думаю выражение "красота - спасет мир" можно перефразировать "доброта - спасет мир" и сейчас все именно так в нашем мире!
  Странное напряжение повисло в воздухе, тревога нарушила мирную идиллию комнаты. Свет, проникавший под дверью из больничного коридора, внезапно сменился серым туманом, сочившимся сквозь щели проёма, он стремительно наполнял палату. Туман целенаправленно двигался к кровати Марго, поднимался всё выше и выше, лизал ножки кровати, ложе койки, и вот уже по спирали окутал девушку, сдавливая её беспомощное тельце все сильнее и сильнее. Слабый стон боли сорвался с губ жертвы.
  Олег пробудился и никак не мог понять, что происходит, темнота не давала разглядеть происходящее:
  - Что за мерзкая вонь? Откуда?
  Он щурился какое-то время, тер руками лаза, пытаясь привыкнуть к темноте, наконец, нашарив выключатель светильника, включил его, комната озарилась тусклым светом:
  - О нет, опять они!
  Не долго думая, Олег метнулся к постели Марго, схватил черный туман руками, пытаясь освободить такое беззащитное тельце любимой, туман силой ударил его и Олег отлетел в другой конец комнаты, от прикосновения с "ловцами" он получив сильнейший ожёг, кожа на ладонях вспузырилась и покраснела. Тем временем ловцы продолжали истязать тело своей жертвы. Не долго думая Олег поднялся на ноги, пошарил глазами по комнате, обмотал руки полотенцем и стремительно подскочил к кровати, с силой обняв любимую он крепко прижал её к себе, пытаясь вытеснит "ловцов", и неустанно повторял:
  - Держись милая, я с тобой, я тебя никуда не отпущу, ты - моя жизнь, я люблю тебя!
  При этом черный туман шипел и извивался между их телами, нанося не выносимые ожоги Олегу, но он не выпускал Марго и мерзкую тварь из своих объятий, ведь он не знал, как ещё помочь в этой ситуации Маргарите, но оказалось, что именно это был правильный шаг, ведь для "ловцов" его чувства, любовь, самопожертвование - это самое страшное оружие.
  "Ловцы" начали извиваться и шипеть, как сдувающийся воздушный шарик, растворятся в темноте. Олег крепко держал Марго в своих объятьях, продолжая шептать ласковые слова на ухо, о том, что все будет хорошо, как она ему дорога и какая она сильная, и что у них ещё все впереди. Кажется, что самое страшное миновало, но медицинские приборы сменили свое монотонное пиканье на единый мерзкий пик, вещая, что биение сердце пациентки остановилось.
  - Марго, - встревожено Олег всматривался в лицо девушки, тряс её, пытаясь привести в чувство, - Марго, дыши!
   Дыхание прекратилось, тело обмякло, Олег делал искусственное дыхание, пытался привести её в чувство, время от времени вглядываясь в бледное любимое лицо, пытаясь увидеть хоть какие-то признаки жизни, но сердце не билось.
  Через какое-то время в палату вбежали врачи, медсестры и отстранили Олега от кровати к выходу.
  Олег слышал, как переговариваются между собой медики:
  - Мы её теряем, разряд, - гулкие удары дефибриллятора разрывали мозг Олега, - нет биения сердца у ребёнка... ещё разряд!
  - Сделайте же что-нибудь! - Кричал в отчаянье, Олег.
  Однако, его вытолкнули из палаты и захлопнули перед носом дверь, оставив в неведении.
  - О, Господи, что же это такое, что же им нужно, когда они оставят нас в покое?! - рычал в ярости и отчаянии Олег, колотя, что есть мочи, кулаком по белой, бетонной стене больничного коридора.
  ______________________________________________________
  Прошло какое-то время, прежде чем врач вышел из палаты. Олег в надежде смотрел на доктора:
  - Ну как? Говорите! Она жива, а ребёнок?!
  - Страшное миновало, они живы! - доктор ободряюще похлопал мужчину по плечу. - Сейчас с Маргаритой медсестры, Олег идите, поспите, у вас ужасный вид. И не возражайте, я все равно вас к ней сейчас не пущу.
  - Да какой там сон, - пробурчал Олег себе под нос, чувствуя облегчение, что все прошло и в тот же время, задумавшись, что же делать дальше. - Старый шаман Ольхона - вот кто сможет нам помочь.
  - Что, о чем это вы? - в недоумении переспросил доктор Клюба.
  - А? Да я так, о своем. Спасибо вам за все, доктор! Мне нужно будет уехать на какое-то время, надеюсь, вы позаботитесь о Маргарите и ребёнке.
   И Олег не теряя времени, минуя гостиницу, в которой остановился в Иркутске, прямиком направился в обратный путь, на остров Ольхон.
  ____________________________________________________
  Я мчал машину, как будто стая волков гналась за мной. Какое-то чутьё говорило мне, что серый туман преследует меня: с начало я пробил колесо, потом под капотом что-то задребезжало и задымилось, после вызова спец службы авто починили, но уже после переправы на острове бешеная корова бросилась под колёса моей машины, от чего я чуть не угодил в кювет, но чудом выровнял автомобиль и вот, лишь к ночи добрался до Хужира.
  Отыскать шамана не составило никакого труда, все в округе знали, где его найти. Я решил не дожидаться утра и посетил шамана сразу по приезду.
  Уже за квартал были слышны звуки бубна и камлания шамана, я чувствовал, что меня ждет необычная встреча. За забором дома шамана, там, где возвышалась юрта, виднелись всполохи костра, я понимал, что идет обряд и не решался войти, стоя как первоклассник под забором. Однако меня раздирало любопытство, найдя в заборе небольшую щель, я заглянул в неё и увидел, что вокруг костра сидит около семи шаманов, среди них знакомый мне старый шаман Ольхона. Он совершал обряд камлания, остальные находились в трансе: глаза их закатаны, фигуры покачиваются в такт бубна, странные мычащие звуки исходят из их уст.
  Было хорошо видно происходящее из моего наблюдательного пункта, и я мог разглядеть сидящих у костра людей. Вид у них был по меньшей мере странный и устрашающий: перья, кожа, рога, металлические предметы, разноцветные ленты, вплетённые в бесчисленное количество кос, обереги, заячьи лапки и тому подобное. Все шаманы в преклонном возрасте, глубокие морщины испещряли их смуглые лица, пальцы рук скрючены от старости, длинные седые волосы покрывали мудрые головы.
  Неожиданно камлание прекратилось, шаманы открыли, налиты кровью глаза. Жуть, да и только. Я услышал шёпот, это старики перешёптывались между собой, шёпот нарастал, становился все громче и громче, с присвистом. О Боже, этот звук стоял в моей голове и оглушал, уши заложило, мозг разламывало из нутрии, я обхватил голову руками и что есть мочи зажал уши, чтобы прекратить свои мучения. Но шёпот не прекращался, он был в моей голове. Шёпот нельзя было понять и разобрать, какой-то странный, неведомый язык, язык древних, но некоторые слова я все таки еле различил:
  - Угроза... она становится плотной и черной...
  - Движение сил зла...
  - Просим, прекратите ... спасите Мир!
  - Все погибнет... нельзя... нужно спасти Землю...
  Я повалился на землю, чувствовал как мне плохо, как все тело сотрясали конвульсии, я был вне себя, жар то приливал ко всему телу, то сменялся холодом и лихорадкой, все тело колотило и знобило, рассудок путался, странные картинки сменялись в сознании. Я как будто видел все, о чем шептались шаманы: гобель человечества, войны, серый туман, катастрофы, муки люде, гибель "священного света". Марго! Я увидел и её! Видел как она умирает. Нет! Только не это! Её изумрудные глаза гаснут, а алые уста бледнеют и вот вместо неё остается лишь белая пыль, которую развивает порыв ветра.
  Я странным образом соединился с их волной общения и понимал все, о чем они говорят, нет, не только понимал, а видел. Я узнал, что шаманы просят Высшие силы помочь человечеству, узнал, что страшные времена настигли нас, узнал, что наш мир вот-вот погибнет.
  - Поздно... вы сами погубили себя ...- иной голос, из неоткуда вторил их просьбам.
  Внезапно в глазах потемнело, картинки, звуки исчезли в моей голове так же неожиданно, как и появились.
  - Успокойся. Я отпускаю тебя,- тяжёля рука опустилась на моё плечё, оглянувшись, я еле разглядел сквозь пелену забытья старого шамана, стоя позади, он пристально смотрел на меня - тебе сейчас станет легче.
  Морщинистая рука шамана легла мне на лоб, после чего я почувствовал облегчение.
  Темно. Тихо. Стало спокойно, конвульсии оставили мое тело, лишь время от времени меня потряхивало.Спустя несколько минут я немного пришёл в себя и смог привстать на непослушные ноги.
  - Идем к нам, - пригласил к костру шаман.
  Как все странно, но я не спрашивал его ни о чем. И вот я уже сидел со всеми шаманами вокруг костра, охваченный лихорадкой, в плывущем тумане сознания, четкость происходящего ускользала. Я ощущал себя между небом и землёй, все было как в пьяном бреду.
  - Что тебя привело сюда?
  Голос раздавался из неоткуда, он звучал в моей голове, я лихорадочно переводил свой взгляд с одного собеседника на другого, пытаясь понять, кто же со мной все-таки разговаривает, но ни один из присутствующих не вымолвил ни слово, я смог узреть лишь вопросительные взгляды, обращённые на меня.
  - Стоп. Кто это спрашивает? - Заплетающимся языком вымолвил я.
  Но узкоглазые бурятские шаманы лишь недоуменно переглянулись и захохотали во все горло, покашливая от дыма закуренных трубок.
  Они ещё долго посмеивались надо мной, а я лишь испуганными глазами смотрел на них, обдаваемый ароматом диковинных трав из их трубок.
  - Не посвящённый! - вымолвил старый шаман Ольхона, объясняя моё, странное для всех вокруг, поведение, на что шаманы, в подтверждение его слов, закивали головами.
  - А парнишка-то сильный... другой бы уже потерял сознание... или его хватил бы удар, - перешёптывались между собой старики-шаманы ехидно поглядывая на меня.
  - Как же он тогда нас слышит?
  - Да, как?
  - И как смог проникнуть в священное камлание?
  Смех прекратился, шаманы нахмурились и устремили на меня уже не смешливые взоры, а строгие, хмурые и тревожные, я думал меня эти взгляды испепелят прямо на месте. Ну и вляпался же я!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава Љ10 Война или Мир, Добро или Зло ...
  Разве можно убийством
   возродить жизнь?
   Разве можно под эгидой и
   флагами Мира, нести ВОЙНУ?
  Нет!!!
  Но сильные мира сего считают иначе,
  И это - великая
  иллюзия человечества!
  Порождая зло - мы рождаем
   ещё большее ЗЛО...
  
  Ты где-то здесь, ты навсегда со мною
  Твои глаза как омут темных вод...
  Я окунулся в них беспечно б с головою
  Но ты в безмолвном сне... там чертишь небосвод.
  Румянец на твоих щеках горит от поцелуя
  Уста манят, склонится над тобой,
  Но ты в безмолвной тьме...а я хочу
  Всего минуя
  Вернуть тебя к себе,
  затмив тот ненавистный небосвод!
  Олег.
  
  Его нежный, мягкий голос с хрипотцой был еле слышным в моей голове, но мне казалось, что он кричит о своих чувствах, эти ласковые слова, его признания, разрывали мое сердце от нежности к нему, влекли меня к Олегу. Я чувствовала присутствие любимого мужчины рядом, ощущала его тёплое дыхание, прикосновения, надежное, крепкое мужское плечё. Боже, как же все реально, даже не верится, что это возможно! Он манил меня обратно, на Землю, умолял вернуться, но если его уже там нет, зачем мне возвращаться? Как же мне хочется поговорить с ним, рассказать о своих страхах и сомнениях, сидя у него на коленях, почувствовать его заботу и поддержку, услышать, что всё будет хорошо, что он всегда рядом. Однако, смерть разлучила нас, и мне нет места на Земле без него. Возможно, после смерти мы воссоединимся с ним вновь? Я знаю, он ждет меня там, и я буду ждать его вечно!
  Но это лишь мечты и воспоминания...сейчас же, я просто наслаждалась удивительным сном и не хотела просыпаться, я грезила хотя бы в эти мгновения побыть с ним, любить его, смотреть в его глаза и улыбаться в ответ. На самом же деле я - совсем одна, в чужом мире.
  Очнулась ото сна или забытья, в которое меня так внезапно что-то ввергло. Привыкнув к тусклому свету, огляделась и поняла, что совсем одна в просторной каменной комнате. Сколько прошло времени? Хотя здесь понятие времени отличное от моего представления, поэтому какая разница?
  
  Темно. Светильники на стенах слабо освещали помещение голубым светом. Осмотревшись, увидела, что комната круглой формы, по кругу от потолка до пола были отверстия, похожие на окна, которые оказались покрыты чем-то прозрачным, будто стекло в раме. Но где же дверь? Ага, люк в полу. Я открыла его, вниз вела темная винтовая лестница, оттуда тянуло холодом и сыростью. Я повела плечами, от не приятного ощущения. Закрыв люк, подошла к окну, отсюда милее смотреть на то, что происходит снаружи. Какого же было моё удивление, когда увидела в низу весь анук, он лежал как на ладони, укрытый голубым щитом, он мерцал в темноте. Я же находилась на вершине скалы, которая была скрыта обильной растительностью и еле заметным заслонным щитом зандарийцев. Стало понятно, что меня спрятали в этом убежище.
  Спускаться в низ, в темноту по лестнице я не решилась. Что там, в конце, в низу - не известно? "А вдруг вернётся Ману, а меня нет, не хорошо получиться, если он меня здесь не найдет, будет волноваться. Не бросит ведь друг меня здесь?" - успокаивала себя я. Решив остаться в своем наблюдательном пункте, я расположилась у окна и стала следить за происходящем сверху.
  Темное небо осветилось тремя лунами, выплывшими на черное полотно небес. Сегодня небосвод потух, на нем не было тех ярких красок, которые я увидела впервые, лишь три кроваво красных луны, зловеще нависли над ануком.
  Какое-то странное чувство тревоги охватывало меня, как будто что-то вот-вот должно произойти, что-то страшное и не обратимое. Город волновался, это было видно не вооруженным глазом, в воздухе висело напряжение, оно было настолько остро, что казалось, тишина зазвенит от натуги.
  Я с таким усердием вглядывалась во тьму, что почувствовала, как заболели глаза и лоб от усилия, и разных мыслей, что возникали в моём сознании!
  
  "Никто не знает, на что, мы способны!" - в этот запутанный момент своей жизни именно эти строки, великого писателя, пришли мне в голову.
  ______________
  10 "Война и мир" - Лев Николаевич Толстой.
  __________________________
  
   "Если я умру сегодня, то не будет меня завтра, и никто не вспомнит обо мне, а жизнь во Вселенной будет продолжаться дальше, как и не было ничего!" - как верно сказано, как точно! Самое главное, что бы мое существование, моя жертва, изменила, хоть в малой, ничтожной степени, этот непорочный МИР, чтобы он остался в Мироздании, а не исчез бесследно! Хотя эти мысли слишком пафосные для моей персоны, но они искренни.
  Как бы я хотела сейчас взять в руки гитару и сыграть, те тонкие звуки, что дороги моему сердцу, что трогают самые глубины души, но кажется, я разучилась играть, разучилась жить, радоваться и дышать полной грудью, как прежде! И слёзы катятся по лицу от неимоверной боли и чувства потери! Я понимала, что уже не будет все как прежде, я уже не буду как прежде! "Ловцы" уже близко... и Зандария вот-вот падет! А я так хочу жить, так неистово жажду этого, так не хочу умирать! Хочу вернуться домой, к родным, к друзьям, к любимому и забыть обо всем! И от этих мыслей так паршиво на душе, так пусто и одиноко, что аж погано!
  "Эгоистка, ничтожная эгоистка!" - ругала себя я, в ответ ничтожным мыслям. Хватит малодушия и соплей!
  Сейчас я мечтала, ждала чудо, которое поможет мне разобраться в своих мыслях и принять единственно верное решение! Но я все-таки надеялась на лучшее. А может, обойдется? А?!
  Оторвавшись от своих мыслей, я заметала, как серый туман надвигался со стороны горизонта, он неистово напирал в сторону анука, превращался в черный смерч, который сметал все, на своем пути. И тут я поняла, что ничего не обойдется, что этот момент настал, и решение все-таки нужно принять. Сейчас!
  Кто ты, где ты, для чего ты здесь? Загляни внутрь себя, что ты там увидишь?.. И я заглянула. И поняла, что вот эта маленькая, сомневающаяся, напуганная девочка пришла в этот мир не просто так, у неё есть предназначение. Каждый человек должен выполнить свое предназначение, а иначе, зачем человеку жить, чем он отличается от паучка или травинки, от бессознательного, безвольного существа? Я поняла, что если не выполню то, что предначертано свыше, я не смогу уже дальше жить как жила, меня будет гложить ощущение неудовлетворенности, бессмысленной потерянности жизни, ничтожности меня самой, да я знаю, так и будет! Я не раз задавалась себе вопросом: "Зачем я здесь?" Ведь не просто что бы спать, есть, что-то говорить, куда-то ехать, размножаться, умирать и это все? Нет, такого не может быть! Вот же, ну вот же, главное, что я должна сделать, к чему я шла от рождения! Как бы трудно не было это признать, но сегодня мое существование прекратиться, оно будет осмыслено, целенаправленно, моя жизнь пройдет не просто так. Мой "свет" останется здесь, в Зандарии, а меня уже не будет. Решение принято! И после вынесенного приговора, наступило какое-то душевное умиротворение, спокойствие, страх ушел, пришла твердая уверенность в следующем моем поступке. Сомнениям в моём сердце уже не было места!
  
  А в это время черный смерч из "ловцов" уже накинулся на анук, он окутывал его целиком, вгрызался в голубой мерцающий щит, и казалось, уже полностью поглотил его.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"