Korvin: другие произведения.

Джек-Стебель

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    -Преодоление отчуждения - кропотливый поиск единичных идей, чистых стихий и вхождение в них. Потом ты поворачиваешься и зовешь его, прежде чем войти. Вы стоите там, вглядываясь в эту бьющую ветром атомную неизведанность, такую знакомую, такую настоящую и единственную, ту самую, которую ты так долго искал, пока вдруг из-за поворота не появляется грохочущий бессмысленный мудозвон на альфа-ромео, ножки складываются как у кузнечика и летишь в тартарары. Это и есть радостное принятие своей судьбы. Со стороны смотрится странно, особенно если ты любишь жизнь, любовь, не терпишь боли, но ощущение того стоит, это точно. Стоит попробовать.

  Джек-Стебель.
  
  
  Головин до самого конца стоял и улыбался, покрываясь коровьим дерьмом пулевизаторов веселых арижей. Я с ужасом смотрел на бывшего товарища, но ему похоже даже нравилось происходящее. Ему явно было хорошо. Плюнул и отправился перекусить. По правую руку и до конца на чём-то, напоминающим старую площадь, прыгало всякое многоногое, голосящее, цветастое, пахнущее кари, - шагом арш.
  
  Женщина дальше по степной набережной внезапно остановилась среди гуляющих курортников и стала решительно почесывать себе пизду. Гром и молния! I dare say, это было так виталистично, сверхантикварно, все равно что первые малыши Бенца деликатно покашливая проплывают над трубами монструозных концернов Опеля и Мерседеса на берегах Рейна, я немедленно заинтересовался.
  
  -Привет, я только что лишился своего оператора. Не хотите попробовать?
  -¿Como?
  
  Я объяснил. Она убежала. Плывут над головой перисто-кучевые облака Центрального Нечернозёмья. Ладно, для начала всё же перекусить.
  
  ***
  
  Вообще-то меня зовут Стейнбек, Джек С т е й н б е к, да-да, как того самого этого ну как его, ваша мысль проползает в правильном направлении, но местный Внешний Регистратор очень уж настаивал на собственном видении ситуации. Я сценарист, режиссёр, а теперь, похоже, еще и оператор. Моё дело - это преодоление отчуждения.
  
  Я сейчас расскажу. Экспериментаторы заявляют о том, что кино должно разговаривать со зрителем на своем собственном языке. Гм... и в этом, в общем-то, и заключается эксперимент! Разговаривать о чем? Разговаривать для чего?
  
  Рассуждая таким образом, я и не заметил, как оказался в постели.
  
  -Преодоление отчуждения - кропотливый поиск единичных идей, чистых стихий и вхождение в них. Потом ты поворачиваешься и зовешь его, прежде чем войти. Вы стоите там, вглядываясь в эту бьющую ветром атомную неизведанность, такую знакомую, такую настоящую и единственную, ту самую, которую ты так долго искал, пока вдруг из-за поворота не появляется грохочущий бессмысленный мудозвон на альфа-ромео, ножки складываются как у кузнечика и летишь в тартарары. Это и есть радостное принятие своей судьбы. Со стороны смотрится странно, особенно если ты любишь жизнь, любовь, не терпишь боли, но ощущение того стоит, это точно. Стоит попробовать.
  -Аа-а-аааа!..
  -Я немного забыл, мы уже признавались друг другу в любви и всё такое?
  -Знаешь, я скучала по тебе как шизофреник, у которого отобрали его любимые и нужные сны.
  -Мы что, раньше встречались?
  -Нет. Не встречались.
  
  ***
  
  ...
  -То есть на самом деле тебе н р а в я т с я фильмы про супергероев?
  -Смеешься? Да я пишу сценарии к фильмам про супергероев.
  -Ой, здорово. И как называется твой последний фильм? То есть сценарий?
  -Толстячок.
  -¿Como?
  -Это семисекундный байопик про чувака, который летит вниз. Ну, знаешь, фигуры в Тетрисе. Линия, вытянутая загогулина, кривая хрень, другая кривая хрень ей симметричная и квадрат. Толстячок.
  -Ну и что?
  -Понимаешь, во вселенной, где разворачиваются действия, у них у всех не так много времени. Дышат друг другу в затылок, темнота, тяжелое дыхание, косые взгляды. И тут - рраз! все начинается. Семь секунд грозы, по истечении которых каждый займет свое место. Фигуры идут по дороге и вертятся.
  -Какой-то бред.
  -И каждый руководствуется своими путями. Занять самое выгодное место, или может сравнять горизонты. Кто-то отчаянно желает навредить всей остальной братве. Но только не квадрат. Вот, представь, - ты - сущность из четырех крепко сбитых пикселов, появляешься в мире и сразу понимаешь, что падаешь вниз. Начинаешь крутить своим телом по сторонам, и за две секунды до конца понимаешь, что от той формы, что займешь по отношению ко всему остальному миру ничего особенно не изменится. Толстячок.
  -Это не фильм про супергероя.
  -А какие тогда фильмы про супергероев?
  -Ну, например, Супермен. Пираты Карибского моря, Спайдермен, Черепашки.
  -Это фильмы про людей.
  -Ну нет, у них же есть щупальца, удивительные способности...
  -У всех есть удивительные способности.
  -А у тебя какая?
  -Я сейчас покажу.
  
  ***
  
  Подмерзая в своем суровом Антверпене я никогда даже и не думал интересоваться, насколько широко разлеталась на Востоке эта дешевая etiqeta biologicа, мультичипы, наклеечки превращений. Производство в Кашмире, председатель Совета Директоров выходец с Окинавы, акционеры неизвестны. Ну, неважно. Когда два месяца назад в Болхове случилось первое массовое отслоение, на руках у ребят, конечно, сразу оказались все необходимые документы. Экспериментальная партия, подписанные отказы об ответственности, ходатайства об отсутствии претензий со стороны пострадавших, матушек пострадавших, зеленых попугаев и грустных домашних рексов пострадавших. Неделя на кресте местных сводок для генерал-губернатора, выходные в московском аду, через месяц все поставки возобновились. Потом Железногорск. Потом Орёл. Проблема в том, что NCHP уже несколько лет как была инкорпорирована на территории Ингермаландии, хотя сертификаты к штукам по-прежнему выдавала Ганза. Поневоле пришлось начать разбирательство. Правовые нормы требовали суда присяжных, ну так что ж, ну так будет же!, dura lex sed lex.
  
  -И это всё? "И станет посреди, и да выйдет вон, прочь от горячих речей, дюжина вольных, непорочных, беспощадных мужей, готовых твёрдо и беспристрастно отвечать на свой нелегкий вопрос". Дюжина? Вы что тут, ребята, отменили даже десятичную систему счисления?
  
  -У казны не слишком много средств этим проклятым летом, чтобы позволить себе купи...кормить еще шестерых бездельников, приятель. Кстати, где Джек номер два?
  -Как будто, он больше не в состоянии что-то р е ш а т ь.
  
  Владычица богадельни оказалась равнодушна к громким фразам, пришлось рассказать ей про сташ и арижей, все как есть. Звонки, секретари, писари, поместные, очкастый из кривоглазого автомобиля. Масса обесцененной лексики, - до процесса еще четыре дня, ну чего они, ну чего, в самом деле.
  
  ***
  
  ...
  -Или, например, Пэкмен. Эксолон. Лэддэр. Сорок лет назад ACII-графика просто кишела супергероями.
  -И Толстячок.
  -Слушай, они все - это первые гроздья того войска, которое впервые в истории сможет ответить грекам.
  -Боже, а греки то здесь причем?
  -И аккадам. И индусам, и кельтам! И грекам и Боже тоже. Спайдермен, Черепашки, Бэтмен, или любое другое монструозное всесильное ничтожество - это дети Урана, Тиамат, Тора, бродящие по замкам и горам, сражающимися за дела, которые рассказчик и его слушатели считают достойными, творящие [удивительные] события, за имена и ради той сути, признаваемой толпой великими.
  -Глупый, фильмы для того и снимают, чтобы с помощью фильма, художественными средствами, узнать побольше о человеческой природе. Теперь каждый может сделать открытие в своей собственной истории.
  -Я уже достаточно знаю о своей собственной природе. Нужно еще рассказать и об историях тех, о которых прежде не слышали.
  -Например, об истории Толстячка?
  -Приходится действовать тайно! Как тягучие струнные в танго, скрывающие в себе золото солнца от романтичных иберийских за столиками выпивох, как молодость притворяется смертью, чтобы гореть и жить среди жизнерадостных растений. Теперь нельзя действовать в открытую, ты становишься козой.
  -¿Como?
  -Мееее! Мееее!
  
  ***
  
  Мои дела сейчас таковы - до полудня я захожу в обе городские порностудии, это полтора часа на топтания из одного конца центрального проспекта в другой, горячая водица с лимонной кислотой из автомата, ожидания, уговоры, потом беру свой питательный жетон и двигаю на раковский-плаца, там в общем недурно, если не забывать вытягивать шею когда наполняют твои посудины, какое-то время наблюдаю за Лидией и где-то в четыре мы уже идем гулять.
  
  -Мерзкий городишко.
  -Тебе же вот-вот дадут двести монет за абсолютно бесстыдное, в высшей степени н и з к о е дело, это же прекрасно. И потом, что за неуважение к родным местам?
  -Родина - не то место, где меня родили а там, где я сам становлюсь отцом.
  -Это из буклета, который раздают в центрах доноров спермы что ли?
  -Ладно, заткнись и иди сюда. Вот так.
  
  У Лидии в доме куча стеклянных коробок. La caja vidriosa. Аквариумы, террариумы, инсектариумы. Куча тварей. И еще манеж. В манеже тусуется Окунь - так она зовет своего папашу. Они всего его. Папаша вообще довольно долго оставался модным парнем, пока не случился тот самый сбой, из-за которого мы все здесь собрались. В этот момент Окунь как раз тактильно тешился со своей большой рыбой. Она-то подохла почти сразу, а вот папаше повезло меньше.
  
  ***
  
  -И долго ты еще собираешься кликушествовать?
  -Вообще-то это называется пикет. Ты вообще когда-нибудь слышал об акциях гражданского неповиновения?
  -Но вы просто торчите там несколько часов, не говоря ни слова. Это неповиновение речевым конструкциям? Филогенезу? Долой кинемы?
  -Не мог бы ты задрать мою рубашку? Руку вот сюда. Спасибо.
  -Ты же слышала о последней сделке Москвы. Скоро начнется великое переселение нововолжских булгар. Как думаешь, где они будут ставить свои шатры и рыть свои ямы, если этот город есть последнее место с работающими биотуалетами и горячей пиццей на бензоколонках перед приплясывающе-пятящейся назад, отданной им на беззаветное возделывание и проживание родительской степью? На твоем месте я бы свалил отсюда на пару, гм, лет.
  -Может быть. Прямо сейчас у меня есть обязательства, от которых я не буду отказываться.
  -Зашибать монету на выпивку и транки организацией ежедневных фрик-парадов для умирающей от скуки толпы?
  -Ну же, господин шатун сюжетных линий, пошевели мозгами. Они достали его, а кто теперь я, вдова еще одного неудачника? Я не хочу проигрывать, no puedo e s o, ¿comprendes? Я жить хочу, я хочу чертовых красных цветов каждый божий день, ясно?
  -Дерьмо какое-то. Вот слушай лучше. Еще одна история - это будет рассказ о том, каково это - быть Либерией. "Свинг". В кадре появляется огромная световая карта мира. Мигает Испания, мигает Португалия, от Берегов Каталонии и Лиссабона начинают ползти мелкие черные точки, похожие на караван муравьев. Включается Северная Америка, от Провиденса до Филадельфии, здесь вступают Мемфис Файв, потом Калифорния, Аргентина, Перу, Бурские республики, Индия, Австралия, всё в такт. Потом все находят свой оттенок серого, не переставая мигать, синкопа, у-ха!, и вдруг - глобальное замедление - и только Либерия теперь горит как цыганское платье, вибрирует, блюет на соседей оранжевым, и...
  -Ты начинаешь меня доставать и это радует.
  
  ***
  
  Иметь дом в дичающих предместьях считалось престижным занятием, хотя в каждом из них по-прежнему было куда меньше от гасиенды, чем от старомодного блочного уродца коттеджного поселка. Резиденция ведущего мультименеджера компании не была исключением. Яблоня у восточной стороны ограды встретила нас рычанием гигантских котов. Парнасные звуки. На залитой еще тусклыми ночными прожекторами дороге вставали гигантские тени. Я пуком свалился вниз и ушиб колено. Лидия оставалась на ветке. На четвереньках до куста, еще раз до куста, и еще. Цвета белесого жука из-под камня ванна в саду, теперь газу, - выезжаем на длинную прямую.
  
  Мельчайшие споры свисают со стенок неровными кольцами вместе с оставшейся после недавней сиесты полуденной грязью. О, Рыцарь Ордена. О, миссионер странствующего по Африке Веселого Тавра! Я подшучу над тобой. Друг, я тебя прославлю. Рор, правда, как должно быть утомительно становиться мебелью в коридорах времени. Особенно этим летом.
  
  -И что теперь?
  -Теперь твой мужчина будет ото...
  
  Громогласные громыхания пердежа человеческого земноводного отбросили мою набиравшую ход эпику в крайний правый.
  
  -...кстати, ты никогда не задумывалась об эвтаназии?
  -Задумывалась. Так что там с моим мужчиной?
  -Как думаешь, как скоро им удастся подобрать нового шестого? Это ведь должен быть уроженец с высшим гуманитарным образованием не ниже магистра, мужчина, с европейским гражданством или хотя бы статусом европейского Присоединенного, правильно? И кажется еще какой-то имущественный ценз.
  -Какая разница.
  
  Окунь таращился на меня своим бессмысленным жабьим глазом, утопающим в густых ресницах. Лидия слегка рассеяно подошла к импровизированному вольеру и почесала его шею. Пульсация. Затмение. Шорох морей, где каждая капля - хвойная игла; они волнами наползают на берег, усеянный древними лишайниками. И тут мне захотелось бежать.
  
  - Слушай. Я хочу бежать.
  - Но почему?
  
  Я как мог старался ей объяснить эту очевидность несколько часов подряд, потом выбился из сил, перевернулся на живот рожей в подушку и уснул. Кажется ничего особенно, и все же - большая ошибка. В семь я вышел отлить во двор, тупой лай дворовой шавки, план очередного Творения в голове начал вызревать перебродившим сидром после пятого или шестого почесывания.
  
  ***
  
  Моя карьера началась с того, что в местном киноклубе, покинутом даже мышами, червями и прочими шуршащими тварями, обнаружились короткометражки человека, которые мне действительно понравились. Я хочу сказать, что обычно приятные киноленты прихорашиваются для тебя историей, подобие которой случалось с тобой раньше или могло случится. Мнимые воспоминания такие же, как и все остальные, только ярче. Один безумный французский поэт начала прошлого века никак не мог стать режиссёром именно по этой причине - он хотел рассказывать истории любви между Бразильской рекой и Андским Вулканом, а из всех его идей любимые друзья смогли сделать только историю про женщину, психологию, долг и человеческие страхи. Это не совсем то, о чем могли бы говорить Река и Вулкан, не правда ли? Не очень вдохновляет. В этих моих (теперь навсегда моих!) короткометражках так и бурлила оранжево-чёрная лава.
  
  Даже самые бедные золотом брошенные коренные прииски означают для старателя странную дрожь наслаждения, - драгоценное месторождение. Место рождения. Долгожданная табличка "тупик" на широкой дороге всеобщности всех вещей. Я отобрал лучшие из найденных фильмов, отрезал все лишнее, придумал правильные титлы и отправился в путь по местам обитания малоизвестных производителей аналоговой видеопродукции. Совсем неважно, кто становился покупателем, в каком-таком дерьме они собирались их использовать, силовые потоки мира конспиративны, они не для зрителей, бурлящие потоки хороши сами по себе. Довольно скоро я смог найти камеру и парня, способного её держать, способного как и я врубаться в силовую заряженность кадра, а главное - ведь теперь они были только для меня; мои, мои. Особенно одна из них. I'm madness. Пять минут. Мужчина сидит за столиком летнего кафе. Один. На нем ничего из себя не представляющий однотонный клетчатый костюм и солнцезащитные очки. Еще довольно рано. Кажется, он что-то отхлебывает из своей кофейной чашки. И тут как шаровая молния появляется камера. По-настоящему все начиналось только отсюда. Позже смерч вошел полностью, письмена зажглись на клинке, я вынул руку из кармана. Мне с Головиным удалось научиться продолжать их в том же духе самостоятельно. Добро пожаловать.
  
  Yamaha YBR 125 - четырехтактный китайский нейкед, крутящий момент 7.3 фут-фунтов. Даже до революции ёбырь не разгонялся быстрее семидесяти пяти миль в час, я заранее не ожидал от пролетарского старичка слишком многого, но, в общем, он справлялся неплохо. Весь материал был отснят за один день. Никакого двухуровнего седла, само собой, приходилось постоянно приобнимать Окуня за плечи. Говоря по правде, этот тактильный опыт принес не слишком много приятных воспоминаний.
  
  -Ты закончишь его до отъезда?
  -Знаешь, у меня как раз закончились стимуляторы, а я не прощу себе того, что в следующий раз, когда удастся раздобыть чистый продукт будет нечего монтировать. Какой вообще тогда смысл в этой дряни?
  -Не закончились, я припрятала немного из твоей сумки.
  -Планы меняются.
  
  "Thunderrrroad!" Дорррога грррома. Для своего времени графика абсолютно революционная, а управление, управление! Можно - разъезжать по трассе, а можно по земле, можно подпрыгивать, можно гонять по склонам, пинать кактусы, размахивать байкерской цепью, можно давать сигнал, разворачиваться в воздухе, давить полевых мышей и дергающихся квадратиками змей. Весь смысл в том, чтобы забить остальных наездников, пока не пробьет гонг или пока не закончится топливо, набрав как можно больше очков за пролившуюся кровь и собственную виртуозность. Еще мультиплеер, турнир, мировой чемпионат. Отличная забава. Но только в режиме практики ты оставался один.
  
  Мы вдоволь нагонялись по горкам местной свалки, сшибая банки и прыгая через покрышки, объезжая упругими дугами ржавеющие остовы мертвых машинных пресмыкающихся, даже незаметно (я надеюсь!) выбрались за контрольный пункт и немного погоняли по магистральному шоссе. Шесть часов непрерывной езды, гремят в моей голове электронные молнии. Трескотня. Жуки. Лыбящиеся своей вонючей желтизной, очи запрятавшие за коричневыми стеклышками вшивые военные. Солнце усталым брассом тащится в равнинную пыль, уж слишком явно стараясь зарыться сегодня глубже обычного, пора заканчивать.
  
  Здесь не было никакого гонга, никаких других байкеров, ничего, кроме тебя, байка и пустыни. Набирай очки, отбивай коленца перед равнодушными свинцовыми небесами вечности, пока не заглохнешь. Совершенная поездка. Мне всегда удавалось набрать не меньше двух тысяч, прежде чем разбиться о скалы, в practice mode результаты, правда, все равно никуда не отсылались. В мире, где есть только ты, твое мастерство и пустыня, проделать все возможное и вдруг очутиться с пустым бензобаком просто глупо. Разве вы не согласны? ¿Que me importa?
  
  Пришлось заглушить мотор, снять все веревки, побрызгать из шприца на его волдыриное лицо, вздувшиеся жабры, покрытые гнилыми блюдцами прыщей предплечья и плечи. Прощания всегда такие утомительные, но тут уж ничего не поделаешь. В сотне метров справа от нас маячили бетонные блоки теперь перекрытого съезда кольцевой автодороги, - иногда в ней ничерта не слышно, а иногда - Алые Паруса, звуки спокойного прибоя. Это как повезет.
  
  ХЛОП, ШМЯК, БА-БАХ! Короче, хватит тянуть резину, - это и вправду случилось и теперь никуда не деться - главный пострадавший по делу об использовании недопустимых материалов, нарушении правил техники безопасности, халатности и общей недобросовестности действий NCHP пошел ко дну. То есть полетел в Небеса. Я имею в виду он сгорел как мелкий сурок во время лесного пожара, подхватываемого залетевшим на огонёк веселым ураганом. Да что такое, в самом деле. Уловили?!
  
  -Теперь беги!
  
  Фигурки помчались в разные стороны, к блок-посту несся взволнованный олененок, Шуша-Кутуша загребал к кипящей в богадельне fiesta de festiva. До городского комендантского часа оставалось совсем ничего, только этого еще не хватало.
  
  ***
  
  Мы высказались, а потом -
  
  - Подсудимый Рор Щек, встаньте.
  
  Все уставились на пустую деревянную скамеечку как охуевшие от ленивого охотничьего выстрела полусонные глухари.
  
  Сегодня. 12 июня 2024 года Р.Х, судилища неуклюжее здание, прокурорские потеют, а мой глаз, преисполненный ощущением на всех парах приближающегося завершения утомительного эпизода загорается как звезда. Нужно сказать вот еще что, - если кто-то из вас по-прежнему держит у себя дома заблуждение, что законы права были созданы для того, чтобы утвердить в обществе верховенство независимого правосудия, поддерживать идеи справедливости и гуманизма, а не обеспечивать в первую очередь развитие экономики, - то вот что я вам скажу. Я скажу, будь я проклят! Пора отпустить старого зверя на волю.
  
  Среди присяжных не было ни одного знакомого лица, а я так рассчитывал встретить кого-нибудь вроде одноклассника. Эти маячащие в голове лики прошлого, их кажется так здорово п о т о л к а т ь, опоить, завязать глаза, доработать чудовище в путь словно дьявольский Пигмалион. Эти древние, покинутые, шатающиеся где-то кости жгут мое сердце.
  
  -Да вы тут все виновны!
  
  Бухой старик в хайтековских очках, которого я точно не видел на репетиции у генерал-губернатора в пятницу, подскакивает на своем дворцовом стуле, поводит рукой в воздухе как поп-певичка на своем первом гала-концерте, застывающая взглядом на верхотушечных випах, выпячивает жиреющие губки, сгущает брови. Пристав ласково и ловко нежил его красноватую шею, пока все не успокоились. Приятель мой, Джекки, смотри, кем они тебя выставляют. Как бы тебе это понравилось, а, засранец? Как ты там сейчас, дружище?
  
  Писарь прокурора забубнил как ужасная, набирающая ход третьеклассная электричка.
  
  -Именем вольного образования Золотой Орел и Великой России Поместный суд по Советскому району, рассмотрев материалы уголовного дела ?15-КД/01-07-2024, установил...
  
  Рора подсунули орлятам потому, что подсунуть его было легче легкого. Месяцами с городских видеоплакатов суровый мужик в белом халате морочил населению голову бестолковыми речевками, альпийскими курортами, красотками, карибским морем. Воистину, за исключением короля Каталонии, на Востоке не было парня популярнее. Кого волнует, что по истечении текущего сезона поставок верный Рор, верно, вернется в Саланс Партнершип, которым принадлежал целиком и полностью, от начищенных ботфорт до квадратов стальной оправы? Меня - нет, а вас? А вы? Тоже? ¿Como? ¡Si! Поджарим старого пидора.
  
  -...тем самым нарушив требования положений параграфа 65.1 регламента о техническом регулировании Ганзейской республики, статьи 1 подпункта 12.6 закона России "Об основах торговой деятельности некоторыми видами товаров", статьи 455 Делового кодекса Залесской конфедерации, раздела 19 Устава города Орел, Распоряжения генерал-губернатора образования в части начинающейся со слов "О надлежащем поведении..." и заканчивающейся "...Да будет так", опорочив и запятнав высокий статус Присоединенного наших земель, нанес прямой умышленный вред добронравным жителям Золотого Орла и смежных районов...
  
  Я не мог подарить Лидии ничего, кроме своих фильмов, которые явно трогали ее куда меньше, чем меня самого. Зато я мог закончить затянувшиеся пике Окуня, поймать и заколотить в чугунный подвал этих цыплят, все, все-все-все унылые, остопиздевшие лейтмотивы ее истории. И проделать это стильно и с точностью! Сейчас ты услышишь, радость. Сейчас ты услышишь.
  
  -Приговорить обвиняемого к трем десяткам народных плетей с обязательным покаянием и полной компенсацией ущерба пострадавшим, если требования об искомом были заявлены.
  
  -¿Como?
  
  -Во исполнение назначенных обязательств и неотвратимости осуществления вынесенного приговора до момента ареста приговоренного с сегодняшнего дня арестовать имущество приговоренного, или любых лиц тем или иным образом с ним аффилированных, включая, но не ограничиваясь родственниками, друзьями, иждивенцами, бенефициарами, пайщиками, компаньонами, заёмщиками, и прочая прочая прочая, в том числе работодателя приговоренного, на тридцать миллионов песет. Приговор может быть обжалован путем подачи прошения о помиловании в установленном порядке в тридцатидневный срок. Дело закрыто.
  
  ***
  
  Потеющий небритой сединой городовой заносил чемоданы господина мультименеджера в прицепной coche-cama Северного Экспресса. Мы наблюдали за его неторопливым отплывом, потом событие состоялось и на вокзале совершенно нечего делать, можно было гулять опять.
  
  -И что же это в таком случае было?
  -Самоубийство.
  -Самоубийство?!
  -Ты оглох?
  -Это же были военные, правильно? Это же лейтенант Национальной гвардии, а не какой-нибудь местный полицай. Матерь Божья. Что по поводу бактериальных проб? Не нужно быть великим криминалистом, достаточно просто одеть электроочки и посмотреть на лицо, оно же все светилось.
  -Труп был слишком обожжен, чтобы брать какие-то пробы.
  -Обожжен? Да там топлива оставалось на самом донышке!
  -Так мне сказали.
  -Ну а ш а р ф и к? Как насчет шарфика, а?
  -У половины города эти гербовые шарфики.
  -Да, но у этого-то шрифт был с золотым тиснением. Их что, это не смутило?
  -Возьмем домой французского мороженого, ладно? В нем совсем нет жира.
  
  Добровольнонаемные коричневые хмуролобые жерди косяками выплескивались на площадь, явно с какими-то смутными намерениями окружая место моих приятных ежедневных обеден. Среди размножающихся буквально на глазах цепочек по стальным листьям одного из сараев замелькали-забарабанили колченогие бородатые мужички, желающие спасать. Хохочущие цветные туши вываливались из разломанных в щепи дверей, ловя растопыренными пальцами своих невидимых солнечных зайчиков, совсем не интересуясь боевым настроением гостей цонских скитов. Кто-то заиграл на гитарке, отбивая на грифе разухабистый ролл-джем. Еще нестройное пение? Не помню. Рождающаяся на глазах нация не слишком долго мирилась с этаким фиглярством, довольно быстро то там, то этам начали раздаваться крики. Праздник речной дичи. La gacha rusa.
  
  Один из дружинных аистов в картузе долго пялился в нашу сторону, пока мы осторожно продирались через змеиные ленты человеческие топтунов. Кто сказал, что от таких задумчивых взглядов лучше бы поскорее прийти в замешательство? ¡Palabra de hueves!, похоже на правду. Будь он женщиной стоило бы подумать, что парень явно хочет стать мной, или просто хочет, но увы. В богадельню можно было не возвращаться.
  
  ***
  
  -Надо признать, "Мотор" получился полным дерьмом. Выскакивающая из центрального плана камера, повторяющиеся ракурсы. Да там даже колесо не в фокусе после третьей минуты!
  -Какой восторг, какой восторг. Можешь попробовать загнать его каким-нибудь придуркам, фарцующим чёрным мондо.
  -Наверное. Знаешь, я скучаю по Джеку.
  -Ты же сам Джек.
  -По своему оператору, мать его.
  -Ты же сам Джек, любимый. Хочешь, я расскажу тебе историю?
  -Еще как.
  -Давным-давно, среди смурных Средних веков, в одной бедной деревушке жил-был Джек-Бобовый Стебель, его матушка, и их корова, Белое Молочко.
  -Я з н а ю эту историю. Во-первых, она называется Джек и Бобовое зернышко, во-вторых меня зовут не Сте...
  -Заткнись теперь! С деньгами у них было туговато, и решили они как-то раз, что должен завтра Джек идти на базар и продавать Белое Молочко, ведь в доме не было даже ни единой горсти муки, чтобы матушка могла испечь Джеку булочек на завтрак.
  -Булочек! О-оо.
  -Идет Джек на базар, пинает камни, крутит корове хвост. Путь неблизкий, поэтому в полдень решил Джек передохнуть, посидеть в тени придорожного дерева. И тут видит, навстречу ему несется хитрый человечек, с котомкой за...
  
  Я тщетно старался просто пережить это.
  
  -Что такое? - изумился Джек.- Пять бобов за целую корову?
  -Слушай, хватит. Я с е р ь е з н о.
  -Не нравится?
  -...да нет. Пожалуй нравится.
  -Ладно, я продолжаю. Просыпается Джек на другое утро в своей комнате, а в комнате стоит полумрак...
  
  Довольно скоро она закончила. Ночка за тентом сияла камнями антрацитовых отлетов.
  
  -Вот что меня в тебе по-настоящему тронуло. А это вместо арфы.
  -Мои фильмы лучше каких-то дурацких бобов.
  -Идиот.
  
  Гармошку я засунул подальше. Никогда не выносил этой сельскохозяйственной нудятины.
  
  -Знаешь, во всех этих историях, мне всегда было любопытно, о чем потом думает проснувшийся великан, обнаруживающий что постель пуста, исчезла принцесса. Так и подмывает вернуться и подглядеть.
  -Мне кажется, кому-то срочно нужно научиться слушать. Просто, черт побери, слушать.
  -Таких историй просто уйма. Великаны возгораются от ужаса, ненависти, мести, от всего сразу, и даже не почистив зубы решаются в погоню. Все они бегут вслед за своими любимыми принцессами, крича: ¡por todos los santos! ¡no haces eso! ¡por todos los santos!, а те спешат домой, бросаясь им напоследок якобы волшебными предметами, затрудняя и без того от топота огромных ножищ безумную дорогу. Пока все великаны не остаются далеко позади.
  -Кому охота, когда от тебя уходит принцесса.
  -Суть не в том, что уходит. Просто на следущий день, или еще когда, на последнем горном перевале перед возвращением в королевство, она сама превратится в уродливого великана. А потом все повторяется. Замок зарастает в лохматое гнездо, а бывший герой испаряется или, кто знает, превращается в новую принцессу. Откуда ты думала в мире так много подобных историй?
  -А где тогда все оставшиеся позади великаны?
  -Наверное, в каком-то специальном месте. Вместе со сбежавшими из старых национальных парков бакланами и пеликанами.
  -Я спать.
  
   В Курск-Камской республике мы поженились. В Центральной Индии Лидия подсела на сташ, а я начал играть на ударных. В одну из следующих ночей впервые за девятнадцать лет жизни мне удалось зайти в ночной ска-бар и как следует потанцевать с местной толпой, и позже, всё это понемногу перестало иметь какое-либо значение.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"