# Глава 2. Тихая деревня

Касандра Омэйл

Холодная осень. Волчий вой, полный тоски и боли... безумие, разум... а в конце вновь грустная песня.

Тихая деревня.


Солнце уже давно село за горизонт. Небо приобрело оттенок чёрного золота. Лес превратился в одну громадную тень. Ветер своим дыханием ворошил сухие листья, оставшиеся с начала осени. Даже прислушавшись, вы не различите тихих шагов, Эми сливалась с природой, а ночь была её единственной стихией. Ещё ребёнком она пряталась в тени. Ночью найти её не могли даже лучшие ищейки отца. Сейчас целью девушки была дорога, поэтому она не скрывалась, заметить её мог любой проходивший мимо человек.


Эми подошла к краю обрыва. Ветер развивал её уже не длинные волосы. Когда-то она могла похвастаться самими роскошными волосами во всей империи... Но став менестрелем, прическа девушки изменилась. Теперь её черные волосы с трудом покрывали плечи. Она была похожа на древнюю аристократку. Прямой нос, большие карие глаза, красивая осанка. Природа, молча, слушала песню ветра, дивясь красоте девушки. Та лишь небрежно смахнула пару прядей попавших на лицо.

Деревня виднелась неподалёку от холма. "Час пути, не больше" - решила девушка и, поправив сумку, продолжила путь.

Тропа вывернула на широкую дорогу, чем ближе к людям, тем травы становилось все меньше. Камни уже не беспорядочно валялись, а были уложены незамысловатым узором. На столбе висела табличка, надпись которой гласила: "Волчья нора".

"Милое название. Не уж то оборотни?" - подумала Эми. Девушке было всё равно куда идти.

Дорога менестреля расплывчата и неточна. В любой момент может свернуть в сторону, сделать круг или повернуть назад. Единственное - она никогда не остановится. Путь не обозначен строгой линией. Куда направлен взор, туда и пойдёшь. Свобода для менестреля значит многое. Свобода - это его жизнь. Он поёт о том, что пережил, что видел или знает. Древние легенды преображаются в его стихах, приобретая смысл, превращаясь в простую реальность. Слухи и молва приводят менестреля к новым историям. А иногда туда ведет и банальная необходимость.

Эльфийке не помешал бы сейчас ужин и ночлег, поэтому, оставив раздумья, она двинулась дальше.


В деревне стояла мертвая тишина, в окнах давно потух свет. Как и обычно таверна нашлась в самом центре довольно крупной деревушки.

На стук в дверь никто не ответил. Странно. Обычно таверны открыты всегда. Эми продолжила стучать в дверь. Вскоре в окно выглянуло недовольное лицо мужчины.

- Что надо? - спросил ворчливый голос.

- А что может быть нужно путнику в таверне? - в ответ спросила эльфийка. Здесь определенно творится что-то странное, обычно хозяева рады посетителям. Тем более поздней весной, когда купцы уже не проезжают с товаром, и лишь редкие путники забредают на ночлег.

Дверь отворилась. Внимательно оглядев девушку, хозяин пустил её в здание.

- Извини за холодный приём, но времена нынче такие, - зажёг свет владелец таверны. Эми лишь лениво махнула головой, не желая сейчас вдаваться в подробности. Девушка взяла ключ и отправилась в свою комнату. Первое, что бросилось ей в глаза: широкая двуспальная кровать. "Как дома..." - подумалось девушке. Осторожно положив арфу на стол и скинув сумку, она не раздеваясь легла на столь желанную кровать и мгновенно уснула. Сказался долгий путь...


Проснулась Эми с первыми лучами солнца... Улыбнувшись ласковым огонькам, пробежавшим по лицу, она поднялась с постели. Горячая ванна сделала свое дело, девушка была довольна. Расчесав мокрые волосы, она спустилась вниз. Вчерашний господин сейчас подавал трём оркам серую кашу, запахом напоминающую овсянку. Эми попросила принести овощной салат и стакан яблочного нектара.

- Тихо тут у вас. Даже слишком, - проговорила девушка, когда ей принесли заказ.

- Да, неладное творится, люди пропадают. Страшно уже из дому выходить. - Пожаловался хозяин таверны.

- Точно! Носа из дома никто не показывает. Мы третий день не можем выпытать сведения, - согласился один из орков. Ненадолго повисло неловкое молчание.

- А почему называетесь "Волчьей норой"? - девушка задала вопрос, появившийся ещё при въезде в деревню.

- В округе всегда было много волков, они не нападали на людей, да и скотину не трогали. Мы подкармливали их. Местная ведунья считала, что волки охраняют нас. Со временем, вместо собак, наши дома тоже сторожили они. Абсолютно безобидными стали. Дети их очень любили, постоянно играли с ними. Вроде и дикий зверь, а малыша в обиду не даст, и сам не тронет. Врагов мы не имели, а гостей незваных сам вид животных пугал. Но в прошлом году перевелись наши сторожи. Не знаю куда пропали все, постепенно исчезали, вот мы и не заметили. Только в прошлом месяце нашли во одном дворе женщину и волка мёртвых. У бабы была рука прокушена, хотя крови почти не было. Почем померла не видано. А волк лежал насаженный на вилы весь в крови. Вот такая история.

Девушка задумалась над услышанным, прикрыв глаза. И тут её привлек жалобный вой. Волков здесь не было давно, если верить словам хозяина таверны, получается кто-то другой. Расплатившись, Эми вышла из здания и вновь прислушалась. Такой жалобный вой она уже слышала однажды.


Н"Иду - очень неприятный вид нечисти. Внешне похож на волка, но высасывает душу, вместе с жизнью. Нападает исключительно на людей. Их создали всего пару лет назад. Эми как-то интересовалась в столице о Н"Иду. Говорят, при создании этой нечисти, диких волков убивали и оживляли, впуская в тело любую потерянную душу. Две эти составляющие связывала тонкая нить, а когда связь с душой слабела, животное начинало бессознательно убивать. Бешеные звери спокойно относились к воспоминаниям об убийствах, они мало что понимали. Но были и другие, привязанные к людям. Они сами стремились к смерти, не желая никому нести вред. Эми встречала одного такого "волка", тогда она и услышал их плач. В списках, которые она просматривала после, значилось, что уничтожили всех испытуемых, но было замечание "несколько особей сбежали до окончания эксперимента". Сейчас их потомство и творит беды. Как оказалось, такая нечисть способно заразить здорового волка, но этим уже занимаются ученые.

Девушка поднялась в свой номер и достала длинный тонкий меч. Она не любила пользоваться оружием, и тем более убивать, но умела это делать лучше других. Это у нее в крови. Темные эльфы часто рождаются со способностями во владении оружием.

Серебро клинка блеснуло в лучах солнца и "зайчики" запрыгали по стенам комнаты. Это был один из древних мечей, покрытый рунами смерти. Его ковали эльфы, добавляя кровь в серебро, а символы были выгравированы одним из самых могущественных магов Империи Тени.

Эми тихо ступила в тень в углу комнаты. Она точно знала, где животное, ведь там было темно... Девушка переместилась к воющему созданию. Для нее это легко... Она сливалась с темнотой, становилась её частью. Эльфийка могла выйти везде, где есть хоть маленькая тень. Просто на время исчезая, она появлялась уже в ином месте.


Сейчас она оказалась в темной и мокрой пещере, где на полу лежало животное, очень похожее на волка. Эми на секунду показалось, что оно плачет. Вполне возможно, так и есть. Если это один из пропавших зверей, ему сейчас очень плохо. Рядом с Н"Иди лежит тело ребёнка. Маленький мальчик, лет пяти. Она слышала в деревне, что ночью пропал ребенок. Наверное, это он. Мальчик не двигается, скорее всего, мёртв, но чутьё подсказывает эльфийке, что медлить нельзя. Животное устало повернуло голову к девушке. Глаза его бешено сверкали, но на секунду в них проскользнул разум. Оно пыталось сохранить рассудок. Мёртвый мальчик, верно, его хозяин. Или не мёртвый? Неожиданно ребёнок пошевелил рукой. Зверь оглянулся. Пламя ярости захватывало его, но голова волка всё-таки повернулась в другую сторону. Н"Иду смотрел на Эми. Ему проще позволить ярости утихнуть, убив гостя. Мальчик ему слишком дорог. Выбора не осталось. Либо она убьет, либо умрет. Глаза жертвы и убийцы встретились. Н" Иду завыл приходя в себя. Разумный взгляд умолял о смерти Девушка закрыла глаза. Взмах мечом. Острый клинок мелькнул в воздухе, и в ту же секунду вой сменился стоном. Промахнуться было невозможно, ведь противник сам стремился к смерти. Эми прошептала слова молитвы, ей тоже было больно. Кого бы она ни убивала, всегда желала лучшего там, куда отправляла. Ведь там свет и свобода, которые были недоступны зверю здесь.


Мальчик был жив и совсем не пострадал. Оказалось, волк был его единственным родным существом. Сирота ещё щенком прикормил его, заботился о нем, а встретив сегодня, пошёл следом. Ребёнок не запомнил произошедшего в пещере, он крепко спал. Для него зверь просто заново пропал... У мальчика оставалась надежда, что он вновь увидит своего лучшего друга - волка.

Следующий вечер удался на славу. Деревня буквально ожила, узнав, что больше нет жуткого монстра. Дети играли в салки на улицах и прыгали по лужам. Девушки подглядывали за целующейся в кустах парочкой. Работа кипела, несмотря на вечер. В центральной таверне звучала новая мелодия и тихий голос пел:


Последний луч скрывается из виду.

Шаг, и наступает тишина.

Движение навстречу н"Иду

И безвозвратная попытка убежать.


Дом остаётся в светлой памяти,

Жизнь обрывается спеша.

Дорогу вьюгой замети,

Нора ему вновь не нужна...


Так появилась новая песня. Полная неизбежности, волчьей боли и грусти. Менестрель знал о чем поет, от этого слышалась дрожь в голосе. Это предавало песне только ещё больше эмоций.

Эльфийка в основном имела грустный репертуар, но оставляла только светлые чувства. Ведь даже грусть может дарить тепло.