Кулешова Марина: другие произведения.

Лабиринт (+ глава 1. Сильфида)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    По воле жестокой богини гарпий Елене Красинской пришлось распрощаться с обыденной жизнью. Девушка попадает в подземный храм-лабиринт, где ей предстоит стать орудием жертвоприношения. Под надзором гарпий-близнецов она выполняет шесть заданий, медленно приближаясь к последнему, решающему. Сможет ли Елена выполнить его и вырваться в родной мир? Или останется в Лабиринте примерять новую роль?
    ОБНОВЛЕНИЕ ОТ 08/06/2018
    В процессе, черновик.

Лабиринт

Пролог

Елена

  Веки распахнулись и тут же захлопнулись от яркого белого света. Некоторое время в темноте вспыхивали белые пятна и, когда они полностью перестали меня беспокоить, я все же открыла глаза. Только облегчения это не принесло. Все тот же свет буквально ослеплял, но я продолжала держать глаза открытыми чтобы привыкнуть. Когда из раздраженных слезников начала сочиться влага, сомкнула веки, смаргивая слезы, снова разомкнула и наконец-то смогла осмотреться, а вместе со зрением пришло осознание целого ряда неприятных ощущений.
  Я лежала на полу в позе эмбриона. Вся правая сторона заледенела, а ничем не прикрытая щека почти примерзла к камню. Похоже вовремя пришла в себя, иначе замерзла бы до смерти. Приподняла гудящую голову, отделяя ее от пола. Беглым взглядом осмотрела видимое пространство и пришла к неутешительным выводам: я пребывала не на знакомой улице, где буквально пару минут назад поскользнулась, а в большом зале из серого неотесанного камня, из одежды на мне были мои любимые джинсы, свитер, сапоги и пуховик, в чем ходила сегодня в институт. Только теплая одежда не спасла от пронизывающего холода.
  В стене перед моим взглядом были четыре одинаковые двери.
  С трудом перевернув затекшее тело на спину, повернула голову и осмотрела другую стену, в которой так же оказались двери, совершенно одинаковые и в том же количестве.
  Из груди непроизвольно вырвался нервный смешок.
  Повернула голову к потолку и только сейчас увидела источник света. Весь потолок был занят белым куполом из странного материала, от которого исходило белое сияние.
  Тихое шуршание, раздавшееся неподалеку, заставило меня вздрогнуть. Подскочила, села, необращая внимания на охватившую затекшее тело боль. Такое ощущение, что лежала без движения по меньшей мере дней десять, но я же помню, что совсем недавно еще шла по улице.
  Помимо меня в зале пребывали еще шесть "счастливчиков". Пять девушек возрастом от семнадцати до двадцати шести лет, включая меня, и два парня. Одному, на первый взгляд, лет двадцать, второму двадцать пять. Кто-то до сих пор лежал, осматривая помещение, кто-то сидел, рассматривая людей, кто-то уже встал и медленно прохаживался вдоль стен, дергая за ручки двери. Попытки открыть их оказались тщетными.
  Все присутствующие здесь были совершенно разные. В смысле, как в фентези здесь помимо людей были и представители других рас. Не знаю каких, знакомства с этим жанром имею не долгое, но один из парней со смазливой рожей и длинными, как у осла ушами, вроде бы эльф, а девица с плоским лицом, выпирающими из нижней челюсти клыками и зеленой кожей - орчанка...
  Мои размышления, пробуждающие панику и осознание неправильности ситуации, прервал натужный скрип одной из дверей. Идеальное привлечение внимания. Все как один повернулись на звук.
  Из темного пространства, открывшегося за дверью, выступили два парня похожие друг на друга как две капли воды. Высокие, темноволосые, с пронзительными зелеными глазами, одинаковыми формами лиц, носами, губами. И одеты они были в клетчатые брюки и пиджаки, рубашки с галстуками-бабочками, а на голове каждого - черная шляпа-котелок. Движения совершались тоже синхронно. И когда они одновременно остановились и открыли рты, чтобы начать говорить, я подумала, что заговорят они вместе. Но нет, один громко чихнул, посетовав после этого на скопившуюся в коридоре пыль, а другой саркастично усмехнулся, косясь в сторону чухнувшего, вернул на лицо постное выражение и начал бубнить:
  - Добро пожаловать в Лабиринт, люди-нелюди.
  К концу приветствия у меня сложилось впечатление, что он сейчас обессилено сползет на пол и благополучно заснет на холодном камне. Первый ткнул его локтем в бок и бойко продолжил:
  - Начиная с сегодняшнего дня и... навечно, вы стали обитателями этого мира. Все коридоры с испытаниями в полном вашем распоряжении. Есть несколько помещений, где вы сможете переждать темное время и утолить голод. Но ни в коем случае не ищите выход из Лабиринта. Там вас будет ждать неминуемая гибель. - Он улыбнулся, довольный произведенным эфектом.
  Товарищи по несчастью задохнулись возмущением. Орчанка сжала большие ладони в кулачищи и попыталась сдвинуться с места, чтобы начистить морды обидчикам. Уши эльфа прижались к голове, выдавая злость своего обладателя. Воздушная девушка лет семнадцати, зависшая в нескольких сантиметрах над полом, расплакалась. Остальные так и продолжали открывать и закрывать рты.
  А я, с совершенным равнодушием на лице, пристально смотрела на приветствовавшего нас. Впала в ступор от услышаного и бурлящих внутри чувств. Если сейчас хоть немного пошевелюсь, все накопившееся не только сегодня, но и за два года учебы, вырвется наружу жуткой истерикой. Но все же я благодарна тому, что продолжительное время занималась рисунком и развила перефирийное зрение, только по этой причине заметила все, что делали впередистоящие.
  Тот, на которого я так непредусмотрительно уставилась, окинул всех равнодушным взглядом и остановил свое внимание, естественно, на мне, лучезарно улыбнулся, демонстрируя внушительные белые клыки, и подмигнул. Вздрогнула от неожиданности, сбрасывая оцепенение. Сознание сразу затопила паника, я, переставая видеть все вокруг, сползла на пол и зашкребла пальцами по камню, пытаясь выбраться из несуществующей пропасти. Только спустя несколько мгновений, меня накрыла спасительная тьма. Я еще успела услышать сквозь шум что-то из инструктожа, но все слилось в неясный гул.
  
  - Ну, и что с ней делать будем? - пробасил первый голос. - Здесь бросим или с собой потащим? Времени до темноты осталось немного, а нам еще убежище найти надо.
  - С собой потащим, - ответил тихим порывом ветра второй. - Тот гарпий не простит нам, если бросим ее. Приметил себе игрушку, а это значит, что все шишки теперь посыпятся на ее голову. Главное переждать ночь, а с утра можно бросить, авось выживет.
  Раздался тихий глумливый смешок.
  - Главное, чтобы его увлеченность не грозила нам. - Сварливо заметил третий голос.
  - Х-хватит... Тише... - простонала я, с намерением заткнуть их. Я попыталась разлепить веки. В помещении было не так светло, половина купола уже окрасилась в черный, предвещая наступление темного времени. А эти еще обсуждают оставить им меня или нет. Их разговор мне не понравился и, думаю, меньше всего меня ввело бы в восторг начало.
  Надо мной склонились орчанка, эльф, сильфида и оборотень, пристально разглядывая мое лицо.
  - Ой, ты уже очнулась! - лицемерно воскликнула воздушная девица, пытаясь растянуть на лице улыбку.
  - Не старайся выглядеть такой, какой ты не являешься, - пробубнила, сглатывая вязкую слюну. Пить хочется жутко. - И проваливайте уже, лицемерные твари.
  Последнее я уже прокричала. С невероятным усилием, помогая себе руками и не обращая внимание на злость присутствующих, села.
  На них я больше не обращала внимание.
  Подняла от пола взгляд только после второго хлопка двери. И столкнулась с пронзительным зеленым взглядом. Гарпий шел быстро, довольно улыбаясь и мурлыча под нос задорную мелодию. Я скривилась, знакомый мотив довел до зубовного скрежета. Мое состояние не укрылось от него. Улыбка стала еще шире.
  - Ну вот мы и остались наедине. - Произнес тихо, когда остановился на расстоянии вытянутой руки и сел.
  Достал откуда-то сверток и, необращая вниманияя на мои попытки отползти подальше, развернул его. В небольших кармашках лежали шприц, ампула с чем-то зеленым и еще много чего. Остальное я не рассмотрела, потому что он достал только ампулу со шприцом, а все остальное завернул и спрятал обратно.
  Мне захотелось забиться в угол, когда он набрал в шприц зеленую жидкость, но двигаться я была не способна. Замерзшее тело не двигалось, единственное, на что я была способна, поддерживать его в сидячем положении.
  Гарпий взял мою безвольную руку и вколол иглу. Пока вводил в вену непонятную жидкость, притворно-сочувственно улыбался и вкрадчиво проговаривал:
  - У меня для тебя особое задание, милая. Выполни его хорошо. Если провалишь, - он вынул иглу, зашвырнул шприц куда-то и с той же улыбочкой продолжил: - тебя ожидает смерть в муках. Уж поверь, мы найдем идеальный способ. Если же выполнишь все, - а я уверен, что выполнишь, - к концу этого цикла мы, возможно, выпустим тебя из Лабиринта.
  Придвинувшись ближе, почти вплотную, мне пришлось немного отклониться назад, чтобы оставить хоть немного личного пространства, он интимным шепотом проговорил мне на ушко условия задания.
  Я явственно прочувствовала как от страха сузились зрачки... Или это веки распахнулись до болезненного ощущения? Теперь тело сковал не только холод, но и страх. А где-то внутри уже начинал действовать введеный препарат, заставляя кровь кипеть от первобытной ярости и жажды убийства.
  Малознакомое, но уже ненавистное существо встало и сказало повелительным тоном:
  - Вставай.
  Тело помимо оцепенения и моей воли подчинилось. Я встала, скрипя зубами от болезненной пульсации в конечностях.
  - Это тебе не понадобится. Снимай. - Приказывает, указывая на пуховик, изваляный в пыли, пальцем.
  Захотелось воспротивиться и сказать что-то о том, что окоченею здесь без него, но тело уже выполняло приказ. Негнущимися дрожащими пальцами растегнуло пуговицы, молнию и стало стягивать с себя пуховик медленно-медленно. Настолько медленно, что парень этого просто не выдержал. Обреченно вздохнув, он обошел меня по кругу, на довольно приличном расстоянии, и потянул за рукава, срывая с меня уютную вещь одним движением.
  - Немощщщная, - шипел при этом. - Лучше бы твою недалекую подружку сюда прихватили. Она подавала больше надежд.
  Злость, поднявшаяся внутри на самый высокий пик, заставила двигаться быстрее. Не ощущая больше никакого дискомфорта при движениях, разрывая горло яростным рычанием, развернулась лицом к врагу и успела только щелкнуть зубами перед его носом, перед тем как отлететь на добрых пять метров, визжа от боли. Весь правый бок взорвался болью. Никому не позволю хоть пальцем тронуть Настю. Никому.
  В тот момент, когда наши лица были буквально в сантиметре друг от друга, я заметила как его глаза мимолетно прикрыли вертикальные третьи веки. Которые так же присутствуют и у рептилий. Но сейчас, он смотрел на меня, как на интересного червячка, с которым не знал, что делать: то ли понаблюдать еще немного, то ли склевать - совершенно по птичьи повернув голову.
  - Я передумал. Меняю условия: если не выполняешь задания, то в следующей партии игрушек будет твоя подруга, двоюродная сестра и несчастная сиротка Настенька. - Довольно промурлыкал, не отрывая от меня взгляда.
  Мне оставалось шипеть в бессильной ярости в перерывах между поскуливанием от боли.
  - Пришло время выполнить первое задание, милая, - он медленно подошел ко мне, когда я смогла сесть, и потрепал по макушке. Издевательски ласковый голос сменился на приказной: - А теперь встала и пошла отсюда. И прихвати с собой что-нибудь в качестве доказательства, что не халтурила.
  Последнее что я запомнила, когда он вытолкнул меня из помещения, были многочисленные коридоры, по которым я неслась сломя голову.
  
  
Часть 1
  
  
Жертвоприношение
  
  
Глава 1
  
  
Сильфида
  
  Сказать, что я была ошарашена, снова оказавшись в храме гарпий, ничего не сказать. Я уже, наверное, раз в третий прихожу в себя после попадания в воронку здесь. И это не приносит мне никакого удовольствия. А близнецам Омнису и Таурусу наоборот, чем больше жертв, тем больше благ преподнесет им богиня.
  Кроме меня в главном зале, из которого исходят все коридоры, находились шесть существ. Трое из них мои сотоварищи по несчастью уже второй раз. И один человек, девушка. Она дольше всех приходила в себя. Присутствие здесь человека наводит на недавние воспоминания. Когда мы с орчанкой, эльфом и оборотнем сбегали отсюда в прошлый раз, выпустили всех их животинок. Люди не могут противостоять воздействию крови гарпий. Отсюда я могу сделать вывод, что их новым зверем будет эта девица. Даже на расстоянии видно, что она неадекватная.
  Заметив на себе взгляды старых знакомых, мотнула головой в сторону новенькой и скромно уставилась в пол. Они обязательно поймут, что я этим хочу сказать. Наши переглядки прервало торжественное явление близнецов. Вышли они из двери, которая расположена ближе к выходу, но остается неизменно запертой.
  Глаза бы мои эти рожи не видели. Конечно, приличной сильфиде не пристало так думать, но иначе не получается после лицезрения этих счастливых живодеров.
  Омнис как всегда громко чихнул, Таурус мысленно поржал, явив только усмешку, это ведь значит, что говорить будет он.
  - Добро пожаловать в Лабиринт, люди-нелюди. - Начал он торжественно и тут же приуныл.
  Чихнувший братец ткнул его локтем в бок и продолжил:
  - Начиная с сегодняшнего дня и... навечно, вы стали обитателями этого мира. Все коридоры с испытаниями в полном вашем распоряжении. Есть несколько помещений, где вы сможете переждать темное время и утолить голод. Но ни в коем случае не ищите выход из Лабиринта. Там вас будет ждать неминуемая гибель. - Он улыбнулся, довольный произведенным эфектом.
  Что? Я метнула взгляд к человеческой девице. Неужели я оказалась права и она здесь на правах новой зверушки. Она же в это время стояла как вкопаная и во все глаза смотрела на Тауруса, который инспектировал зал, проверяя все ли присутствуют на оглашении условий. Когда взгляд его остановился на ней, он гаденько усмехнулся. Девица вздрогнула и упала как подкошеная. Люди слабы... но только не с сывороткой из крови гарпии.
  Омнис некоторое время продолжал проговаривать условия, потом схватил брата за воротник и потащил прочь отсюда.
  Новенькие, после очередного в нашей жизни выступления близнецов, быстро расползлись кто куда, а мы вчетвером остались здесь обступив девицу.
  - Не к добру это. - Проворчал оборотень, засовывая руки в карманы и поддевая тело обморочной носком сапога.
  - Ну, и что с ней делать будем? - пробасила орчанка, отодвигая того в сторону. - Здесь бросим или с собой потащим? Времени до темноты осталось немного, а нам еще убежище найти надо.
  - С собой потащим, - ответила тихо, и не называя имен продолжила, главное, чтобы ребята уловили ход мысли. - Тот гарпий не простит нам, если бросим ее. Приметил себе игрушку, а это значит, что все шишки теперь посыпятся на ее голову. Главное переждать ночь, а с утра можно бросить, авось выживет.
  Я не смогла подавить смешок.
  - Главное, чтобы его увлеченность не грозила нам. - Сварливо проговорил чопорный эльф, поняв мою игру.
  Прихватив ее с собой, мы повременим с введением в ее кровь сыворотки, а можем и быстро избавить себя от ходячей проблемы.
  - Х-хватит. Тихо. - Раздался тихий стон с пола. И мы все склонились над человечкой, наблюдая за каждым ее действием.
  Ой, она же слышала все! Пытаясь растянуть на лице улыбку, доброжелательно воскликнула:
  - Ой, ты уже очнулась!
  На мои слова она ответила очень грубо: - Не старайся выглядеть такой, какой ты не являешься. И проваливайте уже, лицемерные твари.
  Мы переглянулись. Надо уводить ее отсюда. Если что, можно будет бросить ее в одном из тех коридоров, где близнецам запрещено находится. Там из нее стены напитаные энергией смерти быстро выпьют жизнь. Собиралась уже схватить ее за руки, когда оборотень, наш главный следопыт, ткнул меня и орчанку, которая стояла по другую сторону от него, в бока локтями. Я переключила внимание на него. Он же в свою очередь мотнул головой в сторону запертой двери. Не успеваем. Я и сама уже слышала приближающиеся шаги. Придется все-таки бросить ее здесь и ждать, когда нас истребят по одному.
  А она просто уставилась в пол и продолжала сидеть. Люди такие слабые.
  Мы быстро скрылись за одном из проходов в стене противоположной той, из запертой двери которой сейчас должен появиться Таурус. Успели вовремя, этим двоим на глаза попадаться не стоит, заморят и будут таковы.
  Только в коридоре отдышавшись, я поняла, что приближается темное время. Потолок наполовину окрасился черным.
  
  Я опасливо озираясь кралась по очередному коридору к повороту. Потолок почти весь окрасился черным и вокруг воцарилось подобие сумерек. Мне оставалось сделать два шага, когда позади меня раздались громкие шаги, гулко отдающиеся от стен. Преследователь был еще далеко, но ощущение, что сейчас он выскочит из-за предыдущего поворота нахлынуло непреодолимой волной.
  Хватаясь за стену кользкими, мгновенно вспотевшими, руками, юркнула за угол и сделала назад пару шагов. Что-то клацнуло и спину опалило жаром. Подскочила от неожиданности и повернулась лицом к, внезапно объявившемуся, препятствию. Коридор, который в предыдущие разы был пуст и вел к выходу, занимало препятствие. Самое мое нелюбимое. Дорога огня, как я про себя его обозвала.
  На этот раз было не пять видов плиток, излюбленное число двух отдельных гарпий, а семь. Та, на которую я случайно наступила, была белая и гладкая, отполированная до блеска. Следующая в первом ряду - серая из необработанного камня, как и стены вокруг, пол в предыдущих коридорах и главном зале. Третья шлифованная окрашена в синий, а четвертая в красный. Все остальные смешались перед глазами, когда кто-то резко схватил за руку и потянул в сторону. Краем глаза выхватила темный силуэт с горящими зеленой яростью глазами. В каком-то затмении со всей силы ударила человеческую девицу по лицу и выдернула руку из цепких пальцев.
  Она невнятно что-то прорычала мне во след, пока я неслась напролом через препятствие, пригинаясь под струями огня или высоко подпрыгивая над ними. Пару раз мне сильно опалило лицо, когда на бегу не успела вовремя увернуться.
  Но когда я уже была на безопасном расстоянии от основной части коридора, обернулась и обмерла.
  Человечка шла медленно. Не пригнувшись к земле, как до этого, а выпрямившись в полный рост. На бледном ее лице неудержимой яростью зеленели глаза, которые, я помню, были темно-карие, теплые даже в злости на нас четверых. Верхняя губа напряженно приподнята в подобии оскала, по коридору гулко раздавалось тихое утробное рычание. Она наступала не куда-нибудь, а на определенные плиты, ни одного всполоха не вырвалось из трубок, немного выпирающих из стен. Когда она подходила к концу препятствия, оскал сменился на довольную ухмылку, так похожую на обычную гримасу близнецов. Человечка одним прыжком преодолела разделяющее нас расстояние и остановилась, присев на корточки и упираясь руками о пол перед собой. Она прекрасно знает, что я оказалась в западне.
  Здесь тупик. В нескольких метрах за спиной находится дверь. Портал, который вынесет меня в родной мир, если успею до него добраться.
  Попятилась спиной вперед, не отрывая взгляда от новой зверушки гарпий, которая так же неотрывно наблюдала за мной. Улыбка ее при каждом моем шаге расплывалась все шире и шире. Когда же ручка двери уперлась мне в поясницу, и я дернула поворачивая ее, девица вытянула правую руку перед собой и разжала кулак. На ладони лежал небольшой серебряный ключик, который несомненно открывает именно эту дверь.
  Меня словно окатило холодной водой. Стояла напротив этого чудовища и тряслась от страха, навалившегося после осознания, что на этот раз живой отсюда не выберусь.
  В ее глазах на мгновение промелькнул остаток разума и, обведя коридор взглядом, она прошипела:
  - Шшшшто этооо?
  Раздумывать над тем, что она имела ввиду долго не пришлось, и я прошептала:
  - Храм...
  Бросившись вперед, прямо на человечку, попыталась пробиться за ее спину. Но не тут-то было, по сути слабое существо извернулось, скакнуло навстречу мне. Я даже ненароком залюбовалась высоким грациозным прыжком. Только зря это я. В следующее мгновение шею пронзила боль, а следом за этим последовало падение. Челюсти медленно сжимались, тупые человеческие зубы с трудом разрывали мышцы. Но в итоге добрались до сонной артерии. Некоторое время я еще пребывала в сознании, ощущая только боль раздираемого тела.
  
  ***
  
  Я пришла в себя внезапно. Резко, помимо моей воли, открылись глаза, не давая мне возможности привыкнуть к яркому свету. Потолок был полностью белым. Тело немного повозившись село и повертело головой.
  Осмотр пространства вокруг показал, что от места нападения на сильфиду я отошла не далеко. Или брызги полупрозрачной с голубоватым оттенком крови долетали на столь большое расстояние? В голове быстро пронеслись воспоминания, как я вгрызлась в шею далеко не хрупкой девушке, как раздирала ее, чтобы умертвить, а потом жадно рыча отдирала и сжирала куски сырого мяса с очень странным привкусом.
  От воспоминаний о прошедшем темном времени, меня скрутило в рвотном позыве, но истощенное тело давно переварило поступившую пищу. Пока я, скрутившись калачиком, пыталась подавить неприятное ощущение, ко мне кто-то беззвучно подобрался. Поняла это только, когда мне потрепали по спутанным волосам на макушке.
  - Хорошая зверушка. Только не оставила доказательств... - раздался совсем близко голос гарпии.
  Какой-то внезапно пробудившийся инстинкт заставил меня подскочить с места и наброситься на него, сбивая с ног и подминая под себя его тело. Его глаза, совершенно спокойные, были напротив моих. Не понравилось мне это спокойствие и рот сам исказился в оскале, а из глотки вырвалось утробное рычание.
  - Подожди, - таким же спокойным голосом, как и взгляд, произнес он. - Сейчас действие сыворотки пройдет.
  И правда, через несколько секунд каждый отдел мышц начал последовательно расслабляться, оставляя после напряжения болезненное подергивание. Ярость отступила, являя полнейшее безразличие. Болезненно выдохнув сквозь зубы, бессовестно зарылась лицом в рубашку пернатого, свернувшись на его груди калачиком.
  - Слезай уже... - недовольно прошипел гарпий, пытаясь спихнуть меня.
  Именно в этот момент все тело прошило резкой режущей болью. Конвульсивно впиваясь и разрывая ткань его рубашки ногтями, выгнулась так, что захрустели все суставы одновременно. Скатилась с пернатого на холодный пол. И тут мое тело словно начали разрывать на мелкие куски.
  Я ничего не видела, перед глазами стояла непроглядная тьма, хотя я чувствовала, что веки распахнуты до предела. Ко всем прелестям отходняка добавилась паника, перехватившая дыхание.
  Перед мысленным взором, возможно от наступающей асфиксии, предстала картина: я задыхаясь извиваюсь, как уж на сковороде, на полу, а обеспокоенный гарпий шлепает меня ладонью, предварительно зафиксировав мои руки другой, по щекам, пытаясь привести в чувство. Сквозь боль почувствовала, что мои щеки уже начинают гореть от звонких пощечин, но ничего не могла сделать, тело мне не повиновалось.
  - Чертов Омнис! Если еще раз не разбавил концентрат... - сквозь звон в ушах донесся голос. А потом я провалилась в благодатную тишину и очередной приступ парализующей боли мгновенно прервался.
  Попыталась открыть глаза. Удивительно, но мне это сразу удалось, будто не было тех мгновений боли, которые застлали взгляд темнотой. Я смотрела на черную полосу, примерно в пять сантиметров, на белом потолке. Значит прошли не мгновения, а больше получаса.
  На лицо опустилась тень и передо мной предстал гарпий.
  - Как самочувствие? - поинтересовался он.
  Глупый вопрос, как я могла себя чувствовать пережив такое? Разбитой, измученой, растоптанной, слабой, как новорожденный котенок. Интересно, как он остановил отходняк? Ведь это точно он, кроме него здесь никого не было.
  - Отвратительно... - собрав воедино все определения проплывшие в пустоте, прохрипела в ответ.
  Он кивнул каким-то своим мыслям и произнес:
  - Даю тебе одно темное время на отдых, завтра тебя ждет новое задание.
  И новая доза треклятой сыворотки меня тоже ждет, прямо не дождется. Я только кивнула, соглашаясь с предъявленным условием, оспорить которое не имела право. Вообще ни на что не имела право.
  Пернатый снова кивнул своим мыслям, отвернулся и скрылся из поля зрения. Где-то рядом хлопнула дверь.
  Села и с удивлением осознала, что не ощущаю последствий внезапного приступа. Во всем теле была какая-то подозрительная легкость. Осмотрелась. Все тот же коридор, в котором я проснулась после ночных кошмаров наяву. Хотя, ничего удивительного тут нет. Не могла же я в том состоянии переползти в другой. С легкостью, которая, чувствую, мне еще аукнется, встала с пола и побрела к виднеющемуся в конце повороту.
  
  Я медленно переставляла ноги, которые наливались тяжестью. Не знаю сколько коридоров прошла, но точно могу сказать, что ни одной двери в их стенах не было. Мне нужно найти одну из комнат, чтобы отдохнуть и спрятаться от темноты, которую я боюсь до потери сознания.
  Потолок уже наполовину окрасился в черный и это подгоняло меня передвигаться чуть более интенсивно. Хотя толку от этого все равно никакого. Медленно, все движения совершаются слишком медленно. Как будто подошва сапог увязает в смоле, которой кто-то обильно полил пол. Еще пара шагов и я упаду без сил.
  Упрямо продолжала идти вперед, прислоняясь для пущей надежности плечом с стене. Тогда и заметила выступ дверного косяка, случайно задев его.
  Отошла на шаг и встала напротив двери, с неверием рассматривая ее резную поверхность. Картина, изображенная на дереве, которую я очень сильно хотела рассмотреть, не хотела становиться цельной, поэтому плюнула на нее, схватилась за ручку и потянула на себя.
  Помещение оказалось небольшим. С серыми стенами, с потолком наполовину окрашенным в черный, в углу стоял стол, в другом - кровать. О! Чудесно! Хотя бы выспаться смогу. Я поспешно, как смогла на подгибающихся-то ногах, подошла к столу и с недоумением воззрилась на пачку спичек из родного мира, серебряный подсвечник, который два года назад сдала в ломбард, и пару парафиновых свечей, бывших в употреблении, потому что сама их и поджигала, когда свет отключали. В центре стола, который так же стоял в моей небольшой комнатке, располагалось прикрытое крышкой блюдо. К нему я не притронулась, во рту до сих пор стояло специфическое послевкусие сырого мяса сильфиды. Боюсь представить, какое на вкус оно в готовом виде.
  Отогнав непрошенные мысли, подхватила подсвечник и потащила ближе к кровати, рядом с которой стоял добротный стул. Обычно, взяв этот стул, выбивала дверь, когда в хламе терялись ключи и я совсем уж не могла их найти. Именно эта мысль натолкнула меня на то, что в комнате собраны предметы каким-то образом принадлежащие мне в родном мире. И это не просто иллюзии, а материальные проекции воспоминаний. Я бы не смогла держать в руке воздух, она бы просто прошла мимо предмета. Интересно, такое во всех комнатах?
  Поставила свечи на стул, села на кровать...
  
  Приходила в себя долго. Последние часы прошли более чем кошмарно. Как только я села, меня накрыла очередная волна боли, которая не отпускала меня до сего момента.
  Потолок практически весь был черный, осталась полоска в сантиметр, если не меньше и в комнате сгустились сумерки. Минут через десять тут будет кромешная тьма. Переборов слабость, дотянулась до пачки спичек, достала одну и на уровне глаз, не заботясь о безопасности, чиркнув единожды по упаковке, подожгла ее. Чтобы достать до свечи, пришлось поворачивать налитое свинцом тело на бок.
  Мне удалось донести подожженную спичку до свечи, не загасив ее. Фитилек, немного потрещав, занялся беспокойным пламенем, бросая скачущие тени на стены.
  Снова перевернувшись на спину, уставилась в потолок. Что там напоследок ответила сильфида? Лабиринт - храм? Интересно, кому он посвящен? Что за извращенное понятие об архитектуре? И почему именно лабиринт? А главное, как найти выход из него, если это практически не возможно? И все-таки, что-то мне подсказывает, что последнее мое задание будет связано именно с поиском выхода, что совершенно не реально, исходя из условий.
  В целом получается, что на данный момент у меня очень много вопросов, но нет ни одного ответа. И еще добавляются. Что за сыворотка? Почему так действует, разделяя сознание от тела, заставляя наблюдать за действиями, словно со стороны? И каковы будут последствия?
  Пока предавалась размышлениям, полосу света на потолке полностью поглотила чернота. Единственная свеча, с трудом, потрескивая, спасала от сгустившейся по углам тьмы. Ее мне все-таки показалось недостаточно и, мысленно дав себе пинка, я пошевелилась, села и поспешила зажечь вторую. Теперь можно со спокойной душой отдохнуть.
  Откинулась на спину и сразу же провалилась в беспокойный сон.
  
  Мне снилось как я стояла в кромешной темноте, дрожала от страха и всматривалась вдаль.
  Первой появилась мама. Она осунулась от беспокойства, глаза лихорадочно блестели, на впалых щеках четко виднелись дорожки слез, которые она выплакивала каждую ночь. И плакала, между прочим, обо мне. А я не могу отправить весточку ей. Не знаю, сколько времени прошло с моего исчезновения.
  Я наблюдала за тем, как она медленно открывает рот и надтреснутым с нотками истерии голосом, громко зовет меня:
  - Ежик! Леночка, где же ты?! Отзовись, Ежик!
  Старое детское прозвище больно полоснуло по сердцу, но я даже бессильно осесть не смогла, стояла как истукан с острова Пасхи. Прозвище это пристало ко мне, когда в девять лет обрезала себе волосы почти под корень, в нескольких местах повредив кожу и оставив большие проплешины. Маме пришлось вести меня в парикмахерскую, чтобы обрили на лысо. И пока волосы отрастали, я была похожа на ежика-переростка.
  Она все звала и звала меня, а я давилась беззвучными бессильными слезами.
  Мама исчезла. На ее месте возникла сестра. Она бегала в темной пустоте громко кричала и пыталась найти меня.
  И так, человек за человеком, вереница самых родных мне людей являлась в мой сон, пытаясь отыскать, но я только глотала слезы, понимая, что больше никогда их не увижу.
  Я застряла в этом странном месте - лабиринте, в который не позволю забрать ни одного из них. Выполню все задания, но сестру затянуть сюда не дам.
  
  Когда я открыла глаза, было светло, а над моим лицом навис гарпий, который от неожиданности сморгнул третьим веком.
  - Проваливай отсюда! - сварливо взвизгнула, швыряя в отскочившее существо, возникшую ниоткуда, подушку.
  Села по-турецки на кровати, удивляясь тому, как это легко у меня получилось, и наблюдала за действиями гарпия, который на этот раз объявился в своем пернатом образе.
  В нашем мире этих существ изображают безобразными полу-людьми полу-птицами, обязательно на распотрошенном трупе очередной жертвы. Передо мной же предстала полная противоположность тех облезлых отвратительных созданий. Он медленно плавно переступал на длинных птичьих ногах. Половину тела покрывали жесткие черные перья, которые захотелось пощупать, а руки полностью трансформировались в крылья, маховые перья которых подметали пол. Лицо почти не изменилось, только глаза стали по птичьи округлыми.
  Таурус подошел вплотную ко мне, наклонился так, чтобы наши лица находились на одном уровне, и зло усмехнулся, обнажая внушительные клыки.
  - Пожалуй, сегодня я удвою дозу сыворотки, - проклекотал, хватая за руку. У него, оказывается, как у летучих мышей, есть подобие пальцев.
  Откуда-то из воздуха достал небольшую плоскую коробочку, которую тут же открыл. Вынул из нее большой шприц, полностью заполненный зеленой жидкостью. Я попыталась вырвать руку из захвата, но не тут-то было. Он вцепился в нее мертвой хваткой, при малейшем движении оставались глубокие, быстро заполняющиеся кровью, царапины.
  Выпустив воздух, он воткнул иглу в вену на сгибе локтя и ввел мерзкую жижу в кровь.
  - Надеюсь, сегодня ты так же будешь хорошей девочкой и выполнишь то, что я тебе прикажу.
  Снова последовало разделение тела и сознания, на этот раз намного быстрее, чем в предыдущий. Не было той всепоглощающей ярости. И я почувствовала, что против воли киваю, соглашаясь с ним.
  Он склоняется к моему уху, слишком близко и интимно, заставляя бегать по телу стада мурашек, и проникновенным шепотом произносит имя следующей жертвы. Гарпий отстранился, нежно, как какую-то собачонку, потрепав меня по щеке.
  Он уже собирался отвернуться, когда тело решило поддаться моему желанию. Рука-предательница потянулась к перьям на его груди, провела по ним пальцами и вернулась на место рядом с ногой, как было изначально.
  Гарпий удивленно замер, рассматривая шаловливую конечность, на предмет ее удаления, потом выдохнул и все-таки удалился из комнаты.
  А я поняла, что перья не только визуально мягкие. Что-то я не о том...
  Пришло время. Тело поднялось с постели, побрело к выходу из комнаты, отворило дверь и направилось на поиски очередной жертвы.
  
  
Глава 2
  
  
Гарпии
  
  Таурус стоял в тени чертогов Оракула. В самом углу, чтобы не попадаться на глаза безобразной, даже по меркам гарпий, женщины. Сегодня вечером его очередь выслушивать проповеди старухи, которая, сколько он себя помнил, вещала от лица богини.
  Седая, морщинистая, с проплешинами в перьях, вестница Гаргиппии что-то напевала под нос старческим голосом и крючковатыми пальцами вышивала. Внезапно, словно почувствовала чужое присутствие, она подняла слепые глаза и посмотрела прямо в тот угол, где скрывался один из близнецов.
  Гарпию показалось, что старуха не только посмотрела в его сторону, но и заглянула в глаза и саму душу.
  Она отложила рукоделие, вытянула руку, на которой появилась фигурка недавно прибывшей в храм человечки, и проскрипела:
  - Гаргиппии нужна она, чтобы сменить меня на посту Оракула. Подготовьте ее. Используйте ту сыворотку в большей концентрации или делайте дозы больше.
  Перед мысленным взором Тауруса возникла недавняя картина того, как он вкалывает зверушке двойную дозу. Он знал, что Оракул не применет заглянуть в его сознание.
  - Чудесно, Таурус. Ты как всегда опередил даже нас с Гаргиппией. Надеюсь я скоро смогу уйти на покой, - она вздохнула и вернулась к оставленной без внимания вышивке.
  Гарпий заскрипел зубами, старуха никогда не обременяла себя условностями и копалась в чужих головах как в своей, пытаясь выведать все, о чем думал присутствующий в чертогах. Они с Омнисом научились скрывать то, что ей знать не обязательно, но та каким-то непостижимым образом пробиралась через блок.
  Он развернулся на каблуках и вышел из помпезного помещения. Путь его следовал в лабораторию, где во всю веселился Омнис, синтезируя новые виды сыворотки и тестируя их на грызунах. Прошлые зверушки были как раз из жертв этих экспериментов. Сейчас же выдался один из тех редких случаев, когда они могут себе позволить протестировать ее на человеке.
  Он улыбнулся мыслям. Когда Оракул объявила о том, что Гаргиппия требует жертв, они даже не предполагали, что им улыбнется удача. На мониторе, среди информации остальных существ , всплыла карточка человека.
  Это произошло десять светлых времен назад, когда Таурус от надоевшего безделья забрел в чертоги. Последнее жертвоприношение прошло не совсем удачно: четверо из шестерых выжили и выбрались из лабиринта, предварительно открыв клетки с тварями. Это была настоящая потеря. Последние представители вида, выведеного гарпиями, вырвались из Лабиринта и теперь медленно подыхали где попало без вмешательства создателей. Самая первая сыворотка была синтезированна для их создания.
  Как только Таурус тогда вошел в чертог, Каталина сразу же, без обычных расшаркиваний, объявила новость, ставшую новой надеждой для всех гарпий, живущих на поверхности. Они наконец задобрят разгневаную богиню и катастрофы медленно уничтожающие мир прекратятся.
  Конечно ему даже не дали возмутиться количеством оставшегося времени. Надо было вывести новых особей, подобрать жертв, добраться до них, выудить из родного мира и только тогда начинать. Но, как оказалось, список уже был составлен, вместо тварей - человек. Потом подоспели и условия, которыми Таурус был очень доволен. Жаль только своими руками ничего сделать нельзя, только ввести сыворотку в кровь и наблюдать.
  А список... Четверо из семерых неплохо знакомы по предыдушим побегам, теперь они никуда не денутся. Двое новеньких. И новая зверушка.
  Потом была приветственная речь, над которой пришлось немного поколдовать, дабы изменить под обстоятельства. Они полюбовались на испуганные лица жертв. И единственное равнодушное.
  Гарпий усмехнулся. Тогда она еще не знала, что ее ожидает. А сейчас как-то подозрительно быстро смирилась, хоть и пытается еще трепыхаться. Может уже продумывает, как выберется отсюда? Ведь она уже поняла, что последнее задание будет связано с этим. Она очень сообразительная. Но у нее врядли что-то получится, к тому времени она уже перестанет быть человеком, а сознание гарпии-медиума навсегда поселится в ее довольно милой головке.
  Жаль, что у Гаргиппии на нее планы. Из этой человечки получилась бы идеальная зверушка, готовая на все ради куска мяса или нескольких кубиков сыворотки в кровь. Для дальнейших жертвопринашений такая не помешала бы.
  Он на минуту замер перед дверью лаборатории, из-за которой доносились громкий истошный писк и крики Омниса, в очередной раз упустившего подопытную крысу. Сейчас лучше не входить, иначе отхватит он от братца по полной за сбежавшего грызуна. Пока стоял в ожидании прислушивался к воплям, и не сразу услышал приближающиеся скачки. Громкие, сопровождающиеся скребущими звуками, словно по камню проводили когтями или еще чем-то.
  Когда уловил все-таки посторонние звуки, которым в этой части лабиринта быть не должно, он уже лежал на полу, крепко прижатый телом напавшего. Когда боль, затуманившая сознание после падения на камень, отступила, гарпий открыл крепко зажмуренные глаза, которые тут же от удивления стали как два блюдца.
  На нем восседала человечка. Ее затуманенный взгляд был прикован к его глазам, по губам блуждала безумная улыбка. Гарпий замер от внезапной мысли понаблюдать за тем, что она будет делать дальше. Его не испугала даже перспектива быть убитым. В любом случае, если медиум не сможет сломить ее разум, она убьет здесь всех. В конце концов, оракул и жрецы не бессмертны.
  Ее взгляд переместился на губы, лицо приняло сосредоточенный и серьезный вид. Таурус напрягся, мало ли что она может выкинуть, помимо банального поцелуя. Девушка медленно наклоняется и, когда до соприкосновения остались считанные миллиметры, внезапно вскинулась, пристально смотря в конец коридора. Наклонила голову к плечу, прислушиваясь. Таурас невольно последовал ее примеру и услышал отдаленные гулкие шаги.
  Зверушка, внезапно вспомнив о гарпии, снова посмотрела на него, наклонилась к лицу и провела шершавым языком по щеке, оставляя на коже влажный след. Таурус невольно содрогнулся от неприятного ощущения, словно наждачной бумагой провели, и невидящим взглядом уставился в потолок над плечом нависшей девицы. То, что она сейчас сделала, относилось к заявлению прав гарпии на отдельно взятую мужскую особь ее вида.
  Человечка резко вскочила на ноги, продолжая смотреть ему в глаза, а он в этот момент случайно краем глаза заметил изменения. Только из того положения, в котором он находился, разглядеть что-либо подробнее не представлялось возможным. Она снова уставилась в конец коридора, прислушалась и, растянув губы в кровожадной усмешке, сорвалась с места.
  Гарпий с трудом сел, посмотрел в ту сторону, где уже скрылась зверушка, и невольно усмехнулся. Теперь главное, чтобы Омнис не пересматривал все записи за сегодняшнее светлое время, иначе засмеет.
  Он встал с пола, подошел к двери, за которой уже завершились разборки со сбежавшим грызуном, открыл и вошел в лабораторию, при этом продолжая прокручивать в голове произошедшее.
  Омнис, до этого смотревший в монитор, повернулся к нему и радостно оскалился. Указывая на темное изображение, он произнес:
  - Ты только посмотри, что она творит. Где Оракул такую откопала?
  - На смену себе она может выбрать только лучшее, - выдохнув, отвечает Таурус. Он даже не сразу понял, что задерживал дыхание с того момента, как открыл дверь. И будто что-то тяжелое с плеч свалилось, братец еще не соизволил переключить камеру.
  - Что?! - вскричал Омнис, ошарашенно смотря на брата, оскал сразу слетел с его лица. - Но почему именно она?
  Он ткнул пальцем в монитор, на изображении в углу, под самым потолком, цепляясь длинными загнутыми когтями за промежутки в кладке, зависла человечка.
  Гарпий в ответ только пожал плечами, подошел ближе и уставился в экран. Здесь-то он и смог оценить степень изменений. Руки девушки вытянулись, появился еще один сустав, наличие когтей, черты лица стали более выразительными. Мутирует она слишком быстро.
  - Что ты в последнюю дозу сыворотки добавил? - задумчиво спросил он.
  - Ничего, я просто ничем не разбавил кровь Оракула, - последовал ответ.
  Таурус задохнулся от внезапного осознания того, что совсем недавно натворил. И не только он, но и его братец.
  - Ты... - он стремительно подошел к креслу Омниса, развернул его и навис над братом, который с неподдельным недоумением взирал на него. - Ты знаешь, что сделал?! Ты же помнишь, что творил неразбавленный концентрат с теми грызунами! О чем ты думал, когда подсовывал мне это? Она же свихнется до того, как ее разум успеет сломить медиум! - он обессиленно опустился на стул, который стоял рядом, опустил голову, свесил руки. Совсем тихо произнес: - а я, дурак, еще и двойную дозу ей вколол...
  - О, черт... - тихо чертыхнулся близнец, с ужасом смотря на брата, пребывающего в непривычном для него состоянии.
  - Не то слово... - глухо сказал Таурус, вскидывая голову и смотря на монитор.
  Девица смотрела прямо в объектив камеры. Оскалившись, она вытянула руку и когтем сковырнула ее. Экран заволокли помехи, прервавшиеся белым шумом.
  Омнис нажал кнопку на клавиатуре и появилось изображение с другой камеры в том же коридоре, только действие там развивалось уже более активно. Из-за поворота вывернул оборотень, который доставил им очень много проблем в предыдущие разы. Озираясь по сторонам, принюхиваясь к воздуху, но не поднимая взгляда к потолку, так как не ожидал нападения сверху, он медленно брел к следующему повороту.
  Таурус невольно усмехнулся, вспоминая о том, что ранее этот коридор без каких-либо препятствий вел к порталу. Но сейчас там его ожидал сюрприз.
  
  ***
  
  Мое тело зависло под потолком, зацепившись длинными крепкими когтями за промежутки в кладке стен. То, что мной сейчас управляло, выбрало очень удобное место для ожидания следующей жертвы, как раз в углу над аркой, которая прикрывала меня от постороннего взгляда со стороны поворота.
  Я отлично слышала шаги, раздающиеся под аркой. Вот и он идет. Губы растянулись в оскале.
  Внезапно внимание привлек какой-то блик, бросила взгляд в ту сторону и заметила между камнями почти невидный отблеск на объективе камеры. Хорошо зрение обострилось и смогла увидеть это мизерное детище цивилизации. Удивительно, но здесь, оказывается, есть блага современного мира.
  Но, если здесь стоит камера, то где-то должен находиться монитор, по которому за мной наблюдают. Нет, не предоставлю им удовольствия видеть, как мучаюсь, цепляясь за эти ужасные сырые стены. Невольно оскалилась при этой мысли, из-за внезапно появившихся клыков разучилась нормально улыбаться.
  Неимоверным усилием воли подчинила себе руку, потянулась к противоположной стене, как не удивительно, но дотянулась, и поддела обнаруженное оборудование. Вытянув его из осыпающегося раствора, перерезала проводок острыми когтями и швырнула в сторону. Прислушалась. Шаги слышны уже под аркой. Тело снова цепляется рукой за стену, чтобы не сползти вниз раньше времени.
  Оборотень вошел в коридор медленно, опасливо озираясь и принюхиваясь.
  Тело все подобралось, готовое в любой момент сорваться с места и броситься следом за осторожничающим существом. До этого он шел быстрее. Неужели все же почувствовал чужое присутствие и запах, даже с маскировкой.
  Тело дождалось, когда он добрался до поворота, и сползло вниз. Как только почувствовало под ногами твердую поверхность, медленно, прижимаясь боком к стене, прокралось ближе к застывшему в замешательстве мужчине. Остановилось у него за спиной и выглянуло в коридор, положив подбородок на плечо. Повезло, что он не высокий, без проблем достала.
  - Что-то не так?.. - помимо моей воли вырвалось шипение.
  Спина оборотня напряглась. Медленно он разворачивается и смотрит в мои глаза, а я понимаю, что губы расплываются в многообещающей ухмылке. Он делает пару шагов назад и замирает. И я понимаю его. Путей отступления у него не осталось: с одной стороны я, с другой препятствие, мое самое любимое еще по приключенческим фильмам. И что-то подсказывает, что до сегодняшнего дня здесь был свободный коридор, а в самом конце портал.
  Оборотень посмотрел через плечо в конец коридора, снова повернулся ко мне. Во взгляде появилась решимость. А моя ухмылка расползлась еще шире.
  Он стремительно развернулся и, перекидываясь на ходу в волка, бросился в коридор. Вспрыгнул сверху на первые два, качающиеся маятником... топора? Не знаю, как они называются. Перескакивает на следующие и так пока не добрался до конца.
  И тут уже начало действовать мое тело. Передвигаясь в такт движениям алебард, медленно продвигалось к попавшему в западню существу. У меня в руке материализовался небольшой ключик, который открывает дверь портала. Только сама я им воспользоваться не смогу, как и никто другой, кроме близнецов. Обидно быть так близко к свободе, но не иметь возможности выбраться. А тот уже узнал, что выход закрыт, и метался по небольшому свободному пространству, словно зверь в клетке. Хотя, почему это словно? Он и есть зверь.
  
  (08.06
  Выходя из полосы препятствия, вытянула руку перед собой и разжала пальцы. На ладони перед затравленным взглядом оборотня поблескивал в тусклом свете узкой белой полосы на потолке ключ. Оскалившись, он ударил лапой по руке, располосовывая кожу. Ключ отлетел в сторону, отскочил от стены и приземлился в середине коридора.
  Где-то внутри заклокотала ярость, которая все это время спала, свернувшись в тугой клубок. Не обращая внимания на истекающую кровью руку, замахнулась и двинула со всего маху по волчьей морде, оставляя глубокие кровавые раны. Он, мотая головой, отскакивает в сторону и не мигая смотрит на меня.
  В сознании на короткое время прояснилось и я почувствовала вполне осязаемый страх. Свой страх. Я оцепенела от накатившей боли и, воззрившись на оборотня полными ужаса глазами, прошептала срывающимся голосом единственны вопрос перед погружением в очередной транс:
  - Зачем мы здесь?
  - Жертвоприношение. Ты их зверушка, мы - жертвы... - успел прорычать оборотень, недоуменно моргая. Понял, что время передышки закончилось только тогда, когда моё тело нанесло удар, оставив на другой стороне морды ещё четыре глубокие борозды.
  Зверь яростно взрыкивает и отчаянно бросается на меня, намереваясь продать свою жизнь подороже. Если бы хоть частично владела своим телом, остановилась бы и ждала, когда на шее сомкнутся сильные челюсти. Дорога домой закрыта, влачить жалкое существование зверушки, которую пичкают какой-то зелёной гадостью, не собираюсь.
  Но сегодня явно не мой день и, тем более, не оборотня.
  Мой равнодушный взгляд отстраненно следил за тем, как рука, в которой прибавился сустав, вспарывает живот довольно крупной зверюги и проходит насквозь, острыми когтями разрывая мягкие ткани.
  
  ***
  
  - Таурус... Таурус... Немедленно отправляйся туда, спасай свою зверушку... - с нескрываемой паникой в голосе шепчет, завороженный происходящим на мониторе, Омнис. - Она же сдохнет, если сожрет его.
  Гарпий оторвал взгляд от мутантки пожирающей оборотня и равнодушно воззрился на паникера. Снова посмотрел на остановленное изображение, только уже оценивающе.
  - А мне интересно, что будет, если полугарпия, сожрет отравленного мяса оборотня. Очень интересно, - произносит Таурус, тяжко вздыхает и продолжает: - но так и быть, пойду спасать. Жалко зверушку... Гаргиппия не простит нам потерю будущего Оракула.
  Встаёт с кресла, идёт к двери, но останавливается, когда слышит за спиной:
  - Только сам не помри там. Скорее всего она уже свихнулась под действием сыворотки.
  - Не бойся за меня братец. И не из таких передряг выбирался, - усмехнулся Таурус и вышел из лаборатории.
  В коридоре на противоположной, с виду совершенно гладкой, стене нашарил небольшой выступ и открыл вход на короткие пути, которые с помощью нескольких пространственных переходов значительно ускоряли перемещение по лабиринту.
  Он зашёл в более узкий тёмный коридор и направился в сторону, где сейчас зверушка пожирала вторую жертву. И если в лаборатории он был совершенно равнодушен к происходящему, то сейчас испытывал беспокойство. Ведь из них двоих именно ему всегда доставалась миссия присматривать за живым оружием. Богиня и правда не простит ему очередную потерю. Она отбирала её долго и тщательно среди сотен остальных, тем более похитить человека с Земли намного более сложная задача, чем из любого другого мира. Даже для Гаргиппии.
  Он шёл быстро, по нескольку раз переходя сквозь пространство, избегая приближаться к коридорам, которые прилегают к живой части храма. К тому ужасающему существу, которое свернулось в самом центре и высасывает жизненные силы всех, кто неосмотрительно забредет в его владения, вне зависимости от статуса того несчастного.
  В скором времени Таурус вышел в ближайший к нужному месту островной коридор и выглянул из-за угла. В этот момент девица пыталась одной рукой оторвать от изрядно пожеванного тела руку, а другой запихивала в рот большой кусок сероватого мяса. Уж не как трофей ли она собирается предоставить эту не полностью трансфорсированную лапу им с братом? Он усмехнулся этой мысли. Но тут же посерьезнел, когда заметил, что зверушка странно содрогнулась всем телом, схватилась за голову, опустилась на пол и, подняв лицо к потолку, замерла. Пришлось выйти из укрытия и направиться к ней.
  Он прикоснулся к слегка подрагиващему плечу и тут же отскочил в сторону, когда к его шее метнулась рука в попытке схватить. Голова медленно повернулась и один светящийся зеленым глаз в упор уставился на него.
  - Проваливай отсюда. Не мешай, - слышится утробное рычание.
  - Так, давай успокаивайся, скоро действие сыворотки закончится и все будет хорошо, - успокаивающим тоном произнёс Таурус, медленно подойдя к девице.
  - Хорошо, говоришь, будет? - прорычала она и нервно хохотнула. - В моей голове уже кто-то сидит, Таурус. Это уже ненормально... Все ненормально...
  Девушка снова схватилась за голову, а гарпий удивлённо замер.
  - Таурус, я не могу с ней справиться, - тихо шипит голос Оракула. - Она сопротивляется... И не останавливается. Хочет убить себя и меня...
  Не смотря на ситуацию, Таурус от осознания происходящего не в силах был пошевелиться. Гарпией-медиумом именно этой человечки стала нынешняя Оракул.
  А девушка, договорив, с новыми усилиями продолжила впихивать в себя мясо, давясь и рыча, как голодная бездомная кошка или те зверушки, которых выпустили в прошлый раз. Кто тогда это сделал? Да, именно этот оборотень.
  Отойдя от оцепенения, гарпий усмехнулся воспоминаниям. Да, расправа подобная этой заготовлена у Гаргиппии для каждого, кто нарушит её ритуал. Но сейчас все более разнообразно. Жертв не просто разрывают на куски, как было с теми неразумными существами, которых вывел Омнис. Новая зверушка загоняет их в ловушку, проводит через препятствие и, показав ключ от двери-портала, которую сама открыть не может, убивает. Только теперь нужно отучить её жрать непригодное для еды мясо.


Продолжение следует...


Ваши отзывы и оценки стимулируют меня писать дальше. Простое "спасибо" сделает автора счастливым.

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Н.Королева "Стажировка в Северной Академии" (Фэнтези) | | М.Славная "Мы созданы друг против друга" (Женский роман) | | М.Коган "Цена жизни" (Боевая фантастика) | | В.Чернованова "Мой (не)любимый дракон. Книга 2" (Попаданцы в другие миры) | | А.Субботина "Мальвина" (Романтическая проза) | | А.Минаева "Королева драконов" (Любовное фэнтези) | | В.Десмонд "Золушка для миллиардера " (Романтическая проза) | | Е.Мелоди "Тайфун Дубровского" (Современный любовный роман) | | О.Гринберга "Отбор для Черного дракона" (Любовное фэнтези) | | А.Грин "Горничная особых кровей" (Любовная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"