- Отец, скажи мне, что такое добро? И зло? Что оно такое?
- Добро? Не знаю, я редко встречал его. Со злом намного проще. Впрочем, я расскажу тебе одну историю, а ты уже сам решишь, что такое добро и зло, и есть ли они вообще. Хорошо?
- Я слушаю тебя.
- Так вот. Когда-то в нашей стране жили два человека. Необычных человека. Те, кого восхваляют годами и проклинают в веках. Первый был святым, он лечил калек и воскрешал мертвых, он нес свет людям, и порой затмевал само солнце. Второй был кровавым убийцей и жестоким деспотом, его армии сеяли смерть и разрушение, а когда он поверг всех врагов, то правил своей империей железной рукой, безжалостно карая за инакомыслие. Один превращал воду в вино, и реки были красными от крови там, где прошел другой. Первый прощал своих врагов, а второй предал лучшего друга. Одного любили, второго ненавидели. Кто из них зло, а кто добро, скажи мне, сын?
- Мне кажется, ответ очевиден, отец.
- Это так. Но слушай дальше. Святой умел прощать, но его враги этого не умели. И однажды они схватили его и предали страшной смерти. Он мог бы остаться жив, ему стоило лишь отречься от своих слов, но он упорствовал в глупой гордыне. Он принял смерть, не думая, какую рану нанесет этим своей стране. Его народ потерял веру, когда не стало поводыря, а враги не дремали. Они раздирали страну на куски, как стая волков, пожирающих добычу, и не было надежд на спасение.
И тогда тот, второй, убийца и предатель, объединил людей. Посулами и угрозами, золотом и кровью он заставил их взяться за оружие. Он шел вперед, не думая о смерти, и его народ шел за ним. Многие пали в той войне, но враг был разгромлен и бежал из страны. И тогда он поднял свою родину из руин, и правил ей много лет, жестко, порой жестоко, но, как многие считают, справедливо и мудро.
Итак, сын, что ты думаешь теперь? Кто из них сделал больше для людей? Так ли уж отвратительно зло? И поможет ли твое добро, когда нужна будет твердая рука?
Молчишь... и правильно. Не говори ничего, ведь ты знаешь еще не всю правду. А правда в том, что когда я предал друга и остался жив, когда я брел по улицам, залитым кровью моего народа, слушал пьяные крики ликующих врагов и сжимал кулаки в бессильной злобе, я уткнулся в склеп, где стояла его гробница. Я просидел там всю ночь, глядя на спокойное лицо под крышкой саркофага, и думая о том, почему у него хватило смелости умереть во имя идеи, а я не смог погибнуть даже ради своей родины. А утром я понял, что если струшу, если оставлю все как есть, то никогда не смогу войти сюда еще раз. Я пошел прочь, и с тех пор его лицо всегда стояло у меня перед глазами. И тогда, когда я поднимал остатки смельчаков на бунт, и когда умывался кровью в яростных сечах, и когда взошел на трон. И теперь я знаю, что когда умру и встречу его там, в другом мире, я смогу взглянуть ему в глаза.
Ну что, сын, тебе все еще интересно, что есть добро и зло? Если да, спроси кого-нибудь другого, я не смогу тебе помочь. Я не знаю.