От яркого света, бившего в лицо, реснички дрогнули и затрепетали. Ужасно не хотелось открывать глаза, и я решила обмануть себя, продолжая притворяться спящей...
На дворе - жаркий полдень, и настырные солнечные лучики, проникнув через щель в оконных портьерах, расположились на моей подушке, и щекотали, время от времени мой нос. Я недовольно поморщилась и, наконец, очнулась ото сна. Собственно это был не сон, а тупое забытье. Хорошо, что хоть без кошмаров. Отвернулась от шаловливых солнечных зайчиков, но уснуть больше не смогла. Значит, пора выбираться!
Бросила косой взгляд на свое отражение и увидела изможденную девицу с растрепанными грязными волосами и исхудавшим лицом. Да, недельная голодовка дала о себе знать - одежда на мне, как на вешалке. Одежда! Я стала с ожесточением срывать опостылевшее платье, которое было некогда приятного изумрудно-зеленого цвета, а теперь превратилось в грязное тряпье, прилипшее к моему телу от крови, пота и времени. Бросилась в ванную и мысленно поблагодарила Ивен, которая на этот раз нагрела воду до температуры парного молока. Надо же, я даже не слышала, как она входила. Вот засоня!
Не успела я сполна насладиться купанием, как на пороге возникла Лаурия. Дальнейшие пятнадцать минут были наполнены причитаниями девушки по поводу моего исчезновения. Терпеливо выслушала все тирады на эту тему и перебила её лишь однажды, чтобы спросить, давно ли о происшествии узнал хозяин. Оказалось, что когда я не вернулась к вечеру, в доме началась паника. Все слуги оправились на поиски, но безрезультатно. Когда же, я не объявилась и к утру, то послали записку Анику. К вечеру того же дня он был в столице. Привез с собой дюжину солдат и эльфа, который быстро освоился в доме и теперь неожиданно возникает то здесь, то там, наблюдая за происходящим.
- Хозяйка его видела, - напомнила мне девушка, не заметив моей легкой улыбки, проскользнувшей во время рассказа о бесцеремонности Париса.
- Да, Лаурия, конечно же, я его видела. - Как будто я могла забыть о друге детства!
На вопрос о самочувствии - ответила, что все нормально и осторожно, опасаясь плохих новостей, поинтересовалась, вернулся ли Зирьярдяр. До сих пор переживала, что мы с Парисом уехали из того злополучного особняка, оставив Аниккоавиля и его солдат в явном меньшинстве. Как-то решился исход поединка?..
Лаурия вновь окунулась в причитания, сообщив, что бригадир дома, но его состояние далеко вызывает серьезные опасения. Он ранен. Громко всхлипнув, добавила, что когда хозяина привезли, он был без сознания и весь в крови.
- Что?!
В тот же миг я выскочила из бассейна, мысленно ругая девушку, которая так долго болтала глупости и не сказала о самом главном. Наспех подсушила волосы, накинула на себя домашнее платье в стиле аля-эльф, и на ходу застегивая пуговицы, побежала в комнату Зирьярдяра. На ходу представляла себе страшную картину - бледный и обессилевший Аник, недвижимо лежащий в постели. От подобных фантазий огромный ком подступил к горлу, и я почувствовала, что слезы где-то совсем близко, рядом. Но плакать нельзя! Как бы серьезно ни был ранен бригадир, я должна подавать вида, что паникую. Помогу... должна помочь ему справиться со всеми проблемами. Не зря же меня учили целительству в школе почти два года... А пока - буду сиделкой у его кровати. Заглянула тихонечко, чтобы не разбудить спящего...
Ошиблась, Аник стоял у окна, задумчиво глядя на крыши соседних домов, и сразу же обернулся на звук шагов. На ногах, значит, дела не так плохи, как мне описала девушка! Но, в том, что Лаурия сказала правду, сомневаться не приходилось: усталый взгляд, бледное осунувшееся лицо, красный шрам, пересекающий лоб и заканчивающийся на скуле, перебинтованная рука. Сердечко сжалось от боли при виде мужчины, и я в который уже раз мысленно упрекнула себя за необдуманный поступок, который закончился так плачевно. Радовало одно - он был жив!.. Я остановилась в нескольких шагах от хозяина комнаты и смущенно затеребила край платья. Нахлынувшее волнение, вперемешку с радостью, сдавило дыхание и вместо сотни слов, которые хотелось сказать, вылетело глупое
- Привет! Как ты?
Ответ был соответствующим
- Привет... а ты?
Что я?! Мысленно махнула рукой на себя и свое самочувствие и подбежала к окну. Осторожно, боясь причинить боль, коснулась щеки... милый, милый мой...
- Серьезно ранен? Тебе больно? Может, лучше прилечь?
Тот в ответ покачал головой и, поймав мою руку, зажал её в своей ладони, прожигая меня до пят огнем от жаркого прикосновения.
- Ерунда, справлюсь. - Странный взгляд, казалось, что он рассматривает меня так, будто не видел лет десять. - Главное, что ты жива и в безопасности.
Я уже собралась открыться ему - высказать все, что накипело за эти дни. А главное - как я скучала без него и как рада видеть... Но он начал первым. И начал с упрека.
- Окси, - услышала я серьезный, ледяной голос - ответь мне - что понесло тебя во дворец? Чем ты вообще думала, когда связывалась с принцем и его приспешниками? - он легонько постучал меня пальцем по лбу, и с горечью в голосе добавил - что, если бы мы не смогли тебя найти? Глупейшая выходка!
Умом я понимала, что каждое слово, произнесенное в мой адрес - верно. Но тон! Внезапно нахлынувшая обида за упреки сдавила горло... и это вместо того, чтобы сказать, что за меня переживали? Я не сдержалась и ответила тем же. Благо, мне было в чем упрекнуть бригадира.
Смерила Зирьярдяра презрительным взглядом с головы до пят, уперла "руки в боки" и воскликнула.
- Как я надумала? Решила действовать самостоятельно, вот как! А что мне оставалось делать, если верить в этом мире никому нельзя?! Ты! Как ты вообще мог не сказать мне, что Парис жив и служит под твоим началом. Я, значит, мучаюсь, переживаю, а ты спокойненько смотришь на мои терзания и ухмыляешься! За ниточки меня решил подергать? Как ты...
- Как я мог это сделать?- вскричал Аниккоавиль, не дав мне закончить тираду. - А что случилось? Я не предоставил тебе на блюдечке твоего приятеля, так что ли? Зачем мне это? Чтобы глядеть, как ты будешь ему на шею бросаться? А мне что делать?
- Нет! - опешила я. - Нет, но... Парис - мой друг...
- Да у тебя масса друзей! А я... - он неистово тряхнул головой и устремил на меня лихорадочный взгляд - Что я чувствовал, ты знаешь?! Знаешь?!
Аник шагнул ко мне ближе... совсем близко. Я в ужасе смотрела на мужчину и, не в силах отвести взгляда, стала пятиться назад. Но скоро уперлась спиной в стену и поняла, что дальше отступать некуда. А он, тронув меня здоровой рукой за подбородок, заставил поднять лицо и вдруг приник к моим губам. Это был поцелуй столь страстный и неистовый, что скорее походил на выплеск эмоций, нежели на проявление чувств. Губы... жаркие и властные полностью завладели моим ртом, одаривая тем сладостным чувством, которого я ждала не один год. Закрыв глаза, я полностью поддалась ощущениям, не имея сил противостоять естеству и сердцу. Все вокруг поплыло и растворилось, как нечто второстепенное и зыбкое. Остались только мы... Забыв обиды и недовольства, я подалась вперед, привстала на цыпочки и ответила на поцелуй. Нежно обвивая шею мужчины руками, запустила пальцы в волосы, чувствуя, что с каждым мгновением все больше и больше теряю голову. В порыве страсти Аник обнял меня за плечи и застонал от боли в руке, но это смешалось с моими сладкими стонами наслаждения... Нежная истома, родившаяся в груди, в мгновение ока плавно, но настойчиво распространилась по телу...
Не помню, сколько времени это длилось - непрерывная феерия страсти, в которой наше с Аником восприятие окружающей действительности сузилось до невообразимо малых размеров - Он и Я, как единое целое... Но едва он немного ослабил хватку, разрывая волшебство поцелуя, как я мгновенно опустилась с небес на землю. В ужасе глянула в его темные бездонные глаза, затуманенные в этот миг страстью, и поняла, что совершаю ужасную ошибку... Я не должна была допускать этого!..
Задыхаясь от чувства и напора Аниккоавиля, я вырвалась из его объятий и стремглав бросилась прочь. Ворвалась в свою комнату, благодаря провидение, что Лаурии там нет и, закрыв пылающее лицо руками, упала на кровать. Силы небесные, помогите мне!
***
Минуты сменяли друг друга, а я все также бездумно лежала на кровати, осторожно трогая пальцами горящие губы, хранящие вкус поцелуя. Что это было? Выплеск эмоций, которые бригадир оказался не в силах сдержать? Или он просто решил таким образом выместить на мне свою злобу?..
Не помню, сколько времени прошло, но из раздумий меня выдернула Лаурия. Она принесла обед и твердо заявила, что мне обязательно нужно поесть. Не споря с девушкой, я съела куриный суп с гренками и две котлеты. Согласно кивнула на предложение прогуляться и даже улыбнулась, изображая радость. А то девушка может решить, что я умом двинулась после похищения и вновь в панику кинется! Не хватало мне ещё этих проблем.
- Чудесно, милая, идем гулять!
"Славно все же иметь в компаньонках такую добродушную девушку, как Лаурия! Кстати, можно немного сократить её имя. Мне кажется, что она не будет против Лары. А что? Спрошу при случае..." - так я думала, неспешно идя по парковой аллее, и наблюдала, как искренне моя спутница радуется теплому деньку и яркому солнцу. Она что-то рассказывала о природе её родной страны и о тех красотах, каких здесь не увидишь. Я же делала вид, что внимательно слушаю, иногда кивала головой и улыбалась. Но мысли... мыслями я витала в облаках, то и дело, возвращаясь к... поцелую... Дурацкая привычка осмысливать любое происшествие, не давала мне покоя и сейчас. И эта привычка теперь заставляла меня вновь и вновь по эпизодам вспоминать наши с Аником встречи - каждое слово, которое было сказано обдуманно или в эмоциональном порыве... Так мне же мало было обычных воспоминаний - я опять окуналась в переживания! Я ещё и выводы делала...
Первая мало-мальски путевая идейка пришла мне в голову, когда я сидела на скамье под раскидистым кустом райхиндониса и поджидала Лаурию, умчавшуюся за фруктами. Она решила, что самое время подкрепиться и побежала на кухню. Кажется, они с Ивен решили откормить меня до прежних размеров (если не до объемов самой кормилицы!!!)
Так вот, избавившись на какое-то время от неназойливого, но утомительного щебетания девушки и оставшись наедине со своими мыслями, я смогла, наконец, оценить серьезность сложившейся ситуации. Подумать только - несколько дней назад я была готова уйти из этого милого и уютного особняка... думала, что не нужна Аниккоавилю, мешаю ему, сную под ногами. Тогда я была решительно настроена на откровенный разговор. А теперь? Теперь все переменилось, смешалось. Сегодняшний поцелуй все изменил... Нет, я не в силах оставить этого мужчину. Не так! Я просто не желаю его отдавать, кому бы то ни было! Он мой, я так хочу!
А он? Он рисковал жизнью ради меня, значит ли это, что я важна ему? Несомненно! Тогда почему мы с ним до сих пор не объяснились? Ни слова, ни намека - ничего, что указало бы мне на его особенное отношение ко мне. Ничего! Если не считать поцелуя...
Из раздумий меня вырвало неясное ощущение того, что за мной наблюдают. Я отчетливо чувствовала это - чей-то взгляд, скользящий по моей ауре. Он легонько цеплял меня, и я насторожилась. Осторожно, чтобы не привлекать внимания осмотрелась и облегченно вздохнула. Свои! Парис - вездесущий эльф, как бы выразилась Лаурия, был неподалеку. Он медленно прохаживался по соседней аллее, изредка поглядывая в мою сторону. Но как только заметил, что его присутствие для меня не тайна, сразу же исчез из вида, отступив в тень растений. Охраняет! Неужели даже здесь мне может что-нибудь угрожать?
Хотя... если задуматься, сколько законов было нарушено прошлой ночью при попытке освободить меня, то не удивительно, что Аниккоавиль ожидает ответной реакции со стороны принца и его приятеля. Но те вряд ли сунутся в дом открыто. Скорее всего, подошлют кого-нибудь. Возможно и сейчас за высоким каменным забором прохаживаются люди Сирданила ... А в заборе калитка?!
Сорвалась с места и помчалась в дальний угол сада, чтобы проверить, закрыта ли маленькая калитка, ведущая в пустынный переулок. Опа, не только закрыта, но и охраняется! Я вовремя притормозила на углу дома и лишь поэтому не столкнулась с солдатом, размеренно шагающим вдоль забора. Отлично, значит, этот путь для врага отрезан! Готова спорить, что не один такой в огромном саду. Наверняка, вся дюжина умело распределена по постам, чтобы охранять покой жителей дома...
До меня долетело негромкое восклицание. Ой, это Лаурия! Вернувшись к скамье, она не застала меня на месте и разволновалась. Чтобы не пугать девушку пустыми подозрениями, я обыграла свое исчезновение, как любопытство к растениям. Отозвалась на окрик и побежала обратно, сорвав на ходу несколько веточек дельфиниума. Пусть все думают, что я в созерцание местных красот кинулась.
***
Что ни говори, а еда на свежем воздухе всегда приятнее, нежели в душной столовой. Уж кто-кто, а я за годы, проведенные в лесу, убедилась в этом и не единожды. Мы с девушкой расстелили на скамье несколько салфеток, выложили из корзинки принесенные яства и напитки. Ивен, наверное, для целого отряда еды приготовила! А Лаурия, хитрюга, говорила, что только за фруктами сбегает! Я предложила
- Может быть, пригласим в нашу компанию тех ребят, что по саду без дела слоняются? Здесь на всех хватит.
- Что вы! - возразила та, округлив от испуга глаза. - Хозяин им строго приказал не покидать своих мест и смотреть в оба. Никто из солдат не посмеет ослушаться приказа командира. И потом... - она смущенно опустила взгляд. - Боюсь я их...
Понятно! Видимо её пришлось уже столкнуться с кем-то из охранников, пристальное внимание которых объясняется вполне понятным интересом к девушке. Не удивительно - внешность у Лары привлекательная.
- Пристают?
- Не-е-ет... то есть... ай! - она махнула на рукой и сунула в рот кусок пирога, чтобы не продолжать тему.
- Я поговорю с Зирьярдяром. Он их приструнит.
- Нет! - встревожилась девушка. - Он и так слишком строг с ними. Я слышала, как грозно он сейчас приказы отдавал... так что, не беспокойтесь, в доме полно охраны. Хозяин сам проверял, чтобы задние ворота и все двери дома просматривались.
Ага, охрана! Вон она, моя охрана, вокруг клумб и розеток слоняется ( это я о Парисе) Ему бы отдохнуть, поспать, а он... И хозяин (тьфу ты, и я туда же!), и Аник всех на уши поставил...
- Хозяин?
- Да, он уже на ногах. И выглядит намного лучше! - Глядя на искреннюю радость на лице девушки, я тоже вздохнула с облегчением. То, что Аник быстро поправляется к лучшему, хотя и не удивительно. Природные регенеративные функции организма, в коем течет эльфийская кровь, мне хорошо знакомы. Да и целитель из Аника классный! Думаю, с годами он лишь приобрел опыта и добавил знаний. Ох, что-то я опять сбилась в мыслях на Зирьярдяра. Отвлечься, нужно отвлечься!
- Хорошо! - азартно потерла ладошки и жадно глянула на импровизированный стол. - Значит, все съедим сами!
Обед затянулся часа на два. Я не торопясь ела бутерброды с сыром, припивая их сладким настоем шиповника, слушала беззаботную болтовню девушки и поражалась, сколько всего она знает о жизни и о свете. А казалось бы совсем еще молоденькая!.. Как бы, между прочим, в разговоре предложила ей называть меня по имени и не обращаться на "Вы". Все же мы почти ровесницы. Через минуту размышлений, перемежающихся неясными сомнениями, она согласилась, и мы на радостях горячо обнялись. Правда, при этом чуть не разбили кувшин с соком... но все обошлось. Иначе, строгий взгляд Ивен и её недовольное бормотание на, не пойми каком языке, нам были бы обеспечены.
- И ещё, ты не против, если я тебя буду называть Лара. По-моему очаровательно! - я состроила невинное умоляющее личико и, склонив голову набок. глянула на девушку. Чуточку внушения... Лаурия утвердительно кивнула.
- Мне нравится!
- Отлично!
Я ещё разок обняла новую подругу, довольная тем, что, наконец, все границы и условности стерты, и мы сможем запросто болтать обо всем, как со Стасей...
***
Мы совсем не заметили, как, недавно ясная погода, испортилась. На голубой небосвод незаметно наплыли большие мрачные облака. Они закрыли солнышко, и нависли над садом, словно напоминая, что пора закругляться. К тому же, легкий ветерок, весело играющий с густой растительностью сада целый день, сменился на прохладный порывистый ветер, несущий с собой дождь. В том, что он будет, я не сомневалась. Вон, и мошкара развеселилась. Так и снуют перед глазами!
- Идем в дом, - я стала торопливо укладывать посуду в корзинку. - Скоро начнется ливень. Не хотелось бы мне оказаться в такое время под открытым небом.
Лаурия встревожено оглядела тяжелые тучи и ойкнула.
- Я грозы побаиваюсь. Особенно ночью...
- Не беспокойся, к ночи все пройдет, - успокоила я подругу и потащила в дом. Она же (ты посмотри, какая упертая!) ухватила меня за руку, пытаясь удержать, чтобы выяснить, отчего я так уверена в краткости дождя. Ну что ей ответить? Рассказать, что у меня природный дар чувствовать приближение дождя, как у лягушки. Вряд ли девушка это поймет. А вот смотреть на меня станет с явным подозрением. Прожив несколько лет в Шарке, где на каждом шагу то эльф, то гоблин, она по-прежнему с опаской относится к Парису. Что говорить обо мне: не то магичка, не то эльфичка... Придется объяснить это простым языком.
- Смотри, Лара, ветер какой, - кивнула я на небо. - Наверняка, он все тучи скоро разгонит, и ночь будет ясной.
-А-а-а.
Пока я объяснялась с девушкой, с неба начали падать крупные редкие капли.
- Ой! - я получила по макушке холодной тяжеловатой дождинкой и, рванув на себя корзинку, побежала по аллее к дому. - Догоняй, скорее, а то совсем промокнем!
Как бы мы ни торопились, а все же ввалились в дом двумя промокшими курицами. Я оказалась права - лило как из ведра.
Мы остановились в холле и, глядя друг на друга, расхохотались. Ну и видок! С платьев капало прямо на ковер, а волосы - что мокрые патлы. Приличные девушки точно себе такого не позволяют!
- Ивен меня убьет! - высказалась я по поводу своего вида и огромного мокрого пятна на ковре, которое разрасталось с каждой секундной.
- Не она, так я уж точно постараюсь!
Я обернулась на возглас, уже зная, кого увижу. Парис! А вот он как ни странно сухой и чистенький. Но я поклясться была готова, что видела его камзол, цвета дубовой коры, в саду среди деревьев, когда убегала прочь.
- Парис, как ты умудрился добраться до дома сухим?
- Детка, я же эльф все-таки! - хмыкнул он в ответ и принялся осторожно расправлять мои локоны, одновременно высушивая их прикосновением рук. Это убыло ужасно приятно и тепло...
- Понятно! Ты тоже промок, но успел высушиться?!
- Зато не заболею! А вот для тебя лучше будет переодеться в сухое платье. И твоей спутнице тоже...
Мы обернулись, но Лаурии уже и след простыл. Она тихонько сбежала. То ли торопилась сменить одежду, то ли из-за страха перед Парисом? Чудная она - симпатичная кареглазая брюнетка!
- Ступай, Нора, переодевайся. Иначе будешь чихать и бродить по дому с распухшим носом.
Парис опять рассмеялся. Силы небесные, как же давно я не слышала его легкого заразительного смеха! Не сдержавшись, бросилась на шею парню и прошептала.
- Если бы ты знал, как я рада, что разыскала тебя!
Эльф в ответ легонько похлопал меня по плечу и ответил, что рад не меньше. А главное, что сможет теперь чаще видеться со своей сестренкой. Ой, это про меня!
***
Я ступила на первую ступеньку лестницы и, только тогда подняла голову. Подняла и обомлела - на площадке второго этажа стоял Аник, уцепившись рукой за перила. Его лицо - если бы не природная смуглость, оно уж точно было бы мертвенно бледным. Даже с такого расстояния я отчетливо видела, как нервно заходили желваки на скулах мужчины. Он смерил меня недовольным ледяным взглядом, медленно повернулся и ушел. Молча, не произнеся ни единого слова. Он даже не отругал меня за беготню под дождем... Ничего! Ни о том, что я промокла до нитки. Ни о том, что я переполошила весь дом своими громкими визгами и смехом... Смех... Аник видел, как мы с Парисом разговаривали и смеялись!
И тут меня осенило. Я поняла, отчего все это... Отчего наши постоянные размолвки и ссоры. Отчего бригадир был предельно вежлив со мной, но и одновременно холоден, как ледяная глыба в самый лютый мороз. Отчего он старался избегать встреч наедине, а если это было невозможно, держался на расстоянии.
Все оказалось до безумия просто - он ревновал! От этого осторожность и неопределенность в разговорах и поступках. Он присматривался ко мне, пытаясь угадать, какой я теперь стала и кто из мужчин в моем сердце. От этого он был недоволен моими дружескими отношениями с Мариони. А тут ещё и Парис! Но, ведь нашел же он эльфа где-то, неужели для меня?! Или для того, чтобы держать его в поле зрения?
Чем больше я размышляла, тем больше убеждалась в том, что я не безразлична Зирьярдяру. И ещё одно - я убедилась, что страшно скучаю по нему. За те несколько часов, которые прошли с момента моего постыдного бегства из его комнаты, он даже на глаза мне не попался (эпизод на лестнице я в расчет не брала). Однако, он на ногах и разгуливает по участку, по дому. Но со мной не встретился. А очень хотелось бы... хотелось бы поймать на себе его страстный взгляд и вновь почувствовать трепет в груди...
***
Замерев у зеркала, я какое-то время тупо смотрела на свое отражение, пытаясь понять, какой мой шаг должен быть следующим. То, что этот шаг должна сделать я, сомнений не вызывало. Ведь это я сбежала сегодня утром из комнаты Аника. Значит, и шагнуть назад должна я...
Скинула с себя промокшее платье, наскоро обтерлась пушистым махровым полотенцем и забралась в знакомое уже домашнее платье. Хорошо! Вот только волосы!.. От дождя, они из привычных локонов превратились в настоящее воронье гнездо - копной мелких пружинящих кудряшек, бойко топорщились в разные стороны. Ну и что мне с ними делать? Поначалу я решила не прибегать к магии, а уложить их вручную. Причем, как смогу, так и останется. Порылась в огромной шкатулке для заколок и выбрала набор длинных шпилек. Как раз то, что нужно. Обычные коротенькие заколки мои космы сейчас не ухватят. Битый час провозилась с непослушными волосами, а после, психанув на собственное бессилие, прошептала
- Оулени, васлиалль сейти!
Этому научила меня моя приютская подруга, которая пользовалась своими способностями, чтобы навести красоту и уложить прическу. Так поступали многие, но я их действий никогда не одобряла, наивно думая, что ручная работа всегда лучше, чем применение магии. Ан нет, иногда лучше вспомнить, что в тебе эльфийская кровь.
Крутанулась вокруг себя, разглядывая в зеркало виртуозную укладку на затылке, и одобрительно кивнула - то, что нужно! Как говорят - простенько и со вкусом. Никаких лишних украшений - несколько шпилек, удерживающих пряди, и только.
Так, теперь, самое время подумать о словах, которые нужно сказать Аниккоавилю, чтобы сгладить ситуацию... Что сказать? Что сказать?
За двадцать минут, которые я нервно мерила шагами комнату, в голову ничего так и не пришло. Больше того, нарастающий трепет в груди спустился вниз, к пупку. А дрожь в ногах усилилась до того, что меня уже подтрясывало. Все, хватит без толку метаться в четырех стенах. Пойду! А там... будем действовать по обстановке...
***
Не в силах сдерживать больше своего желания объясниться, отправилась к Анику. Уже перед дверью притормозила, все ещё сомневаясь в правильности того, что собиралась сделать. Следует ли девушке первой заводить подобный разговор? Может быть лучше будет спросить у него, что он хотел сказать мне? Глупо!
Я махнула рукой на правила и приличия и, глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, потянула на себя дверную ручку.
На этот раз я застала мужчину, сидящим за столом. Он писал какое-то письмо. Вернее, послание было уже готово, и бригадир разогревал над огнем сургуч, чтобы запечатать его. Он был слишком поглощен работой и не обернулся на звук открываемой двери, а лишь попросил подождать секунду. Секунду я подожду, но лишь секунду...
Медленно и осторожно, почти не дыша, я стала приближаться к столу. Сердечко трепетало в груди, как маленькая пташка, попавшая в силки. Какие же они крепкие, эти силки - не выбраться! Меня манило к Анику. Таинственная, неведомая мне сила заставляла делать шаг за шагом, идя навстречу судьбе...
Когда сургуч превратился в горячую вязкую жидкость, я была уже за спиной бригадира. Он же меня до сих пор не видел...
Как только расплавленная капля приняла правильные очертания вензеля, повинуясь крепкой руке мужчины, и он отложил бумагу в сторону, я сорвалась. Сдерживать и дальше свои желания было выше моих сил. Осторожно провела рукой по черным, как смоль волосам, ощущая мягкость и притягательность ниспадающих на плечи локонов, и прошептала
- Прости меня...
Мужчина вздрогнул от неожиданности и на миг замер. Затем медленно, будто опасаясь чего-то, стал поворачиваться ко мне, но я опередила его, боясь чего-то... наверное его взгляда - томного и невообразимо притягательного, от которого я так часто теряла дар речи и возможность соображать. Едва уловимым движением, легонько сжала пальчики, которые тут же запутались в густых шелковистых локонах. Мужчина откинул голову назад, упершись затылком мне в грудь, и чуть слышно простонал.
- Нора...
В следующий миг послышался стук падающего стула, и я оказалась в его объятьях.
***
От легкого аромата мяты голова идет кругом, но я не боюсь больше... Нежные губы осторожно касаются моего лица, заставляя меня забыть о реальности и попасть в другой мир. Мир, где нет никого... только мы: я и милый, нежный, ласковый Аниккоавиль.
Хватка мужских рук - крепкая, но не грубая, хотя.... пожелай я вырваться из них и в этот раз - не смогла бы. Но я и не собиралась. Давнее, дремлющее в глубине сердца, чувство к Анику, разгорелось с новой силой. Желание быть рядом - только оно волновало меня сейчас.
Каждая клеточка тела, истосковавшаяся по ласкам, отвечала на прикосновения с неистовой страстью, подбадривая мужчину и поддерживая его в его стремлениях. Я позабыла обо всем. Ничего не осталось, меня уже не существовало, только он и его руки...
- Нора... милая моя... я не могу поверить... - бормотал он, перемежая ласковые поцелуи нежными словами. Я же, с огромным трудом справляясь с головокружением, все ещё не оставляла надежды объясниться
- Я пришла...
- Да... да... - Аник отстранился на миг от моего лица, но из объятий не выпустил. Поначалу - жадно рассматривал мое лицо, изучая каждую деталь. А после, убрал назад упавший на лоб непослушную прядь волос, окинул взглядом прическу, которую я с таким трудом создавала... Для Аника это было совершенно неважно. Он уверенно и поспешно выдернул длинные шпильки, придерживающие мои непослушные локоны. Вот и последняя с легким стуком упала на ковер. Тонкие пальцы Зирьярдяра проникли в волосы, чуть тряхнули и, прическа распалась, освобождая пряди, которые тут же рассыпались по плечам.
- Солнце мое! - услышала я тихий шепоток у самого ушка, и закрыла от наслаждения глаза. Горячее дыхание пронзило меня насквозь, рассеивая последние сомнения и неуверенность. Поцелуи становились все жарче и настойчивее. Прикосновения губ щекотали мою кожу. Где-то в груди заныло, тепло и сладко.
Я уже не замечала, как осторожно, но настойчиво мужчина потянул за завязки на платье, как одну за другой расстегнул пуговицы...Платье упало с плеч, оставляя меня в одной нижней рубашке... Но я помнила лишь его глаза и губы... его руки и нежный голос...