Корж Антон Александрович: другие произведения.

Мятеж. Хроники развала

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Полусумасшедший полковник громит свой родной город, слепо исполняя приказ, и мстя за прошлые обиды, а офицер-мотострелок сухо заносит в дневник все, что происходит с его людьми в этом окончательно поехавшем мире; шагает домой капитан-лейтенант уже несуществующего флота, а компьютерный сыч-задрот умудряется выжить там, где гибнут многие подготовленные люди; а где-то в Шотландии капитан и капрал охраняют блокпост, который уже никому давно не нужен. Армагеддон на пороге. И начался он совсем не так, как мы предполагали.

  МЕСТЬ
  
  Город горел.
  И над городом горел закат.
  Где-то еще слышалась стрельба, то затихающая, то нарастающая. Остатки разгромленных повстанцев пытались сопротивляться, внутренне уже осознавая - ничего не получится, это поражение. Три часа назад после долгих и изнуряющих боев на окраинах, специальные войска наконец-то вошли в город, огнем и сталью безжалостно давя любое сопротивление. Кто из мятежников был поумнее - давно уже бросил оружие, и попытался "смешаться с толпой". Самые глупые попытались сдаться. До конца, как обычно и бывает в таких случаях, отстреливались лишь идеалисты и идиоты.
  Хотя разница между этими двумя типами людей до смешного мала.
  Где-то в сгущающихся над городом вечерних сумерках, щедро разбавленных огнем пылающих зданий, рокотали вертолеты. "Крокодилы" и "Аллигаторы" приданных спецвойскам вертолетных частей, получив запрос от наступающих подразделений, снижались, и залпами ракет выметали врагов с на скорую руку сделанных баррикад, вышибали из зданий, лупили по окнам, в которых скрывались снайперы и расчеты ПТРК. Выполнив задачу, вертолетчики снова поднимались вверх, и кружили над домами, словно стая стервятников над агонизирующим телом.
  Правда, бывало, что в ответ на огонь вертолета с земли протягивался дымный след ракеты ПЗРК, и тогда экипаж "вертушки" начинал отчаянную пляску со смертью в воздухе. Чаще всего им удавалось стряхнуть ракету "с хвоста", отманить противоракетными ловушками, или на крайний случай, увернуться каким-нибудь особо хитрым маневром. Тогда злые от осознания прошедшей на волоске гибели вертолетчики, не жалея боеприпаса, еще яростнее заливали огнем то место, откуда был произведен пуск.
  А иногда им не везло, ракета била в вертолет, и тот, вращаясь вокруг своей оси, падал вниз, на улицу, либо на какое-то здание, и по радио солдаты слышали предсмертные крики ужаса и отборный мат.
  Полковник выбрался из люка своего командирского Т-80У посреди какой-то смутно знакомой улочки.
  Да, это когда-то был его родной город.
  А теперь он сюда вернулся. Вернулся карать, жечь, убивать.
  На этой улочке до Мятежа были неплохие кафе. Небольшие, уютные, с приемлемыми ценами и приятным ненавязчивым обслуживанием. В паре из них он даже сиживал когда-то давно, в те времена, когда все еще было хорошо. А сейчас, загроможденная горелым металлом, с зияющими на месте стен и окон дырами, в пожарах, эта улочка была почти неузнаваема.
  - Товарищ полковник, капитан Воронов, Третий полк! - отрапортовал подбежавший офицер. - Согласно приказу штаба продолжаем продвижение, конечный пункт - площадь Свободной Страны!
  - Вольно, капитан. Доложите темп продвижения, потери, расход боеприпасов. - бесстрастно ответил полковник.
  - Продвижение: добрались до этой улочки, обозначенной, как...
  - Улица Четырнадцатого Февраля. Знаю. Продолжай. - заметил полковник.
  - Слушаюсь... Подавили сопротивление небольшого плоховооруженного отряда противника. Их потери составляют не менее тридцати убитых, нами взяты пленные. У нас четверо убитых и двое тяжело раненных, еще три солдата остаются в строю, несмотря на ранения. Расход боеприпасов немного выше нормы, но связь со снабженцами установлена, обещались подвезти все вертолетами.
  - Хорошо. Продолжайте выполнение поставленной задачи, капитан. - полковник развернулся, и пошел было к танку, но был остановлен криком: - Товарищ полковник!
  - Я слушаю. - полковник полуобернулся, краем глаза холодно глядя на Воронова.
  - Что... делать с пленными, товарищ полковник? - капитан чуть запнулся, вопросительно глядя на начальство.
  - Вы знаете инструкции. - полковник едва дернул головой.
  - Но там раненые, там женщины и несколько подростков. - капитан упорно не желал понимать того, что ему сказали.
  - Капитан Воронов. - полковник не повышал голоса, но от его слов мороз продирал кожу. - У вас есть инструкции. Нет раненых. Нет женщин. И нет детей. Есть мятежники. Враги. Вот такие же, как они, устроили бардак в стране. Они стреляли и стреляют в наших солдат. Убивают ваших же, капитан, сослуживцев. Глумятся над пленными. Не щадите и вы их. Вам все ясно?
  - Но... Ведь... Так точно, товарищ полковник. - капитан, казалось, до скрипа сжал зубы, и развернулся, чеканным шагом направляясь к своим людям. Его руки в кожаных перчатках сжались в кулаки, но через несколько минут в спину забирающемуся в танк полковнику ударило:
  - Кожемякин! Рубин! Пленных к стенке!..
  Устроившись внутри танка, полковник включил радиостанцию:
  - Сокол Один - Фламбергу. Сокол Один - Фламбергу.
  - Принято. - отозвалась рация. - Слушаю, канал зашифрован, говори без этой мути.
  - Воробьев, где ОКБ Жилина?
  - Продвигаются по центральному проспекту, докладывают, что почти вышли к главной площади. И при этом творят черт знает что. Жилинские головорезы ставят к стенке всех, кого обнаружат, это нормально? Не щадят ни стариков, ни женщин, ни детей! Там скоро кровь будет струиться по улицам, это ж, блядь, форменная кровавая баня!
  - Жилин неукоснительно исполняет приказ о подавлении любого сопротивления. Да и старые привычки начальника расстрельной команды дают себя знать.
  - Так отмени этот сраный приказ!
  - Не могу. Тем более, приказ не мой. - полковник хмыкнул. - И потом, ты сам одобрил введение в бой отдельного карательного батальона на самом важном участке, вместе с их огнеметами, ТОСами, и прочим снаряжением.
  - Да, они достигли невиданных темпов продвижения, но они жгут и рушат ВСЕ на своем пути, убивают всех, это просто какие-то отморозки! - собеседник полковника, казалось, был в ярости.
  - Что в этом плохого? - полковник пожал плечами. - Нам нужно привести к покорности этот город, таков приказ.
  - Какой к черту приказ?! Андров, еб твою мать! Прекрати ссылаться на какие-то ебучие приказы! Со Столицей нет связи с позавчерашнего дня, по всей стране происходит хуй знает что, а мы тут с боями берем этот и так порядком исстрадавшийся город! Андров, у нас и так мало людей, мало техники, боеприпасов, мало всего! И к тому же, это же твой город! Ты же тут жил, тут жили твои родные, друзья и знакомые! Ты же, еб твою мать, человек! Отмени своей властью этот ебаный приказ! Иначе мы получим руины с кучей трупов! Отмени ебаный приказ, прошу тебя, как человека, иначе мы никогда не отмоемся от этой кровавой бани!
  - Воробьев, отставить истерику! - полковник опять не повысил голос. Склонившись к радиостанции, он негромко заговорил, вбивая каждое слово, как кинжал в тело врага: - У меня ЕСТЬ приказ. И у меня НЕТ тут друзей. И родных. И знакомых. Есть только мятежники. Им предлагали сдаться. Они отказались. Они оказали сопротивление. Они кричали о какой-то свободе. Они сами выбрали свой путь. Я выбрал свой. Я исполню то, что должен. К ночи мы окончательно займем город. К утру мы подавим любое сопротивление. Если понадобится, я уничтожу здесь каждый дом. И прикончу каждого живущего в этом городе. Если это поможет мне достигнуть цели.
  - Ты просто больной конченый ублюдок. - донеслось из радиостанции после минутного молчания. - Я отказываюсь участвовать в этом фарсе. Ты будешь гореть в Аду.
  - Я уже там. А по поводу твоего неучастия - сдай Березенцеву полномочия начальника штаба и катись, куда хочешь. - спокойно произнес полковник. - Отбой.
  - Отбой.
  Полковник подумал, и быстро что-то перещелкнул на тумблерах радиостанции.
  - Бородин - Андрову.
  - Да, товарищ полковник.
  - Где Воробьев?
  - Только что выскочил из палатки, страшно ругаясь, по слухам, сдал пост начштаба подполковнику Березенцеву. Будут какие-то приказания?
  - Форма шестьдесят шесть. - рубанул полковник.
  - Есть. - Бородин сразу понял суть.
  - Выполнять.
  - Есть.
  Откинувшись на сиденье, полковник крикнул:
  - Олег, заводи нашу кочергу, едем к танкистам Маркова! - и прикрыв глаза, усмехнулся недоброй, мстительной ухмылкой. Его последние слова были заглушены ревом танкового двигателя.
  - Я не злопамятный, и не мстительный. Просто у меня хорошая память... и я всегда раздаю долги.
  
  МЫ ЕДЕМ ДОМОЙ
  - Мы едем домой.
  С этими словами лейтенант Семенов бросил на землю автомат, сплюнул, и устало побрел к своему БТРу. Он не видел перед собой никого и ничего - ни растерянных солдат, ни своего командира, капитана Ларионова, не слышал, что Ларионов ему кричал в спину, чем угрожал... Все, что почувствовал смертельно уставший лейтенант - толчок в спину.
  Не было даже боли, просто в какой-то момент земля ринулась ему навстречу, и лейтенант нырнул во мрак.
  Капитан сунул в кобуру дымящийся пистолет, и прокаркал:
  - Такое будет с каждым из вас, что еще рискнет бросить оружие и съебать! Все поняли, сукины дети?!
  Строй отозвался на него слова глухим раздраженным гулом. Капитан досадливо сплюнул на землю. Можно подумать, ему хотелось сидеть здесь, и каждый день упорно пытаться взять гребаный городишко на подступах к Столице. Можно подумать, ему нравилось ежедневно посылать своих людей на смерть. Но им был получен приказ - 44-му мотострелковому прорываться на соединение с лояльными правительству подразделениями, совместно с ними деблокировать окруженную толпами мятежников Столицу, и как минимум, эвакуировать власть имущих.
  А затем связь прервалась, и 44-й полк остался в одиночестве. Хотя полком это назвать было сложно, личного состава оставалось едва на батальон, многие погибли в боях с мятежными войсками и просто группами взбунтовавшихся граждан, еще больше дезертировало, наплевав на присягу и приказы. Полковник Рахманинов, командовавший полком в начале боевых действий, сгорел в собственном бронетранспортере во время столкновения с остатками мятежной танковой бригады. Начальник штаба и многие офицеры дезертировали. К моменту подхода полка на указанные рубежи единственным старшим офицером в полку оставался Ларионов. Он бы тоже, наверное, уже сбежал бы, но его держало чувство долга. Полк под его командованием обязан был выполнить поставленную задачу.
  И не потому, что капитан был настолько твердолобым служакой.
  А потому, что судя по получаемой информации, с востока стремительным маршем возвращалась 1-я карательная дивизия специальных войск под руководством полковника Андрова. Печально известного полковника Андрова. Если тот собственных офицеров пачками ставил к стенке, то можно было понять, что он сделает с каким-то капитаном, не выполнившим приказ. Да и с остатками полка тоже.
  Примеры были - как-то раз, будучи еще на марше в сторону востока, 1-я дивизия столкнулась с бегущими с позиций солдатами из 47-го мотострелкового, бывшими соседями 44-го полка. Бардак в стране, позже прозванный Мятежом, тогда еще только начинался. По приказу Андрова остатки полка были подвергнуты децимации - казнен каждый десятый. Выжившие затем полегли при очередной схватке с мятежными толпами, потому что андровцы, возродив практику заградотрядов, выставили позади наступающих пулеметы. Большая часть военнослужащих 47-го полка погибла, от чужих и своих пуль, мало кому удалось бежать, или перейти на сторону повстанцев.
  Капитан серьезно опасался, что с его полком могут повторить то же самое. За себя он не переживал - а вот за своих солдат беспокоился. Потому и застрелил лейтенанта - тот мог увлечь своим примером солдат, а дезертирство из обычных линейных частей давно стало гигантской проблемой...
  Вечером, в палатке, капитан при свете керосинки сидел перед простой школьной тетрадью, и писал:
  "День шестнадцатый от начала Мятежа. Мы еще каким-то чудом держимся. Но проблемы нарастают снежным комом.
  Дезертирство и моральное разложение личного состава принимает ужасающие формы. Сегодня лейтенант Семенов бросил оружие и открыто призвал солдат ехать по домам. Лейтенанта пришлось расстрелять - а что мне еще оставалось делать? От полка осталось всего ничего, связи с соседними частями нет. Путь все еще преграждает этот гребанный городок, набитый повстанцами. Боеприпасы и медикаменты на исходе, подвоза нет, склады находятся за линией соприкосновения - там-то и пополнимся, и то при условии, что склады еще целы. В чем я сомневаюсь.
  Сегодня с радистом ловили передачи на мировых волнах. Везде то же самое. Во всем мире. Множество людей будто бы одновременно сошли с ума, по миру прокатилась волна погромов, бунтов, быстро переросших в открытые мятежи. Откуда-то всплыло море оружия. Все воюют против всех. Россия, США, Европа, Азия, Африка, даже сраная Австралия - все в огне. Люди хотят чего-то, каждый кричит за свое, но все дружно воюют с правительственными войсками - там, где они еще остались. Если их нет - азартно режут друг друга. Хрен поймешь, за какие и чьи цели и интересы. Массовое помешательство. Повсеместно льется кровь, брат идет на брата.
  И везде им отвечают. Если есть кому. На Ближнем Востоке войска применяют против восставших химическое оружие. В России и США повстанцы и правительственные силы обменялись ракетно-ядерными ударами, стерты с лица земли многие города. Европа из-за своей толерантности очень быстро пала, и только Бог ведает, что там творится. В Китае жуткая мясорубка. Южная и Северная Корея взаимоуничтожили друг друга. В Японии повстанцы взорвали почти все АЭС. У нас... у нас просто бойня. Я не знаю, есть ли еще правительство, потому что на наши запросы никто не отвечает. Мы просто сражаемся, потому что есть приказ - единственное, что еще дает смысл этой бессмысленной войне.
  Я не знаю, что будет завтра. Но мы сделаем все, что от нас зависит. И только потом мы поедем домой. Если у нас останется, куда и к кому ехать."
  Закончив писать, капитан положил голову на руки, и закрыл глаза. Ему требовалось хоть немного отдохнуть.
  Завтра будет тяжелый день.
  
  РАЗВАЛ
  Вооруженные Силы развалились как-то внезапно и мгновенно.
  Еще неделю назад со всех концов страны браво рапортовали о выдвижении войск, о подавлении беспорядков, о достижении указанных рубежей и выполнении задач. Реже - о потерях, неудачах, проблемах. А потом как отрезало.
  Сначала оказалось, что выдвигать уже некого, да и как бы некуда.
  Потом резко перестали отзываться штабы чуть ли не всех уровней.
  А потом разразился локальный Апокалипсис, когда часть ракетчиков вдруг присоединилась к восставшим, и направила ракеты на города, подконтрольные правительству. Оставшиеся лояльными ракетчики, в свою очередь, треснули остатками арсеналов по городам, захваченным мятежниками, и вот тут-то все развалилось окончательно.
  Правительства нет, командования нет, руководства никакого нет, приказов нет.
  Ничего, короче, нет.
  Радовало - если в подобной ситуации вообще что-то могло радовать - что у вероятного противника происходило все то же самое, чуть ли не под копирку. Бравые рапорты, успешные боевые действия, а потом - бац, и полный пиздец. Взаимный обмен атомными подарками, большая часть страны в руинах, как еще только пресловутая ядерная зима не наступила?
  Капитан-лейтенант Николаев, впрочем, всегда считал ядерную зиму просто страшной сказкой, придуманной учеными для того, чтобы не началась всеобщая ядерная перестрелка.
  Как оказалось, она все равно началась, только не так и не с теми.
  Впрочем, и на это каплею было глубоко плевать.
  С тех пор, как база ВМФ, на которой он служил, перестала существовать - каплей, оставшийся единственным офицером, так как остальные "погононосцы" либо погибли, либо сбежали, приказал оставшимся военнослужащим уходить - он шел, судя по всему, в никуда, хоть и была у него цель. А ушел он по собственной воле. Потому что ловить на этой базе было бы уже нечего - окромя повстанцев, которые безжалостно расправлялись с любым, носяцим знаки различия Вооруженных Сил. Армия, ВВС, ВМФ - разницы не делали ни для кого.
  Вот и прихватил капитан-лейтенант со склада АКС-74, патронов, сухпаев и лекарств, да и потопал, куда глаза глядят. Ну а что еще делать-то было?..
  Как-то неожиданно все это началось. Сначала демонстрации в Белокаменной да Болотистой, быстро перешедшие в откровенные бунты. Во второй, говорят, даже мосты с толпами бунтующих взорвали. Потом веселье покатилось по всей стране, стремительно набирая обороты. Силы МВД перестали справляться с ситуацией, пришлось вводить в дело армейцев. Кое-какие регионы Мятеж захлестнул вообще целиком - доклады оттуда перестали поступать раньше прочих, по слухам, там и до ковровых бомбардировок дошло. В остальных до "салюта из ядерных орудий" еще кое-как держались. Но произошедший пиздец мигом добил все, что еще было не добито.
  Родной город каплея попал в перечень "мятежных" городов, и был раскатан в щебенку разъяренными лояльными военнослужащими РВСН. Николаев надеялся, что уцелели родители, жившие в той же области в небольшой деревеньке, и напрочь отказавшиеся в свое время переезжать в город. Старики как в воду глядели, ей-Богу.
  И теперь капитан-лейтенант топал в том направлении, хотя по итогу - все равно куда глаза глядят.
  Какой на хрен ДжиПиЭс, какой на хер ГЛОНАСС - спутники давно накрылись, как накрылись и те, кто умел ими управлять. Уже черт его ведает, что там творилось на орбите, но после того, как МКС-3 рухнула прямо на Париж, стало ясно, что там все не лучше, чем внизу. По всей видимости спутниковые компьютеры, наблюдая за творящимся на планете анальным карнавалом, решили, что все-таки началась всеобщая война, и начали активно гробить друг друга - друг Николаева, служивший в части, обеспечивавшей контроль спутниковой группировки, как-то раз проболтался по пьяни, что вероятные противники оснащают свои спутники лазерами. А наши, недолго думая - пачками алюминиевых штырей, которые отстреливаются после получения команды и просто прошивают все на своем пути. Этакие себе грабли. Дешево и сердито. Хрен там, конечно, знает, кто кого и как сбивал, потому как никого и не спросишь - друг-то сгорел вместе с центром управления спутниками, когда на них ракета шлепнулась. А у "вероятных", наверняка, то же самое произошло. Короче, ни тех ни других спутников теперь не дозовешься.
  С флотом еще веселее вышло. Особенно когда на кое-каких кораблях команда взбунтовалась. Надо же, единственный авианосец, и тот чуть было жертвой Мятежа не пал. Но его все равно затопить пришлось - когда по нему несколько мятежных дизельных подлодок отстрелялось. Северную базу потом, говорят, вообще свои же накрыли - там атомные ракетные подводные "стратеги" стояли, пришлось самим "сливать" их, пока мятежники не добрались. Обидно, конечно, но лучше уж так, чем полновесный залп ядерных ракет в морду получить. Хватило и наземного базирования, дали так, что аж щепки полетели.
  И никто, блядь, даже не знает, отчего и почему все началось.
  Докурив, каплей встал, поправил одежду, проверил снаряжение, и зашагал вперед. Ему предстоял еще очень долгий путь по выжженной кровавой бойней стране.
  Пожелаем же ему удачи - пусть хоть кто-то найдет свой дом целым и невредимым.
  
  СЫЧ
  Самое смешное, что Мятеж по большей части прошел мимо меня.
  Ну, блин...
  Да, и это проебать умудрился, карма такая.
  Ну да суть не в этом. Просто так уж вышло, что я лет десять из дома почти не выходил. Это, по ходу, про меня Нойз с покойной Сашей Соколовой спели.
  Где, интересно, теперь тот Нойз...
  Ладно, я не об этом.
  Вот он я, такой вот себе сыч-домосед, как мне подобных в интернетиках называют... простите, называли до этого всеобщего пиздеца. Сидел себе дома. Вообще на улицу не совался. Бабами и тусовками не интересовался от слова "совсем". Работал из дома, некую деньгу зашибал, получал ее на карту и счета во всяких киви да вебмани, потом с них же оплачивал заказ всякой еды и прочей байды, забирал под дверью, тем и жил. Принципиально не смотрел ящик и радио - да и кому, блять, это тиви и бубнежка нужны в век тырнетов?!
  Короче, мать его, когда все началось, я себе отсыпную как раз устроил. Несколько дней тупо почти не спал, заказик один клепал. Как доклепал - сдал, получил расчет, и завалился спать. А проснулся уже в пиздеце.
  Понял, что что-то не то, когда не смог включить компьютер. У меня в железке весь смысл жизни был, потому-то я и запаниковал, шо йоб твою мать, как говорится. Оказалось, света нет. Сначала подумал - веерка, хотя их у нас уже тыщу лет не было, наверное. А потом решил сдуру открыть окно. Стекла-то мне на заказ ставили когда-то, вообще звука не пропускающие, ибо на хуй надо шум под окнами слушать. Окно-то открыл, и тут же услышал пальбу со всех сторон, крики, вопли.
  Блядь, сначала подумал, что зомби-апокалипсис начался. Уже мысленно попрощался с жизнью, куда уж мне, раку полному в вопросах выживания, уцелеть.
  Оказалось, что лучше б и вправду зомби-апокалипсис. Хотя, по мне - мало чем он отличался. Тоже толпы дебилов носятся по улицам, изо всех щелей прут, как тараканы, всякие гастеры да бомжи, все горит, все рушится, везде солдатня - полиция, по ходу дела, просто отсеклась от этого борделя - и эта солдатня палит из автоматов и пулеметов, да из сраных пушек по всему, что хоть чуток шевельнется. По тому, что не шевелится - тоже палит. Для гарантии.
  Вот тут-то я и понял, что надо валить из дому. А желательно - из города вообще. А то тут долго не просидишь - либо гости придут, не важно, одни или другие, либо вообще шальная пуля или ракета влетит в окошко, и привет тебе, Илюха, допрыгался. Вернее, досиделся.
  Сказано - сделано. Забил рюкзак всякой хуйней - это я потом-то понял, что забил его в большинстве своем бесполезной хренью, разве что жратва да фонарик с ножом были в тему, - телефон зачем-то взял с собой, хотя сетки тоже уже не было, и начал выбираться из дому.
  Ну, блять, доложу я вам... Как вышел на лестничную - блевал долго, и дальше, чем видел. Соседушки мои дорогие сцепились прямо там, да так друг друга и положили. Крови море, кишки, требуха вся, и все это явно не первый день лежит, ибо попахивает. Только отблевался, поднял голову, слышу - щелк. Звук-то по игрушкам знакомый, передергивание затвора.
  Все, думаю, пиздец. Приплыли. Все. Щас пристрелят.
  Смотрю - стоит солдатик, смотрит на меня так подозрительно, мол, че делать будешь, гражданин? Ну я аккуратно так руки вверх, и говорю тихонько:
  - Не стреляйте, пожалуйста...
  - Надо же, нормальный. - солдатик по ходу удивился, но автомат не опустил. - Я думал, вы тут уже все крышей поехали.
  - Я вообще ничего не знал. - говорю ему, на всякий случай руки держу на виду. Хуй его знает, военный явно уже такого навидался, что может тупо для гарантии мне башку прострелить. А я все же жить хочу. А не гнить тут рядом с этими...
  - Не знал? - солдат еще больше изумился. Ну, тут я ему и выложил - кто я, что я по жизни. Че делал и че дома сидел. И, короче, тут пехота свой ствол опускает, и говорит.
  - В компах шаришь, говоришь?
  - Ну. - подтверждаю.
  - Пошли. - говорит. - У нас тут в роте был прикрепленный какой-то пиздюк, компьютер обслуживал, новый, так тоже поехал - летеху нашего застрелил и сержанта чуть не угробил. Нам теперь компераст новый нужен. А ты раз не поехал головой сразу, так уже, наверное, и не поедешь. Так что пошли, дорогой. - и стволом так чуть шевельнул, мол, пошли, раз предлагаю.
  Вот так я к военным и прибился. Сержант наш мужик умный оказался - как только понял, что ни хрена у армии не получается, хер положил на приказы, и вывел нас из города на фиг. А через сутки накрыло нашу Белокаменную ядерным веером, и все войска, что не вышли, там и остались. А мы к тому времени уже черт-те где были. Жаль, сержанта потеряли - на выходе из города обстреляли нашу колонну, сожгли последний БМП, и сержанта вместе с ним.
  Вот так, короче, и живем теперь. Я такого навидался - мама дорогая... И пострелять пришлось. Да и расстреливать, чего уж тут скрывать. Саня, который меня нашел, теперь нашей ротой командует, ну тем, что от нее осталось. А я... ну, что я, комп накрылся от импульса, так я теперь типа ротного помощника у нас. И куда тот сычара подевался, задрот домашний - хер знает. Щас бы любой из былых альфачей от моего вида охуел бы и обосрался.
  Только, блять, где ж теперь те альфачи...
  Вот и осталось мне от прежней житухи только что рюкзак, нож, нерабочий телефон и погоняло - Сыч.
  Ну это еще нормально, Саню Кочергой зовут. Потому что он в самом начале пиздеца безоружный трех поехавших угробил кочергой. Где уж он взял ту кочергу - хер знает, только теперь этот инструмент у него в БТРе висит внутри, как талисман.
  Вот так и живем, хех.
  Грустно, через жопу - но живем. И выживем. Что б там ни было.
  Зря я, что ли, сваливал-то из Белокаменной?..
  
  БЛОКПОСТ
  - Джеймс! Рикман, еб твое ничего!
  Капитан Рикман лениво приоткрыл один глаз.
  - Какого хера тебе надо, Ричард мать твою Диккерсон?
  - Вставай! У нас гости!
  Капитан вскочил, как будто его пружиной подбросило. В здешних местах, да еще и при творящейся хрени, гости - явление нечастое. Интересно, кого это к ним занесло-то?
  Поднявшись на вершину блокпоста, перегородившего бывшее шоссе, капитан приложил к глазам бинокль.
  - Так... Две машины, обе гражданские, вооружения нет. - произнес он. - Едут сюда. Рич, иди вниз, готовь пулемет. Подъедут ближе - скажем, чтобы катились к ебаной матери. Нет - превратишь их телеги в дуршлаг.
  - Есть, сэр. - капрала Диккерсона как ветром сдуло. Помчался за своим любимым М240, не иначе.
  Ох и чертовщина творилась в старой доброй Англии, ох и чертовщина! Все как понеслось вскачь несколько недель назад, так и не прекращалось. Сначала полыхнул Лондон, потом неожиданно на другом конце острова - Глазго и Эдинбург... И тут такое началось, как рассказывал один хороший знакомый Рикмана из России, капитан Павлов, в анекдоте про некоего porutchika Rzhevskogo.
  Полиция, ясное дело, облажалась по полной программе. Ну, правительство немедленно ввело в бунтующие города армию. Вот только через несколько дней беспорядки охватили вообще ВСЕ мало-мальски крупные города, и армии вдруг стало не хватать. А еще через недельку контроль над ситуацией был окончательно потерян.
  Блокпост Рикмана перекрывал одну из важнейших дорог из собственно Англии в Шотландию, куда по слухам пыталось удрать правительство. Опять же, по одним слухам у них вышло. По другим слухам, конвой был накрыт эскадрильей "Торнадо" из взбунтовавшихся частей Королевских ВВС. Рикман не гадал, что да как, потому что их вообще попросту ЗАБЫЛИ. Радиосвязь давно не работала. Мобильная связь - тоже. Интернета тут тоже не было, причем изначально.
  Вот и торчал тут блокпост, как заноза в заднице, не давая никому ни проехать, ни пройти.
  - Стоять! Выйти из машин! - как только транспорт приблизился, рявкнул в мегафон капитан. - Подготовить документы к проверке!
  Автомобили резко затормозили, затем сдали назад и остановились.
  - А ты кто такой еще?! - раздался голос из головного автомобиля, в прошлом - минивена, теперь превращенного в нечто такое, по сравнению с чем машины из "Безумного Макса" были бы красивейшими произведениями автоиндустрии.
  - Армия Великобритании! Повторяю! Выйти из машин! Подготовить документы к проверке! - заорал капитан. - Немедленно! Считаю до пяти, затем разношу ваши колымаги к ебаной матери!
  - Стой, стой, не стреляй! Мы уходим, уходим! - одновременно с этим машины задним ходом начали удаляться от блокпоста. Отъехав на приличное расстояние, автомобили кое-как развернулись среди загромождавших дорогу остовов, и отправились в обратном направлении. Рикман провожал их подозрительным взглядом, пока транспорт окончательно не скрылся где-то вдалеке.
  - Ну что там? - Диккерсон поднялся наверх. - Свалили?
  - Ага. Опять сработало. - хмыкнул капитан. - Конечно, могут вернуться, так что ночью спим вполглаза.
  - Надо валить отсюда. - проворчал капрал. - А то когда-нибудь уловка не сработает, и покрошат нас к хренам вместе с твоим этим на хер никому не нужным блокпостом.
  Рикман пожал плечами, и не ответил.
  Да, весь секрет блокпоста был в том, что он был... почти пуст.
  Капитан Рикман да капрал Диккерсон - вот и весь его гарнизон... Нет, изначально конечно у капитана было порядка тридцати человек. Но часть из них погибла, когда мятежники попытались прорваться вглубь Шотландии. А утром почти все оставшиеся тихонечко дезертировали, куда - Рикман не интересовался. Остался только Диккерсон, которому идти было просто некуда - его родной городок на юге Уэльса был раскатан в пыль ковровой бомбардировкой.
  Впрочем, и Рикману было идти некуда - Лондон сейчас представлял из себя груду руин.
  Так и обитали эти двое на блокпосту, продолжая исполнять свои уже никому не нужные обязанности.
  Впрочем, это и было то единственное, что еще давало им хоть какой-то смысл жизни.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"