Кукин Владимир: другие произведения.

Бабочка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

   Все произведения Кукина Владимира размещены на сайте Самиздата
  без права скачивания и публикации на других ресурсах, и являются собственностью их автора (владельца прав) и охраняются 4-ой частью
  Гражданского кодекса Российской Федерации от 18 декабря 2006 г. N 230-ФЗ".А также - несоблюдение авторских прав влечет по Статья 1301, КоАП РФ, ГК РФ и УК РФ - ответственность за нарушение исключительного права на интеллектуальную собственность.
  
   Бабочка
  
   отрывок из романа не Поэтические игры "Пролежни судьбы"
  
   Отвлечь от рюмки, пригласить потанцевать под свадебный надрыв оркестра, завлекающего публику, резвящимися рок-н-рольными мотивами. Танцевальным тестом навязаться хочешь?
   Получишь своеволия пощечину
   неуклюжести манер высокомерия,
   спесивости превозносящей вотчину
   показушного запойного веселья...
   Меня опередили, но учтиво разрешения спросив.
   Подчеркивая независимость Светланы, я ей вольную добросердечно предоставил в выборе партнера танцевального.
   И оглянулся зоркостью холостяка,
   нацелившись разгулом на доступности простор,
   чувств бескорыстной доблесностью огонька
   подстраховываясь под доброжелательный отпор.
   Глаза Джульетту ищут, а разумность зло посмеиваясь, предостережением советует: окстись,
   С души терзаний не стряхнет обузу,
   эмоциям поддавшись новизны
   уступок лабиринтному конфузу
   исканий чувством ранней седины.
   И что, потупиться обидой безразличия в тарелку? - Даму увели твою, а ты был сам не прочь потанцевать, но упустил момент инициативы настроения. Теперь закусывай,
   Нахлынувшую горечь ревности,
   уступки безразличия итога
   гордыни набожной смиренности
   перед лицом соблазнов чувств мирского...
   Неожиданно плеча коснулась чья-то воля...
   - Не пугайтесь. Вы танцуете?
   - Чувств безразличия изменою
   стань поперек желания охотою
   дуэли трагедийной сценой -
   судьба метнет характера остротою.
   - Надеюсь, не в меня.
   Вы равнодушны к спутнице своей, не зная, как избавиться от опостылевшей опеки. Я давно за вами наблюдаю.
   - Мы встречались ранее? Не помню.
   - Нет, но...
   А на кого она похожа?
   Теплотой объятий в танце - на Джу...
   Взглядом искренности - Зл...
   Глаз искринками - Елена...
   Остротой речистости - Людмила...
   Статной независимостью - Вера...
   Красотой надменности - Марьяна...
   Грацией непослушания - Ирина...
   - Вы кто? От жениха или невесты?
   - Грехом - я холостяцкой жизни самозванец,
   чувств дрейфующий тревогой.
   А ангел девственности и его румянец -
   приблудился мне дорогой...
   - И много вы таких приблудных ангелов по жизни повстречали?
   Не отвечайте, просто я завидую румянцу девственному.
   - Мужская гордость и застенчивость
   обязывает преданно молчать.
   Я не ищу судьбы изменчивость,
   приваживая чувства благодать.
   - Застенчивость вам пить при изобилии доступном запрещает? Боится, что уйдет на задний план, во время выступления достоинств прочих.
   - Застенчивость - не сути занавес
   всеядной извращенности породной.
   А крест характерности жанровой -
   врожденной дефензивности шизоидной.
   - Вы легки в словах, как в танце, безразличием манеру навязав открытости взаимному доверию, бесхитростности принуждая.
   - Вы не юрист?
   - А как вы догадались?
   - Легко под ситуацию подстраиваетесь, прощупывая выгоду какую бы извлечь, поддакивая слабостям понурой жертвы.
   - Ха-ха! А на румянец не махнешь?
   - Судя по тому, с какой опаскою на вас косится окружение
   Вы самоотверженности одиночества полны,
   умом соперничая с красотой,
   чем безбоязненно желанием оголены,
   потворствуя игривости шальной...
   - Глубоко капнул шизойд. Хотя манерностью еды и сдержанностью жестов - тревожно педантичный психопат с навязчивостью обессивно-компульсивного психоза - анакаст.
   - Поверхностное ковыряние
   по маске воспитания -
   духовным смыслом наказание
   с мечтами расставания.
   - Хочешь чтоб ее с тебя сорвали? - Так женись.
   - Желаю самолично снять затворы
   с причинного бесстрашия способностей,
   предначертаний разрешая споры
   чувств даровитости экспромтов вольности.
   - Как личность - ты уж состоялся, чего же мечешься? Отдушину от самого себя пытаешься найти? Несчастная любовь?
   - Страсть неудовлетворенная сполна,
   насильственный разрыв душевной связи.
   Злобы бессердечности волна -
   снесла любовь на пиковом экстазе.
   - Знаешь...
   Знаешь продуктовый магазин на этой улице? Войдешь во двор, увидишь домик небольшой и справа от парадной двери лестница... Второй этаж, не заплутаешь. Приходи, сегодня, проводив румянец до постели...
   К ней иди, а то она шампанским захлебнется.
   Жду тебя. А если буду спать, то сонную возьми меня...
   Танцевальный аромат соблазна
   откровенности переплетения симпатий -
   шепчет интуиции проказно:
   "Отзовись услужливо прогулкою объятий".
   Тайной миссии проделок Зевса
   лаской страстности по привилегии гордыни
   торжеством, чтоб красоты невеста
   окунулась сердцем в наслаждения свя...
   - Я кажется перебрала, пойдем на воздух, душно здесь.
   Ой, меня качает... Как же глупо получилось... ведь выпила совсем чуть-чуть...
   Лепечет несуразицу, но подобрела, маску скинув недоступности, в открытую льнет телом на опору.
   - Мы где? Я че-то заплутала...
   - Ты помнишь, где живет подруга?
   - Какая?..
   Так, все ясно. Под охрану дяди Мити отвести. Пусть через стенку наслаждается нетрезвым бредом.
   - Я в туалет хочу... Давай посторожи, я быстро в кустики...
   Ну вот - мне полегчало.
   А ты куда меня ведешь?..
   - Рассвет встречать под шум прибоя,
   перекликаясь со свободою бездомных чаек...
   И ждать полуденного зноя,
   на пляжном вертеле, преображаясь в солнечный огарок...
   - Я не хочу на вертело, поспать бы чуточку. Ноги как-то странно заплетаются. Держи меня... Какая темень, как у негра...
   - Соберись, мы у ночлега.
   Теперь по стеночке вперед...
   - Я маме обещала, что не буду пить на дне рождения... И надо же - на свадьбе нализалась...
   - Стресс эмоциональной репетиции
   надежд пристолья брачных одеяний -
   слезность горячительной традиции
   с утратой грез невинных ожиданий...
   - Да, стресс... Я вся горю! Мне стыдно. Ты не скажешь маме, как я напилась? Шампанское - то розовое, сладкое... А где мне лечь?
   - Выбирай любое ложе. Я же удаляюсь. Утром, уходя, захлопни дверь на шлепер.
   - Папа... Если он узнает, то убьет. А ты куда?.. Ну ладно... Во натанцевалась!..
   Хмельная беззащитная невинность
   падкая на искренность любовного напитка,
   готова без разбору на умильность
   надругательства бесчинства - нравственности пытка.
   Надеюсь, возвратившись, не застану похотливого безволия картину, и в раскаянии, навсегда исчезнувшую от свидетеля и соучастника позорной слабости, Светлану.
   Слабости?
   А сам, куда ты нюх безволья навострил? Не в объятья ли развратности палат, блеснуть фертильностью раскрепощенных сил, идущих на поклон услады страстности.
   Тебя влечет таинственная роскошь аромата -
   дурман экзотики телесного цветка,
   мечтой звучащего, как себялюбия кантата
   в счастливую восторженность проводника.
   С какой проникновенной легкостью она подметила твою слабинку падкости на изощренность красоты. И не спугнула "дефензивного шизойда" лживость.
   Чутье с опорою на знаний убежденность
   не клюнуло на заморочку,
   духовностью пустило в ход ума обзорность,
   диагнозом поставив точку.
   Точку ли? Жизнь твоя - игра сменяемостью психопатов. И, уж казалось, потерял себя, подстраиваясь ракурсом наглядности удобства бесконфликтности к углам претензий, то и дело появляющихся на пути.
   И вдруг попутчица с осознаваемостью ощущения: вам по дороге и дыхание ее давно ты в спину ощущаешь.
   Тебя нагнала и ушла вперед,
   походкой вызывающей красот,
   игривой поманив улыбкой:
   ты достоин стать со мною вровень
   даров взаимности прикидкой
   распрей темперамента диковин.
   Ты снова на подхвате случая. Вечер, ночь тебя как будто бы ведут к развязке. Но молчалива спящая Светлана, а то, что ждет, не предвещает мне покой.
   Бездомностью своею нарасхват -
   штормит запросами фертильность,
   напрашиваясь на любви диктат -
   намек судьбе на уязвимость.
   Смелость, предложившая себя, должна бы настораживать особенно тебя, Джульетту снявшего на свадьбе с последующей пыткой переглядок и физическим разрывом единения духовного.
   Сколько лет ей - 25? Чуть больше и не замужем?
   Ухоженность отточенная вкусом
   оценки наивысшей пробы
   спокойствия расчетливости пульсом
   самодостаточной особы.
   "Джульетта", связи все расторгнувшая с прошлым?
   Миг короткий одиночества,
   с оглядкой случаю покорности...
   Неизбежен рок пророчества -
   награда ты любви достойности.
   И вновь судьба тебе на выбор предложила, двух между собой соперничающих представления о направлении движения к разумности семейного уклада через показательные выступления доступности. Разговор о чувствах впереди, а на этапе первом -
   Доверительная близость
   потребительской опеки -
   деспотическая милость
   к обручению навеки.
   Визуальное знакомство претендующих сторон подстегивает каждую из них к максимализму аппетита, для завоевания успеха предпочтения. Тебе отведена роль искусителя победного демарша ревности. И если молодой румянец хохолка - хвостом лишь крутит и авансом насаждает удовольствие, дразня подарка непорочностью... То опытный юрист уж знает, что почем:
   Жертвую картиной наваждений сна
   явственному плодородию восторга
   страсти красок наслаждений полотна
   темперамента и ласк палитры торга.
   Первенство - сама с собой -
   одиночество запой
   искушением фантазий
   партией победных связей.
   Вариант повтора - Вероника - Катерина?
   И кто же кто из них?
   Рулетка случая не терпит повторений
   и неожиданности огорошит даром
   бесовской конфронтацией игры воззрений,
   и памятным похмельным счастья перегаром.
   Спасовать перед раскруткой жизненной спирали,
   пассивностью напрашиваясь на идейный ступор?
   Жаждет разум приключений магистрали
   и чувств фантазий безбоязненный сердечный юмор.
   Спокойствие размеренного шага
   без торопливых грез сердцебиения -
   расчета бессердечия отвага,
   спуд опыта уверенности зрения.
   Магазин и во дворе дом двухэтажный... Свет тусклый из-за занавески... Ждут?
   Дыхание прислушиваясь затаил?..
   Уже взобрался по ступеням?..
   Издевкой распоясался озноба пыл
   мальчишеским азартным рвеньем.
   Успокойся, памятью перебирая десять заповедей идеального супружества, которые друзья вручали "Злате" и тебе на свадьбе. Руку ты к ним приложил рифмовки, обеспечивая устранение неразберихи и не нужной нервотрепки в тягости семейного уклада:
   Каким бы не был сильным нрав жены -
   но главное в любви - души приоритет,
   дар уважительной княжны...
   Не зыблем в браке мужеский авторитет -
   отзывчивостью чувства, добротою слов
   напоминания - сбылась судьбы мечта -
   заботой обретен счастливый кров
   любовной нежности чар верного щита,
   ответственного предъявленьем прав
   в защиту собственного мироздания
   не ущемляющего гордый нрав
   избранника традиций воспитания.
   Посылом назидательным будь добр,
   и критикой не наполняй уюта дом.
   Морщинкой ляжет на душу раздор.
   Рука депрессии - не излечимый тромб.
   Поддерживай сентиментальность дат
   пути, совместно прожитых счастливых лет.
   Успешен тот, кто памятью богат,
   радушных мелочей не забывая след.
   Потребность жизненная - твой супруг -
   заботливости и внимания почет.
   В беде и радости - он верный друг,
   любви опоры каждодневное плечо,
   надежности быть понятой всегда
   взаимной нежностью беспрекословных рук,
   теплом ручья прилежного труда,
   сердечно дарящего чувственный досуг,
   духовной близости идущей в рост,
   держащей спады настроения в узде,
   расписывая разноцветьем холст
   влюбленности очей в фантазий суете.
   Пленяя самобытный эгоизм -
   лелеять темпераментом любви постель,
   поддерживая гордостный лоббизм
   мечты интима - себялюбия свирель.
   С годами пусть крепчает чувств союз,
   наполнив содержанием семьи роман
   отцовством, материнством страсти уз,
   наследством пополняя жизни океан.
   Намерений серьезностью настроился на рандеву постельное?
   Вперед назло привязанностям тем,
   что догоняют укоризны взглядом...
   Не должен никому, я суверен,
   интима наградиться променадом.
   Свет горит в прихожей, на столе листок со схематичным планом достопримечательностей места посещения: кухня, ванна, туалет, гостиная и спальня. Предусмотрительность гостеприимства с обстоятельною гигиенической обеспокоенностью стрелок указующих.
   Не торопясь, я совершил весь комплекс освежительно- облагораживающих процедур. В халате и в домашних тапочках, без признаков поношенности, в кухню заглянул...
   Вина бутылка на столе...
   Бокал с рисовкой отпечатка губ
   и недопитого вина глотком -
   хмельного предвкушения подспуд
   покорности развязным поводком.
   Приложиться аппетита вкусом,
   расслабухи хватанув душок
   вместо чувств азартности прикусом,
   памяти оставив посошок?
   Сценарный вариант с Джульеттой или с Верой?
   С Верою ты был пассивен, как Джульетта, ожидающая наглости инициативы, без раскрытия причины на сговорчивый интим.
   Не получилось.
   Посошок укоренился чувством,
   требуя свидания оглядки -
   зов неизгладимый вольнодумством
   игр любви и лицедейства прятки.
   Вариант провальный, как сама игра с трусами. Опыт заставляет думать: память о себе какую ты оставишь?
   Отпечаток смачный на бокале,
   выпив страстью избалованность мечты
   власти в темпераментном накале
   барства вольности безликой темноты...
   Дарованностью связи, возникал всегда сюжет размолвки интересов, направляющих взаимовыгодных инстинктов притяжения, смотрящих прямиком на ракурс удовлетворения.
   Чуток трагедии с улыбчивым презентом,
   с заносчивостью горделивой недовольства,
   речей бестактности стыдливости моментом,
   с агрессией чувств беззащитности сиротства.
   А что сейчас - бессодержательная случка безымянная.
   Уже, вон, нарядился чистотой!
   Осталось юркнуть в ветреность прикрас
   объятий и развлечься наготой,
   вручая страсти родовой контраст.
   А в чем заминка нерешительности? Не хватает провокации недостижимости вершины: Ирина... Марианна...
   Заявиться с ужином в постель
   походкой "Каменного гостя"?..
   Серенаду спеть, коктейль речей
   преподнести помолвкой тоста?
   Довести до белого каления
   щекоткой близости недостижимого
   до защитной откровенности презрения
   трагедий подсознанья содержимого?
   Как назовешь ее? Что поразило в ней тебя и подкупило, кроме сочетания классической природной красоты с картин Ricardo Sanza -
   Солнечные яркие цвета
   лени раннего рассвета -
   кружев трепетная нагота
   женственности чувств букета,
   с ароматом свежести волны,
   опыленного росою луга -
   бытия загадочной страны
   счастья умозрительного чуда.
   Да - запах. И это не духи.
   Надменности величия гормон
   взгляда магнетического плена,
   азарт ума, толкающий в разгон -
   есть для воли творческой арена...
   Вот и возьми задиристость мозгов в постель,
   наполнив сладострастия купель
   темпераментом, чтоб закипела кровушка,
   восторгаясь властью чувственного перышка...
   Как кабель идешь на запах,
   ведомый прыткостью инстинкта
   спеси заклинаний, в лапах
   чувств расторможенности спринта.
   Не то.
   Чутье подсказывает, что не то. Такие женщины так просто чужаков в постель не приглашают. Ты чем-то зацепил ее:
   "...Насильственный разрыв душевной связи
   в неудовлетворенности экстазе?.."
   Ей напомнил неосуществленные мечты...
   Сплетает время равнодушно жизни паутину,
   надежды превращая в безнадеги затхлой тину...
   Кто первый окрылил тебя мечтами, воплотиться им не дав? Алла?
   Крылья дара в замкнутом объеме,
   как мечтания в горящем доме.
   Не дать возможности себя использовать для снятия заклятий памяти, преследующей неудовлетворением. Сама должна решить свои проблемы. Ну а ты, как стимулятор, наступивший на четыре точки бессознательного угнетающего чувства,
   Оставайся робким духом
   провидения неясных снов,
   к трапезе прильнувших слухом
   снятия душевности оков.
   Вперед, прелюдия уж больно затянулась ожиданием, возможно, уж перегоревшим романтическою блажью выпитого перед сном вина.
   Дверь отворил и, сделав шаг, почувствовал, как мягкое ковровое гостеприимство приглашает ласково в постель. Скинул тапочки...
   Свет мягкий бра рисует розовое окружение, чуть золотящееся отзвуком рисунка на обоях.
   Казной - сугубо дамский интерьер,
   таящий сдобы мягкости эклер -
   интима тайнописи будуар,
   успеха блажь и неприступность чар.
   Есть элемент который бы тебя насторожил?
   Громоздкий с позолотою подсвечник на три свечки перед зеркалом на косметическом бюро, но держит он
   Лишь две, нетронутых огнем свечи -
   напоминания скорбящий символ
   разлуки с жизнью, савана порчи
   свободы от корысти суетливой.
   Непроизвольное желание...
   Да! Шагнул навстречу дамскому столу, обзором спички поискал и чиркнул, свечку запалив.
   Послушная свеча
   вмиг подхватила пламя,
   расплывшись сгоряча,
   держа живое знамя.
   Бра на стенке потушил и глянул на постель...
   Двуспальная, массивная, заправленная в белое белье...
   На свободной половине уголочек одеяла загнут...
   Приглашение соприкоснуться сном
   фантазий сказок Шехризады
   ласками сердец, интима говорком,
   скрестив любовью страсти взгляды.
   Затылок на подушке, тело дышит поиском удобства расслабления.
   Покой разнеженный не нарушая, я скользнул в лазейку приглашения, вдохнул знакомый аромат и затаился в ожидании сигнала к наступлению.
   "Возьми меня во сне..."
   Дыхание не спит, а вслушивается ощущением готовности к вторжению...
   Души коснись и побегут мурашки,
   оцепенелость потчевая спазма,
   у чувств строптивости прося поблажки -
   гульнуть напропалую страстью праздно...
   От затылка, кончиками пальцев, выстроив их в ряд, касанием чуть слышным, линию по спинке, по вершинам позвонков, я очертил до мягкой ямочки их окончания. Гусиной кожею откликнулась живая плоть и томно руки вверх подняв, всем телом повернулась для объятий.
   И снова осевую я веду черту уже по мягкой лицевой поверхности заявленного чуда. Вслепую, под покровом тоненького одеяла, я прощупываю нежную чувствительность реакции податливой свободы. Ровный свет от немигающей свечи ложиться на спокойное лицо: глаза закрыты, ореол каштановых волос подчеркивает белизну и правильность овала лика утонченного. С блеском норки выгнутые брови придают лицу серьезность вдумчивой аристократки. Губы сочные и четко прорисованные, пухлые с прямою линией соединения, но кончики чуть загнуты смешинкою по уголкам - соблазн натуры с чувством юмора строптивой искусительницы.
   Идеальная симметрия
   Мадонны Микеланджело божественного лика...
   Миг скорбящего приветствия
   беспомощности - предстоящих бед душевность крика.
   Ты ее закрытых глаз боишься, как преграду неосознанную.
   Пламя свечки заморгало беспокойством,
   материализуя мысленный угар
   бичевания застенчивым изгойством
   испепеляя опытности гонорар.
   Поочередно пальцы впадинку пупка прощупывали... Напрягся неподвластностью животик. Ниже чуть прошелся и волосики собрав в пучок, им обозначил на лобке колечко.
   Губы показали белизну зубов,
   улыбкой встретив шаловливость
   нагой чувствительности влюбчивых сватов -
   фантазий пламень, чувств спесивость.
   Ответною улыбкой я коснулся вздернутого уголочка губ и тут же - на затылок мой легла ее рука, соединившая уста в улыбчивом знакомстве.
   И в этом поцелуе было все:
   Изголодавшаяся плоти жадность,
   сердечная надежда на души родство,
   нечеловеческая воли страстность,
   надменность гордостная - дара божество.
   Улыбчивая нежность материнства
   и лучезарной девственности кротость,
   молитвы с безнадежностью единство,
   и темпераментного счастья вольность.
   Печали скорбь непрошеной разлуки...
   И встречи нескончаемая радость...
   Опаска призрачности рая муки...
   И красоты несметная парадность...
   Я потерял себя в среде насилия
   ласки, усыпившей черствость обороны...
   Восторга песнопений литургия
   оргий счастья надевания короны
   драматургии лести обольщения -
   ты чувств удовлетворения вершина
   любви красотной рампы освящения,
   радужной мечтательности сердцевина
   поклоном восхитительной кромешности
   перевоплощения услад досуга
   покровом страсти вожделенной нежности
   нескончаемостью модуляций круга,
   гармонии любви в пылу беспечности
   чувства райского - телесности природа
   сил одухотворенной бесконечности
   темперамента эгоистичного улета..."
   Я в самолете. Рейс Рига - Эмираты. Шесть часов в воспоминаниях ложащихся строкою. Погрузился основательно в ретроспективу - запах ощущаю страсти той... и очень явственно.
   Справа в кресле... нет не Таня, а мужчина молодой. Таня - там в Берлине, шастает по барахолке...
   Глянул на попутчиков в проходе и уперся -
   В глаз открытость наблюдательного интереса -
   зоркость безобидного сеанса
   милой юности румянца нежного компресса,
   провокационность реверанса.
   Как она похожа... К обонятельным добавились и визуальные фантомы, сходство ищущие с умозрительностью ощущений...
   Отложи терзанья "Пролежней..." на успокоенность гостиничного номера. По салону прогуляйся и вдохни сонливый перелета аромат куриных ножек, макарон и кофе с алкогольною приправой...
   Прошелся, встретив нескольких знакомых, с кем уже контачил в прошлом на маршрутах освоения мест отдыха, с пробежкой по достопримечательностям.
   Пошел обратно...
   Не шарь голодными глазами в поисках опоры для воспоминаний.
   Безразличием закройся на замок,
   разгребая перечень ошибок.
   Не исправишь, новью совершив подлог,
   как бы не был обаяньем гибок.
   Ба! Виденье раздвоилось. Юность под охраной мамы лишь усилили, чертами усредненными,
   Ночевки той утраченного сходства -
   свечою подогретый счастья блик
   страсти барственной противоборства,
   чувств гармоний позитива стык.
   Потупившись, я прошагал на место. И вновь навязчивостью запах повторился. Воспоминаний смог включил эффект распознавания.
   При регистрации на рейс, перед посадкой в самолет ты и внимания не обратил на эту пару. Не случайное стеченье обстоятельств аромата ареол, и место, и ситуационный поворот в романе. Тобой манипулируют, а значит - опыт твой прозрения необходим носителю призывного букета. За девять дней совместной жизни в Эмиратах, так как чартер целиком наполнен группою одной турфирмы, мне позволят выказать свою необходимость, если не ошибся я.
   Ну, а пока Татьяну возвратим на крыльях реактивных из Берлина, прямиком в провинцию.
   Осталось позади
   Прогулочное рандеву
   гортанного анклава,
   поклонения вдовству
   чувств памятного права.
   Татьяна шмотками обзавелась и впечатлениями от Керфюнстагдам витринной показухою ее сразившей пуще, чем картинный эксклюзив от KDW.
   Обособившись, общение до минимума доведя, одними взглядами поддерживаем связь. Устали, слишком много впечатлений накрутили на глаза. Татьяна под лучами утреннего солнца из иллюминатора... Я отгородился книгою открытой - раритет невесть как оказавшийся на барахолке средь берлинской мишуры. "Китайский эрос" - иллюстрированный сборник древних сказок и легенд востока на русском языке. Шикарное издание в суперобложке с многочисленными в цвете репродукциями эротических гравюр и вышивок на шелке из коллекций Эрмитажа и других музеев по объявленной тематике. Татьяна книгой даже не поинтересовалась.
   Слишком толстая
   для непоседливого здравомыслия -
   муть бесплодная -
   заслуг преамбулой пустая миссия.
   Открыл страницу содержания и пробежался по названиям:
   "Страстности любви..."
   "Парадоксы..."
   "Сексуальность..."
   "Искусство..."
   "Канон чистой девы..."
   "Башня десяти свадебных кубков..."
   "Подстилка для плоти..."
   Актуальность почерпнуть,
   но не практического свойства.
   Из застоя выжать суть
   чувств, будущего для геройства...
   Ли Юи - "Башня..."
   "Хмельной небожитель делает надпись, чтобы показать, что он не глуп.
   Во времена династии Минь... в провинции Чжэцзянь жил некий земледелец. Напившись хвастал он, что может вызывать дух небожителей, которые его рукою иероглифы выводят с предсказанием судьбы. Жители мест тамошних, случись в их жизни затруднение, шли к Дурню Винному, так звали чудака рукой бессмертных выводящего послания, как избежать беды.
   Прознал про это богатей, построивший для сына к дню его венчания дом-башню для молодоженов (из трех ярусов) и пригласил на новоселье Дурня Винного, пусть, мол, попросит духов надпись сотворить счастливую.
   Явился Дурень, чарку осушил одну, другую, и еще-еще пока не захмелел. Тут он и взялся за провидческую кисть и появились на доске три крупных иероглифа: "Башня Десяти Кубков", а рядом шесть поменьше: "Праведный муж Девять дней писал хмельной".
   Присутствующие сразу догадались - "Девять дней" - Сюй - входит имя небожителя Чжан Сюя, нынче, вероятно, почтившего вниманием. Но смысл заглавной надписи гостям не поддавался расшифровке.
   Отец и сын в поклоне низком обратились к духу с просьбою почтительной: Надпись "Десяти Кубков", ну ни как не вяжется с происходящим, вкралась может быть ошибка? Найди ее, о дух великий и исправь.
   Винный Дурень поднял кисть и на бумаге появились строки стихотворные:
   Десять Кубков - вовсе не ошибка.
   Нечего таить в душе сомненье.
   Ждать не долго - скоро ясным станет,
   вам хмельного духа откровенье.
   Гости разразились здравицей в честь молодого господина и его отца:
  суждено, по-видимому, жениху иметь супругу знатную и девять к ней наложниц. И потому, он должен десять раз поднять хмельную чарку брачную.
   День счастливый не заставил ждать себя и появился в доме в виде молодой жены.
   Откинул муж кисейную накидку и увидел девушку -
   Дуги бровей, как моложавый месяц
   на шейке тонкой разрумянилась зоря,
   волосы - тучки благородной нежность,
   а кожа - покрывало снега октября.
   Стан грациозен гибкостью росточка
   чувств изумления достойна красота,
   чар образ просит дивностью цветочка,
   изобразить поверх тончайшего листа...
   Учтивостью легка, свежа, стыдлива
   превыше всякой комплимента похвалы,
   строк поэтических ласкает нива,
   в груди родившееся творчество любви.
   Взгляд опускаешь и влечет изящность
   для утонченной вязи мастерства кистей
   ног стройных восхитительная статность,
   миниатюрность нежных лотосов - ступней.
   Чудесны руки, словно из нефрита,
   настолько кожа их прозрачна и бела
   искусный мастер источал в дар крылья
   из самого тончайшего в миру стекла.
   Пройдись по всем просторам поднебесной,
   не сыщешь в целом свете красоты такой,
   святая до хвалы взойдет столь лестной
   свободная от тягости персты земной...
   Молодой Яо чуть не помешался, глядя на приданое жены, мечтая об одном - скорей закончить пиршество, и за расшитым пологом предаться счастью сладостям утех с женою молодой.
   Но как назло пир затянулся допоздна и только после третьей стражи Яо поспешил в покои новобрачных.
   Едва переступив порог "узорчатых покоев", он увлек жену к расстеленному ложу, на ходу ее лаская восхищения словами и срывая грубо подвенечные наряды. И в тот момент, когда уж "Птица Фэн" и доблестный Луань готовы были навзничь опрокинуться, случилось непредвиденное. Радость новобрачного сменилась ужасом и огорчением. А память строки поэтические отыскала:
   Дело дивное - сладкое дело
   в первую ночь новобрачных ждет.
   Храбрый путник в ущелье Ведьм устремился..."
  
   Знакомые переживания
   нахлынули судьбой печальной -
   прозрения грозой отчаяния
   отведав власти уникальной.
   Свеча наперсница стоит в глазах...
   Безмерный удовольствия очаг,
   рождающий зарю любви в сердцах
   романтикой душевных счастья благ.
   Провал во времени и ощущениях
   с утерей над сознанием контроля.
   Увяз в беспамятства разоблачениях,
   где подчиняется аффекту воля.
   И рядом знойной ночи доказательство
   оплаты искусительного плена,
   опеки возлагает обязательство
   судьбы самопожертвованья тлена.
   Утро свечка догорает,
   пожертвовав себя ночному полыханию теней
   осязания спектакля
   таланта темпераментности диалоговых речей.
   И вновь я провоцирую улыбку на устах, осознанной попыткой повторить
   Проникновенный поцелуйчик
   в режиме лени -
   рассвета утреннего лучик
   дерзости мгновений.
   Чувств пробуждения запевки
   перекличкой зова
   страстности признательной зацепки
   ласкового крова.
   Пробежка пальцев по роскошной коже форм пленения ловушки мягкостью доверчивости погружения в колышущуюся обнаженную чувствительность ручья эмоций, сладостно журчащему навстречу океану страсти...
   И я направился туда, цепляя на ходу подробности груди, легонько подразнив сосочки, обозначил бережно от талии на бедра переход, придирчиво ощупал ягодичную шикарность и скользнул к укромному скоплению волосяной загадки междуножья.
   Я пробудил ее -
   Глаза забегали под веками,
   улыбка вздохом напряглась,
   достоинств жертвуя доспехами,
   блаженства предвкушая власть..."
   Аэропорт Рас-Аль-Хайм в Эмиратах. Благополучно долетели, выгрузились, паспортный контроль.
   Издалека я наблюдаю за мамашей с дочкой, стройные, подтянутые, роста выше среднего. Старшая чуть-чуть блондинится покраскою, а дочка жгучая брюнетка. Одеты одинаково в костюмах брючных, траур черный, пригнанный великолепно по фигуре. Мусульманская почтительная строгость. Уж не на похороны ли? В обращении с попутчиками обособлены. Из багажа - ручная только кладь.
   Десять дней за ними изведешься наблюдать. Да и не только. Как выяснить твои предположения... Но это ведь не все преграды к оказанию посильной помощи, открыв глаза на то, как можно избежать судьбы напасти, "Десять кубков свадебных" не потребляя. Пусть даже безобиднейшим намеком. Невзначай легенду рассказать, прощупав родственные связи с опытом твоим? Но до этого лишь с мамой тет-а-тет дознаться о наличии сестры. Подтвердит или отвергнет?
   А далее уж о наследственной награде
   из глубин несметной родословной,
   передаваемой по женской линии -
   внушения психологической преграде
   чувств от горемычности греховной -
   печали века одинокой скинии.
   Лицо, которое ты увидал однажды и несмываемо запечатлел в сознании, но без окраса глаз, не показавшихся прямым зеркальным излучением.
   У этой пары тоже ночь в глазах -
   знамения боль непроглядной тайны
   заслон брони к страдальческим слезам,
   где воля чувства держит на окраине.
   А хочется, чтоб в их глазах надежда засияла? Твой молчаливый диалог с желанием общения, для пары в черном, не остался не замеченным. С улыбкой обсудили интерес. Начало есть, тогда вперед.
   - Вы так строги в своих нарядах, что не готовитесь ли в мусульманство перейти?
   - Я здесь ношу абаие черное, - без всякого стеснения, вступила молодая в диалог.
   - С вашим цветом глаз в никабе вы вполне достойно представляли б мусульманку, себя оберегая
   От оценочных коллизий взглядоблудства,
   подчеркивая независимость свободы
   словесной интонацией искусства
   интеллигентной добродетельной породы.
   - Не представляете, как чувствуешь себя свободно под чадрой...
   - Мы приехали к друзьям и у Эрики возможность есть носить любой наряд из гардероба мусульманки.
   Ну вот и мама поддержала завязавшееся, ненароком, "беспредметное" знакомство.
   - А вы один?
   - Возрастом свободомыслия -
   не попадаю под опеку.
   Добрым взглядом бескорыстия -
   зачахнуть не давая веку.
   Молодая потеряла интерес ко мне и маму взглядом подгоняет, мол пойдем в автобус, развозящий из аэропорта по гостиницам различной звездности.
   - Ну что, поехали?
   - Надеюсь, встретимся еще и поболтаем, впечатлениями об увиденном.
   - Мы не записывались на экскурсии и будем сами по себе осваивать туристский рай. Но улетаем в Ригу вместе с вами.
   - Посмотрим, кто здесь впечатлений больше нахватается, организованные или дикари туристы. Удачи вам.
   А кстати, Эрика, скажи:
   Тебе в соперничестве жить не скучно,
   в беседах есть с кем заплести косички,
   и песня дум звучит созвучно -
   родством поддерживают две сестрички?..
   Растерянно взлетели брови...
   Глаза остекленели изумлением...
   А губы сжались наготове
   допроса разразиться рвением.
   - А откуда вам известно?..
   - И у мамы тоже...
   - У меня была одна сестра.
   - Была?
   Глядя на вас, одна легенда в памяти всплыла...
   Дунул на лучинку любопытства,
   приковывая память внутреннего взора
   на осведомленности бесстыдство -
   глаз праздный шантажа интригами контроля.
   Думаю достаточный аванс в толпе не потеряться и быть узнанным для продолжения беседы..."
   Я дочитал легенду - шок.
   Гибельная жертвенностью скорбь.
   Беда - тяжелой памяти оброк -
   бесполезных угрызений топь.
   Остановился времени песок.
   Таня прячется за дремотой...
   По ранжиру выстави, случившиеся за два дня. Увы, Татьяна не присутствует в исходном списке, будучи идейным вдохновителем вояжа. За это ей огромное спасибо. И выразишь его ты авторскою книгой, поручив Татьяне роль катализатора, вернувшего тебе -
   Творческих надежд упрямство,
   раскрыться вдохновением пережитого,
   образности чувств пространством
   страдальческого счастья любящего крова...
   Заходим на посадку. Объявили пристигнуть ремни. О, что я вижу - проснувшуюся Танину улыбку!
   Просияла приземленностью
   объятий оптимизма.
   Обособленной нескромностью
   манер патриотизма,
   не скрывающих радушия
   окончанию вояжа,
   сбросив хлопотность бездушия
   даров подхалимажа.
   Поменяемся ролями: моя концовка - брызнуть недовольством...
   Провожаю Таню до стоянки. Вот ее стезя - обновки радостью себя хозяйкой ощутить, примерив власть к послушной лошадиной силе: новая машина у Татьяны - красный MITSUBISHI...
   Бесшумно к тротуару подкатил, стекло водительское вниз сползло...
   - Тебе куда?
   - Мне? На автобусе привычней.
   - Ну, я поехала?
   Окинул взглядом пятидверный аккуратненький хэтчбек...
   - А что ты мне на день рожденья подарила,
   Принарядившись к круглой дате
   тоскливости Берлинского вояжа
   чувств в компанейском каземате
   с судьбою? - Неразлучности поклажа.
   Улыбку стер занозливый стишок,
   сузила глаза грустинка,
   глотнув упрека горький посошок -
   откровения слезинка.
   - Пока. - Я повернулся и к автобусу неспешно пошагал.
   Ты знаешь, что она тебе подарит. Зацепка указует верно и к запонкам нужна... Встречное устроишь огорчение, как преподнес Татьяне уж не раз?
   Подарочной обложкой каверз
   загвоздки игровых чудачеств,
   цепляющих занозно память
   разгулом чувственных трюкачеств.
   Тиранят душу ей подарки
   взыскательной дороговизной
   чувств обольстительной огранки -
   ты счастье вольности сюрпризной.
   Гарнитур жемчужный с бриллиантами: сережки и кольцо, в замен у Тани, пыткою уничижительной над нею, получил в подарок...
   "Новый год договорились встретить на природе, у затянутого покрывалом ледяным зимовки озера лебяжьего, под вывеской "МАЯМИ".
   Заготовив для Татьяны дорогой подарок, думал, а какой альтернативою себя вознаградить, соперничая щедростью со встречным подношением не материальной ценностью, а значимостью в гардеробе, сочетанием с носимой мною ювелиркой, но намеком лишь для Тани, что желал бы заиметь,
   Сменив дешевый образ,
   принудительной подсказки...
   Подкинув к мысли хворост
   подотчетной (визуальной) глаз указки.
   К застолью на "Майями" вырядились как на танцы. Третий новый год с Татьяной...
   Гостевой тусуется роман,
   вдали от чувства обязательств
   отношений роя котлован
   без плановых мечты стяжательств.
   Подрядились под зависимость друг друга
   простатою независимых услуг
   вожделенного надежностью супруга
   доли от недомогания разлук,
   испытательной игрой любви соблазнов
   гармоничного слияния мечты,
   но чуть запоздавшей средь судьбы наказов
   с сединою повенчавшейся четы.
   Самодостаточностью афишируя - подчеркнутая строгость одеяния. Татьяна в черном: пиджачок короткий, кружевная блузка, брючки стройные в обтяжку уходящие в бакфорты на высоком каблуке.
   Выверенный точно стройности прицел
   колыханием движения поклона,
   завороженностью чтобы нюх подсел
   на ухоженность фигуристого трона.
   Я в темно сером шерстяном костюме и в рубашке белой с броскою обновою на обшлагах ее - запонки.
   Дешевка, но отмеченная вкусом -
   "Dupont" престижность имитации
   на бедность, экономии ресурсам
   скупой парадности дотации.
   Подготовки к столованию обычный ритуал - разгружаются пакеты, сумки... Хозяйка кемпинга по старому знакомству домик гостевой нам предоставила, его украсив елкой и гирляндами блестючими на стенах. Комфортное уединение с прекрасным видом на заснеженную гладь пустынную ледового покрова озера, тенями обрамленную, притихшею на спячку зимнюю живой природы. И ясность неба
   С миллионною подсветкой звездных точек
   купола бескрайности вселенной -
   одеяло романтичных одиночек
   пред мечтательности вечной сценой.
   Легонький морозец - минус два с безветрием...
   Затаила злобное дыхание зима,
   передохнуть присела пред январской стужей...
   Скоро уж расщедрится природная казна
   (Скоро уж расщедрятся природы закрома)
   объятьями пурги трескучих всеоружий.
   Тепло в бревенчатом уютном срубе, стилизованном под старину, но со всеми атрибутами цивилизации.
   За разговором, будто невзначай, я запонки Татьяне демонстрировал, но глаз ее, обычно чуткий на обновки гардероба, упорно блеска бижутерии не замечал. Пришлось Татьяне "протереть" очки:
   - Вот прибарахлился драгоценностью
   бряцанию роскошному на зависть,
   к рубашенции интеллигентностью
   добавив блеск во благородстве здравиц.
   Таня одолжением скосила взгляд
   Презрительным молчанием,
   как на застольные объедки,
   вещающие пира окончанием -
   оскорбление эстетки:
   "Я придержу оценочное мнение,
   не раня прямотой обидной.
   Излишен скрежет нравов вкусом трения -
   топь глухомани очевидной".
   Игнорирует же неспроста. Затаилась недосказанностью недовольством.
   Видно чем-то зацепил задумку планов
   и дорогу им перебежал,
   пресекая разведение фазанов -
   радужных фантазий сериал.
   Запамятовал:
   Взгляд женский миром правит
   и накажет злом врага -
   характером наставит
   или отсечет рога.
   Мы уже сроднились до того, что мыслями руководим, преследуя посылами друг друга и сошлись одноименными подарками?
   - Взгляни, я выбрал запонки по форме по цвету повторяющие перстень мой, нет только рыбки, но вот глаз сияет блеском фианитовым почти как бриллиант.
   - Почти!
   Рубанула холодом
   Язвительной отмашки,
   урезонив доводом
   бесхитростной компашки.
   Заболтать, отвлечь и обесценить самопрезентацию, уж не получиться. Нет конфет,
   А то бы Таня быстро на закуску
   выставила счет поганок -
   напряга недовольства мускул
   предстоящих перебранок.
   В постель ее досаду затащить и жемчугом заслуженно вознаградить усладу, а дешевизну показухи поменять на:
   Поздравительный букет
   сердечной затаенности желаний -
   обновки чувства комплимент
   запрошенных душой любви страданий.
   Но ты быстрей дождешься, видимо, вопроса: "А, ты... ?".
   В себе ты не уверен - кто?
   На вопрос - примерь пальто.
   Но не всякого форсой коня
   украсит разодетости хуйня.
   Что же делать? На глазах у Тани порчу совершить, подвергнув изуверству запонки? Состроить траурную мину и предоставить Тане снять ее с лица? А если все же я ошибся и Татьяна приготовила другой подарок, то на день рождения ломать ей голову, чем осчастливить юбиляра, не придется.
   Задумчиво уперлась в телевизор, где беснуется рекламная афиша новогодних представлений, с лицами затасканными популярностью уже лет двадцать.
   Левую иль правую? Нацелился на правую, попробовал головку отломить, не тут-то было, пайка прочная. Нужен инструмент, по крайней мере, - плоскогубцы. В туалете шкафчик, там садовый инструмент, возможно, чем-нибудь сподоблюсь.
   - Я сейчас, - сказал и, встав из-за стола, легонько тронул Таню за плечо... Она всем телом вздрогнула...
   Вот это погружение,
   настройкой подсознания на тему -
   выпада опережение -
   обезопаситься решив проблему.
   Я в ванной. Шкафчик угловой до потолка. Открыл. На верхней полке ящик, там похоже инструмент. Высоковато, но попробую без шума снять. Потянулся, чтоб удобней ящик ухватить и услыхал, как будто, что-то клацнуло по плитке пола, как монета мелкая. Глазами поискал причину звука - ничего. Еще раз попытался выдвинуть тяжелый ящик и увидел, что обшлаг на левом рукаве рубашки расстегнулся, и замок от запонки болтается, а вот головка у нее отсутствует.
   Достиг желаемого без напряга
   рукою неусыпного контроля -
   событий назидательная тяга...
   Но чьей направленности воля?..
   Печальное изобразив лицо, явился я к столу, неся коробочку в руках с подарком для любимой.
   Куранты со словами поздравлений...
   Татьяна улыбается посматривая на завернутые рукава рубашки...
   - Случилось что?
   - Рукою неусыпного контроля
   и без нужды особого напряга -
   случайности направленности воля
   интеллигентности лишила стяга.
   - Волею случайности каприза -
   чудо новогоднего сюрприза:
   Я подам тебе на бедность,
   возвратив интеллигентность...
   Чему мне изумляться больше: преднамеренной поломке или роскоши преподнесенной? Два золотых овала с врезкою декоративной по диагонали с гравировкой с каждой стороны зодиакальных знаков - Близнецов и Рыб. Пара запонок в коробочке сафьяновой.
   Страдаешь манией величия?
   Вселенная не строит козни.
   Она лишь зеркало обличия
   твоих молитв сознания часовни.
   Глаза Татьяны мечут торжество, усиленное линз диоптрией и отражением сережек перламутра жемчуга, и восседавшего на пальце украшением колечка. Равноценным обменялись удивлением, закладывая виды
   На долгосрочную нарядность
   благодарственного руководства,
   душевную продлив парадность
   любовного утех господства.
   А теперь представь себе: Татьяна загодя готовила подарочную щедрость, проявившую благотворительный надрыв эмоций, на нее нацеленных безмерной лестью за произошедшее, которое
   Не выразить потугой слов,
   рядящихся в подобострастные одежды
   слащавой пены пузырьков,
   тостующих стезей шампанского надежды...
   А ты дорогу ей перебежал бахвальством блеска дешевизны. Ситуация по ощущениям походит на пережитый новогодний фарс с часами под подушкой. Сколько ты энергии потратил выбор делая?
   А что от этого Татьяне? -
   Во напоролась на издевку,
   озолотив нашла обузу:
   угодливости сервировку
   натужно приравняли к грузу.
   Татьяна? Нет же.
   Жесткости отпор,
   не допускает упущений.
   С безнадегой спор -
   непримирим - без извинений.
   Ты опять вошел в противостояние с Татьяной, не прочувствовав задуманную провокацию, и не случись поломки, мямлил бы застенчивые оправдания,
   Краснея от безвыходности трат
   оправдательного бегства
   болезненности страха за разлад
   чувственного раболепства.
   Ушки приласкать дыханием,
   нашептывая бабочкам в животике романс
   лестным крылышек порханием,
   отполировывают ощущений путь алмаз.
   Из-за стола, да в страсти полымя
   метнулся любодейный интерес -
   безудержности оргий полынья,
   многострадальный Купидона крест.
   Спринт раздевания..."
   Стоп! Ты увлеченно углубился в лабиринт воспоминаний, обрастающих все новыми подробностями, отдаляющими тот немыслимый конфликт, случившийся под утро ночи сновидений слепоты...
   "...Глаза забегали под веками,
   улыбка вдохом напряглась,
   готовясь поразить доспехами
   разгадки в чем блаженства власть.
   Пальцами скользнул в промежность и обнял ее заслуженную трепетною благодарностью, за пробуждение лихой покорности инстинкта нежного позыва к природной ролевой любви огня проникновенья взрыва.
   Ноги девушки чуть вздрогнули и сжали пятерню, и тут же дозволением раскинулись...
   Призывностью нащупать теплоты родник
   сокровенного интима плена -
   фантазий изощренности даров парник
   страстной плодовитости обмена..."
   Аэропорт Рос-Аль Хайма... Восемь дней в разъездах пролетели, впечатлениями отложившись на года. Дубай и Бурж Халифа, пальмовые острова, Dubai Mall - аквариум, незабываемое шоу фонтанов. Джип сафари и экзотика культуры бедуинов с красочностью танцев. Абу-Даби и мечеть Шейха Заида, отель наклонный Capital Gate, Шаржа - Белый форт Аль-Хосн и золотой базар, и символ Шарджи - белая мечеть Фейсала. Памятник священному корану. Фуджейра - рай на полуострове в Индийском океане. Оман, поездка в Мусандам - круиз по морю, горы Аль-Хаджар, рыбалка на двухпалубной арабской лодке. Оазис Аль-Айн с целебными источниками и архитектурою ландшафтною среди пустыни. Национальный музей шейха Заида. Global Village - ярмарка культуры и товаров национального характера из многочисленных стран мира.
   Всюду, где бы я не находился слухом, зрением и обонянием искал среди теней, накрытых черными хиджабами семейственную пару - дочку с мамой. И лишь раз в роскошном парнике тропического сада в парке бабочек в Дубае на меня в упор вдруг посмотрели два знакомых глаза под никабом, искорки метнувших интересом. Девушка, не отпуская от себя объятьем рук переплетенных пальцев, сопровождал любовным взглядом юноша лет двадцати сугубо европейского покроя.
   И вот, я улетаю в Ригу.
   Сдача багажа, проверка документов, зал ожидания...
   Взглядом прочесал округу - есть мама с дочкой. В самолете еще шесть часов, стоит ли сейчас навязываться разговором?
   Меня заметили и пара разделилась. Похоже, что конфликт из-за меня. Молодая поросль не желает контактировать со стариком, невесть от куда заявившегося с интриганскими посулами...
   - Добрый день. Мы вспоминали вас, перебирая в памяти, где прежде мы могли пересекаться. И от куда...
   - Напрасно.
   - Да? И все же... Даже дочь моя не ведала, что у меня была сестра. Я договорилась с бабушкою Эрики, моею мамой, не рассказывать...
   - У нее трагичная судьба?
   - А что известно вам о ней?
   - У Эрики есть сходство с вашею сестрой? Ну, скажем, редкая болезнь?
   - Да, редкие припадки эпилепсии, буквально на минуты, без конвульсий, пены изо рта и судорог... А вы не доктор?
   - Нет, не профессия меня столкнула в жизни с вашею сестрой.
   Призывностью отведал теплоты родник
   сокровенного интима плена -
   фантазий изощренности даров парник
   страстной плодовитости обмена.
   - Не может быть!
   Возглас горького признания,
   покров сорвавший склепа тайны,
   выдав меру истязания
   гонимой чувственной окраины.
   "...А память строки поэтические отыскала:
   Дело дивное - самое сладкое дело
   в первую ночь новобрачных ждет...
   Храбрый путник в ущелье ведьм устремился..."
   - Да вы правы. Но это все-таки случилось.
   Провал во времени и ощущениях
   с утерей над сознанием контроля,
   дорога в безотказности владениях
   чувств темпераментного своеволия.
   - Эрика идет... Пожалуйста ей не рассказывайте...
   - Мама, что вы от меня хотите скрыть?
   - Он все знает про...
   - Зачем ему ты рассказала?
   - От сам. Ты очень на мою сестру похожа внешне. ну и...
   Дерзость горделивой недоступности
   обворожительного клада
   с бескорыстной верой неподкупности
   чувств одинокостного взгляда.
   "...Исчезнуть раствориться от занозной боли,
   пронзившей памятью не сыгранных надежд -
   обидная неразбериха карамболи,
   последний рушащая доблести рубеж.
   Призывности я не нащупал теплоты тайник
   сокровенного интима плена.
   Исчез в небытие Амурной щедрости родник -
   неприступности любви подмена.
   Ее рука легла поверх моей и пальцы легким шелестом переплелись с моими, и обратных ходом руку повели, ее на сердце уложив между грудей.
   Глаза закрыты, губы улыбаются,
   сердечко тикает довольством...
   Душой признайся, как тебе избранница?..
   Блесни нарядом благородства.
   Ну, выбором рискни:
   Терпение и голос -
   сердобольную шепнет подсказку...
   И высветится образ,
   знаменующий развязку.
   Я слушал сердце, но свое,
   бежавшее навстречу наказанью -
   вздор, безрассудности ружье...
   Залп по былому разочарованию.
   Сними "кольчужку" и подставься пулям волеизъявления судьбы.
   В который раз уже ты взваливаешь на себя чужую боль, без перспективы утолить потребность в бесконфликтности простого человеческого счастья? Ты не был пьян, а находился под гипнозом.
   Свеча зажженная и полумрак
   рисунок на вольготном теле -
   улыбки расторможенности знак
   и темперамент на пределе
   готов покорно приложить уста
   к блаженству страсти приворота
   руки, что направляет красота,
   ведомая нуждой расчета.
   Внушение воображения покорностью готового к любому извращению уступки на пути к роскошеству бездонных ощущений сладостной премьеры.
   Ты слаб перед порочными оковами
   природной мягкости услуги,
   судьбой назначенными счастья пробами,
   случайности лаская прибаутки.
   Затрепыхалось сердце между возвышением грудей... Ты слушаешь, и поцелуем хочешь наградить его. Ее рука скользнула вниз и также как вчера беспрекословной хваткой повелительницы рабского инстинкта шалости, которую веленьем свыше надо поощрять, задрала ноги перед ним, в себя его направив.
   Сердечко спринтерский устроило забег...
   Лихачит удовольствий аппетитом
   без колебаний и сомнений на успех
   вслед преданно за страсти фаворитом.
   Я побежден физической неволей, извратившей к ощущениям подход на грани отвращения. Но антураж эстетики безукоризненного тела вожделенной красотою магнетически приковывает к таинству эмоциональным обладанием богатством этим, принося ему безмерность наслаждения.
   Закрыть глаза и отойти от образности чар великолепия? Она все сделает сама, как ночью...
   Я на спину переместился...
   Крепко держит ненасытной хваткой
   себялюбия опеки спазма -
   танец темпераментной посадкой -
   власть неотвратимостью оргазма.
   А что если попробовать замкнуть четыре точки и подслушать подсознания сердцебиение, словесный получив портрет мытарств ущербной красоты?
   Без клиторальной заковырки -
   откровенности наружного ключа -
   оголенной нервной жилки
   страсти благодарственной паралича?
   Щупальцев не хватит точки все на теле охватить непредсказуемостью непривычного контакта.
   Ты обладатель уникального создания
   избранности соблазнительной уловки,
   одной из редкостных загадок мироздания
   власти феномена каменной девчонки.
   Но упустить подобный шанс -
   остаться навсегда с упреком -
   мог доли разложить пасьянс
   услуги верностным залогом.
   Увидеть глаз живой рассказ,
   с души молчания снять тягость...
   Чувств бессознательный экстаз -
   отходчивости сердца благость.
   Ты властен все что хочешь сделать с ней, но вот глаза ей отворить витриной чувств не в силах. Вспомни взгляд ее на свадьбе -
   Слепящий разум ищущий прожектор,
   красочность меняющий подхода,
   отслеживая тестом воли спектр
   на пути свободы чувств аккорда.
   Закрытые глаза аскетно продолжают поиск места понимания для сущности своей, где можно воплотиться уникальностью природою преподнесенной. Выбор почему ее пришелся на тебя? Закрой глаза и плотью слейся с ней, возможно, обретешь ответ...
   По меридианам тела запусти сигнал,
   несущий страсть с периферии
   к очагу, сулящему экстазности финал
   чувств прямодушной истерии.
   Отправился на поиски заветных точек, сохраняя статную ритмичность в предоставленном убежище незримого контакта. Губы, руки, плечи, грудь - напором извиваясь по телесному богатству сладости партнерши, ожидая замирания,
   Блудили беззастенчивой харизмой
   мужицкой властностью фертильности,
   вынашивая ласковой молитвой
   миг удовольствия повинности.
   Лишь ее глаза отстранены участием, все остальные достопримечательности знойного процесса подставляются живою заинтересованностью, отвечая радостной взаимностью телодвижений. Но вот руки, также как глаза -
   Соприкосновения боялись встречи,
   нежили знакомые покровы,
   ласк интимные нашептывая речи,
   примеряя чувственность обновы.
   Эховым движением я следовал за ними, не давая остывать задетым самообогревом зонам, манипулирующим удовольствием.
   А где я сам? Чувствительная атрофия
   полета сновидения,
   духовности безропотная оскопия
   инстинктов подавления.
   Ты конфликтуешь с ней протестом к замкнутой ее позиции безудержности страсти погружения в себя, с контролем состояния, в которое ее ввергает гостевая особь, рабской возбудительной послушностью творящая экстаз. Ее безличностный характер - к лучшему: "Есть я, готовая на все, собою распорядиться в удовольствие. А кто за шторками закрытых глаз - мне все равно".
   И тут же образ Веры полыхнул - ее раскрытость провокационная, осилить удалось которую лишь с помощью ушата.
   Но в начале грудь...
   Прильнуть изголодавшимся младенцем,
   обласкав живительный родник
   чувств благодарностью, открывшись сердцем -
   женщина за твой прекрасный лик.
   Поигравшись языком сосочками груди, я впился долгим сладострастным поцелуем в ореол сердечности...
   Притихло шевеление на мне, прислушиваясь к новизне ласкающей, пришедшей на подмену ощущениям соития.
   Зубами я добавил остроты, а кончиками пальцев подхватил свободный от лобзания сосочек и легонечко ногтями нервные зацепы растревожил. Вкусом ли, царапками нащупать удалось очаг спонтанно-принудительного удовольствия?.. Легкие покачивания раскрытых бедер на твердыне постамента фалосного, перешли на дрожь тревожную, все тело тянущую за собой.
   К спонтанности бездонного обрыва...
   Там страсти сумрачная пелена
   полетного излома чувств надрыва
   и перехлеста сладости волна...
   Усердностью прикуса и дыханием горячим губ я стал поочередно награждать груди изнеженную беззащитность, а руками спину, бедра, плечи изнурял партнерши ласковою хваткой.
   Увижу я глаза ее...
   открытые экстазом?
   Инстинкта страстное копье
   сразит ли разум плясом?..
   сердечный поднеся секрет -
   скорбь ада подсознания -
   рок, налагающий запрет
   на жизни созидание.
   Не рано ль ты ее приговорил, не услыхав еще шальную исповедь оргазменного полузабытья?
   Грудь заплакала росинками солоноватого признания -
   Достал до затаенной глубины
   кладези восторженного взрыва,
   кормящего фантазиями сны
   счастья ностальгического дива.
   Засуетились бедра, голова откинута назад, не вижу глаз... Не отрывая губы от груди, рукой скользнул к кости лобковой и ребром ладони надавил на самый низ животика над ней. Большим же пальцем шарил в месте, где Бог обязан был оставить знойную расщелину. Все тело бьется в напряжении, и чувствую к развязке шаг, но не преодолеть барьер сопротивления... Чего?
   Ночью, действуя вслепую, ей, по-видимому, удалось достичь оргазма. Но ты не ведал, чем тебя в экстазе накормили до катарсиса, почти что полуобморочного. А поутру, когда раскрылся дар ущербности физиологии, неверие в себя мешает ей добраться до высот
   Приволья темперамента беспамятства
   ненасытного воображения пожара
   гармонии полов природы празднества -
   соприкосновений полюбовных - тела кара.
   Ушата стрессового не хватает, опрокинуть комплексов барьер. Ты в этом смысле безоружен, уговоры и лояльность половая не внедряются в анналы подсознания.
   Безоружен?
   Спецподготовку вспомни: как себя взбодрить мобилизую силы организма -
   Петлю накинуть на сознание,
   отперев коллатеральные запоры,
   на жизнь обрушив воздаяние
   свежей крови созидания просторы.
   Стонет опрокинув голову назад... Сама как будто приглашая: сделай ну хоть что-нибудь для облегчения душевного.
   Шея напряженно дышит... Ну, давай!
   Словно гребнем, пальцами я захватил покорность густоты волос на трепетном затылке и потянул их вниз. Вторую руку нежно уложил на шею, а пальцами: большим и указательным нащупал симметричную пульсацию артерий сонных и слегка прижал к гортани их.
   Голова чуть дернулась сопротивляясь... Надавил сильнее, зафиксировав за волосы необходимый ракурс головы. Притихло тело подчиненностью, прислушиваясь к эйфории расслабления... Глаза раскрылись широко, но я увидел лишь белки.
   Уход в отпадность сновидений
   нереальности фантазий сумасбродства
   смешения чувств испарений
   и мятежности бесправия сиротства.
   Пять секунд... Да, есть!
   А далее - свобода от нанизанных на время бедствия переживаний... Как выразит она себя физической бравадной встряскою или словесным заклинанием?
   Все выходи, ты больше ей не нужен. Интимное возюканье достигло цели. Суровый внутренний оргазм с беснующимся воплем мышц ломающих привычность нежных очертаний тела женского.
   Не тронь ее ей верховодит сатана,
   безжалостно опорожняя страсть по капле...
   Вот-вот изыдет затемненья сторона,
   живущая под гнетом скрытности в опале.
   Конвульсивные движения катарсиса оргазменной разрядки выпадения из чувственной основы бытия,
   Где нет ни времени, ни места лишь пространство
   накрытого блаженством безрассудства
   сна сладострастия угоды царства
   награды за любовное распутство.
   Глаза закрыто, но под веками беснуются...
   Что ищут, пересматривая гамму красочную ощущений слепотой безличностною авторства услуги, и кому сей акт иллюзий посвящается?
  Услышу следом благодарственную речь с охватом прожитого опыта скитаний одиночества?
   Калачиком свернулась, руки между ног... Нашептывает что-то, как молитву... Тело все дрожит, как от боязни принуждения насилья над собою совершить.
   Я встал, халат накинул, подошел к окну, взглянул на небо -
   Чистая голубизна бездонной выси,
   холодный равнодушный крыши свод,
   глаз вечный, фон на жизненном эскизе
   мечтаний радужных мечты высот.
   Знамением дорогу в будущее проложить желаешь? Но нет его. Страстная тиха постель на излияния. А значит - миссия твоя завершена.
   Нетленной памятью зажги свечу
   и в вечность с горькою поклажей уходи.
   Сей страсти дом тебе не по плечу
   не нарывайся на несчастий рецидив.
   Ты вновь попал в капкан неразрешимости проблем и совестью сочувствия готов...
   На что?
   Закрыть глаза и лечь в постель
   и ублажать несправедливость
   сна извращенности затей
   с роптанием на Божью "милость".
   Ты наверняка не первый здесь. А хочешь быть последним, доблестью соперничая с тем, кто шторки глаз держал закрытыми, не позволяя думать об измене.
   То был всего лишь дивный сон:
   играла музыка и чокались молодожены,
   и под хрустальный перезвон,
   переполнялась атмосфера счастьем обнаженным.
   Воображения запой
   души призывом безрассудным броситься вдогонку
   за прихотливой госпожой -
   чувств сводницей, удачу запрягая в работенку...
   За спиною я услышал вздох и тихий чуть дрожащий голос, излил мне душу недовольством:
   - Мама... и зачем ты родила меня такую
   Меня кастрировали, словно Абеляра,
   вручив напутствием душевный вопль...
   За страстную услужливость доверчивости кара,
   любви не сжиться с коею по гроб.
   Чиркнул спичку, запалил свечу...
   Уязвимостью подрагивает пламя -
   чуткий флюгер дуновений
   извивается и теплотою дразнит
   перекличкой наваждений,
   ночи знойной, отпылавшей без остатка,
   свадебного отголоска
   душ сговорчивости вечная загадка...
   Да свидетель - слезка воска.
   Уцепился взгляд за язычок свечи, не отпускает,
   Держит огоньком задумчивости выбора:
   Свободы яркой поднебесья...
   Толи страстности интима скипетра
   бесперспективного семейства.
   Свободы с хохолочком приблудившимся? Вновь пред тобой маячит выборности шаг, терзающий сомнениями: а кому доверить будущее...
  Обе претендентки инициативою самодостаточны, отстаивая право на укоренение желаний. Ты выбор сделал, слово за красотной стороной, питающей взаимный интерес для поддержания дальнейшей связи.
   Выбор?..
   Да уж! Одна - не тронутая девственность. Второй - назначено по жизни быть такой. И обе личности достойные любви и почитания за красоту и женственность, способную на чувство преданное дозволением быть первым - прикоснувшимся к невинности телесной тайны. Да какой!
   Непреодолимого природы феномена
   испытаний многоликости Божественного дара -
   страсть одиночества безвыходного плена,
   где любовь бесплодностью - избраннику за верность кара.
   Судьбою Абеляра?
   Ты себе позволить это можешь - у тебя есть сын от женщины любимой. И его никто лишить не может
   Генного души родства,
   Божественного чувства чада
   молодости озорства
   и темпераментности слада.
   Кто может знать, как повернется жизнь, но кровная наследственная связь - навечно.
   Вчера на свадьбе после танца с незнакомкой ты залюбовался ею, задаваясь колкостным вопросом: "Почему она одна?".
   Ни одного намека на ущербность.
   Самодостаточность открытого шедевра.
   Достоинств ясность и ума конкретность -
   престиж для утонченного коллекционера.
   Это же твоя мечта - с юристом логикой поступков опрометчивых посостязаться...
   Тебе ее не удалось переиграть. Но вычислила как она тебя из многочисленной собратии гостей, рискуя на отпор нарваться: ты же не один на свадьбе был? Психологический подход с расчетом в жертвы записать тебя, самой же обозначив эксклюзивную доступность, остаться все ж недосягаемой для половой зависимости, делающей женщину игрушкою в руках мужчины?
   Заманчивой усладой пиетета
   рабовладельческих фантазий
   опеки нескончаемого света
   приволья чувства разнообразий.
   Только жертвою обманутой не представляйся. Ты получил наглядно что хотел, и не ее вина, что ты так не разборчив падкостью на прелести телесные, лишающие разум
   Моральной осязательности вкуса
   перед лицом доступности потехи
   прикрас самолюбивого укуса -
   семейной беспризорности огрехи.
   С открытым ходишь предложением...
   Танец свадебный фатой заворожил...
   Белоснежных побуждений,
   одиночества смягчая виражи
   с компромиссом убеждений.
   Нет, и все-таки ты до конца не понял, что произошло. Стезя событий, уложившая тебя в постель, настолько выкрутасами случайностей тонка, что невозможно отказать ей в здравом смысле, направляющим ее.
   А смысл?
   Альтернативный выбор уводящий в сторону от связи с хохолком? Ну вспомни, что тебе сказала незнакомка: "А на румянец не махнешь?". Да с предложением еще: "Маску хочешь чтоб сорвали? Так... Не хочешь? Приходи...
   Выгадал альтернативу?
   Распоряжайся ей,
   снов лаская директиву
   подданных вестей
   подношения традиций
   веером быть чуда
   без любви наград амбиций
   жизненного блюда.
   В исходную вернуться точку нерешительности у свечи. Все правильно не за тобою выбор.
   Чудо благодарностью откроет очи
   скромным взглядом сердца в душу,
   личный статус подавляя, что есть мочи,
   накликая долю лучшую.
   Начни еще ошибки женские перечислять, свече прочтя нотацию. Хотя, я чувствую - меж нами бессловесный диалог ведется,
   Где каждый городит свои права
   на гордостную бескорыстность,
   чувств страсти запуская жернова
   и темперамента повинность.
   Поддержи молчания беседу назидательным укором развенчания иллюзий, может быть забрезжит результат?
   Любой ценой лечь под опеку мужика -
   сподручней если в жизни есть перила,
   и ничего, что их надежная рука
   трухлява и беспомощна бескрыла.
   Золушкой глаза все проглядела,
   ожидая благосклонность колдовства
   и винишь бездарности оседлость
   окружения - слепая голытьба.
   От жаркой страсти поцелуя -
   чудовище не расцветет душой.
   Хомут суровый обалдуя -
   не станет ласковой любви уздой.
   Секс не романтическое действо.
   И не накладывает обязательств пут
   управляемого чудодейства -
   лишь выброс страсти единения минут.
   А что если под крылышко сожительства...
   А там и под венец, но не с котом в мешке.
   Сговорчивость и ласки поручительство
   привязанность любви усилят в женихе.
   Брак не защита от накопленных обид.
   И гвалт претензий к новоявленной родне
   без толку разочарование корить.
   Причины ненависти не идут из вне.
   Возьму улыбкой в оборот...
   И тела ласковый шантаж,
   дай Бог, приплодом расцветет -
   Мечтаний воплотилась блажь.
   Не вечно у инстинкта быть на поводу.
   Покрасоваться б жизнью на виду...
   Успею дом пополнить лишним ртом,
   ради любви пожертвую дитем.
   Зачем с любовью затевать конфликт?
   Стерплю. Ну а депрессия пройдет
   без нервотрепки критики обид,
   бескровно справлюсь с бедствием забот.
   Терпенье в жизни не помеха.
   И ничего, что не до смеха -
   природной доброты ломота.
   Свое, путь топкое болото.
   Секретный протокол - напутствие, предостерегающий от чрезмерной влюбчивой привязанности к разочарованию не оправдавшему доверие. Оторвись от слезности свечи и глянь, а что восприняла укором та, чье предложение развлечься ты испробовал.
   Вечной красоты модель
   роскошества пирующего тела...
   Чувств искусства колыбель
   острастки наслаждения удела.
   Джорджоне - "Спящая Венера".
   Безразличия икона
   горделивая окладом красоты
   счастья занятого трона
   верою недостижимости мечты.
   Ты скромная свеча подсветки храма
   царящего молитвы тишиной
   неизлечимости духовных шрамов
   служением чувств вере крепостной...
   Двумя пальцами я резко сжал горящий фитилек свечи. Жар пламени мгновенным спазмом болевого шока тело охватил. Но не отдернул руку и в себя впитал дымок угарный, от затушенной свечи.
   Пришел в себя из бытия загула,
   связывая будущее с настоящим
   услугой чувственного караула,
   вдохновением играясь с чувством спящим.
   Свечку отпусти. Пусть спит Венера. Ты не возвысился до уровня богини, не удостоившись ее пленительного взгляда. А раз так...
   Попробуем сначала все начать...
   Но с нем?
   Кто первым чувством нарядится к торжеству,
   избрав протянутую руку,
   прислушиваясь к провиденья божеству
   и к сердца хлопотному стуку
   томительное шепчущим - он твой резон,
   воспользуйся природы правом
   любовной страсти равноправия сторон
   семейным верности уставом.
   Тихо, также как вошел в опочивальню, я вышел из нее и повторил вечерний моцион, но с той лишь разницей, что не халат надел предложенный, а то в чем заявился в гости.
   Дверь не заперта... Как попрощаешься с гостеприимным домом?
   План-записка на столе... Знакомство состоялось. Я листок перевернул...
   А это что?
   "Страсть неудовлетворенная сполна... Насильственный разрыв душевной связи?.."
   Это я на свадьбе нашептал.
   А это:
   "Ты узнал, где страсти нежной глубина
   в неудовлетворенном чувств экстазе..."
   Под грусти сладостной улыбкой...
   Под пологом закрытых глаз...
   Под дружелюбия подпиткой...
   Под страстью молчаливых фраз...
   Под независимостью боли...
   Под теплотою цепких рук...
   Под пылкой искренностью воли...
   Под счастьем одиноких мук...
   Под образом распутных мыслей...
   Под сединой упрямых снов...
   Под красотою звонкой спеси...
   Под чувств беспечностью оков...
   Под баловством очей природы...
   Под временем игры надежд...
   Под покровительством свободы -
   в себе самой - беды мятеж.
   Узнал где страсти нежной глубина -
   в неудовлетворенном чувств экстазе,
   в душе испившей горького вина
   измены в вольном ночи пересказе.
   Насчет измены не ошибся ты, смотря в закрытые глаза? Возможно это
   Отрешенности от жизни знак...
   Взгляд в безоблачное поднебесье
   за несбыточным мгновеньем благ,
   что звучат, как молодости песня.
   А две свечи -
   не памяти загробной пляс.
   Душа в ночи
   хоронит нравственный отказ.
   Осталось, охраняя сон Венеры спящей, над запискою вздремнуть... Ну, а разбудит утомленный сон, конечно, Ольга!
   Ольга вдруг возникла, как перспективная подсказка будущего?
   Шикарная реклама тупика и угрызений: все могло бы быть иначе, если бы... Не рассуждай, не уподобишься ты женским пониманием, тем более уж взбалмошной девчонке. Ты сделал все чтоб обеспечить ей завидную судьбу руками Марианны - вот кого тебе по жизни не хватает.
   Прямоты упрямого зрачка,
   примеряющего на тебя неведомый костюм
   вдохновения чувств маячка
   радости раскрутки исповедности мятежных дум.
   Ольга -
   Мечтательной прозрачности кристалл
   фантазий загляденья глаз
   многоцветья радужного карнавал -
   холодный голубой алмаз.
   Ольга, Марианна... в прошлом. А эта в... Перечитай записку, ты ответил в ней на свой вопрос. А если нет, порви ее и разбуди Венеру спящую
   Вокалом умилительной патетики
   жаворонка поутру,
   зорю приветствуя послом эстетики,
   подражая соловью.
   Стоп!
   Ты заработал памятью ожег
   терзаний бесконечной боли,
   греховного распятия глоток
   успеха нравственной крамолы.
   В жизни все иначе, чем в постели. Не навязывай себя побудкой песенной рассвета той, что спит
   В видениях ночи,
   покрова пережитых сновидений
   уюта ласковой порчи,
   королевой засеяв Эдема...
   Ты не хозяин положения - зная даже тайну недоступности Венеры?
   Нет. В памяти другой портрет... Резальб Каррера - "Портрет танцовщицы". Оставь записку и для связи тоненькую нить, и уходи. Потянет, и ты сможешь возвратиться.
   Вина глоток на памяти дорожку
   из счастья полного бокала,
   чтоб возвратиться к пылкому порогу
   знакомства бурного начала.
   Суббота, полдевятого утра. Пустынны улицы курорта.
   Что ты знаешь о подобной женской аномалии?
   Пушкинское:
   "Царь Никита жил когда-то
   Праздно, весело, богато..."
   "...И от разных матерей
   Прижил сорок дочерей..."
   " ...Душу, сердце все пленяло.
   Одного не доставало..."
   Ворожбою покряхтели
   Чудо бабское при деле.
   В клетке сладостный пиздец.
   Сказке радостный конец.
   В жизни все иначе:
   Обделенности ущербность
   счастья огорчительного плена -
   принудительности верность
   в одиночестве прожить смиренно.
   Но интима недоступность
   изощренностью игры природы
   натравила безрассудность -
   блажь фертильности на вечность моды.
   Ты замкнул четыре дочки асфиксией на "Венере". Но до этого в бредовой завороженности сам в беспамятство попался чар.
   Заплутал в потемках аромата
   под накалом страстной плоти,
   доверяясь опыту фаната
   в мук телесном переплете.
   Эффект закрытых глаз. Ты ждал от них поддержки и впал в транс. Для нее
   Непроницаемость задернутых зеркал -
   самоутверждения защита,
   обособления от чувства трибунал
   не дающий на любовь лимита.
   Ласк удовольствия без права на повтор -
   разовая красоты уступка
   ты блажь никчемная, страстей азарта вздор,
   женской обольстительности шутка.
   Почему она пошла в юристы? Чистота моральная с опорой на закон? Держать себя в особых рамках неуступчивости женскому началу, диктующему долю материнскую?
   Какая разница - итог один. А к матери - упрек за это?
   Юриспруденция, возможно, - это первый шаг в стремлении надменностью ущербной аномалии вершительницей судеб стать других в карательной системе правосудия.
   С такой судьбой ест две дороги -
   власть, где ты верховный жрец или судья
   иль в даль от суетной тревоги
   в глухую келью сонную монастыря.
   А нужен ли молельный храм
   для ритуальных побуждений,
   с церковной сварой сытых лам,
   вершащих бестолковость бдений.
   Ты впал в бред, анализируя тебе не подконтрольную систему ценностей.
   Все - ночь бессонная с сумятицей знакомств,
   соперничество глазом эгоизма
   забавы агрессивной с поиском удобств
   опеки дамского абсолютизма.
   Хорошенькая свадьба разнообразием: одну невесту приволок с собой, вторую на застолье подцепил. Да еще какую!
   Неземною красотой богиня...
   Горизонт фантазии дурмана...
   Дерзостью разящая гордыня...
   Вечная охотница Диана...
   Но, кажется, невестушки не прочь:
   Чувства праздничный сорвать купон,
   предъявив подарка эталон...
   И будет сладостен запретный плод
   всей многоликостью любви красот.
   На любовь нацелился, но до которой ох, как далеко, без попечения бросая неотъемлемую часть ее, надежду призрачную затаив, что будешь ты востребован,
   Расчетливой охотой на прикид
   запавший умозрительностью вольнодумством,
   кисейный разжигая аппетит
   перспективы расторможенности чувства.
   Чувства - чувства...
   Сам то ты какое заготовил чувство, изготовясь поделиться им? Не уж то ли опять любовью воспылаешь?
   Обязанности без любовной тяги -
   оборонная презрительность
   глумливым равнодушием атаки -
   недовольства разрушительность.
   Ответственность без любящего сердца,
   бережливо стерегущего
   житейской верности единоверца, -
   глаз бесцеремонный ушлого.
   Без искорки любовной справедливость -
   безнадега горемычная,
   холодной горделивости статичность,
   чувств жестокость апатичная.
   Услуги сногсшибательная правда
   без любви тепла участия -
   бескомпромиссной черствости награда
   критиканства эвтаназия.
   Без приложения любви усилия,
   вклад дотошный в воспитание, -
   лишь породит ложь лицемерной гнили
   двуликости страдания.
   Без добродетельной любви стараний -
   умственная изворотливость
   не слышит совестливых нареканий,
   хитрости смакуя собственность.
   Приветливость открытости душевной
   без любви подкорма чувствами -
   принарядится в пафос лживой скверны
   лицемерия потугами.
   Без одержимости любви поддержкой
   разнарядка компетентности -
   вберет в себя чванливости усмешкой
   неуступчивости горести.
   Без милосердия любовной силы
   оборотистость спесивая,
   взвалив на плечи властность заводилы, -
   обретает дух насилия.
   Без радости любовного богатства
   экономия рачителя -
   питает сном стяжательское рабство,
   куль жадюги накопителя.
   Определенность веры лучезарной
   без любви фонарика -
   впрягает в деспотичную вульгарность
   ортодоксальности фанатика.
   Достоинство и благородство чести
   без проводника любовного -
   отдушины высокомерной мести
   изверга несердобольного.
   Посланье от Иоанна изреки. Что в самый раз покаяться в распутной неразборчивой любви к утехам плотским?
   "Возлюбленные!
   Будем любить друг друга, потому что любовь от Бога; и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога. Кто не любит тот не познает Бога и: потому что Бог есть любовь".
   Подайся в церковь...
   Я устал. Вздремнуть бы. Ноги к морю привели.
   Вот твой испытаний чувством исповедных храм
   волнуется неуспокоенностью размышлений
   настроения игрой беседа по душам...
   До горизонта кругозор побед и поражений.
   Любить! Любить?
   Неусыпной доверительностью слуха
   улавливать любовные печали,
   не перебивая, чтобы слов резвуха
   не оказалась верностью в опале.
   Не рубить с плеча обидою укора,
   растаптывая личностную гордость
   крышею беспрекословного надзора
   навесив обвинения позорность.
   Не жалеть о безвозмездности услуги.
   Не бравировать щедротностью подарков.
   Не ставить жертвенность себе в заслугу,
   ожидая почестей ответных знаков.
   Верность - это разнарядка обещаний
   неукоснительного жизни плана
   без уловок лжи обидных оправданий
   пустот забывчивого истукана.
   Не впадать в полемику ненужных споров,
   принципиальной верой в справедливость,
   выставляя стенкою бойцовский норов,
   оспаривая силою терпимость.
   Не претендовать любовью на главенство -
   мир доверчивости счастья хрупок.
   Пусть гордится чувственное казначейство
   душевной милосердностью уступок.
   Трудностям условий не давать поблажки,
   смирившись с беспросветностью напасти,
   жалобами проклиная груз упряжки,
   разлада провоцируя ненастье.
   Верность чувств - непререкаемое право
   воспетое любовной синекурой
   и слепого подозрения расправа
   убьет душевность ревности цензурой.
   Всепрощение любовью беспредельно
   и беззащитно перед милостью пороков,
   веры в чувство ждущих поражения
   в бесправии позорности упреков.
   Благословлять любовь молитвой
   жертвенности вдохновением пылая даром
   дорогой к счастью самобытной,
   где идущие единомышленников пара.
   На дороге этой ты все топчешься один молитвой о былом у моря вглядываясь в даль, а не мелькнет ли...
   Тоже мне Ассоль.
   Нет, море для тебя источник глубины непознанной многообразия аспектов жизни...
   Непознанных? А для чего?
   Пресыщенностью в умудренности угнездиться
   с ухмылкою почетным равнодушием
   глядеть на жизнь, как мелет временная мельница
   дерзаний волю старости бездушием.
   Отдыхать в духовном пробуждении,
   Не озадачиваться суетливостью мирской
   на русло повлиять ее попытками
   настроенность на умиротворенности покой -
   враз исключит работу над ошибками.
   Рассудка соучастием содействовать нужде
   благой уравновешенностью чувствами
   душою в созидательном ответственном труде
   Облагораживая дело плюсами.
   Крепиться делом, отметая опытности страх
   подсказкой просветления спонтанности,
   способностям предоставляя ветреный размах
   чувств жизнелюбия вселенской жадности.
   Удобство созерцательности без волнения,
   без будоражащей судьбу конфликтности
   терпение поверхностного наблюдения
   карт-бланш соревновательной фригидности.
   Не заниматься трапезной интерпретацией
   чужой для понимания словесности,
   ум занимая беспредметной сатисфакцией,
   выискивая искорку примерности.
   Уйти от мук самовлюбленного копания
   в кромешности непознанных возможностей
   усердием не получивших наказания
   обогатиться горизонтом сложностей.
   Спокойствием возвысится над осуждением,
   чужими оперируя поступками,
   что, безусловно, чревато поражением
   стратегии не овладев задумками.
   В духовности приблизиться любовью дарственной
   к душе угодливостью бескорыстия
   опоры чувственной, опоры нравственной
   потребности святой свободомыслия.
   Послушной волей улыбаться дню грядущему
   ростка истоков многоцветной радости
   дыхания природного заботой к сущему -
   дарует время жизни благодарности.
   Противоречивость выдвинутых тезисов:
   Любовь и равнодушие - несовместимы.
   И разум вряд ли выполнит вражды приказ,
   оставшись искренностью чувств незримым,
   не ведая где пепел, где алмаз.
   Не может лучезарностью сиять улыбка
   обращенная духовностью в безликость.
   Душевностной симпатии даров попытка -
   обретет отзывчивую сердца близость.
   Улыбка...
   Улыбка радостной грустинки
   неверия в счастливую звезду -
   награда за борьбы слезинки
   и веры в путеводную звезду.
   Глоток отравленного вкуса,
   паскудная двуличностная ложь -
   зловещая улыбка труса,
   всадить замыслившего в спину нож.
   Веселости лихия шалость
   экспромтом ветреного озорства -
   чувств добродушия отрадность,
   улыбки ищущей любви родства.
   Заискивает хитроумностью
   наживною вручив улыбки лесть,
   подлавливая вздора глупостью -
   бессовестность, свергающая честь.
   Расслабленность по праву силы
   иронией - улыбка доброты,
   ласкающая сердцу милых,
   рисуя идеальные черты.
   Карающая оплеуха,
   хамья неуважительный цинизм,
   высокомерия чернуха -
   блатного осмеяния садизм.
   Насмешливости панибратство.
   Весь мир хмельной безбашенный бардак!
   Дурашливое зубоскальство
   лишит авторитетность спеси благ.
   Улыбка превосходства гнева
   жестокая, как лезвие клинка -
   угроза пламенного чрева,
   врага навек холодная рука.
   Боль сострадальческой опеки
   знаменьем бескорыстия Творца -
   улыбка слез бодрит успехи,
   врачующие добротой сердца.
   Последний шанс пригреть надежду.
   Забитость обращенная мольбой
   улыбчивости счастья к свету
   виденьем чувства к силе неземной.
   Улыбка вольностям погоды
   и солнцу, и прохладе ветерка,
   и твореньям матушки природы
   живого разнообразием мирка.
   Улыбка на пороге цели
   победы воли над самим собой,
   преодолев нужды невзгоды,
   вооружившись дерзкою мечтой.
   Подобострастная улыбка
   с холопскою услугою раба -
   расчет: авось коснусь избытка,
   заискивая на халявные хлеба.
   Уму никчемная подмога -
   блаженная улыбка чудака,
   под покровительством у Бога, -
   прострации дорога в никуда.
   Раззява гнусного придурка -
   глумливая язвительная мразь,
   убогость умственная скука -
   безбашенной звериной ржачки пляс.
   Чувств нежность преданного света -
   улыбка лучезарности любви
   объятий страстного букета,
   слепящего, как маяка огни...
   - Юноша проснитесь, ненароком обгорите, солнце, вон, как припекает.
   Задремал, присев на пляжную скамейку. Да на целых два часа из жизни выбыл. Спасибо тетушке неравнодушной, а то бы точно ликом обгорел, итак пощипывает лоб и щеки.
   Мне что-то снилось...
   Лучезарная улыбка скрытых глаз,
   плутающих в потемках наваждений,
   памятью перебирая яств запас,
   дарованных прикормом развлечений.
   Давно стихи во сне не сочинял, аж со времен закатного купания со Златой. Да, лет пять. На этот раз кому их посвящаешь, вооружившись перечнем улыбок...
   Где я?
   Лечу и из Эмиратов в Ригу...
   Расскажи свой сон девчонке, что глазами сзади упирается в тебя с признанием: в далеком прошлом ты ошибку совершил неверным выбором,
   Не раскрыв глаза любовью,
   затаенному мечтою взору,
   предрекая участь вдовью
   монастырского угла надзору.
   От чего желаешь девочку предостеречь? От судьбы пропащей тетушки родной? А это нужно ей? Не в монастырь уйдет, а спрячется под черную чадрой, как в парке бабочек в Дубае.
   - Эрика, была ты в парке бабочек?
   - Да.
   - В чадре с никабом?
   - Так вы меня узнали?
   - Душевностью духовного родства
   переживаний необузданной свободы
   прав темпераментности озорства,
   фантазии плетущей счастья хороводы.
   - Очень красивый парк и чудо с крыльями...
   - Вопросом ты не задавалась: для чего Бог создал красоту подобную с такой короткой жизнью?
   - Зачем вопрос вы этот задали?
   Девочка умна не по годам и раскусила связь между собой и бабочкой.
   - Жизнь нагромождение иллюзий
   привлекательности внешней стороны,
   служащих случайностью чувств музе
   и спонтанностью горячности страшны
   проявлением бесстрашья гнева,
   нервами окутывающего ум,
   пережив в себе проклятье неба
   приговора злонамеренности дум,
   наказать уловкой феномена -
   дразнящей палитрой счастья красоты
   и картины жизненная сцена
   чувствами лишь одинокий монастырь.
   Но не ошибается природа,
   одевая душу в красочный наряд.
   Бабочка свободою полета
   блеска восхищения Творца парад
   показательной метаморфозы
   верою искусства жизни в волшебство
   превращения кромешной ночи
   в многокрасочное счастьем существо.
   Но это испытание не только для тебя, но и для людей готовых поддержать тебя на жизненном пути. А он, поверь мне, будет не простой. Лет семь назад, случайно, мне попалась книга - сборник занимательных легенд востока эротического содержания. Среди них одна про незадачливого молодого человека
   Счастье выбиравшего, перебирая жен,
   с судьбой пытаясь разминуться,
   чувств ретивостью наскакивая на рожон -
   шальной награды сладколюбца.
   Грешной суетливостью - разочарований ночь
   хождения по ада кругу...
   От обреченности оков не скрыться прочь -
   бег к нареченному супругу.
   Не буду пересказывать легенду. Ты ее прочтешь сама. А чтоб не повторить ошибку маминой сестры, специально для тебя, я напишу главу в своем романе с эпизодом, о котором не хотел упоминать, среди цепочки мемуарных приключений, и писал лишь для себя. Но ты настолько гармонично вклинилась в контекст событий, что не упомянуть об этой встречи не могу. Не знаю что получится, но черновик тебе пришлю...
   Оставишь почту электронную?..
   Пытливости серьезный взор,
   анализ рациональности запроса
   есть будущего в нем простор,
   смысл расширяющий границы спроса.
   Секунда...
   Извлечен из сумочки блокнот и ручка...
   И левою рукою бисером
   легла на память строчка
   признания проблемы выбором -
   отрадности глоточка...
   - Тяжелая работа предстоит тебе: проникнуть в образное понимание чужого языка. Ведь русский не родной...
   - Мы коренные латыши, но мама в детстве с нами говорила лишь по-русски, а отец - тот по латышски. И мы владеем одинаково свободно, как латышским, так и русским. Правда, так, как говорите вы с подтекстом смысловым, признаюсь, не всегда доходит сразу смысл.
   - Преодолимые умом издержки,
   включая образности понятийный аппарат
   познания с фантазией поддержки
   эмоций разукрашенных чувств опытом цитат.
   - Какой же опыт у меня...
   - Опыт... девочки.
   Душою благосклонности - Фортуна
   любви, заботы, ласки, доброты, покоя -
   чувств утонченности лагуна
   ухоженной природой красоты раздолья.
   Магическая воля Провидения -
   мысль женщины - награда воли чудесами.
   Мир, мудрость, радость воли исцеления
   ее сердечностью согретыми руками.
   Луч красоты целителен для духа
   в ее владениях улыбки лучезарность...
   Гармония чувств внутреннего слуха
   рождает приворота страстного азартность.
   Природа наделила женщин даром
   запевки счастья привилегии секретом -
   пленительности искрометным чарам -
   единолично управлять любви декретом.
   Любовь не иссекаема, как чувство,
   обогащающее душу веры силой,
   творить успехом духа безрассудства,
   поддержкою сверяясь сердцем с властью милой,
   зовущей за собою интеллектом
   возвышенности красоты очей духовных,
   судьбу размерив мудрости прожектом
   любви и верности - чувств ценностях опорных...
   Слегка взгрустнула мыслью мимолетной...
   Взор затуманился, теряя резкость...
   Надеждой запастись бы искрометной,
   духовной силы обретая вескость.
   Ощутила ли она какую нежность, изливал я глядя на нее.
   Так смотрят на беспомощность ребенка,
   впервые вставшего на ножки -
   с охраной невмешательства сторонка
   душою шлет подмогу крошке.
   Все, прояснился взгляд, минута слабости прошла и сразу гордости стена самоуверенности неприступной, закрыла доступ к затаенности интимных мыслей.
   Я для нее мужчина посягнувший жалостью на честь девичью.
   Я потерял ее как друга.
   Упорхнула бабочка в небытие -
   свободолюбия заслуга
   самобытности охраной за свое
   под солнцем радостное место
   без напоминаний грусти о судьбе,
   мечты печаля королевство
   в принудительной с природою вражде.
   Самолет заходит на посадку в Риге. Окончено печальное знакомство. Там по прилету мир другой, где каждый обособится проблемами далекими от отдыха и развлечений эмиратских. Все, вроде, сказано напутствием в безвестность одиночества переживаний.
   Посадка.
   В автобусе, везущем к зданию аэропорта, физически я ощущаю жесткий взгляд. Оглядываюсь... Так и есть. Не отрываясь, Эрики тяжелый взгляд пронзительности темных глаз.
   Выдержка прощальной фотографии -
   дороги судеб разлетаются навек -
   приговор житейской эпитафии -
   нет будущего, сколько не смотри вослед.
   Запечатлелся ты в девичьей памяти,
   как из легенды небожитель,
   вещающий с сочувствующей паперти -
   чувств потаенных искуситель.
   Аэропорт. Прощаний вереница с лицами, со мною разделившими прогулку по достопримечательностям Эмиратов. Я никого не помню все чужие. Один лишь лик ищу в толпе, одеждой утепляющейся после перелета из сорокоградусной жары в минусовую зиму декабря.
   Уже уехали, пока я получал багаж? Они же налегке. Пошел на выход... и... Я вижу их.
   - А мы вас ждали, попрощаться.
   - Попрощаться будет нелегко. На ближайшие полгода вы вмешались в творческий процесс незавершенной книги со своим сюжетом, окликающим мной пережитый эпизод случайной встречи со своей судьбой на памятной развилке, где я выбором ошибся.
   Вряд ли, в будущем нас встреча ждет. Но я вам обещаю переслать по электронной почте упомянутую мной легенду и
   Истрепавший душу черновик
   мозаики любовных приключений,
   тянущих чувств творческий язык
   к откровению словесных упражнений.
   Не навязываюсь. Если будет интересно, ознакомьтесь.
   - Мы едем в центр... Нас ждет машина... Не подбросить вас?
   - Благодарю. Моя дорога вдалеке от центра...
   Берегите себя.
   Две пары зрячей темноты
   душевной исповедности зеркал
   многострадальной немоты -
   непроницаемости чувственный портал.
   Застопорились мысли... Пустота
   невозместимости потери,
   бездомности сиротской слепота,
   где нет дороги к ждущей двери".
   В какую степь воспоминаниями двинешь?..
   "Венера", хохолок, Татьяна или "бабочка"?
   На развилке повстречались остроты сюжета,
   судьбой сплетая неразрывную печаль
   вольности романа исповедного проекта,
   любви раскручивая творчества спираль.
   Татьяна - та:
   В сорокадневном мается загуле,
   развязки накликая перемены
   в одиночестве бесхозной смуте -
   играет провокацией измены.
   "Венера", видимо, проснулась и послание твое читает...
   Ты узнал, где страсти нежной глубина...
   Под пологом закрытых глаз
   в чувственный калейдоскоп удалена -
   запойный сердца перепляс.
   Бабочку увлек чуть ветреный порыв
   новизны волнительной опеки -
   чувством к неповиновению призыв
   через все к своей стремиться Мекке.
   А хохолок?.. Его зовут... не помню...
   Двенадцать дня. Наверняка продрал уж глазки и освободил мой дачный уголок, где можно попытаться окунуться в продолжение спонтанных снов, соединяющих несовместимое подсказкою дальнейшего развития событий...
   Сколько лет прошло с той ночи памятной гулянки свадебной?..
   В следующем году в июне я женился. Хронология легко воспроизводится: двадцать семь плюс брак счастливый и с Татьяной пятилетка. И...
   Спесивый красный ягуар,
   блондинки кукольный наряд -
   зубов характера кошмар,
   строптивости любовный чад.
   Не начинай раскручивать свою теперешнюю пассию, с Татьяной не отрегулировав развод.
   А хохолок не зря ведь в жизни появился и
   Не только, как задиристая сводня,
   соперничества пробуждающая аппетит...
   Любовного терпения достойна -
   той, что неожиданностью чувства ослепит.
   Ты и без чувства слеп инстинктом,
   падким на любовные поборы,
   азартности позерским флиртом
   заставляя снять с души запоры.
   Ты лишь инструмент каприза
   в жизни жаждущего перемену...
   Женщина ждет счастья приза...
   А захочет, то пройдет сквозь стену.
   К мудростям восточным приобщился,
   Но их мудрость - истинной прозрения -
   груз ума - всплывает напоследок -
   злопыхательство уроком мщения,
   карой случая марионеток.
   Чтобы не корить себя: а за каким же лешим
   ввязался в мракобесья склоку?
   Уступай дорогу дуракам и сумасшедшим.
   Смирись и будет больше проку.
   Не принуждай остаться уходящего.
   И не надейся на его возврат.
   Но не гони безвестностью пропащего,
   гостеприимством будь предельно рад.
   К успешности несешься голову сломя,
   добиваясь элитарного путем надрыва...
   Не впрок удаче суетливости возня.
   Быстро - это медленно без перерыва.
   Судьбу без выбора нам посылает Провидение.
   Друзей на счастье - выбираем сами.
   И лучше уж достойного врага сопротивление,
   чем бездарь, та что кличится друзьями.
   Нет личностей несамоценных.
   И все талантливостью разноликие.
   Но без людей обыкновенных -
   на свет не появляются великие...
  
   Кукин Владимир Николаевич
  
  
  
  prolezhni-sudbi.net
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"