Зубочекянц Сандра: другие произведения.

Океан

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    лиц противоположного пола просьба не беспокоиться.


С а н д р а З у б о ч е к я н ц.

Ж е н с к а я б и б л и я

1

Лиц противоположного пола

просьба не беспокоиться.

Религия,

в которой отрицается женское начало жизни,

не может быть спасением.

Океан

   Дилмун - страна пресветлая, страна непорочная, страна воссиянная
   Зеп тепи - первое время
   Шем - космический корабль
   Нетеру - боги
   Великий Круг - 12 богов - Высшие
   Нефилим - справедливые из ракет. Те, кто опустился на землю.
   анунаки - рядовые нефилим
   авилим - рабочий
   амелу - раб
   Дин. Гир - "справедливые из ракет" - божественный титул древних богов астронавты
   Муар - мерзость - разумное животное
   Аннедот - нечто отвратительное - разумное животное
   Энлиль - владыка воздуха, властитель Верхнего мира
   Энке - брат Энлиля - властитель Нижнего мира, рек, морей и океанов.
   Гир - кабина экипажа, для спуска на планету
   Му - поднимающийся прямо ввысь
   Халаби - пилоты
   Сапаки - покорители вселенной
   Сапари - путешественники
   Габари - великаны
   Кулиму - человек рыба
   Нин.Ти. Нинхурсаг (дева, дающая жизнь) - сестра-жена бога Энке
   На.Ру. - камни, которые поднимаются
  
    []
  
  
  
  
  
   Голые камни, серые и бесприютные, песок и Океан. Безбрежный, могучий. Океан и Континент. Больше ничего. Океан пресной воды. Вода. Единственное богатство этой никчемной планеты.
   Далеко. Очень далеко Великий Космический путь. Сюда не залетает ни один из шемов.
   Великий Круг решил - пусть будет! Послали авелима из анунаков и двоих амелу - черноголовых рабов. Грубых и примитивных. Вода. Рыба. Выживут! Два донесения - и все. Пропали. Почему? Как?
   Забыли планету. Надолго. Когда вспомнили, послали еще одного из авелимов и снова двоих амелу. Другое поколение. Рабочие профессионалы. От примитивных амелу давно отказались.
   Результат тот же. Опять забыли надолго.
  
   Почему Она выбрала именно эту планету? Много о ней говорилось в последнее время? Нет. Давно не вспоминали. Почему она ее заинтересовала? Потянуло. Решила проситься именно туда. Все равно сошлют, а то и хуже. Даже страшно подумать, что такое это "хуже". Для самых заматерелых преступников. Ей повезло. Приговорили к изгнанию, но разрешили самой выбрать место ссылки. Нетеру не церемонились с простыми анунаками. Еще бы! Высшие! Великий Круг! Двенадцать великих!
   И вот теперь ее Гир должен отделится от Шема и направиться к планете, у которой нет даже имени, только номер. "Я дам ей имя! Какое захочу!" - мелькнуло в последний момент, перед тем как она прикоснулась к На.Ру.
  
   Очнулась от тишины. Гир неподвижен. Открыла глаза. Осмотрелась. Люк открыт. Нянька лежит, вцепившись в ее ногу. Пошевелила ногой, и та, как будто ждала, раскрыла испуганные глаза и зашлась в истерике. "Ну, началось!"
  -- Прекрати! - истерика усилилась. Пока не выкричится - не остановишь. От нее одни неприятности. Помощи никакой. Зачем взяла? А был выбор? Спасибо, что позволили хоть это. С трудом, отцепившись от няньки, выбралась из гира.
   Все-таки добрались. Вопли няньки мешали сосредоточиться. Окатить бы водой! Вокруг ровная - холмистая местность. Ни деревца, ни кустика. Воздух чистый, свежий, дышится легко... тяжесть почти привычная, пожалуй, легче... или она отвыкла во время полета? Впереди... что же там впереди? Что-то знакомое. Океан! Безбрежный! Спокойный. Солнце, скалы и Океан! Тишина. Здесь нет жизни. Но кто открыл люк? Последнее, что помнит...гир вышел из-под контроля, нестерпимый жар, чтобы сбить пламя, направила его в океан. Да, именно в океан...
   Обрыв! Очень крутой. Спуститься невозможно. Кто поднял их наверх? Как они очутились на скале?
   Хныча, подползла нянька, вцепилась в нее мертвой хваткой. Маленький, пушистый комочек - все, что осталось от той жизни.
   Океан! Вот ты какой! Простор! Воздух!
  -- Здравствуй! Я прилетела! Ты ждал меня! - закричала она, протянув к Океану руки.
   Ее голос перекрыл пространство, усилился до высокого звучания... Что-то огромное, необъятное, гигантское поднялось из глубин простора и понеслось к берегу. Она застыла, не имея сил пошевелиться. Но страха не было. Удивление? Может быть... даже не удивление... скорее ожидание...ожидание...чего? А того, что случилось.
   Мгновение и мягкая, прозрачная волна омыла их и, словно поцеловав, тихо отхлынула к краю скалы. "Он понял! Он живой!"
   Она присела и опустила руки в воду:
  -- Как ты чист и прекрасен. Ты позволишь нам умыться в твоих водах?
   Вода лизала ей руки, плескала в лицо.
   Между тем, нянька успела притащить пустые сосуды и, не смущаясь, наполнила их. "Как быстро соображает. Похоже, ее ничего не удивляет!"
   Вода им действительно была нужна.
  
   ***
  
   В списке не было этой планеты. Надо доказать - она принесет там пользу. Великий круг должен ей поверить. "Ты не выживешь. Верная смерть. На других планетах есть шанс!" Я должна лететь туда. И неожиданно: Пусть летит. Разрешили взять с собой няньку и кое что... в разумных пределах... что?
   Нужна генетическая масса. Живность, семена... не может быть, чтобы на планете совсем не было почвы. Вода и трава там точно есть. Океан пресной воды и трава. В отчетах это указывалось. Что-то там хитрое с этой травой, но она есть - это главное.
   Великие дали разрешение. Ей выдали все, что она просила.
   Но почему те двое погибли? Разберемся на месте. Почему-то ее не покидала уверенность, что это ее судьба. Сны в последнее время ...Океан... Он снился ей каждую ночь. Огромная толща воды. Она опускается в его глубины...глубже...глубже... Толща воды смыкается над ней. Как хорошо. Спокойно. Уютно. Мощные звуки прекрасной музыки. Окутывают, обволакивают... Громче, громче.
   Хочу туда. Туда. К Океану!
  
  
   Зеп тепи - первое время
  
   И был первый день.
   И была первая ночь.
   И было первое утро.
  
   Утром побежала к Океану. Снова волна поднялась из пучины. Случайность? Кажется, он ее ждал. Или это прилив? Но у планеты нет спутника. Не должно быть приливов.
   Солнце. Блики. Вода! Теплая, мягкая! Броситься в воду... что-то удерживало.
   Все не так, как представляла. И океан и скалы ... что не так? Тоска. Незнакомая тоска ... Стояла не двигаясь. Тишина. Такой на ее планете не бывает. Шум ветра, пение птиц, жужжание мух... здесь - ничего. Как будто все затаилось и присматривается к ней, что она скажет, что сделает. Страшно.
   Блики, вода, солнце! Солнце! Странное солнце! Белое бесцветное и очень маленькое. Облака... совсем нет облаков. Даже днем проблескивают звезды.
   Невероятный, неправдоподобный мир.
   Мир, где нет звуков. Неправда - есть. Шумит же океан. Все слышнее, слышнее... Прибой, белая пена, нужно только спуститься с обрыва, но как? Обрыв крутой и никакого спуска... Огромная волна подхватила ее - и вот она стоит внизу на песке.
  
   Посмотрела вверх. Там, высоко, контейнер со всем ее скарбом. Как она вернется? Но раз он стащил ее вниз, так же поднимет наверх. И тут, показалось-показалось? - две гигантские руки бережно подхватили ее и - вот она снова наверху, на скале. Что это? Океан читает ее мысли? Разумный океан?
  
   - Нет! Не сейчас! - Чего она так испугалась?
   Что-то кричит нянька. Надо возвращаться. Не отстанет.
   Нянька нашла жилище. Тех, первых. Пещера в скале. Обширная, удобная. Постель, вещи, много полезных вещей: приборы, датчики, батареи, большие пищевые запасы - обживались серьезно, что же с ними произошло? Где они? Об этом потом.
   Успокоилась и принялась за работу.
  
   Связалась с шемом, он еще кружил на орбите - долетели, все в порядке. Прощайте. Через год - какой год, по какому времени - следующая связь. Она больше никогда не увидит и не услышит их.
   Первые дни осваивалась, оглядывалась, бродила по окрестностям, не рискуя удаляться от берега, стараясь понять, как жить на этой планете.
   Голые камни и Океан. Но где трава? Наконец в низинах - Луга. Зеленая, плотная, сильная трава. Как она растет? Лужи. Огромные лужи и в них трава.. Растет в воде. На дне почва? Или что?
   Углубляться не решалась, кто его знает, что там найдешь, что том встретишь. Она не боялась Океана, но боялась суши. Одни скалы - странные скалы. От них исходила угроза. Ни крупицы земли, только трава...
   Сорвать. Приблизила руку - трава ощетинилась, норовя резануть по пальцам. Острая, агрессивная.
   Странная планета. Разумный Океан, мыслящая трава, может быть, и камни обладают чем-то вроде разума?
   Растет трава - будут расти и другие полезные растения.
  
   Жизнь налаживалась. Особая. Не похожая на ту, к какой она привыкла там, на своей планете. Она не создавала ее, скорее жизнь сама диктовала ей условия, а она только подчинялась.
   Планета маленькая, меньше, чем та, где она родилась. Дни здесь короче. Дышать, двигаться легче.
   Необходимо заложить программу - даты, дни, года... Стоп. Какие года? Что принять за точку отсчета? Ее прилет? Впрочем, должны же здесь быть какие-то природные изменения? Планета живая, есть солнце, может быть другие планеты... Потом. Все это потом. Время покажет. Впрочем, у нее есть техника и большие возможности. Кстати, ведь есть и работа - раз в год должна корректировать маршруты кораблей и посылать позывные в эфир. Раз в год и только. Посмотрим, может быть пошлю, а может и их пошлю. Нет меня, исчезла, как те двое.
   Через несколько дней снова решилась подойти к обрыву. Океан словно ждал ее. Тут же две огромные руки подняли ее и понесли высоко над планетой.
   Страшно? Нет. Весело, радостно до головокружения. Вот он материк! Мир, где суждено жить. Огромный. Однообразный и почти ровный. Скалы? Скорее небольшие холмы, выпученности. Нет, пусть будут скалы. Нигде она не заметила спуска к воде. Берега не было, вода билась об основания высоких скал, которые и составляли линию берега. Лишь кое-где просматривалась узкая песчаная полоса. Если бы не Океан, она вряд ли смогла спуститься к воде, но это так, мысли вскользь, ей не грозит умереть от жажды.
   А Океан поднимал ее все выше, выше. Страх. Чем дышать? В высотах нет воздуха.
   Вдруг увидела себя внутри огромной капли. Плотной и упругой. Как в капсуле. Надежнее чем гир, в котором они прилетели. Капля плотно охватила ее, предохраняя от высоты, в которую ее занесли руки Океана. Успокоившись, она принялась осматривать свои владения. Она увидела весь мир, где суждено жить. Материк. Он показался ей маленьким и однообразным, скалы, скалы и трава, море травы, пятна зелени на фоне раскаленного белого камня, а вокруг белесый от солнца океан. Невообразимое пространство воды и только.
   Континент, однообразный, слегка изогнутый, расширяющийся на концах и суженый ближе к центру, на нем гигантское зеленое пятно. Трава. Зеленый океан. Два океана. Вода и трава. А дальше что?
   Поперек континента ровный черный шов. Зачем? Что он означает. Как бы спуститься пониже. Достаточно мысли - и вот она мчится почти над самой чертой.
   Нет, не все так просто. Щель, расщелина, мрачный провал, обиталище мрака. Она не знала, как определить. Через весь материк тянулся глубокий, темный след, провал, широкая полоса. Как будто какая-то неведомая сила пыталась переломить пополам эту ровность серого камня. Страшновато. Поперек континента! Кто это сделал? Не хочется думать.
   Гигантская трещина. Что ждет его, когда два части разойдутся, раздвинутся и Океан хлынет между ними. Разлом. Через весь континент. Глубокий, затягивающий. А оттуда что-то страшное, будто чудовищные корявые руки. Тянутся к ней! Схватить, уничтожить. Она отпрянула и тут же послушная капсула взмыла вверх, унося подальше от опасных чудовищ.
  
   Но куда он несет ее. Укачивает, убаюкивает, то поднимет к самому небу, то...бух... в глубины. Страшно? Да нет. Она поняла сразу, гибель ей не грозит, он не погубит ее, она нужна ему. Сама не зная зачем, спросила: "Ты ждал меня?" И по тому, как заколыхалась вода, поняла, "да, ждал".
   Как долго это продолжалось? День, больше. Она очнулась на берегу, на горячем шелковистом песке. Океан лизал ее ноги, гладил тело и что-то урчал довольный.
  
   Каждый день встречи с ним. Руки Океана, такие сильные, такие ласковые - неужели такое возможно?
   Океан, ее Океан! Ее возлюбленный, повелитель, слуга. С ним она всесильна, может все. В считанные минуты пролететь надо всей планетой или опуститься в самые мрачные его глубины.
   Вода укачивала, гладила кожу, омывала волосы, струилось вдоль спины, по рукам, ногам.
  
   А вдали, словно по волшебству возникали картины. Миражи? Вглядевшись, поняла, нет - не миражи. Мираж, как она слышала, возникает из знакомых образов, а здесь...перед глазами проходили странные, чужие миры. Она поняла, что может наблюдать жизнь Космоса.
   Миры разворачивались перед ней, словно предлагая: выбери меня. И Она выбирала, перелистывала один за другим. Сравнивая, останавливаясь на одних и мельком пробегая другие.
  
   Миры.
   Особенно часто Она возвращалась в Мир странной и почти невидимой планеты. Два безжалостных светила перекрывали ей космический простор. Медленно и осторожно скользила она между ними по сложной петле. Маленькая, но очень упрямая. Она не смирилась со своей участью. Вода - вот что ее спасало. Это была водная планета. Густой туман испарений окутывал ее, делая невидимой, спасая от перегрева и испепеляющего жара.
   С удивлением Она обнаружила, что планета обитаема. Странные и необычные существа населяли ее глубины.
   Она часто посещала эту планету, предпочитая другим мирам. Что-то привлекало ее в ней. В начале, вид обитателей внушал ей ужас. Их чешуйчатая, как у рыб, кожа, скользкая, блестящая, вызывали брезгливость и даже омерзение. Удлиненные, как у рыб головы, жабры, а вместо плавников настоящие руки и ноги. Но в их телах было столько грации, гармонии, а глаза лучились таким глубоким разумом, что она перестала замечать все неприятное в них, привязалась и полюбила жителей этого странного мира, который они называли Кулиму.
   Огромные многочисленные пустоты подводных рифов были их обиталищами - поселениями. Залы. Переходы. Разнообразные большие и маленькие помещения. Стены оплетали причудливые водоросли, освещая пространство разноцветным светом. Крабы - уборщики, просеивая песок, устилавший пещеры, часто, словно развлекаясь, меняли рисунок и цвет этого необычного пола. Здесь кулиму проводили большую часть своей жизни. Куда девалась вода? Ее не было. Жители передвигались на двух ногах и дышали легкими. Вот зачем им руки и ноги.
   Странный мир. Лишь когда Светила на короткое время исчезали за горизонтом, клубы испарений частично рассеивались и наступали прохладные сумерки, кулиму поднимались из глубин в чудесных раковинах, запряженных в упряжки прирученных морских животных. Они отдыхали от привычной тяжести и духоты, и любовались звездами, которые каким-то чудом становились видны.
  
   Старшие общались между собой, сидя в своих раковинах, отливавших всеми цветами перламутра, или уплывали далеко к другим поселениям. Встречались с друзьями, что бы решить общие вопросы или просто повеселиться. Молодежь развлекалась скачками на огромных рыбах, уносивших их к горизонту. "Как похоже на мою планету - думала Она. - Вода - это жизнь".
  
   А вот еще мир. Бесконечно старый. Погибающий. Его обитатели
   молились Природе. Боготворили ее.
   Исходя из того, что всякое творение совершенно подмечали особенности растений, животных, даже камней. Они шли путем био прогресса. Создавали животных и растения, живые ткани, служившие им одеждой или жилищами. Выращивали птиц, рыб или наземных животных до огромных размеров и передвигались с их помощью на большие расстояния.
   Зная, что их Светило умирает, они создали существ, могущих долгими периодами жить и плавать в просторах вселенной, которым не страшно безвоздушное пространство, где они находили пропитание в своих бесконечных странствиях. Огромные, покрытые сверхпрочным панцирем, захватывая и поглощая все, что встречалось на пути. Планеты, блуждающие и постоянные, кометы, каменные глыбы...ничто не страшно. Полые внутри, они служили надежным укрытием для обитателей от бесконечного пространства под жутким названием Космос.
  
   Сколько историй, сколько неизвестных, странных миров увидела она. Когда, устав от впечатлений Она возвращалась на свою планет и засыпала, Океан укутывал ее белой пеной, теплой и пушистой и убаюкивал - спи любимая.
   В своем мире она слышала слово "капризы". В том мире капризы не признавались. Осуждались. И вот впервые исполнялись все ее капризы. Так ей нравилось думать. Она вспомнила водную планету и, ее жителей, представила огромную раковину красивую перламутровую, какую видела и, зажмурившись, пожелала такую же. Удобную и просторную. И почти сразу очутилась в ней. Сверкающая перламутром, огромная раковина приняла ее, словно была предназначена для ее покоя и удобства.
   Крупные отборные жемчужины засверкали в открытых створках раковин вокруг нее - бери, сколько хочешь. Кораллы всех мыслимых цветов и видов и другие прекрасные, неизвестные ей камни, - все было к ее услугам. Океан дарил ей весь мир. Бери, только не покидай меня. Так она прочла его желание.
   Сколько она находилась в Океане - не помнила. Дни сменяли один другой, а она носилась по огромному простору, не думая ни о чем, развлекаясь и забавляясь. Едой ей служили устрицы и морские водоросли, оказавшиеся очень вкусными и питательными. Воды ... весь океан. Что еще нужно? О чем можно мечтать!
  
   Океан кишел невероятными тварями, в отличие от континента, безжизненного и пустого.
   Большие и маленькие, медлительные и проворные животные.
   Особенно ей нравились небольшие зверьки, игривые и ласковые, но такие бесцеремонные, что ей порой приходилось прогонять их.
   Они имели очень красивый бело-голубой мех, мягкий и плотный. На лапах перепонки, а хвосты короткие и плоские. Кошки, как она прозвала их, были отличными пловцами и охотниками за рыбой. Их норы находились в скалах, которые нависали над Океаном. Искусно расширяя любое углубление или щель своими острыми когтями, они укрывали там свое потомство.
   Ночами из глубин поднимались огромные рыбы, с осмысленными глазами и длинными лапами. Поющие рыбы. Они пели странными голосами, вернее издавали немыслимые звуки, которые, казалось, наполняли все вокруг. А вместе с ними всплывали еще более странные существа, круглые, как шары, с бесчисленными глазами, с любопытством взиравшими на мир, который, казалось, они увидели впервые. Серьезные и важные они вперяли в нее свои многочисленные глаза, словно вопрошая: "кто такая, откуда взялась?"
   Днем эти существа прятались в океанских глубинах, а когда угасал день, поднимались на поверхность и начиналось волшебство. Поющие рыбы настраивали невидимые инструменты и начинали волшебный концерт. Глазастые рыбы, мигали выпученными глазами, и с каждым миганием вспыхивали разноцветные огоньки. Казалось, весь Океан утопал в огнях и звуках.
   - Я - богиня! - думала Она, - Мир принадлежит мне, и все, что есть в этом мире - мое, и только я могу дать название этому миру! - Забавляло ее, что все окружающее, как бы не существует до тех пор, пока не имеет имени. Давала произвольные имена, чаще всего по аналогии с тем, что помнила, а иногда первое, что срывалось с языка. Диковинные, поющие рыбы, животные, моллюски, водоросли - все было ей подвластно. Сплела из волос длинную нить и нанизывала не нее крупные жемчужины. Прекрасные ветки кораллов украсили голову, длинные водоросли оплетали ноги и руки браслетами, жемчужины, перламутровые раковины украсили грудь и шею.
   "Жаль, что никто не видит меня в этом наряде".
   Но однажды она проснулась от легкого покачивания в своей раковине. Волны легонечко подталкивали ее к берегу. Открыла глаза, потянулась. Что это? Напротив, совсем недалеко, в огромной перламутровой раковине, лежала обнаженная красавица, увитая многочисленными украшениями. Вскочила удивленная. Красавица тоже вскочила. Шагнула вперед. Красавица сделала то же самое. Поняла. Зеркало! Огромное, гигантское зеркало! Откуда! Присмотревшись, поняла. Кто-то отполировал скалу до черноты, превратив ее в зеркало. По бокам, зеркальную поверхность обрамляли гладкие похожие на мраморные, ступени причудливой лестницы. Раковина коснулась берега и зарылась в песок. Подошла ближе, неужели это она? Никогда не думала, что может быть такой. Это Он подарил ей весь этот мир и зеркало в придачу. Как хорошо, что теперь можно спускаться и подниматься по ступеням, не ждать, когда Океан вознесет ее.
   Она медленно поднялась наверх, как хорошо, наконец, прийти домой, как хорошо, что у нее есть свой дом.
   Время летело... впрочем, на этой планете еще не было времени...
  
   Неужели прошло всего... сколько же прошло времени? Ей кажется, что она здесь живет всю жизнь, что только здесь настоящая жизнь, а там... там только сон, неприятный тяжелый сон, который ей приснился когда-то.
  
   Нет, она счастлива, что ее сослали сюда. А может, ей просто повезло, ведь она могла попасть на другую, совсем другую, планету. Что тогда? Если бы не Он, не ее Океан, не живой Океан... страшно подумать.
  
   * * *
   Когда она поняла это, то в первый момент испуг, страх сковал ее.
   Потом, когда оцепенение прошло, начала понимать - да, это благо, это то, что ей нужно. У нее будет ребенок, она не будет одна. Она не будет одна - постоянно вертелось у нее в голове. Но как же так, кто его отец. Невероятно. Впрочем, почему невероятно, здесь на этой планете нет ничего невероятного. Все возможно. Впрочем, какая разница, у нее будет ребенок сын или дочь. Он поможет ей, как помогал до этого. Это его ребенок! Постепенно эта мысль утвердилась в ней. Это будет первый человек, настоящий сын планеты, дотоле одинокой и дикой. Постепенно их будет много, она родит других детей, много детей. Раз Он дал ей одного, Он сможет дать ей и других... она не одна. Впрочем, есть же нянька. Странно, обычно такая навязчивая, нянька совсем исчезла, как будто растворилась. Правда, и она о ней почти не вспоминала. Интересно, чем она занимается, где бродит.
   Нянька здесь. Дом, пещера, в порядке. Чисто, прибрано, все, как нянька любит.
   Выводок утят прекрасно освоился и, вскоре, в водах зажелтели маленькие комочки. Возле пещеры заквохтали куры. Это тоже нянька. Наверное, нянька в тайне от нее захватила биомассу. Какая хозяйственная - подумалось в который раз.
   Впрочем, не до нее. Даже лучше, что ее нет. Не переносила ее криков и бесконечных приставаний.
   Она успокоилась. Жила как воздух, как вода. Ни о чем не думая. Спала, гуляла.
   Вечное тепло, вечная красота - такой была ее жизнь на планете.
  
   Одно пугало. Трава. Острая, как бритва, она не подпускала к себе, ощетинивалась, едва она подходила. Странно ни крупицы земли, а такая сочная на вид трава. Из чего же она росла?
   Загадочная планета. Кстати, она до сих пор не встретила никаких признаков, никаких следов тех, первых поселенцев. Куда они делись? Если погибли, то должны же остаться хотя что-то... Первое время она пробовала искать их, а потом забыла в том безумном ощущении счастья, безумного ощущения себя в соединении с ним, с ее Океаном. Так и не догадалась спросить его, ведь он наверняка знает, что стало с ними. А что, если и ее это ждет? Нет, Он бережет ее, охраняет. Может быть, их зарезала трава? Ринулись в самую гущу...даже страшно подумать, что произошло потом.
   Шли дни. Время летело в два три раза быстрее, чем там на ее планете. Она привыкла просыпаться рано. Любила наблюдать восход солнца, нежась в своей раковине под сопение любимых кошек. Однообразие не утомляло ее, наоборот, казалось, так будет всегда. Ласка, нежность. Радость.
  
   * * *
   Как долго не наступало утро. За окном сумрак. Что случилось? Странно. Обычно, Он долго не отпускал ее от себя, а вчера, еще не зашло солнце, а он поднял ее на скалу, чего давно не делал. Она предпочитала подниматься медленно, часто оглядываясь, а вчера... Он, не спросив, поднял ее и еще легонько подтолкнул к дому - "иди". А сегодня... она глянула наружу и испугалась. Не было ни скал, ни неба. Ничего. Сплошное серое, густое месиво. Что это? Открыла дверь, протянула руку и отшатнулась. Сплошная непроницаемая стена. Серая стена. Мерзкая, липкая. Она словно тянул к себе, затягивала...
   Вот оно! Вот тот ужас. Он стоял у порога плотной липкой стеной. Неужели все кончено. Неужели все была ложь. Любовь, солнце, Океан.... Вот что ее ожидало. И тишина! Такая глухая тишина! Хуже, чем тогда, когда она прилетела. Тогда слышался шум волн, шум ее Океана, а сейчас - звон в ушах и только. Не слышно собственного голоса. Где нянька? Где она? Пробовала позвать ее, крикнуть - никакого ответа. Да и собственного голоса не слышно.
   Все-таки решилась, протянула вперед руку, в самое месиво. Что-то сильно потащило ее, сильно, уверенно, властно. Мерзкие рожи, сущности. Корявые кривляния. Угрожающие. Уроды. Мерзкие, пакостные. Схватили за руку. Тянут к себе. Нет сил вырваться. Чудом выдернула руку. Отбежала от входа. Похоже, они не могут проникнуть в пещеру. Вход, как барьер. Все, что под сводом - в безопасности.
  
   Сколько прошло времени? Не помнит. Мир исчез. Навсегда. Больше никогда не будет Океана, воздуха, солнца. Ничего не будет. Только этот жуткий туман, кисель, страшный, серый. Очень хотелось есть. Нашла пакеты еще той еды, которую привезла с собой. Когда-то казалась очень вкусной, а сейчас отвратительной. Есть немного воды. Сколько так протянет? Это когда-нибудь кончится? А если нет? Сколько прошло времени. День. Ночь. Еще день, а может... где Нянька? Что с ней?
   Вспомнила Разлом и тварей живущих там. Они выбрались, захватили планету!
   Так и было! Те, первые, ушли и пропали. Ужас. Трава! Представила, как та режет кожу, руки, лицо, ноги, кромсает, превращает в кровавое месиво. Невмоготу. Сил нет терпеть. Если бы знать, сколько это продлится. Почему молчит Он? Или Он тоже бессилен? Он знал, что ее ждет, вчера... почему вчера.... сколько же прошло времени... тогда, в последний раз он сам выплеснул ее на скалу и заставил идти домой. Раньше с трудом отпускал, а в тот раз гнал насильно... Ребенок в ней, что будет с ним. Ужас, ужас, ужас. Ходила по пещеру кругами, не в силах думать, рассуждать, повторяя только одно слово "ужас"! Бред обступил со всех сторон. Лучше сразу... туда... и будь - что будет! Мысль охватывала все больше и больше. Не в силах противится, шагнула в кромешное месиво. Мягко и цепко поволокло куда-то, облепило тело, связало руки и ноги и потащило. Неудержимо, бесповоротно. Что-то липкое, влажное набилась в уши, нос, рот. Душило, душило, душило. Все. Это была ее последняя мысль. Сопротивляться сил не было. Последний глоток воздуха, последний проблеск сознания. Последний миг и где-то далеко, как видение, легкость, прозрачность, воздушность, хрустальный звон. Как хорошо!
   ***
   Что это? Кто это? Да ведь это же она. В зеркале? Нет, не в зеркале. Она идет по берегу Океана, красивая, молодая, счастливая. А это... Дети. Бегут впереди, смеются, играют, нет, не маленькие... большие. Белокожие, ясноглазые. Ее дети. Смеются, поют, играют!
   Большой, красивый зал. Трон.
   Много народа. Обнаженные загорелые тела, яркие браслеты, ожерелья. Все поют, танцуют! Как весело! Все ждут, что скажет Она! Стоп! Что-то не так!
   Черноголовые! Анунаки! Откуда? Убрать, убрать. Пусть они исчезнут!
   - Нет! Не хочу!
   ***
   Открыла глаза. Солнце, тепло, золотое небо, золотой океан... она покачивается в огромной раковине.
   Что было со мной? Странный звук. Плач. Плач ребенка. Рядом двое беспомощных младенцев. Дети? Откуда? Это же мои дети! Как все это случилось? Вспомнила. Ужас! Страшный. Холодный и вязкий. Шагнула. Потащило. Она не сопротивлялась. Не было сил. Ни кричать, ни дышать. Потом... что было потом? Последнее - воздушный колпак. Накрыл ее, и сразу стало тепло и уютно. Больше ничего. Это Он. Это Он спас ее. Он помог ей. А это дети! Ее дети. Его дети. Как хорошо. Впереди жизнь. Радость, люди. Много людей, сон рассказал ей об этом. У нее будет много детей, она будет.... Кем же она будет, как она назовет себя... нет, пусть они сами назовут ее, когда их будет много... Но, что же с ее домом? Пора домой. Сколько прошло времени? Хочу домой, хочу есть, хочу жить, хочу быть счастливой. Я буду счастливой!
  
   ***
   Скорей домой. Нянька исчезла в ночь перед туманом. Что с ней? Сколько себя помнит, нянька всегда при ней. Стала привычкой. Частью ее самой. Пропала... нет, только не это, она очень разумна. Могла предвидеть все... так ей всегда казалось. Страшно подумать...Почти вбежала в пещеру и замерла.
   Зажмурилась, тряхнула головой... наваждение? Они сидели на кровати... Рядом с нянькой сидел черноголовый, у которого на руках лежал младенец.
   Слова застряли в горле. Они обернулись одновременно в ее сторону. Мгновение. В глазах испуг и страх. Удивление на лицах. Недоумение. Надеялись, что ее нет в живых? Первой опомнилась нянька, бросилась к ней:
  -- Жива!!! Какое счастье!!!
   Что-то резануло в словах, нехорошее шевельнулось внутри. Исчезла радость, окрыленность.
  -- Это Адапа. Он нашелся. Они остались живы! - суетилась нянька.
  -- Кто они? О ком ты?
  -- Двое амелу и Адапа. Они прилетели с темя...с двумя...ну, ты знаешь.
   Она внимательно посмотрела на черноголового. Явно из последних разработок. Она помнит этот вариант, понимает речь, сам способен говорить. Почти равен им. Богам.
  -- Где они. Что с ними? - она чувствовала, что едва сдерживается. Почему? Черноголовый понял:
  -- Госпожа, я объясню! Первый погиб. Я не знаю. Мы прибыли позже. А мой хозяин ушел перед Туманом. Я искал его, потом... я не виноват...
  -- Странно. Ты жив, а твой господин...
  -- Он приказал... потом Туман, господин большой, а пещеры маленькие. Негде спрятаться.
   Понимала, правды не добиться. Она в их власти. Страшно. Одна. Нет, не одна. Он защитит ее.
  -- Амелу тоже выжили. Где они?
  -- Пасут стадо.
  -- Какое стадо?
  -- Козы, овцы. Они сами, как животные, не говорят.
  -- А это откуда? - она пристально посмотрела на няньку, указав на младенца, лежащего на кровати.
   Оба бросились на колени, нянька зарыдала.
   - Значит вы давно вместе? - Вот почему нянька молчала, когда она пропадала днями и ночами, не устраивала ей истерик. Вот как она нашла эту пещеру. Нашла не она, ее нашли. Занималась своими делами. Знала и не предупредила ее. Туман! Вот как они назвали это явление.
   Что делать? А что она может сделать. Она не верила в коварство черноголовых. По милости одной из них она здесь...
   Она сильнее их. Нетеру создавая черноголовых, предусмотрели, кажется, все. Сильный, рослый самец доходил ей до пояса, или чуть выше, а ведь она не из самых высоких анунаков. Сказалась кровь матери. Она умнее их, знает то, что им не положено знать. Но что значит все это здесь. Силой они наделены щедро.
  
   Понятно, черноголовые были задуманы, как рабы для работы в шахтах. Нетеру нуждались в сырье, но труд в шахте очень тяжел. Нужны рабы, рабочие, понимавшие нужные команды, говорящие, даже мыслящие. Энке, властитель Нижнего мира и моря, возглавил этот проект.
   Энлиль не любил черноголовых, считая их опасными и коварными. Только благодаря Энке, он не уничтожил их.
   И вот теперь она одна с этой проблемой.
   Оглядела Адапу. Широкоплечий, мускулистый, с ним нелегко справиться, а ведь есть и еще двое, да и нянька, так легко предавшая ее. Она знала о Тумане и не предупредила. Если бы не Океан, она бы погибла, как те двое.
   Запищали дети. Все трое разом.
   - Их надо покормить. У меня много молока, всем хватит. - Она покорно отдала малышей в руки Няньки и тут же поняла. Проиграла.
   Вечером пришли два авелима - пастухи - привели коз и овец. Несколько собак прыгало вокруг них.
  -- Откуда это?
  -- Не знаю - пожал плечами Адапа. - Наверное, привезли с собой, имея в виду первого поселенца.
   Зря интересовалась. Черноголовые едят мясо. Ей самой нравился запах еды черноголовых, но пробовать не решалась.
   Амелу и Адапа были одеты в шкуры. Очень мягкие и красивые. Тончайшая работа. На ее вопрос, откуда они, ответили - это Туман. Туман несет всему живому гибель. Шкуры - все, что осталось от баранов. Выжили, как ни странно, утки, куры и гуси. Перо бережет?
   В доме плакали малыши. Нянька суетилась, причитала - черноголовый - есть черноголовый, подумалось в который раз. Чуть нештатная ситуация, она ударяется в панику. Села, взяла детей на руки и приложила к груди. Неумело, очень осторожно, но малыши, повинуясь вековым инстинктам, присосались к долгожданным сосудам и зачмокали. Жизнь продолжается. Ничего приспособлюсь. Он мне поможет. Я не одна.
   Разглядела детей. Что это? На ногах перепонки, ноги похожи на маленькие ласты. Естественно, они же его дети.
  
   Ночь прошла удивительно спокойно. Утром проснулась с первым лучом. Покормила детей, передала их няньке. Потянуло во двор.
   Но что-то, все-таки, изменилось. Что? Поняла. Исчезла, совсем исчезла трава. Горизонт пуст.
   На другой день приплелся еще один амелу. Грязный. Жалкий. Впечатление такое, что у него не все в порядке. Ничего и этот пригодится в хозяйстве. Физически здоровый - это главное.
   Но сюрпризы на этом не закончились. Везде, куда ни посмотри, лужи. В любой ямке, трещине, углублении клочья тумана. Остерегалась прикасаться к нему. Но однажды заметила, что утки и куры пьют эту жижу и жиреют на глазах. Значит, он не опасен.
   Через некоторое время, выйдя наружу, не узнала своей планеты. Яркие цветы, огромные, сияющие. Откуда? Лужи. Их породили эти жуткие лужи. Запах наполнял весь мир. Нежный, одуряющий. Запахи перемешались в симфонию, звучали.
   Запахи пели. Чудо, какого она никогда не видела. Цветомузыка. Природная цветомузыка.
   Значит, это не туман. Раствор, насыщенный раствор, био раствор. Решила провести эксперимент. Высыпала в небольшую лужу семена первого попавшегося растения. Оказался укроп. Через несколько дней появились первый ростки, потом побеги, и, буквально через неделю с небольшим, сильный, жирный укроп украшал ее обеды и ужины.
   Цветы цвели недолго. Вскоре они начали вянуть, а на их месте появилась буйная и обоюдоострая трава. Так вот откуда она, вот кто порождает ее. Значит, большую часть года на планете растет эта трава, потом наступает период Тумана, потом период цветов и снова трава. Или это случайность? Посмотрим.
   Видимо так и погибли те двое ее предшественников. Ушли в туман и не вернулись. Где-то их бренные останки. Но почему Он не помог им? Потому что не любил. Он ждал ее. Жестоко. Да, но, если бы они жили здесь, если бы не погибли, она никогда не прилетела сюда.
   Заселить эту планету суждено именно ей... или... Видимо так.
  
    []
  
   Давним давно ее родную планету заселили чужаки. Они прилетели из космоса, когда планета не обладала разумом. Растения и животные. Рефлексы и инстинкты. Да еще минералы. Планета очень богата минералами. Золото. Вот что привлекало чужаков. Их родная планета, уже не могла давать своим детям необходимое укрытие, защиту. Истощилась. Но самое страшное, истощилась атмосфера, сам воздух стал мало пригодным для нормальной жизни. Родная планета могла погибнуть. Золото! Вот их цель. Много золота. Только оно могло возродить умирающую планету. Достаточно распылить его в атмосфере и планета вновь начнет дышать, как в молодости. И здесь оно имелось в изобилии. Пришельцы нашли его, золото. Много. Правда, его нужно добыть. И добыть в трудных условиях. Глубоко под землей хранилось оно. Но пришельцев это не пугало. Они вырыли шахты и начали производить работы. Низшие анунаки трудились почти без отдыха, доставляя золото в космопорт, затем на орбиту, откуда груженые шемы доставляли его на родную планету. Но труд на шахтах был тяжел и опасен. И рядовые анунаки восстали.
   Великий Круг задумался.
   Высшие поняли - нужны рабочие, рабы. Неприхотливые, сильные. Обладающие зачатками разума, что бы понимать необходимые команды, а главное послушные и покорные. На планете существовали двуногие животные, обладавшие этим качеством. Решено было развить их природные способности и научить мыслить.
   Великий Энке и его сестра-жена Нинту, Нинхурсаг, как ее стали называть, в лабораториях производили опыты. Четырнадцать богинь вынашивали зародыши, взятые у самок тех животных, оплодотворенные спермой богов.
   Что-то долго не складывалось в их генетическом коде. Нинту прилагала огромные усилия, но получались полу животные или полу рыбы.
   С крыльями, рогами, но с человеческой головой и руками. Большинство из них передвигались на двух ногах, обладали разумом, даже членораздельной речью. Появились люди с крыльями, некоторые с двумя лицами. Встречались существа с головою и телом лошади и рыбьими хвостами и плавниками.
   Их не уничтожали. Тем более, что срок жизни подобных существ был невелик. Их выпускала на волю и скоро окрестные леса заселили странные существа - Химеры невероятного вида, смешные и безобидные.
   Проку от них не было никакого. Они годились разве что на забаву детям, и многие предпочитали держать их дома, как ручных животных.
  
   Опыты продолжались и, наконец, получились прекрасные образцы, очень похожие на анунаков. Первого выносила сама Нинти, жена-сетра Энке, которая руководила всеми опытами. За что и была прозвана Нинхурсаг - Богиней-Матерью.
   Так были созданы амелу - черноголовые рабы. Сильные, терпеливые, неприхотливые, они могли работать в самых невыносимых условиях.
   Единственное неудобство. Амелу не мог размножаться. Прошло немало времени, прежде чем боги смогли создать первую пару черноголовых, которые дали потомство. Боги вздохнули с облегчением. Но вскоре поняли, что создали проблему. Сексуальность черноголовых пугала их. Сказывалось наследство животных.
   Кроме того, неустойчивая наследственность очень часто давала сбой. Вместо полноценных существ рождались ущербные или даже уроды.
   Создали "Закон" размножения для черноголовых. Велся строгий учет рождаемости. Во избежание отклонений, тщательно подбирались пары, отслеживались все случаи неправильного рождения. Уродов и больных безжалостно уничтожали. Каждый случай незапланированной связи преследовался. Безжалостно. Уничтожалась Мать вместе с ребенком.
  
   Боги научили черноголовых не только грубой работе. Они обучали их многому, что умели сами, строить дома, дороги, писать и считать, лечить, главное, жить сообща и в мире. К сожалению, избавится от их агрессивности, оказалось почти невозможно. Они понимали и уважали только силу.
   Тогда пришельцы стали для черноголовых Великими богами. Черноголовые боялись их гнева, строили прекрасные храмы, где молились своим богам и приносили им священные жертвы. Только так, частично удалось умерить их агрессивность, покорить этих строптивых созданий.
   Страх и поклонение богам - таков закон.
   Она по отцу принадлежала к нефилим. Правда, она его никогда не видела, мать же была из черноголовых. Умерла родами. Так всегда заканчивалась эта связь. Маленьких женщин очень любили анунаки мужчины и, несмотря на запрет, часто вступали с ними в сексуальные отношения. Нефелим большие, слишком большие для черноголовых. Большой ребенок. Смерть родами никого не удивляла. Слишком большие дети, буквально разрывали свою мать при рождении. Естественно, все делалось для того, что бы спасти "священную" кровь, о женщине никто не думал. Они просто умирали. Кто их считал. Черноголовых.
   После рождения Ее передали в семью анунаков, добрых, спокойных, надежных. Они любили ее, делали все, чтобы она стала своей. Не нефилим, конечно, туда пути только для чисторожденных, но среди анунаков она может занять не последнее место. Все-таки отец из высшей касты. Если бы не ее преступление...
   Она жалела черноголовых. Помогала им. Вспомнила ту девочку, по чьей вине она попала сюда
   Одна из черноголовых, которую она пожалела, помогла избавиться от плода маленькая, неопытная, испугавших, покаялась в священной роще. Ее услышали, допросили - кто помогал? Та рассказала все. И вот результат. Она здесь. Что стало с той маленькой девочкой, Она так и не узнала. Впрочем, ничего хорошего - это она знала точно. В том мире ошибки не прощались. Борьба, которую вели между собой боги за власть над планетой, требовала постоянного напряжения и жесткости. Впервые за длительный период она подумала о той черноголовой с сожалением и симпатией. "Бедная девочка. Что с ней стало. И ее подвела и себя не спасла".
  
   Был суд. Ей повезло. Дело вершил Великий Энки - Властитель Нижнего мира. Он благоволил черноголовым, защищал их перед старшим братом Энлилем - Властителем верхнего мира. Энлиль едва терпел черноголовых, и, если бы не Энки, давно бы их уничтожил. В результате приговор. Изгнание. Очень мягко - сама выбрала место изгнания. Учли и ее молодость, и что отцом был один из нефилим.
  
   Итак. Решено! Она станет для родившегося населения богиней-матерью - Великой Матерью. Они станут поклоняться ей, создавать ей храмы. Где будут стоять ее изображения. Спокойные и строгие, как полагается богине. Пусть Адапа и его потомство считают, что она умеет управлять Туманом. Ведь она не погибла. Он не тронул ее. Может быть, он отец ее детей? Или Океан?
  
    []
  
  
   ***
  
   Жизнь налаживалась. Особая, непохожая на ту, другую и привычную, но все-таки это была настоящая жизнь. Со своими проблемами и обязанностями. Адапа занимался домом, вернее пещерами.
   Нянька занималась хозяйством и детьми, и каждый Туман рожала ребенка. У нее детей больше не было. Только две девочки и больше никого. Почему только дочери? Похоже, Ему не нужны сыновья - только женское начало. Мужского, хватало в его лице.
   Ее же дети с каждым Туманом все больше становятся морскими существами. Их только двое. Две девочки. Больше Он не зовет ее к себе. Почему? Он не хочет дать ей сыновей? Ему не нужна мужская энергия?
   Что будет с самцами рожденными парой черноголовых? Неужели Он не примет их, как не принял тех, первых, прилетевших с далекой планеты.
   Океан и Туман - главные силы этой планеты. Для тех, кто родился здесь, они всемогущи. Она станет для них Великой богиней-матерью, повелительницей и защитницей. Только она может защитить, укрыть. Но и покарать ослушников.
  
   Но как бы то ни было, главное - дети, их дети - ее и Океана. Они - будущее планеты.
   Так она хотела думать. Но, глядя на многочисленное потомство Адапы и Няньки, начинала сомневаться.
   Нетеру и черноголовые. Она в этом не сомневалась. Океан! конечно же высшее существо, сущность. Ее кровь тоже наполовину священна. Принадлежит одному из богов. Именно поэтому ее и не уничтожили. Три четверти крови ее дочерей тоже священна... И черноголовые! Как-то смогут ужиться эти неравные, такие непохожие сущности. Впрочем, что думать об этом. Жизнь покажет.
   Дела. Работа, заботы, тревоги, вопросы. Привычно...и удобно. Неизвестность страшит. Убивает. Когда все привычно - спокойно. Вопросы, проблемы наполняют жизнь, становятся ее смыслом и целью.
  
   Серьезно занялась огородом. Так назвала лужи, в которых посеяла зелень. Росло быстро, но появлялось много сорняков. Трава, если ее не выполоть, могла погубить культурные растения. Прополкой занимался самый тупой. Средний. Почему Средний? Ни то, ни се. Ему было все равно, что делать. Делал все медленно. Пробовала его подгонять - бесполезно. Только хуже. Плюнула. Главное, что бы делал.
   В целом огородничество было очень удобными. Не требовалось вскапывать землю. Засыпай в лужи семена и жди урожая. Семена получались гораздо крупнее, с каждым разом все больше. Забеспокоилась. До каких пор будут увеличиваться, позднее понял - до разумных пределов. Через пару Туманов размер закрепился окончательно. Недостаток. Росло только то, что давало плоды над почвой, корнеплоды не росли. Наземные овощи произрастали в изобилии. Крупные, большие, здоровые и очень вкусные. Особенно рис. Из него получались такие вкусные лепешки.
   Очаги для готовки общие. На площадях специальные площадки, где находились раскаленные камни. Почему? Откуда они брались неизвестно. Это никого не интересовало. Главное, что они были. Общие кухни. И тут же столы. Жители любили собираться вместе, готовить и поедать тут же, не отходя от жаровен.
   "Огород" цвел и плодоносил. Снимала несколько урожаев, поэтому не требовалось заготовлять впрок. Черноголовые подсеивали и убирали созревшие овощи и ягоды.
   На время тумана скот загоняли в пещеры недалеко от дома, где делали запасы воды и высушенной травы. Из травы делали отличные веревки, плоты и удобные лодки, с которых рыбачили или просто плавали по Океану - так быстрее, чем пешком по суше.
   Домашней птице почему-то туман не был страшен, он не трогал их. Она не могла понять почему, может быть, перо предохраняло? Через несколько туманов, во время одного из своих путешествий, она с удивление обнаружила диких уток, кур и гусей
   Собаки приспособились жить в пещерах вместе с дикими котами. Они были бы опасны, если бы не выродились, уменьшились в размерах. На людей не нападали. Питались рыбой в Океане или морях - небольших впадинах внутри материка, в которых каким-то образом скапливалась вода. Охотились на диких кур, гусей и уток.
   Из шкур овец и коз получались прекрасные подстилки, ковры, замшевые одеяла. Животных не нужно было забивать. Перед наступлением сезона туманов, их оставляли, привязанными на открытом месте, на съедение. Туман выделывал шкуру животного великолепно. Мягкие, шелковые, тонкие и эластичные. Позже появился обычай, приносить жертву богам. Перед периодом тумана, привязывать на открытом месте барана или козла. Задобрить злого духа.
  
  
   Дети росли. Нянька была большим подспорьем, заменяя ее, давала возможность работать, решать проблемы и отдыхать.
   Беспокоило, что они почти не вылезали из воды с раннего утра до позднего вечера. Она не боялась за них, ведь их отец Океан. С раннего детства научились питаться морскими плодами. Ноги у них превратились в ласты, с трудом передвигались по суше, зато в воде не знали себе равных.
   Вначале, она переживала, пробовала приручить к суше. Бесполезно. Пришлось сдаться. Может быть так суждено, что жизнь на этой странной планете, разумная жизнь разовьется в воде, а не на этой мало гостеприимной суше. Дети словно почувствовали ее решение и стали даже ночевать в глубинах Океана. Они умели дышать в воде, жабры, под лопатками давали им такую возможность.
   Так и повелось. Она на суше, а они - в воде, изредка всплывая на поверхность, что бы поцеловав ее в щеку и сказав пару слов, снова уйти в неведомые глубины.
   Вначале она скучала, просила их остаться, потом поняла. Бесполезно. Они чужие. Ее роль кончилась. Она дала начало новой жизни - и больше она не нужно. Океан больше не звал ее, не ждал. Хотя она знала, он охраняет и в любой момент поможет ей.
  
   Пастухи занимался стадом. Чрез какое-то время один из них исчез. Исчез и все. Может быть погиб в туман? Впрочем, им никто не интересовался. Без дела слонялся только третий черноголовый и, как ни странно, она сама. Тупой или Средний, как она его прозвала, умел разговаривать, но был без всякой инициативы, попросту, на удивление ленив. Скажут - сделает, а сам - ни-ни.
   Она сама, как бы естественно выпала из общего процесса. Ее не осмеливались выбросить совсем. С ней приходилось считаться, побаивались и уважали, но в то же время она мешала развернуться во всю силу. Она чувствовала, необходимо переломить ситуацию. Но как?
  
   Первое время она много путешествовала. Ей хотелось самой, телом, руками и ногами почувствовать планету, на которой очутилась таким неожиданным и странным образом. Исходила практически пол континента. Правда, удаляться далеко от Океана она не решалась. Там не было воды. Совсем. Вся вода была только в Океане - больше нигде. Пробовала использовать в качестве тягловой силы Среднего, что бы он нес на себе все, что ей требовалось для путешествия, в том числе воду и еду. Чем-чем, а силой он был наделен дюжей. Но тот, ничуть не сомневаясь, выпивал всю воду и съедал припасы, нисколько не думая о ней. Когда же она пробовала его образумить или отругать - смотрел на нее пустыми глазами, которые ровно ничего не выражали, а после того, как чуть было не погибла из-за него, сдала Адапе, который приспособил его на всяческие тяжелые работы - укрепить пещеру, вырубить новую. Средний был очень недоволен, но Адапа боялся и нехотя выполнял все его приказания.
   Вскоре она поняла, что углубляться в материк не имеет смысла. Вода имелась только в Океане, дальше камень и камень. Даже луж с травой не существовало. Каким то образом Океан и Туман связаны между собой, куда не доходят испарения Океана - нет Тумана.
   А тот разлом? Она так и не нашла его. Все чаще вспоминала свое видение. Что-то страшное и странное клубилось в его глубинах. Страшное и отвратительное. Она помнит, она видела. Может быть, именно там накапливает силу Туман, что бы потом прийти на континент. Как все это связано с Океаном, какие силы задействованы. Кто ответит? Что делать ей? Попробовать перебраться через разлом и обследовать ту часть континента? А зачем? И так ясно - там то же, что и здесь. То же разнообразие. Вернее однообразие.
   Иногда садилась в свою раковину и уходила в Океан. Путешествовала по неизведанным мирам. Но даже их многообразие утомляло и больше не удивляло.
   Последние время повторялся один и тот же сон. Ее вызывают на Совет. Мучительный, бессмысленный разговор. Злость, желание разгромить все, опрокинуть, разорвать. Убежать, укрыться. Потом провал. Ракета, полет туда, нет сюда. Космос, бесконечность....
   Кто бы мог подумать. Именно потому, что никто не мог подумать, она и очутилась здесь. То, что может предвидеть воображение человека, его интуиция, не может предугадать мертвая техника, как бы она ни была развита и совершенна.
   Какое счастье для нее. Для тысячи других... Впрочем, кажется, большинство довольно своей жизнью и иного не желают. Так, по крайней мере, она поняла из своей судьбы. Никто, абсолютно никто даже не посочувствовал ей, все отшатнулись. Даже ближайшие, так называемые подруги. Одна видимость. Говорят, раньше были родственники... Мать, отец, братья, сестры. Они не знали что это такое. С рождения каждый знал только своего воспитателя, Няньку которая сопровождала его всю жизнь. Пестовала, учила. Добрая, терпеливая. Она не наказывала, не ругала, если нужно, твердо, непреклонно удерживала от всех опрометчивых поступков, которые были перечислены в ее памяти.
  
   ***
   Однажды, ее осенило. Как раньше не догадалась сделать это. Раз Он может видеть сквозь пространство, обозревать далекие миры, пусть покажет ей родную планету, как она, что с ней?
   Удивило, что Океан как будто затих. Застыл или задумался. Как будто медлил или размышлял? О чем?
   Наконец, Океан сдался. Она закрыла глаза и понеслась по невидимым волнам великого космоса. Долго! Бесконечно долго! Она начала уставать и думать, не повернуть ли вспять. Вот, наконец, знакомые созвездия, планеты. Сердце забилось - скорее домой. Соскучилась - неужели? Просто необходимо увидеть знакомые с детства места. Вот она, планета, спутник... стоп. Остановка. Что за ерунда? Ее планета голубая, яркая. Она хорошо помнит. Она видела ее не раз из космоса. А эта окутана чем-то черным. Чернотой. Рискнула спуститься ниже - сверкание льда в пустоте, голые скалы и кое-где искореженные остовы деревьев.
  
   Где моря и океаны? Прекрасные зеленые леса и горы. Где все это? Что случилось? Прошло не так много времени, как она улетела и вдруг такое. Катастрофа?
   Что там? Стала вспоминать с детства знакомые места. Образы, которые жили в ней. Что-то не стыковалось, не получалось. Удивилась. В чем дело? Океан не желал, отказывался показать или дело в чем-то другом? Она настаивала. Она хотела, страстно хотела попасть туда, на родную планету. Чего бы ни стоило!
   Но тут, в который раз неведомая сила выдернула ее, и она вновь очутилась в своей раковине, под теплым солнцем, в волнах Океана, который что-то мурлыкая, укачивая ее.
   Что-то произошло с ее родной планетой. Вот почему, с тех пор как она прилетела, не было ни одного вызова оттуда, ни одного сеанса связи. Не они забыли о ней - как она предполагала - их просто ... Какая-то катастрофа? Неужели только она и еще несколько черноголовых - все, что осталось от того мира! Страшно!
   Шли дни. Скоро должен прийти Туман. Так повелось, что время здесь считалось по Туману. Сколько прошло туманов - столько и лет.
   Долго не решалась посетить планету еще раз. Наконец: будь что будет - и, забыв все, ринулась туда. Вопреки здравому смыслу... туда! Что бы ни было!
   Долго летела над бесконечно-черным пространством. Черный снег, черный лед. Больше - ничего. Но должно же что-то остаться, или кто-то... звери, птицы способные выжить даже в таком немыслимом мире. Первыми погибают растения..., но что-то же остается! Континенты. Океаны, горы - где все? Хоть какой-нибудь ориентир! Хоть что-то. Ничего! Все одинаково однообразно мертво.
   Когда решила, что ничего не сохранилось, какая-то неведомая сила бросила ее вниз. Капля застыла и медленно начала вращаться. Ее капля, послушная каждой мысли, взбунтовалась. Что-то не так? Сосредоточиться, успокоиться - приказала себе - Смотреть. Местность ровная, но как-то странно ровная.
   Конечно же! Гигантские плиты. Ровная площадка. Память тут же выстроила ряд картин. Да, да, да! Это же место посадки! Космопорт! Единственный раз, когда она его видела, он был совсем другим. Величественные шемы ожидали взлета, который готовили многочисленные анунаки. Сейчас - пустота и запустение. Ни одного шема. Боги улетели, предоставив планету ее несчастной судьбе.
   Сердце пыталось выскочить и лететь впереди капли.
   - Спокойно! Я нашла главное. Ту отправную точку, которая позволить разгадать остальное. - Она направила каплю, где, как ей казалось, должен был быть еще один значимый ориентир. Долго, очень долго кружила вокруг, все-время, возвращаясь к уже надоевшей площадке. Та как будто не желала отпускать неожиданную гостью и когда решила возвращаться... Показалось? Что-то знакомое. Конечно же, знакомая фигура. Лежащий пес! Огромный! Но такой родной. В детстве они играла возле его мощных лап. Говорили, что пса построили пришельцы с Собачей звезды. Сириус - собачья звезда, так ее называли. Почему? Говорили, что она видна только в самое жаркое время года, когда наступала "собачья жара". И теперь он радовал ее, как в детстве. Только тогда вокруг была мягкая зеленая трава, цветы, тенистые деревья, а сейчас расстилался мрак и леденящий холод.
   Вернувшись домой, она запретила себе даже думать о злополучной планете, но мысленно постоянно возвращалась к ней, что же все-таки случилось. Наконец, решилась.
   Умная капля почти мгновенно доставила ее к знакомой площадке. "Попробуем в другую сторону".
   Медленно, очень медленно, плыла капля над поверхностью обезображенной
   равнины. Она не могла ошибиться, сколько раз в детстве и юности они пролетали над ней. Знакомые пейзажи, очертания гор вдали. Именно очертания, они-то не могли так резко измениться. И вправду, что-то показалось знакомым. Капля металась из стороны в сторону, стараясь угадать, что Она хочет. То подлетала к самим горам, то отдалялась и вдруг, в один из моментов приближения Ей показалось...да показалось ли... Тени! Что за тени? Что-то живое? Живое! Не важно что, главное - ЖИВОЕ! Начала присматриваться. Странные фигуры, мохнатые, приземистые, настороженные. Так похожие на черноголовых, только почему мохнатые? Да там же жуткий холод! Шкуры, конечно же, шкуры! Неужели выжили? Как? В таких невероятных, непостижимых условиях? Зависла над группой. Присмотрелась.
   Похоже, что черноголовые. В руках какие-то дубины. О чем-то переговариваясь, разделились на две группы. Часть направилась в сторону, а остальные подошли к горам и исчезли в пещере. "Вот что! Они живут в пещерах". Не задумываясь, направила каплю вслед за ними.
   Миновав довольно узкий вход, капля резко поднялась вверх к высокому потолку и на мгновение застыла. Она огляделась. Помещение большое, даже огромное. Из него вело несколько довольно низких ходов в разных направлениях. Она направилась за черноголовыми. Что это были именно черноголовые, она не сомневалась: "надо же - выжили!" - повторялось в голове. Длинный ход привел к такому же, как в начале помещению, огромному и чрезвычайно высокому. По бокам, в несколько этажей, виднелись галереи, а за ними, кажется, жилища. "Ишь, как устроились! Значит, жива планета!". Она летела вперед, изучая странные сооружения, пока не почувствовала, что ее заметили. Каким-то образом капля становилась видимой на стенах и предметах маленьким пятнышком света. Дети бежали вслед, что-то крича и указывая на потолок и стены. В начале ее это позабавило. Очутившись в очередном огромном помещении с отверстием в потолке, она увидела несколько сухих, искореженных деревьев, сваленных одно на другое. Многие были черными: " Они жгут их, что бы согреться". Сама не зная зачем, она зажгла одну из веток, к полному восторгу детей, которые бежали за ней. Взрослые насторожились.
   - Это знак богов! Боги требуют жертв! - Понеслось по переходам.
   "Какие смешные. Как их легко обмануть". Она развлекалась, слегка прикасаясь к детским головкам, скользила по лицам. Дети смеялись, подставляясь под пятнышко света, стараясь поймать его и удержать в своих ладошках. Огонь разгорался, поднимаясь к дыре в потолке.
   - Они отмечены богами! Боги требуют жертв! - Взревела толпа. Схватив детей, черноголовые принялись кидать их в огонь.
   Она застыла на месте, от ужаса не в силах понять что происходит. Зачем? Каждое ее прикосновение, оборачивалось тем, что отмеченного, невзирая на то, кем бы он ни был, кидали в огонь. Воздух наполнился воем и смрадом!
   Очнулась на своей планете. Как вернулась - не помнила. Больше никогда не посещала "то место".
  
  
  
    []
  
  
  
   Она:
  
   Скоро придет Туман, самый мучительный и тягучий период. Все залезут в свои убежища, включая скотину, и никто не выйдет до окончания Тумана. Ее пещера большая широкая, в ней много места и воздуха. Таких пещер она больше не видела, все маленькие и убогие, только черноголовые чувствуют себя в них уютно и спокойно. Не мудрено, что погибли первые поселенцы. Они не знали про Туман. Могли уйти далеко, Туман застал их в пути. Черноголовые быстро нашли укрывище, а где укрыться большому анунаку? Так, вероятно, и погибли.
   Ее сберег Океан. Она нужна ему. Все было хорошо, но... это "но" не дает ей покоя. Как получилось, что она осталась одна? Между двух миров. Черноголовые - Дильмун - Океан. Континент "Дильмун" - черноголовые - Океаниды и Она. Дильмун - так называлось место, где Она родилась. "Страна бессмертных". Ей нравилось это название. Пусть будет Дильмун, может быть и вправду его населят бессмертные. Пусть не боги, но ее дети. Так мечтала Она.
   Дети. Ее дети. Как-то получилось, что они очень быстро выросли. Нянька полностью заменила ее, они ее признавали за мать.
   Нянька уверенно занималась хозяйством и детьми. Ее слушались все дети и даже, кажется, Адапа побаивался, спеша выполнить любое приказание. Да и Она сама, сколько себя помнила, всегда покорялась нянькиной воле.
   Дочери, все чаще стали уходить в океан, к отцу и, наконец, совсем забыли про нее и жизнь на суше. Их жизнь - Океан. Они его дочери, их место в его просторах!
   Первое время Она пыталась обучать первенцев и своих, и Нянькиных. Собирала детей и рассказывала им о мире, космосе, о своей родной планете, о мироздании. Слушали внимательно и с интересом, как, казалось, понимали. Но неглубокие знания не усваиваются и через некоторый промежуток уходят. Те, что запоминаются - остаются как сказки, легенды, не более. Потом ее дети ушли к отцу, а остальные занялись насущными делами. Какое было им дело до звезд и вселенной. Жизнь проста и понятна. "Не нужна" - такой она сделала для себя вывод. С нянькой говорить бесполезно. Адапа ... при всей его мечтательности и любви "поговорить о высших материях"... так, вообще, на деле не спешил подключить мозги для познания сложности великого мира. Его все устраивало. Из неосуществленных желаний он имел одно - найти разлом и попробовать употребить монстров, живших там "на дело".
   ***
   Приближался тягостный период - Туман. Значит скука и одиночество. Еще недавно приходили дети - где они? Одна.
   Необходимо дело. Все-равно какое. Чем можно заняться? Что есть под руками? Вспомнила! Пещера!
   Почему-то она так долго не исследовала свою пещеру. Помещение, где она находилась, ее вполне устраивало. Широкое, высокое, даже она не могла достать до потолка, и, благодаря няньке, чистое. Даже уютное. Как ей все удается? Дети, хозяйство.
   Она жила в первом помещении, дальше что-то вроде маленькой спальни и все, но пещера на этом не кончается. Вот и будет занятие, когда наступит период Тумана. Надо исследовать пещеру. Куда она ведет, чем кончается. Она чувствовала, пещера каким-то образом связана со скалой, на которой Океан оставил ее изображение. Единственной скалой на всем побережье, которая нависала над его водами.
   Вот она и проверит. Надо только запастись соответствующими инструментами. Не этими самодеятельными, какие мастерит Адапа, а теми старинными, настоящими, какие были привезены с их планеты. Настоящие, железные, о чем здесь не имеют понятия. Адапа-то, наверное, еще помнит, а вот остальные, кто родился здесь, никогда не видели. Из камня тоже порой получаются неплохие топоры и разные резаки, но уж очень тяжелые и не прочные.
   С Адапой у них сложилось нечто вроде дружбы. Именно с ним Она могла обсуждать возникающие проблемы. С ним они говорили на одном языке. Адапа на удивление быстро схватывал все новое и мог придумать выход из любого положения. Обладал умелыми руками, здравым смыслом и активным, неиссякаемым интересом к жизни
   А задуматься на этой планете было над чем.
  
  
  
   Загадки планеты.
  
   Планета не имела спутника и, по ее понятиям, у нее не было, не могло быть приливов, но они были, да еще какие - иной раз Океан захлестывал берег, вода не только стояла вровень со скалой, но даже доходила до ближайших пещер.
   Затем!
   Откуда и почему берется туман. Что он означает. Светило, вокруг которого крутится планета небольшое и не очень жаркое, но на планете всегда тепло. Камень под ногами всегда теплый, не раскаленный, но приятно теплый, даже ночью не остывает. Почему? Что такое трава, как она растет? В то время как все черноголовые спокойно бродили по лужам, косили траву, запасая ее на период тумана для скота, дети играли в ее дебрях, и только ее трава к себе не подпускала.
   Почему? Разгадки в недрах планеты. Она не сомневалась. Доступ - ее пещера. Именно там ходы, туннели, природные или искусственные - не важно, но он есть - это главное.
   Решено. Она исследует свою пещеру, если нужно пробьет стену. До того использовалось только два помещения. Заглянув однажды за поворот, убедилась, что имеется еще две пещеры и какой-то лаз. Маленький и очень низкий, похожий на нору. Низкий для нее. А для черноголовых... Вот с этой норы они и начнут. Хорошо бы пристегнуть к делу Адапу, если отпустит Нянька.
  
   Она всем руководит. Все ее слушаются и побаиваются, даже она, по привычке. С детства, наверное. Если рассудить, то нянька не намного старше ее, но с младенчества управляла ей как хотела. Такая порода - Нянька. Есть ли у нее другое имя. Должно быть, как-то ее назвали, когда родилась. Впрочем, она не помнит даже своего имени. Говорили о ней - Она и только. Она и Нянька. Так давно было, из того прошлого почти ничего не помнит. Вся основная жизнь прошла здесь.
   Хорошо бы уговорить Адапу пойти с ней. Отпустит ли Нянька? Вот интересно. Маленькая, но такую силу имеет. Всей ей подчиняются. Адапа в первую очередь. Нянька все решает. Впрочем, в последнее время что-то у них детей поубавилось. Раньше она рожала каждый год, а сейчас уже несколько Туманов - ничего.
  
   Дети получились на удивление ладные, послушные, уверенные. Нянька гордилась своим потомством. Девчонки радели по хозяйству, заменив мать во всех работах. Та только покрикивала на них, но видно было, что довольна. Мальчишки вымахали в отца. Для черноголовых высокие, стройные и работящие. Адапа не кричал, не приказывал, но достаточно было ему пошевелить пальцем - все исполнялось беспрекословно и точно. Халтуры Адапа и сам не признавал и сыновьям не позволял работать кое- как.
   Надо поговорить с Адапой. Тот не очень любит сидеть дома, к тому же старшие дети уже взрослые и тоже рвутся в бой.
  
   ***
   Адапа чем-то занимался возле пещеры. Она приняла величавый вид, богиня все-таки, приказала ему следовать за собой. Если Адапа заинтересуется - дел хватит на всех. У нее знания - у него умение. А дальше - что будет. Что-то подсказывало ей - дело верное, по крайней мере, ей обеспечено занятие на длительный период.
   Адапа согласился сразу, она даже не закончила свою речь, как у него загорелись глаза. Оказывается, он давно думал о пещере, только не решался поговорить с ней. Конечно же, пещеры должны соединяться друг с другом, особенно такие огромные, как ее. Есть большие, но чтобы до такой степени... Да и скала тоже не просто так. Где еще увидишь такое? Везде плоско, ну холмик, ну пригорок, а здесь настоящая скала. Он обошел почти весь континент, но такого не встречал.
   Они условились, что нужно прихватить с собой, какие инструменты. Она показала свои. Адапа был в восторге. Вот это инструменты! Настоящие. С ними можно весь континент перерыть.
  
   Храм
   Она сидела в кресле на галерее. Туман клубился перед колоннами, но не заглядывал под крышу. Она так и не могла понять - почему для него любое укрытие было препятствием. Были бы стена и крыша - и ты в безопасности.
   Давно страхи оставили ее. Кроме любопытства она ничего не ощущала. "Что на этот раз покажется. Какие монстры". Сколько раз видела она это зрелище, но каждый раз испытывала неподдельный интерес. Впрочем, на планете развлечений не густо. Столько туманов пересмотрела она с тех пор как прилетела сюда! А как давно она живет в своем Дворце или Храме, как его называют черноголовые. Но от тех черноголовых, первых, никого не осталось. Не с кем поговорить, вспомнить родную планету. Где они Нянька, Адапа. Куда они делись? Впрочем, существует ли та планета? Существует, но в каком виде? Что-то там произошло. Катастрофа. Природная или по вине богов. Похоже, все погибло. Нет не все, некоторые черноголовые выжили, она видела, она знает. Это точно. А вот что стало с богами? Этого она уже никогда не узнает.
   Вся ее жизнь протекла на планете Океан, в стране Дильмун. Так она назвала ее. Получилось, что освоили планету потомки Адапы и Няньки. Ее же дети живут в Океане. Все правильно. Кажется. Но, похоже, Океан и его дочери не принимают черноголовых, преследуют их. Черноголовые верят, что она, Великая богиня, супруга Океана, их заступница. Приносят ей жертвы, молятся ей, а в праздники толпами приходят к храму и танцуют, поют в честь нее гимны. Они многому научились, эти черноголовые, хотя совсем не похожи на своих предков. Совсем другие. Маленькие. Тут все уменьшились в размере, утки, куры, козы, овцы. Поколения за поколениями мельчают, становятся все меньше. Влияние планеты или что?
   Она давно не выходит к ним. Зачем? Она миф. Что она дала планете?
   Ее дочери ушли к отцу, она им не нужна. Вначале приходили на праздники, восседали рядом с ней, а сейчас... она видит их только в период тумана. Океан и его дочери.
   Она помнит, как впервые вышла на галерею. Села в кресло. Туман клубился вокруг. Извиваясь и угрожая. Страшно. Одна. Она съежилась от страха. Затем поняла - она в безопасности. Ее галерея высоко над океаном, на скале. В том месте, где он начертал ее вечное изображение.
   Перед ней развернулось фантастическое зрелище. Впервые она наблюдала такое. Борьба Океана с Туманом.
   Туман пучился, кипел, стреляя сгустками вязких липких комков и бесформенных образований. Они протягивали к ней бесконечные отростки, пытаясь схватить, подтащить к себе, злясь и свирепея, что не в силах утащить и уничтожить ее. Усилием воли она приказала себе сидеть, хотя единственным желанием было убежать и спрятаться.
   Над бескрайним водным простором вдруг возникли неясные фигуры. Она не могла понять, что они означают, откуда они. Затем очертания фигур начали определяться, становиться четче, она ахнула. В очертаниях она узнала своих дочерей. Дочери улыбались. Ни напряжения, ни сдержанности она не нашла в них. Естественные и счастливые, какими они никогда не бывали здесь. Она поняла их дом - Океан, там они дома, там их жизнь.
   Битва шла на полном серьезе. Девы - воительницы бесстрашно отбивались от нападающих чудовищ. Но что это? Множество таких же дев спешили им на помощь. Кто они? Неужели тоже его дети? Прекрасные, бесстрашные, сильные и мужественные. Сколько продолжалась битва, она не помнит. Наконец, Туман как-то съежился, начал таять. Океан и его прекрасные воительницы победили. Значит, завтра начнется новый рассвет.
   С той поры повелось. Каждый раз, когда Туман окутывал планету, и все живое пряталось от его губительных испарений, она в своем кресле на галерее наблюдала великую битву. И всегда побеждал Океан и его дочери воительницы.
   Она гордилась и радовалась - ведь это были и ее дочери.
  
   ***
   Она не могла объяснить, почему, но в какой-то момент не вышла к своим подданным во время праздника. Не вышла - и все.
   Каприз. Может быть. Ей показалось - так будет лучше. К удивлению поняла - никто даже не заметил сего момента. Черноголовые продолжали веселиться, петь и танцевать в ее честь. Похоже, им было даже удобнее без нее. Немного удивились, что закрыт большой портал. Тяжелый портал, тайну которого знала лишь она и Адапа. Затем нашлись умельцы, которые открыли нижнюю, маленькую дверцу, проникли в храм и успокоились. Вход в святая святых, ее покои, им все-равно был запрещен, они и не настаивали. Им вполне хватило храма. Святое дело "Великий праздник Великой богини". Благодарили ее за победу над туманом, приносили подарки и дорогие подношения - все самое лучшее.
   Так и пошло. Она больше не выходила к ним. Через некоторое время появился обычай, над которым она слегка посмеялась, а потом опечалилась.
   Под крики:
   - "Великая мать дочерей Океана! Приди к нам!" - одна из черноголовых, самая красивая девушка, одетая как богиня, важно садилась на трон, очень похожий на тот, на котором когда-то восседала она, только меньше.
   Первое время это развлекало. Весело наблюдать дурацкую игру, потом стало грустно - она никому не нужна, а ведь без нее не было бы их.
   Ей не нравилось, как они ее называли, "Великая мать дочерей Океана", но для того что бы изменить его, нужно явиться к ним. А ей этого совсем не хотелось. Черноголовые верили в ее существование, помнили о ней. Каждый вечер, на закате, они приходили к храму с приношениями, которые она ночью забирала. Часто среди съестных припасов она находила записки с различными просьбами. В начале она старалась вникнуть в их содержание, а потом стала просто выбрасывать. Некоторые уносила с собой, особенно те, где были изображения цветов или лица любимых, рассматривая их, посмеиваясь над тем, что кто-то верит в силу записок.
  
   ***
   Однажды ночью услышала стук в дверь. Показалось? Сток повторился. Этот стук ошеломил ее. Никто не решался стучать в ее храм. Портал слишком большой и тяжелый для аборигенов. Прислуга, пока она не отказалась от нее, могла являться через маленькую дверку. Но она давно никого не звала и даже не думала об этом. Но кто решится прийти добровольно.
   Подошла и тихонечко встала рядом.
   - Впусти меня, я знаю, ты здесь! - Нянька! Обхватила ее колени и зарыдала.
   Она обнимала и целовала заплаканное лицо, такое родное, близкое. Единственный родной комочек, который у нее остался.
   Они долго рыдали в объятиях друг друга. Всю ночь не решались расстаться. Вспоминали прошлое, близких, друзей и знакомых. Впервые в жизни ей было с кем поговорить. Оказывается, у нее было прошлое, была жизнь.
   - Я думала тебя дано нет. - На этой планете жизнь коротка.
   - Для местных. - Уточнила нянька. - Мы-то с тобой с медленной планеты. Жить будем долго.
   Она кивнула, а про себя подумала, что кровь ее отца с еще более медленной планеты. Похоже, она переживет и Няньку.
   - А где Адапа?
   - Разве ты не знаешь, он погиб. Ушел, как всегда никому ничего не сказав... куда ушел, зачем...никто не знает... И не вернулся. Ты же знаешь самцов - упрямые! Что задумали - ни почем не отступятся.
   Ее резануло - "самцов". Нянька никогда раньше так не говорила. Для нее Адапа был мужем, мужчиной. Она очень гордилась им.
   - Я никому не нужна! - Нянька снова расплакалась. - Адапы нет, дети выросли, у них своя жизнь. Новые поколения - чужие. Я им не нужна. Ты меня не выгонишь?
   - Что ты, живи. У меня тоже никого нет. Ну, ты знаешь.
   И Нянька осталась. Через несколько дней все стало так, словно и не было огромного промежутка времени, когда они не виделись. Она даже не пыталась ей сопротивляться, зная, что это бесполезно.
   Каждый вечер Нянька забирала еду, которую им приносили прихожане, и однажды спросила:
   - Почему приносят один силос, да рыбу, где мясо?
   - Они считают, что мясо я не ем.
   - Ага. - Пообещала Нянька. - Я им покажу - "не ем".
   - Что ты задумала?
   - Да так, ничего. А почему ты перестала появляться на праздниках. Устроила бы им хотя бы отходную, а то исчезла - и все.
   - Сама не знаю. Все одно и то же. Надоело. Скучно.
   - Давай я за тебя буду появляться. Надену твои украшения... да и ростом я выше любого из них. Мелкий народ пошел. Ты не против?
   - Для роста к ногам можно привязать скамеечки... Не в этом дело. Мы с тобой совсем не похожи. Это же обман. А потом у них вошло в обычай выбирать богиню.
   - Обойдутся. Эка невидаль. Скажут, богиня вернулась. А потом, кто нас помнит? Кто видел нас воочию. Да их давно уже нет. Нам все-равно, а им удовольствие. Они потом будут своим правнукам рассказывать, что видели живую богиню. Меня же называют "Большой матерью".
   - Ты и есть "Большая мать". Ведь они все твои потомки. Ты дала им жизнь. Твое имя мне нравится, лучше, чем мое. "Большая мать дочерей Океана" - дурацкое название.
   - Не вижу ничего плохого, но если тебе не нравится - подумаем. "Великая богиня" - подойдет?
   - Все равно. Кстати, на днях начнется период Тумана, так что готовься.
  
  
   ***
   Вспомнила, как впервые увидела мир после тумана. Светло и влажно. Лужи пустые. Трава куда-то исчезла. Потом, вдруг, появились высокие стебли с бутонами. Один за другим. Медленно тянулись к солнцу и, по мере того, как оно поднималось, цветы загорались ярким цветом и к середине дня нестерпимое яркое сияние, казалось, затопляло всю планету. Это было чудо, к которому невозможно было привыкнуть. Каждый раз оно поражало, удивляло - откуда, как могло появиться все это. Благоухание, Она вспомнила это давно забытое слово, наполняло воздух. После серости, сырости, спертости, мир преображался. Сколько красоты на ее бедной цветом планете. Цветение продолжалось довольно долго по местным меркам. Потом цветы опадали, и снова все вокруг зарастало острой, как бритва травой.
   Но завтра будет праздник, дети не уйдут в Океан, а будут с ней целый день. Завтра они будут танцевать, петь песни, " Гимны прекрасному миру". Она сочинила их еще тогда, когда любовь Океана ... Тогда, когда пела ее душа.
   Дети рвали цветы, украшали венками головы, наполняли ими прекрасные вазы, созданные из прозрачного камня.
   .
   Потом цветы постепенно начинали блекнуть, и мир возвращался к прежнему виду. Белое, почти выжженное небо, такие же белесые скалы, и волны Океана, и иссиня зеленые пятна обоюдоострой травы.
  
   ***
   Все пошло, как задумала Нянька. Толпа действительно ничего не поняла, охотно принимая Няньку за Великую богиню - именно так все стали ее величать. Черноголовые искренне радовались, что она снова с ними, а Нянька, разыгрывая из себя богиню, важно выступала перед ними, раздавая "милости". Что это были за "милости" Нянька не объясняла. "Какая разница. Милости - и все! Не приставай".
   Ей и вправду было все равно. Она жила своей жизнью, уходя в мечты и видения.
   Отдыхала днем, ночами же, иногда выходила на прогулку.
   В храме имелся тайный ход, который вел в ее старую пещеру. Ее никто не видел. Рисковала заглядывать в жилища и наблюдать странную жизнь маленьких человечков. Человечки даже не подозревали об ее присутствии, поэтому вели себя естественно, раскованно. Они сидели вокруг очагов, ужинали, занимались домашними делами, ухаживали за животными, горевали и радовались. Ей было интересно и удивительно наблюдать жизнь, какой у нее никогда не было. Оказывается, у них были свои обычаи, суеверия и сказки. Она с удивлением узнала, почему человечки прячутся в пещеры, как только стемнеет. Они боятся. Для нее это было открытие. Они боятся Океана. Боятся того, что так привлекало ее. Боятся поющих и глазастых рыб. Они принимают их за чудовищ, готовых схватить каждого, кто приблизится к берегу. Матери пугали детей:
   - Не подходи к Океану, когда стемнеет. Слышишь, страшный вой! Это они, монстры. Они схватят тебя и утащат в океан.
   - А что за огоньки? Такие веселые и красивые.
   - Веселые? Не смотри на них. Заманят и утащат в глубину.
   "Какие глупые - думала Она. Не слышат музыку и не видят фантазий света". Каждый вечер, сидя на галереи, она наслаждалась этим феерическим зрелищем, размышляя от том, как, оказывается, по разному можно воспринимать мир и любить то, чего пугаются и не принимают другие.
  
   Чаще всего Она сидела на галерее, предаваясь воспоминаниям. Особенно любила вспоминать, как они с Адапой строили ее храм. Лучшее время в ее жизни, даже лучше, чем первая встреча с Океаном в пору их любви. Тогда она даже не успела осмыслить, что с ней происходит и, главное, не знала, не ведала последствий, к чему все это приведет. А при строительстве храма у нее впервые в жизни была четкая цель, мечта, которая почти полностью зависела от нее самой.
   Адапа ей нравился. Он не умел сидеть на месте, постоянно чем-то занимался и изобретал. Его идея делать ножи и инструменты из осколков камней. Чего-чего, а камня на планете было сколько угодно. Причем разного. В основном преобладал мягкий, из которого очень удобно строить пещеры, слово дом так и не прижилось среди аборигенов. Все говорили "пещера". Адапа изобрел различные методы "рытья" пещер. Большие и маленькие, разнообразной формы. Были даже двухэтажные. Существовали пещеры с козырьками, галереями, специально огороженные небольшими заборами. Террасы, что бы дети могли играть в период тумана и не надоедать взрослым. Даже укрытие для скотины сделали из того же камня. Он пропускал свет, и скотный двор весь светился молочно-золотистым светом.
   Это Адапа придумал делать из камня утварь. Камень при обработке становился прозрачным и тонким. Получилась очень красивая посуда.
  
   Самая большая мечта Адапы - разгадать тайну Тумана. Дойти до "Разлома", Бездны, где, по его мнению, тот зарождался. Он часто расспрашивал ее, выпытывал подробности, но что она могла рассказать. Да, видела разлом сверху. Идет через весь континент. Что-то там клубилось в бесконечной глубине, но откуда ей знать - что. В то время она о нем даже не ведала.
   Видимо, он все-таки решил найти разлом, ушел и не вернулся. Ей не хотелось думать, что он погиб. Умный черноголовый, не то, что те двое.
   - Нянька, а что стало с теми двумя? С Пастухом и Средним? - как-то спросила Она.
   - Пастух погиб. Овца забрела в траву. Начался туман...ты помнишь, как он любил свою скотину - больше себя. Вот он и пошел ее разыскивать, а Туман никого не щадит. Нашли потом шкуру от овцы, да шкуру, какую он носил. Больше ничего.
   - А второй?
   - Второй? А, Средний! Этот живет и здравствует.
   - Как?
   - Так ведь он бог. Да, не удивляйся. Не здесь, а там - она махнула рукой - в глубинке, далеко от океана. Сама знаешь, какие там люди живут.
   -А какие? - Она искренне удивилась. Ей все народонаселение на планете казалось одинаковым, на одно лицо. Оказывается они разные, отличаются друг от друга. Может они еще и мыслят? Что-то соображают о жизни?
   - Какие, какие. Тупые и недоразвитые. Им лень до Побережья дойти даже в Великий праздник. Посетить храм Великой богини. Ленивые! Вот Средний и приспособился. Что ни говори, хоть он и тупой, но все равно знает и соображает больше тех. Да их и винить нельзя, что они видели кроме своих пещер. А Средний родился на нашей планете, перенял кое что. Главное помнит ту планету и кое что из той жизни. Наплел им чего хотел, а они уши развесили, и бух на колени: Великий, Великий! Гимн в его честь сложили, правда, немудрящий, но все равно - гимн. Да что гимн, они ему алтарь соорудили. А сейчас, говорят, храм в его честь мастерят. Во как! Средний хорошо устроился. Если хочешь, я шепну кой кому, они его быстро приструнят.
   - Не надо. Пусть живет. Он никому вреда не делает.
   - Так он всем рассказывает, что если бы не он, ты бы никогда не выбрала эту планету и не прилетела сюда, что он дает тебе советы, а ты слушаешь их и исполняешь. Не знаю, откуда, но у него есть "Камень, который шепчет". Через него-то он и общается с тобой и особо посвященным разрешает послушать, что ты ему отвечаешь.
   Она насторожилась. Так вот кто украл у нее датчик. Он давно разрядился. Впрочем, кое какие действия он, наверное, и сейчас производит. Сигналы, которые ничего не значат, способны до полусмерти напугать аборигенов. Она рассмеялась. Подишь ты, какой сообразительный. А ведь толком и говорить не умел. Значит научился.
   Вспомнила, как в одном из путешествий со Средним, неправильно рассчитала периоды и попала в Туман. Счастье, нашла подходящую пещеру, низкую, узкую, но длинную, как раз по ее росту. Пришлось лежать в неудобной позе почти все время Тумана. Самое ужасное, у них с собой было мало припасов и главное воды. Без еды можно перебиться, а вот без воды... Первое время давала указание Среднему и он, казалось, исполнял все беспрекословно. Даже слишком. Никогда так раньше не усердствовал. Ей бы насторожиться, а она радовалась, что он такой послушный и понятливый. А Средний ожидал. В какой-то момент она отключилась, потеряла сознание или что еще, но когда очнулась, увидела Среднего, который лихо уплетал продукты, которые Она распределила на весь срок и пил драгоценную воду. Почувствовав ее взгляд, он поперхнулся и стал что-то невнятно лопотать, оправдываясь. Но что Она могла тогда сделать. Туман продолжался, ей становилось все хуже, а Средний, похоже, чувствовал себя прекрасно, ожидая ее конца. Она очнулась от пустоты. Открыла глаза и поняла, что осталась одна, а Туман, наконец, кончился. Сил не было никаких. Очень хотелось пить. Средний исчез вместе с последними припасами и водой. Поразила мысль - почему он не вытолкал ее в Туман. Тогда бы никто ничего не узнал - все тихо. Слишком большая и тяжелая - не смог? Здесь в глубинке ее никто никогда не найдет. Нормальные аборигены так далеко не заходят. Надежды никакой.
   Она с трудом выползла из пещеры и попыталась встать. Заставила себя двигаться, часто отдыхая, присев на первый попавшийся камень или выступ.
   Не хотелось вспоминать все подробности. Спас ее случай. Кто-то в поисках новых пещер забрел далеко и вдруг с удивлением увидел гиганта, ползущего в его сторону. В ужасе, крича и размахивая руками, он бросился обратно.
   - Габари! Габари!
   Аборигены посмеялись над ним. Но кое-кто отправился посмотреть на чудо. Действительно - Габари. Великан. Новость быстро облетела все селения. Дошла до Адапы. Адапа поймал Среднего., вытряхнул из него правду и нашел ее, вконец измученную, помог добраться до пещеры. Нянька и Адапа не отходили от ее постели, пока она не пришла в себя и не встала на ноги.
  
   ***
   - Так что? Дать указание? - У Няньки загорелись глаза.
   - Оставь его в покое. Его любят, он им нужен - пусть.
   - Как это "пусть"? Да он жрет сколько! Ему каждый день приносят. А в Великий праздник дарят и коз и баранов и кур, и уток. Да у него огромное стадо!
   - Все не съест.
   - У него и жрецы, и охрана, и жены!
   - Охрана? От кого?
   - Ни от кого. Просто охрана.
   Она искренне удивилась. Откуда что взялось. Средний родился на планете, где все это было, но прожил там слишком мало, что бы усвоить те привычки и обычаи. Откуда он все это знает.
   - Постой, а жены-то ему зачем? Он же не самец. Я знаю эту модель. Неудачная. Ее почти всю уничтожили, осталось несколько экземпляров. - Пусть живет. Не трогай его. Сам себя уничтожит ...как его называют? Средний я его звала потому что он ничего из себя не представлял. Имя-то у него какое-нибудь было?
   - Может и было, но кто же это помнит. Сейчас его называют Властелин пространства.
   - Что за глупость, какого пространства, кто это придумал?
   - Сам придумал. Вообще пространства. Понимай, как хочешь. А им чем чуднее и непонятнее, тем лучше. Им все равно кому поклоняться. Пространству, богам...
   Все равно. Думаешь, они испытывают какие-нибудь чувства к тебе или Океану? Да они об вас и не думают. Беспокоятся только о себе и своем благополучии. Что бы у них все было хорошо или хотя бы привычно. Лишь бы боги не мешали и не встревали в их дела. Вот они и молятся о себе любимых и откупаются приношениями. Считаешь, я не права?
   - Как ни грустно признать, но ты, похоже, права. Почему так? Почему они поклоняются страху? Именно страху? Вот кому они истинно преданы. Он ими владеет. Слушай, у тебя и Адапы должны быть свои храмы и свой культ!
   - Ну, Адапа совсем не похож на бога. Свой - какой из него бог, а меня часто путают с тобой, думают, что мы тобой одно и то же, как не стараюсь объяснить - не верят.
   - Послушай, а как они там умудряются жить. Ни воды, ни травы.
   - А им что, пещера есть и ладно. У них целый город. Воду и еду они покупают. Торгаши привозят на козлах.
   - На чем? Каких таких козлах?
   - Подишь ты, ничего не знаешь. Какой прок от козла, сама подумай? Ни молока, ни мяса. А рождается их не меньше, чем козочек. Вот аборигены и приспособились. Тяжести на них возят.
   - Козлы упрямые, как можно заставить их покоряться.
   - Если захотеть - все можно. Упрямые, но люди еще упрямее. Возят, за милую душу. А уж выносливые! Так на этих козлах торговцы с побережья и возят воду в глубинку. И не только воду. Все возят. А те у них все это покупают.
   - Как покупают? У них же ничего нет.
   - А жидкий камень? Его же там до жути. Они этим камнем и расплачиваются.
   Как она могла забыть? Конечно. Блестящий камень. Весь ее Храм отделан этим камнем.
  
  
   ***
   За долгий период одиночества Она отвыкла от разговоров, привыкла быть сама с собой, наедине со своими мыслями. Нянька утомляла ее, поэтому она отсыпалась днем, а ночами уходила на галерею, где мощные руки Океана подхватывали и уносили ее в мечту, в другой мир, который она могла только представить или тот, что представлял ей Он.
   Какое дело было до Среднего, Няньки и даже Адапы. Все так мелко, храмы, алтари - кому все это нужно. Только им - черноголовым. Самим богам ничего не нужно, если только они настоящие боги, а не изображают из себя "великих". Боги! Существуют ли?
   Ее Океан - кто он? Божество или мыслящая сущность, не дело было до Среднего, Няньки и даже Адапа. и в мечту, в другой мир, который она могла толькоболее того. Устала. Мечтала о счастье... и что имеет... Что такое осознание? Кем и как оно дается? Нет, лучше не думать об этом. Кто знает, сколько ей осталось, сколько туманов она проведет на этой планете. А что дальше?
  
  
   Храм:
  
   Камень. Кругом один камень. Правда, в основном - мягкий. Когда его обрабатывали. Зато потом твердел. Население делало из него всю нужную в хозяйстве утварь. Удобный. Легкий. Жаль, что хрупкий, легко бьется, ну это уж от тебя зависит - если обращаться с изделием бережно - долго прослужит.
   Более редкий камень, которому она не знала название, твердый, труден в обработке, зато изделия из него получались на удивления красивыми. Прозрачные, тонкие, звенящие. Этот камень ценился на вес целого барана. У нее в храме большая коллекция сосудов, чаш и даже статуэток с ее изображением. Очень красивые. Она любовалась ими. Народец-то оказался талантливым. Ишь, как быстро освоили искусство пластики. Молодцы. Или кто-то их научил? Адапа или Нянька - больше некому. Помнится, в детстве Нянька все лепила какие-то фигурки из... как оно называлось...забыла. Масса похожая на камень, которую можно размочить водой и тогда она становилась вязкой и липкой. Ее можно было мять и лепить все что угодно. Если фигурки положить в огонь, они затвердевали, как камень. Красноватые, синие, желтый, зеленые - разноцветные..
   Жидкий камень цвета не имел, однообразно- блестящий, зато, когда его полировали, становился прозрачным, как вода и отражал все, что попадало в его поле. Что очень удивляло аборигенов. Они подолгу рассматривали свое отражение, удивляясь и ахая.
   Начали строить, вернее, выбирать скалу изнутри, вырезая в ней, как в скульптуре, все лишнее, лепя нужную форму. В начале сделали большую обширную галерею, Можно было сидеть. Гулять. Солнце не мешало, прозрачная крыша, навес, защищала от солнца, разливая мягкий золотой свет. Галерея располагалась над Зеркалом-портретом и лестницами, что вели к Океану. Получили одно завершенное целое.
   Зеркало - портрет. Запечатлело ее первый приезд, картины ее первых дней. Подвижные картины, несколько изображений, постоянно повторялись. Она вечно молодая, прекрасная в огромной раковине приближается к берегу, выходит и бежит куда-то вперед. Стоило посмотреть на скалу, как красавица тут же появлялась. Но видна была только со стороны Океана.
   На галереи Она сама наметила место трех больших дверей. Адапа уточнил их абрис и Тупой принялся монотонно долбить камень, время от времени, вывозя на себе лишнюю породу и сваливая ее в огромную щель в скале неподалеку. Через несколько Туманов щель исчезла.
   Постепенно, за дверями рос, прекрасный, с колоннами зал, придуманный ею.
   Портал дело рук и фантазии Адапы. Он придумал, как кусок скалы превратить в гигантскую дверь. Место и качество породы выбраны удачно. Камень прозрачный голубого оттенка. Дверь - портал раздвигалась при помощи легкого нажатия на специальный механизм, о котором знали только двое - Она и Адапа. Портал был их гордостью. Тонкие, прозрачные, но чрезвычайно прочные створки-пластины открывались и закрывались немыслимым для аборигенов образом. Естественный природный рисунок. Чудо наяву.
   Еще бы не чудо. Черноголовые понятие не имели не только о "порталах", но даже об обыкновенных дверях. Их просто не существовало. К чему они. Что скрывать. Пещеры открыты, заходи, кто хочет. Лишь бы был условный порог, куда нет ходу Туману. А в Храме все не так. Незнакомо и удивительно, и скульптуры и диковинные картины. Потолок храма украсили изображения звезд, где главное место занимала ее родное созвездие.
  
  
   Картины - ее гордость. Она вспоминала мир, где прошло ее детство и юность. Деревья, животные, горы, сады. О чем здесь, как и о дверях, понятия не имели. С красками проблем нет. Местные художники легко наловчились добывать краску из морских водорослей, растирать камень в порошок и изготовляли из всего этого краски превосходных и разнообразных цветов.
  
  
   Дети жадно слушали ее рассказы о той жизни, они научились рисовать фантастические пейзажи чужого мира. Там были деревья, синее море и небо, черная и коричневая земля, а главное, множество людей в прекрасных фантастических одеяниях.
   И вскоре по стенам храма зашагали невиданные животные, расправили крылья птицы и бабочки. Деревья, горы поросшие травой, кустарники, сочные плоды на ветках деревьев
   Под ее руководством лучшие художники изобразили зверей, полосатых, мохнатых, с длинными ногами и рогами, которых на их планете никогда не было. Особенно поражали всех твари, так похожие на них, черноголовых, с длинными руками, висящие на каких-то огромных густых и корявых ... чему на их планете не было названия. Огромные города, храмы - мир незнакомый и непривычный.
   Народец оказался талантливым. Быстро перенял живописную и скульптурную премудрость, и через некоторое время почти все пещерные города, площади, улицы, стены украсились мозаикой, скульптурой и красочной росписью, нарушив так надоевшее серое однообразие окружающего мира.
   Их мир был монохромным. Прекрасны на планете были только восходы и закаты, когда несколько дней полыхало все небо. Впервые увидев, она испугалась, думала, что началась катастрофа. Но вскоре все прекратилось, как и не было. Это были предвестники периода Тумана,
  
   Ее гир, на котором она прилетела, стоял тут же во дворе храма и аборигены ахали, приближаясь к нему. Наиболее смелые, прикасались к его поверхности, кое-где закопченной, но удивительно гладкой и блестящей.
   В общем, Храм удался. Как ей пришла мысль создать его? С чего все началось. Жизнь на планете на удивление однообразная и размеренная. Ни происшествий, ни потрясений.
   Что бы прожить не приходилось вкладывать особого труд. Черноголовых это вполне устраивало. Каждый день одно и то же, известно и понятно. Всегда тепло и однообразно. Что еще нужно. Единственно, что беспокоило и тревожило - это периоды Тумана. Самый тоскливый и неприятный период. Не выйдешь из пещеры. Чем себя занять, отвлечься.
  
   В ее пещере, где она жила первое время, было три помещения. Первое - что-то вроде общей комнаты, где они проводили свободное время. Обедали. Там же первое время жила Нянька.
   Во втором, тоже довольно большом, она устроила свою спальню. Третий отсек, узкий и неудобный.
   Это помещение имело коридор и резкий спуск куда-то вниз. Дальше оно заканчивалось тупиком с довольно большой дырой, в которую она, заглянув, ничего не смогла увидеть из-за кромешного мрака. В этом помещении царила духота, так как из дыры постоянно шел теплый удушливый воздух. Почему? Она давно хотела заняться этой дырой, но мешали другие дела и заботы.
   Ее пещера находилась на приличном расстоянии от Океана и от скалы, на которой имелось ее изображение, но что-то ей подсказывало, что эти два места между собой связаны каким-то немыслимым образом.
   С этой дыры они - Она, Адапа и его помощники начали свое предприятие, не имея никакого плана и не представляя, что их ожидает.
   Расковырять дыру не представило особого труда. Стена почти тот час рухнула. И тут их ждал подарок. Обнаружился скарб тех первых поселенцев. Железные инструменты. Такая редкость. Зачем они их запрятали? Боялись? Чего? Черноголовых? Она тоже первое время побаивалась, особенно Адапы. Те другие беспокоили ее меньше. Один интересовался только своим стадом, его напарника вообще никто не принимал в расчет - машина - она и есть машина, хоть и в облике черноголового. Когда он в единый миг пропал - про него тут же забыли. Третий - слишком ленивый. Его интересовала только жратва и поспать со вкусом. А вот Адапа - сложный случай. Ему бы знания... Не его ли боялись его хозяева? Со временем черноголовые стали представлять явную угрозу даже там, на родной планете, а уж что говорить о том, когда остаешься с ними один на один. Она сама испытала предательство Няньки. Казалось бы, няньки были созданы, что бы служить им, богам, на то они и няньки, а вот подишь ты, как все изменилось здесь, когда общие правила перестали действовать! И она ничего не могла сделать.
   Ладно, выбирать не приходится, все в прошлом, а тогда они, разрушив дыру, открыли еще и довольно большой проход, даже целую галерею. Относительно ровный пол и сводчатый потолок. Впечатление, что кто-то уже пользовался проходом и создал галерею для себя. Возможно ли такое?
   Галерея расширялась, сужалась, перетекая из одного зала в другой, фонари выхватывали из темноты блестящие куски камня, от которых Адапа откалывал небольшие куски, что потом по образцу понять, что за порода, из каких камней состояли пещеры. Он знал, что на поверхности пещеры составляет мягкий камень, податливый, легкий в обработке. Здесь же ему с трудом удавалось отделить маленький кусочек, пометив их номером пещеры, которые один из мальчишек рисовал на стенах.
   Счастье, что отыскались фонари и мощные батареи к ним. Фонарей хватило на весь период строительства храма.
   Стены пещер блестели и искрились под светом фонарей. Матовые, блестящие, красноватые, розовые, густо-синие, зеленые - разнообразные.
   Кое-где приходилось проламывать стены, что бы пройти дальше. За ними снова следовала галерея, многочисленные залы, переходы, разделенные высокими порогами.
  
   Иногда потолок снижался настолько, что Она с трудом протискивалась под ним, а потом неожиданно взмывал вверх, в темноту, и гулкое эхо прокатывалось под его сводами от каждого шага, повторяя где-то, в кромешном мраке - "швах, швах, швах".
   Вдруг, неожиданно, тоннель раздвоился, часть его резко повернул влево и принял опасный наклон куда-то вниз. Другой отсек вел на поверхность. Куда свернуть?
   Спускаться вниз страшновато, тем более что оттуда пахнуло жаром. Горячий воздух стал намного ощутимее. Послали вперед двоих мальчишек, которые вскоре вернулись: дальше пути нет, вернее он есть, но там слишком жарко и непонятно, как будто спускаешься...они не могли подобрать нужного слова:
   - В преисподнюю. - Подсказала Она им. Мальчишки дружно кивнули, как будто знали что это такое.
   Слово запомнилось и укрепилось. Позднее, Она часто невзначай слышала его, причем оттенок не был негативным. Пойти в "преисподнюю" стало означать сходить куда-нибудь в незнакомое и дальнее место.
   Решено было не менять направление, а потом, основательно подготовившись, заняться тем туннелем, который вел в неизвестность.
   Вскоре они очутились в довольно большой пещере, из которой не имелось никакого выхода. Пробы в разных направлениях показали - вслед за сравнительно мягким камнем, начинается сверх прочный. Все. Экспедиция зашла в тупик. Пробовали прорубить стены в разных местах - без результата, камень настолько твердый, похоже, монолитный, что не поддавался даже железу, которое у них имелось. На них не оставалось даже царапины. Железо гнулось. Отступились - инструменты дороже.
   Она оказалась права, интуиция ее не подвела. Все-таки ее отцом был нефилим. Его гены очень сильны. Они с Адапой рассчитали маршрут верно - последний зал упирался в ту саму скалу над океаном с ее изображением.
   Они долго спорили что строить. Адапа настаивал на храме. Он считал, что ей подойдет именно храм. Она же предпочитала дворец. В конце концов, Она согласилась. Храм - так храм. Похоже, что он не представлял что такое "дворец". В храмах-то он бывал, а вот во дворцах, вряд ли. Впрочем Она сама тоже была во дворце однажды. Да и то в детстве. Он поразил ее своим великолепием. Не могла вспомнить, чей он был, какому всесильному богу принадлежал. Хотя и видела лишь пару залов, дальше их не пустили. Но если обычные залы были столь прекрасны, то каким должен быть тронный зал!
   Храм - так храм. Все равно она постарается, что бы он был не менее прекрасен, чем тот, который Она видела в детстве. Уж что, что, а Трон у нее будет обязательно.
   Тронный зал! Звучит впечатляюще. В Тронном зале она будет принимать подданных, их поклонения. А почему бы нет! Ведь Она для них Богиня!
   А за Тронным, официальным залом будут располагаться ее покои. Вот туда-то вход закрыт для всех, без исключения. Сакральное место, куда людям, так стали себя называть черноголовые, вход заказан. Забавное слово "люди". Откуда они его взяли? Да какая разница, "черноголовые" - "люди".
  
   Но прежде, чем заняться храмом, решили разведать таинственный ход, ведущий "в преисподнею".
   Предстояло разведать куда ведет "левый ход", что там находится, откуда поступает тепло, обогревающее все пещеры. К посещению готовились долго. Только в период следующего Тумана, несколько человек во главе с Адапой, рискнули отправиться на исследование непонятного явления. На всякий случай тащили с собой вместительные сосуды с водой. На всякий случай. Если там что-то горит, никакой воды не хватит, но при сильной жаре вода пригодится им самим. Для питья и для того, что бы намочить шкуры, в которые все были одеты, так легче противостоять жару. В общем, шли наугад. Не зная, куда и зачем. Просто узнать? Наверное. Любопытство черноголовых известно. Похоже для них, чем труднее - тем интереснее. Шли, подбадривая друг друга, отпуская шуточки, смысл которых Она не понимала, да и язык слышался каким-то чужим. Многие слова и выражения, похоже, получили новый смысл, а некоторых слов она просто не знала. В общем, для нее они были - чужие люди. Они и не заметила, когда и как произошла перемена. Оказывается, планета наполнилась незнакомыми существами, и жизнь шла по своим законам, минуя ее, не считаясь с пристрастиями и привычками, какие Она привезла собой из привычного когда-то мира.
   Впрочем, к ней относились с большим почтением и даже с некоторым испугом. Ей не нравился испуг и постоянная отстраненность. Казалось бы, Она сама относилась к ним просто, не напрягаясь, но такого же ответа не получала. Чужая - не такая как все. Она оставалась для них Богиней с неба. Правда, во всех экстремальных случаях они обращались к ней за окончательным решением. В тупиковых же ситуациях прежде всего шли к Адапе. Он стал признанным лидером, не только как глава семьи, но и потому что умел принимать решения и брать на себя ответственность. Когда же Адапа не мог разрешить трудность, тогда обращались к ней. Надо сказать до сих пор ей всегда удавалось найти правильное решение - знаний пока хватало.
  
   Туннель вел куда-то вниз. В некоторых местах, где потолок снижался, им удавалось проделать отверстия наружу, и через них частично отводить излишнее тепло. Это была ее идея, да и сверлить отверстия пришлось ей, черноголовые просто не могли дотянуться до потолка, а приспособлений никаких. Ее голова почти касалась сводов галереи. Потолок в этой части состоял в основном из мягких пород, сверлилось легко, позднее, когда они научились определять траекторию проходов снаружи, стали сверлить с двух сторон, что очень облегчало работу. За один Туман пройти весь путь не удалось. В обычное время расширили отверстия снаружи, и сложные участки стали намного проходимее, температура значительно снизилась. Зачем все это было нужно - вряд ли кто мог ответить. Просто надо - и все. Что-то там было, в этих туннелях, какая-то загадка. Может быть загадка всей планеты, которую просто необходимо было разгадать.
   Адапа подошел ближе всех в своих предположениях. Там находиться ядро планеты. Планета маленькая, поэтому ядро близко, отсюда и жар. Когда же они, невзирая ни на что, прежде всего непереносимый жар, все-таки подошли почти вплотную к цели, то увидели нечто, чему не нашлось объяснения. Не жидкое, как они ожидали, а что-то сильно нагретое вязкое и блестящее. Это нечто пузырилось, медленно вращалось под воздействием неизвестной силы, вспучивалось, издавая какие-то невероятные почти живые вздохи, ахи, чихания бульканье, что и определить невозможно.
   - Железо! - обрадовался Адапа. - Вязкое железо! Она покачала головой. Не похоже. Кто знает, что это такое. Адапа был готов ринуться туда, в самое пекло, в самую сердцевину планеты. Она удержала его. Без специальной одежды, приспособлений - очень опасно.
   Что бы определить вид вещества, необходимо добыть хотя бы маленький кусочек от массы и исследовать. Вязкое - понятно и без исследования. Видимо там внизу стоял жар, который постоянно поддерживал вещество в таком состоянии. Но как достать? Это! НЕЧТО!
  
   Помог случай. Неизвестно каким образом, но одна из овец Пастуха попала в ту самую галерею, которая вела к месту, где находился металл. Выманить ее оттуда не получилось. От испуга овца все ближе подходила к опасному обрыву и в любой момент могла свалиться вниз. То ли она не чувствовала жара, густая шерсть защищала ее, но овца по глупости все ближе подходила к краю. Когда прибежал пастух, ей оставался один шаг, что бы не свалиться вниз. Пастуха она знала хорошо, поэтому не думала убегать от него. Удивило не то, что она спокойно стояла на краю обрыва, а то, что Пастух спокойно подошел к овце, взвалил ее на плечи и так же спокойно и не спеша, зашагал обратно. Его пытались спросить, не жарко ли ему, похоже, она даже не понял вопроса.
   Тут же возникла идея послать Пастуха на добычу желанного вещества. Она в кладовой нашла довольно длинный железный прут, Адапа приспособил к одному концу небольшую раковину и призвал Пастуха. Самое трудной было объяснить ему, что нужно делать. Он смотрел, не мигая на говорящего и молчал. Потом, после неизвестно какого повторения одного и того же, он что-то промычал и зашагал в сторону обрыва. В какой-то момент исчез из поля зрения, а когда появился вновь, на конце прута что-то дымилось.
   Наконец-то Адапа смог сделать кое-какие исследования. Похоже, все нутро планеты состояло из этого расплавленного массы. Вот что давало планете постоянное тепло.
  
   Кстати, планете никто никогда не болел. Старились - да, но не болели. Просто в один прекрасный момент черноголовый ложился и засыпал. Навсегда. Про него так и говорили: уснул. Родственники или знакомые относили его в специальные места и оставляли до следующего Тумана. Но сколько бы не лежал спящий, он не изменялся, находился все в том же состоянии, как будто уснул. Только Туман доводил дело до логического конца. Детей рождалось мало, но все они доживали до самой глубокой старости. И это казалось неизменным.
   Так же поступали с отходами. Их сгребали в определенных местах в кучу или в яму, если таковая имелась и ждали Тумана. Что удивительно, отходы не портились, а лишь "вяли". К концу срока, куч было великое множество, но никого это не беспокоило. Туман сжирал все, что ни оставь, поэтому к началу нового цикла, планета становилась чистой, как после тщательной уборки.
  
   Добытое вещество стали называть "жидкий камень", потому что при остывании он затвердевал и легко принимал любые формы.
   Долгий период жидкий камень добывали в очень небольших количествах. Адапа ломал голову, как наладить добычу, но ничего не мог придумать.
   Однажды, на одном из праздников, Она заметила на самках украшения из жидкого камня. Откуда он в таких количествах? Адапа стал следить. Обнаружилось, что некоторые пещеры в глубине континента, маленькие, незначительные, оказались просто чудом. В них жидкий камень просто вытекает почти на поверхность и застывает наплывами. Сложность в том, что происходит это не очень часто, и наплывы быстро застывают, твердеют. Много ума не надо, что бы заметить, как часто появляются наплывы, успеть подставить какую-нибудь емкость и собрать драгоценны массу еще тепленькой. А уж научиться пользоваться ею - дело времени.
   Видимо где-то в глубине планеты существовали места, в которых накапливалась масса. Углубление большое, но не бездонное, поэтому время от времени оно переполняется и выталкивает лишнее на поверхность.
   Вначале мало кто про эту особенность знал, так как основное население обитало на побережье, где практически подобного явления не происходило, позднее, в результате перенаселения, когда черноголовые стали осваивать глубинку, они с удивлением узнали про эту особенность некоторых пещер. Начав обменивать куски массы на воду, решили самую главную проблему строительства пещер в глубинке. Тут же появились мастера по украшениям, а потом догадались делать и всяческую домашнюю утварь и вообще что нужно для быта.
  
   План храма сложился сразу, который они изменяли по ходу строительства. За основу взята пещера, самая последняя, в районе скалы. Пещеру расширили, увеличили в несколько раз. В центре выточили мощный столб. По периметру зала - колоннада. Строительство начали с потолка. Постепенно, медленно - куда торопиться - выбирали породу, к счастью довольно мягкую и податливую. Когда дошли до твердой породы, начали шлифовать потолок, насколько хватало сил и нужных инструментов. Очень помогла машина, которую нашли среди инструментов. Ее привез кто-то из первых поселенцев. Для чего - поди узнай. Но сейчас она очень помогла. Она разобралась, как ее использовать довольно быстро, по аналогу с тем машинами, которые Она, как помнила, видела еще на своей родной планете. Обучить Адапу пользоваться ей не составило труда. Удивительно, что Адапа сам не знал, как ей пользоваться. Хотя, почему удивительно - боги не приветствовали, когда черноголовые пытались вникать в их тайны. И сейчас Она поражалась, с какой жадностью Адапа изучал машину - видимо, интерес ко всему необычному был в его крови. Машина проработала столько, сколько нужно, как только храм был закончен, подохли батареи. Адапа разобрал ее, как смог, и кое какие детали еще долго служили ему в работе. Но это было уже позже. В результате потолок обозначился блестящим и почти прозрачным. Когда лучи солнца проходили сквозь него, помещение лучилось светом.
   Храм "выгрызали" из основного массива очень неоднородного и очень странного. Твердые породы перемешивались с мягкими и, что удивительно, породы располагались именно так, как им было нужно. Где нужно шли твердые породы, а там где предполагалась пустота, будущие помещения - мягкий камень, который легко обрабатывался. Как будто кто специально расположил их в соответствующем порядке.
  
   Галерея уже готова, готовы и спальные комнаты, где теперь она будут жить. Через год, а может быть и раньше, вырубят в скале прекрасный белоснежный зал с прозрачным потолком. Она прикажет украсить его ветками кораллов и перламутром раковин. Лучи солнца каждое утро будут затоплять его молочным светом.
   А пока галерея с колоннами. Ряды колонн. Стройных. Тонких колонн. Кажется, он удался. Черноголовые угадали ее желание. Создали именно то, что она хотела. Толстые, массивные колонны ей не нравились, поэтому пришлось сделать колонн несколько рядов колонн. Зато все они были изящными и тонкими. Прозрачными в солнечном свете. Из этого же камня вырубили и мебель. Кресла, столы, ложа.
   А когда наступит сезон тумана, будет готов зал, где она сможет укрыться от этой мерзости, которая так портит жизнь на этой прекрасной планете.
  
   Все украшения вырубались из твердых пород. Красочных и разнообразных.
   Храм строился несколько Туманов, так привыкли определять время на планете - по Туманам. Когда хотели узнать чей-то возраст, спрашивали: сколько тебе Туманов. Между тем сами Туманы так же отличались один от другого по своим особенностям: большой, средний, синий, красный - по цвету, по насыщенности или по продолжительности. Большой, малый, даже по рождению ребенка или смерти родственника. Она со временем привыкла к этому обычаю и тоже жила "по туманам".
   Храм получился просторный. Просторный зал овальной формы, в котором располагался большой алтарь для приношений. За ним находились массивные двери из твердого камня, обтесанного до полупрозрачного, красивого теплого желтоватого цвета. Жидким камнем украсили стены храма, создав из него что-то вроде рам для росписей. Получилось на удивление красиво. Жидкий камень, перламутр, натуральные красители - все шло в дело.
   Снаружи храм представлял из себя скалу и ничто не обозначало, что под ней находится храм. Площадь перед храмом украшала крытая колоннада с двумя рядами колонн. Здесь и устраивались храмовые праздники в честь начала Нового года и в честь окончания очередного Тумана. Сюда первое время приходила и Она. Открывая тяжелый портал на радость всем.
  
   Когда горели факелы, свет переливался, отражаясь в створках портала. Секрет открытия портала зала только Она. Для других открыть его было просто не по силам. За вторым порталом - несколько помещений, среди которых самым красивым и уютным ее спальня - небольшое помещение, отвечавшее всем требованиям, из спальни ход на галерею, на вершине скалы над Океаном, где имелось ее изображение.
   На противоположной стене храма через нишу можно было попасть в обширное помещение большую галерею, где проходили главные празднества. В общем-то, все просто, но на всем континенте это был единственный храм, не считая нескольких небольших площадей, где черноголовые собирались, что бы решать свои проблемы и общаться между собой.
   Итак, завтра праздник. Праздник цветов и день рождения ее детей.
  
   Старуха
   тащилась по дороге, погоняя впереди себя овец и коз. Устала. Ноги отказывают. Прижимают к земле. Ноги - главное.
   Что-то происходит в этом мире. Раньше было не так. Теплее и туманы... Ох, какие она видела туманы. Плотные, рукой не отщипнешь. Зато, какие травы рождались! А сейчас... Жиденькие, прозрачные, как медузы, и травы после них никакой. И сама она вот совсем плохая. Нет, так-то она еще крепкая, руки сильные, вот только ноги... Старая! Давно живет. Который туман? Не помнит.
  -- Иди, иди! - Ишь чувствуют - не хотят. А что делать. Туман требует жертв. Чем больше, тем лучше.
   Сын. Головная боль. Не повезло. Мужские особи не живут долго. Еще один Туман и надо отдавать в мужья. А кому он нужен. Слаб. Очень слаб. Вот раньше было... Мужчин хватало аж на... да ее прадед прожил десять, а может больше Туманов. Бабушка говорила. И скольким детям дал жизнь. А вот своего отца она никогда не видела. Его хватило на один туман. Вот и сын... Слаб. Очень слаб. Никто на него не позарится.
   Что будет с людьми? Если дальше так пойдет, все вымрут. Дочери океана захватят сушу. Океаниды. Страшно войти в воду - утопят. Захватили воду, хотят еще сушу. Выживут всех людей. Сейчас уже в воду не ступишь. Опасно. Того и гляди Океаниды утопят.
   Раньше было. Самцы уплывали на плотах далеко. Много рыбы ловили. Океан их не трогал. Потом его дочери... их все больше и больше...и что удумали - самцов к себе заманивать! Зачем они им?
   Говорят Океаниды и без мужчин могут рожать детей. Их отец Океан - он дает им детей.
   Черноголовые стали бояться выходить в Океан, уплывать от берега. А рыба, она же не дура, она к берегу не подходит. Пришлось им самим, вместо самцов, браться за дело. А в последнее время так и им опасно удаляться от берега. Океаниды и их утаскивают. Все чаще на берегу их видят. Сидят, космы чешут и улыбаются. Проклятые. Совсем жизни от них не стало.
   Вот раньше. Бабушка рассказывала, да и сама она кое- что помнит, люди выходили в Океан, ловили рыбу. Ох, какая вкусная была рыба! И не только рыбу, ныряльщики добывали жемчуг, у нее есть одна нитка...ох придется отдать за сына... кто же так, без подарка, убогого возьмет. А раньше...
   Она в детстве видела Великую богиню. В праздник Цветов Океан не препятствовали людям плавать как хочешь в его священных водах. Правда, всего три дня. Потом они не рисковали уходить далеко от берега. А в Праздник можно было плавать, где хочешь. Бросали в воду цветы и венки. Много венков. Дочери Океана любили их, ловили и даже отнимали друг у друга. Ведь у них таких цветов не было. Только в праздник Цветов люди могли плавать по Океану свободно и видеть его дочерей без опаски и близко.
   Тот день она запомнила хорошо, хоть и была мала. В первый и последний раз она увидела берег и храм со стороны. Но самое удивительное, она увидела ЕЕ. Великую богиню, Мать дочерей Океана. Такого никогда не забудешь.
   Помнится, они отплыли далеко от берега, многие пугались, кричали и просились обратно - вдруг Океан рассердится и поглотит их. А ей хотелось плыть все дальше и дальше. В какой-то момент она оглянулась, что бы посмотреть, как далеко они заплыли, и застыла пораженная, прямо перед ней стояла Она. Такой красоты она не видела больше никогда. Богиня! Молодая и сияющая. Она плыла им навстречу в огромной перламутровой раковине, украшенной, увитой чем-то необычным. Она увидела только яркие цветные пятна, разобрать, что это не было времени... красивое и яркое, а что... Красавица улыбалась и приветливо махала белоснежной рукой.
   - Великая богиня, мать дочерей Океана! - как вздох понеслось по толпе. Все замерли, лишь тихо позванивали колокольчики в дрожащих руках.
  
   То было в последний раз, когда люди видели ее, Великую Богиню. Да. Ей повезло.
   Старуха вздохнула и ускорила шаг. Идти не далеко, но ноги... почему они отказывают - кто знает. Вот так и погибли их самцы, мужчины, болезнь охватила всех самцов, а сейчас, похоже, добирается и до самок. Что говорить о ней - она уже старая, но, сколько молодых маются ногами. У них-то откуда? Океан - его дела. Что произошло, почему он перестал пускать людей в свои просторы?
   Ой, о чем она думает, грех-то какой. Океан накажет. Он знает все наши мысли. Нехорошо так думать о Великом Океане. Все любят его, завися от его милости. Что без него делать? Где добыть воду? Какая жизнь без воды? Без воды все живое жить не может. Океан добрый. Вона сколько воды! Пей, вари еду, делай что хочешь.
   Бабка ей рассказывала. Старая престарая была, а все жила. Тогда долго жили, и самцы были крепкие и на ноги сильные. Так вот, ей ее бабка рассказывала, она видела, правда в детстве, Великую богиню живьем, в храме. Во как! Каждый праздник Великая являлась и сама принимала подношения, сидя на троне. Ей приносили цветы, весь пол был усыпан цветами, весь храм в цветах, подарки, кто, что мог сделать или достать, но всегда самое, самое... и, конечно, всяческую еду, богиня ни от чего не отказывалась. Бабка запомнила ее хорошо, хоть и была совсем маленькой. Видела она ее раза два или три.
   В праздник открывалась огромный портал - так он назывался. В обычное время закрытый, и все входили и любовались храмом. Старуха рассказывала, очень красивый храм. И статуи там стояли диковинные. Все чудное, какие-то животные, неизвестно откуда такие, здесь их точно нет, даже в океане не водятся, а все стены...как это бабка называла...забыла...там тоже нарисованы, чудные картинки. Животные невиданные, некоторые с крыльями, как утки, но совсем на них непохожи, даже рыб таких у них не водится. Цветы не такие как здесь, но самое удивительное - люди, а может боги - нетеру, уж больно необычные, совсем на них не похожие.
   А некоторые стены в храме блестящие, как застывшая вода, и в них можно видеть себя, как в воде. Вот в это что-то не верится. Как можно воду на стены поставить? И вся мебель и столы, и стулья такие же блестящие. Бабка не врала, она хорошо старухины слова запомнила. Да и в храме она сколько раз была и сама видела все его чудеса. Вот дверь и вправду - чудно. Огромная! И как только она открывается, говорят, что сама богиня только и может ее отворить... вот тогда-то ее бабка и видела. Огромная, как дверь! Молодая, красивая, а как же иначе. Она же богиня. Вечно молодая и прекрасная. А рядом с ней сидели ее дочери. Дочери ее и Океана. Даже улыбались. Им так приказали. Улыбаться. Подчинялись отцу и матери. И все улыбались. Ничего не ели, только улыбались. Известно, дочери Океана людей не любят. Это они в праздник улыбаются, а потом ну-ка сунься в Океан - живо утащат. По одиночки даже подходить опасно.
   А кто там еще присутствовал? Большая мать, да Большой отец. Ну, эти своих детей любят, помогают при случае, где советом, а где и поболее. Тоже нетеру, хоть и помельче, чем Океан или сама Великая богиня. Тоже молодые, говорят, что и они бессмертные. Кто их знает. Этих я сама в детстве видела, и даже уже взрослая была... но вот что-то давно не вижу. Никуда не хожу давно. Ноги...
   Бабка много чего рассказывала. Хоть и старая была, а память, как у молодой. Помнит, как беда случилась. Почему - никто ничего не понял. Говорили, Великая богиня рассердилась. За что - не помню. Ее тогда величали Великой матерью дочерей Океана. Она осерчала на это, и наслала на людей беду. Страшную. Ждали, ждали Туман, а его нет. Уж все сроки прошли, а он не приходит. Трава давно высохла, запасы на исходе. Лужи высыхают. Нечем кормить скот. Пробовали заливать лужи простой водой - бесполезно. Козы, овцы по привычке воду пьют, а все-равно голодные. Время идет, а тумана нет, и трава не растет. Собрали, кто что мог, у кого что осталось для приношений и отправились к храму, молить о защите. Помоги Великая мать, не дай погибнуть, умоли супруга своего Океан, что бы он приказал Великому брату своему Туману явится, принять наши жертвы, и смилостивится над нами.
   Они молились и причитали долго. Все напрасно. Великая мать не желала выходить к ним. Устали. Затихли. Долго стояли молча. Что делать? И вдруг кто-то громко позвал:
   - Великая богиня смилуйся! Не лишай нас жизни! - все подхватили. - Великая богиня. Заступница! Помоги.
   Как волна прошла. Заколебалась Портал и слегка приоткрылся.
   - Великая богиня услышала нас. Она приняла нашу мольбу! - все смеялись и плакали одновременно. - Она заступится за нас. Ждите туман!
   И точно, в ту же ночь Туман накрыл всю планету. Да такой! Какого давно никто не помнил.
   Вот что ей рассказала бабка, а той ее бабка или не ей? Все в голове перепуталось. Ой, стара становлюсь. Сколько прошло туманов с той поры - уже и не помню.
  
   Вот еще что люди рассказывают.
   Давно то было. Так давно, что молодые не верят, а старики не помнят. Мир был еще молодым. Каждый туман приносил обильный приплод и среди животных и среди людей. Тогда не редкость рождались двойни, а то и больше, барашек и козочек, да и люди от них не отставали. И все приговаривали - много детей - счастье в доме. Они и не заметили, как подошла беда.
   Людей становилось все больше и больше и пещер на всех не хватало, да и травы поубавилось. Тесно становилось на планете. Сосед на соседа косо смотрит. "Его пещера лучше. Шире. Удобнее. Да и к воде ближе. Чем я хуже!" Неслыханное слово родилось - вражда - какого доселе никто не знал. У него стада и лужи большие, а у меня маленькие. Почему? У меня семья большая, детей много. Их кормить надо. А у него всего двое. А он стольким владеет. Пусть отдаст лишнее. Не отдает. Не слышит.
   Молодежь недовольна. Старики долго живут, место занимают. Что с ними делать? Куда девать? Нехорошо среди людей стало. Никто не смеется, даже дети притихли, игры свои забыли. Кошки совсем обнаглели, среди белого дня кур крадут, гнезда их разоряют. Некому их пугануть. Прогнать. Разор пошел на побережье, трава пожухла, с корнем ее вырывают. Семья на семью косо смотрит, зубы скалит, чужой доход считает. Не к добру то, страшное что-то надвигается. Хуже тумана злого. Старики вздыхают, седыми головами качают, не одобряют. Но кто их, стариков слушает. Молодые власть забрали. Сильные. Им свою силу девать некуда.
   Сердце на сердце восстало, камни тяжелые руки жгут, толкают, торопят - брось меня в соседа. Убей его! И ведь случилось убийство. Сосед соседа убил. Ужас опустился на планету. Страшно стало. Такого никогда не бывало. Что делать с убийцей, наказать или простить? Накажешь - того все равно не воротишь, а простишь - другие убивать начнут. Вышли все из домов, собрались на площадях. Стали думать, что делать.
   Тут вспомнил кто-то историю старую. Да так, не историю даже, скорее мечту, что давно промеж ними жила. Сказывали старики, что Дильмун, место, где живут они, этим не кончается. Что там за пустынями великими, кто их перейти решиться, есть место страшное, Разлом великий, что почти до сердца планеты глубиной достигает. Там Туман силу свою копит, раны после битвы с Океаном, братом своим, залечивает, Этот разлом не перейти, не перелететь. Даже утки дикие с трудом его перелетают, их монстры, что в тумане живут не трогают, перо оберегает. Но кто по Океану решится тот разлом переплыть, мимо его проскочить, откроется ему мир неизведанный, пустынный. Необитаемый. Селись вволю, заводи скотину, строй пещеры по своему усмотрению - никто не помеха.
   Только нет у них смельчаков, что рискнут тот разлом найти и по бескрайнему Океану, отцу-кормильцу нашему, переплыть. Задумались молодые. Что им делать здесь, где все места заняты, уж и рыба не ловится. Дочери Океана не пускают, а у берега - какая рыба!
   В Дильмуне жили смелые и отважные самцы. Они ничего и никого не боялись. Четверо парней решили обойти Разлом по воде, Океану, чтобы добраться в тот мир неизведанный. Долго они собирались. Долго сооружали большие плоты, на которых не страшно выходить в открытый Океан. Обсуждали все, что нужно, сколько скота, сколько провизии. Выбрали подходящее время, после Тумана, что бы хватило времени доплыть куда нужно. Но плыть одним - какой смысл. У них должны быть жены, готовые разделить все трудности пути и, главное, стать хозяйками новых пещер, которые они создадут вместе. Много юных самок готовы были полюбить их, но отправиться в неизведанное - таких отчаянных и храбрых вовсе не находилось. Бросить родных, уютные, хоть и тесные, пещеры... Молодые самцы приуныли, но не отступили. И вот к концу второго Тумана, наконец, нашли четырех юных самок, готовых рискнуть. Четыре пары прекрасных и отважных юношей и девушек. Все обитатели Дильмуна провожали их в рискованный путь, без всякой надежды, хотя бы услышать когда-нибудь об их судьбе. Многие плакали, качали головами и повторяли: "зачем это, что им здесь плохо, напрасно искать то, чего нет". Другие в тайне завидовали, что не они такие храбрые и дерзкие, что им не хватило смелости дерзнуть. Долго черноголовые стояли на берегу, провожая отплывающих в неизвестность. Разошлись, когда плоты скрылись из глаз и смотреть больше не на что.
   Долго плыли отважные путешественники по Океану вдоль берега. Далеко уходить в Океан не решались, хоть и не видно дочерей Океана, да кто может ровняться с ними в скорости. Встретишь - не уйдешь живым. Но ничто им не мешало. Только кошки резвились вокруг, норовя залезть на плоты и полакомиться чем придется, да любопытные утки плыли рядом, клянча еду.
   Ночами приставали к скалам и по очереди следили, что бы плоты не унесло в водные просторы. Когда попадались отмели, вытаскивали плоты и весь скарб на песок и отдыхали. Дел и тут находилось много. Прежде всего, накормить животных. На плотах они почти ничего не ели. Качка мешала. На берегу отъедались вволю.
   Вот кончились пещеры, исчезли люди, никто больше не кричал в удивлении и не показывал на них рукой. Путешественники поняли - скоро разлом.
   На последней стоянке долго отдыхали и готовились к неизвестному. Сколько времени и сил понадобиться не знал никто. Первый раз решились люди на такое. Утром все, как обычно. Люди гребут. Плоты медленно, но верно продвигаются вперед. Океан спокойный. Только вдруг исчезли все коты, а утки плывя поодаль, не спешили приближаться к ним. Уже принялись они выбирать место для ночлега, а Разлома все не было. Неужели ошибались люди. И вовсе нет никакого Разлома? Все эти сказки придумали старики. Вдруг, раздалось тихое шипение. Звук негромкий, но от него забегали мурашки по коже. И тут вдали они увидели огромный серый столб, размазанный и неясный, но движущийся в их сторону. Люди ахнули и, не сговариваясь, в панике принялись грести в океан. Столб приближался. Неотвратимо и беззвучно. Вдруг, из воды поднялась небольшая волна и двинулась навстречу столбу. Тот застыл, как вкопанный. И волна остановилась, преградив ему дорогу вглубь океана. Столп помедлил, и вдруг распался на сотню бесформенных сущностей, которые с тихим зловещим шипением мгновенно были втянуты назад. В разлом.
   Черноголовые перевели дух. Океан спас их.
   Наступил вечер, решено было ночевать там, где они остановились. Глубина была небольшой. Бросили в воду камни, что бы плоты не унесло, успокоили животных и приготовились к ночевке. Всю ночь до утра они благодарили Океан, пели в его честь гимны, просили об удаче.
   Едва рассвело, все взялись за весла. Приближаться к берегу опасно. Поняли, Океан их союзник, им не нужно опасаться монстров Тумана. Гребли, не переставая, целый день, едва решаясь посмотреть в сторону разлома. "Какой огромный - думал каждый - какие страшные твари обитают там! Значит это не сказка! Не выдумки боязливых стариков!" Монстры бесновались, выбрасывали гигантские щупальца, стараясь достать беззащитных людей, поглотить их, втащить в страшные глубины Разлома, высосать из них энергию. Но их время еще не наступило, и перейти черту, которой Океан отделил от них людей, они не были в силах. День подходил к концу. Люди смертельно устали, а конца Разлома все не было. Неужели предстоит еще одна ночь в открытом Океане? Люди гребли из последних сил, но казалось, что они стоят на месте. Животные тоже были на последнем издыхании. Голодные, усталые, тяжело дыша, лежали они в своих закутках, не в силах встать на ноги. К вечеру страшные твари подбирались к плотам все ближе и ближе, едва не захватывая тех, кто не успел увернуться. Океан ослабевал.
   - Жертва! Нужна жертва! - догадался один из юношей. - Жертва умилостивит Туман!
   В следующее мгновение, когда гигантский столб подошел почти вплотную к плотам, один из них, схватив козленка, с размаху бросил того прямо в открытые пасти чудовищ. Пасть тут же захлопнулась и начала отступать, потащив всю связку чудовищ за собой. Остальные набросились на него, стараясь вырвать жертву из поганой глотки. Люди воспользовались суматохой и, забыв про усталость, налегли на весла. Им удалось пройти значительное расстояние. Растерзав козленка, монстры опомнились и бросились за беглецами, но те уже знали, что надо делать. Пожертвовав ягненком, они выиграли время и сумели пройти еще небольшое расстояние. Темнота сгущалась, но света было достаточно, что бы видеть, куда плыть.
   Осталось две пары. Последние козлята и овцы. Гибель. Им грозила гибель. Но вдруг одна из девушек закричала:
   - Вот он! Берег! Другой берег!
   Не помня себя, черноголовые гребли, забыв про усталости. Темень сгустился, когда миновали опасность, они пристали к берегу. Вытащили плоты и весь свой скарб, включая оставшихся животных, и упали, как подкошенные. Страшная усталость сморила, они заснули, не разбираясь опасно или нет и, где они находятся.
   Утром, проснувшись и оглядевшись, люди не могли поверить своим глазам. Прорвались! Они прорвались! Спасибо Океану! Он уберег от страшной опасности.
   Берег был на удивление низким. Чуть выше их плеч. Они быстро втащили весь свой скарб наверх и ахнули. Огромное пустое пространство расстилалось перед ними. Вдали виднелись бескрайние поля зеленой нетронутой травы и бесконечных холмов, где, вероятно, имелось множество пещер. Впрочем, вырыть пещеры не такой уж большой труд. К следующему Туману у них будет удобное жилье и запас еды...
   Вот как люди рассказывают. Может врут? Кто знает. Никто оттуда не возвращался. Так откуда люди узнали? Кто рассказал. Может все-таки кто-то вернулся и рассказал. Может, может...
   - Вот как люди рассказывают. Давно это было. А сейчас - сколько пещер пустых - живи - не хочу. Да жить некому стало.
   Старуха подошла к священным камням. У каждого камня блеял ягненок или козленок.
  -- Вона сколько друзей! Скучно не будет.
   Старуха привязала своих животных, погладила их, вздохнула и побрела обратно, не оглядываясь.
  
   ***
   Она сидела на галерее. Туман набирал силу. Оголодавшие монстры жадно скалились на нее, злясь и негодуя, что не в их силах достичь желанной добычи. В первый день их агрессия не имела границ. Она так и не смогла понять, почему любое, даже малое укрытие являлось спасением. В чем препятствие? Что не дает монстрам проникнуть к жертве?
   - Подождите, еще немного и вы получите желаемое. Она не уйдет от вас.
   Рядом с ней, на скамье, лежало тело Няньки. Она "уснула" несколько дней назад, и сейчас ей надо исполнить последний долг. Отдать тело Туману, что бы тот сделал свое дело. Интересно, когда "уснет" Она, кто отдаст ее тело монстрам? Зачем гадать, Океан позаботится обо всем.
   Она подняла почти невесомое тельце своей верной подруги и шагнула в сторону Тумана. Монстры ощетинились и метнули свои щупальца в ее сторону. Она медлила. Что-то мешало отдать свою ношу этим жадным корявым отросткам.
   Потом, решившись, она бросила тело как можно дальше, в самую гущу. "Вот вам!
   Жрите!" - прокричала Она и резко отвернулась, что бы не видеть ярости, с которой набросились на него монстры.
   Все кончено. Можно уходить.
   Уходить?
   Куда?
  
  
   Сказ о двух братьях.
  
   Звезды в пространстве неравно светят.
   Нет во вселенной покоя.
   Все, что рождается - все умирает,
   Жизни оставив мгновенье.
  
   Двух сыновей родила Планета,
   Одна из многих на кромке мира.
   Двоих лелеяла и любила,
   Не ожидая беды - несчастья.
  
   Старший безбрежным разлит Океаном,
   Полнится радостью, блеском, светом,
   В сини его отражается небо,
   Звезды лучи омывают в глубинах.
  
   Младший - Туман - этот всем недоволен,
   Мать упрекает, судьбу и брата,
   Что Океан все пространство занял,
   Места ему ни клочка не оставил.
  
   - Моя участь и зла и сурова,
   Мать родная дитя не признала,
   Не признала, не защитила,
   Брат о брате не молвил слова.
  
   Сирота обречен на скитанья,
   Нет для него ни тепла, ни привета,
   Только одни бесконечные дали,
   Дали, где мрак без надежды и света!
  
   Днем и ночью Туман рыдает,
   Никуда от него не деться,
   Только брату не верится в эти страданья,
   Чует, что они беду накликают.
  
   Мать-планета не в силах противиться силе злосчастной,
   Каждый сын - на своем, и друг другу ни в чем не уступят,
   Только младший теплей материнскому сердцу,
   Она ищет его и к себе призывает.
  
   - Ты приди, сынок, в мои объятья,
   Приди ко мне, обними меня крепче,
   Знаю я, о чем ты страдаешь,
   Сделаю все, как ты хочешь.
  
   И вошел Туман в материнское лоно,
   И слились они в едином порыве!
   Океан кричит и бушует,
   Только что он может поделать -
   Брат и мать в тот момент сильнее.
  
   Звезды попадали, небеса разошлись,
   Рыки проклятий до небес доставали!
   Молнии вонзались в самое сердце,
   Громы предвещали роковое рожденье.
  
   Успокоилось все, затихло,
   Но не долго им жить в покое.
   Лоно матери полнится страхом,
   Мрачным страхом бед бесконечных.
  
   Что обещают, что предвещают роды?
   Монстру какому суждено родиться?
   Мать в лихорадке, в смятенье,
   Время приходит, сроки подходят,
   Ничего не воротишь! Поздно!
  
   Мечется мать, криком исходит,
   Проклиная сыновей рожденье.
   Все нутро пылает жаром нестерпимым.
   Жар обжигает и некуда деться.
  
   Долго Планета корчилась в муках.
   Пока нутро ее не излилось наружу.
   Расплавленная масса кипит и обжигает!
   Ревет Океан, проклиная и мать и брата!
  
   Туман хохочет, он один доволен,
   Глядя на брата и матери страданья.
   Пусть все погибнет! Все исчезнет!
   Он на могилах свою жизнь построит!
  
   Ребенок беснуется. Взметаясь в небо,
   Избавиться от вод Океана пытаясь.
   Напрасно. Силы его оставляют.
   Он падает вниз, едва поднявшись.
  
   Затих ребенок. Застыл на месте,
   Гигантом-камнем оборотившись,
   Опрокинулась от тяжести Планета,
   Захлебнулась и осталась недвижима.
   Бился Океан о его края бессильно.
  
   - Сын мой, бедный сын - Туман взъярился -
   Лихие злодеи, я вас проклинаю!
   Его вы убили! О горе отцу!
   Страшитесь убийцы, я вам отомщу!
  
   Он безжизненный камень лижет,
   Его к жизни вернуть стараясь.
   На поверхности прожигает,
   Он глубокие, рваные раны.
   Раны полнятся те слезами,
  
   А из них трава вырастает,
   И ковром устилает камень.
   Становясь морем зеленым.
   - Смотрите! - Туман ликует -
   Сын мой не умер, он возродится,
   И трава ему в том поможет!
  
   Не стерпел Океан. В ярости беспредельной.
   Он последним усилием камень поднял,
   Но не смог удержать, со злостью бросил,
   Надломился камень,
   Трещиной огромной разошелся и
   Застыл навсегда, обездвижен.
  
   В ту глубокую трещину, в тот разлом
   Заточил он брата:
   - Вот твое место, другого ты не достоин!
   Вечно сиди и не смей подниматься.
   Подлостью ты заслужил наказанье.
  
   Долго пытался траву Океан уничтожить,
   Долго волны обрушивал, заливая,
   Но только густела трава, зеленей становилась.
   Устал Океан, покинули его силы
   И случилось чудо - начала трава вянуть.
  
   Тут Туман встрепенулся,
   В неистовстве взвился из щели,
   Рычал, бесновался, по всем просторам распластался,
   Пришла его пора, ничто ему не помешает,
   Нет ему удержу - он господин на планете.
  
   Но брата одолеть он все равно не может,
   Не может побороть безбрежные воды.
   Заставить служить себе. Брат ему не подвластен.
   Пришел Океан в себя. Собрал могучие силы и
   Снова загнал Туман в бездонное чрево.
  
   Так повелось с той поры далекой,
   Что никто победить не может.
   Братья властвуют в черед на планете,
   Борясь и, сменяя друг друга.
   Лишь один материк неподвижен, бездушен,
   В свое время травой прорастая,
   Как на смену брат приходит брату.
  
  
    []
  
  
   Нет во Вселенной покоя,
   Жизнь, чуть начавшись - в миг умирает.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   1
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"