Кудасов Влад Александрович: другие произведения.

Папа лилипут (В гостях у Клима)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Часть V. Новые приключения. Редактор Елена Шульга.


Папа лилипут (В гостях у Клима)

  
   С трудом разомкнув слипшиеся глаза, Влад вспомнил то самое "море вина", которое пытался "употребить" вчера вечером, и реакцию кота, никак не желавшего выпить за компанию с хозяином. Добродушный кот едва сдерживался, чтобы не отмахнуться от назойливого хозяина лапой, что для последнего было бы чревато последствиями. Но хозяин был необычайно ласков, целовался взасос, и кот даже невольно глотнул резко пахнущую жидкость, что настойчиво пытались влить в его пасть. Отплевавшись, Сарик был вынужден покинуть поддатого хозяина и долго лакал воду из миски.
   Охватив раскалывающуюся голову руками, Влад пошатывающейся походкой отправился на поиски остатков вина, чтобы опохмелиться. С трудом забрался на стол. Там оставалась слегка заветренная закуска и полрюмки вина. Влад вспомнил, как Светка с двумя подругами отмечала годовщину свадьбы. Их с Владом свадьбы.
   - Значит, сегодня тринадцатое декабря. Веселое число, недаром голова вот-вот лопнет. А выпил-то всего ничего - как говорится "кот наплакал"... - он посмотрел в сторону мирно дремавшего на подоконнике кота.
   Припоминая, как распевал ночью песни, усмехнулся. Светка всего один раз вышла - думала, что мыши. Да и это для нее было подвигом. Теперь она спала мертвецким сном, хоть катком по ней езди. Хорошо, Сашка был у бабушки...
   Немного похмелившись и закусив, Влад решил, что все не так уж и плохо. Хотя ноги слушались еще не очень. Почесав длинную щетину, которой не касался уже пару месяцев, он решил, что на сегодня вина хватит.
   Внезапно Влад услышал легкое шипение, и из-за печки потянуло свежей струей морозного воздуха. Молодой человек насторожился, вынул из ножен меч и заглянул за угол, прижавшись к потрескавшейся глине, которой была обмазана печь. Каково же было его изумление, когда прямо из белой шершавой стены выскочил Клим! Машинально выхватив из ножен свою клеймору, он тут же спрятал ее и, широко улыбаясь, раскинул руки.
   - Дорогой! Влад! Как я рад тебя видеть! - он обнял заросшего щетиной друга, так и не сменившего со времен последней встречи свои смешные тапочки.
   Тот машинально обнял Клима, по которому успел соскучиться, и ошалело уставился в округлую дырку в стене, из которой хлестал холодный воздух. Ему даже показалось, что за отверстием он видит снег.
   - Ах да, это... - понял удивление Влада Клим.
   Он снял с плеча сложенный вчетверо обруч, наподобие того, что крутят на поясе женщины, желающие сбросить лишние объемы талии. Влад, раскрыв глаза шире обычного, уставился на пульт управления. Небольшую, серебристого цвета коробочку, составляющую одно целое с обручем,
   Не желая, возможно, насмехаться над неосведомленностью Влада, Клим разложил в одно целое все устройство и показал на индикатор, мигающий малиновым цветом. Тот не был похож на банальную лампочку. Просто часть серебристого корпуса изменила цвет. Никаких надписей, никаких кнопок.
   - Все просто, паря, давлю сюда - смотри туда, - дыра на стене помутнела, и Владову взору предстала потрескавшаяся, облупленная штукатурка.
   - Ого! Это был портал?!
   - Не знаю, просто дверь, - равнодушно пожал плечами Клим.
   - И куда ведет?
   - Туда, - неопределенно махнул рукой Клим. - Точно не знаю, но еще через один обруч можно попасть к нам домой.
   - То есть, ты знаешь, как пользоваться, но не знаешь, как эта штука работает? Уверен, что попадешь домой, но не знаешь, где твой дом?
   - А зачем? Я знаю, что мой дом там, за вторым обручем.
   - Великолепно. А если попадешь не домой?
   - Так не бывает - всегда попадаем домой.
   - Вот так аксиома...
   - Не ругайся, я же не виноват, Князь и Тени знают, как это работает. Мы лишь доставляем обручи на место и охраняем их.
   - Так он у тебя уже в прошлый раз был?
   - Ну конечно. Как бы я, по-твоему, твой дом пометил? Вот смотри, - он прикоснулся пальцем к "халахупу", рядом с тем местом, где до этого мигал малиновый огонек.
   По всему периметру обруча запрыгали зеленые вспышки. Клим поставил обруч на пол и прислонил к стене. Затем начал медленно вращать его по часовой стрелке, пока поверхность, образованная кругом, не начала мерцать. Влад увидел незнакомую поляну с выкошенной травой и строения вдалеке. Внезапно раздался свист, и едва Клим оттолкнул друга, как в огромное полено за их спиной вонзился болт. Клим, не мешкая, повернул обруч на несколько градусов, и изображение помутнело. Влад лишь успел увидеть, как мелькнула чья-то тень.
   - Вот видишь, нас не везде ждут с хлебом и солью.
   Влад с трудом вырвал болт с белым оперением. Он был металлический! Сечение оказалось крестовидным. Сам наконечник плоский и острый как бритва.
   - Кашисты.
   - Что это значит?
   Клим, не мудрствуя лукаво, изобразил перед ним в воздухе два символа, которые должны были олицетворять этих заклятых врагов. К своему удивлению Влад прочитал "К6".
   - "Ка-шесть", что ли?
   - Нет дорогой мой, это кашисты.
   - Ну ладно, пусть будут кашисты. И кто они такие?
   - Наши враги. Они варвары, крадут наших жен и дочерей. Убивают наблюдателей. Крадут обручи. Даже похитили одну "пасть дракона". Но пока ею не воспользовались. Наверное, она поломана, как и та, что я тебе дал. Тебе удалось ее починить?
   - Чтобы ее починить, желательно посмотреть, как устроены другие, - слукавил Влад и впоследствии чуть не пожалел об этом.
   - Вертай обратно.
   Влад протянул завернутое оружие, которое предусмотрительно поставил на предохранитель. Наверняка Клим о нем не знал. Владу уже наскучило сидеть в четырех стенах, он жаждал приключений и хотел на опыте проверить мастерство владения клейморой.
   - Ну, хорошо, они кашисты, а вы-то кто тогда будете?
   - Каоны! - Клим с трепетом начертил в воздухе следующий знак, означающий их самих.
   "К0" прочитал Влад и уже не удивился.
   - Собирай манатки, отправляемся.
   Влад в последний раз огляделся и, не особо осознавая, насколько долгим будет путь, решил даже не дожидаться кота, чтобы попрощаться с ним. Сильва гуляла во дворе. Ее громкий заливистый лай, которым она встречала каждую собаку, проходящую мимо калитки, был последним из того, что запомнил бывший хозяин.
   Пригнувшись, он с опаской шагнул в темноту, куда вел настроенный Климом короткий тоннель, начинавшийся обручем.
   Вслед за ним, предварительно сложив обруч наподобие лука, появился Клим. Немного пообвыкнув, глаза начали различать в темноте предметы. Влад и Клим оказались, скорее всего, в каком-то подвале или заброшенном складе, почти ничем не освещаемом. Пахло сыростью и мышами. Кругом - возможно, до самого потолка - громоздились огромные ящики, металлические бочки, коробки. В одной, возле которой они стояли, была прогрызена огромная дыра, и в это отверстие можно было свободно пройти им обоим. Окно, не подпитываемое силой обруча, постепенно помутнело и закрылось, став обычной шершавой стеной.
   Клим приложил руки ко рту и подал условный сигнал, похожий на писк какого-то животного. Раздался ответный сигнал, и из темноты вынырнули четыре фигуры. Как только Влад разобрал, что одна из них выше всех на голову, а ближайшая, наоборот, ниже и круглая, как шар - тотчас обрадовано закричал.
   - Ступин, Гномичев, Вендер, Дронер! Я вас узнал!
   - Да тише ты, чего разорался!
   - "Пасть дракона" с вами? - тут же вмешался Вендер.
   - Да, - Клим показал сверток. - Владу нужно посмотреть остальное оружие, чтобы понять, какая приключилась поломка.
   - Как я рад вас видеть! - тут же перевел тему Влад вне себя от счастья видеть старых знакомых. Ему совсем не хотелось врать командиру группы. Пусть лучше тот побудет немного в заблуждении по поводу ремонта оружия.
   Клим тут же зашикал на него, показывая пальцем в дальний угол склада. Но было поздно. С громким урчанием на них бросился огромный черный матерый кот. Владу показалось, у кота не было одного глаза. Клим толкнул Влада в дыру и вслед за ним скрылся в ящике, мгновенно обнажив меч. Кот, опоздав на долю секунды, сунул было морду в отверстие, но тут же получил по зубам ловким выпадом Клима. Стукнув со всей злости лапой по коробке, зверь, не теряя времени, бросился на других, но группа вмиг рассыпалась.
   Влад понял, что для них это конец. Кот просто переловит ребят поодиночке. Спрятаться им было негде. Кругом - открытое пространство. В такой кромешной темноте увидеть черного кота было проблематично. У Влада мелькнула мысль, что он будет виновен в их гибели. Но кто же знал, что здесь кот? Клим, как всегда, был неразговорчив. Приходится догадываться или постигать вот так - опытным путем.
   Выхватив у Клима сверток с секретным оружием, Влад, несмотря на сопротивление, оттолкнул друга и, разворачивая на ходу тряпицу, бросился на шум драки.
   Хлопнул лук Дрона, послышался вой кота, а затем чей-то приглушенный стон. Снова душераздирающий визг животного. Ловко, давно отрепетированным движением, сняв с предохранителя "пасть дракона" Влад, позабывший об опасности, бросился в гущу битвы. То, что он успел разглядеть в темноте, не предвещало ничего хорошего. Вендер, очевидно раненный, лежал ничком, и к полу его прижимала когтистая лапа котяры. Гномичев сзади пытался достать огрызающееся животное копьем, Ступин раскручивал цепак возле морды кота, пытаясь достать голову этого зубастого убийцы. Дронер, откинув сломанный лук, уже бросился на помощь, когда кот, явно решивший довольствоваться малым, схватил Вендера зубами за одежду и бросился наутек. Вдруг раздалось шипение, и яркая вспышка осветила все помещение. Почти не целясь, наугад, Влад направил оружие в сторону убегавшего кота. И не ошибся. Раздался предсмертный вой, и огромное животное, выпустив добычу, рухнуло на пол. Его шерсть на загривке дымилась, распространяя зловоние паленой шерсти и плоти.
   Подбежавшие стали помогать командиру, придавленному телом кота. Высвободив, его поставили на ноги. Немного очухавшись, Вендер дал понять, что с ним ничего не случилось.
   - Так "пасть дракона" работает? - он был вне себя от ярости.
   Выхватив оба свои меча, он как ножницами мгновенно перехватил шею Влада, пригвоздив его к какому-то ящику. Стоило Владу только пошевелиться или сглотнуть - и его кровь окрасила бы оба лезвия.
   - Веня, Веня успокойся, - вмешался Клим. - Влад прост, как солома, он даже подумать не может ничего плохого.
   - Он обманул! "Пасть дракона" действует. Что мне скажет князь, если узнает, что я привел чужака, который может пользоваться нашим оружием?!
   - Я не обманывал, - выкручивался хрипевший Влад. - Я только сказал, что хочу посмотреть остальные экземпляры. Они, скорее всего, в таком же состоянии. Когда вы в последний раз их проверяли?
   Вендер, видя, что Влад не врет и уже задыхается, убрал лезвия от его горла.
   - Ты так больше не шути, бо без головы останешься.
   - Ладно, ладно, Веня! Влад спас нас. Ты бы скоро с кошачьим калом в землю сошел, если бы не он! - вступился наконец Гном, до этого метавшийся возле пригвожденного Влада.
   - Ну и что будем с ним делать? - Вендер ловко спрятал за спину оба меча и принялся осматривать поврежденную одежу.
   - Я бы наградил. И за твое спасение, и за исправленное оружие. И, думаю, князь будет не против, - промолвил басом Ступин, до этого тихо стоявший в сторонке и наблюдавший за разъяренным командиром.
   - Лады, ты прав, я слишком подозрителен к чужакам... - (все облегченно вздохнули.) - Коль наш Клим отвечает за гостя, то быть тому.
   Он протянул Владу крепкую руку.
   - Отныне будь нашим гостем! - и, немного промолчав, добавил. - Меткий выстрел, спасибо. Дрон, я думаю, если у Влада появится на рукаве вышитая "пасть дракона", это будет справедливо. Как ты считаешь?
   Все наперебой стали одобрять мысль командира.
   - Я думаю - носить ему нашивку. Заслужил. - Дронер погладил поцарапанную, гладкую и белую, как китайская чашка, голову, а потом почесал выбритый подбородок.
  

* * *

  
   - Давай, давай торопись не ленись! - подбадривал всех Клим. Вот уже четыре часа без передыху они бросали в окно активированного обруча все, что могли найти полезного на складе. В первую очередь Вендер распорядился набить мешки солью, которые подала с другой стороны портала симпатичная женщина. Как оказалось, жена Вендера. Ее звали Лариса.
   Затем в ход пошел обнаруженный рафинад в прогрызенных мышами коробках. Его глыбы было очень неудобно набивать в мешки - руки становились липкими и противными, и вскоре эти белые кубики сменил сахар-песок, найденный в дальнем углу помещения. Баночки с детским питанием, крупы, конфеты, которые, как сказал Клим, очень любили его дети. Количество и возраст Климовых детей Влад узнать не успел, но решил, что порадовать их просто необходимо. Его спутники ожесточенно рвали всевозможные упаковки, в конечном счете забыв, что первоочередное, а что - нет. Вендер носился по складу и показывал Климу, что нужно брать, и тот взбирался на полки, рубил мечом упаковки, сбрасывая как можно больше товара вниз. Ступин, окончательно взмокнув, положил обычно никогда не выпускаемый из рук цепак возле обруча и теперь носился галопом, будто ломовая лошадь, которой вожжа попала под хвост. Он таскал на спине огромные кули и пакеты, более крупные, чем он сам. Гном подавал Владу уже приготовленное к отправке и все, что не требовало упаковки - типа баночек с детским питанием, которые Влад с трудом толкал в отверстие, рискуя надорвать спину.
   За шипящим обручем он видел только желоб, по которому все сползало вниз. Он, этот желоб, скрывался в темноте, слабо освещаемой огоньками, что трепетали в каких-то плошках.
   Ноги уже не слушались, рук Влад не чувствовал. Ему казалось, это будет продолжаться бесконечно.
   - Вот блин, нанялся так нанялся. В жизни так не шабашил.
   Гном с Дроном подсунули ему очередные упаковки, и он снова принялся их забрасывать в уже ненавистное жерло.
   - Так, вроде ничего не забыли? - подошел наконец Вендер.
   - Ага, свое все взяли, чужое ничего не забыли! - обрадовался концу смены Влад.
   - Ты-то, умник, что посоветуешь взять?
   - Вино, конечно, такое ограбление века надо обмыть!
   - Это не ограбление, а изъятие излишков, не съеденных мышами. А вино - это хорошая мысль!
   - Точно, мыши его все равно прикончат с горя. Им-то мы уже ничего не оставили.
   - Остришь, значит, еще не устал.
   - Знаешь Веня, я давно уже свыкся с мыслью, что Влад, даже наполовину обглоданный мышами, будет острить и предлагать им свои самые лакомые кусочки, - подошел налазившийся по верхотурам Клим.
   Бутылки с грузинским вином и коньяком буквально тютелька в тютельку протиснулись в обруч. Их пришлось таскать всем вместе. Когда спускали бутылки, натянутые веревки звенели как струны, готовые в любой момент лопнуть: на такие тяжести они рассчитаны не были. Разошедшийся Клим напоследок поглотал слюнки, глядя на бутылки нестандартной формы, где плескалось неизвестное пойло, обещающее жарко погулять по жилам.
   - Не бери в голову, - подошел Влад. - То, что взяли - почти самое лучшее.
   - Тебе, друг, верю! - успокоился Клим. - Вспоминаю недавнюю выпивку и шабаш у тебя.
   Последнее, что они услышали, когда неожиданно ярко все помещение осветил свет неоновых ламп и Вендер замыкающим шмыгнул в проход, неся сложенный обруч, был дикий женский визг:
   - Ма-а-ша-а! Мыши Барсика сожрали!
   - Не больно-то он и вкусный, - поправил на груди ожерелье из кошачьих когтей Влад.
   Окно потемнело и исчезло.
   Зажгли масло в дополнительных плошках. Взору Влада предстало такое маленькое помещение, что он от неожиданности присел. Потолок, казалось, давил на него всей своей тяжестью. Стены готовы были наброситься и расплющить его. Он даже почувствовал, что задыхается.
   - Э, паря, ты чего? Нездоровится? - подхватил Влада Клим.
   - Что-то... как-то... тесно вдруг стало очень... - отдышался горе-грузчик.
   - Ну, загоняли парня! - посочувствовал Гномичев.
   - Ну ничего, вот познакомлю тебя с семьей, у меня такие дочки, - защелкал языком Клим. - Может, даже баньку организуем. Окажешь честь?
   - Даже не знаю, Клим, мне бы только поспать, даже жрать не хочу.
   - Это тебе только кажется, скоро мигом в чувство придешь!
   Чуть позже его привела в чувство многочисленная семья Клима, которую тот торопился представить на правах первого, кто принимает в гостях дорогого гостя. Несмотря на попытки Вендера убедить всех, будто сперва, по старшинству, Влад просто обязан погостить у него. И баня там ему понравится больше.
   Извинившись перед Вендером, Влад принял предложение Клима, аргументировав это первым, что пришло в его ничего не соображающую голову:
   - Он давно уже обещал познакомить меня со своей семьей. Да и все-таки наставник мой как-никак.
   Было очень заметно, что Вендер на отказ обиделся. Левая, обезображенная щека, покрытая седой частью бороды, как-то странно задергалась, словно от нервного тика.
   Влад сделал вид, что очень устал и не заметил этого.
   - А Клим тебе объяснил секрет нашей бани? - спросил шепотом Вендер, склонившись над сидящим Владом.
   - Нет, а что у вас тут секретного?
   - Так, ничего, не обращай просто внимания, но учти - потом в гости ко мне, а то обижусь.
   Помещение около двух с половиной метров высотой, куда они сваливали все подряд, оказалось чуть ли не главным во всем этом городе, высеченным в сплошной скале в неизвестном месте. Когда зажгли еще масла, Влад разглядел большой постамент в центре, где возвышался большой шар.
   Он уже немного адаптировался к соразмерности своего роста и размерам помещения. Давно он уже не видел так низко потолок, что можно было пересчитать щербинки и трещинки на нем. На подвеске под потолком висело три обруча, которые свободно вращались вокруг шара, практически касаясь его, так что часть шара выходила сквозь каждый обруч. Можно было догадаться, что, настраивая обручи, можно было входить в шар, попадая в нужное место. Как, впрочем, и выходить из него, что они недавно и сделали. Скорее всего, устройство обладало какой-то силой, связывающей кольца, помещенные здесь, с теми, что находились на далеком расстоянии.
   Почти все, что ребята сваливали наземь, уже успели унести в неизвестном направлении незнакомые люди.
   - Не переживай. Все, что нам надо, мы возьмем, - Клим обнял уставшего друга и повел по бесконечным коридорам, высеченным в серо-черной с белыми прожилками скале.
   Попадались галереи, ведущие вниз и вверх, скорее всего, на такие же уровни. Были огромные залы, где Влад наконец облегченно вздохнул, увидев высоко над головой потолок. Где стены были в сплошных террасах, на которых толпились люди. Здесь было шумно - сотни людей что-то кричали, меняя, продавая товар, покупая, тут же его возвращая, торгуясь, чтобы как можно выгоднее сбить цену. Длинные ряды каменных столов тянулись вдоль отполированных стен, отражающих многочисленные лампады, что коптили черный потолок. По одну сторону находились продающие, по другую сторону - покупающие. Это Владу почему то напомнило Мефодиевский рынок в его Новороссийске. Значит, здесь могли быть и карманники.
   Он не ошибся: вокруг него увивалось несколько мальчишек-оборванцев, с которых не сводил взгляда Клим. Несколько раз те пробовали отвлечь его внимание, но это было бесполезно, и вскоре они отстали.
   - Держи ухо востро, скоро у тебя будет звенеть в карманах золото, и самому придется следить за ним. А пока учись.
   - Золото? А зачем оно мне? - с детской наивностью проорал Влад, стараясь перекричать шум толпы.
   На него удивленно оглянулись несколько зевак.
   - Ну, паря, ты не перестаешь меня удивлять! Иди-ка сюда! - Клим пробился к крытой лавке с какой-то сдобой. Толстый, с лоснящимся лицом жизнерадостный продавец, одетый в яркий малиновый с какими-то неземными цветами халат, то и дело вытирая пот полотенцем, тут же выжидающе уставился на покупателей.
   - Эй, торговец! - перекричал Клим шум толпы и голоса ближайших зазывал. - Дай моему другу чего-нибудь погрызть, - он показал пальцем на какую-то сладость вроде рахат-лукума.
   - Два золотых для самого красивого покупателя! - подобострастно изогнулся продавец, глядя на опешившего Влада.
   - У меня нет.
   - Ну и пошел вон, козел! Ходят тут, торговать мешают!
   Вне себя от ярости Влад выхватил меч и вскочил прямо ногами на прилавок, к изумлению Клима и ближайших торговцев. Разбросав половину громоздившегося на прилавке товара в пыль и мусор, он угрожающе навис над хозяином кондитерской. Злившая его до сих пор атмосфера скученности и пугающей неопределенности подстегнула адреналин.
   - Ты кого, паскуда, козлом назвал?!! Я сегодня убил кота, разгрузил туеву хучу вагонов жратвы для вас, ублюдков, чтобы какая-то сволочь меня козлом назвала? Да я сейчас тебе яйца отрежу и на уши повешу, м...к ты хренов! - размахивал Влад мечом, демонстрируя ожерелье из кошачьих когтей, не в силах остановиться, матеря торговца семиэтажным матом. Большую часть неприличных слов местное население в этих стенах никогда в жизни, похоже, не слышало, но все понимали, что жутко обиженный наглым торговцем этот злой покупатель говорит такое, что даже вспоминать им будет нельзя. Будь тут местное телевидение и сними оно этот эпизод, то большую часть его тирады можно было бы заменить долгим "пи".
   - Все, Влад, слезай, он больше не будет ругаться, - Климу пришлось силой стаскивать разъяренного друга, у которого все лицо пылало от злости, а в глазах горел недобрый огонь. Таким он Влада еще никогда не видел.
   - Тебе сколько лет, парень, что ты так ругаешься? - негодовала толпа.
   - Двадцать пять! - в ответ послышались язвительные насмешки.
   - Заткнитесь, ему сто двадцать пять и он мой друг. Кто еще что-то хочет узнать о нем? - продемонстрировал Клим рукоятку меча.
   Толпа уважительно расступилась, даже несмотря на то, что один из забияк был одет в странную рванину, опоясан дорогой портупеей и сжимал в руках меч, который носят только придворные и воины князя. В любой другой ситуации его бы подняли на смех из-за смешной тряпичной обуви, из-под продранной материи которой выпирали заскорузлые пальцы с давно не стрижеными ногтями.
   - Все Влад, - прошептал задыхающийся Клим, который еле ноги унес, буквально волоча за собой друга подальше от греха. - Все, ты меня убедил, тебе золото не нужно, ты и так можешь взять все, что тебе принадлежит по праву. Но я тебя умоляю, делай это без меня, мне еще семью кормить. У меня шесть дочерей на выданье.
   - Сколько? - изумился Влад.
   - Шесть, - остановился наконец отдышаться Клим. - Но я уже исправил ошибку и у меня еще растет два сына. Бадан и Садан. Милые младенцы - тебе понравятся.
   - Да-а, тебе, как я погляжу, золото нужнее.
   - А ты думал! Я там лавку держу, на рынке, где ты расшумелся. Дочки по очереди торгуют. Ну, паря, у тебя язык, даром, что не раздвоенный.
   - Ладно, забудь. Он меня очень разозлил.
   - Я теперь всем расскажу, что моего друга лучше не злить, иначе искусает, - захохотал отдышавшийся Клим. - Ладно, пойдем с семьей знакомиться, почти пришли.
   Жилище Клима располагалось в стороне от шума центральных площадей города. Пока шли, Влад не мог взять в толк, почему здесь не душно, хотя галереи, соединяющие рынки и площади, были не особо просторные. Высотой около трех метров примерно столько же у основания. Наконец он понял, заметив над каждой лампадой в галерее незаметное отверстие, которое вело, очевидно, на вышерасположенную улицу. Под ногами он заметил искусно закрытые решетками колодцы. Возможно, и для вентиляции, и для стока воды.
   Насчитав от начала тупиковой галереи пятый вход справа, Влад поднялся по ступенькам вслед за Климом. Открылась тяжелая, обитая железом дверь, и его взгляду предстал огромный круглый зал с четырьмя колоннами в центре. Колонны были несколько витиеватой формы. Зал освещали искусно сделанные лампады, в которых горело масло, почти не коптя - не чета тому, которым пользовались на рынке. На самый верх, высеченные в скале, направо и налево тянулись ступени, огражденные балясинами красивой формы.
   - Батя вернулся, - выскочила с левой лестницы прелестная девчушка и повисла у Клима на шее. Тут же раздался визг и, перекрикивая друг друга, выбежали еще пять прелестных созданий в разноцветных одеяниях самых различных фасонов и стилей. Было видно, что за модой тут не следят. Лишь бы одежда была яркая и чистая.
   - Рина, Лиза, Тилла, выходите скорей, встречайте дорогого гостя! - под общий гвалт Клим объяснил Владу что это его три жены.
   - Слухай, паря, а тебе сколько лет на самом деле? - спросил тихо хозяин дома, чтобы его никто, кроме Влада, не услышал.
   - Я же говорил: двадцать пять.
   Клим даже поперхнулся от неожиданности.
   - Я думал, ты им назло сказал! Надо же, а выглядишь на все сто двадцать пять.
   - Неужели так плохо выгляжу?
   - Да нет, выглядишь как раз отлично, хоть сейчас жену выбирай. Мне, к примеру, угадай сколько?
   - Ну, лет сорок пять, от силы.
   - Ой, не смеши мою бороду! А-ха-ха! - вытирая выступившие слезы, похохатывал Клим. - Разве я похож на мальчика?
   - Ну, сколько?
   - Сто сорок три, - важно сказал тот.
   - Да ну, прямо старожил какой-то.
   - Знакомьтесь - это тот самый Влад, о котором я уже не раз рассказывал.
   Клим отвел гостя чуть в сторону и поставил на всеобщее обозрение. Тот, смущаясь, опустил глаза, поняв, что девчата разглядывают его с ног до головы, о чем-то перешептываясь.
   - Стой там, слушай сюда. Это моя первая жена Рина, сто двадцать три года от роду, - представил хозяин пышногрудую черноволосую красавицу в длинной голубой одежде наподобие халата.
   Та протянула белую изящную руку, Влад неуклюже склонился и под общий хохот поцеловал ее.
   Рина, залившись краской, пожала ему руку и отпустила. Тот понял, что здесь у всех в моде обычные рукопожатия.
   - А вот ее замечательные дочки - Герда и Лайма. Герде всего лишь пятьдесят три года, только посмотри, какой я вырастил цветочек.
   Та опустила голубые, как васильковый халат у матери, глаза и улыбнулась пухлыми губками. Ее светлые, слегка отдающие золотом волосы были уложены в длиннющую косу, которую та отращивала, очевидно, все свои полвека, сливавшуюся с почти такого же цвета платьем, слегка открывавшим стройные ноги.
   - А Лайма... - прижал Клим к себе вторую дочь. - За ней полгорода бегает, мужчины дуэли устраивают. На год младше Герды. Хозяйка, умница, любимица моя. Ну, конечно же, после Герды! - он поцеловал обеих сестер и продемонстрировал Владу Лайму, слегка крутанув ее за вытянутую руку. Сарафан той взвился, обнажив очаровательные точеные ножки.
   Та прыснула веселым смехом и стыдливо прижала платье к бедрам. Распущенные волосы цвета червонного золота блеснули в свете многочисленных лампад.
   - Обалдеть! Просто фотомодели! - подытожил Влад.
   Все девчата прыснули от неуклюжего комплимента, хотя наверняка никто из них не мог знать, что такое фотомодель.
   - Вот Лизонька моя, вторая жена, ей всего сто тридцать. Посмотри, какие очаровательные у нее дочки - Лима и Дрона, - представил Клим невысокую худенькую женщину с короткими каштановыми волосами, которая держала на руках младенца. - Лиме пятьдесят один, а Дроне всего тридцать три. А теперь познакомься с моей самой молодой женой, Тиллой. Она дочь самого покойного князя Мелсинека. Ей всего-то девяносто семь лет, а какие у нее красивые дочурки - Риммочка и Тинночка, им нет и тридцати пяти лет! - убеждал он Влада, который, наконец, склонен был поверить, что девчонки, которым на вид двенадцать, старше него на целый десяток лет.
   Тилла с непослушными вьющимися волосами, державшая на руках такого же возраста младенца, как и у Лизы, перехватив его на левую руку, правой прижала к себе своих шустрых крошек, которые только сейчас притормозили, до этого наматывая круги вокруг гостя, дергая его то за грязные штанины, то за портупею, то благоговейно прикасаясь к мечу. Особый интерес у них вызвало страшное ожерелье, которое делало и без того мрачного, заросшего Влада свирепым.
   Ему вдруг стало стыдно за свой вид, с которым он приперся в столь очаровательный гарем Клима. Он не знал, куда деть глаза, впервые осознав, как смердит на фоне благоухающих девственных роз. Но, как он понял позже, от Клима пахло не лучше. Длительные изнуряющие походы и битвы делали невозможным частое мытье, да и все местное мужское население в городе не особо заботилось о своей респектабельности, тем более что женского полу тут было в несколько раз больше, чем мужского. Поэтому каждый мало-мальски державшийся на ногах индивидуум мужского пола со сформировавшимися вторичными половыми признаками был распределен заранее, и за ним стояла очередь.
   - Ну что дорогой гость - баньку? - наконец закончил демонстрировать свой "товар" купец.
   - Давай, - согласился Влад, - а то нет уже мне мочи.
   Все девчата прыснули от смеха, вогнав в краску растерявшегося гостя.
  

***

  
   Баня располагалась в самом конце хозяйственных галерей, которые Клим показал дорогому гостю в первую очередь. Шутка ли - прокормить такую ораву. Одних кладовых высечено в скале было целых шесть штук! И каждая ломилась от еды. Уже на подходе к концу галереи стало ясно, что баня именно тут. Под ногами стали чаще попадаться лужицы воды, рассыпанные стебельки травы и веточки. А над самой дверью, которая своей массивностью давала понять, что здесь не какая-нибудь забегаловка, а баня высшего разряда, висел кристалл, весь покрытый капельками влаги. Впрочем, как и вся стена возле двери.
   - Ну вот, все, что мое в этом доме, отныне и твое тоже.
   Огромная дверь, поддавшись сильной руке Клима, со страшным скрипом распахнулась, и взору гостя предстал небольшой предбанник, абсолютно не вписывающийся в представление после неправдоподобно большой двери.
   - Да ты не смотри, что помещение мало. Я давно собирался его расширить - благо, есть куда. В последние годы все в походах да походах. А дети появляются, не спрашивая. Хорошо, что заранее подумал и дверь такую соорудил. Вот только "глаз дракона" последний над дверью повесил, больше пока нет. Приходиться жечь масло.
   Подтолкнув Влада к небольшому отполированному временем каменному уступу, который поблескивал вкрапленными прожилками, сверкающими в свете огней, Клим мигом разоблачился от грязной одежды. Похлопывая себя по выступающему белому животу, он стал подтрунивать над гостем:
   - Ну, ты что, Влад, в бане никогда не был? Давай скидывай одёжу, бросай вон в то корыто, сейчас женщины простирнут мигом. Или ты стесняешься чего? - и шепотом добавил: - У тебя там чё, не на месте чё?
   - Да все у меня на месте, я просто чаще как-то сам, у кота в миске привык, - потупив глаза, промямлил Влад.
   - Я шучу! Оружие вон туда, на полку, положи, там посуше, никто не тронет. У нас с этим строго! - тот потеребил бороду, весело загоготал, мигом отворил скрипучую дверь, впустив напоследок в предбанник жаркое облако пара, и громко захлопнул.
   Раздался приглушенный довольный рев, который обычно издает кабан-секач, почуявший под дубом гору свежих желудей.
   Влад, завидуя удобной одежде друга, стал не спеша, заскорузлыми пальцами, постанывая от щипания в мозолях, расстегивать оставшиеся не оторванными пуговицы рубашки и брюк. Джинсы можно было просто поставить в угол, но он боялся, что они окончательно поломаются на белых складках, которые стали от времени очень ветхими.
   Кинув свое и Климово оружие на сухую полку, представляющую собой несколько ровных досок, забитых враспор в каменной щели и щедро усыпанных всевозможными травами, он сунул всю одежду в деревянный прямоугольный таз, который Клим называл корытом, и тупо уставился на свою тень, что плясала в свете масляной потрескивающей лампы. Запах душистого масла, смешанного с мятой, разложенной по каменным выступам, дурманил голову. Мышцы ног после непривычно длительной ходьбы ужасно болели. Казалось, простоять бы так целую вечность, только бы не двигаться. За дверью в парилке послышались хлесткие удары и довольные вопли Клима:
   - А! Хорошо! Рина, поддай еще, не жалей веника! Пара давай!
   Глаза Влада округлились. Рина?! Его жена! Там женщина?! Мигом прогнав усталость, Влад засуетился. Вот еще, никогда в одной бане с женщинами не мылся! Глаза уже лихорадочно искали Владову одежду в корыте, когда дверь в предбанник тихо скрипнула, и, впуская холод, в пляшущих желтых бликах показалась фигура в женской накидке. Лица было не разглядеть.
   - Я одежду пришла взять, - сдерживая рвущийся наружу смех, фигура нагнулась и подняла корыто. Свет выхватил золотистый локон, который случайно показался из-под ее капюшона. - А парилка там, за дверью, или ты тут решил попариться?
   Краснея от стыда, Влад заметался. Хватать одежду было поздно, а стоять перед взором хихикающей Лаймы (вне всякого сомнения, это была именно она) он не мог.
   Дернув ручку, сделанную из прибитого куска кожи, его рука распахнула дверь, и под заливистый девчоночий смех Влад влетел в сумрак жаркого облака пара. Его кожу приятно обожгло.
   - Влад! Наконец-то! Разомнись, друг! Рина, дай-ка гостю веник, а то он остыл, пока я раздевался. Или тебе Лайма помогла?
   Белесая фигура подошла к нему и протянула мокрый веник из какой-то травы. Смущаясь, Влад повернулся боком к женщине и попытался разглядеть в сумраке Клима. Тот, судя по голосу, должен быть где-то рядом, лежащим на полке.
   - Тут я, тут, подходи, не бойся. Разомнись, потом пару поддадим, а то ты с непривычки и правда на пол рухнешь. Ты чё так влетел? Я слышал, там Лайма зубоскалила? Не обижайся на нее, она девка тихая, но красивым парням проходу не дает.
   Влад, срывая на спине приятеля свою злость за пережитый стыд, лихорадочно ловил мысли, носившиеся в его и без того натруженной впечатлениями голове. Подземный город! Патриархат! Многоженство! Что еще? Человеческие жертвоприношения? На кой он согласился сюда прийти? Сейчас помоют, надушат благовониями и завтра распнут где-нибудь в подземелье со змеями. Веник, зажатый в кулаке, будто сам по себе со всей дури продолжал хлестать по визжащему от удовольствия голому Климу.
   - Влад, умница, с меня хорошее вино! Самое лучшее, для лучшего друга! Рина, напомни, если забуду.
   - Про вино-то... - послышался из угла голос старшей жены. - С тебя станется, как же, забудет он.
   Ворча, она загрохотала кадкой с водой, для чего-то передвигая ее.
   Голова Влада закружилась. То ли от шальных мыслей про жертвоприношение дорогих гостей, то ли от пара, который зашипел на раскаленных камнях.
   Не успев упасть, он смутно почувствовал, как его подхватили мягкие женские руки и, прижимая к упругой груди, проводили к деревянной лавке. Бухнувшись на живот, Влад почувствовал, как по его спине зашлепал душистый веник. Это оказалось так приятно, что истома мгновенно охватила все тело.
   - Ты посмотри, отец, как гостя в измождение ввел! Разве так можно? Сказал бы, я сама бы тебя отходила. Он и так устал, бедный. Только посмотри, одна кожа да кости. Где ж скитался-то, горемычный?
   - Не скитался он, дом у него есть, да такой, что наша княгиня бы просто ахнула. У него потолки - как небо! Птицы летать могут. А худой, так это... эта... как её, вечно, заразу, забываю... слово-то такое чудное... во - констятуция!
   - Сам ты костятутция, были бы кости - мясо нарастет, кормить надо лучше гостя! - веник еще сильнее и чаще захлестал по спине притихшего гостя.
   Влад опять насторожился. Накормить. Неужели и правда?..
   Решив спать только с оружием, он принял умиротворенный вид.
   Бухнула дверь. Влад повернул голову. Закружив протуберанцами тяжелый пар, в свете горящих дров показалась фигура.
   - Ма, мы с Лаймой уже все постирали. Она Владову одежу штопает, - это оказалась самая старшая дочь Рины - Герда.
   Ее волосы были еще светлее, чем у Лаймы, и, казалось, не они, а пар струится по ее плечам и, спускаясь по высокой груди, прикрывает ноги. Она так близко стояла возле лежащего на лавке гостя, и тот вдруг поймал себя на мысли, что, раскрыв рот, разглядывает ее совершенное тело. Он мигом отвернул голову к стене и уставился в царапины на камне.
   - Ты и кваску принесла, вот умница!
   - О! Плесни-ка отцу, - зашевелился Клим, - и гостю не забудь.
   - Влад, угощайся.
   Стараясь смотреть только на кружку, Влад аккуратно перехватил ее, стараясь не касаться белых, прохладных пальцев Герды. Извернувшись, чтобы не вставать с лавки, он, лежа на животе, выпил добрых пол-литра освежающего напитка и, поблагодарив, поставил кружку на каменный уступок рядом с лавкой. Мимо проплыл белый каплевидный зад. От этого вида перехватило дыхание. Его хозяйка, не спеша, легла на соседнюю лавку и принялась болтать с отцом о каких-то хозяйских мелочах.
   Чтобы отвлечься от крамольных мыслей, пришлось лихорадочно вспоминать дифференциалы и логарифмы. Но предательские мысли вновь и вновь будоражились голосом с соседней лавки.
   - Ма, ты совсем гостя замучила! Пусть отдохнет, меня побей.
   - Меня бы кто побил.
   - Э, мать, ложись-ка сюда, давай веник, сейчас ублажу.
   - Смотри только кости мне не переломай, окаянный, рука у тебя слишком тяжелая! - Рина заохала под жестокие удары веником.
   Сквозь плотный пар в свете подкинутых хозяином дров была видна его мускулистая рука, обрушивающая веник на спину жены. "А ведь и веником спину может поломать, если не рассчитает силы", - подумал Влад. Распаренное тело млело, когда молодого человека разбудила семейная перепалка.
   - Да дайте мне попариться спокойно, сами друг дружку хлещите.
   - Я маму уже побила, а меня кто?
   - Влада попроси, а то он заснул, поди... - мать кинула еще поленьев, вынула клещами раскаленный камень и опустила его на один из уступов.
   Зашипела вода.
   - Влад, - раздался голос Клима, - будь ласков, возьми веник, Герда не отстанет ведь.
   Тот решил, что чем быстрее справится с просьбой, тем лучше будет для него. Встав плохо слушающимися ногами на мокрый, чуть теплый пол, он выбрал веник побольше и почти на ощупь подошел к углу, где лежала Герда. В клубах свежего пара её мокрого тела почти не было видно. Благо, свет от печи Влад заслонял собой. Чтобы не сделать больно, он решил шлепать вполсилы.
   - Не бойся, можешь и постараться! - стала подшучивать над ним Герда.
   - Хорошо, только не плачь, - его веник стал со свистом опускаться куда-то в темноту.
   - Повыше, не попадаешь ведь!
   Влад протянул было руку, чтобы нащупать тело, но тут же ее отдернул. Клуб пара на секунду разошелся, и в рассеянном свете он увидел красивое женское тело. Герда лежала на животе и махала одной ногой. Вспомнив помутившимся рассудком про дифференциалы и корни, Влад принялся что-то считать в уме, чтобы хоть как-то отвлечься, пока его веник охаживал Герду от ягодиц до спины. Та только урчала от удовольствия.
   - Теперь тут! - она, не стесняясь, повернулась на спину и заложила руки за голову.
   У Влада от увиденного зашумело в голове. Понимая, что девица самым бесстыдным образом разглядывает его, он не знал, куда деть левую руку. "Блин, хоть полотенце вешай", - подумал он, почувствовав жуткое напряжение внизу живота.
   - Давай, подкинь еще камень! - выручил голос Клима.
   Облившись холодной водой, Влад крякнул от резкого освежения и улегся на спасительную лавку, подальше от голой Герды.
   - Влад, ну что, все? Я уж только согрелась. Смотри там лавку не пробей! - она громко хохотнула.
   - Герда, что за смех? Не смущай гостя! Ишь, разлеглась, а ну-ка принеси еще квасу! - приструнила ее мать.
   Та вскочила с лавки и, стараясь пройти как можно ближе к Владу, хлопнула дверью.
   - Вот такие у меня старшие, друг! Палец в рот не клади: по локоть откусят.
   - Да, Клим, я уже заметил, - буркнул Влад.
   - Ты не думай, девка что надо, все умеет. Недаром старшая.
   Сквозь треск поленьев и шипение пара, испарявшегося с камня, Влад услыхал, как жена зашукала на Клима.
   - Без тебя знаю, плечи еще помассируй. Много говоришь, женщина, я сам решу, кого и когда.
   Влад замер: "Это что он имел в виду?"
   Дверь внезапно приоткрылась.
   - Ма, мы уже все, можно?
   - Заходите, - та глянула на одиноко лежащего гостя.
   С диким визгом, разгоняя клубы пара, ввалилось еще пять или шесть белых тел. Влад отвернулся к стене, стараясь не смотреть: "Вот попал, а!"
   Подошел хозяин всего гарема и, поставив возле полки гостя корыто с водой, бухнул туда увесистый раскаленный булыжник, потом, не долго думая, стиснув зубы, уселся прямо в шипящую паром воду.
   - Ух! Хорошо!
   Влад уставился дикими глазами на мазохиста и решил, что это ему кажется. Но ноги Клима, скрывшиеся под кучей пара, давали понять, что тот делает это не спроста. С диким воплем он не выдержал и подскочил. Взгляду Влада предстала красная, как вареный рак, задница Клима.
   - Ну ты мазохист! - перевел дух от увиденного Влад.
   - Не знаю кто это, но ты прав. Только у мазохиста могут родиться шесть девок подряд, да еще от трех жен, и только два пацана. Приходиться применять старый проверенный метод, - и, наклонившись к гостю, прошептал: - И тебе советую, мне пока внуки не нужны. Два месяца после такой парной можно жить спокойно.
   Проделать подобную экзекуцию Влад так и не решился. Хотя слышал, что подобный метод регулирования рождаемости применяют до сих пор японцы.
   Выпив напоследок холодного кваса, Влад извинился перед хозяином за слабость и вышел в предбанник. Там собирала одежду самая младшая - Тинка. Особо не смущаясь своей наготы, та откинула со лба черную, непослушную прядь и, бросая косые взгляды на вновь застеснявшегося гостя, принялась продолжать собирать одежду, раскиданную торопившимися сестрами. На вид ей было лет двенадцать-пятнадцать, и по-прежнему было трудно поверить, что она старше его на десяток лет. Худенькие плечи, остренькая грудь - ну подросток подростком. Стараясь не подавать виду, что заинтересован ею, Влад нашел на полке свои выстиранные и даже проглаженные джинсы, местами в новеньких латках, мастерски пришитых умелыми руками Лаймы. Торопливо надев их, схватив рубашку с портупеей и ожерелье, он выскочил вон, не в силах больше находиться наедине с голой красавицей.
   Высеченные в скале хоромы Клима внушали уважение. Как-никак он был по-прежнему приближенным князя, хоть и нового. И лишать его нажитого добра пока никто не собирался. Но по тому, как он опасливо озирался, как только заговаривали о Таруне, сменившем умершего Мелсинека, было понятно, что никакое уважение ближайшего окружения князя ему не поможет, если тот вдруг решит сменить всю "вертикаль". Влад только сейчас осознал, какие интриги тут могут затеваться в связи со смертью Мелсинека. Тем более что царствование местных "царей" длится не от выборов до выборов, как там, у него на родине - он вдруг поймал себя на мысли, что время для него уже разделилось на до и после того, как он открыл для себя целый мир этих людей. Нынешнему князю исполнилось 160 лет и проживет он, как многие уверены, еще не меньше ста.
   Возможно, прямо сейчас жизнь Влада, как и жизнь Клима и всей его многочисленной семьи, решается новым князем. А поставив на эту "лошадь" - он про себя усмехнулся сравнению - поставил на кон практически свою жизнь. Может быть, все-таки и следовало подчиниться не чувствам, а трезвому рассудку, и принять предложение Вендера.
   Так размышляя, Влад шатался по галереям, искусно высеченным в базальтовом монолите. Он по-прежнему терялся в догадках, где на планете мог находиться этот "Звездный дракон". Да и на планете ли вообще? Обручи давали потрясающую возможность перемещаться мгновенно на любые расстояния. А холод, царивший во всех галереях, мог означать не только то, что они под толщей вечной мерзлоты, где-нибудь на Южном полюсе или в Гренландии. А что, если они где-нибудь на Луне или Марсе? Он машинально попрыгал, определяя силу притяжения. Нет, это точно не Луна. Насчет Марса Влад терялся в догадках, вспоминая, как сачковал с уроков астрономии. Больше он или меньше Земли, и на сколько? Воздуха там кажется нет. Да и в Солнечной ли системе они?
   Конические кристаллы довольно сносно освещали проходы между залами, и споткнуться было просто невозможно. Пол местами был просто идеальным, будто его залили бетоном и выровняли. Так можно было бы подумать, если бы не изумительно гладкая и ровная поверхность базальта, холодная на ощупь. Влад еще раз восхитился местными умельцами. Если они и применяли "пасть дракона", чтобы проделывать проходы, то доводить до лоска этим грубым оружием вряд ли было возможно. Никаких машин у них не было, а, следовательно, все это был титанический труд.
   Навстречу шли Лиза и Тилла, о чем-то оживленно переговариваясь. Шумные свертки в руках были не чем иным, как Баданом и Саданом. Увидев гостя, в одиночестве разгуливающего по дому, женщины почему-то опешили и враз замолчали. Даже дети вдруг притихли.
   - Ты, гость, никак из баньки? - первой нарушила тишину Лиза.
   - Да, спасибо, попарился на славу. Дома у меня такой нет. Да и вообще я второй раз в жизни увидел настоящую баню, - он поймал себя на мысли, что чуть не ляпнул "русскую". Странно, а почему не финскую? То, что они все говорят на понятном ему языке, не означает, что они русские. Хотя вопрос остается открытым. Вдруг телепатия? Мало ли. В фантастических книжках еще и не такое описывали.
   - Вот и ладушки. А почему один?
   - Ну, вроде как помылся уже.
   Лиза с Тиллой удивленно переглянулись.
   - А девчонки наши в бане?
   - Да, все. Мне вот Лайма даже все выстирала, заштопала и прогладила, - Влад сразу обрадовался сменившейся теме, но Тилла не дала ускользнуть от интимных подробностей:
   - А квас тебе в бане давали пить?
   - Да, Герда два раза приносила, вкусный такой.
   - И веничком бил ее? - не унималась Тилла.
   - Ну да, попросили...- Влад смущенно опустил глаза, осознав, что они прекрасно понимали, в каком виде была Герда. Но эти мысли почему-то их нимало не смутили. Напротив, они как-то странно переглянулись и, извинившись, заторопились в сторону хозяйственных галерей.
   Влад растерянно глянул им вслед - те о чем-то встревожено зашептали, усердно убаюкивая вновь завопивших младенцев.
   "Да что я там такого сделал? Или мне одетым мыться нужно было? Можно подумать, Герда не знала, что я в бане был. И Тинка как-то странно посмотрела на меня".
   Влад дошел до конца этой галереи, убедился, что работы здесь не закончены и обширный дом Клима будет расширяться, и повернул обратно.
   Пройдя галереи "покоев" он встретил Тинку, которая, как оказалось, искала именно его.
   - Влад, пойдем скорее, тебя ждут. Почти все собрались, - она бесцеремонно схватила его руку и потащила за собой с такой силой, что ему пришлось придерживать меч, то и дело шлепающий ножнами по бедру.
   В одном из ответвлений галерей, очевидно, находилась кухня. Это Влад без объяснений понял по щекочущему ноздри аппетитному запаху, который перемешивался с дымом сгоревшего дерева. В просторном помещении, за огромным длинным столом уже сидели все шесть дочерей Клима и его три жены, две из которых так и держали свертки с новорожденными, старательно их убаюкивая. Дорогого гостя хозяин усадил к себе по правую руку во главе стола. Через угол стола, по старшинству, располагались дочери. Ближайшая, Герда, была явно чем-то расстроена. Это Влад понял, увидев ее красные от слез глаза, которые она старательно прятала под белокурой челкой. Влад незаметно коснулся ее ноги под столом, и приподнял слегка брови, давая понять ей, что не понимает причины ее слез. В ответ Герда только поджала губы и со всей дури лягнула его по ноге. Тот, чтобы не заорать благим матом, натужился как индюк, опустив голову вниз и раздувая щеки, выпучил глаза, уставившись недоуменно в струганные потемневшие от времени доски.
   "Вот дура, я что, лопнуть должен был от ее кваса?" - подумал тихо стонущий от боли Влад. Клим в это время разглагольствовал с женами, сидящими по левую сторону стола, и как будто не заметил того, что вытворила его старшая дочь. Та отвернулась к сестрам и больше не смотрела в его сторону.
   Вскоре пришли, по-видимому, заранее приглашенные Вендер, Дронер, Ступин и Гномичев. Все со своими старшими супругами. Спросить, сколько их у каждого, Влад постеснялся, но решил, что не меньше, чем у Клима. Все четыре женщины, очень симпатичные, по очереди подошли к Владу и представились, подав каждая руку. То, что не для поцелуя, он понял по прошлому разу, покраснев от воспоминания.
   Не особо задумываясь о странном обычае женщин подавать для легкого пожатия руки, он представился каждой и слегка кивнул, решив, что таким образом покажет свое уважение. Рейчел, Тамара, Рита и Зилла, не особо расшаркиваясь, подобрали подолы длинных юбок и, смело перешагнув через лавку, уселись по левую сторону от своих супругов. Рите пришлось слегка подвинуть Гномичева вместе с Зиллой, потому что Ступин, по-видимому, выбирал жену в соответствии со своим ростом и телосложением. Это не обошлось без колких шуточек в адрес Ступина.
   - Ступин Еремеевич, ну ты жену-то научи тихонько садиться, а то она меня ненароком и с лавки сбросит! - он поглядел на соседа, пытаясь понять, готов тот сегодня шутить или нет.
   - Зилла Феосьевна, - обратился через Гномичева к его жене в ответ Ступин. - Вы мужа своего-то после похода подкормите малость, а то он исхудал весь, живот уже в стол не упирается, как обычно.
   - Неправда! - вскочил тут же, как ужаленный, Гном, зацепив при этом животом стол так, что на нем загремела посуда. - Мой живот как был толще твоего, так и останется!
   Все за столом весело загоготали, даже Герда, до этого понурая, прыснула от смеха.
   - Ну не знаю, тяжело сравнивать, когда твой живот мне в коленки упирается.
   - Ничего, я могу и табуретку подставить! - парировал под общий хохот Гномичев.
   Сидящим по обеим сторонам Рите и Зилле пришлось успокаивать разошедшегося Гнома.
   Несмотря на всеобщий шум, от внимания Влада не ускользнуло то, как Вендер посмотрел на Герду. Потом недоуменно уставился на Клима. Тот незаметно для Влада как бы развел под столом руками, давая понять Вендеру, что сам чего-то не понимает.
   - Ну что, за молодых? - Гномичев нетерпеливо поднял глиняную кружку, в которую перед этим щедро налил душистого вина.
   И, по-видимому, тут же получил от Зиллы незаметный тычок под столом. Расплескав вино, он обиженно бухнул кружку обратно и зашукался с женой.
   - Мы сегодня собрались здесь, - поспешно начал свою речь Клим, желая скорее разрядить обстановку, - чтобы отметить благополучное окончание нашего опасного похода. А самое главное - чтобы поприветствовать нашего дорогого гостя. Который не отказал нам в своем присутствии.
   Он посмотрел сверху на Влада, который, поняв, что от него требуется, тут же вскочил, виновато опустив голову. Выражение "виновник торжества" он понимал буквально.
   - Наш поход завершился успехом благодаря мудрости нашего князя, и мы с радостью поднимем кружки за его здоровье. Долгой жизни князю Таруну! - под гул одобрения все застучали друг с другом кружками, и пир начался.
   Герда слегка, как бы невзначай, задела кружку Влада и тут же выпила всю до дна, не обращая внимания на неодобрительный шепот сидящей справа Лаймы. Клим как будто этого не заметил и продолжал болтать без умолку со старшей женой. Его младшие, поручив отпрысков дочкам, уже меняли посуду, которую успели расколотить в поединке чёканья Ступин с Гномичевым, и доливали в кувшины вина, которое обещало очень быстро разойтись.
   Влад, впервые пивший не из "лоханки-пробки" а из настоящей домашней посуды, уже особо не стесняясь, глядя на Вендера, который наложил себе гору мяса, взял с ближайшего подноса огромный прожаренный кусок и только сейчас почувствовал жуткий голод. По-видимому, обилие впечатлений заглушило столь страшное чувство. Заставить себя тщательно пережевывать пищу было сверх его сил. Мясо оказалось столь нежным и сочным, что этого почти и не требовалось. Приправленное незнакомой душистой травой, которая облепила куски со всех сторон, оно просто таяло во рту. Вспомнив похвалы в свой адрес по поводу шашлыка из цыпленка, который он готовил гостям в прошлый раз, Влад решил, что это были просто насмешки над его неуклюжим кулинарным искусством. Таким вкусным показалось ему это обыкновенное блюдо.
   Девчата, не спеша, церемонно, маленькими ножиками срезали с костей мясо и так же аккуратно пальчиками подносили ко рту. Ступин, как и все мужчины за столом, рвал мясо своими мощными пальцами и горстями отправлял в рот. Жир стекал по его подбородку, но он даже не замечал этого. Влад поступил нейтрально, глядя на сидящих рядом Клима и Вендера: аккуратно отрывая волокна мяса пальцами и запрокинув голову, он клал кусочки в рот, то и дело вытирая полотенцем, предусмотрительно положенным ему на колени, подбородок.
   Лиза и Тилла, в очередной раз поручив отпрысков дочкам, вскочили. Стол вновь наполнился мясом и быстро убывающим вином. Помимо мяса появилось "второе блюдо". Что-то, напоминающее гигантских креветок. Разломив хрустящий панцирь, гость понял, что пришла пора показать уважение этому столу. Это были, скорее всего, или крупные тараканы, или мелкий вид саранчи. Но вино уже давно шумело в голове, и от брезгливости не осталось и следа.
   "А ну его! - решил Влад. - Протеин - он и в Африке протеин!"
   Это действительно оказалось неплохим блюдом.
   - Какая разница, - заплетающимся языком принялся он объяснять Климу, который был еще "ни в одном глазу", хотя выпил больше Влада. - Креветки - это те же самые тараканы, только морские, и ведь едим же!
   - Конечно, дорогой, ты кушай, кушай... - Клим с хмурым видом ломал руками панцирь, то и дело поглядывая на сильно опьяневшую Герду. Лайма, перехватив взгляд отца, отодвинула вновь наполненный кувшин с вином подальше от сестры и поставила вместо него кувшин с водой. Та, даже не заметив подмены, налила полную кружку и залпом осушила ее. Клим посмотрел на это и одобрительно кивнул Лайме.
   Раскрасневшийся Влад уже не так скоро уметал еду за столом и время от времени даже пытался отпускать шуточки. Это почему-то не получалось, но особого внимания на эти потуги никто не обратил. Все давно уже вполне раскованно вели себя, наполняя шумом и гамом застолье.
   Мало кто знал за столом, что невнятность речи и неуклюжесть Влада после выпитого совершенно не вязались с его трезвым вниманием к окружающей обстановке. От его внимания на этот раз не ускользнуло то, что девчата между собой что-то шумно обсуждали. Они то и дело бросали взгляды на осовевшую Герду и Влада, который делал вид, будто не замечает пристального внимания. Пока, наконец, Лайма, посмотрев на него, не продемонстрировала сестрам вытянутую ладонь и не провела другой рукой намного ниже ее. Все дружно прыснули от смеха. Влад еще сильнее покраснел, поняв, что они обсуждают его естественную реакцию в бане, когда они все были абсолютно раздетые.
   Не пытаясь еще раз, на пьяную голову, понять странный местный обычай, он снова налил себе и вступил в перепалку с Вендером, который доказывал Климу, что будь обручи больше в диаметре, можно было бы проносить большие по размеру куски продуктов.
   - Вот я и говорю тебе, что можно было бы консервы целиком закатывать, а не вскрывать!
   - Ты пей, Влад, пей, завтра ко мне в баньку пойдешь. У меня хоть и сыновья в основном, но две дочери еще не замужем. Так что ты подумай.
   Голова гостя никак не хотела думать, но, глядя на опустившую лицо и поджавшую губы Лайму, он понял, что нужно серьезно разобраться в местных обычаях, иначе можно попасть в неприятности. Пьяная Герда к этому времени уже что-то напевала, тягуче-заунылое. К ней подошли Лима и Римма, старшие, от Лизы и Тиллы, и, присев рядом на скамье, обняли сестру, а затем стали подпевать. Владу от этого стало жутко не по себе. Чувство вины не покидало его, даже после обилия выпитого.
   Рита и Зилла в очередной раз остудили своих сцепившихся мужей, Рейчел и Тамара под одобрительные реплики Рины подливали масла в огонь, выспрашивая у мужей интересные детали похода. Вендер, важно поглаживая седую правую сторону бороды и почесывая шрам, заплетающимся языком, но со степенностью откровенно врал о местах, где они были, отчетливо, даже в пьяном угаре, понимая о тайной важности мероприятия. В отличие от него Дронер даже не пытался говорить о местах путешествия, а без лишних подробностей рассказал только о том, как Влад застрелил непонятно откуда взявшегося дикого кота. Тайну "пасти дракона" пришлось скрыть.
   Как отлучался от стола, чтобы сходить "до ветру", Влад не помнил. Как возвращался - тоже не помнил. Но осознавал, что это была одна из дочек Клима. Ступа по просьбе хозяина дома поднял в охапку ничего не соображающего Влада и отнес его в комнату для гостей. Там Влад забылся мертвецким сном. Снилось ему, как он вброд переходит целую реку вина, а дочери Клима, весело смеясь, стоят по обе стороны и брызгают в него из полных пригоршень. Причем все они одетые, но юбки задраны выше белых ляжек и закручены спереди в узел, чтобы не намокнуть в вине. Он старается идти прямо, но ноги его плохо слушаются, и он то и дело опирается то на одну сестру, то на другую, незаметно касаясь полных красивых грудей. Те весело смеются и ласковыми пинками заставляют его идти дальше. Проснулся он от того, что кто-то сел рядом на его лежанку и тихонько растолкал его.
   - Влад ты спишь? - мгновенно протрезвев, он уселся на край и выпучил глаза от удивления. Это была Лайма. От нее так же пахло душистыми травами, и в свете принесенной лампы с маслом волосы красиво искрились золотом.
   - Не, не сплю.
   - Мы с сестрами поспорили. Скажи, тебе Герда нравится или нет?
   - Да, нравится, - немного смутился Влад. Жутко хотелось спать и болела голова, но он понял, что сейчас самое время узнать о том, чего он еще не знает.
   - А почему ты не взял ее? - прямо спросила Лайма.
   Влад уставился в поблескивающие в свете масла глаза. Тут до него дошло, что сама баня была сватовством. И самая старшая из сестер, войдя в баню первой и преподнеся квас, предложила себя в жены. И демонстрировала всю себя только для него! И после того, как ей было отказано, вошли уже остальные сестры. И не дурачились они, виляя задами и обливаясь водой, а давали ему понять, что он теперь может выбирать любую из них в жены. Он вспомнил о жене и сыне и задумался. Для всех местных он абсолютно холостой. Никто и не поверит в сказки о жене великанше и сыне от нее. А его отказ, возможно, будет воспринят как оскорбление для всей семьи Клима! Блин, вот теперь точно съедят, или еще что похуже.
   - Я захотел, правда, просто не знал ваших обычаев... - запинаясь, попытался объяснить он.
   - Вообще-то я и сама видела, что захотел, - она усмехнулась, тряхнув золотистыми прядями и откинув их за ухо, слегка намотав на палец, совсем как его жена. - В квас обычно добавляют страсть-траву, чтобы гостю было легче выбирать.
   - Ах вот оно что! А я как дурак со ступой... - он на секунду замолчал - не знал, куда деться. Да и в голову бы не пришло, что это нужно было сделать прямо при родителях.
   Она прыснула еще раз и пододвинулась ближе. Он ощутил, как еще сильнее забилось сердце, когда её пряди коснулись его плеча. Было видно, что Лайма нервничает, потому что болтает без умолку, сплетничая обо всех своих сестрах, которые давно уже выбрали себе женихов в городе и только ждали, когда остепенится Герда. Или, по крайней мере, официально станет ясно о неудаче, которая ее постигла.
   - Теперь я могу просить отца о моей очереди, если только он сам еще раз не предложит тебе общую баню, чтобы ты женился на Герде, - она заглянула в его глаза.
   - Я тебе нравлюсь? - осторожно спросила девушка.
   - Очень, - сглотнув вдруг ставшей вязкой слюну, прошептал Влад.
   - Как Герда?
   - Больше.
   Теплое дыхание щекотало кожу на щеке.
   - А при родителях это делать вовсе не обязательно.
   Сердце Влада забилось еще сильнее.
   - И где вы это делаете? - усмехнулся он.
   - А где хочешь... Но только после того, как скажешь отцу! - она гордо подняла голову и надула пухлые губы.
   - А что теперь будет с Гердой?
   - Она больше никогда не будет первой женой. Эта привилегия была у нее как у самой старшей сестры. Отец искал холостого, кому она понравится, и тогда можно будет выдавать замуж остальных дочерей. Даже не соблюдая старшинства. К примеру: Лима - первая у Лизы - младше меня на год. Но теперь может просить отца об общей бане. Если только он сам не решит. Но он нас любит, чтобы против нашей воли выдавать замуж.
   Они еще посидели, болтая, слушая как потрескивает масло в лампе и ощущая его аромат. Владу еще никогда не было так приятно ощущать запах горящего масла. То ли оно и вправду было таким ароматным, то ли его запах перебивал дурманящий аромат волос Лаймы. Но что-то подстегнуло нерешительного гостя и он, обняв девушку за хрупкие плечи, наклонился, убрал непослушный локон и поцеловал ее в полные губы. Та, не долго думая, обвила его худенькими руками и ответила такой же нежностью. В голове у него застучало, и Влад понял, что тут знаменитый квас ему абсолютно не нужен, чтобы понять, какая она красивая девушка. Его рука скользнула по её узкой талии, и он лишний раз убедился, что нижнее белье здесь - пережиток прошлого. А может, просто несостоявшееся будущее. Так они просидели упиваясь друг другом и не решаясь сделать следующий шаг, пока наконец его рука не поднялась к груди Лаймы и не ощутила твердые набухшие соски. Она тут же убрала его руку и опустила ему на колени, успев при этом заметить для себя немаловажную деталь.
   - А тебе квас-то и не нужен, оказывается! - усмехнулась девушка.
   - Что, обычно он гостям часто нужен?
   - Да вот, представляешь - часто! - Лайма театрально всплеснула руками и засмеялась.
   - У вас, наверное, братья привыкли с сестрами мыться, поэтому привыкшие к таким видам?
   - Получается так, скоро и маленьким Садану с Баданом привыкать придется.
   - А они не могут из вас кого-нибудь выбрать?
   - Да ты что, между родственниками это законом запрещено.
   Так они просидели еще какое-то время, иногда целуясь. Большего Лайма не позволяла, пока на очередную попытку она не выпалила: - "Скажи отцу, что хочешь в общую баню", и выскользнула обратно за дверь.
   Влад, не в силах больше спать пометался по спальне и под утро, немного успокоившись, заснул. На этот раз ему больше ничего не снилось.

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"