Купырёва Саша: другие произведения.

Невзаимная любовь

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "Невзаимная любовь" - трагичная история любовного треугольника Николая Савельева и двух родных сестер Галины и Лидии, влюбленных в одного мужчину. Основная часть истории развивается в середине 1970-х годов в Москве. Насколько может быть безумна любовь, а если это чувство выжигает изнутри, что заставляет вступать в борьбу за сердце любимого с родной сестрой? "Невзаимная любовь" - отдельный самостоятельный отрывок из книги "В секунде от удачи". Тем, кто читал, ничего не изменилось, незначительная редакция по адаптации истории) Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!


   Купырева Саша
   Невзаимная любовь
  
   Самостоятельный отрывок из книги:
   "В секунде от удачи"
  
  
   Аннотация: "Невзаимная любовь" - трагичная история любовного треугольника Николая Савельева и двух родных сестер Галины и Лидии, влюбленных в одного мужчину. Основная часть истории развивается в середине 1970-х годов в Москве.
   Насколько может быть безумна любовь, а если это чувство выжигает изнутри, что заставляет вступать в борьбу за сердце любимого с родной сестрой?
  
   "Невзаимная любовь" - отдельный самостоятельный отрывок из книги "В секунде от удачи". Тем, кто читал, ничего не изменилось, незначительная редакция по адаптации истории)
  
  
   Невзаимная любовь
  
   ГЛАВА 1
  

"Невзаимная любовь, одинокая игра...

Погружение в себя, и чем глубже, тем видней,

Что никогда не быть рядом..."

"Мара" - "Невзаимная любовь"

Москва, июль 2010

  
   Утром Ника открыла глаза, поморгала, пытаясь осознать, где это она? Высокие потолки с вычурной лепниной были только у мамаши в замке, значит, на дачке в Рублево.
   Не прошеным воспоминанием накатил вчерашний день...
   Папа вчера, провел с ней целый день в разъездах, сначала отвез в больницу, потом по рабочим скучным делам в офис, потом на стройку в Подмосковье. Не отпускал от себя ни на шаг, с одной стороны было приятно, что папа, пусть и таким неоригинальным способом проявлял заботу о дочери, с другой он утомил нравоучениями.
   Иногда она очень отчаянно скучала по тем дням, когда папа был для нее целой Вселенной, родной, заботливый. Она понимала, что папа все так же любит ее, и никогда не бросит в беде, но как вернуть то сказочное время, когда была принцессой в королевстве, построенным вокруг нее. Противостояние, так бы она сейчас охарактеризовала их отношения.
   Папа больше не восхищался ей и не потакал во всем, сплошные строгости и тотальный контроль, ее глупые демарши, вот теперь методы их взаимоотношений. Она утратила безусловное право на доверие, и в этом была виновата сама...
   Вчера вечером, после небольшого сопротивления и легкого семейного скандальчика, отец в принудительном порядке отвез ее в загородный особняк к матери, и даже остался на ночь. Ника всегда чувствовала себя мамином навороченном особняке неуютно, в блестящей роскоши, что окружила себя мать, где каждая вещичка находится в строго установленном месте, стоила баснословных денег, и была привезена из-за границы. Мама окружила себя антиквариатом, и жила в неприкосновенном музее, зная о каждом предмете больше, чем о жизни дочери.
   Мама любила на людях изображать себя суетливой наседкой, пекшейся о потомстве, сплошное лицемерие. Ника знала, что в глубине души мать ее до сих пор ненавидит, и считает виновницей краха своей личной жизни с отцом.
   Именно этого ей так и не смогла простить Ника, не любовь к собственному ребенку.
   Мама уделила, положенные по давно заведенному регламенту, пять минут внимания дочери, спросила, как дела, заботливо погладила по головке. Перед прислугой особо утруждаться не надо, изображая заботливую мать. И тут же переключилась на мужа, порхая престарелой бабочкой, абсолютная счастливая, что любимый Коленька остался с ней на ночь.
  

***

  
   Так было всегда. Ника, с раннего детства, какой маленькой она только могла себя вспомнить, понимала, что родители живут неправильно. Как правильно, она была не совсем уверенна, но знала точно, что мама с папой не должны все время ругаться, устраивая безобразные шумные скандалы с битьем посуды.
   Маленькая Вероника во время ссор пряталась под стол, обнимая своего любимого облезлого плюшевого медведика, и молилась. Она видела, как молилась бабушка, становясь, каждый вечер в угол, где висели иконы, зажигала лампадки, и просила у Боженьки прощения за все грехи земные. Что такое грехи, Вероника тоже тогда не понимала, но раз просит прощения, то однозначно плохо.
   Бабушка по материнской линии, Валентина Петровна, была очень простой набожной деревенской женщиной, посещала в выходные и религиозные праздники церковную службу в сельском храме, причащалась, соблюдала все посты, строго придерживаясь всех канонов православия. Привозимых на лето внуков, она также водила на церковные службы, не спрашивая мнения своих, ставшими вдруг городскими, детей. Ника не очень понимала назначение и смысл всех действий в храме, но ее впечатляла спокойная торжественная обстановка, и странные одежды батюшки. Почему дедушка с бородой носил красивое расшитое платье, как у девчонок? Она засыпала бабушку вопросами, и та раскрыла ей тайну существования Бога на земле, что для дошкольницы Вероника стало большим детским открытием.
   - Баба, а Боженька, он помогает всем людям? Ты молишься, и он помогает?
   - Да, милая, Бог все видит. Он справедлив.
   Икон в родительской городской квартире не было, и она нашла свадебные фотографии, которые всегда любила рассматривать, где мама с папой были такие счастливые, или она себе это придумала? На черно-белом снимке молодые Лида и Николай улыбались. Мама, как принцесса, в белом пышном платье с длинной воздушной фатой, и папа, высокий мужчина в парадном военном мундире, одевал обретенной невесте кольцо на палец, в знак вечной любви, чтоб и в горе, и в радости быть вместе.
   Вероника, зажав этот снимок в дрожащих ладошках, сидя под столом, молилась, прося у Боженьки помощи, обещала быть послушной девочкой, дать поиграть в своих любимых кукол. Неужели, она была плохой девочкой, и Боженька не хотел ее слушать?
   При очередной ссоре родителей, папа, разбив пару чашек из дорогого чешского красивого сервиза, хлопнув дверью, ушел. Мама тут же сползла по стене, захлебываясь в рыданиях. Вероника подошла ее утешать, хотя опытным путем уже знала, что мама в такие моменты очень раздражена, и могла даже накричать, прогнать.
   - Мамочка, помолись и Боженька тебя услышат. - прошептала Вероника мамочке на ухо.
   Мамочка Лида посмотрела на нее странно, а потом зашлась в еще большей истерике. И как потом позже узнала Ника, устроила бабушке разборки по поводу религиозного просвещения внучки.
  

***

  
   Ника знала, что местом рождения в паспорте мамы Лиды значилась Тульская область, Воловский район, деревня Дубровка. Лидия Сергеевна Савельева, в своей сегодняшней жизни, богатой гламурной Рублевке, апартаментами в Крылатском и другой недвижимостью, не любила афишировать факт своего деревенского происхождения, считая это случайной нелепостью, даже некой несправедливостью. Утонченная элегантная дама, жена известного удачливого бизнесмена не должна была родиться в хлеву, во время вечерней дойки коров, потому что ее мать, простая деревенская женщина ходила на колхозную работу до последнего, с огромным выпирающим животом.
   Они с сестрой Маней год назад решили съездить на родину предков, вернуться хотя бы частично в воспоминаниях в ту безмятежную часть детства, что провели в деревне у бабушки. Каково же было их разочарование узнать, что деревни, в принципе уже не существовало, и Маша, найдя развалины их родового гнезда, разразилась очередным заумным монологом о погибающей нации, о забытых стариках, безнадежности и равнодушии.
   Если раньше Нику раздражала повышенная заумность сестры, имеющей свое мнение по любому вопросу, то в последнее время, она стала прислушиваться к Мане, правда, не всегда согласная с ее интерпретациями всех событий. Машка прочитала столько книг, что хватило бы на несколько жизней, Нике даже иногда страшно становилось за ее рассудок. Как возможно впихнуть в себя такое количество информации, добровольно?
   Маленькая деревня Дубровка, была крошечной географической точкой на карте огромной России, от которой в 2010 году, остались только остовы разрушенных, заросших бурьяном домов. Дубровка тихо и незаметно вымирала, оставшись призрачным воспоминанием, такова судьба небольших деревенских поселений на всей огромной российской территории. И нет числа таким деревням-призракам, где на дожитие остались несколько стариков, сохранивших верность родным местам, или им просто некуда было уехать?
   Живут в ветхих домах, без газа и водопровода, набирают воду из колодцев артритными непослушными руками, ведут свое скудное хозяйство. И чтоб несчастным старикам было куда, потратить нищенскую пенсию, два раза в месяц приезжает магазин на колесах. Это, наверное, то о чем мечтали девяностолетние старики, доживающие свой век в деревнях-призраках, ветераны Великой Отечественной войны, отдавшие свои жизни за счастливую мирную жизнь забывших их неблагодарных потомков?
   И не важно, что 9 мая, день Победы над фашизмом, главный национальный праздник в советской и постсоветской России, отмечающейся на государственном уровне, как никакой другой, военным парадом на Красной площади, многолюдными гуляниями, морем выпивки, сопровождающимся многочисленными концертными площадками. И нарядными ветеранами в военных кителях той поры, где вся грудь в орденах, теми ветеранами, что еще способны передвигаться, а их от года к году становиться все меньше. Длинные майские праздники давно стали для россиян возможностью, кому уехать на дачу, кому устроить в ближайшей лесополосе шашлыки с грандиозной попойкой. И скоро некому будет подарить ветерану ромашку или гвоздику на праздник.
   Ветераны стали той разменной монетой, за которой можно всегда лицемерно прикрыться, мы потомки, помним о них, и не только в дни великих военных парадов, но что реально мы сделали для них, для тех, что живут среди нас? Незаметных дедушек и бабушек, ушедших без сомнений на войну, молодыми парнями и девчонками на смертный бой, сражаться за каждую пядь русской земли? Утрачивается важная связующая нить между поколениями, уважение к старости больше не в моде, сегодняшние молодые даже не задумываются о том, что их ждет еще более гнетущая одинокая старость, когда на смену им придет другая циничная поросль, и выкинет их на обочину жизни.
   И чтобы полюбоваться на апокалептическую картину сельской жизни, не надо далеко уезжать от сверкающей огнями Москвы, в глубинку, в сибирские непроходимые таежные районы, достаточно отъехать за столичный МКАД на триста километров. Тульские, Рязанские, Орловские, Владимирские губернии, ближайшие области-близнецы Подмосковья, не отличаются практически друг от друга.
  
   ГЛАВА 2
  

СССР, 1970-е годы

   Лидия родилась в провинции, в простой рабоче-крестьянской семье, где кроме нее была еще одна девочка, младшая сестра Галя. Лида, по вполне очевидным причинам, не представляла себе возможным устроить свою судьбу в деревне, сразу после окончания школы отправилась покорять столицу, в поисках новой лучшей жизни, мечтая встретить хорошего любящего парня с московской пропиской.
   Тогда, в середине 70-х годов двадцатого века Москва манила и принимала молодых и способных со всего необъятного СССР, кого учиться, кого работать, а кто и оставался на постоянное место жительство.
   У Лиды была затаенная мечта стать известной артисткой, но театральный она с треском провалила, не хватило артистизма, как сказали в комиссии. Пришлось поступать, куда брали без высоких требований, в училище на пекаря. Конечно, она не видела себя в этой профессии, и делать карьеру на этом поприще не собиралась. После учебы, устроилась работать на хлебобулочный завод, жила в комнате общежития, еще с пятью девчонками. Да, было нелегко в начале пути.
   Через два года в Москву приехала учиться ее младшая сестра Галя, поступив сразу в сельскохозяйственную академию, чем порадовала всю родню. Лида всегда немного завидовала сестре, та была в науках сильнее, много читала, разбиралась в формулах, недоступных Лидиному пониманию. Но зато Галя вчистую проигрывала во внешности, полноватая, невысокого роста, умная зануда, курносая деревенская девчонка, случайно вытащившая счастливый билет. Лида же считала внешность своим главным козырем в борьбе за жизнь, высокая, тонкая, гибкая, с плавными аристократическими линиями лица.
   Она давно поняла, что нравится мужчинам, но по пустякам размениваться не хотела. У нее был вкус, она следила за модой, и ухищрялась из своей небольшой зарплаты выкроить средства на красивые платья, делать стрижку. Это она называлась чувством стиля, быть похожей на иностранных актрис с обложек журналов.
   Но почему-то девчонки из их общаги выходили замуж, а она все сидела в девках. Конечно, ее приятельницы шли за первого, кто позовет. Лида жила мечтой встретить того единственного мужчину, нежного, заботливого, щедрого, а не какого-нибудь пьющего сантехника Ваську, обитающего в коммуналке, где придется жить в одной комнате с его ворчливой матерью и сестрами. Ей было уже девятнадцать, а любимый не появлялся, и Лида стала унывать.
   С сестрой общались не так часто, хотя территориально они жили недалеко. Галя постоянно корпела над учебниками, сдавала сессии и экзамены, и в компанию Лидиных подружек вписывалась плохо. Но однажды их пригласила в гости дальняя престарелая родственница, прийти разрешалось на юбилей с кавалерами. У Лиды возникли затруднения с выбором, кто достоин был пойти с ней на торжество. Даже предложила сестре помощь, были у нее в запасе забракованные ухажеры, чтоб Галя не позорилась, просиживая вечер в одиночестве, но та отказалась, сказав, что у нее есть молодой человек.
   Это немного задело Лиду, как сестра успела найти себе парня, но потом успокоилась, скорее всего, Галя возьмет с собой кого-то вроде деревенского тракториста, коих здесь хватало. Но какое же ожидало Лиду потрясение, когда она увидела спутника сестры. Очень высок, широк в плечах, рыжеватая густая шевелюра, море мужского обаяния, и ему так шла форма младшего лейтенанта. Он оказался остроумен, сыпал шутками, одаривал дам комплиментами, все им были крайне очарованы, даже престарелая тетушка, вздыхала, мечтая скинуть себе лет пятьдесят.
   - Николай Савельев. - просто представлялся он, протягивая руку. - Можно просто Коля.
   - Коля, познакомься это моя сестра Лида. - представила ее Галя.
   - Галчонок, какая у тебя прелестная сестричка! - восхитился искренне он, и галантно поцеловал ручку. В одно мгновение он опрокинул весь мир Лиды верх тормашками.
   Лида весь вечер не сводила с его глаз, не находила себе места, задавая себе вопрос, где сестра нашла его, чем смогла удерживать? Оказалось, что Николай уже несколько месяцев ухаживает за Галей, их познакомил случайно Колин приятель, который учился вместе с Галей. Во время праздника Николай не отходил от нее, держал за руку, обнимал, не переходя границ дозволенных в консервативном советском сообществе. Сестра рядом с таким мужчиной расцвела и раскрепостилась, сияя изнутри. И Лиду кольнула такая несправедливость, Галя не имела морального права на такого мужчину. Это был идеал Лиды, она все больше убеждала себя, что Николай Савельев предназначен ей судьбой, а Галя просто стала случайным связующим звеном для знакомства с ним.
   Но претворить свой замысел оказалось сложнее. После юбилея у московской тетушки, Лида возобновила активное общение с сестрой, стала звать ее и Николая на прогулки по любому поводу. Они ходили в театры, на новинки кино, Лида для прикрытия всегда брала с собой молодых людей. Но все ее мысли были о младшем лейтенанте Савельеве, она слушала только его, и смеялась на любой глупостью, какую бы он не сказал, всегда неожиданно оказывалась рядом, чтобы ненароком коснуться его рукой. Даже в своем взгляде она с трудом скрывала обожание и восхищение.
   И если Галя была наивно слепа, то Николай сразу понял, что Лида с ним отчаянно флиртует, но держался стойко. Лида была очень яркой симпатичной девушкой, и при других обстоятельствах он бы ответил ей взаимностью, но его сердцу была ближе умница Галчонок, пусть не такая красавица, зато честная, принципиальная. А обманывать одну сестру с другой он счел для себя неприемлемым.
   Отчаянная, затеянная Лидой игра, продолжалась несколько месяцев, но ничего не менялось, Николай был безраздельно предан занудному Галчонку, и они уже стали строить планы на будущее, решая, когда лучше устроить свадьбу.
  

***

  
   Николай даже ездил знакомиться с их родителями в деревню, и очень им понравился. Остался на несколько дней из своего летнего отпуска, лихо взялся помогать по хозяйству, наколол дров, помог на сенокосе, ведь у родителей была домашняя живность, корова, и летом всегда делали заготовку на зиму.
   - Коля, сынок... - как-то назвал их отец будущего зятя. Родители не могли нарадоваться на такого жениха для их младшей дочери, умен, красив, работящий.
   Коля смутился, отвернулся, украдкой смахивая предательски подкатившую слезу. Его давно так никто не называл, и сердечный прием Галиных родителей растрогал до глубины души. Он снова почувствовал то, утраченное с годами ощущение, что у него появилась семья. И это только укрепило желание Николая жениться, он вместе с женой приобретал новых любящих родителей. Он и так в нетерпении молодости хотел быстрее жениться, был пылко влюблен в свою умницу невесту, стал плохо спать по ночам, представляя, какая его пышная умница-невеста без одежды, но завести отношения с невинной Галей дальше легких поцелуев, не смел.
   Их отец, Сергей Григорьевич, по вечерам долго разговаривал с Николаем наедине, советовался по разным хозяйственным вопросам, расспрашивал про его жизнь. Рассказывал про свою нелегкую судьбу, как воевал на фронте, дошел до Берлина. И очень приветствовал, что будущий зять, выбрал для себя военную службу, ибо долг каждого мужчины защищать Родину.
   - Сынок, ты прав, на нас мужчинах, лежит вся ответственность... - говорил будущий тесть.
   И тут открылась факт, о котором Лида не знала. Оказалось, что Коля сирота, и воспитывался в детском доме, отец его погиб, а спившеюся потом мать лишили родительских прав, и вскоре она умерла, больше родных у него не нашлось. Он только помнил по разговорам, что у него есть где-то на Украине дальняя родня, никаких координат не имел, но не оставлял надежды их разыскать. Родной дед брата еще в молодости уехал на стройку, да там и обосновался, женился.
   Поездка в деревню дала возможность всем познакомиться поближе, родители были рады, что Галенька встретила замечательного любящего мужчину, сама Галя витала в счастливых девичьих облаках, мечтая о скорой свадьбе, Коля был растроган и приятно удивлен теплым душевным приемом, и только Лида была безумно расстроена и зла. Она не могла смириться с мыслью, что проигрывает своей менее привлекательной сестре, и решила действовать.
  

***

  
   Лида не считала себя наивной романтичной дурой, и совершенно четко представляла, что хотят мужчины от женщин. Жизнь в сельской местности, когда все живут друг у друга на виду, не оставляла сомнений, что плотские утехи, древний инстинкт продолжения рода является движущей силой и мотивацией всех поступков мужчин.
   Деревенские жители, совершенно обыденно обсуждали варианты спаривания для своей домашней живности, коров, коз, лошадей, некоторые даже брали с собой подрастающих детей, но были стыдливо консервативны во всем, что касалось взаимоотношений между мужчиной и женщиной, вне брака. О любовных утехах в ту пору нельзя было говорить вслух, эталоном поведения были картинно и невинно прижимаются губами главные герои советского кинематографа, доярка и пастух, создающие образцовую советскую ячейку общества.
   Только пошедшая в школу маленькая Лида случайно стала свидетельницей совсем другой модели поведения между полами.
   Как-то в летний зной, спрятавшись от родителей, обещавших ей наказание за проказы, она укрылась в соседский сарай, легла на стог сена под самую крышу и заснула. Разбудили ее странные болезненные стоны, она посмотрела вниз, и обомлела, успев прикрыть свой вскрик ладошкой, панически боясь быть обнаруженной, но ее не заметили, голые мужчина и женщина были заняты друг другом, корчась в причудливых позах.
   В женщине она узнала толстую веселую соседку, а мужчиной оказался местный бригадир, красивый мужчина и виртуозный гармонист на всех празднествах. Они занимались чем-то постыдно грязным, и почему соседка, с такой невыносимой мукой на лице терпела издевательства над собой, не бежала от него, хотя болезненные крики вырывались из ее горла. Мужчина прикрывал рот ей рукой, умоляя вести потише, но сам тискал ее большие белые груди, с трудом сдерживал гортанные крики, приглушенно пыхтел. Потом они еще некоторое время бесстыдно лежали голые, потные, с прилипшими соломинками к телу и шепотом переговаривались. Лида впервые увидела, как отвратительно устроены мужчины, с огромным отростком в волосатом паху.
   Когда они ушли из сарая, Лида, перестав себя сдерживать, разрыдалась от шока, ее долго рвало. Вот о чем шепчутся старшие девушки, когда их отдают замуж, она всегда с детским любопытством подслушивала их разговоры, вот, что муж делает со своей женой в брачную ночь? Это было ужасно отвратительно, девушек с радостным сочувствием готовят к издевательствам, лучше бы муж бил жену, как сосед-рогоносец бил кнутом свою толстую неверную жену, крича на весь поселок, что она продажная шлюха и проститутка. Лида, ставшая позже свидетельницей разоблачения соседки, узнала для себя много новых незнакомых для детского сознания слов.
   Дальнейшие наблюдения только убедили Лиду, что мужчины стремятся обладать обнаженными женщинами, любят смотреть на их грудь и попу, и ненасытные кобели, вдали от посторонних глаз, стремились тут же схватить баб за эти места. И от этого мерзкого процесса рождаются дети, неизбежность, с которой нужно смириться, в мире, которым управляют мужчины.
   Вот чего хотели мужчины, вот как ими можно было управлять.
   Но у нее, Лиды, будет особенный мужчина, он не будет мучить ее глупыми приставаниями. Но до этого ей попадались глупые похотливые кавалеры, добивающиеся от нее близости, лапающие ее потными руками, и стремившимися получить право обладания до свадебных клятв. Лида, будучи для них недосягаемым призом, еще больше распаляла их желания, что некоторые из кавалеров, решались сделать предложение. Были и трепетные юноши, краснеющие и запинающиеся, боявшиеся прикоснуться к ней даже взглядом украдкой. Но эти были смешны, некрасивы и в основной массе не неперспективны. Мужчина должен быть сильным, волевым, борцом и воином, а не робкой тряпкой.
   Все мужчины были безжалостно отвергнуты, до того момента, как она встретила любовь всей своей жизни, Николая Савельева, официального жениха ее родной сестры. Эта несправедливость разрывала ей сердце.
   Она замечала, как Николай долгим оценивающим взглядом ощупывал свою невесту, когда думал, что его никто не видит. Она не сомневалась, что малосведущая в таких вопросах Галя, кроме невинных поцелуев от жениха ничего не получала, Коля не посмел бы до свадьбы даже попросить об этом, настаивать. Такие разговоры в стыдливую советскую эпоху были немыслимы между парнем и девушкой, даже если они собирались пожениться.
   Лида чувствовала в нем бурную страстную натуру, мужественно сдерживающую свои низменные порывы. И ради него она готова была пойти на жертву, вытерпеть мучительный процесс, вызывающий отвращение. Только таким способом он мог быть завоеванным, а Галя найдет себе другого жениха.
  

***

  
   Николай, не без оснований полагавший, что Лида не зря растрачивает на него женские чары, стал избегать общения и встреч с ней под любым предлогом. Он попал в ловушку, как загнанный охотником зверь, не желая обидеть прелестную девушку Лиду, не стал заводить с ней разговоров на эту щекотливую тему, и очень тяготился в ожидании свадьбы с любимой Галей, скорей бы уже. Лидины уловки были настолько явными, что он краснел и потел, когда она была близко от него, наклонялась, показывая в откровенный вырез молодую привлекательную грудь, разрешая любоваться своей стройной фигурой, невзначай проводя рукой по бедру. Лида искала повод прикоснуться к нему, задеть невзначай.
   Наверное, в других обстоятельствах, Коля, не выдержав этих томлений, пошел бы на поводу у своих мужских инстинктов, у него были отношения с женщинами, и он знал, что делают в таких случаях. Но сестра невесты была табу, чертой, за которую нельзя переступить, не разрушив, не замарав прекрасного чувства между ним и любимым Галчонком. Он изнемогал, но оставался, абсолютно верен любимой, возвращая себя постоянно к моменту их первой встречи, когда их случайно познакомил общий приятель. Серьезная, умная девушка, без капли женского кокетства, на равных спорила с мужчинами на непонятную ему сельскохозяйственную тему, так отчаянно отстаивая свою точку зрения, цитировала целые абзацы из учебников, сыпала формулами. Коля замер в восхищении, залюбовался волевой девушкой с характером.
   Он стал ухаживать за ней, недоступной серьезной Галей, понимая, что эти отношения должны закончиться только свадьбой. Умная начитанная девушка, учащаяся в академии, в простой обыденной жизни оказалась милой и несколько наивной, доверилась ему, своему первому серьезному чувству. И Коля стал, как хрупкий цветок, оберегать и лелеять их отношения, боясь ее ненароком обидеть.
   Она спорила с ним на любую тему, от физики до литературы, но стоило ему взять ее за руку, приобнять, целомудренно поцеловать в щеку, как она становилась простой любящей девчонкой, родной и трогательной. Знакомство с ее родителями, только укрепило его в сознании, что он нашел свою вторую половинку на этом жизненном пути, что он не будет больше один, у него скоро будет большая любящая семья.
   И Лида потом успокоится, найдет себе другой объект для увлечения, но случилось непоправимое, событие, порушившее их жизни. О чем, он будет сожалеть до конца своих дней.
  
   ГЛАВА 3
  
   Лида с трудом нашла его в части, позвонила ему вся в слезах, умоляя приехать, что-то случилось на квартире ее дальней родственницы, за которой она присматривала, пока тетя уехала на несколько дней в другой город, оставила любимого котика и экзотические цветочки на попечении племянницы. Коля без сомнений рванул к ней, с трудом отпросившись у командира. Как он мог отказать плачущей девушке, просящей у него помощи, своей будущей родственнице?
   Предлог оказался незначительным, но для женщин, впадающих быстро в панику и истерику, это могло показаться глобальной катастрофой. Какие-то проблемы с тетушкиным котиком, он заболел, плохо ел и ходил под себя. Лида испугалась быть обруганной тетей, и, не зная, что делать, рыдала, глаза уже покраснели, нос распух. Разобрались с котиком быстро, найдя знакомого ветеринара из Галиных знакомых, который объяснил и успокоил, что котик уже стар и наелся чего-то непривычного для своего рациона, все пройдет через пару дней.
   - Не уходи, Коленька... - умоляюще на него смотрела Лида, сказав, что боится остаться одна, попросила остаться, пока успокоится.
   Коля, скрипя зубами, и с тревожным подозрением, согласился побыть еще несколько минут. Опасно находиться с ней наедине, билось протяжной мыслью у него в голове, когда она предложила снять стресс, немного выпив вишневой настойки. Сладкие напитки он не любил, и предпочел выпить с ней за компанию немного водки, и тут же уйти.
   Под рюмку она накрыла скромную закуску, и основательно принялась изливать душу, свои обиды, несбывшиеся мечты. Коле многие проблемы показались невероятно надуманными непонятной женской логикой, он быстро запьянел под скудную закуску, а Лида все больше подливала. Дальше он все помнил смутно, местами вообще ничего не помнил, этакие пустые затертые залысины в воспоминаниях того вечера.
   Лида стала раздаиваться, он, то видел ее, то Галю, потом образы сливались и расплывались. Когда успела прийти Галочка, он не помнил, но она так ласкового гладила его по голове, страстно покрывала поцелуями лицо, положила его руку себе в распахнутый вырез блузки, предлагая на ощупь трогать ее. Коля мотал головой, не понимая, кажется ему это или нет, подобные сны мучили его здоровой мужской организм, желавшей женской ласки.
   Он вроде еще не женился на Гале, и подобным образом вести себя она не могла, значит это чудесный сон, в котором он может уступить своей желанной невесте.
   Проснулся он среди ночи, от непереносимой жажды и желания сходить в туалет, с трудом раскрыл глаза, не понимая, где находится, спустил с кровати ноги, не найдя своих домашних тапочек. На ощупь пошел искать туалет в незнакомой квартире, до сих пор не понимая, у какого приятеля он остался ночевать, и что они отмечали. На кухне нашел кружку, налив холодной воды из-под крана, увидел, что в комнате, откуда он вышел, зажегся тусклый свет.
   Он, попив жадно воды, налил себе еще целую кружку, и пошел на свет. В большой комнате, на широкой кровати лежала обнаженная Лида, увидев его, она приподнялась, откинула одеяло, демонстрируя свое прекрасное тело. Он стоял, туго соображая, что произошло, почему, как?
   - Коленька, милый... - она встала с кровати, набросив на плечи легкий халатик, а одеяло окончательно сползло на пол, раскрывая белоснежные простыни с небольшим кровавым пятном.
   - Нет, нет... - замычал отчаянно Коля, отшатнувшись от нее, осознавая, что произошла ужасная непоправимая ошибка. Катастрофа, сравнимая только с землетрясением, или чем-то подобным, фатально разрушительным, несущим смерть, повлекшим неизбежные человеческие потери. И первой жертвой стала его любовь с Галей, надежды на будущее, долгая счастливая семейная жизнь, планируемые не родившиеся дети.
   Он выронил из рук кружку с водой, по дорогому ковру разлилась небольшая лужа, быстро впитавшееся, оставив за собой темное мокрое пятно. Такое же, как на кровати, подтверждавшее потерю невинности от нелюбимой им женщины.
   Что он наделал? Возможно ли, исправить эту ситуацию, скрыть от Гали, и как ему дальше жить с таким грузом вины? Но посмотрев на решительное выражение лица Лиды, он понял, что она не позволит скрыть это факт, что она заранее планировала такое развитие событий. Он в капкане, из которого не выбраться без потерь. И он мужчина, который обязан отвечать за свои поступки, за свои самые бессмысленные и постыдные поступки, совершенные даже случайно.
   В данный момент он был отвратителен сам себе. Ненавидел и себя и ее.
   - Коленька, послушай, теперь уже ничего не изменить. - Лида долго и внимательно смотрела на его страдания, отражающие калейдоскопом на его лице. Его надо вывести из шока, убедить, что все хорошо, не надо так убиваться, теперь ничего не помешает им быть вместе.
   Она пошла на такую жертву ради него, он должен это понимать. Все, что произошло между ними ночью, в этой постели, было отвратительно и больно, очень больно. Но это была плата, цена за шанс быть с ним, и она готова была терпеть бесстыдный процесс близости с мужчиной, если того от нее потребуется. Вся ее жизнь только ради него.
   - Уйди. - он оттолкнул ее, стал искать свою разбросанную одежду, с трудом, преодолевая тошноту, оделся.
   - Не уходи сейчас, ты не можешь. - Лида стала вокруг него метаться, театрально заламывать руки, в голос завыла.
   Он смог, подошел к дверям, и кинул ей на прощание.
   - Потом обсудим. - Коля понимал, что наказания ему не избежать. Он сам себя наказал, черная тоска обручем сдавила грудь, он через раз дышал. Физическое недомогание ничего не стоило по сравнению с сердечной болью потери, осознания, что навсегда утратил что-то прекрасное, светлое, что, как награда вошло в его жизнь. Он терял любимую, и ничего не мог поделать, он смирился с неизбежностью. Лида не промолчит, не позволит ему быть с Галчонком, но это еще не значило, что он останется с Лидой. Кроме ненависти и отвращения она ничего не заслуживала.
  

***

  
   Он хотел первым поговорить с Галчонком, вымолить у нее прощения, но следующим вечером, не найдя ее в общежитии, понял, где ее надо искать. На звонок в дверь, ему открыла Лида, молча, впустила его. На кухне он нашел заплаканную Галю, примостившуюся на краешке табуретки, готовую сорваться в любой момент.
   - Галчонок... - прошептал он, не находил слов, чтобы выразить свое отчаянье.
   - Значит, это правда... - выдохнула она. Галя не спрашивала, она нашла подтверждение правдивости обвинений сестры, только взглянув на него. - Коля, как ты мог...?
   Галя была опустошена полностью, до последней кровинки и слезинки. Пока она его не видела, отчаянно защищала Колю, не желая верить в предательство любимого. Он не был не способен на такую подлость, изменить ей накануне свадьбы.
   - Ты все придумала. - обвиняла она Лиду сквозь слезы, когда сестра ее срочно вызвала на квартиру к тете для серьезного разговора, и швырнула ей в лицо известие об измене Николая. - Ты думаешь, я не замечала, как ты заигрывала с ним?
   - Галя, он был со мной. Он спал со мной. - Лида была торжественно спокойна, уверенна в себе. Она обыграла простушку Галю, и теперь Коленька ее мужчина.
   Потом ворвался Коля, кинулся к Гале. Лида увидела ужас в глазах сестры, когда поняла, что она ей говорила правду. Взлохмаченный бледный, со щетиной на лице, Коля был молчаливым ответом на все еще незаданные вопросы ее глупой сестрой.
   - Выйди. - резко приказал он Лиде, захлопнув у нее перед носом дверью. Он хотел остаться и объясниться с Галей наедине. - Прости меня, если сможешь... - он рухнул перед ней на колени.
   Галя, молча, качала головой, в глухом отчаянье, сжимая и разжимая кулаки. Коля схватил ее за руки, стал целовать каждый пальчик, а по щекам у него текли слезы. Больше они не сказали друг другу ни слова, беззвучно плакали на чужой кухне, держась за руки.
   Слова теряли всякий смысл, она не сможет простить его, никогда. Она потрепала его по густой шевелюре, приглаживая непослушные рыжие волосы, как любила делать раньше, понимая, что это в последний раз. Он крепко сжал ее в объятиях, задыхаясь от поглощающей, разрывающей изнутри боли. Это был конец для них. Бесповоротный конец их истории любви, нежной и трепетной, о которой слагают стихи, пишут тома книг, поют в грустных песнях...
   - Прощай... - сказала она одними губами, и выскочила за дверь, наткнувшись на подслушивающую с той стороны Лиду.
   Он остался сидеть на кухне, в отчаянье, обхватив голову руками.
   - Коленька, я люблю тебя! - шептала ему Лида, боясь приблизиться.
   - Я никогда не полюблю тебя. - тихо ответил он, вставая, собираясь уходить. Он больше никогда не хотел ее видеть. - Лида, все напрасно.
   - Ты не можешь уйти. - она загородила ему дорогу. - Мы должны теперь пожениться.
   - Я не собирался на тебе жениться. - он хотел ударить ее, но сдержался, Коля никогда не поднимал на женщин руки, это было недостойно ни одного мужчины. - И сейчас не буду.
   - Теперь все изменилось. Я была девушка. Ты сделал меня своей женщиной. - убеждала его Лида, не понимая, как он может отказываться от нее. Галя теперь не помеха, она отпустила его, теперь он свободен.
   - Это был твой выбор, не мой. - и, он был уверен, что уходит навсегда. Видел сегодня последний раз двух сестер, и Галчонка, и Лидию.
  
   ГЛАВА 4
  
   Это он мог так думать, но Лида не собиралась отпускать Николая, когда она пошла на такие жертвы ради него, разлучила с сестрой, хотя оба должны были понимать бесперспективность этих отношений, она им только немного помогла. Она отдала Коле самое ценное, свою невинность, а он даже не оценил, это обижало больше всего и еще его слова "я никогда не полюблю тебя", выжигали в ее сердце огромную дыру. Как он мог быть так жесток с ней? Она любила его безумно, она готова была простить ему все. Она должна вернуть его. Другого мужчину рядом с собой она не представляла.
   Николай старательно избегал с ней встреч, он исчез, и когда она решила узнать о нем у сестры, может он говорил ей, куда собирался уехать. Стояла, ожидая ее возле академического общежития, то Галя просто прошла мимо, словно ее не существовало, бросив на нее короткий презрительный взгляд. Лида фыркнула, ну и ладно, она и без Гали проживет, сестра всегда ей завидовала, и не может простить, что Коленька не устоял перед ней, она как женщина гораздо интереснее, ведь не может Галя похвастаться таким количеством поклонников.
   - Он все равно будет мой! - крикнула она вслед сестре, не зная, услышала та или нет.
   Скорый выход из ситуации продемонстрировала соседка по общежитию, та выходила быстренько замуж, узнав о беременности. Лиду осенило, как она сразу об этом не подумала, сожалея, что не понесла ребенка после их первой и пока последней ночи. Пришедшее ежемесячное недомогание только подтвердило этот факт, но она собиралась на небольшой обман, все ради их будущего. Она потом еще раз ляжет с Колей, и обязательно родит ему ребенка.
   Ей нужны были свидетельства беременности, и она через одну ушлую знакомую, у которой были связи, за большую сумму денег, купила справку от врача. В части, где служил Коля, ей сказали, что его после поданного рапорта, перевили в другое место. Но она не родственница, поэтому ей не могут сказать куда. Она не решилась говорить им о фальшивой беременности, а вдруг ее заставят проходить врача по-настоящему. По этой же причине не стала обращаться в другие органы управления, такие как, райкомы партии, которые могли заставить человека изменять свои решения.
   Она опять пришла к Гале в студенческое общежитие, та была одна в комнате, другие студентки отсутствовали. Сестра побледнела, привстала, готовясь выгнать ее.
   - Я беременна. - с порога начала Лида, пока Галя не прогнала ее, и шлепнула справку на стол, прямо ей под нос, на учебники. - Помоги мне. - она рухнула на стул рядом с ней, и зарыдала, закрыв лицо руками. Это был последний шанс.
   Галя, молча, выслушала ее истерику, даже не взглянув на справку, вернула ей.
   - Я найду его. - пообещала она, это были ее единственные слова, и указала на дверь.
   Через три дня, долгих и бесконечных три дня, наполненных ожиданием, Коля ворвался в комнату в их общежитие, переполошив весь женский состав. Его поздно вечером не хотела пускать комендантша, но он прорвался.
   - Собирайся. - кивнул он ошарашенной Лиде. За его спиной собрались любопытные девушки из соседних комнат, собравшиеся на крики преследующей его строгой комендантши.
   - Коленька! - кинулась к нему радостная Лида на шею.
   - Собирай свои вещи. - он осторожно снял ее руки со своих плеч, долго смотрел ей в глаза со смешанным чувством вины, ненависти и отчаянья. - Я тебя забираю.
   - Сейчас, Коленька, сейчас. - закружилась она окрыленная по комнате, торопливо собирая свои вещи в потертый чемодан, вытащив его из-под узкой девичьей койки.
   Все застыли в недоумении, не понимая, что происходит. Девчонки загудели, как пчелиный рой, перебивая друг друга, окружили Лиду, засыпав вопросами. Кто такой, что за красивый молодой человек, и куда он забирает ее? Коля отступил из комнаты, прикрыв дверь с обратной стороны.
   - Извините, что я так. - обернулся к комендантше, устало выдохнул. - Я женюсь на ней.
   - Да я поняла уже. - расплылась в улыбке пожилая женщина, вот кипит молодость, совсем несдержанные стали. Только жених какой-то потерянный, переживает, наверное, ведь Лидка такая вертихвостка. Столько ухажеров возле нее увивалась, а этого в форме она видит в первый раз.
   - Ой, как романтично! - из комнаты выскочила одна из девушек, подарила Николаю взгляд полный восхищения, и побежала делиться потрясающей новостью с девочками с другого этажа.
  

***

  
   Он привез ее в свою комнату в коммуналке на Кутузовском проспекте, что досталась ему после выхода из детского дома от государства. Жаль, конечно, что не отдельная квартира, но как только они поженятся, можно будет встать на очередь на жилье. В сталинской трешке с высокими потолками они занимали одну узкую вытянутую комнату, выходящими окнами на проспект, с небольшим кованым балконом, две остальные смежные комнаты занимала семья из четырех человек, родители с детьми-старшеклассниками.
   Они тихо прошли в комнату, стараясь не разбудить соседей.
   - Располагайся. - он поставил ее чемоданы на пол. - Покажи справку. - потребовал он, не сомневаясь в ее существовании, но не решился унижать ее такой просьбой в общежитии.
   Какого же было его состояние, когда его по оставленному адресу друзьям, разыскала Галя. Вдруг возникшая надежда тут же потухла, когда она, кусая губы, бледнея, сообщала, что Лида ждет от него ребенка, и просила поступить его, как мужчину. Лучше бы она ударила его, кричала, ему было бы легче, чем эта далекая отстраненность, словно они чужие люди. Словно ничего между ними ничего не было, он не мог так искусно притворяться.
   Если он попросит Лиду сделать аборт, Галя его проклянет, и не будет ему покоя, что убил своего ребенка. Конечно, он должен отвечать за свои грехи, вот его наказание настигло, женитьба на ненавистной Лиде. Он взял отпуск по причине намечающейся женитьбы, и поехал в Москву, забирать свою беременную, неожиданно новую невесту.
   Он посмотрел на справку, потом перевел взгляд на плоский живот, неужели там растет его ребенок, в теле женщины, которую он ненавидит. Он переживал свой кошмар второй раз, и если раньше, в глубине души тлел крохотный огонек надежды, что Галчонок, спустя некоторое время сможет его простить, то сейчас он терял ее второй раз, окончательно и бесповоротно. Он привел в свой Дом женщину, который вместе с ним, наивно ждал другую, любимую, способную наполнить комнаты мелодичным смехом, радостью. Теперь здесь навсегда поселиться грусть, тоска. Только мысль о ребенке вытягивала его из черной бездны, он не позволит себе ненавидеть малыша, даже от этой женщины.
   - У меня маленький срок. - побледнела Лида, инстинктивно положив руку на живот, придуманная ей беременность стала казаться уже будущей реальностью. Сегодня она ляжет с ним, потерпит его мужские ласки, и действительно будет ждать их ребенка, он их свяжет навсегда.
   Но он, показав ей, где и что находится, ушел переночевать к кому-то из знакомых. Лида кинулась, не раздеваясь на кровать, и прорыдала полночи в подушку, пока не заснула.
   Утром он вернулся, она за дверью слышала, как он объясняется с соседкой, что теперь в этом доме будет жить его невеста, которая скоро станет женой. Соседка радостно спросила про Галю, он помирился с ней? Лида, не видя эту тетку ни разу, сразу возненавидела ее за вопрос о сестре, за одно упоминание о Гале.
   - Нет, ее зовут Лида. - услышала она ответ Коли, и потом в комнату вошел ее будущий муж, и она сразу просияла. Только она своей любовью сможет отогреть его печаль. Она сильная, она все вытерпит ради него, преодолеет его сопротивление. У них будет счастливая семья.
   - Я обо всем договорился. Нас распишут через две недели. - кинул ей как собаке кость, эти новости, даже не посмотрев в ее сторону, стал собирать в небольшую дорожную сумку свои вещи.
   - Ты куда, Коленька? - испугалась она.
   - Я поживу пока у одного знакомого. И еще мне надо съездить в одно место. - и ушел, тихо прикрыв за собой дверь. А Лида осталась осваиваться в новой квартире с чужими людьми, одна. Соседей она тихо возненавидела, суетливую тетку, глядящую на нее с осуждением, ее тихого незаметного мужа и шумных детей переростков.
  

***

  
   Лида даже предположить не могла, что Николай поедет объясняться с ее родителями, она бы тогда его точно попыталась остановить, это лишнее. Она ради него готова была отказаться от них, если папа с мамой вдруг не ободрят их брак.
   Но Коля не спросил ее мнения на этот счет, и поехал выпрашивать прощения у людей, которые совсем недавно принимали его, как родного, поверили ему, подлецу. Валентина Петровна и Сергей Григорьевич были в курсе, что свадьба с Галей расстроилась, но истинной причины не знали, и решили, что ссора молодых временная, ненадолго, милые бранятся, только тешатся, они обязательно помирятся. И, увидев Николая, неожиданно появившегося на пороге их деревенского дома, очень обрадовались, кинулись его обнимать, целовать. Он уже был для них как сын, они его сразу приняли в свою семью.
   Коля, не ожидая такого радужного приема, с трудом сдерживал слезы, готовый проглотить свой язык. Как этим людям объяснять, что он натворил. Он попросил их присесть, и начал рассказывать, по какой причине здесь оказался, взяв всю вину на себя. Родители долго молчали, поникнув, потом Сергей Григорьевич вскочил, презрительно плюнул ему под ноги, и выскочил из дома. Такого позора они не ожидали.
   - Он вернется. - прошептала Валентина Петровна, утирая уголком платочка навернувшиеся слезы. - Дай ему время.
   - Мать, простите меня. - Коля подошел к ней, упал на колени, уткнулся ей в руки, и заплакал. Если и эта добрая ласковая женщина его отвергнет сейчас, он не перенесет.
   - Сынок, я буду молиться за тебя. - она подняла его с колен, подвела к иконам, перекрестила. Хотела облегчить его страдания.
   - Простите, я не верующий... - с трудом признался он.
   - Сынок, это не важно, Господь, он все видит. У него проси прощения, а мы просто люди. И ты сейчас делаешь все правильно, раз Лида отяжелела. Дети - это самое главное. - она сомневалась, что было все так, как поведал Коля, что он вдруг полюбил Лиду. Она видела, как ревнует старшая дочь, как смотрела на Николая, пока они гостили в прошлый раз, и даже сделала ей замечание, что некрасиво засматриваться на чужого жениха. Лида тогда дерзко ответила, что Галке еще надо довести до загса своего жениха.
   Николай был бесконечно благодарен этой простой деревенской женщине, и именно благодаря ей, состоялась настоящая свадьба, а не просто роспись в загсе, как он планировал изначально. Она поехала в город вместе с будущим зятем. Лида закапризничала, увидев мать, понимая, что та приехала налаживать отношения между молодыми. Стала требовать белое платье с фатой, Коля уже рядом с ее матерью не спорил, и смиренно соглашался на любые запросы невесты. Хочет платье, значит, будет ей платье с фатой.
   В день свадьбы собрались немногочисленные гости, некоторые друзья, общие знакомые с Галей, демонстративно отказались от приглашения. Коле уже стало все равно, он мечтал, чтобы побыстрее все закончилось. За день до росписи приехал Лидин отец, Сергей Григорьевич, но был немногословен, и избегал любых разговоров с будущим зятем и старшей дочерью. Но мать хотела примирить всех, и настояла на присутствии на церемонии младшей дочери, Галины, понимая, как ей тяжело, видеть любимого Николая, женатого на другой. Ведь на месте Лиды должна стоять она, в белом красивом платье, надевать свадебные кольца и принимать поздравления.
   Коля впал в ступор, когда увидел в загсе Галчонка, тихую, жавшеюся к стене, прятавшеюся за другими гостями. Он не мог ничего с собой поделать, не сводил глаз с любимой сердцу Гали. Лида, на правах новоявленной жены, несколько раз одергивала его, видя, куда устремлен взгляд Коленьки. Это немного омрачало ее личный триумф, но самое главное Коля становился ее мужем, она меняла свою девичью фамилию на Савельева, а муж потом привыкнет, полюбит ее.
   Фотограф щелкал затвором вокруг них, Лида настояла, что надо иметь снимки на память, для будущих детей. Коля не спорил, и даже усиленно изображал улыбки, пока не свело скулы, Лида же сияла совершенно искренне. Застолье в ресторане было скромным и недолгим, Коля опрокидывал в себя рюмки с водкой, гости незаметно разбрелись, устав участвовать в этом лицемерном фарсе.
   Брачная ночь, как ночь не состоялась, что расстроило Лиду, ведь именно в этот день она планировала забеременеть по-настоящему. Коля уснул, отвернувшись от нее. И так продолжалось все остальные ночи, оставшиеся у него от отпуска. Он был угрюм, молчалив, пропадал где-то целыми днями, возвращался поздно, на нее никак не реагировал, тихо ложился рядом, отвернувшись к стене. Лиду охватила паника, если он не будет с ней спать, как с женщиной, то она никогда не забеременеет, и ее обман раскроется.
   - Коленька, любимый. - ласкалась она к нему.
   - Оставь, Лида. - оттолкнул ее он. - Ты получила, что хотела. Теперь рожай, будем воспитывать.
   И уехал, ни разу к ней не прикоснувшись.
  

***

  
   Лида, проплакав несколько дней, не могла решить, что делать дальше. Возникла шальная мысль, что надо попробовать с другим мужчиной, пока муж в отъезде, может получиться забеременеть, но тут же отвергла эту мысль, не может она так подло поступить с Коленькой.
   Пришлось в итоге, опять обращаться к той знакомой, у которой покупала справку от врача, та быстро смекнула, в чем дело, и потребовала за справку о выкидыше в несколько раз больше. Лида отдала все сбережения, но все равно не хватило, и она обещала отдавать частями.
   В следующий приезд Коли, она с болью в голосе сказала, что потеряла ребенка.
   - Ты бросил меня. - зарыдала она в голос, кинувшись обвинять его в случившемся несчастье.
   - Почему не вызвала меня? - спросил ошалевший от такого известия Николай. Смотрел на Лиду с подозрением, у него закралась мысль, что его обманули, подсунули пустышку, и он, изображая из себя никому ненужное благородство, женился ради ребенка, которого возможно, и не было.
   - Я боялась. - честно призналась она.
   - А ребенок был, Лида?
   - Как ты можешь так жестоко? - забилась она в истерике.
   Он ушел, не в состоянии выносить ее крики. Напиваясь в случайной компании, в ближайшей пивнушке, он утешал себя мыслью, что теперь он может на законном основании развестись. За развод, еще, конечно, придется побороться с Лидой, она его просто так не отпустит.
   Вернулся, шатаясь, домой, Лида уложила его в кровать, стала раздевать. Он помутился рассудком, ему было больно, даже алкоголь не очень помогал, он решил, что должен причинить ей такую же боль. Он опрокинул Лиду под себя, и быстро, с пьяным отчаяньем овладел ей. Она не сопротивлялась, что взбесило его больше всего, даже старалась помочь ему, кусая губы, шептала ему ласковые слова любви.
   И тогда, он впервые подумал, что она сумасшедшая. Он почти брал силой ее, без нежности, использовал ее тело, и чувствовал себя гадко, что посмел к ней прикоснуться вот так. Он впервые так торопливо и грубо брал женщину, без всяких чувств, он ожидал, что она будет кричать, драться с ним, но Лида, с трудом скрывая боль, одаривала его сияющим взглядом, полным вселенской любви к нему. После того, как все закончилось, он скатился с нее, отвернулся, превратившись в комок нервов, готовый выть, как дикий раненый зверь. Что он творит? Он сейчас подобен животному.
   Он замер, когда она сзади обняла его, прижавшись к спине, не посмел оттолкнуть после совершенного грубого акта супружеского долга. Он хотел извиниться, даже с нелюбимой женщиной так нельзя поступать, но с этой мыслью так и заснул.
   Лида, обнимая его, не ждала никаких извинений, во второй раз было не так больно, более терпимо. Может в следующий раз будет лучше, она даже слышала, как шептались девчонки в общежитии, что это может быть приятным, но не очень верила им. Такое может нравиться только развратным женщинам, а Лида была приличной женой, готовой исполнять супружеский долг, когда того потребует муж. Кто ей обещал, что мужские ласки должны приносить удовольствие? Этот неромантичный акт необходим мужчинам, а женщинам на протяжении веков приходиться принимать эту неизбежность. Получая женские ласки, мужчины становятся ручными, Лида не давала себе об этом забыть.
   - Коленька, я люблю тебя. - шептала она, прижимаясь крепче. Ей вполне хватило бы его объятий и нескольких поцелуев, только бы он был рядом.
   Утром, перед уходом, он все же решился высказать сожаление:
   - Лида, извини, этого больше не повториться.
   - Коленька, все хорошо. - улыбнулась она, потянувшись к нему. - Я же твоя жена, я потерплю. Все женщины терпят ради любимых.
   - Что терпят? - не понял Николай, но мелькнувшая догадка ему совсем не понравилась.
   - Ну, то, что ночью происходит между нами... - замялась она. Зачем он заставляет ее об этом говорить, это так неприлично, но сдалась под его внимательным настойчивым взглядом. - Мы обязательно должны это обсуждать? Хорошо, как скажешь. Мне не очень приятно этим заниматься, как животные. Супружеский долг... вам мужчинам это нравится. Коленька, правда, я люблю тебя очень! Я потерплю, я никогда не откажу тебе! Потом будет легче, не так больно.
   - Что!?! - Коля почувствовал, как у него все затряслось внутри, присел на стул. Он не нашел правильных слов для ответа, настолько был потрясен. Он чувствовал себя виноватым, а она его грубость в постели воспринимала, как должное. Он только усугубил ее извращенные представления о интимной жизни.
   После долгой паузы, он единственное, что нашел ей сказать:
   - Лида, мы должны развестись.
   - Нет! - закричала она, бросившись на него с кулаками. - Я не дам тебе развод! Никогда в жизни!
   - Я не люблю тебя! Я не могу с тобой жить! - закричал он в ответ, с легкостью отражая ее нападки, не хватало еще сражаться с ней в кулачном бою.
   - Я люблю тебя! Ты мой муж! Мы теперь с тобой до конца дней!
   - Лучше пойду, застрелюсь что ли...
   В дороге он вспоминал, как ухаживал за Галчонком, как она трепетала от каждого прикосновения, от каждого поцелуя, как стремилась сама прижаться к нему, потрепать по волосам, не понимая до конца своих желаний. Нет, с любимым Галчонком было бы все по-другому, но теперь он об этом не узнает никогда.
  
   ГЛАВА 5
  
   Он на несколько недель остался жить в гарнизоне, домой не было смысла стремиться, а здесь, в ограниченном пространстве военной части, все было четко, понятно, по уставу. Надо напросится на перевод, к черту на кулички, в Среднею Азию. Кто-то должен охранять границы большой советской страны от потенциальных врагов.
   Он был коммунистом, но уже давно не верил в идеалы, в кругу его знакомых ходил по рукам запрещенный самиздат, он жадно читал дерзкие тесты диссидентов, и изумлялся, размышляя над каждой смелой строчкой. На кухнях, с друзьями, они шепотом, горячо спорили и обсуждали, что страна живет во лжи, нужны перемены, свобода слова.
   Они были молоды, мыслили на максимуме, верили, что пора менять строй, менталитет, чтоб их будущие дети выросли в великой стране, с огромным историческим наследием, из которого пора извлекать уроки. Из них никто даже помыслить не мог, что великая сильная держава, грозный Советский Союз, в принципе, может рухнуть, как карточный домик, поглотив в черную дыру весь накопленный потенциал, богатые природные ресурсы, разрушенные человеческие судьбы.
   Эта геополитическая катастрофа изменила радикально мир, во внешней политике и во внутреннем мироустройстве, обнажила все накопленные советской эпохой проблемы общества, и расслоила людей на социально несправедливые классы. Новая Россия разделилась на очень богатую элиту и на подавляющей своей нищетой, весь остальной народ.
   Николай Савельев в новые счастливчики попал случайно, его сократили из армии, он остался без работы, надежды на будущее, вся страна находилась в глубоком шоке, жила по карточкам, отстаивала огромные очереди за сахаром и другим продовольствием. Пройдя недолгий, но невероятно опасный путь накопления денежного капитала, к 2010 он являлся очень богатым человеком, известным эксцентричным бизнесменом, с жесткой хваткой, владельцем целой корпорации, самым известным его детищем стали супермаркеты экономкласса.
   Савельев, кажется, в эту ночь не сомкнул глаз, вспоминая свою молодость, спустя столько лет, почти без сожаления. Удивлялся себе молодому, что так быстро сдался, принимал неверные глупые решения. Иметь бы сегодняшний накопленный в борьбе за место под солнцем, жизненный опыт, тогда, сопливым лейтенантом, он бы поборолся за счастье. Возможно.
   Но предложи ему сейчас кто-нибудь, повернуть время спять, он бы все равно бы отказался менять установившиеся факты его биографии. Единственным положительным моментом и итогом своего нелепого, но долгого, тридцатичетырехлетнего брака с Лидой, он считал рождение своей единственной дочери, Вероники. Именно ради нее, он не стал бы ничего менять. У каждого существовал свой лучик света в царстве тьмы, что жизнью наивно называют.
   Он не верил в Бога, в рай, куда после смерти отправляются души праведников. Но верил, что живет в своем собственном персональном аду. Точкой отчета можно считать более близкое знакомство с будущей женой, пожизненной каторгой. А если рай все же существовал, а вдруг? То его, по результатам земной жизни, туда точно никто не пустит, далекой от праведности была биография предпринимателя Савельева, и его в своем подземном чистилище ждет Люцифер, которому он продал душу. Когда тебе нечего терять, то тебя отпускает страх. Страх потерь, нелепых переживаний, и решения, порой жестокие, принимаются с поразительной легкостью.
   Вероника, Ника, как она просила называть себя потом, его любимое дитя, смысл жизни...
   Со светлой грустью в сердце, он вспоминал, как она появилась на свет...
  

***

  
   Мысль о будущем разводе с Лидой крепла в нем день ото дня. Другого выхода из сложившейся жизненной коллизии не было. Он не видел жену уже несколько дней, жил ограниченной жизнь военной части, и даже завел тайную интрижку с новой молодой женой пузатого лысеющего генерала. Генерал, ради этой сопливой выскочки из провинции бросил свою верную, но постаревшую супругу, с трудом удержался на должности, только за счет своих старых связей выше. Молодая симпатичная девица явно скучала в обществе престарелого мужа, но наслаждалась остальными благами, полученными в результате неравного брака.
   Генеральша сразу приметила молодого интересного лейтенанта, не пытаясь даже скрыть свой явный интерес, находила благовидные предлоги почаще бывать в части. Еще одна хищница открыла на него новый сезон охоты, но ему уже все равно, а потом он даже не допускал мысли, что юная генеральша откажется от привилегий своего статуса ради молодого, но бедного офицера.
   Ее интерес был другого уровня, и он откликнулся, результат не заставил себя ждать, и вскоре он уже сжимал в объятиях страстную до постельных утех генеральшу. Она жаловалась ему, что муж стар и немощен в столь деликатном вопросе, и наверстывала упущенные радости жарких мужских ласк. Славно они проводили время, изменяя своим супругам.
   Душа его в страданьях, погибала, а тело наслаждалось грехопадением. На этом отрезке жизни переродился новый Николай Савельев, простой парень из сиротского приюта превращался в хищника, карьериста и умелого любовника.
   Генерал был совсем не дурак, раз дослужился до таких погон, и чувствовал, как разрастаются рога на его голове, благодаря любовному приключению женушки. И вто же время, был беспомощен от разрывающего чувства любви к юной прелестнице, ведь ради нее не побоялся оставить свою первую жену. Считал, что имеет морально право на свое личное счастье, раз дети повзрослели. И никак не ожидал такого поворота событий, что его молодая жена пуститься гулять, и чтобы не позорить себя дальше, он словно кожей ощущал насмешки спиной, принял нелегкое решение.
   Уничтожить Савельева, было его первое желание, но он переборол в себе этот отчаянный порыв обманутого мужчины. Он повысил в звании младшего лейтенанта, заключив с ним молчаливый, но понятный им обоим мужской договор, выкупил обратно права на владение телом юной жены. Савельев правильно его понял, перестал встречаться с любовницей, и засобирался навестить свою супругу, ведь их вопрос с разводом так и оставался открытым.
   Тихо открыв дверь в квартиру, он оказался нечаянным свидетелем разговора жены с неизвестной особой. Они разговаривали на повышенных тонах, не подозревая, что уже у их тайны появился свидетель. Николай стоял в коридоре и слушал невольные признания жены, как она задумала предательским образом его женить на себе, как воплотила обман в жизнь.
   - Ты же можешь подождать немного, я тебе отдам все деньги. - умоляла Лида.
   - Ты думаешь, легко было достать справки о беременности и выкидыше? Это стоит денег.
   - Я же сказала, что расплачусь с тобой.
   - Если через три дня не будет денег, то твой муж обо всем узнает. - начала угрожать гостья.
   - О чем должен узнать муж? - Николай вошел в комнату, напугав обеих женщин.
   - Ох! - Лида зажала рукой рот, изумленная и побледневшая. Она не решалась взглянуть ему в лицо, боясь прочесть там приговор себе. - Коленька, ты давно приехал?
   - Достаточно давно. - с ледяным спокойствием ответил он, повернулся с незваной шантажистке. - А вы, убирайтесь отсюда поскорее, пока я не достал табельное оружие или не вызвал милицию.
   Девица с амбициями шантажистки выскочила за дверью, не попрощавшись, опасаясь, что обманутый муж выполнит угрозы. Жаль, что он все узнал, теперь денег с дурочки Лиды не выбьешь.
   Николай смотрел на жену с нескрываемым отвращением, боролся внутри с яростным желанием лишить ее жизни, немедленно, без отсрочек совершить справедливый самосуд. Взяв себя в руки, он смог только прохрипеть:
   - Собирай вещи, и катись к черту! Чтоб до вечера тебя тут не было!
   - Коленька, послушай меня...
   - Лида, не смей даже ничего мне объяснять! Я все прекрасно слышал! - он развернулся, собираясь уходить, но Лида стала цепляться за его рукав.
   - Подожди, Коля, я беременна! - закричала она, остановив его на пороге.
   - Какая же ты тварь! - он с ужасом отшатнулся от нее.
   Так он узнал о новой беременности жены, но счел, что это очередная коварная уловка, и выставил жену из дома, не став слушать ее уговоры и мольбы. Какая беременность, она его за безмозглого простачка всю жизнь держать будет? Ее живот был плоским, с их последней встречи она еще больше похудела, кожа стала совсем бледной и прозрачной, что стали видны прожилки вен, они раздувались, когда она волновалась.
   Коля думал, что падать ниже просто некуда, что ненавидеть свою жену еще больше просто невозможно. Но именно это с ним происходило, он искал забвения и осмысления, как он влип в историю с мнимой беременностью, пытался даже женитьбой благородно исправить ситуацию. Пора ставит точку в отношениях с Лидой, он не сомневался, что видит ее в последний раз.
  

***

  
   Лида, выгнанная из дома мужем, уехала к родителям за поддержкой. Только они могли повлиять на Коленьку, он к ним относился с таким почтением и уважением. Отец пришел в ужас сначала, выслушав ее версию событий, тут же собирался ехать в город, разбираться с непутевым зятем, приносившим одни разочарования. Сергей Григорьевич считал, что пожил достаточно на свете, чтоб научиться разбираться в людях, но такой подлости не ожидал от молодого человека, которого еще недавно принимал, как родного сына. Но мать, молча слушая рассказ дочери, только качала головой, и словно видя ее насквозь, потребовала правдивых признаний.
   - Дочка, что же вы наделали? Не ври нам с отцом! - воскликнула Валентина Петровна
   - Мама, он меня из дома выставил беременную. - Лида стояла на своей версии событий.
   - Лида, почему он не поверил тебе? - настаивала мать, понимая, что Коля не мог просто так, с позором выгонять жену. У него должны быть четкие обоснования для подобной жестокости, и она, собиралась узнать всю правду, какой бы горькой она не была.
   В итоге, Лида сдалась, мучаемая плохо переносимой беременностью, ее все время мутило и тошнило, она не могла принимать пищу, кружилась голова, и она все время плакала, ожидая, когда Коленька одумается, и заберет ее обратно. Но муж не собирался ее возвращать, он собирался покинуть ее навсегда, не смотря, что она, на этот раз действительно носила его ребенка под сердцем, и уже почти ненавидела еще не рожденного младенца, причиняющего столько страданий. Она стала невольной пленницей в доме своих родителей, ее не держали взаперти, но идти ей было некуда. И тогда она сдалась, и рассказала матери правду об обмане, о первой мнимой беременности.
   Рассказала, с одной надеждой, что та поймет силу ее любви, толкающей на отчаянные поступки. Столько осуждения и слез, она никогда не видела в глазах матери, и уже пожалела, что призналась. Но Валентина Петровна, наблюдая, как день за днем растет ее живот, приняла самое трудное решение в своей жизни, собираясь вернуть дочь в лоно семьи, склеить разбитые осколки семейной жизни, ради этого ребенка. Ради первого мнимого ребенка, она поступилась со своими принципами, и чувствовала себя виноватой перед несчастным зятем. Любил младшую дочь, вынужден был жениться на старшей.
   Встреча с зятем произошла в его квартире, за ее спиной пряталась Лида, с очевидным подтверждением беременности, большим выпирающим животом. Лиду оставили ждать на кухне, а сами заперлись в комнате на несколько часов, и тихо беседовали. Лида подходила к двери послушать, о чем они говорят, но слов разобрать не могла. Она испепеляла дверь взглядом, за которой решалась ее дальнейшая судьба.
   Коля при Валентине Петровне растерялся, с подозрением посматривая на живот жены. Да, она ждала ребенка, возможно, даже его, ведь была вторая ночь, когда он был пьян и груб, но он не мог просто принять эту истину, после всех манипуляций над собой. В глазах матери Лиды он видел столько горечи, боли и отчаянья женщины, которая винила и себя в случившемся. Он не позволил ей встать на колени, когда она умоляла принять Лиду обратно, он бы никогда потом не простил себе ее унижения.
   - Коля, прости меня... прости ее... это твой ребенок.
   Ситуация бумерангом возвращалась обратно, он сам перед свадьбой стоял на коленях перед Валентиной Петровной, ища ее прощения.
   - Мне никогда не замолить это грех перед Богом. - шептала она, перебирая трясущимися руками подол своей простой по крою юбки.
  
   ГЛАВА 6
  
   Коля принял Лиду обратно, но жить с ней не собирался. Он ожидал исключительно рождения ребенка, чтобы убедиться, что в этот раз его не обманули, и Лида не пошла на очередную подлость, решив его удержать. Она была способна на все, даже забеременеть от другого мужчины, и выдать его за их общего ребенка. Он был уверен, что как только посмотрит в глаза малышу, то поймет, чей он, сердце подскажет.
   В сентябре 1977 года у него родилась дочь.
   Когда Лида рожала, его не было рядом, он узнал позже. Со слов врачей, он знал, что жена рожала долго и мучительно, произведя на свет девочку. Стоило только взглянуть на нее, маленькую кроху, как его сердце ухнуло вниз. Ребенок бы почти копией его самого, те же зеленые глаза, темная рыжина волос. И когда она, потянула к нему ручки, улыбаясь беззубым ротиком, он понял, что пропал окончательно. Малышка завладела его сердцем сразу и бесповоротно, стала смыслом существования, и он даже смягчился в отношении жены, благодаря ее за это чудо, за счастье ощущать себя отцом.
   Он преобразился, его глаза засияли, каждую свободную минуту он проводил с дочерью, разводил смесь, кормил, у Лиды быстро ушло молоко, менял пеленки, гулял гордый с коляской, вставал ночью, стоило ей, только шелохнутся. Вся его нерастраченная любовь досталась дочери Веронике, он сам так настоял ее назвать, Лида особо не спорила с ним по поводу имени. Он вообще не понимал отношений жены к дочери, она не выражала восторгов, только жаловалась на различные недомогания, и что ребенок ее совсем извел.
   Лида с ужасом наблюдала, как Коленька поглощен дочкой, а на нее совсем не обращает внимания, словно она невидимка. Стало ее хуже, она надеялась, что ребенок их свяжет навеки, а дочь отбирала у нее Коленьку, лишала последних надежд быть любимой.
   Николай, по-своему даже пытался наладить их семейную жизнь, как-то ночью, повернулся к ней лицом, осторожно поглаживая плечо. Его нежданная нежность была направлена на возобновление интимной жизни, что вызывало в Лиде только отвращение. Неужели в любви никак не обойтись без срамного акта соединения их обнаженных тел. Она, сжав зубы, терпела его ласки в темноте, считая минуты, когда он уже закончит свои дела. Но Коля был настойчив, пытаясь, пробудь ее чувственность, нежно гладил, целовал, делал такие бесстыдные вещи, что она от шока не могла оправиться несколько дней.
   Он смягчился в разговорах с ней, но все их темы были посвящены исключительно Веронике, как она икнула, поела или покакала, как будто говорить больше было не о чем. Но стоило дочке пикнуть, как Коля несся выполнять любое желание дочери, совершенно забывая, что на свете существует Лида, с неразделенной безумной любовью к нему.
   Да, это Вероника во всем виновата, она стала раздражать Лиду своим бесконечным плачем, требуя постоянного внимания к себе. Лида, преодолевая в себе ревность к дочери, исполняла нелегкий материнский долг, и даже стала привыкать к ней, раз Коленька любит девочку, то она должна постараться тоже это сделать.
   Коля извелся весь, пытаясь в душе, простить Лиду, решил, что ради Вероники даже наладит отношения с женой. Предпринял несколько попыток вовлечь Лиду в мир интимных наслаждений, был нежным и изобретательным, но она опять проявила проклятое терпение, как покорная жена, словно он ее брал силой, как тогда, когда они зачали ребенка. Ее непробиваемая холодность в постели вскоре окончательно охладила его пыл, и он стал искать утешения на стороне.
   Когда Лида поняла, что в его жизни присутствуют случайные женщины, романы на стороне и измены, то их натянутые неровные отношения превратились в кошмар, Она изводила себя мыслями, что он бросит ее с младенцем на руках, оставит одну, полюбит кого-то на стороне, закатывала ему периодически скандалы.
   Истерикой закончилось их очередная ссора, после известия о том, что Галя выходит замуж. Для Коли это стало ударом, он замкнулся, а Лида решила, что он задумал возобновить любовные отношения с сестрой.
   Вот вам и вечные клятвы в любви, Галя недолго горевала, нашла какого-то Ваню, вышла замуж, и через год родила племянников-двойняшек, Машу и Мишу. Все, как и предполагала Лида, Галя нашла себе мужа, зачем тогда нужно было устраивать драму, удерживать Коленьку.
  

***

  
   Вероника подрастала, Коля жил с женой из-за дочери, изгнав ненависть из сердца, но сам был далек и равнодушен к ней. Он мечтал, возвращаясь, домой, что с порога дочурка кинется его встречать с радостными криками:
   - Папочка! - зависнет у него на шее, начнет зацеловывать. Расскажет о своих маленьких детских радостях и проблемах. - Папочка, а у меня...
   - Иди ужинать, любимый! - звала его Лида, надеясь тоже на капельку его внимания, но Вероника вечно мешала отцу нормально поесть, крутилась на коленях, дергала за рукав.
   Лида однажды прогнала дочку, та с плачем убежала, и они с Колей крупно поругались. Теперь она училась угождать мужу, не вызывать его раздражения, живя в постоянном страхе, что он бросит ее, забрав ребенка с собой. И когда он возвращался домой, она старалась привлекательно выглядеть, была ласкова с дочерью, что очень порадовало Колю, который упрекал ее в холодности в отношении к дочери. Все что угодно, только бы порадовать любимого Коленьку.
   Коля изо всех сил старался наладить отношения с семейным кланом Лиды, раз своего у него не было. Зато у Вероники должна быть большая семья, состоящая из дедушек, бабушек, тетушек и братьев-сестер. Он смирился с тем, что у Гали теперь была своя семья, и дети, которые могли бы быть их общими. Значит, не судьба. И еще, Коля надеялся, что дети Гали подружатся с Вероникой.
   Вероника, его маленькое солнечное создание, много с чем его примирила в этой жизни.
   Они стали каждое лето навещать бабу Валю и деда Сергея в деревне, оставляя на весь теплый период. Лида радовалась этим небольшим передышкам, посвящая все время мужу. А Вероника скакала от счастья, узнав, что они поедут к бабуле и дедуле, ведь там она познакомилась с братом Мишей и сестрой Машей. Они были чуть младше ее, но с ними было так весело играть.
   Николай сам, каждый отпуск теперь с удовольствием проводил в деревне у тестя и тещи. Иногда они пересекались там с Галей и ее мужем. Иван оказался хорошим спокойным мужиком, любил свою жену, и Коля стал испытывать к нему уважение, с небольшим чувством зависти. Муж Гали был в курсе о роли Коли в жизни обеих сестер, но никогда не заговорил с ним об этом, не упрекал, и не испытывал ревности или страха, что Николай захочет увести Галю, Иван был абсолютно уверен в своей жене. С Иваном они учились у тестя Сергея Григорьевича косить сено, строить новую баню, и управляться с лошадьми.
   Только спустя несколько лет, Коля смог по душам поговорить с Галей, забыть старые обиды. Он был благодарен, что Галчонок простила его, не держала зла за все страдания, что он принес. Только Лида никак не смогла смириться, что Коля завел дружеские отношения с семьей Гали, и теперь стремился с ними общаться не только в деревне, но и откликался на их приглашения в гости, звал к себе.
   Она, скрипя сердцем, ехала с ним в гости, натянуто улыбалась, не могла же она отпускать мужа к сестре одного, не понимая в принципе, зачем им всем нужно это общение. Нахождение Коли и Гали в одном пространстве делало ее нервной, она с трудом сдерживала внутреннею истерику. При муже Лида всегда вела себя почти идеально, или, по крайне мере, очень старалась.
  

***

  
   Они все еще жили в коммуналке на Кутузовском проспекте, ожидая получения отдельной квартиры. Лиду раздражали соседи, она вечно выясняла с ними отношения, кому и когда пользоваться кухней, стирать в ванной, убирать общий коридор. Коля просил ее быть повежливее, не устраивать скандалов из бытовых неурядиц, Лида, глотая обиду, огорчалась, что муж не поддерживает ее точку зрения, согласно кивала.
   Но терпение ее лопнуло, когда соседка приютила у себя подругу с работы, предупредив Николая, что какая-то Марина разводится с мужем, и ей негде жить с ребенком. Коля, не поинтересовавшись мнением Лиды, ответил, что не возражает, пусть живут, в жизни всякое бывает.
   Подруга соседки оказалась натуральной деревенщиной, и даже попыталась подружиться с Лидой, будучи с ней почти одного возраста. Лида на корню пресекла все попытки, не нужны ей были подруги, да еще которые разводятся. Такие подруги, свободные, самые потенциально опасные.
   Сынок разведенки, Лида даже не помнила его имени, оказался мальчиком лет восьми, неугомонный цыганенок, весь смуглый и чернявый, вечно носился по квартире, играя то в войнушку, то в разведчиков, и даже попытался вовлечь в детские забавы почти пятилетнею Веронику.
   Сначала Лида была против их общения, но вскоре оценила преимущества детской дружбы, дочь целый день была занята играми с мальчиком, и не приставала к ней со своими бесконечными капризами и просьбами.
   Вероника была счастлива, что теперь у нее появился новый друг, верный рыцарь, он был такой веселый и изобретательный. А еще он был взрослый, ведь уже учился в школе, в первом классе. Как же маленькая девочка Вероника ему завидовала. Она хотела скорее повзрослеть, может тогда научится понимать, что происходит между мамой и папой, почему они все время ругаются. И даже, когда они вроде мирно разговаривают, она чувствовала напряжение в комнате, недовольный хмурый взгляд обожаемого папы, натянутую улыбку матери. Ей хотелось спрятаться под стол, как вовремя ливня с грозами. Тяжелый дождь, сопровождаемый грохотом и молниями пугал ее безмерно, как и скандалы между родителями.
   Соседский мальчик называл ее принцессой с блестящими глазами, и Вероника, смотря ему прямо в глаза, начинала верить его словам. Может она вправду прекрасная принцесса, ведь папа тоже так ее называет. Ей очень нравилось смотреть ему в глаза, темные, но ясные, они ее, как магнитом притягивали, и ей даже казалось, что у него тоже необычно блестят глаза, как ни у кого другого.
   Вероника верила волшебным сказкам, где каждая принцесса встречала прекрасного заботливого принца, который спасал ее от злодеев. Это почти, как в кино про любовь, которые обожала смотреть ее мама по телевизору. Маленькая девочка, интуитивно, иногда даже не осознавая, по-женски кокетничала с новым другом, копируя героев из фильмов и сказок.
   - Ты умеешь хранить секреты? - спросила она, собираясь доверить ему большую тайну. - Моего папу отправляют на войну, он будет, как дедушка, с фашистами бороться.
   Вероника случайно подслушала разговор родителей, что папе пришел приказ, и он должен ехать служить в Афганистан, мама заплакала, и стала умолять отказаться, причитая, что его там могут убить, и как она будет жить без него. Вероника не очень понимала, что такое Афганистан, но про войну слышала, ведь дедушка Сережа показывал медали, рассказывая, что была Великая война, и все люди боролись с фашистами, и победили их. И сам дедушка гнал их до главного города фашистов, Берлина, это очень-очень далеко.
   - Советские воины фашистов уже победили. Это какая-то другая война. - с легкой завистью пояснил он. Он уже почти решил, что когда вырастет, станет военным, как отец Вероники, у него будет парадный мундир с погонами, и он тоже пойдет на войну, бороться с врагами, как настоящий мужчина. И Вероника с еще большим восхищением будет на него смотреть.
   После этого разговора прошло несколько дней, они активно играли в войнушку. Но Веронику мучил еще один сверхважный жизненный вопрос, и она отважилась задать его, с замиранием сердца, ведь она была смелой девочкой:
   - Ты, когда вырастешь, женишься на мне?
   Она явно сразила его этим вопросом, он покраснел, и долго смотрел ей в глаза. Они сидели в ее комнате на полу, пока мама готовила обед на кухне. Он учил ее строить из кубиков целый город, неохотно соглашаясь, что это будут домики для кукол.
   - Женюсь. - шепотом ответил он, и неловко поцеловал ее в щечку.
   - Поцелуй меня сюда, по-настоящему. - она показала на свои губы. - Так в кино делают, когда люди женятся.
   Он наклонился к ней, и прижался сжатыми губами к ее губам, потом долго смотрел на нее, не зная, что сказать. Маленькая Вероника очаровала его, он постоянно думал об этой девочке, хотя раньше считал девчонок ненадежными товарищами в играх. Знакомые ему девчонки были скучными, вечно ныли, играли только в кукол, но Вероника разительно от них отличалась, с удовольствием приняла игры в разведчиков, и они катали машинки по всей квартире.
   И он, даже на некоторое время забывался, не вспоминал, по какой причине оказался в гостях у маминых знакомых. Развод родителей разрывал его детское сердце. И еще он увидел, что отцы бывают разные, не как у него, вечно раздражительный и пьяный. А как у Вероники, ее папа, огромный мужчина в военной форме обожал дочь, смеялся над ее проказами, даже по-мужски и серьезно познакомился с ним, протянул свою огромную ладонь, представился и крепко пожал.
   - Ты самый лучший мальчик на свете! - воскликнула она, и ее глаза почти загорелись.
   - Какие у тебя красивые волосы. И цвет, как у лисички. - сказал он с восхищением, трогал ее волосы, наматывая колечки на палец. Он понимал, что старшее ее, боялся обидеть, и хорошо, что она сама предложила ему поцеловаться. Он до этого даже не подозревал, что поцелуи могут нравиться, что сердце может так сладко замирать.
   Вечером их нарядили, посадили рядом, и несколько раз сфотографировали, взрослый парень, сын маминой подруги учился в институте и увлекался фотографией, и теперь постоянно всех щелкал новеньким фотоаппаратом. Они с Вероникой потом с удовольствием помогали проявлять черно-белые снимки, наблюдая за таинством в темной ванной.
   - Это настоящее волшебство, да? - спрашивала завороженная Вероника.
   Через неделю после первых уроков фотоискусства, рано утром за ним приехала бабушка и забрала с собой. Он расстроился, что не сумел попрощаться с Вероникой, и сказать, что обязательно вернется за ней, когда подрастет, получит паспорт, и выполнит данное ранее обещание, жениться.
   Он так никогда и не узнал, что чуть позже, Вероника, только проснувшись, побежала его искать. Когда ей сказали, что его нет, и вряд ли он вернется, долго и безутешно плакала, обиженная, что он мог так просто взять и уехать. Она поклялась, что когда вырастет, то разыщет его, и откажется в отместку выходить за него замуж.
  
   ГЛАВА 7
  
   Но Лида сочла детские горести Вероники глупыми, все затмило известие о Колином переводе в Афганистан. Ни о чем другом она думать не могла, сердце било тяжелым набатом, ее разлучают с любимым мужем, отправляют на войну, с которой он может не вернуться. Коля уже рассказывал о некоторых товарищах по военному училищу, отправленных в Афганистан раньше, и она стала жить в страхе, что его тоже могут забрать. И вот это случилось. Но Николай с ней был категорически не согласен, он даже сначала хотел в Афган.
   СССР ввел советский контингент в Афганистан в 1979 г. для исполнения интернационального долга. Начался десятилетний кошмар для простых советских женщин, ждавших с войны своих мужей, сыновей, отцов и братьев. Тысячи искалеченных жизней солдат и офицеров, тысячи семей, ждущих своих родных.
   В памяти народной осталась пережитая всей Европой Первая мировая и Вторая мировая войны. Советские люди чтили советских воинов, сражавшихся с нацисткой Германией в Великой Отечественной войне, еще много ветеранов жило рядом с ними, детям со школьных лет рассказывали о героических годах, о мужестве советского народа. Не было в огромной советской стране ни одной семьи, кого бы эта война обошла мимо. В каждой семье был памятен свой герой, не вернувшийся или прошедший за четыре года все пекло войны, с полной грудью орденов.
   Война в Афганистане была далекой, не до конца понятной. Дикая средневековая Азия, душманы, финансируемые Западом, пытавшиеся свергнуть молодой коммунистический режим простого афганского народа. Советский Союз не мог оставить своих братьев в беде, и отправил своих сынов умирать за великую социалистическую идею. На самом деле у направляющихся в Афган солдат и офицеров не было четкого представления, что на самом деле происходит, какая служба их ждет, и что такое реальные боевые действия. Было юношеское желание подвигов, возможность показать себя настоящими мужчинами.
   Николай даже мысли не допускал отказаться от приказа ехать в Афганистан. Осенью 1982 года, сразу после дня рождения дочери, Веронике исполнилось пять лет, он в составе советского контингента отправился в далекий горный край, сражаться с афганскими моджахедами.
   Николай Савельев, офицер советской армии, никогда не забудет, что сделала с ним эта война. Он вернулся живым и почти седым, командир батальона, навсегда потерявший своих нескольких солдат в горных ущельях. Он знал каждого лично, и очередная смерть не притупляла боль потери, чувства вины, что такие молодые ребята под его началом расставались с жизнью. У этих пацанов были матери и невесты, что их не дождутся теперь никогда. Только цинковые гробы, отправленные на Родину, похороны проводимые в полутайно, и на памятниках нельзя было даже указать, что солдат погиб в Афганистане.
   Потом в конце 1980-х, конечно, разрешили, но это уже мало кого интересовало, страну захлестнули другие проблемы, и все поскорее хотели забыть эту войну, все чаще появились критические статьи о советском вторжении в Афганистан, заслуживающего морально осуждения.
   Образ героев, воинов-интернационалистов не мог оправдаться такими потерями. Ложь, кругом одно вранье, и быстро угасающий интерес к войне, забытые и брошенные на произвол воины-интернационалисты, остро нуждающиеся в профессиональной помощи психологов. Понятия "афганский синдром" в Советском Союзе не существовало, мало кому приходило в голову, что многие молодые ветераны Афгана, пережившие кошмары и ужасы войны, не могли самостоятельно адаптироваться к мирной жизни, спивались, вешались, шли на преступления.
  

***

  
   Николай столько всего пропустил в жизни свой дочери, в том числе, когда она пошла в первый раз в школу, радостная, с большими белыми бантами и огромным букетом для первой учительницы. Он продвигался по службе уже по инерции, иногда задумывался о желании уйти в отставку, но не мыслил себя где-то еще, кроме службы в армии. Он терял свои убеждения, не обретая новых.
   Положительным моментом в их жизни стало получение отдельной квартиры. Он приложил все усилия и возможности, чтобы квартира была в районе Кунцево, и иметь возможность быть поближе к семье Гали, но даже не надеялся на такую удачу, они с Лидой и Вероникой вселились в соседний дом.
   Лида была в бешенстве, но ничего не могла сделать, и даже не пришлось выбирать из двух зол, что хуже, остаться существовать в коммуналке с ненавистными соседями или жить под боком у Галки, чтоб муж имел возможность тайком бегать к ней на свидания. Именно такие картины подсказывало ей воображение, и она всячески тормозила дружеские отношения между Вероникой и ее двоюродными братом и сестрой.
   Вероника не очень понимала, почему веселые и добрые Машка и Мишка не любят ее, завидуют ей, опровергать домыслы матери еще не научилась. Но долго горевать не пришлось, школа подарила ей новых друзей, и совсем стерлась легкая тоска по мальчику с блестящими глазами. Его она так больше и не увидела, и детская память благополучно с ним рассталась. Осталось только яркое воспоминание о первом детском поцелуе, мало какая девочка ее возраста могла похвастаться такой бурной жизнью и поклонником. Поцелуй не забылся, в отличие от имени мальчика.
   И потом у них в классе учился такой удивительно красивый мальчик, от взгляда на которого Вероника немела, впадая в ступор. К ней пришла новая влюбленность.
   Одними из самых ярких событий в ее детской жизни было возвращение папы из Афганистана, обустройство новой двухкомнатной квартиры с большой лоджией, почти дворец, по сравнению с маленькой комнаткой в коммуналке. Невероятно, у нее даже появилась отдельная комната.
   Также она радовалась вместе с папой, что он нашел своих родственников на Украине. Николай никогда не оставлял поисков, так велика была его жажда обрести родных людей. Родственники жены стали для него новой семьей, но он не терял надежды найти свою кровинушку, Савельевскую. Оказалось, родной брат ее прадедушки обосновался в Константиновке, небольшом городке Донецкой области. А его потомки потом перебрались в Киев, и в одно лето, между ее вторым и третьим классом, Николай с Вероникой поехали знакомиться с новообретенными дальними родственниками.
   Вероника была в восторге, у нее теперь появился еще один брат, Саша Савельев, ее ровесник, проказник и затейник, каких свет не видывал. Если бы папа только знал, что они вытворяли, то выпорол бы обоих. Сашка очень любил эффектные фокусы и эксперименты, познакомил с дворовой шпаной, и самым невинным их занятием было кидание с балкона на невинных прохожих яиц и помидоров.
   А вскоре они всей семьей отправились в ГДР, в город Вюнсдорф. Папа, как любой военнослужащий, помотавшийся по просторам Союза и дружественных к нему стран, попал в состав группы советских войск в Германии. Поселили их возле танкового завода, где она вместе с мальчишками и девчонками из новой школы воровали уголь, и лепили настоящий танк, вставляли вместо дула, палочку.
  

***

  
   В 1990-м они вернулись обратно, отца сократили из армии, погибающий Советский Союз не знал, что делать с таким количеством военных офицеров. Чтобы выжить и прокормить семью в такое нелегкое время, Николай Савельев, вместе с бывшими сослуживцами, оставшимися вдруг на обочине жизни, но имеющим связи и полезные знакомства, а так же небольшие накопления, особенно после поездок в социалистические страны Европы, решили заняться бизнесом, и вначале 1990-х открыли торговую палатку.
   Так, начался нелегкий путь восхождения к вершинам бизнеса бывшего военнослужащего Николая Савельева. Жестокая борьба в розничной торговле, только способствовала быстрому дикому накоплению капитала, участие в бандитских группировках, жизнь с особым риском. На этом пути Савельев терял друзей, приобретая деньги.
   В конце 1991 года ему даже пришлось отправить четырнадцатилетнею Веронику к родственникам в Киев, у его компаньона по бизнесу Бориса, бандиты похитили маленькую дочь Дашеньку, продержав несколько дней. Савельев, окунувшись в коммерцию, уже не мог остановиться, выйти из игры, но рисковать собственным ребенком не позволил себе.
   Торговые палатки стали разрастаться в количестве и качестве, появился магазин, потом еще несколько. От бизнесменов той поры требовались быстрые и жесткие решения, промедление стоило жизни. В какой-то момент ему пришлось нанять телохранителей, он вовлекал в разрастающийся бизнес своих сослуживцев, особенно самых надежных ребят, прошедших с ним Афган. Во второй половине 1990-х к нему приходили парни, прошедшие Чечню, не боявшиеся рисковать, умеющие держать в руках автомат, если потребуется.
   Савельев не пропустил момент появления первых супермаркетов в новой России, ставшими самыми массовыми продуктовыми магазинами, и стал открывать свои, что и принесло ему основной капитал. С появлением больших денег он скупал и перепродавал недвижимость, заброшенные, ставшие бесхозные заводы и фабрики. В провинциальных областях налаживал свое производство по производству продуктов для разрастающейся сети супермаркетов. Не побоялся открывать небольшие супермаркеты в провинции, хотя это было сопряжено с большими рисками.
   Требовались врожденные инстинкты хищника, чтобы удержать корпорацию на плаву, выдержать сумасшедшую смертельную конкуренцию, он организовал свою службу безопасности. Савельев предпочитал растить свои кадры, молодые ребята, преданные ему душой и телом, благодарные, что он вытащил их из нищеты, работали на расширение бизнеса, отслеживали конкурентов, занимались экономическим шпионажем.
   Самой большой гордостью среди его воспитанников, стал Воронцов Юрий, одноклассник и возлюбленный дочери, светлая, очень умная голова. Не без помощи Савельева он получил самое лучшее образование в Росси и за границей, знал иностранные языки в совершенстве. Именно такого человека не хватало Николаю, отличавшегося глубоким аналитическим умом, умевшим принимать правильные решения, идеально проводившим переговоры с иностранными инвесторами. Им стал Юрий, юрист, с кристально безупречной репутацией, из очень хорошей известной семьи медицинских академиков, прошедший все уровни карьерного роста в торговой империи Савельева, до первого заместителя по юридическим вопросам.
   Происхождение в новой Росси стало модным явлением, нувориши приобретали липовые гербовые подтверждения дворянского происхождения. Савельев, имея простое советское рабоче-крестьянское происхождение, не опустился до этого нелепого смешного проявления, предпочел приобрести статус другим способом, благо деньги давали такую возможность.
   Деньги давали невиданную власть над сознанием людей. Безграничную сокрушительную власть.
   Власть денег кружила голову, и дарила ощущение чувствовать себя живым Богом на земле, вершителем судеб, благодетелем или карателем, как потребуют того обстоятельства.
   Он занимался благотворительностью, поддерживал общественные организации, дружил с влиятельными чиновниками и депутатами, но в политику не лез, что и сохранило в последствии ему капиталы и жизнь. Некоторые его конкуренты и компаньоны погорели именно на этом. О нем часто писали газеты, тем для публикаций хватало. Но журналистов больше интересовала его личная жизнь, многочисленные любовные связи, Савельев предпочитал известных актрис кино, или из молодых неизвестных начинающих актрис, делал знаменитых любимиц на всю страну. Киноиндустрию захватила волна сериалов, бесконечно транслирующийся по ТВ. Савельев финансировал некоторые из них.
   Появилось возможности приобрести все материальные блага, дом на Рублевке для жены, пусть там и живет всегда. Лидии окупились все годы нелегкой жизни с Николаем, она с легкостью преобразовалась в важную светскую даму, обзавелась прислугой, и стала обустраивать свой личный домашний храм-музей. Несколько раз в год ездила за границу, приобретать на аукционах редкие вещи, весьма карикатурно перенимая все повадки высшего света Европы. Особенно тяготило ее к британской благопристойности.
  

***

  
   Такой человек, как Николай Савельев, имел много секретов и скелетов в шкафу, которые хотел бы закрыть навеки. Он тщательно скрывал психическую неуравновешенность жены, чуть не приведшую к трагедии, именно поэтому он так и остался женатым на ней в течение стольких лет. Он считал, что уже имел право выбраться из ловушки ее всепоглощающей ненормально любви, но Лида и тут не оставила ему шансов.
   Его чуть не подкосила драма в судьбе дочери, когда ее похитили, он сначала винил себя, подозревая происки конкурентов, хотя уже в эпоху 2000-х такой варварский метод ведения бизнеса уходил в прошлое. Вероника оказалась случайной жертвой маньяка, чудо спасло ей жизнь, которую она так безрассудно пустила под откос.
   Дочь, впавшая в депрессию, потеряла смысл существования, лечение не помогло, она перепробовала все опасные и рискованные способы сведения счетов с жизнью. Единственная неудавшаяся попытка суицида, вдохновила ее на самые невероятные эксперименты над собой, от алкоголизма до самых сумасбродных фантастических выходок. Появились новые мажорные друзья, фальшивые поклонники с нетрадиционной ориентацией, ночные гламурные вечеринки с наркотиками.
   И Савельев принял самое верное, на его взгляд решение, лишил ее денежного содержания и отправил на исправительные работы в библиотеку. К племяннице Марии, которая, имела за плечами десять лет трудовой биографии библиотекаря за плечами, и недавно стала заведующей в маленьком районном книжном раю, без какого либо его участия, только за счет своей профессионально пригодности и любви к делу, которому посвятила свою жизнь.
   Ника сопротивлялась такому несправедливому повороту в своей жизни, но вскоре сдалась под гневом отца, согласилась на пари. Пусть будет библиотека, раз папочка так хочет, помучается она немного, но неожиданно для себя втянулась в новую жизнь, почти без денег. Условием ее проживания, была бюджетная зарплата. Конечно, ее не совсем лишили средств к существованию, мама в тайне от отца оказывала гуманитарную помощь в виде продуктов и шмоток, папа оставил машину, и давал денег на ее содержание.
   Потом появился Пашка, с которым у них появилась договоренность изображать влюбленную пару, тому нужно было реабилитироваться перед своим отцом, партнером по бизнесу Савельева. Иначе его бы тоже ожидала такая участь, Николай Николаевич Савельев подал дурной пример для подражания, Пашка недоумевал, как только папик Ники додумался до такого бреда, обречь единственного ребенка на страдания среди скучных пыльных книг.
  

***

  
   Савельеву еще рано было подводить итоги, ему еще некому было передавать свое дело, бизнес, которому посвятил последние двадцать лет. Ника совершенно не интересовалась его деятельностью, ничего не понимала в управлении капиталами. У него еще не было внуков, о которых он мечтал. Он вспомнил, как восемь лет назад готовился стать дедом, но роковые трагические обстоятельства, лишили его этой радости.
   Пришло время наверстывать утерянные возможности...
   У Николая Николаевича появилась надежда...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   27
   Купырева Саша: "Береги мою душу". Книга вторая "Савельевы"
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"