Мой друг, я каюсь: я наивно верил,
Что я могу летать, а не ходить.
Бескрылый сам, Ему себя доверил
Затем, чтоб чисто и светло любить.
Когда бы знать, что мне Отец готовил,
Что за мученье будет жизнь моя.
Он высшую любовь страданьем обусловил,
Познаньем высших смыслов бытия.
Теперь, школяр в гимназии суровой,
Я сопрягаю фразу: "Все прощу!".
Во всем ищу крупицы сути новой
И на судьбу уж больше не ропщу.
И не казнюсь я заблужденьем прежним,
И не боюсь я ошибиться вновь.
Все страхи я оставил внешним,
Ведь я нашел внутри себя Любовь!