Поезд мчался сквозь длинный туннель, стаканы в железных подстаканниках звякали в такт стучащим колесам. Муся жмурила глаза от восторга, представляя, через какую громаду несется их состав. Паровоз издал долгий протяжный стон раненного животного. Муся представила: их поезд бежит, преследуемый страшным каменным чудовищем, за последним вагоном рушатся глыбы, грозя похоронить под собой и состав, и пассажиров, и саму Мусю с бабушкой. Она даже почувствовала, как покрывается мурашками.
- Бабушка, а еще туннели будут? - спросила она у нестарой женщины, когда поезд выскочил на свободу.
- Наверное, Маруся, - задумчиво ответила та, - гор впереди много.
Маруся, шестилетняя кареглазая девочка в завитушках русых волос, уткнулась в окно. Они с бабушкой ехали уже второй день. Сначала не происходило ничего интересного: леса сменялись полями и вокзалами провинциальных городов с суетливо кричащими про пирожки продавщицами на перроне. Пару раз бабушка выходила за мороженым, и тогда Муся боялась и переживала, что Буся, как кратко звала девочка свою бабушку, не успеет вернуться, и она, Маруся, останется одна в поезде. Ей становилось так жалко себя, что слезы совсем близко подступали к глазам. Потом появлялась Буся, и девочка висла на ее шее. Поезд спешил дальше. Маруся не поверила своим глазам, когда на второй день вдалеке появились неясные силуэты гор, ограничившие расползающуюся равнину. И вот теперь поезд несся сквозь эти горы, и Марусе было немного страшно и хорошо.
Состав в очередной раз остановился, бабушка, до этого совещавшаяся с соседями по купе, решила выходить. Они очутились на маленьком перроне, где их сразу же окружили несколько человек, сдающих комнаты. Буся договорилась с молодой женщиной, гречанкой, и они пошли на автобус. Женщина рассказала Бусе, что у нее двое дочерей, двух и трех лет. 'Малявки', - решила Маруська, потеряв к ним всякий интерес. Поселок, куда гречанка привезла бабушку с Марусей, располагался у самого моря, от их дома до пляжа идти было пять минут, но это если с Бусей. Сама Муся могла за это время сбегать туда и обратно, и еще обежать вокруг дома. Пляж, где они загорали, был галечный. Муся осторожно ходила по горячим, обкатанным морем камушкам, поджимая пальцы. Бабушка лежала на полотенце и разговаривала с незнакомой отдыхающей.
- А что это у вас девочка такая бледненькая? - интересовалась незнакомка. - В каком погребе вы ее держали?
- В питерском, - смеялась Буся, - в питерском. Вот привезла на море подлечить.
- Болеет часто?
- Не то слово. За зиму раз шесть точно: то грипп, то ОРЗ, то ангина. Замучались уже. Вот и выкручивались: то невестка больничный возьмет, то сын, то мы со сватьей по очереди сидим, хорошо, что по сменам работаем.
Муся поправила на талии надувного лебедя и шагнула в воду. Вода была приятной. Маруся вспомнила, как прошлым летом отдыхала в Вологодской области у Бусиной сестры. Дом стоял на берегу озера, старый, с покосившимися стенами. Огород спускался к самому берегу, и по вечерам они все отправлялись к мосткам, чтобы окунуться в теплую, как парное молоко, воду. По вечерам бабушка рассказывала ей сказки про девушку-чернавушку, которую родители положили в озеро отмокать от грязи, и озерника, шагающего по ночам с одного берега на другой и утаскивающего не спящих детей. Маруся потом лежала в сенях на душистом, набитом сеном матраце и крепко жмурила глаза, чтобы заглянувший в окно озерник не увидел ее бодрствующей. Муся отвлеклась от воспоминаний и с восторженным криком плюхнулась в море, со всех сил молотя ногами.
Бабушка решила учить Марусю плавать. Муся ложилась на спину и раскидывала руки с ногами в разные стороны, как та звезда, которую утром выловили отдыхающие дядьки. Буся бережно поддерживала ее под спину, а затем тихонько отпускала.
- Ты не бойся, вода в море соленая, плотная. Она тебе вытолкнет, - уговаривала бабушка.
Бабушка была вся такая пышная и круглая, над верхней губой бабушки росли усики, Муся обожала по вечерам забираться к ней на колени и обниматься. Комната, которую они снимали, оказалась просторной. Кроме Муси и Буси в ней еще жили две девицы, целыми днями пропадавшие на пляже. Каждое утро соседки устраивали ритуал: подводили глаза карандашом, красили ресницы маленькой щеточкой, которую до этого терли в коробочке с черным плотным веществом. Муся, не отрываясь, следила за священнодействием. Она мечтала, что когда вырастет, то тоже станет обладательницей таких удивительных вещей. По вечерам девушки мазали лицо кремами из разных баночек и протирали его водой, пахнущей огурцом. В отдельном домике в этом же дворе жила семья грузин с двумя детьми: Ренатой и Георгом. Георгу исполнилось девять лет, это был сильно веснушчатый, огненно-рыжий мальчик с голубыми глазами. Его сестра отличалась от брата только черным цветом волос, и она была на год старше Маруси. Грузины снимали домик не первый год, каждую весну по осень они приезжали к морю вместе с детьми. Чем занимались старшие, Муся не знала, зато Георг и Рената выращивали цыплят. Цыплята были замечательные: желтые и черные пушистые комочки. Девочка забегала к друзьям перед сном и заглядывала в коробку с птенчиками, стараясь не дышать. Ей мнилось, что такие маленькие существа могут погибнуть от случайной бактерии. Георг только смеялся над ее опасениями и говорил, что Маруся сама как цыпленок.
Прошла уже неделя отдыха. Муся с бабушкой по пути с пляжа зашли в магазин, чтобы купить продукты. Пока Буся набирала сумку, Маруся внимательно изучала полки. На одной из них она обнаружила банку с необыкновенным вареньем, оно называлось 'розовым'. Бабушка, тоже никогда не пробовавшая варенье из лепестков роз, Мусю одобрила. Чай с вареньем казался девочке необыкновенным: она щедро черпала сироп и запивала его крохотными глотками. После обеда они пошли на море, Муся спохватилась, что забыла надувной круг, и вернулась. Схватив игрушку, она собралась догонять бабушку, когда услышала слабый писк, доносящийся из банки с вареньем. Маруся заглянула в нее и обомлела: в варенье барахталась крошечная девочка в нежно-голубом платье, похожем на наряд балерины. Волосы малютки были золотые, по ним пробегали искорки. Девочка лениво кричала: 'Помогите, кто-нибудь, помогите!' Муся схватила ложку и вытащила бедную крошку, та снисходительно кивнула головой и начала приводить себя в порядок. Маруся не выдержала и спросила:
- А вы кто?
Малютка слизнула сироп, оставшийся на ее руке, и высокомерно ответила:
- А ты, что, не видишь? Фея.
- Аф-фи-геть, - Муся потеряла дар речи. Она смотрела вытаращенными глазами на волшебное существо, потом царапнула себя по руке, чтобы убедиться, что не спит.
- И что ты хочешь? - фея полюбовалась на свое отражение в зеркальце, оставленном Мусиными соседками, и пришла в хорошее расположение духа.
- Как это? - не поняла Маруся.
- Ты меня спасла - я исполняю желание, все просто.
Девочка задумалась, желаний было много: и германская кукла, и игрушечная коляска, и наборы посуды и мебели, шоколад и мороженое. Хотелось всего, а выбрать следовало только одно. Мусе пришла в голову идея, совершенно сумасшедшая:
- А ты можешь меня в сказку отправить? На немного, так, чтобы Буся не заметила? А потом вернуть.
Фея скептически осмотрела ее с ног до головы и заметила:
- Ты - дылда, ты туда не поместишься.
Маруся расстроилась, она даже отвернулась к окну, чтобы малютка не заметила, как предательски дрожит губа.
- Хотя можно сделать так, что ты будешь видеть сказочных существ и сможешь общаться с ними, - добавила фея.
Муся кивнула головой.
Бабушка уже плавала, когда Маруся прибежала на пляж. Девочка вошла в море по пояс и нырнула. В воде она согнула ноги в коленях и прижала к груди, обхватив руками, затем медленно всплыла. Бабушка называла это упражнение 'поплавок'. Вылезшая на берег Буся помахала ей рукой, Маруся снова погрузилась в воду. Раздался смех, Муся открыла глаза и увидела маленькую полурыбку-полудевочку. Русалка была нежно-зеленого цвета, с длинными салатовыми волосами. К ней присоединились еще две сирены фиалкового и серебряного цвета.
- Девочка, милая девочка, - пели русалки, щекоча Марусю за пятки. Та смеялась, из ее рта всплывали пузырьки воздуха. - Хочешь, мы расскажем тебе сказку?
Конечно же, Муся хотела! Девочка подперла голову рукой и приготовилась слушать. Сирены начали: 'Давным-давно, в том месте, где океан воюет со скалами, жила девушка, звали ее Марина, что значит морская. Все считали ее некрасивой: ведь у нее была кожа, похожая на чешую, к тому же еще и светящаяся бледным светом. Отец у девушки давно сгинул: он плавал на корабле, и в один из штормов его унесло в море. Ее мать никто не видел, старухи шептались, что дело нечисто, но отец был суровым человеком и быстр на расправу со сплетниками. Но когда отца не стало, Марина хлебнула горя с полна, - все соседи ее сторонились, словно прокаженную, дети корчили рожи и придумывали обидные прозвища. Девушка жила только за счет своего умения находить жемчужины. Каждое утро на рассвете она прыгала с высокого утеса в воду и собирала раковины. Ей всегда везло, весь жемчуг был отборным: крупный и ровный, иногда ей попадались очень редкие черные и розовые перламутровые камушки'.
Русалки внезапно бросились в разные стороны, Муся вздрогнула - ее схватили за плечо и вытащили из воды. Буся ругалась. Никогда еще Маруся не видела ее такой сердитой, бабушка только что не шипела, как разозленная кошка.
- Никакой ответственности! Ты же уже взрослая девочка, чуть до инфаркта меня не довела, разве ж так можно? Слов нет, одни эмоции. Это ж надо было так долго под водой сидеть.
- Буся, ну там же русалки были, они мне про девочку рассказывали, - оправдывалась Маруся.
Бабушка остановилась и тихо заплакала, ее плечи мелко тряслись, словно от холода, Маруся прижалась к ней. Весь вечер бабушка пила какие-то капли и держалась за сердце. На следующее утро бабушка приняла решение вместо моря поехать в ботанический сад.
Парк был замечательным, Муся ходила вокруг огромных пальм, гладила их стволы и пыталась разглядеть на макушке дерева связку бананов или фиников. Вьющиеся розы оплетали ажурную беседку, оставив для входа небольшой проем. Маруся залезла в беседку и ахнула - ее окружал ковер, сотканный из темно-зеленых листьев и алых соцветий, пронизанный знойным ароматом.
- Бабусь, можно я тут побуду? - девочка присела на скамейку.
- Хорошо, только не убегай никуда.
Муся легла на скамейку и начала вспоминать пение морских дев. В это время раздался шорох и громкая ругань: 'Да у тебя руки с мальства к труду не приучены, кто ж так мотыгу держит?' Перед Марусей предстали два гнома: один степенный, с окладистой бородой, второй - нелепый, в колпаке, сползающем на глаза, и в одежде, в которой он постоянно путался.
- Вы настоящие? - уточнила Муся.
Гномы угрюмо воззрились на нее.
- Сама ты ненастоящая, - обиженно ответил солидный гном.
- Ненастоящая, - повторил второй.
- Извините, - начала оправдываться девочка, - просто мне кажется, что вы плод моего воображения.
Про плод воображения Маруся узнала от бабушки во вчерашнем разговоре.
- Тогда ты с приветом, раз сама с собой разговариваешь, - заметил первый гном.
- С приветом, - пискнул второй.
- Сами вы сумасшедшие, - надулась Муся.
Гномы внимательно разглядывали ее.
- Ладно, - вздохнул старший, - будет тебе сказка.
- Расскажем, - поддакнул младший.
- Я не просила, - заметила девочка.
- Но ведь хотела? - в один голос уточнили гномы.
Муся угукнула, гномы раскурили трубки и начали повествование. Они рассказывали о страшном огнедышащем драконе, похитившем у гномов волшебный камень, именуемый 'Сердце горы'. Потом рассказчики поведали о горстке храбрецов, не побоявшихся отправиться в дальний путь, чтобы вернуть украденное. О злых орках, свирепых львах, горных троллях и прочих опасностях, с которыми они встретились. Как много страшного пришлось пережить героям! И только через несколько месяцев смогли они добраться до логова чудовища: уставшие, голодные и отчаявшиеся. И когда дракон напал на них, один самый главный герой точным выстрелом убил зверя. С первой же попытки!
Рассказчики замолчали.
- Все, если коротко, - объявил бородатый гном.
- Ага, все, - подтвердил второй, потирая безволосый подбородок.
Они быстро вскочили и выскользнули из беседки. Муся переваривала услышанное.
- Да что ж такое? - с снаружи послышался бабушкин голос. - Маруся, ты оглохла, что ли?
Муся, чувствовавшая вину за вчерашнее, беспрекословно вылезла из беседки. На обратном пути бабушка договорилась с фотографом, и тот снял Мусю рядом с пальмами на фоне фонтана. Бабушка продиктовала ему адрес и взяла квитанцию.
Цыплята росли быстро. Из коробки птенцов перенесли в закрытый вольер, куда Муся каждое утро ходила кормить их с Георгом и Ренатой. В отличие от бабушки, новым Марусиным друзьям сказочные истории нравились, они с восторгом слушали ее и просили повторить. В один из дней Муся с бабушкой отправились на телефонную станцию, звонить родителям. Муся быстро протараторила, что скучает, и выскользнула на улицу. Бабушка осталась в будке. Маруся бесцельно слонялась у входа, когда услышала знакомый голосок: 'Ах, помогите, я запуталась. Ау, кто-нибудь'. Знакомая фея зацепилась крылышками за ветку куста и меланхолично умоляла о помощи. Увидев Мусю, она равнодушно заметила:
- А-а, это опять ты?
- Я. А желание можно исполнить? - практично спросила девочка, освобождая фею.
- Даже не знаю... За один и тот же подвиг, пусть и дважды совершенный, - феечка неодобрительно нахмурила брови.
- Простое. Пусть бабушка на меня не сердится и не будет жаловаться родителям.
Фея кивнула головой и подлетела к стеклу, вглядываясь в свое отражение. Мусе захотелось поделиться.
- Я тут гномов встретила, - начала она.
- Опять байки травили? - пожала плечами фея.
- Это не байки, - обиделась за гномов Маруся, - это история подвига.
- Ну-ну, - скептически пожала плечами феечка, продолжая прихорашиваться. - Только на самом-то деле все было немного не так. Жил-поживал добрый и безобидный дракон в своей уютной пещере, когда о накопленных им сокровищах узнало злобное и воинственное племя гномов, держащих в страхе всю округу. Подло окружили они его жилище и подожгли со всех сторон. Бедняжка чуть не задохнулся в дыму и сбежал в последний момент.
- Неправда! А как же горные тролли, разрывающие львов голыми руками?
- Нет в тех горах никаких львов, и не было.
- А орки, убивающие своим дыханием все живое?
- Зубы чистить надо, и всего делов.
Фея поправила волосы и улетела.
Близился отъезд. Муся загорела, выгоревшие на солнце волосы посветлели. Она уже прилично держалась на воде, русалки, видимо испуганные в прошлый раз бабушкой, не появлялись. Море покрылось мурашками. Вода сбивала с ног, ветер усиливался. Буся придумала развлечение. Она заводила Мусю подальше от берега, раскачивала ее на руках и бросала вместе с волнами на берег. Девочка летела вместе с пенными барашками и визжала от восторга. В очередной раз волна подхватила Марусю на берегу и потащила обратно в море. Девочка не могла понять, где верх и где низ, она потеряла ориентацию. Было страшно. Раздалось пение: 'Не бойся, ты же не просто девочка, ты умеешь слышать и общаться с удивительными существами'. Сирены окружили ее, бережно поддерживая со всех сторон. Маруся успокоилась. Морские девы поинтересовались, не хочет ли она услышать окончание сказки. Муся с радостью согласилась. 'Однажды, Марина, как обычно, пришла к берегу моря. На берегу она увидела странное существо - полурыбу-получеловека. Он показался ей красавцем, хотя вместо ног у него был рыбий хвост. Мужчина был весь покрыт золотой чешуей. Он тяжело дышал, задыхаясь под поднимающимся солнцем. Девушка стащила его в воду и бережно держала, пока тот не очнулся. Спасенный открыл глаза и увидел девушку. Любовь пронзила их сердца. Каждое утро мужчина-сирена поджидал ее возле берега, исполняя проникновенные рулады. Потом они плавали, отыскивая раковины. Но злые и завистливые люди подсмотрели за Мариной и решили убить ее возлюбленного. Рано утром подкараулили они морское чудовище, главный злодей прицелился из арбалета. Но в этот момент Марина, увидевшая их, бросилась между убийцами и любимым. Стрела пронзила ее грудь, и кровь обагрила море. Мужчина-сирена исчез, и никто больше не слышал песен русалок. А в том месте, где пролилась кровь девушки, выросли кораллы необыкновенной красоты'.
Русалки залились слезами и уплыли. Маруся почувствовала, что врезается во что-то большое, и вынырнула на поверхность. Стоящая в воде тетенька с недоумением воззрилась на девочку.
Чемоданы были собраны. Соседки по комнате уехали еще вчера, подарив на память пузырек с огуречной водой. Бабушка пошла прощаться с гречанкой и ее семьей. Георг, таинственно улыбаясь, позвал Мусю. В руке он держал овальный темно-серый камушек с двумя голубыми поперечными полосками.
- Это куриный бог - видишь, в нем дырка. Можно продеть веревочку и носить его, тогда он станет твоим амулетом.
Маруська поблагодарила и, привстав на цыпочки, поцеловала мальчика в щеку.
На вокзале толпился народ. Буся пошла купить пирожков в дорогу, Муся осталась караулить вещи.
- Боже мой, я застряла, - услышала Маруська знакомый голос. Знакомая феечка с прохладцей билась о стенку бутылки из-под лимонада.
Муся бесцеремонно перевернула бутылку и хлопнула ладошкой по донышку, фея выскочила наружу.
- Кажется, я должна тебя поблагодарить? - совершенно нелюбезно уточнила она.
- Не надо. Можно спросить, а почему вы во всюда сваливаетесь и как? Я ведь помню, что закрывала тогда варенье.
- Тебя не касается, - фея была сильно не в духе. - Желание загадывать будешь?
- Спасибо, не надо, - Муся мялась в нерешительности.
- Ну, что там? - немного смягчилась феечка.
- Я про русалок спросить хотела.
- А-а, - кивнула головой капризная крошка, - они тебе, наверное, всякие страсти рассказывали? Про эту ужасную Марину?
- Она не ужасная, - не согласилась Маруся.
- Сама посуди: девочка покрыта чешуей и вся светится. Ты бы хотела дружить с такой девочкой?
- Но что плохого она сделала людям? - Муся едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться.
- Девочка, - фея достала из кармана пудреницу и начала обильно посыпать себя порошком, - это сказка. На самом деле, Марина уплыла со своим возлюбленным, ведь она была наполовину русалка. И папа потом отыскался - его спасла ее мама, когда он свалился с корабля. И жили они все долго и счастливо.
Феечка помолчала и добавила:
- Будет тебе третье желание. Когда ты станешь взрослой и перестанешь замечать сказочных существ, ты все равно сможешь увидеть все самое чудесное в самом простом.
Фея собралась улетать, как вдруг ее глаза расширились, и она начала внимательно всматриваться куда-то вдаль. Затем она шустро нырнула в бутылку, со всех сил застучала кулаками и надрывно закричала: 'Помогите мне, я застряла в этом ужасном месте!' Мимо Муси пропорхнул взволнованный маленький человечек с белоснежными крылышками и заостренными ушами. Он развязал пояс и спустил его в бутылку. Фея ухватилась за кушак и вылезла из заточения.
'Мой спаситель, мой эльф! - восторженно воскликнула она. - Как я могу отблагодарить тебя?'
Она бросилась на шею эльфу и припала к его губам, их крылышки затрепетали. Мусе стало неудобно. На мгновение фея оторвалась от эльфа и подмигнула Марусе.
Поезд мерно стучал колесами, Муся смотрела в окно.
- Не хотела тебе говорить, ну да ладно, - Буся чувствовала себя неловко. - Георг ведь подходил ко мне насчет тебя. Сказал, что когда вырастет, женится на тебе.
Маруся вспомнила фею с эльфом и смутилась.
Через месяц Муся получила письмо, в котором лежали фотографии. На фоне пальм стояла улыбающаяся девочка в синем с огромными тюльпанами сарафане, на ее плече сидела золотоволосая фея. Рядом, гордо подбоченясь, стояли гномы, а из фонтана махали рукой разноцветные русалки.