[Регистрация] | Редактировать сведения о тексте | Редактировать текст


Самиздат, Предгорье, Мировое Зло
представляют:
Крещенский вечерок
Конкурс готического рассказа


Аннотация:


Кв: Ольга


  
   -Девочки, сегодня будем гадать, - объявила Маша, вынимая из сумочки свечи. - Сегодня Крещенье.
   -Так ведь гадают до Крещенья? - удивилась Таня.
   -И Крещенье, кажется, завтра, - добавила Оля.
   Маша открыла пудреницу и придирчиво оглядела в зеркальце лицо, особенно нос.
   -На суженого-ряженого гадать будем, - сказала она. - Сколько можно в девках сидеть? Пора замуж! Правда, девоньки?
   На всегда таком строгом, чистом Машином столе появились еще свечи, три расчески, небольшое круглое зеркало.
   -А мне не погадать, я замужем, - немного огорчилась Оля.
   Таня, с увлечением расставлявшая свечи, утешила подругу:
   -Подумаешь! За компанию развлечешься, ничего не будет. Только я никаких гаданий не знаю, Маш.
   Секретарша сдвинула принесенное добро в сторону и включила компьютер.
   -В обед займемся. Знаю, конечно. Капаешь воск в воду и смотришь. На что застывший воск будет похож, такой и суженый.
   -Какой воск, свечи же парафиновые? - Таня отошла к своему столу, но вернулась, не в силах побороть любопытства, и еще раз перебрала гадальные принадлежности. - А кольца зачем? И бусы?
   -Ну парафин, какая разница? Тань, иди на место, Михал Васильич идет, опять вопить начнет, что бездельничаем. Гаданье такое: берутся сапоги наши, одна туда раскладывает кольца, бусы, ложки, можно бумажки с картинками или подписями, другие затем выбирают. Что из сапога вытащишь - то и будет у тебя в году. Или муж какой будет, что загадаешь, короче.
   Вошел директор.
   -Здравствуйте, Михаил Васильич! - хором поздоровались девушки.
   Директор кивнул, затем предупредил Олю:
   -Гольцова, после обеда приедет человек из "Винтера", будешь переводить. Готовься.
   -Да, Михаил Васильич, - ответила Оля весело и, когда директор скрылся в кабинете, добавила: - Еще башмачки за ворота кидают.
   Таня с Машей прыснули.
   -Ну да, как кинем наши сапоги за дверь, так и зашибем "Винтера"!
   Из переговорника раздался сердитый начальственный голос:
   -Гольцова, Васина, Терешкина, работайте!
   В столовой за обедом девушки взяли глубокую тарелку. В офисе выключили верхний свет, налили воды, зажгли свечи и по очереди держали их над тарелкой. Прозрачный парафин застывал белыми бесформенными пятнами.
   -А у меня похож на мешок, - шептали девушки, склонившись над столом и упираясь друг в друга макушками. - Смотри, у Таньки собака! А у Ольги рогатое что-то! Не черт ли? Нет, это она мужу рога наставит! Ладно вам, девочки...
   Маша впорхнула в комнату красная и довольная:
   -Моего будут звать Роман! Ольга, твоя очередь.
   Оля вышла в коридор, осмотрелась - кто-то шел в ее сторону.
   -Простите, Вас как зовут? - обратилась к представительному мужчине девушка.
   -Меня зовут Марк, - улыбнулся тот, сверкнув зубами. - Не подскажете, где я могу найти Ольгу Гольцову? Я из фирмы "Винтер"...
   -Ой, а почему вы говорите по-русски?
   -Может, зайдем в офис? - лучезарно улыбался представитель "Винтера".
   -Конечно, - Оля открыла дверь и снова ойкнула - забыла уже, что отворилось в комнате: электричество выключено, на компьютере горят свечи, по полу расставлены женские сапожки, на столах раскиданы предметы верхней одежды сотрудниц и разная бижутерия, а секретарь и офис-менеджер стоят, раскрыв рты, у входа.
   -Что вы делаете? - удивился пришелец. - Гадаете? О, старый русский обычай!
   -На суженого-ряженого, - смутились девушки.
   -Покажете?
   По дороге домой Оля все вспоминала неприятного менеджера. То есть сначала Марк был очень мил, смотрел на крещенские забавы, затем начал вольно шутить, предлагать Оле пойти в ресторан...
   -Нет, что вы, - Оля не знала, плакать или смеяться. - Что вы, я не могу.
   Он вдруг убежал, вернулся с цветами и шампанским, звал всех троих, но именно на Олю смотрел особо внимательно, изучая.
   -Я не пойду, - сказал Оля твердо.
   -Да почему же?
   -У меня муж. И ребенок.
   Марк засмеялся:
   -Вы меня обманываете! Вы только что гадали на жениха!
   -Ну гадала, подумаешь, - рассердилась Оля. - Мы просто развлекались.
   Он нахмурился и словно даже обозлился:
   -Нет, вы не могли этого делать. Так нельзя. Как вы могли гадать, когда вы замужем? И еще ребенок. Нет, вы меня обманываете! Ольга, я вам не нравлюсь?
   "Вот привязался иностранец!" - подумала Оля.
   -Да нет, нравитесь, в общем, - вынужденно согласилась она. - Но я действительно замужем, поэтому ни в какой ресторан сегодня не пойду. Не верите?
   Иностранец смотрел, как показалось Оле, с сожалением.
   -И все-таки давайте я буду вашим суженым, - предложил он.
   -Вам паспорт показать? - грубо спросила Оля и полезла в сумочку.
   Вернулся Михаил Васильич, забрал представителя "Винтера", обрадовавшись, что тот говорит по-русски.
   Когда Марк уходил, он шепнул Оле:
   -Так я к вам скоро приду. Когда вы останетесь одна.
   И ложась спать, Оля все думала, что же он имел в виду.
   Ночью Оля проснулась. Сорочка намокла и прилипла к спине, грудь болела, на губах застыл крик. Вокруг стояла густая тьма. Рядом всхрапнул муж, застонал.
   -Коля, ш-ш-ш, - Оля погладила мужа, тот перевернулся к стене и затих.
   Оля напряженно всматривалась в темноту. Что ей приснилось? Что-то, отчего перехватило горло и стало трудно дышать... мерзкое и противное... вроде змеи. Как будто она стоит, и змеи вползали в комнату, заполняя пол, и некуда ступить, и нельзя убежать. А змеи заползают, черные тугие тела извиваются под ногами, касаясь ступней, и Оля замирает и старается не дышать, чтобы поднятые черные головы с высунутыми раздвоенными языками...
   Что за странный тип этот иностранец! Почему привязался он к Оле сегодня? И зачем хотел прийти? Не думал же он, что она...
   Было душно, и хотелось открыть форточку, но Оля боялась встать с постели, ей казалось, будто на полу еще копошатся змеи.
   И еще что-то видела она во сне. Рогатое, лохматое, перхатое, острорылое, с красными глазами. Нет, наоборот, белое мертвое лицо с остановившимся взглядом.
   Тяжесть в груди уходила, дыхание восстановилось. Оля отпустила одеяло, расслабила ноги, разжала зубы. Зевнула, повернулась на бок и заснула.
   Будильник звенел, звенел, звенел... Оля сквозь сон пошарила по тумбочке и выключила механизм.
   -Коля, вставай, - пробормотала она и потрясла мужа за плечо. Плечо было твердое и холодное.
   Оля вылетела из кровати, в ужасе уставившись на мужа. Он лежал в обычной позе, на боку, лицом к стене, подобрав колени. Оля медленно протянула руку...
   Она вызвала "Скорую", позвонила на работу.
   -Михаил Васильич, можно, я не приду сегодня? У меня муж умер, - с трудом проговорила Оля.
   -Соболезную, - отозвался директор. - Но сегодня решающая встреча с "Винтером", и ты должна быть. Завтра - пожалуйста, а сегодня чтобы была. И не опаздывай.
   Оля разбудила дочку, одела.
   -Мама, а почему папа не на работе? - спрашивала Лиза, подпрыгивая и норовя залезть в родительскую кровать.
   -Ш-ш-ш, - сквозь сухость в горле шептала Оля. - Папа заболел. Пойдем скорее в садик, сейчас "Скорая" приедет.
   Велев Лизе ждать маму на улице и дождавшись, когда дочь выйдет на улицу, Оля позвонила соседке.
   -Мария Анатольевна, я вас очень прошу... извините, что так рано, понимаете... Вот ключи от квартиры. Там... - Оля не могла выговорить. - Когда "Скорая" приедет, откройте им, пожалуйста, - неловко закончила она.
   -Да что случилось, милая? - заволновалась соседка.
   -Там... У меня работа. Пожалуйста...
   Чувствуя подступающие слезы, закусив губу, чтобы не заплакать, Оля махнула рукой в сторону квартиры и убежала.
   Переговоры с иностранцами, длившиеся почти весь рабочий день, прошли сквозь сознание, не коснувшись его. Растягивая губы, Оля переводила, не слыша ни того, что говорили ей, ни того, что говорила сама. Стены офиса были как белое Колино лицо, лампы - как его остановившийся взгляд. Лица окружающих расплывались.
   После работы, забрав Лизу, Оля повела девочку гулять во двор. Идти в пустую квартиру было страшно. Холодный мокрый снег падал на лицо. Лиза радостно облазила горку, скатилась несколько раз, но после того как мама на ее веселое "Смотри, как я катаюсь!" не повернула головы, девочка расстроилась и села на скамейку рядом.
   -Мама, я домой хочу!
   -Домой? - вздрогнула Оля. - Да, конечно. А может, съездим к бабушке? Бабушка пирожков напечет?.. - предложила она неуверенно.
   -Хочу домой, - заканючила Лиза. - Домой!
   Дверь на кухне была открыта, в кухне горел свет.
   Вышла соседка и хотела заговорить, но Оля замахала на нее руками:
   -Потом, потом, не при Лизе!
   -Папа! - побежала Лиза в кухню. - А где папа? - вернулась она.
   -Он... в больнице, доченька. Он... заболел.
   Старушка соседка поджала губы:
   -Чего обманывать-то ребенка?
   -Мария Анатольевна, - укоризненно воскликнула Оля.
   -Как знаешь, - соседка зашаркала к выходу. - Завтра зайду тогда. Бумаги все на столе. Отпевать-то будешь?
   -Вот еще!
   Оля зажгла свет во всей квартире. Лиза сидела на кухне и пинала ножку стола, возя ложкой в тарелке с творогом.
   -Мам, а когда папа вернется?
   -Не стучи по столу, - сказала Оля сердито. - И прекрати баловаться, ешь нормально.
   -Ну когда-а-а...
   Ешь! - прикрикнула мама.
   Девочка замолчала, и Олю охватило раскаяние. Она подошла к дочери, поцеловала в макушку, погладила.
   -Скоро вернется, дорогая, скоро. Ты, главное, ешь хорошо, и все будет хорошо. Ешь, ладно?
   Потом Оля села на диван в гостиной, посадила девочку на колени и стала читать любимую дочкой сказку.
   -А правда Герда спасет Кая? - иногда спрашивала Лиза, как спрашивала всякий раз, слушая "Снежную Королеву".
   -Обязательно, - с дрожью отвечала Оля.
   -И все-все-все у них будет хорошо?
   -Очень.
   -Мам, я спать хочу, - сказала Лиза скоро, сползая с дивана.
   Оля подхватила дочь:
   -Подожди. Посиди еще со мной.
   -Спать хочу... - заныла девочка.
   -Конечно-конечно, - Оля обняла дочь. - Мама тебя так любит...
   Лиза обвила маму за шею маленькими ручками:
   -Я тоже тебя люблю!
   -Ну ладно, иди, - Оля отпустила девочку, и Лиза поскакала в кровать.
   Долго ходила Оля по квартире, прислушиваясь к редкому шуму машин. Было неуютно и тревожно, и очень одиноко. Упав на диван, Оля долго плакала. Затем выдохлась и задремала, всхлипывая, утирая нос и глаза рукавом халата.
   Проснувшись от холода, Оля вскочила. Бешено колотилось сердце, тело бил озноб. "Лиза!" Оля бросилась в спальню.
   Девочка спала и тихо сопела во сне. С одной коленки одеяло сползло, и Оля дрогнувшей рукой поправила его. Ничего не происходило, но тревога не отпускала Олю. Она шагала около кроватки дочери, боясь отойти. За окном было тихо-тихо, и квартире тишина, так что собственные шаги по ковру казались громким скрипом.
   Оля села на край детской кровати, взяла дочь за руку. Ручка была мягкой и горячей. "Боюсь, боюсь", - стучала кровь в висках. Перед глазами всплывало лицо иностранца-суженого. По полу тянуло сквозняком. Не в силах справиться с подступающей паникой, Оля с ногами забралась к Лизе и взяла дочь на руки, завернув ее в одеяло. Сбиваясь с дыхания. Оля смотрела их темной спальни в ярко освещенную гостиную, на блестящий стол, на тусклую посуду за стеклом буфета, на черный экран телевизора. Отсюда было видно, что экран пыльный, и в пыли пролегла кривая дорожка - след Лизиного пальчика.
   Оля старалась не думать, не вспоминать, вздрагивала при каждом звуке. Глаза слезились и болели, веки отяжелели, но засыпать Оля боялась. Она крепче прижимала девочку, хотя руки очень устали.
   Голова клонилась на грудь. Оля вздрагивала, вскидывала голову, открывая глаза, видела блестящую гостиную - и снова закрывала болящие глаза. Один раз показалось, что Лиза странно спокойно спит. Оля потеребила дочь - девочка мягкая, теплая, - и успокоилась. "Показалось спросонья".
   Когда Оля проснулась, был день. Ярко светило солнце, лучи смешивались с электричеством, создавая причудливые перламутровые тени.
   "Слаба Богу!" - подумала Оля и потрясла дочь.
   -Лиза, вставай! Лиза! Лиза!..
   Девочка молчала.
   -Лиза, пора просыпаться, - зашептала Оля, гладя девочку. На щечку упала слеза. - Пора вставать, девочка моя...
   ...Оля качалась, напевая:
   -Пора вставать... пора вставать...
   Солнце садилось. Звонил дверной звонок, звонил телефон городской, звонил мобильный. Оля сидела на детской кровати, качаясь взад и вперед, прижимая к себе мертвую девочку. В комнату заползали тени. На улице шумели и гудели машины, говорили люди, а здесь, в квартире, только тикали Олины наручные часы на столе в соседней комнате.
   Когда звуки вечера стали стихать, Оля немного пришла в себя. Осторожно-осторожно, медленно-медленно уложила она девочку, встала - и тут же села: в затекших ногах словно ожили тучи букашек, ноги словно целиком состояли из шевелящихся и жалящих букашек.
   Кое-как Оля дошла до туалета, хотела ополоснуть лицо - но испугалась зеркала и выскочила из ванной. Часы показывали одиннадцать.
   "Мой черед", - поняла Оля. Она включила телевизор погромче, полезла в шкаф и долго копалась среди вещей, перерывая коробочки и баночки. Вытащила за цепочку потемневший серебряный крестик, надела. Вернулась в комнату, взяла на руки дочь, завернутую в одеяло, и села в кроватке.
   -Все будет хорошо, доченька, -- прошептала Оля, прислушиваясь. - Все будет хорошо...
   Телевизор замолчал.
  
  
  
  
   1. Холодный мокрый снег падает на лицо.
   2. плакать или смеяться
  
  • Комментарии: 19, последний от 01/09/2006.
  • ? Copyright Леший (mirovoe_zlo@mail.ru)
  • Обновлено: 17/02/2009. 15k. Статистика.
  • Рассказ: Хоррор
  • Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.

    Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
    И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

    Как попасть в этoт список