Побежали утром светотени-
прогоняет свет ночную мглу.
У любви ж наверно понедельник-
серость побеждает чистоту.
У любви ж наверно понедельник,
и еще к тому же выходной.
Ведь Шекспир совсем был не бездельник,
Ньютон и Бетховен молодой.
Или ум красавиц больно привередник-
отдаваясь больше Ловеласу, Казанове или Жуану.
Что ж не мне судить героев-
донжуаном засчитать,возможно, можно и меня.
Только сердце просится в раздолье,
где простор и ширь и высота.
Чтоб забыть и мелочность тщеславия,
зависти и лести пустоту.
Может быть избегнуть наказания
на мою беспутную главу.
За мои грехи, что к низу тянут,
Искру ту, что Б-гом мне дана.
Или все ж они ее достанут,
так , что тьма погасит разум наглеца.
Иль паду и я в неравном бое,
Как Саул от своего меча?
Иль оклеветанный молвою,
как Иуда сдохну без креста?
Только сердце просится на волю,
где простор и ширь и высота.
Где утихнут все мои невзгоды,
где согреют Б-жьи небеса.
Мне бы только горемыке
не забыть оформить векселя.
Не забыть, ведь скоро Понедельник.
День, что судит всех и вся.
Не забыть, хоть я и не бездельник
Мог бы жить, да только нет тебя....
Кто же мне поможет в моем горе-
человек ли, Б-г, или судьба.
Иль удача вновь меня полюбит.
Усмехнется счастье воротя.
Иль темнота меня погубит
прошлого корзину вороша....
Б-г весть. Я ж зажгу свечу,
но не лампаду
и о всем земном я замолчу
поддаваясь ласковому взгляду.