Курзанцев Александр Олегович: другие произведения.

Особый отдел

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Особый отдел - это переосмысление Жрона в нуарный маго-детектив. Пишется параллельно и медленней Жрона. Добавлена глава 2 от 04.10.2017.

  ========== Пролог ==========
  
  Дождь, ну почему всегда идёт дождь.
  
  Я отступал всё дальше и дальше, к темнеющей громаде леса, сжимая в окоченевшей, липкой от крови и грязи ладони рукоять ножа. В сгустившихся сумерках ища хоть какое-то укрытие от тех, чьи злые, полные ненависти голоса раздавались всё ближе и ближе.
  
  Они не отпустят, они не простят, пришло понимание. Этим - серым балахонам, во что бы то ни стало надо найти меня, выместить свою злость, отыграться за убитого товарища и не важно, что я только защищался, как умел, как знал, прекрасно понимая, что за мной, в тот момент, женщины и дети.
  
  Услышав отзвуки голосов сбоку, я остановился. "Не успеваю", - подумал с какой-то отстранённостью. Они всё-таки вычислили меня и заходили с двух сторон, готовясь замкнуть кольцо. "Не уйти", - опустившись на колено у одной из палаток, впопыхах брошенной здесь хозяевами, как впрочем и тысяч других оставшихся на этом поле, меж которых рыскали мои преследователи, оторвал, напрягшись, кусок ткани. Отбросив длинные волосы со лба, повязал импровизированную бандану. Вторым куском, как мог протёр ладони и нож. Будет неприятно, если он вдруг выскользнет в самый неподходящий момент. Смертельно неприятно.
  
  - Он где-то здесь, - резкий, визгливый и опасно близкий голос заставил меня поморщиться.
  
  - Ищите, эта тварь убила Игнатуса!
  
  - Мерлин, он же зарезал его как свинью.
  
  - Заткнись и ищи, я отрежу ему голову, а из черепа сделаю вазу!
  
  - Морана будет рада...
  
  - Что ты сказал?
  
  - Ничего.
  
  Я лежал, вжимаясь в вязкую жижу, слушая как переругиваются приближающиеся враги. В темноте, в грязи, прикрытый каким-то мусором, если бы не это обнаружение жизни, я бы дождался, когда они пройдут мимо меня и ушёл бы в другом направлении. Но магия, чёртова магия, от которой, будь ты хоть мастером маскировки, не скрыться.
  
  - Где-то здесь. Он где-то здесь.
  
  Я видел тёмный силуэт, водящий палочкой, на конце которой светился яркий огонёк. Его взгляд уже пробегал по тому месту, где сейчас лежу я. Но, если не знать как искать, в неверном свете Люмоса, меня не различить. Вот она, первая цель.
  
  А рядом ещё один в балахоне, и ещё один, не слишком близко, но и не далеко. А всего их здесь с десяток наберётся, моих активных преследователей, растянувшихся неровной цепью.
  
  Вот только в дождь и в темноте их Люмосы больше ослепляют самих, сужая и так небольшое поле зрения, делая темноту на расстоянии трёх-четырёх метров ещё гуще.
  
  Пора. Рывок пожирателю за спину, из-под руки резкий шлепок по челюсти, заставляющий её сомкнуться, не давая вскрикнуть, и удар ножом, слева, под рёбра. Нажать и повернуть, всё, этот не жилец.
  
  Отпустив заваливающееся тело, соскальзываю, распластываясь, вбок, туда, в грязь, отползая назад, лицом к врагу, как учили, по-змеиному изгибаясь.
  
  - Тони?! - кто-то увидел падающее тело.
  
  - Чёрт, Тони! А-а-а-а! Секо! Секо! Бомбарда!
  
  Невидимые лезвия вспороли палатки в стороне, совсем не там, куда отполз я, а взрыв буквально разметал их.
  
  - Идиот! Ты чуть меня не зацепил!
  
  - Он убил Тони!
  
  - Проверьте, живо!
  
  Ещё два силуэта. Огоньки тревожно мечутся из стороны в сторону, когда они с опаской подходят. Один наклоняется.
  
  - Мёртв, Тони тоже мертв!
  
  - Мерлин...
  
  - Хватит причитать! Жгите здесь всё, подпалим ему задницу!
  
  - Фоер! - завопило на несколько голосов, и из палочек во все стороны ударили потоки огня.
  
  И опять не туда. Они бьют наружу, почему-то считая, что опасность там, а не за их спинами, где недалеко товарищи и, возможно, друзья. Вот только огонь, что ревущей струёй хлещет по брошенному скарбу, жадно пожирая всё на своём пути, делает их просто слепыми и глухими. Снова со спины, приподнявшись и буквально впечатавшись в того, кто слева, пониже ростом, подхватываю руку с палочкой, толкая неожиданно лёгкое тело в балахоне, разворачивая вбок, так что в поток пламени попадает вторая фигура, тут же факелом вспыхивающая от магического огня. Вой заживо сгораемого стоит в моих ушах. Неожиданно пискляво женским голосом вопит первый. Ножом чиркаю по горлу, перерезая гортань, и крик мигом обрывается сипением и бульканьем, а развороченная артерия взрывается фонтаном крови.
  
  От нескольких секо ухожу в перекат, снова, ужом утекая в темноту.
  
  - Чёрт, Рорик!
  
  - Марта! - полный отчаяния, животный вой.
  
  - Адский огонь! - срываясь, словно ожившее пламя накрывает всё вокруг, мгновенно высушивая даже воздух, совсем краем, но так, что правая сторона взрывается болью, лизнув меня.
  
  - Уходим!
  
  - Забирайте его!
  
  - Уходим!
  
  - Уходим!
  
  Чёрные силуэты на фоне ревущего пламени исчезают один за одним. А губы мои кривятся от боли и какой-то усмешки. Я всё ещё жив.
  
  А буквально через пять минут новые хлопки.
  
  - Агуаменти!
  
  - Не поможет, это Адский огонь.
  
  - Надо отменяющее.
  
  - Сейчас, погоди.
  
  Пламя чуть спадает, останавливая распространение, но и не думает угасать.
  
  - Слишком сильное!
  
  - Погоди, вдвоём.
  
  Ещё хлопок. Новый силуэт.
  
  - Кто?
  
  - Особый отдел!
  
  - О, простите, сэр, не узнал.
  
  - Грюм?! И кто его сюда позвал?
  
  - Кто это там? А, Барни Робинсон. Давно у нас не был? Подзабыл уже дядюшку Аластора, расслабился? Я тебе мигом комплексную проверку отделения организую. Хочешь?
  
  - Нет.
  
  - Тогда заткнись.
  
  Так вот он какой, Аластор Грюм, по прозвищу "Грозный глаз", провожаю я взглядом новое действующее лицо.
  
  А тёмная фигура, меж тем, приблизившись, почти перекрыла мне обзор, склонилась, уперев посох в раскисшую землю. Я видел как его волшебный глаз рывками дёргается, осматривая меня. Наконец осмотрев и, видимо, выяснив всё что было нужно, он спросил, негромко и даже с каким-то участием: 
  
  - Ты кто, сынок?
  
  С трудом разлепив губы и посмотрев долгим взглядом на мага, я, наконец, ответил: 
  
  - Рон Уизли.
  
  И потом, ещё немного подумав, добавил: 
  
  - Сэр.
  
  ========== Глава 1 ==========
  
  Даже у сказки существует свое, неприглядное, полное мрачных и порою жестоких тайн, дно. То, о котором не пишут писатели, боясь травмировать нежную детскую психику. То, которое, с присущим реальности цинизмом, указывает неосторожному путнику забредшему в эту обитель мрака и отчаяния, где его место. Я это понял сразу, хотя бы по тому, что для того чтобы мне появится здесь, как минимум одному человеку пришлось умереть. Как впрочем и мне, там.
  
  В моем случае все было до банальности просто и до ужаса глупо, и еще обидно, вернуться невредимым из горячей точки и сдохнуть от шальной пули обдолбанного "золотого мальчика" открывшего пальбу в центре города. Судьба. Недаром, во многих языках она имеет негативный оттенок, фатум, рок, потому что как правило не сулит ничего хорошего.
  
  А Рон Уизли умер еще проще, попав под заклинание Авады от одного из пожирателей, во время учиненного ими погрома после финала Чемпионата по квиддичу. Заклинание, что рвет все связи души с телом, буквально вырывает ее оттуда. А на освободившееся место попал я, заняв пустующее тело.
  
  Прекрасно помню эти огромные, заплаканные глаза, эту смесь ужаса, недоверия и в тоже время надежды, с которой на меня смотрела рыжеволосая девчушка лет тринадцати, стоило мне очнуться здесь. И ее слова: "Рон, ты живой?!"
  
  Из сбивчивых и сумбурных речей ее и еще двух парней похожих друг на друга как две капли воды, я и уяснил основополагающие моменты, кто я, где, и что вообще происходит.
  
  Судьба, о я практически видел как она издевательски хохочет отправляя меня в персонажа подростковой сказки. Майора военной контрразведки в малолетнего недотепу волшебника. Действительно, может ли быть что-то забавнее этого.
  
  Я читал Гарри Поттера. К своим тридцати трем, так и не обзаведясь семьей, когда вечерами холод и тянущая тоска, приходили чтобы составить мне компанию, когда за окном сгущались сумерки, а по тиви показывали очередное пустое и идиотское шоу, я открывал книгу с мальчиком в очках на обложке и погружался в выдуманный мир магии и магов, волшебных существ и удивительных приключений, на время забывая обо всем.
  
  Да, я читал Гарри Поттера.
  
  ***
  
  С приличными ожогами я попал прямиком в Мунго. Хорошее место, когда надо спокойно все обдумать, разложить по полочкам и выработать определенную линию поведения. Трех дней, что целители мне дали на восстановление психологического равновесия, мне хватило с избытком. В какой-то мере, такое экстремальное попадание было мне на руку, да, прошел, что называется, по грани, по самой кромке, но выжил, зато теперь любые изменения психики и поведения легко списать на последствия сильного стресса.
  
  Тридцатитрехлетний майор с десятком лет оперативной работы, да будь я хоть мастером перевоплощений, достоверно сыграть четырнадцатилетнего подростка мне не дано, тем более что в основе образа сложившегося в моей голове о Роне, лежит не отработанная агентурно информация, не вдумчивое полугодичное изучение человека, а художественная книжка где персонаж не главный герой, а всего лишь один из.
  
  Так что, стоило признать, определенные вопросы ко мне сложившаяся ситуация снимала.
  
  Приоткрыв дверь палаты, вошел Марк Корнер, еще один сотрудник особого отдела Аврората, с главой которого я, волею случая, познакомился на том памятном поле.
  
  Еще один сотрудник и опять с душой выжженной до пепла. Говорят, глаза зеркало души. У него они были глазами человека, для которого смысла в этой жизни по большому счету уже не осталось.
  
  Что держало его здесь? Работа, наверное. Может и еще что-то, но я пока этого не видел.
  
  Повесив на вешалку пальто и шляпу он присел рядом со мной, на стул подле кровати, привычным жестом из внутреннего кармана пиджака достал блокнот и ручку.
  
  - Как самочувствие?
  
  - Нормально - я пожал плечами, - Давно уже нормально.
  
  - Целителям виднее, - Корнер спокойно констатировал общеизвестный факт, что мнение пациента никого не колышет, по большому счету.
  
  Дежурно спросил, как спрашивал в каждый приход сюда:
  
  - Не вспомнил ничего еще?
  
  Я покачал головой, в который раз говоря, - Нет.
  
  Исчерпывающую информацию я дал Грюму, прямо на месте, после влитой склянки с чем-то на диво, хорошо обезболивающим и прояснившим сознание. В том объеме, котором было возможно, не касаясь моего попадания оттуда сюда и некоторых скользких вопросов касающихся навыков обращения с холодным оружием и моих действий. Впрочем, на этих моментах старый аврор внимание акцентировать не стал, хотя понял явно много больше. Сам, смею надеяться, опер не из последних, Грюма я обоснованно считал матерым зубром, собаку съевшим на оперативной работе. И нет разницы, что здесь общество магов, принципы всегда те же самые, потому что люди остаются людьми, с палочкой ли, без палочки. А особый отдел, как я понял позднее, в какой-то мере, выполнял функции и контрразведки и антитеррористической деятельности. Так что, мы с Аластором были практически коллегами.
  
  - Ладно, это все лирика, - вдруг сказал Марк и я с некоторым интересом взглянул на него снова. Эта фраза в нашем диалоге еще не звучала, а значит, за этим должно было последовать что-то новенькое.
  
  - А не лирика в том, что больше в Мунго тебя держать не будут.
  
  - Отлично, - не сдержал я восклицания. Лежка с унылым разглядыванием еще более унылого потолка больницы, мне порядком уже осточертела.
  
  Корнер энтузиазма моего не поддержал, оставаясь все таким же безучастным, продолжил:
  
  - Теперь по поводу трупов в масках пожирателей.
  
  Я мигом подобрался, этот момент был самым "больным", потому как четыре трупа взрослых волшебников в глазах окружающих делали меня однозначно каким-то маньяком-убийцей, и никакие слова о самообороне тут не помогут, перерезанное горло в это понятие не вписывалось от слова совсем. А еще были и вопросы кровной мести, родня то у них тоже была, не поголовные сироты же там.
  
  - Среди них были маги из достаточно респектабельных семей, - внимательно глядя на меня, выделил он последнее слово, озвучивая те же мысли, что крутились и у меня в голове, - Поэтому официальная версия будет, что ты просто невинная жертва, чудом уцелевшая после атаки неизвестных преступников...
  
  - Пожирателей, - вставил я слово.
  
  - Преступников, - поправил меня Марк, - Одетых пожирателями.
  
  Снова нечитаемым взглядом прошелся по мне, продолжил, - А погибли они от рук случайно оказавшегося поблизости аврора, также бывшего среди зрителей Чемпионата.
  
  - Имя аврора?
  
  - Не раскрывается по соображениям безопасности.
  
  Хороший ход, Грюм, а я не сомневался, что это была его идея, разом выводил меня из-под удара, делал некую рекламу аврорам, если это можно так назвать, и посылал определенный сигнал "той стороне", что Аврорат далеко не мертвый лев. Пусть это и, в какой-то мере, блеф, но кто же об этом знает. А в кругу министерских работников Аластор запросто может выставить это как грамотную работу своего антитеррористического подразделения, ну и намекнуть на наличие хороших источников информации, тем самым еще раз подтвердив свою компетенцию и профессионализм, ну и как побочное, но не менее полезное, заставить противника усиленно искать несуществующего стукача в своих рядах. Между прочим, не факт, что не существующего, как-то уж больно быстро и неожиданно для местных авроров Аластор появился на месте преступления. Хотя подставлять информатора он не стал бы, это глупо. Впрочем, я совершенно не владею обстановкой, чтобы что-то предполагать.
  
  Но однозначно, Грюм повернув ситуацию в свою сторону, остается кругом в выигрыше.
  
  - Значит, я могу идти домой?
  
  - Можешь, - Корнер кивнул, - Обо всем случившемся, сам понимаешь, болтать не следует, в первую очередь ради собственной безопасности.
  
  - И родителям? - поднял я бровь. Их хоть и не было тогда там, но близнецы с Джинни явно все им рассказали. И что я выжил, хм, после Авады, и про нож, что по моей просьбе отдал мне один из братьев и, конечно же про то, что первого из нападавших я прирезал практически на их глазах. А выбора другого не было, дети за моей спиной не оставляли мне иного, когда этот ублюдок выскочил прямо на нас, раскидывая во все стороны боевые заклинания.
  
  Ножевому меня учили два капитана ГРУшника с Бердской, ныне не существующей, бригады спецназа, в бытность мою в годичной командировке в Чеченской республике. Эти навыки мне ой как потом пригодились.
  
  Вот и здесь, действуя чисто на рефлексах, на глазах остолбеневшей "родни", я перекатился пожирателю под ноги и одним коротким движением уколол его в пах. Перехватив руку с палочкой, вывернул ее, что суставы затрещали. Под тонкий визг, пинком под колено завалил на землю и перерезал открывшееся горло.
  
  - Родителям можно. Да там и без тебя им все объяснят, и как было и что говорить. Они поймут.
  
  - Уверены? - засомневался я.
  
  - Ну, если это те же Артур и Молли Уизли, каких я знал когда-то, то поймут. - аврор усмехнулся чему-то. Поднявшись, вдруг протянул мне руку, которую я, соскочив с кровати, крепко сжал в своей ладони.
  
  Что-то мелькнуло в глазах Корнера, на миг, на долю секунды, словно тень хорошо скрываемого одобрения, чуть кивнув мне, он молча развернулся, проходя к вешалке и накидывая пальто.
  
  - Спасибо, сэр. - бросил я ему вослед.
  
  На что он только коротко кивнул, придержав шляпу рукой и ни слова больше не говоря, вышел из палаты.
  
  - Домой... - я покатал это слово на языке. Пора привыкать, что у меня тут теперь есть дом. В прошлой жизни дома у меня как такового не было, да и не могло быть. Мотало меня всю жизнь по командировкам и служебным квартирам. Как окончил Новосибирскую академию так и пошло. Где только не служил, заносило и за полярный круг, затем Чечня, Дагестан, последние года три вот только осел в Хабаровске присматривать за инфильтрацией к нам китайского соседа.
  
  Даже в детстве у меня не было своего дома ибо считать таковым детдом, как по мне, глупо, пусть и осознание этого пришло ко мне уже после, в институте.
  
  И вот теперь у меня вдруг появился и дом и семья, и как на это реагировать, я, признаться, толком и не понимал.
  
  ========== продолжение главы 1 ==========
  
  Из Мунго меня забирал Артур. Что у него не отнять, так это в равной мере любви ко всем своим детям. Рон всё же шестой сын, да ещё и с сестрой-погодкой, которая после череды сыновей просто обязана была на себя перетянуть всё родительское внимание, оставляя тому жалкие крохи.
  
  Но в том, с каким участием старший Уизли обращался ко мне, в тоне, в котором прекрасно слышалось и беспокойство, и участие, и забота, этого совершенно не чувствовалось.
  
  Удивительный человек.
  
  Он всю дорогу, пока мы ехали на том самом Форде "Англия", рассказывал о каких-то обыденных событиях, произошедших в "Норе" за время моего отсутствия, кто что делал, кто где был. Передавал привет от старших братьев.
  
  Я же, по большей части, отмалчивался, думая о своём. Нет, чисто автоматически я вылавливал из его пространного монолога зёрна фактов, отмечая и складируя в памяти, вот только не было там ничего особо интересного.
  
  Последняя фраза, буквально уже перед приземлением, почти в сумерках, но когда ещё можно было различить покосившуюся башню родового гнезда, если это можно было так назвать, Уизли, только она смогла меня выдернуть из задумчивой отрешённости.
  
  - Ещё у нас Грюм в гостях, хотел сразу с тобой, как выпишут, поговорить.
  
  Я чуть повернул голову, встречаясь глазами с Артуром.
  
  - Зачем?
  
  - Не знаю, сынок, наверное ещё раз про Чемпионат.
  
  - Понятно.
  
  Односложно ответив, я снова отвернулся к окну, разглядывая свой будущий дом. Глупо гадать, зачем он тут. Ответы, вот что нужно Грюму. Слишком много нестыковок и несоответствий. Слишком не укладывается имеющаяся картина произошедшего в рамки обычного четырнадцатилетнего парня.
  
  - Вот мы и дома! - громко провозгласил Артур выходя из машины, на которой мы благодаря виртуозным навыкам отца семейства чуть было не снесли крыльцо при приземлении.
  
  Распахнув скрипнувшую дверь, Уизли-старший пропустил меня вовнутрь, заходя следом и закрывая её за собой, и я снова, как и в ту ночь, встретился глазами с Грюмом.
  
  Старый аврор сидел на стуле, опираясь на посох и задумчиво разглядывая вошедших. Кивнув Артуру, он молча двинул головой в сторону выхода из летней кухни, в которой, судя по всему, мы оказались, и тот, каким-то виноватым взглядом окинув меня напоследок, скрылся за дверью.
  
  - Ну что, Рон. Пришло время поговорить начистоту. Садись.
  
  Я присел на стул напротив. Волшебный глаз аврора рывками вращался в глазнице, осматривая меня всего с ног до головы. Сомнений не оставалось, именно этот разговор решит быть мне или не быть здесь и сейчас, поставив на кон не только существование моё как Рона Уизли, но и саму мою жизнь.
  
  Я не мог ошибаться, потому что не раз видел подобные взгляды.
  
  - От твоих ответов будет зависеть очень многое, если не всё. Я думаю, ты это понимаешь. И ты понимаешь, почему они появились.
  
  Это были ещё не вопросы, это, пока, была только констатация факта.
  
  Достав из складок мантии небольшой пузырёк с опалесцирующей жидкостью внутри, он кинул его мне. Машинально подхватив его, я покрутил в пальцах сосуд, поднял на Грюма вопросительный взгляд, хотя уже примерно догадывался, что это.
  
  - Веритасерум. Сыворотка правды, своего рода. Если так тебе будет понятней. Выпей.
  
  - А если не захочу.
  
  - Тогда я буду вынужден тебя уничтожить.
  
  Грюм говорил спокойно и без тени сомнения в голосе.
  
  - Мне не нужен непонятно кто живущий в семье моих близких друзей, который спокойно и профессионально, ножом ликвидирует четырёх взрослых, не самых слабых магов. Мне не нужен непонятно кто, выживший после Авады и чей психопрофиль совершенно не соответствует ни возрасту, ни характеристикам этого тела. И наконец мне не нужен непонятно кто, разбирающийся в методах оперативной работы. Ты же знаешь, что такое оперативная деятельность?
  
  - Знаю.
  
  У меня не было другого выбора, кроме как подтвердить его слова. Не здесь, не сейчас и уж точно не с матёрым волкодавом, сидевшим напротив.
  
  - Пей.
  
  Сжав на секунду пузырёк в ладони, я на стал больше раздумывать и замахнул безвкусную жидкость.
  
  Вперившись в меня обоими глазами, и магическим, и настоящим, Грюм удовлетворённо кивнул, провожая взглядом пустой сосуд, который я положил на стол рядом.
  
  - Первый вопрос. Что случилось с настоящим Роном Уизли?
  
  - Он умер. Наверное. Не знаю.
  
  Отвечать было легко, врать я не собирался, вот только зная методики допроса и пройдя соответствующее обучение, даже под сывороткой и на детекторе лжи можно было поиграть с вариантами ответов, выбирая наиболее безопасную для себя формулировку.
  
  - Кто ты?
  
  - Магл, по вашей терминологии.
  
  - Род занятий?
  
  - Схож с вашим.
  
  - Страна?
  
  - Россия.
  
  Грюм чуть поджал губы, переваривая последний ответ.
  
  - Откуда знаешь язык?
  
  - Учил как язык вероятного противника.
  
  - Как попал в тело Уизли?
  
  - Не знаю. Там умер, здесь очнулся.
  
  - То есть к смерти его не причастен ни прямо, ни косвенно?
  
  - Да.
  
  - Откуда знаешь ножевой бой?
  
  - Учили. Участвовал в боевых действиях.
  
  - Род занятий схожий с моим... Конкретнее.
  
  - Контрразведка.
  
  Аврор знал, что это такое. Криво усмехнувшись, он встал, нависая надо мной, по-прежнему опираясь на посох.
  
  - Интересно. Очень интересно.
  
  Голос его стал задумчивым.
  
  - Почему на Чемпионате с ножом кинулся на мага?
  
  - Дети. Они могли погибнуть.
  
  Припадая на одну ногу, Грюм прошёл к окну, посмотрел в черноту сгустившихся сумерек. Отставив посох и заложив руки за спину, повернулся ко мне.
  
  - Что ты планировал делать дальше?
  
  Я пожал плечами. Задумываться о каком-то "дальше", когда неизвестно как решится твоя судьба? Есть дела и менее бесполезные.
  
  - Не знаю. Если остаётся всё как есть?
  
  Аврор кивнул.
  
  - Жить, вливаться в общество.
  
  Комната погрузилась в тишину, слышно было, как тикают часы на стене, да на улице кто-то ухает, сова наверное. Я смотрел прямо перед собой, Грюм на меня. Наконец, его хриплый голос разорвал порочный круг молчания.
  
  - Как думал легализоваться?
  
  Вот над этим вопросом я размышлял достаточно долго, поэтому ответил без промедления.
  
  - Потеря памяти. Выживание после Авады, событие, как я понял, очень редкое, легко можно всё списать на неё.
  
  - А изменение поведения на послебоевой стресс?
  
  - Да. Конечно.
  
  Это был самый оптимал, снимавший практически все вопросы относительно изменения личности.
  
  - Пожалуй. Должно сработать.
  
  Грюм снова надолго задумался.
  
  Да, я на самом деле планировал жить и вживаться. Глупо выёживаться, когда тебе дают второй шанс. И пусть это персонаж подростковой сказки, но только здесь это не сказка, а суровая реальность, начисто лишённая каких-либо условностей.
  
  О вмешательстве в естественный ход событий я не думал. Хотя нет, думал, конечно, вот только не о том, как очаровать первых красоток Хогвартса или стать убермегабоевым магом, и даже не о том, как из первых, что называется, рядов, понаблюдать героическую борьбу Поттера с самоназванным Тёмным Лордом.
  
  Я вспоминал заплаканное лицо рыжеволосой девчушки, встревоженных близнецов, старающихся казаться более уверенными, чем они были на самом деле, и всё отчетливей понимал, что не могу, вот так, пустить всё на самотёк, зная, куда эти дети, не только Уизли, но и другие парни и девушки, учащиеся в Хогвартсе, влезут. Ещё не понимая всей опасности, ещё не думая о смерти, в силу возраста, ещё не веря, что всё может окончиться плохо. Каждая их авантюра могла закончиться смертью. И четвёртый год обучения исключением в этом плане не был. Наоборот, смерть Диггори это только подтвердила.
  
  - Ладно, на сегодня достаточно.
  
  Я поднял голову, разглядывая главу особого отдела.
  
  - Что будет со мной?
  
  - Пока ничего.
  
  Грюм кивнул на дверь, ведущую во внутренние помещения.
  
  - Действуй по легенде, потеря памяти, стресс, шок. Они знают только о первом, о тех троих ничего никому, кроме меня и ещё пары сотрудников отдела, неизвестно. И ещё.
  
  Он ткнул меня жёстким, словно деревянным пальцем в грудь.
  
  - Про то, что ты выжил после Авады, только в кругу семьи. Их я тоже предупрежу. Хватит с нас одного Избранного.
  
  - Оставляете меня в живых?
  
  Грюм посмотрел мне в глаза, кривовато усмехнулся.
  
  - Они слишком хорошие люди, чтобы я вот так просто отнял у них сына. Ты займёшь его место и сделаешь всё, чтобы я не разочаровался в своём решении. Понял меня?
  
  - Понял.
  
  - Тогда пошли.
  
  ========== Глава 2 ==========
  
  Я сидел на крыльце дома и, щурясь, разглядывал мелкую и близнецов, что кружились в воздухе перед домом, устроив подобие квиддича. Было тепло и как-то даже не по-английски солнечно, отчего пейзаж мигом перестал быть бледным и унылым, приобретая невиданную яркость и сочность.
  
  Пахло травой, полевыми цветами и сдобной выпечкой с кухни. Я вдыхал эти запахи и невольно блаженно щурился, заново ощущая что такое обоняние, не забитое бытовой химией и городским смогом. В той жизни я это в полной мере прочувствовал только после полугода лазанья по горам. Обоняние моё обострилось настолько, что я за несколько сотен метров ощущал запах дыма даже от совсем небольшого костра, а "аромат" давно немытого тела метров за пятьдесят, конечно это при условии достаточно длительной "лёжки" или "секрета", выставленного противником.
  
  Вообще, в диких условиях все чувства человека обострялись неимоверно. Слух, обоняние, зрение в чуть меньшей степени, но и оно менялось в лучшую сторону.
  
  - Рон, давай с нами!
  
  Я посмотрел на подлетевшую ко мне Джинни. Сестру, да, теперь уже мою сестру, коль я решил вживаться в роль. Подумав, отрицательно качнул головой, приподнял лежащую на коленях книгу. Всего лишь пособие для дошкольников, доступным и понятным путём объясняющее, что такое магия, и дающее базовые подготовительные упражнения с простейшими бытовыми чарами в конце, но это, пожалуй, было для меня сейчас наилучшим выбором.
  
  - Ладно, но если захочешь, присоединяйся.
  
  Поправив чёлку, она заложила лихой вираж, этакую полупетлю, полубочку и унеслась обратно к парням, отбив на ходу брошенный ей мяч и поднырнув под бросившегося наперерез брата.
  
  Да, известие, что младший сын почти полностью потерял память Уизли, не обрадовало. Молли, глотая слёзы, всё порывалась гладить меня по голове, Артур комкал в руках газету, а с лиц братьев не сходило выражение тревоги и вины.
  
  Я молчал. За меня, по большей части, говорил Грюм. Спасибо ему за это. И про потерю памяти, и про необходимость заново социализироваться. Про стресс и шок. Ещё раз предупредил про убитого не болтать и, особенно, про то, что я пережил Аваду.
  
  Побыв ещё немного, обсуждая уже что-то приватно с Артуром, аврор дом покинул, а мы наскоро поужинали. В полной тишине, под негромкий стук столовых приборов. Тишина эта угнетала, но я не хотел ничего говорить, а остальные просто не знали что сказать. Сразу после мне показали мою комнату, скомкано пожелав спокойной ночи, и я, наконец, остался один.
  
  За неделю в "Норе" я привык в основном общаться односложными "да" и "нет". Молли каждый раз, на мой молчаливый кивок, только вытирала набежавшие слезы, но я не мог по-другому, просто потому, что они слишком хорошо знали своего сына и легко бы вычислили несвойственные ему речевые обороты, манеру произношения, лексикон, акцент, в конце концов. Всё то, что простой потерей памяти объяснить никак нельзя. Именно по этим признакам меня в первую очередь и заподозрил Грюм, а он не был Рону родной матерью.
  
  Мне, всё же, было проще, чем им. Я и в той жизни был немногословен. Поэтому к радости или печали, но вскоре меня перестали тормошить и пытаться разговорить, приняв таким, каким я стал.
  
  А я, по уже въевшейся в плоть и кровь привычке, принялся утолять дикий информационный голод, используя как родственников так и неплохую, на удивление, библиотеку в доме.
  
  А потом возле "Норы" появилась она.
  
  Визг тормозов вывел меня из раздумий, когда я, по своему обыкновению, читал очередную книгу, привалившись к одинокому столбу, бывшему когда-то частью забора, окружавшего границы владений семьи Уизли. Вот только сам забор давно подгнил и завалился в траву, где ещё можно было поискать остатки сбитых меж собой штакетин. Лишь глубоко врытый в землю грубо оструганный ствол дерева, сантиметров тридцати в диаметре, одиноко и упрямо продолжал возвышаться над сплошным травяным морем.
  
  Подняв голову, я увидел "Мини Купер" 1959 года, красный, с чёрным капотом, блестящий и вызывающе новый, словно бы с момента их выпуска не прошло больше тридцати лет. Эту машинку сложно было не узнать, на такой катался мистер Бин, персонаж комика Роуэна Эткинсона.
  
  А от "Купера" ко мне уже решительным шагом направлялась девушка, хотя нет, вблизи я понял, что это всё же достаточно молодая женщина тридцати - тридцати пяти лет.
  
  Зелёная блестящая юбка, жакет, с рукавами и воротником отороченными мехом, очки в простой оправе и белые, словно выбеленные, волосы...
  
  Я машинально взглянул на наручные часы, отмечая время. Час с четвертью пополудни, самое начало ланча в пристойной английской семье и самое неудачное, с точки зрения этикета, время для визитов.
  
  Вот только этой гостье никакого дела до этикета не было, а на мнение кого-либо, кроме самой себя, скандальная журналистка "Пророка" чихать хотела с высокой колокольни.
  
  Акула пера местного разлива, незабвенная Рита Скитер.
  
  Хмыкнув, я отвёл от неё взгляд и снова уткнулся в книжку. Не ждал я её, хотя события ночи после Чемпионата наделали много шума, и даже обо мне короткая и сухая строчка текста упоминала, без имён, пока без имён, как об ученике Хогвартса, пострадавшем при нападении. Были ещё пострадавшие, но в массе своей от давки, возникшей при бегстве такой толпы народа, ну, а маглов никто не считал, хотя Артур раз обмолвился, недовольно поджав губы, что отделу магических происшествий и катастроф пришлось немало поработать.
  
  Ярко-красные "лодочки" остановились около меня.
  
  - Ну что тут у нас?
  
  Она присела на корточки, вглядываясь с лёгкой ироничной улыбкой.
  
  - Рон Уизли, невинная жертва нападения Пожирателей.
  
  - Лиц, одетых Пожирателями.
  
  Я упорно старался не смотреть на неё, по крайней мере, прямо. Что по пронырливости, что по беспринципности, фору она могла дать многим и многим. Одно хорошо, знать меня она могла лишь со слов других людей, всё меньше шансов для расшифровки.
  
  - Ну да, конечно. Какой серьёзный мальчик.
  
  Голос её приобрёл слегка завораживающие, чувственные нотки.
  
  - Мне так хочется написать о тебе статью. Ты же согласен, что это здорово, статью, и о тебе, да ещё в "Пророке"? А, Рон?
  
  - Ну, наверное.
  
  Мой тон был сух и безучастен, тяжело вздохнув, я оторвался от чтения и задумчиво уставился ей в вырез незастёгнутого жакета.
  
  Словно бы случайно, она коснулась следующей пуговички на одежде, чуть потискав её и потянув ниже, делая декольте глубже, буквально на полсантиметра, но всё же, а улыбка её стала улыбкой матёрой искусительницы.
  
  - А что бы ты хотел, чтобы я о тебе написала? Ты, наверное, не просто так остался на поле, и может даже совершил что-то героическое? Не стесняйся, расскажи, я уверена, прочтя о твоих подвигах, все согласятся, что ты настоящий герой!
  
  - Героическое?
  
  - Да-да! Я уверена, в этой груди бьётся сердце молодого льва!
  
  - Нет, героического ничего не было.
  
  - Совсем-совсем?
  
  Расстроенная рожица её была так убедительна, что будь я действительно четырнадцатилетним пацаном, я бы, наверное, купился. Вот только я им не был, и верить людям перестал уже давно.
  
  - И что же о тебе написать?
  
  Я поднял голову и пристально вгляделся в распахнутые глаза за отблёскивающими стёклами.
  
  - Напишите, что я плачу каждый раз, когда вспоминаю ту ночь, и что мне до сих пор страшно.
  
  - Действительно? Бедненький маленький мальчик.
  
  Она даже протянула руку, чтобы погладить меня по голове. Вот только резкий окрик остановил её на полпути.
  
  - Милочка, кто вы и что здесь делаете!
  
  - Рита Скитер, внештатный репортёр "Пророка". Миссис Уизли, я так понимаю?
  
  Журналистка встала, с чувством лёгкого превосходства оглядывая Молли, одетую в знавшее лучшие годы домашнее платье.
  
  - Правильно понимаете.
  
  Захлопнув книгу, я с лёгким сожалением поднялся тоже.
  
  - Рон, вот ты где. Быстро на ланч, уже все собрались, только тебя ждут.
  
  - Да, мам.
  
  Проводив меня глазами, она с подозрением уставилась на женщину.
  
  - А вас, миссис Скитер...
  
  - Мисс.
  
  - Тем более. Я попрошу покинуть территорию и не приставать к моему сыну.
  
  - Даже и не пыталась.
  
  - И вообще, без нашего согласия вы не имеете права обсуждать с ним случившееся. Вы же за этим здесь?
  
  Рита холодно улыбнулась. О да, это была действительно хищница, хладнокровная, изворотливая и опасная. Змея, вот кого она мне напоминала.
  
  - В основном. Ну да ладно. Чао, Рон, поговорим потом, в более подходящей обстановке.
  
  Послав мне воздушный поцелуй, она развернулась и, покачивая бёдрами, направилась к "Куперу". Мы проводили взглядами промчавшийся мимо автомобиль, оставивший шлейф пыли за собой.
  
  - Вот же...
  
  Дальше Молли употребила грубое сленговое слово, припомнив значение которого, я с трудом заставил себя не улыбнуться. Рите оно подходило чрезвычайно.
  
  ***
  
  Скитер никак не шла у меня из головы. Совсем иная, чем образ из фильмов, ровесница прошлого моего тела. Не знаю почему, но у меня сложилось впечатление, что там, под агрессивным макияжем и кричаще-яркой одеждой, прячется удивительно красивая женщина. Я прислушивался к себе, с лёгким неверием анализируя свои чувства. Не хватало ещё влюбиться. До этого момента я был прочно уверен, что подобные чувства окончательно и бесповоротно ушли, перегорели, тогда, после первой институтской влюблённости. Неужели на меня так действуют гормоны этого тела?
  
  Мать долго меня пытала, о чём спрашивала Рита. Мои пожимания плечами и короткие "нет", её не успокоили, и она пообещала, что найдёт управу на эту нахалку. Грозилась дойти до главреда "Пророка". Вот только вряд ли бы это что-то дало. Такие женщины уж если за что-то ухватились, никогда не выпустят добычу из рук, подобно бульдогу мёртвой хваткой повисая на ней.
  
  Ей было от меня что-то нужно и следующая встреча была не за горами. Я это чувствовал, одновременно и желая, и опасаясь.
  
  А за неделю до начала учебного года, нас, а точнее меня, снова посетил Грюм.
  
  Глава особого отдела был ожидаемо мрачен и угрюм, но что-то мне подсказывало, что это давно стало его повседневной маской, за которой он скрывал свои истинные чувства.
  
  - Ну как, освоился?
  
  Мы снова сидели на летней кухне, правда, в более, чем в прошлый раз, непринуждённой обстановке.
  
  -Более-менее.
  
  На правах хозяина я налил себе травяной отвар, который часто пил Артур, а теперь и я. Разок попробовав, я почти полностью перешёл на него, что, правда, большого удивления не вызвало, видимо вполне вписывалось в привычки этого тела.
  
  На предложение чая Грюм только согласно кивнул головой и тоже пригубил парящий напиток из поданной кружки.
  
  - Это хорошо. Директора Хогвартса, Дамблдора, убедили, что тебе лучше будет обучаться и дальше вместе со всеми, нагоняя программу обучения в процессе. Опять же, целители Мунго считают, что воспоминания в знакомой обстановке могут быстрее вернуться.
  
  Грюм криво ухмыльнулся, и я ответил ему тем же. Тонкий намёк на то, что мне придётся имитировать ещё и постепенное возвращение памяти, для пущей достоверности.
  
  Ситуация, скажем так, была та ещё. Целители, как и все относительно посторонние лица, знают только о ранении и шоке, ну и на фоне этого, частичной потере памяти. Что с их точки зрения фатальным не является, и возвращение памяти дело лишь времени. Знай они о Аваде, ситуация была бы совсем иная, вот только и от широкой общественности этот факт было бы уже не утаить.
  
  Родители знают о Аваде, но только об одном убитом, про смертельную игру в прятки, закончившуюся счётом три-ноль в мою пользу, они не в курсе, как и не в курсе о замещении личности их сына мною.
  
  И только Грюм знает всё. Что делает его единственным лицом, с кем я могу говорить откровенно, не боясь расшифровки и не находясь под постоянным напряжением из-за необходимости соблюдать ту или иную роль, а также жёстко контролировать себя, чтобы не выдать словом или действием.
  
  Хорошо ещё, что у меня была спецподготовка, в том числе и на психологическую устойчивость, ещё того периода, когда меня серьёзно готовили к работе за рубежом в составе СВР. В итоге, что называется, не срослось, и судьба надолго меня связала с военной контрразведкой, но навыки остались.
  
  - Программу первого курса по конспектам и учебникам я уже практически усвоил.
  
  - Отлично, ещё два до конца года ты должен добить.
  
  - Постараюсь.
  
  Отставив кружку, немолодой аврор замолчал, а я явственно почувствовал, как атмосфера в комнате неуловимо изменилась. Глядя на это, я с лёгкой грустью подумал, что, похоже, даже здесь моя стезя меня не минует. Коротко вздохнул.
  
  - Рассказывайте, Аластор. Я сразу понял, что вы сюда не успехи мои в изучении школьной программы приехали обсудить.
  
  Губы того тронула кривая улыбка.
  
  - Всё забываю, что ты не новичок в нашем деле. Что ж, действительно, долгие прелюдии тут не нужны. А задача будет практически по твоему профилю, мне нужен мониторинг происходящего в Хогвартсе среди учащихся. Не нравится мне, последнее время, что там происходит. Звоночки тревожные идут. Я, конечно, сам туда в этом году, преподавателем защиты от тёмных сил пойду, но это не совсем то, да и знают меня как облупленного. А кого другого из учеников вербовать, сам понимаешь, у них ещё ни ума, ни опыта. А вот ты совсем другое дело.
  
  Тут уже улыбка растянула мои губы.
  
  - Ну да, дилемма, у вас хорошие оперативные способности, но слабые в той среде оперативные возможности, а у учеников, наоборот, возможности есть, а вот со способностями беда. Но тут появился я...
  
  - Ты, да. Грех было не воспользоваться. Профессиональный контрразведчик в теле ученика Академии - адская смесь.
  
  Я задумался. Да, я собирался вмешаться в ход истории. Не допустить жертв, ну или хотя бы максимально минимизировать потери, и даже уже начинал прикидывать с чего мне начинать. Вот только я не был уверен, что наши с Грюмом цели и задачи полностью совпадают. Да, работа на систему - это не только силы и средства, которыми ты можешь оперировать или задействовать в ходе операции, но и психологический комфорт от осознания "большого брата", стоящего за спиной и всегда готового помочь. Вот только и минусов в этой ситуации не мало, и первый из них это подневольное положение и обязанность исполнять даже те поручения, которые тебе самому не нравятся.
  
  Вот только в моём положении выбор был вещью сугубо мнимой, и аврор это прекрасно знал, не сводя с меня обоих своих глаз.
  
  - Я согласен.
  
  - Хорошо. Руку.
  
  Словно в тиски зажав моё предплечье, Грюм коснулся палочкой сомкнутых рук, которые тут же обвил словно светящийся шнур, никак, впрочем, не ощущаемый.
  
  - Непреложный обет, он не даст тебе открыть рот даже под пытками.
  
  - А гипноз, веритасерум?
  
  - Да хоть даже Легилименция. Ты быстрее умрёшь, чем они смогут добраться до информации.
  
  - Аластор, вы меня прям успокоили.
  
  - Всегда пожалуйста. А теперь повторяй за мной: обязуюсь сохранять в тайне факт сотрудничества с Авроратом, а также ставшие мне известными сведения касающиеся сил и средств им применяемых, методик и тактики проведения оперативных мероприятий, а также информации, полученной в ходе этих мероприятий, и передавать её третьим лицам только с прямого согласия начальника Особого отдела Аврората Аластора Грюма.
  
  После того как я повторил, аврор снова махнул палочкой, и шнур ярко вспыхнул, после чего исчез без следа.
  
  - Интересные у вас методики.
  
  - Не мы такие, жизнь такая.
  
  Заметно расслабившись, Грюм достал из сумки на боку тонкую папку и кинул её передо мной на стол.
  
  - На, почитай.
  
  Медленно взяв её в руки, я дёрнул завязки в стороны и, откинув картонную обложку, достал несколько прямоугольных листов формата А4.
  
  "Объект - Рональд Биллиус Уизли. Присвоен псевдоним - Фокс".
  
  Я быстро пробежал глазами первые строчки, в которых не было ничего особо важного: возраст, начало обучения, оконченные курсы и тому подобное, чисто биографическая справка. А вот дальше было уже интересно. Если делать краткую выжимку из этой части справки, то выходило, что за время обучения Фокс никак себя не проявлял, дружеских отношений ни с кем не имел, ведя приятельские отношения только с однокурсниками факультета Шимусом Финниганом и Дином Томасом.
  
  Последнее заставило меня нахмуриться, так как было явным противоречием канонным событиям. Но выводы я оставил на потом и углубился в справку снова.
  
  Чем дальше, тем было веселей. Уж не знаю, отчего и почему, но в этой реальности Рон Уизли не только не стал лучшим другом Поттера и Грейнджер, а строго наоборот, рассорился с ними до практически открытой вражды с Гермионой и нейтрально-осуждающего отношения Избранного и, как ни странно, Невилла Лонгботтома. Девушки факультета, в основном однокурсницы, отзывались негативно, а парни нейтрально.
  
  Всё страньше и страньше.
  
  Дочитав листы до конца, я сложил их аккуратно в папку, снова завязав и отдав обратно Грюму.
  
  - Ознакомился?
  
  - Да.
  
  - Вот таким был Рональд Уизли. Не самый компанейский парень. Верно?
  
  - Не то слово.
  
  - Ну, работать будем с тем что есть.
  
  - А эти трое, Поттер, Грейнджер и Лонгботтом, на отношениях с ними сделан акцент...
  
  Грюм кивнул.
  
  - Ты правильно понял. Тебе надо будет быть к ним как можно ближе. Именно они из года в год становятся эпицентром событий, которые меня начинают напрягать. Особенно проявившаяся тенденция.
  
  - Поэтому вы собрались в Академию?
  
  - Да, хочу своими глазами на них посмотреть.
  
  - В Хогвартсе контактировать буду с вами?
  
  - Да. Но не только. С ещё одним сотрудником, но с ним познакомишься позже. Ещё вопросы?
  
  - Пока нет.
  
  Аврор поднялся, подхватывая посох. Хлопнул меня по плечу.
  
  - Ну, тогда пока всё перевари, хорошенько обдумай. К этому "золотому трио" подводить тебя, сразу скажу, некем и нечем, особо, тут ты должен отработать сам. Но обсудить со мной не возбраняется.
  
  - Да свидания.
  
  - И тебе не хворать.
  
  Грюм вышел, а я налил ещё одну кружку отвара и, присев, задумчиво начал прихлёбывать из кружки. Судя по всему, влезть в команду Избранного будет непросто, и было это следствием каких-то событий прошлого. Что ж, в первую очередь следовало разобраться, каких.
  
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  М.Эльденберт "Мятежница" (Приключенческое фэнтези) | | У.Михаил "Ездовой Гном -1. Росланд Хай-Тэк" (ЛитРПГ) | | А.Емельянов "Мир Карика 3. Доспехи бога" (ЛитРПГ) | | О.Герр "Желанная" (Попаданцы в другие миры) | | В.Старский "Трансформация" (ЛитРПГ) | | Д.Коуст "Маркиза де Ляполь" (Любовное фэнтези) | | М.Старр "Мой невыносимый босс" (Женский роман) | | О.Лилия "Чтец потаённых стремлений (16+)" (Попаданцы в другие миры) | | Е.Кариди "Рыцарь для принцессы" (Любовное фэнтези) | | Р.Ехидна "Мама из другого мира" (Попаданцы в другие миры) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"