Зима на Урале - штука, вообще, непредсказуемая. Наступает безо всякого предупреждения. Еще вчера самым популярным продуктом, в целях охлаждения мозговой массы, было пиво. Сегодня это снег.
Да, снег, как обычно, вывалил безо всякого предупреждения. За одно утро снежный покров достиг рекордной величины. Нет, ну бывает так! Раз - и зима неожиданно наступает! Это в конце-то ноября!
Кто виноват? Правительство. Что хотят - то и делают. А у меня были планы...
Коммунальные службы города продемонстрировали свою готовность к снегопадам, поставив всю снегоуборочную технику на плановый ремонт. Вот теперь я со слезами радости вспоминал тот день, когда купил Навигатор. Пименов - тому вообще по-барабану. Сел мне на хвост - и нет проблем.
Вон он, устроился перед батареей, и читает газету бесплатных объявлений.
Я молча пододвинул телефон. Спорим, цену заломят вдвое? Сезон...
--
Я по объявлению, - произнес друг в трубку. - Да, по поводу бульдозера... что там вообще есть?
Попыхивая сигаретой, я внимательно наблюдал за тем, как сереет лицо миллионера.
--
Спасибо, обойдусь, - буркнул Пименов, кидая трубку на аппарат. - Нет, ты понял? ГУРа нет, подогрева сидений нет, магнитолы - и той нет. Куда мир катится?
Действительно, куда? Битых два часа ждем покупателя на небольшое офисное здание, а он все не идет. Хотя... по такой дороге - не удивительно. Я бы обошелся и без ГУРа, лишь бы пробраться через снежные завалы.
--
О! - воскликнул Леха. - Загадку хочешь?
--
Давай.
--
Слушай. Задача была предложена Львом Толстым для второго класса сельской школы...
--
Издеваешься? - перебил я.
--
Ладно тебе, слушай дальше. Торговец на базаре торгует шапками...
--
Вязанными?
--
Э-э... не написано. Приходит покупатель, и берет шапку за десять рублей, расплачивается двадцатипятирублевой купюрой...
--
Точно, вязанные, - вздохнул я. - За десять-то рублей... китайские, небось.
--
Может, краденные? - высказал предположение Леха. - Короче, сдачи у продавца не было, и он разменял купюру у соседки...
--
А она чем торговала?
--
А я знаю?
--
Что, не написано? Рынок-то какой?
--
Кажись, Китайский. На повороте у ЧМЗ.
--
А-а, - протянул я. - Понятно. Значит шапка и ворованная и китайская. Дальше давай.
--
Отдал сдачу пятнадцать рублей. Покупатель ушел, прибежала соседка, и говорит, что купюра - фальшивая...
--
Во гнида! - воскликнул я.
--
Делать нечего, пришлось продавцу отдать ей двадцать пять рублей, - проигнорировал меня Пименов. - Вопрос: на сколько угорел продавец?
--
А кто ее знает? Может, она купюры подменила?
--
Не, он номер запомнил.
--
И что? У фальшивок у всех номера одинаковые.
--
Значит, это другая фальшивая. Что делать-то?
--
Догнать и морду набить, - предложил я.
--
Он уже далеко.
--
А накладную выписывали?
--
Не-а.
--
Небось, и ККМа нет... на полтинник угорел.
--
Почему?
--
Ну шапка червонец, плюс пятнаха - покупателю, и двадцать пять - соседке.
--
А червонец-то за шапку настоящий остался.
--
Значит сорок.
--
А если... - Леха выгреб из кармана несколько купюр. - Смотри, пусть сотка баксов - это десять рублей...
--
Нихрена себе! - изумился я. - Это где такой курс!
--
В Караганде, - прошипел друг.
--
Не бывал... А это где?
--
Пошел ты. Шапку свою давай.
Еще не до конца понимая, я снял с вешалки свою шапку, и положил на стол.
--
Вот, - просиял коммерсант. - Ты будешь продавцом. Условно. Держи двадцать пять рублей, - Пименов протянул две сотенные банкноты и полтинник. - Давай шапку.
--
Норковую шапку за четвертак? - возмутился было я, но, заметив взгляд Алексея, осекся. - На, подавись.
Секретарше не заставила себя долго ждать. Грациозно виляя бедрами, туго обтянутыми алой мини, она проплыла от двери до моего кресла.
--
Да, Сергей Александрович.
Как бы невзначай она прикоснулась попочкой к моему плечу.
--
На, - я отсчитал две с половиной сотни гринов. - Это тебе.
--
Сергей Александрович, - девушка провела остреньким язычком по пухлым губкам, и недоверчиво покосилась на Пименова. Тот сохранял олимпийское спокойствие.
--
Вот, - я пододвинул стопку Лехиных денег. - Разменивай.
Секретарша откровенно тупила. Я, признаться, тоже был бы озадачен, попроси кто разменять двести пятьдесят баксов на двести пятьдесят баксов. Вздохнув, я загреб "настоящие" банкноты, и отдал другу сдачу.
--
Все в порядке? - в голове я еще раз прокрутил задачу. - Все в порядке. Ритуль, теперь кричи, что баксы фальшивые.
--
Всегда вы, Сергей Александрович, так, - пискнула девушка. - Больно надо, забирайте.
--
Вот, - я вернул ей "настоящие" сто долларов. - И еще полторы сотни должен.
--
Теперь подсчитаем, - улыбнулся Пименов. - Ты отдал десять рублей, и еще пятнадцать должен...
--
Плюс шапка.
--
Да, плюс шапка - червонец. Итого.... Десять, десять и пятнадцать... угорел ты на тридцать пять рублей...
--
Я не поняла, - произнесла Рита. - Эти-то настоящие?
--
Подожди, - погрозил я пальцем. - Что у меня было вначале? Только шапка. Что получилось сейчас? Долг в пятнадцать рублей.
--
И шапки нет, - добавил Леха.
--
Так настоящие? - девушку заботил только один вопрос.
--
Настоящие, настоящие, - заверил я. - Иди давай.
--
Серый, погодь. А в закупе шапка-то сколько?
--
А хрен ее...
--
Я иду? - переспросила Рита.
--
Иди, иди. Э-э... угорел я на шапку и пятнадцать рублей.
--
Я попозже зайду, - бросила секретарша от двери. - Сергей Александрович, не забудьте, вы еще сто пятьдесят долларов должны.
--
Должен, должен, - отмахнулся я. - Итого...
--
Серьезно, - стоял на своем друг. - Сколько шапка в закупе была?
--
С НДС? - я почувствовал, что сбился с мысли.
--
Что с НДС? - раздался голос от входа.
Не знаю, сколько Виктор Петрович наблюдал за нами, но было похоже, что он уже часа полтора стоит у двери, небрежно навалившись на косяк.
--
Прошу прощения, но секретарше не смогла дозвониться до вас, и я позволил себе...
--
Ладно уж, - отмахнулся я. - Просто решали некоторые производственные вопросы. Оформим сделку? С нашей стороны все бумаги оформлены, осталось получить подтверждение из банка, что деньги переведены...
--
Нет необходимости, - покупатель положил на стул кейс, и, щелкнув замками, поднял крышку. - Наличка.
--
Что, два с половиной миллиона гринов налом? - не поверил Леха.
--
Ага.
Виктора Петровича давно и след простыл, Пименов умчался в банк, бросить деньги на счет, а я продолжал решать задачку. Для учащихся второго класса сельской школы? Они там что, гении все малолетние, вундеркинды?
В самый ответственный момент, когда я расплачивался сам с собой "фальшивыми" "рублями", затрещал телефон. Не общий, по которому звонят обычные смертные, а тот, чей номер известен очень немногим. Сразу понятно, человек совсем из другого мира.
--
Чего? - прорычал я в трубку.
--
Серый, они фальшивые, - взволнованно затараторил Леха.
--
Ясен пень, иначе зачем соседке менять их обратно?
--
Да нет, я про деньги, что от Петровича.
--
Тьфу... и надо меня всякой глупостью отвлекать.
--
Ты не понял, оба миллиона фальшивые.
--
С половиной?
--
Конечно.
--
Брось, не бери в голову. Я знаю, на сколько угорел продавец.
--
Болван! Мы угорели на две с половиной лепехи баков!