Коути Катя: другие произведения.

Стены из Хрусталя - Главы 9 и 10

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Здесь рассказывается про невеселое Рождество молодой четы Стивенсов, а так же про "Мишкину Кашу" в исполнении двух вампиров. Кроме того, здесь вы найдете практическое руководство по поимке и приручению вампира, если, конечно, он джентльмен (а если нет, за такие шуточки он вас просто убьет)


   ГЛАВА 9

Сочельник, 188* год

Оно приближалось стремительно, их первое Рождество вместе. Еще с утра Эвике отправила графу поздравительную телеграмму, на всякий случай дописав после "Искренне Ваши" имена обоих вампирш. Все равно в сочельник конторы закроются. Да и вряд ли Гизела вспомнит про праздник, который уже не имеет к ней никакого отношения. После пробежалась по магазинам и купила Уолтеру книгу под заманчивым названием "Нечисть Народов Мира." Увесистый фолиант был переплетен в багряную кожу и роскошно проиллюстрирован. Открыв его наугад, Эвике затаила дыхание. На картинке парила оторванная голова со змееобразными внутренностями, свисавшими прямо с шеи. Под ними чинно восседало одетое в кимоно тело. "Ишь ты, а японцам еще хуже приходится, вон какая у них нежить гадкая," подумала довольная Эвике, захлопывая книгу. С этим расчетом она и выбирала подарок. Пусть Уолтер ужаснется на чужеземных вампиров, авось европейские покажутся ему роднее. И тогда он не станет на них охотиться. Хотя бы на Гизелу.

А чего, скажите на милость, от него ожидать, если он вступил в клуб Охотников на Вампиров?

По простоте своей, Эвике, конечно, ошибалась. В уставе клуба ничего не было сказано про охоту. Скорее уж про милые розыгрыши. Ну там намалевать дегтем кресты на заборе Дарквуд Холла, послать Верховному Вампиру пудинг, начиненный чесноком... Так, по мелочам. Причем в свободное от научных занятий время. Ведь был это даже не клуб, а Британская Ламиеологическая Ассоциация - общество, посвященное изучению нечисти. Теоретическому, по большей части. Возглавлял его доктор Элдритч, профессор лингвистки, в свое время защитивший диссертацию по этимологии слова "вурдалак." Да и остальные члены общества были под стать. Вместе они строчили статьи, первые строки которых могли заменить колыбельную самому резвому ребенку. Мухи, залетавшие в окно во время заседаний, падали замертво уже в середине зала.

Но нельзя сказать, что от БЛА не было совсем уж никакой пользы. Лет тридцать назад доктор Элдритч заключил с Мастером Лондона один немаловажный договор. Той ночью Марсден расхаживал по кабинету, диктую доктору письмо, которое он сходу переводил на венгерский. Послание предназначалось графине Эржбете. На прошедшем балу она прошла мимо Марсдена, не поздоровавшись, и теперь разобиженный вампир хотел "уесть эту бабу." Воспользовавшись зависимым положением Мастера, доктор Элдритч подсунул ему договор. Условия были трудновыполнимыми, зато текст так и пестрел выражениями вроде "честь," "долг," "благородство." Мастер не мог устоять и дал свое слово. Точнее, Свое Слово...

По возвращении в Англию, Уолтер начал искать единомышленников, а ламиеологи казались идеальными конфидентами. Уж они-то не уволокут его в смирительный дом, когда речь зайдет о вампирах. Он даже прочел ежегодник БЛА, правда, запивая каждый абзац чашкой крепкого кофе. Как и следовало ожидать, на первом же заседании он едва не сполз под стол, но вовремя проснулся. Так скучно было, что бедный мистер Стивенс решил навсегда завязать с ламиеологией. Но будучи человеком справедливым, дал науке еще один шанс. И не зря. Уже на следующем заседании его ожидал сюрприз.

Уолтер сразу же заметил новичка. Тому едва перевалило за тридцать, так что не разглядеть его в седовласой толпе ученых было попросту невозможно. Генри Томпсон, как его отрекомендовал председатель, был одет в серый, слегка помятый костюм, а его галстук был повязан с какой-то нарочитой небрежностью. Светлые волосы топорщились по сторонам, словно он расчесывался пятерней. Зато округлое лицо Генри было гладко выбрито и лоснилось от благодушия.

Первый же доклад, в котором обсуждались семантические нюансы слова "стригой" в румынском языке, вогнал мистера Томпсона в уныние. Впрочем, зевоту он маскировал широкой улыбкой. А во время перерыва подошел к Уолтеру и, подмигнув заговорщически, предложил выйти покурить. Вырвавшись из когтей науки, они направились в Сент-Джеймс Парк и остановились у пруда. Утки скользили по воде, однако подплывать к мужчинам не спешили. Мистер Томпсон производил впечатление человека, который скорее стряхнет пепел на чересчур нахальную птицу чем кинет ей хлебных крошек.

-Как вам доклад? - невпопад спросил Уолтер, просто чтобы прервать молчание.

-Ну и заумь! Развели скучищу, - и Томпсон выдохнул облачко дыма. Курил он старомодную глиняную трубку с длинным чубуком.

-Да, и правда как-то все затянуто, - согласился Уолтер. Он и сам хотел выразиться так же емко, но постеснялся.

-И не говорите! Их послушать, так вампиры это метафора вприкуску с синекдохой! Тьфу! Как будто вампиров и вовсе не существует!

-Но они существуют.

Внезапно он обернулся к Уолтеру. Что за черт! В полутемном зале его глаза казались карими, теперь же, когда мужчины вышли в парк, в глазах мистера Томпсона расцвела зелень. Казалось, они впитывают все краски из окружающей среды.

-Существуют? - Генри недоверчиво приподнял бровь. - А расскажите-ка мне про них.

С тех пор в лице мистера Томпсона Уолтер обрел самого терпеливого слушателя. Хотя новый друг утверждал, что ничего не знает о вампирах, вопросы задавал толковые. В основном его интересовало общественное устройство вампиров, хотя способы их истребления он тоже не оставлял без внимания. Уолтеру же просто нравилось, что наконец-то есть с кем поговорить. Что собеседник не ухмыляется скептически и не перебивает, а слушает его в сосредоточенном молчании. Молчание Томпсона было как вакуум, который высасывал из Уолтера новые и новые слова.

О себе Генри рассказывал мало. Родился он в Англии, но исколесил всю Европу, побывал и в Африке, и на Востоке. Попробовал всего понемногу. Теперь вернулся домой, чтобы наконец выбрать занятие на остаток жизни. Поскольку Уолтер сам до сих пор не определился с профессией, то рад был встретить еще кого-то в таком же положении.

И друзья стали неразлучны. "Как бес веревочкой связал," возмущалась Эвике, которой новый приятель Уолтера сразу же не понравился. Было в нем что-то скользкое. Такой без мыла в душу влезет. Настораживало и то, что с недавнего времени Томпсон зачастил к ним в дом. Даже ночевать оставался. Но все лучше, чем если бы Уолтер продолжал навещать его в Уайтчапелле. Именно там он снимал квартиру, а район, как вы сами знаете, прескверный. Какой женщине охота, чтобы ее муж каждую неделю таскался туда? Кроме того, у мистера Томпсона частенько собирались друзья из Парижа, Женевы, Москвы. Понемногу Эвике начала опасаться, как бы ее супруга-недотепу не втянули в какой-нибудь антиправительственный заговор.

С такими мыслями она и вернулась домой, но уже перешагнув за порог повеселела и побежала к елке, которую они поставили в гостиной. Елка напоминала куцый прямоугольник, потому что Уолтер не рассчитал с высотой и пришлось обрубить верхушку. Спрятав под елку упакованный подарок, миссис Стивенс подняла большую коробку с красным бантом. Долго трясла ее, пытаясь определить на слух, что там лежит. Судя по треньканью, формочки для масла в виде пауков. Не иначе как на заказ делали. Как-то раз она намекнула Уолтеру, что хочет именно такие, а в магазинах продаются только в форме ягнят. Не забыл, оказывается! Эх, и как дождаться завтрашнего утра?

За окном пошел снег. Сначала он был незаметен на фоне серого неба, но по мере такого, как оно темнело, снежинки становились все белее, все праздничнее. А потом вернулся Уолтер, нагруженный свертками, и настало время ехать на торжественный обед, который давали доктор и миссис Элдритч. Свою двуколку супруги оставили дома, наняв по такому торжественному случаю карету поэлегантнее.

-А если я им не понравлюсь? - уже на пороге профессорского дома спросила Эвике.

-Конечно, понравишься, - успокоил ее Уолтер.

-А вот если нет? - она оглянулась на карету. - Ой, вязание дома забыла! Давай за ним вернемся.

-Эвике!

-Ну ладно, ладно.

-Послушай, - муж взял ее за руку, - ни о чем не волнуйся и веди себя как обычно. Ты покоришь всех своей естественностью.

И нежно поцеловал ее, а Эвике обняла его за плечи и долго от себя не отпускала. Собственно, так они и стояли, попирая мораль, когда горничная внезапно распахнула дверь и пригласила их войти. Судя по ее поджатым губам, она не считала естественность добродетелью.

Дамы и господа уже собрались в зале. Эвике вспыхнула, увидев среди гостей Томпсона, но ее тут же отвлекла миссис Элдритч, которая подошла поприветствовать молодую пару. Присоединился к ней и профессор, низенький старичок с такими длинными бакенбардами, что они щекотали ему плечи. Супруги тут же растащили Уолтера и Эвике в разные стороны.

Сажать мужа и жену рядышком - дурной тон. Чего доброго, начнут планировать семейный бюджет или обсуждать старые дрязги. Тогда все застолье насмарку. Поэтому Уолтера подвели к миссис Фейсфулл, коренастой и очень решительной особе средних лет, а Эвике с упавшим сердцем увидела, что доктор Элдритч выбрал ей в партнеры самого худшего кандидата. Разобравшись, кто с кем сядет, гости переместились в столовую.

Сняв перчатки, Эвике сунула их в карман и посмотрела на Уолтера, которого посадили совсем далеко от нее, за другим концом стола. Муж ободряюще улыбнулся, мол, все идет по плану. Ах, если бы!

Тем временем хозяева начали резать рыбу и разливать суп по тарелкам, которые гостям передавал нанятый лакей. Эвике завороженно следила за его ловкими движениями.

-Что, так и будем молчать, миссис Стивенс? - проговорил Генри, с котором она до сих пор не перебросилась и парой словечек.

-Я лучше с ним поговорю, -фыркнула Эвике и обратилась к лакею с вопросом "Что сегодня вкуснее, суп или рыба? Что брать?" Но лакей ответил "Не могу знать" и ретировался в другой конец комнаты.

-Вы удивительная женщина, миссис Стивенс! - хохотнул Томпсон. - В том смысле, что удивительно, как вас вообще в общество пустили.

Вспыхнув, Эвике огляделась, но гости были слишком поглощены беседой, чтобы услышать их перебранку.

-Да как вы смеете так со мной разговаривать! Я дама! Ведь это неприлично.

-Приличия - это фетиш, - женщина часто заморгала, а мистер Томпсон продолжал. - Приличия, манеры, честь, великодушие, любовь - все это лишь конструкции. Люди придумали их, чтобы проще было общаться. Чтобы не перегрызть друг другу глотки. Или перегрызть, но более цивилизованно. С самого детства нам внушают, что иллюзии и есть реальность. Верно, и вам втолковывали в приюте, что нужно приседать перед теми, кому повезло родиться прежде вас, даже если у них мозгов с наперсток. Это конструкция под названием "уважение к старшим."

-Откуда вы знаете, что я росла в приюте? - спросила Эвике, посылая мужу уничижительный взгляд. Уолтер недоуменно на нее вытаращился.

-Я внимательный слушатель.

-Ах, вот как? Был тут один вампир, тоже очень любознательный. Только вот наша Берта быстро ему нос укоротила. Но у него хоть принципы были, а у вас...

-Но раз вы говорите о нем в прошедшем времени, он уже покинул наш мир? - улыбнулся Генри. - Ну и куда его завели принципы? Хотя вы правы, у меня с вампирами много общего. Я тоже охочусь на окраинах и таскаю овец, отбившихся от стада.

-И пожираете.

-И превращаю в других волков. Удивительно, на что способна овца, доведенная до отчаяния.

Эвике наклонилась к нему поближе.

-А если я вот прямо сейчас встану и расскажу, что вы мне тут плетете? Пусть все узнают.

-Ну, расскажите, если очень хочется, - но женщина не сдвинулась с места. - Вот видите, вы боитесь нарушить приличия. Но даже если объявите во всеуслышание, какой я негодяй, вам все равно не поверят. Потому что у присутствующих тоже есть свои предрассудки. В частности, предубеждение против рыжих иностранок непонятного роду-племени. И сами оскандалитесь, и мужа во все это втяните. Ну зачем портить праздник?

Теперь и Эвике улыбалась, но в ее улыбке не было ни капли веселья. Зато в таком положении губы не дрожат.

-Уолтера я вам не отдам, - прошипела она. - Никогда. Его вы у меня не отнимете.

Напиваться в одиночку неприлично, поэтому Томпсон поднял свой бокал и посмотрел на Уолтера. Тот повторил его движение, и мужчины выпили.

-Уже отнял, миссис Стивенс, - шепнул Генри, опуская бокал.

Еда вдруг утратила вкус. С таким же успехом лакей мог совать ей тарелки с мокрыми отрубями. Опустив голову, Эвике механически жевала, лишь бы не разговаривать с мерзавцем. На мужа тоже не смотрела.

После десерта дамы, как водится, отправились в гостиную, мужчины же остались в столовой, пить портвейн и беседовать о том, о чем при женщинах не поговоришь. Правда, самой рискованной темой, которую затрагивали гости доктора Элдритча, было высшее образование. Разговор и правда не для дамских ушек, ведь слабому полу в университетах не место.

Как только гости стали из-за стола, обеспокоенный Уолтер подбежал к жене.

-Эвике? На тебе лица нет! Устала? Что-то болит? Поехали домой!

-Все отлично, - проскрежетала она.

Бежать с поля боя ей не хотелось. Вскоре все снова соберутся в столовой, чтобы закончить вечер кофе и бутербродами. Только полчаса продержаться! И она последовала за хозяйкой. Хотя в незнакомой компании ей было неуютно, по крайней мере одета она не хуже остальных. Платье Эвике выбрала из темно-синего бархата, в надежде что ее округлившийся живот будет не так заметен. А то еще сглазят, чего доброго. Беременные модницы могли и в корсет затянуться, но подобная глупость никогда бы не пришла ей в голову.

Эвике усадили на диване, между самой хозяйкой и миссис Лозендж, худосочной дамой с целым выводком дочерей. Сначала гостьи искоса посматривали на иностранку, затем раздался шепоток.

-Она правда из Трансильвании?

-Незаконная... то-есть, натуральная дочь какого-то графа.

-А по-английски понимает?

-Да!- чуть громче, чем требовалось, ответила Эвике. - С английским у меня все в порядке.

Прежде чем покинуть замок, она подкараулила Изабель и в качестве компенсации за моральный ущерб потребовала от нее услугу. Спорить с Эвике - даром время терять, так что вампирша лишь рукой махнула. Они отправились в библиотеку, где Изабель снова загипнотизировала девушку и загрузила ей в память шеститомный словарь. С тех пор на английском языке Эвике изъяснялась даже грамотнее, чем на родном.

Дамы смерили Эвике взглядами, способными заморозить лаву в жерле вулкана, и та смущенно потупилась.

-Ну и как тут у вас... с вампирами? - спросила она. Ну не о масле же с ними говорить, в конце концов!

-Вамп... - брезгливо проговорила миссис Лозендж. - Милая, запомните: о таком в приличном обществе не беседуют! Не знаю, что принято в Трансильвании, но здесь порядочные дамы таких слов не произносят!

-Но ведь ваши мужья их изучают?

-Разумеется, - миссис Элдритч поспешила загладить недоразумение, - они изучают неодушевленных существ, но ведь это не дает нам, женщинам, права затрагивать такие вопросы. Вот, к примеру, супруг миссис Фейсфулл по профессии хирург, но ведь не будет же она обсуждать...мнээ...

-Кишки! - догадалась Эвике.

-Внутренности, - мягко поправила ее миссис Элдритч.

-Да и вам стоит подумать, на какие темы говорить, в вашем-то положении, - заметила миссис Лозендж, обмахиваясь веером и пристально глядя на Эвике. Точнее - на живот Эвике. - Зачем вам лишний раз волноваться? Знаете же, какие могут быть последствия чрезмерных нервов. Моя кузина, например, будучи в вашем положении увидела паука, - многозначительно произнесла она.

-И что? - не поняла Эвике, питавшая особую приязнь к этим очаровательным созданиям.

-Мертворожденный ребенок! - изрекла она торжественно.

-Ах, страсти-то какие! - покачала головой чувствительная миссис Элдритч. Сама она, конечно, подобрала бы какой-нибудь эвфемизм. Например, "не слишком живой."

-Ужасно, бедняжка так страдала, - покачала головой миссис Лозендж. Она замолчала, чтобы взять чашку с чаем и с удовольствием сделать пару глотков. - Так что слушайте меня, моя дорогая, и забудьте о вампирах!

-Вот именно, - подхватила миссис Фейсфулл, - вам, голубушка, нужно не такой ерундой голову забивать, а думать о будущем. Пора и няню подыскивать. Вы уже обращались в агентство по найму?

-Нет. Я и сама могу позаботиться...

-Глупости! Обязательно наймите помощницу, трезвого образа жизни и с хорошими рекомендациями. Ведь именно она будет присматривать за вашим ребенком, если...

-... роды завершатся неудачно, - договорила за нее хозяйка. - И хватит вам пугать миссис Стивенс. Вполне возможно, что все пройдет благополучно.

-Да, такой вариант тоже нельзя исключать, - смилостивилась миссис Лозендж, а миссис Фейсфулл посмотрела на будущую мать сочувственно, как будто уже читала ее некролог.

Эвике вскочила. Лицо ее пылало так, что даже платье приобрело фиолетовый оттенок.

-Мне нужно выйти, чтобы... чтобы...

-Выпить воды, - подсобила миссис Элдритч. - Ванная на первом этаже.

Оказавшись там, Эвике поразмыслила и решила спуститься еще ниже. В кухню. Все же Рождество лучше встречать со своими, а за "своих" она по-прежнему считала обитательниц подвала. Из кухни доносился гомон голосов.

-...просто подними и положи обратно на блюдо! Все равно никто не заметит.

Эвике распахнула дверь пошире и увидела трех женщин в чепцах и фартуках: дородную кухарку и двух горничных помоложе. Сначала они как по команде раскрыли рты, но, опомнившись, неуверенно ей поклонились.

-С Рождеством! - просияла миссис Стивенс, подходя поближе.

-И вас, мэм, - осторожно проговорила кухарка.

-Что-то было не так? - раскололась одна из горничных, самая слабохарактерная. - С гусем?

Эвике уцепилась за эту идею.

-По правде сказать, он был чуточку жестковат. Ну еще бы, такая орава гостей, как за всем уследишь? Вот я и подумала, может, вам рук не хватает? Так я бы помогла.

Служанки уставились на нее, как рабочие на агента-провокатора, который в будние дни раздает листовки, а по выходным напивается с управляющим завода.

-Спасибо, мэм, у нас все отлично.

-А бутерброды? - Эвике кивнула на гору бутербродов, по крайней мере один их которых уже побывал на полу.

-Сами доделаем.

-Могу посуду помыть.

-И с ней справимся.

Разраставшееся молчание вытесняло Эвике из кухни, и лишь когда за ней захлопнулась дверь, кухарка медленно покачала головой.

-Ну, девушки, скажу я вам... Вот ведь какая, а... - многоточия огненными шарами взрывались в воздухе. - Не могла через лакея передать, что ей наш гусь поперек горла... Нет же, самолично пришла мне высказать...

-В каждую бочку затычка, - поддакнули горничные. Сошествие гостьи в кухню обеспечило их темами для разговоров на полгода вперед.

Миссис Стивенс вздохнула. Теперь она чувствовала себе тем самым грешником, которого отвергли в раю, но и в аду не приняли, вследствие чего он превратился в болотный огонек. Но лучше бесцельно бродить по дому, чем сидеть в компании тех клуш. Эвике мстительно подумала, что если сложить воедино их возраст, они окажутся старше Эржбеты. Ну почему общаться с вампирами иногда проще, чем с людьми?

Положенные полчаса еще не миновали, но миссис Стивенс решила вернуться к мужчинам. Если их разговоры совсем уж непристойные, она пообещает заткнуть уши. На цыпочках подобралась к столовой, но когда до нее донесся голос мистера Томпсона, ее туфельки так и примерзли к ковру.

-Эти меры необходимы, - говорил он тоном усталого родителя, который прочел своему чаду лекцию о гигиене, а потом застал оное чадо за обсасыванием лягушки.

-Но мистер Томпсон, вампиры никогда не нарушат наш Договор! - воскликнул доктор Элдритч. - Они милые, безыскусные создания, а превыше всего честные.

-Быть может, английские вампиры и правда таковы, - допустил его оппонент, - но мне доподлинно известно, что на днях в Лондон прибыли две вампирши из Трансильвании. Они..? - он вопросительно посмотрел на сидевшего рядом Уолтера, который покраснел до корней волос.

-Они вместе, - выдавил он.

-Сожительницы, иными словами, - Генри казался очень довольным. - А раз они уже переступили через мораль, следует задуматься, через что они переступят в следующую очередь. Нужно быть настороже. Помяните мое слово, скоро мы услышим о... неприятных происшествиях.

И тогда Эвике поняла, что ее рождественские каникулы испорчены безнадежно.
  
  
   ГЛАВА 10

Эвике не ошиблась насчет Рождества. Когда Берта заворочалась на диване и протерла глаза, то даже не вспомнила, что сегодня сочельник. А увиденное и вовсе испортило ей остатки настроения. Подруга стояла к ней спиной перед раскрытым чемоданом, куда складывала вещи, ровной стопкой лежавшие возле нее. Рядом с чемоданом стояли еще два таких же, уже полностью собранных. Сама Гизела оделась в немаркое серое платье, выгодно отличавшееся (по мнению Берты) от остальных своей практичностью. Такое никогда не наденешь на бал, зато в нем удобно путешеств...

-Что ты делаешь? - поинтересовалась фроляйн Штанберг, приподнимаясь на локте.

-Ах, ну вот ты и проснулась! Давай быстрее, мы можем опоздать.

Гизела обернулась к ней, сияя довольной улыбкой. На пустом столе вместо многочисленных скляночек лежало расписание поездов.

-Я все продумала. Если мы выедем отсюда через полчаса, мы успеем на поезд, который идет прямиком до Дувра, и если повезет, уже завтра окажемся во Франции. Мертвые, знаешь ли, путешествуют быстро.

-Ч-что?

-Конечно, жаль уезжать так скоро, я не успела почти ничего рассказать Эвике, но, знаешь, она была не слишком-то рада меня видеть... Вряд ли не расстроится. Я отправлю ей письмо с извинениями, - она указала на уже запечатанный конверт. - Как думаешь, куда поедем потом? Можно навестить твоего брата и Изабель в Вене...

-Втроем? - поинтересовалась Берта, расплетая косу.

На этот раз пришла очередь Гизелы застыть с изумленным выражением лица.

-Кого ты имеешь в виду?

-Ты, да я, да та змея. Хочешь по всей Европе путешествовать с таким эскортом?

-Как ты догадалась, мы и уезжаем отсюда, чтобы леди Маргарет больше не видеть и не слышать! Она мне уже изрядно нервов потрепала. Давай же, вставай, я хочу выбраться отсюда как можно скорее.

-Наберись терпения, - бросила ее подруга, натягивая чулки. Как будто ей самой не хочется улизнуть отсюда поскорее! Как будто ей не снится стук колес по шпалам! - Мисс Маллинз обещала, что к Новому Году сварит эликсир. И тогда я залью его в глаза той твари. Желательно, еще кипящим. А пока что не будем дергаться. Даже хорошо, что мы все в одном доме. Вы обе у меня на виду.

Тут она резко вздохнула, потому что зацепилась удлинившимися когтями за чулки и пустила стрелки.

-То-есть, - Гизела положила сложенную рубашку обратно в стопку, - ты хочешь сказать, что до Нового Года мне придется терпеть эту надоедливую дамочку, хотя один черт знает, что у нее в голове... и что ты будешь за нами наблюдать. Так, милая?

-Вовсе не это я имела в виду, просто... но ты тоже хороша! - вдруг вскрикнула Берта, сдирая чулки и швыряя их в пробегавшего мимо Фетча, который обмотался ими, как шарфом, но все же счел нужным поскорее удалиться. Атмосфера в комнате накалялась.

-Не помнишь, как вчера ты заявилась с ее муфтой в руках? - продолжала вампирша, содрогаясь от злости. - Я, конечно, ничего не сказала, так ты, небось, решила, что и не заметила ничего? Что я, совсем слепая?! Уже подарки от нее принимаешь? Дальше что? Она к нам в спальню свой гроб перетащит?!

-Муфта... - проговорила Гизела задумчиво. - Значит, муфта. По крайней мере, от нее я получила как минимум муфту, в то время как от тебя в последние дни ничего, кроме скандала. Как думаешь, что лучше? Или может быть ты, - виконтесса прищурилась и внимательно посмотрела на Берту, - ревнуешь?

-Больно надо. И вообще, если у тебя руки чешутся что-нибудь упаковать, так ступай к Маванви и помоги ей собрать вещи. Сегодня она уезжает. Правда, сама еще этого не знает, но вот ты ей и сообщи. Я же видеть эту бестолочь не хочу.
-Хоть кто-то уезжает! Я ей даже завидую. Ей не придется оставаться рядом с сумасшедшей англичанкой под твоим строгим контролем.

Гизела в сердцах смяла расписание поездов и бросила на пол.

-Моим контролем? Издеваешься? Да будь у меня возможность хоть что-то контролировать, мы бы не оказались в такой переделке! А все потому, что я оставила тебя без присмотра. Прав был Фанни, ангел меня дернул сунуться в ванную! Ну все, теперь мы вообще из спальни до Нового Года не выйдем, - Берта решительно направилась к двери. - Ни ты, ни я.

-Значит, меня уже одну и оставить нельзя, обязательно во что-нибудь вляпаюсь? Да кто тебе сказал, что ты должна за мной присматривать, кто ты какая, надзирательница мне, что ли? Вот и сиди здесь до Нового Года, у меня же своя жизнь и свои планы. Видишь: я открываю дверь, и не тебе решать, оставаться мне или нет! - с этими словами Гизела решительно направилась в коридор, не забыв изо всех сил стукнуть дверью.


***

Когда лорд Марсден пригласил юную Маванви Грин погостить в усадьбе, то, в лучших гостиничных традициях, пообещал ей "постель и завтрак." Теперь девушке снились экзотические деликатесы, которыми будет потчевать ее Верховный Вампир Англии - мужчина суровый, загадочный и, самое главное, опытный.

Но единственным блюдом, которое умел готовить лорд Марсден, был вепрь. Освежевать, насадить на вертел и дать пинка поваренку, чтоб не забывал вращать его над огнем. Отсутствие же оного продукта в бакалее привело Мастера в замешательство.

На выручку пришел секретарь, спросивший продавщицу, что смертные в 19м веке едят на завтрак. Бедная женщина, которую назойливые покупатели вытащили из-за рождественского стола, буркнула что-то про овсянку. Лица их просветлели. В придачу к овсу, вампиры купили еще и спаржи, трюфелей и прочих несезонных, а оттого очень дорогих продуктов. Пусть мисс Грин не думает, что на ней экономят.

Пока Фанни зажигал плиту и смахивал паутину с кастрюли, его хозяин, нахмурившись, листал "Радости Домашней Кухни" за авторством некой миссис Лард. Достопочтенная дама решила напитать не только физический, но и духовный голод своих читателей. Уже три страницы подряд она излагала захватывающую информацию о роли овса в рационе древних египтян. Наконец старший вампир радостно крикнул:

-А вот и рецепт! Готов, Блейк?

Фанни встал навытяжку и отсалютовал ему поварешкой.

-Приступаем. Итак, вскипяти две пинты воды... Вода - это пойло для сервов, - откомментировал Марсден, - в свое время я даже в рот этакую дрянь не брал, исключительно эль. Ну уж ладно, раз в книге сказано... Теперь овес.

-Сколько зерен, милорд?

-Написано, что две чашки.

-Ну кто ж так рецепты пишет? -возмутился Фанни. - Неужели миссис Лард самой не любопытно, сколько там зерен? Какая ограниченность.

Поскольку вампиры не загоняли себя в узкие рамки, то высыпали обе чашки на стол и как следует пересчитали зерна. Раза три, чтоб не ошибиться. Потом высыпали овес в воду, которая к тому моменту уже выкипела на половину.

-Ты соль добавил?

-Кажется, добавил... не помню...

-Ну давай еще раз, чтоб для верности. Кашу солью не испортишь.

-Маслом, милорд.

-А вот масло-то то мы взять позабыли, - расстроился Мастер. - Что делать?

-Можем заменить на кровь. С кровью все вкуснее.

-И то верно... Кстати, это какая по счету ложка соли?

-Четвертая. Она так забавно булькает, когда ее туда кидаешь! - Фанни завороженно глядел в кастрюлю. - А сколько нужно?

-Одну.

-Ой.

-Надо чем-то ее уравновесить. Сыпани сахара, точно сработает.

-Можно шоколада добавить, - предложил секретарь. - Смертные очень любят шоколад.

-Да? - удивился Марсден. - А какой он на вкус, шоколад этот?

-Не знаю, милорд. Когда я был жив, не довелось попробовать. Мы все больше орехи грызли да каштаны. Ну или там корицу в сахаре. Но цвет у шоколада что надо, - обрадовался Фанни, вытряхивая в кашу пол-коробки шоколадных конфет. - Теперь подгорелый овес не заметно.

-Красиво получается, - одобрил Мастер.

Он посмотрел в кастрюлю, и кастрюля посмотрела в него.

Над поверхностью каши поднялся пузырь, огромный, как йеллоустонский гейзер, и вяло лопнул, забрызгав плиту и пол-кухни раскаленной буроватой жижей.

-Но лучше позаботиться и о гарнире, - быстро добавил вампир.

***

Мысли Гизелы занимали такие разнообразные темы как "Берта совсем меня не понимает", "Не буду с ней всю ночь разговаривать" и"Зря я собрала вещи, теперь они помялись". Впрочем, преодолев расстояние от комнаты до холла, девушка слегка смягчилась и сократила срок злости на подругу до четырех часов. Все равно так долго с ней не разговаривать Гизела бы не смогла.

Следующей мыслью было, на что потратить это время, но как следует ее продумать виконтесса не успела. Откуда-то снизу раздался такой страшный шум, словно черти в аду решили устроить мюзик-холл. Гизела застыла на месте и огляделась: никого. Чопорное поместье казалось таким же, как и мгновение назад... Но вот, снова оно! Опять снизу, где были кухня, подвал... подземелье... Воображение услужливо подкидывало картины, от которых у палача кровь бы в жилах застыла. Сначала она хотела бежать обратно в комнату, но вспомнила, что не разговаривает с Бертой еще 3 часа 57 минут. Да и любопытство шептало на ушко, что нужно посмотреть, что же происходит. В другое ухо тихий глас рассудка советовал прихватить с собой кочергу.

"Если что, меня запомнят такой: молодой и прекрасной!" - решилась, наконец, виконтесса, поудобнее перехватывая насоветованное разумом оружие.

Узкие ступеньки вели вниз, последний луч надежды остался далеко за спиной, но девушка решительно двигалась вперед, отбросив страх. Лишь у самой двери она остановилась, чтобы приготовиться к неминуемому... За дверью что-то жалобно звякнуло, и Гизела стремительно ворвалась внутрь...

Кухня выглядела так, словно здесь произошло сражение, только пушки вместо ядер заряжали кашей. Точнее, чем-то похожим на кашу. Посреди всего этого ералаша стояли двое вампиров, Мастер Англии и его секретарь. Гизела изогнула бровь. Вообще-то, джентльмены и знать не должны, где находится кухня в их доме. Пространство под лестницей для них как белое пятно на карте.

Увидев девушку, вампиры плотоядно переглянулись.

-Ба, да это мисс Гизела! - прогремел Мастер. - А скажите, мисс, вы давно умерли?

-Такое ощущение, что только что снова, - пробормотала она и добавила трагически, - Мне нужно сесть.

Секретарь услужливо подсунул ей стул, впрочем, липкий от каши.

-Я в том смысле интересуюсь, - пояснил лорд Марсден, сочтя свой первоначальный вопрос недостаточно деликатным, - что вы, может статься, еще помните вкус человеческой еды. И умеете ее готовить.

-Нам нужен гарнир для мисс Грин, - ввернул Фанни.

Все трое обдумали услышанное.

-Точнее, для той овсянки, которую мы состряпали для мисс Грин! - поправился секретарь. - Ну, вы меня поняли. Помогите, а?

Гизела поняла и не смогла сдержать улыбки, такой широкой и искренней, что вампиры уж было решили, что помешанными лучше не связываться.

-Ах, готовить! А я-то подумала, что вы изобретаете оружие массового поражения. Ну что ж, мне еще 3 часа 49 минут совершенно нечем заняться. Говорите, это было кашей?

Мужчины кивнули.

-Теперь нам нужен салат. У нас есть спаржа, трюфели, черная икра, ананасы и морковь, - сказал лорд Марсден. В его молодости морковь слыла афродизиаком. В основном, из-за формы.

-Еще лобстер есть, - похвастался Фанни.

Но лобстер успел удрать из корзины и забился под буфет, откуда теперь угрожающе щелкал клешнями. Решено было оставить его в покое.

-Только лишь ради мисс Мав...Мавн... Что у вас, англичан, за имена?! В общем, только ради нее! Потому что, если вы забыли, на вас я очень сержусь.

Она окинула взглядом ингредиенты и печально покачала головой. Салат и правда являлся самым съедобным, что можно было из них сделать.

-Вы хотя бы ножом пользоваться умеете... мальчики?

Оба закивали невпопад. Лорд Марсден заверил ее, что хорошо разбирается в ножах, особенно если те длиннее метра и обоюдоострые. Разбирался он и в копьях, булавах и разных других предметах, не имеющих прямого отношения к кулинарии. Фанни сообщил, что умеет пользоваться заточкой. Подробностей Гизеле не захотелось.

-Тааак, - протянула она, - давайте вы вооон там постоите, а я пока все быстренько порежу, идет? Можете что-нибудь спеть, чтобы не скучно было. Мы с Эвике всегда пели!

Лорд Марсден, переполненный благодарностью, отвесил ей поклон и сверкнул глазами на секретаря - давай, развлеки даму. Тот неуверенно затянул балладу, уже на следующей строке смешался и покраснел, но, повинуясь молчаливому приказу, продолжил, пытаясь пропускать неприличные слова. Второй куплет представлял из себя сплошное мычание, в котором время от времени проскальзывали предлоги.

Гизела увлеченно крошила морковь, когда на плечи ей вдруг легли чьи-то руки, и чей-то носик потерся ей о щеку. Девушка подпрыгнула от неожиданности. Хорошо хоть нож не успела опустить, а то бы встречать ей Новый Год с нечетным числом пальцев.

-Здравствуй, Жизель, - промурлыкала леди Маргарет. - Какая ты хозяюшка! Еще вечер, а ты уже трудишься, как пчелка. Другое дело, что в порядочных домах гостям не повязывают фартук, так ведь, Марсден?

Вампиры на всякий случай отодвинулись подальше от плиты.

-Ах, леди... хм, леди Маргарет! А я все думала, давно вы что-то не появлялись, - проговорила Гизела, освобождаясь от ее рук. - Мне, знаете ли, совсем несложно. Хотите, научу?

Вампирша раздумчиво посмотрела на нож с погнутым лезвием и перевела взгляд на своего супруга. Так египетский бальзамировщик подбирает нужный инструмент, чтобы половчее вытащить у трупа мозги через носовую полость.

-Спасибо, любимая, но кулинария - это так приземленно. Я подыщу нам занятие поинтереснее, - она подхватила девушку под локоть.

-Оставьте нам мисс Гизелу хоть на пять минут! - расхрабрившись, попросил Фанни. - Мы еще кашу не доварили! Она опять пригорает, и что с ней теперь делать?

Снисходительно улыбаясь, леди Маргарет покачала головой.

-И в наше отсутствие вам с милордом будет, чем заняться. А это чтоб тебе не скучать, Блейк.

Она подплыла к столу, плавным движением подхватила мешочек с овсом и, отвернувшись, вытряхнула его на пол. Оба вампира застонали в унисон.

-Это было жестоко, - заметила Гизела, когда они уже поднимались на первый этаж.

-У тебя золотое сердце, Жизель, - умилилась леди Маргарет и даже скользнула рукой по ее груди, там, где драгоценное сердце должно было находиться. - Но Фанни слуга, он должен знать свое место. Нечего тебе проводить время в такой компании. Ты леди, да и я тоже. Неудивительно, что мы так друг другу нравимся.

Похоже, она сама пыталась понять, каким образом ее потянуло на однополые отношения, и затуманенный эликсиром рассудок подкидывал разного рода объяснения.

"Да уж, нравимся - просто не то слово", - подумала Гизела. Но сегодня леди Маргарет показалась ей уже менее навязчивой.

-Хм, возможно, - ответила она расплывчато.

-Жаль только, что ты никак не переберешься ко мне поближе. Не то чтобы я не уважала границы твоей частной жизни, но ты ведь тоже думаешь обо мне бессонными днями? Как я о тебе. Тоже ворочаешься с боку на бок, ждешь, когда зайдет солнце, этот жестокий тюремщик, что разлучает нас? Но ничего, я нашла выход! Ах, Жизель, я сделаю тебе такой подарок!

-А вы их уважаете? Границы, я имею в виду? Впрочем ладно, можете не отвечать. Тут вы, пожалуй, ничем не отличаетесь от Берты, - последнюю ремарку девушка произнесла совсем тихо, а потом уже вежливо спросила. - Подарок? Звучит многообещающе. Просто-таки коленки подкашиваются - от любопытства, конечно, - улыбнулась она.

-Тогда идем ко мне в будуар! Я ведь до сих пор его тебе не показала, - виновато проговорила леди Маргарет, как будто пригласила подругу в Москву, но позабыла сводить ее в Кремль. - Великолепно, правда? Все, о чем может мечтать женщина.

И распахнула перед ней дверь с позолотой.

Гизела огляделась, чувствуя себя неуютно, как человек, впервые оказавший в храме чужой конфессии. Будуар был роскошно обставлен, вот только цвет обоев невозможно определить.

Все стены, от пола до потолка, были увешаны портретами леди Маргарет.

На некоторых она игриво улыбалась, на других, напротив, выглядела суровой и неприступной, как настоящая королева. Менялся стиль художников, менялись платья и прически модели, но везде она оставалась столь же прекрасной. И вместе с тем портреты казались несовершенными. В каждом мерещился изъян, странное сочетание красок, резкий контраст между передним и задним планом. На один портрет Гизела смотрела дольше остальных, пытаясь понять, что в нем не так. Придворный живописец запечатлел Маргарет в образе весны, роняющей пригоршни цветов. За спиной у нее синело небо, настоящее небо с пушистыми облаками, а где-то там, за пределами золоченой рамы, пряталось солнце. Не только на этой картине -- на всех вообще. Здесь-то и крылась загадка. Художники никогда не видели заказчицу днем, но, подчиняясь ее требованию, дорисовывали солнечный свет.

Впервые Гизела осознала с какой-то болезненной очевидностью, что и сама она солнце уже никогда не увидит.

-Э... Э-это... - хотя Гизеле не требовался воздух, она сделала несколько медленных глубоких вдохов, - это очень красиво, леди Маргарет. Сколько же их здесь? Я смотрю, вы ни на мгновение не забываете о собственной красоте.

-Да, - просто ответила вампирша. - Я ничего не потеряла с тех пор, как зеркала перестали меня отражать. Гораздо приятнее видеть, как мною восхищаются живописцы, как их кисти ласкают мои черты, когда выводят их на холсте. Красота мой главный капитал, Жизель. Кроме нее, у меня больше ничего нет. Даже репутации. Но зато теперь-то все изменилось! У меня есть ты, и ты любишь меня, - Маргарет просительно заглянула ей в глаза. - Выбирай любой. Мы повесим его у тебя в спальне, так, чтобы когда ты проснешься, мы всегда встречались глазами. А потом я закажу твой портрет, чтобы не расставаться с тобой даже днем. Славно я придумала, правда?

Гизела не могла отказать. Просто физически не могла бы сказать "нет". Пусть эта женщина и не стала ей приятнее, но виконтесса только что сделала шаг ей навстречу. И, как сразу же поняла, лучше бы этого шага не делала, оставаясь с ней в отношениях односторонней холодной войны.

-Конечно. Портрет так портрет, хуже не будет, - "потому что хуже уже некуда", подумала она про себя.

На каминной полке, среди разлапистых подсвечников, вазочек, золотых часов со стариком Хроносом, у которого чья-то шаловливая рука отломила острую косу, среди разноцветной дребедени притаилась миниатюра в овальной рамке. Как и следовало ожидать, изображала она леди Маргарет, но как будто чуточку моложе. Да и выражение лица у нее было другим, не рассеяно-счастливым, как сейчас, когда она обнимала Гизелу. Акварельная улыбка казалась куда искреннее настоящей.

Виконтесса застыла возле этого портретика, который одновременно был и не был леди Маргарет.

-Вот этот. Если вы не возражаете.

Вампирша повертела руках миниатюру, как девочка, у которой попросили ее самую любимую игрушку. И отдавать жалко, и жадничать стыдно. Нехотя протянула ее гостье.

-Какая интересная работа, - проговорила Гизела. - И кто же автор?

-Неизвестный художник. Слишком незначительный, чтобы запоминать его имя.

-Хмм, и все же портрет вам дорог. Интересно.

-Единственный, оставшийся с тех пор, когда я еще была смертной. До того, как мы познакомились с лордом Марсденом и я его... на себе женила.

Не дожидаясь закономерного вопроса, она заговорила. Но мы, хотя и не сомневаемся в объективности леди Маргарет, перескажем вам ее историю своими словами.

***

Та самая ночь, 1830е.


-Отныне ты в моей власти, Маргарет. Приди же ко мне.

Лицо гостя было ей знакомо. Они виделись на балу, даже протанцевали вместе кадриль. Кавалер спросил, может ли он нанести мисс Нитли визит, и та охотно согласилась. Хотя она танцевала грациознее всех девиц в округе, приглашали ее лишь когда заканчивались партнерши с приданным. Могла и весь вечер у стенки просидеть. Но заезжему лорду, явившемуся на бал в сопровождении секретаря, и дела не было того, сколько тысяч годовых за кем дают. Оба мужчины беспечно отплясывали, но зоркая Маргарет заметила, что время от времени они многозначительно переглядываются. И не притрагиваются ни к еде, ни к питью. И сразу же после их приезда среди женского населения начался мор.

Но сейчас его облик изменился. Брови грозно сдвинуты, яростный взгляд черных глаз пригвоздил мисс Нитли к полу, а из-под красных, похотливо приоткрытых губ показались влажные клыки. Еще миг - и грозный пришелец бросится на свою жертву, и вопьется ей в горло, и приступит к ужасной трапезе...

Маргарет поняла, что нужно перехватить инициативу.

-Добрый вечер, сэр, - приветливо улыбнулась она, склоняясь в легком реверансе. Кружевные оборки на ее груди затрепетали. - Очень рада, что мы с вами теперь на короткой ноге. Но раз уж вы называете меня по христианскому имени, то позвольте спросить и ваше.

Вампир, уже рванувшийся вперед, вдруг выпрямился так резко, что едва не потерял равновесие, и посмотрел на девушку во все глаза. Как бы невзначай она провела рукой по волосам, еще больше распушив их, и расстегнула верхнюю пуговицу сорочки. Вампир сглотнул.

-Лорд Марсден, мисс, - пробормотал он, смущенно втягивая когти.

-И Ваше Сиятельство, как я полагаю, вампир?

Мисс Нитли повертела в руках книгу, сличая гравюру, на которой косматое чудовище самозабвенно убивало девицу, и внешность своего посетителя. Сходство было поразительным. Вот только вместо рваного балахона на Марсдене был элегантный фрак и белоснежные манжеты с бриллиантовыми запонками. Это обстоятельство обрадовало Маргарет больше всего.

-Да.

-Отлично, - просияла мисс Нитли.

-Я пойду, пожалуй, -вампир начал отступать к окну, но Маргарет опередила его и встала рядом. Ее узкая ладонь змеей скользнула в его ручищу, их пальцы соприкоснулись. Вампир посмотрел на девицу удивленно, но в глазах его уже сверкало зарницами подступающее отчаяние. Он понял, во что ввязался.

-Не торопитесь. Вы еще с моими родителями не познакомились. Маменька, папенька! - позвала Маргарет. - К нам лорд Марсден пожаловал!

В комнате стало людно. Появились не только родители Маргарет, несмотря на поздний час одетые в дневные платья, но и сгорбленный седой господин, в котором Марсден к вящему ужасу опознал нотариуса, а так же бойкая девица, за юбку которой цеплялся мальчуган лет семи.

-Ступай в детскую, Тоз! - шикнула на него сестра. - Спать пора.

-Ну Лиииизбет, - заныл мальчишка, - я тоже хочу посмотреть, как Маргарет будут делать предложение!

-Вы можете объяснить, что здесь происходит? - почти не шевеля губами, прошипел вампир, пока вся семейка бушевала и засыпала их поздравлениями.

-Полно, милорд, - точно так же, не оборачиваясь, ответила девушка, - вы ведь джентльмен?

-И что с того?

-А то, что джентльмен не может ворваться в спальню к барышне, не скомпрометировав ее... и себя. Теперь вы обязаны на мне жениться.

-А если я откажусь?

-А если откажетесь... куда на медовый месяц поедем, Лизбет? В Италию... а если откажетесь, я всему свету расскажу, что для вас, лорд Марсден, честь это пустой звук. Вы, конечно, можете меня убить... спасибо, Ханна! Я тоже тебя не забуду!... но тем самым вы лишь подтвердите, что недостойны звания джентльмена. И жить с этим позором вам придется вечно. Ну так что? Вам решать, милорд.

В бессилии вампир заскрежетал клыками.

-Как вы вообще догадались, что я на вас нападу?

-Я оставалась единственной из всех девиц на балу, кого еще не коснулась бледная немощь. Меня вы на десерт приберегали, так ведь? Потому что я прекраснее их всех.

Этого он отрицать не мог. Красота Маргарет Нитли была несомненной.

-По крайней мере, ни одна их тех девиц не устраивала мне подобную встречу! - на его скулах заиграли желваки.

-Глупышки, что с них возьмешь. Зачем мозги, когда годовой доход превышает десять тысяч?

-Ваши родители тоже знают?

Маргарет пожала плечами, продолжая улыбаться все так же лучисто.

-Думают, что я окрутила богача. Неважно, каким образом. Сестра догадывается, она сама мне ту книжку подсунула. Пока я не выйду замуж, ей ничего не светит.

Тем временем нотариус мистер Мизлз составлял брачный контракт. Его не смущало, что дело происходит в спальне, а счастливая невеста одета в ночную сорочку да легкую шаль, которую она, опомнившись, накинула на плечи. И не в таких условиях приходилось работать. По крайней мере, мистер Нитли не наставляет на жениха ружье. А то ведь всякое бывает.

-Насчет приданного, - замялся папаша. - Мы, конечно, дадим за ней набор столового серебра, очень хорошего...

-Спасибо, обойдусь.

Нотариус завел речь про деньги "на булавки" и вдовью часть наследства, но Марсден и от него отмахнулся. А когда миссис Нитли, клокоча от восторга, провозгласила, что ее дочь выйдет замуж по особой лицензии, которую покупают у самого архиепископа, Маргарет мягко, но настойчиво ее остановила.

-Мы с лордом Марсденом поженимся в Лондоне. Все уже готово, карета нас ждет. Осталось только с вами попрощаться.

Миссис Нитли всплеснула руками.

-Как же так! Я-то думала, мы устроим свадьбу на все графство, соседей созовем...

Вампир горестно покачал головой. Свадьбы проводились исключительно при дневном свете, а уж о том, чтобы вообще сунуться в часовню, и речи быть не могло. Хотя сейчас его заботило даже не это. Как объяснить подчиненным, почему из поездки в провинцию, исключительно с целью поохотиться, он вернулся с молодой супругой? Разве что притвориться, что сам того захотел? Но зная Мастера, гармонично сочетавшего мизогинию с половой распущенностью, в такую версию мало кто поверит.

-Нет, маменька, мы поженимся сами, без гостей, - прощебетала Маргарет.- Так принято в высшем свете.

-А, ну тогда конечно, - согласилась матушка, едва подавляя разочарование.

Тут девушка оттеснила всех к двери, попросив родителей не выпускать жениха из виду, а сама быстро переоделась с помощью Лизбет. Все это время вампир прождал в коридоре, игнорируя расспросы будущих родственников. Лишь когда миссис Нитли поинтересовалась, видел ли он английскую королеву, Марсден рассеяно спросил, какую именно.

Маргарет вынырнула из спальни, одетая в зеленое платье, которое так шло к ее глазам и, расцеловавшись с родней, покинула дом в сопровождении закабаленного упыря. Отойдя подальше, уже в парке, они опустились на скамейку. Марсден молчал. Тогда девушка протянула ему левую руку запястьем вверх.

-Сюда. Потом прикрою браслетом. Только постарайтесь поаккуратнее.

Вампир вперил взгляд в сеточку вен, темневшую в лунном свете, и его губы сложились в жестокую улыбку. Но Маргарет не вздрогнула.

-Вы злитесь на меня, - констатировала она, - и злитесь заслуженно. Можете причинить мне столько боли, сколько сочтете нужным... если это доставит вам удовольствие.

Его намерения она угадала правильно. Больше всего ему хотелось разодрать нежную кожу, чтобы кровь по сторонам хлестала, но ее спокойный голос отрезвил вампира. Он умел распознавать достойных противников.

-Спи, Маргарет.

И в тот же момент она откинулась на спинку скамейки. Обхватив ее за плечи одной рукой, другой Марсден поднес ее запястье к губам и пронзил так осторожно, что она не вскрикнула бы, даже находясь в сознании. В рот хлынула кровь, какой он никогда еще не пробовал. Так закружилась голова, что вампир едва успел вовремя остановиться. Последний вздох, легкий как мотылек, еще трепетал у нее в горле, но уже готов был вырваться и смешаться с теплым июльским воздухом. И тогда все будет кончено. Пожалуй, так правильнее всего. Оставить ее здесь и скакать обратно в Лондон, позабыв про дерзкую девицу, что обратила против него - против рыцаря! - его же честь. Оставить здесь...

"... потому что ему уже ничем не поможешь!" из глубин памяти донесся знакомый голос, а потом добавил "Прощай" и назвал его по имени...

Ну уж нет! Хоть он и немертвая тварь, а все же не предатель. Не то, что некоторые. И вампир полоснул клыком по своей ладони, но прежде чем кровь запятнала губы Маргарет, он успел ее поцеловать. А она так ничего и не почувствовала. И никогда не почувствует, и не узнает.

Понемногу к ней возвращалась жизнь. Вот она уже открыла глаза, озираясь как спросонья, но быстро поняла, что произошло. Улыбаясь, наклонилась к своему творцу. Тот холодно ей кивнул.

-Рад, что нахожу вас в добром здравии, леди Марсден.

-Я буду вам хорошей женою, сэр, - торопливо зашептала она, - я буду следить за тем, чтобы вы всем были довольны. Чтобы в вашем доме все было в идеальном порядке. Вместе мы будем давать приемы, и я никогда вас не опозорю. Мы будем счастливы, милорд!.. Вот только я не верю, что любовь существует. Когда-то верила, а сейчас совсем не верю. Но...

В его надменном лице ничего не изменилось.

-Очень приятно, мадам, что хоть в чем-то наши мнения сходятся.

С тех пор эту тему они больше не затрагивали.

***

-...потом мы сели на скамейку, а что было дальше, я не помню. Но проснулась я уже вампиром. Как-то так все и вышло. Марсден даже не открыл мне своего имени. Настоящего. Сказал лишь, что никогда меня не полюбит, а поскольку он верен своему слову, то так и не полюбил. Что ж, я не уступаю ему ни на йоту. Если хочет вражды, он ее получит.

Гизела смотрела то на Маргарет, то на портрет, не зная, как реагировать. Да, история была... не самой счастливой из всех историй, что ей доводилось слышать о семейных парах. Столько лет прожить рядом с мужчиной, который тебя не то что не любит - попросту презирает за твой поступок! Однако в этой истории ее внимание привлек другой момент.

-Значит, вы сами согласились стать вампиром? Сами?

Гизеле не требовалось вспоминать, как стала вампиром она сама - эта картина преследовала ее всегда, стоило только закрыть глаза: и неумолимо приближающиеся клыки Изабель, и ее собственный истошный крик, и ужас, который невозможно ни с чем сравнить. Она передернула плечами.

-Да вы хоть отдаете себе отчет, что совершили?! - воскликнула Гизела.

В улыбке леди Маргарет, как обычно, сквозило спокойное безумие.

-О да, - проговорила она, - все лучше, чем оставаться совсем одной. А если ты этого не понимаешь, Жизель, то ты самая счастливая девушка на свете.
  
   ***
  
   Минут за десять ярость Берты успела выкипеть. На смену ей, как водится, пришло раскаяние. И правда, что за праздники взаперти? А ведь с самого приезда они с Гизи еще ни разу не совершали променад. Да что прогулки, личной жизни тоже никакой не было! Ну как тут расслабишься, если в любой момент может нагрянуть Маргарет и превратить их честное, моногамное времяпровождение в разнузданную оргию втроем! Берта поежилась.

Так или иначе, нужно извиняться. Правда, извинения сводились к "Ага, ты тут. Я все думала, где ты шляешься." На языке фроляйн Штайнберг это означало "Прости, любимая, я по тебе скучаю."

Но вместо Гизелы ей повстречалась Харриэт. Свесив голые ноги через перила, она сидела на лестничной площадке. Из-за мутной пленки на глазах, под которой вяло шевелились зрачки, нельзя было с точностью определить, на что же она смотрит.

-Харриэт? - позвала Берта, задрав голову, но девочка не шелохнулась. Тогда вампирша взбежала по ступеням и присела рядом с ней.

-Ты уже была у мисс Грин? Пробовала ее напугать?

-Нет.

-Ну что ж ты так, - укорила ее Берта. - Она тебя, небось, заждалась. Иди, напугай ее как следует.

Тут девочка обернулась и выкрикнула с внезапной злобой:

-Никуда я не пойду! Надо ж и мне отдохнуть!

Но сразу сжалась, испугавшись своего порыва. Вздохнув, Берта погладила ее по голове и начала распутывать длинные волосы, используя свои когти вместо расчески. Девочка не только не протестовала, наоборот, расслабилась и только что не мурлыкала от удовольствия.

-Отдохнуть? А что, у тебя совсем не бывает выходных?

-Нет, мисс. Милорд говорит, что время слуг полностью принадлежит хозяевам, до последней секундочки.

"Твой милорд напыщенный гусь," чуть не сказала Берта, но вовремя прикусила язык. Нечего подавать Харриэт такие идеи. Они с Гизелой скоро уедут, а ей тут оставаться. И неизвестно еще, какими методами Марсден будет восстанавливать свой авторитет в ее глазах.

-А будь у тебя выходной, куда бы ты пошла? - мягко спросила фроляйн Штайнберг, пытаясь заплести ей косу. Но с таким же успехом она могла проделывать это под водой. Волосы утопленницы, влажные и густые, оплетенные водорослями, никак не хотели принимать более-менее цивилизованную форму.

Харриэт мечтательно улыбнулась.

-Нууу, я б сперва в кондитерскую лавку пошла и набрала всяких бонбошек, и лакрицы, и еще анисовых леденцов. Много-много! Целый кулек! А потом на Панча и Джуди! Или вот еще есть такие куклы, меха-нические, - со знанием дела пояснила она. - Не знаю, чего их так обозвали, мех-то на них не растет. Они танцуют и на скрипке играют, уж такие забавные! А еще я пошла бы танцевать...

Берта опустила руки. Не то, чтобы ее заботили остросоциальные проблемы, включая положение чужой прислуги. Но выслушать привидение и ничего не предпринять было просто невозможно!

И как до нее раньше не дошло, что несмотря на умение поворачивать голову на 180 градусов, Харриэт всего-навсего ребенок?

Надо уточнить наверняка. Вспомнилась добрая сказка о том, как детишки играли в мясника и ненароком зарубили своего приятеля. Судья предложил малолетнему преступнику яблоко и золотую монету на выбор. Когда тот выбрал первое, судья вынес оправдательный приговор, потому что ребенок в который раз подтвердил свою незрелость.

-Что бы ты выбрала - яблоко или соверен? - обратилась Берта к привидению.

-Соверен, мисс! - отозвалась Харриэт, а когда у Берты вытянулось лицо, продолжила. - На него аж два яблока можно купить. И целый кулек конфет.

Поколебавшись, вампирша сочла ее ответ достойным.

-Не грусти, девочка. Мастер даст тебе выходной. Я с ним поговорю.

-Ой, мисс, вы замолвите за меня словечко! Спасииибо!

Привидение повисло у нее на шее, радостно болтая ногами, и Берте стоило многих трудов ее отцепить.

-Нет, не замолвлю. Для таких господ, как твой милорд, устная речь хоть в лоб, хоть по лбу. Они воспринимают слова, только если те напечатаны на бумаге и, желательно, заверены парочкой штампов. Вот такие слова нам и предстоит найти.

-А где ж мы станем их искать?

-В библиотеке. Ты читать умеешь?

-Немножко, - ответила Харриэт.

-Вот и отлично, - улыбнулась Берта, - вдвоем быстрее получится. Приноси мне любые книги, если в заглавии упоминаются слуги.

***

Вампиров мисс Грин нашла по запаху. О нет, они не пренебрегали личной гигиеной! Впрочем, даже в этом случая девушка отнеслась бы к ним с пониманием. Она твердо решила, что у немертвых своя уникальная культура, которую следует уважать. И если они травят тараканов в сочельник - возможно, это их традиция.

Связать запах с едой просто не пришло ей в голову. Запах был не просто отвратительным. Он был каким-то инородным.

Лишь оказавшись на кухне, Маванви наконец-то разобралась в ситуации.

Стол был накрыт на одну персону. Секретарь расставлял бокалы, сам же Мастер, сквернословя вполголоса, пихал в вазу охапку еловых веток. Собственно, ветки и были самым съедобным из всего, что уже поджидало гостью на столе. Королевой завтрака была бурая жижа, которая, похоже, стремительно эволюционировала. Маванви могла поклясться, что она только что отрастила щупальце, цапнула салфетку и утащила ее в тарелку!

В спальне осталась рукопись нового романа. Черноволосый красавец Брендан как раз угощал героиню, простую смертную девушку, комплексным обедом из трех блюд. И клубничным мороженным. Причем обед приготовил сам. А клубнику лично собрал с грядки. И даже прическу не растрепал.

Маванви решила, что над этой главой надо еще поработать.

-О, мисс Грин! Мы вас заждались!

Мастер шагнул ей навстречу и, поцеловав ей руку, проводил смущенную девушку к столу. Секретарь бросился отодвигать ей стул, но он - Маванви кольнула обида, - похоже, был совсем не рад ее видеть. Покончив с любезностями, юноша встал за стулом Мастера и застыл, как страж у Букингемского дворца. Он почти полностью слился с пейзажем, тем более что и пейзаж, и одежда Фанни были заляпаны овсянкой.

-Пусть мистер Блейк с нами сядет, - попросила Маванви.

-Зачем? - удивился Марсден.

-Пожааалуйста, - она выдвинула любимый аргумент всех девушек. Оспаривать его бессмысленно. Он сокрушает логику.

-Садись, Блейк.

Повинуясь взмаху его руки, юноша занял место напротив гостьи. Но даже так он умудрился ее игнорировать. Его взгляд словно раздваивался у ее лица, плавно огибал русую голову, и снова сходился позади ее затылка. Барышня заерзала на стуле.

-Как вам овсянка? - любезно поинтересовался Верховный Вампир.

-Очень вкусно, сэр, - улыбнулась Маванви, размешивая кашу, как будто этот магический ритуал уменьшит ее объем.

-Но вы еще не пробовали.

-Жду, когда остынет.

-Может, ее разбавить? - он подтолкнул к ней лафитник с кровью.

-Нет! - пискнула барышня. - Я сейчас!

Она дернула ложку и подняла ее вверх. Вместе с тарелкой.

-Вот ведь незадача, - посетовал Марсден, разглядывая прилипший столовый прибор. - Блейк, подай мисс Грин новую ложку.

Маванви вспомнила средневековую пытку, во время которой жертву накачивали водой, и поняла, что с воображением у инквизиторов было негусто. Надо было сварить чан овсянки и скармливать ее еретику, приговаривая "ложку за Папу."

Неизвестно, какой трагедией для ее желудка обернулся бы этот завтрак, если бы на пороге не показалась Берта Штайнберг. В руках вампирша сжимала какой-то листок. Судя по ее решительному взгляду, она собиралась приколотить его на дверь.

-Берта! - просияла Маванви, вскакивая с места.

"Спаси меня снова!" читалось в ее глазах. Но вампирша кивнула ей с тщательно отрепетированным равнодушием.

-Лорд Марсден и Фанни Блейк, - отчеканила она, потрясая листком в такт словам, - а ну-ка идите сюда. Есть разговор.

Недоумевая, мужчины направились к ней, а Маванви приступила к решительным действиям.

Опекуны мисс Грин прилагали все усилия, чтобы не разбаловать и без того неблагодарную девчонку. Так что на завтрак, обед и ужин она получала тарелку водянистого супа и кусочек тоста. Причем если тост был хоть немного вкуснее поджаренной подошвы, тетушка отсылала его в кухню на доработку. Приходилось съедать все это под ее недреманным оком. Но даже тетушка порою отвлекалась, и тогда...

Стоило мужчинам отойти, как девушка подхватила тарелку, метнулась к окну, распахнула его без скрипа, вытряхнула кашу, так же тихо закрыла окно, смахнула с подоконника залетевшие снежинки - никогда не знаешь, на чем можно засыпаться! - и вернулась на место. На все у нее ушло секунд пять. Когда вампиры обернулись, она уже вытирала губы салфеткой. На щечках играл сытый румянец. Его Маванви тоже научилась изображать.

Ни что так не радует сердце повара, как тарелка, опустошенная в рекордные сроки.

-Вам понравилось! - просиял Марсден. - Добавку будете?

-Нет, спасибо! Я лучше возьму...

Она посмотрела на хрустальную чашу, до краев полную салата. Закончив крошить ананасы, вампиры смешали их с икрой, а затем, по-видимому, вспомнили, что в салате должна быть заправка. Но ни укуса, ни оливкового масла под рукой не нашлось. Тогда они заправили его тем, что всегда имелось в изобилии. Маванви сглотнула.

-... бокал вина.

И сама налила вина, сначала на донышке бокала, а когда распробовала, то до краев. Бутылки в погребах усадьбы хранились так долго, что в их содержимом можно было растворять жемчуг, но на этот раз вампиры не прогадали. Вино оказалось вкусным.

-Еще успеете с ней полюбезничать! - прошипела Берта. - Лучше скажите, как мне добраться до Скотленд Ярда? Я собираюсь на вас донести.

-За что?!

-А вот сами догадайтесь! Подскажу - это связано с вашим отношением к слугам/

На виске Мастера задергалась жилка.

-Никаких законов я не нарушал. Ежегодно я вношу налог за слугу мужеского полу, - он указал на Фанни, который согласно закивал.

-Не о том речь! Вот, глядите сюда.

Чтобы найти этот жалкий клочок бумаги, ей пришлось перерыть добрую сотню книг. Мастер прочел, что дважды в год приходской надзиратель должен проводить проверку в домах, где служат несовершеннолетние, с целью выявить случаи жестокого обращениями. Такие правила распространялись только на слуг, взятых из работных домов. Но это сообщалось на предыдущей странице, а ее фроляйн Штайнберг не захватила.

-Я не держу слуг, не достигших шестнадцати.

-Еще как держите.

Марсден взглянул на Маванви, уже навострившую ушки.

-Блейк, присмотри за нашей гостьей, а мы с мисс Штайнберг отойдем на пару минут.

Понурившись, Фанни поплелся к столу, за которым его поджидала девица.

Ох, если бы только он не мог читать ее мысли! Но их не то что вампир - человек прочтет. Мыслей у нее было не так уж много.

-Я вас чем-то обидела, мистер Блейк? - забеспокоилась гостья.

-Нет, что вы, мисс.

-А у меня для вас подарок! - она достала из кармана книгу в переплете такого розового цвета, который сначала разъедает сетчатку, а потом растворяет мозг. Книга называлась "Кровавые Брызги на Лепестках Роз."

-Это мой последний роман. Там про вампиров.

Фанни криво улыбнулся. Нетрудно догадаться.

-Спасибо, мисс, - сказал юноша, на всякий случай прикрывая книжку салфеткой. - А я вам ничего не приготовил. У нас как-то не принято справлять Ро... эм... Йоль.

-Ну и ладно, - улыбнулась Маванви, - вы мне на Новый Год что-нибудь подарите. Я ведь останусь на бал! Это будет мой дебют, представляете? Лорд Марсден сказал, чтобы я выбрала белое платье. Если заказать завтра, к Новому Году будет готово. Я даже несколько фасонов присмотрела. Полюбуйтесь, какое красивое!

Она достала журнальную вырезку с платьем, сшитым словно из невесомой паутины.

-Жаль только, что это платье на один раз. В прачечную его не отдашь, непременно порвется. А вот это, - рядом легла вторая картинка, - не такое красивое, зато практичное. Еще куда-нибудь можно надеть.

Фанни молчал.

-Какое платье мне выбрать, мистер Блейк?

"Первое," следовало сказать ему. Первое платье казалось более женственным. Хозяин любит женственность, хотя женщин ненавидит. Ведь женственность - лишь набор качеств, а у женщин есть характер, с которым нужно считаться. Первое. Так и ответить. Он хороший слуга и должен угождать своему господину. Или, как сказала бы Берта, хорошая собака. Не укусит руку, что треплет его по загривку.

Вся беда в том, что теперь его погладила еще одна рука.

-Я не знаю, мисс, - прошептал Фанни. - Я, правда, не знаю.

***

В коридоре лорд Масрден скомкал листок и швырнул его себе за спину.

-Никуда вы с этой филькиной грамотой не сунетесь, - выплюнул он. - Но, как понимаю, речь идет об этой негоднице Харриэт?

-О ней. Потому что она ребенок, а вы с ней жестоко обращаетесь. Прямо завтра я забираю ее у вас, и мы идем развлекаться.

-Ребенок, как же. Вы хоть знаете, сколько лет назад она умерла?

-Нет, и знать не хочу! Все это не важно. Мы, немертвые, не меняемся со временем.

-С чего вы взяли?

"Иначе я могла бы расслабиться," усмехнулась она про себя.

-Иначе вы, лорд Марсден, Верховный Вампир Англии, были бы... - Берта замялась.

-Продолжайте, мисс, - процедил вампир, глядя на нее с ненавистью. - Сильнее? Мудрее?

-Увереннее в себе. Тогда вам не пришлось бы так поступать с женой. Если вам хочется, чтобы вас полюбили, можно ведь и попросить. Но вы не перешагнете через себя. Уж я-то знаю. Я сама такая.

Сначала ей показалось, что он бросится на нее, но Мастер Лондона заложил руки за спину прошелся по коридору. На его вечно надменном лице проступило нечто вроде печали.

-Вы ничего о нас не знаете. Леди Марсден... она бы не согласилась.

-Вы вообще с ней разговариваете? - не унималась вампирша. - Дарите ей цветы? Не те, что дороже упряжки лошадей, а те, что хорошо смотрятся в ее волосах.

-Зачем ей цветы, у нее и так все есть. Посмеялась бы только, что я бесполезную дрянь приволок.

-А пробовали?

-Чего мне пробовать, и так понятно.

-Вы всегда таким были, или что-то сделало вас таким? - спросила Берта, не рассчитывая на ответ. Его и не последовало. - В любом случае, я права. С годами нежить не меняется. И Харриэт сейчас столько лет, сколько было на момент смерти.

-Куда вы поведете девчонку? - Марсден резко развернул беседу.

-На детский бал. Но туда, наверное, по приглашениям пускают...

-Вот уж пустяковина. С моим знакомствами и не такое можно устроить, - он развернулся и пошел прочь, на ходу бросив: - Я даю ей выходной.

-Спасибо, сэр! - Берта выкрикнула ему в спину.

-Оставьте вашу сентиментальщину при себе!

Как только Мастер удалился, с потолка спрыгнула Харриэт, висевшая там на протяжении всего разговора, и так крепко обняла свою благодетельницу, что чуть не сломала ей ребра. О насквозь промокшем платье и говорить нечего.

-Ну, хватит уже! - отодвинула ее Берта. - Нам осталось решить только один... вопрос.

-Какой, мисс?

-Твоя внешность... как бы это сказать... несколько нестандартная. Но ничего, если мы позаимствуем пудру у миссис Мастер - кстати, пудры на ней всегда как сахара на линцерторте - то приведем тебя в порядок.

-Внешность, мисс? - озадаченно переспросила девочка.

-Ну д-да.

-А, это что ли? - Харриэт пошатала полуоторванный черный ноготь на большом пальце. - Но это же униформа!

Она медленно провела рукой по лицу, как будто стягивая маску, и по мере того, как рука опускалась все ниже, облик привидения менялся, пока перед Бертой не предстала бледненькая, но вполне симпатичная девочка с блестящими карими глазами. Растрепанные косички торчали по сторонам.

-Вот, мисс, так лучше?

Берта одобрительно кивнула. Потом прислонилась к стене и на несколько секунд потеряла сознание.

В этот момент на нее посмотрели чужие глаза.

***

Он торопится.

Впереди виден Дарквуд Холл, огромный, припавший к земле зверь, что спит днем и бодрствует ночью. Вот зажглось еще одно окно. Но как угадать, где скрывается тот, кто ему нужен? Зелье действует не дольше минуты. А на второй заход у него не хватит ингредиентов. Следовало дождаться старуху. Вдруг в одной из стен есть тайник, где она прячет еще драхму толченых когтей гарпии или настойку из мандрагоры? Тогда он вытряс бы из нее все до последней склянки. А вот интересно, предчувствует ли баньши собственную смерть? Может, поэтому она замешкалась в лавке? Но вряд ли, ведь в Списке сплошь мужские имена. Какая ирония.

Поставив на землю саквояж, он вытаскивает коробку длиной в локоть, шириной в пол-локтя и высотой примерно с ладонь. Впрочем, что это коробка, мы узнаем не сразу. Предмет напоминает отполированный кусок дерева, без швов и петель. Сверху нарисован контур руки, на который он кладет ладонь. Чуть морщится от боли. Слизывает кровь с проколотого пальца. По боковой поверхности коробки пробегает трещина, верх откидывается. Открыть ее можно только так и никак иначе. Открыть ее может только он.

На дне лежат листы бумаги, исписанные старомодным почерком. Он пробегает глазами по начальным строкам. "Если ты читаешь это, я не умер..." Дальше читать нет смысла, он знает текст наизусть. Не тратя времени понапрасну, он достает из коробки несколько крохотных, не больше наперстка, пузырьков, смешивает их содержимое в пробирке и залпом выпивает.

Теперь он видит сокрытое. Темные стены усадьбы становятся прозрачными. Ее обитатели кажутся фарфоровыми статуэтками, и все их мысли и желания, страдания и обиды, так надуманны, так... миниатюрны. Его взгляд скользит от зала к залу, пока не замирает в кабинете, где мужчина оперся обоими руками об оконную раму и, кажется, вот-вот выдавит стекло. Черты его лица искажены. Мужчина давно уже не умеет плакать, только бесноваться, но и ярость не приносит утешение. В памяти звучит голос, который произносит его имя, произносит так искренне, как умеют говорить только предатели...

Перед глазами снова темнеет. Но он уже узнал все, что ему нужно. Он складывает склянки в коробку и закрывает ее - на обратном пути она не требует крови. Остается лишь дождаться подходящего момента.

Домой он идет пешком, хотя на дорогу уходит не меньше двух часов. Но в сочельник люди забились по домам, и даже грабители пьяны в стельку, так что вряд ли кто-то накинет удавку ему на шею. Не хотелось бы никого убивать сегодняшней ночью. Надо подготовиться.

Один из "уличных арапчат," чумазый золотушный мальчишка, дергает его за полу фрака и
и клянчит пенни. Прохожий смотрит на него задумчиво. Но попрошайке повезло, он не того пола. Открыв кошелек, он кидает мальчишке мелкую монету и следует своей дорогой, а попрошайка на всех парах несется к матери, которая поджидает его за углом.

-Глянь, ма, скока я денежек заработал!- радуется он, высыпая в ее замусоленный подол пригоршню монет. - Хватит же на доктора? Ну ведь хватит?

-Конечно, миленький! - и женщина довольно хихикает, тряся головой.

Ее доктора зовут "Виски." В полдень она уже побывала у него на приеме, а теперь запишется на новый. Узловатыми пальцами она разгребает выручку, сортирую фартинги, пенни, и редкие трехпенсовики, прикидывая, сколько потратить на хлеб, и останется ли что-нибудь Томми на леденцы. Монеты как монеты, потертые, поцарапанные, но одна из них привлекает ее внимание. Положив ее на ладонь, женщина вглядывается и недоверчиво цокает.

Монета блестит, словно ее отполировали лунным светом.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"