Краснова Галина Владимировна: другие произведения.

Связанные

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 4.94*63  Ваша оценка:
  • Аннотация:

  Галина Краснова
  Связанные
  
  Автор выражает огромную благодарность своей семье, друзьям и читателям, без теплого участия и постоянной поддержки которых эта книга никогда не была бы написана.
  
  Пролог
  
  Помещение, отданное под кабинет, могло поспорить по роскоши и размерам с иным тронным залом, но это была лишь дань необходимости. Большую часть комнаты занимал невероятных размеров стол, поверхность которого представляла собой объемную карту некоего мира. На ней живописно вздымались горы, волновались моря, текли реки сквозь леса и города. Идеально точная модель почти совершенного мира. А если бы кто-то пригляделся повнимательнее, то заметил бы, что вся карта усеяна мелкими детальками, постоянно двигающимися. Например, корабли, или миниатюрные, но реалистичные фигурки летящих драконов.
  Около карты застыли двое: мужчина лет сорока с седыми висками и молоденькая девушка, как будто сотканная из золотого света. Мужчина с обреченным видом безнадежно больного клиента стоматолога взирал на карту. А точнее, на то место, где в долине, среди высочайших гор континента, стоял мрачный замок.
  - Не понимаю я тебя, братец. Что тебя так беспокоит? Может, я могу чем-то помочь? Ну, кроме мозгового штурма.
  Мужчина лишь раздраженно дернул плечом на слова собеседницы, производившей впечатление слишком легкомысленной и не обремененной интеллектом девицы в своем легком коктейльном платье и на высоченных каблуках.
  - Чем ты мне можешь помочь?! У тебя даже собственного мира нет...
  - Зато я присматриваю за миром Старшего. И все же расскажи о проблеме.
  Мужчина устало вздохнул.
  - Он скоро проснется - срок наказания почти истек. Осталось лишь шесть месяцев. Я боюсь, он станет еще более жестоким и беспринципным. А у меня нет ни одной идеи, как его остановить. Или хотя бы не допустить, чтобы он полностью захватил власть и уничтожил население.
  Девушка раздраженно покачала головой:
   - Ты же Демиург! Воздействуй на него. Убей, если уж вопрос стоит так остро. - Она распалялась, но под проникновенным взглядом своего собеседника быстро осеклась.
   - Он - мой сын! Единственный! Он просто сбился с пути.
   - Сын? Тот самый? От мезальянса с неким твоим творением?
  У мужчины дернулся глаз и опустились руки. В их кругу даже столь давние ошибки не прощались.
  - Да, тот самый.
  Они замолчали, пытаясь найти решение столь сложной проблемы.
  - Тогда ограничь его. Подсунь ему человека с высокими моральными принципами и слабым здоровьем, свяжи их жизни - и дело с концом.
  Мужчина задумался, но спустя минуту отрицательно покачал головой.
  - Не получится. Все мои творения боятся его почти на генетическом уровне. Они не проживут рядом с ним и часа.
  - Ну так возьмем из мира Старшего. Как раз совсем недавно, я знаю, было произнесено материнское проклятие. Жертву и заберем - все равно теперь не жилец.
  - Что ж, давай попробуем, сестра. Хуже уже не будет.
  Девушка отвернулась, а потому не заметила, как в глазах Демиурга мелькнула искорка безумия, а губы изогнулись в презрительной усмешке.
  
  ЧАСТЬ 1. СКОВАННЫЕ ОДНОЙ ЦЕПЬЮ
  
  Глава 1. Два одиночества
  
  Для очень одинокого и шум оказывается утешением.
  Ф. Ницше
  
  Женя
  
  Капли дождя омывали лицо, заставляя косметику спасаться поспешным бегством, оставляя грязно-черные, уродливые разводы. Но он скрывал мои слезы. Слезы боли и отчаяния. Моя собственная мать прокляла меня и выгнала из дома за то, что я разлучила ее с отчимом, с этим похотливым животным. Я терпела его попойки и сальные шуточки, терпела намеки и приставания до тех пор, пока видела, что мать счастлива с ним. Я не хотела вмешиваться и все рушить, поэтому стискивала зубы и улыбалась ему, несмотря ни на что. Но ситуация изменилась, когда отчим нашел себе любовницу-собутыльницу. Он стал часто пропадать, не возвращаясь неделями. Его одежда пропахла дешевыми сладкими духами и вся была в следах вульгарной красной помады, копеечной желтоватой пудры и мазутной туши. А потом он начал звереть. Он избивал нас с мамой до такого состояния, что мы по четыре дня двигаться не могли. И я не выдержала однажды - связалась с милицией.
  Отчима довольно быстро осудили и приговорили к трем годам с правом досрочного освобождения. Именно в зале суда она меня прокляла. Больнее всего слышать от матери, от самого близкого существа, слова, наполненные искренней ненавистью.
  Выбирая между родной дочерью и любимым мужчиной, она выбрала не меня. А я ушла, собрав все свои вещи в один небольшой рюкзачок. Ушла в дождь и холод, понимая, что моих денег едва-едва хватит на комбо-обед в средней кафешке. Ушла, унося свою боль и злость.
  - Девушка! Да постойте же!
  Я замерла, понимая, что окликают все-таки меня. И не в первый раз. Обернувшись, увидела странную пару - мужчину и женщину. Если бы не ощутимая разница в возрасте (лет двадцать пять - точно), то их можно было бы принять за брата и сестру. У обоих сияющие золотом волосы, глаза глубокого синего цвета, лица с правильными, аристократичными чертами. И было еще что-то, что их роднило, некая исходящая от обоих эманация. Но что именно, вот так, сходу, я не могла сказать. Сила? Всемогущество? Или просто уверенность в себе?
  - Девушка, вы знаете, что скоро умрете? - обратилась ко мне незнакомка.
  Допустим, догадываюсь. Проскользнула детская мыслишка, что вот умру, и все вы, твари, пожалеете. Правда, сама же себя одернула - некому будет жалеть. Кто вспомнит? Школа окончена, занятия в универе еще не начались, а семьи у меня теперь и вовсе нет. Да и друзей никогда не было.
  - Но мы можем это изменить. Такая малость в нашей власти. А вам для этого достаточно просто быть рядом с одним... кхм... человеком. И в награду за это вы получите долгую жизнь, богатство, власть. Даже делать ничего не надо, - настойчиво продолжала золотоволосая.
  Я даже не вникала, мне было неинтересно. Все это ложь. Очередные аферисты, готовые нажиться на чужом горе. А мне сейчас хотелось просто забиться в какой-нибудь угол потемнее и забыть обо всем хоть на несколько мгновений.
  - Девушка, так вы согласны?
  Вот приставучие. Ну почему именно ко мне надо прицепиться и именно в такой момент?
  - Да мне все равно. Делайте, что хотите. Увы, денег у меня нет, как и особых талантов. Да и внешность для звезды запрещенных фильмов у меня неподходящая.
  Только бы не очень больно было. Хотя умереть, наверное, все-таки будет обидно.
  
  Открыв глаза, я первым делом увидела золотоволосого мужчину, молчаливого спутника назойливой девушки. Он был очень красив, несмотря на серебристые виски и мелкие морщинки вокруг глаз.
  - Здравствуй. Ты меня помнишь?
  Я кивнула, отметив про себя, что совершенно не опасаюсь незнакомца. Так бы я могла себя чувствовать, наверное, в присутствии отца. К сожалению, я не знала даже имени своего второго родителя - мать эту тайну хранила тщательно. А может, и сама не знала, кто стал отцом ее ребенка.
  - Зови меня Кесом, Евгения Костылькова. Я - твой наниматель. Твоя единственная обязанность отныне - быть рядом с моим сыном. Он... очень сложная личность. И я не надеюсь, что ты сможешь его остановить или хотя бы положительно на него повлиять. А просто убить его у меня рука не поднимается... Впрочем, это уже лирика. Итак, объясняю ситуацию: ваши жизни отныне связаны. Умрет он - умрешь и ты. В принципе в обратную сторону это тоже действует, но сама понимаешь... - многозначительно протянул мужчина. - Разрывать связь не советую. Если попробуете, то ты умрешь, а я буду вынужден снова наказать сына. Кстати, отойти от него дальше, чем на два километра, ты тоже не сможешь - это повлечет довольно мучительную смерть... Со всем остальным по ходу дела разберетесь самостоятельно. А теперь позволь откланяться.
  Он коротко кивнул и... рассыпался золотыми искрами, оставив меня в полном недоумении. Что за бред только что нес этот аферист? Как в дешевом фэнтезийном детективе.
  Впрочем, долго мне раздумывать не дали: в комнату ворвалось нечто. Рефлекторно я натянула на себя плед, которым меня кто-то заботливо укрыл.
  - Кто ты такой? Откуда взялся на мою голову?! - прорычало оно.
  Это 'нечто' нависло надо мной, давая мне возможность как следует себя рассмотреть. Определенно парень. Симпатичный (о чем я думаю? У меня вся жизнь под откос летит, а я тут о парнях!). Лицо красивое (естественно, досталось в наследство от отца, коим, без сомнения, является Кес), но не смазливое. Небольшая щетина, как у настоящего мачо. Золотистый загар. Глаза - глубокого синего цвета, яркие, как два огромных сапфира, с миндалевидным разрезом. Прямой нос, упрямо сжатые бледные губы, аккуратные ушки. Прическа весьма необычная, ассиметричная. Челка острижена наискосок и с левой стороны спадает до подбородка. Остальные пряди разной длины: некоторые висят до плеч, другие коротки настолько, что не поддаются укладке и торчат, как антенны для связи с космосом. Но зато их цвет прямо сногсшибателен. Точнее, цвета два - черный и белый. Волосы выкрашены не прядями, скорее, был задуман какой-то узор. Хотя, может, детишки пошалили. Интересно, он женат? Тьфу, что за глупости в голову лезут!
  - Ты будешь отвечать, или мне прибегнуть к силовым методам дознания?
  Ну и хам, к тому же властный. Сволочь, с первого взгляда видно. Но все равно красив. Наверное, природа так уравновесила - сделала его прекрасным снаружи и монстром внутри.
  - Женька я. Твой отец притащил меня сюда, - буркнула я.
  Незнакомец заткнулся, смерив меня презрительным взглядом. Не нравлюсь? Да ты мне тоже не особо. Вот, десять секунд знакомы, а уже нашлось что-то общее.
  - Отец, значит... Ну ладно. Будешь сидеть в замке, и за ворота ни на шаг. Я понятно выразился?
  Он что, за идиотку меня держит? Хм... ну и пусть, мне так жить легче будет. Прикинусь пустоголовой блондинкой - с них спрос меньше. Заодно притворимся, что поверили в ту ахинею, что нес его папаша, и подыграем в этом бредовом спектакле.
  - Понятно. Кстати, ты в курсе, что предел 'поводка' - два километра? Мне, конечно, выбора не оставили, но если что - тебя опять накажут.
  Он зарычал, как разозленный раненый зверь, но даже пальцем не притронулся ко мне. А я-то подготовилась к удару. Даже молиться начала: 'Только бы не по лицу'. Кажется, амплуа блондинки мне не удалось.
  - Сам разберусь. Не твоего ума дело, человек.
  Я лишь пожала плечами и завернулась в плед. Совершенно не хотелось ничего делать. Даже двигаться. И в особенности думать. Может, поспать? С таким психом под боком не стоит рассчитывать на спокойную жизнь, а значит, надо выспаться впрок.
  Незнакомец вышел из комнаты, причем даже дверью не хлопнул. Успокоился? Да все равно. Ну его в пень, кретина этого избалованного. Спать-то как хочется...
  
  Проснулась я от дикого чувства голода. Последние дни мне не удавалось нормально питаться из-за ухудшившихся отношений с матерью. А потом еще столько событий - как говорят всякие блондинки: 'Тако-о-ой стресс'. Организм исчерпал свои ресурсы и активно требовал подзарядки. Поднявшись с кровати, я обнаружила, что спала, не раздеваясь. И даже не разуваясь. Удобно, конечно, но негигиенично. Не стоит так больше делать.
  В поисках кухни я пробродила минут двадцать, удивляясь размерам замка. То, что я оказалась в замке, было несомненно. Все атрибуты эдакого средневекового вампирского жилища. Добравшись наконец до столь нужного мне помещения, я впечатлилась запасами еды. Причем еда была свежая. Да тут же целую армию можно накормить!
  Готовить я умела и всегда любила это дело. Правда, вкусно поесть я любила еще больше. Поэтому, недолго думая, я взялась за стряпню, обозначив в меню солянку, запеченную с картошкой и луком курицу под фирменным соусом из того, что есть под рукой, и оладьи с компотом. Пусть это отнимет много времени и сил, зато потом сколько удовольствия! А вообще, бытовая техника в замке на должном уровне. Микроволновки, конечно, нет (но это мы переживем), зато плита газовая. Даже с духовкой. И целых три холодильника в наличии.
  Увлекшись готовкой, я провозилась почти два часа. Закончив, собралась было налить себе супчик, когда в груди возникла режущая боль, от которой заслезились глаза. Сердце забилось как бешеное, а воздуха перестало хватать. Казалось, я разучилась дышать. В глазах потемнело... Я почувствовала, что падаю...
  
  Дарелин
  
  Абсолютная пустота. Нет ни света, ни звуков. Ничего, за что могло бы зацепиться сознание, дабы избежать сумасшествия. Это и есть мое наказание. Его придумал тот, кто, с точки зрения биологии, считается моим отцом, если не брать во внимание тот факт, что он - Демиург. Когда-нибудь я стану достаточно сильным и могущественным, чтобы убить его.
  Неожиданно пустота сменилась сотней ощущений, что резануло по нервам не хуже бритвы. Теплый воздух. Дыхание. Прохладный пол под босыми ногами - ко мне вернулось осязание. Запах пыли и горящих свечей - обоняние. Потрескивание огня в камине - слух. Разноцветный пятна перед глазами, с непривычки не складывающиеся в целостную картину - зрение. Солоноватая кровь во рту - вкус. И ощущение силовых линий и магических потоков - магия.
  - Здравствуй, сын. Я хотел бы узнать, отказался ли ты от своих захватнических планов?
  Я усмехнулся. Как же ненавижу этот голос! От него каждая мышца в теле напрягается, и я готов к атаке.
  - Если хочешь, чтобы отказался, то убей.
  Тяжелый вздох. Опять разочарован? Ненавижу...
  - Тогда у меня нет выбора.
  Я приготовился к нападению с летальным исходом. Моим, конечно, - я еще слишком слаб, чтобы сражаться с тем, кто создал мир. Но удара не последовало. Вместо этого я вдруг почувствовал, что на мои энергетические каналы набросили кровавую сеть, которая обожгла мою сущность. Впрочем, она почти сразу растворилась, что вызвало у меня самодовольную улыбку. И Демиурга может постичь неудача!
  - Не обольщайся, сын. Сеть не исчезла, а стала частью тебя, крепко связав твою жизнь и жизнь одного человека. Теперь ты смертен. У тебя появилось слабое место. Убьют человека - умрешь ты. Может, хоть это обстоятельство сделает тебя мягче и послушнее.
  Демиург исчез в вихре золотистых искорок, оставив меня осознавать то, что секунду назад со мной приключилось.
  - Ненавижу!
  
  Не было необходимости обыскивать весь замок в поисках человека, с которым я теперь связан. Я чувствовал его, как часть себя, и это сильно раздражало. Как отец мог привязать ко мне кого-то?! Особенно человека! Я ненавижу людей! Слабые, никчемные создания. Из них даже слуг толковых выйти не может. В своих делах я всегда опирался только на дроу, которых вывел из подземелий на поверхность. Да и вообще, я для них, можно сказать, бог.
  Ворвавшись в комнату, я отметил непривычно сдержанную реакцию. Человек лишь натянул на себя одеяло. Обычно даже самые храбрые (или чокнутые) отпрыгивали подальше либо визжа, либо ругаясь. Особо смелые пытались выхватить оружие. Женщины, как правило, падали в продолжительные обмороки. Некоторые даже умирали от разрыва сердца! А этот? То ли вообще ничего не боится, то ли просто умственно отсталый... Нет, это уж слишком жестоко!
  - Кто ты такой? Откуда взялся на мою голову?
  Я рычал на человека самым страшным своим голосом, от которого даже скрывающие эмоции дроу трепетали и валились на колени с просьбами о пощаде. Это удивительно, но человечек даже не вздрогнул. А его глаза? Они же мертвы! В них совсем нет эмоций. Безразличие. Равнодушие к собственной судьбе, хоть и замаскированное. Почему у меня такое ощущение, что я видел такой же взгляд? Причем видел их в зеркале лет семьсот назад.
  - Ты будешь отвечать или мне прибегнуть к силовым методам дознания?
  Неужели Демиург подкинул мне душевнобольного? Только не это! Лучше очередное наказание, чем пускающий слюни дебил поблизости.
  - Женька я. Твой отец притащил меня сюда.
  Я раздраженно глянул на навязанного мне человека. Пацан лет четырнадцати-пятнадцати на вид, хотя, может, и старше. Коротко остриженные светло-русые волосы, челка нависает на безжизненные глаза медового цвета. Лицо с тонкими, девичьими чертами. Смазливый паренек. Чуть добавить лоска, одеть поприличнее, научить манерам - и станет среди богатеньких дамочек любовником нарасхват.
  - Отец, значит... Ну ладно. Будешь сидеть в замке, и за ворота ни на шаг. Я понятно выразился?
  Парень иронично изогнул аккуратную бровь (выщипывает? Может, он еще и нетрадиционной ориентации? Впрочем, среди моих подчиненных таких больше половины), но сразу же принял прежний безразличный вид.
  - Понятно. Кстати, ты в курсе, что предел 'поводка' - два километра? Мне, конечно, выбора не оставили, но если что - тебя опять накажут.
  Я не сдержал рыка - таких подробностей Демиург мне не сообщил. Тварь! Что мне теперь делать? Таскать за собой повсюду этого пацана? И при этом не забывать холить его и лелеять, чтобы копыта не откинул! Нет, надо решать эту проблему. И как можно скорее.
  - Сам разберусь. Не твоего ума дело, человек.
  Парень равнодушно пожал плечами, завернулся в одеяло и почти мгновенно заснул. Совсем не боится меня! Удивительно. Интересно, где же папаша откопал данный экземпляр? Явно не в этом мире - все местные боятся меня до потери пульса. Значит, Триш помогла, тетушка моя ненаглядная, чтоб ей пусто было, чтоб больше ни один мужчина на нее не позарился!
  Тьма, ну почему именно мне так не повезло с родителем и судьбой?
  
  Проверив все кладовые и оружейную, я убедился, что ни запасы, ни оружие не пострадали. Я привычно натянул на себя первый попавшийся костюм, прекрасно зная, что волноваться насчет цвета и фасона нет необходимости. В моем гардеробе присутствует всего четыре цвета - серый, красный, черный и белый. Одежды всегда простого кроя, не утрачивающего актуальности во все времена. Да и сшито все по моей фигуре мастерами своего дела.
  Полностью снарядившись, я выскользнул из замка, пробираясь по собственному дому как вор, чтобы не разбудить пацана. Только его еще не хватало тащить на ритуал! До ритуальной поляны как раз около двух километров - если дальше нее не заходить, то фатальных последствий не будет. К тому же я ненадолго: только вызову на связь дроу, отдам парочку приказов, и все. Без верных слуг и воинов будет слишком тяжело (хотя и по силам), да еще и с таким камнем на шее!
  Пока шел к поляне, исследовал сеть, связавшую нас с человеком, - уж очень хотелось от него избавиться. Во всех смыслах этого слова. Просто мечта - разорвать связь и удавить мелкого нахала собственными руками. Кстати, мелким его и буду звать. Не по имени же! Слишком много чести для человека.
  Демиург не оставил ни одной лазейки. Я не видел ни одной возможности безболезненно решить эту проблему. Так ведь он еще и наши болевые рецепторы связал! Теперь, если пацан порежет палец, то болеть будет у обоих! И если мелкий умрет, то от болевого шока я тоже либо умру, либо лишусь рассудка. Ой как меня это не устраивает... Да я даже дотронуться не могу до энергетического шнура, связывающего нас - мне тут же грозит смерть. Что-то типа не влезай - убьет обоих. Ладно, выход все равно найдется. Но этим займемся позже. Для начала надо поискать способ хотя бы удлинить 'поводок'.
  Добравшись до места, я осмотрелся. Все как всегда: заросли вереска, умирающие от близкого соседства с Кругом деревья. Почти родное место, если вспомнить, сколько времени я здесь проводил раньше.
  Первым делом проверил работоспособность пентаграммы, тщательно осмотрев все линии и тринадцать связующих камней. Как ни странно, все оказалось в полном порядке, как будто кто-то добросовестно ухаживал за поляной. Сделав мысленную пометку на будущее 'выяснить и отблагодарить', я приступил к ритуалу, вызывая своего жреца-дроу на связь.
  Долго ждать не пришлось: в центре пентаграммы появилась размытая, словно окутанная дымом фигура жреца, сразу же опустившаяся на одно колено.
  - Вы вернулись, господин. Народ дроу будет рад снова служить вам, - произнес он безжизненным голосом.
  Вглядевшись в уже отчетливее проявившееся лицо представшего передо мной, я с удовлетворением опознал своего лучшего помощника. Правую руку, так сказать.
  - Давно не виделись, Гир. Я буду рад принять на службу дроу. И для начала мне нужно, чтобы ты отправил ко мне в замок лучших слуг и воинов. Они нужны мне уже сейчас, так что лучше поторопись. Лучших, - выделил я последнее слово.
  Фигура едва заметно вздрогнула. Да, Гир знает, что бывает с теми, кто не слишком расторопно выполняет мои приказы.
  - Будет сделано, господин.
  Связь прервалась, а я удовлетворенно кивнул. Уже утром появятся первые из моих подданных - те дроу, которые не раз были проверены в деле и которым я мог доверять. Кстати, для них необходимо придумать достоверное объяснение пребывания в моем замке человека. Доверие доверием, но раскрывать секрет собственной уязвимости было бы глупо. Что я, кретин, что ли?
  Неожиданно заныло в груди. В чем дело? Пацан? Но я же не перешел рубеж в два километра! Из носа обильным ручьем потекла кровь, но броситься к замку мне помешало возникшее на пути золотистое свечение Демиурга, чтоб он во Тьму провалился!
  - Здравствуй, сын. Тебя, наверное, интересует, почему Женя сейчас умирает, хотя рубеж ты не перешел?
  Вот скотина! Ничего, когда-нибудь у меня будет достаточно сил, чтобы уничтожить его! Когда-нибудь я смогу.
  - Не тяни.
  С трудом удержав в себе желание испробовать несколько смертельных заклинаний на 'папаше', я стиснул кулаки.
  - На этой малышке материнское проклятие. Твоя сила нейтрализует его, пока вы находитесь рядом. Но чем ты дальше, тем труднее девчонке вытягивать из тебя энергию для поддержания собственной жизни.
  Оттолкнув Демиурга, я кинулся к замку, пытаясь по невидимому магическому шнуру перекинуть хоть немного энергии, но ничего не выходило. Я почти все силы потратил на ритуал, так что даже на телепортацию не осталось. Я чувствовал, что человек уже без сознания, и спешил изо всех сил, стараясь не зацикливаться на том факте, что пацан на поверку оказался девчонкой. А то и так уже уши краснеют - так ошибиться!
  Вот ведь подстава! Мало того что человек, так еще и девчонка!
  
   * * *
  
  - Ну как у тебя дела, братец? Твоему сыну понравилась девочка?
  - Не знаю, но, кажется, ответственностью он проникся. Вон как ломанулся ей на помощь - чуть вековые дубы лбом не посшибал! Триш, а может, у нее получится?..
  - Вполне возможно. Я просмотрела записи: девчонка - просто ангел... если к ней хорошо относиться. Милая, добрая и послушная. Возможно, у нее и получится. А мы подсобим, да, братец?
  - А почему бы и нет? Хуже точно не будет! Зато как интересно...
  
  Глава 2. Дроу
  
  Самые невыносимые люди - это мужчины, считающие себя гениальными, и женщины, считающие себя неотразимыми.
  А. Аселен
  
  Женька
  
  Проснулась я внезапно и по непонятной причине. Вроде никаких посторонних звуков или движений. Даже столь привычного шума транспорта за окном нет! А, ну да, я же не дома. То-то смотрю, комната странная: вся в черно-серых тонах, с редким добавлением красного. Постель застелена черным шелковым бельем. Вот только я в этот интерьер категорически не вписываюсь в своей растянутой полинявшей футболке и потрепанных, местами даже рваных джинсах. Почувствовав себя не в своей тарелке, я поспешно покинула комнату, явно принадлежащую хозяину замка. А я ведь даже не знаю его имени! Нехорошо как-то. Пойду и выясню. Заодно подумаю о том, что сказал Кес. Что-то в районе копчика мне подсказывает, что он не соврал, хоть в это и трудно поверить. Но ведь можно проверить!
  Поплутав некоторое время по бесконечным коридорам, я наконец вышла в какой-то просторный зал, который был заполнен людьми. Ну, насчет людей я явно поторопилась. Гуманоиды? Иссиня-черная кожа, белоснежные волосы, изящные фигуры, острые уши и красные глаза. Кстати, последние две детали я успела разглядеть уже в тот момент, когда меня заметили. Быстро подойдя вплотную, один из этих странных не людей схватил меня за горло и приподнял над полом сантиметров на двадцать мое многострадальное тельце. Вот ведь не везет! Я вцепилась в его пальцы, пытаясь их разжать и ослабить хватку, и ощутила, как истекает кислород из легких. Новая партия, так сказать, застряла в пути, на таможне. Накладные не прошли.
  - С каких это пор дроу поднимают руку на женщин?
  От немного хрипловатого голоса хозяина замка у меня по спине пробежала пара табунов мурашек, а у моего душителя разжались руки. Рухнула я на пятую точку, еще в полете пытаясь вспомнить, как все-таки возобновить дыхание. Вспомнилось не сразу, где-то секунд через сорок. И все это время я добросовестно ни на что не отвлекалась. Даже встать не пыталась, хотя убраться куда-нибудь подальше хотелось нереально. В итоге таможня все же дала добро, дав возможность блаженно расслабиться.
  Кто-то просунул руки мне подмышки и аккуратно, бережно поднял. Я попыталась каркнуть что-нибудь благодарное, но не получилось, и это меня расстроило. Впрочем, когда я опознала помощника, то с перепугу пнула его под коленку. Упали мы оба, но я оказалась сверху. Как всякий нормальный человек, падая, я выставила руки вперед. Вот ими-то я и врезалась в живот нечеловеческой версии Отелло. Он сдавленно зашипел что-то явно нецензурное. Я бы ему с удовольствием ответила в том же стиле, но, увы - производственная травма, хотя, кажется, сокращенную версию моей пламенной речи дроу прочитал в глазах.
  - Мелкая, если хочешь ему отомстить, просто убей. Но издеваться-то зачем? - В голосе хозяина замка звучала явная насмешка, и даже откровенная издевка.
  - Это ты мне?
  О, голосок у меня прорезался, хоть и сиплый какой-то. Пропитой, как говорится. Граждане алкоголики, тунеядцы и прочие, пора завязывать с общением с противоположным полом. Всегда знала, что от мужиков одни неприятности!
  Я посмотрела прямо в глаза сыну Кеса, пытаясь уловить его истинные чувства, но натолкнулась на настоящую Берлинскую стену. То есть сломать можно, но если только начать долбить ее с обеих сторон.
  - Тебе, мелкая. Вставай уже. У тебя сегодня много дел.
  Он схватил меня за шкирку и резко поднял. Убедившись, что я уже вполне могу стоять на ногах, пусть и пошатываясь, он властно схватил меня за плечо и развернул лицом ко всем собравшимся.
  - Внимательно посмотрите на эту девчонку. С недавнего времени она - моя наследница. Со всеми вытекающими. И если хоть кто-то ее обидит, хотя бы попытается... Я очень разозлюсь. Вам намек понятен? Пошли, мелкая.
  Шокированная заявлением, я покорно поплелась за ним. Даже не вякнула ничего, что весьма странно. Обычно свои комментарии я бухчу под нос, а когда спрашивают, то мило улыбаюсь и говорю, что кому-то послышалось и, дескать, уши надо промывать. И желательно не компотом, а то потом косточки придется удалять хирургическим путем.
  - Запомни, мелкая, я объявил тебя своей наследницей, так как это лучший вариант твоей защиты. Ты - моя слабость, но избавиться от тебя я не могу. Ты научишься всему, что должна знать наследница: защита, нападение, тактика и стратегия, политика и дипломатия, верховая езда, магия и многое другое. По большинству предметов твоим учителем буду я сам, но и другие преподаватели тоже нужны. Подберем самых лучших из дроу. Именно этим мы и займемся сразу после того, как ты поешь и переоденешься во что-нибудь приличное. Вопросы есть?
  Переварив эту тираду, я равнодушно пожала плечами. Пусть что хочет, то и делает, только в душу ко мне не лезет. К тому же, раз необходимо учиться, чтобы выжить, то надо учиться. Я же не враг самой себе! Да и заняться все равно больше нечем.
  - А как тебя зовут? - осторожно спросила я.
  Он ехидно хмыкнул. Ну-ну, попробуй меня удивить.
  - Для тебя - господин. А вообще - Дарелин.
  Для меня? Как много чести, право слово. Боже мой, какой он банальный!
  - Просто Дарелин?
  Интересно, если покусает, уколы от бешенства где-нибудь сделать можно будет? И от столбняка заодно.
  - Да! Тебя что-то не устраивает?
  Он почти рычал, сверкая на меня своими глазками. Довольно симпатичными, кстати. А я лишь еще раз пожала плечами.
  - Мне все равно, господин. Хоть веником назовись, суть от этого не изменится.
  Суть мелочного, эгоистичного жлоба с наклонностями маньяка и амбициями темного властелина медного горшка, подумала я уже про себя. Да-а... Такое не лечится.
  
  Господин показал мне мою комнату, оказавшуюся смежной с его спальней. Он заявил, что это для моей же безопасности. Постаравшись скрыть пакостную улыбку, я сделала вид, что поверила сразу и никаких непристойных мыслей у меня не возникло.
  А потом он отдал меня на растерзание своим дроу! Одна молоденькая, на вид, по крайней мере, девушка помогала мне принять ванну. Точнее, я сидела в маленьком бассейне с теплой проточной водой, а эта безмолвная фурия натирала мое тело и голову всякими смесями и мазями. Некоторые из них жутко воняли. Особенно досталось волосам...
  Я терпела все эти издевательства молча, прекрасно понимая, что это только начало. И действительно, девушка-дроу закончила пытку и завернула меня в огромное полотенце, с неудовольствием рассматривая мою фигурку. После этого я была сопровождена в комнату, где уже поджидали мужчины-дроу с довольно специфической внешностью. В моем мире их бы охарактеризовали словом 'протии-и-ивный'. Впрочем, взглядом меня окинули вполне профессиональным. Как патологоанатомы. Что называется, почувствовала себя куском мяса на хирургическом столе. Причем слегка протухшим и с червячками.
  - Какую одежду предпочитает наследница? - Один из них обратился ко мне, но я-то это не сразу поняла. Только после третьего повторения. Тупой вопрос, на мой взгляд.
  - Удобную.
  Впрочем, этого моим мучителям явно не хватило. Пришлось конкретизировать свою мысль:
  - Штаны, рубашки, куртки. Чтобы не стесняли движений. Ну и, наверное, платье какое-нибудь надо. Официальное. Но не к спеху.
  Все трое понятливо кивнули и удалились в уголок на обсуждение, оставив меня отдыхать. Я блаженной амебой растеклась по кровати и почти заснула, когда кто-то из портных тактично начал кашлять, правдоподобно изображая астматика во время приступа.
  - Что-то случилось? - недовольно поинтересовалась я у 'припадочного'.
  - наследница, мы подготовили для вас один комплект. Примерьте, чтобы мы могли продолжить нашу работу.
  Не дожидаясь моей реакции, они споро натянули на меня какие-то тряпки. И лишь в зеркале я рассмотрела, что собою представляют одежки: обтягивающие штаны-лосины черного цвета, темно-зеленая рубашка с воротником-стоечкой и красивой черной вышивкой, а также что-то вроде серебристого сарафана с капюшоном, длиной чуть выше колена. Завершал наряд черный корсет с серебристо-зеленой шнуровкой. Как ни странно, мне понравилось! Да и качество ткани на высоте. Приятные на ощупь, удивительно мягкие и нежные.
  - Раз наследнице нравится, то в ближайшее время мы подготовим полный гардероб, в котором будет не одно платье.
  Что за намеки?
  Дроу слегка поклонились и вышли, оставив меня наслаждаться новыми приятными ощущениями. Пусть Дарелин меня терпеть не может, но он обо мне так заботится, как никто раньше не заботился. И плевать мне на причины такой обходительности!
  - Ты готова, мелкая? Ну хоть выглядеть прилично стала. Обувь возьми в коробке на столе.
  Я послушно открыла картонку и достала мягкие черные... балетки, которые тут же с удовольствием натянула. Дарелин удовлетворенно хмыкнул и, схватив меня за руку, потащил куда-то. Я не сопротивлялась, прекрасно понимая, что уж он-то точно мне вреда не причинит.
  Мы вышли во двор, где, построившись в шеренгу, нас ждали воины (ежу понятно, что дроу). То, что это именно воины, не вызвало сомнений даже у меня. Больно уж рожи зверски-отрешенные. У меня даже мурашки по коже побежали, а какой-то противный голосок в голове занудил, что пора бежать, пока есть соответствующие конечности.
  - Мелкая, ты должна выбрать себе основного телохранителя, который всегда будет рядом. Каждое мгновение твоей жизни.
  Он подтолкнул меня к шеренге. Нервно сглотнув появившийся в горле комок, я ощупала шею с проявившимися синяками.
  - А мне нельзя девушку-телохранителя?
  Какой-то слишком жалобный голосок у меня. Хотя, может, и сработает? Говорят же, что мужчины не выносят женских слез. Сейчас я вспомню что-нибудь особенно грустное и выдавлю из себя Ниагарский водопад. Мама выкинула мою единственную Барби? Но ведь я сама ей сначала оторвала ноги и побрила голову, разозлившись из-за своего несоответствия параметрам истинной красоты. Одноклассник обозвал швалью и голытьбой? Обидно, но ему было однозначно хуже со сломанным носом и фингалом под глазом. Отчим в порыве гнева порвал большую часть моего гардероба? Да мне эти шмотки никогда не нравились, хоть и достались бесплатно от социальных служб. Точно, этот мамин хахаль как-то уничтожил мое единственное сокровище - музыкальную шкатулку, подаренную бабушкой на пятый день рождения! Но я ему в отместку разбила три бутылки водки и вылила в раковину коньяк, за что получила перелом руки и черепно-мозговую травму, а также месяц санаторно-курортных условий в больнице.
  Черт, никак не удается заплакать. Может, он так разрешит? Ну не люблю я мужчин!
  - Нельзя. У них матриархат, следовательно, женщина для них священна. Поэтому все они просто надменные, эгоистичные стервы. Такую змею я тебе не позволю держать рядом с собой. И со мной, соответственно.
  Да уж, законы джунглей во всей своей красе.
  Матриархат? Священны? М-да...
  Я прошлась вдоль шеренги, внимательно вглядываясь в каждого дроу. Суровые лица, напряженные позы, равнодушные взгляды. Короче, кошмар. И кто-то из этих бесчувственных роботов всегда будет рядом со мной? Повеситься можно.
  Я оглянулась на Дарелина и заметила, что подошли еще трое дроу. Причем идущий посередине отличался дивным украшением из веревок на руках. Жаль, не за спиной, а спереди. Да и веревки я бы поменяла на самую прочную сталь, так как, приглядевшись повнимательнее, я опознала в нем маньяка, напавшего на меня утром. Руки сами метнулись к шее. Дроу заметил это и шагнул ко мне. Сопровождение было дернулось за ним, но Дарелин их остановил коротким взмахом руки. Я же попыталась дать задний ход, но поскользнулась на чем-то и вновь упала на многострадальную пятую точку. Дроу, подойдя вплотную, опустился на колено и протянул мне свой меч в ножнах (как он умудрился отцепить его от пояса?), заговорив на непонятном шипящем языке. Я растерянно взяла предложенное оружие, чуть не уронив, такое оно оказалось тяжелое, и оглянулась на Дарелина.
  - Мелкая, взяв меч, ты взяла на себя и право решать судьбу этого дроу. Вернешь меч обратно - признаешь, что его жизнь для тебя ничто, и он либо будет жить с позором, либо убьет себя, что более вероятно. Оставишь себе - сделаешь его своим рабом. Можешь и просто убить прямо сейчас - это, в их понятии, большая честь. По крайней мере, позор не коснется его рода. Идеальный вариант - собственноручно сломать меч, признав дроу невиновным и очистив от позора. Будь ты сама дроу, даже всего лишь молодой девушкой, сил бы тебе на это хватило. Они эти клинки в узлы завязывать могут, если, конечно, не древние ковали. Есть там какой-то хитрый момент, но я не в курсе. Даже под пытками этот секрет не выдают.
  Я посмотрела на коленопреклоненного дроу, ожидающего приговора, и... обнажила меч. Он даже не вздрогнул, в отличие от меня. Убить связанного? Да даже не связанного! Я просто не смогу! Я попыталась сломать клинок, делая это как можно незаметнее. Но фигушки. Он лишь слегка гнулся в моих руках. Отчетливо послышались смешки, заставившие меня бросить неблагодарное занятие. Поэтому с азартом ребенка я принялась перепиливать мечом веревки на руках маньяка. Он даже выказал удивление, задрав правую бровь и приоткрыв рот.
  - Ну что ты смотришь на меня, как невинная девица на насильника? Сломать меч при всем своем желании я физически не могу, обречь тебя на позор или самоубийство - тоже. Остается рабство и убийство. На первое ты не согласишься, а второе... Я еще никого не убивала.
  Дроу усмехнулся, а я разозлилась. У меня тут душевные терзания, а он... Да еще и симпатичный, гад! Рука не поднимается. Мне все же не чуждо чувство прекрасного.
  Я поднялась, опираясь на меч и стараясь не смотреть на дроу.
  - Решай скорее, мелкая. Тебе еще телохранителя выбирать, - напомнил Дарелин.
   Досадливо поморщившись, я посмотрела на маньяка. Красив, скотина. Темно-бордовые глаза, серебристые длинные волосы, тонкие, немного резковатые черты лица, изогнутые брови. Даже шрам на подбородке ему шел! Нечестно...
  - Если госпожа сделает меня своим рабом, то получит самого верного телохранителя.
  - Тебя забыла спросить, - огрызнулась я в ответ.
  Хотя... почему бы и нет? Кажется, хороший выход из сложившейся ситуации. И не надо мне так улыбаться!
  - Ладно. Будешь моим телохранителем.
  И почему возникло ощущение, что меня использовали? Просто нагло подставили, сделав пешкой в игре. Покосившись на Дарелина, я увидела лишь абсолютно бесстрастное лицо своей, можно сказать, судьбы.
  
  Дарелин
  
  Никогда еще пробуждение не было таким приятным. Особенно если вспомнить тот факт, что до этого я всегда просыпался один. Ни одна из многочисленных любовниц не бывала в моей комнате, не говоря уже о моей кровати. Это личная территория, на которой я уязвим. Но эта девчонка - исключение из всех правил. Мелкая, худющая, с тоненькой шеей и огромными глазами. Слишком ранимая. Увидев ее лежащей в коридоре около кухни без сознания, я полностью осознал гениальный замысел Демиурга. Не заботиться об этой девчонке просто невозможно. С ней, как он надеется, я стану мягче и откажусь от своих планов. Ни за что!
  И все же я притащил девчонку в свою комнату, уложил в свою же кровать и спокойно заснул, даже не заметив, как она подкатилась ко мне под бок и попыталась стянуть одеяло. Так и проснулся, обнимая ее за худенькие плечи и чувствуя подмышкой размеренное дыхание. И это оказалось неожиданно приятным. Настолько, что я два часа лежал, не шевелясь, просто наслаждаясь необычными ощущениями жизни. Может, все будет не так уж и плохо?
  Впрочем, приближалось время прибытия делегации дроу, поэтому пришлось выбираться из кровати и собираться. Перед своими подданными я должен выглядеть величественно. Я бог или кто? Бог! Для дроу. Но скоро мне подчинятся все жители этого мира. Вот еще бы волосы мои были однотонными, а не как у клоуна. Какую я только магию не пробовал! Но Демиурга победить еще не удавалось. Мое проклятье.
  - Господин, ваши подданные прибыли. Слуги и воины, как вы желали.
  - Молодец, Гир. Пусть ждут во дворе. Женщин и элиту отправь в главный зал, а сам иди со мной. Нам нужно кое-что обсудить.
  Дроу поклонился и отдал приказы своим сопровождающим, после чего я пригласил его к себе в кабинет.
  - Гир, у меня появилась маленькая проблема, которую нам предстоит решить.
  Дроу напряженно на меня уставился. Еще бы - он же мой жрец, а значит, знает как облупленного. И раньше мелкими проблемами я называл пятидесятитысячные армии объединенных светлых сил, собравшиеся под стенами моего замка с вполне понятной целью.
  - Господин...
  Я не дал ему договорить.
  - Демиург ограничил мою свободу, связав мою жизнь с жизнью человеческой девушки. Она и есть моя проблема. Ее надо обучить защите. Еще ей необходимы слуги и охрана. Чтобы ни один волос не упал с ее головы.
  Гир серьезно задумался, сведя брови на переносице и прикрыв глаза.
  - Господин, возможно, стоит представить ее в качестве вашей наследницы, чтобы не было недоразумений с моим народом. Дроу всегда будут презирать человека, а наши женщины даже попытаются убить, но наследницу защитят ценой собственной жизни.
  Не зря я выбрал именно его в свои приближенные. Умный мужик. И верный. Когда-то я вытащил его из неприятностей и приравнял к Матерям Великих Домов, сделав своим главным жрецом. И Гир умел быть благодарным.
  - Наследница... Что ж, будем считать, что теперь у меня есть официальная наследница. И светлые скоро начнут на нее охоту. Гир, ее защита на твоей совести.
  Дроу склонил голову, безоговорочно принимая новую обязанность.
  - Я не подведу, господин.
  Конечно не подведет. Убью за малейший промах, и даже не задумаюсь.
  - Я знаю. Не волнуйся, я никогда не забываю отблагодарить тех, кто мне верно служит.
  И тут я внезапно почувствовал зверскую боль в шее. Воздуха стало не хватать. Помянув недобрым словом Демиурга, я телепортировался, ориентируясь на связь с девчонкой. Хорошо хоть, резерв сил почти восстановился.
  И что я вижу? Какой-то нахал посмел душить мою наследницу!
  - С каких это пор дроу поднимают руку на женщин? - раздраженно прохрипел я.
  Рука с шеи девчонки мгновенно исчезла. На провинившегося было жалко смотреть. Еще бы, ведь по законам дроу любая женщина неприкосновенна, неважно, враг она или друг. Нет преступления страшнее, чем причинить вред женщине. А наказание одно - смерть. Причем, особо мучительная.
  Мелкая сидела на полу, сжимая горло и пытаясь вздохнуть. Бросив на провинившегося дроу злобный взгляд, я с мрачным удовольствием осознал, что меня все еще правильно понимают. Воин бросился исправлять свою ошибку. Впрочем, поднять девчонку ему не удалось - мелкая зараза на удивление метко пнула его. Дроу я пожалел по-настоящему. Мало того что сегодня его линчуют сородичи, так еще и человечка, падая, заехала ему по самым чувствительным местам. Он с трудом удержался от ругательств, прошипев лишь, что подобные локти можно использовать как оружие массового поражения.
  - Мелкая, если хочешь ему отомстить, то просто убей. Но издеваться-то зачем?
  Странно. Она не побоялась взглянуть мне в глаза. До сих пор на подобное отваживались немногие. В частности члены моей семьи и еще одна влюбленная светлая дурочка, уверенная в том, что своими чувствами она смогла бы изменить меня к лучшему. К счастью, сентиментальная девица быстро погибла, хоть и здорово досадила за все время нашего недолгого знакомства.
  Мелкая непохожа ни на ту дурочку, ни на членов моей семьи. И она смотрит мне в глаза. Бред какой-то. Эх, Демиург, где ты откопал такой экземпляр?
  Я поднял девчонку с пола не очень оригинальным, зато действенным способом. Дроу смотрели на меня с явным непониманием - чтобы я заботился о человеке?.. Да, раньше бы я тоже посчитал это верхом идиотизма. А сейчас начинаю чувствовать себя нервной нянькой королевского ребенка! Грр, отец, ты еще за это ответишь! Самому бы тебе подбросить нечто такое. И чтоб ответственность ни на кого не мог скинуть!
  - Внимательно посмотрите на эту девчонку. С недавнего времени она - моя наследница. Со всеми вытекающими. И если хоть кто-то ее обидит, хотя бы попытается... Я очень разозлюсь. Вам намек понятен? Пошли, мелкая.
  
  Пока я тащил девчонку в апартаменты, смежные со своими (я не извращенец - просто там самое безопасное место), рассеянно поведал ей о новых правах и обязанностях. Размышлял я при этом лишь о том, что надо бы поговорить с Гиром, а для этого необходимо выкроить время. А еще предстояло побеседовать с тем воином, который чуть не задушил мелкую...
  Из раздумий меня вывел вполне ожидаемый вопрос:
  - А как тебя зовут?
  Я решил, что самое время показать человечке, кто хозяин в замке.
  - Для тебя - господин. А вообще - Дарелин.
  Она осталась абсолютно равнодушна. Нет, ну так неинтересно! Где патетика, громкие пафосные заявления?
  - Просто Дарелин?
  - Да! Тебя что-то не устраивает?
  Я почти рычал на нее, потому что она не оправдала моих ожиданий. Стерва малолетняя... Зараза! Все зло в мире от женщин. И от зазнавшегося Демиурга.
  - Мне все равно, господин. Хоть веником назовись, суть от этого не изменится.
  Убил бы... Может, отшлепать? Перекинуть через колено и ремнем по заднице, чтобы сидеть не могла и уважала меня?!
  
  - ...Ладно. Будешь моим телохранителем.
  Я мысленно поздравил себя с удачно проведенной операцией. Все-таки не потерял навыков манипулирования. И даже врать и подначивать не пришлось. Девчонка слишком слабохарактерна и сентиментальна: пожалела бедненького дроу, которого ожидала позорная смерть. Ай-ай-ай, она бы себе не смогла простить такого. И ведь даже не потрудилась узнать ничего об этом воине. В отличие от меня. Представитель высочайшего императорского дома, ненавидимый Великой Матерью Императрицей и ненавидящий всех женщин, лучший воин среди дроу, прекрасный дипломат, бывший советник. Впал в немилость после попыток проведения реформ по улучшению жизни мужчин. Великолепный экземпляр. А главное, честный и преданный. И девчонку будет защищать по-настоящему, не обращая внимания на ее расу. Ведь для него она теперь инструмент захвата власти. Еще бы, телохранитель наследницы. Он заставит всех с собой считаться. Да и жениться сможет наконец на какой-нибудь влиятельной дамочке, а то засиделся в девственниках. Забавные эти дроу. По их меркам, телохранитель мелкой - настоящий урод. Избаловались они. Считают эталоном красоты смазливеньких юнцов, тогда как этот выглядит настоящим мужчиной.
  - Ладно, мелкая, иди пообщайся со своим телохранителем, объясни ему ситуацию, обрисуй перспективы. Ну, ты поняла...
  - А не пошел бы ты лесом, господин...
  Интересно, как у нее получается так издевательски тянуть уважительное обращение, что оно звучит, как полноценное оскорбление. Прямо плевок в рожу. И знает же, паршивка, что ничего ей сделать не могу! Я же не мазохист.
  - Попридержи язычок, малявка, а то ведь дам тебе обезболивающих травок да отрежу его, чтоб не несла околесицу.
  Она фыркнула, как недовольная кошка, но промолчала.
  - И раз уж такая ситуация сложилась, то лучше обращайся ко мне по имени. Не хватало только, чтобы позорила меня перед подданными.
  - Как скажешь, Дарелин, как скажешь...
  Гррр... А ведь пока спит, такая милая!
  
  Глава 3. Квазимодо
  
  'Мой тяжкий крест - уродства вечная печать...'
  Из мюзикла 'Нотр дам де Пари'
  
   Женька
  
  Из моего окна открывается прекрасный вид. Далеко внизу, под скалой, на которой расположен замок, темнеет лес со светлыми точками сторожевых башен (Дарелин как-то о них обмолвился), причудливой лентой извивается довольно широкая река. А вверху - бездонное синее небо с пушистыми облаками.
  - Госпожа наследница, отойдите от окна, вы можете случайно выпасть, - прервал мое созерцание ровный мужской голос.
  А я, оказывается, расистка - с недавних пор ненавижу дроу. Точнее, одного конкретного их представителя - моего телохранителя. Вот ведь зануда! Кес, мы так не договаривались. Лучше бы я утопилась!
  Решив не спорить, я послушно отошла от окна и рухнула на кровать, осматривая балдахин в поисках паутины и насекомых. Может, они разбежались?
  - Госпожа наследница, ваша нынешняя физическая подготовка оставляет желать лучшего. Я бы настоял на том, чтобы вы проводили больше времени в зале за тренировками.
  Я спокойна... я спокойна... я спокойна...
  - ...и мне кажется, вам надо больше есть. Я возьму на себя обязанность следить за тем, как часто и хорошо ли вы питаетесь.
  А хи-хи ему не ха-ха? Конец моему терпению!
  - Да кто ты такой, чтобы лезть в мою жизнь?!
  Все, моего мутировавшего хомячка вытащили из спячки! Я бросилась на дроу с кулаками. Он даже не дернулся и не попытался защититься - просто стоял и терпел мои удары.
  - О, я вижу - вы уже поладили, - неожиданно раздался насмешливый голос.
  Обернувшись, я увидела Дарелина, подпирающего плечом дверной косяк. И какая же у него мерзкая ухмылка. И сам он мерзкий. И вообще я уже всех здесь ненавижу!
  - Ты! Скажи ему, чтобы не лез ко мне, а то... а то... а то...
  - А то что? Поколотишь меня?
  - В окно выброшусь!
  - Блефуешь. Ты слишком любишь жизнь, хоть утверждаешь обратное. Да и вообще, что ты возмущаешься? Этот телохранитель - твой собственный выбор. Не мешай ему делать его работу. Твоя безопасность сейчас на первом месте, а ты беспомощна, как слепой котенок.
  Я насупилась. Ну да, постоять за себя не могу, об этом мире ничего не знаю. Да вообще ни на что не способна. Но это не повод запирать меня в четырех стенах, отмеряя скрупулезно, что мне есть и как дышать. Я жить хочу, а не существовать! Я хочу радоваться каждому новому дню, заниматься интересными делами, любить и быть любимой!
  - Но кто же знал, что он параноик?!
  И придурок. Но об этом лучше умолчать, а то мало ли... И курица раз в жизни взлетает, если придать ей ускорение легким ненавязчивым пинком.
  - Он лучший. И прекрасно знает свое дело. Постарайся найти с ним общий язык сама, а меня в это не впутывай, мелкая. - Дарелин ядовито усмехнулся и скрылся в своей комнате, оставив нас с телохранителем наедине.
  Дроу стоял по-прежнему невозмутимый, как памятник Пушкину.
  - Слушай, я ничего против тебя не имею, - миролюбивым голосом сказала я. - Просто раньше мне не доводилось выступать в роли такой важной персоны. И у меня нет опыта общения с телохранителями. Думаю, нам надо подружиться. Мое имя - Евгения. Можешь звать меня Женькой. А тебя как зовут?
  Дроу отмер и с достоинством поклонился, прошипев что-то очень длинное и непонятное.
  - А-э? - Кажется, мое лицо приняло на редкость дебильное выражение.
  - Шес. Госпожа наследница может звать меня Шесом.
  - Не госпожа, а Женька. Зови меня по имени. Я настаиваю!
  - Моя госпожа...
  - Я - Женя! Неужели так трудно запомнить! Если ты не будешь звать меня по имени, то мы не сработаемся, и в итоге меня убьют. А если я умру, то в ту же секунду Дарелин тоже умрет или снова отправится отбывать наказание. Потому что мы связаны. Моя боль - его боль. Моя жизнь - его жизнь...
  Сначала я кричала, но постепенно мой голос становился все тише. Последнюю фразу я почти шептала.
  - Я понял, Жени. Я горд, что ты мне оказала такую честь, позволив называть тебя по имени. И хоть я уверен, что недостоин подобной милости, все же не смею тебе перечить, - с достоинством произнес он, сделав ударение в моем имени на последний слог.
  Он снова поклонился, попытавшись поймать мой ускользающий взгляд. Я же едва подавила возникшее желание расплакаться, заставив себя сосредоточиться на чем-нибудь приятном.
  - Шес, а может, пойдем прогуляемся? Мне скучно сидеть без дела. А так хоть с замком ознакомлюсь, на твоих сородичей посмотрю.
  Он кивнул и первым направился к выходу. Блин, этот красавчик начинает мне нравиться во всех отношениях. Эх, и о чем я только думаю?
  Хотя, с другой стороны, о чем мне еще думать, чтобы не свихнуться?
  
  Замок поразил меня своей запутанной планировкой, красотой и в то же время функциональностью. Мрачный, он все же не производил гнетущего впечатления. Скорее, казался надежным, добротным. А мягкое освещение, обеспечиваемое светильниками в виде горящих шаров, понравились мне настолько, что даже настроение поднялось. Ненадолго.
  А вот дроу разочаровали. Все женщины действительно стервы, даже внешне. А мужчины - какие-то смазливые придурки. Нет, ну действительно, все как один с наманикюренными ногтями, подведенными глазами, накрашенными ресницами и припудренными щечками. Пудра, кстати, что надо. Были бы у меня такая в родном мире, все учителя в школе обрыдались бы от моего болезненно трупного вида. Можно было бы даже бизнес наладить: попудрился - и откосил от занятий.
  - Госпожа наследница, неужели наш господин выбрал в ваши сопровождающие такого уродца?
  Передо мной возникла высокая девушка-дроу, с серебристыми волосами до пола, кроваво-красными глазами и смазливой рожицей. А духи, которыми она благоухает, просто призваны подчеркнуть ее стервозность и испорченность - хоть нос зажимай, честное слово. Убить бы создателя этого аромата! Ведь явно какой-нибудь эксклюзивный парфюм.
  - Вы это о ком? И кто вы такая?
  Мне, собственно, не особо интересно с ней общаться, но надо же продемонстрировать вежливость.
  - О, госпожа наследница, я - Тишат, наследница Великой Матери Императрицы. И скорее всего, теперь я ваша подруга.
  Я рассвирепела. Да чтобы я когда-то в здравом уме назвала подобную змею своей подругой? Да ни за что! Мало того что она воняет (ага, сразу вспоминается анекдот про благоВОНИя), так еще и редкостная редиска, это заметно с первого взгляда.
  - Вас ввели в заблуждение. Вряд ли вы когда-либо станете моей подругой. Я весьма осторожна в этом вопросе. Уступите дорогу, пожалуйста.
  Схватив остолбеневшего Шеса за руку, я потащила его мимо опешившей девицы. Еще бы, ее, такую важную шишку, сочли недостойной дружбы девчонки, еще недавно ничего из себя не представлявшей. Зря я так резко с этой змеюкой. Она ведь отомстит. А мне сейчас враги ни к чему. Надо сначала наладить отношения с Дарелином, а потом уже высказывать свои 'фи'.
  - Шес, а что она имела в виду, когда говорила про уродца? Кого мне еще Дарелин подсунуть собрался?
  Все это время я не выпускала ладонь дроу из своей. Взглянув в его сторону, я увидела, что он смотрит на наши сцепленные руки, а его лицо залилось краской. Обалдеть, дроу так забавно краснеют! Их кожа становится черной! Уникальное зрелище. Век бы смотрела.
  - Леди Тишат говорила обо мне. Среди своих я считаюсь уродом.
  Я осмотрела Шеса с головы до ног, подозревая, что телохранитель издевается надо мной. Несмотря на некоторую экзотичность, он выглядел обалденно. Плейбой! Мачо! Да на него девушки должны стаями нападать!
  - В смысле моральный урод? Физически ты выглядишь... сексуально. Если бы ты появился на улице моего родного города, то был бы зверски изнасилован толпой влюбившихся в тебя по уши девиц.
  Кажется, для него это было откровение. По крайней мере, он надолго замолчал и я успела оттащить его на довольно приличное расстояние от места встречи со стервозной избалованной дроу.
  - Жени... я ведь чувствую, что ты не лжешь, но не могу представить, как это возможно. Я всю жизнь считал себя уродцем, поэтому, когда другие развлекались, я упорно тренировался и стал лучшим воином. А ты говоришь, что у тебя на родине я легко бы мог получить право на ночь с женщиной. Ты бы тоже... согласилась пустить меня в свою постель?
  Теперь покраснела я. Кхем, в своем мире я была серой мышкой и близких отношений с парнями не имела, а тут...
  - У меня принципы: я не подпускаю близко к себе малознакомых. Но вообще, теоретически, да, я бы убила соперницу за возможность заполучить тебя в постель. И знаешь, лучше сейчас закрыть эту тему, а то мне немного неловко. Я не привыкла к подобным разговорам.
  Не привыкла - не то слово. Во-первых, я еще даже ни разу не целовалась, не говоря уж о чем-то другом. Во-вторых, подруг у меня не было, так что обсудить подобные вопросы было не с кем.
  - Как скажешь, Жени. Все будет так, как захочешь ты.
  А руку мою он не выпустил. Пустячок, а приятно.
  Может, именно здесь я смогу наладить личную жизнь? Где еще удастся найти такого красивого мужчину, да еще и заботливого. И к тому же подкаблучника. Просто мечта ходячая!
  - Знаешь, я проголодалась немного, - решила я сменить тему. - Пойдем я приготовлю для нас обед. Я хорошо готовлю. - И мило улыбнувшись, почти побежала в сторону кухни.
  Шес попытался что-то вякнуть насчет того, что готовка - обязанность слуг, а я не должна себя утруждать, но не был услышан. Вот случается со мной такое: хочется приготовить что-то особенное, чтобы полакомиться самой и угостить ближнего. Редко, но все же накатывает.
  Усадив Шеса за стол и всучив ему нож и разделочную доску, я принялась за стряпню. На этот раз я решила обойтись овощным рагу, домашними котлетами и пиццей. Ничего особенного, но я люблю. Шес послушно резал колбасу кубиками и плакал над луком, главный повар (по колпаку опознала) поспешно записывал рецепт, все остальные смотрели на меня волком.
  Когда я доставала из духовки поджарившуюся пиццу, с наслаждением вдыхая ее запах, то обнаружила, что за столом сидит целых два голодных монстра - Дарелин и Шес. Их глаза хищно блестели, а ноздри раздувались, жадно втягивая аромат. Хоть бы меня не съели!
  - Мелкая, то, что ты приготовила, съедобно? - спросил Дарелин, жадно пожирая еду взглядом.
  - Абсолютно. Но если не нравится, то можешь не есть.
  Один из поварят спешно наложил три порции рагу, разложил котлеты и подал нам приборы. Я с удовольствием посмотрела, как мужчины уплетают мою стряпню, да так, что за ушами трещало. Приятно, однако. Хотя их фиг прокормишь. Куда же столько влезает?!
  
  Шес
  
  Подопечная мне досталась довольно беспокойная. Параноиком обозвала. Но она мне понравилась. Совсем не похожа на тех женщин, к окружению которых я привык. В ней нет ни надменности, ни стервозности, ни властности. Она непосредственна и мила. И позволила называть ее по имени. Жени. И как я только мог ее принять за парня? Нет, конечно, в другой одежде половые признаки были надежно скрыты, но все же! Запах, голос, выражение глаз! Я должен был догадаться. Хотя, если бы я на нее не напал, то вряд ли стал бы ее телохранителем. Нарушил закон, гласящий о неприкосновенности женщин (всех без исключения, даже другой расы. Только женщина может убить женщину), и получил за это настоящую награду!
  - М-м-м... подай мне кусочек этого чуда, мелкая.
  И Дарелин не такой, каким его описывают. Нет, на церемониях он, безусловно, величественен и божественен, но здесь, на кухне, рядом с моей госпожой он... совсем простой. Такой же, как любой из моих товарищей по академии.
  - Это называется пиццей. Сам возьми, у меня руки заняты, - огрызнулась Жени, уплетая свое странное блюдо.
  - Мелкая! - попытался он поставить ее на место.
  Но все же грозный вид у моего бога не получился - слишком комично выглядел он со свисающим изо рта расплавленным сыром.
  - Отвали! Когда я ем, я глух и нем, хитер и быстр и дьявольски умен!
  Я с трудом подавил улыбку - дроу не пристало демонстрировать свои эмоции. Хотя чувствую, что рядом с Жени мне будет очень тяжело сохранять бесстрастность. Во-первых, она весьма эмоциональна, а я обладаю небольшим даром эмпатии, как и любой из дроу. Во-вторых, она постоянно ставит меня своим поведением в тупик. Одно желание самостоятельно приготовить обед чего стоит! Хотя, стоит признать, готовит она великолепно. Никогда не пробовал ничего подобного! Ну и, в-третьих, Жени первая на моей памяти женщина, не посчитавшая мою внешность уродливой. Даже наоборот, пару раз я отчетливо уловил исходящее от нее физическое влечение. Конечно, можно предположить, что она извращенка и ненормальная, но еще ни одного повода так думать у меня не появилось.
  - Мне послышалось, или ты действительно обозвала себя умной? Ты, давшая добровольное согласие на соединение наших жизней?! Добровольно расставшаяся со свободой. Да что там, с шансом на нормальную жизнь!
  Такое ощущение, что наши хроники состоят из вранья. В них наш бог Дарелин описывается как хладнокровный безжалостный убийца, способный не только прирезать собственного годовалого отпрыска (да-да, была такая сплетня), но и уничтожить целую расу, потому что ему стало скучно. А что я вижу в реальности? Абсолютное нежелание (или неспособность?) контролировать собственные эмоции.
  - А у меня выбор был? Ага, с материнским проклятием так замечательно живется. Жаль, что недолго! Это же как СПИД - убивать не убивает, но защиты лишает абсолютно!
  - А что такое спид? - брякнул я, не успев вспомнить, что телохранителю полагается молчать и не встревать в разговор, когда его не спрашивают. Ну, или если только по делу.
  Кажется, я теряю над собой контроль. Плохо. С другой стороны, двое спорщиков отвлеклись. Да и шанс появился узнать что-то новое. Да, признаюсь, я весьма любопытен. Тяга к знаниям во мне всегда была слишком велика.
  - Синдром приобретенного иммунодефицита. Это такой вирус, который лишает организм человека естественной защиты от болезней. Больной не может самостоятельно справиться даже насморком, и если вовремя не обратится к врачу, то быстро умрет.
  Хм... звучит довольно страшно.
  - От насморка умрет?
  - Да.
  Я задумался о прежнем месте жительства Жени, до того как она попала в этот замок. Странные словечки проскальзывают в речи, необычные знания о незнакомых болезнях, непривычные блюда. Кто она? Нет, неправильный вопрос. Кем она была?
  - Я была самой обычной девчонкой. Когда Кес забрал меня из моего мира, я как раз закончила школу и отметила семнадцатилетние. Кстати, благодаря мне Дарелину скосили срок почти на шесть месяцев. Ты должен быть мне благодарен, господи-ин.
  У, как у нее мерзко получается слово 'господин', как железом по стеклу. Просто передергивает всего.
  - Благодарен? За то, что я теперь должен заботиться о малолетней сопливке, не имеющей понятия о реалиях этого мира? Да я же теперь как на еже сижу! В постоянном ожидании, что с тобой что-то случится, а мне достанется! - возмутился Темный Лорд.
  - А ты убей меня! - фыркнула девчонка и вгрызлась в очередной кусок кушанья, которое она назвала загадочным словом 'пицца'.
  - Ой, не подавай ценных идей! Может, скоро я решу, что лучше еще две тысячи лет наказания, чем ты рядом!
  - Причем в перспективе вечность.
  Добила! Одной фразой добила! Он даже побледнел. Стоп. Вечность? Люди столько не живут. Хоть она и связана с хозяином, но поработал-то над этим сам Демиург, а уж он не допустит такого промаха, как гибель единственного сына из-за смерти человечки от старости. Значит, он максимально продлит ей жизнь... Да смилуются надо мной боги и демиурги, во что я вляпался по собственной воле?!
  
  Дарелин
  
  - Причем в перспективе вечность.
  У меня сбилось дыхание. Как такое возможно?! Вся жизнь рядом с этой маленькой ведьмой! Это слишком долго. Я столько не продержусь. У меня уже руки чешутся удавить ее. И на кой ляд я остановил телохранителя тогда в зале? Пусть бы доделал дело до конца. Лучше уж наказание пустотой, чем ею!
  - Не дергайтесь, я могу быть милой, если со мной по-хорошему. Уж извините, но на грубость я отвечу грубостью, на удар - ударом.
  Значит, не я один переживаю по поводу перспективы постоянного общения с этой малявкой? Ага, дроу тоже близок к обмороку. Сам виноват, должен был знать, во что ввязывается. Хотя, откуда? Я сам не сразу понял всю 'прелесть' этого подарка.
  - Ладно, мелкая, хватит спорить. Время покажет, как долго мы сможем протянуть в обществе друг друга.
  Дроу согласно кивнул головой, девчонка лишь фыркнула. Ну хоть не возразила, и на том спасибо. Милая... А ведь она и вправду временами весьма мила.
  И при этом восхитительно готовит! За это можно многое простить.
  
  Зайдя в смежную со своей спальней комнату, я первым делом наткнулся на настороженный взгляд телохранителя. Неприятное ощущение, но оправданное военным временем. Я нахмурился:
  - Нам необходимо побеседовать.
  Странно, что я заговорил таким тихим голосом. Неужели эта малявка стала для меня настолько дорога, что я начал оберегать ее сон?
  - Я не могу сейчас уйти отсюда. Жени не должна оставаться одна.
  Надо же, какое рвение! Так, стоп, что это за чувство? Ревность? Собственничество? Уязвленное самолюбие? С ума сойти можно. Так, лучше на время оставить эту скользкую тему, а то рискую лишиться рассудка. А он мне еще дорог и жизненно необходим.
  Подойдя к кровати, я осторожно провел кончиками пальцев по ее шелковистым волосам и мочкам ушей.
  - Все в порядке. В ближайшие пару часов она ничего не услышит, а мы сможем поговорить прямо здесь. - Демонстративно усевшись рядом со своей 'проблемой' на кровать, я и не подумал понизить голос.
  - Как пожелаете, господин.
  Хороший парень. Мне он начинает нравиться. Не унижается, знает себе цену. И в то же время не выпячивает свою силу, не кичится. Скромный, но с чувством собственного достоинства.
  - Можешь звать меня по имени. Теперь мы трое будем неразлучны. Причем, как и сказала малявка, в перспективе - вечность. Так что скоро нам уже не до церемоний будет. Особенно когда светлые разнюхают ситуацию и начнут свою охоту.
  Он слегка напряг спину и плечи, выдавая свое напряжение и волнение.
  - Я сделаю все, чтобы защитить Жени.
  Надо же, как он ее называет! Жени. Кажется, на их языке это название какого-то полудрагоценного камня, не помню точно, какого.
  Так-так, мне кажется, или он глаз с девчонки не сводит?! Влюбился?
  - Хорошо, господин Дарелин. Мое имя - Эунашесстэш из великого императорского дома Архтше. Госпожа наследница зовет меня Шесом.
  Вот ведь! Говорил же, чтоб без господина. Ну да ладно, наше дело предложить, а со временем сам все поймет и привыкнет. Не стоит от него требовать слишком многого. Он пока еще нужен. Да и лишние разногласия с мелкой ни к чему. Мне дорог мой покой, причем настолько, что я уже выработал линию поведения своего в доску парня, непонятого остальными, которой пока не очень получается следовать.
  - Чтобы не путаться, я тоже буду звать тебя Шесом, если ты, конечно, не против.
  Риторический вопрос - никто из дроу не может быть против моих решений. Бог из меня хороший, но нервный и жестокий.
  - Я не могу вам возражать.
  Вообще-то, надо признаться, мог бы и попробовать. Он же теперь в полном и безраздельном пользовании малявки. Только ее слово для него - закон мироздания. И все равно я его бог, так что пусть только попробует. Не убью, но жизнь испорчу.
  И все же он мне нравится. Лаконичный, как удар профессионала.
  - А теперь поговорим о деле. Мне нужно знать, как ты относишься к малявке? Ну, или Жени, как ты ее называешь.
  Почему-то у меня не получается расшифровать взгляды, которые дроу бросает на девчонку. Может, даст хоть одну подсказку?
  - Господин Дарелин, я не встречал еще никого похожего на Жени. Когда я смотрю на нее, меня обуревают самые разные эмоции. И у меня не получается их как-то определить или охарактеризовать. Я растерян. Но одно могу сказать точно: пока я жив, ей никто не причинит вреда.
  Я был прав в своем предположении: дроу начал влюбляться в мою малявку. Что ж, он будет для нее хорошим защитником. Но я не могу допустить развития между ними романтических, и тем более, сексуальных отношений. Только не хватало еще испытать боль ее первого раза. А в том, что этот самый 'раз' будет первым, я не сомневаюсь.
  Ой, только что вспомнил о еще одной физиологической особенности женского организма. О той самой, ежемесячной. Ну почему меня связали с девчонкой? Так сложно было найти парня?! Насколько бы все было проще!
  А если она забеременеет? Это же девять месяцев ада! Тошнота, перепады настроения, боль в ногах и пояснице. И куча других 'приятных' ощущений. А потом еще и роды! О, ужас, что угодно, только не это!
   - Это хорошо, что она тебе так дорога. Но хочу предупредить: между вами не может быть ничего, кроме дружбы и деловых отношений, - приказным тоном произнес я.
  Он не ответил, лаская мелкую взглядом. Вполне возможно, что он меня не послушается. Но вот против решения девчонки не пойдет - не так воспитан.
  Значит, обработаю малявку в этом плане. Мне лишних проблем не надо!
  
  Глава 4. Охота началась
  
  Прицел тоже является чьей-то точкой зрения.
  Снайпер
  
  Женька
  
  Прошел целый месяц с тех пор, как я стала обитателем этого жуткого замка. Да-да, жуткого, я не оговорилась. Потому что живут в нем, кроме меня, любимой, кошмарнейшие твари и сволочи. Это я о Дарелине, Шесе и еще двух десятках дроу. Тоже мне, учителя, чтоб им всем на этом свете икалось, а на том - в гробу ворочалось! Чтоб совесть их наконец нашла и загрызла до смерти! Изверги! Где таких делают? То, что не рожают, точно. Скорее, это экспериментальные образцы особо жестоких палачей, выведенные из пробирки методом проб и ошибок.
  Сначала все было просто превосходно. Я наслаждалась жизнью впервые за много лет. А потом все резко изменилось.
  Каждый мой день был расписан по секундам. Я вставала в пять утра. Точнее, Дарелин вытаскивал меня за ногу из-под одеяла, а Шес выливал на меня кувшин холодной воды с кусочками льда. Нехилыми такими кусочками - с мой кулак каждый. По черепушке бьют очень больно. После этого мы все трое отправлялись на двадцатикилометровый забег. Теоретически. Падала без сил я значительно раньше и в замок возвращалась у кого-нибудь на руках. Приведя себя в относительный порядок и быстро позавтракав, я транспортировалась в учебную аудиторию, где меня пытали дроу-учителя лекциями и допросами на разнообразные темы, начиная с истории этого мира, который назывался Саахлишь, и этикета, заканчивая теорией межмировых пустот и их преодоления. После выкипания мозгов в аудиториях и облегченной версии обеда я отправлялась на тренировки по фехтованию, рукопашному бою и иногда верховой езде. Почти в полночь Шес подбирал мое безжизненное измученное тело либо в коридоре, либо в конюшне и тащил к целителям. Этого я обычно не запоминала. Просыпалась я уже глубокой ночью в своей кровати, привычно отмечала, что Шес спит рядом, держа меня за руку, съедала припасенные заботливым телохранителем бутерброды и вырубалась до очередной побудки
  А утром все сначала.
  Я не жаловалась - бесполезно. Мои мучители твердо верили, что это все для моего собственного блага, что отображалось на их фанатичных рожах. Переубедить их не смог бы даже самый признанный авторитет. И я терпела, чувствуя, что с каждым днем становлюсь все сильнее физически. И все слабее психически.
  В это утро я проснулась самостоятельно, но от острой режущей боли внизу живота. Было ощущение, что какой-то садюга всадил в меня раскаленные клещи и активно ими орудует, пытаясь найти что-то очень маленькое. На глазах выступили слезы, но крики и проклятия я мужественно сдержала.
  Из-за двери, ведущей в спальню Дарелина, раздался протяжный жалобный стон, наполненный болью. Впрочем, этот услаждающий слух звук (мучайся скотина - это тебе моя мстя за твои пытки!) вскоре сменился отборнейшими ругательствами. Шес рванул с кровати, как любовник, застуканный мужем в самый неподходящий момент. Разве что одетый и с оружием наперевес. И сразу принял боевую стойку. Красота, да и только.
  Дверь медленно, с противным скрипом открылась, являя нашему взору радующее душу зрелище: растрепанный, позеленевший, покрывшийся испариной Дарелин, нервно кусающий губы. Я злорадно усмехнулась, почувствовав себя полностью отомщенной за целый месяц издевательств.
  - Мелкая! Это то, что я думаю, да? Так будет каждый месяц? Это надолго? - жалобно спросил он.
  Он держался за живот и живописно опирался о дверной косяк. Коленки у него заметно дрожали. Черт, приятное зрелище! Были бы силы, расхохоталась бы. А так, лишь лежу, свернувшись калачиком, и ехидно скалюсь.
  - Долго? Ну, учитывая непомерные физические нагрузки, из-за которых сбился цикл, то больно будет все шесть дней. Очень больно! Даже больнее, чем сейчас. Дома мне даже сильнейшие обезболивающие помогали всего на несколько часов, а уж тут... Потом, наверное, будет полегче - болеть будет дня два из шести...
  Получи, фашист, гранату! Вместе будем мучиться. И если он посмеет заставить меня тренироваться в эти дни, то сам же об этом пожалеет. Больнее станет! Уж я-то свой организм знаю.
  - У-у-у... Женька, как с этим бороться?
  Н-да, а ведь перед этим непредвиденным путешествием я как раз собиралась к врачу. Сходила бы, получила бы список лекарств и бед бы не знала... Это все он виноват!
  - Забеременеть, блин. Мне нужна теплая грелка, теплое молоко с медом и обезболивающее.
  Дарелин грохнулся на кровать рядом со мной и тоже свернулся калачиком. Бедненький мужчина, не привык еще... Ничего, я ему устрою веселую жизнь. Он мне за все заплатит!
  - Шес, распорядись, чтобы малявке притащили все, что ей необходимо. Тьма, как же мне повезло, что я родился парнем!
  Дроу понятливо кивнул и кинулся в коридор. Мы остались вдвоем. Дарелин мучился. Я же злорадствовала, радуясь, что наконец-то могу с кем-то разделить эти 'приятные ощущения'.
  - Уй, как ты это терпишь? Кошмар же, - проныл он, демонстрировано потирая живот. Была бы это его боль, он бы просто заблокировал ощущение и продолжал жить в обычном ритме, но, увы, из-за нашей неблокируемой связи он огребал по полной, что было иногда даже полезно.
  Я подавила смешок, замаскировав его судорогами от боли.
  - Что ты ноешь, как девчонка, у которой они в первый раз!
  Меня смерили возмущенным взглядом невинно обиженного подростка.
  - Но у меня такое и правда первый раз!
  Ну подумаешь, оговорилась! С кем не бывает?
  - Зато не в последний!
  - Я что-нибудь придумаю и...
  - Иди на фиг, я еще детей хочу!
  - Нет! Пока мы связаны, никаких детей! Я не собираюсь еще и родильную горячку испытывать!
  А вот этот вопрос я буду решать сама. Назло нарожаю целую футбольную команду! Чтобы жизнь медом не казалась!
  - Нет уж, ты у меня все испытаешь! Зато потом с девушками будешь серьезен. И вопросами контрацепции озаботишься. Все вы, мужики, одинаковые! Поразвлекся и ушел, оставив мать-одиночку с проблемой на руках!
  Раздалось тактичное покашливание, и голос Шеса возвестил:
  - Я принес.
  Мы с Дарелином заткнулись, уставившись на дроу, державшего поднос. Блин, лапочка! Принес умирающей настойку на спирту! Я же по запаху чувствую!
  - Так. Давай сюда грелку и обезболивающее. Потом молоко. А ты проваливай из моей кровати, - подтолкнула я Дарелина.
  Он скривился, но слез. И пусть скажет спасибо, что не в живот толкала!
  - А дроу ты почему-то не выгоняешь? Чем я хуже его?!
  Ага, дроу фиг выгонишь. Как могильная плита! Сколько раз я пыталась столкнуть его с кровати - только мышцы потом болели. А ведь с виду такой хрупкий!
  - А Шес мне в вырез ночнушки не заглядывает! Извращенец!
  - Да он всего лишь собственноручно тебя моет, раздев догола, а потом натягивает на твое тело эту саму ночнушку!
  Я аж поперхнулась настойкой от возмущения.
  - Шес, это правда? Ах ты, извращенец! Ты! Ты! Ты пользовался моей слабостью и беззащитностью, чтобы удовлетворить свои похабные потребности! А ты ему завидуешь! Убирайтесь отсюда оба! Я буду визжать!
  Дарелин смерил меня уничижительным взглядом, а Шес лишь мягко улыбнулся, поставил молоко на столик рядом с кроватью и... улегся рядом, обняв меня и поглаживая по волосам. Я сердито засопела, молчаливо пытаясь вырваться.
  - Я забыл, - пробубнил Дарелин.
  Так. Этот, кажется, успокоился. Но к чему подобное признание?
  - И что же ты забыл?
  Старческий склероз подкрался незаметно?
  - Что девушки в этот период становятся бешеными фуриями. Вот дроу сразу понял, что с тобой сейчас не стоит пререкаться. Вон, по головке тебя погладил, ты и успокоилась.
  Я засопела громче, а эта скотина ушастая синекожая еще и поцеловала меня за ушком! Это запрещенный прием! Я же ниже пояса не бью!
  - Шес, еще чуть-чуть, и я приму это за сексуальное домогательство. И у меня останется два выхода: либо заставить тебя жениться на мне, либо сделать евнухом.
  - Я готов жениться.
  Чего? Головушкой ударился, что ли?
  - А я - нет! Я свободная эмансипированная женщина! Я не собираюсь гробить свою жизнь ранним замужеством. Мне еще рано ходить по кухне босой, с пузом и орущим младенцем на руках.
  - Так ты уже не девушка? - вкрадчиво поинтересовался сын Кеса.
  Ой, Дарелин, ты у меня щас довякаешься. Все глаза повыцарапываю! Специально стебается, знает, как серьезно я отношусь к подобным вопросам.
  - Не твое дело!
  Буду я еще отчитываться перед ним!
  - А знаешь, как называются те, кто выходит замуж не девственницами? - продолжил он.
  По стандартам дроу? Никак. Жизнь дороже. А вот по людским...
  - Ну давай, скажи. А я пойду пробегу километров семь. После физических нагрузок станет раза в три больнее.
  - Я пошутил! Не надо больнее! Ты лучше полежи, отдохни! А я прикажу тебе чего-нибудь вкусненького принести. Вот что ты сейчас хочешь?
   Я задумалась. Недавно местный повар дал мне попробовать какие-то пирожные. Вкуснятина!
  - Сладкого! И огурцов солененьких! И вообще, жрать что-то хочется...
  Раздалось два печальных вздоха.
  - Да, Шес, вляпались мы с тобою. Это будут трудные дни...
  
  Я срывалась на всех. Нет, вообще я девушка тихая, добрая, ласковая. Но вот в такие дни я невыносима. Досталось всем. В первую очередь Дарелину и Шесу. Дарелин, мучавшийся вместе со мной, тоже хорошим характером не отличался, поэтому Шеса стало жалко вдвойне. На своего господина он особо внимания не обращал, лишь пару раз осадив его. Мои же капризы выполнял почти мгновенно. Хочется теплого чая с молоком? Пожалуйста. Книжку принести почитать? Сей момент. Устала идти? Да не проблема, отнесем на руках. Идешь в ванну? Спинку потереть?
  Впрочем, в ванну я его не пустила, смерив злобным взглядом. Стоило мне скрыться за дверью, как раздалось: 'Чего стесняться? Что я там у нее не видел?' - с характерным шипящим акцентом дроу. Вот ведь, сволочь! И Дарелин такой же! Потому что заржал! Тоже мне, вожак табуна! Все мужики - кони. Только делятся на жеребцов и меринов.
  От злости я пнула ванну, забыв, что она чугунная. Ушибленный большой палец тут же заныл, а ноготь начал наливаться синевой.
  - Ты там рехнулась, что ли? Мне же больно! - донесся до меня полный страданий голос Дарелина.
  Так тебе и надо. Есть еще в мире справедливость.
  - А мне, можно подумать, не больно! Завянь там, а то покраснел, как помидор перед продажей!
  Мало ему еще досталось. Если бы мне себя так не было жалко, весь бы в синяках ходил.
  - Ты же меня даже не видишь!
  А оно и не надо. Насмотрелась уже до тошноты.
  - Я тебя знаю. Сидишь на моей кровати, красный, как рак, и пыхтишь, как паровоз на последнем издыхании. Неженка! Совсем боль терпеть не умеешь.
  Господи, ну за что мне все это? Я, кажется, столько не грешила! Или это аванс? Так я на столько и не нагрешу!
  - Умею, только зачем? Здесь все свои. Здесь никого не надо опасаться. И можно оставаться самим собой. Это же уникальная возможность! У меня же такого с детства не было... - сказал он, переходя на нормальный тон.
  Я замерла, ошарашенная подобной откровенностью со стороны вечно замкнутого сына Кеса. Кто бы мог подумать, что великий и ужасный темный бог Дарелин может так страдать от обычного одиночества и непонимания со стороны окружающих. Плюнув на гордость и предубеждения, я вышла из ванны и бросилась к нему на шею.
  - Дарелин...
  В носу подозрительно захлюпало.
  - Ну и чего ты плачешь, малявка?
  Он попытался меня оторвать от своей шеи, но не преуспел в этом. Я вцепилась в него как клещ, азартно вытирая сопли об его волосы.
  - У меня, кроме тебя и Шеса, никого нет. Моя семья от меня отказалась, а ты, хоть и злился, но все же принял меня такой, какая я есть. И я приму тебя любым. Ты теперь - моя семья. Ты и Шес. И я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось вовсе не потому, что я тоже из-за этого пострадаю, а потому, что ты мне дорог!
  Я разревелась. Позорно разревелась. Ненавижу такие дни, я становлюсь слишком сентиментальной! И беззащитной.
  
  Шес
  
  Я поглаживал подрагивающие во сне плечи девушки (опять ей кошмар снится!), еле сдерживая свои чувства. И останавливала меня не только реакция Жени, но и присутствие Дарелина. За месяц мы успели сильно сдружиться, так как должны были объединить силы в воспитании девчонки. Я жалел наследницу, так как самолично каждый раз относил ее, бесчувственную, из лечебного крыла в комнату. Сам раздевал, умывал и укладывал спать, устраиваясь рядом. И сам будил по утрам, вытаскивая на пробежку и разминку. И тем не менее, это было необходимо. Девушка должна была побыстрее набрать форму, так как охота на нее уже началась. И как бы я не мечтал быть рядом с ней каждую секунду своей жизни, но может случиться что угодно. Мне ведь тоже иногда приходится отлучаться.
  - Знаешь, Шес... Помнишь, ты сказал, что никогда не встречал никого, похожего на нее? Я готов с тобой согласиться. Редкостный экземпляр.
  Надо же, как Дарелина потрясло поведение Жени. Почувствовал ее искренность? Бог обзавелся семьей в виде нелепой девчонки.
  - Мне кажется, мы перегибаем палку в ее воспитании. Совсем необязательно сразу давать ей такие нагрузки. Она непривычна... - попытался я вразумить Дарелина, раз уж у него такое лиричное настроение.
  - Думаешь, мне не жалко девчонку? Да я же чувствую ее, как часть себя. Но другого выхода нет. Светлых засекли неподалеку от замка. У нас нет времени на полноценные развивающие тренировки. Зелья действуют, а значит, такие экстремальные условия - именно то, что может спасти ей жизнь в ближайшем будущем.
  Девушка застонала и свернулась клубком, прижимая руки к животу. Дарелин злобно выругался, но будить ее не стал.
  - Кажется, мои зелья не прошли для нее бесследно. Не может здоровая девушка так мучиться от боли в этот период. Надо бы ее обследовать...
  А я был с самого начала против всех этих снадобий Дарелина. Он их под свои параметры гнал (да-да, все его снадобья на самогоне!), от которых организм человека сильно отличается. Тем более, организм девушки. Но его было не переспорить! Вот теперь сам мучается и ее мучает.
  - Господин Дарелин...
  Он остановил меня резким взмахом руки.
  - Помолчи, Шес!
  Я напряженно уставился на сына Демиурга, ожидая любого подвоха. Не люблю я, когда он так прислушивается к магическим потокам. Обязательно случится какая-нибудь гадость. Либо одна из Великих Матерей припожалует, либо кто-нибудь из обслуги вновь предложит ему 'согреть простыни'. Не для того я первую неделю боролся с Жени, пытавшейся вытолкать меня с кровати!
  - Хватай Женьку и беги! Спрячь ее где-нибудь! Чтобы ни единый волос не упал с ее головы, ты меня понял?!
  Толкнув меня на девчонку, Дарелин бросился в комнату, откуда почти сразу раздался звон оружия и сдавленные проклятия. Светлые! Подхватив закутанное в одеяло тело Жени, я рванул к потайному входу, торопясь скрыться. Сын Демиурга сможет за себя постоять, а вот она - нет.
  - Стой на месте, отродье Тьмы!
  Слегка повернув голову, я увидел около распахнутой двери в коридор эльфа с взведенным арбалетом. Трехзарядным. Демиург и все его помощники, ну почему?! Что теперь делать? Сунуть Жени в тайный ход, приняв спиной все три стрелы? Ненадежно. Вдруг она не сумеет убежать? Как же не вовремя...
  - Не нервничай, светлый. Я стою. Не вздумай стрелять - попадешь в ребенка.
  Ну да, по сути, она ребенок. Наши дети взрослеют в семьдесят пять лет. Хотя по человеческим меркам, она вполне уже может быть матерью.
  - Это наследник?
  Я промолчал, глядя в испуганно распахнутые глаза Жени.
  - Я тебя спрашиваю, отродье Тьмы! Ты держишь на руках наследника?
  Девушка завозилась, пытаясь выбраться из моих объятий, но я лишь сильнее сжал руки.
  - Вообще-то, я наследница, - подала она голос. - Просто уточнила. Так, на всякий случай, а то вдруг у тебя с глазами плохо, хам ушастый.
  - Жени...
  Я попытался скрыть упрек. Кто я такой, чтобы оценивать, а тем более, осуждать действия женщины? К тому же моей хозяйки.
  - Отойди от наследницы, мерзкий темный.
  Этот светлый начинает меня раздражать! Я покрепче стиснул девушку, лихорадочно ища выход из сложившейся ситуации.
  - Шес, поставь меня на пол и отойди. Я не хочу, чтобы ты пострадал, - тихо сказала Жени.
  Какие у нее серьезные глаза... И сколько в них безысходности и боли...
  - Нет, моя госпожа. Мой долг - защищать тебя.
  И я от него не отступлю.
  - А если я прикажу? - спросила она.
  - Я не подчинюсь. Потом накажешь меня за непослушание.
  Вытерплю любые пытки. Не привыкать уже. Наши женщины всегда славились жестокостью и пристрастием к профессии палача. А на ком, как не на уроде, позоре семьи, можно с удовольствием опробовать новые пытки?
  - Если ты сейчас же меня не послушаешься, то я запрещу тебе со мной ночевать! Будешь спать в комнате Сереса. Он, кажется, к тебе неравнодушен.
  Нет, она не может так со мной поступить! Тем более что Серес широко известен своим безразличием к женскому полу и дикой страстью к мужскому!
  - Ну же, Шес, поставь меня и отойди. Обещаю, что ничего не случится. Дарелин почти закончил. Я не могу потерять тебя так глупо...
  Она ласково провела рукой по моему затылку, отчего мысли ушли в довольно опасную сторону. С трудом я уговорил себя разжать руки и осторожно опустить свою хрупкую ношу на пол.
  - Не зли меня, темный. Отойди от нее. Или хочешь сдохнуть вместе с ней, как верный пес? Не думал, что темные способны на верность, - процедил сквозь зубы светлый эльф
  - Отойди, Шес. А ты, светлый, похоже, совсем не думаешь. Что ты вообще знаешь о темных? Только то, что тебе рассказывали твои наставники-расисты, никогда не удосуживавшиеся даже попытаться построить конструктивный диалог с теми, кто от них немного отличается.
  Она оттолкнула меня, полностью открываясь для выстрела. Но сколько же злости и презрения было в том взгляде, который она бросила на эльфа. Не хотел бы я получить такой же.
  Эльф же ошарашенно слегка опустил оружие, к сожалению, недостаточно для того, чтобы я мог безбоязненно на него рвануть. Я его прекрасно понял в этот момент. Увидеть вместо долгожданного врага худющую девчонку с выпирающими ключицами, растрепанными волосами и огромными синяками по всему телу, оставшимися после тренировок. Хочешь не хочешь, а пожалеешь такую замухрышку. Если, конечно, не знаешь, какой она иногда может быть! Прекрасной, как богиня!
  - Женька, ты в порядке?.. Что за... Шес, я же просил!
  
  Дарелин
  
  Я не ожидал, что светлые столь быстро скооперируются. Да еще и сумеют проникнуть в мой замок! Охрану перевешаю! Всех до единого! Это ж надо - проморгать сразу столько светлых!
  А команда попалась хорошая. Сильная. Три мечника, два мага (хотя один из них наверняка больше целитель, нежели боевик). Лучника и следопыта не хватает только... Проклятье, у светлых не бывает команд без лучников-эльфов! Значит, этот гад ушастый где-то поблизости и ищет наследницу. Женьку!
  - Стой на месте, отродье Тьмы!
  А вот и потерявшийся лучник. В комнате мелкой. И она там же.
  Отвлекшись, я пропустил удар одного из мечников и ощутил, как по руке стекает горячая кровь. Непорядок. Не стоит отвлекаться. Шес боготворит девчонку, а значит, в обиду не даст. Если, конечно, самой малявке ничего в голову не взбредет.
  Я сосредоточился на сражении, по одному выводя светлых из строя. Нет, я их не убивал, хотя инстинкты этого требовали. Кого-то оглушил, кого-то удачно парализовал заклинанием. Я хотел их взять живыми, чтобы узнать имя нанимателя и получить достоверную информацию о новом способе проникновения в мой замок.
  Да и, если честно, убивать совсем не хотелось. По крайней мере, быстро.
  
  - Женька, ты в порядке?.. Что за... Шес, я же просил!
  Стоило ворваться в комнату мелкой, чтобы увидеть ее, испуганно кутающуюся в одеяло, стоящей перед эльфом с арбалетом! Я же велел дроу увести малявку в безопасное место! Почему он этого не сделал? Почем не закрывает собой? Что здесь вообще происходит?
  Ни на секунду нельзя отлучиться!
  - Светлый, не делай глупостей... - прошипел я, повернувшись к эльфу и отметив про себя, что руки у него трясутся вовсе не от страха, а от осознания возможности прикончить сразу два исчадия тьмы: меня и наследницу. Ага, как же. Как там однажды мелкая выразилась? Его посетили две птицы - наивняк и обломинго.
  - Ты... ты... ты совратил ребенка! - выдал наконец ушастый.
  Что? Совратил? Извините, но это не я каждую ночь прячусь в ее постели под одеялом, спасаясь от разных личностей с нестандартной ориентацией. А я стараюсь даже не прикасаться к ней лишний раз, в отличие от того же Шеса, Тьма его побери. И вообще, во всем виноват Демиург. Это он мне подсунул сумасшедшую девицу, у которой сейчас мерзнут ноги и болит живот.
  - Шес, возьми хотя бы девчонку на руки! Она стоит на каменном полу и может простудиться!
  А мне болеть не хочется. Пускать сопли на пару с этой малявкой...
  - А ты, светлый, учти, в соседней комнате пятеро твоих пока еще живых товарищей. И их судьба сейчас твоих руках. Может, если у меня будет хорошее настроение, я их даже пытать не буду особо. И вполне вероятно, отпущу дамочек.
  Да-да, в этой команде целых две стервы: мечница и ведьма. Причем последняя - просто безобразница! Она мне брови подпалила и челку! Мелочь, конечно, но неприятно!
  Эльф ненадолго задумался, но все же отбросил арбалет и покорно дал наложить на себя заклинание магических оков. Умничка. Все верно просчитал.
  - Нет, не грозит тебе хорошее настроение, Дарелин. У меня живот сейчас разболится... - задумчиво буркнула эта ходячая катастрофа.
  Демиурги, на кой ляд вы создали женщинам эту проблему?! Я понимаю, что все они, мягко говоря, не подарки, но все же надо быть милостивыми...
  
  Глава 5. Пленники
  
  - Ненавижу эльфов! Они выглядят лучше меня, даже когда сидят в тюрьме после пьяного дебоша!
  Одна честолюбивая девушка
  
   Женька
  
  Определенно, этот день стоит занести в анналы истории и отметить красным цветом в календаре. Я с ними поссорилась! В смысле, с Дарелином и Шесом. Ну, с первым мы и так по десять раз на дню цапались, а вот с тихим и спокойным дроу... Тут нужен либо талант, либо ПМС. Либо и то, и другое.
  А с чего это я себя виню? Не я одна виновата! Что он пристал ко мне со своей заботой? Да я что, на инвалидку похожа - кормить меня с ложечки и на руках в ванную таскать! Не спорю, это приятно. Первые раз пять. Но не двадцать же! Тоже мне, монахиня из богадельни... Воин, блин. В переднике и с подносом в руках. Еще бы чепчик нацепил и розовые пушистые тапочки раздобыл. Образцовая мать, блин.
  Поссорились мы крупно. Я орала как ненормальная, дроу шипел и плевался, как рассерженная гадюка. За этим милым занятием провели минут двадцать. Потом я психанула, разревелась, громко хлопнула дверью и убежала прятаться. Да знаю я, что в моем возрасте так себя не ведут, но ничего не поделаешь. От их заботы я уже готова поселиться в домике с мягкими стенами и добрыми врачами. Ну не привыкла я к такому. Всю жизнь ко мне относились, как к обузе, досадной помехе, а тут резкие перемены. Чувствую себя растерянной. Да еще постоянный страх, что вся эта сказка вдруг закончится, тоже не дает расслабиться.
  Судя по тому, что я уже полчаса ползаю по подземельям, мой телохранитель либо еще не начал поиски, либо просто пока не додумался обратиться к Дарелину. Уж эта-то заноза двухцветная всегда знает, где я! Как копчиком чувствует! Здорово я погорячилась, согласившись на предложение Кеса. Вот лучше бы от проклятья умерла, чем этих двоих лицезреть всю жизнь. В теории - вечность! Эх, зачем я только родилась... Почему меня не убили в младенчестве?
  - Надо же, наследница гуляет без охраны. И не боится же темная леди, что ее здесь крысы загрызут...
  Какой противный слащавый голос! Где-то я его уже слышала.
  Обернувшись, увидела просторную тюремную камеру, за решеткой которой пребывала небольшая компашка.
  - Ах, да, я и забыла, что пойманную команду светлых не развесили на воротах, а упекли в подземелье. А ты тот самый трусливый эльф, который имел прекрасный шанс убить и меня, и Дарелина, но...
  Договорить мне не дали. Взбешенный ушастик бросился на решетку, но был отброшен. Хорошая здесь все-таки тюрьма. Пока Дарелин лично не прикажет решетке исчезнуть, фиг они оттуда выберутся. Он об этом уже рассказывал, когда расписывал предстоящие наказания за мои провинности. Я тогда здорово впечатлилась, особенно после фразы: 'Я часто забываю проверить камеры на наличие живых'.
  - Прошу прощения, юная леди, за нашего импульсивного друга.
  Заговоривший был немолод. Лет пятьдесят, наверное, хотя в хорошей форме. Про таких говорят 'настоящий мужчина'. Пусть не красавец - все лицо в шрамах, но зато какой теплотой и надежностью от него веет! Я бы хотела иметь такого отца.
  - И вы меня простите. Просто ваш неуравновешенный друг заставил меня прошлой ночью пережить не самые лучшие моменты. А сегодня я еще и с этими двумя гадами поссорилась. Да и вообще.... Злая я в последние дни, нервная...
  Раздался понимающий женский смех. Мужчины тоже старательно прятали ухмылки. Лишь эльф сверлил меня злобным взглядом. То же мне, перворожденный, так, насмешка над всеми книгами. Ну смазливенький, так ведь ничего выдающегося, кроме ушей да густых каштановых волос. Блондинка он. Сразу видно. И я говорю не про цвет шевелюры, а про стиль жизни! По роже вижу - мужской вариант Пэрис Хилтон.
  - Прошу прощения за назойливость, но разве наследнице не опасно разгуливать по подземельям одной? Без охраны, я имею в виду.
  Вот зачем надо до меня докапываться? И так настроение не сахар, а еще эти светлые.
  - Ну и что, что без охраны? Кроме вас, на территории замка нет ни одного светлого. Темные меня не тронут, а вы ни за что отсюда не выберетесь. По крайней мере, самостоятельно.
  Каждый из членов команды посчитал своей прямой обязанностью наградить меня долгим тяжелым взглядом. А что сразу я? Не моя была идея запереть светлых. Я просила применить к ним смертную казнь.
  - А ты можешь нас отсюда вытащить?
  Теоретически - да. Но ведь они меня первую и грохнут, если выберутся. А я себе не враг.
  - А зачем?
  Как простые вопросы могут иногда поставить в тупик. Приятно смотреть на эльфа, чешущего тыковку. Кретин. И почему он мне так сразу не понравился? Наверное, я не люблю, когда меня пытаются убить.
  - А мы возьмем тебя с собой, покажем светлые земли...
  Они, перебивая друг друга, принялись рассказывать, сколько чудес поджидает меня в их краях. Ага, а я вся прям такая наивная, как младенец, верю. Станут они заботиться о девчонке, да еще и связавшейся с темными! К тому же наследнице Дарелина! Если не прикопают в ближайшем овраге, то уж точно запрут где-нибудь.
  - Тогда уж Дарелина тоже с собой возьмем. Я ведь не могу отойти от него дальше, чем на два километра. Для меня это верная смерть.
  Светлые заткнулись. Я бы тоже не знала, как поступить, если бы требовалось воздействовать на объект, настолько привязанный к тому, кто олицетворяет зло. Нет, не так. Великое вселенское зло - правильнее. Бедненькие. Мне их даже жалко.
  - И тебя устраивает такое положение вещей? Ты знаешь, что в любой момент можешь умереть по прихоти этого исчадия Тьмы, и даже не протестуешь?
  Надо же, эльф искренне возмущен моим 'плачевным' положением. А голосок у него ничего, довольно мелодичный. Хотя все равно - вылитый Пэрис! Ну в крайнем случае Ксюша Собчак, но хорошо накрашенная. И после пластической операции.
  - Дарелин и Шес - моя семья. Я их люблю. И я буду защищать их по мере своих сил и возможностей. А смерть... она уже давно рядом со мной. На мне материнское проклятие, а связь с Дарелином дает возможность тянуть из него силы, чтобы противостоять напастям и вообще выжить. Только благодаря Дарелину я еще жива.
  Немного пафосно, но в принципе верно. И судя по лицам, светлые выпали из реальности, задумавшись над моими словами. Бедняжки, все устои мира рушатся у них на глазах. Олицетворение зла помогает человеческой девчонке бороться с проклятием.
  На плечо легла рука, и я с трудом подавила крик ужаса, заменив его ударом с разворота, который был умело заблокирован. В следующую секунду я оказалась прижата к чьей-то могучей груди и облапана со всех сторон. По запаху я опознала Шеса. Он единственный из моих новых знакомых пах настолько странно. Смесь муската, пряностей и свежести - его запах успокаивал меня и будоражил. Будь моя воля, я бы его обнюхивала постоянно. Но ведь поймет неправильно. Да и со стороны зрелище - девчонка ходит вокруг мужчины и как собака громко принюхивается. Извращенкой сочтут в лучшем случае.
  - Вместо того чтобы обнимать эту негодницу, лучше бы отшлепал ее!
  Так, и Дарелин тут. Все с ними ясно. Двухцветный засек меня около камеры со светлыми смертниками и занервничал. Вопрос: в какой момент он подцепил дроу и кто был инициатором стремительного визита на место предполагаемого преступления? Интересно, за сколько они преодолели все эти кошмарные коридоры в стиле 'пещеры монстра: покойся с миром, турист'.
  - Я не могу причинить вред моей госпоже. И пусть служение ей дало мне право причинять вред женщинам, я к этому не совсем готов.
  Ах, вот в чем дело! Я, видите ли, женщина. Поэтому меня трогать нельзя. А то, что я друг, уже не в счет! Всё, кто-то с этой ночи начинает спать на полу! И есть только то, что готовят местные повара!
  Я сердито засопела. Дарелин тоже хорош. Сволочи они. И негодяи. Однозначно.
  - Мелкая, ты хоть слово скажешь? Нет? Ты обиделась, что ли? Ну и дура.
  Я еще сильнее насупилась. Нахалы! Так беспардонно ворвались в мою жизнь и теперь считают, что могут делать с ней все, что пожелают, не интересуясь при этом моим мнением и не спрашивая разрешения. А я не согласна! Я хочу иметь хотя бы видимость свободы!
  - Мелкая... Ну Женька, кончай дуться, а то живот опять разболится. Знаешь, я тут развлечься решил. Не хочешь присоединиться, а?
  Я заинтересованно замерла, прекратив вырываться из стальных объятий дроу. Ну-ка. Что он способен предложить?
  - Жень, как насчет бала? Нет? Ну и слава всему сущему. Я бы не выдержал общения с соплеменницами Шеса. Тогда, может, охота? Ах, да, ты же против бессмысленного убийства животных. А может, на светлых поохотимся? Нет? Ну, тебе не угодишь. Тогда как насчет прогулки? Согласна? Верховая? Ладно, завтра отправимся. Я тебе все самые красивые места покажу. Всё, больше на меня не обижаешься?
  Ну как на него обижаться? Лапочка двухцветная. Пусть язвителен, несдержан, иногда слишком жесток, но все равно очарователен. Я одарила его самой теплой и искренней улыбкой:
  - Шантажист ты и вымогатель. Это был наглый подкуп. Как я могу тебе отказать? Кстати, я тут кое-что растрепала светлым. О тебе ни слова. Только о себе.
  - Не страшно. Вряд ли они отсюда выйдут. К тому же наследников, как правило, убивали из-за того, что те были не в меру жестоки и сильны. А ты слабая наивная девчонка, и они это уже поняли. Думаю, не ошибусь, если скажу, что из всей команды для тебя опасен только эльф. Как я понял, у вас личные счеты.
  Мы все обернулись к томящимся в камере светлым. Боже, какие ошарашенные лица. Шок, что я еще могу сказать. Нет, я понимаю, что заискивающий и вежливый тон Дарелина для них в новинку, но чтобы такая реакция!
  - Простите, не знаю ваших имен, вам плохо? Позвать лекаря?
  Я подошла поближе к решетке, но тут же услышала шипение Шеса. Тяжелая рука осторожно обхватила меня за талию. Знаем мы эти приготовления. Стоит кому-то из светлых угрожающе дернуться, и я кубарем полечу за спину Шесу. При этом получу столько же синяков и царапин, сколько бы получила при нападении!
  - Женька, ты что несешь? - Дарелин был искренне возмущен. - Они пленники, а не гости! Какие еще лекари?
  Нет на этого типа Женевских конвенций! Живет по принципу 'хороший враг - мертвый враг'.
  - Помолчи, гестаповец. Видишь, людям плохо...
  - Да где ты там людей увидела?
  Я растерянно оглядела команду. Ну, с эльфом все понятно, а что с остальными?
  - А кто это, если не люди?
  - Мечник в углу - полукровка, смесь человека и тролля. Лучник - эльф, ты это и сама поняла. Второй мечник - русал.
  Я поперхнулась. Тоже мне, русалка. А где хвост, жабры? А с виду человек...
  - Вон та жгучая брюнетка-мечница - оборотень. Зеленоволосая магичка - дриада, а этот тип в балахоне, со шрамами на лице, да-да, тот, с которым ты так мило общалась, - дракон. Он - самый опасный. Если бы не артефакт, я бы с ним не справился.
  Офигеть компашка...
  И среди всех таких особенных одна такая простая я. Вот вляпалась! Мама, и зачем ты меня родила?
  
  Шес
  
  Я держал Жени так, чтобы иметь возможность в любой момент забросить ее себе за спину, обезопасив от нападок светлых. Но пленники были полностью деморализованы поведением Дарелина и наследницы. Капризная девушка под предлогом обиды заставляет сына Демиурга практически ныть, выпрашивая прощение, - зрелище, мягко говоря, необычное. Готов спорить, они подобного не ожидали. А я уже привык к этой странной паре.
  - Да, ты прав, темный повелитель, мы не люди. Но твоя наследница - человек. Слабый и беззащитный, без капли собственной силы. Как так получилось? - подался вперед дракон со шрамами.
  Смелый. И умный. И Жени ему нравится, я чувствую. Если бы не хмурый полукровка и эльф, то можно было бы уже не опасаться этой команды. Девушке они не причинят вреда.
  - А не твое дело, - нахмурился Дарелин. - Главное, что если кто-то из вас ее хоть поцарапает, я на светлых землях в живых не оставлю даже микробов.
  Холодом, повеявшим от этих слов, можно было бы остудить пыл даже самых рьяных фанатиков. Но не нашей девушки. Помнится, она обозвала его брехливым псом, который лает, но не кусает. Он тогда здорово взбесился, но ведь он действительно и пальцем не может тронуть девушку. А вот за неприкосновенность остальных я бы не поручился. Бог дроу всегда славился тем, что сдерживал обещания, даже брошенные вскользь.
  - Дарелин, Дарик, солнце ты мое неугасающее, ты мне говорил недавно, что драконы придерживаются нейтралитета.
  Прости, мой господин, ты был хорошим товарищем. Я постараюсь почаще навещать твою могилку. А сейчас стоит прикинуться статуей, чтобы тоже под раздачу не попасть. Ведь когда она говорит таким тоном, даже женщины-дроу бегут, неприлично задрав юбки и побивая все установленные рекорды на коротких и средних дистанциях.
  - Но я действительно так думал! - попытался оправдаться обреченный.
  - Ага, индюк тоже думал, да в суп попал, - с мрачным удовольствием выдала Жени.
  Хорошая фраза, надо бы запомнить! Только сначала выяснить, кто такой этот индюк, а то и меня этим словом уже называла. Хотя Дарелин вроде уже выяснил данный вопрос.
   - Ты меня сейчас так ненавязчиво сравнила с индюком? - тут же завелся господин.
  Мне Жени говорила, что мужчины слышат только то, что хотят слышать, но я наивно предполагал, что в ней просто говорит дух феменизма. А ведь зерно истины в ее рассуждениях есть.
  - Ну, зато не с петухом. Хотя...
  Прав Дарелин. В такие дни она невыносима. Скорей бы уже вернулась привычная скромная тихая Жени. А то жертвы будут непременно.
  - Малявка, я ведь не сдержусь и отшлепаю тебя так, что месяц сидеть не сможешь! Какая же ты стерва стала, когда же это закончится!
  - Не отшлепаешь. Так, пару подзатыльников отвесишь и сбежишь от меня к своим тихим и покорным дроу, жаловаться на то, что несправедливая судьба в лице Кеса подкинула тебе такой геморрой, как я.
  Откуда столько тоски в ее голосе?.. Нарождающаяся истерика исчезла под ее напором. Не выдержав, я прижал хрупкую девушку к себе, пытаясь успокоить. Утешить, дать понять, что скоро все будет хорошо.
  - Дура ты, мелкая, - виновато пробурчал Дарелин. - Демиург сделал мне замечательный подарок, подкинув тебя. А насчет драконов я правда не понимаю, что происходит. Мы же договаривались о нейтралитете: я не трогаю их, они меня. Странно все это. - Он просверлил недоверчивым взглядом светлых и поскреб в затылке. - Ладно, у меня есть информация о паре пещер драконовских хранителей потомства. Раз уж они начали активные действия, то, думаю, их можно уничтожить.
  Пещеры хранителей потомства? Насколько я помню, это те места, где драконы прячут свои отложенные яйца. Из них за два тысячелетия так никто и не вылупился, но они все еще ищут способ заставить кладки созревать. Но откуда Дарелин может знать о местоположении пещер? Это же самая великая тайна драконов!
  - Не делай этого, темный. Не мсти моему народу за совершенную мною глупость. Они не нарушали договоренность. Я - изгнанник, - поспешно, но с достоинством возвестил светлый.
  - Да, Дарелин, не мсти еще не родившимся детям, не будь беспринципной скотиной. Не уподобляйся светлым, - вставила свое мнение Жени.
  Теперь я понял, что означает фраза 'абсолютная тишина'. Таких ошарашенных лиц я еще в жизни не видел. Неизвестно, кто удивился больше: Дарелин или 'обласканные' светлые.
  - Мелкая, а не много ли ты на себя берешь? Может, ты еще прикажешь мне отпустить их на все четыре стороны? - обманчиво спокойным тоном спросил Темный Лорд.
  В его голосе послышались опасные металлические нотки. Девушка, уловив это, теснее прижалась ко мне и обхватила за талию, отчего мои мысли повернули совсем не в ту сторону.
  - Приказывать я тебе не могу, - тихо сказала Жени. - К тому же я им не доверяю. Кто знает, что им в голову взбредет, когда они окажутся на свободе? Меня же слишком легко убить. Я просто прошу не пытать их и не приканчивать. По крайней мере, до тех пор, пока они сами тебя не спровоцируют. Пусть это будет твоим подарком на мой день рождения.
  Он бросил презрительный ледяной взгляд на пленных, сжал зубы, но все же кивнул:
  - Ладно, я подумаю. Шес, не отходи от нее ни на шаг. И не забудьте помириться.
  Сын Демиурга резко развернулся и, что-то бормоча себе под нос, быстро удалился. Я же попытался удержать в объятиях Жени. Не тут-то было. Она действительно хорошо научилась ускользать. Нам с Дарелином есть чем гордиться.
  - Не приближайся ко мне, дроу. Я на тебя обиделась. И теперь ты будешь спать за пределами моей комнаты.
  Что за капризы? Вздорная девчонка!
  Стоп, это разве мои мысли? Меня же не так воспитывали! Я не имею права так рассуждать...
  - Твоя воля для меня закон, госпожа. Но все же я надеюсь, что ты изменишь свое решение, так как спать в коридоре под дверью будет весьма неудобно.
  Там такие сквозняки! И эти озабоченные постоянно ходят поблизости.
  Девушка насупилась и отвернулась. Я тяжело вздохнул. Ну почему у меня нет абсолютно никакого опыта общения со своенравными девушками? Почему бы ей просто не сказать, чего она хочет, и закрыть уже эту тему? Нет ведь, я должен мучиться, придумывать выход из этой идиотской ситуации.
  Запустив руку в карман, я нащупал вещицу, приготовленную специально для Жени. А ведь это может сработать!
  - У меня для тебя подарок. Хочешь посмотреть?
  Она заинтересованно обернулась, сверкая ореховыми глазами:
  - Подарок? Для меня?
  Я протянул ей серебряный браслет, зачарованный лично мною.
  - Какая прелесть! Но... тут наверняка есть какой-то подвох.
  - Ну, вообще-то это не только украшение, но и маячок-сигнал, по которому я тебя всегда смогу найти.
  Кажется, она недовольна... А что я опять не так сделал? Ох, женщины!
  
  Дарелин
  
  Облокотившись о подоконник, я наблюдал за тренировкой. Шес стал для девчонки замечательным учителем. Когда меня не было рядом, то он не загонял ее до потери сознания, давая поблажки. И, кстати, очень толково все объяснял, терпеливо дожидаясь, пока ученица усвоит материал, на что я оказался не способен.
  И только слепой не заметил бы, какими влюбленными глазами он смотрит на мою наследницу. Оторваться не может. Час назад почти истерику устроил, что девчонка пропала. Был готов поубивать всех своих сородичей и совершить ритуальное самоубийство. Одно 'но': перед этим ему необходимо было убедиться, что с мелкой все в порядке.
  Нашел я ее, к своему удивлению, в темнице, около камеры, где сидели светлые. Этот факт и заставил меня понервничать. Хотя нет, не нервничал я. Это по-другому называется. Испугался до темноты в глазах, что потеряю существо, к которому так привязался. Ко мне давно уже никто так не относился. Так... по-человечески. Со смерти матери, наверное. Я даже успел забыть, насколько приятно быть просто человеком, а не сыном Демиурга. Хотя человек - громко сказано. Моя мать была эфиром-полукровкой, так что определить мою расу весьма сложно.
  - Господин, пленники доставлены.
  Со вздохом отвернувшись от окна, я окинул взглядом дракона и эльфа. Их руки были закованы в антимагические цепи, но в остальном с ними обращались достаточно почтительно. По просьбе Женьки. Мелкая зараза! Уже веревки из меня вить начинает! Еще немного, и я отрекусь от своих планов и уйду в монастырь, где буду прекрасно проводить время, замаливая грехи.
  - Присаживайтесь, не стойте над душой, - великодушно кивнул я пленникам, указывая на места для посетителей.
  - У тебя нет души, темное отродье, - тут же пафосно процедил сквозь зубы светлый ушастик.
  Я брезгливо поморщился и опустился в кресло. Ох уж, эти светлые эльфы. Никакой выдержки в первые три сотни лет жизни. А этому, кажется, и сотни нет. Совсем еще ребенок. И как они его отпустили? На что надеялись?
  - Помолчи, Энувиэль, - осадил его товарищ. - И не забывай: перед нами сын Демиурга. У него не может не быть души.
  Все-таки драконы мне нравятся. Мудрые, хладнокровные существа. И ведь они не творения Демиурга этого мира, нет. Они пришли сюда по своей воле из мира Старшего, где люди вытеснили все остальные расы. Вот только не учли, что в чужом мире у них не будет рождаться потомство. Не хватает божественной энергии для созревания яиц. Конечно, они пытаются решить этот вопрос, но пока безуспешно.
  - Благодарю, крылатый. Могу я узнать ваше имя, чтобы нам было удобнее общаться? - вежливо поинтересовался я.
  Дракон осторожно опустился в предложенное кресло и с легкой улыбкой вытянул ноги. Да уж, его самообладанию можно позавидовать.
  - Зовите меня Ингром. Право на свое родовое имя я утратил, - отстраненно ответил пленник.
  - Ингр... Хорошо. Меня можете звать по имени. Вы знаете, для чего я вас пригласил?
  Эльф задергался в своем кресле. Наивный малец, не подготовленный к дипломатическим играм. Хорошо хоть дракона послушался и заткнулся. А то я могу и не сдержаться. И тогда проблем не оберешься - ковер почистить, стены отмыть, призрака надоедливого изгнать, ну и так далее.
  - Мне кажется, причина в вашей наследнице. Насколько я успел понять, вы сильно привязаны к этому очаровательному созданию. - Дракон мягко улыбнулся, эльф же удивленно распахнул глаза.
  Интересно, что его поразило? То, что дракон считает девчонку очаровательной, или то, что я к ней привязан?
  - Вы даже не представляете, до какой степени, - напустил я на себя таинственности. Поднявшись из кресла, подошел к распахнутому окну и немного понаблюдал за тренировкой. - Женька, тебе лучше пойти отдохнуть, Шес, не забудь смазать ей ссадины и синяки. И дай ей обезболивающего!
  Мелкая умудрилась так сильно удариться коленкой, что мне с трудом удавалось удерживать на лице маску невозмутимости. Почему свою боль я могу притушить, чтобы не отвлекаться, а ее нет? Ведь приходится испытывать весь спектр ощущений! Мало того что неприятно, так еще и сосредоточиться не дает.
  - Вы так заботитесь о человеке, что я начинаю сомневаться во всем, что рассказывают о вас легенды, - задумчиво бросил дракон, пытаясь вывести на откровенный разговор.
  Должен бы и знать, что легенды придумываются для устрашения. Хотя некоторую почву они под собой имеют.
  - Она особенная. И вы правы, я пригласил вас сюда из-за нее. Общения лишь со мной и Шесом для девушки мало. Ей необходимо расширить круг знакомств.
  Дракон усмехнулся и скрестил на груди руки:
  - Вы предлагаете мне променять тюрьму и перспективу казни на роль пожизненной няньки вашей наследницы?
  Ироничный тон собеседника заставил меня скривиться.
  - Нянька у нее уже есть. Первоклассная. Шес хорошо заботится о своей госпоже. Ей нужен достаточно мудрый наставник, который сможет заменить ей родителей. К сожалению, я гожусь только на роль брата, хоть и старшего. А как я успел заметить, девушка вам понравилась. Не дергайся, эльф, я не про тебя. Ты здесь по совсем другой причине. Это мы позже обсудим.
  Эльф с ненавистью посмотрел на меня, но промолчал. И правильно сделал - нет у меня желания тратить время на ушастых.
  - Если я соглашусь, каково будет мое положение и что будет с остальными?
  Я усмехнулся. Победа почти у меня в кармане. Даже не думал, что это будет так легко.
  - Кто пожелает принести клятву непричинения вреда, тот отправится восвояси, кто пожелает принести присягу, останется здесь. За эльфа назначен выкуп. Если вы принимаете условия соглашения, то становитесь просто наемным работником по жесткому контракту. Уважение и достойную плату я вам гарантирую.
  Что я еще могу сделать, чтобы подтолкнуть его к нужному решению? Пообещать торговые льготы его народу? Пообещать помощь в исследовании их проблемы деторождения?
  - Мне нужно подумать.
  Думай, дракон, думай. Но не забывай: у меня на тебя планы.
  Вот ведь досада, мелкая снова с лестницы скатилась! Что-то надо делать с этими ступеньками, а то я рискую умереть в самом расцвете сил, до того как воплощу свои грандиозные замыслы.
  
  Ингр
  
  Наследница... Кто бы мог подумать, что ею окажется человеческая девушка. Да еще с таким оригинальным рисунком ауры. Она ведь с Земли, с моей родины... Да, мы ушли оттуда очень давно, когда люди стали слишком агрессивны. Я смутно помню свою родину - слишком молод был, но все мои воспоминания наполнены теплом. Всю жизнь те из нас, кто помнил мир Старшего, искали его подобие, но повезло только мне. Я встретил девушку, рядом с которой холод чужого мира отступил, позволив сердцу забиться в ускоренном темпе, а душе - расправить крылья.
  Дарелин предложил мне место рядом с ней, а я сказал, что подумаю, хотя больше всего на свете хотелось закричать, что да, я согласен. Но показывать, насколько я в этом нуждаюсь, весьма глупо. Нельзя дать ему власть надо мной.
  Старший, как же я рад, что ты послал мне после долгих скитаний такой подарок!
  Конечно же, я приму предложение Дарелина.
  И я не позволю, чтобы его наследнице кто-то причинил вред. Девочка моему племени нужна живой, здоровой и лояльной.
  
  Глава 6. Одна против трех
  
  Один на всех и все на одного.
  Древний девиз настоящих любителей драки
  
  Женька
  
  За свою недолгую, но весьма насыщенную событиями жизнь я поняла, что по-настоящему ненавижу всего несколько вещей. Например, когда меня считают дурочкой малолетней. Блондинкой из анекдотов. И ненавижу чувство вины, особенно если мне его старательно навязывают.
  - Мелкая, вот скажи мне, как ты могла так со мной поступить? Вот за что ты так со мной? Я тебя обидел? Я в чем-то провинился?
  Приняв на всякий случай виноватый вид, я попыталась понять, в чем дело. Не получилось. Поерзав на своем довольно жестком стуле, я обвела грустным взглядом своих судей. Дарелин, Шес и Ингр сидели напротив меня с видом завзятых юристов. Стало как-то не по себе. Ну ладно Дарик - у него вообще с психикой непорядок и к резким сменам его настроения я привыкла. Ну, дракон, считающий себя гарантом попранной справедливости. Да и не знала я, что просьба покатать - самое серьезное оскорбление для него. Но Шес! Предатель! Я ведь даже отменила мораторий на сон в одной кровати! Нет, точно сменю телохранителя!
  - А что я сделала-то?
  Следует прояснять ситуацию. А то еще признаюсь случайно в том, о чем они пока не знают. А оно мне надо?
  - Ты еще спрашиваешь! Кто эльфу в еду подсыпал слабительного?!
  А, так они про это. А я-то уже испугалась. Мелочь какая! По сравнению с выдранными случайно страницами из личного дневника Дарелина. Или со сломанным, тоже чисто случайно, парадным клинком Шеса. И конечно же, это просто ничтожная причина для головомойки по сравнению с тем, что ждет меня за сожженные научные изыскания дракона. Честно, случайно! Я просто хотела почитать, но свечку уронила.
  - Он сам виноват. Я хорошо готовлю! А он обозвал мои блюда помоями, которыми даже свиньи отравятся!
  Дерелин задумчиво закусил губу. Если поддержит этого блондинку, в жизни ему больше готовить не буду. Пусть лопает фосфоресцирующие грибы, которые ему дроу подсовывают как деликатес.
  - Ну, может... - неуверенно начал он.
  Не будите во мне зверя! Хомяк во мне кровожаден!
  - Не может. И раз ты с ним согласен, что я плохо готовлю, то тебя я больше не кормлю. И вообще, всю вашу троицу. Будете лопать водоросли и мясо без соли, которые готовит твой повар из дроу.
  Повисло гробовое молчание. Ингр и Шес наградили Дарелина такими 'ласковыми' взглядами, что он нервно сглотнул и поспешно от них отодвинулся.
  - Не слушай его, солнышко. У него мозги после последних переговоров с эльфами замкнуло, и он не знает, что несет. Ты готовишь восхитительно. И ты обещала мне блинчики с вареньем... - Дракон мечтательно облизнулся.
  Шес его поддержал урчанием желудка и голодным взглядом. Вот ведь, спелись. Особенно в плане еды. С этими двумя уже на кухне нельзя находиться: только отвернешься, а они уже половину наготовленного сожрали и смотрят невинными глазами. Хоть бы моськи вытирали, а то ведь следы преступления налицо. Точнее, на лице!
  И это взрослые нелюди! Ведут себя, как мальчишки!
  - Никаких блинчиков, я не в настроении.
  В глазах дракона застыла вечная печаль и незаслуженная обида маленького ребенка. Я - сволочь. Нет, не так. Я - самая величайшая сволочь всех миров.
  - А жаркое?
  Ну и что, что я такая? Они еще хуже.
  - Ни за что, - сказала, как отрезала.
  Шес огорченно вздохнул и посмотрел на меня, словно щенок, которого хозяин выбросил на улицу. Нечестно! Они знают все мои слабые места! Как же хочется подойти к этому дроу, усесться к нему на коленки, погладить по голове и сказать, чтоб не куксился.
  Вместо этого я стиснула зубы и посмотрела в окно, откуда открывался замечательный вид на крепостную стену, где несколько стражников-дроу, судя по сальным улыбкам, предлагали ненавистному эльфу ночь любви и небо в алмазах. Злорадно ухмыльнувшись, я пожелала им удачи. Уж я-то знаю, что если замысел дроу удастся, эльф исчезнет дня на три, а потом будет тихий, молчаливый и задумчивый.
  - Женя, а хочешь, мы тебе все трое сделаем шикарный подарок?
  Ищите другую дуру! Мне моя жизнь еще дорога. Все их подарки подрывают не только мое физическое здоровье, но и психическое. Это же надо было додуматься, подарить мне в качестве домашнего питомца змею! Я в обморок упала, когда мне ее в руки сунули.
  - Если я скажу, что очень этого не хочу, вы оставите меня в покое?
  Надеюсь, они уловили страстную надежду в моем голосе?
  - Солнышко, мы не собираемся причинять тебе вред, - заверил меня дракон.
  Я напряглась. В прошлый раз их совместным подарком стала усложненная полоса препятствий для тренировок. Я ее прошла до конца вопреки здравому смыслу, но еще долго заикалась от страха. Таких ловушек, которые они понаставили, хватило бы, чтобы вывести из строя целый отряд спецназа.
  - Ага, об этом так и кричит ваш прошлый подарок.
  С трудом поборов наплыв ярости, я ожесточенно потерла абсолютно гладкую макушку, на которой даже щетина не появилась!
  - Жени, мы тогда просто слегка перебрали и напутали с настройками, - извиняющимся тоном покаялся дроу.
  Ага, а мне потом сказали, что такие красивые формы черепа скрывать нельзя. Убью их всех когда-нибудь!
  - Ну-ну, и теперь благодаря этому я хожу лысой.
  Волосы я простить им так и не смогла. Ну зачем было ставить огненную ловушку? Перебрали они! Напились, как свиньи. За что мне все это? Убила бы Кеса за то, что он не предупредил о том, что у Дарелина крышу сносит от первой же рюмки водки. И вообще, надо было с этим папаней заключить контракт, где были бы прописаны все условия.
  - А мы придумали, как тебе волосы нарастить.
  Я смерила подозрительным взглядом дроу. Нет, ну сама невинность передо мной.
  - Если вернешь мне шевелюру за сутки, накормлю до отвала.
  Его желудок радостно забурчал, вторя моим словам. Вот оно, слабое место телохранителя. С каким обожанием он смотрит на сырники в сметане! Аж зависть берет...
  Но если он опять что-то 'напутает', руки оторву и вставлю в то место, откуда растут ноги!
  - А я могу с тебя материнское проклятие снять.
  Так-так, дракон включился в игру 'А давайте задобрим нашу злобную стерву'.
  - Снять? - подозрительно уточнила я.
  Дракон порозовел от смущения, значит, что-то здесь нечисто.
  - Ну не совсем. Ослабить. Значительно.
  Тоже неплохо. По крайней мере, исчезнет ограничение в два километра. Можно будет попутешествовать.
  Бросив очередной взгляд в окно, я увидела, как один из дроу страстно поглаживает ягодицы светлого, уже смирившегося со своей участью. Бедненький, ночью будет баррикадироваться от своих ухажеров в комнате. Или попросит Дарелина вернуть его в тюрьму. Там тихо, спокойно и никаких нетрадиционно ориентированных темных в обозримой близости.
  - А я решил тебе подарить возможность решить судьбу светлых. Всех, кроме эльфа. Сделаешь с ними все, что пожелаешь. Убьешь, сгноишь в подвалах, ну, или отпустишь на все четыре стороны.
  Ого, какая жертва. С чего бы это вдруг? Готовят мне какую-то пакость?
  - Что-то тут не так. Что за пакость вы задумали, а?
  Шес и Ингр срочно заинтересовались происходящим на улице и рванули к подоконнику. Дарелину гордость не позволила прибегнуть к такому идиотскому способу избежать ответа за задуманную подставу.
  - Женька, понимаешь... такая ситуация сложилась.... Ты знаешь, что эльфа Энувиэлем зовут? Так вот... дело в нем...
  Как-то мне нехорошо стало. Терпеть не могу этого эльфа! Что за неприятности мне опять грозят? Убью все-таки противного блондина!
  - И что не так с этим эльфом?
  Не считая того, что он придурок и выкидыш природы. Это я и сама знаю. Как и то, что он по жизни козел, только рогов не хватает.
  - Он племянник владычицы, четвертый в очереди на трон светлых эльфов.
  - И? - Ох, чувствую я...
  - Владычица и родители этого оболтуса предлагают большие деньги за его освобождение. Но я тут подумал... династический брак обезопасил бы мои земли от нападок ушастых... - К концу своей короткой речи Дарелин как-то стушевался и посмотрел на меня почти испуганно.
  - Не знала, что у тебя есть родственницы подходящего возраста.
  Дарелин смерил меня уже паникующим взглядом. Шес и Ингр почему-то стали активно продвигаться к выходу. Что за фигня? В чем подвох? Ведут себя так, будто боятся меня. А я тут вообще при чем?
  - У меня, кроме демиургов, никого в родичах нет. Зато есть наследница, которая почти родственница...
  Что? Меня?! Замуж за этого тупоголового кретина, думающего только о маникюре, тряпках и создании правильного имиджа настоящего героя?! Да я.. да они... Капец!
  - Не нервничай! Я все продумал, поженим вас по-тихому и отправим его домой, типа жена живет здесь, при мне, а он у своих родителей. И мир, дружба...
  Жвачка, ага! Да щас! Прям бегу, роняя тапочки!
  - Убью!...
  
  Дарелин
  
  Я знал, что она бурно отреагирует на предложение взять в мужья это недоразумение, но чтобы настолько! Идиотка психованная!
  - А ну, вылезай оттуда! - грозно закричала Женька, пытаясь разнести дверь чем-то тяжелым.
  - Только после того, как ты успокоишься, истеричка!
  Да, я спрятался! Да, я заперся в кладовке, для верности навалив на дверь еще и всякого хлама. Это помимо защитных заклинаний. А кто бы на моем месте поступил иначе? Разъяренная женщина, которую и пальцем тронуть нельзя! Да она же убьет меня!
  - Это я-то истеричка? Трусливое ничтожество! - еще больше распалилась она и попыталась выбить дверь ногой.
  Почувствовав боль, я понадеялся, что она успокоится. Но зря.
  - Я не трусливый! Я осторожный, - уточнил я.
  Интересно, как долго я смогу сидеть в осаде? Жратвы нет, воды тоже. Хотя при желании смогу телепортировать с кухни. Главное, самому не высовываться, а то почует, найдет - и все, даже Кес не спасет. Останется от меня только грязное пятно на ковре. Или на стене. Смотря где догонит.
  - Осторожный? Ты... ты... сам женись на этом выкидыше природы!
  От злости она еще раз пнула дверь. К моему счастью, строители постарались на совесть.
  - Я мужчина! - возмутился я, но уже более вяло, так как слегка расслабился, поняв, что самостоятельно она до меня не доберется.
  - Да какой ты мужчина? Ты трус, готовый откупиться хрупкой девушкой от жалкой горстки ушастых попрыгунчиков! Мог бы перебить их, и дело с концом!
  И кто мне это говорит? Да она со своими убеждениями переплюнет всех светлых вместе взятых! Она же пацифистка! Дура. Я же точно знаю, что все девчонки мечтают о пышной свадьбе с богатым красавчиком. Энувиэль молод, богат, красив и холост. Что ей еще надо?
  - Мелкая! А ну, возьми себя в руки! Подумай, какой бред ты несешь! - попытался я достучаться до ее разума.
  А может, она просто влюбилась в кого-то другого? Поэтому и возмущается? Достойная рассмотрения идея.
  - А ну, вылазь оттуда, пустоголовый кретин!
  Совсем распоясалась девка. Пороть ее надо! Ага, вот только как? Стоит мне выйти, эта фурия глаза выцарапает.
  - Шес, Ингр, может, вы мне поможете?! - позвал я на помощь.
  Тьма, я же раньше никогда и никого не просил о помощи! Где прячется справедливость в этом мире, а? Я боюсь одной маленькой рассерженной девчонки настолько, что зову на помощь!
  - Подожди часик, она выдохнется, и мы тебя перепрячем...
  Подождать, ага. Их бы на мое место. Вот ведь, загнал себя в ловушку. И следовало бы догадаться, что Шес, этот подкаблучник, никогда не пойдет против своей госпожи. Даже в таком непринципиальном вопросе.
  - Женя, ну нельзя же так. Ты ведешь себя, как маленький капризный ребенок, - начал все-таки дракон спасательную миссию.
  О, дракон! Демиурги всех миров, как же я люблю эту расу. Забери это чудовище отсюда! Бедный ее будущий муж!
  - Маленьких капризных детей не выдают замуж! - взбеленилась она.
  Дракон тяжело вздохнул. Я тоже. Все-таки сидеть в темной кладовке, забитой всяким хламом, удовольствие ниже среднего.
  - Давай уточним: ты не хочешь замуж вообще или конкретно за этого эльфа?
  Наступило томительное молчание. Я как какой-то мальчишка приник ухом к двери, стараясь не упустить подробностей.
  - Не знаю... Но эльфа однозначно ненавижу. Высокомерный, надутый индюк. Почти такой же, как Шес и Дарелин в первые мгновения нашего знакомства.
  Мне послышалось? Как она меня назвала? Выпорю мерзавку!
  - Ну так, может, тебе нужно узнать его получше?
  Я - индюк? Точно выпорю. Вот выйду из этой кладовки, найду свой ремень и сделаю так, чтобы неделю сидеть не смогла!
  - Я не позволю выдавать меня замуж, как племенную кобылу. Я сама выберу себе мужа. Иначе кто-то сильно пожалеет о нашей связи.
  Раздался гулкий удар в дверь и тут же засаднили костяшки. А ведь и правда, она заставит меня пожалеть обо всем. Что ж, придется отказаться от такой заманчивой идеи, как династический брак. Ладно, пойдем более сложным путем. Не хватало мне только такой бочки пороха за спиной. Пусть делает что хочет. Только сначала советуется со мной. Ну ладно, хотя бы ставит в известность!
  - Женька, я тебе торжественно клянусь, больше подобное не повторится. Устраивай свою личную жизнь сама. Только в известность меня поставь и обязательно расскажи, если твой ухажер тебя обидит. Я ему все причиндалы откручу. А теперь я могу выйти без риска для своего здоровья?
  Я скрестил пальцы на удачу, с трудом воздерживаясь от молитв. С такой подопечной я скоро стану либо чокнутым, либо монахом!
  - Выходи, что уж теперь, - смилостивилась мелкая.
  Я поспешно разобрал баррикады и осторожно приоткрыл дверь. Вроде нападать никто не собирался, поэтому я рискнул выйти.
  Прямо картина, достойная полотна лучшего художника: Шес сидит в кресле и уплетает пирожки с капустой (эй, я тоже хочу! У меня стресс - я с наследницей поцапался), дракон читает какую-то книгу, лежа на диване, а девчонка сползла по стенке на пол и смотрит в одну точку, баюкая правую руку.
  - Ну что ж ты так, самой ведь больно! Дай посмотрю....
  Я осторожно взял ее руку и подул на костяшки, направляя свою энергию на лечение ссадин и ушибов.
  - Дарелин, тебе кто-нибудь говорил, что ты дурак? - устало поинтересовалась она.
  Ну хоть больше не угрожает физическими увечьями. Такой она мне больше нравится - все действия предсказуемы.
  - Ты мне об этом каждый день твердишь.
  При этом употребляя такие выражения, что заслушаться можно, добавил я мысленно.
  - Потому что я тебя люблю. Ты мне как брат, но когда-нибудь ты перегнешь палку. И я тебя убью. Уж я-то знаю, как это сделать.
  Кажется, я ее действительно довел - голос совсем грустный. Ну кто ж знал, что она так на это среагирует? И... я не ослышался? Она меня любит? Хм... а мне приятны ее слова. До сих пор я слышал подобное только от матери и той светлой дурочки.
  - Я тебя, наверное, тоже люблю, хотя ты и значительная заноза в моей филейной части. Иначе почему я так за тебя волнуюсь и потакаю всем твоим капризам?
  
  Шес
  
  Она сказала, что любит Дарелина. И он любит ее. Неужели для меня не найдется места в ее сердце? Я бы хотел, чтобы Жени любила меня. Разве я сделал недостаточно для этого?
  - Шес, ты что такой загруженный? - странным голосом спросила Жени.
  Натянув на лицо выражение безразличности, я попытался уйти от расспросов:
  - Все хорошо.
  Да уж, Жени редко удается провести. Ну почему с ней так трудно?
  - Да я вижу, как у тебя все хорошо. Настолько зашибись, что ты уже сожрал все пирожки и доедаешь бутерброды с горчицей и вареньем. Что-то случилось?
  Когда она так смотрит, я даже не знаю, как себя вести. Хочется погладить ее по волосам, сказав, чтоб не волновалась по пустякам, и поцеловать.
  - Жени, как ты ко мне относишься?
  Она покраснела? Но почему?
  - Ты мне нравишься. Ты очень хороший. Надежный. Ты... замечательный друг.
  Всего лишь друг...
  - И у меня нет ни одного шанса стать для тебя чем-то большим?
  Ее щеки заалели. Интересно, это хороший знак?
  - Я не знаю! Не дави на меня!
  Раз не знает, значит, шанс есть. Пусть маленький, почти призрачный, но мне этого хватит.
  Я улыбнулся, наблюдая за тем, как Жени раздраженно замешивает тесто. С лысиной она смотрится еще более беззащитной, чем раньше. Такая хрупкая, как маленький ребенок. И глаза просто огромные.
  - Не смотри на меня так! - бросила она.
  - Как? - переспросил я, прикидываясь лаптем.
  - Как будто я тебе какое-то чудо пообещала, а ты, маленький и доверчивый, его послушно ждешь, стараясь даже не моргать.
  Маленький? И от кого я это слышу? От того, кто мне с трудом достает до подмышки? Доверчивый? Даже самые жестокие злопыхатели не могут сказать так о моем народе. Дроу никогда не были доверчивыми и наивными. Но разубеждать ее я не стану. Пусть я пока побуду для нее наивным влюбленным дурачком. А потом, когда она выберет меня в свои мужья, можно будет...
  - Не обманывайся внешним видом Шеса, - предупредил Ингр. - Дроу - довольно злобная и кровожадная раса. И то, что данный конкретный представитель темных ведет себя с тобой кротко и послушно, еще не означает, что все они лапочки и симпатяжки.
  И каким же ветром сюда занесло этого дракона? С трудом удержавшись от гримасы, я снова посмотрел на Жени, подозрительно разглядывающую меня. А что я? Я хороший, добрый. Я идеален. Достаточно взглянуть в мои честные, невинные глаза. И не надо так фыркать.
  - Шес хороший.
  Сказала, как о собачке. Еще бы посюсюкала. Тьфу.
  - Ну, тебе он точно не причинит вреда. А вот твоим врагам придется несладко. И твоим любовникам тоже, - многозначительно добавил Ингр.
  Убью этого дракона.
  
  Ингр
  
  Забавная складывается ситуация. Дарелин, сын Демиурга, самый могущественный из ныне живущих, прячется от разгневанной девчонки в чулане. Шес, по слухам, самый опасный и кровожадный из воинов дроу, не щадящий врагов - ни женщин (ну тут слухи приврали), ни детей, - изображает милого и послушного раба. Раба все той же девчонки.
  Ну и, собственно говоря, девчонка, которая свято верит, что ее окружают добрые существа, и не замечает их сути.
  Забавная и странная картина вырисовывается.
  - Ну, допустим, любовников в моей постели и так не предвидится. Потому что, во-первых, вторая половина моей кровати занята Шесом, а во-вторых, Дарелин бесится при мысли, что ему придется делить со мной ощущения от половой жизни.
  - Делить ощущения? - удивился я.
  Звучит любопытно.
  Я даже подошел поближе, чтобы не пропустить ни слова. Зато сразу нарвался на ревнивый взгляд дроу.
  - Мы связаны с ним, - пояснила Жени. - Мы чувствуем боль друг друга. Поэтому Дарелин так ненавидит мои тренировки - любой синяк, который я получаю, он ощущает на своей шкуре. Вот почему он так разнервничался, когда вы напали.
  Насколько я помню то сражение, сын Демиурга действительно нервничал и пытался поскорее прорваться в соседнюю комнату. В комнату девчонки. Поэтому и приложил меня довольно сильно. Не рассчитал, наверное. Удивительно, что Энувиэль выжил. Особенно если вспомнить, как эти двое относятся к своей подопечной.
  - А ты можешь ответить на один мой вопрос? Что будет, если тебя убьют?
  Жени замолчала, сосредоточившись на тесте. Дроу напрягся и кинул на меня такой взгляд, что я уже пожалел о том, что влез не в свое дело.
  - Не думаю, что Дарелин умрет. Ему будет очень больно, но Демиург не даст своему сыну погибнуть. Я лишь разменная фигура, сдерживающий механизм. Меня слишком легко убить, так что Кес должен был придумать что-то, дабы уберечь Дарелина. Скоро светлые поймут, насколько я уязвима, и начнется настоящий ад. Как бы не был хорош Шес, он не выстоит против сотен фанатиков, жаждущих смерти 'исчадия Тьмы'. То, что меня скоро убьют, факт. Это лишь вопрос времени... - грустно закончила она и закусила губу.
  А в глазах появилась такая тоска, что в моей душе что-то перевернулось.
  Это неправильно, что она смирилась с подобной участью. Я должен что-то сделать, должен обезопасить девочку.
  - Что за упаднические настроения? Чтобы до тебя добраться, фанатикам сначала придется справиться не только с твоим телохранителем, но и с Дарелином, и со мной, и с целой армией дроу. Так что ты в безопасности.
  А мне стоит попробовать связаться с драконами. В конце концов, срок моего изгнания давно истек. Да и новости хорошие для них есть.
  
  Глава 7. Этикет
  
  Хорошие манеры: искусство правильно делать то, чего вообще-то делать нельзя.
  NN
  
  Женька
  
  Прошло уже три с лишним недели с тех пор, как в нашу веселую компанию влился Ингр. К сожалению, мне веселее от этого не стало. Наоборот, в нашей довольно раздолбайской банде, наконец, появился авторитет, сумевший все взять под свой контроль и загрузить всех по полной. Вот, например, Дарелина обязали давать мне уроки этикета, этого абсолютно бессмысленного свода глупейших правил поведения в высшем обществе.
  - ...ты запомнила? Повтори, для чего нужна третья от тарелки вилка? - профессорским тоном спросил меня Дарелин.
  - Э-э... салат? - промямлила я.
  - Нет.
  - Мясо? - предприняла я очередную попытку угадать.
  - Нет.
  - Рыба? - уже совсем потеряв надежду, поинтересовалась я.
  - Мы с тобой что, в загадки играем? Или все же этикет учим?
  Да, вынуждена признать: я полный бездарь в том, что у них принято называть этикетом. Особенно столовым. Как можно есть почти тремя десятками разных приспособлений? Среди них, пожалуй, не хватало только китайских палочек!
  - Неужели в твоем крошечном мозге... - завел свою шарманку Дарелин.
  У-у-у, достали! Все, хватит с меня этого этикета!
  - Если ты будешь и дальше надо мной издеваться, жертва парикмахера, то я вот этой вот вилочкой, предназначенной для поедания мерзких осклизлых слизняков, жутко похожих на человеческие глаза, выковырну твои зенки и проверю твою же черепную коробку на наличие серого вещества! - И угрожающе подхватив нечто двузубое, я двинулась на Дарелина.
  - Ну хоть один прибор ты запомнила. - Он тяжело вздохнул, являя миру облик безвинно наказанного ангела.
  Паршивец. Я закачу ему пышные похороны! С оркестром, банкетом и грандиозным балом-маскарадом!
  - Эй, не смей меня трогать! Самой же хуже будет! - взвыл двухцветный.
  Азартно схватив его за патлы, я дернула изо всех сил. Дарелин пнул меня в голень и вырвался, оставив в моих руках несколько прядей.
  - Женя, не трогай Дарелина, он желает тебе только добра.
  Ну вот, как всегда, пришел миротворец Ингр и все веселье испортил. Нет, он лапочка, конечно, но какой же иногда зануда! За те несколько дней, что мы знакомы, я поняла одну истину: лучше, нашалив, повиниться перед Дарелином и получить пару шлепков, чем несколько часов выслушивать нотации дракона. А самый идеальный вариант наказания у Шеса: 'Жени, тебе не следовало так поступать, ты же госпожа'. Стоит мне ему просто улыбнуться, как он сбивается с мысли и ведет себя, как подросток.
  - От его добра даже самые живучие загнутся. Сколько можно пичкать меня подобной ерундой? Да кого волнует, различаю я вилки, или нет? Все равно я питаюсь только на кухне, и исключительно тем, что приготовила сама, - раздраженно ответила я, отряхивая руки от чужих волос.
  Мужчины странно переглянулись, и дракон осуждающе покачал головой. Так-так, что Дарелин задумал на этот раз? Очередную женитьбу? Кажется, ему в штанах жмет и требуется срочная операция. Кастрация, называется.
  - Послушай, ангелочек, наверное, Дарелин забыл тебе рассказать, что он почти заключил со светлыми эльфами мирный договор? - чуть ли не пропел Ингр.
  - А при чем здесь я?
  И откуда эта дурацкая привычка называть меня ангелочком? Ну понятно, мои волосы отросли до пяток (за это я долго и с наслаждением пинала Шеса), что придало мне вид воплощенной невинности, но в целом... Вот кто отважиться назвать ангелом нечто с гордо задранным подбородком (такая тяжесть выросла!) и синей шевелюрой! Яркой такой, да еще и переливающейся всеми оттенками лазури. Когда проявился этот результат местного алхимического опыта, я устроила грандиозный скандал. С метанием дорогущих сервизов и слезами обиды на весь этот жестокий мир. Шес, заявивший, что мне это даже идет (через дверь многострадальной кладовки) был лишен сладкого на месяц. По-детски, но действенно.
  Через час после освобождения он притащил другой флакончик, заверяя, что цвет будет исправлен. О да, цвет немного исправился. Отдельные прядки. На ярко-красный! Но это еще что... Мои идеально прямые волосы превратились в кудри! Я рыдала, не в силах сказать ни слова, где-то в течение пяти часов. Утешало меня ползамка. Дарелин говорил, что мы теперь родственники стопроцентно, Ингр утешал, что всегда можно снова побриться налысо (потом, правда, оказалось, что ни одни ножницы эту пакость не берут), а Шес утверждал, что поможет мне за ними ухаживать: будет собственноручно мыть и причесывать. И слово свое сдержал. Но как при этом виртуозно выражался! Я лишь хихикала и попискивала, когда он особо злобно дергал меня за волосы. Впрочем, он за это был дважды поцарапан, единожды укушен и много раз назван бессердечной бестолочью.
  - А при том, что я сказал 'почти'. Чтобы довести начатое до конца, необходимо сделать две вещи. Вернуть Энувиэля его родственникам и отправить кого-то поставить подписи на договор. Кого-то, кому Дарелин может абсолютно доверять.
  Я помассировала ноющую от тяжести волос шею и крепко задумалась. Они что, мне решили поручить это дело? И отправить меня с Энувиэлем? Ну тогда один из нас точно не доедет, а под кустом в придорожной канаве появится безымянная могилка, в которой будут зарыты тысячи разрозненных, не поддающихся опознанию кусочков.
  - Жень, ты меня понимаешь? - жалобно спросил Дарелин.
  Интересно, дурой прикинуться уже не выйдет?
  - Ни за что! Я не поеду! А если меня там убьют? А как же проклятие?
  Мой скептически-разозленный взгляд заставил Шеса с заискивающей улыбкой состроить мне глазки, Дарика - нервно отобрать у меня все столовые приборы, а дракона - ослепительно оскалиться, продемонстрировав острейшие клыки. Я невольно сникла, понимая, что стоит ему рявкнуть, и я устремлюсь в пункт назначения с истинным энтузиазмом дембеля, распевая бравурные песенки. А с Энувиэля буду пылинки сдувать, всячески холить его и лелеять.
  - С проклятием вопрос решаем. Уже завтра условие об ограничении расстояния сменится ограничением времени.
  Даже не знаю, хорошая это новость или нет. Ладно, поживем - увидим, доживем - узнаем, выживем - учтем. А пока...
  - Времени? Это как?
  Типа, проживешь ты, деточка, далеко, но недолго?
  - Для борьбы с проклятием тебе нужна энергия Дарелина. Причем, что обидно, только его. Поэтому все, что тебе нужно, - накопитель, заряженный нашим уважаемым товарищем. Я всесторонне исследовал этот вопрос и кое-что подготовил: замечательную подвеску, которую тебе достаточно просто носить на шее, чтобы жить вдали от Дарелина примерно двадцать один день. Расчеты, конечно, приблизительные, но все же я уверен, что не меньше двух недель заряд продержится.
  Вспомнив все знания по географии, что мне вдалбливали, я нахмурилась:
  - Насколько я знаю, путь займет не меньше десяти дней. Я не успею вернуться.
  И сдохну от болевого шока на обратном пути, если не во дворце светлых эльфов, что, определенно, политически выгоднее для Дарелина. Я подозрительно уставилась на двухцветного, пытаясь определить, нашел ли он способ избавиться от меня. Подозреваемый скорчил абсолютно честную мину, заставив меня тем самым нервно зачесаться.
  - Амулет изготовлен не в единственном экземпляре. Израсходуется заряд одного, надеваешь другой, и все. Мы сделаем достаточное их количество, и ты их будешь держать при себе. Ну а если совсем край, то Дарелин просто к тебе телепортируется. Подтверди мои слова, темный.
  Дарик величественно кивнул, впервые на моей памяти действительно став похожим на бога народа дроу. А он, оказывается, может внушать не только желание выбить ему все зубы и потом почесать за ушком, но и уважение. Даже страх.
  - Что-то тут явно нечисто. Признавайся, что ты задумал, Дарелин. Иначе сам повезешь домой эту жертву порочной связи Собчак и Зверева.
  И снова была состроена мордочка светлейшего ангела. В этот раз вышло так себе. Тренироваться надо чаще.
  - Я чист, как младенец.
  Ну а я вся такая наивная... Прям даже где-то верю... Местами.
  - Ага, я в курсе, а твой папочка - деспот и тиран, который ни за что наказал кровиночку родную. Не вешай мне лапшу на уши - вкусно, но слишком горячо, - ехидно ухмыльнулась я.
  Надменно вздернув подбородок, Дарелин обжег меня ледяным взглядом, заставив почувствовать себя ничтожеством. Это было настолько неожиданно, что я испугалась. А еще возникло ощущение, что от Дарика исходит ненависть и презрение. Как будто между нами не было ничего хорошего: ни совместных проказ, ни теплых вспышек нежности. Все это была лишь его игра.
  Я рассеянно отступила на шаг, под защиту Шеса. На душе стало очень противно и пусто. Наверное, я редкостная дура - посчитала его своей новой семьей. Птицы наивняк и обломинго прямо надо мной свили гнездо. И время от времени бьют клювами по темечку.
  - Прошу простить меня за необдуманные слова, господин.
  Отвесив церемонный поклон по всем правилам набившего оскомину этикета, я поспешно выскочила за дверь, пытаясь не показать свою слабость, выразившуюся в слезах.
  Ворвавшись в комнату, я с разбегу рухнула на кровать, уткнувшись лицом в пышные подушки. А на плечо мне легли большие и теплые руки Шеса.
  - По-моему, ты все принимаешь слишком близко к сердцу.
  От его ладоней разошлось тепло, заставившее меня почувствовать себя намного лучше.
  - Знаю, но не могу контролировать свои нервы. У меня завтра опять эти мерзкие дни начинаются...
  И это значит, что плохо будет всем.
  И в первую очередь - господину Дарелину!
  
  Дарелин
  
  Девчонка выскочила за дверь так стремительно, что я даже не успел ничего сказать в свое оправдание. Да что с ней? Уже два дня ведет себя, как истеричка: на всех бросается, огрызается, хамит почем зря.
  - Женщины... не понимаю я их. Вот с чего она разобиделась?
  Я обернулся к дракону за поддержкой, но он лишь осуждающе покачал головой. Неужели я опять виноват? Нет, Ингр несправедлив, он всегда встает на ее сторону в наших спорах!
  - И что я, по-твоему, опять сделал неверно?
  Сарказмом в моих словах можно было бы довести до инфаркта любого человека, но Ингр лишь устало улыбнулся.
  - Ты посмотрел на нее, как на провинившуюся прислугу, выказав презрение. Девочка ведь неуверенна в себе и окружающих настолько, что любое неприятие ее поступков и поведения воспринимает как ненависть. Проще говоря, она изо всех сил старалась с тобой подружиться, только начала себя чувствовать не обузой, а членом дружной семьи, как ты дал ей понять, что она для тебя всего лишь что-то возомнившее о себе недоразумение.
  Я собирался было возразить, но, последовав одному мудрому совету, заставил себя сдержаться, досчитать до десяти и рассмотреть предложенную версию.
  - Ты неправ. Женька много значит в моей жизни. Просто она меня разозлила.
  Причем очень сильно. Могла бы уже и запомнить, что я терпеть не могу Кеса, а уж когда кто-то называет его моим папочкой, просто зверею!
  - А ты ей говорил, как ты к ней относишься? - скептически поднял бровь упрямый дракон.
  - Да... кажется.
  Или нет? Не помню.
  Ингр грустно вздохнул и смерил меня взглядом в стиле 'и откуда только такие тупицы на мою шею?'. Явно у Женьки научился! Эта маленькая чума дурно влияет на моих подчиненных!
  - Дарелин, подобное нужно повторять постоянно. Особенно таким неуверенным в себе особам, как наша малышка. Особенно после того, что ей пришлось пережить.
  Ну, допустим, мне пришлось намного хуже. Хотя, меня мать не проклинала, она меня любила. Зато отец... Впрочем, как я могу сравнивать? У нас абсолютно разный опыт.
  - И что теперь делать? - почесал в затылке я.
  - Извиниться. И сделать ей шикарный подарок. Женщины обожают подарки, и Женя - не исключение.
  Я задумался. Извинения - не в моем стиле, но с Женькой мне уже пришлось этому научиться. Тяжело, но со своей гордостью я уж как-нибудь справлюсь. А вот выбирать подарки, да еще и девушке, да еще и той, чье мнение мне не безразлично... Это слишком тяжелое испытание! Я даже приблизительно не представляю, что ей может понравиться! Да к тому же все мое уже и так принадлежит ей.
  - Ингр, помоги мне! Я понятия не имею, что ей дарить, - задергался я.
  У нее же вроде все есть. А если нет, то она может приказать Шесу, и он умрет, но достанет это.
  - Не паникуй. Скажи, чем Женя больше всего любит заниматься?
  Не самый сложный вопрос.
  - Есть, спать, читать и доводить меня до бешенства, попутно вызывая приступы агрессии у Шеса и мигрень у тебя.
  Ингр сначала нахмурился, а потом расхохотался. Почти до слез. А ведь я правду сказал.
  - Да, кажется, это будет немного труднее. А какие чувства ты испытываешь, когда смотришь на малышку? С чем она у тебя ассоциируется?
  Таких вопросов мне еще не задавали, но, что удивительно, ответ пришел сразу же.
  - Она теплая. И я сейчас не про тактильные ощущения говорю. Она как будто маленькое солнышко.
  Может заставить нежиться от наслаждения, а может и обжечь.
  - Ну вот, от этого и будем отталкиваться, - довольно потер руки дракон.
  
  Шес
  
  Дождавшись, пока Жени заснет, я покинул комнату, оставив у двери двоих воинов-дроу из элитного подразделения.
  Дарелин, появившийся из-за угла, выглядел невероятно веселым. Даже что-то насвистывал себе под нос. И это после того, как довел Жени до слез!
  - Ты чего вдруг от Женьки отошел больше, чем на десять шагов? Случилось что-то? - спросил он.
  - Она спит. Я хотел поговорить с тобой о ней.
  Дарелин перестал улыбаться, смерив меня колючим взглядом. Как же легко забыть о его истинной сущности, когда он находится в компании Жени. С ней он ласковый, игривый юнец. Но это лишь маска, напяливаемая им, чтобы не расстраивать девушку.
  - Не стоит. Я прекрасно понимаю, что обидел Женьку, и готов извиниться, когда она проснется. Но ты не вмешивайся в наши с ней отношения. Не забывай, кто ты и кто я.
  Холодный тон заставил меня отступить к двери. Да уж, за время нашего панибратского общения я совсем забыл, как опасен и могущественен бог моего народа. Раньше он мог запросто уничтожить сотню дроу за небольшую провинность вроде недостаточно почтительного взгляда. И если я совершу какую-то ошибку, то исчезну без следа, а мою Жени он утешит, позволив выбрать нового телохранителя в качестве игрушки.
  - Прошу прощения, господин. Просто я хочу защитить свою подопечную от всего, даже от слез.
  Если бы не жесткий тон, который я взял намеренно, то можно было бы считать, что я оправдываюсь. Дарелин же все понял правильно.
  - Вполне достойно. Мне же лучше, если ты будешь хорошо исполнять свой долг. Но все же помни, кто ты и кто я, а то можешь и головы лишиться. А Женька поплачет да успокоится. Никуда она от меня не денется.
  Да уж. Он не в моей весовой категории. Но это не повод сдаваться без боя.
  - Я помню, что когда-то подчинялся вам, господин. Теперь моя жизнь принадлежит лишь Жени.
  - Но только ли жизнь? Мне показалось, ты влюблен в нее, - презрительно процедил Дарелин.
  Наши взгляды сцепились, но уступать я не собирался. Не сейчас, когда затронут этот вопрос.
  - Возможно. Я не могу рассуждать на данную тему свободно. Дроу неведома любовь. Все, что я знаю об этом чувстве, - я почерпнул из книг вашей библиотеки.
  Но если сравнивать мои ощущения с тем, что описывалось писателями-людьми, то весьма похоже.
  - Учти, дроу, если она будет плакать из-за тебя, то мы поменяемся ролями. И злиться буду я, а мою злость ты вряд ли переживешь.
  Себе можно не врать: единственный, кто может пережить гнев Темного Лорда, это Жени. Она в худшем случае отделается поркой и парой подзатыльников.
  - Договорились, - пытаясь сохранить остатки собственного достоинства, кивнул я господину, на что тот лишь ухмыльнулся:
  - Вот и хорошо. Распорядись, чтобы собрали Женькины вещи. Завтра она отправляется в путешествие. А сам собери воинов для охраны. Не меньше двух десятков. Я пойду предупрежу светлого. Когда закончишь, явишься ко мне, я тебя проинструктирую и передам письма.
  Дарелин, вновь принявшись насвистывать, удалился, а я вернулся в комнату Жени. Хрупкое, закутанное в одеяло тело вновь что-то разбудило во мне, заставив отступить злость и раздражение. Осторожно подвинув девушку, я лег рядом, с каким-то странным восторгом изучая черты ее лица.
  - Если так будешь пялиться, дырку во мне просверлишь.
  Я даже вздрогнул, столь неожиданно прозвучали эти слова.
  - Я не заметил, что ты проснулась.
  - Я и не спала с тех пор, как услышала ваши с Дариком крики. Что вы там опять не поделили?
  Я улыбнулся и осторожно потянул ее за прядку волос, от чего она что-то раздраженно пробурчала.
  - Мы не сходимся во мнениях только по поводу твоей персоны. Кстати, он обещал перед тобой извиниться.
  Глаза Жени удивленно распахнулись:
  - Да ну его с этими извинениями. Тоже мне, пупок земли.
  И все же я знаю: ей приятно.
  
  Ингр
  
  Облокотившись о косяк приоткрытой двери, я прислушивался к происходящему возле комнаты Жени и наблюдал за тем, как мрачнеет лицо Дарелина. Хм... забавная троица встретилась мне на жизненном пути. Сын Демиурга, по слухам, жестокий и непримиримый, способный уничтожить целые расы, а на самом деле подросток, запертый в теле взрослого. Подросток, которому не хватило тепла и любви в детстве, что озлобило его. Но зато сейчас он влюблен, хоть сам этого не осознает. Влюблен в девчонку с синими волосами и медовыми глазами, в маленькое воплощение лучика солнца. И есть у него соперник, воин-дроу, возведший девочку на пьедестал богини. И дроу уже вполне осознает свои чувства. И даже начал обольщать Женю. Интересно, кого она выберет: сына Демиурга или своего телохранителя? А может, кого-то третьего. Хотя если у этих двоих и появится соперник, то он просто не переживет встречи с такой коалицией. Они, конечно, соперники, но между собой пока что ладят, а третьего в свой круг не пустят.
  - Если он только посмеет позволить себе нечто большее...
  Дерелин сказал это таким мрачным шепотом, что я невольно улыбнулся:
  - Ревнуешь?
  Темный вздрогнул от неожиданности.
  - С чего вдруг? Она мне как сестра! Просто я не хочу проходить процедуру дефлорации вместе с ней!
  Ну, я ведь могу и притвориться, что верю. Пусть сами во всем разберутся. Или все-таки подтолкнуть к этой мысли?
  - Не хочешь, а все равно придется. Ведь не сможет же она целую вечность оставаться девочкой.
  Дарелин нахмурился, закрыл дверь и направился к себе.
  - Я что-нибудь придумаю.
  Что ж, думай, темный. А я понаблюдаю. Похоже, будет весело. Давненько я так не развлекался. С тех пор как забросил интриги и покинул пост главы совета старейшин.
  
  * * *
  
  - Знаешь, а твой сын действительно меняется, братец. Он стал мягче. - Девушка взболтала вино в бокале и слегка пригубила.
  Демиург устало опустился в кресло и помассировал виски. Его планы медленно рушились, что вызывало приступы головной боли, о которых он почти забыл со времени смерти подлой твари, матери его сына.
  - Я боюсь, все это лишь притворство. Меня терзает подозрение, что стоит Женечке уехать, как он снова пустится во все тяжкие. А мне опять придется его наказать. Но я не могу вечно воевать с собственным сыном.
  Девушка звонко рассмеялась, заставив собеседника поморщиться.
  - А ты подстрой девчонке какую-нибудь каверзу, чтобы у твоей ошибки молодости не было времени ни на что, кроме спасения подопечной. Ручаюсь, если она во что-то вляпается, этот неугомонный бросится ее спасать. Ему же дорога собственная шкура.
  - Судя по всему, ему и ее шкура дорога. Знаю, звучит невероятно, но он, кажется, влюбился в малышку. И не так уж это хорошо.
  Любовь вечно путает все планы. Девчонка начинает мешать. Если так будет продолжаться, ее придется убрать, а исполнение задуманного отложить до лучших времен. Но он уже и так слишком долго ждал!
  
  Глава 8. В пути
  
  Лучше гипс и кроватка, чем гранит и оградка
  NN
  
  Женька
  
  Ох, какое же это мучение - езда верхом с утра до вечера, с редкими остановками! Хуже может быть только тряска в дужной карете, пахнущей крысиным пометом и пылью. И это несмотря на усиленные попытки избавиться от запаха! Даже генеральная уборка всей кареты не помогла. Убила бы Дарелина за такое издевательство! Ладно, послал он меня в логово врага, но зачем еще и транспорт навязывать? Только всех задерживает. И зачем было грузить столько багажа? Кому нужна такая гора тряпок? Обошлась бы одним официальным платьем, сменной одеждой и ларчиком со сменными подвесками.
  Моя рука автоматически метнулась к шее и нащупала амулет, сделанный Ингром специально для меня. Небольшой золотой дракончик, обвивающий прекрасный ограненный камень, мерцающий колдовским светом. В нем моя жизнь - энергия на последующие двадцать дней, необходимая для борьбы с проклятием. В шкатулке лежит еще три десятка сменных заряженных камней, десяток Шес носит с собой и пяток еще у меня в кармане, чтобы уж точно не остаться без подпитки. Возможно, что и у самого Ингра есть несколько штук, раз уж Дарелин навязал его нам в попутчики. В итоге, кроме телохранителя, со мной едут все члены команды светлых смертников (да-да, тех самых, что на меня когда-то напали), два десятка воинов-дроу и одна женщина-дроу, выполняющая роль моей компаньонки. Правда, толку от нее никакого - девица слишком увлеклась Энувиэлем. И что она в нем нашла? Мозги как у курицы, смазливый, надменный, вздорный хлыщ! И голос противный.
  - Жени, может, все-таки вернешься в карету?
  Стиснув зубы, я попыталась проигнорировать Шеса, что вообще-то довольно рискованно. Он этого не любит. Больше того, он от этого бесится!
  - Жени!
  А природа-то какая красивая... Непривычные для меня деревья с серебристо-голубоватой корой и листьями, похожими на кинжалы. Золотистые цветы с одуряющим сладким запахом и жужжащими вокруг них пчелами размером с кулак. Интересно, как они, такие толстые, летают? Это противоестественно. Душистые травы высотой по круп лошади. Чуть вдалеке, спасаясь от нашего отряда, пробежал олень с золотистыми рогами, а змея, пригревшаяся на камне, лишь недовольно зашипела на посмевших нарушить ее покой.
  - Жени!!!
  Все, достал.
  - Не повышай на меня голос! Я не твоя служанка!
  Да, в такие дни я сама себя боюсь. Нервная становлюсь, на всех бросаюсь. Господи, вот какого рожна ты сделал меня женщиной? Хотя нет, лучше скажи, за что ты так наказал прекрасную половину человечества? Почему у мужчин нет ничего подобного?! Хочу быть парнем. И имя у меня мужское.
  - Прошу прощения, моя госпожа. Просто я нервничаю из-за того, что вы себя подвергаете такой опасности! В любой момент в вас могут выстрелить из-за куста. Или могут напасть наши светлые спутники.
  Пять злобных взглядов просверлили спину моего телохранителя, но он даже не дернулся. Вот это выдержка! Я в восхищении! Да что там темнить, я горжусь Шесом! Так наступить на больную мозоль и сделать вид, что ничего не было, - талант.
  - Они не нападут, они прекрасно знают, что за каждую мою царапину Дарелин отомстит тысячекратно. Он это каждому повторил лично, да еще и особым тоном. А насчет стрелы из-за кустов - я полностью уверена в твоей способности защитить меня. Хотя, если ты устал и считаешь, что не в состоянии...
  Я сказала это таким многозначительным тоном, что Шес сразу заткнулся. Господи, все мужчины одинаковые. Намекни любому, дескать, он трусит, или слишком слаб для чего-то, - из сил выбьется, из кожи вон вылезет, но докажет обратное. Два слабых места у мужчин: самомнение и незнание, что делать с плачущей женщиной.
  - А может, ты себя плохо чувствуешь? - поинтересовался Шес. - У тебя же с утра живот болел.
  Вот ведь сволочь ехидная! И у кого только научился? Да у меня с утра, перед самым выездом, так сильно болело, что я выла. И Дарелин тоже мучился, весь такой бледненький, в испарине, с красными глазками. Если я выглядела хоть вполовину так же страшно, как он, значит, замуж уже никогда не выйду. Впрочем, дракон сделал мне что-то вроде массажа, куда-то нажал, и боль утихла.
  - Нет, Шес, сейчас я себя хорошо чувствую.
  Все равно в этот гроб на колесах не полезу! Лучше смерть от стрелы.
  - Уверена?
  - Даже не надейся, я в это пыточное сооружение не вернусь!
  Вот это я называю взглядом незаслуженно обиженного щенка. Подлый прием! Разве можно на меня так смотреть?
  - Ладно, уговорил, языкастый. Но ты будешь сидеть там со мной! Иначе я отказываюсь.
  
  Зачем, вот скажет мне кто-нибудь, зачем я поддалась на уговоры Шеса? Сижу теперь как дура в этом ящике на колесах, умираю от жары и жду, когда же этот молчаливый дроу скажет мне хоть слово. И перестанет судорожно сжимать оружие.
  - Ты что так дергаешься? Какой придурок решится напасть на отряд вооруженных до зубов дроу?
  Вот оно, чудо из чудес: Шес краснеет и смущенно закусывает губу. Ах, красота какая!
  - Я не из-за этого. Жени, мне надо с тобой поговорить...
  Картина Репина 'Не ждали'. Стесняется, как шестиклашка, впервые признающийся в любви!
  - Поверь, я тебя очень внимательно слушаю, - миролюбиво сказала я. - Все равно больше заняться нечем.
  Усевшись поудобнее, обложившись подушками и вытянув ноги, я с любопытством принялась сверлить взглядом смущенного Шеса. Да что он такое собирается мне сообщить? Что ему понравился кто-то из светлых и он собрался закрутить роман? И боится признаться, что этот кто-то - мужчина? Ну так нечего бояться, я уже привыкла. У них там каждый второй не делает различий между мальчиками и девочками.
  - Шес, не пугай меня? Что-то случилось?- занервничала я.
  Может, он кого-то убил и хочет покаяться?
  - Жени, я опасаюсь, что не смогу с должной ответственностью выполнять свою работу.
  Работу? Это он о чем? Ах да, его работа - охранять меня. Точно влюбился. Надо бы уговорить его признаться. Заодно узнаю, кто же объект воздыханий этого замечательного мужчины. Так, мысли мои драгоценные, не в ту степь идем. Еще чуть-чуть, и я начну ревновать.
  - А что тебе мешает? - спросила я вслух.
  - Ничто и никто не может мне помешать, кроме меня самого. Я хочу, чтобы ты поняла: я по-особенному отношусь к... одному человеку.
  Он так на меня посмотрел, что захотелось обернуться и увидеть кого-нибудь за спиной. И почему я себя сейчас чувствую виноватой?
  - И как это 'по-особенному'?
  Правильно, спинной мозг, беседу надо поддерживать, выручая мозг головной, чья обязанность - думать, а не впадать в ступор!
  - Я не совсем уверен, но, судя по прочитанным мною книгам, я влюблен.
  Влюблен? В кого? Ну, в представительницу своего народа - маловероятно. Он их десятой дорогой обходит. Тогда, наверное, в одну из светлых. Мечница ему по духу близка, им будет о чем поговорить. Но зато вторая, на мой взгляд, симпатичнее, хотя и с зелеными волосами. Но той женщине, что сумеет понять мужчин, стоит дать Нобелевскую премию!
  - Так это же здорово, что ты влюблен. Я, если честно, сомневалась, что дроу способны на такие высокие чувства.
  Ой, кажется, я что-то не то ляпнула. Шес насупился и теперь не горит желанием продолжать разговор. И как мне исправить свою ошибку?
  - Да, мой народ не способен любить. А я в этом плане - выродок.
  Его губы сжались в тонкую полоску, а я вся похолодела от осознания собственной тупости и никчемности. Со всего размаху припечатала Шеса, врезала по его самому больному месту. И самое главное, не хотела ведь!
  Я так на себя разозлилась, что кинулась с кулаками. На дроу, конечно.
  - И вовсе ты не выродок! Ты замечательный! Добрый, заботливый, ласковый, терпеливый, умный, сильный и... ты лучший! И не смей о себе плохо говорить. И другим не позволяй! Предупреди тех, кто посмеет хотя бы вякнуть, что я лично приду, зенки выцарапаю и язык вырву. Ты не выродок. Ты - главное сокровище своего народа. И я рада, что именно ты стал моим телохранителем! Любого другого уже убила бы, или сама повесилась бы.
  Пытаясь выразить свои чувства, я крепко обняла дроу и уткнулась носом в бьющуюся жилку на шее. Кстати, судя по этой жилке, Шес сильно нервничает - сердце бьется учащенно. Неужели у меня не получилось его убедить? Но ведь я правду говорю. Вообще, мне дроу не нравятся. Кроме Шеса, конечно. Он удивительный!
  Не почувствовав отклика на объятие, я прижалась к нему еще теснее. И даже начала подумывать о том, чтобы обвить его торс ногами. Так просто, для верности. Без всякого сексуального подтекста - у меня все-таки не те дни. Если бы не они, то... Хотя... Блин, о чем я думаю?!
  - Шес, ты самый лучший, правда-правда.
  Он тихонько хмыкнул мне в ухо, от чего выбившиеся из косы прядки разлетелись в стороны, но все же несмело обнял. Правда, с каждой секундой он, судя по всему, чувствовал себя увереннее, так как объятия становились все крепче и крепче.
  - Жени, ты самое лучшее, что было в моей жизни. Я должен тебе сказать...
  Как же я ненавижу эльфов! Какой момент испортил своим бесцеремонным вторжением! И когда только мы успели остановиться? Я и не заметила.
  - Я всегда знал, - занудил Энувиэль, - что нравственность у темных не на высоте. Но чтобы наследница с собственным телохранителем, да еще и в карете... Ниже падать некуда.
  Стиснув зубы, я сосчитала до десяти и осторожно расцепила руки, оставшись, впрочем, на коленях у Шеса.
  - Я догадывалась, что светлые не блещут умом и сообразительностью, но у них же еще и манеры страдают. Неужели вас, светлый эльф Энувиэль, так и не научили стучаться, прежде чем войти? И искусству ведения светской беседы вы тоже не обучены. Но если хотите, то это можно исправить. Я попрошу своих учителей позаниматься с вами.
  Эльф побагровел так, что я занервничала. А вдруг удар хватит? Что я тогда скажу его безутешным родственникам? Они же взбесятся, начнется очередная война, Дарелин размажет этих ушастиков тонким слоем по всем доступным поверхностям. А его папочка снова разозлится и накажет своего нерадивого отпрыска. А значит, и меня вместе с ним. За компанию, так сказать.
  - Да как ты смеешь меня оскорблять? Ты знаешь, кто я? Моя тетя...
  Слабак и трус. За женскую юбку спрятаться решил! Ниже падать уже некуда.
  - ...владычица светлых эльфов. Я помню. А сам ты, если отбросить родство с ней, ноль без палочки. Полное ничтожество.
  Его глаза полыхнули огнем ненависти, что заставило меня запаниковать. Неожиданно эльф покачнулся и упал мне на руки. Из его спины торчала черная стрела с красным оперением.
  - Нападение! Защищайте карету. Не дайте им пробраться к наследнице!
  Прежде чем я успела что-то сказать, Шес втащил эльфа внутрь кареты и вжал меня в сиденье.
  - Сиди здесь и не высовывайся. Я во всем разберусь.
  Можно подумать, что я собиралась куда-то выходить. У меня, вон, эльф раненый на руках. И, кажется, дышит. Пока еще дышит. Где тут моя аптечка валялась?
  
  Шес
  
  Какая это пытка - держать в руках горячее, податливое тело Жени, ощущать ее дыхание на своей шее и... не иметь возможности затащить ее в постель! Все, что я могу, - лишь обнимать ее. Согласен, это тоже немало, но все равно хочу большего. Я бы желал, чтобы она стала моей женой, хотя это и невозможно. Я же ее собственность, почти вещь.
  Я прижал Жени к себе, наслаждаясь столь внезапным наплывом чувств и стараясь держать руки на ее спине, а не опускать ниже, на такие притягательные ягодицы, вызывающе обтянутые брючками.
  Дверь распахнулась так резко, что я даже не успел убрать наследницу с предполагаемой траектории нападения. Лишь прикрыл руками наиболее уязвимые точки. И эльфу повезло, что руки у меня были заняты! Если бы не девушка - свернул бы ему шею, как цыпленку.
  Я не стал прислушиваться к разговору Жени со светлым, так как был занят более важным делом: внушал своей плоти, что если только она посмеет среагировать более бурно на ерзанье девушки на моих коленях, то будет отрезана Дарелином лично! Тело наотрез отказалось соглашаться. Мне так и слышался чей-то настойчивый голос: 'Ну что сидишь - действуй, она вся в твоей власти'. Стиснув зубы, я принялся молиться, чтобы она ничего не заметила. И прекратила ерзать, вертя своим декольте у меня перед глазами и нащупывая что-то своей попой.
  Я настолько увлекся борьбой с самим собой, что не заметил нападения. Эльф с торчащей из спины стрелой ввалился в карету. Чтобы закрыть дверь, мне пришлось втащить его внутрь, благо, он уже не угрожал безопасности Жени в таком состоянии.
  Схватив девчонку в охапку, я усадил ее и сунул в руки кинжал:
  - Сиди здесь и не высовывайся. Я во всем разберусь.
  Не увидев в ее глазах отклика на свои слова, я как следует встряхнул Жени за плечи.
  - Я сейчас должен быть снаружи, а ты сиди здесь. Попробуй помочь эльфу. Если что - зови либо меня, либо Ингра, он тоже неподалеку. И не вздумай выходить!
  Дождавшись растерянного кивка, я выскочил и плотно прикрыл за собой дверь. Дракона рядом не наблюдалось, поэтому я предположил, что он с другой стороны кареты. Оценив ситуацию, я занялся командованием, не забыв обнажить свои парные мечи.
  - Всем собраться около кареты! Два кольца! Огонь из арбалетов выборочный! Не заденьте своих! Приоритет - жизни наследницы и эльфа!
  Про то, что эльфа можно и потерять, я добавил вполголоса. Незачем моим сородичам знать о том, что я его терпеть не могу.
  В нападавших я еще по стреле опознал степных орков. Дикие, кровожадные твари, воюющие и со светлыми, и с темными. Они не знают страха и беспощадны. Эти не отступят и будут сражаться до последнего, пытаясь дорваться до кареты. Им нужна только добыча. И ведь не объяснишь, что золота там нет, а драгоценностей - всего одна шкатулка. Не считая сундука с подарками владычице эльфов.
  Неожиданно рядом со мной загорелся фаербол. Обернувшись, я увидел, что рядом со мной изготовилась к схватке дриада. Та самая зеленоволосая ведьмочка светлых, которая месяц назад напала на Жени.
  - Ты тоже будешь сражаться, светлая? - удивленно спросил я ее.
  Дриада лишь зло фыркнула:
  - А ты предлагаешь отсидеться за вашими спинами, а после расслабиться, когда они будут нас насиловать? Не дождешься, темный. Я буду драться за свою жизнь! А если ты боишься, что я ударю в спину, то не равняй меня с собой!
  Я усмехнулся. Невысокая, чуть повыше моей подопечной, а такая дерзкая и нахальная!
  - Я буду нападать сзади только на тех, кто будет угрожать моей госпоже. Пока ты ведешь себя смирно, я тебя не трону. А если попросишь - даже помогу.
  Она снова фыркнула, словно породистая кобылица, и отвернулась, чтобы запустить очередной фаербол в орка, от которого остался лишь догорающий костяк.
  Наконец нападавшие добрались до нас, и я вступил в бой, отдаваясь радости битвы. Руки привычно направляли клинки в самые уязвимые места врагов, а душа ликовала от ощущения свободы и могущества. На лицо брызнула кровь, и я с наслаждением облизал губы, почувствовав ее солоноватый привкус.
  Но даже в пылу битвы я сумел заметить, что к вырвавшейся вперед светлой ведьмочке со спины подбирается орк. Не раздумывая, перехватил поудобнее меч и швырнул его во врага. Срезав дриаде зеленую прядку волос возле уха, мой клинок вонзился орку прямо в горло. Она испуганно оглянулась, но быстро взяла себя в руки и кивнула мне:
  - Будем считать, что я тебе должна.
  - Сочтемся как-нибудь.
  И тут я увидел, что несколько нападавших прорвались к двери кареты, от которой я в ходе боя несколько удалился.
  - Жени, осторожно!
  Я не успевал...
  
  Энувиэль
  
  Эта темная наследница, да что она себе позволяет? Хамит мне постоянно, ведет себя, как распутная девка! А слово 'хорошие манеры', наверное, только раз в жизни и слышала. Деревенщина! Неужели она не знает, что ехать вдвоем с мужчиной в карете неприлично? С ней всегда должна быть компаньонка, иначе она погубит свою репутацию! Хотя, какая у нее уже репутация? Она же темная наследница. Куда хуже-то? И почему меня так это бесит?
  Я скомандовал привал и раздраженно направился к двери, намереваясь выяснить с ней все раз и навсегда. И открыв дверь, я первым делом увидел, как эта потаскушка прижимается к своему телохранителю, явно намереваясь соблазнить его. Волна отвращения, поднявшегося во мне, снесла все барьеры вежливости.
  - Я всегда знал, что нравственность у темных не на высоте. Но чтобы наследница с собственным телохранителем, да еще и в карете... Ниже падать некуда.
  Она так резко обернулась, что я с трудом удержался, чтобы не отшатнуться. К тому же в глазах у нее горел огонь, обещавший мне все муки мира.
  - Я догадывалась, что светлые не блещут умом и сообразительностью, но у них же еще и манеры страдают. Неужели вас, светлый эльф Энувиэль, так и не научили стучаться, прежде чем войти? И искусству ведения светской беседы вы тоже не обучены. Но если хотите, то это можно исправить. Я попрошу своих учителей позаниматься с вами.
  Это она меня обвиняет в отсутствии хороших манер? Да сама-то!
  Завязался наш обычный спор. Я был готов растерзать нахалку собственными руками, невзирая на охрану, когда мир перед глазами вдруг покачнулся и взорвался тысячью осколков боли. Я и не заметил, когда успел оказаться внутри кареты, но открыв глаза, наткнулся на обеспокоенный взгляд темной.
  - Ты как? Может, мне попробовать вынуть стрелу?
  Слегка осмотревшись, я заметил, что мы оба сидим на полу, и при этом я на нее опираюсь всем своим телом. Боль не давала связно мыслить и притупила мою ненависть, оставив лишь желание поскорее отмучаться.
  - Вынь ее. Не могу даже пошевелиться...
  Я застонал, хотя девчонка и старалась аккуратно уложить меня на пол. Уткнувшись лбом в ковер, почувствовал, как она осторожно разрезает на мне одежду, чтобы добраться до раны. Скоро в нос ткнулась какая-то палка.
  - Сожми зубами, чтобы язык не прикусить.
  Я внял совету и застыл, ожидая боли. Наследница почему-то медлила.
  - Знаешь, эльф, я еще ни разу этого не делала. Так что терпи своего неумелого лекаря.
  Успокаивающе погладив меня по спине, она схватилась да древко стрелы и нерешительно дернула. Я застонал, моля Демиурга, чтобы все это поскорее закончилось.
  Девчонка дернула во второй раз, и в глазах у меня потемнело. Если бы не палка, засунутая мне в рот, то зубы наверняка раскрошились бы от попыток сдержать крик. Невнятное бормотание темной не вселяло в меня оптимизма. Я с ужасом ждал третьей попытки, но неожиданно пришла боль другого рода - как будто рану прижгли каленым железом. Перед глазами заплясали черные круги, а по обожженной спине прошелся легкий сквознячок. Лишь через несколько секунд я осознал, что она дует мне на рану, прогоняя боль, как раньше это делала мама! От неожиданности я разжал зубы и выплюнул палку.
  - Ты что делаешь, дура? Стрелу вытаскивай! - простонал я.
  Откуда только такие берутся?
  - Уже вытащила. И рану промыла. Осталось перевязать. Давай уже, прекрати хныкать, обопрись на меня и садись.
  С трудом, но она меня усадила и, достав чистые бинты, стала туго, но осторожно накладывать повязку. Неожиданно дверь распахнулась. Степной орк, самое кровожадное чудовище нашего мира, моментально схватил наследницу за косу и дернул на себя, пытаясь вытащить из кареты. Я потерял равновесие, но все же сообразил вцепиться в девчонку, не давая напавшему вытащить ее наружу. Притихшая было боль вернулась в утроенном размере, но наследницу я не выпустил. Для верности еще и ногами в стенки кареты уперся. Но перетягивание быстро прекратилось. Я не видел, что произошло, но почувствовал, что темную трясет.
  - В чем дело? Ты ранена?
  Она не отвечала, но мое зрение уже окончательно прояснилось после последней вспышки боли. Девчонка сидела в моих объятиях: посеревшая, с закушенной губой и сумасшедшими глазами, но целая и невредимая. Я ее легонько встряхнул, чтобы привести в чувство.
  - Я его убила. Я... я вонзила кинжал ему в горло. Я... это мой первый труп. Даже котят и щенков не топила.
  Разве наследники не проходят ритуал посвящения, принося сорок безвинных жертв? Великий Демиург, она же не врет! Она и вправду еще никого не убивала.
  Я покрепче ее обнял и легонько поцеловал в висок, стараясь успокоить.
  - Ты не виновата. Ты защищалась. И вообще, он кровожадное чудовище. Мир без него стал чище. И знаешь что, если ты мне не наложишь сейчас повязку, то я умру. И вот в этом будет твоя вина. Давай отвлекись от своих терзаний и спаси мне жизнь.
  Она послушно принялась бинтовать меня, оставаясь при этом настороже и поглядывая по очереди на двери с обеих сторон. А я размышлял, как я мог так в ней ошибиться? Может... Может, темные и не такие плохие на самом деле? Но тогда, получается, мои наставники врали мне, как и всем другим эльфам. Но мои сородичи никогда не врут своим соплеменникам!
  Где же правда?
  Боги, помогите мне, я запутался...
  
  Глава 9. Темные & светлые
  
  Друзья приходят и уходят, а враги накапливаются...
  
  
  Женька
  
  С мрачным удовольствием я разглядывала стрелу, вытащенную из спины эльфа во время вчерашней потасовки. Черная, с алым оперением и абсолютно гладким наконечником. Простая и первобытная. Повезло же этому светлому! Хотя я бы ему всадила с зазубринами и в задницу! Достал, честное слово. Сидит теперь у меня в карете и лыбится! Вот что ему от меня надо? Я и так вся на нервах. Потому что напротив меня сидит новоиспеченная сладкая парочка - Шес и эта кикимора зеленоволосая, маскирующаяся под приличную дриаду. И так хорошо болтают, две родственные души, блин. Он за все время едва ли пару раз на меня взглянул, так увлекся этой... этой... этой девицей облегченного поведения.
  - Темная, ты что такая злая? Неужели это все ПМС?
  Наградив Энувиэля свирепым взглядом, я состроила самую агрессивно-невинную мордашку:
  - Нет, светлый, просто мы с моей компаньонкой - единственные, кто сейчас может сделать тебе перевязку. Все твои светлые друзья ранены, им самим требуется помощь. А мне так лень, я сегодня так устала. Придется тебе идти к ней. Она, кстати, сейчас должна быть в повозке с ранеными. Так что дуй туда.
  Эльф побледнел и левой рукой схватил меня за коленку. Ну правильно, правая-то висит на перевязи.
  - Только не к ней. Ты не можешь быть столь жестокой! Я же не смогу сейчас оказать сопротивление, и она меня изнасилует! Не прогоняй меня, я буду паинькой.
  Трус. Нет, его, конечно, можно понять - таким женщинам, как моя компаньонка, трудно отказать. Они просто не воспринимают слово 'нет'. И все же будет знать свое место ушастый. А рожицу-то состроил, любо-дорого посмотреть. Кот из 'Шрека' завистливо курит в сторонке и записывается на курсы актерского мастерства.
  - Ага, зайчиком послушным. Белым и пушистым. Ладно, сиди уж, зайка, блин. И убери свою клешню с моей коленки, а то я посчитаю это домогательством и пожалуюсь Дарелину.
  Ушастик поспешно отдернул руку. И даже вытер ее об штанину, заставив меня злобно сощуриться. Брезгует, значит?
  И тут я заметила, что Шес пристально смотрит на Энувиэля. Причем так нехорошо, будто примеривается, чтобы аккуратно расчленить и выкинуть. Это неожиданно доставило мне удовольствие. Хм... неужели мне приятно, когда меня ревнуют? А то, что это именно ревность, я точно знаю.
  - Если ты еще хоть раз фривольно дотронешься до Жени, светлый, то свою игривую клешню потеряешь, - хмуро произнес телохранитель.
  Ого, какой грозный! И ведь сдержит обещание, по роже вижу. Почему вдруг 'рожа'? Да потому что дроу выражением лица стал похож на настоящего преступного авторитета. Я даже немного испугалась, так как привыкла к более спокойному варианту. К комнатному, так сказать. Это все равно, если бы комнатная болонка, украшенная розовыми бантиками, превратилась бы в волкодава без намордника.
  - Ты мне угрожаешь?
  О, в нашем светлом проснулся задиристый петух. Ну хоть какое-то мужское проявление. То, что из лука стрелять умеет, не является признаком мужественности. Я тоже умею. Почти. Ну, стрелу я уже научилась выпускать, с прицеливанием пока плохо.
  - Нет, я предупреждаю, - процедил сквозь зубы дроу.
  Если будет драка, то ставлю на Шеса. Он этому блондинке все перышки повыдергивает. А эльф... максимум рожу расцарапает противнику. А потом по маникюру будет убиваться.
  - А заткнитесь вы оба, достали, - проворчала я.
  Надоели до чертиков! Домой охота...
  - Темная, ты что себе позволяешь? Ты... - мгновенно набычился эльф.
  - Сейчас у меня кто-то пойдет на перевязку к компаньонке.
  Я даже не взглянула на него, с напускным интересом следя за проплывающим за маленьким окошком пейзажем. И все же почувствовала, как он сдулся и быстро взял себя в руки.
  - Жени, ты мной недовольна? Я что-то сделал не так? - прежним ласковым тоном спросил Шес.
  Нет, ну не дадут мне насладиться красотой природы! А ведь мы как раз проезжаем что-то здорово напоминающее конопляную делянку.
  - Да нет, я вся свечусь от восторга, разве не видишь?!
  Мои слова источали яд. Эльф благоразумно отодвинулся в сторонку и вжался в угол. Прекрасно, один уже самоустранился.
  - Моя госпожа, объясни мне...
  Как меня бесит это обращение 'госпожа'!
  - Да какой же ты наивный, темный эльф. Эта избалованная девчонка, которую ты зовешь своей хозяйкой и госпожой, ревнует тебя ко мне и вся на экскременты от этого исходит, - высказалась дриада.
  Шес потрясенно раскрыл рот, не зная, как действовать. И это разозлило меня еще больше. Нет чтобы промыть заразе рот с мылом!
  - Ревновать его? К тебе? Да ты в зеркало-то давно смотрелась? Зеленоволосое нечто, не имеющее возможности претендовать на звание женщины. Ты же выглядишь, как парень! У тебя не фигура, а доска. Ни груди, ни попы, ни талии. Да и морда так себе.
  Она что-то злобно прошипела и без замаха отвесила мне пощечину. На губе выступила кровь, и я просто рассвирепела. Не из-за того, что эта светлая меня ударила, хотя, конечно, больно и обидно, а из-за того, что Шес не вмешался. Он пренебрег своими обязанностями. Он перестал меня защищать, потому что влюбился в эту тварь! Предатель!
  - Ты ударила меня... Ну все, сама виновата.
  Я бросилась на нее и тут же обеими руками вцепилась в зеленые лохмы. В ответ она вгрызлась в мое плечо. Взвыв от неожиданной боли, я лягнулась. Не знаю, куда попала, но зубы разжались. Зато руки с обломанными ногтями устремились к моим глазам.
  Не знаю, в какой момент это случилось, но мы не только скатились с сидений, но и вообще выпали из кареты, чудом не попав под колеса и копыта коней эскорта. Впрочем, нам было все равно, так как мы самозабвенно продолжали потасовку. В ход пошло все: ногти, зубы, плевки, выдирание волос и многое другое, входящее в обязательные условия женской драки, включая самые низкопробные ругательства.
  Неожиданно на меня обрушился поток ледяной воды. Я отскочила от противницы с диким и неприличным визгом. С трудом отдышавшись, я наконец обратила внимание на того, кто нас разнял. Им оказался... Дарелин. Взбешенный, мокрый, в одном полотенце, намотанном на бедра, и с походным ведром в руке.
  - Ой...
  Я машинально попыталась отползти от него подальше, так как поняла: в данный момент сын Демиурга не просто зол, он в ярости! А я как раз завещание забыла составить. Да и вообще, у меня дела в другой части этого мира, так что пора на корабль и отчаливать.
  - 'Ой'? Это все, что ты можешь сказать?! Я почувствовал твою боль, перепугался до остановки сердца, решив, что на вас напали, схватил меч и ринулся на помощь через нестабильный телепорт прямо из ванны в одном полотенце, а ты мне - 'ой'?! Я готовился увидеть, что тебя пытают, а ты ввязалась в безобразную драку! У тебя вообще мозги есть, или природой в этом маленьком черепе свободного места для них не было предусмотрено?
  Он ругался, нависая надо мной, а я... А я смотрела на полотенце и чувствовала, как начинают пылать щеки. Как назло, Дарик это заметил и смерил меня подозрительным взглядом:
  - Ты куда это уставилась?
  Я честно попыталась сделать над собой усилие и хотя бы закрыть глаза, но не получилось.
  - У тебя там... ну... шевелится.
  Он проследил за направлением моего взгляда, покраснел и оперативно прикрыл заинтересовавший меня участок тела ведром.
  - Извращенка малолетняя.
  Он направился к карете, а я, затаив дыхание, загадала: упадет полотенце или нет. Впрочем, и так было на что посмотреть. Красавец. Бог. Умела бы рисовать или лепить скульптуры, обязательно бы запечатлела его облик для истории.
  В животе заныло, но я бы и не обратила внимания, если бы от приступа пронзившей и его боли Дарелин не споткнулся и не посмотрел на меня снова:
  - Чего сидишь? Иди прими настой и найди для меня одежду. А вы, Шес и Ингр, в карету. Мне надо с вами серьезно поговорить. И, совсем забыл, эту дриаду связать и поместить под охрану. Я решу ее судьбу позже.
  Трое из дроу поспешно кинулись к зеленоволосой лахудре, Шес и Ингр недовольно скользнули в карету вслед за Дариком, а меня подняла с земли компаньонка, накинув на волосы полотенце и сунув в руки два комплекта одежды. Один явно мой, а второй, как я поняла, для неожиданно присоединившегося к нам Дарелина. Расторопная, оказывается, девица. Вон как споро собрала все необходимое. Еще и сунула мне в зубы фляжку с травяным настоем, усмиряющим боль в животе.
  Нерешительно приблизившись к карете, я услышала, как сын Демиурга отчитывает дроу и дракона.
  - Да как ты мог такое допустить?! Забыл о своих обязанностях? Даже если закрыть глаза на то, что не предотвратил драку, ты все равно виноват. Ты должен был остановить ее, а не ждать, когда это сделаю я. И вас, господин дракон, это тоже касается! - холодно цедил Дарелин сквозь зубы, и от его голоса невольно пробирала дрожь.
  Я замерла, не решаясь постучать. Блин, если он этих двоих так распекает, то меня, наверное, вообще выпорет. Давно, кстати, обещал. Не хочу! На фига я вообще полезла в эту драку? Ну, подумаешь, поприставала эта зеленка к моему телохранителю, и что? Он же не мой парень. Просто друг. И имеет право заводить шашни с кем душе угодно. Это вообще не мое дело.
  - Женька, что ты там застыла? Давай сюда одежду.
  Рука Дарелина, выскользнувшая из-за двери, схватила штаны и скрылась. Не успела я прийти в себя, как та же рука втащила меня внутрь и усадила на сидение, втиснув между Шесом и Ингром.
  - Ну, может, объяснишь мне, с чего началась драка?
  Это ж надо было так вляпаться...
  - Ну... если коротко и по существу, то... я ее оскорбила, она меня за это ударила, а я на нее набросилась и, собственно, вот...
  Я развела руками, при этом смутившись, - в левой ладони была зажата прядь зеленых волос. Поспешно разжав кулак, я бросила компрометирующую улику на пол, но было уже поздно. Мужчины смерили меня задумчивыми взглядами и погрузились в тягостное молчание.
  Я же решила не терять времени и хорошенько рассмотреть тело Дарелина. Пресс кубиками, мощная грудь, покрытая золотистым пушком, накачанные плечи, которые так и хочется потрогать. Почему я раньше не замечала, как он красив? Не Аполлон, но Арес. И без единого шрама.
  - Ты чего так на меня уставилась?
  Объект моего восхищения нервно заерзал и попытался вырвать рубашку у меня из рук, но потерпел неудачу.
  - Ты красивый... А почему на груди волосы золотистые, а на голове - черно-белые?
  - Потому что, когда я родился, у меня и на голове были золотистые, дура. А потом я схлопотал проклятие родного папочки - и вот результат налицо. Точнее, на макушке.
  Он покраснел, как барышня, которой сделали комплимент, а я как-то непроизвольно потянулась потрогать его, дабы убедиться, что он реален. Дарелин, тяжело вздохнув, схватил меня за протянутую руку и усадил к себе на колени.
  - Женя, надеюсь, впредь ты будешь умнее. И тебе не взбредет в голову нападать на светлых. По крайней мере, до тех пор, пока я не разрешу. Пообещай!
  Да мне что, жалко? Ради такого красавчика - все что угодно.
  
  Дарелин
  
  Я держал на коленях девчонку и перебирал ее волосы, пытаясь успокоиться. Расслабившись в ванне, я почувствовал боль и злость Женьки, а потому запаниковал. Второй раз уже! Если в первый все как-то быстро закончилось, то на этот раз было хуже. Не задумываясь о последствиях своего поступка, я рванул в телепорт, успев схватить только меч и повязать полотенце вокруг бедер. Мною двигал страх именно за жизнь девчонки, о себе я даже не думал, что весьма странно. Нелогично.
  - Дарик, ты ведь не будешь меня пороть? Я честно-честно больше не буду. Я стану тихой и послушной.
  Свежо предание, а верится с трудом. Нет, конечно, через недельку она будет милой и приятной, немного вздорной, но все же очаровательной. Но эту неделю надо еще прожить. И желательно без потерь.
  - Пороть тебя, девочка моя, надо днем и ночью. Даже без перерывов на обед и ужин. Я же с тобой скоро поседею! У тебя совесть есть? Ну хотя бы в зачаточном состоянии?
  Она виновато потупилась. Еще чуть-чуть, и расплачется. Я что, перегнул палку? Да вроде даже не кричал особо. Только поначалу, так тогда она даже внимания не обратила, рассматривая мое тело под полотенцем. Шевелится у меня, видите ли. Еще бы он не зашевелился! Встала передо мной, вся такая беззащитная, в мокрой блузке, ставшей вдруг полупрозрачной, да еще и облепившей всю эту небольшую, но восхитительную грудь! Я мужик, в конце концов, у меня рефлекс. Да и женщины давно не было. Если не изменяет память, то больше семи сотен лет! Сейчас девчонка хоть в полотенце закутана, да одежду ее я уже высушил. А все равно, организм еще взбудоражен. Наверное, из-за того, что так перенервничал.
  - Я больше не буду.
  Ну-ну. В одном я точно уверен: то, что случилось сегодня, действительно не повторится. Она придумает что-нибудь новенькое, лишь бы помучить меня.
  - Это я уже слышал. Объясни, почему, если меня нет рядом, ты обязательно находишь приключения на свою голову? Почему нельзя тихо-мирно доехать до светлых земель?
  Заметив, как она покраснела, я проследил за ее взглядом, опасаясь повторения недавних событий, но не со мной в роли исследуемого. Оказалось, что смотрит она не на область брюк, а на стрелу, валяющуюся на полу кареты прямо у моих ног. Знакомую такую стрелу, черную с алым оперением.
  - Скажи, девочка моя, на вас что, напали орки? - деланно спокойным голосом спросил я, пытаясь сдержать гнев и... страх.
  Девчонка замялась. Дроу посерел, выдавая свой ужас.
  - М-м-м... ну да. А как ты догадался?
  Так. Кого-то ожидает весьма серьезный разговор. Мог бы - убил бы этих дроу собственными руками! Мало того что за одной-единственной девчонкой уследить не могут, так еще и свои обязанности забыли напрочь! Они должны были мне доложить!
  - Такие стрелы бывают только у них. Но кто объяснит, почему я должен сам догадываться, а не выслушивать доклад подчиненных? - процедил сквозь зубы я, сдерживаясь изо всех сил.
  Ярость захлестывала, пробуждая меня настоящего. Пробуждая того самого жестокого, беспринципного убийцу, способного из одной лишь прихоти стереть с лица земли целый город вместе со всеми жителями. Но неожиданно на грудь и правую щеку легли теплые маленькие ладошки. Изумленно взглянув на Женьку, я почувствовал, что злость, сидевшая во мне страшным зверем, вновь опустила морду на лапы и заснула.
  - Не сердись, пожалуйста. Когда бесишься, ты так кривишься, что мне становится страшно. Я очень боюсь тебя, когда ты злой.
  Демиург, конечно, сволочь та еще, но сделал мне бесценный подарок, хотя желал наказать. Опять просчитался, старый пень.
  - Тебе нечего бояться. Тебя я никогда не трону. И все же, может, хоть ты объяснишь, почему я все узнаю последним?
  Я осторожно погладил ее по макушке, стараясь сдерживать раздражение.
  - Просто тот дроу, которого ты назначил главным, вчера был сильно ранен и, кажется, еще не пришел в себя. А тот шар, который ты дал для связи, мы... того... разбили. Случайно, честное слово.
  Я улыбнулся и обнял замершую девчонку. Какая она все-таки теплая, так бы и сидел с ней целую вечность. Если бы еще не ерзала у меня на коленях, пробуждая мужские инстинкты. Но никто не совершенен.
  - Расслабься и расскажи по порядку. Когда напали, сколько их было, много ли раненых и убитых. Ты ведь сама не пострадала?
  Я прислушался к своим ощущениям, но девчонка уже приняла обезболивающее, так что полного прояснения ситуации обычными методами я добиться не смог.
  - Нет. Но вчера я впервые убила. И ночью он приснился мне в кошмарном сне, - тихим голосом ответила она, утыкаясь носом мне в плечо.
  М-да... ни на секунду нельзя оставить без присмотра. Что ж, придется пересмотреть планы и проводить малявку до места назначения, хотя логичнее было бы вернуться назад и надежно спрятать ее в моем замке. Но это плохое решение, его мне подсказывают страхи, которым нельзя поддаваться.
  - Понятно. Рассказ подождет. Я решил ехать с тобой. Но мне нужен толковый заместитель на время отсутствия. Ингр, не поможешь? Мне было бы очень приятно, если бы ты вернулся в замок и присмотрел за делами. Я обязан сейчас остаться со своей наследницей.
  Дракону я могу доверить это дело. Он кристально честен, правдивость у него в крови. Все же творения Старшего великолепны. Как люди, так и драконы. К тому же по нему видно, что он привык отдавать приказы. Мои дроу подчинятся ему беспрекословно, если будут уверены, что это не принесет мне вреда.
  - Да без проблем. Пообедаем, и поеду, - отозвался Ингр.
  Как же хорошо иметь рядом того, кому можно доверять. И почему я раньше этого не замечал?
  
  Шес
  
  Глядя на то, как Дарелин поглаживает по спине малышку, в итоге заснувшую у него на коленях после исповеди, закончившейся слезами, я искал себе оправдание. И не находил. Как я мог допустить случившееся? Почему позволил дриаде Клинее ударить мою госпожу? Почему не растащил их, когда они сцепились? Почему не среагировал, когда Жени выпала из кареты, чуть не угодив под колеса?
  - Ну, Шес, ничего не хочешь мне объяснить? - ледяным тоном спросил Темный Лорд, продолжая поглаживать Жени по голове.
  Он говорил тихо, но от этого мурашки лишь сильнее бежали по спине. Над губой выступила испарина.
  - Мне нет оправдания. Я не понимаю, почему не исполнил свой долг. Мне стоит...
  Дарелин остановил меня властным жестом, заставив вспомнить, что передо мной - самое жестокое существо нашего мира.
  - Заткнись. Я доверил тебе свою самую великую драгоценность, а ты не смог за ней уследить. Одна маленькая девчонка! Какого хрена ты вообще позволил дриаде ехать в карете?!
  От его слов веяло таким холодом, что Жени во сне вздрогнула и невольно застонала. Дарелин отвлекся, успокаивая ее поглаживаниями по спине и поцелуями в висок.
  - Я не знаю, зачем я ее впустил. На тот момент мне казалось это правильным. Я готов принять любое наказание, мой лорд, - признал я свои ошибки.
  Дарелин тяжело вздохнул и смерил меня каким-то подозрительным взглядом. Я загнал чувство недовольства поглубже, прекрасно понимая, что мое бездействие можно расценивать как предательство.
  - Где твои амулеты, убогий?
  Удивившись нелепости вопроса, я полез за ворот рубахи, стараясь нащупать медальон. И его там не оказалось! Похлопав себя на всякий случай по всем карманам, я растерянно уставился на сына Демиурга.
  - Медальон пропал, - просипел я.
  Медальон, зачарованный лично Темным Лордом, служил гарантом того, что я не попаду под чье-либо магическое воздействие, а я его потерял. Более того, мне даже в голову не пришло проверить, на месте ли он. Такого раньше не случалось!
  - Я так и понял. На тебе висит довольно сильный приворот. Из-за него ты, как выражается моя девочка, тормозишь не по-детски. Снять его не составит труда, но сначала я хочу узнать причины, по которым эта зеленоволосая дрянь попыталась тебя охмурить. Я спущу все на тормозах, если ты ей просто понравился, но если она таким образом хотела добраться до Женьки...
  Его глаза опасно сощурились, и я впервые увидел настоящего Темного Лорда, бога дроу. Жестокий и беспринципный убийца проявился сквозь маску доброго и всепрощающего брата. Я понял, почему его так боялись те, кто видел до того, как Демиург наказал его. Поймав этот взгляд, я почувствовал непреодолимое желание упасть на пол и ползать на брюхе, вымаливая прощение и право на жизнь.
  - Вы хотите ее допросить? Я готов заняться данным вопросом...
  И если для этого придется прибегнуть к самым жестким мерам, я буду только рад.
  - Сам займусь. А что касается тебя... Если Женька еще хоть раз подвергнется опасности, я уничтожу всех дроу и найду другую расу, которая будет мне служить. Понял?
  Я кивнул, чувствуя, что еще чуть-чуть, и заскулю от ужаса.
  
  Энувиэль
  
  Все утро я доводил темную до белого каления, пытаясь определить предел ее терпения и степень ее жестокости. И каково же было мое удивление, когда выяснилось, что самой страшной угрозой, прозвучавшей из ее уст, было обещание отдать меня своей компаньонке, темной эльфийке Мирамель. Не спорю, это страшно, но изнасилование я уж как-нибудь переживу. А ведь могла бы и смертью пригрозить!
  Чуть позже наследница сцепилась с Клинеей, приревновав к ней своего телохранителя. Знатная вышла драка, я даже побоялся приблизиться, чтобы не попасть под раздачу. А вот Темный Лорд не побоялся выскочить из портала голышом и опрокинуть на разъяренных фурий ведро с водой, услужливо кем-то поданное. Хм... я уже начинаю его уважать. Кажется, не все чувства в нем умерли. Любопытно получается.
  Проследив, как вся компания верхушки темных вместе с предателем-драконом забирается внутрь кареты, я внутренне усмехнулся, продолжая изображать из себя придурковатого недотепу. Еще слишком рано показывать свое истинное лицо.
  Поняв, что пообщаться с таким интересным объектом исследования, как темная наследница, не удастся, я направился проведать дриаду. Связанная и избитая, она валялась в повозке, из которой срочно перенесли раненых.
  - Что, Клинея, доигралась?
  Сплюнув кровью, дриада злобно покосилась на меня.
  - Кто же мог подумать, что прискачет Лорд? И что вдруг на него нашло? Если бы не это, наследница была бы уже мертва, - злобно прошипела она.
  Жестко усмехнувшись, я осмотрел ее цепи. Да уж, старательно ее скрутили. Никаких шансов на побег.
  - Он почувствовал ее. А значит, здесь все не так просто, как кажется.
  Я замолчал, обдумывая возможные варианты развития событий. Картина выходила не очень обнадеживающая, но при определенном везении я смогу выйти из игры с минимальными потерями.
  - Ты ведь спасешь меня, Эви?
  Вряд ли. Не хватало еще самому попасться. Тогда за мою жизнь и гроша ломаного не дадут.
  - Если Дарелин не решит лично распорядиться твоей судьбой, то сделаю все, что смогу. Но что-то мне подсказывает, что он тобой еще займется. И уж тогда не обессудь.
  
  Глава 10. Отношения полов
  
  Три стадии мужского раскаяния: 1) Так ей, стерве, и надо! 2) Наверное, руки все-таки распускать не стоило... 3) Пес с ней, извинюсь - пусть подавится!
  
  Женька
  
  Я в раю. Определенно. Иначе как еще объяснить это шикарное зрелище полуобнаженных мужчин? Итак, устроим небольшое соревнование в борьбе за титул 'Мистер виновный в пробуждении моих гормонов'. За призовые места борются четыре мужчины, представители разных рас. Претендент номер один: Дарелин по прозвищу Божественный. Кстати, это самое прозвище он получил от меня за свой торс и плечи. Восхитительная фигура, ручки так и тянутся его пощупать. Лицом тоже весьма красив, а двухцветные волосы лишь добавляют шарма. Лишь одно пожелание на будущее: почаще заменять штаны полотенцем, а то теряет в сравнении с другими несколько баллов.
  Претендент номер два: дроу по имени Шес, мой телохранитель. Высокий, мощный, красивый, правда, непривычной для меня красотой. Серая с голубоватым оттенком кожа, красные глаза, белоснежные волосы. Короче, инфернальный типаж. Тело тоже достойно восхищения. Даже шрамы его не портят. Пусть прозвище у него будет Инферн. Ему подходит во всех смыслах.
  Третий претендент - дракон Ингр. О да, вот это я называю настоящий мужчина. Бронзовый загар, хорошее телосложение и исходящая от него аура уверенности и доброжелательности. Восхитительный, одним словом.
  И претендент номер четыре, как это ни странно, эльф Энувиэль. Немного худощав, на мой взгляд. Фигура танцора. Но мышцы явно присутствуют. Ладно, спишем на особенности расы. Красив, зараза. Эх... осталось определить, кто на каком месте и кто вылетел из тройки призеров.
  - Женька, чем там сидеть, лучше бы помогла нам.
  Ага, мне вот больше делать нечего, кроме как чинить карету, из-за многочисленных защитных заклинаний не поддающуюся ремонту магией. Только ручками. Я им что, плотник, что ли?
  - Я сейчас слишком занята, - огрызнулась я, глядя на них невинными глазами.
  Мне досталось два злобных взгляда (Дарик и эльф), один осуждающий (дракоша), один всепрощающий (Шес) и полтора десятка индифферентных.
  - И чем это моя наследница так занята? - В голосе Дарелина послышались угрожающие нотки.
  А что сразу я? Я вообще маленькое, хрупкое создание. Меня холить и лелеять надо.
  - Я провожу конкурс красоты среди настоящих мужчин. Никак не могу определиться с призерами.
  Переглянувшись между собой, они... начали мне позировать, показывая, по их мнению, все достоинства своих фигур. Даже Шес, хотя от него я этого ожидала в последнюю очередь.
  - Малышка, смотри, как должен выглядеть настоящий мужчина. Нет, ты посмотри! А лучше пощупай.
  Загнав поглубже смех, я послушно потрогала бицепсы Ингра. Стальные, что я могу сказать. Выразив свое восхищение, я переключила внимание на Шеса, ненавязчиво пытавшегося оттеснить дракона. Когда ему это наконец удалось, он изобразил на лице суровую решимость и схватился за меч.
  - Не слушай этого старика. Это же ходячая древность! Настоящий мужчина должен быть в расцвете сил и возможностей. Ты только посмотри!
  Я закусила губу, сдерживая хохот. Договорить Шесу не дал Дарелин, закрыв его собой.
  - Не слушай его, он девственник. Я здесь самый красивый, умный, обаятельный... - начал он нахваливать себя, как грузин - персики на рынке.
  - Ага, а еще скромный. - Я все же начала хихикать.
  - Не перебивай, женщина, до этого своего качества я еще не дошел.
  Впрочем, сыну Демиурга не дал договорить один из светлых. Выйдя вперед, он тряхнул своей великолепной гривой золотистых волос и улыбнулся, демонстрируя дивную акулью пасть белоснежных клыков. Насколько я помню, это русал. А ничего, кстати, симпатичненький.
  - Моя леди, смею вас уверить: вы совершили ошибку, не включив меня в число финалистов вашего конкурса. Но думаю, вы просто меня не разглядели под этой грубой одеждой.
  Еще раз ослепительно улыбнувшись, он стащил с себя кольчугу и рубашку, оголив торс. М-да... действительно зря не включила его в свой список красавцев. Я такие 'кубики' только в журналах видела. И всегда подозревала, что это работа фотошопа, пока в мир Саахлишь не попала. Тут 'кубики' у всех воинов имеются.
  Рядом со мной шумно приземлилась девушка из команды светлых. Оборотень, как я поняла по желтым глазам и хищной грации. Перекинув на грудь длинную черную косу, девица мне подмигнула.
  - У нашего русала на заднице целлюлит, так что его однозначно вычеркивай.
  Я фыркнула, давясь очередной порцией смеха.
  - А я считала, 'апельсиновая корка' - прерогатива женщин.
  Русал даже покраснел от возмущения, испепеляя взглядом свою напарницу.
  - Ну, может, он и женщина, я не проверяла... - протянула девушка. Теперь я уже просто икала от смеха.
  - Я не женщина! И целлюлита у меня нет! У меня она идеально упругая! Могу показать!
  Он потянул за ремень, заставив меня поперхнуться.
  - Не надо, верю! Вы включены в список претендентов!
  Русал надменно кивнул и уступил свое место эльфу. Я приготовилась долго мстить за все подколы и издевательства.
  - Всем известно, что светлые эльфы - самые прекрасные создания Демиурга. - И Энувиэль эротичным движением отбросил волосы назад.
  Половина отряда дроу во главе с моей компаньонкой уставились на эльфа, очевидно, строя планы на ночь.
  - В любой семье не без урода, - мгновенно выдала я.
  Нет, ушастый очень красив, если судить объективно. Проблема в том, что я не способна на объективность, когда речь идет именно о нем. Слишком уж он меня раздражает. Что-то в нем неправильно!
  - Да ладно тебе, наследница, не будь строга к нашему эльфу, - снова подала голос девушка-оборотень. - Он, конечно, временами полный кретин, но в целом достаточно милое создание. И ты не можешь отрицать - внешность у него потрясающая.
  Да, временами демиурги бывают невероятно слепы. Кощунство, такая внешность и такое содержимое!
  - Ладно уж. Есть еще желающие войти в число претендентов? Нет? Тогда жюри удаляется на совещание.
  Поставив этой фразой всех в тупик, я повернулась к девушке.
  - Ну что, давай решать вместе? Меня, кстати, Женька зовут. А тебя? - решила пойти я на контакт.
  - Лейла. И кому же ты отдашь пятое место?
  Я задумалась. Они все клевые. Как же разделить три призовых места? И при этом никого не обидеть? И еще судить объективно? Как ни крути, а все равно не получается.
  - Да не знаю, эти павлины так свои хвосты распушили, что я совсем сбилась толку.
  Она засмеялась, вызвав у меня ответную улыбку. Странно, но от дриады меня сразу оттолкнуло, будто она омерзительная куча мусора. Мне физически неприятно было находиться рядом с ней. А с Лейлой так легко и уютно. Ни разу в жизни я еще так запросто не общалась с особями своего пола. Даже подруг у меня никогда не было. А может, она согласится на эту роль? Хотя я вроде как воплощаю в себе все то, что она ненавидит.
  - Тут ты права, - поддержала мою мысль Лейла. - Но знаешь, если рассуждать, не учитывая поступки, пятое место я бы все равно русалу отдала. У него кожа слишком белая, и на руках все вены видны. Бр-р.
  Приглядевшись, я поняла, что она сказала правду. Действительно, не самое приятное зрелище. Парни, подслушивающие нас без зазрения совести, сочувственно похлопали проигравшего по спине, чуть не свалив его в грязь. Совсем как на настоящих конкурсах красоты.
  - Согласна. А четвертое отдадим дракону. Он, конечно, восхитителен. И шрамы его совсем не портят, но все же. Зато я бы ему присудила титул 'Самый лучший отец во всех мирах'.
  Дракон польщенно покраснел и поклонился нам. Еще бы, его племя очень серьезно относится к потомству, и быть отцом считается великой честью.
  - Итак, переходим к третьему месту. Честно говоря, я дальше теряюсь. - Лейла вопросительно посмотрела на меня, предлагая самостоятельно справиться с этим сложным выбором.
  - Однозначно, третье место достается эльфу, - заявила я. - Он, конечно, красив, но рожа слишком надменная. Будто он лучше всех. Это его сильно портит.
  Присмотревшись к своему товарищу, Лейла кивнула, выразив свое полное согласие. Я же заметила, как напряженно переглянулись Шес и Дарелин. Не поняла, что они не поделили? Что это за первые признаки соперничества?
  - Ну что, предстоит самый сложный выбор. Кто у нас станет 'самым красивым'?
  Я задумалась над вечным вопросом 'что делать?'. Вот передо мной стоят двое обалденных мужчин, и у каждого из них свой комплекс неполноценности: у Дарика из-за волос, а у Шеса из-за принадлежности к расе дроу. И как поступить в подобной ситуации? Зачем я вообще все это затеяла?
  - Я не знаю, Лейла. Честно не знаю. Я бы им обоим отдала первое место. Они оба совершенны, просто они разные. Как выбрать между яростью черно-белого пламени и тяжеловесной грацией тигра?
  Мы обе задумались, пока я не устала от этой головоломки.
  - Фиг с ним. Первое место в нашем конкурсе делят Дарелин и Шес. Эльф получает почетное второе место. Ингр завершает тройку призеров, а русал получает приз зрительских симпатий, то бишь утешительный. А теперь пора за работу.
  
  Дарелин
  
  С легкой улыбкой я наблюдал, как моя наследница раздраженно отбивается от русала, все еще пытающегося доказать, что он самый красивый. Да уж, внесла моя подопечная сумятицу в наши ряды. Действительно ведь, как павлины пораспустили свои хвосты и начали что-то строить из себя. Каждый почему-то хотел выиграть. И ведь умудрилась, зараза маленькая, не обидеть никого из своих. Нам с Шесом обоим присудила первое место, пытаясь показать, что относится к нам абсолютно одинаково. Или просто чувства наши пощадила. А Ингра обозвала отцом, невероятно этим польстив. Драконы трепетно относятся к своему потомству. А ведь он и правда к ней относится, как к собственному ребенку, маленькому и непослушному, но все равно любимому. А может, потому и любимому, что этот озорник постоянно дает повод о себе позаботиться.
  - Все глаз с нее не сводишь, - мягко проронил дракон.
  Хм... только, вот, вспомнил о нем.
  - Ты знаешь, что она для меня значит, Ингр.
  Но знаю ли я сам?
  - Не совсем так. Потому что ты сам еще не определился в этом вопросе. Что ты чувствовал, когда она уехала?
  Я усмехнулся. Что я чувствовал? Я бесился и не мог найти себе места, срываясь на слугах. И меня все время мучило мое собственное воображение, подкидывавшее картинки всех тех ужасов, что могли с ней произойти в дороге.
  - Я тосковал, дракон. Не прошло и часа с момента, как кареты выехала за ворота, как я чуть не взвыл от тоски. Мне кажется, я ждал лишь повода, чтобы рвануть к ней.
  Я усмехнулся, вспоминая свою постоянную безотчетную тревогу. Я перебирал в уме тысячи возможных поводов пойти за ней, но гордость не позволяла выбрать ни одного. В первый раз, конечно, когда напали орки, я бы рванул, но был занят в подземельях, а тем временем ситуация устаканилась. Я посчитал, что буду выглядеть придурком, если явлюсь, когда все позади. А потом я почувствовал ее боль. И рванул, как мальчишка, не позаботившись о своей собственной безопасности. Да что там, даже об одежде забыл!
  - Она славная девчушка. То, что ты к ней испытываешь, чудо. Не борись с этим. Лучше расслабься и получи удовольствие.
  Я узнал фразу, которую Женька повторяла достаточно часто по любому поводу. Расслабиться, значит? Не получится.
  - Эта драка с дриадой... Она пыталась убить Женю. Хитрые светлые нашли способ обойти клятву. Решили подстроить несчастный случай. Эта выдра зеленоволосая надеялась, что во время драки они вдвоем угодят по колеса кареты или копыта лошадей. Представляешь? Проклятая фанатичка готова была погибнуть сама, лишь бы погубить девчонку. А ведь малышка никому ничего плохого не сделала. Чистая и невинная, истинное дитя света.
  Я заметил, как Женька, выведенная из себя приставаниями русала, разразилась потоком ругательств. Кто ее этому научил? Узнаю многие выражения дроу. Так, языки всем надо поотрубать. И вдруг девчонка замолчала, с напряжением уставившись на светлого. Я не поверил своим ушам, когда она начала извиняться! Нет, ну какая же она все-таки наивная дурочка. Посчитала, что обидела русала, и тут же почувствовала себя виноватой, забыв обо всем его занудстве.
  - Она искренне привязана к тебе, а значит, уже виновна во всех совершенных тобою поступках. Ты отправил ее в логово змей, способных если и не убить ее, то сильно отравить ей жизнь. И я рад, что ты все же решил составить девочке компанию в этом путешествии. Она не понимает, во что ввязалась. И Шес, как выяснилось, не всегда способен ее защитить. Ты в этом плане надежнее. А насчет своих дел не волнуйся, я за всем присмотрю. Главное, наше солнышко убереги.
  Наше солнышко... А ведь я ей перед отъездом подарил сережки, которые создал с помощью магии из настоящих лучей заходящего солнца. Конечно, с помощью дракона, но все же. И мне почему-то невероятно приятно, что она их носит.
  
  С помощью грозных взглядов я разогнал толпу желающих поехать в карете. Мне просто необходимо побыть наедине с Женькой, чтобы вдолбить в ее голову хоть немного здравого смысла. Она, впрочем, предчувствуя головомойку, попыталась выпросить разрешение ехать верхом, но получила довольно резкий отказ. Причем даже не от меня - я не успел. Шес после своей оплошности взялся за обязанности телохранителя даже слишком рьяно. Надо бы предупредить, чтобы не переусердствовал.
  Взглянув на усевшуюся напротив меня девчонку, я окончательно собрался с мыслями.
  - Тебе надо быть осторожнее со светлыми, Женя. Дриада пыталась тебя убить. И только по нелепой случайности ее план провалился, что несказанно меня обрадовало.
  От былого веселья на ее лице не осталось и следа. Хорошо, что она сразу понимает, когда я говорю действительно важные вещи. Еще бы научилась не спорить! Но надо привыкать - идеальных существ не бывает.
  - Ты преувеличиваешь, это была обычная драка. Мне ничего не грозило... - неуверенно пробормотала она.
  - Я допросил ее. Более того, я вывернул наизнанку всю ее память. Она хотела именно убить тебя. И в этом как-то замешан эльф, хотя я не сумел добраться до воспоминаний о нем. Все было стерто качественным ментальным блоком. Так что держись подальше от светлых и поближе ко мне и Шесу.
  Она подавленно замолчала, а я отвернулся к окну. Не люблю сообщать ей неприятные новости, это я только что понял. Тьма, а ведь она была так весела и беззаботна, когда общалась с той светлой, с Лейлой. И даже русал, кажется, ее забавлял.
  - Что теперь с дриадой? Ты ее убил?
  Что у нее с голосом?
  - Жень, неужели ты будешь ее оплакивать? Она собиралась хладнокровно тебя убить!
  Она передернула плечами, как от холода, и отвернулась, пряча от меня свои глаза. Но зачем, я ведь и так чувствую, что она плачет...
  - Иди сюда.
  Я потянул ее за руки и усадил к себе на колени. Девчонка тут же уткнулась носом в ворот моей рубашки и начала всхлипывать. Дожили, самое ужасное порождение Тьмы успокаивает сопливицу в своих объятиях. И наслаждается процессом!
  - Ну что ты плачешь? Да не убил я ее, не убил. Руки пачкать не хотел. Но сейчас ей очень плохо, многие воспоминания стерты, так как блок ей ставил профессионал. У нее сейчас разум пятилетней девчушки, так что если захочешь, можешь взять ее к себе и позаботиться о ней. Только не плачь. Я же для тебя все сделаю, любой каприз исполню. Только успокойся. Ну хочешь, я извинюсь перед тобой и светлыми?
  Женя потерлась макушкой о мой подбородок и, кажется, начала успокаиваться. Я принял это за добрый знак, но вдруг она заговорила:
  - Я чувствовала, что что-то не так. Мне рядом с дриадой было очень неуютно, я не знала, куда деться. И с эльфом то же самое. Я не могла расслабиться рядом с ними и злилась. Но с Лейлой все по-другому. Она не такая, как эльф или дриада. Она не желает мне зла. А русал, он ведь всего на три года старше меня. По их меркам, совсем ребенок. Милый и добродушный, хотя немного чванливый и заносчивый.
  Двадцатилетний русал отправился с заданием уничтожать меня? Бред какой-то, я чуть не убил ребенка! Но не стоит об этом думать. Забавно, что Женька чувствует эмоции окружающих. Или не эмоции? Надо расспросить поподробнее.
  - Женя, эти твои ощущения... Как ты ощущаешь меня? Я, например, желаю тебе зла?
  Она завозилась, пытаясь ослабить мои объятия, но быстро сдалась.
  - Сейчас ты испытываешь раздражение и любопытство. А вообще, я ощущаю тебя, как очаг. Пламя, запертое в камнях. С тобой тепло и уютно, но одновременно опасно, так что лучше тебя не злить. Шес - гранитные стены, защита. Ингр - что-то живое, теплое и заботливое, не знаю, как объяснить. Моя компаньонка - змея, не ядовитая, но вредная. Дроу из охраны - разные виды оружия. Холодные и безразличные. Дриада - как куча мусора, что-то омерзительное и ненадежное. Эльф - кусок мокрого мыла: кажется, вроде нащупал, а оно ускользнуло. А девушка-оборотень - летний луг. Русал - ручеек. Я по-разному ощущаю всех, кто меня окружает. Не знаю, откуда это взялось, но пока я жила в своем мире, такого не было.
  Хм... раньше не было? Одно из двух: либо Демиург ей помогает, пытаясь защитить, либо в ней начал просыпаться дар. Но ведь я проверял, она не способна к магии! Значит, примем первый вариант. И смиримся с тем, что Женька всегда будет знать, кто для нее опасен. Насколько мне известно, эту чувство сложно обмануть. Нужно иметь не просто выдающиеся, а гениальные актерские способности. Кстати, следует опасаться наивных идиотов, свято уверенных в том, что они действуют тебе во благо.
  - Все ясно. Ладно, я не запрещаю тебе общаться со светлыми, но ради всего, что для тебя дорого, будь предельно осторожна!
  
  Шес
  
  Удостоверившись, что карету охраняют достаточно хорошо, я позволил себе ненадолго отлучиться, чтобы заняться собственными делами. Дарелин лишь мимоходом упомянул об истинных мотивах дриады, но все же чувство злобы и жажда мести снедали меня. Я направил своего коня к повозке, где она валялась, связанная. Рядом с ней сидели товарищи из светлой команды, мрачно взирая на бывшую боевую подругу.
  - Что-то не так с пленницей Лорда? - спросил я.
  На меня подняла глаза девушка-оборотень. Симпатичная, но опасная.
  - Она безумна.
  Не поверив ее словам, я свесился с седла и схватил Клинею за волосы. Абсолютно бессмысленный взгляд и слюни, стекающие из уголков рта, подтвердили слова светлой. С брезгливостью я отбросил дриаду назад, но Лейла успела подхватить тело подруги.
  - Твой господин просматривал память и задел блок, который, защищая информацию от прочтения, повредил мозг. - Эльф сказал это с раздражением, но в то же время со злорадством и облегчением. Как будто ему сильно хотелось, чтобы зеленоволосая пострадала еще сильнее. Я отметил этот момент, чтобы после рассказать Лорду, но не подал виду.
  - Ты ошибся эльф. У меня нет господина. У меня есть госпожа. Но по старой привычке я выполняю приказы своего бога, - холодно ответил я светлому.
  - Да нам нет до того дела. Мы хотим знать, почему с Клинеей так жестоко поступили? Это приказ наследницы? - взбесилась Лейла, частично утратив над собой контроль и продемонстрировав оскаленные клыки и когти.
  - Дриада пыталась убить наследницу, инсценировав несчастный случай. Драка была запланирована. Ваша спутница надеялась, что во время инцидента моя госпожа попадет либо под колеса, либо под копыта лошадей. Лорд Дарелин очень злится, когда кто-то пытается обидеть его наследницу. Но раз эта зеленоволосая тварь еще жива, то думаю, моя госпожа уговорит Лорда передать судьбу дриады в ее руки. Если так и случится, светлой будет обеспечен лучший уход и лекари. Моя госпожа никогда не причинит боль разумному или полуразумному существу. По своей сути она светлая, и хоть судьба связала ее с Лордом, это не изменило ее.
  Убедившись, что мои слова произвели должный эффект, я удалился. Что ж, я провинился, значит, теперь надо быть еще бдительнее.
  
  Лейла
  
  Я держала на коленях голову Клинеи, понимая, что шансы на выздоровление просто ничтожны. Неужели наследница, эта милая девушка с робкой улыбкой, могла из ревности приказать уничтожить соперницу, посмевшую привлечь внимание ее телохранителя? Она темная, но все же я не могу поверить в ее жестокость. Не похожа она на мстительную стерву. И дроу, ее телохранитель, говорит искренне, я же чувствую. Но чему тогда верить? Тому, что я всю жизнь слышала от наставников, или тому, что вижу собственными глазами? Не может зло так кротко улыбаться, подбивая мужчин на авантюру в виде конкурса красоты. Демиург, создатель наш, подскажи, как быть? Кому верить?
  
  Энувиэль
  
  Обидно, что этот темный так неосторожно уничтожил столь хороший материал. Эта дриада могла еще пригодиться. Наивная, доверчивая, влюбленная в меня. Жаль, теперь она потеряна. Ну да ладно, другую найду. Главное, Лорд обо мне так и не узнал. По крайней мере, ничего определенного. Я ведь сам ставил блок на памяти Клинеи.
  Кстати, надо присмотреться к Лейле. Провести с ней подготовительную работу. Может, сумеет заменить свою подругу. Да и с темной она уже сдружилась. Определенно, дождусь, пока успокоится, и начну обработку.
  Скоро я уже стану владыкой. Надо только чуть-чуть подождать и приложить еще немного усилий.
  
  Глава 11. Мы вас не ждали, а вы приперлись
  
  Незваный гость - лучший гость.
  Присказка людоедов
  
  Женька
  
  Терпеливо снося щебетания дриады о каких-то ленточках, я гипнотизировала взглядом спящего Дарелина.
  - Мама, ну мама, ты ведь купишь мне золотистые ленточки? Они подойдут к моим волосам. И платье! И туфли! Ну ма-а-ама! - заныла зеленоволосая, почти переходя на ультразвук.
  Я, конечно, много могу вынести. Даже то, что дриада, явно превосходящая меня по возрасту лет на пятьдесят, вешается на шею и называет мамочкой. Но она же постоянно выпрашивает что-нибудь! Вчера выклянчивала куклу и сказку на ночь. Позавчера залезла на колени и попросила заплести ей косички. И ведь если не сделаешь, то будет плакать и капризничать часа три. И это не считая того, что она постоянно бегает за мной хвостиком, требуя внимания и заботы. Ее ведь надо водить в кустики и кормить с ложечки. Ну почему она выбрала в мамы именно меня? Почему не Лейлу, например? Это все Дарелин виноват, однозначно. Это он с помощью магии попытался привести мозг Клинеи в относительный порядок, чтобы она могла через пару лет прийти в норму. Таким способом он мне отомстил за то, что я заставила его возиться с моей несостоявшейся убийцей.
  - Золотце, я не могу тебе сейчас ничего купить, потому что мы в лесу. Давай я куплю тебе попозже и платье, и ленты, и туфельки. И даже бусы. Хорошо? Только не капризничай сейчас, ладно? А то твой папа Дарелин злится, когда не высыпается.
  Дриада послушно перестала домогаться до меня и начала мурлыкать под нос какую-то песенку.
  - С каких это пор я стал папой? - удивился двухцветный, приоткрывая глаза.
  Я скрыла злорадную усмешку, зарывшись в волосы 'дочурки'.
  - С тех же самых, когда я стала мамой. Это твоя вина, так что будешь вместе со мной воспитывать нашу... дочку.
  От возмущения он резко вскочил:
  - Да я бы ни за что не согласился иметь детей! Тем более, ты еще не способна к такому делу, как материнство. Ты еще сама ребенок.
  Ой-ой-ой, тоже мне, нашелся.
  - То есть ты бы не хотел от меня ребенка? И... погоди минутку, ты считаешь, что из меня никудышная мать? Да ты... ты... убирайся отсюда! И дочку свою забери! - взбеленилась я.
  Значит, я - никудышная мать? Да я буду самой лучшей мамой для своих детей! А их у меня будет не меньше пяти, я всегда хотела большую семью.
  - Женя, ты меня неправильно поняла...
  Увернувшись от пущенного мной ботинка, Дарелин поспешно выскочил на ходу из кареты, не забыв хлопнуть на прощанье дверью. Но я все равно услышала его слова, брошенные, по всей видимости, Шесу:
  - Женщины! Всегда извратят твои слова невероятным образом, так, чтобы ты оказался виноват. Смени меня.
  Фыркнув, я попыталась принять самый независимый вид, чем вызвала хихиканье у дриады. Дверь открылась, и к нам присоединился Шес. Первым делом он смерил Клинею подозрительным взглядом. Ага, лопухнулся один раз, теперь постоянно ее подозревает. Да она же такая беспомощная, что даже одеться сама толком не может! Эх, мужчины.
  - Ты сегодня великолепно выглядишь, Жени.
  Я покраснела, представив себе облик толком не мывшейся много дней покрывшейся испариной ведьмы со спутанными волосами и недовольным лицом.
  - Либо у тебя плохо со зрением, либо ты мне льстишь. Третьего не дано.
  Дроу как-то загадочно улыбнулся, отчего я почувствовала себя полной дурой. Да что с ним происходит в последнее время? Вдруг ни с того, ни с сего взял и подарил мне букет полевых цветов. На некоторых стебельках остались корни, но все же было приятно. И постоянно комплименты делает. Подозрительно все это. Может, пытается искупить вину за то, что не предотвратил драку? Я понимаю, что все дроу странные, но он - особенно!
  - Я никогда не вру тебе. И зрение у меня отличное. Просто для меня ты всегда красивая.
  Да ну? Верится с трудом.
  - Ага, некрасивых женщин не бывает. Бывает мало водки.
  Шес озадаченно нахмурил брови.
  - Разве есть какая-то связь между крепким напитком и женщиной?
  Я подавила рвущийся наружу смех, понимая, что иначе могу обидеть Шеса. Все мужчины, как дети, носятся со своей гордостью, и не дай бог ее уязвить.
  - Самая что ни на есть прямая. Смотри: чем больше выпивает мужчина, тем привлекательнее для него становится женщина. Для пьяного в зюзю и восьмидесятилетняя старуха за молоденькую блондиночку сойдет. А чем больше выпивает женщина, тем доступнее она становится для мужчины.
  - Значит, если тебя напоить, ты можешь стать доступной даже для, допустим, меня?
  Не поняла, что за шальные мысли в голове у моего телохранителя? Я его что, привлекаю в этом плане? Офонареть можно.
  - Почему 'даже'? Ты сильный, красивый и заботливый. Почти идеальный. Но я не готова к половой жизни, как мне кажется. Это слишком большая ответственность.
  Он как-то грустно кивнул, и я убедилась, что мир вокруг сдвинулся по фазе. Сумасшедшая дриада впала в детство и считает меня мамочкой. Эльф перестал подкалывать и смотрит так, будто чего-то от меня ждет. Мой собственный дроу ведет со мной непонятные разговоры с уклоном в половую тематику. Оборотниха то дружелюбна, то убить готова, причем непонятно чем руководствуясь. А Дарелин будто стал считать себя моим папочкой: постоянно на колени сажает, по головке гладит, даже своей девочкой иногда называет! Не то что я против, но как-то неуютно. Не могу я приспособиться к таким резким переменам.
  Неожиданно карета остановилась, и я услышала довольно приятный мелодичный голос, явно эльфийский:
  - Кто вы и зачем пожаловали в лес светлых эльфов, странники?
  По-моему, и ежу понятно, кто мы, хотя насчет 'зачем' могут быть варианты. Дарелину надо заключить пакт о ненападении, Энувиэлю - вернуться домой, а я собираюсь устроить первый в своей жизни шопинг. И пусть только попробует этот жмот двухцветный не дать мне денег, а эльфы пусть рискнут меня не обслужить. Закачу истерику, пожалуюсь Шесу, и он убьет их всех, на фиг. Кроме Дарика. Но этому я устрою несварение желудка. Специально съем что-нибудь порченое.
  - Я - Дарелин, владыка темных земель, Темный Лорд, ну и как вы там меня еще называете? Прибыл со своей свитой для проведения переговоров с вашей владычицей.
  Ну, если нас сейчас не расстреляют на месте, то можно считать, нам повезло. А может, есть надежда, что женщину они не тронут. Хотя какая из меня женщина, так, подросток.
  И все же я вышла из кареты, Шес даже не успел меня остановить. Следом вылезла донельзя довольная дриада.
  - Ух, ты, мама, смотри, какие красивые мальчики. Можно я их обниму? Можно? Ну пожалуйста!
  Я никогда не заведу детей, теперь я это знаю точно. Схватив зеленоволосую за руку, я тяжело вздохнула и посмотрела на растерявшихся эльфов. Шикарные блондины, прямо прототипы Леголаса. Правда, вместо луков - копья, ну да неважно.
  - Нельзя, Клинея. Видишь, дяди хмурятся - у них плохое настроение и они не хотят обниматься.
  И откуда ты взялась на мою голову такая любвеобильная? Со всеми мужиками так и норовишь поообниматься.
  - А я стишок знаю смешной, он им понравится, и они развеселятся. Давай я расскажу, ну пожалуйста?!
  Я махнула рукой, позволяя сумасшедшей делать все, что захочет. Достала уже, честное слово. Это дитя природы встало в позу и с чувством начало декламировать:
  
  - Смеется суслик в неуютной норке,
   На спинку опрокинулся жучок...
  
  'Дочурка' с выражением и улыбкой полной дебилки поочередно перечисляла
  сошедших с ума животных: слювявый крот, бешеная лошадь, чокнувшиеся насекомые... Такое впечатление, что писал сие произведение наркоман после косячка. И где она этого набралась? Пока я задавалась сим вопросом, Клинея дочитала стихотворение до конца, закончив просто таки сакраментальным:
  
  - ...стояло жаркое, засушливое лето,
  Горели конопляные поля...
  
  Все, кто это слышал, не смогли сдержать улыбок. А наше сопровождение так просто покатилось со смеху. Ведь доподлинно известно, что тридцать процентов дохода от торговли светлых эльфов составляет именно продажа конопли. Хотя, конечно, не всегда в чистом виде они ее продают. Иногда из нее делают веревки или масло. Хотя лучше всего у них получаются конопляные настоечки для усмирения боли, галлюциногенный эффект этих дивных напитков общепризнан.
  Я, затолкав смех поглубже, оглядела собравшихся, в том числе и покрасневших эльфов.
  - Ну и какая скотина научила ее этому поэтическому шедевру? Сами признаетесь, или мне попросить Шеса выяснить?
  Раздалось смущенное покашливание, и передо мной предстал весь такой виноватый Дарелин.
  - Это я...
  Нет, ну стоит отвернуться, как этот паразит учит Клинею чему-то плохому! Сначала научил ее ругательствам темноэльфийским, сказав, что нечаянно, мол, просто палец прищемил. Потом показал, как правильно в носу ковыряться. Потом, гаденыш, подробно объяснил, на какие точки моего тела следует нажать, чтобы я плакала от смеха. Теперь учит ее стихам с политическим подтекстом.
  - Владыка, значит, темный... Ничего, я потом с тобой поговорю, наедине, чтобы твою репутацию не подмочить, - мрачно предупредила я.
  Эльфы, и светлые и темные, заухмылялись.
  - Да ты ее и так уже утопила. - Дарелин обезоруживающе улыбнулся, но я не поддалась.
  Зараза, сначала напакостит, а потом строит из себя ангелочка. И знает ведь, что для меня его улыбка, как удар ломом по черепу, только без таких болезненных последствий!
  - Темный лорд, мне не хочется прерывать вашу беседу, но владычица уже ждет вас.
  Эльф сказал это с такой надменной рожей, что захотелось немедленно сделать ему какую-нибудь гадость, дабы вылечить от снобизма. Но все же я направилась в карету, напоследок пообещав взглядом Дарелину расплату за все грехи.
  
  Дарелин
  
  Я все-таки решился на это! В смысле, решил завязать с Женькой интимные отношения. Она, конечно, еще ребенок, но если я и дальше буду тормозить, Шес ее у меня отобьет. Вон, он ей уже цветочки дарит! Я, правда, видел, как она их втихую потом выкинула, но все равно - бездействовать нельзя. И для начала надо привлечь к себе внимание. Это мне уже удалось. Шаг второй - очаровать. И у меня есть для этого прекрасная возможность - бал, который владычица устраивает в честь возвращения племянника. Там я и покажу девчонке, каким милым и приятным могу быть.
  Дверь со всего маху распахнулась, ударив по стене, и в комнату ворвалась Женька. Не понял, она что, без стука входит? Совсем стыд и совесть потеряла?
  - Дарик, миленький, хорошенький... дай мне денег.
  А ведь так хорошо начала. И все скатилось к наглой просьбе снабдить презренным желтым металлом! Маленькая вымогательница! Алчная, невоспитанная, занудливая...
  - Ну пожалуйста...
  И как ей отказать, когда она такие жалобные глазки делает?
  - И зачем тебе вдруг понадобились деньги? - мрачно поинтересовался я.
  Конечно, я выполню ее просьбу, куда же я денусь. Но все-таки.
  - Я хочу пройтись по магазинам, купить красивую одежду, а еще косметику ну и какие-нибудь дешевые украшения. У меня раньше такой возможности не было - у моей семьи не было денег, чтобы покупать много вещей.
  Ее взгляд затуманился, а с лица исчезла улыбка. Почему, ответь мне, Демиург, почему она так тоскует по дому, где никому не нужна? Почему она не может просто забыть и наслаждаться жизнью?
  - Деньги я тебе, разумеется, дам, но ты собралась ходить по магазинам во вражеском городе. Пока еще вражеском.
  - О, не волнуйся, я возьму с собой Шеса и еще пару дроу для охраны.
  Не волнуйся?! Она мне прямо заявляет, что берет с собой моего соперника, а я должен расслабиться и спокойно отпустить их вдвоем? Нашла идиота.
  - Я пойду с тобой. Спинным мозгом чувствую: тебе понадобятся лишние руки для таскания многочисленных покупок.
  Радостно взвизгнув, Женька вихрем понеслась собираться, не забыв, впрочем, благодарно поцеловать меня в щеку перед уходом.
  Приятно, тьма меня побери!
  
  Я и не знал, что по магазинам можно ходить так долго! Да я на тренировках меньше устаю! Шесть часов Женька таскалась по эльфийским лавкам, приобретая с моего разрешения всякий хлам. Расчески, шпильки для волос, шарфики, блузки, бальное платье, сапоги, туфли, набор шампуней... И это лишь малая часть списка ее покупок. Бижутерию ей категорически запретил покупать, из-за чего она на меня чуть не обиделась. Я же заявил, что у моей наследницы должно быть только самое лучшее и отвел к ювелиру, где скупил половину товара. Пусть порадуется и почувствует себя обеспеченной.
  Теперь же мы находились в лавке, торгующей нижним бельем. Женька с увлечением примеряла то, что ей приносили эльфийки, я пытался представить ее в развратном комплекте пурпурного цвета, а Шес, покрасневший на манер дроу, стоял в центре зала, прикрыв глаза. Вот ведь, девственник.
  - Шес, как думаешь, Женьке пойдет этот чудесный комплект?
  Я показал ему приглянувшееся белье, фигурировавшее в моих последних фантазиях. Шес покраснел еще больше и отвернулся, что дало мне возможность не скрывать злорадную ухмылку.
  - И все-таки?
  Приятно все же надавить на больные места соперника.
  - Нет. Она не тянет на развратную девицу, для которых это предназначено. Ей нужно что-то такое же невинное, как она сама.
  Ого, как рассуждает наш влюбленный дроу. Все равно она тебе не достанется. Она моя и только моя. Никому не отдам.
  - Да, наверное, ты прав. Тогда как тебе тот белый комплект, перед которым ты сейчас стоишь?
  Сплошные кружева с голубыми атласными бантиками. Чисто и невинно. Да, ей бы подошло. Особенно под белоснежное свадебное платье. Так и вижу картину: моя наследница в этом комплекте, белых чулках, подвязке, фате и туфлях на высокой шпильке. Лежать, дружок, лежать. А то она опять что-нибудь ляпнет.
  - Да, ей подойдет.
  Голос у дроу был хриплый и какой-то напряженный. Приняв решение не мучить его ближайшие десять минут, я подозвал продавщицу и попросил завернуть облюбованное белье без примерки.
  Наконец пытка закончилась. Женька, радостная и взлохмаченная, вывалилась из своего закутка для примерки и обвела нас сияющим взглядом:
  - Куда идем дальше?
  Забыв о возникших разногласиях, мы с Шесом обменялись страдальческими взглядами. И когда только маленькому чудовищу надоест таскать нас по этому образчику женского мира? Мне уже в душ хочется. Холодный.
  - А не пора ли нам обратно во дворец? Еще ведь на бал надо собраться?
  Задумавшись на короткое мгновение, девчонка послушно подхватила одной рукой меня, а другой Шеса, и бодро зашагала. И откуда только силы берутся?!
  - Кстати, Женька, не окажешь ли честь быть моей спутницей на балу?
  Шес кинул на меня злобный взгляд и тоже предложил на рассмотрение свою кандидатуру. Наша малышка покраснела от удовольствия и смятения и обещала подумать. Возможно, сегодня все и решится - она окончательно выберет между нами. И проигравшему придется забыть о ней. А я еще ни разу не проигрывал никому, кроме Демиурга.
  
  Шес
  
  Проводив взглядом удаляющуюся фигурку Женьки, мы вернулись к прерванному разговору.
  - Ну что, дроу, сегодня она выберет одного из нас. А значит, второй должен будет отступить, - весело заговорил Дарелин, словно победа уже у него в руках
  Звучит заманчиво. Но что если этот выбор окажется не в мою пользу? Смогу ли я тогда остаться для нее просто телохранителем? Или все уже зашло слишком далеко?
  Мое отношение к Жени особенное, бесспорно. Но любовь ли это? Ведь к Лейле я испытываю сильное физическое влечение. И общаться с этой светлой мне тоже нравится. А вдруг именно это - любовь, а то, что я испытываю к своей госпоже, - лишь желание опекать и защищать? Да в этих отношениях сам Демиург ногу сломит!
  - Я не уверен, что смогу отступить, если она выберет тебя, - сказал я.
  Ну хоть в этом-то честно признался!
  - Я тоже не уверен. Ладно, разберемся по ходу дела. Пусть сначала выберет кого-нибудь, а то ведь с нее станется вообще не пойти на бал.
  Или пойти с кем-то третьим. Поняв по глазам Дарелина, что данная мысль и его посетила, я рванул к покоям Жени, ощущая чуть позади дыхание господина. Охранников возле двери не оказалось, значит, они вошли внутрь вместе с посетителем.
  Мы ворвались в комнату, готовые ко всему, только не к виду мирно беседующих Женьки и эльфа. Да что же это такое? Стоит отвлечься ненадолго, как сразу начинается беспредел!
  
  Энувиэль
  
  Я все-таки это сделал - собрался с духом и пришел к наследнице. Зачем? Ну, например, узнать, как ей удалось переманить на свою сторону всех моих товарищей из отряда. А еще выяснить, как она сумела очаровать мою дражайшую тетушку. Этой же карге старой невозможно угодить!
  Наследница встретила меня напряженно, будто ожидая какого-то подвоха. Не понял? Она что, уже с местными барышнями пообщалась? Так это неправда, что я насильно тащил в кровать ту дуру! Она сама прыгнула. А потом разобиделась, что я не сделал ее фавориткой, и пустила слух, что я насильник и люблю жестокость. Идиотизм!
  - Доброго тебе вечера, наследница. Как настроение? Готова к балу?
  Надо завести светскую беседу, а потом вытянуть нужную информацию.
  - Готовлюсь. Ты чего вдруг ко мне пришел?
  И в кого она такая прямолинейная? Вроде общается с Темным Лордом, который так и норовит всех на кривой козе объехать! В смысле, он хороший дипломат.
  - Да так, просто проведать решил. Ты очаровала владычицу. Как тебе это удалось?
  Может, подскажет что, а то я с тетушкой не лажу.
  - Никак. Она такая милая. У меня дома про таких говорят 'белая и пушистая'.
  Скорее уж седая и волосатая. Отрастила гриву до пола и ходит каждому хвастается.
  - Это только с тобой. Ей вообще мало кто нравится. Особенно с первого взгляда, - скривился я.
  Не радует это. Слишком все гладко у наследницы выходит - к любому найдет подход!
  - Угу. Слушай, ты зачем пришел? Я ведь чувствую, ты что-то задумал, как и чувствовала недобрый замысел Клинеи. Собрался убить меня?
  Чувствует, значит? А я-то гадаю, почему она так напряжена и старается разговаривать со мной лишь в присутствии Дарелина или Шеса.
  - Убить тебя? Ни в коем случае! Я тебе жизнью обязан. Будь ты светлой, я бы уже отдал тебе свой родовой медальон и принес вассальную присягу. Но ты темная. И я теряюсь в догадках, как быть дальше.
  Хотя идеи у меня есть. Тысячи возможностей использовать наивную темную наследницу для осуществления планов по захвату трона владычицы. Но чтобы использовать, надо подружиться. А пока она чувствует исходящий от меня негатив, это невозможно. Значит, я ненадолго забуду о планах. Пока эта синеволосая малявка не научится доверять моим словам.
  - Слушай, а компанию на балу не составишь? - вдруг предложил я.
  Стоп, это-то я зачем делаю? Ее же потом мои дамочки загрызут. Не сказать, что меня беспокоит сохранность ее жизни, но все-таки уже принял решение подружиться.
  - Это уже третье приглашение за сегодняшний день. И знаешь что, я лучше пойду с тобой, чем буду выбирать между Дарелином и Шесом.
  Едва она успела договорить, как дверь распахнулась настежь и ворвались эти двое. Они смерили меня подозрительно-ненавидящими взглядами и уже собрались засыпать Женю вопросами, когда та решила сама озвучить свое решение:
  - А я решила пойти на бал с Энувиэлем.
  Эй, спокойнее, я же не знал, что оба влюблены в нее! Ну все, если они меня не убьют, то можно считать, что я счастливчик. И на фига связался, она же меня не привлекает как женщина!
  Хотя еще года два, и у нее отбоя от кавалеров не будет.
  
  Глава 12. На балу
  
  В плохих отношениях между мужчиной и женщиной всегда виноваты оба:
  один не то сказал, другая не так поняла, третий не то сделал...
  
  
  Женька
  
  Я офигенная! Самая прекрасная, самая обворожительная, самая-самая, короче. Кто бы мог подумать, что в этом замечательном эльфийском платье я буду так шикарно выглядеть?! Откуда-то нарисовались длинные ноги, хрупкая фигурка, алебастровая кожа, огромные глаза, даже грудь из небытия вылезла! Интересно, где она пряталась? А волосы перестали казаться неудачным экспериментом криворукого парикмахера. Они стали моей экзотической изюминкой.
  Еще раз проведя по мерцающему лазурному шелку изящного платья простого силуэта, неожиданно подчеркнувшего все мои немногочисленные достоинства, я взглянула в зеркало. Миниатюрная красавица в облегающем платье с рукавами из органзы и двумя разрезами на юбке, открывающими ноги до середины бедра. Талию обвивает золотая цепочка, прекрасно гармонирующая с сережками. Волосы убраны в шикарную прическу и скреплены золотыми шпильками с сапфирами и бриллиантами. На шее переливается небольшая бриллиантовая подвеска, страхующая меня на случай, если Дарелин отойдет дальше, чем на два километра. И прекрасные туфельки в тон к платью с золотыми листиками вместо пряжек. Завершающим штрихом стал потрясающий макияж в золотых и голубых тонах. Довольно улыбнувшись, я покружилась, убеждаясь, что чувствую себя в этом наряде комфортно.
  - Энувиэль, хватит уже прятаться в ванной! Лучше выйди и посмотри, с каким сокровищем ты идешь на бал!
  Дверь приоткрылась ровно настолько, чтоб из щели могла высунуться голова эльфа, тут же повернувшаяся почти на триста шестьдесят градусов. Ага, обозрел окрестности: враг на горизонте не маячит, значит, можно вылезать.
  - Тебе легко говорить 'не прячься'. За тобой не ходит парочка ревнивых темных, горящих желанием прикопать тебя на любимой клумбе владычицы. Да-да, той самой, с редким видом розовой конопли.
  Я подавила смех, стараясь не задеть чувства разобиженного эльфа. Бедненький, он столкнулся с желанием Дарелина и Шеса защитить меня от всего на свете. Ему же не объяснишь, что неконтролируемые приступы веселья у меня вызывает именно розовая конопля. Как я поняла, настоечка из этого редкого растения служит местным аналогом запрещенных сортов нашего абсента. Только видишь не зеленых фей, а розовых бородатых гномиков в прелестных лиловых юбочках и голубеньких гольфиках. А ведь эта милая травка фигурирует на родовом гербе владычицы. Умереть не встать!
  - Не обращай на них внимания. Полают, напугают, но не укусят, - успокоила я ушастого.
  Хотя... кто их знает, может, и цапнут.
  - Ага, тебя-то они точно не укусят, а меня растерзают на кусочки.
  Я фыркнула, но эти слова приняла к сведению. В самом деле, мы видим моих друзей с разных сторон. Для меня они добрые, надежные, нежные братья. Троюродные. Хотя, лучше пятиюродные. А для остальных Дарелин и Шес - исчадия ада.
  Но сейчас я об этом думать не буду. У меня на носу первый в жизни бал! Прямо как у Наташи Ростовой! Хотя почему-то на ум приходит не 'Война и мир', а анекдоты про поручика Ржевского. Не дай бог, конечно...
  - Блин, ну какой из тебя кавалер. Ты мне даже комплимента не сказал! - обиделась я.
  Вся такая офигенная, а парень этого даже не замечает.
  - Какие еще комплименты, если моя единственная цель теперь - пережить этот бал и остаться с полным комплектом конечностей!
  Эльф втянул голову в плечи и дернул ушами, показывая свое отчаяние. Тьфу, угораздило же с ним связаться! Лучше бы русала позвала.
  - Трус и ничтожество. А еще эльф, не последний в очереди на титул владыки. Позор.
  Так, я тут как полная дура два часа собиралась на первый в своей жизни бал за впечатлениями, а эльф пошел в отказ? Я, конечно, милая, добрая и пушистая, но такое не прощу!
  - Я не трус...
  - ...но я боюсь, да?
  Бросив ему самую насмешливую и уничтожающую улыбку, я направилась к двери с четким намерением найти другого кавалера для сопровождения.
  - Ничего я не боюсь! Да я всех твоих темных порву одной левой! Пошли!
  Схватив меня за запястье, он почти бегом кинулся в зал. И при этом постоянно оглядывался. Тоже мне, герой. Но лучше уж промолчу, а то руку ненароком оторвет.
  
  Спускаясь по шикарной лестнице к танцующим парам, я чувствовала себя Золушкой. То есть вроде и кажусь всем принцессой, но сама мучительно жду, когда карета превратится в тыкву, а эти напыщенные аристократы начнут смеяться над замарашкой. Не дай бог, лоханусь, наступив на подол и рухнув. Ну или еще что-нибудь в этом роде.
  Но все, похоже, обошлось. Я не упала, улыбка не перешла в оскал, кавалер мой незадачливый не превратился в горстку пепла под взглядами темных. Вот только мы здорово опоздали, а приходить после появления владычицы - дурной тон. Эх, я точно - деревенщина. Вместо того чтобы препираться с Дариком, надо было этикет зубрить!
  Одолев треклятую лестницу, я мысленно сплюнула по девять раз через каждое плечо и устремилась к владычице, намереваясь попросить прощения.
  - Здравствуй-здравствуй, деточка. Оставь свои извинения, мне они ни к чему. Энувиэль, иди развлекайся, а мы с твоей спутницей посекретничаем.
  На услышавших эти слова напала редкая, но заразная болезнь. Столбняк называется. А у моего эльфика даже нервный тик начался, потому что он видел, как эта шикарная по всем параметрам эльфийка озорно мне подмигнула. Я не поняла, она нетрадиционной ориентации и предвкушает невинное баловство?
  Взяв меня под локоток, сногсшибательная блондинка проложила маршрут на балкон, не забыв ухватить для нас два бокала с чем-то явно алкогольным. Причем одной рукой. Вот это талант!
  - Владычица, я не понимаю...
  Она фыркнула и сунула мне в руки бокал. Механически отхлебнув, я моментально перегнулась через перила и выплюнула мерзкую жидкость. К сожалению, попала кому-то на голову, вызвав всплеск ругательств в стихах. Некоторое время мы с эльфийкой просто прислушивались, но потом до меня дошел смысл ситуации, и я пожалела, что не бросилась с моста до того, как встретилась с Кесом.
  - Не обращай внимания на все эти правила этикета. Они созданы не для таких, как мы, - беззаботно заявила владычица.
  Ничего не понимаю!
  - Каких это 'таких'?
  Она звонко рассмеялась и без стеснения уселась на перила. И это женщина, которой, судя по учебникам истории, перевалило за девять сотен? Да еще и правительница своего народа!
  - Стоящих над всеми. Наше поведение никогда не будет признано неприличным. В худшем случае - эпатажным. Но никто не посмеет сказать о нас плохо, если не хочет лишиться головы.
  Пипец, и это слова светлой эльфийки! Куда катится мир?!
  - А...эм.. ну... м-да... А могу я вам задать один вопрос, раз уж мы отринули весь этикет?
  Она величаво кивнула и залпом допила свой напиток.
  - Почему вы так благосклонно меня приняли?
  Она на секунду задумалась, дав мне время помучиться сомнениями и заняться самоедством. Нет, все-таки этикет - полезная штука. С ним нервы в большей сохранности.
  - Из-за Энувиэля. Ты его жутко раздражаешь, он тебя не переваривает и никогда не полюбит как женщину, но он тебя уважает. И это много для меня значит. Ведь он - мой сын...
  Не поняла! Сын? Мне казалось, племянник. Либо я что-то не поняла, либо владычица многих водит за нос! А ведь они и правда похожи: тот же разрез глаз, те же скулы, нос.
  - Не удивляйся, об этом мало кто знает. Я родила его вне брака, но от любимого. Чтобы уберечь от насмешек и покушений, отдала его сестре, второй претендентке на трон. Ее старшая дочь - третья в очереди. И они обе желают мне долгих лет жизни, так как предпочитают жизнь, полную приключений и опасностей. Дипломатки из них аховые. Энувиэль же - прирожденный правитель, хоть и прикидывается дурачком и простофилей. И когда я присоединюсь к предкам, именно он займет место на троне. Так написано в моем завещании, о котором знает весь совет. В то числе и те, кого мой сын уже подкупил.
  Капец, семейка.
  - Ну ты ведь понимаешь, что это между нами. Ты не раскроешь мой секрет, а я сохраню твой.
  Подмигнув, она упорхнула в зал, оставив меня в недоумении. Какой еще мой секрет она имела в виду?
  Пожав плечами, я тоже вернулась в зал и тут же столкнулась с мужчиной своей мечты. Да это же вылитый Ретт Батлер! Красавец брюнет с насмешливыми глазами и небольшими усами.
  - Жени... - окликнул меня дроу, неизвестно как оказавшийся рядом.
  - Ой, Шес, кажется, я влюбилась с первого взгляда. Кто этот красавец?
  
  Шес
  
  Я и раньше считал Жени непревзойденной красавицей, но на этом балу я понял, что она прекрасна, как богиня! Хрупкая, в струящемся, словно потоки водопада, платье, с великолепной прической и уверенностью в глазах. В груди что-то приятно сжалось, когда я увидел ее спускающейся по лестнице. Если бы еще этот наглый эльф не портил весь вид!
  - Тьма, как она прекрасна! А эльфу чуть позже шею свернем. Перед отъездом, чтобы успеть смыться.
  Дарелин приблизился незаметно, я чуть не вздрогнул от неожиданности. Так же, как и я, он не сводил глаз с девушки. Сегодня она нам открылась с новой стороны. Мы даже представить не могли, что Жени может выглядеть не как девчонка-сорванец, а как маленькая принцесса.
  - Шею свернем, расчленим и скормим свиньям, - подтвердил я насчет эльфа.
  А Жени продолжала спускаться, одаривая всех очаровательной улыбкой.
  - Хорошее дополнение, мой дорогой соперник. Эй, куда это ее владычица потащила? Давай-ка за ними!
  Мы начали осторожно пробиваться в том направлении, где скрылись владычица с наследницей, но на нашем пути встал эльф.
  - Господа, я должен с вами серьезно поговорить.
  Мрачно потерев правое запястье, я выразительно повел плечами. Дарелин размял пальцы, на которых начали мерцать разноцветные искры.
  - Я на эту вашу человечку не претендую! Она мне не нравится! Я вам не соперник, честное слово! - испуганно заверещал эльф.
  Дарелин мрачно ударил его по правому плечу и сжал в тисках, отчего светлый скривился. Я повторил жест Лорда, вложив всю силу в сжатие пальцев. Синяки останутся надолго.
  - Это хорошо, что ты не стоишь у меня на пути. Учти, обидишь ее - пожалеешь, что родился мальчиком.
  Дарелин сказал это таким проникновенным голосом, что светлый побледнел и схватился за сердце. Я же решил его добить:
  - Пожалеешь, что вообще родился. Как в принципе и твоя семья.
  Прислонив полуобморочного эльфа к колонне, мы с удвоенным энтузиазмом ринулись к балкону, но опоздали. Прямо на нас, чуть не сбив с ног, высочила владычица. Мило улыбнувшись, она поцеловала меня в щеку и упорхнула. Я даже остолбенел ненадолго, но быстро пришел в себя, увидев задумчивую Жени, в ее глазах был детский восторг.
  Я тихонько окликнул девушку, чувствуя, как приближаются неприятности.
  - Ой, Шес, кажется, я влюбилась с первого взгляда. Кто этот красавец?
  Ожидая худшего, я обернулся, проделав это почти синхронно с Дарелином. Человек. Маг. Ректор академии, магистр Даластор Де Гриз.
  Ну почему из всех она выбрала именно его?
  Почему не меня?
  
  Дарелин
  
  Я как полный идиот оберегал ее от тлетворного влияния эльфа, опасался, что этот гад светлый ее соблазнит, а она запала на белого некроманта! Нет, ну где справедливость в этой жизни? Она смотрит на него с таким восторгом, что просто удавиться хочется. От зависти. А этого ректора плешивой человеческой академии я попозже тонким слоем по мраморной лестнице размажу. Выискался на мою голову, танцевать малышку пригласил. Пусть только попробует свою клешню хоть на сантиметр ниже положенного опустить!
  - Не понимаю, почему из всех она выбрала именно это ничтожество.
  Кивком я согласился с растерянным Шесом. Даже до меня уже дошла ректорская слава бабника и повесы. Падкий до экзотичных и симпатичных девушек, он пер к своей цели напролом, не считаясь с затратами и последствиями. Хуже быть не может.
  - И ведь, самое обидное, если мы попробуем что-то сделать этому некроманту, то она устроит такую веселую жизнь, что сами попросим Демиурга наказать нас лет так на тысячу.
  Я вспомнил те редкие, но ужасные моменты, когда малышка выходила из себя, и вздрогнул. Побитые сервизы, перевернутая мебель, прятки от этой фурии в кладовке и несколько дней полного игнорирования моей особы... Жуть! Да уж, лучше действительно отправиться на отбывание наказания к Демиургу, пропади он пропадом.
  - Шес, не трави душу, и так паршиво. Моя крошка танцует с каким-то некромантом и мило ему улыбается, а я стою тут как полный дурак и не знаю, что делать. Слушай, может, войну развязать? Захватить парочку светлых королевств... Раньше меня это успокаивало, - ностальгически вздохнул я.
  Дроу хмыкнул и покачал головой, выражая несогласие. В совокупности с тем, как пристально он следил за танцующей парой, это выглядело довольно забавно. Вот только мне не до смеха.
  - Я бы не советовал. Жени не одобрит и устроит тебе скандал с голодовкой и постоянными упреками. Оно тебе надо, злить нашу маленькую принцессу? Мне она больше нравится счастливой, улыбающееся, милой и доброй.
  И в этом есть своя доля истины.
  - Мне тоже. Но надо же как-то сбросить напряжение! Слушай, может, сходим в бордель?
  Девушки, не обремененные моралью и совестью, вино, азартные игры - все это просто необходимо мне в данный момент.
  - Господа, я буду счастлив показать вам наш лучший дом терпимости, раз уж моя дама нашла себе кавалера по душе. Ну что, идем? Я, так сказать, угощаю.
  Энувиэль радостно потер ручки, предвкушая ночное веселье. Во мне тоже зашевелились темные инстинкты. Шес же недоуменно нахмурил брови:
  - А как быть с Жени? Мы же не можем оставить ее вместе с этим светлым!
  У меня тоже мелькнула мысль, что нельзя оставлять девчонку без защиты, но я задавил ее в зародыше. Хотя...
  Выпив залпом целый бокал какого-то коктейля, я выдал:
  - Да ладно, возьмем ее с собой. Посидит внизу, сыграет партию в шахматы, пока мы исполним долг настоящего мужчины.
  Почему мне начинает казаться, что это не самая лучшая идея? Ну не будет она тихо и мирно сидеть внизу, я ее знаю.
  
  Энувиэль
  
  Какое счастье - эти двое отвлеклись от моей особы и переключились на человеческого мага. Ух, думал уже, что придется заказывать себе поленья для ритуального костра прощания. Вовремя она запала на этого прохвоста с усиками, успевшего перепортить большую часть девушек из прислуги.
  - И как ты предлагаешь ее уговорить?
  Я пожал плечами, показывая, что это-то как раз не проблема.
  - Да она сама побежит впереди нас, с ее-то любопытством. Главное, правильно подать информацию.
  Мои собеседники вдруг напряглись. Проследив за их взглядами, я увидел, что наш гость, некромант, уводит наследницу в одну из укромных ниш, по-хозяйски положив руку на талию. А один палец даже сполз ниже. Да еще и поглаживает. Ну что ж, Даластор, покойся с миром. Я тебя почти не знал, так что не буду обещать скучать.
  - Он - покойник. И пусть Женька потом хоть год мне за это мстит. Переживу как-нибудь, - прорычал Дарелин, одним глотком осушая очередной бокал с коктейлем. Пятый, по-моему.
  - Ага, что мы, с одной девочкой не справимся? Поплачет, побуянит и успокоится. Ну не убьет же она нас за это? - неуверенно поддержал его Шес.
  Не убьет, но покалечит точно. Причем нечаянно, и потом будет долго извиняться, рассказывая, как она не хотела этого делать, что это было какое-то помутнение рассудка. Было уже, проходили. Еще в пути, когда мы в очередной раз ругались, она со всей злости ударила меня в плечо, задев рану, а потом даже варила бульон и долго просила прощения. Странная девчонка, но довольно милая. Хотя, не допусти Демиург, заполучить такую в жены.
  - Слушай, светлый, ты с нами?
  Темные уперлись в меня взглядами, не оставляющими выбора.
  - Ну... я не против вас, если что. Просто ведь скандал будет - он же ректор все-таки. Я даже передачи вам буду носить, если вас посадят.
  И дроу, и Темный Лорд жестко ухмыльнулись и двинулись за наследницей. М-да... девчонке не светит личная жизнь, если она не выберет кого-то из этих двоих. А она не выберет - слишком не уверена в себе, чтобы так быстро разобраться в своих чувствах. Еще годик-два их помучает, если ее не подтолкнуть к выбору. А может, заняться этой проблемой? Только определить сначала, кто ей все-таки нравится. Это будет забавно.
  
  Даластор Де Гриз
  
  Аппетитная цыпочка эта Евгения. Не в плане внешности, а в энергетическом. Великолепный каскад щитов, через который я так и не смог пробиться, десяток весьма сильных амулетов и очень интересный канал перекачки энергии. Эта маленькая леди вампирит у кого-то помаленьку. Я решил присмотреться к девочке с влюбленными глазами. Что могу сказать? Маленькая, хрупкая и слишком робкая, даже заикается слегка. И эти волосы немыслимого цвета - просто отвратительно. И все же я увел ее в нишу, созданную специально для уединения. Усадил поближе к себе и начал поглаживать коленку через платье. Да у нее ноги слишком худые!
  - Магистр Даластор, а как вы относитесь к Темному Лорду Дарелину?
  Я с трудом сдержался, чтобы не поморщиться. Робкая-то она робкая, а вцепилась, словно клещ!
  - Как только он начнет войну, я буду в первых рядах, чтобы уничтожить его и наследника. Такие, как они, не имеют права жить. А вы как считаете, свет моих очей?
  Она удивила меня, отстранившись и осторожно убрав мою руку со своего колена. Я что-то сказал не так? Но не может же она поддерживать темных? Аура у нее - чистый, хрустальный свет.
  - Что-то не так, моя драгоценная? - промурлыкал я, подкрепляя слова заклинанием подчинения.
  - Вот именно что не так, светлый. Убери руки от моей наследницы. Женька, надеюсь, ты хорошо развлеклась, потому что мы уже уходим, - рявкнул неожиданно появившийся Темный Лорд.
  Вот оно что, эта молоденькая пигалица - наследница. И, судя по всему, личная собственность Темного Лорда. А он ревнив. Я поднял ладони, показывая, что ни на что не претендую. Проблем мне только не хватало. Я сейчас все-таки в меньшинстве. Хотя было бы неплохо дождаться момента, когда темный потеряет бдительность, и приручить эту девчушку. Она может дать мне большой кусок пирога под названием 'Власть'.
  - Дарелин, это же мой первый бал. Неужели ты хочешь запереть меня в комнате уже сейчас?
  У девчонки так помрачнело лицо, что даже мне ее жалко стало, не говоря о ворвавшихся темных, для которых она многое значит. По рожам видно.
  - Нет, конечно. Мы идем развлекаться. Ты с нами? - мгновенно смягчился Лорд.
  Хм... тут есть над чем подумать. Судя по всему, пигалица имеет огромное влияние на Дарелина.
  - А куда я денусь? Магистр, надеюсь, мы с вами еще увидимся.
  
  ***
  - Братец, я не поняла, с чего вдруг эта ледяная стерва так отнеслась к девчонке? Что это она разоткровенничалась?
  Золотоволосый Демиург тряхнул головой и лукаво улыбнулся:
  - А я ей сказал, что если она не станет лучшей подругой Женьки, то потеряет всю свою власть. Вместе с могущественностью рода. И предупредил, что хоть девчонка и не эмпат, но очень чувствительна. И иногда неадекватно реагирует.
  Девушка звонко рассмеялась. Ей давно уже хотелось утереть нос надменной владычице эльфов.
  - Да, удачно придумал. Знаешь, я никогда не выступлю против твоего сыночка. Мне мое эмоциональное и физическое здоровье пока дороги.
  Мужчина нахмурил брови. Эльфийка предана ему на все сто, а значит, в нужный момент уничтожит девчонку без колебаний. Пусть и пришлось внести в первоначальный план корректировку, но он все еще работает.
  
  Глава 13. Дом увеселения
  
  Все женщины, по сути своей, ангелы.
  Но когда мужчины ломают им крылья, приходится летать на метле.
  NN
  
  Женька
  
  - Шах и мат. Снимай трусы.
  Скучающе подперев подбородок кулаком, я требовательно протянула вторую руку к своему противнику по шахматной доске. Симпатичный златокудрый и абсолютно незнакомый эльф трогательно покраснел и зашевелил кончиками ушей. Я грозно нахмурилась, чем заставила его покраснеть еще больше.
  - Госпожа наследница, а может, не надо? - робко спросил он, и даже прикрылся руками, пытаясь защитить последний клочок своей одежды.
  - Надо, Федя, надо. Снимай свои очаровательные розовенькие трусики с голубенькими сердечками. Я собираюсь прибить их над своей кроватью как боевой трофей.
  Ага, моя первая грандиозная победа в пяти шахматных партиях подряд за какой-то час. Раздела эльфика догола. А не фиг было с голым торсом садиться играть. Штаны, ремень, портянки, сапоги и, апофеоз, розовые трусики подвида 'семейные'. А чем еще заниматься в борделе девушке, если она здесь не работает? Не спорю, эльфийские публичные дома устроены так, чтобы даже самые привередливые клиенты чувствовали себя здесь уютно. Эдакий элитный клуб, где девушки идут лишь в качестве нагрузки, а основным развлечением являются азартные игры, но все же! Уроды! Как они могли не сказать мне, что с бала мы отправляемся в... дом терпимости?! Гады! Сами наверх ушли, в комнаты, развлекаться, а я что тут должна делать? В шахматы с клиентами играть, которые ждут своей очереди? Так для меня с моим дворовым воспитанием здесь достойных противников нет. Все карточные игры, домино, шахматы, шашки освоены мною в совершенстве.
  Очаровательные розовые трусы шлепнулись на доску, заставив меня сдержанно улыбнуться. А хотелось заржать в голос, так как даже со своими скудными познаниями эльфийского языка я перевела надпись, вышитую золотыми нитями спереди, гласящую: 'Мой ключик подойдет ко многим замкам'. А не слишком ли он высокого мнения о себе?
  - Позвольте мне отыграться, госпожа! - взвыл проигравший.
  Я поморщилась, но в принципе заняться-то все равно нечем.
  - Еще одну партию в шахматы? - Я пакостно улыбнулась, крутя в руках трофей.
  Блондин смутился и заерзал на стуле так, что я даже начала волноваться. А вдруг заноз в свои оголенные холмы нахватает?
  - А может, в карты?
  С таким жульем, как я, только в картишки и резаться.
  - А тебе есть на что играть, мой блондинистый друг?
  Он замялся, но положил на стол какую-то бумажку. Я с интересом ее изучила, но в суть так и не вникла.
  - И что это?
  Мне пока есть с чем ходить в место для размышления на тему: 'Ем все такое красивое, а выходит...'
  - Этот документ даст вам право на владение моей небольшой делянкой розовой конопли. Если вы выиграете, конечно. Но ваша ставка должна быть равнозначной. Что скажете насчет всей моей одежды и ночи в вашей компании?
  Ой-ой-ой, какие мы, оказывается. Казанова местного разлива, фи. Все мужики козлы. А с теми, кто не козлы, просто скучно.
  - Ушастый, ты за кого меня принимаешь? За работницу этого заведения? Только попробуй до меня хоть пальцем дотронуться, пожалеешь. Я тебе око натяну поверх седалищных холмов, как говорят некоторые личности. И делянка мне твоя не нужна, я же не торчок какой-нибудь.
  Эльф покраснел еще больше, но теперь уже от гнева. Что, не привык, светленький, к такому обращению? Правда глаза колет? Блондин несчастный! Ненавижу мужиков. Расстрелять их всех надо!
  - Госпожа, вы сами в этом виноваты! Между прочим, вы сейчас находитесь в публичном доме. И прекрасно вписываетесь в обстановку!
  Он даже подскочил на месте, отчего девицы смерили его заинтересованными взглядами. Ну да, посмотреть есть на что. Но у Дарелина круче, даже если учесть, что он был в полотенце. Ну, Дарелин, чтоб у тебя все поотсыхало и поотваливалось! Подлый предатель! Доберусь до тебя - кладовкой не отделаешься. Богом клянусь, у тебя в жизни больше ни на кого, кроме меня, даже не пошевелится! В первый раз я произнесла эту фразу, когда осознала, где нахожусь. И повторила ее уже раз ...дцать!
  - Вот это ты сейчас зря сказал... - прошипела я и, разозлившись, швырнула всю его одежду в камин.
  Многие из присутствующих засмеялись. Впрочем, в моих руках тут же оказался тяжелый медный подсвечник, которым я замахнулась на обидчика, олицетворявшего в данный момент все мировое зло.
  - Не стоит этого делать, юная леди.
   Кто-то, обойдя меня сзади, обхватил одной рукой за талию, а второй схватил за запястья. Мне показалось, я попала в тиски. Ощущая спиной чью-то каменную и явно мужскую грудь, я попыталась вырваться, но потерпела неудачу.
  - Отпусти, а то пожалеешь!
  У меня туфли на шпильках, и я не постесняюсь ими воспользоваться!
  - Расслабьтесь, свет моих очей. Не стоит устраивать публичный скандал в таком месте. Это недостойно леди.
  Я окаменела, почувствовав, как мой пленитель целует меня в мочку уха. По спине пробежала дрожь, ноги мелко затряслись.
  - Пустите...
  От этих поцелуев мурашки промчались по коже, и возникло непреодолимое желание визжать и царапаться.
  - А если не отпущу, то что? - игриво спросил мерзавец.
  Блин, и вечно моих защитников рядом нет, когда они нужны!
  - Я... я... я буду кричать. - И обреченно зажмурилась.
  Мужик явно сильный и здоровый. Что я могу с ним сделать? Конечно, Шес и Дарелин меня учили, как действовать в подобных обстоятельствах, но все эти знания куда-то испарились.
  Неожиданно руки разжались. Приобретя столь желанную свободу, я чуть не рухнула, но меня бережно подхватили и усадили в кресло.
  Придя в себя достаточно, чтобы адекватно воспринимать ситуацию, я огляделась. Оказывается, схватил меня не кто иной, как Даластор. Я даже покраснела, вспомнив о своей реакции на поцелуй в ушко. А ведь до этого казалось, что влюбилась.
  - Ма... ма... ма...
  Ну вот, от волнения опять начинаю заикаться! Ненавижу себя за это.
  - Мама? - предположил он.
  - Ма-магистр Даластор! Что вы себе позволяете? Я... я... приличная девушка, а вы...
  Я обвиняющее ткнула в него указательным пальцем, с неудовольствием отметив, что рука трясется. Странная реакция на этого человека. Не спорю: красив, обаятелен и умен. Ну и что? Дарелин его превосходит по всем статьям. Вот только в присутствии двухцветного у меня в животе бабочки порхают. А в присутствии магистра внизу живота тянет и ноги подкашиваются. Что, интересно, это значит? Да просто я его боюсь до дрожи в коленках, вот что.
  А бояться я не люблю, значит, будем с этим бороться.
  - Когда вы покинули бал, моя дорогая, я почувствовал, что свет померк. И решил последовать за вами, чтобы насладиться вашим сиянием.
  - А может, не стоит?
  Соберись, тряпка! Ну что это за мяуканье маленького больного котенка? Перед тобой мужчина, можно сказать хищник! А хищникам нельзя показывать страх! Сцепи руки, чтобы не тряслись, грудь вперед... Ну и что, что маленькая, зато имеется!
  - Милая леди, я восхищен вами. Может, хотите осмотреть комнаты на втором этаже? Я слышал, там дивная лепнина на потолках и кровати удивительной формы.
  Показав в пугающем оскале все свои зубы, Даластор галантно предложил мне руку. Но я лишь сильнее вжалась в кресло и вцепилась в подлокотники.
  - Не... я пас. Знаете, ну не могу я оценить по достоинству все изыски... э-э... местной архитектуры. И круглые кровати меня не вдохновляют. Я... это самое... подожду, пока ваши умельцы додумаются до зеркал на потолках, вот...
  Магистр отшатнулся, пораженный моими познаниями. Местные же труженицы стали возбужденно перешептываться. А одна даже подошла и склонилась надо мной:
  - Леди, я владелица этого дома, Арсунаэль. Не могли бы вы поподробнее рассказать про зеркала?..
  Невозможно поверить, что владелица борделя способна смущаться! Да еще так сильно, что даже мне стало жарко.
  - Ну... у себя дома я слышала, что... в заведениях подобного рода... иногда бывают комнаты, в которых и стены, и потолки увешаны зеркалами. Ну... чтобы самовлюбленные мужчины могли наблюдать за собой во время... работы.
  Я заикалась, подбирая слова, но, кажется, донесла свою мысль до народных масс. Кстати, моя аудитория расширилась. К нам присоединился крайне недовольный Дарелин, растрепанный и злой. Таким я его еще не видела. Теперь же окончательно убедилась в том, что он вовсе не тот компанейский и терпеливый парень, к которому я привыкла. Это смертельно опасный зверь. И он уже узнал вкус крови, испытав наслаждение. Я сжалась в своем кресле в комок, вмиг растеряв всю злость.
  - Чем ты тут занимаешься, малявка?
  Эй, он же сам меня привел сюда!
  - Развлекаюсь вроде как. Ты же не позволил мне повеселиться во дворце, - едва слышно сказала я, последние слова почти проглотив. Да что с ним случилось?! Импотенция подкралась незаметно? Ну так немудрено после семи сотен лет воздержания.
  - Ты чем-то недовольна?
  Многим. Но разве признаешься под таким взглядом? Убьет и не поморщится. Сейчас в нем не осталось ничего человеческого. Там, в глубине его сущности, я чувствовала только тьму, от которой хотелось убежать подальше. Нет, это не Дарелин, это что-то опасное. И лучше его как-то задобрить, дабы сохранить собственную жизнь.
  - Все в порядке, мой господин. Я прошу прощения за свое недостойное поведение.
  Выбравшись из кресла, я замерла в глубоком поклоне, создавая видимость покорности и скрывая желание расплакаться от непонятного чувства обиды. Хотя, почему непонятного? Лишил праздника, утащил с бала в публичный дом, заставил почувствовать себя презираемым отбросом общества, и теперь, видимо, собрался меня же во всем обвинить. Мол, замечталась ты, девушка. Это не сказка, это - жестокая реальность, где он - вовсе не принц, а главный злодей.
  Я действительно забылась. Какая же я дурочка...
  
  Дарелин
  
  Женька даже не поняла, что мы ведем ее в публичный дом. Радовалась, как дитя, щебетала о чем-то. А я чувствовал себя последним подонком. Нельзя так поступать. А с Женькой - тем более. Я ведь ее, кажется, люблю. Она не заслуживает такого обращения. С другой стороны, если я в ближайшее время не спущу пар, то будут жертвы. А может, все же стоило оставить ее во дворце? Ага, в этом рассаднике разврата, где от владычицы несет настойкой для предотвращения нежелательной беременности, а горничные так и прыгают в постели. Да и магистры всякие водятся. Мало ли что? А хозяйке борделя заплачу денег, чтобы усадила мою малышку где-нибудь в темном уголке и дала ей книжку, а сам на пятнадцать минут поднимусь наверх. Хотя, можно уложиться и за десять.
  По прибытии эта мелкая заноза чуть не оторвала рукав от моего фрака, пытаясь привлечь внимание к своей персоне.
  - Дарелин, мне кажется, или ты привел меня в бордель?
  От ее требовательного взгляда захотелось бежать подальше.
  - Малышка, я здоровый мужчина, и у меня есть свои потребности...
  Я гад, скотина и редкостная тварь.
  - А меня зачем с собой притащил? Тебе не говорили, что неприемлемо водить девушку по подобным местам? Тем более несовершеннолетнюю! В Тулу со своими самоварами не ездят.
  Я начал злиться. Руки зачесались свернуть эту худенькую шейку, оттененную синими кудряшками.
  - Слушай, от тебя требуется просто посидеть в уголке, не привлекая внимания к своей персоне. Минут пятнадцать, максимум двадцать. Поняла?
  Она одарила меня таким злобным взглядом, что внутренне я содрогнулся и поджал хвост, готовясь капитулировать.
  - Да чтоб тебя импотенция одолела! Чтоб у тебя там не шевелилось ни на кого, кроме меня и коз!
  Я улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой:
  - Буду искренне рад исполнить любое желание столь очаровательной девушки.
  Надеюсь, никто из посетителей не слышал нашего диалога. И Демиург, хочется верить, тоже пропустил мои слова мимо ушей. Я не хочу заниматься скотоложством. А Женька - еще ребенок. Она даже не совершеннолетняя. А может, девчонка лишь пошутила? Попытка не пытка.
  
  Великая Тьма, за что мне в отцы достался этот сумасшедший Демиург? Какого хрена он лезет в мою личную интимную жизнь?! Семь подходов к семи разным девицам легкого поведения, и хоть бы раз этот предатель дрогнул! Как в туалет меня гонять, так он тут как тут, а как меня нужда иного рода приперла к стенке, так он в отпуске!
  А все эта мелкая тварь виновата! Это ее желание исполнил Демиург, сделав меня ни на что не годным в постели! Мерзкая человечка! Что она о себе возомнила? Думает, может управлять мной? Моей жизнью?! Я ей покажу, кто из нас главный! Она еще пожалеет о том, что посмела загадать это дурацкое желание!
  Кое-как одевшись, я скатился с лестницы, намереваясь разорвать хрупкое тело человечки на части.
  Она сидела в кресле, окруженная эльфийками, и что-то возбужденно им рассказывала, яростно жестикулируя. Ее веселость и беззаботность разозлили меня еще больше. Я почувствовал, как сгущается вокруг меня энергия, готовясь сорваться смертельным заклинанием.
  - Чем ты тут занимаешься, малявка?
  В ореховых глазах отразился испуг, но подбородок вскинулся гордо, с вызовом.
  - Развлекаюсь вроде как. Ты же не позволил мне повеселиться во дворце.
  Она еще смеет меня в чем-то упрекать? Уничтожу. Сотру в порошок, чтобы даже воспоминания о ней не осталось. Жалкое ничтожество! Как какой-то паразит присосалась ко мне, вытягивая энергию!
  - Ты чем-то недовольна? - Мои пальцы зашевелились, выплетая знакомое пыточное заклинание.
  Неожиданно девчонка встала, чуть не спровоцировав нападение. Не глядя мне в глаза, она низко поклонилась, подставив под удар незащищенную шею.
  - Все в порядке, мой господин. Я прошу прощения за свое недостойное поведение.
  Злость неожиданно прошла, остались лишь недоумение и страх. Я же чуть не убил ее собственными руками! Я же был готов пытать ее, причиняя немыслимые страдания. И все из-за каких-то дурацких слов, вызванных ее обидой. Вполне оправданной, кстати.
  - Женька...- Мой голос дрогнул, а нужные слова так и не нашлись.
  - Да, мой господин?
  Она даже не разогнулась и не посмотрела на меня. Я заметил, как трясутся ее коленки, и начал опасаться, что увижу слезы, если загляну ей в лицо.
  - Ну какой же я тебе господин? Я же Дарелин.. Дарик... Ну прости, что так напугал тебя. Я дурак. Можешь даже ударить, если хочешь. Хочешь? Ну побей меня, и обоим станет легче. А потом просто забудем об этом, и все. Давай?
  Я дотронулся до ее плеча, намериваясь обнять, но Женька проворно вывернулась, распрямившись наконец из своего рабского поклона. Я не заметил на ее щеках слез, но лучше бы никогда не видел этих глаз, наполненных страхом и разочарованием.
  
  Шес
  
  И зачем я согласился на идиотскую авантюру с публичным домом? Да еще и Жени в это втянули, что ее явно не обрадовало. Уж я-то слышал, как она ссорилась с Дарелином внизу, когда поняла, куда ее привели. И я не вмешался, потому что меня увлекла за собой эльфийка. Довольно симпатичная, между прочим. Загадочно улыбаясь, она привела меня к одной из комнат на этаже и уверенно затолкала внутрь, не обращая внимания на то, что я шел спиной вперед. Сама она следом не вошла. Захлопнув перед моим носом дверь, пожелала бурной ночи и поспешно удалилась.
  - Ну вот мы и наедине, мой милый дроу. Я ждала этого момента, - раздался мелодичный голос, который показался мне смутно знакомым. Приятное чистое сопрано. Где я мог его уже слышать? Обернувшись, я разглядел на огромной кровати женский силуэт в прозрачной белой накидке. Лунный свет из окна падал со спины, обрисовывая идеальную фигурку с каскадом мерцающих серебристых волос.
  - Мы с вами знакомы?
  Нежный смех зазвенел хрустальными колокольчиками, заставив меня вздрогнуть от сладостного предвкушения. Может, поход сюда и не был такой плохой идеей, как казалось несколько минут назад.
  - Разве это имеет значение? Эта ночь наша, и мы не должны тратить ее на пустые разговоры. Подойди ко мне.
  Я подчинился этому приказу, медленно приблизившись к кровати. Лица эльфийки видно не было, но это уже перестало меня волновать. Накатила волна жара, смыв напрочь весь рассудок.
  - Ну поцелуй же меня, мой темнокожий собрат!
  Я впился поцелуем в ее губы, ощущая себя не прежним Шесом, а каким-то властным, неуправляемым животным. Я набросился на беззащитную передо мной светлую и сдернул с нее накидку, стремясь насладиться каждым сантиметром ее тела. Она не сопротивлялась, одной рукой расстегивая рубашку, а второй зарывшись в мои волосы. Она желала направлять мои движения, но не смогла справиться. Закинув ее руки к себе на спину, я принялся ласкать плечи, ключицы, грудь.
  - О, мой дроу...
  - Помолчи, женщина.
  Я с наслаждением провел руками по всему ее телу, запоминая изгибы. Прекрасная ложбинка между грудей, между двумя холмиками, увенчанных твердыми, острыми камешками, небольшая впадинка пупка, жаркое лоно, в которое не терпелось ворваться. Но я не собирался заканчивать все слишком быстро.
  
  Это было настолько восхитительно, что я совершенно утратил над собой контроль. Лежал, упиваясь блаженством, прижимал к себе жаркое податливое тело и улыбался самой тупой улыбкой потолку. А эльфийка, пристроившись на моей груди, что-то мурлыкала, обводя своим восхитительным пальчиком сосок.
  - Ты настоящий дикарь, дорогой. Со мной такого давно не было. Может, повторим?
  Она немыслимо изогнулась, умудрившись потереться о мое бедро своим лоном. Плоть немедленно отозвалась на этот призыв, хотя все мышцы приятно ныли. Опрокинув эльфийку на спину, я навис над ней, всматриваясь в лицо. Только сейчас до меня дошло, что не темнота скрывает ее от меня, а хитроумное заклинание.
  - Покажись мне и назови свое имя, иначе...
  Она потерлась щекой об мое плечо.
  - Иначе что? Не возьмешь меня еще раз?
  - О нет, дорогуша, возьму. Но удовольствия получить не дам. Я буду держать тебя на грани...
  - Как пожелаешь, мой повелитель. Я Лелливинель.
  Имя показалось очень знакомым. Заклинание, мешавшее разглядеть партнершу, спало. Впрочем, упало кое-что еще.
  - Владычица???
  
  Глава 14. Женщины против мужчин
  
  Ох уж эти женщины, и жить с ними нельзя, и пристрелить жалко.
  NN
  
  Женька
  
  Забравшись в кресло с ногами, я пыталась разложить по полочкам все, что со мной произошло. А для начала стоит определить, чего я хочу и что я могу. Я хочу... хочу, чтобы Дарелин стал другим. То есть таким, каким я его видела до этого момента, - слегка заносчивым, но добрым и заботливым. Однако это невозможно. Он навсегда останется темным богом, олицетворением зла. Именно сегодня он явил мне свое истинное лицо. И я испугалась как никогда раньше. Конечно, в этом есть и моя вина, я спровоцировала его. Да и, если честно, в последнее время я вела себя безрассудно, чувствуя полную безнаказанность. Теперь надо быть осторожнее. Урок получен и усвоен.
  А чего я еще хочу? Наверное, полностью снять проклятие, чтобы не чувствовать себя иждивенкой и бесправной приживалкой. А еще желаю найти свое место в мире. В любом. Я ведь вполне могу работать, заботиться о себе. Как и всякий человек, я чувствую потребность быть нужной. Хоть кому-нибудь. Чувствовать себя не довеском к Дарелину, а самой собой, личностью. Единственной и неповторимой, так сказать.
  Так, а каковы мои реальные возможности? Я способна разве что сидеть тихо в уголочке и не вякать, потому что, пока на мне это проклятие, я лишь паразит, который не в состоянии выжить без своего симбионта. Я полное ничтожество.
  Подтянув колени к подбородку, я уткнулась в них лбом, стараясь скрыть выступившие слезы. Как-то сразу вспомнилось все плохое, как это обычно бывает в таких случаях.
  - Женя? Ты плачешь? Причина во мне?
  Дарелин сел на подлокотник и попытался меня обнять, но сразу отстранился. Я не смогла принять его доброту после этой вспышки. Я боялась снова поверить ему, ведь последующее разочарование причиняет невыносимую боль.
  - Женька... я ведь никогда не причиню тебе вреда.
  И снова этот просительно-виноватый тон. Но как ему теперь верить?
  - Только потому, что вы сами от этого пострадаете, мой господин.
  Только поэтому. Как я могу тебе верить, если не могу тебя понять? Когда мне кажется, что все в тебе кристально ясно, ты откалываешь что-то такое, дико выбивающее из колеи!
  - Ты не права. Я бы никогда не причинил тебе вреда, даже если бы мы не были связаны.
  Он сказал это так спокойно и уверенно, что я взбесилась. Как будто что-то взорвалось внутри. Вскочив с кресла, я чуть не опрокинула Дарелина.
  - Да никакая я не особенная! Взгляни на меня, господин! Заурядная девчонка с тусклыми глазами и невзрачной внешностью. И ладно, если бы была умная! У меня ведь в школе пятерка была только по пению в третьем классе. В основном четверки и тройки. И не сильная. И никаких способностей нет! Я ничто! Ноль без палочки! Обычная серая мышка. Я не особенная, я самый что ни на есть середняк. И относишься ты, мой господин, ко мне соответственно.
  Если поначалу, забывшись в гневе, я бурно жестикулировала, наседая на темного, то к концу монолога здорово об этом пожалела. Дарелин даже не сдвинулся с места, глядя на меня с легкой презрительной усмешкой. Я было попятилась, но сей порыв остановила жесткая рука на моем предплечье.
  - А тебе не кажется, что мне лучше знать о собственных чувствах? - жестко поставил меня на место Дарелин всего одним вопросом.
  - Пустите, господин. Вы причиняете мне боль.
  Он неохотно послушался, выпустив мою руку. Потерев ноющее место, я приподняла рукав, чтобы полюбоваться на место будущих синяков.
  - Женька, хватит строить из себя униженную и оскорбленную. В отличие от меня, ты знала, к кому тебя привязывает Демиург!
  Да, знала. Но мне было все равно в тот момент! Честное слово, лучше бы с моста прыгнула. Зато не мучилась бы сейчас от неразделенной любви к этому злобному Темному Лорду! Стоп! Что я только что подумала? Какая еще неразделенная любовь? Да он же мне как брат! Ничего я в него не влюблена. Он эгоистичный, самовлюбленный, злобный тиран и деспот! Сатрап, что бы это слово не означало. Если уж я и влюблюсь, то в Шеса. Он, по крайней мере, добрый и отзывчивый. И заботливый. И, главное, любит!
  Впрочем, убедить себя окончательно в этом мне не позволил жуткий шум. Что-то довольно объемное скатилось по лестнице и замерло у моих ног. Только секунд через тридцать я опознала в этом комке дроу, тщательно замотанного в простынь. И с мечом наперевес.
  - Шес? Что случилось? На тебя напала работница этого дома?
  Я честно пыталась пошутить, но поймав абсолютно безумный взгляд своего телохранителя, начала осторожно оглядываться, готовясь к нападению. Но вместо ожидаемого отряда врагов увидела лишь спускающуюся со второго этажа владычицу в легкомысленном пеньюаре, не скрывающем ни малейшей детали.
  Дарелин рядом со мной восхищенно присвистнул, отчего меня захлестнула волна раздражения. Шес же как-то умоляюще посмотрел в мою сторону, будто просил защиты. Не понимаю, что происходит?
  - Владычица... честно говоря, не ожидала вас здесь увидеть...
  И это еще слабо сказано. Во-первых, она сейчас должна быть на балу. А во-вторых, что правительнице эльфов делать в подобном заведении? Да еще и в таком виде! Как будто работает здесь...
  - О, балы так ужасающе скучны. Еще семь сотен лет назад я приказала прорыть сюда тайный ход. Как раз в то время, когда в последнем сражении уважаемый Темный Лорд собственной рукой убил моего дражайшего мужа. Честно сказать, он был никудышным в постели. Зато этот дроу, твой спутник, настоящий мастер. Я знала, что в академиях их обучают доставлению удовольствия женщине, но чтобы так!..
  Она блаженно закатила глаза, потянулась и как-то хищно облизнулась, глядя на Шеса. Дроу, разволновавшись, быстро превратил простыню в набедренную повязку и ретировался за мою спину.
  - А-а... э-э... ну, я рада, что вам понравилось. А теперь мы, пожалуй, пойдем...
  От греха подальше.
  - Жень, а ты бы хотела, чтобы светлые эльфы заключили союз с темными? - поинтересовалась эльфийка.
  Еще бы! Это было бы замечательно. Кес увидел бы, что его сын начал меняться в лучшую сторону, и ослабил бы связь между нами, чтобы я могла уехать от него и некоторое время пожить отдельно. Но как же Шес, наверное, хорош в постели, раз у владычицы совсем крышу сорвало!
  Смерив темного заинтересованным взглядом, я попыталась представить его действия, но тут же почувствовала, что заливаюсь краской. Уж очень буйное у меня воображение. Да и женских романов начиталась. Ну, тех самых, с подробным описанием...
  - И что для этого надо сделать?
  Кого надо убить?
  - Всего лишь отдать этого дроу мне в мужья.
  Я даже растерялась от подобного хода. Как можно кого-то насильно отправить под венец? А то, что насильно, несомненно. Шес аж весь побледнел и вот-вот рухнет в обморок. Я бы позлорадствовала, если бы не опасалась за его психическое здоровье.
  - Но я не могу... - промямлила я.
  - Только ты и можешь. Он ведь принадлежит тебе.
  Я оглянулась на Шеса и чуть не рассмеялась. Он смотрел на меня, как щенок: преданно и покорно. Ну как я могу такого предать?
  - Я... подумаю над вашим предложением, владычица. Мой господин, - обратилась я к Дарелину, - думаю, через пять минут, когда мой телохранитель оденется, мы будем готовы идти.
  Дарик хмуро кивнул и направился к выходу, очевидно, не желая ждать меня и Шеса. Тот бочком прокрался мимо любвеобильной эльфийки, после чего бросился наверх за одеждой.
  Владычица же поплотнее запахнулась в свой пеньюар.
  - Не переживай ты так за своего телохранителя. Я ему не причиню вреда. Просто с первого взгляда поняла, что он - моя судьба. Он станет превосходным мужем. Его ждет блестящее будущее владыки.
  А мне казалось, что в лучшем случае - участь принца-консорта. Думаю, многие бы желали подобной участи. Но Шес был действительно напуган. Что с ним эта развратница сотворила?
  - Владычица, я вас понимаю, но помочь бессильна. Каким бы не был статус Шеса, этот вопрос он решит сам. Я вмешиваться не стану. Сумеете его очаровать - забирайте. Не сумеете - не обессудьте. Я не хочу потом мучиться угрызениями совести.
  Она кивнула, принимая такой ответ, и с улыбкой проследила, как мой телохранитель обходит ее по широкой дуге, чтобы скрыться у меня за спиной. Да уж, вот, оказывается, чего боится бесстрашный воин-дроу.
  
  Дарелин
  
  Выйдя из борделя, я так громко хлопнул дверью, что та треснула в трех местах. Но злость мою это не уняло. Что малявка себе позволяет? Ведет себя так, будто я для нее пустое место! И при этом называет господином! Да это же абсурд какой-то.
  В дверь проскользнули Шес и девчонка, которая на меня даже не посмотрела. Величественно двинувшись в сторону дворца, она о чем-то напряженно размышляла, об этом свидетельствовали сведенные к переносице брови и складочка на лбу. Пока я смотрел на нее, злость куда-то ушла, оставив после себя сосущую пустоту и холод. Захотелось немедленно прижать человечку к себе, извиниться за все глупости и насладиться ее теплом. Ага, даст она мне это сделать, как же. В таком состоянии, скорее, оттолкнет.
  - Дарелин, с тобой все в порядке?
  Во взгляде Шеса я уловил беспокойство. Хотя, может, оно было вызвано происшествием с владычицей. Влип, бедняга, по полной. Мне его даже жаль. Эта эльфийка всегда отличалась... горячим темпераментом. Проще говоря, распутна, как мартовская кошка. Впрочем, надо признать, для нее идеальным вариантом стал бы кто-нибудь из дроу. Их с детства учат быть неутомимыми любовниками, способными довести женщину до помешательства всеми способами. Их учат угадывать тайные желания девушек, искать особо чувствительные места. Собственно, я тоже прошел эту школу, хотя ни разу и не использовал знания на практике. Я же не дроу - я не обязан доставлять удовольствие другим. Я лишь получаю его сам. Хотя с Женькой было бы забавно попробовать. Думаю, было бы приятно увидеть, как она извивается на простынях от захлестнувшего наслаждения.
  - Все нормально. Просто вместо отдыха поссорился с нашей малышкой, и теперь она на меня дуется. Ладно, буду изображать верного и пылкого влюбленного, раз уж ты выбыл из этой игры.
  Я говорил на иэ'тере, древнем языке дроу, чтобы Женька меня не поняла. С этими женщинами не знаешь, как себя вести. Обижаются на всякие пустяки. Дуры.
  - Я еще не выбыл! Я ее люблю...
  Я лишь усмехнулся. Шес сказал про любовь слишком неуверенным тоном. Скорее даже, я уловил вопросительные интонации.
  - Да не любишь ты ее. Просто она была первой женщиной, которая отнеслась к тебе благосклонно, вот ты и вбил себе в голову, что влюблен. Сколько раз вы ночевали в одной постели, но даже не целовались. Ты не испытываешь к ней влечения, ты просто хочешь ее оберегать и защищать. Так у людей относятся друг к другу друзья или родственники.
  У людей... и у эфиров. Моя мать была эфиром-полукровкой. Плод запретного союза сына Туманного рода и человечки. Я плохо ее помню, так как она умерла, когда мне было всего десять. Ее убили фанатики из Туманных во имя борьбы за чистоту крови. Тогда я поклялся, что уничтожу всех эфиров. Но я был слишком слаб и не смог бы выполнить свою клятву. Но выход нашелся быстро: я обратился к Тьме. И она мне дала силу в обмен на обещание отдать ей души всех Туманных. Четыре года я ждал возможности сдержать обещание, тщательно готовясь к мести. Я обучался в гильдии убийц у самых лучших наставников. А в четырнадцатый день рождения начал очищать мир от этих мерзких тварей, эфиров. Сначала я убрал всех послов и членов их семей, вогнав в панику и заставив собраться всех Туманных в одном месте - в горах Аэрис, на их родине. И моей, кстати, тоже. Собрав вокруг себя банду наемников, я принялся уничтожать деревни. Когда мне было семнадцать, я наткнулся на дроу. Тогда еще Тьма считала меня своим пасынком и помогла подчинить этот гордый народ. К восемнадцатилетию я выследил и убил последних из эфиров. Условия сделки были выполнены, и я расстался с Тьмой без сожаления. Она не хотела отпускать меня, свою собственность. У меня ушли долгие годы на борьбу с ней, но победу я одержал, заплатив слишком высокую цену, превратившись в жестокого мерзавца, не способного к нормальной жизни. Я стал Темным Лордом. Я отказался от Тьмы, но Свет меня не принял. Впрочем, как и я его. Я начал новую войну, теперь против Демиурга. Против собственного отца, которого не оказалось рядом, когда он был так нужен. Против отца, который позволил маме умереть.
  Я тряхнул головой, отгоняя дурные воспоминания. Шес, глубоко задумавшись над вопросами любви и нелюбви, чуть отстал от нас. Прекрасный шанс побыть наедине с Женькой. Подбежав, я подхватил ее на руки и ослепительно улыбнулся, поймав испуганный и недоумевающий взгляд.
  - Кончай на меня дуться, малышка. Признаю, был не прав, исправлюсь. Так что считай это извинениями и начинай улыбаться.
  Она растерянно хлопала глазами:
  - Господин?
  Грр, какой же упрямой она порою бывает!
  - Знаешь, мелкая, я буду рад услышать от тебя подобное в постели.
  Похабно улыбнувшись, я с радостью отметил, что Женька начинает оттаивать. На щеках появился румянец, а в глазах - раздражение и желание меня убить. Все лучше, чем холодное презрение и показное послушание.
  - Мы никогда не окажемся в одной постели! - процедила она.
  Ну-ну, это еще посмотрим. И это самое 'мы' здорово звучит.
  - Ой, только без провокаций. Так и хочется доказать обратное!
  Я рассмеялся над ее попытками отбиться от меня и изобразить гордость и неприступность. Глупенькая. И такая забавная.
  - Поставь меня на землю! Немедленно!
  Она даже губу закусила от гнева, став невероятно притягательной.
  - Снова на 'ты'? Даже не знаю, какие силы за это благодарить.
  Я снова улыбнулся ей своей самой лучшей улыбкой, старательно отгоняя видения постельных сцен. Зря мы пошли в этот бордель - после дурацкой неудачи и семи сотен лет воздержания мой голод проявился в полной мере!
  - Ты... вы... ух, как я тебя ненавижу! - выпалила девчонка.
  - Ага, я невыносим...
  Женька смерила меня злобным взглядом.
  - Не бывает невыносимых людей. Бывают узкие двери.
  Вот ведь... зараза. Но при этом милая и добрая. Если ее не бесить.
  - И не думай, что между нами все по-прежнему! Я тебя боюсь... Ты опасен!
  - Но только не для тебя, русалочка моя мелированная.
  
  Шес
  
  Всю дорогу до дворца Дарелин нес Жени на руках, при этом постоянно ее донимая своими шуточками. Она злилась, била его кулачками его в грудь, царапалась и огрызалась, но при этом совсем забыла об их ссоре. Она забыла даже о своем страхе, который я почувствовал, когда скатился по лестнице в борделе. Интересно, что между ним произошло, что Темный Лорд себя ведет таким странным образом?
  - Немедленно поставь меня! Я могу сама идти! - истерично закричала она, чем вызвала смех у Дарелина.
  - А я помню, как ты рассказывала эльфятам сказку, в которой русалочке было больно сделать даже один шаг. Так что я забочусь о твоих ножках.
  Я тоже помню эту сказку. Маленькие мальчики дроу слушали ее с раскрытыми ртами. И вообще, они не ожидали такого доброго к себе отношения, это для них оказалось внове. Я понял, что мой народ не любит детей, особенно мальчиков. Мы слишком эгоистичны. А Жени отнеслась к ним с заботой и теплом. Рассказывала сказки, угощала пирожными, учила играть в прятки и в 'Стражей и разбойников'. Дети ее боготворили и чуть не плакали, когда она уезжала.
  - Я не русалочка! Я человек! - взвизгнула Жени и снова ударила кулачком Дарелина в плечо.
  - Ты сокровище. Думаю, следует приказать дроу, чтобы носили тебя в паланкине, как императрицу. Такие прелестные ножки не должны касаться земли. Правда, Шес?
  Я даже опешил от неожиданности. Дарелин весело подмигнул, а Жени смерила меня типичным взглядом взбешенного Темного Лорда.
  - Я думаю, Жени смотрелась бы очень хорошо в паланкине. Но ее живой характер скоро даст о себе знать. Она не сможет долго бездельничать, как положено особе столь высокого статуса. Начнет портиться характер... И я не готов принять все последствия.
  Дарелин и Жени задумались, представив себе, что будет, когда ее характер испортится. Лорд, наверное, вспомнил те страшные дни, когда у нашей подопечной случались женские недомогания. Вспомнил и вздрогнул, с ужасом глядя на хрупкую фигурку.
  - Я передумал насчет паланкина. И вообще, делай что хочешь, лишь бы жизни твоей не угрожало.
  Зря он это сказал! Злость моментально испарилась из ее глаз, ее заменили холодность и расчетливость. По моей спине пробежали мурашки, предвещая скорую беду.
  - Все, что хочу?
  Не подтверждай, Лорд! Только не подтверждай! Она же что-то задумала.
  - Да. Все, что только пожелаешь. Любой твой каприз, даже самый безумный.
  Я чуть себя по лбу не ударил от подобной глупости. Неужели ты не чувствуешь, как она тебя подталкивает к чему-то страшному!
  - Я хочу пожить самостоятельно, без твоей опеки и защиты Шеса.
  Ой, как все плохо.
  Что нам теперь делать? Что ты теперь ей скажешь, мой Лорд?
  
  Я устало опустился в кресло, теребя шевелюру и смотря на пламя в камине. Дверь приоткрылась, и через несколько секунд на ковер рядом со мной опустился Дарелин.
  - Тебе не удалось переубедить ее?
  - Нет. Упрямая девчонка...
   Да уж, упрямства ей не занимать. Особенно если его питают обида и страх.
  - Но хоть о чем-то вы договорились? Хоть какой-то компромисс нашли?
  Дарелин растрепал волосы на макушке и тяжело вздохнул:
  - Я уговорил ее не просто путешествовать, а отправиться в академию магии и искусств, что в землях людей.
  - Но ведь у нее нет достаточного для обучения магического дара!
  - Значит, будет учиться петь, танцевать или еще чему-нибудь! Это неважно...
  Он закрыл лицо руками, и я понял, что худшее он еще не сообщил.
  - Мы не должны будем навещать ее. Только Ингр сможет привозить амулеты для поддержания жизни. Никаких телохранителей и нянек. Тебе позволено проводить ее до академии, а потом поступить так, как пожелаешь. Тьма, что же делать? Как ее защитить теперь?
  Люди очень жестоки, поэтому нам есть чего опасаться. Когда они узнают, что Жени из темных, то начнут ей за это мстить. А она так неразумно отказалась от охраны!
  - Есть идеи?
  - Нужен союз с людьми, чтобы заслать в академию наших молодых для обмена опытом. Хотя бы десяток. Но я даже не представляю, как подступиться к этим надменным смертным!
  Почему она мне не позволяет остаться рядом с ней? Только ли потому, что хочет самостоятельности?
  - Сделаем это через эльфов. Я женюсь на владычице, заключим с этими светлыми союз, а через них и на людей выйдем. Заодно можно будет попросить светлых эльфов приглядеть за нашей русалочкой. Того же Энувиэля, скажем. Он достаточно молод для того, чтобы поехать обучаться в академии.
  И мысль о свадьбе с эльфийкой меня не так уж пугает. Она красивая и, судя по выходке, с чувством юмора. И не похожа на женщин моего народа. А уж какая она в постели! М-м-м... моя семейная жизнь может сложиться достаточно хорошо, хотя не думаю, что нас будет связывать что-то, помимо похоти.
  - Честно говоря, я боялся предложить тебе этот план. Ты не обязан жертвовать собой ради подобной затеи.
  - А кто сказал, что я жертвую? В некоторых аспектах владычица - просто богиня, так что первые несколько лет будет довольно напряженными, но приятными. А потом уеду в долгое мировое и межмировое турне.
  - Спасибо тебе, Шес. Спасибо, что помогаешь расхлебывать последствия моей глупости.
  
  ***
  
  - Кес, ты все так и планировал?
  - Не совсем, сестренка. Брачный союз владычицы и этого дроу - да. Они будут счастливы в браке, так как предназначены друг для друга. Но Женька должна была вернуться в замок моего сына и работать над его характером.
  Опять эта девица портит все его планы. Пора с ней уже разобраться. Кес покачал головой, продумывая дальнейший ход.
  - Ничего, пусть он о ней пока потоскует, - легкомысленно заметила его собеседница. - А девчонке ты дашь магический дар?
  - Не знаю. Может быть, но не сейчас.
  Пока что нужно внести новые коррективы в план.
  
  КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  ЧАСТЬ ВТОРАЯ. СВЯЗАННЫЕ ОДНОЙ ЦЕЛЬЮ
  
  Глава 1. Учись, студент!
  
  Совесть - это богатство. А мы, студенты, люди бедные.
  NN
  
  - Юная леди, какого цвета у вас получилось зелье?
  Старая ведьма, по ошибке признанная светлым магистром Аделаидой де Тривис, вперила в меня взгляд. За месяц учебы я успела возненавидеть эти поросячьи глазки, глядящие на мир сквозь толстенные стекла очков.
  - Э... бордовый... становится черным...
  Я неуверенно присмотрелась к колбочке. Точно. Чернеет. И почему у меня такое плохое предчувствие?
  - Бездарь! Всем в укрытие, неучи!
  Отработанными движениями ученики рванули под стол, сделанный из пяти каменных плит наподобие коробки с наполовину отсутствующей одной боковой стенкой, уткнулись мордами в пол и закрыли головы руками. Не прошло и десяти секунд, как надо мной здорово рвануло. Стол весом в пару центнеров, укрепленный заклинаниями, подпрыгнул, заставив меня пережить несколько страшных секунд.
  Наконец все закончилось. Стряхнув с себя каменную крошку и ошметки ингредиентов, я поднялась. Как оказалось, только для того, чтобы столкнуться нос к носу с мисс де Тривис.
  - К ректору! Немедленно!
  Я скривилась, но послушно направилась к кабинету ректора. И как я раньше не догадалась, что в этом заведении мне слишком часто придется иметь дело Даластором? Дряхлею, мозги отказываются работать Старый развратник! Мерзкий лицемерный некромант, чтоб ему в тещи досталась эта ведьма Аделаида!
  Остановившись перед дубовой дверью, я перевела дыхание и напустила на себя виноватый вид. Этому очень помогали фрески, изображающие какие-то баталии, наводящие на мысль о преисподней и чистилище. Дверь неожиданно распахнулась, словно приглашая войти. Что ж, отказываться я не имею права.
  - Добрый день, господин ректор.
  Он окинул меня сальным взглядом, заставив поморщиться.
  - Добрый день, конфетка. Опять разнесла лабораторию?
  Я скривилась, мысленно затягивая на шее нахала петлю. Да как он смеет называть меня конфеткой? Я же не какая-нибудь шлюха. Омерзительно!
  - Не опять, а снова. Мне не дается зельеварение. Ты зря определил меня на факультет целительства. Это была ошибка.
  Он лишь тонко улыбнулся и жестом предложил сесть в кресло. Плюхнувшись, я с трудом поборола желание забросить ноги на стол.
  - Я никогда не ошибаюсь. Просто ты не сосредотачиваешься на предметах. Витаешь в облаках. Вспоминаешь о жарких ночах с Темным Лордом? Или с тем дроу?
  - Заткни пасть. Еще раз ты, светлый, вякнешь насчет Дарелина или Шеса, я тебе лично кишки выпущу, даже если сама при этом загнусь.
  Я разозлилась. В последнее время это стало случаться все чаще. Все-таки жизнь в стане врага, где даже десятилетний сопляк желает тебе долгой и мучительной смерти, здорово меняет характер. Я вот стала жутко наглой, местами сентиментальной, истеричной хамкой с приступами хандры. И, соответственно, количество конфликтов в моей жизни резко подросло. Даже драки были, после которых все участники вяло переругивались, отдыхая в лазарете.
  - Ты не забыла, с кем разговариваешь?
  Я лишь фыркнула и закатила глаза к потолку, выказывая этим свое отношение к ректору. Ну как можно уважать типа, который стабильно три раза в неделю подкатывает с цветами, шампанским и предложением весело провести время?
  - С бабником и нахалом.
  И еще парочку 'лестных' эпитетов можно добавить.
  - Не нарывайся, деточка, а то вместо поездки на свадьбу к своему дроу будешь лягушкам и жабам глаза выковыривать. Ну, или другим общественно-полезным трудом заниматься.
  Я прикусила язык. Лишиться из-за собственной несдержанности встречи с моими красавчиками? Да ни за что! Я по ним так соскучилась. Особенно по Дарику. У меня уже через день после отъезда кошки на душе скреблись. А через неделю я была готова реветь, кричать и бежать из академии в сторону темных земель. По остальным я тоже скучала. Даже по дриаде, которую нагло сплавила Дарелину.
  - Не стоит этого делать. Темный Лорд может занервничать, решив, что его наследницу удерживают в плену, и примчаться спасать меня вместе со всей своей армией эльфов. Темных и светлых.
  Ректор побледнел и надолго отключился от этого мира. С ним такое постоянно случается, когда он над чем-то глубоко задумывается.
  Решив дать ему полчаса на возвращение в реальность, я подошла к окну. Красивый все-таки отсюда вид. Внизу, прямо под окнами, небольшая тренировочная площадка для немагических занятий, где в данный момент два десятка юношей активно осваивают владение копьем. Справа - оранжерея, сверкающая на солнце хрустальными стенами. Терпеть не могу это место - памятен еще укус корня мандрагоры. И ладно, если бы за палец, не так обидно было бы, так эта гадость тяпнула меня за попу. Слева - парадная аллея, украшенная статуями предыдущих ректоров. Многие из них, кстати, студенты расписали и нарядили. И я свою лепту внесла в это безобразие. За тренировочной площадкой раскинулся прекрасный парк, в котором проводятся занятия по медитации и некоторые практикумы по магии земли, где адептов просят выращивать цветочки. Собственно, все эти клумбы и произведения садовнического искусства - контрольные работы и зачеты учащихся. Самые красивые из них оставляют в назидание. Поэтому парк постоянно разрастается, пополняясь как плодами удачных экспериментов, так и неудачных, но очень живучих. И посреди парка - огромный купол зверинца, где содержатся всякие магические твари, начиная от единорогов и кончая химерами. Мое любимое место, кстати.
  - Хорошо, на свадьбу ты поедешь, а наказание я тебе потом другое придумаю. Все, катись отсюда.
  Надо же, наш некромант в благодушном настроении. Этим надо воспользоваться. Поспешно поклонившись, я выскочила за дверь и тут же налетела на Энувиэля, улыбающегося так блаженно, словно уже использовал чуток розовой конопли для личных целей.
  - Ты что такой довольный? Получил наследство от дальнего родственника?
  Ага, от владычицы по завещанию, чувствую.
  - Тьфу на тебя. Свидание у меня вечером. Она потрясная. Дриада, но среди ее потомков есть эфиры. А ты опять вляпалась?
  Я обреченно закатила глаза. Этот наглый эльф, получивший от владычицы разнарядку на охрану моего тела, задался целью переспать с представителями всех рас. То у него эльфийки, то человечки, то дриады, то наяды, то русалки, то оборотни. Теперь вот чистокровные надоели, взялся за полукровок. Господи, да когда же это закончится? Я уже устала выслушивать подробнейшие отчеты о его похождениях. За что мне эта пытка?
  - Я не вляпалась, а совершила необдуманное действие.
  Приведшее к фатальным последствиям. Эх, правильно говорят, что язык мой - враг мой.
  - Ага, с тобой всегда так. Ты бы хоть раз попробовала думать для разнообразия, - пожурил меня ушастый.
  Сам дебил...
  
  ...Памятен мне случай, когда мы отправились на ознакомительную практику в деревню Стойлово, где я должна была собирать травки, а Энувиэль - выращивать. Руководителем нашей практики был Самсоний. Недавний выпускник, лоботряс, любитель экспериментов. Эти двое чудиков как-то раз вывели новый сорт грибов, поспорили друг с другом насчет съедобности и сожрали на пару целую сковородку. Самсоний так и не признался, что ему глюкануло, но наутро отчаянно краснел и щеголял побритыми ногами в чулках. А вот эльфу привиделось, что за нами гонится нечисть, и он, схватив меня за руку, рванул прочь от деревни, прямо по огороженным заборами огородам. Первый забор, невысокий, я перелетела у него на плечах, а перед вторым, двухметровым, закрыла глаза, чтобы не видеть этого безобразия и сразу свалиться в спасительный обморок. До сих пор не понимаю, как мы преодолели препятствие, но вот он результат - капустное поле. И вдруг этот хлыщ нагибается и подхватывает один кочан, не замедляя темпа.
  - Что глазами пилькаешь? Хватай капусту! - приказал мне он, убыстряясь.
  Чудом извернувшись, я тоже подхватила кочан. Бежать сразу стало тяжелее.
  - И что д-д-дальше? - задыхаясь, поинтересовалась я.
  - Жри! Она нас спасет от жмуркуркуров! - ответил он на ходу и принялся активно жевать свой кочан, да так, что уши заходили ходуном.
  Вот тут-то я и поняла, что грибочки были не простые, а поэтому, слегка психанув, швырнула свой кочан прямо ему в голову. Результатом стало два выбитых эльфячьих зуба (до сих пор храню) и бессознательное тело, которое я только к рассвету дотащила до домика руководителя. Зато появился постоянный повод для шуток, а клички 'Кролик' и 'Заяц' прочно закрепились за Энувиэлем...
  
  - ...ой, не читай мне нотаций, любитель грибочков. Совесть поимей!
  Я брякнула это чисто машинально, но эльф не мог не заржать. Ему всегда нравились подобные перлы в моем исполнении.
  - Хватит ржать, пошляк. Подобное проявление эмоций дурно сказывается на имидже возвышенных и утонченных эльфов.
  Честное слово, он даже захрюкал! Ну и какой из него после этого перворожденный?!
  - Кстати, тебя тут твой страстный поклонник искал. Кажется, он устроил засаду возле твоей комнаты.
  Моим поклонником называли маленького толстенького ботаника, помешанного на изучении культуры темных. Как только этот индивид узнал о моем статусе наследницы, пристал, как пиявка. Таскался за мной повсюду, приставая с дурацкими вопросами, даже эксперименты проводил. Садист и маньяк. Через неделю я начала его избегать. Через две - активно прятаться, пробираясь в комнату через окно. На двенадцатый этаж по водосточной трубе. К концу месяца я набрала половину суммы, чтобы заплатить клану ночных охотников за его убийство. Осталось только договориться.
  - Кажется, теперь я понимаю, почему Дарелин мечтал уничтожить всех светлых. Еще немного, и я ему помогу в этой святой миссии.
  Эльф уже давно привык к подобным высказываниям. Знал, что ругаться я могу сколько угодно, но никогда на подобное не пойду. Обидно, что меня считают такой мямлей.
  - Что с поклонником-то делать будешь? - вяло поинтересовался эльф.
  О, что бы я желала с ним сделать! Повесить, четвертовать, расчленить на мелкие кусочки, кремировать и прах бросить в действующий вулкан!
  - Прятаться. Что я еще могу? Слушай, можно я у тебя сегодня переночую?
  Я уставилась на него глазами олененка Бэмби, но не помогло. На редкость бессердечный тип.
  - Ни за что. Не хватало только, чтобы о нас с тобой поползли слухи. Меня же владычица потом заставит на тебе жениться!
  Сказав это, он весь передернулся от отвращения и ужаса. Я тоже была не в восторге от подобной перспективы.
  - Ладно, напрошусь к Мокрице в лабораторию и буду всю ночь перебирать камешки и косточки. И в этом будет целиком твоя вина.
  Мокрицей мы прозвали одного помешанного чудика, к несчастью, числящегося преподавателем алхимии. Предмет довольно забавный, хоть и требующий большого терпения и аккуратной работы с весами. Зато Мокрица никогда не ругался: он рассматривал наши неудачные опыты как небольшой шаг к истинному знанию. За это, а также за мягкий характер и безотказность, его любили все студенты.
  - Трусиха и слабачка.
  И это говорит мне тот, кто не может спать без света, потому что в темноте прячутся бяки? Ха-ха.
  - Сноб и неудачник, - бросила я в ответ.
  - В расчете. Кстати, ты на свадьбу-то поедешь? Тебя ректор отпустил?
  А я-то думаю, что я забыла?! Точно, спросить у ректора разрешение на поездку. Ладно, еще неделя в запасе, успею.
  - Да отпустит он меня, куда он денется? И такое событие я ни за что не пропущу. Мой единственный телохранитель женится!
  Эльф ехидно ухмыльнулся.
  - А какой прекрасный шанс увидится с возлюбленным!
  Ну и язва. Достал уже, честное слово. Каждый день раз по семнадцать-двадцать называет Дарика моим возлюбленным!
  - Еще раз об этом заикнешься, зубы выбью, клянусь тебе.
  Энувиэль поверил сразу и безоговорочно. Еще бы, я за время учебы ни разу не нарушила своего слова. Сказала, что троица, посмевшая обмазать мои волосы еловой смолой, будет ходить и сверкать лысинами, и сделала. Усыпив нахалов с помощью особого порошка, побрила их наголо вручную. Результат же закрепила особой мазью 'Гладкость'. Эта мазь используется для того, чтобы у людей не росли усы и борода. Гарантия качества десять лет. А потом одной ведьме я пообещала незабываемые ощущения от прогулки в неглиже и посадила ей на платье парочку насекомых, напоминающих нашу моль. Только работают они намного быстрее. Проделала я свои махинации в начале пары, и уже в середине она убежала с диким визгом, прикрывая руками самое сокровенное. От одежды остались лишь небольшие лоскутки, но и они исчезали на глазах. Тогда мне досталось особенно сильно, потому что вместе с той девицей пострадали еще несколько учеников.
  - Да ладно тебе. Чего кипятишься? - миролюбиво улыбнулся эльф, поднимая руки в жесте, означавшем капитуляцию.
  - Я... я очень соскучилась по ним. По Дарелину, Шесу, Ингру... даже по той назойливой дриаде, которая называет меня мамой.
  Соскучилась - слабо сказано. Я тосковала так, что редкая ночь обходилась без слез и выжимания промокшей от них подушки.
  - Ничего, ты их всех скоро увидишь. А официальное разрешение у ректора я сам для тебя возьму.
  Хороший он все-таки товарищ, хоть и не друг. Но кто знает, может, когда-нибудь он им и станет. Все-таки между нами теперь гораздо меньше разногласий.
  
  Дарелин
  
  - Может, в шахматы сыграем?
  Я поморщился и отрицательно помотал головой.
  - Тогда в карты?
  - Нет.
  - Тогда выпьем? - наседал на меня Шес.
  С момента отъезда Женьки я пил почти две недели, творя в пьяном угаре разные непотребства. Только Ингр сумел привести меня в чувство. А теперь Шес пытается снова споить?
  - Ну хоть женщин позовем?
  - Ага, мне после проклятия Демиурга только с женщинам и иметь дело. Шес, отвяжись ты. Я в печали.
  Подперев голову кулаками, я уставился в окно, хотя пейзаж уже давно надоел. Эти дурацкие клумбы с розовой коноплей! Эти дурацкие светлые земли! Они отняли у меня Женьку!
  - Эй, держи себя в руках, а то на эманации твоей темной энергии опять сбежится вся стража! И опять будет драка, скандал, извинения...
  Я повернулся к Шесу. Вид у него был весьма уставший. Под глазами залегли глубокие тени, волосы взъерошены, одежда мятая.
  - Ты выглядишь слишком непрезентабельно для будущего владыки светлых эльфов.
  Он скривился так, будто глотнул уксуса.
  - Это все она. Ненасытная женщина! Мало того что ночью спать не дает, так еще и днем набрасывается. Уже не знаю, где и прятаться от нее! И ты, между прочим, выглядишь не лучше.
  Переборов лень и апатию, я потянулся к зеркалу. М-да... покойники двухнедельной давности выглядят свежее. Я лишь пожал плечами:
  - И что?
  Подумаешь, рожа помятая, глаза красные и волосы давно не мытые. Кого это волнует? Я - Темный Лорд, что хочу, то и делаю.
  - А то, что пришло сообщение: Жени вчера утром выехала из академии и направляется сюда. На три дня раньше, чем планировалось. Завтра днем она будет здесь. И вряд ли захочет тебя обнять и расцеловать.
  Женька едет. Нет не так. Женька возвращается! И, возможно, она по мне скучала! А раз так, то хотя бы на мгновение забудет обо всех своих обидах, обнимет, начнет подшучивать. И все будет как раньше.
  - Знаешь, мне надо привести себя в порядок. Как думаешь, она забыла про нашу ссору?
  Хоть бы уж забыла! Что угодно, только пусть перестанет дуться!
  - Конечно, она тебя еще немного потиранит, но будет рада встрече. Жени не умеет долго обижаться. Как, по-твоему, она приедет вместе со своим ухажером?
  Я поражаюсь умению Шеса довести меня до бешенства одной фразой!
  
  Шес
  
  Было страшно наблюдать за тем, как менялся Темный Лорд после отъезда Жени. Сначала он еще держал себя в руках, хотя был мрачен и раздражителен. Потом начал много пить и перестал общаться даже со мной и Ингром, не говоря уж об остальных. Он совсем забросил дела, велев дракону самостоятельно во всем разбираться. Даже сказал, что плевать он хотел на всю свою темную империю. А потом начались приступы бешенства, во время которых он призывал Тьму и ее слуг. Несколько раз светлые эльфы отбивали эти невольные атаки, но зла на Дарелина не держали. Мне показалось, они прекрасно поняли, что истинная виновница этого - разлука. Он слишком привязался к девушке, посланной ему Демиургом.
  Со временем нам удалось заставить его оторваться от бутылки, но настроение Темного Лорда не улучшилось. Он по-прежнему был мрачен и молчалив. Сутками просиживал в покоях, рассматривая одежду Жени, принюхиваясь к флакону с ее духами. Это походило на одержимость, но когда я попробовал заикнуться об этом, то чуть не остался без головы. Пришлось ускорить свадьбу, чтобы эти двое могли, наконец, увидеть друг друга. Заодно прекратили бы и разрушения. Я ведь слышал, наша малышка стала настоящим бедствием для академии.
  Сейчас, по крайней мере, мне удалось расшевелить Дарелина. Он просто ожил, бросился приводить себя в порядок. Если это не любовь, то что же? Правда, не думаю, что все у них будет так гладко. Уж больно он горд и упрям, а она - непредсказуема. Впрочем, на стороне этого союза Демиург, так что все, может быть, сложится хорошо.
  - Доброго дня тебе, дорогой. А где Темный Лорд?
  Я обернулся на звенящий голосок будущей супруги. Ее более чем откровенный наряд заставил меня судорожно сглотнуть и начать припоминать, нет ли важных дел в ближайшие часа три.
  - Он ушел готовиться к приезду наследницы. Дорогая, а чем ты сейчас собираешься заняться?
  Лукаво улыбнувшись, она грациозно опустилась на диван и откинула распущенные волосы за спину.
  - А у тебя есть какие-то особые предложения? - Глаза моей невесты разгорелись, а на губах появилась знакомая улыбка.
  - А ты сомневаешься?
  - Ничуть. Только дверь закрой, чтобы эти назойливые советники нам не помешали, мой ненасытный дроу!
  Ну, еще неизвестно, кто из нас ненасытный. Скорее всего, оба.
  
  ***
  
  - Все идет немного не так, как я планировал.
  Кес растерянно вертел в руках бокал со светящейся золотистой жидкостью. Его собеседница, с ногами забравшись в кресло, улыбаясь, наблюдала за братом.
  - Дети Старшего всегда ведут себя непредсказуемо. Такова была его воля, когда он их создавал.
  Тьма бы побрала этого Старшего! Он всегда раздражал Кеса, заставляя чувствовать себя ущербным, но эта его выходка с людьми, получившими свободу, - чересчур.
  - Девчонка слишком непредсказуема! И она слишком сильно изменилась. Мне это не нравится.
  Девушка звонко рассмеялась и отпила из своего бокала.
  - Ты же хотел, чтобы твой сын отказался от своих замыслов. Теперь ему нет дела до завоеваний.
  - Да, но он слишком привязался к ней! Это опасно!
  Более того, его сын стал ни на что не годной тряпкой. Какая от него теперь польза? В своих планах Кес отвел сыну роль правой руки и палача, готового на все ради него, своего демиурга! Но какая-то девчонка все изменила за несколько месяцев!
  - А вспомни, как ты относился к его матери. Был готов уничтожить вселенную ради нее. А когда она погибла, погрузился в такое отчаяние, что потерял власть над собственным миром. И бросил своего сына совершенно одного. Я понимаю его ненависть и презрение. Не одобряю, но понимаю. Потому что он - твой сын, и ведет себя так же, как вел бы себя ты в подобной ситуации. Попробуй мы сейчас отнять ее у него, и твой мир погибнет. Ты это понимаешь, братец?
  Мужчина лишь тяжело вздохнул и посмотрел на карту своего мира. Все это оказалось слишком сложным и далеким от первоначального замысла.
  
  Глава 2. А не пора ли встретиться?
  
  Фанатик: человек, который делает то, что, по его мнению, делал бы
  Господь Бог, если бы знал все обстоятельства дела.
  Финли Питер Данн
  
  Женька
  
  Господи, как же это утомительно - путешествовать в компании светлых эльфов! Чопорные, надменные гады, а уж когда накурятся своей розовой конопли - спасайся кто может! Это же просто вселенская пытка. Они начинают говорить очень медленно и вдумчиво, распространяясь в основном на глубоко философские темы. И при этом фиг удерешь. Пробовала - ловят и начинают еще медленнее втирать. А когда я попыталась взвыть и закрыть уши, мне вставили кляп в рот и связали. Садюги! Наркоши волосатые! Одно хорошо: во владения владычицы принято входить с трезвым разумом, что заставило светлых принять экстренные меры по проветриванию мозгов. После этого они стали тихими и молчаливыми. Лишь болезненно морщились, когда я во весь голос распевала творения попсы своего мира. Да, у меня нет слуха, но зато какой громкий голос! Впрочем, ни слова поперек они не сказали, устыдились своего поведения, поскольку чуть ранее обнаружили меня на вьючной лошади: злобную, голодную и связанную веревками.
  - О, светлоликая! - окликнул Энувиэль, сморщившись от особо громкого исполнения мною хита Глюкозы.
  - Чего тебе, болезный?
  - Заткни уже свой фонтан мудрости и дай нам вкусить прелесть тишины.
  Я фыркнула, выразив этим протест.
  - Не дождетесь. Вы меня сколько мучили своими вдохновенными, но путанными речами о смысле бытия? Вот столько же и я буду петь, - почти промурлыкала я
  Эльфы дружно застонали, на что я злорадно ухмыльнулась. Да, не учли ушастые мальчики и девочки, что если женщине обломать ее ангельские крылышки, то ей придется летать на метле.
  
  - Я буду вместо, вместо, вместо нее,
  Твоя невеста, Эви, честная, ё!..
  
  Мне показалось, или эта ошибка природы нервно осенила себя знаком двух скрещенных молний - символом Демиурга? Им же обычно нечистую силу отгоняют!
  - А если я тебе помогу написать курсовик по жизнеустройству светлых эльфов, ты помолчишь?
  Голос Энувиэля был полон робкой надежды на то, что я удовольствуюсь этой мелкой взяткой. Эх, наивный...
  - Маловато, Эви.
  Я затянула песню Савичевой 'Прости за любовь', так художественно вытягивая некоторые ноты, что завыли волки в лесной глуши. Эльфы застонали и схватились за головы.
  - Я сделаю все, что захочешь, только заткнись!
  Удовлетворенная произведенным эффектом, я послушно умолкла. Мысли же сразу устремились вперед, туда, где ждали прибытия нашей делегации Шес и Дарелин. Всего несколько часов потерпеть, и я наконец-то увижу их. И даже смогу обнять! И может, даже признаюсь, как сильно скучала по ним. А может, и нет. У нас же были несколько натянутые отношения до моего отъезда. Наверное, он уже забыл обо мне. Живет в свое удовольствие, а я мучаюсь! Спорим, при встрече он меня не узнает - будет долго двигать бровями и размышлять, что за странная девица с непотребного цвета волосами пристает к нему с объятиями и слюнявыми поцелуями.
  - Женька, что-то не так?
  Поразительный эльф. Приставучий, нахальный, надменный, невыносимый, языкастый, хитрый, но временами на удивление заботливый. И очень точно подмечает мое настроение.
  - Просто вспомнила кое-что, - попыталась уклониться от ответа я.
  Эльф хмыкнул.
  - Знаешь, мне часто приходили письма от друзей, состоящих при дворе владычицы. Они жаловались, что Темный Лорд в последнее время мрачен, много пьет и проводит время в покоях, которые уже закрепили за тобой. Кажется, он очень по кому-то скучает.
  Не знаю, почему, но на душе сразу стало легче.
  Даже солнце засветило ярче.
  
  Я не ожидала подобного. Да и остальные не ожидали - слишком расслабились, пребывая в уверенности, что никто не посмеет на нас напасть в стенах столицы эльфов. Никто, кроме самих эльфов. Экстремисты. Фанатики. Ради своих 'светлых и чистых' помыслов готовы пытать и убивать всех, кто под руку подвернется.
  - Отвечай, темное отродье! Как убить Темного Лорда?!
  Прекрасный эльф с платиново-белыми волосами, небесно-голубыми глазами и хрупким телосложением ударил меня с размаху по щеке, заставив застонать от боли и упасть на пол. Уже час меня пытают, и я не уверена, что смогу долго продержаться. Пока это только синяки и несколько сломанных зубов. Ну, еще, кажется, нос. Не так уж и страшно, если смотреть в перспективе.
  - Я не знаю.
  Сплюнув накопившуюся во рту кровь, я мысленно похвалила себя за меткое попадание прямо на подол белых одеяний мучителя, смахивающих на просторное платье. Сделал гадость - сердцу радость.
  - Ты еще об этом пожалеешь, - процедил сквозь зубы эльф.
  Ой-ой-ой, будто я сама об этом не догадалась. Вот только не я одна пожалею. Рано или поздно Дарелин найдет меня и вытащит отсюда. Я верю в него. Даже особо пострадать не успею... надеюсь.
  - Поживем - увидим, доживем - узнаем, выживем - учтем, как сказал... не помню, кто.
  Породистое лицо перворожденного скривилось в злобной гримасе, став безобразным. Тоже мелочь, а как приятно. Кто в моем мире мог бы представить эльфа-урода? На самом деле все они страшненькие, но так умеют себя подать, что начинаешь верить, что и из непотребного материала можно сделать конфетку. Хотя, конечно, основные чудеса преображения на себя берут магия и косметика.
  - Ты, потаскуха темных, до этого не доживешь. Как только все нам расскажешь - сдохнешь.
  Я смотрю, у этого светлого логика хромает на обе конечности.
  - А тогда какой смысл мне вам помогать? - наивно похлопала глазками я.
  Эльф заскрежетал зубами. Вот интересно, меня окружают одни дебилы? Или я им кажусь умственно неполноценной? Назло ничего им не расскажу.
  - О, когда мы начнем тебя пытать, ты будешь умолять нас о смерти.
  Он подал знак своему подручному в красном балахоне с капюшоном, и меня куда-то потащили.
  - Разве ваши светлые идеалы позволяют вам пытать девушек, можно сказать, детей? - отчаянно взвизгнула я, пытаясь вырваться из загребущих лап палачей.
  Эльф лишь презрительно хмыкнул, давая понять, что судьба моя уже решена, а в число девушек и детей я не попадаю.
  ...Я не знаю, как долго это длилось: может, мгновение, а может, вечность. Я не знаю. Со мной были только боль, темнота и надежда, что Дарелин все же придет. Хотя бы потому, что в момент смерти я бы хотела ощутить рядом присутствие того, кто меня не ненавидит.
  
  Энувиэль
  
  Эта маленькая зараза мучила меня на протяжении всего пути до дома! Хотя, это я преувеличил. Только последний день. Но зато как она достала своим немелодичным завыванием бессмысленных текстов! Это же просто ужас какой-то, а не песни! Руки бы оторвал тому, кто это написал! И еще кое-что, чтобы не вздумал размножаться.
  И все же... я бы все отдал, чтобы изменить то, что произошло. Согласился бы слушать эти завывания сутками.
  Мы не ожидали нападения. Поэтому ехали спокойно, без предосторожностей. Владения эльфов - самое безопасное место для путников. Даже звери никого не тронут, не говоря уж о существах разумных. Я даже умудрился развеять мрачные опасения Женьки, вообразившей себе самое худшее. Она и так в последнее время стала больше думать о плохом. Ученики в академии возненавидели ее с первого взгляда, да и учителя решили, что за все грехи темных должна ответить наследница. На нее сразу стали нападать, причем доставали самыми обидными способами. И преподаватели предпочитали не вмешиваться. Поплакав несколько раз, она озлобилась и начала мстить. Более того, она замкнулась в себе, решив не подпускать к себе никого. Я старался преодолеть эти барьеры, жалея соплячку, столкнувшуюся с суровой реальностью, но все, чего добился - настороженно-приятельское общение. И тем не менее, она поверила мне. Поверила, когда я сказал, что путь безопасен!
  Они появились, не таясь. Десять эльфов, обряженных в белые балахоны и сверкающие серебром кольчуги. Помню, сначала мы приняли их за группу встречающих, пока кто-то из 'балахонов' не оглушил Женьку, подобравшись со спины. А ведь она почувствовала! Почувствовала и начала оборачиваться, что лишь усугубило ситуацию. Удар рукоятью кинжала пришелся не в затылок, а в висок. Через несколько секунд кровь залила ей пол-лица.
  Я требовал, приказывал им отпустить ее, но силы были неравны. Мои сопровождающие не захотели сражаться с лучшими воинами ордена 'Чистый Свет' за колючую и вредную наследницу. И я начал бой один, вынуждая спутников защищать меня. Но только защищать.
  Они забрали ее. Избили, чтобы поглумиться, связали и увезли в свою цитадель, пообещав, что очистят наш мир от скверны сразу после того, как узнают секрет неуязвимости Темного Лорда. А мы остались, израненные и лишенные оружия. Нам эти фанатики не хотели причинять вреда, считая заблудшими детьми. А мы ничего не могли сделать! Совсем ничего! Никогда до этого я не плакал от унижения.
  
  Я спешился, не обращая внимания на боль в ранах. Что моя боль по сравнению с тем, что предстоит испытать Женьке, которую я не уберег?
  Демиург, если бы я мог что-то исправить! Как-то все вернуть назад и отменить поездку!
  - Где она? - Не церемонясь, Дарелин схватил меня за отворот куртки.
  Осмелившись поднять глаза, я увидел, как измождено его лицо. Казалось, Темный Лорд постарел сразу лет на сорок. А в его глазах ярость смешалась с животным ужасом.
  - Я пытался... я пытался их остановить. У меня не получилось. Слишком сильны. Они забрали Женьку...
  Я искал и не находил нужные слова, чтобы объяснить ему произошедшее.
  - Хватит мямлить! Кто они? Куда они ее забрали? Что собираются делать? Им нужен выкуп?
  Я отвел взгляд, не в силах смотреть на него. Как же я виноват...
  - Это орден 'Чистый Свет'. Они забрали Женьку в свою цитадель, чтобы провести обряд выжигания Тьмы, - пробормотал я.
  Руки Дарелина разжались и безвольно обвисли. Он знает, что это за обряд. До сих пор он единственный, кто выжил после него, выжил после сожжения заживо на медленном огне.
  - Только не она... - еле слышно прошептал Дарелин.
  
  Шес
  
  Никогда я еще не испытывал такой ярости: девушка, которую я поклялся защищать, находится в двух шагах от смерти, а я бессилен что-либо сделать. Но что еще страшнее - бессилен мой бог, Дарелин. Цитадель ордена неприступна. Она веками укреплялась самыми разными заклинаниями, там пятитысячный гарнизон, состоящий поголовно из фанатиков-эльфов, многие годы обучавшихся убивать. А у нас лишь отряд в сотню дроу. Для штурма надо в сто раз больше. И необходима долгая подготовка: доставка припасов, строительство осадных машин, подготовка магов и многое другое. У нас нет на все это времени. Да и слишком велик риск, что как только мы приступим к активным действиям, эти ублюдки убьют заложницу.
  - Прекрати маячить, Шес. Сядь уже, - рыкнул на меня Дарелин, устало потирая виски.
  Я посмотрел на своего бога - поникший, посеревший, с мертвым взором, он изредка вздрагивал и корчился, как будто от боли. Ему стократ хуже - он чувствует, как девочку пытают.
  - Не могу. Они загнали нас в ловушку. Мы ничего не можем сделать!
  Я уже был не в состоянии остановиться. Мечась по комнате, как хищник в клетке, я представлял все те ужасы, что ждут хрупкую Жени в плену, и покрывался испариной. Это просто ужасно.
  - Где знаменитое хладнокровие моих воинов? Успокойся, мы вытащим ее оттуда, даже если для этого мне придется уничтожить весь этот мир. Жизнью клянусь.
  Я поверил ему сразу, услышав мрачную решимость в голосе. Раз Дарелин так говорит, значит, действительно не посчитается с потерями.
  - А если они ее убьют раньше, чем мы уничтожим этот мир во имя ее спасения? - поделился я последним сомнением.
  Темный Лорд нахмурился и уставился в камин, заставив меня поежиться от плохого предчувствия.
  - Ну ты же знаешь, что я неплохой некромант.
  Я похолодел, поняв, что именно имеет в виду мой бог и товарищ по горю. Некромантия - довольно сложная наука. Даже простого зомби поднять трудно, а уж процесс воскрешения, при котором душа насильно возвращается в восстановленное тело, является запредельным действием для абсолютного большинства даже самых даровитых. Но Дарелин - сын Демиурга. У него это может получиться, хотя собственной энергии навряд ли хватит. Понадобятся жертвы для накопления нужного количества энергии. Много жертв - девственницы, младенцы, сильнейшие магические существа. И он, без сомнения, принесет эти жертвы, даже не поморщившись.
  - Я помогу тебе во всем, мой господин.
  Неожиданно тяжелая двустворчатая дверь распахнулась, пропуская в комнату совещаний мою дражайшую невесту, владычицу эльфов.
  - Вы, мальчики, наверное, планируете что-то безумное. Не знаю, что именно, но хочу предупредить, что душой Евдженьи владеет Старший демиург. И если девочка умрет, то воскресить вы ее уже не сможете. Просто потому, что у вас не будет ничего, кроме пустой оболочки тела, - решительно заявила эльфийка, грациозно опускаясь в кресло.
  Дарелин побледнел, сразу поняв, что моя невеста сказала чистую правду. Таковы законы мироздания: душа погибшего отправляется в Кузню Душ того демиурга, что ее создал. Независимо от того, в каком мире находился носитель во время гибели. И значит, Жени, как только погибнет, отправится в свой мир, на поиски Кузни, где совершится перерождение. Дарелин не успеет ее 'зацепить' и 'пленить'. Есть, конечно, слабая надежда на то, что узы, которые создал отец Темного Лорда, задержат душу иномирянки, но это слишком тоненькая ниточка, чтобы на нее подвешивать весь план спасения.
  - И что же ты предлагаешь, владычица светлых эльфов? У тебя есть какие-то идеи? - прохрипел Дарелин.
  Эльфийка кивнула, но на ее лице отчетливо читалось сильнейшее сомнение. Она даже локон теребила, что сигнализировало о серьезном душевном разладе.
  - На мой дилетантский взгляд, у нас есть только один выход. Кто-то должен попросить Демиурга лично вытащить Евдженью из крепости ордена. Для него нет преград в этом мире. Вот только предложить ничего в обмен мы не можем. Если только ты, Темный Лорд.
  
  Дарелин
  
  - На мой дилетантский взгляд у нас есть только один выход. Кто-то должен попросить Демиурга лично вытащить Евдженью из крепости ордена. Для него нет преград в этом мире. Вот только предложить ничего в обмен мы не можем. Если только ты, Темный Лорд, - тихо, но твердо сказала владычица.
  И тогда я понял, что все кончено. Нет, не для моей Женьки, но для меня. Я ведь на все пойду, даже на коленях буду ползать пред этой скотиной, лишь бы моя девочка вернулась ко мне живой и невредимой.
  - Я хочу побыть один. Прошу вас всех уйти. Эту проблемы мы решим завтра. Сейчас мне надо подумать.
  Я ожидал возражений, но владычица и Шес послушно откланялись и ушли, бросив на меня полные сочувствия взгляды.
  Некоторое время я прислушивался к тишине и старался подготовить себя к решительному шагу. Но чем больше я тянул, тем меньше во мне оставалось желания делать то, что должен бы.
  - Ты слышишь меня, Демиург? Нам надо поговорить, - произнес я в пространство, уверенный, что скоро получу ответ.
  Не прошло и минуты, как комната наполнилась золотистыми искрами, символизирующими приход Демиурга в подвластный ему мир. На долю секунды я позволил себе закрыть глаза, оттягивая неприятный момент встречи. Детскость, но все же... Я не могу отринуть так просто многовековую ненависть. Слишком долго лелеял это чувство. И если бы не Женька...
  - Я слушаю тебя, сын.
  Сын? Что ж, если понадобится, я даже соглашусь называть его отцом, стиснув зубы.
  - Я хотел поговорить с тобой о Жене. Ты ведь в курсе событий?
  Мне показалось, на одно мгновение Демиург отвел взгляд, будто признавая свою вину. Но, наверное, это лишь игра света и тени.
  - Конечно, это же мой мир. И что ты хочешь от меня? Армию для ее спасения? Полного уничтожения ордена? - презрительно выплюнул Кес.
  Я прикрыл глаза, скрывая свой гнев. Я должен держать себя в руках, чтобы спасти Женьку.
  - Нет. Я лишь прошу тебя забрать ее оттуда и вернуть мне. Ее уже начали пытать. Я чувствую ее боль, которая сводит меня с ума. Стопы, ладони, живот... Насколько я знаю процедуру, следующими будут глаза, которые выжгут раскаленным железом. Спаси ее и верни мне, а я стану твоим преданным слугой. Мое полное послушание и клятва верности в обмен на ее жизнь.
  Он явно этого не ожидал. Глаза широко распахнулись, нижняя челюсть слегка отвисла, пальцы дрогнули - все признаки удивления. Можно сказать, шока.
  - Ты готов на это ради какой-то человеческой девчонки?
  И зачем задавать такие кретинские вопросы? Конечно, я готов. Иначе бы не заговорил об этом!
  Подтвердив слова энергичным кивком, я поднялся из кресла.
  - Ты чего-то хочешь? Может, мне встать на колени? Это нетрудно.
  Я уже начал склоняться перед ним, когда неожиданно оказался в объятиях, заставивших меня напрячься. Подобного я не ожидал.
  - Ты сильно изменился, сын. Я спасу эту малышку в обмен на твое послушание.
  Он разжал объятия и заглянул мне в глаза, словно ища там подтверждения чего-то.
  - Я буду преданным рабом тебе, клянусь жизнью и посмертием.
  И сдержу клятву, чего бы мне это не стоило. Ради Женьки я и не на такое пойду.
  - Но мне не нужен раб! Мне нужен...
  В чем нуждался Демиург, я так и не узнал, так как голову пронзила адская боль. В глазах потемнело, и сознание позорно ретировалось.
  
  ***
  
  - Наконец-то мой план срабатывает. Дарелина я уже получил, осталось только его обучить и запрограммировать на полное послушание, поскольку со своим своеволием он слишком опасен. А девчонку скоро уже можно будет убрать без проблем.
  Кес с бокалом застыл над картой, и по всему залу разнесся его безумный смех.
  
  Глава 3. Прорвемся
  
  Жалость оставь жалким, достойным дай свое сочувствие.
  NN
  
  Женька
  
  Первая осознанная мысль, как ни странно, была - мне хорошо! Нет, даже очень хорошо! Правильно говорят, что для того, чтобы человек почувствовал себя на вершине блаженства, надо отнять у него все, а потом сделать, как было. Вот насколько мне было плохо в тех казематах, настолько же хорошо теперь. И неважно, где я нахожусь. Главное, что я сейчас в тепле, сухости, покое и, кажется, безопасности. Вот только темно почему-то. Глазки слиплись и не открываются?
  Я подняла руку проверить глаза, но наткнулась на неожиданное препятствие в виде непонятной повязки на лице. Но почему? Знаю, что я уже не в руках фанатиков, хотя и непонятно, откуда взялась эта уверенность. Зубы вроде все целы, да и не чувствую я нигде боли, хотя знаю, что все пальцы должны быть сломаны.
  - Женька?
  Хриплый шепот мне опознать не удалось. Неужели снова попала к кому-то в плен?
  - Кто вы? Что вам от меня нужно?
  Надеюсь, панические нотки в моем голосе не очень улавливаются. Нельзя врагу показывать свой страх.
  - Это я, Дарелин. Ты меня помнишь?
  Такое трудно забыть. Как там говорили знакомые девчонки? Жутко сексуальный, преступно красивый, настоящий мужчина мечты. Ага, только он еще временами зануда, скотина, тиран и деспот. Сатрап. Но как же я рада его слышать!
  - Дарик, я так скучала по тебе, ты даже не представляешь. Так тосковала по тебе.
  Что это было? До ужаса напоминает всхлип. Но ведь он не может плакать! Мужчины не плачут! Или это моя вина? Да, иначе и быть не может. Я ведь все рассказала тем фанатикам. Я не героиня, раскололась уже на втором сломанном пальце. Плакала и молила их прекратить. Наверняка они причинили ему много вреда, может, даже уничтожили все, ради чего он так долго трудился.
  - Женя...
  Что же я наделала! Надо было молчать и терпеть!
  - Прости меня, Дарелин, я не хотела им говорить! Я правда не хотела, но было так больно, так страшно...
  Я не смогла договорить, так как оказалась подхвачена и прижата к груди. Да еще так крепко. Кстати, оказалось, что Дарик пахнет божественно. Мылом, потом и чем-то спиртосодержащим.
  - Глупая девчонка.
  Я и так знаю, что дура, но зачем напоминать?
  Дарелин уткнулся носом мне в волосы, и я явственно почувствовала влагу. Он действительно плакал. И от этого стало так неуютно. Для меня он был всесильным, непоколебимым.
  - Дарик? Все так плохо?
  Неужели моя глупость стала тому причиной?
  - Твои глаза... У меня не получается вылечить твои глаза. Фанатики выжгли их особым сплавом, который блокирует мою магию. Грубой мощью можно было бы пробиться, но нужна тонкая работа. Прости, у меня не получается.
  На некоторое время я потеряла дар речи. В голове никак не желала уложиться мысль, что я больше никогда ничего не увижу. Как это, жить в мире тьмы, полагаясь лишь на слух и осязание? Разве это возможно?
  - Прости меня, Женька, я должен был раньше позвать его. И он бы вытащил тебя, и глаза были бы целы. Я так виноват...
  А с другой стороны, живут же люди как-то? Чем я хуже? У меня есть все, что необходимо для счастья, - друзья, семья, дом и возлюбленный. Так что я не имею права жаловаться, а тем более винить его в чем-то.
  - Ты не виноват. Ты ни в чем не виноват. Это несчастный случай. А то, что видеть не буду, так и ладно. Не придется глазеть на постные физиономии твоих дроу.
   Даже я услышала, как фальшиво это прозвучало. И те не менее я попыталась нащупать лицо Дарелина, чтобы успокоить его. Он и правда не виноват в произошедшем. Он сделал, что мог, и даже больше.
  - Женька, я...
  Все, хватит, а то я сейчас сама расплачусь.
  - Дарик, мне кажется, или ты лопоухий? - перебила его я, ощупывая его уши.
  - Ох, и глупая же ты...
  И я почувствовала его улыбку.
  
  - Шес, зараза, как я выгляжу?
  - Восхитительно, - отстраненно пробормотал мой телохранитель, и я поняла, что он даже не взглянул на меня. Мужчины! Как же они бесполезны в этом деле! Ну почему рядом со мной нет какой-нибудь верной подружки?
  - Ну все, я уродина. Не пойду никуда, запрусь и буду сидеть здесь, чтобы никто не мог потом сказать, что на свадьбе владычицы была какая-то идиотка, толком не умеющая наряжаться!
  Я сердито одернула подол праздничного наряда, который даже не видела. После тщательного ощупывания осталось лишь смутное представление. Вроде пышная юбка, шнуровка на спине, вышивка точно есть. В остальном ни малейшего понятия.
  - Но Жени, ты же прекрасна, как видение! Это платье тебе очень идет, а красотой ты затмишь всех, даже невесту! - несколько наигранно продекламировал он.
  Как будто по бумажке прочитал.
  Я скептически задрала бровь и постаралась всем видом выразить сомнение.
  - Тогда скажи, какого цвета платье?
  - Э... красное? - неуверенно промямлил он.
  Изобразив вселенское страдание, я попыталась потереть виски, но наткнулась на шелковую повязку, закрывающую глаза. На душе стало тоскливо. Дарелин честно предупредил, что вылечить это может только Демиург, если его об этом попросить, но я не спешила. Дарик и так уже многое отдал ради моего спасения. Он расстался с самым дорогим - своей свободой. И просить его пожертвовать большим свинство с моей стороны.
  - Шес, найди какую-нибудь девушку, которая сможет мне объяснить нормально, - устало попросила я.
  Надо жить с тем, что имеешь.
  - Ты стала слишком капризной, Жени.
  Но для того чтобы не жаловаться, у меня еще слишком мало воли.
  - Имею полное право, - фыркнула в ответ я. - Иди уже. В плане одежды ты абсолютно безнадежен, можно сказать бесполезен.
  Он как-то уж нарочито громко вздохнул и покорно вышел, но в комнату сразу же кто-то вошел. Это я почувствовала благодаря обострившемуся из-за слепоты восприятию мира. Теперь я точно могла бы сказать, сколько живых существ в комнате. Еще бы научиться не спотыкаться и не ронять всякие хрупкие вещи со столов, типа раритетных ваз возрастом в десять тысяч лет.
  - Кто здесь? - нервно поинтересовалась я.
  Впрочем, сразу опознала вторженца, после того как он привлек меня к себе и уткнулся подбородком в макушку. Знакомый запах Дарелина окутал теплом, заставив расслабиться и почувствовать себя почти счастливой.
  - Ты выглядишь, словно богиня, в этом лиловом платье с вышивкой в виде листов розовой конопли. Любая другая смотрелась бы дурой в подобном наряде, но ты сумела его как-то облагородить. Как себя чувствуешь?
  Поразительно, как чувство вины ломает сильных мужчин. Он же теперь носится со мной, как с безумно дорогой хрустальной статуэткой. Вначале это было приятно, но потом уже начало раздражать. И с каждым разом раздражало все больше.
  - Дарик, я в полном порядке, правда! Я не развалюсь, я сильная, так что перестань трястись. Ты мужик или как?
  Я раздраженно стукнула его по руке, пытаясь привести в чувство и вернуть прежнего Дарелина.
  - Я мужик, но Тьма, как же я боюсь за тебя. Ты сейчас слишком уязвима. Может, мне все же стоит попросить его вернуть тебе зрение?
  Я поморщилась, уловив обреченные нотки. Я знала, сколь велико его отчаяние из-за того, что теперь он полностью зависим от Демиурга.
  - Неужели у нас нет другого выхода? Ты же говорил, что если каждый день потихоньку работать, то через пару лет зрение начнет восстанавливаться.
  Он сжал меня крепче, на секунду став прежним, легко раздражимым Темным Лордом.
  - Но все это время ты будешь беззащитной! К тому же я не гарантирую результат.
  М-да... утешительные новости. Но ведь я еще могу некоторое время потерпеть.
  - Я не так беззащитна, как тебе кажется. Но для своего спокойствия можешь приставить ко мне усиленную охрану. И я согласна ждать так долго, сколько понадобится. А если у нас не получится, мы всегда сможем обратиться к нему. Но пусть это будет лишь запасной вариант, ладно?
  Для пущей убедительности я потерлась щекой об его камзол и состроила умильную мордашку. Я уже хорошо поняла, что это третье по действенности оружие против мужчины. Первым и вторым являются слезы и постель.
  - Ладно, как пожелаешь, малявка. Пожалуй, я действительно приставлю к тебе четверых дроу. Для моего спокойствия. Только пообещай, что будешь хорошо себя вести.
  Я скрестила за спиной пальцы и послушно закивала. Как можно требовать от меня такое обещание? Я люблю пошалить.
  - Ну теперь, когда мы во всем разобрались, ты отведешь меня на церемонию? Только учти, тебе придется описывать мне все происходящее, а также все наряды, цветы и... - Мне бережно, но твердо закрыли рот рукой. А ведь я могу и укусить!
  - Я тебя понял! Тьма, это непомерное наказание за грехи! - перебил мою вдохновенную речь Дарик.
  - Зануда.
  В ответ на мой обиженный тон раздался бархатистый смех. Ну слава богу, оттаял. А то я уже начала волноваться.
  - Малявка. Ладно, пошли уже. Может, тебя на руках донести? - попыталось проявить свою обеспокоенность это перерождение Матери Терезы.
  - Ты опять? Я тебя щас покусаю!
  
  Дарелин
  
  Приобняв Женьку за талию, я осторожно вел ее через весь дворец, стараясь предупредить о каждой складке на ковре и ступеньке, чтобы она не споткнулась. В последние два дня, после того как она пришла в себя, это стало почти навязчивой идеей. Я не мог представить себе, что из-за одного неосторожного шага, из-за недосмотра она может упасть и свернуть себе шею. Или выпасть в окно. Или... да мало ли что может с ней произойти!
  - Здесь красиво, Дарелин?
  Она вертела головой так, будто пыталась рассмотреть то, что ее окружало, и этот жест заставил все мои внутренности сжаться в комок.
  - Здесь очень много света. Он попадает в эту галерею через витражи, которые занимают почти всю стену. Свет дробится и разноцветными 'зайчиками' ложится на мрамор, которым отделаны пол и стены. Мрамор телесного цвета, и эти цветные пятнышки на нем складываются в дивные картины. Их сюжеты взяты из истории эльфов. Да, здесь очень красиво. Чуть позже я построю тебе дворец, который будет прекраснее этого.
  И прикажу сделать там десяток детских комнат. Нет, лучше два десятка. Да, два десятка детских спален для мальчиков и столько же для девочек. Осталось уговорить Женьку, чтобы она согласилась помочь мне заполнить их маленькими бойкими ребятишками.
  - Ужас, целый дворец... Да я же замучаюсь мыть полы и вытирать пыль!
  Против воли я рассмеялся, представив, как Женька моет полы и при этом ругается как сапожник, потому что 'ходют тут всякие, полы пачкают'.
  - Я планировал нанять слуг, но если ты настаиваешь на том, чтобы самостоятельно готовить и убирать, я тебе мешать не буду.
  Тем более что пол моют обычно внаклонку, а значит, сзади открывается прелестный вид.
  - Эксплуататор! - обиженно бросила Женька, пытаясь вырваться. Попытку я быстро пресек, подхватив все-таки малявку на руки, и почувствовал успокоение от того, что теперь все под моим контролем.
  - Ни в коем разе. Я милый. Белый и пушистый.
  Она обиженно надула губки и выдала:
  - Ага, седой и волосатый. Поставь меня, я хочу идти самостоятельно.
  Она брыкнулась, но почувствовав, что вот-вот упадет, крепко обхватила меня за шею, чем вызвала у меня самодовольную улыбку.
  - Мы опаздываем на церемонию, так что держись крепче, я прибавлю шаг.
  
  На церемонии нам повезло стоять рядом, так как я выступал в роли шафера жениха, а Женька - подружки невесты. Роль довольно важная, поэтому не стоило и надеяться, что никто не обратит внимания на то, каким образом я доставил малявку. Эльфийки тут же умиленно заахали и начали строить мне глазки, приговаривая, что это жутко романтично. Мужики скисли, поняв, что их дамы теперь долго будут заставлять носить их на руках. И только Женька всю дорогу к алтарю бурчала, что она мне все припомнит.
  Я видел, как волнуется Шес, и пытался представить, что будет со мной, когда буду так же стоять у алтаря. Наверное, покроюсь испариной от страха, что она вдруг передумает и не придет. Или еще что-то в этом роде.
  - Дарик, мне кажется, или тебя колбасит? - шепотом спросила Женька, тряся меня за рукав. - Что-то случилось? Нервничать вроде должен жених, а его шафер - ехидно скалиться и нервировать бедняжку еще больше.
  Она ослепительно улыбнулась и легонько толкнула меня в бок. Легко ей говорить!
  - Да так, вдруг представил, что будет на моей свадьбе.
  Женька ехидно фыркнула. Настроение у нее явно поднялось.
  - Да уж, представляю. Стоишь ты, бедняжка, ждешь своего приговора, а какая-нибудь ослепительная блондинка в это время топает к тебе по проходу в пышном подвенечном платье. И тебе кажется, что лучше уж сбежать, чем такое... Чур, мне место в первом ряду на это зрелище!
  Ага, только в моих планах Женька не зритель, а участник. И никуда я не побегу, у меня же мозги есть. Обидится, догонит, пендалей надает и бросит меня.
  Церемония шла своим ходом, уже и невеста заняла свое место у алтаря. Пока я в подробностях описывал любопытной малявке платье владычицы, брачующиеся принесли клятвы, а жрец подошел к статуе Демиурга, чтобы попросить благословения на этот брак. И тут произошло то, чего я больше всего опасался: зал наполнился золотистым свечением - предвестником появления демиурга.
  - Возрадуйтесь, дети Света, наш создатель решил почтить нас своим присутствием! Падите на колени перед ним! - экзальтированно завыл жрец.
  Гости начали поспешно опускаться на колени, и я, скрипнув зубами, последовал их примеру, понимая, что утратил право на открытый протест. Уже через пару секунд осталась стоять только Женька, хотя я ее и предупредил о сложившейся ситуации.
  - Пусть пребудет с вами Свет и мое благословение, дети. А ты, Женя, не хочешь последовать примеру и преклонить колени?
  Я покосился на малявку, надменно задравшую подбородок, и почувствовал себя частично отомщенным.
  - Вы не мой демиург. Я - создание Старшего.
  Демиург неуловимо поморщился, выдавая недовольство дерзкой фразой. Я же почувствовал мрачное удовлетворение от того, что она не показывает своего страха. И этим нравится мне еще больше!
  - Не продемонстрировала бы ты сейчас характер, я бы вылечил тебе глаза.
  Теперь уже поморщилась Женька.
  - В подачках не нуждаюсь. Я и так прекрасно вижу то, что просмотрели вы.
  Честно говоря, я думал, Демиург прихлопнет ее прямо здесь и сейчас, но обошлось. Он лишь улыбнулся, изобразив полное пренебрежение чужачкой, и обратился со своей речью к 'подданным'. Эльфы внимали ему с открытыми ртами, дроу лишь поблескивали глазами, выдавая затаенную ненависть.
  Женька вдруг присела рядом со мной на корточки:
  - Дарик, он мне не нравится.
  Тоже мне открытие. Я это давно уже понял.
  - Как и мне, так что не переживай. Могу лишь оправдаться тем, что предков не выбирают. А жаль, - сквозь зубы выдавил я.
  Она тяжело вздохнула, задумавшись о чем-то своем.
  - Сын, нам нужно будет поговорить. Встретимся в полночь. - Демиург величественно кивнул и растворился в золотистом вихре, оставив меня скрипеть зубами от бессильной злости.
  Заметив взволнованные взгляды жениха и невесты, я выдавил из себя улыбку и попросил жреца продолжить церемонию. Тот поспешно кивнул и начал вещать о нерушимости брачных уз.
  - Дар... Дарик! А ты меня возьмешь на встречу с ним? Ну, пожалуйста! Я тихо посижу у тебя на коленках, и ни во что не буду вмешиваться.
  Брать ее на подобное мероприятие очень не хотелось, но отказать я не мог. Эта маленькая бестия фактически держала меня в своем кулачке, сделав подкаблучником. Пришлось согласно кивнуть, а потом и продублировать согласие словами, испустив горестный вздох. Но ведь есть и положительный момент - она сказала, что будет сидеть у меня на коленях, а это такой простор для рук! Хоть пощупаю ее в свое удовольствие.
  Жрец приступил к перечислению обязанностей супругов, что подтолкнуло меня к неожиданному поступку.
  - Женька, а ты бы хотела выйти замуж? - шепнул я ей на ухо.
  Девчонка сразу погрустнела, губы сжались в тонкую ниточку.
  - Издеваешься? Кому нужна жена-инвалид? Такого и врагу не пожелаешь, - отвернулась она, так же, как и раньше, когда хотела скрыть обиду в своих глазах.
  Плюнув на церемониал, я притянул ее к себе и крепко обнял.
  - Мне нужна.
  Спина Женьки напряглась, но я все равно не отпустил ее, понимая, что решается наша судьба.
  Скоро она осмелилась и заговорила тихим, но решительным голосом:
  - Ты достоин лучшего. В перспективе я навсегда останусь слепой и беспомощной, как новорожденный котенок. Тебе нужна сильная женщина, способная быть опорой, если ты вдруг пошатнешься.
  Это был явный отказ, но принимать я его не собирался.
  - Моей силы хватит на двоих.
  Она вновь покачала головой, попытавшись отстраниться:
  - Нет. Мне не нужна эта свадьба из жалости и чувства вины. Я ни за что и никогда не стану твоей женой.
  Я упрямо стиснул зубы, но промолчал. Если все дело в слепоте, то я костьми лягу, но найду способ это вылечить. Если же нет, то я преодолею все препятствия. Понадобится - пойду на обман, шантаж и угрозы. Она со временем простит и забудет. А я сделаю ее счастливой. Даже против ее воли.
  Жрец закончил обряд, надев на запястья молодых изящные брачные браслеты, и повторно вознес хвалу Демиургу, призывая гостей благословить новоиспеченных мужа и жену на долгую совместную жизнь. Плодотворную, конечно.
  - Приготовься, сейчас нам надо будет отвести молодых в спальню, чтобы они сразу же приступили к воспроизведению себе подобных. А свадебный пир будет завтра.
  Женька цинично хмыкнула и оправила платье.
  - Насколько я знаю, невеста уже полтора месяца, как беременна, так что особо стараться не придется.
  Я как раз заметил, каким вожделеющим взглядом дроу окинул владычицу. Впрочем, эльфийка ответила не менее плотоядным взором.
  - Думаю, они в восторге от самого процесса и не зацикливаются на результате. Так что не стоит даже пытаться предлагать им отложить брачное ложе на потом.
  
  Глава 4. Правда и ложь
  
  Отец лжи, бесспорно, дьявол, но по небрежности он не запатентовал свою идею, и теперь его изобретение сильно страдает от конкуренции.
  Генри Шоу
  
  Дарелин
  
  Женька, этот мой храбрый воробышек, заснула, так и не дождавшись полуночи, трогательно уложив голову мне на колени и опутав меня своими волосами. И, как ни странно, меня это успокаивало, придавало уверенности в своих силах. Правда, размышления мои ушли совсем не в ту сторону. Поглаживая ее по волосам и прислушиваясь к тихому сопению, я планировал нашу совместную жизнь. В первую очередь необходимо обустроить мой замок, куда мы могли бы перебраться, особенно обезопасить все лестницы, чтобы она не упала. Да и вообще, это больше не холостяцкая берлога. А еще было бы неплохо построить небольшой домик, в котором мы проведем медовый месяц. Конечно, с тем расчетом, что мы там сможем проводить время и позже, когда захочется побыть только вдвоем, без детей и слуг.
  Женька дернулась и застонала, а я привычно усадил ее к себе на колени и крепко обнял, нашептывая успокаивающие слова и осторожно целуя. Еще не прошло ни одной ночи без ее кошмаров. И я не мог с ними справиться, что сильно угнетало и заставляло чувствовать свою беспомощность.
  - Я вижу, ты чересчур привязался к этой девчонке.
  Занятый успокаиванием своей наследницы, я даже не заметил прибытия демиурга.
  - Это не должно тебя волновать, - ровно произнес я, стараясь говорить тихо, чтобы не разбудить Женьку.
  - Тем не менее, меня это волнует. Все проблемы от женщин. Жалкие, эгоистичные существа, так и норовящие помешать великим планам, - пробурчал мой собеседник, устраиваясь в кресле.
  Я насторожился, понимая, что речь сейчас идет совсем не о Женьке. Уложив свою наследницу поудобнее на кровать, я укутал ее и прикрыл заклинанием, чтобы не проснулась, если мы начнем говорить на повышенных тонах.
  - Ты имел в виду мою мать? Она была прекрасной женщиной, и ты не имеешь права ее осуждать. Во всяком случае, не ты, бросивший собственного ребенка на произвол судьбы.
  Демиург поморщился, как от зубной боли, но быстро взял себя в руки. А жаль. Мне редко удается увидеть его в таком состоянии. Но это и можно понять - эмоции делают Демиурга слишком человечным, а ему это ни к чему.
  - Давно следовало рассказать тебе всю правду. Я любил ее. Видит Сущий, я ее любил. Но она была мелочной, эгоистичной тварью, решившей из-за дурацкой обиды на меня уничтожить весь этот мир. Она вступила в орден, который поставил себе цель вызвать Пожирателей Миров, а ты знаешь, чем бы все это закончилось.
  Я стиснул зубы, сдерживая ярость. Хотелось схватить этого надменного шакальего выродка за шкирку и хорошенько избить, чтобы не смел больше трепать языком о женщине, которая для меня была святой.
  - Она вступила в орден, и ты ее за это убил? - процедил я сквозь зубы.
  Демиург вскочил и заметался по комнате, выдавая свое смятение. Если бы не охватившая меня ярость, я бы позлорадствовал.
  - О, она не просто вступила! Уже через три месяца она стала правой рукой главы ордена, а еще через пару месяцев я узнал, что она беременна от него. От него! И я приказал! Да, я приказал эльфам из ордена 'Чистый Свет' уничтожить их. Когда эта шлюха ушла на очередную свиданку, я подослал их. Служители ордена выполнили свою работу безукоризненно. Эти двое умерли быстро. А в последующие десять лет я уничтожил всех последователей до одного. Всех еретиков. Я спас свой мир, спас всех его жителей, пожертвовав ею. Это был мой долг как Демиурга, - кричал он.
  Я сжал кулаки, стараясь не выдать своей ярости. Долг, значит? Вранье! Все это - сплошное вранье. Из-за банальной ревности он убил мою мать и разрушил жизнь собственного сына.
  - Спас мир? Я тебе не верю. Ты убил ее, потому что она посмела задеть твою гордость. Так почему бы тебе было не убить заодно и меня? Вдруг я тоже - всего лишь ублюдок, сын одного из ее любовников? Ведь из твоих слов следует, что она была шлюхой! - кипел я.
  Демиург как-то сразу успокоился. Бросив на меня недовольный взгляд, он подошел к кровати и за волосы приподнял голову Женьки так, чтобы взглянуть ей в лицо. Я зарычал, готовый броситься на него за этот презрительный и унизительный жест.
  - Не трогай ее!
  Пальцы Кеса медленно разжались, и голова моей малышки безвольно упала на подушку.
  - Я не причиню ей вреда, не переживай. Не хватало еще ссориться с тобой из-за такого пустяка, - пренебрежительно бросил Демиург.
  Он тяжело опустился в кресло и жестом попросил меня сделать то же самое. Я сел на кровать и уложил голову Женьки к себе на колени. Зарывшись руками в ее волосы, я почувствовал, что успокаиваюсь. Жажда убийства отступила, оставив некоторую слабость и напряженность одновременно.
  - Ты - мой сын. У тебя мои способности, моя внешность. Этот вопрос даже не подлежит обсуждению. Мы, кстати, немного отвлеклись от темы. Я хочу, чтобы ты для начала поклялся в том, что будешь действовать лишь во благо этого мира. А также я начну обучать тебя, чтобы со временем ты стал моим помощником, а потом, может, создал и свой собственный мир.
  Женька потешно фыркнула во сне и обхватила мои колени своими худенькими ручонками. Я почувствовал себя виноватым, заметив подживающие синяки от падений и случайных встреч с предметами мебели и углами. Я не смог ее уберечь...
  - У меня есть выбор? - поднял я взгляд на Демиурга.
  В его глазах я впервые приметил нечто странное: прежде синие глаза поблекли почти до бесцветности. Такое ведь бывает у безумцев. Но может ли Демиург сойти с ума?
  - А что, какие-то проблемы? Конечно, ты немного староват для учебы, но это означает лишь, что придется уделять тебе больше времени и внимания, - самодовольно улыбнулся Кес.
  Я подавил раздражение, погладив Женьку по лицу. Какая же у нее гладкая и нежная кожа. Как быстро на ней проявляются синяки. И как долго они не сходят.
  - Я должен заботиться о ней. Присматривать каждую секунду, чтобы уберечь. Она слишком беспомощна, беззащитна. Я помню свою клятву, но Женя - самое важное для меня.
  Мой собеседник раздраженно поморщился, но все же оставил свои комментарии при себе. И правильно сделал. Я не стану сдерживаться.
  - А если я верну ей зрение? Ты ведь тогда сможешь оставить ее на попечение своих дроу и того дракона, что приютил в замке. Она будет под присмотром, а ты в это время займешься действительно важными вещами.
  Он вернет ей зрение? Надо же, какая услуга. А почему он допустил, чтобы ее так искалечили? Он ведь всемогущий вроде как. Он должен был защитить ее! Он должен был!
  - Даже если ты вылечишь ее, мне все равно необходимо быть с ней рядом. Она нужна мне едва ли не больше, чем я ей.
  Кес выругался. На секунду его лицо, искаженное гневом, утратило свое обычное выражение превосходства, надменности и презрения. Таким омерзительным и вызывающим отвращение я его еще никогда не видел. Удивленный подобным зрелищем, я мгновенно остыл.
  - Ладно, я проявлю терпение и понимание, - заметив мой пристальный взгляд, пошел на мировую Кес. - Двенадцать часов в день ты посвящаешь мне, а остальное время занимаешься чем пожелаешь. И один день в неделю - выходной от меня. Такие условия тебя устраивают?
  - Договорились.
  
  Женька
  
  Открыв глаза, я взвыла от боли. Мне показалось, что перед глазами взорвалась световая бомба.
  - Женька? Что случилось?
  Паника в голосе Дарелина согрела мне сердце. Волнуется, значит, любит, ведь так?
  Через мгновение я почувствовала, как он осторожно, я бы даже сказала нежно, взял мое лицо в ладони и большими пальцами стер выступившие слезы. Даже покалывание в шее от неудобной 'молитвенной' позы перестало ощущаться.
  - Что с тобой? Кошмар приснился? - хрипло прошептал он.
  - Я глаза открыла, и это оказалось так больно! Почему? Мне стало хуже?
  Услышав в ответ смех, я так разозлилась, что попыталась заехать наглецу в лоб кулаком, но получилось в нос. Бесчувственный чурбан ойкнул и отпрянул от меня, обозвав заразой. Это я-то зараза? Я хоть не смеюсь над больными! А вдруг мне резко стало хуже, и я скоро умру?!
  - За что? - обиженно прогнусавил он, все еще похрюкивая от смеха.
  - Не смей смеяться надо мной! Скотина! Я тут страдаю, может, умираю, а ты хохочешь! А ведь если я коньки отброшу, тебе тоже не поздоровится!
  Он снова рассмеялся и повалил меня на кровать, прижав своим телом. Я затаила дыхание - так это оказалось приятно и волнующе.
  - Дурочка! Тебе не стало хуже! Совсем наоборот, твое зрение восстановилось. Просто твои глаза отвыкли. Некоторое время будет больно, ты уж потерпи, ладно?
  Я почувствовала, как он осторожно поцеловал меня в глаза, и... растаяла. Обхватив руками его шею, осторожно поцеловала, надеясь, что эти чувства взаимны. Попала я в нос, но Дарелин, тяжело задышав, прижался своими губами к моим. Мне показалось, что я схватилась руками за оголенные провода. Но боже, как же это приятно!
  Одной рукой я зарылась в его волосы, а второй приступила к неспешному исследованию оголенной спины. Как хорошо, что Дарик спит в одних штанах! Такое прятать - просто грех! Широкие сильные плечи и спина, гладкая кожа, под которой ощущаются стальные мышцы. Он действительно бог, каковым его считают дроу!
  Почувствовав, что начинаю задыхаться, я слегка потянула Дарелина за волосы, и он отстранился от меня.
  - Женька... ты... я...
  Дышал он так же тяжело, как и я, но чувствовал ли он такое же желание - словно сжигающее изнутри?
  - Поцелуй меня еще, Дар. Еще! Прошу тебя...
  Он еле слышно застонал, но просьбу выполнил, подарив столь жаркий поцелуй, что я не сдержала стона. Мне хотелось большего!
  Я начала руками касаться его груди, краешком сознания восхищаясь колечками коротеньких волос, бархатистой кожей, замечательным прессом. Я так увлеклась поцелуем и исследовательским процессом, что не заметила, как моя ночная рубашка оказалась задрана до подбородка, а правая рука Дарелина легла на мою грудь. Жаркая волна наслаждения чуть не смыла остатки разума. Помогло лишь то, что Дарик прервал поцелуй, вызвав у меня этим недовольный стон.
  - Женя, сокровище мое, малышка моя, лучше сейчас остановиться... боже, как у меня только язык поворачивается... Если ты немедленно не прекратишь так меня трогать, я потеряю контроль над собой и... - хрипло пробормотал он.
  - Я хочу, чтобы ты потерял контроль. Я хочу тебя. Я люблю тебя, - прошептала я ему на ухо. Дарелин еле слышно застонал, словно его пытали, и попытался вырваться из моих объятий. Но отпустить его я уже не могла. Мне начало казаться, что я погибну, сгорю изнутри, если он не поцелует меня, если не позволит себе гораздо большее. Поэтому я осторожно прикусила его мочку уха и вцепилась рукой в пояс его штанов. Дарик тихо охнул и сдался. Пробормотав что-то, он впился поцелуем мне в шею и начал спускаться ниже, целуя плечи, ключицы, грудь...
  - Только не останавливайся, любимый, только не останавливайся, - простонала я, надеясь, что это продлится целую вечность.
  Главное, чтобы никто не помешал!
  
  Зрение вернулось ко мне окончательно, хотя глаза еще немного резало и щипало. Смаргивая выступившие слезы счастья и боли, я любовалась Дарелином, заснувшим рядом. Ниже пояса его прикрывала мятая, и даже, кажется, влажная простыня. Торс же остался оголенным. Его грудь, покрытая золотистыми волосами, равномерно вздымалась, навевая на меня покой. Дарелин красив. Я бы даже сказала, что прекрасен. И, самое удивительное, он настолько хорош, что я даже не почувствовала боли, хотя это был мой самый первый раз.
  Счастливо вздохнув, я подобралась поближе к Дарику, обхватила его руками и ногами, а голову положила на грудь. Получилось так уютно, что меня начало немедленно клонить в сон, но сын демиурга все испортил.
  - Нам не стоило этого делать, Женя, - вздохнул он. - Не стоило.
  Я уже была готова на него обидеться, но решила не омрачать хорошее настроение.
  - Тебе что, не понравилось? А я в восторге. Это было восхитительно, волшебно, блестяще, невероятно...
  Он заткнул мне рот своей ладонью, не давая выразить весь восторг от произошедшего.
  - Женя, то, что произошло... это все, конечно, здорово и прекрасно, но мы... Тьма, мы ведь даже не предохранялись! Тебе в голову не приходило, что ты можешь забеременеть? А если это случится, то что мы будем делать?! - прокричал он, вновь придавливая меня к кровати и нависая каменной скалой. Только в этот раз я уже не чувствовала ни возбуждения, ни радости.
  - Что за дурацкие вопросы? Забеременею - рожу. Или ты против детей? - бросила я ему.
  Дарелин пробуравил меня настолько мрачным взглядом, что захотелось исчезнуть. А еще расплакаться от обиды. Зачем он все испортил? Было так хорошо!
  - А ты не подумала о том, что мы все еще связаны? Так что все эти замечательные ощущения, которые ты испытаешь во время родов, мне тоже придется пережить. А я к подобному не готов! Я не хочу рожать! А еще я не хочу, чтобы меня девять месяцев тошнило, не хочу, чтобы постоянно болели ноги и спина. Я не хочу, слышишь?!
  Он так кричал на меня, что я не выдержала и расплакалась. От его слов стало невыносимо больно и обидно. Захотелось свернуться в клубочек, забраться в тихое темное место и там плакать и скулить от этой боли и жалости к себе.
  - Женька, только не плачь! Не надо плакать. Прости меня, я дурак, я кретин полный. Ты мне сделала такой подарок, а я повел себя как осел. Ну прости, пожалуйста. Ну хочешь, побей, только прости, Женечка, - тут же сменил пластинку Дарелин.
  Он попытался обнять меня, но я сопротивлялась, как могла, отталкивая его руками и пытаясь лягнуть.
  - Уходи! Уйди! Я хочу побыть одна! Убирайся!
  Я почувствовала, как он поднялся с кровати, и с облегчением залезла под одеяло, мечтая спрятаться от всего мира. И все же я услышала, как он подошел к двери, как нерешительно потоптался и тяжело вздохнул.
  - Женя...
  - Не волнуйся, тебе не придется терпеть муки родов. Если я вдруг залетела, то сделаю аборт. Я не хочу иметь ребенка от тебя, - холодно сказала я ему на прощание.
  
  Шес
  
  Погладив жену по волосам и получив в ответ довольное мурлыканье, я бесшумно выскользнул из комнаты, намереваясь плотно позавтракать и принести завтрак любимой в постель. Он ей понадобится, так как ночью мы оба потратили много сил.
  Стоило мне завернуть за угол, как я обнаружил Дарелина, сидящего на холодном мраморном полу в одних штанах, явно предназначенных для сна.
  - Что-то случилось? Ты выглядишь так, будто сейчас расплачешься, - попытался пошутить я, но в ответ лишь получил полный тоски взгляд.
  - Я только что совершил самый идиотский и низкий поступок в своей жизни. Она меня никогда не простит.
  Сказано это было настолько мертвым голосом, что я сразу понял: дело плохо. Мысленно попрощавшись с завтраком, я уселся на пол рядом с ним. Вот как так можно, а? То он самый опасный и зловещий, то как младший неразумный братец.
  - И что произошло?- спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь, чтобы не смущать и не вызвать на откровенность.
  - Я переспал с ней.
  И что тут плохого? Мы уже давно знали, что это рано или поздно произойдет. Даже ставки сделали. Я, кстати, продул, предположив, что они это сделают только после свадьбы. Эх, вроде мелочь, но обидно.
  - Ну? Ты что, изнасиловал ее? Или не смог удовлетворить? Или у тебя вообще проблемы с потенцией и ты... - начал я строить предположения.
  Конечно, вряд ли он причинил Жени боль, но ведь у моего бога опыта в любовных делах примерно столько же, сколько и у среднестатистического дроу, то есть никакого. Нет, конечно, физическая сторона вопроса на высоте, тут Дарелин вне конкуренции. Но вот эмоциональная... Вынужден признать, что здесь он еще более беспомощен, чем я.
  - Заткнись! - сорвался все-таки Дарелин.
  Я замолчал, ожидая, когда его злость сменится раскаянием. Своего бывшего господина я успел хорошо изучить. Ему всегда необходимо с кем-то поговорить, поделиться.
  - Все было восхитительно. Она... мне никогда и ни с кем не было так хорошо. Это просто неописуемо. И я испугался этого ощущения. Испугался потерять себя. Поэтому начал думать о плохом. Ну, чтобы прийти в чувство. И... я не знаю, как подобное могло произойти, но я сорвался и накричал на Женьку. Я наговорил ей столько гадостей, что самому тошно стало. Но ведь на самом деле я хочу детей! Я очень хочу детей. Причем чем больше, тем лучше. А я ей такое сказал... Что мне теперь делать?
  Он рассказывал и рассказывал, постепенно выкладывая все подробности постельной ссоры. Я окончательно убедился, что Дарелин - полный ноль в построении взаимоотношений с противоположным полом. Ну как можно такое ляпнуть девушке, да еще в постели? Да еще и после первого в ее жизни постельного опыта.
  Я подавил возникшее было желание бежать к Жени и успокаивать ее, пока она не возненавидела всех особей мужского пола. И все же Дарелину я тоже нужен.
  - Знаешь, ты, конечно, тот еще дурак, но я не знаю, как все исправить. Надо Ингра позвать на помощь. Он дракон мудрый, найдет выход. Займешься этим? Я пока пойду разбужу жену и отправлю ее к Жени. Ей ведь даже больше, чем тебе, нужна помощь, а мужчин она вряд ли захочет видеть.
  
  Ингр
  
  Я устало помассировал виски и сдержал очередной порыв выжечь весь замок Темного Лорда с его тупицами слугами дотла. Как же они меня достали! Никакое терпение не спасает. Когда уже Дарелин вернется домой? Конечно, он должен будет много времени уделять ослепшей Женьке, но хотя бы часть обязанностей с меня снимет!
  Женька... Бедняжка, как же ей не повезло. И так жизнь не сахар, а тут еще лишиться зрения. Как же так? За что ей все это?
  Но во всей этой ситуации есть один плюс. Мои собратья не смогут презреть тот факт, что какие-то фанатики из ордена посмели напасть на создание Старшего. Когда-то, давным-давно, драконы поклялись защищать и оберегать созданный им мир. Позже нам пришлось уйти из родного измерения, чтобы сохранить свой вид. Это решение совету старейшин далось нелегко. Но теперь принесенная когда-то клятва вновь призовет их к долгу защищать эту девочку как создание Старшего.
  Я вышел на балкон и с удовольствием сделал глубокий вдох.
  - Приветствую тебя, изгнанный. Кажется, нам надо поговорить.
  Я обернулся и с трудом скрыл удивление. Передо мной в своем эльфийском облике стоял сам нынешний глава совета, Золотой Дракон.
  Интересно, что стряслось?
  
  Глава 5. Кутилы
  
  Настоящая женщина должна в своей жизни
  спилить дерево, разрушить дом и вырастить дочь.
  Народная мудрость
  
  Женька
  
  - Да как он посмел? Да как у него только язык повернулся! Скотина! Урод! Тюфяк! Тряпка! Ничтожество!
  В такт своим словам я выкидывала разноцветные платья из предоставленного мне гардероба. Они экзотичными птицами развевали свои шлейфы, медленно опадая куда ни попадя. Наконец я нашла то, что искала, - идиотское платье, в котором была на свадьбе. Убогий лиловый цвет с отвратительной вышивкой! Взвыв раненой медведицей, я подхватила заготовленные ножницы и принялась нещадно кромсать это произведение портного-дальтоника с прискорбным отсутствием вкуса.
  - Жени...
  Бросив истерзанную тряпку, я повернулась к перепуганному бывшему телохранителю.
  - Пшел вон отсюда, Дарелинов подхалим! Стража! Я, кажется, приказала не подпускать ко мне ни одну особь мужского пола!
  Шес поспешно юркнул обратно за дверь, в которую немедленно вонзились тяжелые позолоченные ножницы, размером сравнимые с секатором.
  - Мамулечка, но ведь Шес не виноват!
  Я злобно зыркнула на дриаду и попыталась взять себя в руки. Даже заправила за ухо выбившуюся прядь, пригладила то, что встало дыбом, и отряхнула одежду от лоскутков покромсанного платья.
  - Плевать. Все мужики - козлы. Кто не козлы - с теми скучно.
  А это гада я убью! Я к нему со всей душой, а он не хочет! Ну и пошел к черту!
  - А с Дарелином не скучно?- невинно вопросила эта ущербная дамочка.
  Зарычав, я швырнула подвернувшуюся под руку вазу в стену.
  - Правильно, мамулечка! Давай все сломаем! Мы уничтожим этот мир и положим его к своим ногам!
  Она вскочила со своего кресла и принялась носиться по комнате, топча платья и снося все на своем пути. На мягкий бежевый ковер полетели горшки с растениями, оставшиеся вазы, косметика. Получилось довольно... авангардно. Пикассо удавился бы от зависти.
  - Клинея, успокойся. У меня немного другие планы. Отправляйся в свою комнату и собери вещи. Брать только самое необходимое для короткого путешествия. Мы отправляемся кутить.
   Тряхнув головой, я предвкушающе улыбнулась, замечтавшись о развеселом девичнике.
  В дверь робко поскреблись, но даже не попытались войти. Я удовлетворенно вздохнула: боятся - значит, уважают мое право на одиночество.
  - Кто? - грозно вопросила я.
  Представив, в каком шоке будут горничные, я попыталась затолкать хотя бы часть мусора под кровать, но быстро бросила это неблагодарное занятие.
  - Женечка, мне надо поговорить с тобой...
  Дарелина я опознала сразу же по невероятно виноватому голосу.
  - Убирайся! Ты мне уже все сказал утром! Слышать тебя больше не желаю.
  Я заозиралась, пытаясь найти, чем швырнуть в дверь. Хотелось бы в голову кое-кому, но, увы.
  - Но...
  Подхватив с пола чудом уцелевший горшок, я с мрачным удовлетворением швырнула его в дверь. С той стороны раздался печальный вздох, способный разжалобить даже камень, но я лишь фыркнула, все еще продолжая злиться.
  - Мама, а что такое 'кутить'?
  Дриада сидела на подоконнике и болтала ногами в воздухе, напоминая беглую жительницу желтого дома.
  - О, детка, тебе понравится, я ручаюсь.
  
  Провожать нас высыпал весь эльфийский двор. Нас - это меня, Клинею, владычицу и девицу не шибко тяжелого поведения, Вику. Она же Энувиэль. Бедного эльфа к нам подослали перепуганные Шес и Дарелин, когда увидели сборы. Получив категорический отказ в разрешении сопровождать, а также смутное пояснение, что мы отправляемся на девичник, будущий владыка закручинился. Получив нахлобучку от своих собутыльников, он шустро переоделся, накрасился, напудрился, распустил волосы и явился к нам в образнее Джессики из популярного американского мультика. Мы поржали и взяли с собой жертву произвола темного эльфа и бога, пообещав мужской стриптиз, алкоголь и прочие маленькие радости свободных женщин. Он, конечно, попытался вякнуть, что кое-кто уже замужем, но быстро все понял и притворился немым.
  Отправились мы, собственно, в исключительно злачное место, находившееся на Пиратских островах, а точнее, в самом бандюжном порту этого мира - Телярисе. Слава богу, на владычицу пашет целая академия магов и телепортом нас обеспечили.
  Мы немного погуляли, прежде чем идти в выбранное заведение, и я поняла, что город мне нравится. Красивые здания средневекового стиля, но покрашенные в веселые цвета, повсюду клумбы и фонтаны. Улицы, конечно, мощенные, что доставляет некоторый дискомфорт мне, привыкшей к ровному асфальту, но жить можно.
  Вскоре добрались до заведения, качественно разрекламированное владычицей. Здание напоминало особняки в стиле барокко. Куча всяких финтифлюшек и вычурных фиговинок, покрытых позолотой. Но не это самое страшное, а другое: трехэтажное недоразумение было выкрашено в поросячий розовый цвет! Мне слегка поплохело, но я мужественно зажмурилась и послушно вошла внутрь. К счастью, интерьер оказался более приятным для глаз. Те же финтифлюшки, но вместо розового цвета - белый. Так что вполне терпимо.
  Около двери нас встретил довольно симпатичный полукровка с явными эльфийскими корнями. Я кинула на него игривый взгляд, но он даже ухом не повел. Привыкший уже, наверное.
  Нас проводили в зал и усадили за миленький столик рядом со сценой, на которой три особи мужского пола эротично извивались под завораживающую музыку.
  - Мерзость, - буркнул Энувиэль, поправляя свою 'грудь'.
  Владычица спрятала улыбку за бокалом шампанского, а я все же решила высказаться.
  - Да ну? А если бы на их месте были девушки? - ехидно подколола его я.
  Эльф мечтательно улыбнулся. Владычица лишь хихикнула, а Клинея во все глаза смотрела на сцену и на нас внимания не обращала.
  - Женечка, кажется, нам нужно поговорить, - обратилась ко мне владычица. - О твоих отношениях с Дарелином.
  Я скривилась, напугав полураздетого официанта, принесшего нам закуски. Говорить, даже вспоминать о случившемся в замке не хотелось.
  - И не корчи рожи. Для твоего же блага. Вот скажи честно, отбросив обиду и злость, ты любишь его? - вопросила эльфийка.
  Люблю ли я этого нахального, невыносимого, нежного, заботливого, потрясающего, красивого придурка? Да. Да! Да!!!
  - Можешь не отвечать, я уже поняла.
  Я тоже.
  - Послушай, владычица... - начала я.
  Эльфийка прикрыла мне рот ладонью, чем вызвала бурю негодования. Да как она смеет?!
  - Зови меня Лиин, ладно? Это мое домашнее имя, - трогательно покраснев, попросила она.
  А я че? Я ниче. Мне нетрудно.
  - Слушай, Лиин, никаких отношений между...
  Но договорить мне снова не дали. Обидеться, что ли? Да как-то лень.
  - Вот только не начинай, - твердо сказала владычица. - У вас есть все. И любовь, и страсть, и полное непонимание, как строить отношения. Ведь ни у него, ни у тебя подобного опыта нет. Ты вообще не встречалась с парнями, а он имел дело только с этими змеюками подколодными, с дроу, да с девицами невесомого поведения. Вот потому-то у вас постоянные недоразумения: он не знает, что делать, ты не знаешь, как реагировать. И вам нужна помощь.
  Я беспомощно закатила глаза, понимая, что разговора избежать не удастся.
  
  Головомойка быстро закончилась, и мы приступили к основной части вечера - к кутежу. Мы пробовали разные коктейли и любовались красивыми мальчиками, раздевавшимися на сцене под музыку. Владычица пришла в восторг от воина, бросившего в ее сторону шлем. Ну да что с нее взять. Мне, например, больше понравился 'шахтер', у меня аж слюнки потекли! И я, разгоряченная вином и прочими спиртными напитками, полезла на сцену. Остановила меня какая-то смутно знакомая девица со странной грудью, пристроившейся где-то в районе подмышки.
  - Девушка, убери от меня свои руки, - выкрикнула я. - Этот рудокоп уже занят! Я его первая выбрала!
  Девица яростно сверкнула глазами и проворно взяла меня на руки. Вот это силища! А с виду нормальная. Неужели поклонница однополой любви?
  - Женя, я тебя ему не отдам!
  Голос, кажется, знакомый. Но я знакомства с такими девицами не заводила!
  - Дамочка, вы не в моем вкусе! Я предпочитаю мужчин!
  На меня глянули, как на идиотку. Сзади раздалось пьяное хихиканье владычицы. Я же, почувствовав подвох, попыталась сфокусировать сознание.
  - Женя, это я, твой Дарелин. И я пришел просить прощения. А ты, как последняя распутница, лезешь домогаться к какому-то смазливому танцору!
  Дарелин? А че волосы такие длинные и золотые? А размалеван-то, как последняя портовая девка. И платье ужасное!
  - К кому хочу, к тому и лезу! И вообще, че ты на меня орешь?! Пришел извиняться - так извиняйся!
  Темный закатил глаза, стиснул зубы, тяжело вздохнул и выдал монотонно-зазубренную речь:
  - Женя, мне очень жаль, что я так поступил. Я не имел права говорить тебе подобное. Я вовсе так не думаю, просто испугался потерять самого себя, потому что подобные фантастические ощущения у меня были впервые в жизни. Ты меня простишь?
  Не, ну какие это извинения? Как будто ему кто-то на бумажке написал, а он выучил! Как там говорил Станиславский? Не верю!
  - Нет! Ты без души извиняешься!
  Какая-то скотина ущипнула меня за задницу. Я так поняла, это была владычица. Дарелин же смотрел на меня глазами несчастного щенка и, кажется, не знал, что делать.
  - Женя, душа моя... - завел женский пьяный голос.
  Отмахнувшись от руки эльфийки, посчитавшей, что меня нужно ущипнуть еще раз, я все же начала отступление по всем фронтам.
  - Ладно, ладно. Я тебя прощу, если ты станцуешь сейчас на этой сцене, как тот шахтер!
  Ого, какие у него большие глаза! Как будто его кто-то дернул за одну маленькую, но нежную часть тела. Ладно, ладно, не маленькую. Нормальную. В самый раз.
  - Ты просто извращенка. А я тряпка и подкаблучник, раз соглашаюсь выполнять все твои нелепые требования!
  Он усадил меня за столик и попросил какую-то размалеванную девицу присмотреть за мной. Мы с владычицей и Энувиэлем с удивлением распознали в девице Шеса.
  - Любовь моя, что ты делаешь здесь в таком виде? - поинтересовалась эльфийка.
  Шес грациозно опустился на свободный стул и смерил меня таким злобным взглядом, что мне стало не по себе.
  - Дарелина сопровождаю. Владычица сердца моего, неужели ты забыла, что в качестве клиентов сюда могут приходить только женщины?
  А, ну да. Совсем забыла. А ведь мы и Эвика разряжали по этой причине. Хотя, макияж у нас вышел более аккуратным. А грудь более правдоподобной.
  Вскоре на сцену вышел Дарелин. И он был настолько порочно-великолепен, что у меня потекла слюна. Он был в образе вампира! Вся одежда у него была черной: и плащ, и обтягивающие штаны, и распахнутая на груди рубашка. Серебряные украшения прекрасно оттеняли его великолепие. А как он танцевал!.. Двигался, будто хищник, под музыку, в алых языках иллюзорного пламени. Это было завораживающее зрелище!
  Когда он расстался с плащом и рубашкой, я увидела, что местные умельцы нанесли ему на спину красивую татуировку, изображавшую борьбу двух драконов - серебряного и черного. Благодаря перекатывающимся мускулам они двигались на его спине как живые. Я зажала зубами салфетку, чтобы совсем уж не капать слюнями на платье.
   И тут какая-то мымра полезла на сцену... и начала лапать моего (моего!) Дарика! Зарычав, я в мгновение ока оказалась рядом и кинулась на эту чувырлу!
  - А ну, не смей его лапать, лахудра! Он мой! Только мой! Я тебе щас руки переломаю и глаза вырву, на фиг!
  Женщина, потрясенная моим напором, ретировалась, спасая остатки своих волос. Я же потрясала кулаками с зажатыми в них блондинистыми прядями и злобно оглядывала публику, чувствуя себя огнедышащим драконом.
  Вдруг меня обнял Дарелин, и это подействовало примерно так же, как удар мешком по голове. Я вся как-то обмякла, даже волосы трофейные выкинула. А в следующую секунду обхватила его за шею и крепко прижалась.
  - Ты мой, слышишь?! Только мой! И ты на мне женишься. И у нас будут дети, даже если ты этого не хочешь, потому что если откажешься, я тебя убью.
  Я смотрела ему прямо в глаза, чтобы он понял - я серьезна как никогда.
  - Я ни за что не откажусь. Я твой, а ты моя. И детей у нас будет не меньше десяти.
  Эй! Я же не свиноматка столько рожать!
  
  Дарелин
  
  - Ты мой, слышишь?! Только мой! И ты на мне женишься. И у нас будут дети, даже если ты этого не хочешь, потому что если откажешься, я тебя убью.
  Я смотрел в ее глаза и видел, насколько она сейчас серьезна. Ведь и правда убьет. Ну и пусть, я же не собираюсь отпираться!
  - Я ни за что не откажусь. Я твой, а ты моя. И детей у нас будет не меньше десяти.
  В ореховых глазах Женьки появилось сомнение, но я решил укрепить свои позиции, раз уж все так хорошо складывается. Я поцеловал ее, постаравшись вложить в этот поцелуй все свои чувства: любовь, нежность, вину, извинение, желание... Женька пробурчала что-то и обмякла, а я подхватил ее на руки и поспешно спустился со сцены к нашей компании. Друзья тут же зааплодировали и стали поздравлять с примирением, но я шикнул на них - Женька уснула, положив голову мне на грудь. Видать, сильно вымоталась. И напилась!
  - И сколько же она выпила, владычица? - недовольно поинтересовался я у загадочно улыбающейся эльфийки.
  - Бутылки три, не больше. Слабая нынче молодежь пошла!
  И это все на голодный желудок? Бедная девочка, как же ей утром будет плохо.
  К нам подошел распорядитель зала и попытался всучить мне шмотки, в которых я пришел. С отвращением взглянув на отвратительное платье из сиреневой парчи и золотоволосый парик, я вспомнил, как мы с Шесом собирались сюда. Красились, экспериментировали с колготками (натянуть их, при этом не порвав, получилось не с первого раза), красили ногти, мерили парики. А сколько проблем было с грудью! У меня она постоянно норовила съехать на спину.
  Нас попросили покинуть заведение. Впрочем, я и не намеревался здесь оставаться. Слишком много вожделеющих дамских взглядов, да и Женьке спать пора. Я попытался поудобнее перехватить заснувшую девчонку, но добился лишь того, что ее ореховые глаза открылись и недовольно уставились на меня.
  - Женя...
  Что-то мне подсказывало, что ночь впереди будет длинная и отнюдь не веселая.
  - Хочу развлекаться! Хочу на танцы!
  Она капризно ударила меня кулачком по плечу, и я понял: влип! Спорить с пьяной девицей, тем более теперь, когда у нас установилось хрупкое перемирие, - несусветная глупость. И все же...
  - А может, спать? - жалобно протянул я.
  Женька насупилась:
  - Не хочу спать! Хочу танцевать! Ты со мной потанцуешь?
  Все, я пропал.
  
  Я чувствовал, что от усталости скоро упаду, но Женька была еще слишком бодра, чтобы уговорить ее отправиться спать. Нам удалось попасть на какой-то бал-маскарад, и теперь она кружилась в танце с 'лесным разбойником', а я скрипел зубами. Впрочем, рядом со мной сидел Шес, до сих пор не снявший платья. Но уже пристойно накрашенный и в маске. Ему вообще ни разу не удалось потанцевать со своей женой. А у владычицы появилось уже целых четыре ярых поклонника. Так что дроу намного хуже. Я-то всего второй танец упустил.
  - Еще немного, и я твою Жени придушу, - бросил мне дроу.
  Конечно, его можно понять, но все же думать надо, прежде чем брякать.
  - Ты ее телохранитель. Ты ей клятву давал. Так что максимум - отшлепаешь. И потом будешь долго извиняться.
  Он отпил из своего бокала шампанского и тяжко вздохнул, признавая мою правоту. Да, он может на нее бесконечно злиться, но вреда не причинит. Да и я тоже сознательно на подобный шаг не пойду.
  - Но это нечестно! Муж владычицы - я, а она флиртует со всеми подряд! - скривился мой друг.
  - Ну пофлиртуй и ты, - не подумав, ляпнул я в ответ.
  Мы задумались. В таком наряде он может только с мужчинами заигрывать. Разумеется, для дроу проблемы пола в данном вопросе почти не существует. Они довольно раскованны. Все, кроме Шеса. Он всегда был своеобразным уродом: не соответствовал канонам касательно внешности, имел собственные представления о чести, не признавал однополой любви. В свое время даже отказался от тренировок в любовном искусстве, которые проводились на мужчинах-дроу. Пользовался искусственными заменителями.
  - Фу... мерзость... - Шеса передернуло от отвращения.
  - Ага, полностью согласен, - подтвердил Энувиэль, севший рядом со мной. Ему от ухажеров было трудно отбиться, так как в платье он выглядел прехорошеньким. - Это все твоя Женька виновата!
  - Не тронь Женьку, кадык вырву, - вяло огрызнулся я, пытаясь вежливо спровадить очередную воздыхательницу. Мне переодеться тоже не дали - так и щеголял голым торсом с татуировкой. Правда, Женька надела мне на шею что-то, что назвала галстуком. А с виду - настоящая удавка. Непонятно только, откуда она это извлекла.
  - Эй, дамочка, отойди от моего мужчины.
  Я почувствовал, как от меня отлипает девица, решившая броситься на шею с признаниями в любви. И лишь через секунду увидел, что девицу оттаскивает за локон разозленная Женька.
  - Что вы себе позволяете? - запищала несчастная. - Я графиня...
  Правда, что ли, графиня? А по поведению не скажешь.
  - Плевала я на твои титулы. Это мое. Не смей лапать, - буркнула Женька, хватаясь второй рукой за шнуровку корсета противницы.
  Никогда, даже в моих фантазиях, женщины не дрались за меня. Прекрасная возможность насладиться зрелищем! Когда еще такое увидишь? Тем более в исполнении Женьки.
  - Он не твоя собственность! - взвизгнула графиня, отвешивая девчонке пощечину. Я дернулся, почувствовав боль. На губе у моей красавицы выступила кровь, заставив меня задрожать от ярости.
  - Ну все, я злая, - прошипела Женька и со всей силы дернула шнуровку.
  Крючочки платья не выдержали, разлетевшись в разные стороны. Платье опало и повисло на поясе, демонстрируя полное нарушение этикета, то бишь отсутствие нижней сорочки, да и вообще белья. Дамочка завизжала и, растеряв весь свой запал, ринулась к выходу. Моя мстительная красавица наступила на подол волочившегося платья, и графиня, разумеется, рухнула на пол. Кто-то сердобольный прикрыл бедную девушку камзолом и поспешно увел.
  - Дарик, мне больно. Я хочу домой!
  Я осторожно приобнял Женьку за плечи и осторожно вытер кровь.
  - Пошли уже, драчунья.
  Я взял ее на руки и поспешил к выходу, даже не проследив за тем, последовали ли за нами друзья.
  
  ***
  
  Все идет не так. Все не так! Старший почувствовал свое творение! Еще немного, и он вырвется на свободу! И тогда конец всему. Все мои планы рухнут, а мое имя вычеркнут со страниц истории мироздания. Он это может, проклятый старик! А все из-за девчонки! И на кой я ее притащил? Но кто же знал, что это так повлияет на Старшего и придаст ему сил?!
  Надо что-то придумать.
  Надо избавиться от Женьки, а потом и от Старшего.
  Тогда я стану самым сильным.
  Я буду править мирозданием.
  
  Глава 6. Польза капризов
  
  Почему, когда ты беседуешь с Богом - это называется молитвой, а когда Бог с тобой - шизофренией?
  Житель веселого домика, палаты лордов
  
  Женька
  
  Первое, что я почувствовала, даже не проснувшись: мой матрас как-то странно себя ведет и явно пытается удрать.
  - А ну, лежать, скотина, я еще не выспалась, - сонно буркнуло мое высочество, подминая под себя возжелавшую свободы вещь. 'Вещь' что-то простонала и укусила меня за ухо. Не поняла?!
  - Женька, если ты меня сейчас не отпустишь, то нам с тобой можно будет отправляться в плавание, не вылезая из кровати.
  Я честно попыталась проследить за мыслью своего нового пружинного (ну или из чего там делают матрасы?) знакомого. Мозг, взорвавшись ослепительной болью, позорно капитулировал, выдав на прощание всего одно слово:
  - Мое?
  'Матрас' зарычал.
  - Да твое, твое, только отпусти меня хоть на минуту в туалет! - смутно знакомым голосом попытался пристыдить меня этот продукт недобросовестных тружеников промышленности.
  - Дожили, матрасы просятся в туалет. Ладно, переложи меня на подушку и иди.
  После непродолжительной тряски я оказалась на чем-то мягком, а мои загребущие ручки стальным капканом сомкнулись на подушке.
  - Маленькая, злобная, капризная стерва. И почему я тебя терплю? Другую бы уже удавил, - донеслось до меня.
  Проснулась наглость, благо ей для бодрствования мозги не нужны.
  - Я все слышу. Щас как обижусь, как пойду с девчонками на стриптиз... то есть на девичник.
  При слове 'стриптиз' перед глазами пронесся не очень длинной ассоциативный ряд, закончившийся почему-то Дариком. Сволочь он, но сволочь любимая. Или любимый? Почему в моем воспаленном сознании он теперь фигурирует в платье?
  - Боже, что ж мне так плохо?!
  - Пить меньше надо.
  Я застонала от боли, повернувшись на спину и прижав подушку к животу.
  - Кто это тявкает там в ночи? Вот позову Дарика, и он тебе все ребра пересчитает за то, что ты меня мучаешь.
  Предприняв героическую попытку открыть глаза и заставить мозг функционировать хотя бы в частичном объеме, я поняла - бесполезно. Внутри моей черепной коробки кто-то явно решил отпраздновать какой-то церковный праздник, иначе почему там столько колоколов звонит?!
  - Во-первых, уже почти вечер. А во-вторых, я самоистязаниями не увлекаюсь. Тебя подлечить, несчастье ты мое ходячее?
  Моя гудящая голова переместилась на теплые коленки, а на виски легли прохладные ладони, принося с собой облегчение. Блаженно вздохнув, я открыла глаза и... чуть не закрыла их обратно, увидев недовольную моську Дарелина.
  - Дарик, а ты знаешь, что я тебя люблю?
  - Знаю, - хмуро обронил он, заставив меня насторожиться.
  Приняв сидячее положение, я просверлила его подозрительным взглядом.
  - И что опять не так? Что тебя не устраивает? Мы же вроде помирились.
  Он тяжело вздохнул и бросил мне халат, в который я поспешно закуталась. Дело пахнет керосином. С чего он на меня взъелся? Что я ему сделала?
  - Помирились. Но ты ведешь себя как маленькая, избалованная дурочка. Мне казалось, ты другая. Неужели я ошибся? Вьешь из меня веревки, выставляешь полным идиотом, мучаешь постоянно. Это надо менять, если мы хотим нормальных отношений. Ты должна изменить свои повадки, так как твое поведение неприемлемо для жены Темного Лорда.
  Он говорил холодно и веско, удерживая меня от побега за лодыжку своими железными руками. А я вся кипела от возмущения и обиды. Значит, не подхожу? Мучаю постоянно? Идиотом выставляю? И я должна измениться? Значит, только я? А он идеален?! Да все это и к нему применимо!
  - Женя, не злись, я же говорю это из лучших побуждений! Я просто хочу, чтобы мы были вместе и наслаждались счастьем, а не страдали из-за недопонимания и недомолвок.
  - И для того, чтобы ты был счастлив, я должна измениться? Ты не находишь, что это эгоистично?!
  Дарелин тяжело вздохнул, явив миру облик безмерно усталого воспитателя ясельной группы.
  - Разумеется, я тоже буду меняться и подстраиваться под новые обстоятельства, но сейчас мы говорим о тебе, моя красавица.
  Проворно усадив меня к себе на колени и уткнувшись носом в волосы, он расслабился. А зря! Во мне проснулся дух феминизма. Не хочу я меняться! Я себя полностью устраиваю!
  - Не нравлюсь - ищи другую.
  Дарик рассмеялся и чмокнул меня в щеку, за что получил недовольный взгляд и бурные протесты, в том числе показное брезгливое оттирание щеки.
  - Нравишься. Очень нравишься, - тепло улыбнулся он. - Но нужно стремиться к идеалу, не находишь?
  - Дарелин, в отношениях с девушками ты полный профан! Отпусти меня немедленно! Я не хочу тебя видеть, а тем более разговаривать! И не надейся, что я растаю от твоих ласк и поцелуев!
  Он хмыкнул, но послушно пересадил меня на кровать, хотя и не спешил уходить.
  - Да, я не имею опыта подобных отношений, поэтому могу быть в этом деле профаном. Но я же хочу как лучше. Ладно, давай оставим пока этот разговор, раз уж у тебя такое плохое настроение. Пойдем позавтракаем? Может, ты блинчики сделаешь, а?
  Скотина!!!
  
  Дарелин
  
  Несмотря на утреннюю размолвку, Женька, кажется, не так сильно разозлилась на меня, как показалось вначале. Наверное, я и правда начал чересчур грубо. Надо было высказать свою точку зрения помягче.
  - Ты слишком мало внимания уделяешь занятиям, сын.
  Я поморщился, осознавая правоту Демиурга, но не находя в себе сил отвлечься от размышлений о Женьке. Кажется, она все же не совсем правильно меня поняла.
  - Великое Мироздание, да что произошло между вами, что ты постоянно отключаешься от реальности? - вспылил в итоге Кес.
  Ничего себе, он что, ждет от меня откровенности? Решил вступить в права и принять обязанности отца? Надоел уже. Лучше бы просто учил и не совался не в свои дела.
  - Пустяки. Все нормально.
  По крайней мере, я на это надеюсь. Женька же не наделает глупостей? Я охрану к ней приставил на всякий случай. Они предупреждены о характере наследницы. Тогда почему меня так потряхивает от волнения?
  - Она стала занимать слишком много места в твоих мыслях. И угораздило же меня из миллиардов жителей того мира выбрать именно ее! Знал бы, что от нее столько нервотрепки, сбросил бы с моста и убедился, что она действительно мертва.
  Раздался отчетливый скрип моих зубов, челюсть свело от напряжения. Демиург, поняв, что допустил оплошность, поспешно сменил тему и принялся вещать о том, как важно чувствовать мир, который опекаешь.
  Чувствовать мир, знать все, что в нем происходит, осознавать его нужды как свои - все это тяжелая работа Хранителя Мира. Таковым, например, является сестра Кеса, присматривающая за миром Старшего. Но Хранитель - не Создатель, его опека несовершенна. В отсутствие Создателя даже при самом лучшем Хранителе мир гибнет, уничтожая сам себя. Поэтому мир Женьки в данное время близок к гибели - Старший отсутствует слишком долго. И где его носит?
  Пожалуй, Женька расстроится, когда узнает об этом.
  - Попробуй почувствовать наш мир, сын. Сконцентрируйся, но не напрягайся. Просто пусти его внутрь себя. Отбрось все эмоции и желания.
  Я старался почувствовать мир, как часть себя, но это оказалось не так легко. Накатила боль, в голове раздался дикий шум, сводящий с ума. Кажется, я застонал.
  - Не отвергай его, прими. Расслабься и смирись. Ты его часть, а он - часть тебя.
  И я смирился. Боль ушла, оставив вместо себя легкость и эйфорию, а жуткий шум превратился в навязчивый шепот молящихся. Впрочем, на него можно не обращать внимания. Ведь гораздо приятнее ощущать бесхитростную радость играющего щенка, умиротворенность нежащейся на солнце девушки, предвкушение задумавших шалость детей, панику дроу, решимость и злость готовой телепортироваться Женьки...
  - Что? Стой! Куда собралась?!
  Я кинулся к окну и увидел, как во дворе Женька наполняет силой пентаграмму телепорта, разбивая амулеты, которые мы с Ингром создали для нее.
  - Женька, стой! Ты что творишь?!
  - Да иди ты... лесом! Достал уже! Все, ухожу от тебя!
  Я ее точно убью. Достала уже со своим юношеским максимализмом и идиотскими выходками.
  Телепорт открылся, и Женька, не раздумывая, шагнула в него. А я ничего не мог поделать.
  
  Женька
  
  - Тоже мне нашелся, идеальный прынц, - пробормотала я, поднимаясь на ноги и отряхивая колени.
  Телепорт забросил меня куда-то не туда. Впрочем, это и неудивительно, я ведь забыла задать конечные координаты. Ну с кем не бывает?! И вообще, я целитель, а не полноценный маг. Чудо, что я вообще что-то вспомнила по теме перемещений.
  - Надо же, какой сюрприз. Я и не смел рассчитывать на такой подарок судьбы.
  Глубокий приятный голос заставил меня отпрянуть и снова упасть, но уже на то место, которое принято считать мягким. Оглядевшись, я поняла, что нахожусь в какой-то хорошо освещенной пещере, обустроенной в стиле казематов. Вот только в картину совершенно не вписывался мужчина. На вид ему было лет сорок. Седина в золотых волосах создавала впечатление, будто он посыпан сахарной пудрой, а ярко-синие глаза опутывала паутинка морщин. Он улыбался доброй, лукавой и в то же время усталой улыбкой.
  - К-к-какой п-подарок? - неожиданно начала заикаться я.
  Мало ли что улыбается - может, он извращенец?! Точно! Старый педофил! Хотя... не такой уж я ребенок, а он не такой уж и старик. Не Дарик, конечно, но тоже симпатичный. Они, кстати, похожи. И Кес... Точно, этот мужчина - более старая версия Кеса! Но как?.. Ничего не понимаю.
  - Самый лучший. Тебе помочь? Ты, наверное, ушиблась.
  Мужчина приблизился и предложил мне руку, на которую я оперлась после недолгих колебаний.
  - Простите, а как вас зовут? И где я? - все же отважилась поинтересоваться я.
  Мужчина снова улыбнулся, напомнив мне героев японских мультиков, и бережно усадил на койку, прикрепленную к стене цепями.
  - У меня много имен. Но думаю, тебе я больше известен под именем Иешуа. Так меня называли во время одного из последних появлений в мире.
  Так. Либо у этого мужика мания величия, либо он...
  - Вы - демиург?
  Мужчина тепло улыбнулся и кивнул. Я же немного растерялась. Все мое общение с этими творцами ограничивалось довольно печальным опытом. Хотя, главное то, что я верю ему. Он действительно демиург. Причем какой-то свой, родной.
  - А почему вы тогда в подземелье сидите? Или это вошло в привычку со времен Иешуа? Вы бы придумали себе другое имя, а то неудобно как-то... Оно у меня ассоциируется с бородатым дяденькой, распятым на кресте.
  Он хмыкнул и привычным движением откинул волосы со лба. Да, длинновата челка, давно не стригся индивид. Но ему это даже идет.
  - Что в имени тебе моем... Расскажи о своем мире, Женечка. Я так давно там не был. А потом я поведаю о том, что делаю в этих дивных местах.
  Он с такой тоской спрашивал меня о мире, что я сразу поняла: он тоскует по нему так же, как мать, у которой силой отняли ребенка.
  - Хотела бы я сказать, что там все хорошо...
  Я чувствовала, что не могу ему лгать. И в то же время было бы лучше не говорить всей правды. Ведь все не так просто!
  - Дела обстоят настолько плохо, что не знаешь, как сказать, чтобы не убить этим такого старика, как я?
  Я смущенно потупилась, поймав себя на подобной мысли. Мужчина же присел рядом со мной и положил теплую большую руку мне на макушку.
  - Рассказывай. Я должен знать, что меня ожидает по возвращении.
  Значит, он все же собирается вернуться? Он не бросил нас?
  - Я не ученый, я никогда не занималась проблемами мира, но... кажется, мы скоро сами себя уничтожим. Земляне, в смысле. Непрекращающиеся войны, бунтующая природа, экономические и политические кризисы. Верными спутниками людей стали ложь, корысть, взяточничество. Среди современных ценностей подавляющего большинства молодежи деньги, крутые тачки, цацки и прочие материальные ценности. Полное беззаконие - теперь суд вершат только деньги. А про похоть, свободные нравы и сексуальную распущенность я вообще молчу, потому что сама этим грешу. Мало осталось тех, кто верит в честность и преданность. Они презираемы обществом как неприспособленные к жизни.
  Под конец своего монолога я обнаружила, что уже лежу, расположив свою голову на коленях у демиурга, а он отстраненно гладит меня по волосам, напряженно о чем-то размышляя.
  - Почему? Почему ты бросил нас? - с горечью спросила я того, кого в моем мире считают богом, хотя он - гораздо большее.
  - Я не бросал, малышка. Видишь ли, игры демиургов отражаются на их созданиях. У нас тоже не все ладно. Кес возжелал власти, а для этого надо было убрать меня как самого старшего в наших рядах. Убить меня ему не под силу, вот и запер в этом дивном местечке в своем мире, где я отрезан от живительной для меня энергии собственного творения. - Иешуа говорил печально, но вдруг улыбнулся и как-то странно на меня посмотрел. - Вот только он допустил одну маленькую ошибочку. Сначала перенес в этот мир тебя, мое творение, и я потихоньку начал восстанавливаться. Это было похоже на пересыхающий ручеек в пустыне, но как же живительны были эти капельки силы для меня! Я очнулся от глубокого сна, в который был погружен силой младшего брата. И вот теперь ты здесь, явно по его недосмотру, и ручеек стал похож на небольшую речушку. Через пару дней я восстановлюсь настолько, что сумею вырваться отсюда, а там уж все решится.
  Я, честно, не совсем поняла. Осталось несколько неясных моментов.
  - А это не ты так сделал, чтобы я здесь оказалась?
  - Нет, но этого можно было ожидать. Ты же мое создание, частичка меня. В тебе заложено стремление ко мне.
  Непонятно. Но примем как факт. Я ненаправленно телепортировалась и в силу происхождения оказалась притянута к создателю своего мира.
  - Ладно. А почему ты не почувствовал, что Кес собирается тебя предать? Ты же всемогущий!
  Он невесело рассмеялся и отвесил мне легкий щелбан.
  - Это для таких, как ты, я всемогущий. А среди подобных мне - просто самый сильный и древний. Да и в душе моего братца всегда чувствовалась гнильца, но мне было не до того.
  Логично. Но как-то грустно. Тот, которого у меня дома почитают как всезнающего и всемогущего, оказался неготовым к банальному предательству в семье, хотя в созданном им мире вероломство - весьма распространенное явление.
  - Ну ладно. И что теперь? Ты предлагаешь мне сидеть здесь с тобой до тех пор, пока твои силы не восстановятся?
  Нет, я все понимаю, но несколько дней без нормальных условий, без еды... Да и с Дариком все же помириться надо. Куда я без него? Люблю я его, хотя порой и ненавижу.
  - Есть и более быстрые способы, но они болезненные и требуют подготовки. Готова рискнуть?
  Я решительно кивнула.
  
  Сидя на каменном полу, прямо посреди какой-то мазни Демиурга, я начала задумываться, насколько правильным было мое решение. Впрочем, от пораженческих настроений меня отвлекал разговор. Старший оказался замечательным собеседником, с потрясающим ироничным чувством юмора.
  - Слушай, а зачем ты создал церковь? Ты видел, во что она превратилась? Крестовые походы, покупка и продажа индульгенций, охота на ведьм... брр!
  Интересно, кто-нибудь когда-нибудь видел смутившегося бога? А демиурга? Я уникальна! Ну прям избранная!
  - Ну, Евгения, каждый же может...
  - ...лопухнуться? - невинно завершила я фразу.
  - Эй! - поднял руки, защищаясь, мой собеседник. - Идея была хорошая!
  Я пакостно ухмыльнулась, наблюдая, как он ползает на карачках и что-то тщательно вырисовывает своей кровью - светящейся золотом жидкостью.
  - Зато исполнение корявое. Женщин вообще за людей не считали века до девятнадцатого, а то и до двадцатого от рождества Христова. Признайся честно, когда ты проповедовал, то был сильно пьян и обижен на девушку, пославшую тебя, оборванца без кола и двора?
  Иешуа что-то раздраженно пробормотал в ответ на мои сочащиеся сладким ядом фразы. Я лишь уловила, что женщины - корень всего зла. Кто бы мог подумать, что Старший окажется шовинистом?!
  - Не твое дело. Ты еще слишком маленькая, чтобы судить меня.
  - А я и не претендую. Но послушай, раз я тебе сейчас помогаю, то неплохо бы было пересмотреть твое отношение к слабому полу. Что ты на это скажешь?
  Судя по взгляду, ничего хорошего. Но я упертая. Времени у меня впереди вагон и маленькая тележка - переубедить сумею. Кто знает, может, после этого и возникнет новая религия, которая победит слегка закостеневшее христианство. Про мусульманство я вообще молчу.
  - Ты грандиозных планов-то не строй. Я не наивный влюбленный дурак, чтобы идти у тебя на поводу. И вообще, люди верят в то, во что хотят верить.
  Я скептически подняла бровь и решила не обращать на последние слова внимания. Все-таки в устах демиурга эта фраза про веру звучит, как шутка.
  - Это ты на кого намекаешь, рассуждая про влюбленных дураков? - насторожилась я, подозревая худшее.
  - На племянника своего. Весь в мать пошел... Да и вообще, оба вы молокососы в вопросах любви, - печально констатировал он.
  - Ой, молчи уж, профессионал. Лучше вытаскивай нас отсюда.
  
  Глава 7. По домам!
  
  Мы, русские, народ миролюбивый. Нам нужен мир. Весь мир.
  
  
  Женька
  
  - Поганец! Мерзкий нимбоносный выхухоль! Ну я до тебя еще доберусь...
  Проковыляв на костылях до кровати, я прислушалась к ноющим мышцам. Раз болят, значит, они есть, что не может не радовать. Хотя с такими темпами выздоровления руки либо отвалятся, либо станут такими, что все бодибилдеры обзавидуются.
  - Это ты обо мне так лестно отзываешься? Знаешь, раньше подобное называлось богохульством и жестоко каралось.
  Появившийся словно ниоткуда Старший мило улыбнулся и с комфортом устроился на диване, соблюдая безопасную дистанцию. Еще бы, я со своей загипсованной правой ногой до него быстро добраться не смогу.
  - А попытка набить тебе морду как будет называться и караться? - пробурчала я, пытаясь найти что-нибудь достаточно тяжелое для использование в качестве метательного снаряда.
  - Да брось ты, я же предупреждал, что будет больно.
  - Но мы не договаривались, что ты сломаешь мне ногу! Немедленно вылечи меня!
  По каким-то нелепым причинам он отказывался вернуть мое тело в норму и с видимым наслаждением наблюдал за всеми процедурами, проводимыми врачами. Хорошо хоть позаботился о моем материальном благополучии. И хорошо, что мы в моем родном мире. Здесь врачи квалифицированные, да и комфортнее как-то. Хотя есть кое-какие недостатки.
  - Не могу. Пока еще не могу. Да и что ты жалуешься? Руки у тебя уже нормально функционируют, левая нога тоже в порядке, а голова... впрочем, это уже не лечится. Еще совсем немного, и без моего вмешательства станешь как новенькая.
  Господи, как же моему родному миру не повезло с Создателем. Мерзкий, язвительный старикашка! Нет бы помочь девушке, страдающей по его вине...
  - Не такой уж я и старый. В самом расцвете сил. Просто мне в данный момент несподручно тратить на тебя энергию. Надо восстановиться в кратчайшие сроки, да еще при этом продержать защиту. А ведь братец уже ломится сюда.
  - Ладно, ладно, я же не заставляю. Просто пытаюсь определить, есть у тебя совесть или нет, - проворчала я, пытаясь придумать способ почесать под гипсом. Этот зуд уже начал сводить с ума.
  - Женечка, а ты случайно не беременна?
  - А с чего вдруг такой странный вопрос?
  Только не это!!! Господи, что угодно, только не это!!!
  - Что угодно? Я подумаю над этим...
  - Заканчивай уже читать мои мысли. Тоже мне, Старший. Ведешь себя, как ребенок!
  И все же стоит сходить в аптеку. На всякий случай. А то ведь кто знает...
  Старший как-то особенно мерзко ухмыльнулся, заявил, что ему пора, и слинял в неизвестном направлении.
  
  Задумчиво рассматривая использованные тесты на беременность, я в какой-то степени поняла, почему Кес возненавидел Старшего. Из четырнадцати тестов ровно шесть дали положительный ответ. Еще шесть - попытались убедить меня, что я не беременна. Оставшиеся два, как я поняла, пребывали в сомнении, поскольку результат выдать постеснялись.
  - Может, сходишь купишь еще один? Для большей уверенности, - ехидно зубоскалил появившийся Иешуа.
  - Слушай, а не подскажешь, как убить Демиурга?
  - Так я тебе и сказал. Я что, похож на дурака? - нарочито обиженно протянул мой собеседник и в качестве извинения вручил мне бокал... апельсинового сока. А раньше все время предлагал вино. Я что, и правда беременна?
  - Ну и ладно. Слушай, сделай что-нибудь с ногой, а? Ну чешется же!
  Ухмыльнувшись, демиург взял спицу и... начал чесать мне ногу под гипсом, благо тот уже не так плотно прилегал к коже. Кайф! Ну просто райское наслаждение!
  - Вечно ты хочешь чуда там, где можно обойтись собственным трудом. Мой племянник тебя разбаловал, - проворчал он, как заправский дед.
  - Дарик потрясающий. Заботливый, добрый, сильный, красивый. Даже умный. Правда, иногда мне кажется, что у него мозги переклинивает, но с этим можно жить.
  Перед глазами пронесся образ разгневанного моими поступками Дарелина, и я поежилась, представив, какую нотацию он мне прочитает при встрече. Да еще и отшлепает, зуб даю.
  - Ты должна нести ответственность за свои поступки. Все-таки моя будущая наместница.
  Дернувшись от неожиданности, я чуть не заехала Демиургу гипсом по подбородку. Но он увернулся - всезнающий ведь! А жаль...
  В ответ на мои мысли создатель так сладко улыбнулся, что я вспомнила все, что когда-либо слышала о Страшном суде.
  - Эй, Старший, мы так не договаривались! У тебя уже есть папа римский! - в панике попыталась я вежливо отмазаться.
  - Был папа, станет мама. Ты же мечтала о матриархате.
  Ага, как у дроу. Нет уж, это слишком. У меня другие планы. Выучиться на целителя, заставить Дарика на мне жениться, распробовать, что такое жизнь в браке, модернизировать жизненный уклад дроу, отучить эльфов от их розовой пакости во благо будущих поколений, сжечь все делянки, стать ректором...
  - Я уже все решил. Более того, привел свой план в исполнение. Частично, - гаденько ухмыльнулся Демиург.
  Почувствовав себя крайне нехорошо, я попыталась припомнить, не проводил ли данный индивид на мне каких-нибудь сомнительных опытов.
  - Ну и память у тебя - девичья. А ногу тебе кто сломал? Не строй такие зверские рожи, силенок не хватит отомстить. Выражаясь понятным тебе языком, я провел частичную инициацию. Для этого необходимо было повреждение тканей, причем серьезное. Можно было бы и нож всадить в живот, но я же не изверг. Всего лишь ногу сломал. И притом одну. Для полной инициации неплохо было бы тебя убить ненадолго...
  - Нет! Я п-протестую!
  Не обращая внимания на гипс, позабыв про костыли, я рванула подальше от этого маньяка. Убить? Меня? Да ни за что я добровольно на это не пойду. И вообще, я в этом мире не собираюсь оставаться. Телевизор, метро и гамбургеры из Макдоналдса - это, конечно, круто, не говоря уже о компе и Интернете, но! Там тоже вкусно готовят временами, а еще есть Дарик, Шес, Ингр, владычица и... Клинея! Да и вообще, там веселее.
  - Да никто тебя не заставляет торчать на Земле вечность. Создашь религию, соберешь последователей, напишешь новые заповеди и вали куда захочешь.
  - Да это же минимум лет сто понадобится! Я не согласна! Слушай, а тебя точно не Люцифером зовут?
  Демиург как-то подозрительно потер ногти о лацкан пиджака (вырядился, блин, как современный бизнесмен) и состроил лицо под названием 'Сама невинность'.
  - Я же говорил, у меня много имен... и иногда даже я бываю не в духе. Вот, помню, показывал своим апостолам, еще когда был Иешуа, как превращать воду в вино... Знатная получилась пьянка...
  - Пипец... - только и смогла вымолвить я.
  Демиург тряхнул головой, отгоняя радужные воспоминания, и благожелательно воззрился на меня.
  - Ну что, наместница, обязанности я тебе объяснил, так что можешь приступать. Рекомендую начать с заповедей - так будет легче.
  Я чуть не расплакалась, поскольку понимала, что подобная ответственность мне не по плечу. Может, лучше начать с поиска сподвижников? Ага, и как я их завлеку? 'Присоединяйтесь ко мне, и мы создадим крутую религию, которая победит в дальнейшем христианство'? Бред... Значит, заповеди...
  Как послушная девочка-школьница, я достала тетрадку, ручку и уселась прямо на пол, рядом с журнальным столиком. Открыв первый лист, красиво и очень медленно вывела сверху заголовок: 'Заповеди новой религии'. Дальше я впала в ступор. Пожевав некоторое время кончик ручки, нарисовала на полях пару финтифлюшек и красивую единичку - в начале предполагаемого списка.
  - Ну что, застряла? Подумай, какая самая важная заповедь?
  Я честно задумалась, но из головы пропали все мысли. А ведь я всегда знала как минимум три! Что-то там про ни-ни-ни...
  - Ну... э-э... не прелюбодействуй?
  Демиург как-то нервно улыбнулся.
  - Эх, замечательная была заповедь! И ведь люди действительно боялись... некоторое время. Но сейчас подобное в порядке вещей, так что если ты сразу же объявишь это своим девизом, то много сторонников не наберешь.
  Ну да, действительно. Тормоз я. Безмозглый. Блин, что бы такого брякнуть, чтобы за умную сойти?
  - Тогда... все люди равны. Не смей присваивать себе власть ни над телом человека, ни над духом. Пойдет?
  Лицо моего собеседника впервые за время нашего знакомства стало серьезным.
  - А ты не безнадежна, оказывается. Есть еще в твоей черепной коробке серое вещество. Формулировка, конечно, корявая, но уже есть с чем работать. Твори дальше, а я пошел. У меня еще куча дел!
  С видом занятого президента Газпрома он заспешил к выходу. Хотя раньше всегда просто растворялся в воздухе, оставив после себя приятный аромат каких-то цветов и свежести.
  - Дела-то семейные? - вяло поинтересовалась я.
  - У меня теперь, дитя мое, все дела - семейные. Братца приструню и тобой с племянником займусь. Хватит уже жить во грехе.
  Вот только его мне в качестве свахи не хватало!
  Хотя кто, как не он, может справиться со всеми проблемами?
  
  Дарелин
  
  - Дарелин...
  - Уйди, Шес. Я хочу побыть один.
  Все-таки этот дроу - замечательный друг. Пытается меня поддержать, взбодрить. Не потому, что не понимает всей глубины моей боли. Он-то как раз понимает. Женька и для него много значила. Он ее тоже любил, хотя и не зацикливался особо на этом чувстве. А я? Потерял ее так глупо! Тьма, далось мне ее воспитание?! Пусть бы и дальше капризничала, вела себя, как пятилетний ребенок, тянула из меня жилы, доводила до безумия, но жила! Просто жила! Я бы все стерпел. И при этом улыбался бы, как контуженый.
  - Дарелин, с тобой хочет побеседовать Ингр. О Женьке. Он говорит, наша малышка жива.
  Насчет 'стерпел' я немного погорячился. Найду паршивку - лично убью. Чтоб больше не заставляла волноваться! Только бы и правда была жива!
  Вскочив с кровати, я бросился к двери, но от волнения не сразу справился с замком. Впрочем, ухмыляющиеся довольные рожи дроу и дракона не спешили удаляться.
  - Она действительно жива? Тогда почему я ее не чувствую? - схватив дракона за шиворот, прокричал я.
  - Да потому, что ваша связь разорвана. Это раз. А два - она уже в своем мире, как донесла наша разведка. Но не волнуйся, за ней присматривает сам Старший, так что все хорошо. Он ее заодно учит уму-разуму. Так что получишь ты через некоторое время идеальную жену, - улыбаясь, выдал мне дракон. Даже несмотря на шрамы, он выглядел, как сказала бы Женька, очаровательно. Или просто меня так обрадовали хорошие новости?
  - Мне идеальная без надобности. Мне бы только Женьку, живую и здоровую. Чтобы я мог переломать ей ноги для обеспечения неподвижности, а потом убить и прикопать где-нибудь. Я из-за нее скоро совсем седой стану! Капризная девчонка... Ты уверен, что с ней все в порядке? Она ни в чем не нуждается? Бывшие родственники ее не донимают? Никто не пристает?
  Шес и Ингр, переглянувшись, весело рассмеялись. Хотя нет, они, скорее, заржали, как кони! И что я не так сказал? Да, я волнуюсь из-за этой безмозглой вертихвостки, и что? Шес, между прочим, совсем недавно побрился наголо в честь траура. Правда, сейчас на смуглой лысине уже появился 'прелестный', по мнению его супруги, белый пушок. А по-моему, закучерявившаяся поросль придавала ему на редкость нелепый и слишком уж невинный вид. Женька при виде этого воскликнула бы: 'Каваий!' (что именно означает данное слово, я так и не понял), и кинулась бы тискать телохранителя. Подразнить его она бы тоже не забыла, все-таки еще ребенок.
  - Дарелин, связь с миром Женьки очень слаба и непостоянна. Старший закрыл свой мир, так как ему необходимо восстановить силы, поэтому все новости доходят до нас через одного знакомого, Гавриила. Он вчера к нам залетал. Сказал, что с Женькой все в порядке, она постоянно ругает Старшего последними словами и вроде как засела за учебу. Ну... еще у нее нога сломана, так что если все еще хочешь ее убить, то убежать она не сможет. Быстро, по крайней мере.
  Я так и знал. Она не может без неприятностей.
  
  Ингр
  
  К счастью, операция прошла успешно. Не зря совет приставил к Женьке следящих. Им вовремя удалось перехватить телепортационный луч девушки и направить его туда, куда мы сами не могли попасть. Выжить там смог бы только тот, кто наполнен силой демиурга Земли. Ну, или крепко привязан к источнику этой силы.
  Сотни лет мы ждали возможности освободить нашего повелителя из плена. Мы перебрались в этот мир, рискнув судьбой всего нашего рода. У нас не могло появиться потомство, так как для продолжения рода необходимо тепло, которое хранится в Создателе и его творениях - людях. Лишь окруженный волнами этого тепла, дракон созревает для брачного полета. А мир Кеса холоден и неприветлив. Но мы обязаны были исполнить свой долг. Мы верили, что однажды сможем вытащить Старшего из западни.
  И кто бы мог подумать, что необходимый шанс нам предоставит сам Кес. С помощью магии он 'привязал' Женьку, носительницу энергии нашего Создателя, к своему сыну. Он, конечно, придумал кучу ограничений. Например, наложил запрет на удаление Женьки от Дарелина более чем на два километра. А еще вложил в нее страх перед горами. По его замыслу, она должна была до обморока бояться приближаться к горам, где был заперт наш демиург.
  Кес установил еще множество всяких ловушек, но он не рассчитывал, что мы, драконы, древние артефакторы, сумеем снять почти все ограничения. Старейшины, забыв обо всех распрях и моем статусе изгнанника, велели присматривать за девочкой, отныне нашей единственной надеждой. Каждая вещь, созданная мною лично или с моей помощью Дарелином, была мощным артефактом - серьги, кулоны, браслеты, даже пуговицы на ее нарядах! Мы проделали титаническую работу и ждали нужного момента. Оставалось подтолкнуть ее к телепортации без заданных координат, а потом в течение нескольких часов не подпускать Кеса к месту событий.
  Мы были уверены, что Старший обязательно воспользуется шансом, и не ошиблись. Да, Женьке пришлось пострадать, о чем я безмерно сожалею, но демиург уже стер ей все воспоминания о боли, а повреждения свел лишь к поврежденной ноге. И то больше в воспитательных целях.
  Многие мои братья погибли, прикрывая Старшего в бою и обеспечивая ему возможность побега. Впрочем, все были готовы умереть ради выполнения этой великой задачи.
  Но я не принимал участия в том бою. Я был рядом с Дарелином и видел его страх и безумие, когда связь с Женькой разорвалась. Он метался, как в припадке, не замечая ничего вокруг. Он звал ее и умолял остаться в живых, умолял дождаться его. А потом плакал. Впрочем, осознав всю трагичность ситуации, многие не смогли сдержать слез. Очнувшись, Дарелин словно озверел: он принялся уничтожать все, что подворачивалось под руку. Многие дроу, не успевшие убраться подальше, сильно пострадали. Кто-то даже умер. Замок был частично разрушен.
  А я тогда впервые за долгое время молился. Молился всем Создателям, чтобы Женька осталась жива и крепка умом. Иначе я бы никогда не смог избавиться от чувства вины перед маленькой девочкой, заплатившей высокую цену за спасение Старшего.
  А так у меня еще есть возможность попросить прощения.
  Взглянув на звездное небо, я протянул вверх руку, как бы пытаясь дотянуться до звезд. Так любила делать Женька, рассказывая при этом с восторгом о детской мечте достать звездочки и сделать из них диадему, как у принцессы.
  - Возвращайся скорее, Женя. Я достану тебе звезды и сделаю корону, как у императрицы.
  Услышав чье-то хмыканье за спиной, я вздрогнул и был крайне удивлен, увидев, что мое уединение нарушил Дарелин.
  - Чтобы между нами не возникло недопонимания, Ингр, предупреждаю: я Женьку без борьбы не отдам. Ты знаешь, что она для меня значит.
  Да уж, мальчишка влюблен, как говорится, по уши. И я желаю им счастья.
  - Расслабься, она для меня ребенок. Капризный, эгоистичный, но все же любимый. Как дочка или внучка, я бы сказал.
  
  Кес
  
  Как я мог так просчитаться? Ведь план был идеален! Я предпринял все меры безопасности, но не учел лишь одного. Драконы! Мерзкие рептилии предали меня после того, как я милостиво разрешил им поселиться в своем мире. Они еще за это заплатят. Уничтожу всех, одного за другим. И Старший им не поможет, так как отсиживается в своем грязном мирке и копит силы, зализывая раны. Ему сейчас ни до чего нет дела. А у меня еще есть время, чтобы отомстить и успеть удрать. Жаль, конечно, бросать мир, но жизнь дороже.
  Великий Хаос, еще и с Дарелином проблемы. Он, видите ли, без Женьки жить не хочет. У него теперь, понимаете ли, цели нет в жизни. Безмозглый соплежуй. Променял меня на какую-то девку, которых в каждой подворотне пачками можно брать. Взять его с собой уже не получится. Парень стал слишком силен, и принудить его к чему-либо не выйдет. А когда он узнает, что девчонка жива, можно будет считать, что сына у меня больше нет.
  Женька... с каким бы удовольствием я ее придушил! Она разрушила все мои планы! Ничего, придет время, и я ей обязательно отомщу.
  
  * * *
  Удобно устроившийся на диване мужчина вовсе не казался величественным и сиятельным Демиургом, каковым его привыкли считать. Впрочем, в кругу друзей он мог себе позволить расслабиться.
  - Не понимаю, как ты можешь даже думать о том, чтобы сделать ее своей наместницей! Она же уничтожит этот мир, стоит ей его доверить! А мы так много трудились! - обреченно бормотал его собеседник, не стараясь скрыть дрожь своих белоснежных крыльев.
  - Расслабься, Гоша...
  - Я Гавриил!
  - А я - Создатель. Так что расслабься, Гоша. Во-первых, ты несправедлив к девочке. Она усердно учится быть наместницей. И даже начала читать Библию, хотя при этом плюется и страшно ругается. А во-вторых, никто пока не собирается доверять ей власть. У нее самой другие планы. Если не помнишь, ее жених ждет в другом мире. Вот когда она перебесится, повзрослеет, вырастит своих детей и внуков, тогда и дам ей поуправлять миром. Если захочет. И случится это не раньше, чем лет через двести-триста, - терпеливо объяснил крылатому Старший, пробурчав себе под нос, что архангелы стали либо слишком ленивыми, либо слишком нервными.
  - Замечательный план! Но кто станет присматривать за миром, пока вы будете мстить своему брату? Опять ваша сестра?
  - Зачем напрягать хрупкую девушку, когда у нас есть овеянный славой и обласканный нашей милостью архангел? Короче, Миша справится.
  Белокрылый, затрепетавший было при мысли о повышении и получивший такую отставку на самом финише, возмущенно глянул на развалившегося на втором диване еще одного архангела, совсем недавно дремавшего в обнимку с огромным мечом.
  - А почему чуть что, так сразу Михаил? Почему я всегда крайний?
  - Ты не крайний, Миша, ты - любимец судьбы.
  - А я тебя другом считал! Эх ты, Старший...
  
  Глава 8. Перевоспитание
  
  Ученье - свет, а не ученье - чуть свет и за работу.
  Мать абитуриента
  
  Женька
  
  Господи, за что мне такое наказание? Впрочем, риторический вопрос. Я прекрасно знаю, за что, - за наивность и острый язык. Но ведь я не могу не язвить - это моя защитная реакция, как и у большинства современной молодежи. Вот только распоясавшемуся Старшему это не объяснить. Он уже совсем озверел! Мало того что за учебники и Священное Писание усадил, так еще и учителей приставил. Да таких, что самой страшно становится. За свою верность Дарелину. Красавцы - все как на подбор! Ну я прям героиня анимешки - одна в окружении кавайных мальчиков. Если забыть лишь о двух неприятных фактах. Возраст так называемых 'мальчиков' где-то около нескольких несколько тысяч лет - это раз. А два - они архангелы. Семь архангелов на одну бедную несчастную грешницу - меня! Семь! Жуть!
  Номер раз - Уриил, он же Урий. Не знаю, как его небесный облик, но в земном виде архангел очень смахивал на молодого ученого. Красивого, отрешенного от реальности, постоянно что-то высчитывающего и небрежного в одежде. Впрочем, он единственный обладал талантом учителя и сразу понял, что начинать учебу мне следует с детского варианта Библии. Да и рассказывать умел весьма интересно, хотя порой увлекался.
  Номер два - Рафаил. Он же Рафаил Светозарович. Красив, как хирургический скальпель. Излагает все, как компьютер. Главное - конспектировать, а лучше сидеть с диктофоном и видеокамерой. Он, конечно, тоже красавчик и аристократ, но мне он с первого взгляда показался похожим на патологоанатома. Особенно пристрастием к белой одежде и лайковым перчаткам. А уж как часто он ходил мыть руки! Впрочем, повар он гениальный. Хотя лучше не уточнять, из чего приготовлено то или иное блюдо.
  Номер три - Рагуил, он же Злобный Раджа. Как я поняла, в небесной канцелярии он ведает наказаниями. Наверное, отсюда это пристрастие к темным цветам, трехдневной щетине и всяким цепям. С вдохновением он мог рассказывать только об инквизиции и всех видах пыток. Остальное особого интереса у него не вызывало. Но временами с ним можно было вполне приятно пообщаться. Если только вести себя безупречно и кротко, как и подобает женщине.
  Номер четыре - мой любимчик, Михаил. Он же Миша, Мишенька, Мишутка, да и просто Винни. Самый очаровательный из всех. Ну просто обнять и тискать! Златокудрый, с огромными невинными глазами, немного детским личиком и обалденной фигурой - он выглядел, словно херувимчик. Как я поняла, он любил всего три вещи: сон, сладости и свой меч, выполнявший роль любимой игрушки. Но при этом не дай бог встать между ним и шоколадкой 'Аленка' - проедется, как асфальтовый каток, и даже не заметит! И, кстати, нет лучшего напарника для посещения развлекательного комплекса с видеоиграми. Одно плохо - всегда выигрывает. Обидно прям до слез - хоть бы раз поддался! Нет же, вцепится в джойстик, скорчит зверскую рожу и сразу становится понятно, почему о нем идет такая слава.
  Следующим испытанием для нервов можно считать номер пять. Сариил, или просто Алекс. Соблазн в чистом виде! Одни его кожаные штаны и косуха чего стоят! Не знаю, как ему это удавалось, но стоило пройтись по улице, и все женщины от пяти до девяноста пяти были готовы на все, чтобы заслужить его взгляд. Помнится, одна блондинка перед ним так вся изгибалась, типа ключи уронила, что две аварии произошло. Без жертв, но все же. А он даже бровью не повел, продолжая с увлечением рассказывать о том, какие меня наказания ждут и за какие грехи. Это вообще была его любимая тема. С его слов выходило, что для моего же блага лучше приложить все усилия, чтобы стать бессмертной, так как в аду меня ждут как вип-клиентку.
  Номер шесть - явно кара за грехи. Досрочная. Гавриил, он же Гоша, он же Гаврюша и Гаврик. Все зависит от настроения. По внешности - вылитый Гоша Куценко, только не лысый и со спортивной фигурой. Характер женский, стервозный. Это если без мата. С первой же секунды знакомства между нами возникла стойкая неприязнь, вылившаяся в открытую конфронтацию. Я таких задравших нос снобов давно не встречала. Впрочем, временами и он был не лишен обаяния. Но в моем присутствии это случалось редко.
  И завершает плеяду номер семь, самый безобидный. Иерахмиил, он же Ерик. Как мне поведал по секрету Мишутка, Ерик подрабатывает ночным сторожем в нашем мире. На кладбище. Не знаю, что он там делает, но днем он приходил, молча переодевался в пижаму советского образца и ложился спать, при этом что-то бормоча на латыни. Я попросила всех шестерых по очереди перевести на русский его бормоталки, но реакция во всех случаях была одна - пунцовые щеки и предложение самостоятельно выучить древний язык.
  Вот в таком окружении и пришлось мне существовать. Это не считая самого Старшего. Нет, я его, конечно, уважаю и люблю, но почему-то почтительно общаться с ним не могу. Ну вот родной он мне, и все! Это раньше, веке в восемнадцатом, дети родителям 'выкали', а сейчас хорошо, если не шнурками называют, теми самыми, что в стакане. Он в принципе ни разу не обиделся, но вот его юмор! Это просто надо пережить. Как-то раз я ему заявила, что приличный Бог должен быть старцем с длиннющей бородой, огромными седыми бровями и белыми крылышками. А в руках обязательно должен держать тяжеленный золотой посох. И что? На следующий же день у меня выросла пара замечательных крыльев и борода. Посох же весил не меньше шестнадцати килограмм и намертво прилип к левой руке. Кстати, тело под бородой и перьями нещадно чесалось! Продержалась я на чистой гордости ровно шестьдесят семь минут, после чего поползла извиняться перед Старшим. Хватило, к счастью, одного покаянного вида, чтобы меня избавили от ненужных атрибутов и на восемь голосов прочитали лекцию о смирении и послушании. Я научилась сдерживать свой язык (по крайней мере, в присутствии Старшего) и думать, прежде чем что-то ляпнуть. К сожалению, если рядом находился Гаврик, моя глупость отпускала тормоза.
  Вот и сейчас. Гавриил методично перечислял, в какие времена и что считалась грехом, подробно останавливаясь на классификации, а я сцеживала уже пятый десяток зевков в кулак и делала вид, что конспектирую, хотя просто играла в крестики-нолики с Мишей. Ему не было необходимости не только смотреть в мою тетрадку и пользоваться ручкой, но и вообще находиться рядом. Просто в пустой клеточке появлялся золотой крест с расщепленными концами и надписями на латыни. Смотрелось красиво, особенно рядом с моими корявыми ноликами, часто превращавшимися в рожицы. Миша же мог в это время азартно расстреливать монстров в очередной компьютерной стрелялке или клянчить сладости на кухне у Рафаила Светозаровича. Он единственный, кто на это отваживался.
  На кухне царил армейский порядок. Завтрак с 6:00 до 6:20. Кто не успел, тот ждет обеда. Обед с 13:00 до 13:38. Ровно в 13:38:01 все тарелки непонятным образом оказывались в посудомоечной машине, а то, что ты не успел съесть, - в помойном ведре. Потом в 16:00 - чай. Единственный прием пищи, не ограниченный по времени. И в 19:00 ужин, длящийся не больше сорока двух минут. Ах да, порции точно отмеряны и взвешены на весах, добавки не полагается. А если Рафаил Светозарович кого-то застанет на своей кухне в неурочное время, особенно ночью, то в ближайшие два дня все мысли о еде будут вызывать неудержимые приступы тошноты. Миша же, обладавший просто бездной обаяния, умудрялся выпрашивать конфеты, мороженое, печенье, пирожки и прочие вкусняшки, заставляя нас всех испытывать недостойное чувство зависти и тяжко вздыхать.
  - О преисподняя и все ее демоны, ты, несносное дитя, опять не слушаешь! - патетично взвыл Гавриил и попытался пробудить мою совесть, схватив меня за ухо.
  - Я слушаю. Просто Алекс давно уже все мне рассказал про грехи и наказания. Может, перейдем к следующей теме? - проявила я толерантность, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не зарычать и не укусить своего мучителя.
  - Может, он и о безгрешных душах тебе рассказал? - ехидно вопросил архангел. Все, капец терпению. Сколько там на часах? Время чая? Поздравляю себя с новым рекордом - два часа восемнадцать минут без единой шпильки в адрес Гавриила!
  - Безгрешных не бывает. Даже вы, Гавриил, грешите.
  Архангел даже застыл от такой наглости. Остальные его соратники замерли в предвкушении очередной глупости, которую я должна была отмочить.
  - И какой же у меня грех?
  - Один из семи смертных. Гордыня, - мстительно добила я его.
  И тут же прикусила язык, так как в глазах у Гавриила заблестели слезы. Я почувствовала себя последней сволочью, обидевшей... ну не ребенка... Пенсионера?
  - Я... да я... да все свое существование... боролся... помогал... а она... дитя неблагодарное... - начал заикаться мой оппонент.
  - Ну Гавриил, ну не обижайся! На убогих грех обижаться! Ну Гаврюша, солнышко, ну хочешь, я тебе мороженое принесу? - попыталась я успокоить своего учителя, усаживая его на диван и всучивая в руки носовой платок, в кои-то веки чистый. Гавриил сразу перестал всхлипывать и подозрительно воззрился на меня, явно оценивая скромные девичьи возможности.
  - Рафаил тебе не даст. Он против того, чтобы давать детям сладкое чаще двух раз в неделю.
  Да-да, еще один печальный факт: для них для всех я ребенок, дитя, неразумная малышка и т.д. А что нужно ребенку? Правильно, воспитание и строгая родительская рука, не гнушающаяся применением ремня. Бить меня не били, но пару раз угрожали.
  - Ну я все же попрошу. Не убьет же, в самом деле. А мне не помешает пара разгрузочных дней, а то сильно растолстела. Дарелин увидит меня и ужаснется.
  С таким режимом питания и с моей привычкой поспать, конечно, не разжиреешь, я даже похудела, но зачем огорчать ангела?
  В итоге я пошла попрошайничать. Рафаил, подготавливавший совместное чаепитие, выслушал меня, не перебивая (правильно, я и сама запиналась), смерил холодным взглядом, но все же выделил один маленький, помятый вафельный стаканчик. И при этом шумно вздыхал, как дракон, у которого экспроприировали половину его накопленных сокровищ. Что-то никак не могу вспомнить, жадность - смертный грех или простительный? Надо в конспектах посмотреть.
  
  Рассказывая о том, насколько неверны представления среднестатистического человека о рае и аде, Гавриил важно расхаживал по комнате, ассоциируясь у меня с павлином. Но свое мнение, наученная горьким опытом, я держала при себе.
  - А ты, как будущая наместница, какими бы хотела видеть ад и рай? Какими ты себе представляешь наказания за грехи и воздаяние за добродетель? - неожиданно спросил он.
  Раньше Гавриил никогда не интересовался моим мнением. Собравшись с мыслями, я попыталась внятно объяснить свою мысль.
  - Ну, наверное, я бы, если была бы такая возможность, то...
  - Не мямли! Наместнице это не к лицу! - повелительно, но не повышая голоса, произнес Гавриил. Именно 'Гавриил', потому что в этот момент он выглядел... внушительно.
  Еще раз вздохнув и окончательно взяв себя в руки, я принялась излагать, сама удивляясь своему сухому, канцелярскому тону:
  - Для начала я бы передвинула дату Страшного суда на ближайший же день, чтобы он работал на постоянной основе. Тринадцать судей - это не так уж плохо. Конечно, кое-что придется изменить, но планы есть у меня в конспектах, и позже я их покажу. Для начала я бы избавилась от рая как такового. Зачем? Вполне можно послать на перерождение. И если человек был таким уж праведником, или просто его хорошие поступки доминируют над плохими, то следующую жизнь можно сделать чуть-чуть удачливей. Пусть родится в богатой семье или получит в дар исполнение мечты. Что касается ада, то тут, как мне кажется, стоит вспомнить теорию о том, почему Господь не прощает грешников. Потому что они сами этого не хотят. На основе этой теории я и собираюсь строить систему наказаний. Думаю, против согрешившего лучше всего направить его же грех. Поменять, так сказать, местами грешника и его жертву. А у сотворившего зло всегда есть жертва. Загордился и унизил этим кого-то? Перенеси подобное же унижение. Украл? Значит, и у тебя украдут. Пусть грешник в аду переживет все то, что натворил, и будет прощен лишь тогда, когда сам простит... - сбилась с мысли я, увидев семь пар уставившихся на меня глаз. - Ну вот, как-то так, - несвязно завершила свою речь я.
  В ответ же мне досталась напряженная тишина.
  - Я же тебе говорил, Гоша, что девочка не безнадежна. Конечно, ее теория не проработана, но заслуживает более пристального изучения, - со смехов в голосе выдал появившийся Старший.
  Я же смутилась еще больше и начала мечтать о том, чтобы либо самой провалиться сквозь землю, либо чтобы они провалились.
  - Я, между прочим, много размышляла на эту тему! - почти обиделась я на снисходительные улыбки.
  - Знаю, но давай разберемся с этим позже. Пока же пришло время для активных действий. Михаил, Рагуил, у вас три дня, чтобы научить нашу девочку как минимум защищаться, как максимум нападать. Сезон охоты на Кеса прошу считать открытым.
  
  Дарелин
  
  Я все-таки в это ввязался! Кто бы мог подумать, что однажды моя мечта открыто выступить против отца исполнится? Конечно, наши отношения немного изменились, но когда драконы передали, что Старший готов перейти к активным действиям, да еще и тащит за собой Женьку, я, не колеблясь, подписался на эту авантюру.
  Чистой воды безумие - пытаться задержать демиурга столь малыми силами. Никто, кроме меня и драконов, не может принять активного участия в осаде его чертогов. Сотворенные им существа не пойдут против своего создателя. А вот надо мной он особой власти не имеет, так как у меня самого есть сила творца и крепкая связь с миром. А драконы - вообще творения другого демиурга, неподвластные моему отцу.
  Но нам нужно продержаться лишь три дня. Три дня до начала штурма. Мы заперли демиурга в его чертогах, отрезав от основных каналов энергии, но он все еще силен. Я вымотан до предела, поскольку держу основную блокаду - заклинанием на моей крови запирались чертоги. Каждый удар Кеса, каждую попытку взломать затворы я ощущаю так, словно меня выворачивают наизнанку, ломая кости и разрывая на куски.
  И между этими адскими муками есть короткие часы сна, заполненные кошмарами, в которых Кес убивает Женьку тем или иным способом. Убивает у меня на глазах, а я не в силах ничего сделать, лишь смотрю, как из нее по капле уходит драгоценная жизнь.
  Я понимаю, зачем она нужна Старшему при штурме. На ней все еще остались следы воздействия моего отца. И словно крошечный магнитик она притянется к Кесу прямо в чертоги, если ее 'подтолкнуть'. Притянется, протащит за собой все войско Старшего и частично ослабит личную защиту Кеса. Но ведь она окажется так близко к нему, а это слишком опасно!
  Но без нее никак. Я понимаю это, как никто другой. Только через нее или меня можно воздействовать на Кеса. Поскольку я буду снаружи чертогов, мне понадобится не меньше десяти минут, чтобы достичь самого укрепленного места, где предположительно скрывается Кес. Но мы не можем рисковать - удар должен быть молниеносным, чтобы он не успел удрать. Значит, меня нельзя использовать на первом этапе схватки. Но к следующей стадии сражения я должен успеть любой ценой, иначе Женька точно погибнет. Любая попытка воздействия одного демиурга на другого через нее причинит ей жуткую боль. И если вначале она еще продержится, то потом - болевой шок и смерть. Получится, ее убьют свои же, если я не подоспею вовремя.
  Если не успею, она умрет...
  Заметив, что все мои мысли неизменно сводится к одной, я устало помассировал виски, пытаясь взять себя в руки и все же найти выход.
  - Дарелин, ты в порядке? - тихо окликнул Шес, вызвавшийся быть сиделкой при мне.
  - Никак не могу выкинуть из головы эти кошмары...
  Я осекся, понимая, что не стоит лишний раз волновать верного друга. У него и так нервы на пределе, ведь его любвеобильная супруга ждет ребенка. Союз темных со светлыми редко дает потомство, а потому наследники - величайшая ценность. Естественно, Шес взволнован. Тем более что он один из немногих, кто посвящен в проблему нашего мира. Даже если Кеса не удастся захватить и он сбежит, мир останется без своего Создателя, не говоря уже о том, что подобное произойдет и при успехе нашей операции.
  Без своего Демиурга мир быстро приходит в упадок: достаточно несколько столетий, и начинаются кровопролитные войны, в которых погибают целые нации. Эльфы живут долго. Они успеют увидеть гибель своего народа. Шес и владычица успеют увидеть гибель своего ребенка, если сами раньше не погибнут. Шес, владычица, их ребенок, Энувиэль, Клинея... сколько народу погибнет из-за одного жалкого скота, возжелавшего власти! У него было все, но захотелось еще больше!
  Я зарычал, пережидая очередной приступ боли. Не знаю, сколько он длился, мгновение или вечность, но когда я очнулся, на лбу ощущалась прохладная рука моего верного няньки.
  - Дарелин, может, чем-то тебе помочь?
  - Нет. Не переживай за меня. И вообще, не переживай. Я что-нибудь обязательно придумаю.
  Обязательно. Я должен их защитить. Любой ценой.
  
  Кес
  
  Загнали в ловушку? Обложили, как зверя какого-то? Ничего, мы еще посмотрим, кто кого. Скоро ты явишься сюда лично, братец. И наверняка притащишь девчонку. Она - твое единственное оружие против меня. Но не забудь, я тоже могу использовать ее против тебя. И гораздо более эффективно. Только сначала надо будет убрать ее охрану. Ты ведь приставишь к ней самых сильных из своих ангелов. Михаила - наверняка. И еще одного или двух, что, впрочем, роли не играет. Главное, справиться с Михаилом, твоей правой рукой. Дарелин равен ему по силе, но он предал меня, паршивый щенок! Но все-таки это мой мир, и у меня полно своих слуг. Если понадобится, я пожертвую ими всеми. Ты, братец, лишишься своих дражайших ангелов, а предатель-сынок - своей возлюбленной. Это будет замечательная месть. Как жаль, что я не смогу насладиться ею сполна. Придется бежать, чтобы набраться сил и придумать более действенный план по устранению тебя, Старший.
  
  * * *
  Убедившись, что девушка крепко спит, Демиург вышел из спальни, плотно прикрыв за собой дверь, чтобы ее не разбудил разговор, который обещал быть долгим.
  - Михаил, когда мы ворвемся в чертоги моего брата, твоей главной обязанностью будет защита Евгении. Она - ключ к нашей победе. Любой ценой ее необходимо уберечь, и не только от физического воздействия.
  - Понял. Будет сделано. - Архангел мигом посерьезнел, сбросив маску простодушного паренька.
  - Вы были приставлены к ней не только для того, чтобы обучать. Вы привыкли к ней, усвоили повадки, притерлись - выражаясь современным языком. И все это с одной целью. Я уже давно решил, что вы будете ее защищать, пока я буду нападать на Кеса.
  - Но это же глупо, - воспротивился Гавриил. - Михаилу будет достаточно двоих помощников.
  - Нет. Она - не только наше главное оружие, но и самая уязвимая часть всей затеи. К двум-трем охранникам Кес вполне готов. Этот ход будет неожиданным. Всем понятно?
  - Да, Создатель.
  
  Глава 9. В бой идут одни старики
  
  Часто для того, чтобы жить, надо больше мужества, чем чтобы умереть.
  NN
  
  Чем ругаться, лучше собраться да подраться.
  Народная мудрость
  
  Женька
  
  Я давно подозревала, что Старший и его архангелы за что-то меня сильно недолюбливают. Теперь я это знаю точно. Потому что обречь на подобные муки, не дождавшись смерти, после которой воздается за грехи, можно только того, кому желаешь вечных страданий.
  Начнем с того, что у меня болело все! Абсолютно. Кажется, даже волосы ныли, как гнилые зубы. Зубы, кстати, тоже ныли, но явно просто за компанию. Руки слушаться не желали совершенно и лишь конвульсивно подрагивали от сводящих мышцы судорог. При всем при этом я валялась прямо на полу и стонала, так как язык тоже болел, не в силах внятно донести до публики мысль о том, что я их всех глубоко ненавижу. Еще бы, столько ругаться! А все почему? Потому что мне провели ускоренный курс молодого элитного бойца за три дня. При том, что ангелы проходят его тридцать лет! Конечно, мне дали каких-то специальных зелий, чтобы усилия пошли впрок, но боль и усталость эти настойки не снимали.
  Сволочи они. Все без исключения. Гоняли меня так, что даже было страшно возразить! Уж больно веские у них аргументы - мечи, копья, автомат... невозможно не согласиться, что я вполне могу пробежать еще десяток километров и выполнить опостылевшее упражнение еще триста раз для ровного счета. 'Ровным счетом' считалась тысяча, десять тысяч и сто тысяч, кажется.
  - Дитя мое, не притворяйся, что устала. Я же вижу, ты полна сил!
  Если бы могла, я бы укусила Старшего! Но для этого ведь надо еще подползти, открыть рот и потом сжать зубы изо всех сил, которые, чувствую, находятся уже на минусовой отметке.
  - Ой, кончай притворяться, - попробовал растормошить мою совесть Михаил. Бесполезно, она скончалась первой и без лишнего шума. Я ей вяло помахала ручкой, пустила скупую слезу и... мысленно завалила ее могилу несколькими тоннами гранита. Так, на всякий случай, а вдруг вылезет?! Нет, пока эти рядом, нельзя рисковать.
  - Наша маленькая невежа собирается плакать? Это не к лицу будущей наместнице! - попытался пробудить мою гордость Гаврик. Впрочем, она скончалась второй, успев выдать сакраментальное: 'Айл бы би бэк...', то есть: 'Я бы, конечно, вернулась, когда ты, хозяйка, окажешься подальше от этих восьми извращенцев, но где гарантии?'
  - Знаете, по-моему, она пытается что-то сказать, - окликнул всех Уриил.
  Архангелы и Старший замолчали, прислушиваясь. Я же, собравшись с духом, попыталась выдать то, что накипело:
  - Злые вы! Уйду от вас! К Дарику! Он один меня любит и понимает! И не буду я никакой наместницей, я еще пожить хочу! - под конец позорно разревелась я.
  А эти бесчувственные нахалы, обменявшись ухмылками, стали передавать друг другу какие-то светящиеся бусинки, заставив этим самым Старшего неодобрительно поцокать языком.
  - Что это вы делаете? Что это за бусинки? - неожиданно окрепшим голосом возмущенно спросила я.
  - Эти бусинки, как ты их называешь, что-то вроде звездочек на погонах, медалей и денег одновременно. Их можно передавать, можно дарить, а можно оставлять себе. Их зовут дарами и содержат они в себе, по словам моих подчиненных, благодать. А стремятся их собрать побольше потому, что они существенно помогают, пробуждая таланты, к примеру. Хотя в этом имеются и свои закавыки. Воин будет лучше драться, имея больше даров, но только в том случае, если он борется за правое дело. Хранитель сможет лучше защищать своего подопечного, но все равно не сумеет причинить вреда обидчикам. И так далее. Я понятно объясняю? - заботливо прочитал мне лекцию Старший.
   Я в ответ покивала, но все же спросила:
  - А откуда берутся дары?
  Вполне закономерный вопрос, на мой взгляд.
  - Я их создаю и раздаю в благодарность за хорошо выполненную работу.
  А я-то себе навоображала целые небесные фабрики по изготовлению даров. Дурочка наивная. Надеюсь, это лечится.
  Я так глубоко задумалась, что не сразу заметила, что меня опять, как маленького ребенка, поглаживают по голове. Ненавижу этот покровительственный жест! Я согласна терпеть его только от Дарика.
  - Женя, ты ведь тоже заслужила дары. Ты помогла мне в ситуации, в которой больше никто не смог помочь. Так что прими это в знак благодарности.
  Я зарделась, позволив Старшему надеть мне на руку браслет, составленный из этих самых светящихся бусинок. И даже простила ему это дурацкое поглаживание. За такое я могу и ухо дать потискать. Только не щечки! Мало мне Гавриила с этой дурацкой привычкой! Нашли, блин, куклу!
  - Красивый... А почему именно сейчас? - заподозрила я вдруг неладное.
  - Потому что пришло время прижать моего братца. И дары тебе в предстоящей битве пригодятся. Ну, ты готова отправиться в то место, которое не хуже настоящего ада?
  Я так и знала, что здесь какой-то подвох. Сказала бы я ему, да потом рот с мылом заставят полоскать, поскольку приличная наместница не должна произносить таких слов, от которых краснеют портовые грузчики.
  
  - Сосредоточься, представь, что ты одна в темном коридоре... - гипнотизировал меня Уриил.
  Я послушно гипнотизировалась, в конце концов очутившись в каком-то странном тоннеле. Я бы даже сказала, в пещере. Темной, сырой и холодной. Издалека доносился голос:
  - ...воссоздай мысленно образ Кеса и оглядись вокруг. Должно быть что-то, указывающее путь к нему...
  Я послушно огляделась вокруг, не заметив сначала ничего такого. А потом прямо перед глазами начала опадать золотая нить, похожая на паутинку. Поспешно схватив ее, я поняла, что идти мне следует туда, где темнее всего.
  - Тоже мне, нашли Тесея! - припомнила мифологию я. - Решили послать к местному аналогу Минотавра? Вот только, помнится, у того героя была группа поддержки, оружие и прекрасная Ариадна, ждавшая у выхода!
  Идти было тяжело. Я как будто пробивалась сквозь толщу воды. От затрачиваемых усилий на лбу выступила испарина, застилая глаза.
  - Ты тоже не одна и не безоружна...А Дарелин ждет тебя не у выхода, а в том же лабиринте... Он присоединится к бою позже...
  - Легко вам говорить. Я словно в болоте вязну! - простонала я, чувствуя, что переставлять ноги становится все тяжелее.
  Теперь, казалось, меня окружала не вода, а песок. И все же я знала, что нужно идти. Потому что бой вот-вот начнется, с нами или без нас. Но если не будет меня, то они не смогут обезвредить Кеса. И Дарелин погибнет, прихватив с собой многих воинов как с одной, так и с другой стороны.
  Не выдержав напряжения, я опустилась на колени, решив продолжать путь ползком. Стало немного легче, хотя и не настолько, чтобы позволить себе расслабиться.
  - Еще немного... не сдавайся, мы почти на месте... - подбодрил меня еще кто-то из восьмерки.
  - Ни за что не сдамся! - сделала я отчаянный рывок и... рухнула на мраморный пол с высоты примерно метра в полтора. Хотя, по ощущениям, все десять.
  Дыхание сбилось, и боль растеклась огнем по телу.
  - Да уж, знатно ты приложилась, - помог мне подняться Рафаил, заодно легкими касаниями снимая боль.
  Впрочем, опознала я этого архангела с трудом, так как выглядел он несколько иначе, чем обычно. Раньше он был... человечнее, что ли. Теперь же от человека остались лишь общие черты - руки, ноги, голова. Тело, короче. Только ростом он был под три метра. Даже выше, так как мой нос упирался ему в пряжку ремня. Его кожа казалась светящейся плазмой, принявшей форму тела, обряженного во вполне материальные доспехи. Но больше всего меня поразили его крылья. Они не были похожи на лебединые, к которым я привыкла благодаря земной пропаганде. По форме они напоминали стрекозиные, но сделаны были из чего-то наподобие серебристых пластин.
  Я оглядела остальных архангелов, отмечая явное внешнее сходство между ними. На мой неискушенный взгляд, их различали только крылья и оружие. У Гавриила, например, были определенно канонические два крыла с лебедиными перьями. У Михаила их было шесть, но птицы с такими 'пушистыми' золотистыми перьями я не знаю.
  А вот у Старшего крыльев не было. Его облик практически не изменился. Разве что он предстал передо мной в расшитом золотом белоснежном наряде и с серебристым обручем (платина, что ли?) на голове. При этом он выглядел очень внушительно. В общем, я впервые его восприняла как Демиурга. Причем сразу захотелось пасть на колени.
  - Женя, мы в личных покоях Кеса, а значит, уже прошли через основную защиту. Закрой глаза и попробуй почувствовать, где он находится, - вдруг ласково попросил Старший, и от звука его голоса я вздрогнула.
  Наваждение спало. Я послушно закрыла глаза и попыталась снова воссоздать перед внутренним взором нужный образ. На этот раз не было никаких коридоров и ниток. Передо мной будто разложили схематичный план здания, на котором горели три точки. Одна ярко-красная пульсировала в такт моему сердцу. Недалеко от этой точки расположилась еще одна - темно-золотая. А где-то с краю бешено мигала черно-белая. Дарик, как я поняла.
  - Прямо по коридору, в третьей комнате слева.
  Архангелы послушно повернулись лицом в нужную сторону, и... я увидела, что нахожусь в плотном кольце, прямо за спиной Старшего.
  - Женя, твоя главная задача - добраться невредимой до Кеса. Ты - наше главное оружие. Так что держись рядом и не ввязывайся в бой, - проинструктировал Уриил, нервно дернув своей парой огненных крыльев.
  Впрочем, желание куда-то лезть у меня отпало напрочь, как только дверь в конце коридора открылась и навстречу нам рванула толпа каких-то монстров с оружием. Когда-то это определенно были люди. Или, может, один из их родителей был человекоподобным, просто в качестве второй половинки выбрал тигра, волка, быка и так далее? Кто-то, возможно, и назвал бы их красивыми, так как в этих монстрах присутствовала грация хищников, но я посчитала, что ничего омерзительнее не видела.
  - Чего застыла? Вперед! - окликнул меня Иерахмиил и толкнул вперед. Оказалось, что архангелы уже кинулись вперед, а я чуть не отстала.
  Позорно взвизгнув от неожиданности, я бросилась бежать, благо спутники тут же подстроились под мой темп. И когда до столкновения двух групп осталась пара секунд, я закрыла глаза, понимая, что еще чуть-чуть и упаду в обморок от страха.
  Все, что меня окружало, слилось воедино в диких звуках битвы: лязг железа, чьи-то стоны, оглушающие боевые кличи моих спутников и отвратительный, тошнотворный чавкающий звук распарываемой плоти. Во мне вдруг начал просыпаться дикий, необузданный, первобытный страх, который дан человеку от рождения. Он сковал мое тело и заставил широко распахнуть глаза. И, как оказалось, зря! Первое, что я увидела, - несущееся на меня нечто, похожее на человека и крокодила одновременно. Через секунду я осознала, что стою, вытянув руки вперед в попытке защититься, и визжу. А тварь опадает, правда, уже без головы, мне под ноги, не забыв щедро залить меня кровью.
  - Не вздумай падать в обморок, идиотка! Быстро возьми себя в руки, сожми зубы и беги вперед! - привел меня в чувство кто-то из своих, отвесив пощечину.
  В голове как-то подозрительно зазвенело, но более-менее прояснилось. Прикусив губу, я перепрыгнула через обезглавленный труп монстра и рванула вперед. Я успела развить довольно приличную скорость, пока не поскользнулась. В итоге приличную часть пути я проделала, скользя на животе с зажмуренными глазами по чему-то мокрому, что опознавать никак не хотелось.
  На этот раз меня не стали подбадривать словами. Меня просто подняли, как котенка, за шкирку и понесли. Я облегченно расслабилась и решила пока не открывать глаза. Более того, заткнула уши руками и попыталась напеть себе какую-нибудь песенку, чтобы не сойти с ума.
  Когда меня осторожно поставили на пол, я, отняв руки от ушей и распахнув глаза, нервно огляделась. Все архангелы на месте, сверкают золотом доспехов, Старший презрительно кривится, смахивая с белоснежного рукава невидимую былинку, и я... вся перемазанная в крови, среди этих чистюль, как свинья среди лебедей.
  Оглядев себя как следует, я почувствовала, что меня выворачивает наизнанку. И если бы было чем, меня бы уже вырвало, но в последние дни есть мне не давали, пичкая питательными укрепляющими отварчиками.
  - Не время для самолюбований, Женя. Куда дальше? - спросил меня Старший, указывая на шесть дверей прямо напротив нас.
  Я осмотрелась. Довольно просторный зал, предназначенный, судя по разбросанным матам и деревянным мечам, для тренировок. Симпатичный такой, в японском стиле, на мой дилетантский взгляд. Вот только дверей слишком много.
  Судорожно облизав пересохшие губы, я поспешно закрыла глаза и снова представила карту с точками.
  - В-втор-рая сп-сп-справа, - подсказала я спутникам, для верности указывая заметно трясущейся дланью нужное направление.
  - Рафаил, возьми ее на руки, сама она, кажется, идти не в состоянии, - рассеянно бросил Демиург, и я тут же оказалась заботливо прижата к груди архангела. Меня погладили по головке, и тошнота сразу прошла. Даже накатило какое-то неестественное спокойствие.
  - Старший, психика девочки может не выдержать...
  - Мы ничего не можем для нее сделать. Кеса надо прижать к стенке в самые кратчайшие сроки, пока к нему не подоспела подмога. Двигаемся дальше.
  Я вздрогнула, услышав, как кто-то методично ломится в дверь, через которую мы только что прошли, и покрепче вцепилась в Рафаила. Он снова успокаивающе погладил меня и приказал закрыть глаза, что я с радостью и сделала.
  - Куда-то собрались, мальчики? - разнесся по залу чей-то мелодичный голосок. Определенно женский.
  Любопытство заставило меня приоткрыть один глаз и... разинуть рот от удивления. В проеме нужной нам двери стояла богиня! Ослепительно прекрасная обнаженная женщина, с сияющими серебристыми волосами и даже на вид нежнейшей кожей. А уж про огромные фиалковые очи я вообще молчу. Меня так растрогала ее нежная улыбка, что я заподозрила себя в нетрадиционной ориентации.
  - Уйди с дороги, Фейри, - с напряжением в голосе приказал девушке Старший. - Я не хочу причинять тебе вред.
  Фейри? Что-то я слышала про них. Про фей, по-нашему. Но разве они не должны быть размером с пальчик? Это ж у кого такой знатный пальчик, хотела бы я знать!
  - Уйти, дорогой? Ты действительно хочешь, чтобы я ушла? - почти пропела девушка, вызывая у меня в теле такие реакции, какие раньше вызывал только Дарик.
  Архангелы и Старший как-то одновременно сглотнули и нервно отступили на шаг назад. А Рафаил, чтоб ему пусто было, уронил меня! Пребольно ударившись копчиком, я почему-то страшно разозлилась, забыв мигом и про влечение к Фейри, и про пережитые ужасы.
  - Брысь с дороги, блондинка, нам надо идти! - злобно прокаркала я ей, вставая и потирая пострадавшую часть тела. - Мало того что меня, бедненькую, притащили в это страшное место, так еще ты тут со своей совершенной фигурой стоишь немым укором моим пропущенным урокам физкультуры и хроническому невниманию к собственным телесам.
  - Ты хочешь, чтобы я ушла? - с какими-то странными вибрирующими интонациями переспросила она.
  А я вдруг отчетливо увидела, что вовсе она не красавица. Серебристые волосы на самом деле какие-то мертвенно-зеленые, кожа не золотистая от загара, а желтая и сухая, как пергамент, зубы гнилые, вместо глаз какие-то два огонька в пустых глазницах и... короче, зрелище тошнотворное. Мой желудок совершил очередной кульбит, выразив желание сменить хозяина.
  - Нет, я хочу, чтобы ты умерла! Отвратительная тварь, прикидывающаяся красивой!
  Фейри, не ожидавшая от меня такого ответа, отшатнулась, а я, борясь со своим желудком, попыталась нащупать кинжал, подаренный Старшим ради 'дела'. Он тогда еще шутил, что сделал его из легендарного Копья Судьбы. По крайней мере, я надеюсь, что шутил. Достав, наконец, кинжал, я вдруг занервничала, решая, что делать дальше. Убить? Или просто ранить, а там она и сама смоется?
  Я хотела посоветоваться со своими спутниками, но, глянув в их сторону, увидела, что архангелы стоят на коленях перед красоткой и мужественно кривятся, борясь со сладострастием. Вот ведь невезуха! Старший же как-то странно застыл, сжав кулаки и искрясь, как неисправный трансформатор.
  - Слушай, Фейри, лучше по-хорошему уйди, - попыталась вразумить девицу я.
  - Нет! Я не позволю причинить вред моему господину!
  - Ну... тогда извини...
  Зажмурившись, я выставила перед собой пресловутый кинжал и кинулась на Фейри. Девица отскочила, защищаясь, и в итоге я чуть не врезалась в дверной косяк. Пришлось открыть глаза и смириться с тем, что мне придется самой убить ее. Хм... убить живое существо. Даже от одной мысли об этом у меня холодеет в груди и отнимаются ноги, но выбора нет: либо я ее, либо она меня и моих друзей.
  - Ты!..
  - Прости! Я должна тебя убить! Я должна!
  Кажется, фея опешила от моих слов. Или тона. Не знаю. Но она замерла. И я вновь кинулась на нее с ножом, стараясь не закрывать трусливо глаза. Я действительно должна! И я смогла задеть ее, нанеся небольшую царапину под левой грудью. К сожалению, нож скользнул по ребрам и... Меня опять схватили за шкирку и прижали лицом к полированным золотистым доспехам.
  - Не смотри, малыш, дальше мы сами.
  Я послушно закрыла глаза, стараясь не прислушиваться. Все-таки психика у меня и правда слабовата.
  Посмотреть, что случилось с Фейри, мне так и не дали, так как тело затолкали в тренировочный зал, а дверь туда прикрыли. Впрочем, зеленоватой жидкости, заменявшей ей кровь, на полу оказалось немного, так что можно рискнуть предположить, что девица еще жива. А то действительно жаль - пусть не красавица, зато верная.
  - Женя, куда дальше? - как-то привычно спросил меня Старший.
  Оглядев комнату, больше похожую на женский будуар, я решительно указала на дверь, скрытую тяжелыми бархатными портьерами веселенького лимонного цвета. Вкус, однако, у хозяина этих апартаментов сильно страдает.
  Мы уже направились к портьерам, когда дверь под ними распахнулась и навстречу нам вывалился потрепанный, но живой...
  - Энувиэль! - завизжала я, радостно бросаясь к нему на шею.
  Все-таки здорово я успела соскучиться по своим друзьям.
  - Отойдите от двери на четыре шага и бросьте оружие, иначе она умрет, - приказал эльф, а моей шеи коснулось острие его ножа.
  - Эви? Почему?!
  
  Глава 10. Друзья и враги
  
  Зачастую то, что мы видим, оказывается не тем, что нам кажется.
  NN
  
  Женька
  
  Затравленно оглядываясь, я искала выход и не находила! Эви притащил меня в какую-то роскошную спальню, отчего я впала в жесточайший ступор, пока там не появился Кес, выскользнув из тайного хода. Вот ведь скотина этот Демиург: мало того что мне пришлось из другого мира прорываться через его щиты, так еще и засаду устроил с помощью моего друга! Но друга ли? Почему он предал меня? Или, может, его заставили? Шантажировали?
  - Ну вот мы и встретились, Евгения. Хотя к чему тебе имя? Ты ведь просто инструмент, который использует мой брат для моего же убийства. А тебе, кстати, не обидно? - ехидно скалясь, спросил он, чем вызвал у меня острейшее желание пересчитать его белоснежные зубы. Желательно кулаками, но можно и задними конечностями.
  - Ничуть. Ты псих, и тебя надо изолировать.
  Я попыталась отползти от демиурга подальше, но он не позволил. Схватив за ногу, потащил меня к еще одной двери, за которой оказался его кабинет, и одним легким движением швырнул на стол с картой мира. Как я поняла, это была карта его мира. Впрочем, до нее я не дотронулась - мое тело распласталось на каком-то прозрачном куполе, защищавшем эту маленькую копию мира. Самое же неприятное оказалось в том, что мне завели за голову руки, удерживая их, как в тисках. И сделал это... Эви.
  - Я не понимаю! Почему? Почему ты это делаешь?! Мы же друзья! - кричала я ему в лицо, глотая неожиданные злые слезы.
  - Маленькая наивная дурочка. Я - его Демиург. Я дал ему приказ! Ни одно творение не может противиться своему создателю.
  Я взглянула на эльфа и увидела в его глазах такой ужас, что на несколько секунд окаменела. Лишь его губы что-то беззвучно твердили, но что, я так и не поняла. И тут в душе вскипела такая ненависть, какой я раньше и представить не могла. Мне показалось, что я готова пытать Кеса, отрезая от него по кусочку и наслаждаясь его болью.
  - Ты ничтожество, раз прибегаешь к подобным методам! Демиургу должны подчиняться из любви и уважения, а не из страха! - бравируя, прочитала я лекцию этому психу.
  - Да ну? А ты любишь Старшего? Или, может, ты его безмерно уважаешь? - ядовито прошипел он в ответ.
  Как может ребенок не любить собственного родителя? Да, я могу сколь угодно твердить, что ненавижу свою мать за то, что она со мной сделала. Я кричу, что желаю ей смерти, но осознаю, что все равно люблю ее. Все равно надеюсь, что когда-нибудь она раскается и попросит у меня прощения. И я, черт меня возьми, прощу! Потому что она - моя мать! И Старший - мой отец! Пусть не родной, но ведь все мы дети его!
  - Да! Я люблю его как старшего члена семьи и безмерно уважаю! Но такой уж меня вырастили - я насмехаюсь над тем, что мне дорого. Над Дарелином, Старшим, Мишкой, Гавриком, Шесом, Эви, честью, совестью, достоинством! Это моя защита! Я выросла там, где так ведет себя большинство людей! А ты...
  Договорить мне не дал острый кинжал, приставленный к горлу. Судорожно дернувшись, я почувствовала, как по шее стекает что-то теплое.
  - Ты лучше не дергайся, малышка. Мы же не хотим, чтобы ты лишилась своей очаровательной головки? А вот ее содержимое нам ни к чему! - выкрикнул эльф и злобно расхохотался. А до меня начало доходить, какую участь приготовил для меня Кес.
  - Нет!!!
  Демиург начал что-то бормотать на пару с Эви, а я, плюнув уже на возможные ранения, попыталась вырваться из их рук. Остановил меня лишь громкий, торжествующий голос эльфа, явно выкрикивающий слова заклинания или клятвы.
  - ... во веки веков, в жизни и смерти следую за тобой, как за судьбой. Вручаю душу свою тебе, нареченная Евгенией! Отныне явлюсь на твой зов, госпожа!
  Последнее, что я расслышала, перед тем как отключиться, - отборнейшие ругательства в исполнении Демиурга.
  Все же приятно досадить ему хоть в мелочи. Еще бы знать, в какой мелочи получилось напакостить в этот раз.
  
  - Ну же, девочка моя, проснись! Мы должны защищаться!
  Я открыла глаза и тут же чуть не задохнулась от невыносимой головной боли. Чертыхнувшись, кто-то положил мне на лоб ладонь, и боль начала медленно утихать, уступая место какому-то онемению и легкому зуду.
  - Все, теперь не больно, вставай!
  Я послушно встала и огляделась. Все вокруг оказалось незнакомым - комната, мужчина, труп... Так, что за труп? Переборов иррациональный страх, я приблизилась к неподвижному телу. Мужчина неземной красоты с торжествующей и немного грустной улыбкой на губах и... многочисленными ножевыми ранениями. Его длинные волосы испачкались в крови настолько, что невозможно стало определить их цвет.
  Глядя на погибшего, я испытала странное щемящее чувство в груди, хотя могла бы поручиться за то, что не знаю его. Уж появление такого красавца в своей серой жизни я бы запомнила точно. Такое невозможно забыть.
  Но если я его не знаю, то почему мы находимся в одной комнате? И кто тот мужчина, который разбудил меня?
  Я повернулась к незнакомцу. Он тоже оказался красивым - золотистые локоны, синие глаза, но... что-то в нем заставляло меня съежиться от отвращения. Я попыталась побороть это иррациональное чувство - с чего это оно возникло? Странно все-таки. И непонятно, что происходит.
  - Кто вы? Где я? Зачем вы меня сюда притащили?
  Мужчина вдруг устало опустился на пол и потер правую руку. Выглядел он потрепанно - ссадины на лице и руках, одежда в крови, сгорбленная спина.
  - Я твой друг, Кес, помнишь меня? Эта сволочь, наш похититель, Дарелин, что-то заставил тебя выпить и, наверное, ты от этого потеряла память! Бедняжка! А нам только представился шанс сбежать от наших мучителей! Даже стражника, этого смазливого наглеца, удалось убить!
  Так значит, это мы убили красавчика? И Кес - мой сокамерник? А какой-то Дарелин - мучитель, устроивший мне амнезию? А что я помню? Последнее воспоминание до пробуждения: меня выгнали из дома. Но вот что странно - я чувствую, что не хочу верить этому златовласому.
  - Так нам надо бежать, да, Кес? - борясь с дурными предчувствиями, уточнила я. Ощущение какой-то неправильности происходящего усилилось.
  - Сначала посмотри мне в глаза, девочка, - странным тоном произнес он. - Дарелин - твой враг! Ты его ненавидишь и боишься! Старший тебя использует! Для архангелов ты лишь марионетка, разменная фигурка в игре! Ты должна их убить! Ты сможешь!
  В его глазах и голосе было что-то, что заставляло меня верить ему! Ошарашенно кивнув, я направилась к двери. Нам же надо бежать, правильно?
  Не успела я дотронуться до дверной ручки, как дверь распахнулась в мою сторону. Зашипев, я отскочила, нянча поврежденную руку и тихо костеря последними словами того, кто это сделал.
  - Женька... - выдохнул вошедший.
  Я оглядела нахала, посмевшего ударить меня дверью и не извиниться. Еще один красавчик, но какой-то странный. Особенно двухцветные волосы - почти как у приснопамятной Круэллы де Виль из мультика 'Сто один далматинец'. И так же стоят торчком! Как будто мама не учила, что пальчики в розетку совать - идиотизм с летальным исходом.
  - Кто вы такой?!
  
  Дарелин
  
  Время пришло. Блокада снята. Штурм начался.
   Почувствовав прорвавшуюся сквозь мой барьер золотую звездочку Женьки и белые звезды ее спутников, я бросился помогать пробиваться нашей армии, состоящей из дроу и эльфов. Я знал, что они пройдут только внешний периметр, чтобы помочь мне добраться до внутреннего, где сила Демиурга уже неоспорима. Но дальше им идти и не нужно. Там вступят в сражение лучшие из воинов - архангелы и Старший. Они справятся. А я помогу в меру своих возможностей.
  Прорваться сквозь первый круг стражи чертогов мне удалось достаточно легко, так как сопровождавшие меня для пущей безопасности дроу были гораздо сильнее армии Кеса. Ну на что могут сгодиться хрупкие создания со стрекозиными крылышками и оружием, явно изготовленным из вязальных спиц?! Конечно, у них был свой козырь: крылья, работающие с ошеломительной скоростью, создавали восхитительную радужную картину, засмотревшись на которую, дроу утрачивали волю и сами подставлялись под удары. Но с этим мне быстро удалось справиться, применив заклятие замедления. Крылья наших противников потеряли способность к созданию смертельного рисунка, и эти стрекозы-переростки были сметены.
  А вот дальше начались проблемы.
  В саду нас встретили ходячие деревья. Женька как-то упоминала о них, называя дендроидами, когда рассказывала сказку детишкам. Но вот сказка и ожила, уничтожив почти половину моей армии. Нехорошая вышла история. Да и деревья странные. Магия эльфов не смогла причинить им вреда. Более того, светлые оказались деморализованы. Они никак не ожидали, что им придется бороться с тем, что дает им жизнь, - с лесом! А легкие клинки дроу не были рассчитаны на рубку деревьев. Сквозь этот строй прорвалось всего около трех десятков воинов, остальным я приказал забрать раненых и отступать.
  Проникнув сквозь второй круг обороны, мы столкнулись с... драконами? Нет, это были не те драконы, к которым мы привыкли, - разумные существа, способные принимать облик людей. Это были просто безмозглые озлобленные ящеры. Но при этом невероятно сильные! Они плевались огнем, пытались задавить нас весом, сшибали хвостами, то есть прибегали ко всему арсеналу уловок.
  - Дарелин, забудь пор нас, беги вперед! Мы задержим их! - крикнул Шес, отвлекшись на секунду от боя и утирая кровь, заливающую глаза.
  - Но...
  - Быстрее! Чем дольше ты медлишь, тем больше нас гибнет. Пройдешь во внутренний периметр, и мы отступим!
  Я не мог не признать логичность его слов, но все же очень не хотелось их бросать. Что-то подсказывало мне, что ящеры одержат над ними победу.
  Закусив губу, я кинулся вперед, сосредоточившись на своей цели - достичь внутреннего периметра.
  
  Наконец я добрался до личных покоев отца, где меня уже поджидали архангелы и Старший. Вид у них был довольно мрачный. И Женьки рядом не наблюдалось.
  - Где она? - задыхаясь, спросил я, пытаясь зажать рану в боку.
  Мне показалось, некоторые из архангелов приняли подозрительно виноватый вид.
  - Евгения увидела знакомого эльфа и кинулась к нему, а кое-кто повел себя, как желторотый птенец, и не успел остановить девушку. Если кратко, этот Эви увел ее с ножом у горла к демиургу, а мы не смогли ничего предпринять, опасаясь причинить ей вред, - пояснил Старший.
  На несколько секунд я разучился дышать, представив себе самый ужасный вариант развития событий. А потом рванул вперед, туда, где прятался Демиург с моей девушкой! При этом разборки с защитниками Кеса я оставил команде Старшего.
  Почувствовав отголоски силы отца, я поспешно ворвался в очередную комнату и... ударил кого-то дверью. Точнее, не кого-то, а Женьку. Бледная, с безумным взглядом, вся в крови, все еще сочащейся из пореза на шее, но, главное, живая!
  - Женька! - окликнул я ее, надеясь, что это не мираж.
  - Кто вы такой?! - крикнула она в ответ и попятилась к Кесу.
  Да что здесь происходит? Я же вижу по глазам Женьки, что она меня не узнала. Но как такое возможно?
  - Это тот самый Дарелин, о котором я тебе рассказывал. Он наш враг и палач, - издевательски протянул мой папаша.
  Почувствовав за спиной движение, я растерянно обернулся на архангелов. Выражение лица Старшего было чересчур мрачным, даже похоронным.
  Неожиданно Женька осела на пол, потеряв сознание. Плюнув на все опасности, я кинулся к ней и только тут заметил труп Энувиэля. Этот предатель торжествующе улыбался, будто был несказанно счастлив угодить своему господину!
  - Какая трогательная сцена! Прекрасный принц держит на руках свою принцессу, упавшую в обморок по желанию Старшего. Пытаешься спасти остатки ее рассудка, брат? Не получится. Любая ваша попытка избавить ее от моего воздействия повредит мозг. И девочка станет дебилкой, хотя и так особым умом не отличалась. Это хорошее наказание для тебя, сын. Ты поймешь, что был не прав! Ты должен был быть со мной, а не променивать могущество на игру гормонов! - истерично вопил Кес. В данный момент он вызывал у меня лишь брезгливость и жалось.
  Еще недавно он казался нормальным, просто слегка зацикленным на заветной идее. Теперь же я вижу, что он безумен. Слюна течет из уголков рта, в глазах полопались сосуды, лицо перекошено. Да и поступки его с некоторых пор стали совсем нелогичными. Интересно, отчего сходят с ума Демиурги?
  - Дарелин, забирай девушку и выходи. Дальше мы справимся сами. Он уже снял с себя защиту.
  И я вышел, прекрасно разглядев недобрый огонек в глазах Старшего.
  
  Шес
  
  Бой закончился. Все сторонники Кеса неожиданно остановились, а некоторые и вовсе попадали, потеряв сознание. Недолго думая, я рванул вперед, во внутренний периметр, наплевав на запреты Дарелина и собственные раны.
  Коридоры были пустынными, но от этого они казались еще более зловещими. Впрочем, свернув в очередной раз, я оказался в просторном зале, где сидел Дарелин. Подойдя поближе, я увидел, что на руках он держит Жени, осторожно поглаживая ее по щеке и что-то нашептывая.
  - Дарелин? Все хорошо?
  Когда он оторвался от девушки, я наконец разглядел, что вся ее одежда пропитана кровью.
  - Она жива? - взволнованно спросил я.
  - Жива. Это всего лишь царапина, которую я подлечил, - ответил он, вновь поглаживая Жени по щеке.
  - А где Демиург?
  Мне все еще казалось странным, что Дарелин, Темный Лорд, так себя ведет. Я знаю, что по отношению к этой девочке у него бездна нежности и любви, но ведь дело для него всегда на первом месте. А сейчас дело - убить Кеса.
  - С ним Старший разбирается.
  - А ты не захотел участвовать? - удивился я.
  - С ним и без меня справятся. А Женька...
  В его голосе мне послышалось нечто странное.
  - Что с ней не так? Кроме тех царапин, что ты подлечил и неестественно глубокого обморока?
  И тут я разглядел в его глазах слезы! Это настолько меня поразило, что мои ноги подкосились.
  - Когда она меня увидела, то не вспомнила. Он промыл ей мозги и внушил страх и ненависть ко мне. И изменить это нельзя. Так что, может, я вижу ее в последний раз. Не говоря о том, чтобы обнимать, целовать и...
  Уткнувшись носом ей в волосы, Дарелин покрепче обнял безвольное тело.
  - Я не знаю, что мне делать, Шес. Отпустить я ее не могу. Просто не могу! Но и удерживать силой рядом с собой, видя в глазах жгучую ненависть, смешанную со страхом, я не могу. Как мне поступить, Шес? Как?!
  И я не знал, что ответить. Даже напрягая все свое воображение, я не мог представить Жени, ненавидящую Дарелина. Это... как-то неестественно!
  - Я... Старший поможет вам, я уверен. Он обязательно что-нибудь придумает!
  Потому что если не придумает, я знаю, что произойдет. Дарелин взбесится и снова станет темным богом. Мы привыкли видеть его влюбленным и немного игривым, поэтому забыли, что он - отнюдь не котенок. Отнять у него Жени означает отнять все то доброе, что в нем есть. Он превратится в чудовище, сеющее смерть и разрушение, пытающееся чужой болью заглушить свою. Когда в прошлый раз Жени уехала учиться, он потихоньку начал звереть. А ведь она отсутствовала меньше шести месяцев, и была надежда!
  - Даже если не поможет... мне кажется, что лучше я буду терпеть ее ненависть. В конце концов она полюбит меня снова. Я знаю, она полюбит меня.
  
  Кес
  
  Какой же ты наивный, Старший. Думаешь, раз запер меня в Пустоте, то твои проблемы закончились? Нет, тебе следовало стереть мое имя из истории мироздания, а не проявлять милосердие. Пройдет время, и я обязательно отсюда выберусь. Мои творения вытащат меня. Я уже обо всем позаботился: подготовил орден 'Чистый свет' к миссии по вызволению их демиурга, создал пророчество и даже частично его расшифровал. Да, им понадобится семь капель крови моего родственника, моего сына. Семь последних капель!
  О, Дарелин, видит Хаос, я любил тебя, своего единственного сына. Я хотел подарить тебе все мироздание! Но ты променял меня на какую-то человеческую шлюшку! Ты сам отверг мой дар. И ты за это заплатишь. Ты потеряешь все: девчонку, силу, власть, а потом и жизнь. Я отберу у тебя все, что дал. Ты еще пожалеешь о своей глупости!
  
  ***
  
  Устало потерев шею, Старший тяжело опустился в кресло, скрывая постыдную дрожь в коленях. Заточение мятежного демиурга далось ему тяжело. И не последнюю роль в этом сыграло чувство привязанности к младшему брату, неразумному и неспособному нести ответственность за свои поступки, но все же любимому.
  - Что ты собираешься делать, отец?
  Семеро архангелов, семеро его сыновей, рожденных от единственной женщины, которую он любил. Но ее уже нет. Она предпочла погибнуть вместе со своим миром во время последнего передела власти.
  - Давно вы уже не называли меня отцом. Но что ты хочешь узнать, Гавриил?
  - Что будет с Женей?
  Такой простой вопрос. И одновременно сложный. Обычная девочка. Человек. Его творение. С самого начала ей отводилась лишь роль пешки, разменной фигуры. Но как-то незаметно она сумела покорить сердца и архангелов, и его. Давно он уже не видел своих сыновей такими оживленными. Они спорили, ругались, мирились и азартно пытались воспитывать строптивицу. А однажды, когда дружно довели ее до слез, точнее до бурных рыданий, все семеро с извинениями толпились вокруг нее, предлагая сладости. Она стала для них кем-то вроде любимой племянницы. А для него - еще одним ребенком, только непутевым и не всегда послушным.
  - Кес сказал правду. Любое насильственное вмешательство сейчас сведет ее с ума. Но через два-три года методичного лечения память можно будет вернуть. Пока же стоит поместить ее в привычную обстановку, вернуть в семью и...
  - На ней материнское проклятье, отец! Разве можно...
  - Не перебивай меня, Михаил! Безусловно, с ее семьей придется поработать. Негоже будущей наместнице жить в столь невыносимой обстановке. К тому же за ней будете присматривать все вы, стараясь не травмировать. Все случившееся сегодня отложится в ее памяти как кошмарный сон, так что проблемы не будет. Ты, Гавриил, как хочешь, но обучение должен продолжить, да так, чтобы она пока ни о чем не догадалась.
  Архангел поспешно кивнул, уже прикидывая, как предложить девушке услуги репетитора.
  - И кстати, не забудьте про Дарелина. Он ее явно не оставит в покое, так что именно вы введете его в курс дела и присмотрите, чтобы глупостей не натворил. И это... волосы парню тоже надо поправить. Всё. Пора возвращаться.
  Поднявшись из кресла, Старший вывел своих архангелов в зал, где Дарелин и Шес пытались обеспечить комфорт Женьке, пребывающей в бессознательном состоянии.
  - Дарелин, позволь нам забрать ее...
  - Нет! Она моя! Я не могу без нее! - выкрикнул Дарелин, изо всех сил прижимая к себе безвольное тело.
  - Дома ей станет лучше. К тому же ты сможешь ее навещать. А через несколько лет Женя все вспомнит, и вы снова будете вместе, - увещевал его Старший, прекрасно понимаю ту бурю эмоцию, что сейчас царила в душе растерянного влюбленного.
  - А если она больше не захочет быть со мной?
  - Мне так не кажется. Все же она сильно любила тебя, а это просто так не проходит. Но нужно немного времени. Отдай ее нам.
  - И все же...
  - В крайнем случае ты влюбишь ее в себя заново. Договорились?
  Дарелин неохотно кивнул и передал свою ношу одному из архангелов.
  - Позаботьтесь о ней, пожалуйста.
  
  Глава 11. Свидание
  
  Иногда легче сказать 'да', чем объяснить, почему 'нет'...
  Скромница
  
  Прошло некоторое время...
  
  Женька
  
  Эх, люблю я середину мая. Птички порхают, весело щебечут, листики распускаются, являя миру свою нежно-зеленую беззащитность. И самое главное - запах! Непередаваемый запах пробуждающейся природы, распускающейся листвы, влажной земли, ранних цветов. А еще атмосфера предчувствия любви, когда сердце так и замирает, чтобы в следующий миг забиться со скоростью триста ударов в минуту.
  Поджав под себя ногу, я сидела на старой скамеечке и просто наслаждалась существованием в целом. Жизнь прекрасна! Но есть один отравляющий фактор...
  - Ну так что, пойдешь со мной на свидание? - зябко кутаясь в куртку, в сотый раз спросил меня Дарелин.
  Вот ведь зануда! Каждый день ему говорю, что не хочу его видеть, и прошу, чтобы отстал от меня. Но ведь нет! Как баран упертый, он каждый день приходит, с цветами и подарками, и тащит на свидания. Да не пойду я! Он странный. Да и сон я про него плохой видела. Кстати, то, что именно после того жуткого сна мы и познакомились, тоже странно. И пришел ведь весь такой крутой, со словами: 'Я - Дарелин, я тебя люблю'. И на что он рассчитывал? Дуры наивные только в книгах бывают. Не бывает в жизни так, чтобы принц обратил внимание на замарашку. Короче, он мне не нравится. И вообще, я его боюсь. Конечно, не до дрожи в коленках, как раньше, но... опасаюсь. Маньяк какой-то.
  Поправив волосы, я отбросила их за спину, полюбовавшись на замечательный оттенок гречишного меда. Немного придя в себя после продолжительной болезни, я заметила, что длина волос почти до колен и они вьются, хотя раньше этого не было. Но почему-то меня преследовало ощущение какой-то неправильности всего происходящего. У меня словно изменилось мировосприятие, даже вкусы поменялись. К примеру, я считала, что 'правильно' - это синие волосы. Да еще и с красными прядями. Хорошо хоть не розовыми, но все равно извращение. Вот откуда такие дикие понятия? Бред, но достойный рассмотрения. Впрочем, как мне сказали, я сильно ударилась головой и заполучила в личное пользование частичную амнезию. Так что бред насчет 'синих волос', скорее всего, тоже является последствием травмы.
  Но я отвлеклась. Передо мной стоит шикарный брюнет, мечта всех девушек. И явно пытается уговорить на свидание. А что я, собственно, сопротивляюсь? Весна пришла и для меня. Кто я, тварь дрожащая, или право имею на короткую интрижку?
  - Ну... смотря куда, - выдала наконец я.
  Даже если не понравится, можно будет послать его куда подальше, используя веские аргументы. Конечно, сковородка тоже веский аргумент, но в сумочку не помещается. И скалка, увы, не помещается. Эх, говорили мне, покупай, девочка, перцовый баллончик, мол, одно движение пальцем - и противник у твоих ног, но ведь денег пожалела.
  - Э... так ты пойдешь со мной? - немного растерялся 'принц'.
  У него проблемы со слухом или с мозгами?
  - Если будешь так тормозить, то нет. Так куда идем, Ромео? Учти, у меня недавно объявились семеро троюродных братьев, они за меня любому морду набьют.
  Кстати, тоже странность: придя в сознание после той травмы головы, я обнаружила себя в привычной нашей с мамой каморке. Маминого хахаля не оказалось дома, что было уже привычным фактом. Но, что удивительно, не было и его многочисленных шмоток. Я, помню как сейчас, растерянно оглядывалась, когда из кухни вышла мама, неся поднос с едой. Она была чисто и опрятно одетой и трезвой. И более того, ласковой! Еда оказалась моим завтраком, и пока я поглощала все эти вкусности, мне вручили подарок - новые джинсы и куртку, а также сообщили хорошие новости: этот хмырь и уголовник исчез из нашей жизни навсегда. Остались только я и мама. Впрочем, на следующий день прибыли какие-то мамины дальние родственники, после чего у меня появилась собственная комната в трехкомнатной квартире в Питере и семеро братьев. Причем друг на друга они похожи так же сильно, как я на афроамериканца и азиата одновременно. Может, мама гулящая была? Или у папы был целый гарем. Я спросила, но они не признались. Партизаны, блин.
  - Мне не набьют. Я с ними уже разговаривал. Можешь считать, что моя кандидатура полностью одобрена, - вернул меня из воспоминаний в реальность кавалер.
  - Странно. Обычно они ко мне никого не подпускают. И всякую религиозную туфту впаривают. В смысле заставляют учить.
  Да уж, эти семеро взялись меня так опекать, что хоть стой, хоть падай. Меня учили самообороне, готовке, основам медицины и разной религиозной чепухе. При этом некоторые особо беспринципные особы не стеснялись меня отшлепывать! У, Гаврюша, я тебе это припомню! Были, конечно, в их опеке и свои плюсы, но Гаврюша... Слов нет. Одни чувства. Как сказал Эйнштейн: 'О родственниках много что можно сказать, и сказать надо, потому что написать нельзя'. Я ему много чего скажу, когда...
  - Куда ты хочешь пойти? - вырвал меня из кровавых планов мести мягкий голос Дарелина.
  Неожиданно я заметила, что этот Казанова уже держит меня за руку! И когда успел? Смерив его подозрительным взглядом и увидев, как он моментально набычился, всем видом показывая, что в этом вопросе не уступит, я решила не заострять внимания на таком ничтожном вопросе. Мы же не в Японии!
  - Ну, я бы с удовольствием сходила в кино, а заодно поиграла бы в игровых автоматах и поела тирамису.
  Понятливо улыбнувшись, он потащил меня к своей машине. Я-то знаю, что мое любимое тирамису подают в одном торгово-развлекательном центре - в 'ПИКе' на Сенной.
  Ну а на крайний безденежный случай там рядом есть мой любимый Юсуповский парк, где можно мило провести время или сесть в автобус, покататься по Невскому, поваляться на травке на Марсовом поле. Короче, есть чем заняться.
  
  А Дарелин неплохой парень. Накормил меня до отвала, поиграл вместе со мной в автоматах, каждый раз великодушно проигрывая и с непонятной улыбкой наблюдая за моим восторгом. Ну а потом повел на киносеанс. Фильм выбирала я. И кто бы сомневался, что я выберу очередную часть 'Пилы'. А что? Может, мне он нравится! И я хочу, чтобы, когда мне станет страшно... впрочем, места я попросила взять поближе к проходу, заранее зная, что может и стошнить. Как-то раз я пыталась посмотреть первую часть этого кошмара - продержалась ровно до того момента, когда закончились вступительные титры. Но кто знает, вдруг в этой компании просмотр пойдет лучше - такой мужчина рядом! Только успевай от злобных подначек ревнующих девиц отмахиваться. Мало мне проблем с памятью, теперь как бы еще и не сглазили!
  Вскоре начался сеанс. Если первые десять секунд я еще азартно хрустела попкорном, то потом мне стало не до того. Появилась новая сверхзадача - удержать все съеденное в себе. Тирамису подло просилось назад, подталкиваемое соком и картошкой фри. Тошнотворные кадры расчленения заставили мою психику серьезно пошатнуться, а желудок - выразить несогласие. Причем весьма бурное и громкое.
  - Эм... Женя, а я и не знал, что тебе нравятся подобные фильмы, - сдавленно пробормотал мой кавалер, завороженно глядя на экран.
  В его глазах мелькнул какой-то первобытный восторг. Точно, маньяк! С кем я связалась?.. Простите меня те, кому я причинила боль и хлопоты, все свое ценное завещаю Гаврюше. И чтобы он хранил этот хлам до второго пришествия!
  - А кто сказал, что нравятся? Это эксперимент... неудачный...
  И надеюсь, что подобную глупость я больше не совершу.
  На особо впечатляющем кадре я не выдержала и закрыла глаза, еле сдержав порыв натянуть на голову ведерко из-под попкорна. Дарелин же попытался меня приобнять, за что был немилосердно пнут, обозван извращенцем и педофилом и награжден злобным взглядом. Вроде как на меня обиделись. Более того, этот нехороший человек отобрал у меня попкорн и принялся его поглощать, комментируя развивающиеся в фильме события. Плюнув на все приличия и отчаявшись утащить с этого кровавого кошмара своего спутника, я стала пробираться к выходу в одиночку, терпя возмущенное шипение других зрителей. Ниче, потерпят. Для них это будет лучше, чем терпеть потом запах... специфический!
  Уже на выходе из 'ПИКа' меня догнал смущенный ухажер, явно страдающий из-за того, что я не дала ему досмотреть такой 'потрясающий фильм'. Мужчины! Как там говорится? Эх, мужчины, вас создал Бог, и в мире нет подобной твари - вам не хватает лишь рогов, чтоб вы совсем козлами стали. Впрочем, девушек в том стишке тоже опустили.
  - Да ладно тебе, нормальный фильм! - попытался оправдаться Дарелин, не зная, куда деть оставшийся попкорн.
  Смерив его взглядом 'а ты случайно не маньяк?', я вдруг почувствовала сильнейшую головную боль, сопровождавшуюся красочным видением.
  
  Дарелин... Взбешенный, мокрый, в одном полотенце, намотанном на бедра, и с походным ведром в руке.
  - Ой...
  Я машинально попыталась отползти от него подальше, так как поняла: в данный момент сын Демиурга не просто зол, он в ярости! А я как раз завещание забыла составить. Да и вообще, у меня дела в другой части этого мира, так что пора на корабль и отчаливать.
  - 'Ой'? Это все, что ты можешь сказать?! Я почувствовал твою боль, перепугался до остановки сердца, решив, что на вас напали, схватил меч и ринулся на помощь через нестабильный телепорт прямо из ванны в одном полотенце, а ты мне - 'ой'?! Я готовился увидеть, что тебя пытают, а ты ввязалась в безобразную драку! У тебя вообще мозги есть, или природой в этом маленьком черепе свободного места для них не было предусмотрено?
  Он ругался, нависая надо мной, а я... А я смотрела на полотенце и чувствовала, как начинают пылать щеки. Как назло, Дарик это заметил и смерил меня подозрительным взглядом:
  - Ты куда это уставилась?
  Я честно попыталась сделать над собой усилие и хотя бы закрыть глаза, но не получилось.
  - У тебя там... ну... шевелится.
  Он проследил за направлением моего взгляда, покраснел и оперативно прикрыл заинтересовавший меня участок тела ведром.
  - Извращенка малолетняя.
  
  Что-то мне как-то нехорошо...
  
  Дарелин
  
  Прошло уже столько времени, а прогресса почти никакого. Она меня не вспомнила. Более того, она не хочет даже просто познакомиться со мной, подружиться хотя бы. Каждый день я, бросая все дела, прихожу в ее мир, чтобы увидеть хоть ненадолго. Сначала это не удавалось - Женька шарахалась от меня, как от монстра, и отказывалась выходить из своей комнаты, заявляя, что плохо себя чувствует. А я точно знал, что до этого она могла и побеситься несколько часов подряд, и 'братьев' своих довести до такой степени, что те готовы были отправиться в добровольное изгнание. Постепенно архангелы внушили ей, что я не опасен, и мне стало удаваться проводить с ней все больше времени. Поначалу она молчала при встрече, была замкнутой и отстраненной, так как ее заставляли со мной сидеть Гавриил и Михаил. Потом начала язвить и кричать, что я ей надоел. Я уже готов был совсем сдаться и подождать до того момента, когда Старший сможет вернуть ей память, но неожиданно удача улыбнулась мне!
  Всего сорок минут уговоров, и Женька согласилась пойти со мной на свидание! Вот только если бы я знал, чем все обернется...
  Начиналось все хорошо. Я накормил ее этим тирамису так, чтобы из ушей полезло. Потом терпеливо поиграл в ее любимые игры в игровых автоматах, хотя гонки мне понравились больше, чем стрелялки. Я даже мужественно послал несколько довольно симпатичных девиц, чтобы доказать ей - никто мне больше не нужен.
  А потом мы пошли смотреть кино. Нет, мне понравилась идея. Причем весьма. И снято все так натуралистично. А некоторые из приемчиков неплохо бы и перенять. И все же я поборол желание полностью увлечься фильмом и попытался уделить внимание 'даме'. 'Дама' жеста не оценила, отпинала меня и обозвала. А потом и вовсе ушла с сеанса. Досмотрев особо привлекательный момент, я кинулся за ней вдогонку, уже подбирая слова для извинений. Уриил мне объяснил главную заповедь общения со слабым полом: если женщина не права, то лучше извиниться.
  И вот, час назад, на выходе из торгово-развлекательного центра, где я ее перехватил, она вдруг схватилась за голову, застонала и потеряла сознание, перепугав меня до смерти. Подхватив Женьку, я срочно кинулся к архангелам, отмахнувшись от нескольких предложений вызвать 'скорую'. Своим ходом быстрее получится. Рафаил сказал, что, скорее всего, имело место спонтанное... короче, вспоминать начала. Слишком рано, а потому этот процесс может быть болезненным, к тому же подобные переживания опасны для психики.
  Устало потерев виски, я залпом выпил рюмку водки, пытаясь прийти в себя. Какое-то время я был уверен, что вот-вот потеряю ее, и эта мысль казалась невыносимой.
  - Дарелин, я понимаю, ты сильно привязан к ней, но... может, лучше вам некоторое время не видеться? Для блага Евгении, - уточнил Гавриил, оперативно подливая в рюмку.
  Я и сам чувствую, что нам с ней лучше некоторое время не видеться, но как же сложно себя заставить отступиться. И этот иррациональный страх, что стоит мне только отвернуться, и Женька погибнет... С ним невозможно жить! Смогу ли я сидеть в своем замке и сходить с ума от беспокойства, зная, что еще долго не смогу с ней встретиться? Смогу! Я должен! С ней же архангелы - они защитят ее от всего, даже от себя самой.
  А я лишь мешаю ее выздоровлению. Мне действительно лучше на время уйти из ее жизни, чтобы потом было к кому вернуться. Да и делам смогу уделять больше времени. На мне ведь теперь целый мир висит. Я не могу бросить его на Шеса и только поправившегося Ингра.
  Я должен уйти.
  - Если... если для нее действительно так будет лучше, я отступлюсь до того момента, пока она меня не вспомнит.
  Но видит Тьма, я этого не хочу. Больше всего на свете я желаю сейчас пойти к ней, обнять и все рассказать, чтобы она меня поняла и не отталкивала, причиняя боль.
  Я уже собрался уходить, когда вдруг ощутил пронизывающий взгляд в спину. Обернувшись, увидел Женьку. В закрытой фланелевой ночной рубашке, с распущенными волосами и бледным лицом она показалось мне ангелом, спустившимся с небес. Впрочем, она и есть ангел. Будущая наместница.
  - Почему ты не сказал, что мы были знакомы?! - гневно выкрикнула она.
  Ангел? Да уж скорее фурия!
  - Но...
  Думай мозг, думай! Что ей соврать? Правду говорить нельзя! Или... может, хоть частичку?
  - Почему ты не сказал?! Ведь все было бы намного проще! Мы были друзьями? Или, возможно, я любила тебя? Но почему я ничего не помню? Почему боюсь тебя?! Что ты молчишь?! Отвечай!
  Она кинулась на меня с кулаками, а я не знал, что нужно делать в таких случаях. Поэтому просто обнял, пережидая эту бурю и чувствуя, как слезы пропитывают мою рубашку. Почему в такие моменты я ощущаю себя последней скотиной, хотя на деле - жертва обстоятельств?
  - Женя... тебе нельзя пока меня вспоминать, а то ты можешь сойти с ума, но... я отвечу на некоторые твои вопросы. Да, мы были знакомы, и видит вселенная, мы любили друг друга. И я тебя до сих пор люблю. А потом тебя заставили об этом забыть. Через некоторое время память вернется, и, может быть, мы снова будем вместе. Если ты захочешь. А пока я должен уйти. Для твоего же блага.
  Она лишь теснее прижалась ко мне, а я сильнее стиснул зубы. Я же не каменный, милая! Я так давно хотел тебя обнять...
  - Ты ведь вернешься, да?
  Осторожно поцеловав ее в макушку, я отстранился, чтобы заглянуть в заплаканные глаза.
  - Конечно. Когда память к тебе вернется. И ты от меня уже никуда не денешься! В этом я тебе клянусь, - улыбнувшись, пообещал я.
  Женька же проказливо улыбнулась и... поцеловала меня в подбородок! Вот зараза! Мне и так тяжело, а она еще дразнится!
  - Тогда, если ты не соврал и я тебя действительно любила, ты на мне женишься, как только память вернется! И в этом я тебе клянусь!
  
  Оказавшись в своем замке, я первым делом вызвал к себе Шеса и Ингра, чтобы объяснить сложившуюся ситуацию. Друзья выслушали меня молча, после чего начали зубоскалить. Вот этого я не ожидал!
  - Вы что, озверели? Мне нужна ваша поддержка и помощь, а вы!..
  - А что мы? Ты еще на нас отыграешься! Будто мы не знаем, что уже завтра от тоски выть будешь, а через неделю - на нас срываться и гонять так, что мы будем молить о смерти, как об избавлении.
  Ну, в чем-то они правы. Водится за мной такой грешок.
  
  ***
  
  Потягивая вино из бокала, Старший размышлял над сложившейся ситуацией. К Евгении начали возвращаться воспоминания. Слишком рано, она еще не готова к этому. Хорошо, что Дарелин все понял и согласился некоторое время не видеться с малышкой.
  - Отец, что нам делать с Евгенией? - спросил Старшего Гавриил, пытаясь скрыть рукавами пиджака ссадины на руках, явно оставленные женскими ногтями.
  - Пока ничего. Вмешательство принесет лишь вред. Подождем некоторое время. Есть и другие проблемы.
  Архангелы встревоженно переглянулись.
  - Кес оставил после себя пророчество, которое, если исполнится, грозит нам серьезными неприятностями. Более того, оно подразумевает смерть Дарелина и Жени. С этим надо срочно разобраться.
  Старшему не хотелось терять наместницу, в которую уже вложено столько сил. Да и племянник на редкость полезен.
  
  Женька
  
  Уткнувшись носом в подушку, я улыбалась как дура. Потому что воспоминания о Дарике, пробившиеся сквозь мою амнезию, оказались на редкость приятными, хоть и непонятными. Надо только маму предупредить, что у меня скоро свадьба!
  
  Глава 12. Свадьба
  
  Хорошее дело браком не назовут.
  Жених
  Прошло несколько месяцев
  
  Дарелин
  
  Устало подперев голову руками, я попытался сосредоточиться на работе. Кто бы знал, какой это геморрой - править целым миром. Точнее, исполнять функции Демиурга. Все чего-то просят, чего-то от меня хотят. Ну не могу же я разорваться!
  В дверь тихо поскреблись.
  - Убирайся, смертник, пока в кучку пепла не превратился! - рявкнул я, подозревая в посетителе еще одного чокнутого просителя, возжелавшего чего-то там.
  - Вообще-то, это я. И я - бессмертный, - с улыбкой ответил вошедший архангел Гавриил.
  Поспешно отодвинув от себя кипу документов, я приготовился слушать очередной поток жалоб на неугомонную Женьку. Эта зараза ни дня не могла прожить без шалостей, от которых страдали все семеро архангелов. Никого не обделила своим вниманием. Каждый мог почувствовать себя под пристальным прицелом ее невинных глазок орехового цвета. Впрочем, у меня архангелы сочувствия не находили, каждый раз натыкаясь на отповедь, что у ребенка второй шанс на нормальное детство, так что пусть играет. Те вздыхали, типа, пусть, но только с ними и, вообще, лучше в другой вселенной.
  - Что на этот раз малышка учудила? Побрила Михаила наголо, заявив, что локоны не в моде? Подсунула тебе в карман очередную крысу?
  - Ты ясновидящий? - удивленно поинтересовался Гавриил.
  - Нет, я просто знаю свою Женьку.
  Архангел тяжело вздохнул и буквально упал в кресло.
  - Неугомонная. Слава Старшему, скоро мы от нее навсегда избавимся. Она уже побежала покупать свадебное платье.
  Я насторожился. С чего бы это ей покупать свадебное платье? Она собралась за кого-то замуж? Найду и убью его! Никто не смеет...
  - Да, кстати, я что пришел-то, - Женька делает тебе предложение руки и сердца. Точнее, сказала, что если ты на ней не женишься, она навсегда останется с нами, бедными архангелами, и будет мучить. Так что, Дарелин, ты нам, конечно, друг, но если ты ее не возьмешь в жены, то я тебя лично удавлю, и мне за это ничего не будет.
  Попытавшись подавить надежду в зародыше, я все же хотел найти в глазах Гавриила подтверждение моим чаяниям.
  - Она...
  Архангел злорадно усмехнулся:
  - Да вспомнила она все этой ночью!
  
  Шес
  
  Я Дарелина безмерно уважаю, и даже почти люблю, как родича, но все равно он скотина! Я понимаю, что Женьку он не видел несколько месяцев. Я понимаю, что полтора года она его вообще не помнила, а значит, он бы лишен ее обычной теплоты и ласки. Я видел, как он мучился все это время, срывая злость на всех, кто под руку подвернется, и ежесекундно опасаясь, как бы девчонка опять во что-то не вляпалась. Но Тьма, это все - не повод, чтобы скидывать на меня дела, наделив особыми полномочиями правой руки и.о. Демиурга! Мне что, больше заняться нечем, кроме как возиться с миром?! Да у меня скоро наследник должен родиться (это какой по счету? Или это все тот же, который был зачат перед свадьбой? Это явно надо уточнить! Дальше вы пишете, что эльфийки вынашивают детей полтора года, но в романе, как мне кажется, все равно гораздо больше времени прошло. Полтора года Дарик с Женькой только не виделись, а до этого было и обучение у архангелов, и еще что-то. Может, лучше исправить на 'наследник родился', типа нянчить надо? В общем, прикиньте), а я тут сижу, бумажки перебираю и всяких придурков отваживаю.
  - Привет, дроу. А где Дарелин? - выпалил вывалившийся из телепорта Ингр.
  Оглядев товарища, я отметил, что выглядит он просто неприлично бодрым! Живучий, гад...
  - Свадебные хлопоты у него. И пока он занят, мы с тобой исполняем роли правой и левой руки при абсолютно пьяной и безмозглой башке! - выдал я накипевшее.
  - А я все слышал. Вернусь - заставлю храмов, посвященных тебе настроить, чтоб днем и ночью молитвы слушал, - весело из пустоты отозвался голос Дарелина.
  - Ну и слушай. Все равно нескоро вернешься, - вяло огрызнулся я, уже прикидывая степень наказания. (Ой-ой-ой, странный обмен странными репликами, особенно то, что выделено красным шрифтом. Я даже не уловила смысла. Надо переделать)
  Да что он мне сделает? У него все мысли только о свадьбе, потом медовый месяц, а потом и забудет. Так что все нормально.
  Если только Женька опознает в этом кудрявом золотоволосом чуде своего возлюбленного. Проклятье Демиурга исчерпало себя, и к Дарелину вернулся природный цвет волос, что вызвало у всех жесточайший приступ болезни 'ступор и столбняк'. Хотя посмеяться посмели только близкие.
  Ну где еще можно найти Темного Лорда с золотыми кудрями?!
  
  Ингр
  
  Все наладилось. Я поправился. Стал помощником нового Демиурга, Дарелина. Старейшины переговорили со Старшим, и он торжественно пообещал, что уже совсем скоро Женька вернется в этот мир, а значит, и у нас наконец появятся дети. Домой мы, к сожалению, вернуться не можем, так как там уже нет для нас места. Но теперь с нами будет наместница Старшего, а со временем и ее отпрыски, которые также дадут нам необходимую энергию. Вымирание больше не грозит моему народу.
  Единственный недостаток - придется переселиться поближе к замку Дарелина, но с этим можно смириться.
  
  Женька
  
  Утром я проснулась в таком состоянии, будто пила неделю, не просыхая. А все из-за чего? Из-за того, что ко мне вернулась память! Вспомнила я все: мерзкую сволочь Кеса, 'дочурку' Клинею, Энувиэля с его странной клятвой, заботливого Шеса и его женушку владычицу, дракона Ингра и, конечно же, этого вздорного, вредного, нежного, любящего гада. Я про Дарика. Надо же! Кто бы мог подумать, что он будет так трогательно за мной ухаживать, пытаясь вновь влюбить меня в себя.
  Но сейчас самое главное то, что он обещал на мне жениться! И никуда теперь не денется. Я подговорю 'братиков' провести с ним воспитательную беседу, если вдруг заупрямится.
  Вывалившись из кровати, я занялась решением более насущных проблем. Зверски хотелось попить водички. И проглотить пару таблеток аспирина. Но вот вопрос - как добраться до кухни? В смысле, ползком или на карачках? Пытаться заниматься прямохождением лучше не стоит - рухну, новых шишек наставлю.
  Выбирая между остатками самоуважения и проблесками здравого смысла, настаивавших на пластунском способе, я не заметила, как в комнату вошел Гавриил. Все содеянные им пакости я тоже вспомнила! Ну ничего, потом отомщу, времени достаточно.
  - Женечка, с тобой все в порядке? Что произошло? - заботливо проворковал он, снова укладывая меня в постель.
  - Вспомнила я, вот что произошло. Будь ангелом, сгоняй за водой и обезболивающим, а?
  Сочувствующе погладив меня по голове, архангел поспешил на кухню, прекрасно понимая, что в таком мерзопакостном состоянии я своими жалобами доведу всех до икоты. Плавали - знаем.
  - И какие планы у тебя теперь, когда ты все помнишь? - уже на выходе спросил он меня.
  - Замуж.
  
  Что делает нормальная девушка, когда знает, что скоро получит предложение руки и сердца, дополненное колечком и признанием в вечной любви? Правильно, готовится к свадьбе. То есть продумывает, какие подарки выклянчить у родственников, где отпраздновать, какой лимузин заказать, кого позвать на торжественное событие и, конечно же, какое выбрать платье. Мне вообще кажется, что девушки выходят замуж только для того, чтобы почувствовать себя принцессой в красивом платье на балу.
  На поиски платья я отправилась, прихватив с собой Мишку вместо подружки. Мы обошли уже около двадцати салонов, когда случилось непредвиденное: в очередной бутик ворвался золотоволосый красавец. И что-то было в нем до боли знакомое. Может, имя? Дарелин. Но почему у него золотистые волосы? Мне не нравится! Верните брюнета!
  - Женя... Женечка моя, ты вспомнила... - задыхаясь, выдал он, пробудив во мне пакостницу.
  - Мы разве с вами знакомы? Я этого не помню, - принимая ангельский вид, прощебетала я.
  Дарелин опешил и, кажется, совсем забыл, что вроде как должен дышать. Зато удивил нас Мишутка. Не говоря ни слова, он отвесил мне такую затрещину, что я споткнулась и, запутавшись в кринолине, упала-таки в объятия подоспевшего Дарика.
  Взглянув в его полные вселенской скорби глаза, я почувствовала себя сволочью, посмевшей пнуть котенка.
  - Женя...
  Я - Вселенское Зло. Надо сказать ему что-нибудь приятное.
  - Дарик, какая редиска покрасила тебя в золотистый цвет и сделала блондином? Ты мне нравился брюнетом. Нет, ради счастливой семейной жизни я потерплю, но учти, дразнить буду немилосердно.
  М-да... сказанула. А что я могу поделать? Мне как-то неловко рядом с ним. Давно не виделись, да и расстались не очень хорошо. Мне хочется обнять его, зацеловать, рассказать, что больше жизни его люблю, но... не знаю, как. А вдруг оттолкнет? Вдруг он меня уже разлюбил? Может, у него другая, а я тут как дура наивная платья свадебные меряю.
  А все равно я без боя не сдамся. Сейчас скажу ему, что беременна от него. Хотя, стоп, я ведь не эльфийка по полтора года детей вынашивать.
  - Э... Дарик? Ты ведь меня все равно любишь, да? Потому что я тебя люблю. Сильно-сильно. Я даже готова попытаться быть паинькой и этой, как там ее... леди. Вот.
  Неожиданно объект моих мучений прижал меня к себе еще крепче и поцеловал. Потеряв дар связанной речи, я стояла и потерянно хлопала глазами.
  - Конечно, я тебя люблю, - ласково сказал Дарик. - И в нашей семейной жизни, дорогая, тебе будет позволено почти все. Даже дразнить меня, мучить всех моих советников, терроризировать мир, капризничать, ругаться, бить посуду, крушить замки и тому подобное. Все, что только захочешь.
  Я прикинула перспективы: все можно, а братцев и Старшего рядом не будет, чтобы наказывать и сыпать упреками... Вот она, свобода! Стоп, он же сказал 'почти'.
  - А что мне будет нельзя? - подозрительно уточнила я.
  - Заводить любовников и требовать развода.
  А, ну эти запреты я как-нибудь переживу.
  - Кстати, милая, а когда у нас свадьба? - уточнил Дарелин.
  Черт! А я-то думала, какой момент я упустила?! Забыла назначить день!
  
  - Женечка, ласточка моя, успокойся, - увещевал меня Михаил, отбирая свадебный букет. Весь помятый, растерзанный, он все же сохранил остатки своего былого великолепия. А что я сделаю, если во время приступов нервозности мне нужно что-то теребить в руках?
  - А если ты порвешь платье, то нам придется отменить свадьбу, - флегматично заверил меня 'братец'.
  - Да щас прям. Никуда он от меня не денется, - зло огрызнулась я.
  - Ты про Дарелина?
  Дурацкий вопрос! А о ком я еще могу думать в самый важный для меня день?
  - Пусть только попробует сбежать! Догоню, ноги переломаю и все равно женю на себе, - поделилась я кровожадными планами.
  Михаил ужаснулся и... накапал мне что-то в бокал с водой.
  - Ты это... выпей, успокойся.
  И я выпила. А зря. Следовало сразу вспомнить, что у этого раздолбая всегда было плохо с дозировками лекарств.
  
  Церемония для меня прошла как в тумане. Помню, вышла я, спокойная, как танк, улыбающаяся, как профессиональная фотомодель. И мир мне показался таким прекрасным! Птички поют, травка зеленеет, гости, рассевшиеся по украшенным цветами скамеечкам, улыбаются, как дауны. А небо-то какое синее! Как глаза у жениха и у Старшего, решившего сыграть роль священника. И пахнет землей, нагревшейся на солнце. Как же хорошо, что решили сыграть свадьбу на природе.
  Плохо только то, что я чувствую себя укурившимся в хлам наркоманом. Не хватает только розовых слоников и зеленых чертиков. Ну или кто там должен являться?
  Старший что-то вдохновенно рассказывал о долге супругов друг перед другом, а я разглядывала своего жениха. Красив все-таки. Даже дурацкие золотистые кудряшки его не портят, а лишь придают задорный и невинный вид. И главное - весь в белом. Жаль, жители мира, демиургом которого он теперь является, его не видят, - серьезная бы ломка мировоззрения произошла.
  - Со мной что-то не так? - сквозь зубы спросил меня Дарик, сохраняя улыбку, но уже начиная паниковать.
  - Все хорошо. Когда будем ссориться и я решу оттаскать тебя за волосы, мне будет за что ухватиться, - безмятежно проворковала я в ответ.
  Улыбка исчезла с лица жениха, да и весь он как-то странно дернулся, будто сбежать собрался. Ага, как же, от меня так просто не сбежишь. У меня семеро 'братцев', готовых на все, лишь бы сбагрить 'непослушную занозу' в чужие руки. Намучались уже со мной, бедненькие. А Дарика я особо мучить не буду. Честно-честно.
  Дарелин, оценив расстановку сил, покорно вздохнул и твердо встретил мой взгляд.
  - Я постараюсь до подобного не доводить. Я буду тебя беречь, как самое дорогое сокровище, - торжественно поклялся он.
  - Уверен?
  - Как никогда раньше.
  Ну что ж, он прошел проверку. И с радостным визгом, едва дождавшись, когда Старший произнесет нужные слова, я кинулась целовать того, кто готов на такие жертвы.
  
  Впервые в своей жизни, наверное, я проснулась с ощущением безграничного счастья. В своей собственной постели (плевать я хотела, что еще вчера эта кровать принадлежала только Дарику), дома! Сладко потянувшись, попыталась выбраться из этого обиталища порока и разврата, чтобы добраться до мест не столь отдаленных, но весьма необходимых. До санузла, короче. Но оказалось, не судьба. Моя большая грелка, к которой я всю ночь с удовольствием прижималась, вцепилась в меня так, что фиг отдерешь.
  - Хорошо, - блаженно выдавил Дарелин.
  - Ага, - поддержала я.
  - Слушай, может, сгоняешь на кухню и приготовишь что-нибудь вкусненькое? Блинчики, например.
  Нет, я ему поражаюсь! Есть ли предел мужской наглости? Чтоб я после первой брачной ночи пошла печь блинчики? Да это он мне должен кофе в постель принести!
  - Я не поняла, ты что, из тех мужчин, которые считают, что жена должна быть беременная, босая и на кухне?! - справедливо возмутилась я в ответ на произвол.
  - М-м-м... красивая картинка. Ты, моя любимая жена, на кухне, беременная и голая, - невнятно пробормотал он, пытаясь подмять меня под себя.
  - Я сказала 'босая', а не 'голая'! И что это за фраза 'любимая жена'? Ты что, собираешься еще несколько завести?
  - Нет, мне пока и тебя хватает! Ну не злись, любимая. Хочешь, я пойду и попробую что-нибудь нам приготовить?
  Я прямо растаяла от его слов. Мужчина, согласный пойти попробовать что-то приготовить первый раз в жизни ради жены - это нечто. Но от пикировки я не смогла отказаться.
  - Пока? То есть ты подозреваешь, что в будущем меня хватать перестанет? - поддела я его, полностью уверенная в ответе.
  - Вряд ли. Ты... ты... слушай, а может, пока без еды обойдемся? Я так соскучился по тебе...
  И у меня не нашлось слов, чтобы возразить ему.
  
  Несколько чесов спустя
  
  - Дарелин, я тебя очень сильно люблю, но кушать все-таки хочется, - страдальчески выдавила я из себя.
  - Угу.
  - Не 'угу', а пойдем поедим!
  Мой желудок меня поддержал, яростно борясь за свои права.
  - Ну пойдем. Кто знает, может, ты уже беременна, а мой малыш нуждается в здоровом питании.
  Тьфу, блин. Невозможный тип! И почему я вышла за него замуж? Ребенок, который, наверное, еще даже не зачат, для него важнее меня!
  - Ну и конечно, моя дражайшая жена ни в чем не должна нуждаться. Она же самая замечательная, неповторимая, очаровательная...
  Не так уж он и плох. Да и желудок мой может потерпеть полчасика.
  
  Когда мы все-таки спустились вниз за едой, нас уже ждали. Меня - драконы с кучей восхваляющих речей, сводящихся к одной просьбе: проводить в их новом месте обитания хотя бы месяц в году. А Дарелина - целая очередь просителей. Мой муж скривился так, будто залпом выпил стакан уксуса и закусил чесночком.
  - Милый, за все надо платить. И за удовольствия - особенно, - пропела я ему, злорадно усмехаясь.
  Нет, я его люблю, это без сомнений. Но моему организму нужно несколько часов отдыха.
  - Бессердечная. И зачем я женился? Нужно было просто взять тебя в гарем, - притворно рассердился он.
  Ага, как же, размечтался. Пусть только попробует завести кого-то еще - убью. Причем не факт, что только соперницу.
  - Ты иди-иди, разгребай свои дела. А твоя бессердечная жена пока пойдет наделает блинчиков и съест их в компании Шеса, Ингра и Клинеи.
  Дарелин так жалостливо вздохнул, что я чуть не растаяла. Фигушки. Муж должен работать и зарабатывать!
  Дарик удалился, окруженный своими просителями, а на меня тут же набросились Шес и Ингр.
  - Ты бы не обижала его, малышка. Он ведь действительно любит тебя, как это не удивительно, - попытался устыдить меня дракон.
  - Я знаю, что он меня любит. И я его люблю. Мы просто дурачимся, подначивая друг друга. Должна же быть в пресной семейной жизни какая-то перчинка.
   Мужчины неодобрительно покачали головами, явно не понимая, что мы с Дариком действительно наслаждаемся спорами. Конечно, когда те не переходят в ссоры.
  - Он так мучился, когда ты страдала амнезией. Ходил мрачнее тучи, - поддержал друга Шес.
  - Я знаю. Мне тоже было непросто. Я чувствовала, что потеряла что-то важное. Бесилась и мстила миру за то, что никак не могу вспомнить свою жизнь. Досталось архангелам от меня, беднягам, - ностальгически улыбнулась я. - Но теперь все будет иначе. Мальчики, я обещаю, что Дарелин будет счастлив. И скучать ему не придется.
  Они лишь вздохнули, уверенные, что всем теперь скучать очень даже не придется. А что? Амнезия - хороший способ забыть о многих страхах и комплексах.
  
  Постскриптум
  
  Лежа на кровати, я пыталась пособлазнительнее изогнуться, чтобы у Дарелина проснулась совесть. Ну или, на худой конец, инстинкты. Но мой мучитель был неумолим.
  - Женя, ты должна заняться душами, которым пришло время воплотиться в физическом мире! Мы договорились, что ты будешь решать, какими талантами одарить новорожденных!
  Я надулась, осознавая справедливость упрека.
  - Ну милый, это так скучно, - проныла я, уже понимая, что все равно придется заняться вверенными мне делами.
  - Любимая, я бы хотел тебе помочь, но ты же знаешь...
  Конечно, знаю. Еще бы не знать, что мой супруг - самый занятой муж в мире.
  - Ну так помоги мне. Давай поиграем в 'фанты'! - предложила я.
  С этой игрой Дарелин уже познакомился год назад, во время нашего медового месяца, поэтому покорно материализовал шапку, наполненную бусинами, символизирующими души будущих новорожденных. Да, безответственно, но что поделаешь. Вся жизнь - лишь игра в лотерею. Кому-то повезло, кому-то не очень.
  - Ну и что мы подарим этому 'игроку'? - обреченно спросил супруг.
  - Любовь к музыке.
  Дарелин странно поперхнулся и пробормотал что-то вроде: 'Зачем наследнику семьи воров в законе музыка?' А что, пусть будет хоть один приличный человек.
  - А что мы подарим следующему?..
  
Оценка: 4.94*63  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"