Побежали утром светотени-
прогоняет свет ночную мглу.
   У  любви ж наверно понедельник-
серость побеждает чистоту.

   У  любви ж наверно понедельник,
и еще к тому же выходной.
   Ведь Шекспир совсем был не бездельник,
Ньютон и Бетховен молодой.

   Или ум красавиц больно привередник-
отдаваясь больше Ловеласу, Казанове или  Жуану.
   Что ж не мне судить героев-
донжуаном засчитать,возможно, можно и меня.

Только сердце просится в раздолье, 
    где простор и ширь и высота.
Чтоб забыть и мелочность тщеславия,
     зависти и лести пустоту.
Может быть избегнуть наказания 
на мою беспутную главу.

За мои грехи, что к низу тянут,
Искру ту, что Б-гом мне дана.
Или все ж они ее достанут,
так , что тьма погасит разум наглеца.

Иль паду и я в неравном бое,
Как Саул от своего меча?
Иль оклеветанный молвою,
как Иуда сдохну без креста?

Только сердце просится на волю,
где простор и ширь и высота.
Где утихнут все мои невзгоды,
где согреют Б-жьи небеса.

Мне бы только горемыке
   не забыть оформить векселя.
Не забыть, ведь скоро Понедельник.
День, что судит всех и вся.

Не забыть,  хоть я и не бездельник
Мог бы жить, да только нет  тебя....

Кто же мне поможет в моем горе-
человек ли, Б-г, или судьба.
Иль удача вновь меня полюбит.
Усмехнется счастье воротя.

Иль темнота меня погубит
прошлого корзину вороша....

Б-г весть. Я ж зажгу свечу,
        но не лампаду
и о всем земном я замолчу
поддаваясь ласковому взгляду.