Креславская Анна Зиновьевна: другие произведения.

Встреча. Киевский эскиз

Я встретила Поэта в переходе

при тёплой летней киевской погоде.

Отчаянно Поэт был нелюдим.

И торговал он сборником своим.

И было что-то в облике поэта

Юродивое. Не одежда это

И даже не склоненье головы.

Не взгляд. Не вздох. Не жест. Но только вы

Уже не отрешались от решенья:

Юродивый. Я поняла: лишенья,

Обиды, стыд. Униженность.- И вот

Юродивый со дна души встаёт.

Юродивая, лешая душа

Вставала в переходе не спеша.

Потом был кофе. Исповедь в кафе.

Метались жарко тени на стене.

И, не готовый к аутодафе,

Поэт был снова в собственном уме.

Но торопился: чтобы устоять,

сбежать в юродство должен был опять.

27.06.1999

Киев

Как по улицам Киева - Вия...

О. Мандельштам

Я бродила по улочкам тихим

и забыла, что Киев - Вий.

Не слыхать было страха-лиха.

Не видать. Лишь Хорив да Кий.

Да сестрица родная Лыбидь

За бобровым Днепра рукавом.

Пир горой. И до дна не выпить

Чарку ночи над пенным Днепром.

По фасадам скользила глазом

И тянула в кафе лимонад.

Только боль подступила сразу,

Потянула меня назад.

Там, на улице, в толпах - тётка

Опустилась пред алтарём

Полной урны. И ищет стёкла.

Стеклотару, чтоб - на приём...

Да не к Богу - а в бакалею...

В переходе гремит оркестр.

Проходи на концерт скорее.

Как играют! Но только мест

Не оставят для нас в партере

Ни Сен-Санс, ни Моцарт, ни Лист.

Вот распятые на панели -

Гитарист, скрипач и флейтист.

Их отплёвывал вечный город

Захребетников и лжецов,

Примостившихся чёрной сворой

У престола святых отцов.

Купола растопырив в небо,

Уплывает с земли монастырь.

А упырь разевает нёбо -

Лопнул купола мыльный пузырь.

И взорвавшись в пространстве бледном,

Растекается лужа огня.

Вот он - Вий. И за Вием - ведьма.

А Хома - это ты и я.

Июнь 1999

В запорожском трамвае

Я гляжу в измождённые лица

Обречённой на гибель страны.

Лучше было б совсем не родиться

Тем, кто маяться вечно должны.

Рождены для страданья и смерти,

Для погибельной сердца тоски -

Эти ангелы божьи, как черти,

Будут вкалывать здесь до доски.

И отчаянное моё слово

Будет чайкой над ними кружить.

И природа груба и сурова. -

И судьба повелела - жить.

На внучат она не поскупится,

Что продолжить страданье должны,

Обретя измождённые лица

Обречённой на гибель страны. 10.09.2000