Курников Юрий Николаевич: другие произведения.

Стихи

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 3.70*11  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Стихи, великие стихи...

            ЛУННАЯ БЕЛКА

на каменной ёлке, гриппозною белкой
в потрепанной шубе и с дудкой-сопелкой
вишу, как безумный, и глаз тупо мкну
девайте куда-нибудь эту луну

а лес не молчит, он гадает о чем-то
волчиха кричит о пропавшем волчонке
он был несмышленышем в наших делах
луна опьянила, луна – увела

луна смотрит злобно, робеют ребята
и тень моя между деревьев распята
и знаю во веки я глаз не сомкну
девайте ж куда-нибудь эту луну

на каменных ёлках серьезны орешки
оттиснут орел и оттиснута решка
грызи скорлупу – сердцевина сладка
пошто мне Господь не пришлет молотка

у нас были предки – отцы, там, и деды
любимцы богов, все как есть сыроеды
но боги возьми, да и вдруг околей
в их честь возвели предки тыщи елей

с тех пор уже много воды утекло
небесных часов потерялось стекло
и, знать, заржавели и встали их стрелки
теперь мы не люди – гриппозные белки

а волки всё рыщут в горбатых сугробах
испачканы снегом их серые робы
когда-нибудь с ветки сорвусь и мне ясно
я буду не белкой, а беличьим мясом

гриппозная белка, поэт-алкоголик
березовый сок я глотаю до колик
вишу на ветвях и творю этот миф
я – в  шубе, я – мыслю, я – пьян
значит жив…



     ЖИЗНЬ НАОБУМ

я сердце поезда
поезд ест поедом
поезд летит в заэкранность
станции, реки, мосты
я чувствую каждый стык
лелею свою иностранность

в сугробе у станции
холод сжал панцирем
мимо тебя эшелоны
в глаза крупы снежной дробь
тебя берет прежняя оторопь
от их громового шолома

что бы не лязгнуло
кончится плясками
о, буги-вуги обласканных!
я чувствую каждый стык
я чувствую каждый стыд
звездою сияет на лацканах

мир станет бережней
ты-то мне веришь-нет?
крутится веретено
кто нас поймает на лжи
мне больше некуда жить
тебе стало верить темно

снег ляжет в урну
восторг вызвав бурный
надгробье блестит свежим лаком
я не нарушу табу
я буду жить наобум
кусок все равно будет лаком…
     

              *  *  *


…эй, блин, как вас там всех, выходи
эй, блин, как вас там всех, помобильнее
и ответьте мне все, в унисон, как один
кто из вас испытал чувство сильное

эй, как вас там всех, выползай
любопытство мое утолите-ка
что ж вы, падлы, не смотрите прямо в глаза
али нет среди вас аналитиков

лишь суставы скрипели и шмыгал соплёй
Мудр-Народ, телогрейками сдавленный
лишь с колхозных полей понесло коноплёй
и посыпалась с неба окалина

угощали по-свойски, аж череп трещит
я давился, но хавал, как миленький
но Вселенский, мечтал отыскать я, Эл. Щит
и повиснуть на главном рубильнике

но и так все равно, что сарай, что трамвай
что молчи, что как бешеный, брыкайся
безусловным рефлексом на выкрик: -давай!
рикошетит: - а накося-выкуси!

безусловный рефлекс, прикуси язычок
отдарюсь зеркалами да бусами
а не то мы с тобой загремим, дурачок
нас с тобой и заставят выкусывать

так за плату мою мне взнуздайте коня
нет коня – лошаденку пропащую
я б к мечте поскакал, её, стерву, кляня
полетел бы как камень из пращи я

что ж, пойдем-ка домой, мой товарищ цепной
ждут с тобою нас стылые комнаты
я хотел заплатить – не сошелся ценой
и остался я здесь недопонятым

так не бейте, хотя бы, во тьме под ребро
мне, как шило точеным напильником
я хотел принести вам не зло, а добро
я мечтал повисеть на рубильнике

и в прощальном мерцании гаснущих звёзд
среди сыплющей с неба окалины
я б шептал: ты мой пес, я твой пес
ты мой пес, я твой пес…
и так далее…


                         *  *  *

ПОХОРОНЫ   АНАГРАММАТИКА


“Гроб – ему!”
         Хирдирф Ешцин

“Мерин Ушец”.
          Б. Го.

“Сберкнижку – мне!”
        “Место встречи изменить нельзя”.

…полное собрание сочинений Хирдирфа Ешцина
цитата первая: женщина – это лифт
цитата вторая: в этом мире всему есть цена
цитата третья: каждый на час калиф

что ни слышится мне – то ли крик, то ли писк, то ли всхлип
в голове непривычно растет сверхъестественный гриб
я покинул лифт и, попав в этот скучный лимб
удостоен чести рекламный рассматривать REEB…

…OK, как ясно по запаху, скоро наступит и здесь
так: горящий пластмассовый танк, так: окурок “житан”
чую: гордость осадка пролезшего в взвесь
обоняю: голодный шатун, миловидный шайтан

я залез стаканы давя на трактирную стойку
поплясав, оборвав, оборзев – обозрел ойкумену
ойкнул, ойкнув упал на скрипучую койку
вспомнил – жизнь моя не подлежит обмену

я бы жил в зазеркалье, родился да хоть бы и гризли
(но не в этом же мире, тех же зеркал осколком!)
я б не чувствовал эти чувства, не мыслил мысли
туалетным утенком гадким, тряпичным волком

слышишь, бойся бумажных чертей на трехногой корове
бойся митру, будду, аллаха, локи и шиву
не болтай, не то услышишь, задравши брови
- он убил его, Дэнбар, погубил христианскую душу живу…

                   *  *  * 

                ЧУЖОЙ

…мое тело не полое
мое тело – набитое
меня вывели голого
на кривую орбиту
что ни детство – сопливое
что ни сон, то обида
это – неторопливое
погружение в битум

ты какая- то нервная
что ни день, то баталия
ты считаешь, наверное
что в меня проник Alien
я ужален судьбиною
и твоими укорами
принеси мне, любимая
идеального корма

разный любит по-разному
я люблю на котурнах
ощущение праздника
громкий скрип арматуры
мною улицы вытерты
что кренились, как палубы
я не то еще вытерплю
небеса не упали бы…

           *  *  *
…до золы истлели давно поленья
темнота сказала, мол, так же сгинешь
только хрен моржовый, пропитанный жиром тюленьим
освещает мой быт
догорит и финиш

не придет никто, хоть ты вой, хоть хоркай
темнота вползает густой, ледяною пастой
есть клочок газеты, чуть-чуть махорки…

ползатяжки еще,
докурю и баста…


                    *  *  *

…я в словесном лесу слон
я пытаю слова на слом
посмотри – это куб, это – бук
все слова состоят из трех букв

но ничто не идет на слом
налеплю птиц из смеси слов
комом блин – эта птица зла
ей для корма ращу злак

я насыпал зерна на стол
я прикладом его мельчу
я гляжу, словно в зеркало, в ствол
ты прислушайся птица, чу…


                       *  *  *


…вот собрать бы всех съеденных мною каш пшено
восклицанья всех неудачных попыток перепрыгнуть ров
между детством и всем остальным; все, что разрешено
всю золу от сгоревших дотла пионерских костров

но, правду сказать, я не знаю сколько будет крутиться лента
смутно помню что было, пока не надели мне красный галстук
точно знаю одно – не было ни зимы, ни весны, ни осени и ни лета
когда б я не бегал, не прыгал, не падал и не матюгался

когда мнишь себя легким пузырьком, например, нарзанным
прорастаешь смыслами – весел, горяч, неистов
пармезан всплывает, что был раненым партизаном
а мотострелок – это парень, отстреливающий мотоциклистов

но сейчас решив проведать Морфея-братуху
перед тем, как вновь посетить его владенья
тщательно заизолировал первую весеннюю муху
чтоб она тоже могла принять участие в сновидении…

                                  *  *  *

                    СУЩЕСТВО

…когда из чащи выйдет зверь картавый
когда, задравши морду, скажет “ыы-ы”
откликнувшись, взметнутся злые травы
сбегут деревья из оков коры

играет ветер шалью шалой феи
а фея спит, укутана листвой
в ее крови гуляет сок шалфея
она пьяна, ей снится существо

ведь зверь картавый – существа предтеча
он нужен, чтобы мир ввести в искус
и миру соблазненному навстречу
идет звериный плюшевый исус

и мех весь подран проволокой колючей
хребет от сырости и тяжких дум просел
в боку, для антуража, ржавый ключик
но в брюхо вставлен новый “дюраселл”

катись история, катись, давя в пыль кости
и ты, судьба, циновку жизни тки
и машет в такт шагам облезлый хвостик
скребут асфальт тупые коготки

когда из чащи выйдет зверь печальный
раздавит фею снов кошмарных груз
и с феей мертвою тогда, под марш венчальный
взойдет на ложе плюшевый исус

когда из чащи выйдет зверь молчащий…



*  *  *


…внимайте же рассказу: здесь дождь похож на вермут
налево – скотобаза, направо – звероферма
и бритвою опасной молотит воздух лопасть
скота на базе мочат, на ферме зверь мяучит
меж ними пропасть

живет на скотобазе тот, чье лицо как копоть
глаза, как два топаза, в себе обиды копит
помощник тех, с Олимпа, зовется – Зампотыла
откусит тебе голову и выпьет содержимое
как из бутылки

живет на звероферме тот, чьи глаза как яхонт
он слабый и неверный, зовется он – Бояха
дрожит всегда от страха и ненавидит сербов
гадает он на ртути и пишет лапой птицы
побеги вербы

я слышу, бьется небо, как сердце Бонивура
мне отданная нерпа плывет ко мне понуро
домой иду устало и слышу из пурги я:
слиняли твои боги, ты надоел им
они другие

когда качусь я с горки или стою у кассы
дым ощущаю горький родного ганджубаса
когда мусолю корки, зализываю ранки
нет для меня роднее, ты можешь улыбаться
моей яранги…

                            *  *  *
…в логове головы
голую мысль лови
в сырую колоду клади
в кадило горящей ладьи

блюдо замерзшей реки
криком-киркою долби
солнца блин разлюби
зло стисни пальцы-крюки

с подлою болью лба
да с корабля на бал
пальм, ламп, мундиров блеск
фрукт спел и чарок плеск

хоры жильцов хором
валят словес вал…
лица твоего овал
пальцев моих хром

вереск, сухой треск
крест держит неба пресс

норов ворона
ворох ворогов
ловля волка
запах пороха…

*  *  *
…пулю снимут с весов, пулю пустят в висок
потечет из виска мандариновый сок
цельсий выпадет в даун и сядет на нуль
я забавного дыма еще раз вдохну ль?

сочинить бы чего в твой нарядный альбом
прежде чем на табло вспыхнет слово “облом”
шмель, летевший на волю, упал между рам
в колбе лампы сгорел нитевидный вольфрам

ты не плачь обо мне, я тебе напишу
как горячею каплей я в небе вишу
что прольется однажды дождем конденсат
это будет обычной дорогой назад…


*  *  *


   МАЛЕНЬКИЙ ЦИРК НЕВЕРОЯТНОГО

…ах, ума моего повозка
по плечу любой кляче
выдыхает со свистом воздух
ослик маленький. Плачет.

смирно стой, и грызи коренья
исподлобья не зыркай
потому что стоишь на арене
потаенного цирка

посидеть, позевать, глаз понежить
с мороженым на штанишках
покуда не выползет нежить
не прошипит: ша! нишкни! 

даже если ты водишь дрезину
даже если кончаешь Принстон
все равно ты кричишь, рот разинув
ловким эквилибристам

а как с хитрой ухмылкой лисьей
резво прыгнет монета в дырку
сидеть! не шевелиться!
в зрительном зале цирка

ах, прошел бы и я все туры
я бы всех образумил
сам дурак – не свалял бы дуру
не заболел, не умер…

фонари плачут синим йодом
где-то лупит свинец по цинку
надо полным быть идиотом
чтобы не видеть цирка…


*  *  *

ГОРОДСКАЯ ВОДА

…о, этот тесный мир
о, этот тир мессий  
хочешь – болей и мри
хочешь, съезжай с оси

объевшиеся белены
скачут мысли-зверьки
и пузырьки слюны
горькой слюны пузырьки

мир тебя изумил
ты перед ним – малой
гляди, растет силумин
смотри, цветет пермаллой

если б был мир иной
был бы и ты – изгой
а так, черной рыбиной
в темной воде городской

кто с тобой говорит?
ангел, одутловат
лампы мигают в ритм
тысячи киловатт

нету в лесу дорог
кто нас зажал в тиски
времени судорог

эпилептических…


              *  *  *



ПРОСТО МЕРТВЫЙ ПОЛЯРНИК

…вот сошлись и мои полюса
где хлебнул эскимосского морса
будут волки подошвы лизать
выкаблучиваю точки Морзе

скалятся лярвы
шаги так нетверды
просто мертвый полярник
я мертвый полярник
я мертвый

чисто русским проектом луна
над пригнувшимся северным ельником
скалит зубы из-за валуна
называет подельником

пейзаж кисти малярной
всё закаты да фьорды
просто мертвый полярник
я мертвый полярник
я мертвый

ледокола бы мне, колуна
цыпа-цыпа, шепчу, гули-гули
и всё та же, всё та же луна
лезет в небо с улыбкой акульей

припади к окулярам
там, по правому борту
видишь, мертвый полярник
я мертвый полярник
я мертвый…

                 *  *  *
…мои мысли транслируют радиостанции мира
человек-невидимка удушен реальной струной
окна-двери скрипят на несмазанных старых шарнирах
а по площади мечется солнечный зайчик дурной

я поймал его, бледного, медленно стиснул до писка
он утек между пальцами – теплая, вязкая слизь
и опять гнил покой, намывала гостей моя киска
запотело стекло, в голове чьи-то тени паслись

возвращался довольный народ с ежеутренней казни
вновь был бит супостат – подрыватель вселенских основ
сапоги сыто чавкают в общей тоске непролазной
я живу возле кладбища дважды просмотренных снов

с замиранием сердца я жду-дожидаюсь момента
когда все здесь застынут на семь обязательных лет
и тогда я сойду спотыкаясь, плюясь с постамента
затушу, наконец, свой окурок в раскисшей земле…

                               *  *  *

…в потемках ступать нелегко и душа
расплескалась
а тело всего лишь пустой непрозрачный
стакан
и вечер спускался, всё больше и больше
смеркалось
и бесы на лужах души танцевали
канкан
тревожные звери в глухие подвалы
сползали
(в них плесень и пар из проржавленных труб
теплотрасс)
о, как же спокойно и тихо они
умирали
и таяли льдинки не в меру внимательных
глаз
тревожные люди карабкались вверх по
ступеням
туда, где их ждет этот добрый седой
старикан
но в долгом движении так истощилось
терпенье
что я уронил свой пустой непрозрачный
стакан
о чем мне жалеть, ведь души все равно
не осталось
она испарилась – сбежавшее прочь молоко
она пролилась, ах, какая душа
расплескалась
я знаю, друг мой, что в потемках ступать
нелегко…


                             *  *  *

 …гляди в эти волчии мордочки
окраинной детворы
захлопнуты ветром форточки
темны проходные дворы
просто присядь на корточки
влажный грунт ковырни…
узри в нем знакомые черточки…

она была в шелковом платье
в глазах ее пенился щелок
и хлопанье, щелканье шёлка
на мокром ветру…
в воняющей смертью палате
при свете пронзительно жёлтом
молю я кого-то – оставь же мне щелку
в эту вселенную, узкую щелку
когда я умру

упал ли я с крыши высокой
оставил ли в небе пролом
скребу по асфальту кроссовками
на джинсах лейбл с орлом…
присядь предо мною на корточки
к влажному лбу прикоснись…
узри же знакомые черточки…

мы ни за что не платим
в глазах наших щелкает счетчик
знамена все хлопают шелком на мокром ветру…
в воняющей жизнью баланде
болтается счастья кусочек
пусть мне не достался – оставь же мне кончик
нити своей путеводной мне кончик
когда я умру…


                             *  *  *

…вы были богаты
мы выли, рогаты
и крылья мохнаты
несли нас до хаты
но хаты сгорели к херам
свистели кометы
но мы, магометы
всё шли к неподвижным горам

пропитаны красным
лавинообразны
базлали, как КрАЗы
вернувшись на базы
оркестр дудел естедей
вы – любвеобильны
а нас часто били
живем во грехе и стыде…

              *  *  *


                 МЕРТВЕЦ

…я убитый браток из бригады Папаши Фрейда
я при жизни был полон любви и печального шарма
я загашен во время нелепого пьяного рейда
и на теле моем нету места для нового шрама

мои ноздри когда-то здесь чуяли запах ватина
(как промокла от слез телогрейка красотки Изольды!)
кем была мне Изольда не помню, в башке моей тина
я большой буратино – во рту двадцать пять новых сольдо

и отсюда, где солнечный свет по привычным обоям
от кривых обязательных фраз и нечестных занятий
от недоброго блеска стволов, от набитых обойм
я отъехал, очнусь только в мире условных понятий

когда пули жужжат, словно сонмища злых насекомых
не поймешь чего ждать и каких на колесах турусов
каких грязных матрасов, торосов, но выйдя из комы
понял, время на пир звать братву, время праздновать труса

кто зажмурившись шел, как безумный, на запах капусты
у кого на зубах жизнь хрустела, как импортный крекер
тот пусть руку, как грека, в холодную воду опустит
и глядит, как несут свои волны подземные реки

когда эта реальность развалится замком из лего
тяжкий бубен шамана взревет саундтреком урона
я – лежащий в немытой-скрипучей-разбитой телеге
замычу свою песню о том, как везут к Ахерону

эта песня страшна, потому что ужасны все песни
в каждой песне есть слово-намёк, что возможно иное
в каждой песне есть слово-пароль на полет в поднебесье
в каждой песне есть слово-билет в расписное каноэ…

                                      *  *  *

…у нас всегда в достатке дреколья
в краю уставленном снегами и стогами
где жизнь, на все приличия плюя
патрициев метелит батогами

я отвечаю злыми матюгами
отбитый потирая афедрон
в углу моем медвежьем, царский трон
давно уж занял наглый мишка гамми

я расскажу про всё житьё-битьё
тебе, и ты поймешь, как силы тают
как не жужжат и медленно летают
как рушится всех планов громадьё

как жизнь, в одной из яростных атак
мне била по башке, и била под дых
я был в горшке
кругом царил бардак
и в пол стучали шваброй антиподы…

                      *  *  *
1  …вороны – “карр”, да “карр”, да “карр”, да “карр”
заклинило – кружат, кружат в угаре
автопробегнуть из Парижа, что ль, в Дакар
газеты бают – хорошо в Дакаре
хрен с ним, с Дакаром, мало ли других
селений разных, менее далеких
мне колоколец брякает с дуги
и кислород резвится в черных легких…

2  …родимой родины моей глухи леса
в них мрак и мхи, деревья здесь – колонны
и бродят звери, их красны глаза
и не боятся комары одеколона
что ни трава – какой-нибудь женьшень
всё прочее – сон сладкий наркомана
здесь посторонний – детская мишень
добыча легкая. Могила безымянна…

3  …зима пришла, медведь ушел в тайгу
никто не съеден, звери дрыхнут в норах
в снегу колхозы и поля в снегу
колхозники торчат на мухоморах
в избе-читальне жития святых
(в них Дед Мороз, упрятанный в геенну)
и брякая на гуслях золотых
скальд-председатель травит Толкиена…

4  …он песнь ведет о том, кто (ясен пень!)
известен всем, чей бюст из пластилина
есть в избах всех окрестных деревень
о вашем, Кольца Поршневые, Властелине!
хайрастый бог лесов, полей и рек
он внук Деда Мороза, сын народа
комбайны он пускал поднятьем век…
но ныне в Город по частям распродан…

5  …попав к воинственным сельчанам в плен
сижу я в яме, слушаю их скальда
по радио, и чую, без проблем
сегодня же могу лишиться скальпа
уж точат топоры, уж собрались
они в набег на дальние райцентры
я – жертва богу, как тут не молись
не стоит жизнь моя сейчас ни цента…

6  …вороны – “карр”, да “карр”, да “карр”, да “карр”
и солнце блещет в небе рыбой снулой
какой Париж, тем более Дакар
опять страна родная затянула!

                        *  *  *

я танцевал под свист
заржавленной косы
я – самый чистый лист
я – вечность
я – весы
я – сам всесильный кнут
являюсь я на зов
я не берег минут
я не считал часов
я танцевал под свист
я корчился под вой
из тех, кто так же чист
лишь я всегда живой
их крепко помянут
и двери на засов
я не берег минут
я не считал часов
я создал сто границ
чтоб не дошла мольба
брожу среди гробниц
я – сам себе толпа
глаза мне солнце жжет
не верю я глазам
меня здесь кто-то ждет – 
свистит, свистит коса

               *  *  *


…её глаза всегда на мокром месте
платки в карманах источают слякоть
ей жизнь послышалась дурною вестью
мир показался поводом заплакать

царевна-несмеяна, так сдуру или спьяну
попал под действие твоих печальных чар
царевна-несмеяна, так сдуру или спьяну
живу, на струнах грусти и тоски бренча

я в дверь стучал, но мне никто не отпер
был вечер темным, вязким, как гудрон
она же, под наркозом “мыльных опер”
как в зеркальце глядела в “тринитрон”

о, спящая царевна, царевна-нестаревна
открой глаза, что хочешь, попроси
о, спящая царевна, царевна-нестаревна
скажи, где взять мне тот волшебный эликсир

вся жизнь пройдет в объятьях цепких Майи
я в пасти смерти щёлкну, как орех
и призраком к тебе я прихромаю
чтобы услышать истеричный смех…

                          *  *  *
…тоже мне, наказание
не верят твоей болтовне
пусть верят огня касанию
тлеющей головне

пусть хрен вышибают хреном
пусть тянутся к новизне
но им не справиться с креном
им вряд ли помогут извне

пусть беса зовут, херувима
пусть давятся черным салом
ты – будешь плясать на руинах
кричать им: я знала! я знала!

пусть верят в кнопку на пульте
и в выигрыш в казино
и киллера злую пульку
и в мир абсолютно иной

пусть ставят и винт и нашатырь
пусть верят дряни и срани
пусть даже поверят однажды
что ты всё знаешь заранее…

                  *  *  *
нас от жизни не торкает
Боже, Ты, что ли, торкни
и покрой толстой коркою
пропустив через терку

выстрой домик из жести
отведи злого шашеля
дай нам шкуру из шерсти
для прикрытия фарша

нас ведут к мясорубке
тянут нас в крупорушку
заломили нам руки
нам, несчастным зверушкам

в небе пляшут зарницы
ветерок с адской кухни
мы идем вереницей
в нимбах светлого пуха

но пароль не отстукан
мы лишились радиста
подождем еще сутки
у дверей парадиза…


             *  *  *

…если смотрит с угрозой явною
не дари ты ему розы
если рядом инсектоядное
не летай, не жужжи, не ерзай

ветер где-то форточкой дзинькает
а подошва резинку жевательную…
хорошо быть подошвою, а резинкою?
думаю, нежелательно

сам катался ты или тебя возили?
тело твое помещается в ванну?
ты знаком с принцессою Анестезией?
небесную любишь манну?

раз, два, три, полчетвертого
и минуты валятся комьями
колесо вращается чертово
время вышло не вовремя…

                 *  *  *

ТЯЖЕЛАЯ ТЕЛЕВИЗИОННАЯ МУЗЫКА

…эти тесные зальчики
коридорчики узкие
мы же взрослые зайчики
дети тяж. теле. музыки
нам и мисок не выскрести
пальцы на кнопках пуска
мы изгои и выкресты
стана тяж. теле. музыки
мы почти уже умерли
но, погладив по пузикам
разогнала все сумерки
наша тяж. теле. музыка
жить любовными играми
милых жучек и тузиков
по экрану шла титрами
пела тяж. теле. музыка
из динамиков вылезла
эта тяж. теле. музыка…
ты мечтала о смысле?
не дыши этим мусором…

                 *  *  *


Оценка: 3.70*11  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Габдулганиева "Марийкины рассказы" А.Лисаченко "Алфавитные сказки" Т.Форш "Призрачный бал" З.Сокол "Лучшая подруга Мэри Сью" Д.Снежная "Янтарь и Льдянка.Школа для наследников" Н.Жильцова, А.Еремеева "Академия магического права.Брюнетка в законе" К.Стрельникова, М.Орехова "Опасное задание" М.Корбин "Гринвуд" Е.Никольская "Охота на невесту" А.Гринь "Принцессы бывают разные" Г.Гончарова "Волшебникам не рекомендуется" У.Соболева "Пусть меня осудят" О.Куно "Вестфолд" Е.Щепетнов "Инь-ян" М.Белозеров "Контрольная диверсия" С.Шумовская "Инструкция.Как приручить дракона" Т.Коростышевская "Леди Сирин Энского уезда" А.Левковская "Талант быть наемником" А.Черчень "Факультет интриг и пакостей.Охота на мавку"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"