Проснулся Санько от сильной тряски. С большим усилием разлепил глаза и с удивлением обнаружил, что находится в санях. Он сразу же приподнялся на локти и стал оглядываться вокруг. Мимо мелькали ели, березы и сосны, окутанные белым снегом.
Затем Санько глянул в сторону извозчика. Тельце было малюсеньким до нельзя, оно было одето в серый кафтан, на голове была какая-то шапка толи из зайчатины, толи из лисьего меха.
После вчерашних поминок голова работала плохо, и парубок никак не мог вспомнить, как он оказался здесь. Санько уже хотел было окликнуть странного извозчика, но вдруг осекся. Из-под полы плаща выглядывал хвост! Да, да, именно хвост! Длинный черный, похожий на шланг хвост! Сперва парубок не поверил своим глазам: "Наверное, это просто сон, вчера горилки много выпил, и теперь такое мерещится. Надо себя только ущипнуть, и я обязательно проснусь у себя в теплой постели".
Санько сильно ущипнул себя за нос аж так, что слезы пошли. Ничего не изменилось. Он, как и прежде находился в санях, а по бокам мелькали, покрытые снегом, деревья. Маленькая хвостатая фигурка извозчика не обращала никакого внимания на Парубка.
"Не уж то черт по мою душу?" - это мысль одновременно пугала и радовала Санько. Он не знал, что ему делать: плакать или смеяться.
Санько уже давно с парубками спорил о том есть черти на свете или нет. Вот теперь подвернулся случай что-нибудь стянуть у этого самого с копытцами: кисть хвоста, расписку и о своем существовании или рога.
С другой стороны парубок знал и сам верил в крестьянские сказания о чертях, которые забирают к себе особо провинившихся людей и почти всегда их лишают надежды на возвращение в людской свет.
В такой ситуации любому из хлопцев было бы не лучше чем Санько. Но надо что-то делать! От долгого лежания под не слишком толстым покрывалом парубок уже начал заметно замерзать, а неизвестность тепла никому не приносила.
"Надо рогатому что-нибудь сказать". - только так подумал Санько и уже набирал воздуха в легкие, как, неожиданно, черт, как в последствии и оказалось, повернулся к хлопцу и сказал, немного прищурившись и довольно ухмыляясь:
- Где ж ты видывал, чтоб черт писал расписку о своем, что ни наесть взаправдашнем существовании? Умишки в голове много, что ли? Книг мудрых прочитал много?
- Много вы молодые соображаете в таких делах! Эх, ну и ч... бог с тобой. Теперь убедился, что я есть?
- Да, похож на черта-то...
- Я то похож? Да я же и есть рогатое! - воскликнул, обидевшись черт.
После этого диалога наступило тягостное молчание, никто не хотел продолжать разговор. Санько думал, как выбраться из лапищ рогатого. Думал о том, чтобы спрыгнуть, да, куда поедешь то, везде один лес и снег по грудь! Затем хотел убить черта, но в сказках не говорилось о том, как это можно сделать. Вследствие чего парубок и не верил в простую человеческую смерть рогатого. "Куда ж мы все-таки едем?" - мелькнуло в голове у Санько.
- Куда едем, куда едем, ты о чем-нибудь другом можешь думать?
- Черти мысли умеют читать? - искренне удивился парубок.
- Конечно, мы же создания, стоящие выше жалких людишек, особенно таких, как ты! - с гордостью откликнулся черт. Его голова в этот момент находилась так высоко, что казалось: еще чуть-чуть, и она отвалится.
- Почему особенно таких, как я? Чем Санько хуже черта? - теперь уже парубок обиженно спрашивал своего спутника.
- В том-то и дело, что, как черт ты не хуже меня, но вот, если ум сравнивать, то ты мне и в подметки не годишься.
- Как в качестве черта? Это ты на мое...
- Да, но я не намекаю, а говорю... Ладно, хватит отвлекаться, уже приехали... все сам увидишь.
Они подъехали к небольшому заснеженному холму. Это был самый обычный неприметный холм, правда, довольно большой, который Санько довольно хорошо знал. Здесь часто хлопцы с девчатами собирались вместе и гуляли, за что назван был Гуляльным. Старики про этом место не знали, хотя, может, и видели. Когда хлопец хотел признаться в любви дивчине, он обязательно приглашал ее на этот холм...
Черт спрыгнул с саней, затем два раза стукнул в ладоши, и огромный валун, лежащий с самого низу холма, откатился в сторону. Появился темный проход. Санько не знал, куда он ведет, и от этого ему становилось страшно. Его стала пробивать чуть заметная дрожь, не дающая парубку сосредоточиться.
Возле входа черт повернулся к Санько, предварительно махнув в свою сторону рукой, и сказал:
- Слезай и иди за мной.
- Зачем? - испуганно спросил Санько.
- Узнаешь позже, давай быстрей.
- А если я не соглашусь?
- Да не соглашайся, ради дьявола, только посмотри вокруг!
Санько покрутил головой во все стороны. Как ему не было горестно, но везде виднелись только снег, да, деревья. А метки, помогающие молодым добраться до Гуляльного холма, припорошило снегом. У парубка не было ни одного шанса выбраться из лесу самому.
Санько спрыгнул с саней и пошел вслед за чертом.
Когда они очутились внутри пещеры, парубок погрузился в полную темноту. Он начал спотыкаться при спуске вниз. Вслепую Санько ходил плохо, тем более по лестнице. Он уже несколько раз упал на впереди идущего черта, но к своему удивлению рогатый не падал, а спокойно выдерживал немалый вес парубка и ставил его обратно за свою спину. Правда, при этом черт постоянно ворчал так, что Санько понимал только отдельные слова: "свалился...", "жил...", "умерла...".
Хоть парубку и было очень интересно, о чем бормотал себе под нос рогатый, он все-таки сдерживал себя и старался больше не падать.
Вскоре появился свет. Вначале это было слабое мерцание, а затем довольно неплохое свечение факелов, прикрепленных к стене.
Теперь Санько мог идти спокойно, не опасаясь коварной лестницы. Однако парубок вскоре пожалел о том, что появился свет - на противоположной стороне открывалось огромное пространство. Там было множество людей, каждый из которых "занимался своим делом". Над группами людей стояли черти, такие же, как рогатый, шедший впереди парубка. Эти черти держали в своих руках плети огромных размеров, намного больше, чем они сами. "Как они с такими штуками справляются?" - мелькнуло в голове у Санько. И он дальше стал наблюдать за неожиданно открывшейся для него картиной. Теперь парубок свое внимание полностью перевел на людей и сразу вздрогнул от увиденного. Старики беспомощно барахтались в какой-то кипящей жиже в огромном котле; те, что помоложе вертелись на жерновах; молодые нагие девушки танцевали для чертей с седыми бородками и получали от них удары хлыста...
Дальше хлопец не мог смотреть... Ему стало дурно и страшно. "Меня туда же, на жернова!" - Санько потерял способность идти быстро, голова закружила и мысли разлетались по всей голове. Парубок судорожно пытался их собрать воедино, но ничего не получалось.
Тут черт-провожатый остановился.
- Это все грешники, одни попали сюда недавно, а другие здесь с тех времен, когда твоя прапрапрапрапрабабушка должна была только появиться на свет через тысячу лет. Девушки, которых хлестают черти-старики, блудницы - они продавали свои тела и этим самым отдали душу дьяволу, то есть нам. Они до конца времен будут перед нами плясать и показывать свои прелести. Те, которые вертятся на жерновах - это убийцы, они лишили жизни многих людей, а, как известно, лишая человека жизни, ты лишаешься своей души. Старики в супе... Да, да, именно в супе. Это те же убийцы, но по истечению 200 лет мы им разрешаем немного состариться и вариться в этом большом котле. Из них такой навар превосходный получается, если у нас останешься, обязательно отведай - вкус просто восхетительный!
Черт замолк, по-видимому, для того, чтобы дать возможность Санько осмыслить всю только что полученную информацию. Парубок больше не глядел на равнину, где страдали грешники... Ему казалось, что чего-то не хватает во всей этой картине, но он не мог понять чего именно.
Рогатый неожиданно остановил спуск по лестнице и как-то особо, как только могут делать черти, хлопнул в ладоши. На Санько навалился огромный поток криков, смеха, стонов и плача. Только теперь хлопец понял, чего ему не хватало. Это были звуки, которые он должен был услышать, когда еще шел по лестнице, но их не было...
- Ты должен до места дойти живым, и поэтому я блокировал стоны наших "жителей". Если бы ты от страху упал и разбился, от тебя уже не было бы пользы. - спокойно сказал черт и продолжил свое шествование вниз по адской лестнице...
У Санько все поплыло перед глазами, ему стало казаться, что на этой лестнице время останавливает свой ход, и все вокруг засыпает: жернова стали медленнее крутиться, нагие девицы долго исполняли какой-то коротенький танец. Эти образы стали искажаться и смешиваться пока не превратились в странное существо, изрыгающее из глотки непонятные слова и состоящее из разных частей тела человека: головы, рук, ног... Они находились не на своих местах: ноги вместо рук, уши вместо глаз...
Только сейчас парубок осознал, что это всего лишь его фантазии, а он сам теряет сознание...
- Я этого обормота часов пятнадцать на своем горбу вниз тащил! Ишь ты, сознание потерял! Между прочим, мне уже восьмая сотня идет, спина болеть начинает, а тут его еще тащи! Говорил же вам, что нынешняя человеческая молодежь не то, что раньше, а нежная какая-то, то чертей боится, то стонов! Лет двести назад нашего брата не то, что не боялись, а даже по хребту надавать могли, тогда человек сильный был и убить мог!
- Успокойся Студень, я тебе за это на неделю в Адское Пламя пущу, отдохнешь там.
- Ой, спасибо вам, господин! Да, я за это могу еще с десяток таких же на горбу притащить!
- Нет, ты свое дело сделал, теперь надо его в чувство приводить.
Санько что-то сильно стало теребить за щеку. Он открыл глаза и увидел своего черта-проводника.
- Вставай, с тобой мастер хочет поговорить.
Санько направил свой взгляд в ту сторону, где еще недавно слышал второй голос и увидел нечто странное. Оно было похоже на сгусток энергии, материализовавшийся в видимое тело красного цвета, который вращался в воздухе, не поддаваясь никаким законам природы.
Это подлетело к парубку и теперь Санько увидел два маленьких алмазных глаза и огромный беззубый рот, который занимал чуть ли не все пространство "его".
- Мы еще не знакомы. Я Хранитель Душ! - сгусток попытался выразить свою радость улыбкой, но от этого зрелище стало еще ужаснее.
- Рад познакомиться. - машинально ответил Санько. - А, вы, по какому поводу?
- Студень, оставь нас наедине. - обратился хранитель к уже к хорошо известному парубку черту.
Черт низко поклонился обоим, стукнул копытом два раза и исчез.
"Однако, неплохие у этих чертей манеры, нашим хлопцам у них учиться и учиться". - заметил про себя Санько.
- Тут, Санько, дело щепетильное. Вот ты вчера, где был? Знаю, что трудно вспомнить, но постарайся!
- Вчера были поминки Веры, моей будущей невесты. Сорок дней с того времени, как сгинула в лесу. Замороженной через два дня лесничий нашел.
- Интересно, интересно, а как это случилось? - улыбка становилась все больше и больше, пока она не достигла краев сгустка.
- Я с Верой гулял в лесу, тогда еще снега было не так много, как сейчас. Рассказывали друг другу различные истории, затем обнимались и целовались. Через некоторое время Вера предложила играть в прятки. По считалке, вышло, что галить должен я. Стал считать до ста... Когда миновало уже пятьдесят, вдруг разыгралась страшная пурга. Я перестал что-то видеть, но это не мешало мне искать мою девушку. Я стал идти по следам, которые виднелись на снегу, но вскоре их замело. Стал кричать, но никто не отзывался. Мне трудно сказать, сколько прошло времени, наверное, часов пять. Стало темно, и я окончательно выбился из сил. Думал, что сгину, но нашел какой-то старый дуб с большим дуплом. Я туда забрался и заснул мертвым сном. Проснулся, когда услышал крики. Это почти весь хутор искала нас с Верой. Я выбрался из спасительного дупла и отправился на крики... Рассказал своим все, как было. Мы еще два дня ее искали, но так ничего и не нашли. Лесник через два дня совершенно случайно нашел Веру, когда ходил деревья рубить. Недалеко от себя заметил снежный бугорок. Он его раскопал и обнаружил там Веру, которая не подавала никаких признаков жизни...
Вчера уже сорок дней, и мы ее поминки справляли.
- Ну и неплохо ты, Санько, справлял! Студень тебя без особых проблем пол пути провез, а ты и глазом не моргнул!
- Видно горилка сильно подействовала.
- Ну, ладно, теперь к делу... Ты Веру любишь, то есть любил? - улыбка с Хранителя стала спадать и преобразовываться в озабоченную физиономию.
- Конечно, да!
- Э-э... Понимаешь в чем дело... Вот ты у нас видел, что все людишки чем-то заняты? Их "служба" в Аду зависит от грехов, что в жизни сделали, за то и расплачиваются... Но твоя Вера никакой группе не подходит...
- За ней грехи числятся, что ли? Если в Аду...
- Нет, просто Вера когда возле Рая стояла ангелу сказала: "Из-за меня теперь Санько страдает, не даст ему моя смерть спокойно жить, за это в к чертям хочу!" Ну, как тут девушке отказать! Вот и направили к нам! А что здесь ей делать? Нам нужны добросовестные грешник, от которых толк есть... - стал разглагольствовать басом сгусток. - Вот ты грешил, Санько?
- Вы, что! Никогда! - крикнул обиженно парубок.
- Ай-яй-яй! Кто Машу, дочь головы хутора, по мимо ее воли женщиной сделал? А богатым ты, как стал? Денег-то у тебя никогда больших не было! А тут тебе, р-раз и дядя помер! Сердце остановилось! Не ты ли его споил, а?
Почва стала уходить из-под ног парубка. Он начал падать, но тут откуда не возьмись появился черт, подхватил Санько, дал ему понюхать нашатыря и опять внезапно куда-то исчез. Парубок полностью пришел в себя и стал тупо смотреть на Хранителя Душ.
- Это наша работа и смысл существования - наблюдать за человеком все его грешки. Ладно, начнем заново... Ты Веру любил?
- Да, больше жизни. - немного успокоившись ответил хлопец.
- Вот и отличненько, что больше жизни! Этого мы и ждали. Ты для нашего общества подходишь! - сгусток демонстративно окинул взглядом грешников, поглощенных своей "работой". - Ты ж ее больше жизни любил, так дай ей свою жизнь! Останешься здесь, и мы ее выпустим! Ну, как тебе?
- Я ж это образно говорил, зачем так буквально воспринимать? - парубок стал белее мела.
- Так ты не готов собой пожертвовать?
- Она мертва, и я ей ничем не могу ей помочь.
- В том и дело, что можешь! Поменяйся с ней местами!
- Нет!
- Значит, ты ее не любил, если не готов собой пожертвовать?
- Любил, но не до такой степени!
- Если любишь, то тебя с ней поменяем, если нет, то оставим в покое. Так, да или нет?
- Нет! - тяжело вздохнул Санько.
- С тобой все ясно! - Хранитель совершенно успокоился, из-за чего его рот совсем исчез. - Вера, выходи!
Тут Санько отринул в сторону, споткнулся об небольшой булыжник и упал спиной на каменный пол. Над ним стояла Вера одетая в огромный черный плащ, она была похожа на покойника - белая, как сама смерть.
- Скотина! - сказала она. - Из-за тебя теперь в Аду прозябаю!
Вера замолкла. Санько увидел, как из-под полы плаща показались руки бывшей невесты, а в них какой-то тяжелый предмет...
"Холодный мокрый снег падает на лицо". - Вера дотронулось до того места, где только что лежала снежинка, и почувствовала маленькую капельку воды. - "Значит, я, действительно, живая".
Отойдя немного от входа в пещеру, девушка увидела, как огромный валун сам закрывает проход в Ад... Теперь это был обычный Гуляльный холм.
Недалеко от холма к дереву была привязана красивая черная лошадь. Вера села на нее. - "А, как же метки, ведь их снег замел?". - Но к своему удивлению девушка обнаружила, что все метки, ведущие до хутора видны...
