Крапивко Константин Анатольевич: другие произведения.

Нечисть

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В одну неделю фирма потеряла и главбуха, и коммерческого директора! И, похоже, без мистики тут не обошлось...
  Константин Крапивко. kropa@mail.ru
  Нечисть
  "И ты можешь лгать, и можешь блудить,
  И друзей предавать гуртом..."
  А. Галич. "Еще раз о черте".
  
  Мразь. Гнида болтливая.
  Мало мне, что кикимора кони двинула, пару недель погодить не могла...
  Болтливая гнида Волков закинул ногу на ногу и покачивал ногой, рассматривая новую туфлю. Хорошая была туфля, красивая, надо себе похожие взять. Волков рассказывал, и, как водится у вернувшихся с похорон, рассказывал глупости. Про то, что все там будем, про ах, как рано, и про как же так. Утупок.
   Я подошел к окну, взял сигарету. За окном было пекло, и воздух дрожал над раскаленным асфальтом.
   Люсиновка, однако, едет. Пробка будет попозже, часа через два.
   - Вы только подумайте, Роман Михайлович, - говорил Волков. - Ведь во вторник еще, а? Веселая, про таксиста этого странного все удивлялась...
   - Про какого таксиста? - сказал я.
   - Ну как же? Юбилей отмечали, в нашей кафешке. Засиделись, бармен такси вызвал. Но таксист денег у покойной не взял, когда приехали: это ваше последнее такси, говорит, сударыня, извините. Она все смеялась, что побольше бы таких такси последних... И ведь действительно последнее - вот что странно!
   - Ладно, - сказал я. Остановился напротив него и принялся разглядывать, я это умею.
  Волков, понятно, потупился и сел прямо.
   - Хватит. Хорошо, что на поминки не остался, ты мне нужен. С таможней проблема.
   - Роман Михайлович, но ведь странно, правда?
   - Ничего странного, - проворчал я. - Баба немолодая, курила как паровоз, а тут жара -инсульт и хватил. Кого вместо думаешь?
   - Белкину.
   - Полозову, - отрезал я. - Готовь приказ. И если у тебя никаких последних такси не было...
   - Такси-то не было... - криво усмехнулся Волков.
   - Говори, - велел я.
   - Помнишь, я тебе девчонку показывал? Веру, в соседней башне работает?
   Я кивнул - он показывал, ловеласик тамбовский. Говорил, познакомиться стесняется. Тощая, ничего особенного.
   - Вчера у нее в гостях был, - похвастался ловеласик. - Так там на ягодице татуировка. Красным и синим: "последняя". Я так и обмер!
   - Ай-яй-яй, - сказал я тревожно и ласково. - Беда-то какая! Таинственные письмена на жопе, любой бы забеспокоился! И денег она у тебя не взяла?.. Совсем беда. Бафомета на соседней половинке не заметил? Пятен кровавых на луне не видал, нет? Снов вещих? Конь под тобой уж не спотыкался ли?
   А потом рявкнул:
   - Трахни другую, придурок, и успокойся! Голову тут морочит!
   Волков понял, что увертюра закончена, встал и вытянулся.
   - Сейчас поскачешь в Карго. На цырлах. Проси, ругайся, топай ногами, умоляй... Одну коробку растаможить не способны, дожили! Отзвонишься оттуда. Я попробую напрямую с Питером порешать, через свои каналы. Вопросы?
   - Патриархия мешается, черти... их сфера... - заныл было Волков, но спохватился и отрапортовал: - Сделаем, Роман Михайлович! В крайнем случае, неустойку нам заплатят!
   - Волков, у тебя голова в порядке? Клал я на неустойку - товар нужен. Делай!
   Волков изобразил поклон и выскользнул, мягко прикрыв за собой дверь.
   Патриархия, патриархия... Подвинется патриархия. Я налил минералки, закурил и потребовал соединить с Питером. Но разговора не получилось, не успел - снаружи, перекрывая все звуки, завизжали тормоза, и сразу вслед за этим раздался глухой удар.
   Я выскочил в жару первым. У бордюра грустно приткнулся новенький форд с помятым капотом. У капота стояли изящные туфли. Аккуратно так, только левая на бок упала. Рядом с туфлями сидел трясущийся водитель. В десяти шагах лежал отброшенный ударом Волков.
   - Ну? - рыкнул я на водителя.
   - Скорую я уже... - промямлил он. - Так хорошо ехал, волна зеленая... а этот сперва по тротуару шел...
   Скорую он! Тут не скорую, тут труповозку надо... Ладно, без меня разберутся, вон, народ уже собрался, наши в основном. Белкина ручонки заламывает, дура, даже дорогу мне не уступила. Теперь вместо работы будет валерьянку лакать да охать. Обошел, чего уж.
   У себя я с отвращением выплеснул степлившуюся минералку и напился свежей, прямо из бутылки... Связался первым делом, конечно, с полковником, велел водилу фордового проверить, но ясно, что ничего это не даст... Надо же как! В одну неделю - и главбуха, и коммерческого! Мистика, мать ее!.. Справлюсь, конечно, но помощь понадобится.
   И я позвонил Хозяину. Не без злорадства позвонил: придется поднимать ему чресла из шезлонга и скакать к нам со своих Калифорний. Хозяин отнесся спокойно, сказал, что завтра будет. Мужик быстрый, но завтра, понятно, его не будет; к понедельнику хорошо бы. Стало полегче малость.
   Потом поговорил с Карго. Я на них нажал, и нате - оказывается, сейчас в Питере Ваньку Лешего поставили, он и буянит, у всех дело стоит. Как будто сразу сказать нельзя было!.. Вот теперь жизнь действительно начала налаживаться, тут меня совсем отпустило: гора с плеч.
   Хотя с Лешим покумекать надо, тут с кондачка не стоит. Да и надраться вдруг захотелось...
   Махнул я рукой, обошел отделы со строгим видом, Белкину рыдающую не отпустил - как хочет, а чтобы отчет мне завтра был. Полозову поздравил с назначением, глаза у девки так и заблестели, далеко пойдет. Осадил малость: еще хоть раз опоздает... С охранником новым поговорил, если он мне опять на ночь кондиционеры выключит, пусть не обижается. Так он про инструкцию, и что завтра утром первым делом включит. Быдло тупое. Менять.
   Волкова и форд уже убрали, а Люсиновка, слава Богу, еще ехала. Пока шел к машине, от земли так и пыхало. И тут она мне навстречу из-за башни к автобусу бежит, тощая эта, Вера с наколкой красно-синей. Остановился на минуту, стало интересно, я суеверный... Если уедет, то и пусть. Не уехала. Автобус из-под носа укатил.
   Поплелся к ней. Господи! Солнце в затылок лупит! И ветерок такой... противный ветерок, душный... Тощая стояла на остановке, в зубах сигарета, и расстроенно рылась в сумочке.
   - Гадюка, - сказал я про автобус и дал ей прикурить.
   - Да, не подождал, - вздохнула она.
   Про аварию, похоже, не знала. Хорошо. Скверная тема для знакомства - любовник издохший.
   - А и пес с автобусом, все к лучшему. Давайте представимся. Вас, случайно знаю, Вера зовут, а я Роман. Вот этой лавчонкой, - я показал за спину, - рулю.
   - А по отчеству? - спросила она.
   - Детка, у меня был знакомый, - сказал я. - Давно еще, в семидесятых, физруком в школе работал. И признался однажды, что таки да, было у него пару раз с выпускницами. Но он навсегда зарекся.
   - Почему?
   - А они его по имени и отчеству называли. Вот ты смеешься, детка, а у человека травма психическая на всю жизнь и проблемы с бабами. Я с машиной, пошли, подвезу...
   Короче, подвез, конечно, тощую Веру, я это умею. Она в Митино хотела, но я ее в Ясенево подвез, мне у себя привычнее. Покочевряжилась для виду, мол, не сегодня, мол праздники у нее как раз, да мне-то чего? Есть, говорю, Вера, много способов - я тебя полюбил, я тебя и научу... Зря старался, все чисто. Нету там никаких наколок, и клянется, что не было никогда. Придумал усопший... Их бармен в забегаловке нашей познакомил; тощая Вера с барменом вместе училась, а Волков поболтать с ним любил, трепло.
   Я про аварию рассказал, про мистику, посмеялись, ну и надрался, чего там, раз решил. С ней и надрался. Пустой человечишка Волков был, но дело кое-как делал, теперь замену ищи товарищу...
   Выставил тощую Веру уже утром, денег, понятно, дал - "на дорогу", я это умею, да и спокойнее так. А сам еще чуток прикорнул.
   Проспал в итоге до часу, на работу после обеда пришел. А в кабинете у меня, надо же, уже Хозяин сидит, как и не уезжал никуда. В шлепанцах на босу ногу, семейных с цветочками, майке нетрадиционной... Грузный, сутулый, печальный.
   - Господин Мороз, - говорит, - не напомните, со скольких мы работаем? Знаете?
   - Чего? - спрашиваю. - Чего-чего?
   - Понимаю, - печально говорит. - Ты был на встрече. Важные переговоры. Но это был должен озвучить не я?
   - Важнейшие, - сказал я, пожимая ему лапу. - Здравствуй, Хозяин! Как долетел?
   - Привет, привет. Кряхтя долетел.
   - Слушай, дай мне десять минут, а? Текучку кое-какую разгребу, и все обговорим. Лады?
   - Зря мы в это дело полезли, - вздохнул Хозяин. - Там у попов испокон все схвачено. Не будет товару. Знаешь, какие у них черти на подхвате?
   - Подвинутся, - проворчал я. - Хозяин, десять минут, всего десять!
   - Я кушать очень хочу, - сказал хозяин совсем уж грустно.
   - Ну и отлично! У нас в доме кабачок открыли. Дешевка стеклянная, но кормят пока сносно. Ты иди, а я к тебе чуть погодя присоединюсь.
   - Не заработайся только, - сказал Хозяин, поднимаясь. - Не перетрудись. Жду. Да, ты водителей проверил?
   - Проверяю... Почему водителей? Водителя! Одного, - я для убедительности показал палец.
   - Таксиста тоже проверь, - буркнул Хозяин, выходя. - Понимаешь, я, если кого еще из наших молния убьет, тучи трясти стану. Мне не до шуток.
   Я даже сплюнул от досады - и этот туда же! Сдает старик. Черти чужие мерещатся... Да я один сотни их чертей стою, а я не один у него! Съедят старика с такими настроениями, надо подумать, к кому перейти, если чего... сам тогда и съем. Но это не сейчас, это погодит.
   Я сосредоточился и сел за письмо к Ваньке Лешему. Друг по оружию, так сказать, по кинжалу с плащом... Таких друзей, да в музей! Всегда он был туповат и сентиментален, потому и поднялся. Это хорошо. Только надо помягче ему, той зимой скверно вышло, припомнит мне еще мальчиков кровавых... да и заломит втрое, гад.
   Может быть и впрямь дураки и дороги беды, но они меня не напрягают. Дураков доить надо, а по дорогам мой хаммер уж проползет как-нибудь. Но вот как отцам нашим родным, благодетелям и кормильцам, так предложить, чтобы и не обидеть, и не переплачивать... Вот это - всем бедам беда!
   Сделал, конечно, я это умею, но не за десять минут, все тридцать угробил. Теперь вечером надо быть готовым - его секретарша позвонит, после такого письма - точно позвонит!
   Побежал к Хозяину хвастаться. Даже жара мне теперь нипочем: будет товар! У меня и покупатели расписаны - а там такие люди... хорошо все будет теперь!
   Хозяин стоял на лесенке у входа в кафе. Рассматривал чек.
   - Что, дядя Миша! - крикнул я ему весело. - Проверяешь, не обсчитали ли часом бедного человека? С каких это пор ты в чеки смотришь?
   - С младенчества, - грустно сказал Хозяин. - Понимаешь, там у них мальчишка. Бармен, заодно и за кассира. Странный какой-то.
   - Ахтунг? - спросил я, смеясь.
   - Этого не скажу, не знаю. Понимаешь, я ему пятитысячную дал, он мне сдачу в книжечке. Я не посчитал, но, кажется, там пять бумажек было. Тысячных. Странно. И листик этот - тоже странный какой-то.
   - Дай поглядеть, - я отобрал у него листик.
   На листике было написано:
   СЧЕТ (ПОСЛЕДНИЙ)
   И снизу нули, много нулей - и за греческий нули, и за мясо, и за морс, и даже скидка - нуль-нуль руб. нуль-нуль коп.
   А вот тут я разозлился... до белых пятен в глазах, зубами заскрежетал, я это умею. Хозяин в сторону шагнул, почуял... Нельзя меня сердить! Опасно для жизни.
   Бармен. Копперфильд сраный! Тварь. Сопля. Я тебе покажу мистику...
   - Бери ключи, - прорычал я, протягивая Хозяину свои. - Медленно иди к машине, глядя по сторонам, садись и жди. Заведись и кондей вруби. У меня - дело!
   Хозяин, умница, молча взял ключи, а я, через три ступеньки, зашагал в кабак. Внутри официанточка на пути попалась - так ее как ветром унесло.
   - Стеллы, - приказал я бармену, с грохотом отшвырнув табуретку, мешавшую стать у стойки.
   Оперся локтями, уставился на него. В упор.
   Бармен, щенок щенком, тоже уставился на меня. Доброжелательно, с любопытством. То ли жизни не видел, то ли из динозавров. Из динозавров - это которым я голову уже откусил, а у них нервная система длинная, они еще не понимают, разговаривают, шутить пытаются, как равные себя ведут. Большая редкость.
   Потом бармен взял кружку, повернул ручку крана и начал наливать пиво. И руки у него были щенячьи, тощие, в черненькой шерстке... Я расслабил мышцы и прикинул, как лучше прыгнуть через стойку, чтобы сразу кадык гаду разбить, я это умею. Чтобы пивные краны не задеть, их там пять штук было - три справа, два слева...
   А вот это он понял - отшатнулся, кружку недолитую уронил - не разбилась, прогрохотала по кафелю:
   - Вы что, вы что?!
   Нет, даже не щенок... Мордочка со скошенным подбородком, кучерявенький, бакенбардики жиденькие, носик картошечкой... ножонки тощие, как у кузнечика, в джинсиках назад выгибаются. Козленок он был. И даже не козленок - козленыш.
   - Мое пиво, - напомнил я.
   Козленыш, глядя в пол, труся, взял другую кружку, подошел, открыл кран, и пиво тоненькой струйкой потекло по стеклу.
   Слишком близко подошел.
   Я поймал козленыша левой за загривок и притянул вплотную.
   - Мальчик, - дохнул я нежно и страстно ему на ушко, я это умею. - Мальчик, если старичок, которому ты счетик клоунский сунул, ходит в тапочках и без охраны... он потому так ходит, мальчик, что от него другим охрана нужна. Скажи, мальчик с тоненькой шейкой, как ты думаешь: если я тебя к себе еще чуть притяну и в лобик ладошкой толкну, что будет?
   - Какой счетик? - в панике проблеял козленыш; пиво переливалось у него через край, но он не замечал, короткие толстые пальчики-копытца тряслись. - Не знаю счетиков, что вы хотите...
   Козленыш теперь был гадкий, потный от ужаса, вонючий, того гляди - обделается. А я наоборот - успокоился малость.
   - Вот такой, - я положил на стойку "последний" счет.
   Козленыш близоруко сощурился, и тогда я пригнул его к стойке почти вплотную, с трудом удержавшись, чтобы не приложить прыщавым лбом.
   Дал время проникнуться, а потом обхватил ладонью скошенную мордочку и толкнул, другой рукой приняв у него наполненную кружку. И кран текущий закрыл.
   Козленыш заелозил на мокром кафельном полу, пуская кровавые пузыри разбитым носиком.
   - Встать! - приказал я.
   Козленыш встал, плача и хлюпая.
   - Я человек простой, как видишь! - проорал я во всю глотку, - суеверный! И если таксист, которого ты вызовешь, скажет, что его такси последнее, я сверну ему шею - я умею! - чтобы не ошибался! А сам уеду на другом! И если я увижу надпись "последняя" на бабе, с которой ты меня познакомишь! - тогда я сделаю так, что ни один мужик ее больше не захочет, а сам поимею следующую!.. и очень быстро, будь это хоть в пустыне! А когда я вижу счет, который ты дал Хозяину - то либо ты его перебиваешь, либо я сам, сидя на твоем трупе!
   Козленыш молчал. Козленыш проникся до селезенок, бздел сказать не то, нехорошо было козленышу.
   - Быстро! - каркнул я.
   Козленыш сгреб трясущимся копытцем счет со стойки и сделал на подгибающихся ножках два шага к кассе - та стояла тут же, в баре, совсем рядом.
   - Вы не понимаете... - проблеял он. - Я ни в чем... я все могу...
   - Заткнись, - приказал я. - И не забудь включить в счет и мое пиво.
   А сам полез за мобилой. Найдя номер, ткнул кнопку, ну и припал к кружке, пока соединялось. На вчерашние дрожжи хорошо пошло, в семь глотков кружечка в меня ухнула.... Подняли бы сегодня на мне бабки гаишники, да что-то последние годы тормозить стесняются.
   Как раз и в мобиле ответили.
   - Полковник, - распорядился я в трубку. - Возьми кого посмышленей и дуй ко мне. Надо. Денежку отработаешь, хорошую денежку!
   И тут снаружи оглушительно грохнули выстрелы, судя по звуку - штуцер: тррах!.. тррах!..
   Хозяин! Я было вскинулся, но...
   Хозяин...
   Тогда я просто склонил голову, прямо над выпитой кружкой.
   На дне ее были выпуклые циферки "05". Вокруг них, полукружьями, слова - слово "ГОСТ" и слово "ПОСЛЕДНЯЯ".
   - Еще одну, быстро! - гаркнул я козленышу, но от того толку было - как, сами понимаете...
   Забился он на своем стульчике у кассы в угол, в кассовый аппарат не глядя копытцем тычет, лужа под ним натекает, хвост голый поджат, рожки крохотные черные - и те трясутся; только глазками красными на меня посверкивает. Правильно посверкивает, смерть свою видит...
   Но смерть подождет минуту, смерти не к спеху...
   - Черт!
   Я швырнул в черта квакающей тревожно мобилой, а сам перегнулся через стойку, схватил другую кружку, без проклятой мистики на дне, и ребром ладони свернул рукоятку ближайшего пивного крана. Тугая черная струя хлынула из крана, я сунул кружку, пиво ударилось о дно и выплеснулось пеной. Тогда я наклонил кружку, и она мигом наполнилась...
   Врете, врете! я успею, всегда первым успевал, уж это-то я умею!
   Я уже поднес кружку ко рту, я уже почувствовал на губах влагу - но щелкнуло, звонко треснула за спиной стеклянная стена кабака, мне обожгло щеку горячим, а кружку у рта разнесло вдребезги.
   Только ручка в кулаке осталась - сжимаю ее, как лох.
   И тогда я зарычал.... нет, не зарычал. Даже не завыл.
   Тогда - оказалось, что и это умею! - тогда и я проскулил:
   - Суукииии...
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
В.Чернованова "Посланница.Наследие Велены" А.Одувалова "Опасное притяжение" А.Буревой "Одержимый.Страж Империи" Е.Гордеева "Естественный отбор" О.Говда "Беспокойное наследство" М.Далин "Слуги Зла" В.Кувшинов "Пирамиды астрала" М.Абина, Д.Ткаченко "Я демон!Что это меняет?" Е.Малиновская "Частная магическая практика.Сны и явь" Е.Лифантьева "Орк.Воин и лекарь" В.Корн "Артуа.Золото вайхов" О.Шалюкова "Заговор теней" П.Корнев "Там, где тепло" И.Эльтерус, Е.Белецкая "Вечер Черных Звезд" Ю.Фирсанова "Месть богини" А.Спесивцев "Есаул из будущего.Казачий Потоп" М.Николаева "Академия для Королевы" М.Лероев "Про Ляльку и Гришку"(детск.) Т.Коростышевская "Внучка бабы Яги" Н.Кузьмина "Наследница драконов:Добыча" В.Афанасьев "Стальная опора" А.Шевченко "Последний рейдер" А.Уралов "Долгий дозор" Я.Алексеева "Охотящиеся в ночи" Ю.Славачевская, М.Рыбицкая "Зачем вы, девочки, красивых любите..." Е.Звездная "Академия Ранмарн" Ю.Иванович "Миры доставки-4.Торжество справедливости"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"