# Алая пижама

Тимофей Николаевич Ковальков

В лаборатории научного института увлекаются экспериментами с экстрасенсами и магами. В результате эксперимента исчезает сотрудник лаборатории, его поиски приводят к фантастическим последствиям, а виной всему досадная случайность.

-1-


Табличка на двери гласила: 'Не входить!', словно случайный гость мог застать внутри неприличную сцену. А за дверью шел творческий процесс, требующий внимания и выдержки: мы расписывали 'пулю'. Лампы на потолке неприятно мигали и грозили погаснуть навеки - новых от хозяйственников не дождешься. Перебои с зарплатой значительно проредили наши ряды. В отделении газовых лазеров уцелело лишь три жреца науки. Лаборантка Лидочка, ваш покорный слуга, занимавший в то время скромную должность стажера-исследователя, и доктор наук по имени Андрюша.


Только последний товарищ кое-что соображал в физике. Хотя внешне этот увалень походил на попа с плаката атеистической пропаганды, бородатого и самодовольного. Наивная Лидочка заглядывала Андрюше в рот и ловила каждое его слово. В свою очередь, я порой тайком косился на некоторые симпатичные части тела молодой лаборантки. Лидочка не замечала внимания с моей стороны, а женатый Андрюша плевать хотел на взгляды Лидочки. Но не из верности жене, а по причине флегматичного характера и пристрастия к казенному спирту.


За перегородкой, сверкая сталью и стеклышками, на треногах стояла огромная труба - корпус мощной лазерной установки. Ее мы сдавали в аренду соседнему Карповскому институту. Корифеи этого славного учреждения занимались телепортацией. В результате экспериментов со стола исчезали мелкие предметы, а из сейфа - деньги, выделенные на изыскания. Луч лазера запросто мог прожечь танк противника, если последний приблизился бы вплотную. При этом за секунду поглощалось столько же энергии, сколько потребляет целый район за год.


В тот замечательный день мы ждали делегацию из Индии. В ожидании нервничали и пили чай. Воду кипятили рассеянным и ослабленным лучом лазера в трехлитровой банке. Пижонство, конечно, но электроплитки были запрещены правилами пожарной безопасности, а энергия давалась нам бесплатно, как и все блага при социализме.


- Стойте! - крикнула Лидочка, - Сегодня Чумак выступает. Надо телек включить.


В традицию чаепития входила 'зарядка' воды в банке энергией космоса по телевизору. Ведь доверчивей научного сотрудника в мире существа не сыскать. Прикажи нам телевизор сделать сэппуку канцелярскими ножницами, не знаю, чем бы это кончилось.


За чаем на 'заряженной' воде мы обычно перемывали косточки начальству или обсуждали очередную жертву местной столовки. Там что ни день кто-то травился, точно это был не советский общепит, а камбуз знаменитого броненосца 'Потемкин', матросы которого устроили революцию из-за тухлого борща. В этот раз Андрюша припомнил очередной анекдот из жизни эксцентричного Профузена.


- Отдыхал наш академик как-то на даче, - начал Андрюша, - да и заснул нечаянно на грядке с хреном. А тут пошел мелкий грибной дождик, и подхватил академик редкий легочный грибок. Лечили его, лечили, а толку мало, отправили бедолагу на электрофорез.

- А что это такое? - спросила Лидочка.

- Процедура такая: накладывают электроды на грудь, и полезные соли в организм проникают. Только академик наш был уж очень бестолковый. За ним супруга присматривала, точно дите малое его обихаживала. Брючки ему погладит, головку причешет, газетку в карман сунет и ведет под ручку к служебной машине. Но с процедурами вышла промашка: назначить их назначили, а отменить забыли.

- И что случилось? - захихикала Лидочка.

- Ну, проездил он на электрофорез целый год. Медсестрам все равно - для научного светила химии не жалко. Короче, передозировался, у него не только легкие минеральными солями просолились, но и органеллы в мозгу подгорели.

- Органеллы? - удивилась Лидочка. - А я про нейроны где-то слышала...

- У обычных людей - нейроны, или серые клетки, как у вас, - улыбнулся Андрюша, - а у академиков - органеллы, то есть высший уровень органики.

- Как же он работает, если у него эти органеллы подгорели? - не унималась Лидочка.

- А ему в министерстве так сказали: 'Пусть мозгом Академии наук вы уже не будете, но ее членом оставаться обязаны!'


-2-


С легкой руки академика Профузена институт наш буквально нянчился с экстрасенсами и целителями разного сорта. Принимали мы ведьм с Карпатских гор, сканировали их тепловизором на предмет наличия 'биополей'. Ведьмы оказались обычными бабами, только склочными и невоспитанными. В отместку за скудную оплату их услуг они приманили к нам в лабораторию тараканов со всего института. А кота Барсика, любимца публики, запугали до такой степени, что бедное животное неделю от корма отказывалось.


Навещала нас знаменитая целительница Адриана. У нее в ладонях Профузен обнаружил микроволны, помогающие в равной степени при радикулите и при разогревании котлет. А до этого к нам заглядывали тибетские хирурги. Эти ребята запросто вскрывали животы ладонями и извлекали из чрева добровольца отрицательную энергию Инь. Гостей с Тибета угощали за счет профкома, голова потом дня три гудела.


И вот сегодня на наши головы свалился маг-индус, специалист по расширению сознания. В сопровождении переводчика и Профузена гость торжественно вошел в лабораторию. Как полагается магам, он был в чалме, весь обмотан бусами, а вместо брюк имел розовые кальсоны.


- Коллеги, - обратился к нам Профузен, - разрешите вам представить нашего гостя из солнечного Бомбея. Его зовут... Как, собственно, его зовут? - спросил он у переводчика шепотом.

- Запамятовал, - смутился переводчик, утирая пот со лба носовым платком.

- Черт, неудобно вышло, - расстроился академик. - Ну так спросите его еще раз!


Переводчик пошептался с индусом, потом объяснил нам ситуацию:


- Понимаете, у него слишком длинное имя и оно очень трудно произносится. Состоит из семи отдельных слов, и ни одно из них не переводится на русский язык.

- Вот горе-то! - сказал Профузен. - Как же нам его звать?

- Зовите его для ясности просто гуру Тотхамыш.

- Знакомое имя... кажется, венгерский актер?

- Нет, монгольский князь, - пояснил эрудированный Андрюша.

- А наш гость не обидится? - усомнился Профузен.

- Нет, ему безразлично, - уверил нас переводчик. - Смотрите, как он улыбается. Он давно уже достиг просветления.

- Прошу всех за стол, - сказала Лидочка, - мы чаек заварили, у нас и тортик есть.

- Болваны! - возмутился академик, - опять без спросу лазер запускали!


Академик строго-настрого запретил нам без надобности включать лазер, чтобы не нарушить что-нибудь в экспериментальном контуре наших коллег из Карповского института. Но наказывать нас при гостях ему показалось неудобно. Все сели за стол, разлили чай в стаканы, нарезали торт.


- Расскажите нам о ваших навыках, - обратился к гостю академик. - К примеру, телекинез вы освоили? Может быть, вы спичечные коробки взглядом двигаете? На худой конец, ложки силой мысли сгибаете?


Общение шло через переводчика, тот шептал что-то на ухо индусу, а потом озвучивал нам ту абракадабру, что произносил на своем языке маг.


- Гуру Тотхамыш не занимается телекинезом, - отрезал переводчик.

- Как же так? - изумился Профузен. - А телепатией?

- И телепатией он тоже не занимается.

- Может быть, умерших родственников по фото разыскивает? Мы бы тогда на телевидение обратились...

- Боюсь, что нет.

- Ну хотя бы будущее предсказывает? Книги кожей читает?

- Нет.

- Безобразие! У нас в Союзе такие пустяки уже каждый второй умеет. Что делать с научной программой? Ну хоть на что-то он способен необычное?

- Гуру Тотхамыш приехал, чтобы поделиться одним открытием.

- Каким?

- Он готов раскрыть вам тайну сознания...

- Вот те раз! - сказал Андрюша. - К этому, боюсь, мы пока не готовы. Надо бы хоть в магазин сбегать ради такого случая...

- У нас еще от делегации тибетских хирургов кое-что осталось, - напомнил я.

- А, ну да, точно! - вспомнил Андрюша, - Лидочка, будьте добры, принесите пару бутылок, они в сейфе стоят...

- Гуру Тотхамыш предупреждает, что спиртных напитков он не употребляет, - сказал переводчик. - Пьянство, по его мнению, несовместимо с образом жизни йога. Однако он любит русские национальные напитки, скажем, кумыс.

- Кумыс? - удивилась Лидочка. - Может, квас? Где мы ему кумыс достанем?

- Не беда! - сказал Андрюша, - Лидочка, возьмите в холодильнике бутылку кефира. Добавим туда лимонной водки, смешаем - будет кумыс. У нас в доме сантехник недавно зашился, "торпедо" поставил, с тех пор ничего не употребляет, кроме подобного 'кумыса'.


Обслуживание гостей не обошлось без происшествия. Академик, суетившийся сверх меры, опрокинул на себя банку с кипятком. Закричал, забегал точно ужаленный, с полок посыпались инструменты, железки и провода. Пришлось ему снять штаны. Сердобольная Лидочка обработала ожоги китайской мазью "звездочка", после чего академик только скулил.


Прозвучал тост за процветание советской науки, потом беседа приняла философский характер.


- Уважаемый гуру Тотхамыш интересуется, - заговорил переводчик, - сколько видов ума известно вашей науке?

- Нашим людям свойственны три вида ума, - ответил Андрюша. - Говорим мы одно, думаем другое, а поступаем как бог на душу положит. Но если под градусом, то иногда и четвертый ум просыпается. Мы его называем 'задним'. Пословица гласит: русский задним умом крепок. Окинешь прошлое взглядом и осознаешь - все зря.

- Индийская традиция махаяны называет ум словом 'манас', - продолжал переводчик. - В Индии считают, что существует восемь видов ума. А девятый стоит особняком.

- Вот как! - удивился Андрюша. - Значит, нам есть куда стремиться!

- Но уважаемый гуру просит вас в данный момент отбросить первые восемь видов и пристально взглянуть лишь на отдельный девятый вид...

- Чем взглянуть? - спросил Андрюша.

- Мысленно взглянуть.

- Но для этого у нас уже не осталось ни одного вида ума: восемь мы отбросили, а на девятый смотрим.

- Это неважно, - голос у переводчика поплыл, - взгляните чем-нибудь, что есть под рукой...

- Хорошо, взглянем, раз надо, - согласился Андрюша.

- Так вот, девятый вид ума называется 'проектор клептомана'.

- Что? Какого клептомана? Вас где переводить учили?

- У меня имеется почетная грамота от центра имени Рабиндраната Тагора! - обиделся переводчик.

- Все равно уточните этот термин.

- Уточняю: не клептомана, а 'клиштамана', я ошибся, - переводчик икнул.

- Хрен редьки не слаще! - сказала Лидочка.

- Это от слова 'клеши', то есть шаблоны.

- А, понятно! - воскликнул Андрюша. - Это когда мозги на партсобрании компостируют.

- Правильно! Но позвольте мне продолжить изложение этой сложной концепции... При воздействии девятого вида ума на первые восемь возникает эффект, называемый 'алая пижама'.

- Черт, а пижама тут причем? - возмутился Андрюша. - Вы опять напутали?

- Нет, на этот раз все точно. 'Алая пижама', то есть высшее сознание, обычно дремлет...

- Хрень какая! - занервничала Лидочка. - Ничего не понимаю. Как пижама может дремать?

- Спокойно! - сказал переводчик. - Это не в силах постичь наш ничтожный загрязненный 'манас'. Но наша святая цель - разбудить 'пижаму'.

- Вот иногда наклюкаешься к вечеру, жена как начнет пилить, и тоже чувствуешь, что давно пора будить 'пижаму', - поделился сокровенным опытом Андрюша. - Только как?

- Уважаемый гуру Тотхамыш говорит, что это проще пареной репы. Надо очистить девятый 'манас' от 'клиштаманы' с помощью 'луча йогачары'. Только и всего.

- А дальше? - спросила Лидочка.

- А дальше, девушка, как в песне: 'Нам нет преград на море и на суше...', - пояснил переводчик. - Вам, товарищи, непременно откроются новые горизонты мысли.


-3-


Итак, мы решили поставить первый в Советском Союзе эксперимент по пробуждению 'алой пижамы'. А в качестве 'луча йогачары' за неимением лучшего решили использовать наш лазер. Подкрутили зеркала, убрали лишние фильтры, излучение направили прямо на массивный чугунный лабораторный стол, застеленный газеткой. Туда должен быть лечь испытуемый. Добровольцем вызвался Андрюша.


Внутри корпуса лазера почему-то набилось полно хламу. Эти лодыри из Карповского института уборку наверняка ни разу не делали. Чего только не попало внутрь: рваные ласты, кулич с пасхи, детский велосипед, солдатский сапог, провонял весь. Даже мышь дохлая валялась... Кошмар! Пришлось мне все это вычистить.


Наконец, испытуемый улегся, зрители отошли в сторону. Я нажал на кнопку зарядки конденсаторов лазера, послышалось грозное гудение. Профузен стоял рядом со мной без штанов, взлохмаченный, дико вращал глазами, что-то бормотал себе под нос. Академик напоминал мне в эту минуту большого ребёнка, наверное, из-за верблюдиков на его трусах. Индус малость окосел от 'кумыса'. Он примостился на вращающемся табурете в позе лотоса и с блаженной улыбкой на лице возвел очи к потолку. Мы вывели мага из состояния медитации, чтобы он промодулировал излучение лазера 'биополем' своих рук.


Когда я нажал кнопку 'пуск', раздался громкий хлопок, свет в лаборатории погас, из конденсаторов повалил дым. Лидочка вскрикнула, Профузен заметался по лаборатории, точно пес при виде кошки. Потом зажглось тусклое резервное освещение. Андрюши на столе уже не было. Индус в полном изумлении уставился на пустой стол.


- Куда он делся? - воскликнула Лидочка.

- Хрен его знает, исчез, - ответил я.

- Надо милицию вызвать и 'скорую', - предложила Лидочка.

- И что мы им скажем? Нас в психушку отправят.

- Эх, говорил я вам: не трогайте лазер! - махнул рукой Профузен. - Наверняка настройки сбили.

- Его в червоточину засосало, - вспомнил я американский фантастический фильм.

- Не мели чепухи, Алексей, - рассердился Профузен. - Надо мыслить рационально.

- Смотрите, на газете пепел серый остался, - Лидочка показала пальцем на стол.

- Эх, кажется, он окислился, - вдохнул Профузен. - Молекулярную структуру у парня разъело в озоновом слое, возникшем от излучения. Жалко беднягу. Надо бы его жене позвонить... точнее вдове.

- Я позвоню, - печальным голосом произнесла Лидочка.


Лидочка подошла к телефону, нашла домашний телефон Андрея в записной книжке, набрала номер.


- Ало, Оксана? Это из института говорят... Андрей дома? Нет? Вы только не волнуйтесь... Понимаете, Оксана, ваш муж... он того... Что? Да не кричите вы на меня! Мы сами толком ничего не понимаем. Есть мнение, что он окислился... Что? Ну да, мы все выпили по чуть-чуть, у нас делегация из Индии... Мы 'манас' прочищали... Что? Подождите, не бросайте трубку...

- Что она сказала? - спросил Профузен.

- Сказала, что психушка по нам плачет. А муженек ее, если окислился, пусть домой не приходит, а ночует в вытрезвителе.

- Понятно! - с горечью произнес Профузен. - А я еще надеялся, что он дома чудом оказался.

В этот момент в лабораторию осчастливила посещением начальница канцелярии Алла Васильевна, элегантная дама средних лет.


- Мальчики, что тут у вас происходит? - спросила она.

- Экспериментируем на уровне сознания, - ответил я.

- А, понятно... Я смотрю, и напитки у вас имеются. А почему товарищ академик без штанов?


- Он чаем обжегся.

- А почему ваш индус на меня словно сумасшедший смотрит?

- Гуру Тотхамыш безмерно удивлен ходом эксперимента, - сказал переводчик, который только к этому моменту снова обрел дар речи.

- Ну хорошо, - сказала Алла Васильевна. - А чем так воняет?

- Конденсатор сгорел, - пояснил я.

- Так это вы свет во всем институте вырубили?

- Да, мы! И у нас еще человек пропал...

- Куда пропал?

- Окислился... Только серый пепел остался.

- Это кого же так угораздило?

- Андрюша, старший научный сотрудник.

- Ой, да не говорите ерунды. Видела я вашего Андрюшу только что, буквально минут двадцать назад.

- Не может быть! Где?

- В профкоме. Он путевку брал. Жаловался, что очень устал.

- Какую еще путевку? - выпучил глаза Профузен.

- В санаторий наш ведомственный, кажется...

- А сейчас он где? - спросила Лидочка.

- Уехал, наверное, уже. Как раз машина из санатория заезжала.

- Я не понял, он что, раздвоился? - спросил Профузен. - Двадцать минут назад он тут на столе лежал.

- А что, вполне возможно, - заявила Лидочка. - Я в одном журнале читала фантастическую повесть. Так бывает, ели человек переместился во времени, он может сам себя встретить.

- Еж-манож! Надо спасать парня! - крикнул академик. - Все за мной! Такси поймаем.


-4-


Просроченные огнетушители - беда советских учреждений. Одно такое дурацкое изделие сбил со стены Профузен. Нас всех окатило желтой вонючей пеной с головы до ног, но больше других Аллу Васильевну. Ей пришлось даже переодеться в лабораторный халатик, хотя тот оказался безнадежно мал, не все пуговицы застегнулись на груди. Профузену мы нашли в тумбочке старые треники, которые уборщица приберегла на тряпки.


Попутная машина, старый 'Рафик' ветеринарной службы, доставила нашу странную компанию в санаторий.


Солнце садилось, отдыхающие страдали от духоты. На пляже камню упасть было негде, по водной глади скользили лодки. Мы оббегали территорию, Андрюши и след простыл. У администрации удалось выяснить, что беглец действительно заселился сегодня в санаторий. Мы тотчас отправились в его номер. Андрюша мирно похрапывал в койке, а его сосед по номеру в спортивном костюме встретил нас у порога.


- Разрешите представиться, генерал в отставке Брунов, - сказал он, прищурившись плотоядно на Аллу Васильевну. - Для вас просто Федор Михайлович. С кем имею честь разговаривать?


- Алла Васильевна, начальница канцелярии Института физической химии. Со мной академик Профузен и сотрудники лаборатории института. Мы пришли к вашему соседу.

- А, к Андрею? Дайте парню отдохнуть немного. Он же чуть не утонул сегодня.

- Что вы говорите? Как это случилось?

- Пошел купаться, бедняга, заплыл подальше. А на него маньяк напал.

- Какой маньяк? - встрял в разговор Профузен. - Как этот маньяк выглядел?

- Как выглядел? Такой детина в трусах, в тельняшке, на голове - противогаз. Видимо, белая горячка... Подплыл на лодке к Андрею и стал его веслом по голове лупить. Хорошо, что я мимо проплывал и вмешался.

- Мы вам очень благодарны! - сказала Алла Васильевна


Вскоре мы разбудили Андрюшу. К нашему разочарованию он ни черта не соображал.


- Смотрите, - воскликнула Лидочка, - на нем пижама алая! Наверное, та самая...

- Лидочка, - ответил я, - это не та пижама, нужная нам пижама находится в голове.

- У меня в голове?

- Нет, не у вас...

- Успокойтесь, это я ему пижаму одолжил, - признался Брунов.

- Интересно, что он запомнил? - задал вопрос Профузен.

- Помню, лежу на столе, - сказал Андрюша, - перед глазами рожа индуса мелькает. Потом хлопок, дым. Гляжу, а вас никого нет, лаборатория пустая.

- Почему пустая? - воскликнула Лидочка. - Мы все рядом стояли.

- Без понятия. Гляжу - никого. Пошел вас искать, зашел в профком, там мне горящую путёвку в санаторий переложили, машина от них пришла. Ну я и поехал...

- А дальше что?

- Приехал, заселился в номер, пошел купаться. Тут на меня этот придурок с веслом кинулся... дальше не помню.

- Наша теория подтверждается, - пробормотал Профузен.

- Какая теория? - спросила Алла Васильевна. - Что вы имеете в виду?

- Их теперь двое!

- Кого?

- Две версии Андрея. Он во времени перемесится и встретил сам себя.

- Так он сам на себя с веслом напал? - догадался я.

- По-видимому, так и есть! - подтвердил Профузен. - Он понял, что им двоим не удастся в нашем мире легализоваться...

- Да нет, бросьте! - вмешался Брунов. - Про того маньяка я слышал. Мужик на лодочной станции служит. Гребыч его фамилия. Кажется, его жена бросила, он в запое, вот и кидается на отдыхающих с веслом.

- Это еще надо проверить, - пробурчал Профузен.

- А знаете что? - сказал Брунов. - Приглашаю всех в кафе на шашлыки. Посидим, обсудим вашу проблему. Я ведь тоже, знаете ли, не чужд науке.


-5-


Стемнело, на покрытой плющом веранде уличного кафе зажгли декоративное освещение. Из мангала шел приятный дымок, пахло жаренным мясом. Брунов сел рядом с Аллой Васильевной, без умолку говорил ей комплименты, подливал коньяк в рюмку. Великий маг сидел без чалмы с растрёпанными волосами и напоминал обычного деревенского забулдыгу, только загорелого. Ему снова налили кефиру пополам с водкой. Профузен вынул блокнот и что-то вычислял.


- Стойте! - вдруг воскликнул переводчик, ударив себя по лбу. - Я вам неправильно перевел. Никакая не 'алая пижама', я уточнил в словаре, этот термин звучит как 'алая-виджняна'.

- Что в лоб, что по лбу! - засмеялась Лидочка. - Не выговоришь даже.

- Думаете, легко всю эту галиматью переводить? - обиделся переводчик.

- Товарищи, я вас всех удивлю, - вмешался Брунов. - Я ведь тоже когда-то работал с экстрасенсами. Может, слыхали про хозяйство генерала Брунова?

- Нет, не слыхали, - ответил за всех Андрюша.

- А мы ведь на весь Союз прогремели... Эх, золотые были деньки. Многое засекретили. Скажу только, что Америку мы обогнали и по части телепатии, и по части телекинеза. А особенно преуспели в омоложении генсеков в камере магнитного поля высокой амплитуды. Они аж розовые оттуда выбегали, как из бани... Правда, брак тоже выходил. Помнится, трое друг за дружкой окочурились, м-да... гонка катафалков. Зато последний какой живчик!

- Давайте обсудим сегодняшнее происшествие, - сменил тему Профузен.

- А какой вы эксперимент ставили? - спросил Брунов.

- Вот у нас тут товарищ Тотхамыш магию наводил, сознание расширял, а мы лазер на Андрюшу направили, - ответил я. - Думали, что это безобидный опыт... А потом - бац, и Андрюша исчез.

- Да, странно все это, - пробормотал Брунов. - Есть у вас идеи на этот счет?

- У нас только одна версия, - сказал Профузен. - Наш испытуемый переместился во времени. И теперь где-то ходит его копия...

- Перестройка, черт бы ее побрал, - бормотал Брунов. - А вы не думали, что у вас мог континуум разломиться?

- Какой еще континуум? - удивилась Алла Васильевна.

- Пространственно-временной, дорогая. Да-да, не удивляйтесь. Я ведь работал над чем-то подобным, пока в Чернобыле не рвануло... Например, мы создавали миниатюрные черные дыры, такие размером с апельсин.

- Ой, обожаю апельсины! - захлопала в ладоши Алла Васильевна. - Но мандарины еще больше люблю, особенно на Новый год.

- Это не обычный фрукт, дорогая, - сказал Брунов. Бросишь такой 'апельсин' с вертолета, и целая область с радаров исчезает, точно корова языком слизала.

- А что, в этой области все люди погибают? - испугалась Лидочка.

- Нет, что вы, просто у них там время замедляется и будущее никогда не наступает.

- Прямо как в фильме 'Город Зеро'!

- Извините, не довелось посмотреть...

- Товарищ генерал, - вмешался Профузен. - Давайте вернемся к нашим баранам, то есть к разломам.

- Да, к разломам... Слыхали про эффект Мориса-Торна?

- Ой, только не надо нас терминами грузить, - возмутилась Алла Васильевна, - мы люди простые.

- Извините, Аллочка. Можно я вас так буду называть? Короче, это жуткая хрень, товарищ академик наверняка знает...

- Слышали, - подтвердил Профузен. - В толк не возьму, зачем это военным понадобилось.

- Ну как же, ось времени сдвигается. Можно целый материк в прошлое отбросить или в будущее подтолкнуть. Представьте, если по Америке шандарахнуть, а она до состояния каменного века деградирует? Весьма перспективная вещь.

- Федор Михайлович, может, нас лучше нас в будущее запендюрить? - спросил Андрюша.

- Думали над этим тоже, - вдохнул Брунов. - Но аналитики этот вариант забраковали. Вероятнее всего, в будущем плановая экономика не сохранится и руководящая роль партии тоже... Скажем, выходите вы на улицу, а там всюду супермаркеты, реклама неоновая, шмотки разные продают без очереди, как в 'Березке'.

- Кайф! - воскликнула Алла Васильевна.

- Легкомысленная вы женщина! Вам бы только шмотки. Конечно, на вашей фигуре импортное лучше смотрится... А то, что вся тяжелая промышленность коту под хвост? Грузия с Арменией если отделятся? Нет, к лешему все это! Мы тогда технологию этих разломов надежно законсервировали. А то мало ли, вдруг кто-то случайно нажмет не ту кнопку... Нет, будущего нам даром не надо.

- Так вы к чему нам это все рассказываете? - спросил Андрюша.

- Понимаете, когда мы с этими разломами работали... как вам сказать, короче, у нас тоже происходили случаи - предметы исчезали, люди пропадали. Потом их находили совсем в другом месте. Это все признаки разлома!

- Черт побери! - сказал Профузен. - Говорил я вам: не трогайте установку Карповского института.

- Карповского института? Там не Кролиус директор случайно? - уточнил Брунов.

- Он самый! А вы что, разве с ним знакомы?

- Довелось пообщаться. Сколько литров вместе выпили! Печень еще помнит... Кролиус был главным по разломам. Неужели ему снова разрешили экспериментировать? Впрочем, перестройка, чему тут удивляться.

- Надо бы позвонить Кролиусу, - предложил Андрюша. - Вдруг мы накосячили.

- Вы правы! - произнес Профузен. - Где тут телефон?


Телефонная будка оказалась рядом, буквально в пяти метрах. Академик достал записную книжку, водрузил на нос очки и двинулся туда. Вскоре мы уже слышали его нервный разговор.


- Ало! Товарищ Кролиус? Профузен беспокоит. Добрый вечер! Не разбудил? Что? Еще не ложились? Как ваше здоровье? Сердечко шалит? Это прекрасно..., то есть я вам сочувствую, конечно. Супруге нижайший поклон. Понимаете, я вот по какому вопросу. Наши ребята сегодня вашу установку включали... Что? Вас плохо слышно... Куда мне валить? Нет, подождите, не вешайте трубку. Как вы думаете, мы могли запустить разлом? Что вы сказали? Что мы меняли в схеме? Почти ничего, только хлам почистили... Что? Ах, черт, разъединили.


Профузен подождал пару минут, описал несколько кругов вокруг будки, потом набрал номер снова.


- Ало! Кто говорит? Супруга товарища Кролиуса? А он сам где Ему плохо с сердцем? Что конкретно он мне велел передать? Что? Вы уверены? Так и сказал? Ну извините меня...


Профузен с бледным лицом подошел к нам.


- Похоже, мы все испортили! - сказал он. - Нельзя было там ничего трогать. В рабочей камере находился не хлам. Они просто уменьшали объем камеры, чтобы снизить квантовый резонанс. Кролиус орал на меня благим матом. Теперь у него сердечный приступ. Видимо, мы разлом запустили. Ось времени сдвинули, причем в сторону будущего...

- Теперь нам всем капец! - сказал Брунов.

- Почему? Что случится? - занервничала Алла Васильевна.

- Что случится? Поздравляю вас, дорогая! Шмотки заграничные в каждом ларьке будут продавать! Вот чего!

- Так это же хорошо? Или нет?

- Литва с Латвией в Нату вступят! Это вам как?

- Постойте, не кричите так. Может, рассосется?

- Дура! Что рассосется? Ваш институт сдадут в аренду под автосервис! Рэкетиры будут паяльниками людей пытать. В Москве вместо завода имени Орджоникидзе супермаркет построят! Олигархи недра заграбастают!

- А кто такие рэкетиры и олигархи? - спросила Лидочка. - Философы из Греции, что ли?

- Еще одна дура! - заорал Брунов. - Держите меня! Я ее сейчас прибью!


Генерал вскочил со стула, замахнулся на Лидочку, но потом схватился за сердце и рухнул как подкошенный на землю. Мы в ужасе смотрели на него. Андрюша побежал к корпусу санатория, чтобы позвать на помощь.


-6-


Через час мы сидели в номере с испуганными лицами. Генерала увезла 'скорая'. Индус к тому времени совсем отключился, его уложили в кровать, и он уснул. Никто толком не понимал, что случилось. Первым в себя пришел Андрюша.


- Надо прикинуть, как быстро все это может произойти.

- Полагаю, не раньше, чем через год, - ответил Профузен. - А если получше подумать, может, года через три... Когда Брунова в 'скорую' заносили, он мне странную фразу на ухо шепнул: 'Ждите, когда покажут Лебединое озеро'.

- Чтобы это значило? - спросила Лидочка.

- Думаю, предсмертный бред, - вздохнул Профузен.

- В любом случае от сердца отлегло! - улыбнулась Алла Васильевна. - А я-то наивно думала, что все прямо в одну минуту! Три года! Да за три года можно многое успеть...

- Что успеть? - спросил я.

- Понимаете, юноша, зная нашу страну... Я уже достаточно пожила, опыт кое-какой накопила. Поверьте, если действительно случился разлом... Этот момент лучше переждать где-нибудь за границей.

- Вы правы! - сказал Андрюша. - От разломов в нашем климате добра не жди.

- И что нам делать? - спросила Лидочка.

- Выбивать командировку в Италию. Товарищ академик нам поможет, правда?

- Помогу, куда я денусь, - согласился Профузен.

- Возьмите меня с собой, пожалуйста, - попросил переводчик. - Я шесть языков знаю.

- Возьмем и вас, - пообещал Андрюша.

- Блин, я до сих пор вся дрожу, - призналась Лидочка. - Вдруг эти чудовища придут за нами, как их... рэкетиры с паяльниками.

- Очень может быть! - округлила глаза Алла Васильевна.

- А как хоть они выглядят? Чтобы знать, когда увидишь, - Лидочка еще больше задрожала.

- Я один фильм американский видел, - вспомнил Андрюша, - они такие лысые, коренастые, все в татуировках, ходят с бейсбольными битами в руках. Картины Босха видели?

- Это который стиральную машину придумал? - спросила Лидочка.

- Нет, другой, художник. Сцены ада рисовал, как грешников пополам пилами режут...

- Ужас! - перекрестилась Алла Васильевна.


И тут в номере погас свет. Мы все затаили дыхание и прислушались. Кроме храпа индуса, ничего не было слышно. Андрюша зажег зажигалку, в ее неверном свете мы увидели только собственные тени на стене. Потом за дверью послышались чьи-то шаги. И сразу дверь начала сотрясаться от страшных ударов. Очень скоро замок не выдержал, вылетел вместе с большим куском косяка. Дверь резко распахнулась. В комнату вошло чудовище.


- Рэкетиры! - заорала Лидочка.

- Всех урою! - зарычало чудовище.


Это был коренастый человек в трусах и в тельняшке. Противогаз болтался у него на лямках на груди. Лысый череп, глаза налиты кровью, а шея покрыта татуировками. В руках он держал обломок весла и размахивал им направо и налево. От сквозняка из двери зажигалка потухла, только слабый свет уличного фонаря пробивался в окно.


Увернувшись от удара весла, я упал со стула и на четвереньках двинулся к выходу. За мной с тихим визгом ползла Алла Васильевна. Лидочка успела спрятаться за занавеску. Андрюша попытался оказать сопротивление, но получил удар кулаком в челюсть, отлетел к окну. Следующей жертвой чудовища стал парализованный страхом Профузен. Когда весло опустилось на голову старика, послышался странный глухой звук. Академик сдавленно вскрикнул и распластался на полу. Переводчик, брыкаясь ногами и опрокидывая стулья, заполз под кровать.


Шум борьбы разбудил индуса. Спросонья тот залопотал что-то на своем языке, потом громко замычал нечто вроде: 'Ом-м-м!'. Как ни странно, при звуке голоса мага нападавший застыл. Тотхамыш спокойно встал с постели, извлек из-под своих просторных одежд лампадку, спички, зажег огонь. Потом без всякого страха подошел к присмиревшему маньяку, положил ему ладонь на лысый череп и забормотал древние заклинания. Обломок весла выпал из рук обессилившего чудовища, а вскоре оно улеглось на полу, свернулось калачиком и заснуло сном младенца.


Когда мы поднялись на ноги, и привели в чувства Профузена, индус произнес короткую, но эмоциональную речь. Его лицо при этом выражало непонятную нам торжественность.


- Что он сказал? - спросил Андрюша, потирая травмированную скулу.

- Гуру Тотхамыш выразил уверенность, что мы только что достигли уровня пробуждения 'алаи-виджняны', - сказал переводчик.

Лампадка бросала неровный свет на изумленные лица моих коллег. Грозная тень новой эпохи отчетливо прорисовывалась в нашем сознании.