Костин Константин Александрович: другие произведения.

Пираты галактических окраин (не оконченное, заброшенное)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
  • Аннотация:
    Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

  ПИРАТЫ ГАЛАКТИЧЕСКИХ
  ОКРАИН
  
  КОСТИН Константин Александрович
  
  Все описанные события вымышленные. Любое совпадение персонажей с реально существующими людьми - не более чем результат глобального потепления.
  
  Мы очищали старый сад
  От вредных насекомых.
  В саду увидели отряд
  Мальчишек незнакомых.
  Они пришли не просто так -
  На грядках выпололи мак.
  А через час явился в сад
  Другой мальчишеский отряд.
  Отряд пришел не просто так -
  Ребята вытоптали мак.
  Мы удивились: как же так?
  А на осине два дрозда
  Нам объяснили:- Да, да, да!
  Разделение труда.
  Так у людей бывает:
  Один отряд сажает сад,
  Другой его ломает.
  
  А. Барто
  'Мы очищали старый сад'
  
  
  Глава 1
  
  Земля... крошечный шарик, вращающийся вокруг Солнца - и всего-то! Планета, каких в галактике много... ну, хорошо, пусть не много, пусть полтора десятка. Всего полтора десятка миров, пригодных для проживания на них человечества! Из миллионов! Это чудовищно мало. Но они есть! Я всегда, еще с дошкольного возраста знал, что она - не единственная планета во вселенной, что есть и другие, где живут, работают люди, влюбляются и умирают. Равно как и знал, что не просижу всю жизнь на Земле, как запечный таракан. Так оно и случилось - поступив на службу в Комиссариат, я, лично я, ответственен за смерть миллиардов разумных живых существ, населявших миры Андрадора и Лентиса-2 (сегодня - Андрия). И никогда, ни единой секунды, я не задумывался, и не подозревал, что буду так скучать по Земле, по Родине, по дому... наверно, потому, что я знал, что могу вернуться сюда в любой момент. Когда что-то есть - мало ценишь. Ведь лишь ощутив, что дорога домой закрыта, я понял, что для меня значил этот крошечный шарик, покоящийся в мерцающей звездами черноте космоса...
  И потому я смотрел на голубую планету, неподвижно висящую по центру обзорного экрана флагманского крейсера Андрадорской Имперской Гвардейской десантной дивизии 'Восход', таким завороженным взглядом, вцепившись побелевшими от напряжения пальцами в подлокотники кресла, борясь с грозящими выступить на глазах слезами.
  - Слышь, полковник, - тронул меня за плечо Винсент. - Прилетели.
  - Вижу, дружище, - сглотнул я. - Не слепой.
  Полковник... снова рейд-полковник. А ведь каких-то две недели назад я, как и мой дядя, был Императором. Конечно, не Солнечной Системы и Развитых Миров, а всего лишь трети Андрии - Империи Жаклинии. Что поделать? Так мы договорились с племянницей последнего президента Федерации: планета в честь меня, Империя - в ее честь. И правил своей страной, как мне кажется, вполне разумно, и, даже, где-то, справедливо. Но без лишнего либерализма. Тогда, две недели назад я лежал на шезлонге своей летней резиденции...
  Ярко светило солнце. Светило Андрии, если уж на то пошло, называется Лентис, но... солнце, и солнце - так привычнее. Я лежал на краю бассейна, и пытался вспомнить, куда же я задевал последние отчеты своего премьер-министра, которым, как это несложно догадаться, после моего воцарения, стал Марк Стоун. И не мог вспомнить. В последнее время у меня появилась поганая привычка - положить что-то подальше, чтобы взять поближе. Положить на самое видное, на самое невероятное для постороннего человека место, чтобы кому-то кроме меня пришлось попыхтеть, прежде чем найти это что-то. И эта привычка уже в который раз играла со мной злую шутку. Я и сам не мог найти то, что спрятал. Сегодня это были отчеты. Конечно, не Бог весть какой важности документы, к тому же всегда можно попросить Марка принести копию. Но найти их было делом принципа.
  В бассейне плескались три совершенно обнаженные девушки - Жаклин, Анжела и Сабрина. Мои жены. Да, многоженство в моей Империи совершенно законно. Потому что... терпеть не могу лицемерия. Или у человека есть жена и любовница, которые прекрасно знают друг о друге, есть не потому, что он такой злостный маньяк, или еще что-то, а потому, что он может себе позволить содержать не одну женщину. Потому что у него достаточно мозгов, чтобы не спиться, или тупо валяться на диване все вечера после работы. Так какого черта? Зачем делать вид, что это как-то противоестественно? Мужчина - вообще существо полигамное. И я мог себе позволить содержать всех трех. В конце концов, я Император, или где? Захотят - каждой по дворцу построю. И не потому что я 'под каблуком', или чтобы мозг не взрывали, последнее женщины особо любят. А потому что деньги даны мужчине, чтобы он мог красиво 'кинуть понты' перед девушкой, построить тот же дворец, и, небрежно махнув рукой, бросить 'дарю, детка'. Красиво кинуть понт - это целое искусство. Купцы, например, две тысячи лет назад, заматывали портянки со сторублевой купюрой, чтобы, раздеваясь, удивлять девочек. Чуть позже высшим классом считалось записать номер своего телефона (это такая штука типа голофона) на банкноте побольше, и вручить ее девушке - 'позвони мне, малышка'.
  А власть... власть - игрушка исключительно мужская. Только равными можно повелевать с удовольствием... черт! Вспомнил! Я даже лежа подскочил. Я вспомнил, куда задевал эти отчеты! Положил под трон в зале! Послав девочкам воздушный поцелуй, я направился в прохладу поместья.
  Замечательный, все же, у меня дворец! Я ступал по ковру с ворсом, заглушающим звук шагов, настолько длинным, что, казалось, он доходил до середины щиколотки. Если и соврал - то не намного. Солнечный свет, приникая под крышу, падал на пол ровными параллелограммами, словно разрезанный ножами мраморных колонн. Невысокие местные растения, с крупными, мясистыми листьями, темно-зелеными, в салатовую крапинку, насыщали воздух неповторимым ароматом. Красота! И какой идиот сказал, что счастье за деньги не купишь? У него денег, чтобы купить счастье, явно не хватило!
  Перед высокими, тяжелыми двустворчатыми дверями, ведущими в тронный зал, я задумчиво остановился. Забавно. Здесь должны стоять двое стражей из моей личной гвардии. Уйти, просто взять и уйти, только потому что им это в голову ударило, они не могли. Несмотря на вынужденную отставку, я оставался военным человеком, большую часть жизни прослужившим в Комиссариате, и здесь, в своей Империи, порядки я навел соответствующие. Охранники не могли уйти сами, пока их не сменит другой караул. Это Устав. С дезертирами у меня разговор короткий - голова на плаху, и рыб кормить. Это тоже Устав. Следовательно, их ушли. Я впервые за все время, что живу в летней резиденции, пожалел, что не ношу с собой оружия. Пусть и не бластер - для успокоения нервов хватило бы сабельки. Только вот нет ее.
  Украдкой оглянувшись, я решительно толкнул дверь, беззвучно открывшуюся на отлично смазанных петлях, приготовившись, в случае опасности, моментально отскочить в сторону. Но и в тронном зале было пусто - ни души. Хотя и здесь должны были стоять четверо гвардейцев. Черт, но кто? Кто из этих примитивных ублюдков, населявших Андрию, смог убрать сразу шестерых воинов без шума? Стараясь выглядеть как можно более непринужденно, на случай, если недоброжелатель наблюдает за мной из-за колонны, или скрывшись в тени ниши, я обогнул фонтан в центре зала, и подошел к трону. Планшетник с отчетом Марка, как и следовало ожидать, нашелся под массивным креслом из кости на небольшом постаменте.
  Подняв пластину, я сел на свое место, нащупывая тайник в рукоятке, где хранился позаимствованный в свое время у одного агента Секретной Службы БСМ. Пистолета на месте не оказалось! Это могло означать только одно - тот, кто так технично убрал стражников, прекрасно знал, что это такое. То есть был точно не коренным жителем Андрии. Неужели, кто-то из моей прошлой жизни, кто-то с Земли, нашел меня!? Усиленно делая вид, что доклад донельзя увлек меня, я исподлобья внимательно осматривал зал, цепляя глазами каждую, казалось бы, незаметную, деталь.
  Что это? Показалось? Нет, есть! Блеклая, едва различимая на залитом солнечным светом полу, тень человека в антиоптическом костюме, отделившись от полумрака ниши, приближалась ко мне. Не пошевелив ни единым членом, я напрягся, приготовившись к прыжку.
  Тень замерла. Почуял что-то? Постояв с секунду на месте, она продолжила движение, заходя мне за спину. Ближе, гнида, еще ближе... и вот, когда тень почти поравнялась со мной, я резко выпрямился, рассекая кулаком воздух снизу вверх. Противник такого хода явно не ожидал, а потому и не успел среагировать. Кулак встретил сопротивление как раз на высоте моей челюсти. Лязгнули зубы, послышался сдавленный стон, и пришелец отлетел на несколько шагов назад. Не давая ему опомниться, в один прыжок, я оказался рядом, и, приперев невидимое тело к полу коленом, начал наносить беспорядочные удары, иногда попадая по человеку, и порой и промахиваясь, сбивая костяшки кулака об мраморный пол. Наверно ужасно смешно смотрюсь со стороны, сражаясь с пустотой! Только мне отчего то смешно не было.
  - Эй! Чтоб... - раздался голос незваного гостя. - Полковник, стой! Подожди!
  Голос показался мне до боли знакомым. Саданув еще пару раз, для верности, я нащупал застежку комбинезона и рванул ее вниз. Из недр вывернувшейся наизнанку пустоты на меня смотрел, опасливо щурясь, Винсент - мой многоюроный брат, если верить его отцу, моему двоюродному дяде, и, по совместительству, Императору Солнечной Системы и Развитых Миров. Из покрасневшего, опухшего носа ван Ванкелена стекала струйка крови.
  - Оружие? - спросил я.
  - Да забирай, - просипел эсэсовец, бросая Бластер Специальный Малогабаритный, у него же мною и отобранный несколько лет назад при побеге с 'Восхода'.
  - Нет, дружище, - кровожадно усмехнулся я. - Давай все. Что там у тебя еще? Пистолет? Парализатор? Давай все.
  Загремев по мрамору, на пол упал еще один БСМ и парализатор.
  - Доволен? - поинтересовался Винс.
  - Не совсем, - ответил я, подбирая пистолет, и наводя его на шпиона. - Снимай костюм.
  Вздохнув, агент до конца расстегнул комбинезон, долго прыгал на одной ноге, извлекая вторую из штанины, и, наконец, остался в пятнистой форме с погонами штабс-майора и наградными планками на левой стороне груди. Я покачал стволом бластера. Правильно истолковав это жест, Винсент, скрипнув липучками куртки, распахнул полы, демонстрируя, что больше оружия при нем нету.
  - Это ты что же, до сих пор штабс-майор? - усмехнулся я. - Что, Император не особо жалует своего внебрачного сына?
  - Ты бы не сбежал - я б уже полковником был, - процедил сквозь зубы ван Ванкелен.
  - А что это у тебя там за награды? - поинтересовался я, указывая на планки лучом целеуказателя. - Ты поглянь, а! 'За мужество', 'За отвагу'... А 'За тупость' нету? Посмертно? Или этот орден будет учрежден после того, как я в тебе дырок наделаю?
  - Слышь, Андреевских, хорош стебаться, - взмолился марсианин. - Я к тебе по делу государственной важности.
  - По делу? - протянул я. - Меня, что ли, шлепнуть? Так это, дружище, у тебя как-то хреновасто получается.
  - Не шлепнуть, - покачал головой Винс. - Император Солнечной Системы и Развитых Миров Виктор Первый просит тебя о небольшом, я бы даже сказал, совсем маленьком, одолжении... Империя рушится.
  - Подумать только! - картинно всплеснул я руками. - Похоже, дядя Витя не слышал старую поговорку: бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе.
  - Ой ли... можно подумать, у тебя все идеально...
  - Что? - я непроизвольно, в приступе внезапного бешенства, ткнул стволом БСМа в грудь майора. - Ты посмотри на этот мир, какой он сейчас. И постарайся вспомнить, каким он был раньше! Ах, да, откуда тебе... тебя же здесь не было пять лет назад... что у них было до меня? Катапульта как пик технического прогресса? Горсть ржавых мечей? Несколько десятков галер? Читал сказку 'Три поросенка'? Да? Молодец! Вот и дома у них такие же были - дунул, и развалился. Одежда - и одеждой-то назвать смешно.
  И сейчас! Пушки и порох! Ружья и сабли! Самые настоящие фрегаты, гигантские крепости, паровые машины, ткацкие фабрики... и это - сейчас! Представь, что будет, когда я открою для них новые тайны металлургии, бездымный порох, двигатели внутреннего сгорания... сегодня во всей Империи вряд ли найдется город без храма, посвященного мне...
  - Ну, да, - с готовностью кивнул майор. - Легко стать для дикарей богом, явившись из высокоразвитого мира...
  - Легко? А ты сам попробуй. И, знаешь, я не уверен на счет простых людей, но верхушка, по меньшей мере, догадывается что я далеко не бог. Но им на это насрать. Потому что при мне их влияние увеличилось в десятки раз, потому что при мне Империя увеличилась в размерах в сотни раз, потому что при мне...
  - Потому что при тебе смертных казней в тысячу раз больше, чем до тебя, - продолжил за меня ван Ванкелен. - Мне вот интересно стало - у твоих палачей зарплата почасовая, или сдельная? И с твоей-то Империей все понятно, а соседям каково? Тебе наверно, спится плохо, если пару деревень не спалишь, и город какой-нибудь не захватишь?
  - А ты как хотел? - развел я руками. - Не бывает, чтобы каждый был доволен властью, бывает, что недовольных плохо ищут. А если недовольных меньше, чем по плану, то можно и нескольких невиновных зацепить. Власть, сильная власть, держится на страхе. Через два-три поколения у людей будет страх остаться без власти, а пока... пока пусть он будет перед властью. Ты же знаешь, я никогда не колебался, прежде чем убить пару-тройку миллиардов человек за то, во что я верю. Особенно, если они со мной не согласны...
  И соседи - не моя проблема. Им предлагали сдаться, они отказались. Они сделали свой выбор. И я сделал свой выбор - потомкам моих подданных, моим потомкам, достанется сильная, могущественная Империя, при одном упоминании о которой вся оставшаяся часть Андрии будет дрожать в страхе. Смогут они сохранить наследство и преумножить его, или просрут - снова не моя проблема. Я сделал все, что от меня зависит.
  - Да, я вижу, - усмехнулся эсэсовец. - Ты немало сил вложил в свою Империю... столько трупов, невинных жертв! Убивать легко... а самому умирать приходилось? Нет? А то и орден 'За тупость' посмертно уже почти учрежден! Мы, хоть и троюродные, но братья. Но воспитывали, похоже, нас по-разному. Я верю, что за дело, за которое борешься, можно не только убить, но и умереть самому. Я готов умереть, а ты?
  Я взвесил в руке бластер. Свалился же этот марсианин на мою голову! Нет, я не питал каких-то совершенно утопических надежд, что дядя Витя меня никогда не найдет... просто надеялся, что случится это не сейчас, не сегодня. Через несколько десятилетий, а, лучше, века через полтора, но не сейчас! Умирать - это, наверно чертовски неприятно. Есть, правда, слабое утешение, что умру я с чистой совестью - всю жизнь я делал то, что считал правильным. Забавно! Меня почему-то не особо беспокоила моя жизнь, или своих девочек, или, даже Стоуна с Подорожным... впервые в жизни мне стало жалко аборигенов, которые жили, никого особо не трогали, но тут пришли люди, и их беззаботной жизни настал конец. Причем, не только беззаботной, а вообще всякой.
  - Что там у тебя? - злобно выкрикнул я. - Крейсер я планетарными разрушителями в паре миллионов километров от Андрии? Так давай, стреляй. Мне все равно. Но знай - ты подохнешь, не сходя с этого места.
  - Да зачем так грубо? - всплеснул руками агент. - Почему, обязательно, планетарные разрушители? Замочить всех? Нет, дружище, это не наш метод. Слишком легко для тебя. Ты так переживаешь за свою Империю... почему бы Виктору Первому не снабдить твоих врагов здесь, на Лентисе-2, оружием? Не огнестрельным, нет. А лучевым. И десантировать сюда инструкторов из Академии. Как думаешь, сколько продержится твоя Жаклиния под натиском отлично вооруженных и подготовленных варваров? Неделю? Ну, хорошо - две. Поверь - они разрушат до основания все, что ты строил эти годы. Вот из этого поместья, например, мне так кажется, получатся весьма живописные руины. А там уж твой черед придет...
  - Сука! - прошипел я.
  В глазах потемнело. Да и в мозгу, наверно, тоже. Иначе с чего бы мне кинуться на Винсента с кулаками, забыв про БСМ, вцепившись руками в его горло адамантиевой хваткой? Какое-то время я ничего не видел, не слышал, и, наверно, не чувствовал. Понимал лишь одно - бывший генерал Андреевских и этот ублюдок с Марса выиграли. Обеспечит варваров оружием - это не просто угроза, Виктор Павлович претворить ее в жизнь не только с легкостью, но и с удовольствием. И мне абсолютно нечего противопоставить им! Я сам выбрал путь полной изоляции, отказавшись от торговли и от любых отношений вообще с колониями, не поддерживавшими новый режим. Как бы мне сейчас пригодился хотя бы полк плазменных танков! Еще лучше - косминец. Повесить над Андрией несколько миллиардов гравидеструкторных мин - и хрен какой десант близко подберется. Поздно, слишком поздно... о чем я думал?
  В себя я начал приходить лишь когда почувствовал руки Марка, оттаскивающего меня от хрипящего штабс-майора, с раскрасневшимся лицом, выпученными, вылезшими из орбит глазами. Вокруг стояли мои девочки, держа ван Ванкелена на прицелах трех БУК-74. Несмотря на напряженность момента, я не мог не отметить, что Жаклин, Анжела и Сабрина, покрытые ровным бронзовым загаром, с штурмовыми бластерами наперевес, в одних лишь полупрозрачных парео, повязанных на бедрах, выглядят совершенно бесподобно!
  - Товарищ Император, успокойтесь, - уговаривал Стоун, крепко обхватив меня сзади за плечи.
  Где уж там!
  - Я порву тебя, гнида! - пообещал я Винсу, попытавшись дотянуться до шпиона ногой.
  Жадно хватая воздух, словно рыба, беззвучно открывая и закрывая рот, забарахтав по мраморному полу рукам и ногами, секретный агент поспешил спрятаться за Обахой.
  - Лейтенант, объясни ты своему хахалю... - просипел эсэсовец. - Объясни, что ему достаточно оказать крошечную услугу Виктору Первому, и он забудет и про тебя, и про него, и про Лентис вообще!
  - Я сейчас дырок в тебе понаделаю, и сам про тебя забуду, - мрачно произнес я, изворачиваясь, и выхватывая из кобуры бывшего комиссар-капитана КОЗ-971.
  - Постой! - воскликнула Жаклин, заслоняя марсианина своим телом. - Я, конечно, не весь разговор слышала, но подумай - кому легче станет от того, что ты его пристрелишь?
  - Мне, - ответил я. - Этого достаточно.
  - Я не позволю! - категорично заявила она. - Я не позволю тебе просрать все, что ты, я, что все мы строили здесь, на Андрии. У меня гораздо больше причин ненавидеть генерала Андреевских - он убил моего дядю, моих братьев, моих родителей, но я не хочу потерять то, что у меня есть. Я только здесь была счастлива, ты понимаешь это? Живи, и дай жить другим - не это ли ты говорил, когда привез меня на эту планету? Может, лучше сделать, что он просит, и отвязаться навсегда?
  - Командир, - похлопал меня по плечу Стоун. - Девчонка дело говорит. Вы знаете, я не против экшина, но бороться с Империей Солнечной Системы - нифига не айс.
  - Хрен с тобой, - прорычал я, возвращая пистолет премьер-министру. - Может ты и прав... так чего там дядя Витя хочет?
  - Хочет поговорить с тобой лично, - проинформировал меня Винсент, мужественно выходя из-за спины Обахи.
  - И где же он?
  - На Земле, естественно. Но на орбите Лентиса-2 находится 'Восход', так что будем там через пару недель.
  Я только покачал головой. Надо же! Гнать через всю галактику целый крейсер! Словно обычного десантного звездолета недостаточно. Это так Андреевских заботится о своем сыне, или хочет мне напомнить о силе флота, принадлежавшего когда-то Федерации?
  - Ладно, дружище, - кивнул я. - Сгоняю с тобой туда-обратно.
  
  
  
  Глава 2
  
  Крейсеры класса 'Восход' слишком крупные, чтобы состыковаться непосредственно с орбитальной платформой, даже не гражданской, а военной, такой как '500 лет Победы', названной так в честь юбилея триумфального для человечества окончания Первой (и последней) Галактической Войны. Естественно, для Кор-А финал той самой войны чудесным образом совпал с полным их истреблением.
  Потому переход осуществлялся через герметичный рукав длиной около двухсот метров, тянущийся от 'Восхода' к шлюзу платформы. Скрипя новыми лакированными сапогами, чувствуя, как воротник новой, еще не разношенной формы рейд-полковника, натирает шею, я шел по гигантской гофре, сопровождаемый Винсентом в строгом черном костюме. Даже здесь, практически в сердце Империи, марсианин боялся меня, так что кобура на моем боку, в которой обычно находился КОЗ-971, сейчас была непривычно пустой и легкой. Платформа оказалось на редкость малолюдной. Куда-то пропали многочисленные военные, пилоты, автоматические самопогрузчики, ранее беспрестанно сновавшие по коридорам базы. Кто-то возвращался из дальнего полета, кто-то - наоборот, готовился к отправке на дальние рубежи галактики. Сегодня ничего этого не было. Лишь пустота, да единственный техник с ящиком инструментов, не удостоивший нас даже мимолетным взглядом. Или Империя уже покорила всех своих недругов (но тогда что я здесь делаю?), или для экспансии у Виктора Первого нет ни средств, ни людей. Второй вариант показался мне более реалистичным.
  На космическом лифте мы спустились на космодром Челябинска, который я видел сотни раз, но, опять же, таким пустым - никогда. Не было даже привычного пения птиц! Земля встретила своего блудного сына еще более негостеприимно, чем в прошлый раз, пять лет назад. Только трава, прибивалась между стыками адамантиевых плит, устремляя свои сочные, зеленые побеги к солнцу, да уже знакомая исполинская голограмма брюнетки, облаченной в кожаные сапоги на пятнадцатисантиметровом каблуке до середины бедра, серо-голубой, камуфлированной юбочке такой же длины, такого же 'десантного' цвета жакет, расстегнутый до середины груди, открывающий пышные округлости, и парящими над не буквами 'Ты нужен армии! Ты нужен мне!'. Видать, дела у бывшего комиссар-генерала идут совсем хренова...
  Сканеры на входе в здание космопорта беспрепятственно пропустили меня, но, встревожено запищали, когда через детектор прошел штабс-майор. Еще бы! Я-то был безоружен, а ван Ванкелен, похоже, кроме табельного БСМ, захватил с собой еще несколько игрушек.
  На звук сирены из глубины к здания к нам уже спешил невысокий усатый офицер в сопровождении двух десантников, вооруженных, видимо, ставшими привычными на Земле гравидеструкторами. Лейб-капитан показался мне смутно знакомым...
  - Рицфорд? - воскликнул я.
  Таможенник на секунду остановился, нахмурившись, словно вспоминая что-то, и, внезапно просияв, широко улыбнулся, поднимая ладонь к виску.
  - Здравия желаю, товарищ рейд-полковник!
  - А ты, я посмотрю, до сих пор лейб-капитан, - улыбнулся я, козыряя в ответ.
  - Вы что, знакомы? - поинтересовался марсианин.
  - Конечно! - кивнул Рицфорд. - Это же рейд-полковник Андреевских, племянник Императора! Правда, я слышал, что вы геройски погибли при битве на Квессине-3...
  - Не так уж и просто вывести меня в расход, - подмигнул я таможеннику.
  - Ладно-ладно, пошли давай, герой Империи, - отмахнулся Винс.
  - Стоп! - взметнул руку вперед офицер. Десантники, повинуясь немому приказу, подняли стволы своих пушек на эсэсовца. - Полковника-то я знаю, а вот вас, гражданин - впервые вижу. К тому же, сканер засек у вас оружие. Будьте так любезны, предъявите свою ИД-карту.
  - Ты что, собака дикая, совсем нюх потерял? - прорычал шпион, наступая на капитана. - Да я - агент Секретной Службы, штабс-майор ван Ванкелен!
  Зря он это... я, даже прекрасно зная, что последует за таким выпадом марсианина, и то не смог уловить тот момент, когда в руке капитана появился КОЗ-971, материализовавшийся снова из пустоты, уткнувшись срезом дула в солнечное сплетение Винсента. Надо будет при случае поинтересоваться, как это у него так ловко выходит.
  - Да-да, - улыбнулся Рицфорд. - А я тогда - незаконнорожденный сын Императора. Вам придется проследовать с нами.
  Марсианин попытался что-то возразить, дернувшись за ИД-картой во внутренний карман пиджака, но один из десантников опередил майора, поднеся пышущий жаром ствол гравидеструктора к его боку.
  - Ладно, капитан, - усмехнулся я. - Это со мной.
  - Что ж вы так его распустили, - сочувственно покачал головой таможенник. - С подчиненными надо быть построже. Вон, как я со своими. Чуть что - без талонов на неделю остался. Да, Томас?
  - Так точно, товарищ лейб-капитан, - подтвердил один из десантников.
  - Слушай, я что-то не понял, - обратился я к Винсенту, покрасневшему то ли от бешенства, то ли от того, что успел немного поджариться от ствола пушки, когда мы миновали таможенный пост. - Про какие это талоны он говорил?
  - Да есть тут у нас некоторые трудности с продуктами питания, - отмахнулся агент. - Не обращай внимания, тебя это почти не касается.
  Мы вышли из здания космопорта. Деревья, и без того редкие в городах на Земле, растущие в ограниченных по периметру керамопластиковыми бордюрами клумбами, стояли, понурив ветви с засохшими, цвета Тангарской рыжей грязи, листьями. Под ногу попалась пустая банка из-под 'Байкала', со звоном отлетевшая в сторону. Да, похоже, трудности молодая Империя испытывает не только с продуктами питания. Ван Ванкелен повернул к небольшой стоянке транспортных средств у самого входа в космопорт, обнесенной переливающимся зарядами силовым куполом, с одиноко стоящим на ней флаером 'Лада Приора'.
  О, 'Лада'! Всего пять лет назад такой флаер был пределом моей мечты! Я невольно залюбовался треугольными, 'зализанными' передними фарами машины, гармонично вписанной между ними решеткой воздухозаборника, линией его капота, плавно переходящей в покатое лобовое стекло, и перетекающей через крышу в хвостовые стабилизаторы. Красота! Признаться, вживую, да еще на таком расстоянии от себя, столь потрясающий флаер я видел впервые. Помнится, я когда-то читал, что дизайн 'Лады Приоры' и 'ГАЗели' делал один и тот же человек, потому спортивная машина и получила такие же треугольные передние фары, что и фургон. По-моему, это полный бред. На грузовике они смотрятся слишком тяжелыми, слишком массивными, на суперфлаере же - так, словно здесь они и были рождены, и другая форма оптики выглядела бы... я не люблю словечки из древних мертвых языков, но здесь не могу сдержаться - не комильфо!
  - Твой, что ли? - тихо поинтересовался я у Винсента.
  - Мой, - кратко ответил он, вставляя ИД-карту в щель сканера.
  Силовой барьер 'расползся' в стороны, пропуская нас на парковку. Вблизи 'Приора' смотрелась еще более потрясающе! Я мог лишь удивляться точностью зазоров, настолько тонких, что даже лезвие боевого ножа не проникло бы в них.
  - Снять с охраны, открыть обе двери, - приказал марсианин, подойдя к машине.
  Флаер пикнул сигналом, и створки дверей взметнулись ввысь, открывая доступ в салон. Я уселся в мягкое, глубокое кресло, обнявшее меня, казалось, не только сзади, но и спереди. По спине разлилось ощущение блаженства и неги от заработавшего встроенного в спинку массажера. Неплохо сегодня живется шпионам!
  - К дяде Вите? - спросил я у майора, разместившегося на водительском сидении.
  - Нет, - покачал он головой, запуская турбину, заработавшую с утробным, ласкающим ухо, рычанием. - Мы немного опередили график, так что успеем еще перекусить.
  Машина оторвалась от земли, и, набирая скорость, понеслась к вырастающим из клубящегося внизу океана вечного тумана, небоскребам Челябинска. В городе вокруг спорткупе с невообразимой скоростью замелькали трубы пешеходных переходов, поликарбонатные фасады зданий, многократно отражающие друг друга, оттого казавшиеся бесконечными туннелями. Эсэсовец выжимал из флаера все возможное, успевая пересечь перекрестки перед захлопывающимися барьерами квазисветофоров, или тормозя так, что, казалось, ремни безопасности перережут меня на несколько частей, когда не успевал проскочить на разрешающий сигнал. Вскоре мы достигли моего любимого ресторана - 'Кавказская кухня'. Насколько я знаю, в свою бытность комиссар-генералом, Виктор Павлович тоже не брезговал этим заведением, частенько посещая его. Если шеф-повар по-прежнему Ашот, то шашлыки и аджаб-сандал должны быть просто восхитительными!
  В фойе ресторана нас встретила девушка-администратор, приветливо улыбнувшаяся, и осведомившаяся по поводу наличия у нас талонов. Винсент, помахав перед ней ИД-картой, брякнул что-то на счет спецпайка, после чего девушка, заулыбавшись еще шире, выставив вперед свою пышную грудь, почти не скрываемую длинным платьем с разрезом от пояса и огромным декольте, проводила нас за столик. Вопреки ожиданиям, 'Кавказская кухня', обычно забитая до отказа в любое время - утром, днем, а, особенно - вечером, сегодня была почти пустой. Только три-четыре столика, помимо нашего, были заняты, причем в посетителях, даже тех, что были в гражданской одежде, без труда угадывались военные, в званиях не ниже полковника. Ну, возможно, как исключение - майора Секретной Службы.
  Официантка принесла меню, я в предвкушении неземного наслаждения включил планшетник, и... и замер. Что это за фигня? Ладно, шашлык из осетрины - еще куда ни шло, но остальное... 'Салат из морской капусты с водорослями и креветками', 'Молодые осьминоги, запеченные на вертеле', 'Фаршированная щука с шампиньонами и анчоусами', 'Пуатассу в горшочке', 'Канапе с семгой, икрой и сельдью'... я вообще не особый любитель морепродуктов, а уж в таком количестве, тем более, в таком месте, где я привык есть нормальное мясо с нормальными овощами...
  - Деточка, подойди, пожалуйста, - поманил я пальцем официантку.
  - Вы уже готовы сделать заказ? - с готовностью подскочила она.
  - Не совсем, - покачал я головой. - Потрудись объяснить, что это за фигня? Где пхали, гебжаила, аджаб-сандал, бухлава, хенкали, жижиган-чорпа? Где нормальное мясо? Хрен с ним, пусть не свинина, но, хотя бы, баранина или говядина? Чахохбили, на худой конец? Поправь меня, если я ошибаюсь - это 'Кавказская кухня', или 'Приют матроса'?
  - Вас что-то не устраивает в нашем меню? - не снимая улыбки с лица, спросила девушка. - В таком случаю попрошу вас покинуть наше заведение.
  - А вот это - хрен дождешься, - заверил я. - Ашот еще работает? Давай его сюда, быстро.
  - Как пожелаете, - кивнула официантка, разворачиваясь.
  Марсианин, наблюдая за происходящим, сжимался в комок все больше и больше, становясь все меньше и меньше, и, кажется, под конец разговора, был готов и вовсе спрятаться под столом.
  - Слушай, рейд-полковник, - процедил он, когда девушка ушла. - Я вот все хочу у тебя спросить - ты совсем дурак, или как? Я ж тебе еще на Лентисе-2 сказал - у Империи проблемы. Было бы все хорошо - нахрен бы ты Виктору Первому сдался? Ты понимаешь, что под контролем Земли из планет класса выше '4+' остались лишь Андрадор и Ления, а остальные усиленно ведут войны за независимость?
  И тут я все понял. Ну конечно! Лет пятьсот назад, когда колонизация чужих миров набирала обороты, как гиперпрыжковый двигатель, вся промышленность и весь сельскохозяйственный сектор переместился на другие планеты. На Земле остались только органы власти да финансовые учреждения. И теперь, когда товарооборот с развитыми мирами упал до ноля, одна Ления не в состоянии обеспечить продуктами питания и себя, и пятнадцать миллиардов жителей Земли! Не говоря о тех кусках камня, где жизнь теплится лишь под куполами, которые зависели от Федерации, а теперь зависят от Империи настолько, что даже пикнуть бояться, для которых независимость - не новый виток в развитии, а начало медленной, мучительной смерти!
  На Андрадор полагаться вообще не приходится - этот мир, с которого и началась моя служба в Федеральном Бюро Разведки Комиссариата, колонизирован всего пятнадцать лет назад, а потому к развитым планетам, способным не только потреблять, но и сбагривать излишки продукции, его отнести пока что невозможно.
  Земельные угодья достаточных площадей, чтобы выращивать зерно, картофель или кукурузу, или, чтобы разводить на них скот, на Земле остались разве что за полярными кругами. Все прочее - города, дороги, и леса - производители кислорода, запрет на вырубку которых был наложен вскоре после Анархии 2992 года. Таким образом единственный оставшийся источник пищи - океан, занимающий большую часть планеты и не заселенный лишь потому, что природа как-то не позаботилась о достаточно твердой и прочной поверхности, образованной водной гладью при комфортных для человечества температурах. Отсюда и такое обилие морепродуктов! У Империи и в самом деле огромные проблемы...
  Я всегда считал, что голова работает у меня очень быстро, но в этот раз, очевидно, мозги немного подкачали. Майор молниеносно переместился за другой столик, оживленно обсуждая с другой официанткой меню, и делая заказ, изо всех сил делая вид, что он не со мной, а со стороны дверей ко мне направлялись четверо десантников в боевой броне, с БУКами наперевес, возглавляемые сержантом. Эти ребята явно явились в ресторан не чтобы пообедать, а чтобы выполнить возложенные на них еще во времена угрозы Революционного Союза за Свободу Инопланетных Миров полицейские функции. И что-то подсказывало мне, что церемониться со мной они не будут. Черт! А у меня даже ИД-карты нету! Кто его знает, что теперь на Земле делают с личностями без документов? Я бросил взгляд на Винсента. Тот смотрел в мою сторону, упорно делая вид, что не замечает своего подконвойного. Значит дела мои совсем плохи...
  Поняв, что схватка неизбежна, я положил ладонь на кобуру. Вот дерьмо! И здесь пусто!
  Десантники тем временем уже дошли до меня, играя штурмовыми бластерами в руках. Солдаты остановились, в нескольких шагах от столика, сержант же, с висящим на груди 'семьдесят четвертым', приблизился вплотную.
  - Товарищ рейд-полковник, - донесся до меня его голос, сильно искаженный динамиками скафандра. - Это вы выражаете протест новой мудрой политике Империи? Предъявите свою ИД-карту.
  - А что, приветствовать старшего по званию уже не обязательно? - поинтересовался я в ответ.
  Командир отделения на секунду задумался. С одной стороны, он не собирался отдавать честь неизвестно кому, да еще и нарушителю спокойствия, тем более, явно с политической подоплекой. С другой стороны, на этом неизвестно ком была форма рейд-полковника, и Бог его знает, какой шишкой я мог оказаться в итоге. Здравый смысл в итоге переборол нездоровую спесь десантника, и он, выпустив рукоятку БУК-74, поднял ладонь к виску. Этого я и ждал...
  Схватив со стола нож, я резким движением полоснул клинком по ремню, удерживающему бластер. Кажется, пальцы сержанта еще не коснулись шлема, а я уже поймал падающее оружие.
  - Вот черт! - донесся крик ван Ванкелена.
  Поздно! Мочить ребят наглухо, конечно, не хотелось, все же, мы на одной стороне, и они не виноваты, что я не знал новых порядков, а официантка подняла панику без повода. Но, судя по тому, что 'семьдесят четвертый' был уже снят с предохранителя, десантники были готовы открыть огонь. Так что я, едва мои пальцы сомкнулись на рукоятке БУКа, зажал гашетку, поливая раскаленными лучами по ногам. Сержант, стоявший ближе всех, свалился первым. Упал еще один из десантников, другие же открыли ответную пальбу, превратив стол, за которым я только что находился, в груду расплавленного пластика.
  Официантка пронзительно завизжала. Немногочисленные посетители ресторана, бывшие, в основном, военными, попадали на пол. Винс, выхватив из-под пиджака АБС, тоже спрятался за массивным диваном. Полоснув короткой очередью по закованным в броню ногам второго солдата, я откатился в сторону, уходя под защиту каменного фонтана. Вода в чаше моментально закипела от вошедших в нее десятков зарядов. Не целясь никуда конкретно, просто наставив ствол под углом в потолок, я выстрелил еще несколько раз.
  Двое оставшихся на ногах бойцов, воодушевляемые воплями своих подраненных товарищей, предпочитали огрызаться огнем из укрытия, не высовываясь. Черт побери! Время работало против меня! Кто-нибудь уже однозначно сообщал о стрельбе в 'Кавказской кухне', и сейчас сюда несется подкрепление, на порядок превосходящее полицейский отряд и численностью и вооружением. Я на секунду высунулся из-за кромки фонтана, но камень, взорвавшийся от попаданий миллионом острых, жалящих крошек, заставил меня вернуться обратно. Под руку попался средних размеров булыжник, отколовшийся от чаши.
  - Граната! - заорал я, кидая его в сторону десантников.
  В самом деле, откуда они знают, что могло заваляться в карманах у крайне подозрительного рейд-полковника? Суда по резко оборвавшейся стрельбе и громкому топоту, противники поверили, что улетела в их сторону именно граната! Мне же легче!
  Встав в полный рост, тщательно прицелившись, я засадил несколько зарядов в ноги предпоследнего бойца. Остался всего один, но, как назло, бластер лишь сухо щелкнул - батарея иссякла. Несмотря на пронзительные, полные боли крики четырех глоток, и визг официанток, я отчетливо расслышал этот щелчок, громом прозвучавший в голове. Десантник, единственный, способный стоять на ногах, каким-то чудом тоже услышал его. До меня донесся смешок, превращенный акустической системой герметичного бронекостюма в короткий рык голодного зверя. Солдат медленно поднялся с пола. Со скафандра, со звоном, посыпались осколки стекла и пластика. Я смотрел на него, словно парализованный, не в силах сдвинуться с места, все еще не веря, что моя жизнь сейчас завершится здесь и сейчас, совершенно глупо, фактически - из-за куска шашлыка! Боец навел на меня ствол БУКа и нажал на крючок.
  - Щелк! - произнес 'семьдесят четвертый'.
  Просто невероятное везение! У него тоже кончился заряд батареи! Десантник выдернул опустевшую обойму, и потянулся к поясу за запасной. Не дожидаясь, пока противник сменит магазин, я бросился к корчащемуся в муках сержанту, и дернул за рукоятку КОЗ-971, торчащую из его кобуры. Но командир отделения, несмотря на боль и обильную потерю крови, схватил меня за рукав, не давая вытащить оружие.
  - Эй, товарищ! - прогремел голос Винсента.
  Солдат, уже вставивший баратею в приемник, повернулся на оклик. И зря. Очередью в три выстрела марсианин расколол шлем стража порядка, украсив стену за спиной бойца его же мозгами. Ну зачем так?
  - Отпусти! - прорычал майор, подскочив к сержанту, приставив АБС к его голове. - Ну?
  Десантник разжал руки, я тоже выпустил бесполезный теперь пистолет.
  - Все, валим, валим отсюда, - похлопал меня по плечу эсэсовец.
  - Чего смотришь дура? - крикнул я, поднимаясь, официантке. - Скорую вызывай!
  Девушка кинула, и побежала в подсобку, где, очевидно, был голофон. Мы тоже сочли за лучшее не задерживаться, тем более, что с улицы уже доносился звук приближающийся сирен. Не спуская прицела с лежащих на полу солдат и высовывающихся из укрытий посетителей ресторана, ван Ванкелен спиной попятился к дверям.
  На посадочной платформе, оттолкнув щвейцара, мы запрыгнули в 'Ладу Приору'. С силой утопив пальцем кнопку запуска турбины, секретный агент стартанул с места так, что, казалось, грудная клетка прилипла к спине, а глаза - к затылку.
  - Слушай, Андреевских, - произнес Винс, когда флаер преодолел на запредельной скорости несколько кварталов, и преследования уже можно было не опасаться. - Я не пойму, что за приступ гуманизма у тебя? Что за стрельба по ногам?
  - Не знаю, - пожал я плечами. - Я никогда не был против того, чтобы спалить нескольких человек или инопланетян, стоящих на моем пути... преимущественно, в том случае, если они по другую сторону от меня. Но эти-то ребята не виноваты в том, что твой отец, мой дядя, довел планету до такого состояния. Они вносят свою лепту в светлое будущее, я - свою. В чем-то наши цели совпадают. Я даже им где-то сочувствую...
  - Так, на будущее... тебе сегодня два раза крупно повезло. Первый раз - когда прежде чем открыть пальбу они спросили у тебя ИД-карту. С тех пор как ты в последний раз был на Земле, многое изменилось - теперь десантники, в большинстве своем, сначала стреляют, а только потом документы спрашивают. Если же документов не окажется - стреляют еще раз. А, во второй раз - когда у того патроны кончились. Тут уж даже я почти уверовал в перст провидения...
  - То есть была бы у меня ИД-карта - стрельбы удалось бы избежать? - озвучил я свою догадку, пришедшую в голову еще в 'Кавказской кухне'.
  - А, думаешь, много придурков, осмелившихся бы стрелять в племянника Императора? - ехидно ответил вопросом на вопрос марсианин. - У вас, в отличие от нас, фамилии сходятся.
  - Завидно? - поинтересовался я.
  - Кстати, держи, - игнорируя мое замечание, он извлек из кармана мою ИД-карту, конфискованную пять лет назад на Квессине-3, и бросил ее на панель. - Еще в космопорту хотел отдать, но ты и без нее отлично справился.
  Я поднял пластиковый прямоугольник. Сомнений быть не могло - та самая. С потертостями в тех же местах, с той же голографией, сделанной еще в ателье Комиссариата в незапамятные времена.
  - Винс, останови, пожалуйста, - попросил я.
  - Зачем?
  - Останови.
  Лихо подрезав грузовику, нырнув под длинный, как такса, автобус, водитель вывел 'Приору' на край дороги, обозначенный парящими в воздухе гравимаяками, и остановился.
  - Ну? - повернулся он ко мне.
  Коротко, без замаха, я двинул локтем в нос майора. Ойкнув, ударившись затылком о подголовник, ван Ванкелен схватился за опухающий на глазах шнобель. Между пальцев, и из-под прижатой к лицу ладони закапала кровь, падая на белоснежную рубашку и мгновенно впитываясь в ткань.
  
  
  Глава 3
  
  Матеря меня сквозь зубы, шмыгая разбитым носом, Винсент привел машину к бывшему зданию Совета Федерации. Не знаю, как оно называлось теперь, явно что-нибудь с громким словом 'Империя' в наименовании, причем нововведения дались строению не без боя - в нескольких местах белоснежный фасад был опален зарядами пушек плазменных танков, а ремонтные работы так и остановились на стадии возведения строительных лесов на антигравитационной подушке, да укрытии прорех пленкой, дабы защитить интерьер от непогоды. На лужайке перед зданием, пропахав гусеницами траву, вывернув комья земли, стояли и сами танки, но их орудия были направлены в обратную сторону.
  Всколыхнув реактивной струей низкие, давно нестриженые кусты, 'Приора' приземлилась на парковочной площадке чуть поодаль от бывшего Совета. Я на глаз прикинул расстояние до ступеней, уходящих ввысь, под сень массивного козырька, поддерживаемого шестью колоннами. Далековато будет! За последние пару лет я и в самом деле слишком избаловался... кубики на прессе сгладились, бицепс потонул в слое легкого жирка. Жирок, похоже, начал появляться и в голове, и в характере. В чем-то марсианин прав - я, прежний я, пристрелил бы всех пятерых десантников не раздумывая, и, скорее всего, не вставая со стула. Изменения в образе жизни давали о себе знать - я все меньше делал что-то сам, все больше за меня делали другие. Это что же получается? Еще несколько лет - и все, и я превращусь в огромный тюфяк, наполненный жиром, без того адамантия, того стержня, что был во мне ранее? Обратил бы я в прежние годы внимание на чересчур жесткий воротник кителя? Нет, конечно! Избаловался...
  Выпрыгнув из флаера, я потянулся, хрустнув суставами, и пружинистой, уверенной походкой зашагал к ступеням. Майор, еле поспевая за мной, засеменил рядом. Почетный караул у дверей здания, все в тех же скафандрах эпохи Начала Великих Космических Открытий, с 'рельсами', не пошевелил ни единым членом при нашем приближении, даже не обратив внимания на залитую кровью рубашку ван Ванкелена, словно внутри, в бронекостюмах, и не было курсантов Академии. Устав караульной службы, несмотря на все перипетии, продолжал действовать!
  Но в фойе меня сразу тормознул дежурный. Винсент, похоже, был здесь частым гостем, так что всего лишь слегка кинул лейтенанту, смущенно отводя глаза, пытаясь скрыть пятна крови, получше запахнув пиджак, и успел сделать несколько шагов, прежде чем сообразил, что не всех родственников Императора охрана знает в лицо. Дежурный с абсолютно равнодушным выражением лица вставил мою ИД-карту в сканер, и, получив зеленый сигнал, вернул ее мне.
  Мы поднялись на лифте на самый верх - в башенку под шпилем. Здесь, перед высокими, тяжелыми деревянными дверями, украшенными позолоченными вензелями (как-то слабо мне верилось, что они сделаны целиком из благородного металла), с целым отделением десантников перед ними, адъютант еще раз проверил мои документы, позволив себе критично, со вздохом, полным осуждения, осмотреть сына Андреевских, и только после этого махнул рукой, разрешая войти к Императору.
  Первый вопрос, который у меня возник в новом кабинете Виктора Павловича - а стоила ли овчинка выделки? Старый кабинет был побольше раза в три, да и обстановка была получше. В этом же - небольшой пластиковый стол с панелью голопроектора, в углу ютились два стеллажа с книгами, оставшееся же пространство занимала уже виденная мною ранее коллекция оружия, покрытая пылью. Похоже, на новом месте у бывшего Главы Совета не хватало времени для своего хобби. Мой взгляд остановился на планшетнике, висящим на стене среди многообразия средств убийства, с моей собственной голографией и газетным заголовком: 'ФОМ наносит ответный удар: племянник Императора геройски погиб при битве на Квессине-3'. Геройски - вот! Ну, хоть на том спасибо!
  Сам дядя Витя, взъерошенный, с мешками под глазами, какие бывают от постоянных недосыпов, морщинами, врезавшимися в его лицо, поднялся с кресла, пытаясь изобразить на лице некоторое подобие улыбки.
  - А, мой любимый племянник! - воскликнул он, протягивая ладонь. - Рад тебя видеть!
  - Любимый? - с сарказмом перепросил я, складывая руки у себя на груди. - Это когда я любимым-то стать успел? Когда вы меня пытались превратить в кучку пепла у меня же дома? Или когда казнить собирались? Ах, нет же! Вспомнил! Тогда, когда меня вместе с племянницей Амбара можно было разметать на кучу маленьких кусочков по космосу! Угадал?
  - Ну, ладно уж тебе, - отмахнулся Император, несколько сконфуженный отсутствием рукопожатия. - Зачем старое вспоминать! Мы живем в новое время, в новом государстве!
  - Интересно, от чего это мне кажется, что большей части населения в старом государстве жилось намного лучше? - усмехнулся я, усаживаясь в кресло, бывшее когда-то президентским. - Как-то, ну... - я задрал глаза в потолок, прислушиваясь к своим ощущениям. - Не сказал бы, что так уж очень мягко!
  Андреевских некоторое время молчал, жуя губы, глядя на меня, затем, вдруг внезапно побагровев, стукнул кулаком по столу так, что стоящая на нем панель голопроектора подпрыгнула в воздух, и с громким дребезжанием приземлилась на место.
  - Слушай, ты! - прорычал Виктор Павлович. - Если я обратился к тебе за помощью, это нисколько не означает, что я позволю такое поведение по отношению к себе! Я каждый день, каждую минуту знал, где ты находишься вместе со своей пассией, и в любую секунду мог превратить весь Лентис-2 вместе с тобой в груду астероидов. И не сделал этого по одной лишь причине - знал, что ты мне понадобишься. И сейчас или мы идем навстречу друг другу, или ты идешь на удобрения, твоя жалкая планетешка разваливается на куски, а я ищу другого исполнителя. Вопросов нет? Вопросов нет!
  И, все же, генералы Комиссариата бывшими не бывают! Несмотря на усталый внешний вид, металла в голосе Андреевских, когда он этого хотел, меньше не становилось. Я почувствовал, что мои руки, лежащие на столе, предательски дрожат, а по спине ползет противная капелька холодного пота. Винсент - тот вообще побледнел как полотно, и, казалось, рад бы пол землю провалиться, да не получается.
  - Так точно, товарищ комиссар-ген... то есть, товарищ Император! - произнес я, вставая с кресла и вытягиваясь в струнку.
  - То-то же, - улыбнулся дядя Витя, и продолжил разговор своим обычным голосом мудрого, достаточно повидавшего на своем веку старика. - Во-первых, мой дорогой племянник, хочу поздравить тебя с присвоением звания комиссар-полковника. Помнится, ты так этого хотел!
  - Ура! Ура! Ура! - тихо ответил я.
  - Естественно, на твой счет начислено жалование за прошедшие пять лет в полном объеме, плюс страховка за дом... помнишь, я обещал? Правда... - Андреевских замялся.
  - Что - правда? - поинтересовался я.
  - Правда, инфляция за прошедшие годы достигла немыслимых высот... извини, но сегодня сто двадцать миллионов рублей - совсем не то, что пять лет назад.
  - Спасибо, - пробормотал я.
  - Ладно, хватит с почестями, - потер руки экс-генерал. - К делу! Кстати, 'Тархуна' хочешь?
  - Да! - с готовностью кивнул я.
  - Возьми там, в подлокотнике. Итак, как ты уже, наверное, успел заметить, Империя, существенно потеряв в территории, испытывает некоторые трудности как в продовольственном, так и в финансовом плане.
  В ответ я смог лишь покачать головой, чуть не подавившись зеленоватым нектаром. Так витиевато, и, в то же время относительно безобидно сказать 'жопа' у меня еще не получалось. В этом смысле мне до дяди Вити как до Андрадора ползком на пузе.
  - Прямые боевые действия желаемого результата не принесли, потому я пришел к решению о внедрении в стратегию господства над галактикой... ты, надеюсь, не против такого оборота речи? - обратился ко мне Император. - Так вот, о внедрении испытанного дедовского способа - террор!
  - Сипаты? - рискнул я высказать свою догадку.
  - Не совсем, - поморщился Андреевских. - Кому нужна планета, заселенная трудноубиваемыми тварями? Да, нужна угроза с третьей стороны, перед которой мятежные миры окажутся беззащитными, что заставит их руководство вспомнить об оружейных складах на Марсе и Квессине-3, и, соответственно, обратиться за помощью ко мне - Императору Солнечной Системы и Развитых Миров!
  То, что мой родственник мастер плести интриги, я уже имел счастье убедиться. Один раз - из истории Федерации, когда спокойствию Земли угрожал Фронт Освобождения Марса, второй раз - на своей собственной шкуре, когда уже всей галактике угрожал Союз за Свободу Инопланетных Миров. Как это ни странно, обе эти организации были созданы дядей Витей, и преследовали одну цель - возвысить его, как величайшего освободителя и спасителя от ужасных террористов.
  - Я не совсем понимаю, - пожал я плечами. - Какой же должна быть эта угроза?
  - Ну, скажем, нечто мобильное, обладающее достаточным арсеналом для осады целой звездной системы, и, при необходимости - уничтожения пары-тройки планет, - продолжил свою мысль Виктор Павлович.
  - Так вот, примерно, - осторожно произнес я. - Я представляю, о чем идет речь. О такой большой черной штуке, у которой на борту оружия, почти как на Марсе, включая, даже, планетарные разрушители. Но, если мне не изменяет память, эта самая штука нашла себе вечное пристанище на Квессине-3!
  - Мой дорогой племянник! - улыбнулся Император. - Кроме 'Прогресса' было еще семь кораблей...
  - Которые пропали без вести, - вставил Винсент.
  - Которые просто никто не искал, - поправил его отец. - Не мне вам рассказывать, что в архивах Федерации хранилось далеко не все то, что должно было храниться. Полковник, ты только представь себе эту мощь! Целый флот крейсеров Кор-А!
  - Звучит, конечно, круто, - вздохнул я. - Но, чтобы найти эти звездолеты, нужны записи их курсов, векторов следования...
  - За этим тем более дело не встанет, - улыбнулся бывший генерал, выкладывая передо мной на стол планшетник. - Вот, смотри. Все восемь крейсеров. 'Прогресс', который ты уничтожил. Далее - 'Космоволец', 'Пионер', 'Красная Звезда'...
  - Хм, забавное название, - усмехнулся Винсент.
  - Чем же? - удивленно поднял бровь дядя Витя.
  - Ну, все знают, что самые горячие звезды - белые, потом - голубые, затем - желтые, и, самые холодные - красные. Зачем так называть крейсер? Я бы понял - 'Белая Звезда', но 'Красная'... как-то не звучит.
  - Загадка наших предков, - пожал плечами Император. - Дальше - 'Ударник', 'Реформатор' и 'Зенит'.
  - Стоп, - произнес я, показывая семь загнутых пальцев. - А где еще один?
  - Ну, да, - кивнул Андреевских. - Был еще 'Прозорливый', но его позже переименовали в 'Сообразительный', и отправили на дальние рубежи в составе сороковой эскадры, а через тридцать лет и вовсе распилили на металлолом. Из-за смены названий и произошла путаница. Так что вот тебе и список звездолетов и их курсовых векторов.
  - Все было бы хорошо, - покачал я головой. - Если бы не одно но. На каждом из них служило по полторы тысячи человек экипажа. Даже шесть кораблей - это восемь тысяч человек! Где я возьму столько? Не Андрийцев же обучать...
  - Пилотов я тебе дам, штурманов и связистов тоже. А остальных - известно, где, - на подозрение дружелюбно улыбнулся экс-генерал. - В Москве.
  - Вот ничерта себе! - присвистнул я. - Только не в Москве! Туда я не поеду.
  Москва... если в галактике и были города менее приятные, то немного. Еще задолго до Анархии 2992 года, в двадцать четвертом, если не изменяет память, веке, Москва была столицей мира - городом, где находилось не только сосредоточение высшей власти, но и где пересекались многие финансовые потоки. Деньги - вообще штука магическая. Чем дальше их переводят, чем больше людей прикасается к ним, тем меньше их доходит до финальной точки. Остальное прилипает к рукам. И, естественно, квинтэссенция этих 'липких' денег как раз в Москве в те времена и находилась. Это одна часть уравнения.
  А вот и вторая. В те далекие времена влияние квазимолекулярного капия на человеческий организм еще мало было изучено, но яйцеголовые уже замечательно знали про уникальность его излучения, свойства которого кому-то показались идеальным средством защиты банкнот от подделок. Так порошок капия начали добавлять в типографскую краску монетного двора. Детекторы отсекали фальшивки на раз, квазимолекулы же медленно, но неотвратимо действовали на людей, к моменту, когда забили тревогу, мутировавших в страшных уродов.
  Другим городам повезло больше - там денег меньше было, и изменения были еще обратимыми. Купюры поспешно изъяли, заменив на дактилоскопические платежные системы, породив новую проблему, к этой истории не относящуюся. Москву же обнесли пятидесятиметровой стеной и накрыли куполом, чтобы никто из обитавших там четверти сотни миллионов мутантов не мог выбраться наружу. Так они, по слухам, и по сей день живут там. Конечно, не те, которым за полторы тысячи лет, а их потомки. В общем, Москва и сегодня остается далеко не лучшим городом Земли, который любой нормальный человек обойдет за сотню верст.
  - Поедешь, как миленький, - заверил меня Император. - Уважь старика.
  И это не было похоже на попытку надавить на жалость. Скорее, как напоминание о том, что судьба Андрии в его руках, и полностью зависит от моей готовности к сотрудничеству.
  - А сипаты? - напомнил я.
  - Один раз ты уже с ними справился, - отмахнулся Виктор Павлович. - Справишься и во второй раз. Тем более, зная, что они из себя представляют, а уж с доступом на склады Марса... все, вопросов больше нет?
  - Есть один... а скорость? С плазменными двигателями до ближайшей населенной системы крейсеры доберутся как раз ко времени вступления в права на престол внуков Винса.
  - Не люблю повторяться, но для тебя сделаю исключение, - покачал головой Андреевских. - Я дам тебе доступ на марсианские хранилища. Если думаешь, что там не осталось ни единой межзвездной ремонтной платформы, то ты жестоко ошибаешься. Еще вопросы?
  - Да, - кивнул я. - А я-то что с этого получу? Нет-нет, не надо рассказывать мне, что вы забудете про Андрию и так далее. Тем более, что с таким флотом я смогу защитить не только одну планету, но и половину галактики. В случае моего отказа вы теряете больше меня. Общество накалено до предела, достаточно малой искры - и все! И придет новый Император, президент, да хоть шаман - мне все равно. Для государства ничего не изменится. Один депутат в парламенте будет толкать закон о легализации проституции, второй - наоборот, голосовать против. После заседания первый пойдет в подпольный бордель, где выложит за девочек кругленькую сумму, другой получит с этих денег откат...
  - Даже так? - поднял бровь Андреевских. - Не знал!
  - ...а глава будет делать вид, что не замечает всего этого, - продолжил я. - Бороться с этим бесполезно - это система. Так было, и так будет всегда. В этом можно только участвовать...
  - И чего же ты хочешь?
  - Я только что сказал - я хочу в этом участвовать. Я хочу место в парламенте.
  - Хорошо, - сдался дядя Витя, недолго подумав. - Я согласен.
  
  Все же переговоры я провел молодцом! Фактически получил в свое распоряжение шесть крейсеров Кор-А, да еще и выторговал место в парламенте! Осталось только решить, хочу ли я, чтобы Андрия вошла в состав Империи. С одной стороны меня крайне раздражало нежелание признать мою планету именно как Андрию, именуя ее старым названием - Лентис-2, а с другой... для меня-то она как стала Андрией в один прекрасный день, так ею и останется, и статус сырьевого придатка Империи как-то мало меня прельщал.
  Примерно такие мысли крутились у меня в голове, пока я проверял свой обновленный арсенал, разложенный на кровати в гостинице 'Земля', находившейся буквально по соседству от здания Парламента Империи. Вместо штатного КОЗ-971 я взял два Автоматических Бластера Стечкина, и дополнил свой запас парой компактных БСА 'Вихрь'. Для путешествия в Москву эти предосторожности казались мне нелишними. Было бы там сегодня все спокойно - вряд ли город до сих пор оставался под куполом, да еще огороженный стеной от всего остального мира.
  Но предмет моей главной гордости - форма комиссар-полковника, накрахмаленная до такой степени, что, казалось, будет стоять, не поддерживаемся ничем, кроме себя, взбреди мне в голову просто прислонить ее к стене, висела на плечиках, зацепленных крючком за верх шкафа. Одна только темно-серая шинель с двумя рядами надраенных до блеска пуговиц, и красной подкладкой, чего стоила! Ей-богу, я чувствовал себя маленьким мальчиком, которому в один прекрасный день рождения подарили и магнитную дорогу, и полный набор игрушечных десантников, и огромный, красный пожарный звездолет в придачу. Мужчины, настоящие мужчины, наверно всегда в душе остаются немного детьми. Только игрушки с возрастом меняются.
  Закончив с проверкой оружия, я засунул его под кровать, и приготовился уже отойти ко сну, как вдруг запищал голофон.
  - Ответить на звонок? - поинтересовался компьютер.
  - Давай, - согласился я. - Спроецируй на тумбочку.
  Фон часто-часто заребрил, и материализовался в изображение миловидной девушки из регистратуры, в очках в стальной оправе и форменном жакете.
  - Могу я вам предложить девочку на ночь? - улыбнувшись, спросила она.
  - Э-э... - я бросил взгляд на табло часов. Какая, к черту, девочка? Мне вставать через шесть часов! - Спасибо, не стоит.
  - Мальчика?
  - Тем более - нет! - отрезал я. - Постой, а в ресторане у вас что-нибудь кроме рыбы есть?
  - Конечно! - кивнула администратор. - У нас же семизвездочная гостиница, только для чиновников и офицеров высшего уровня!
  - То есть?
  - То есть продуктовые регламенты нас не касаются. Что пожелаете?
  - Отлично! - воскликнул я, радостно потирая руки. - Давай плов с бараниной, и шесть банок 'Тархуна'!
  - Заказ будет выполнен в течение пятнадцати минут, - заверила девушка, и ее изображение растворилось в воздухе.
  Может, кому-то плов покажется слишком тяжелой пищей перед сном, но для человека, который ничего не ел с момента завтрака на 'Восходе', причем достаточно легкого - самое то! Морепродукты я не переваривал еще с детского сада. Наверно, у многих людей рыбная запеканка оставила неизгладимую психическую травму. Вообще, складывалось ощущение, что все кухонные автоматы в детских садах намеренно сломаны еще производителями, чтобы привить у растущего поколения устойчивое отвращение к рыбе и манной каше.
  Поскольку я не знал, кто принесет заказ - робот, или живой человек, то, критически осмотрев в зеркале свой заплывающий жирком пресс, и пообещав себе начать утро с полусотни отжиманий, дабы не шокировать официантку, накинул на себя халат и начал разминку перед трапезой, нацедив сто грамм водочки из бутылки в минибаре.
  Администратор не соврала. Не прошло и заявленных пятнадцати минут, как в дверь (из настоящего дерева, а не пластика, как в большинстве гостиниц!), вежливо постучали. Не поднимаясь с кресла перед головизором, по которому шла очередная серия 'Футурамы', я приказал компьютеру открыть дверь.
  В номер, грациозно вращая бедрами, вошла официантка, толкая перед собой тележку на гравиподушке. На Андрии я привык не обращать внимания на прислугу, но чудесный, совершенно волшебный запах, источаемый блюдом из-под блестящей крышки, заставил меня втянуть воздух полной грудью и повернуться к девушке. Сама она была облачена в туфельки, белоснежные чулочки, туго обнявшие резинками ее загорелые бедра, черную юбочку, достаточно облегающую, чтобы оценить красоту округлости ягодиц официантки, и достаточно короткую, чтобы взволновать меня узкой полоской кожи над чулками, блузкой, натянувшейся на полных дыньках грудей, с двумя пышными фонарями на плечах, белом передничке, и белом же чепчике, из-под которого выбивалась на высокий, ровный лоб, прядь темных волос. Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что она выполняет в гостинице функции и другой, гораздо более оплачиваемой, профессии. Сорок первый век - почти все работают по совместительству! Грациозно вышагивая, девушка подвела тележку к креслу и подняла крышку.
  О, Боже! Я точно попал в рай! На тарелке, ровной горкой, конусом со срезанной вершиной, лежал золотистый рис, увенчанный кусочками источающей жир баранины, с торчащими то здесь, то там соломинками острого лука, жалящего даже своим запахом, как заряды бластера, и красной, как вечерний закат, моркови. Рядом с посудой лежали ломти черного, ржаного хлеба с поджаристой, хрустящей корочкой.
  - Кетчуп? - предложили официантка.
  - Ты что, дура, что ли? - возмутился я. - Ты бы сама стала плов с кетчупом есть? То-то же!
  И, не дожидаясь, пока прислуга покинет помещение, я засадил в горку риса ложку, зацепив попутно несколько кусочков мяса, и отправил в рот восхитительную снедь. Благодать! Лишь теперь я начал верить, что на Земле все не так уж и плохо, и у Империи есть будущее! Я прикончил половину тарелки плова и две банки 'Тархуна', прежде чем заметил, что девушка еще никуда не ушла, а стоит у окна, облокотившись на подоконник, выставив свою замечательную попку. Похоже, придется сегодня не выспаться...
  - Неплохую позицию вы выбрали, товарищ рейд... - она запнулась, покосившись на мою новую форму. - Товарищ комиссар-полковник.
  - Для чего? - осведомился я, едва не подавившись.
  - Конечно, чтобы убить Императора! - улыбнулась красавица. - Для чего же еще? Какое у вас оружие? ПВД-СС?
  - Что?
  - Плазменная Винтовка Драгунова, Снайперская Специальная. Я угадала?
  - Тьфу, черт! - я бросил на столик ложку. Это ж надо такой обед испортить! - Тебе кто такую глупость сказал? Будто я собираюсь убить дядю Витю? Деточка, ты, вообще, кто?
  - Фамилия Грант вам о чем-нибудь говорит? - поинтересовалась официантка, гордо задрав подбородок.
  - Э-э... что-то знакомое, - задумался я. - Кажется, был такой генерал в Комиссариате, еще во времена Федерации... но могу и ошибаться.
  - Да, верно! - кивнула девушка. - Комиссар-генерал Грант - один из немногих, кто выступил против Андреевских, за что и был казнен!
  - Его пример - другим наука, - заметил я. - А я-то тут при чем?
  - Не вы, а я! Я - Регина Грант, внучка генерала, и член небольшой (но это пока!) группы решительно настроенных людей, настроенных бороться против новых порядков, чтобы восстановить социальную справедливость, и я хочу, чтобы вы знали - ваше дело правое, и вы всегда можете рассчитывать на поддержку 'Союза 19 декабря'!
  - Ой, малышка, притормози, - замахал я руками. - Такое количество высокопарных слов у меня в голове не умещается - она начинает пухнуть и болеть. Интересно, какую поддержку, кроме... - я недвусмысленно указал взглядом на ее груди. - Расскажи мне, как же вы восстанавливаете социальную справедливость?
  - Ну... мы встречаемся в подпольных убежищах... - начала перечислять декабристка. - Осуждаем политику Виктора Первого, строим планы, как его свергнуть... скоро начнем распространять пропагандистские листовки! А чего вы смеетесь?
  Она ошибалась. Смеялся я только в начале. После слов 'скоро начнем' я уже просто ржал как драакский друуль. Да с такими темпами дяде Вите абсолютно нечего опасаться!
  - Моя милая девочка, - выговорил я, остановившись. - Ты даже не представляешь, как ты заблуждаешься! Я здесь не для того, чтобы устранить Императора, а чтобы помочь ему восстановить контроль над мятежными мирами.
  - Что? - лицо Регины исказила гримаса отвращения. - Да как вы можете служить этому тирану, извергу и душегубу? Хотите, чтобы он и остальные планеты так же заморил голодом, как Землю? Хотите, чтобы деньги других, свободных сегодня, государств, обесценилась так же, как и Земные рубли? Хотите, чтобы...
  - Да-да, можешь не продолжать, - отмахнулся я. - А ты думаешь, что действия твоего 'Союза' что-то изменят? Или, что если к власти придет кто-то другой, то все изменится в мгновение ока? Что Виктор Первый - этакий злодей, а правители других планет - белые и пушистые? Да нифига подобного, детка! Андреевских - да, безусловно прорвал плотину, показав что, что играть можно и по другим правилам. А остальные, почувствовав слабину в обороне Империи, поспешили огородиться от нее, и пилить свой кусок пирога. Слышала про детскую игру - 'Мы делили апельсин, много нас, а он один!'. Апельсинов на всех не хватает, и никогда не хватит. Ну, допустим, придет к власти другой человек, снова назовет Империю Федерацией - что, думаешь, прочие миры поспешат вернуться под сень Солнечной Системы, совершенно добровольно поделивший свалившейся на них властью? Как бы не так! Да, возможно, они начнут торговлю с Землей... я обращаю твое внимание - не безвозмездное снабжение, как ранее, а именно торговлю с Землей. Продовольствием, техникой, да хоть рабами - не важно. Важно то, что торговля будет осуществляться по совершенно грабительскому для новой Федерации курсу, и долго она - Федерация, не протянет. Плюс, даже Андрадор и Ления, скорее всего тоже отвернутся от Солнца. Вот тогда Земля и несколько десятков безкислородных миров, которых, худо-бедно, тащит на себе Империя, просто прекратят свое существование. Раз и навсегда. Усекла?
  Ответить она не успела. В дверь снова постучали. Теперь уже и без намека на вежливость, а грубо и настойчиво, как обычно стучат ребята в сапогах, когда приходят темной ночью за не совсем законопослушным гражданином. Официантка резко побледнела.
  - Ждешь кого-то? - шепотом спросила она.
  - Нет, а ты? - переспросил я.
  - Тоже нет...
  - Компьютер, снять изображение с голокамеры номер один, - приказал я. - Спроецировать на панель головизора.
  В воздухе, вместо кадров из 'Футурамы', нарисовались силуэты пятерых десантников в боевых скафандрах. Ребята были вооружены БУК-74, а один из них - даже легким гравидеструктором! Неужели, придется ответить за стрельбу в ресторане? Может, и вправду стоило расписать обойму бластера не по ногам, а по головам полицейских?
  - Это за мной, - мрачно произнесли мы с девушкой одновременно.
  - За тобой? - удивлено воскликнула она.
  - Так, подожди, почему за тобой-то?
  В дверь постучали еще более настойчиво.
  - Товарищ комиссар-полковник, у вас все в порядке? - прокричал сержант с той стороны. - Откройте, иначе мы выломаем дверь!
  - Ну, - рыкнул я на Грант. - Говори. И в твоих же интересах сделать это как можно скорее.
  - Похоже, они нашли официантку, - пролепетала Регина. - Я наверно не очень хорошо спрятала ее в кладовой...
  - Какую официантку? А ты-то кто?
  - Что? Да как вы могли подумать! Чтобы я... официанткой! Вы, разве, не заметили, что форма на два размера меньше, чем надо?
  - Меньше!? - усмехнулся я, в очередной раз осматривая девушку с головы до ног. - Я был готов поспорить, что она на два размера больше, чем надо!
  - Считаю до трех, и мы ломаем дверь! - закричал десантник.
  - Так, ладно, раздевайся, - приказал я гостье.
  - Да что вы себе...
  - Жить хочешь? Я слышал, что полиция сейчас не больно-то церемонится с нарушителями режима.
  - РАЗ!
  Регина, раскусив мой гениальный план, поняв, что деваться ей некуда, начала стягивать с себя одежду. Сначала на пол полетел чепчик, за ним - фартучек.
  - ДВА!
  Блузка, стоило расстегнуть пару пуговиц, слетела сама, обнажив совершенно обалденную грудь с крупными, как вишня, шоколадного цвета сосками. В любое другое время я бы с удовольствием растянул бы это процесс, наслаждаясь стройным, загорелым телом девушки, но сейчас, как назло, его и не было.
  - ТРИ!
  - Отставить! - гаркнул я.
  Революционерка как раз скинула с себя юбку, и, запихнув ногой ворох одежды под кровать, брякнув спрятанным там оружием, юркнула под одеяло. Вот теперь можно открыть дверь.
  - Тов... товарищ комиссар-полковник? - почтительно осведомился сержант, опуская уже занесенный для удара прикладом гравидеструктор.
  - Нет, Амбар Обаха, - сострил я. - А ты кого ожидал увидеть?
  - Здравия желаю! - вытянулся он в струнку, приложив ладонь к шлему. - Прошу прощения за беспокойство, в вашем номере нет посторонних?
  - До тебя не было, - заверил я. - Что случилось?
  - Служащие нашли оглушенную официантку... пропала ее форма, вот мы и осматриваем все комнаты, - смущенно, словно оправдываясь, произнес командир. - Разрешите войти?
  - Давай, - кивнул я. - Но только быстро. Я занят.
  Десантник вошел в помещение и остановился, сделав пару шагов. Хотя я и не мог видеть, куда смотрит боец из-за шлема на его голове, но, готов был поклясться, что солдат во все глаза уставился на Регину, позволившую одеялу сползти почти до пупка, полностью обнажив верхнюю часть тела. Попятившись на девушку несколько секунд, сержант, спиной вперед, покинул комнату.
  - Прошу прощения, товарищ комиссар-полковник! - извинился он. - Я вижу, что мы зря вас побеспокоили, - добавил он не без ехидства в голосе.
  - Счастливо, - улыбнулся я, захлопывая дверь.
  Подождав, пока топот тяжелых сапог стихнет в конце коридора, я обернулся. Гостья до сих пор лежала на кровати, и не думая прикрыться. А, между тем, времени потеряно уйма... подъем уже всего через четыре часа! Выспаться точно не успею, так что, если ли смысл пытаться?
  
  
  Глава 4
  
  Я только что принял душ с гидромассажем, и, сидя в кресле с банкой 'Тархуна', раздумывал на тему - считается ли произошедшее ночью, равноценной заменой обещанным себе пятидесяти отжиманиям, и уже подумывал о повторной нагрузке на мышцы, как вдруг в дверь, уже в третий раз за прошедшие шесть часов, постучали. На пороге стоял Винсент, обещавший зайти за мной рано утром, но, как и следовало ожидать - слегка задержался. Я с огромным удовлетворением отметил, что нос марсианина стал лишь чуть-чуть меньше, чем вчера, краснота же и не думала спадать. Это плюс! Значит, сноровки я не теряю!
  Вместо черного костюма на майоре была его полевая форма с нашивкой на левом плече, с изображением щита поверх меча и стилизованного, угловатого орла, и наградными планками. С сожалением оставив свой новый мундир на вешалке - крайне неприятно было бы повредить его в первый же день, в первой же схватке, а поездка в этот проклятый город не исключала и такого, я тоже одел мешковатую пятнистую форму. В душе ковырнулась злая зависть - у меня наградных планок не осталось. Как-то побрякушки перестали меня привлекать после того, как Андреевских подставил меня, хотя... не он мне их давал.
   Просто то большое, светлое чувство, что я делаю нечто очень важное и нужное для всего человечества, пропало тогда же. Ну не видел я ничего столь замечательного в том, чтобы истреблять не только отдельных личностей, но и целые расы, прикрываясь вопросом жизни или смерти своего вида, а в самом же деле - предоставляя возможность таким, как мой дядя побороться за власть, дабы отхватить максимально большой кусок сего лакомства.
  Но сейчас, когда я вновь оказался на Земле, когда в очередной раз окунулся в эту атмосферу, пусть и полную интриг, но пропитанную духом... духом Устава и того, еще старого порядка, отсутствие наград на моей груди скребло когтистым сипатом на душе. Нет, конечно, это ассоциативно. Там, на Андрии, другая жизнь, где награды Солнечной Системы, звания и регламенты, существующие здесь, не означают ровным счетом ничего, где они не бросались в глаза по несколько раз на дню, мне и плевать на них было. И наоборот. На Земле я не хозяин того мира, Император Жаклинии, а всего лишь комиссар-полковник Федерального... нет, Имперского Бюро Разведки? Надо будет уточнить, как сейчас называется эта структура. В общем здесь все мои новые заслуги и звания были абсолютным нолем, пусть и возведенным в степень 'икс', но нолем от этого быть не перестав.
  Регина, разбуженная шумом, проснулась, и, потянувшись, ничуть не беспокоясь, что одеяло снова сползло с ее груди, с интересом наблюдала за нашими сборами. Одеяло в какой-то мере я готов был понять - снежные шапки на пиках Эвереста или марсианского Олимпа тоже недолго держатся на этих кручах, сходя вниз клокочущими лавинами. Ван Ванкелен удостоил девушку лишь мимолетным взглядом, и снова откинулся кресле, уставившись в потолок прикрытыми глазами, словно моя гостья была самой обычной, ничем не примечательной, и даже совсем не привлекательной девчонкой. Вот это два! У меня даже появилось подозрение, что ночью, в полутьме, я чего-то не разглядел. Или увидел нечто большее, чем представляла собой Грант. Притормозив на несколько секунд, замерев в куртке, одетой лишь на одну руку, я, подолгу задерживая взгляд на некоторых местах, осмотрел девушку, но изъянов так и не обнаружил. Даже наоборот! Естественно, кроме ее политических взглядов, но Винс-то этого знать не мог! А, может, он из тех, что предпочитают мальчиков?
  - Это Регина, - представил я ее штабс-майору. - Кстати, внучка генерала Гранта... спит и видит, чтобы я грохнул твоего батяню, - добавил я, намереваясь уколоть, скорее, своего дальнего родственника, нежели свою любовницу.
  Декабристка бросила на меня быстрый взгляд, не на шутку перепугавшись, а после - на агента, удивленный. Да, надо полагать, мой дядюшка не больно-то распространялся на тему своих внебрачных связей, а, уж тем более - об их плодах.
  - Рад знакомству, - безразличным тоном ответил офицер.
  - Я не понял... тебя что, это совсем не колышет? - изумился я.
  - Если каждого, кто мечтает вернуть старый мировой порядок, ставить к стенке - зарядов не хватит, - пожал плечами ван Ванкелен. - Ты готов?
  - Почти, - кивнул я, застегивая липучки легкого бронежилета из углеродистого волокна, обтянутого графеном.
  - А вы куда собрались? - поинтересовалась девушка.
  - Куда надо, - отрезал я.
  - А можно с вами? - попросилась она. - А то мне все равно делать особо нечего...
  - Как - нечего? - воскликнул я. - А кто ж тогда заговоры плести будет?
  - Поехали, - неожиданно согласился эсэсовец.
  - Что? - удивился я. - Дружище, ты чего творишь? Нафига она нам сдалась? У тебя, кстати, и во флаере всего два места. Нет, если хочешь взять ее вместо меня - я совсем не против. Я могу и здесь подождать, пока ты с мутантами все утрясешь.
  - Ну, во-первых, может и мне чего от нее захочется, - парировал агент. - А, во-вторых, на 'Приоре' до Москвы часа четыре, на 'Союзе' - меньше часа. На Земле, в отличие от Лентиса-2, с лошадей давно слезли, товарищ комиссар-полковник.
  Попытку как-то задеть мои чувства, упомянув уровень технического развития Андрии, я, разумеется, засчитал, только боезапас пропал в пустую. Меня это совершенно не тронуло. Лишь стало понятно, что масштабы зависти, питаемой ко мне внебрачным сыном Виктора Павловича, намного больше, чем я предполагал изначально. Ведь, мало того, что моя фамилия, как и Императора - Андреевских, так, еще и, я, удачно избежав казни, получил вчера комиссар-полковника, в то время как сам Винс до сих пор майор, причем, во многом, из-за моего побега с 'Восхода' пять лет назад! Да, чуть не забыл добавить расквашенный нос. Но это он уже сам заслужил.
  Может... я навел на шпиона ствол 'Вихря', висящего на плече, и положил большой палец на флажок предохранителя. Пока я нужен Императору - он мне и не такое спишет!
  - Ау! Может, вы перестанете обсуждать меня так, словно меня здесь нет? - вскричала Грант, вскакивая с кровати, представая перед нами во всей красе.
  Я только судорожно вздохнул, моментально забыв про нацеленное на моего дальнего родственника оружие, лизнув взглядом точеную, словно вылепленную искуснейшим мастером человеческих тел, фигурку Регины. Ван Ванкелен и вовсе предпочел отвернуться, дабы не травить душу. Нет же! Я оказался абсолютно, на сто процентов прав! Моя гостья и при свете дня, на абсолютно трезвую голову, выглядела совершенно потрясающе! Значит, это у эсэсовца с головой не все в порядке.
  - Хрен с тобой, - махнул я рукой. - Поехали. Только переодеться не забудь.
  - Сперва - одеться, - заметил Винсент.
  Для меня осталось совершенно загадкой - для чего я так рано просыпался? Сначала мы были вынуждены заскочить к внучке Гранта, которая жила в частном доме в пригороде, где когда-то стоял и мой коттедж, чтобы она переоделась, потеряв, по меньшей мере, час времени. Этот район, по сравнению с остальной частью Челябинска, что я успел увидеть, изменилась меньше всего. Все те же новенькие блестящие флаеры ведущих производителей, в большинстве - стремительные, приземистые спортивные 'Лада' и шикарные лимузины 'Волга', и гораздо меньше машин, лежащих на стыке классов - среднего и премиум - 'Порши', 'Майбахи', парочка 'Феррари'. Но это уже так - мелочи, поскольку такие средства передвижения у меня ассоциировались с рыбой, напялившей шкуру, чтобы выглядеть мясом. Разве перестала она после этого быть морепродуктом? Конечно - нет!
  Тротуары сияли чистотой, а трава на газонах стояла ровными, аккуратными, недавно подстриженными росточками, словно полк солдат на плацу во время парада. Дамочки прогуливались с собачками и ленийскими ташерами, не упуская возможности недовольно высказаться по поводу десантного скутера, примявшего амортизатором живую изгородь, и расколовшего своим весом с десяток фигурных пластиковых тротуарных плиток. Да, в этом районе и раньше простой смертный не мог позволить себе жилье, а сегодня, поди, и тем более! Так уж устроен этот мир... впрочем, наверно, не только этот, но и любой другой - даже малейший сдвиг в зыбком экономическом балансе государства позволяет обернуть, преумножить капитал тем, у кого он есть, окончательно сбросив в бездну бедности тех, кому оборачивать нечего. Ноль, помноженный хоть на что, в итоге снова дает ноль. Это математика, а она - наука точная.
  Я постарался потратить время незапланированной паузы перед началом миссии с максимальной пользой - то есть прокручивал, в голове этапы предстоящей операции. На первый взгляд, как обычно, все выглядело достаточно буднично - прилететь в Москву, проникнуть в город через одни из ворот, наглухо запечатанные полторы тысячи лет назад. Эта часть вызывала меньше всего вопросов. Сама бывшая столица Земли, как запретная зона радиусом в полсотни километров, была обозначена на всех голокартах. Проникнуть - уже сложнее, но и здесь все было решено до нас. Достаточно ввести цифровой код где-то на панели системы безопасности у ворот, соответствующий не только настоящему дню, но и вполне конкретному времени, изменяющийся каждый час по заданному пятнадцать веков назад алгоритму - и готово. Планшетник, свернутый в трубочку, с почти девятью тысячами строк цифр был у штабс-майора во внутреннем кармане. Мне Император, все же, доверял не до конца!
  А вот дальнейшая часть операции была совсем запутанной и непонятной. То есть понятно, что у любого сообщества разумных существ есть свой определенный лидер, иначе не бывает. Найти его тоже задача вполне выполнимая. Но вот как его заставить отрядить под наше командование несколько тысяч своих сограждан... фактически - пушечного мяса! Это уже вопрос вопросов и предмет для торга. Благо, торговаться мы, имея гарантии Виктора Павловича, могли почти до бесконечности - то есть даже предложит мутантам вольную волю, предоставив полную свободу перемещения в пределах Империи! Мелочи, если подумать. Найти их после того, как пушечное мясо сыграет свою роль и вывести в расход - дело техники и размеров боезапаса.
  Девушка появилась на исходе часа, сменив форму официантки на коричневые полусапожки из кожи Тангарского динозавра, плотно облегающие бедра и попку джинсы, майку, отставляющую открытым плоский животик с крохотным пупочком, и куртку полувоенного стиля. Иных изменений в ее одежде я не заметил, и мог лишь строить догадки - на что у нее ушло столько времени? Древняя бабушка, на вид - за три сотни лет, проходящая в этот момент мимо, не упустила возможности поворчать, осуждая нравы современной молодежи и их гардероб.
  Следующей остановкой стал ресторан 'Гравюра'. Винсент отлично усвоил урок, полученный им в 'Кавказской кухне', потому выбрал заведение, одно из немногих, на которых не распространялся ни продуктовый ценз, ни карточная система. Я тоже усвоил урок, и, хотя облаченный в бронежилет, не совсем вписывался в местный колорит, но посещать подобные заведения без него, и без оружия, уже не решался. Глядишь, скоро это станет первейшим правилом хорошего тона.
  Стоимость завтрака сравнялась с годовым бюджетом какого-нибудь не шибко развитой колонии, типа Америи, тем более было приятно записать трапезу на счет администрации Императора. Нет, я не успел проголодаться после ужина восхитительным пловом, доставленным не менее потрясающей официанткой, да и особого аппетита не было - в памяти все чаще всплывали истории про то место, куда мы направлялись, по сравнению с которыми события пятилетней давности на 'Прогрессе' выглядели детской сказкой, и кусок просто не лез в горло. Но я героически справился с отбивной, не забыв оставить щедрые чаевые. За счет Виктора Первого ничего не жалко.
  Наконец, покончив со всеми незапланированными делами, мы оставили за кормой Челябинск, и 'Союз' взял курс на запад - на Москву. Далеко внизу, под коротким крылом с висящей под ним пусковой установкой с пятью протоплазменными ракетами 'Колдун', мелькали хитросплетения транспортных труб, стрелы магнитной дороги, голубые извилины рек, зеркала солнечных батарей и города, города, города. Порой, очень-очень редко, попадались зеленые пятна лесов. Вскоре скутер пересек широкую ленту Оки, и впереди замаячил темный, словно закопченный изнутри купол, возвышающийся над пятидесятиметровой стеной из супербетона с бериллиевой матрицей, армированной арамидной сеткой - самыми современными и самыми прочными материалами, что были в распоряжении человечества в двадцать четвертом веке.
  Мрачная серая стена, вросшая в землю, покрывшаяся у основания травой и мхом, испещренная трещинами и выбоинами, сглаженная, обтесанная ветрами за полторы тысячи лет, с вечной тенью с северной стороны, производила весьма гнетущее впечатление. Я положил ладонь на рукоятку 'Вихря'. Немного полегчало. В конце концов, то, что за этой стеной - дело человеческих рук, а то, что сделал один человек, другой, при достаточном желании, завсегда сможет и уничтожить, и переделать. И 'Прогресс' тому пример. Недостаточно масштабно? Хорошо, еще один пример - Федерация Солнечной Системы и Развитых Миров!
  - У тебя оружие есть? - спросил у девушки Винсент.
  - Нет, откуда? - покачала она головой, не отрывая взгляда от величественного строения.
  Штабс-майор, вздохнув, извлек из-за пазухи БСМ, и протянул его Регине.
  - Пользоваться умеешь?
  - Да, конечно, - улыбнулась Грант, щелкая предохранителем. - Мы с дедом часто пострелять ходили...
  - Лучше на предохранитель снова поставь, - заметил я. - А то пистолет - такая штука... нет-нет, да и пальнет.
  Скутер, выпустив амортизаторы, мягко приземлился на посадочную площадку, подняв тучу пыли и разметав ее по бетону. Похоже, давненько никто сюда не прилетал. Да и зачем, если подумать? Оставив пилота бдеть, мы покинули десантника, и, подошли к огромным воротам, порыжевшим от ржавчины. Стоило нам ступить под арку, как крышки в полукруглом своде с душераздирающим скрежетом ушли в стороны, обнажая два допотопных крупнокалиберных пулемета, направленных точно на нас.
  - Введите пароль, или будете уничтожены, - потрескивая, произнесли старые динамики.
  Вот и обещанная система безопасности! Впрочем, я надеялся, что она будет более безобидной. Декабристка, испуганно взвизгнув, поспешила спрятаться за моей спиной. Бесполезно это... Пушки такого калибра продырявят насквозь и меня, и легкий бронежилет, и ее тоже. Я уже начал жалеть, что не надел боевой скафандр - двадцать миллиметров керамохитина этому оружию точно не по зубам.
  - Да расслабьтесь вы, - усмехнулся ван Ванкелен. - Я же на Марсе родился! Дома такого хлама навалом. Там уж поржавело все.
  - Давай на твою жизнь поспорим? - предложил я.
  Эти слова заставили шпиона иначе посмотреть на свое положение, и он заспешил к консоли на створках ворот. Я между, делом, давно уж сомневался, что эсэсовец в самом деле родился на красной планете. Не факт, что это - не часть его легенды, той самой, где секретный агент всего лишь сержант десантных войск. Винс достал из-за пазухи планшетник, и, водя по нему пальцем, забормотал под нос:
  - Так, сегодня четверг, двадцать пятое число, половина первого дня, значит пароль...
  Эсэсовец набрал на громко щелкающей клавишами панели несколько цифр.
  - Пароль неверный, - сообщила система безопасности. - У вас осталось две попытки.
  - Да как это неверный? - удивился майор, сверяя знаки в узком окошке со значениями в планшетнике.
  - А то, что до Анархии 2992 года Москва находилась в другом часовом поясе - я буду помнить? - прошипел я.
  - Точно! - хлопнул себя по лбу шпион. - Получается, половина второго!
  Он ввел новые цифры.
  - Пароль неверный, - обрадовали нас хрипящие динамики. - У вас осталась последняя попытка.
  - Да что еще-то! - возмутился ван Ванкелен.
  - Переход на зимнее время был упразднен в 3012 году, - напомнила Регина, высовываясь из-за моей спины.
  - Никто больше ничего не хочет вспомнить? - прорычал Винсент, вытирая со лба пот тыльной стороной ладони.
  - Високосный год с... э-э... короче, с тридцать седьмого века не раз в четыре года, а раз в шесть лет, - заметил я.
  Да-да! С каждым годом Земля все ускоряла свой бег, быстрее и быстрее вращаясь вокруг Солнца. Теоретически это объясняло, отчего с каждым последующим визитом на родную планету моя голова тоже все больше и больше шла кругом.
  - Черт побери! - выругался секретный агент. - То есть не обязательно, что для системы безопасности, сегодня двадцать пятое число?
  - Не факт, - согласился я, отступая за арку, куда пулеметы, если и в их отношении он ошибался, не могли дотянуться.
  - Для ввода пароля осталось десять секунд, - предупредил древний компьютер.
  Как-то так повелось, что чем дальше отстоят события от нынешнего момента, тем больше и лучше люди про них помнят. Двадцать девятое февраля из каждого четвертого года в каждый шестой переместилось всего около четырех сот лет назад, и, как назло, когда точно - никто и не помнил. А если бы и помнил - что, за оставшиеся...
  - Пять...
  ...пять секунд, с учетом всех прочих изменениях в исчислении времени, разве смогли бы мы успеть посчитать, какой сегодня был бы день, и который час, по календарю наших далеких предков? Конечно - нет!
  Увлекая за собой девушку, я бросился под прикрытие амортизатора 'Союза'. Слабая защита, но остановить пули, отлитые пятнадцать веков назад, способна намного лучше бронежилета, один черт, оставляющего открытыми голову, руки и ноги. Штабс-майор юркнул за угол. Тоже верно - там он оказался вне сектора обстрела пулеметов, со скрипом поворачивающихся на турелях, пытающихся не сводить с непрошенных гостей черных провалов дул.
  - Один!
  Эсэсовец выставил перед собой планшетник, словно тонкий пластиковый лист защитит его от свинцового дождя лучше супербетона. Я сжался в комок, закрывая своим телом Регину. Бедное создание! Она-то вообще не за что под раздачу попала!
  С зубодробящим скрипом, будто световым пером по голодоске, заработал какой-то механизм. Что-то лязгнуло. Я буквально врос спиной в амортизатор, в ожидании очереди из старого, но от этого не мене разрушительного оружия, как вдруг раздался ужасающий грохот.
  С каким звуком пулеметы выплевывают пули, сопровождаемые сполохами пламени от сгорающего пороха, я прекрасно знал. Имел возможность познакомиться с огнестрельным оружием во время Мирной Разведывательной Экспедиции на Андрадоре. Так вот этот звук имел мало общего с тем, что остался в моей памяти.
  Я открыл глаза. Одна пушка, превратившись в груду металлолома, в облаке ржавой пыли, лежала на площадке под аркой. Вторая, свисая на одиноком кабеле, раскачивалась под сводом, ритмично ударяясь об скругленную стену. Боднув бетон несколько раз, и этот пулемет, порвав сгнившие провода, ухнул вниз, сложившись подобно сминаемой сапогом пустой банке из-под 'Тархуна'. Кстати, советую попробовать - незабываемые ощущения!
  Похоже, на этот раз марсианин оказался прав - оружие давно заржавело и вышло из строя. Нет, не так. Мне больше удовольствия доставляло думать, что нам просто повезло.
  - Мы мертвы? - несмело поинтересовалась внучка Гранта.
  - Не дождешься, - ответил я, поднимаясь на ноги и отряхиваясь. - Слышь, гений, - окликнул я ван Ванкелена. - И как нам теперь внутрь проникнуть?
  - Испытанным дедовским методом, - усмехнулся агент, высовываясь из-за угла и снимая с плеча БУК-74.
  Похоже, этот метод становится семейным способом преодоления любых препятствий! Щелкнув предохранителем, Винс поднял ствол бластера и зажал гашетку, очерчивая всепробивающими лучами полукруг, насквозь прошивая изъеденный термитами времен металл ворот. Из зияющих дыр по поверхности, словно слезы, потекли капли расплавленной стали. Отрезанная от опоры, створка еще постояла с мгновение, словно раздумывая, падать ей, или нет, и грохнулась на бетонный пол, подняв тучу пыли.
  - Делов-то, - улыбнулся во все тридцать два зуба агент, заменяя батарею 'семьдесят четвертого'.
  Регина изумленно покачала головой, смотря на стрелка с нескрываемым восхищением. Хм, невероятно! У меня появился конкурент, и кто - тип с расквашенным носом, на две звезды младше меня по званию! С ума сойти!
  Дабы не ударить в радиоактивные отходы лицом, я, кивнув головой, пригласил компаньонов за собой, и, выставив вперед короткие стволы 'Вихрей', смело шагнул в организованный штабс-майором проем.
  
  
  Глава 5
  
  Все же, что бы про них не говорили, но наши предки были редкостными жлобами. Такая мысль пришла мне в голову, стоило включить тактические фонари на ствольных коробках Бластеров Специальных Автоматических. Посадочная площадка находилась на высоте примерно посередине стены, то есть около двадцати пяти метров. С наружной стороны - все понятно, можно прилететь на скутере, или на чем там наши предки летали? На гравилете. А с этой стороны спуститься вниз можно было лишь по узкой металлической лестнице, выглядевшей крайне ненадежной. Могли бы хоть лифт организовать! Впрочем, вероятнее всего, что, запечатав навечно московских мутантов, они предпочли забыть дорогу в проклятый город, и совершенно не намеревались часто сюда наведываться.
  - Вот ничерта себе! - присвистнул Винс.
  Я поднял глаза. И вправду - ничерта себе! В обе стороны уходили бесконечные стены, теряющиеся в тумане. Даже нет, не в тумане, а, скорее, смоге - сером дыме, скопившемся под куполом. Система вентиляции, если она и была - катастрофически не справлялась со своей задачей. Впереди, насколько хватало глаз, простирался древний город: панельные пятиэтажки, верхние этажи которых находились чуть ниже нас, дальше - здания повыше, и совсем далеко - самые высокие строения Москвы, со снесенными вершинами, теряющимися в клубах дыма.
  Город не был безжизненным - здесь и там горели электрическим светом окна домов, фонари освещали улицы, шумел транспорт. Вдалеке гремели очереди гауссовских пулеметов. Интересно, откуда они в Москве? Она же была законсервирована намного раньше, чем появилось такое оружие, или я ошибаюсь? Совсем рядом залаяла собака.
  Вообще, все, что я видел перед собой, подтверждало одну старую истину - жизнь везде найдет себе дорогу, найдет путь для развития. Слабейшие представители фауны вымрут, но сильнейшие останутся - на этом и была основана вся колонизационная политика Федерации. Небеспричинно. Это закон, один из основополагающих моментов устава эволюции.
  - И где же нам искать босса этой свалки? - упавшим голосом поинтересовался ван Ванкелен, облокотившись на поручни.
  - Не знаю, - честно признался я, пожав плечами. - Но, насколько я помню историю Земли, где-то здесь, в Москве, должна быть старая крепость - Кремль. Там, вроде как...
  Продолжение моей фразы потонуло в переливающемся звоне, звучавшим, казалось, одновременно и из центра города, и сверху, с купола, и от каждой трещины в стене, и, даже, внутри меня. Эхо, вдоволь наигравшись с мелодией, покидав ее из стороны в сторону, затихло, затерявшись среди зданий. Но это было еще не все! Уши взорвал удар чудовищного гонга, от которого завибрировала хлипкая металлическая площадка, где мы стояли. РАЗ-з-з-з... РАЗ-з-з-з... РАЗ-з-з-з... Удивительно, как при таких испытаниях купол, да и все постройки, еще не обрушились!
  Штабс-майор потряс меня за рукав. Убрав руки от ушей, я посмотрел на агента. Губы его шевелились, словно Винсент что-то говорил, но кто-то выключил звук.
  - Не слышу! - прокричал я, покачав головой.
  - Что вроде как? - проорал в ответ тот.
  - Часы огромные, вроде как, в Кремле были, - ответил я. - Спускаемся!
  И, подождав, пока гул в голове осядет, первым начал спуск по узким, сваренным из стальных прутков, ступеням. Эсэсовец загремел сапогами по лестнице следом за мной, завершала процессию Регина.
  - А, да-да, - воскликнул он. - Вспомнил! Там, кажется, еще гигантские рубиновые звезды были! Как думаешь, правда это, или байки?
  Я промолчал, сосредоточившись на ощупывании сапогом каждой последующей, опасно скрипящей под весом моего тела, ступени. Рубиновые звезды? Звучало неправдоподобно, хотя и про это я слышал на уроках истории в Академии. Враки, скорее всего. А, с другой стороны, кто их, наших предков, знает? Ударило же им в голову выращивать кукурузу за полярным кругом, пшеницу на луне, и рапс на Марсе! Вообще, по большому счету, в истории родной планеты было очень много весьма логичного, очень похожего на правду, оказавшегося в результате вымыслом. И наоборот.
  Почувствовав, наконец, под ногами твердую землю, я облегченно вздохнул. Ван Ванкелен, спустившись, развернулся, и поймал декабристку, спрыгнувшую с лестницы, не доходя нескольких ступенек до низа. Как по-джентельменски! Я злобно сплюнул, поддев носком сапога выбитый из покрытия кусок асфальта. Нет, не то чтобы я ревновал - даже намека на светлые, долгоиграющие чувства к Регина я не испытывал. Дело, скорее, в моей гордости, несколько ущемленной тем, что девушка отдает свое предпочтение человеку, младше меня по званию на целых две звезды! Оставив молодых обжиматься, я неспешно направился в глубь города.
  Кремль, если верить моей интуиции, находился где-то в центре Москвы. Это что - четверть сотни километров пешком топать? С ума сойти! Лучше найти какой-нибудь транспорт... внезапно тишину разорвал крик изменницы, треск БУКа и протяжный визг, очень напоминающий собачий. Это ж как далеко я успел отойти!
  Выставив перед собой стволы 'Вихрей', я бросился обратно. Пару раз пискнул БСМ, и снова заговорил 'семьдесят четвертый'. Кромсая темноту лучами прожекторов, я уже почти добрался до стены, как из дымки выпрыгнул огромный пес. В том, что это именно собака, а не кто-то еще - я не сомневался, достаточно повидал их на Кор-Ахадалле. В этом мире, с конструкциями, сплошь состоящими из адамантия, непроницаемого для всех видов известных современной науке излучений, друзья человека когда-то использовались для обнаружения схронов Кор-А, да так и остались на чужой планете. Только те собаки были, несмотря на свою бесполезность последнюю сотню поколений, были отлично обучены, вышкалены, и даже косо посмотреть на человека без приказа не осмелились бы. С этим животным - в точности до наоборот. Отвратительно пахнущая, лохматая псина с грязной, свалявшейся шерстью, свисающей грязными сосульками, смотрела на меня налитыми кровью глазами, угрожающе рыча, показывая желтые клыки.
  - Че ты пыришься? - процедил я, утапливая спусковые крючки обоих бластеров.
  Два потока смертоносных зарядов, вздыбив остатки потрескавшегося асфальта, подняв в воздух комья земли, подпалив жухлую траву, вырвав ее с корнями, застучали вокруг собаки. Пусть на таком расстоянии точность 'Вихрей' не на высоте, но я и не ставил перед собой задачи взять в эту миссию снайперскую винтовку. Несколько лучей попало в животное, начисто срезав лапу, пробив грудную клетку и разворотив череп. Окропляя землю кровью, друг человека покачнулся, и повалился с ног.
  Выстрелы с той стороны, где остались Винсент с Региной, тоже замолкли. Или они покончили со своими противниками, или... ну, и в этом случае я не очень расстроюсь. Посветив вокруг, убедившись в отсутствии других собак, я зашагал к лестнице. Операция началась не самым лучшим образом, причем задолго до проникновения в Москву, так что я ожидал любой пакости, не убирая пальцев со спусковых крючков бластеров. Но меня опередили. Дымку прошила череда лучей, выпущенных, несомненно, из штурмового 'семьдесят четвертого'.
  - Майор, твою мать! - закричал я, падая под защиту мусорной кучи. - Вконец охренел?
  - А, это ты... - из тумана вышел агент, сопровождаемый девчонкой. - Извини, я думал это еще одно животное.
  - А то, что они гораздо ниже меня, и ходят на четвереньках, тебе в голову не пришло? - язвительно поинтересовался я.
  - Я же извинился, - виновато пробормотал ван Ванкелен. - Лучше придумай, как нам до Кремля добраться.
  - А давайте вот у них спросим, - предложила Регина.
  - У кого? - переспросил я.
  - У них, - декабристка ткнула пальцем мне за спину.
  Я, вскинув оружие, быстро обернулся, но пускать его в ход не спешил. От города к нам двигались процессия из десятка человек в доисторических (говоря это, я имею в виду, что даже старше тех, что у почетного караула) бронескафандрах. Подавляющее большинство несли, положив на плечи, электромагнитные пушки, но двое были вооружены гауссовскими пулеметами, а за поясом одного из москвичей блестел до боли знакомый КОЗ-971. Он то здесь откуда?
  Невероятно, но мутанты, во всяком случае, их головы, выглядывавшие из скафандров, внешне мало отличались от головы нормального человека. Да, бледная, с зеленоватым отливом кожа, да, худые лица с впавшими щеками, хотя это могло быть и от недоедания, и полнейшее отсутствие растительности - только блестящие в свете фонарей черепа. Если только... да, глаза! Их глаза, огромные глаза - почти белые, бледно-голубые, с большими зрачками лишь отдаленно напоминали глаза обычного представителя расы, с которой и пошло их начало - людей.
  Винс было дернулся, подняв ствол БУКа, но я ладонью опустил его вниз. Бесполезно. С такой огневой мощью мутанты, обладая еще и численным превосходством, с легкостью справятся с одной легкобронированной, и двумя совсем небронированными целями. Эх, как чувствовал, что надо было десантные скафандры одевать.
  - Оттуда, - кивнул на стену один из горожан, тот, что с бластером за ремнем, остановившись не нескольких шагах от нас.
  - Оттуда-оттуда, - заверил я.
  - Барыжить?
  - Чего?
  - Ну, торговать?
  Этот вопрос поставил меня в тупик. В общих чертах цель нашей миссии можно охарактеризовать и так - выторговать почти десяток тысяч человек в обмен на что-нибудь ненужное. Как-то так случилось, что самым ненужным у Империи оказался лишний ломоть свободы. Но вот откуда про это знает мутант?
  - Э-э... ну, в общем, да, - согласился я.
  - Так чего хипеш наводите? Поканали, - махнул он.
  - Кого наводим? - забеспокоился Винсент, отводя 'семьдесят четвертый' за спину. - Кого поканали?
  - Это на старорусском означает, что нам надо следовать за ними, - пояснил я.
  - А откуда ты знаешь? - усомнился штабс-майор. - Может, это на старорусском означает, что нас собираются прибить гвоздями к ближайшей стенке?
  Я только отмахнулся, не желая спорить. В самом деле - не объяснять же этому идиоту, что я, дабы не выглядеть ущербным в глазах Жаклин, прочел всего Костина на этом полузабытом языке? Мутанты ждали. Один из них достал из кармана прямоугольную пластиковую упаковку, зубами извлек из нее белую палочку, и, чиркнув зажигалкой, втянул в себя дым.
  Не может быть! Сигарета? Но они же запрещены на Земле под страхом смерти уже много-много лет! Какие еще сюрпризы преподнесет нам Москва? Поколебавшись еще с пару секунд, я решительно шагнул вперед.
  - Поканали!
  Эсэсовец попытался остановить меня, но это ему не удалось. Даже Регина последовала за мной. Похоже, я отыгрывал обратно потерянные очки! Москвичи поступили на удивление беспечно, но, наверно, это у них в генах. Они просто развернулись, открыв нам свои слабо защищенные спины, и пошли в обратную от стены сторону.
  - Эй! - окликнул я. - Мы чего, пешком поканаем?
  - Не очкуй, - ответил глава отряда. - Тачила рядом.
  'Тачилой' оказался старый серебристого цвета трамвай с резкими, рублеными линиями. Судя по всему, этот раритет многое повидал на своем веку - об этом говорила и самопальная решетка скотосбрасывателя спереди, и навешанные на кузов бронещиты, и забранные решетками разбитые окна. Краска лежала на импровизированном городском бронепоезде неровными слоями, меняясь цветом от слоя к слою.
  Глава небольшого отряда мутантов пропустил нас в салон транспорта с металлическими сидениями, забрался сам, и машина начала разбег по одинокой рельсе, терявшейся где-то впереди.
  Вообще, несмотря на пятнадцативековую изоляцию, жизнь в Москве не замерла и даже ничуть не захирела - в упадок пришли лишь ее окраины, если вообще хоть когда-то не были в столь плачевном состоянии. Чем ближе к центру города, тем меньше становилось мусора и завалов по краям дороги, тем ярче было освещение уличных фонарей. По дорогам сновали автомобили и автобусы, пусть и возраст их был больше, чем всех пассажиров трамвая, но эти средства передвижения до сих пор были в превосходном состоянии. Светящиеся, переливающиеся вывески на фасадах зданий приглашали посетить стриптиз-бары и казино, от ларьков, торговавших, если верить реклама, 'горящими собаками', невзирая на сомнительное происхождение мяса, пахло очень даже недурно. Невероятно, но общий кризис на Земле вообще, в Империи, в частности, похоже, никак не сказался на Москве! А, судя по тому, что травился сигаретами здесь едва ли не каждый второй, и законы, беспрекословно выполнявшиеся за стеной, здесь совершенно не действовали! Такой своеобразный островок свободы, анклав. У меня даже закрались сомнения - а кто, на самом деле, выиграл от возведения стены вокруг бывшей столицы Мира?
  Трамвай пересек по мосту реку, несущую свои темные воды с колеблющимися отражениями фонарей куда-то вдаль, и покатил, гудя электродвигателем, вдоль высокой стены из красного кирпича с зубьями, венчающими ее вершину. Нетрудно было догадаться, что это и есть тот самый полумистический полулегендарный Кремль. Здесь, возле этой, еще одной, внутренней стены, оградивший центр от остального города, даже трава и деревья, пожухлые в других частях Москвы, зеленели вовсю, освещаемые ультрафиолетовыми лампами. Транспорт прокатился еще чуть, и, свистнув тормозами, замер перед башней с высокими решетчатыми воротами.
  - Приехали, - резюмировал сопровождавший нас мутант. - Дальше пешкодралом.
  - А куда? - уточнил я.
  - Вот ты моришь! - удивился тот. - Ты в первый раз, что ли?
  - Ну да, - признался я.
  - Пипец! - покачал он головой. - Запрягают всякий шлак. Ладно, поканали.
  Оставив за воротами миниатюрный бронепоезд, мы проникли через ворота на огромную площадь, мощенную камнем, окрашенным красной краской. Вообще, если между двумя стенами - наружной и внутренней, преобладали тусклые, невыразительные цвета - темно-серый, почти черный асфальт, грязно-коричневая трава, кустарник и листва деревьев, светло-серые стены зданий и транспорт - белый, черный, и все, что между ними, реже - серебристый, как трамвайчик, на котором мы приехали, то здесь - наоборот. Красные стены, красная мостовая, туман над Кремлем - и тот отсвечивал красным. Собор, с обрезанными куполами, и уродливая прямоугольная постройка, словно вырезанная из куска камня лазерной пилой - и та красная. На квадратной башне, резко переходящей в восьмигранник, обнаружился и источник недавнего гула - исполинского размера часы с золотой окантовкой и черным циферблатом. Сейчас они показывали без четверти четыре. Стоило мне представить, какой шум, какой оглушающий звон они издадут через пятнадцать минут, и как он прозвучит на таком расстоянии от них - внутри все сразу сжалось.
  Винсент, идущий рядом, смотрел по сторонам во все глаза, безвольно опустив ствол 'семьдесят четвертого'. Казалось, даже если его прямо в сию секунду будут убивать, он и в том случае не ответит - настолько его поглотила мистическая красота легендарной крепости. Регина и вовсе брела, на автомате переставляя ноги, глядя немигающим взглядом, широко открыв рот. Да, девушки, еще и в ее возрасте - весьма впечатлительны.
  Но где-то я ее понимал. Сегодня столь древних городов, совершенно не тронутых прогрессом, не опутанных линиями транспортных труб, не застроенных небоскребами из углеволокна и поликарбоната, не разделенных на экологические сектора квазибарьерами, не осталось вообще. От Москвы же исходил дух того веселого времени, когда законы писались исключительно чтобы их нарушать, когда последним аргументом в любом споре был заряженный пистолет, времени, когда каждый мог делать что угодно, будучи уверенным в своей безнаказанности. Разве это ли не есть настоящая свобода?
  - Туда, - провожатый ткнул пальцем в трехэтажное здание - едва ли ни единственную постройку на площади, бывшую не красного, а желтого цвета с белыми колоннами и арками.
  Трое охранников перед входом в дворец, один из которых сидел в кресле управления станковой спаренной гауссовской пушкой, завидев форму Имперских вооруженных сил, не только беспрепятственно пропустили нас, но, несмотря на отсутствие головных уборов, подняли руки к вискам. Я ограничился легким кивком, штабс-майор же, скорее, просто по привычке, козырнул в ответ. Уже поднявшись на площадку, я обернулся. Все трое, самым бесстыдным образом пялились на задницу Регины. Да, если бы она не переодевалась перед поездкой - видок бы для часовых открылся и вовсе бесподобный.
  В фойе нас ждало еще одно препятствие - за тяжелым столом из монолитного куска малахита с табличкой 'секретарь' на краю, сидел необычайно толстый по сравнению со своими собратьями мутант. Листая короткими, пухлыми пальцами какой-то журнал, судя по многочисленным картинкам, явно сального содержания, второй рукой он вылавливал из тарелки, стоявшей здесь же, куски мяса, истекающие жиром, и отправлял их в рот. На вошедших москвич не обращал абсолютно никакого внимания до тех пор, пока наш проводник не кашлянул несколько раз, изо всех сил пытаясь сделать это как можно вежливее, но, вместе с тем, как можно громче.
  - Эй, Фасхад, куда прешь? - растягивая слова, говоря немного в нос, спросил толстяк, отвлекаясь от увлекательного чтива.
  - Так вот... снаружи привалили, - кивнул на нас сопровождающий. - Есть маза, что банчилы.
  - Сам вижу, что банчилы, - согласился секретарь. - Здесь ждите. Сейчас доложу о вас.
  Кряхтя, он встал со стула, похлопав ящиками стола, нашел там белый парик с завитыми кудрями, похожими на гранаты в ленте автоматического гранатомета, нахлобучил его на лысину, и, быстро перебирая короткими ножками, заковылял к дверям во внутренний зал, скрывшись за ними. Секретный агент нетерпеливо переминался с ноги на ногу в ожидании, Грант, поравнявшись со мной, положила голову мне на плечо, замурлыкав, как кошка, требуя, чтобы я ее погладил. Один только наш проводник, не теряя времени зря, подскочил к столу, и, умыкнув с него опрометчиво оставленную толстяком пачку сигарет, засунул ее в карман.
  Как раз вовремя - стоило мутанту отойти от КПП, как двери, неслышно повернувшись на хорошо смазанных петлях, отворились, и в холл вернулся секретарь.
  - Его Величество, Царь Московский, Шамиль Фаистов, велит принять вас, - торжественно огласил он. - Да, волыны тут оставьте, - добавил толстяк, стягивая с головы парик.
  - И не подумаю! - заартачился Винсент, поднимая оружие. - Или мы войдем с пушками, или никак.
  - Есть маза, что никак, - противно хихикнул камергер, хлопнув в ладоши.
  Тотчас, невесть откуда, словно из-под земли (точнее, из-под шлифованных плит пола), нарисовалось столько мутантов, что я и не пытался их сосчитать. Регина, испуганно взвизгнув, еще крепче прижалась ко мне, ван Ванкелен, надеясь на какое-то чудо, переводил прицел с одного противника на другого. Бесполезное это занятие. Даже будь они с голыми руками - и то успеют разодрать нас в клочья, прежде чем опустеет батарея БУКа или 'Вихрей', а уж с гауссовскими автоматами - и подавно. Да, алюминиевые иглы, прошив нас насквозь, прикончат и несколько своих бойцов, но не думаю, чтобы это их остановило охрану дворца.
  - Тихо, ребята, тихо, - успокаивающим тоном произнес я, осторожно снимая с плечей бластеры. - Мы уже сдаем оружие.
  За БСА последовали оба моих пистолета. Девушка тоже отдала вверенный ей БСМ. До эсэсовца, похоже, только дошло, что спорить и качать права бесполезно, и он, выпустив рукоятку 'семьдесят четвертого', держа БУК за цевье, положил его на пол.
  - Все, заходим? - поинтересовался я у самого упитанного мутанта.
  - Все волыны, - покачал головой секретарь, грозя пальцем Винсу.
  Вздохнув, секретный агент сдал еще пару КОЗ-971. И лишь после этого нам позволили пройти в большие двустворчатые двери.
  Мы попали в совершенно удивительный зал - длинный, с полукруглым, узорчатым сводом, уходящим далеко ввысь, поддерживаемым квадратными колоннами, с завитушками из ярко-желтого, блестящего металла. Неужто, золото? И потолок, с висящим под ним многоярусными люстрами, и колонны, отражались в надраенном до зеркального блеска паркете. Несмотря на чрезвычайно тусклый свет, проникавший в высокие, двухэтажные окна, и откровенно слабые лампы, в зале было необычайно светло. Казалось, светились сами стены, сам свод и колонны. Вдали, в противоположном конце зала, в арке со стилизованным изображением солнца на синей стене, под фигурным навесом, на среднем из трех тронов сидел мутант в полукруглой шапке, отороченной мехом, с крестом, венчающим ее вершину. В остальном хозяин проклятых был одет весьма буднично - коричневая кожаная куртка и джинсы, заправленные в сапоги армейского образца. На соседнем месте лежал новейший БУК-103. Федерация как раз готовилась к замене на эту модель устаревших 'семьдесят четвертых', но не успела, обратившись в Империю. Даже я такие пушки видел только на голографиях, а здесь, в Москве - вот он, у лидера мутантов!
  - Вы в этом месяце как-то рановато, - заметил царь, чуть наклоняясь вперед.
  

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Т.Михаль "Когда я стала ведьмой" (Юмористическое фэнтези) | | О.Чекменёва "Спаситель под личиной, или Неправильный орк" (Приключенческое фэнтези) | | Т.Михаль "Папа-Дракон в комплекте. История попаданки" (Попаданцы в другие миры) | | Т.Блэк "В постели с боссом" (Современный любовный роман) | | Я.Ясная "Батарейка для арда" (Любовное фэнтези) | | С.Суббота "Я - Стрела. Академия Стражей" (Любовное фэнтези) | | А.Борей "Возьми меня замуж" (Попаданцы в другие миры) | | Д.Хант "Королева-дракон" (Любовное фэнтези) | | М.Эльденберт "Танцующая для дракона" (Приключенческое фэнтези) | | Е.Кариди "Бывшая любовница" (Современный любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"