Во время спектакля актёры курят бутафорскую траву.
Все реплики читаются строго по бумажке:
Никто из этих людей не в состоянии связать без неё два слова.
Вступительный монолог.
Читает Актриса в чёрном платье "Божественный декаданс". На голове её чёрная бархотка с пером. В одной руке у неё полбутылки водки, во второй - дымящийся косяк.
Занавес
Любезные друзья, настало время
Оставить суету и погрузиться
В мир магии трагического действа.
Затмения сердец, судьбе покорность,
Стремление судьбе не покориться,
Любовь и жажду, правду и обман,
Вы всё увидите сейчас на этой сцене.
Откройте же себя для красоты,
Представленной искусством скромным нашим.
занавес
Действие 1.
занавес
По улицам Флорентина бредут
Хуан - в рубахе с изображением встречи Кришны и бодхисатвы и т.д.,
Лепорелло - кавказской национальности и тем же произношением, передавая друг другу косяк драматического размера. Звучит нетверёзая музычка.
Лепорелло
Ты где читаешь?
Хуан
Я читаю здесь.
Лепорелло
Тогда я здесь.
Хуан
А я?
Лепорелло
Не ты, а я. Я открываю сцену.
Лепорелло
Смотри, Хуан, смотри себя вокруг.
Какие фонари горят вполнеба!
Какие стены окружают нас,
И всюду кал, собачий и кошачий.
Хуан
Похоже, мы в Мадриде .
Лепорелло
Что же мы
В Мадриде этом собирались делать?...
Хуан
Я позабыл намеренья свои.
Что помнить? Всё одно сплошная ересь.
Но раз возник случайный интерес...
Зайти ли нам на чай куда-нибудь?
Лепорелло
Кто в это время в этом дивном месте
Гоняет чай?! А слушай, между прочим,
Который час теперь и время года?
И это... как его, ах да, какое
Тысячелетье на дворе?
Хуан
Вопрос не в тему.
Ещё ты спросишь, быть или не быть,
Кто виноват, что делать, есть ли Бог,
Когда легализуют коноплю,
Кто ты такой и как сюда попал.
Лепорелло
И правда, это всё ненужный вздор.
Хуан
Когда бредёшь с товарищем вдвоём
Среди бесшумных и безлюдных улиц,
То вспоминаешь разные проделки,
Плоды невинности и радости...
Лепорелло
Вот-вот,
Невинности. А кто два дня назад
Сверхзвуковой отправил паравоз
Не ждавшему подвоха Командору?
А милой даме ничего не дал?
Хуан
Не все тогда с подушек поднялись,
Чтоб с нами попрощаться. Это факт.
Лепорелло
Выходит, Донна Анна разъяснить
Намерения наши нам не сможет...
Хуан
Дадим улечься пламени обид
В мятежном сердце милой Донны Анны.
Мы там ещё успеем пошалить.
А вот к Лауре, например, не грех
Нагрянуть хоть сейчас. Не помню я,
Чтоб шалости там видели отказ,
Но я, вообще-то, ничего не помню.
Лепорелло
Ты всё такой же, Дон Хуан, и небо
Не отвращает милостей своих
От твоего беспутного... пути.
Хуан
Ах, небо! Ах, беспутство Бытия.
В предчувствии бессмысленной развязки
Я верен помыслам бессмысленным моим,
И за судьбу я небу благодарен.
Лепорелло
Мне тоже хочется восславить небеса!
Но дух могучий надо подкрепить
Конкретным хавчиком. На то он и Мадрид,
Чтоб в нём найти похавать.
Хуан
Это знак
Отправиться к Лауре и найти
Сосиски там, и хумус, и лапшу.
Лепорелло
А если кто уже туда пришёл,
И там сидит, и хумус весь умял,
Вульгарно питой черпая его
Из пластиковой банки по-плебейски?
Хуан
Его мы просто выкинем в окно!
Иль нет! Ему... мы пустим паравоз!
Он сам тогда отправится в астрал,
И долго путь обратно не найдёт.
Лепорелло
Достоин Дон Хуана этот план!
Но до Лауры нужно шкандыбать
Отсюда полчаса, петляя вдоль
И поперёк Мадридских подворотен...
Хуан
Мы даже не почувствуем дороги!
Мы полетим на конопляных крыльях.
Отходят в угол сцены, закуривают очередной косяк. Опираются на угол фалафельной "Эцель Дон Макольдс." (у дона макольдса)
занавес
Действие 2.
На диване и пуфах вокруг столика с чаем и так далее сидят:
Донья Конвульсия - в чёрном длинном платье ,
Донья Лаура - в холщовом индейском брючном костюме с вышивкой,
Дон Карлос - известный поэт, томный, в белой рубахе и при бархатном банте,
и курят по кругу хорошо заряженный кальянище . Хуан и Лепорелло так и стоят в углу, и занимаются всё тем же, чем начали в конце прошлой сцены. Звучит Manu Chao "welcome to tijuana - tequila sekso marijuana ".
Лаура
Меня пленяет бульканье воды
В приборе этом незамысловатом.
Моя душа стремится в небеса,
Ах Дон Хуан, куда ты провалился,
Тебя два дня нигде не отыскать,
Молчит твой пелефон (*сотовый - иврит), и сердце бьётся,
Когда я слышу длинные гудки,
Так безнадежно, гулко и нелепо.
Такие длинные... протяжные... гудки.
Конвульсия
Душа моя, Лаура, вдоль стремится
И поперёк, и по диагонали,
Туда, сюда, вперёд, назад, вперёд...
Из тела вылетая то и дело.
Ах! я в объятьях Дон Хуана бьюсь,
Лишь имя невзначай его услышу,
И даже бульканье кальяна мне
Трясёт бока. Зачем, Лаура, ты
Хуана невзначай упомянула.
Его движения внезапны и сильны,
Ему навстречу двигаться приятно,
Обворожительной внезапности отдавшись.
Лаура
Ах трение промежностей пустяк.
Мои уста, не память, знают жезл
Горячий, мягкий и любвеобильный,
Который нёбо нежное ласкает,
А я его тихонько языком
Поглаживаю, чувствуя уздечку,
Её совсем легонько натянуть,
И на дыбы взметнётся страстный конь.
Что чувствую я внутренностью щёк,
Когда Хуан её касается своим...
Ты знаешь ведь, о чём я говорю?
При этих словах Конвульсия передаёт Анне шланг кальяна