Кузмичев Иван: другие произведения.

Перст Высшего

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    08/04/2013. Выложено три четверти романа. Аннотация: На что способен отец ради спасения семьи? Какие жертвы он принесет? Сможет ли отдать жизнь, чтобы близкие люди жили?

  Роман 'Перст Высшего'.
  Автор: Кузмичев Иван.
  
  Часть 1.
  Непонятно. Трудно. Нужно.
  
  
  Вместо пролога.
  Люди редко благодарят своих спасителей, чаще после добрых дел они садятся им на шею или стараются убить.
  
  - Повтори еще раз.
  Грим Косарь, известнейший воин прошлого гневался. Я вообще заметил за наставником такую особенность - он яркий образчик пословицы про того кого долго запрягают. Так что доводить его до крайней точки я бы не советовал, а тут выходит все наоборот, деревенские будто специально делали все, чтобы разозлить Грима. В какой то момент я подумал - все, терпение бывшего отшельника кончилось. Ан нет. Сдержался...
  Вот уже пару часов как мы в деревне, вокруг галдящая толпа. И все о чем-то говорят, орут, требуют и даже угрожают. А все почему? Да потому, что стоило добить огрина как ставший в одночасье неугомонным Крах, жрец Корвуса, решил начать нести свет веры Высшего и начал естественно с пришествия нового Перста. Распирало светоча-возрожденца от значимости сверх меры, вот и увлекся старик, да так что люди оказались загружены настолько, что заняли под давлением две диаметрально противоположные стороны, в зависимости от того чего они хотели от жизни.
  Большая часть жаждала лучшей жизни, а меньшая наоборот ратовала за сохранение уклада. Вроде ясно и понятно - большинство должно перемочь, однако не в этом случае. Вторая часть представляла собой наиболее влиятельных людей - яра с гриднями, кожевника с родичами и медовара. Сила, промышленность и торговля. Три столпа власти в любом обществе. И все они повязаны меж собой. Это понятно стоит только увидеть их кучкующихся рядом с яром.
  Не вовремя Крах решил проповедь читать...
  Со мной не посоветовался, теперь это расхлебывать. Но как - не представляю. Хорошо, что рядом наставник Грим и мастер-кузнец Сурв. Эдакие глыбы, прикрывающие спину неокрепшему Персту, с такой поддержкой будущее кажется куда радужнее настоящего.
  Чего ты ноешь, Ярик? Сам же хотел быстрее все сделать.
  'Заткнись!' - чувствую что завожусь. Будь мой оппонент реальным человеком я бы не сдержался.
  Вот, узнаю старого доброго Яра. Молодцом!
  Умолкни!
  На сей раз я ответил внутреннему голосу не так яростно, а сам подумал о том, что слишком часто начал общаться с самим собой, да и выхожу из себя легче, того и гляди не Зверь у меня на привязи будет, а я у него. Всего одна его реплика и Грим с Сурвом внимательно на меня смотрят, того и гляди по голове дадут, чтоб значит в чувство привести.
  И все же ощущаю как тщательно возводимые еще на Земле барьеры трещат, не хватает им прочности сдерживать напора пробуждающегося Зверя. А ведь сколько сил я на него потратил! Сколько техник пришлось выучить, сколько суток провести на грани сна и яви. А на выходе как оказалось - полный пшик.
  В подкорке бьется подленькая мыслишка. Мол мягок больно, устал от ответственности, вот и принял старт с места в карьер как поток непрерывных будущих проблем. Испугался? Нет, не может быть. Ведь когда прибыл в этот мир готов был горы свернуть, ан нет, не вышло, понадеялся на других, вот и размяк...
  Тут о себе напомнил ожог. Неделю как зажил, а вот на тебе. Вовремя. Решимости придал. Перед глазами предстали две моих девочки: Оля и Юля. Одна мое сердце, вторая моя душа. Не могу я девочек оставить, все ради них ведь делаю, себя сгною если понадобится!
  Ату несогласных тварей!
  Накрутил себя так, что даже потребовалось пару минут на успокоение. Страсти между тем накалялись, да так, что мужики того и гляди за оружие схватятся. Ситуация сложная, все пошло вкривь и вкось.
  Без крови не обойдется, Ярик. И это хорошо!
  'Умолкни! Без тебя тошно'.
  А Крах меж тем заводился все больше:
  - Слушайте меня, славные люди Хортейма! Да-да, не Грохта, а всего Хортейма. Хватит уже думать только о своем животе, пора вспомнить кто мы на самом деле. Неужели забыты Честь, Воля и Преданность? Как мы могли допустить такое непотребство? Я отвечу - виноваты мы сами, не смогли исполнить волю Высшего и за это поплатились!
  - Жрец ты говори-говори, да не заговаривайся! Не мальчиков отчитываешь, у нас своя голова на плечах!
  Из кучки зажиточных подал голос крепыш с пшеничными волосами, обрамляющими лицо больше напоминающее свиное рыло и такими же маленькими подленькими глазками. Руки его были сцеплены и покоились на внушительном брюшке.
  - Да я знаю, Пивг. Тебе с сыновьями точно ничего не надо, вам бы и дальше меды варить, да свиней растить. Вот только кончилась спокойная жизнь и те кто не вспомнит кто он таков и кем были его предки, поплатится посмертием! Это я вам как первожрец Корвуса обещаю!
  И будто в подтверждение его слов над острыми пиками Ледяных Гор ударил гром. Не сказать, что событие редкое - куда там, раз в неделю, а то и чаще подобное случается, но сейчас слишком все вовремя произошло. Так что многие взрослые мужи опасливо покосились на Краха и схватились за нательные обереги, кто-то вовсе чуть слышно забормотал старую молитву.
  - Нет твоего Высшего! Пропал и бросил нас на поживу остального мира. Как можно верить ему, если даже горные чудища наседают так, что мочи нет. В поле без пары сулиц и рогатины выйти не можем. Ответь жрец?
  На этот раз от меньшей части подал голос высокий - на полголовы выше остальных - человек с седым конским хвостом до лопаток и блеклыми серыми глазами. На первый взгляд ему можно дать как три десятка так и все пять. Многие глядят на него с легкой заинтересованностью, а вот наставник, тоже чуток уступающий ему в росте, смотрит на 'Коня' словно на пустое место. И знающим людям такое отношение о многом говорит. Жаль только понять это могут не многие: жрец, кузнец, ну и я в довесок.
  А 'Конь' не получив ответного выпада начал распаляться, куда-то делась серость и блеклость, появился нездоровый блеск в глазах, сухие морщинистые руки задрожали будто у наркомана увидевшего долгожданную дозу. Глядя на распалившегося скандалиста обычно спокойный Косарь хекнул и подхватив с земли ком слежавшейся земли со всего маху запустил тому в рожу.
  Оратор подобного не ожидал. Шмякнуло знатно и черно-бурая с навозными прожилками земля расползлась по его лицу неприглядной маской. На пару секунд над толпой воцарилась тишина, а затем уже никто себя сдерживать не стал. Все вспомнили былые прегрешения недругов и теперь решили оторваться друг на друге. Возникла стихийная куча мала из габаритных тел, среди которых правда попадались и менее впечатляющие - те что принадлежали юнцам, оказавшимся в общей свалке.
  Хрясь! Бам! Хрясь-бам, хрясь-бам...
  Люди распалялись. Зуботычины летели чаще, удары точнее и больнее, если кто и сдерживал себя по первой, то забыл об этом, отдавшись целиком упоению кулачного боя. В этом конечно лидировали гридни - защитники, мать их, деревни. Всего десять и это на три сотни дворов! Правда остальные от них мало отставали, ведь обучение то проходили все, ну а то что не опоясаны мечами - судьба иная. Вон к примеру наставник тоже не опоясан, а витязь не из последних во всем Хортейме! Правда в драку он не полез, как и жрец с кузнецом, а так же яр, медовар и тот что с конским хвостом.
  Мы стояли с одной стороны, они с другой. Я их изучал, они на меня как на вошь глядели -прихлопнули бы, да не могут, защита у меня ого-го какая! Пискнуть не успеют как Косарь их пожнет и посеет.
  - На получи!
  - Фрад это тебе за прошлый год!
  - У-уу тварина, держи!
  Разнимать толпу, вошедшую в раж не только бессмысленно, но и глупо. Это понимали все оставшиеся в стороне, хотя таких было меньше десятка, остальные участвовали в драке. Глядя на самозабвенно лупцующих друг друга людей поневоле задумаешься о том, что здесь далеко не все безоблачно. Хотя о чем это я вообще говорю? Одно то как я провел первый день в Грохте о многом говорит!
  Сучьи дети...
  
  
  
  1.
  О том, как удят людей.
  
  
  Чертовски хочется напиться. Но нельзя. Нельзя терять контроль, ни в коем случае. Пока я способен соображать - не все потеряно, шанс есть. Шанс есть всегда...
  Жизнь любит подкидывать разные заковыристые задачки и наблюдать за тем как очередной герой из них выбирается. Одни - ломаются, начинают пить и заниматься прочими непотребствами, вторые - преодолевают трудности, закаляются и идут вперед в светлое будущее с высоко поднятой головой. А вот третьим приходится гнуться, но не ломаться, поддаваться, но не сдаваться. Им приходится сложнее всего. У таких людей черных полос на порядок больше чем белых и 'плюшек' почему-то выпадает совсем мало. Но они не сдаются и упорно, словно ослы, идут вперед минуя одну проблему за другой.
  Я считаю себя одним из этих - последних - слишком уж жизнь странная. То так, то эдак приложит, а руки не опускаю, но последние года два мою жизнь не штормило. Я непозволительно расслабился, позволил себе забыть о неприятностях. А зря. Жизнь ведь сука тертая, приложит в самый неподходящий момент!
  Все началось два месяца назад. С Юленьки, дочки моей, а затем и Оленьку приложило. Тех, кто для меня дороже всего на свете. Мои лучики света в темном царстве современности. Их свалила 'Пекинская Пандора' - вирус, появившийся восемь лет назад и заражающий исключительно женщин. Без лечения человек сгорает, словно соломинка под струей резака, неделя, максимум две. Побороть вирус нельзя, можно только ввести человека в кому и поддерживать в нем жизнь, дожидаясь появления лекарства, при этом лечение прерывать нельзя. Инъекции и процедуры должны проводиться регулярно.
  Именно так и никак иначе. Пропустишь пару приемов и вирус резко усиливает воздействие на организм вплоть до того, что начинают выпадать волосы и зубы. Позволить случиться подобному я не мог. При моей зарплате поддерживать дочурку мы могли, пусть и пришлось затянуть потуже пояс, да и заначки на черный день имелись.
  Но теперь, когда в больнице оказалась и Оля... понял - обеих не выдюжу, просто не смогу. И никакие подработки не помогут. Я уже все по три раза пересчитал, а ведь моя специализация одна из самых высоко оплачиваемых. Управленец в фирме по инновациям, мать его етить. Да только все равно денег не хватит, ведь до этого в семье работали двое, а теперь только я...
  Что делать дальше? Как быть?
  В голову лезет всякое и увы ничего стоящего, разве что идея ограбить банк, да только не выгорит - повяжут, я и пикнуть не успею. В таких делах признаюсь я полный профан, хотя и рукопашкой вроде усиленно занимался, но знаю, что эти навыки не сильно помогут. Это не Голливуд - тут реальная жизнь. Так что сижу в сквере с пакетом в руке и усиленно думаю.
  Странно, но даже гопующие уроды ни разу не подошли спросить закурить, даже телефон позвонить не спрашивали. Правда им от этого только плюс - был бы повод я сорвался, сломал бы ублюдков. Всех то вряд ли, а вот парочку запросто...
  Солнце давно скрылось за кромкой зеленых верхушек березок. Свет редких фонарей до моей лавочки не добивает. Сижу во тьме, словно упырь какой-то и на губах кривая усмешка. Я давно взял на вооружение простую привычку - чем хуже настроение и дела - тем шире улыбка и плевать если она больше похожа на оскал. Раздвинь губы, покажи зубы, научись этому и ничто тебя не сломит. Я следовал правилу долгое время и оно всегда выручало, но сейчас что-то не чувствую былой уверенности в собственных силах. Все утекли как вода сквозь сито.
  - Молодой человек вы не против если я присяду?
  Непонятный субъект появился из темноты внезапно, словно чертик из табакерки. Хотя чего это я? В моем состоянии и извержение вулкана под ногами пропустить не мудрено. Окинув незнакомца быстрым взглядом определил, что опасности он не представляет. Подвинулся - лавка большая, места еще на троих хватит. Мне не жалко.
  Мужчина неопределенного возраста в длинном плаще, с ежиком каштановых волос и тростью с блестящим стальным набалдашником аккуратно поправил полы и легко опустился на дощатую лавку. Посидел несколько секунд и вдруг поинтересовался:
  - Извините за навязчивость, но вас гложет какая-то проблема?
  'А тебе какое дело?' - чуть не сорвался с языка недружелюбный ответ, но в последний момент я закрыл рот.
  Знаете своими проблемами люди охотнее делятся с незнакомыми и не важно где: поезде, самолете, походе или где-то еще. Раньше я считал такие россказни верхом наивности и идиотизма, но сейчас сам попался в эти сети.
  Скопившееся напряжение требовало выхода. Не важно как: с помощью кулаков или вот так - словесно, главное выплеснуть его. Удалось.
  Мой сбивчивый монолог длился минут десять. Наверное, сейчас меня трудно понять, но незнакомец слушал, не прерывал. Хороший он человек. Умеет слушать. Такие большая редкость, уж вы мне поверьте, я на этом собаку съел.
  Как бы там ни было, но выговорившись стало легче. Серьезно. В голове даже появились пара идей где без криминала раздобыть денег так чтобы еще месяца на три для моих ненаглядных девочек хватило. А это немало! Главное сейчас выиграть время, а там придумаю что-нибудь. От открывшихся перспектив в душе посветлело, исчезла черная меланхолия, даже проще дышится.
  - Спасибо, вы мне очень помогли! - я от всей души поблагодарил незнакомца, что не говори, но если бы не выговорился, попал бы в неприятную историю.
  - За что? Долг каждого помочь ближнему своему.
  - Жаль в наше время об этом почти все предпочли забыть, - против воли на губах расползается кривая усмешка.
  Я очень хорошо помню как некоторые 'друзья' советовали не тратить деньги на 'пустое' лечение и дать одной из них умереть. В тот момент оба доброхота чудом отделались всего лишь сломанными носами и парой выбитых зубов. Не останови меня охрана - быть беде. Убил бы тварей!
  - В любом случае я верю, что хорошие люди не перевелись, - с какой-то маниакальной убежденностью заметил незнакомец. Он пригладил ежик на голове и с какой-то хитринкой глянул на меня, будто решал нечто для себя. - Знаете, Ярослав...
  Неизвестный поднял ладонь, не дав мне задать закономерный вопрос о том откуда он меня знает и сразу не меняя интонации продолжил:
  - Я за вами давно наблюдаю и должен заметить - вы тот кто нам подходит больше остальных!
  - Вы меня даже не знаете, - угрюмо ответил я.
  - Ошибаетесь. Нам многое известно, в том числе и то что произошло с вашей семьей.
  - Так я об этом сам рассказал.
  - Вы думаете, я оказался здесь случайно? - делано изумился незнакомец. - На самом деле я тут по одной простой причине - предложить руку помощи в лечении... И не смотрите на меня так недоверчиво. Скажу больше - мы не только возьмемся за лечение, но и вылечим их, у нас есть возможности. Не скажу, что это будет легко, но все-таки в наших силах.
  - Где расписаться кровью? - слова непроизвольно сорвались с губ. Странно конечно, но этим невероятным словам я поверил, но хоть убейте точно могу сказать - это не жест доброй воли.
  На мое нелепое предложение он усмехнулся, но ничего не сказал. И выждав время заметил:
  - Вы нам нужны для проведения одного опыта. Душевного плана. Главная особенность - у вас должна быть полная самоотдача и нерушимое желание пойти до конца. Вы согласны?
  - Если спасете моих девочек я ваш!
  - Вот и ладненько, прошу завтра быть в больнице в девять часов, нам потребуется их перевести в свой стационар.
  Незнакомец встал и не прощаясь ушел в темноту, а я остался сидеть в немом обалдении и думать о том что собственно говоря сейчас произошло. Может это глюки? Так вроде не пил, белочкой и не пахнет. Единственное что рушило образ мелькающей на горизонте психушки - шляпа, оставленная мужчиной на лавке.
  Потрогав ее я больше не раздумывал. Встал и быстро пошел домой. До девяти часов нужно чуток поспать и привести себя в порядок, интуиция вопила о том что этот день будет очень насыщенным...
  
  Интуиция ошиблась. Немного. На четыре дня. Именно столько времени потребовалось, чтобы я воочию увидел что лечение действительно возможно. Не знаю что делал профессор, но лица Оли и Юли порозовели, обрели умиротворенность. Уже одно это заставило уверовать в удачный исход.
  После этого тянуть с выполнением взятых на себя обязательств смысла не было. Даже увольняться не пришлось. Все сделала корпорация 'Трабл'. Именно с ней я и заключил договор.
  Как меня заверили - бывший директор отпустил меня за кругленькую сумму, но мне плевать - если надо влезу в долги хоть до конца жизни, если переживу опыт конечно. Главное чтоб мои девочки вылечились! Малопонятные тесты прошел за два дня. А на седьмой день 'знакомства' с корпорацией наступил тот самый день...
  
  В головной офис, где собственно и предполагалось проведение опыта, я прибыл рано утром, охранник-мордоворот нехотя проверил паспорт и пропустил внутрь. Буркнув, что надо подняться на девятый этаж, а уж там меня встретят. Коротко и ясно. Даже лифта жать не пришлось, он и так стоял внизу. Полминуты и я вышел на площадке девятого этажа.
  Никаких изысков и показной роскоши, все аскетично если не сказать что бедно. Правда тут же надо напомнить, что 'Трабл' входит в десятку крупнейших компаний Федерации и обладает огромными средствами поэтому аскетичность не кажется бедностью.
  Пока в голове метались разные глупости ко мне подошла миловидная брюнетка с собранными в хвост волосами, белоснежной блузке с высоким воротом, юбке до колен и туфлях на высокой шпильке.
  Интересно секретарш в одном месте штампуют что ли?
  - Профессор ждет вас, - голос нее оказался под стать стилю. Услужливо-нейтральный. Ничего лишнего.
  Чего тут скажешь? Остается следовать за девушкой и думать о том какого плана будет опыт.
  На удивление шли недолго - всего то шагов сорок и оказались возле стилизованной серой двери с хромированной табличкой и выбитыми золотом буквами: 'Директор по развитию технологий проф. Сизов'. Простенько и со вкусом.
  Секретарша повернула ручку двери и легонько толкнула. Та открылась бесшумно. Однако проходить дальше девушка не стала, пропустила меня вперед и закрыла за мной. Я оказался в большой пустынной комнате со странными столом в форме дуги, тремя креслами и широкой плазменной панелью на стене напротив занавешенных окон. Разобрать цвет стен и потолка мне не удалось, но склонялся между двумя: серо-синим и цвета морской волны. Освещения не хватает.
  - Доброе утро, Ярослав.
  Справа от меня появился профессор, по виду и не скажешь что научный деятель, в сером франтоватом костюме, черных остроносых туфлях и тонких очках с платиновой оправой. Такому типу больше подошла бы профессия брокера или на худой конец топ-менеджера. Но это уж не моего ума дело, я сюда не людей оценивать пришел, а работать. И вообще странно как незаметно профессор появился, будто сквозь стену просочился, но нет внимательно пригляделся, заметил едва различимую щелочку между дверью и пазами выхода. Выходит этот зал не один, он всего лишь ширма, что в принципе и понятно - в своем рабочем кабинете принимать гостей не с руки. Впрочем какая разница?
  - Здравствуйте, Игорь Карлович.
  - Ну зачем же так, зовите просто - профессор. Мне так привычней. Хорошо?
  - Конечно, - ответил я немного удивленно.
  Хотя хозяин барин, как говорится кто платит тот и музыку заказывает. Вот так то. Мне же проще. Профессор прошел к столу и занял место на сгибе дуги, я же сел в ближнее ко мне кресло. Они стояли чуть по сторонам, как бы по левую и правую стороны от хозяина кабинета. Сидеть таким образом неуютно - нет визуального контакта глаза в глаза, а это напрягает.
  - Ну не будем тянуть,- сразу взял быка за рога профессор. - Как я понимаю вы готовы?
  Киваю.
  - Вот и ладненько. Теперь, когда вы воочию наблюдали лечение я должен сказать вам все условия по контракту. Первое - вам предстоит дорога в один конец... возврата не будет.
  - То есть? - по спине пробежали мурашки. Остается надеяться, что я неправильно понял профессора.
  - С началом опыта вы навсегда покинете этот мир.
  - Умру?
  - В физическом плане да, но эфирное тело останется, оно то нам и интересно. Предупреждаю сразу - все взятые на себя обязательства будут доведены до конца. От вас потребуется только выполнение нескольких условий, но об этом позже. Итак, ваше решение?
  - У меня есть выбор? - горько усмехаюсь.
  Подловили гады, все-таки развели... хотя почему же? Если девочки выздоровеют, значит одна жизнь на две размен не так уж и плох. Что ж, чего вола за рога тянуть.
  - Согласен.
  Профессор улыбнулся. Знал, сука, какой получит ответ, махинатор хренов. Затем открыл секцию под столом и достал тонкую почти прозрачную круглую пластину, свободно умещающуюся у него на ладони.
  'Сантиметров десять в диаметре', - машинально отметил я про себя.
  - Собственно от вас требуется только капелька крови вот в это углубление, - Сизов указал на меленькую выемку в центре диска, после чего протянул его мне.
  'И как кровь брать, за палец себя укусить что ли?'
  - Ах да чуть не забыл, вот этим проколите кожу, - следом из секции появилась маленькая коробочка, размером со спичечный коробок. - Просто приложите палец к рисунку отпечатка и все.
  Положил диск на край стола и взял коробочку. Недолго думая приложил большой палец к рисунку и почувствовал едва ощутимый укол. В середине подушечки тут же начала набухать темно-красная капелька. Хватило пяти секунд чтобы набралось нужное количество. Я с непонятной дрожью в теле приложил палец к диску. В углубление. Оно оказалось холодным. Пару секунд ничего не происходило, но затем по диску прошла алая волна и начали проявляться странные символы до этого совершенно незаметные. Складывалось такое ощущение что они напитывались моей же кровью, больно уж цвет подходящий.
  - Что за черт? - попытка оторвать палец от выемки не принесла успеха. Палец словно приклеился. Но когда успел?
  - Не переживайте. Все идет как и задумано,- спокойно заметил профессор и будто на лекции продолжил: - От вас для успешного лечения жены и дочери требуется следующее. Первое - вам нужно найти для начала один Источник. Что это такое вы поймете на месте. Второе - время будет ограничено. Третье - второго шанса не будет...
  Между тем символы на диске уже перевалили за середину, начали таким темпом все круглое поле секунд через десять уже будет красным, настолько плотно расположились непонятные закорючки. Хотя вру - это не закорючки, слишком четкие и правильные линии, скорее какой-то язык, но не разберусь какой именно - образования не хватает.
  Палец постепенно немел.
  'Странно, вроде крови немного требуется, а такое ощущение, что литр выкачали'.
  Профессор говорил и говорил, не останавливался ни на секунду. Вся информация складировалась в голове, ожидая осмысления. Я бы еще долго сидел и разбирал ее по полочкам, да только в себя резко пришел. Сразу после того как символы на диске полностью заполнились кровью и кругляш отлип. А после испарился, взял и растаял будто и не было.
  - ...Так же следует знать некоторые особенности. Первое - временная шкала аналогична земной. Через пару месяцев Сил у меня уменьшится настолько, что вылечить обоих я не смогу.
  - Как так, вы же обещали?! - вскричал я.
  Профессор скривился
  - Мне нужна энергия для восстановления их организмов. Через два месяца последствия изменений могут быть необратимы. Все врачебные методики, даже самые передовые болезнь не лечат, а только калечат людей.
  Я сидел громом пораженный, а он продолжил как ни в чем не бывало:
  - Дальше. Там тебе нужно найти моего жреца, он будет в ближайшем селении. Для них ты - Перст Корвуса. Второе - тебе будет доступно Чувство Направления, говоря аналогиями - внутренний навигатор - в определенные моменты ты будешь знать где находится искомое. Сначала он будет иметь небольшой радиус, но потом по мере твоего роста как моего Перста его радиус будет увеличиваться. И последнее. Чем полноводнее приток энергии, тем больше возможностей как у тебя, так и у меня. Помни об этом.
  Киваю. А что еще остается делать?
  - Замечательно, - профессор улыбнулся, хитро прищурился, а в следующую секунду я отметил лишь смазанный удар кулака. И когда только успел оказаться возле меня?
  Хруст, оцепенение и мгновенный холод, разлившийся по всему телу. В мозгу замкнуло, реальность поглотила яркая вспышка.
  
  
  
  2.
  Когда кажется жизнь кончена - глянись по сторонам, может она только сделала поворот?
  
   В жизни порой происходят события от нас независящие. У человека в этом случае два пути: принять правила игры или жить дальше будто ничего не случилось. Правда гарантий стабильности ни в первом, ни во втором случаях нет...
  Что я мог предпринять очнувшись непонятно где, в зарослях папоротника и мха? Если не учитывать подкатившего к горлу мерзкого едкого комка, готового вылететь из меня словно пробка из шампанского, то ничего. В голове сумбур и смятение, перед глазами прищур стальных глаз профессора и жуткое чувство изымаемой из тела души.
  А теперь оказывается я живой, здоровый с толикой здорового страха замешанного на непонятном пространственном перемещении. И огромным желанием спасти жену и дочь. От чего и как? Замечу лишь то, что в груди заломило так, будто мне второй раз ее вспарывают: наживую, вон и в ушах все еще слышится противный хруст ломающихся ребер.
  - Тьфу! - сплевываю едкую дрянь попавшую в рот.
  Пока отплевывался и отряхивался вокруг меня странная вязкая дрянь впиталась в пожухлую серовато-зеленую траву. Вопроса о том реальность ли это даже не стоял: отголоски боли в груди и колющие ладони травинки лучшее доказательство.
  Окружающий мир на первый взгляд казался скудным и неприветливым: куцые кустарники, кучкующиеся на пятачках будто кочки на болоте; невзрачная трава, кое-как проросшая сквозь мшистый ковер не вписывались в общую картину только здоровенные деревья с мясистыми листьями в форме оладьев. Вот только не смотря на исполинские размеры они не внушали восторга, казались ущербными и больными, хотя и вымахали будь здоров.
  Но самое странное на меня до сих пор не сел ни один гнус! А в нормальном лесу такого просто быть не может, уж можете мне поверить - в пору юношества я пропадал в лесах: грибы, ягоды и прочие прелести живой природы. Правда может здесь их вовсе нет?
  Стоп! Что за мысли идиотские? Какие гнусы? У меня дел невпроворот. Странно. Лезет в голову... всякое.
  Хорошо Корвус не голышом отправил: рубаха, портки и обувь есть. Все конечно в удручающем состоянии, но и на том спасибо. Выйди я нагишом к людям и репутация скатится к минимальной отметке. Вряд ли тут любят нудистов.
  Не успел расслабиться и все обмозговать, как в голове начало формироваться странное ощущение. И не мигрень и не боль - нечто совершенно непонятное. Пришлось ждать. Окончание процесса произошло внезапно. Дзынь! Перед глазами появилась маленькая проекция, будто мини-карта из игры.
  Етитская сила, что за чушь?!
  Недоумение быстро прошло, стоило только задать мысленный вопрос, как пришло понимание. Это Направление Перста. Об этом Корвус упоминал, значит все в порядке. Все что происходит - реальность и воспринимать это нужно соответственно, иначе я долго не продержусь. Не даром говорят: 'дают - бери, бьют - беги'. Буду учиться на ходу, ну а пока... кто я такой в этом мире?
  Сомневаюсь, что тут с распростертыми объятьями ожидают меня, иначе не было бы такого удручающе печального места появления. Первоочередная задача - понять кто я, а то ведь даже со стороны на себя не взглянуть.
  Мысли сменяли друг дружку с пулеметной скоростью, порой даже уследить толком за ними не мог, но чувствовал - все не то. Что-то важное упускалось. Стоп! Оглядываюсь назад, глаза высматривают едва заметные следы. И расстояние между ними явно больше метра, уж это я на глаз определить могу, примерно полтора метра. Вот у нормального человека длина шага колеблется в районе восьмидесяти сантиметров.
  Выходит большеват я для простого человека. Главное чтоб других отклонений не было, иначе трудно вжиться будет - люди не любят выделяющихся из толпы и первое время доброхоты доставят много проблем...
  И все-таки раздражает это навязчивое Направление!
  Схлопнись!
  Полупрозрачное поле перед глазами тут же исчезло, на душе стало веселей, не смотря на скудную картину окружающего пейзажа. Особенно теперь, когда я успокоился и стал мыслить рационально. Та поляна где я оказался на самом деле оказалась неказистой проплешиной среди исполинов. Ствол каждого из них не меньше двух моих обхватов, а если учесть что у меня размах рук немаленький, то трудно даже представить их возраст!
  Но восторги быстро прошли, стоило только вспомнить о том где я нахожусь. Деваться некуда. Со вздохом вызываю мини-карту, но на сей раз делаю мысленную пометку - активировать только при закрытых веках в полном размере. Быстрая проверка и вуаля - система навигации готова, мой личный Глонасс. Да и удобно - при открытых глазах обзору не мешает, а прикрыл и появляется нормальная развернутая карта, сразу стало проще ориентироваться, исчезли лишние световые раздражители. Теперь карта отображается полноценно, будто реальная топографическая, только с темными участками так называемыми 'терра инкогнито'. Хотя нет, вон в паре километров от меня есть крестик с интересным названием 'деревня Грохт'. Ага хорошо, идти не далеко и судя по всему деревня моя родная. Тем более что сколько я не напрягался никаких поселений больше не нашел, а вот понять что за лес меня окружает - легко. Стоило чуть задать себе вопрос и масштаб уменьшился, а вместе с ней и крестик с названием, но появилась новая надпись, с большими буквами- Мрачный Лес. Просто и со вкусом. Деревня как это и бывает расположилась на его восточной окраине.
  Пока размышлял над проблемами нового мира не заметил как отмахал километра полтора. Прошел бы и больше не глядя, если бы деревья не расступились и не пропали окончательно. Мрачный лес уступил место долине, запертой меж ним и близким горным хребтом тянущимся на сколько взгляда хватит.
  Стоит присмотреться и заметишь дымок что вьется за высоким частоколом деревни. Даже издалека заметно какие стволы пустили на защиту. Конечно не те необхватные исполины, но и не тридцатилетняя мелочь. Вопрос - против кого такая защита?
  Без дополнительной информации размышлять бесполезно. Уж слишком невероятные догадки. Пока брел к воротам рассматривал окружающую природу. Честно сказать здесь ожидал большего разнообразия, но тут какие-то репейники с лебедой, да вьюнки на обглоданных кустарниках. Бедная флора. Да и по первым прикидкам фауна не лучше. С момента появления я не заметил ни одного животного, разве что маленькая стайка пара птах пролетела. Хотя может дело во мне? Все-таки не охотник, навыков следопыта нет.
  Как бы там ни было, но первое впечатление удручает. Но я не из тех кто привык сдаваться находясь в невыгодном положении. Авось не в первый раз замужем, найдем выход из положения, но для начала нужно со всем этим хорошенько разобраться...
  - Ог! Ог!
  Судя по интонации кого-то зовут
  И кричали издалека, скорее всего из-за частокола. Я то уже считай до ворот дошел.
  - Ты оглох, отрыжка огра? Я к тебе обращаюсь, выкормыш фрака!
  Не успеваю понять в чем дело как плечо ожгло болью. Рука на пару секунд онемела. И против воли наружу вырвался нервный смешок, быстро превратившийся в хохот. Наверное со стороны я вылитый безумец. Вон со стены (краем глаза все-таки заметил возвышающийся над бревнами силуэт) подтвердили:
  - Ты и правда огр недоношенный! - и чуть тише добавил, но я, что странно, расслышал: - Камень вроде по голове не попал или дурачку и этого хватило?
  Встречают меня явно не дружелюбно и даже более того - агрессивно, словно я в чем-то провинился. Или же я и был таким вот... мальчиком для битья, которого окружающие воспринимают как неполноценного. Выходит, отклонение от нормы поведения вызвало резкое неприятие со стороны остальных. Смеяться явно не стоит.
  Насильно задавить распирающий нутро смех задача непростая. Однако я справился. Пока происходила невидимая для остальных борьба, открылась калитка в стороне от главных ворот, но из нее никто не вышел, будто для меня специально открыли. Вообще-то странное дело - насколько хватает моих невеликих знаний о средневековой фортификации и обычаях - ворота запирают только в двух случаях. Первый - на ночь. Второй - если есть угроза живущим в крепости.
  Все за частоколом спрятались, а я по лесу гуляю, видать соображалка у паренька в коего меня подселили не обременена полезными мыслями.
  С не самыми веселыми мыслями, кривой ухмылкой на лице и саднящей рукой я вошел в деревню.
  - Не стой в проходе, - слева появился воин в кожаном доспехе и темно-серой, почти черной булавой на плече. Правда кожа была какая-то странная - темно-зеленая и даже на вид твердая будто каменная.
  Новый мир продолжал поражать своей необычностью. Не успеваю осознать одно как тут же получаю нечто новое. Вот и воин, что меня встретил - статный крепыш, правда ниже меня на голову, но в ширине плеч он со мной поспорит. В целом глядя на него невольно вспоминаешь былинных богатырей Руси. И есть у меня подозрения, что подобная конституция присуща большинству жителей Грохта...
  Хрясь!
  - Я кому сказал - не стой в проходе!
  Воин не стал разводить политес и наградил затрещиной. Да такой что звездочки из глаз посыпались. В себя пришел только через пару секунд. Бреду куда-то вдоль стены, ноги сами несут на автомате. Остается надеяться на мышечную память тела, живет же парнишка где-то в конце концов?
  Оправдает ли себя расчет или нет, я не узнал. Помешал давешний крикливый пацаненок, любящий кидать камни со стены.
  - Ог, фрака отрыжка, ты забыл склониться перед своим главом, ха-ха!
  Не отвечаю и даже не оборачиваюсь бреду дальше. Выяснять отношения с кем бы то ни было пока рано. Сначала нужно осмотреться и действовать по обстоятельствам. Времени у меня не так уж и много. Не стоит отвлекаться на стороннее и глупое.
  Мда гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Ведь все 'гениальные' идеи могут слиться из-за банального ротозейства. Считая себя самым умным я даже после затрещины не воспринял окружающий мир должным образом.
  А зря...
  Стоило задуматься о том куда я собственно бреду как темп резко снизился и движения стали как у паралитика. Если бы еще руки скрючить и потрясти в старческом релаксе то буду вылитым больным. И это не смешно ни капли. Страшно. При осознании того, что таким и останусь меня прошиб холодный пот.
  Мои девочки!!
  - Эй, недоносок, я к тебе обращаюсь!
  Давешний малолетний придурок топал как стадо носорогов. Почему именно малолетний? Все просто - взрослый человек подобным заниматься не станет, мозгов или житейской мудрости поднаберет.
  Крикливый поступил как настоящий воин - со всей скорости и дури боднул меня в спину, да так что я пролетел метра три и впечатался в стену одного из домов, в множестве своем прилипших под частоколом.
  Ох! Етитская сила...
  Моментально выбило весь воздух из легких, дыхание сперло и пару секунд кажется что уже не получится вздохнуть. Губы хлопают как у выброшенной на берег рыбы и не могут поймать спасительный глоток кислорода. Конец близок... Но нет третья, четвертая секунда и отпускает. Живительный поток пронеся по телу и будто хмель ударил в голову.
  Я говорил, что в раздраженном состоянии использую два метода расслабления? Вот сейчас один из них точно отпадает. Остается второй - воинственный. В каждом из нас спит Зверь, никто не знает насколько глубоко он запрятан, но то что он есть - факт. Его еще называют глубинным началом. И порой Зверь просыпается. Ненадолго, да только дел успевает натворить столько, что и за полжизни не разгребешь.
  Пресловутые мастера единоборств даже говорят о том, что способны совладать с ним, держать в узде будто воронового жеребца. Но я не верю. Не может Стихия быть под контролем. Как управлять цунами или ураганом? Единственное что возможно - предугадать появление и не более того. Так и со Зверем. Мне удается незадолго до того как Он вырвется наружу узнать об этом, слишком яростное и нетерпеливое мое второе 'Я'. Это мне известно как никому другому, по молодости лет баловался разными техниками, казавшимися безобидными, вот и добаловался - создал 'идеальную' личность, но цена оказалась слишком велика...
  - Беги, - взрыкиваю я не поднимая головы с земли. Борюсь до последнего. Сдерживаю. Бесполезно.
  - Ты это мне? - удивился паренек.
  - Ополоумел выродок! - пробасил второй, но его я не вижу. С собой бы разобраться.
  Не придумав ничего лучше басистый припечатал меня 'гвоздем'. Есть такой незамысловатый деревенский удар - кулаком сверху вниз.
  Клацанье зубов и боль от прокушенного языка - последнее осмысленное воспоминание. Дальше все словно в вязком тумане с мимолетными проблесками...
  
  
  
  3.
  Трудно быть Огом.
  
  В себя я пришел в темном затхлом помещении. Но стоило повернуть голову как увидел над собой кусочек ночного небосвода с сотней ярких звезд. Не сразу пришло понимание, что это не окно, а простая дыра в потолке, вроде отверстия у юрт чукчей, но только больше, да еще с рваными краями. А впрочем какая разница? Сейчас меня больше интересует как я сюда попал.
  Ведь в деревню пришел когда солнце приближалось к горизонту, значит прошло не меньше четырех часов. Однако все что сопутствовало этому напрочь отшибло, разве что на грани воспоминаний мелькает противная окровавленная харя, смутно знакомая и безмерно раздражающая. В голове знакомый звон, бок знакомо болит, будто отработал пару спаррингов в полном контакте, только странно почему костяшки не ноют, обычно они первые о себе дают знать.
  Пытаюсь напрячь мозги, но не тут то было - голову простреливает дикая болью...
  Следующее пробуждение оказалось куда приятнее. Мало того, что светло, так нос уловил аромат еды. В самый раз для проголодавшегося организма. Желудок ворчливо рыкнул и тут же ко мне с деревянной плошкой в руках подскочила старушка, причем она воспринималась мной как очень хорошая (видимо от старого хозяина тела остался кусочек общего восприятия).
  - Оги, милок вставай, поешь кашки, тетя Эла тебе вкусненькое принесла.
  Со мной старушка обращалась будто с маленьким ребенком или скорее как с душевнобольным.
  Выходит Ог действительно был местным дурачком, а я то толком не мог понять от чего такая реакция у окружающих... Стоп!
  Воспоминания прошедшего дня яркой кляксой расплылись перед глазами. От неожиданности я резко привстал, едва не выбив плошку из рук Элы.
  - Ой, милок, что ж ты делаешь? Аккуратней будь, а то больше не получишь! - запричитала она, но я не слушал.
  Сел на широкой грубо обтесанной лавке и словно заядлый курильщик 'затянулся' прошедшими событиями. Пусть они сумбурны, но зато из лоскутков вырисовывалась цельная картина. Только вот глядел я на все происходящее словно не сам участвовал, а всего лишь подглядывал тайком, из-за чьей-то спины.
  Неужели опять Он? Да нет, не может, я его надежно запечатал!
  Первый 'лоскут' - я с гримасой ярости вскакиваю на ноги, подскакиваю к крепышу с лицом подростка (тот самый, басовитый который меня гвоздем припечатал) и что есть силы бью. Хрумс! Будто в замедленной съемке вижу как нос паренька съезжает набок. Он еще не понимает, что произошло - вон глаза до сих пор ошарашенные, словно произошло нечто из ряда вон выходящее. А я тем временем не теряя ни секунды провожу двоечку: голова-корпус и тут же добиваю согнувшегося в три погибели здоровяка ударом сверху вниз.
  Баста! Амбальчик падает на землю так и не успев ничего сделать.
  Правда радоваться рано...
  Второй 'лоскут' - чувствую удар сзади. Знакомый почерк крикливого. На сей раз ударили чем-то тупым и тяжелым. Не ногой и не рукой. Да только Зверю, что перехватил контроль над телом и затуманил разум, такие удары что слону дробина - если не вырубило сразу, то оклемается.
  Перекат. Хрумс! Хрумс! По земле бьет закругленная дубинка. Вскакиваю, ноги чуть согнуты, так чтобы можно уйти в любую сторону, руки на уровне лица. К бою готов. Но и противник не мешкает, любовно поглаживает дубинку чуть больше локтя в длину со странными символами на навершии и рукоятью, обмотанной кожей. С первого взгляда ясно - хозяин 'игрушки' к ней трепетно относится, может даже любит, вон как ласкает, будто девушку ублажает.
  Тьфу! Извращенец...
  Мне бы выждать, когда крикливый сделает ход и контратаковать, да куда там, Зверь ждать не любит, всегда лезет в бой не взирая ни на что. Такова его натура. Раньше всегда помогало и ошеломляло противника, но только если он профи. А тут судя по глазам крикуна враг точно знает что делает. Это плохо. Но поделать ничего не могу, чувствую лишь свой рывок и смазанное движение крикливого.
  Хрумс!
  Темнота...
  И последний третий 'лоскут' - кто-то тащит меня волоком, глаза из-за слипшейся крови открыть не могу, губы будто оладьи, такими не сразу 'мама' скажешь, а по шее течет что-то теплое.
  - Охальники, что вторят, что творят! Завтра же к яру пойду, пусть охолонит вашу кодлу, а то ведь так и пастуха лишиться недолго...
  Все 'лоскут' кончился. Перестали перед глазами плясать бесята, веки устало закрываю и тут же выскакивает Внутренний Навигатор. Неудобно. Я так и поспать толком не смогу. Мысленный приказ и поле исчезает, теперь появится только по приказу.
  - Что ж ты, Оги не ешь? Али стрепня моя тебе разонравилась?
  Старушка с несчастным видом поставила миску на грубо сработанный прямоугольный стол и с оханьем села на край лавки, рядом со мной. И слезно так прищурилась, губы задрожали, вот-вот расплачется.
  Делать нечего. Надо есть, вкушать местный провиант, он теперь со мной надолго.
  - Что вы, тетя Эла, я с удовольствием поем, - пытаюсь улыбнуться, но куда там, хоть губы и стали меньше, но боль от побоев сохранилась. Поморщился. Стало еще больней.
  - Ой, милок, чего с тобой сделали стервецы? Видать сильно по головушке побили, да так, что враз не свой стал! Как заговорил то, раньше только мекал больше, нормального словечка не вытянешь, а теперь вона как. Ох злобливые охальники, сиротинушку забижали, - слезно запричитала она и трясущимися пальцами смахнула одинокую каплю, сползающую по щеке.
  Думаю адаптация будет сложной, раз такая простая фраза вызвала столь бурную реакцию. Еще бы легенду придумать, но куда там... эх была не была, сошлюсь на потерю памяти, авось пронесет. А пока лучше молчать.
  Но, увы, выполнить задуманное оказалось крайне сложным. Старушка Эла, упорно называющая себя тетей, оказалась дотошной, словно следак на допросе и приставучей как блоха у дворняги. Будь ее воля она так и сидела бы подле меня и причитала, но личные дела вынудили старую женщину уйти, сразу после того как я под ее надзором доел третью миску сытной каши. Жаль только вкусовыми качествами она не радовала: пресная. Непонятно одно - откуда такой запах? Хотя вероятно это обоняние с голодухи подвело.
  Перед уходом старуха суровым тоном напомнила:
  - Не забудь про стадо, с утречка то их отогнали, но тебе за ними присматривать пора идти, иначе и похлебки больше не получишь! Ты меня понял, Оги?
  И улыбнулась так гаденько, словно одолжение сделала. Куда только напускное добродушие делось?
  Кивай, Ярик, кивай...
  Что делать. Кивнул, мол понял. Хотя на самом деле ни бум-бум. С каждым часом проблем становится все больше, а путей решения как не было, так и нет. Мало того Ог кроме силушки и роста похвастаться ничем больше не мог. Хотя нет вру, вон домишко пустой тоже его, но какой-то он запустевший, с минимумом удобств, а ведь раньше в нем судя по смутным образам 'дурачка' было всего вдосталь. Вон в том углу стоял сундук с амуницией отца, а над ним на ветвистых звериных рогах висело оружие. А по углам везде дымились чаши с пахучими травами и висели ковры. Куда все делось?
  Хотя чего гадать - если сирота, да к тому же дурачок, то после смерти родителей все стервятники-соседи растащили, прошлому Огу то ничего не надо, подкармливай изредка, да одежду старую подкидывай, чтоб не помер раньше срока и все.
  Ситуация проясняется, но состояние поганейшее хоть волком вой или в петлю лезь. Нужно разобраться как можно скорее. Кто с этим поможет? Во все времена этим занимались служители богов, в Грохте обязательно должен быть такой. Не послал бы Корвус меня в место, где нет его служителя, ну не настолько же все плохо!
  Однако прежде чем исполнить задуманное нужно привести себя в порядок, сомневаюсь, что рубаха сохранилась в надлежащем виде, да и штаны хоть кожаные но не новые, так сказать с малым запасом прочности. И правда, я еще только тихонечко переставлял ноги, разминал болящие бока, пытался разогнать кровь простыми упражнениями вроде 'махи-наклоны-кручения', а безрадостная картина уже тут как тут. Из одежды на мне набедренная повязка, не первой свежести, а весь нехитрый гардероб валяется на низкой лавке, сколоченной из половины кривого ствола и едва-едва обструганной от толстой коры.
  В целом, как и ожидалось. Рубаха разорвана, заляпана кровью и грязна как половая тряпка в свинарнике. Штаны выглядят чуть лучше, но может только из-за того, что в доме полутьма. Искать сменную одежду бессмысленно, мой теперешний дом - мечта аскета. Все минимизировано и органично: стол, две лавки и два кривых ведра у выхода. Над одним кружат мухи - отбросы или чего похуже, но второе чище - вон даже отблески видны, видать простая вода.
  Ну что ж, делать нечего. Штаны затвердели и ни в какую не желали распрямляться, но после минутного боя все же сдались. А вот от рубахи пришлось отказаться - в такой не то что противно пройтись, ее даже дома в качестве половой не оставишь. Так что засунув ноги в растоптанные и что самое странное - удобные сыромятные сапоги я вышел на улицу.
  
  
  
  4.
  Глобальные планы деревенского масштаба.
  
  Оказавшись в деревне впервые я толком ничего не рассмотрел. Обстоятельства помешали, зато теперь Грохт предстал передо мной во всем 'великолепии': низенькие дома, сложенные из плохо обработанных стволов, преимущественно квадратные с покатыми крышами и соломенным настилом. Что самое интересное, сколько я не высматривал подворий, но ни у одного дома я дыры так и не нашел. Выходит только мое жилище в столь запущенном состоянии.
  Отсюда следует сразу несколько мало приятных выводов. Первый - о взаимопомощи деревенские не слышали или скорее о помощи персонально мне. Второй - в случае нужды мне никто не поможет, а может еще и добьют, чтоб не мучился. Раз уж обобрали до нитки то и вытаскивать из грязи в князи точно не станут.
  Удружил Корвус. Ох удружил. С такими начальными 'бонусами' легче помереть, чем добыть хоть один Источник...
  Вот только думать я могу о чем угодно и как угодно, однако цели своей добьюсь во что бы то ни стало. Мои девочки будут жить! И плевать через что мне придется пройти. Чай не сахарный, не растаю.
  Не знаю сколько я мог себя накручивать и чем бы все кончилось, если бы дали время, но не дали. Банально вывели из задумчивого состояния окриком.
  - Эй, Оги, ты почему не на лугу? Там животинка без пригляда иди скорее туда!
  Обернулся. Кричала габаритная мадам с половником в руках из соседнего двора, видимо вышла проветрить телеса, а меня между делом увидала и распекать начала, да с таким видом будто в своем праве. А будь я рядом то и вовсе наградила бы по макушке черпаком. Есть такие женщины им бы полком командовать, а они супы варят, да с соседками трещат. С ними лучше не спорить и не пререкаться. Да и что тут ответить? Баба в своем праве знать - как поживает ее скотина, мне же за это дело положена целая миска хреновни старухи Элы, а если повезет то и две. Видать на дурачке Оги тут катались все кому не лень. Жалко парня...
  - И вообще. Почему без рубахи разгуливаешь, срам показываешь?
  Баба могла бы и дальше трещать, но резко замолкла стоило только взглянуть ей в глаза. Чего там она увидала не знаю, но с места подорвалась знатно. И как только тушкой десяти пудовой в косяк не влетела?
  Ну а я стараясь сохранять спокойствие и не раздражаться продолжил брести куда глаза глядят. Вообще конечно мне нужен храм Корвус, если он конечно чего не напартачил с перемещением. Спросить у кого-нибудь что ли? И плевать, что раскусят подставу, зато дорогу узнаю. По сторонам деревенская идиллия: подворье с домом и сараюшкой, грязи по колено с плещущимися свиньями, квохчущими курами и облезлыми кошками на покосившихся плетнях. Странно, что лошадей нет, да на самой дороге все ровно гладенько, до бетонного состояния. Не знай, что я в другом мире то подумал бы что попал к староверам куда-нибудь за Урал.
  Сколько кругов по деревне не наворачивал, а отыскать дом шамана так и не смог. Вон в центре большой дом яра (судя по причитаниям старухи это кто-то типа старосты или даже вождя) быстро отыскал, там еще мужик бородатый с булавой наперевес у двери стоял и глазенки свои на солнце щурил. Сразу и не поймешь чем занимается - толи сторожит, толи ждет кого. Хотел у него про жреца спросить, но глянул на презрительную физиономию и разом расхотел. От такого кроме плевка да ухмылки ничего не дождешься.
  Я мог бы так еще долго бродить, если бы не заметил высокого старика возле крайнего дома с резными воротами. Отличие этого жилища от остальных было в том, что возле него не было подворья, теперь когда ворота раскрыты это видно.
  А ведь второй раз тут прохожу, мог бы и раньше разглядеть. Не сыщик видать...
  И что самое странное дедок смотрит именно на меня, да так оценивающе, будто видит в первый раз. Его седые волосы сбились в один нечесаный колтун, не удивлюсь если он их вовсе не моет. Некогда шикарная борода скрывающая половину лица так же неухожена, даже отсюда заметны застрявшие кусочки еды и какой-то мусор. На Земле таких называют бомжами. Не вязались с таким видом лишь глаза: по-старчески выцветшие с глубоко спрятанной надеждой. Так мог смотреть умирающий от жажды на бутыль воды в паре шагах от себя.
  Дед не сказал ни слова, приглашающее махнул высохшей дланью. Мол, иди за мной. После чего развернулся и не оглядываясь вошел в дом, оставив двери приоткрытыми. Он определенно думал, что я послушаюсь.
  Собственно, что теряю? А так хоть какой-то источник информации.
  Уверенным размашистым шагом направился прямиком к дому старика. За спиной удивленные возгласы и даже ругань, кто-то меня зовет, кричит, но мне плевать - свои проблемы бы решить, а там уж и на других внимание обратить можно.
  Стоило войти в дом старика как сразу понял - это то место которое я искал. Храм. Место скопления знаний. Правда выглядит оно жутковато, просвещенному человеку отсюда точно убежать захочется: алтарь посередине большого зала чего стоит, а кровосток вокруг него лишь дополняет картину. Мурашки маршируют по спине и морозец схватывает будто не лето во дворе, а полноценная зима. Тут что-то нечисто, неужели Корвус требует кровавых жертвоприношений? Об этом разговора не было, людей как овец резать я не нанимался!
  - Проходи дитя, - голос у деда оказался мощным, трубным, если он гаркнет в полную силу могу и оглохнуть. Прямо чувствую как звуковая волна свыше ста двадцати децибел сметает перепонки словно ураган паутину.
  Старик похлопал на место рядом с собой. Он сел на широкую потемневшую от времени лавку слева от входа, прямо под чадящим факелом. Не смотря на то что за стенами день только начался в храме царил полумрак, разгоняемый исключительно тройкой факелов. Не такого я ожидал. Как то для храма удручающе.
  - Садись чего же ты ждешь?
  - Ничего, просто осматриваюсь. Запоминаю. Изучаю.
  Старик мгновение смотрел на меня, а затем вскинул лицо к потолку и со слезами на глазах воскликнул:
  - Слава Корвусу!
  Выражение на лице жреца было столь красноречивым, что слова сами сорвались с губ.
  - Что, все так плохо?
  Дед сначала глянул на меня недоверчиво, сделал какие-то свои выводы и горько вздохнув ответил:
  - Хуже быть не может, кому как не тебе этого не знать, Ог. Почитай семнадцать годков прожил в Грохте, с младенчества. Али не помнишь?
  Вот он, служитель культа, не успел возрадоваться, а уже допрос учинил, все второе дно ищет, ну да ладно, мне то плевать, главное чтоб ситуацию прояснил.
  - Разве может дурак помнить такую древность? - ухмылка сама вылезла, полностью раскрывая новую ипостась Ога. Да и какой смысл скрывать правду от жреца Корвуса? Уж кто-кто а он кровно заинтересован в моем возвышении, ну по крайней мере я так думаю.
  - Всякое бывает, поэтому и спрашиваю. Проверить бы надобно, - буркнул жрец. Понял старый хрен, что его прочитали. Впрочем, он особо и не скрывался. - Было видение мне, семь седмиц назад, что появится Перст Высшего и укажет заблудшему народу своему куда путь держать и как жить дальше.
  Многозначительно сказал и столь же многозначительно замолчал, лишь выцветшие зрачки буравят меня.
  Ждет чего? Не пойму я этих гляделок, нет бы сразу сказать чего да как...
  Но свои мысли озвучить я не стал. Промолчал. А старик то все сидит и зыркает, словно ворон на трупик свеженький, аж оторопь берет. И ведь не отодвинешься от него - лавка то небольшая.
  - Кхм.
  Жрец чуть склонил голову набок и с улыбкой сказал:
  - Спрашивай.
  Вот только на теплую или даже доверительную улыбку тонкие губы способны не были, лишь на звериный оскал. Но не целоваться же с ним? С чего то разговор надо начать...
  - У меня есть несколько вопросов, на которые хотелось бы получить полновесные обстоятельные ответы.
  - Что знаю, подскажу.
  Главное впросак не попасть и компрометирующих вещей не наговорить, а то и аукнуться может. Следует начать с чего-то общего, больного для жреца...
  - Во-первых, почему у служителя Корвуса столь хилое и запущенное жилище? Ведь не зря говорят, что по одежке встречают, а это как никак храм Высшего, да и вид жреца многое значит...
  Старик договорить мне не дал, вскочил, едва лавку не опрокинул и откуда только силы взялись, глаза пылают как у молодого, руки в кулаки сжаты, из горла рык медвежий, того и гляди бросится. Я от неожиданности отпрянул и руки поднял, в случае чего прямым ударом встречу - отлетит как одуванчик.
  Но жрец удивил, не стал кидаться на Перста или просто визуально весовые категории сопоставил, все-таки я парень габаритный, даром, что бывший дурачок. Вместо этого он пару раз сжал-разжал кулаки да так что суставы заскрипели и захлопнув рот сквозь зубы прошипел:
  - Сопляк! Да как ты смеешь...
  Говорят в бою главное переломить ситуацию в свою пользу в критический момент - когда непонятно кто проигравший, а кто победитель. С одной стороны давить на старика некрасиво и даже подло, но с другой мне ничего не остается - статус и долг обязывают. Позволить себе быть слабым я просто не могу.
  - Не только смею, но и должен, - подобные речи должны звучать из уст умудренного опытом мужа, многое повидавшего и испытавшего на своем веку, а не от безусого парня. Однако жрецу и этого оказалось много. Из старика словно стержень вынули и он без сил опустился на лавку. Если и не признал поражения, то почувствовал его.
  Вздох-выдох, вздох-выдох. Ребра под заляпанным балахоном ходят ходуном, того и гляди увижу белеющую кость. Старик собирался с силами, а когда набрался смелости начал говорить.
  
  
  
  5.
  Участь проигравшего - исполнить волю победителя.
  
  Начал старик издалека. С событий вековой давности.
  В ту пору он был подающим надежды адептом Корвуса. Высший быстро набирал силу, а вместе с ней и сторонников. Особенно это проявлялось в Хортейме - земле окруженной со всех сторон Ледяными Горами - стране могучих людей и небывалых чудовищ. Да и как людям не подпасть под влияние Высшего, что помогает едва ли не во всех начинаниях? Ведь именно он научил своего Перста взращивать криптовое оружие и одарил способностью приручать полуразумных созданий. Для хортеймцев эти дары оказались подобны манны небесной.
  За неполные десять лет многочисленные племена Хортейма не только вкусили все прелести благословления Высшего, но и прошли тяжелое становление к феодально-общинному строю во главе с таром и подчиненными ему ярами (как я понял это вроде князя и его бояр, у последних даже имяобразование одинаковое - от слова 'ярый'). Первым таром провозгласил себя первый и до сегодняшнего дня единственный Перст Корвуса, что в принципе легко объяснимо - без централизованной власти трудно, точнее почти нереально завоевывать новые земли и одновременно быть уверенным в надежных тылах.
  Увы, как часто бывает одного желания покорения и расширения недостаточно, чтобы завоевать мир. Тут нужно нечто посерьезней, Идея или на худой конец Нужда, такая от которой отгрызешь себе руку или ногу, но добьешься своего. Как оказалось у прошлого Перста не было ни того ни другого. Стоило хортеймцам завоевать буферные земли за Ледяными Горами как на них ополчился весь свет. Правда подробности покорения тех королевств даже у меня, человека многое знающего о грязной войне и то вызвали оторопь.
  Прошлый Перст Корвуса своими недальновидными поступками настроил против себя всех и результат не заставил себя ждать. В трехдневной битве на Равнине Кровавых Слез армия Хортейма потерпела сокрушительное поражение в котором погиб и сам Перст, сражавшийся до последнего вздоха и не сделавший на шагу назад.
  Остатки хортеймцев гнали до самых Ледяных Гор не останавливаясь и не щадя никого. Трупы сплошным ковром устлали дорогу к непроходимому хребту, но уничтожить всех у объединенных сил не получилось. Вот только в родные края вернулся лишь каждый двадцатый. Но не это стало самым ужасным для почитателей Корвуса, хуже всего было то, что жрецы потеряли свои Силы. Одномоментно. Большинство тварей восстало против своих хозяев. А те немногие кто сохранили верность пали в схватках со своими мгновенно одичавшими сородичами.
  Так начался упадок Хортейма...
  - Постой, выходит из-за проигрыша вы лишились способностей?
  - Не совсем.
  - Поясни.
  - Мало кто в Хортейме знает на чем зиждется наша сила. Тех жрецов кто был вместе с первым таром очень мало, нас истребляли в первую очередь. Те кто пришел нам на смену не получили ни капли Силы Высшего, только собственный Крахотный дар исцеления. Во всем остальном они неучи. Жрецы с гибелью Перста потеряли способности приручать тварей, выращивать в Ледяных пещерах криптовую бронь и оружие...
  Старик сгорбился и уставился в пол, сжав сухие жилистые ладони в замок. Он хотел утаить часть правды, но не смог. Жрец многое поведал, не все я понял, часть вовсе отмел как глупость и несуразность, однако суть рассказа все же удалось уловить. Хортейм меняется и меняется далеко не в лучшую сторону.
  Доходят до первожреца с западных земель Хортейма тревожные вести, все чаще и основательней появляются ереси, культы. Просто так от них уже не избавиться. Здесь же, в Грохте - заповедном месте Корвуса свои беды, не позволяющие отвлечься на куда глобальные дела. Недаром ведь деревня находится посреди диких земель, закрытая от всех и вся непроходимым Мрачным Лесом.
  Хаос суровых земель захватывает все большую территорию и никто не может его остановить. Люди пытались, высылали сильные отряды против чудищ, вырубали леса, но вскоре обязательно следовала расплата многократно превышающая понесенный урон. И грохтцы смирились со своей участью. Все ушли в оборону и не помышляли о нападении.
  Перед моим взором так и встает осажденная со всех сторон деревня - пока еще крепкая, но увы помощи ее защитникам ждать неоткуда. Они могут сражаться, продать подороже жизни, но не более того.
  А параллельно с этой безрадостной картиной всплывает еще одна - смутная и едва уловимая, объясняющая произошедшее со жрецами. Раз у них перекрыли доступ к Силе Высшего, значит ее у него до безобразия мало или вовсе нет. А откуда она появится? От верующих - само собой, но ее для великих дел не хватит, поэтому остается альтернативный Источник!
  Вот только что это такое я не знал. И первожрец не ведал, лишь намекал. Стоило жрецу заговорить о косвенных возможностях Перста, как новая информация хлынула в меня полноводной рекой.
  Вот оно, о чем говорил Корвус!
  Тайные знания. О них не знает никто кроме Перста. Собственно и об Источниках кроме посланцев Высших никто и не знает, об этом они позаботились сразу же, уж в таких делах секретность превыше всего.
  Однако мне эта возня безразлична, когда перед тобой есть Цель - происходящее в окружающем мире вторично. Нужно лишь понять как ее достичь и отталкиваться от этого. Рассказ жреца многое прояснил, но и новых загадок подкинул. К примеру каким образом Персты находят Источники? Ведь не просто так Корвус лишился подпитки. Можно предположить, что утрата Источников это плата за проигранную войну, мол не захотел Высший довольствоваться малым, решил откусить больше положенного вот и поплатился.
  А что? Жизнеспособная теория, вот только подтвердить или опровергнуть никто не сможет. Небожителям невыгодно раскрывать свои карты, а другие Персты вряд ли осведомлены в этом вопросе больше меня.
  И все же первостепенная задача на данный момент - найти Источника, всеми возможными способами. Да и я не дурак, прекрасно понимаю, что в нынешнем состоянии мало пригоден для богатырских подвигов. Увы, тех навыков что приобрел в земной жизни недостаточно, а у Ога-дурачка кроме силы отродясь ничего не было. Выход один - учиться ища.
  Я хотел спросить у старика еще кое-что, но вдруг понял, что не знаю его имени. Он тут час распинается передо мной, думал ведь память Ога подскажет, но нет, по-прежнему в голове пусто.
  - Жрец, а я ведь так и не узнал твоего имени.
  Он приподнял голову и улыбнулся морщинистыми тонкими губами, грустно так словно прощает за что-то.
  - Крах.
  - Пойду я, Крах. Дел невпроворот.
  Я поднялся с лавки и широкими размашистыми шагами пошел к выходу. И уже на пороге едва расслышал как продолжавший сидеть на своем месте старик бормочет:
  - Ступай, Ог, постигай мир, а я помогу, чем смогу.
  
  
  
  6.
  Думы думами, а обиды не забываются.
  
  Пока добрался до своей лачуги, еще каких-то лет пять назад бывшей нормальным домом, сделал для себя несколько горьких открытий.
  К примеру, пришло понимание простой истины - в этом мире я один против всех. То что Корвус бросил меня разгребать здешние авгиевы конюшни в общем понятно - у него скорее всего выбора не было, тем более я сам согласился. Но вот то, что весь мир буквально ополчился на меня это неприятно. Тому доказательство - рассказ Краха, ну а то что мир пока еще дремлет, ничего не значит - стоит кому-нибудь пронюхать про нового Перста Корвуса и на меня начнется охота. Да только от этого не убежать - все равно скрывать сущность не получится.
  И сейчас встает главный на ближайшее время вопрос - как быть с авторитетом Ога? Мало того что его нет, так он в глубоком минусе, с подобным стартом сложно выбиться лидеры. И все же шансы есть, особенно если будет возможность проявить себя. Однако нужен наставник! Без него будет тяжко, чувствую всеми фибрами души. Об остальных проблемах: отсутствия снаряжения, средств к существованию и друзей я пока заставил себя не думать. Не до этого...
  Стоило переступить порог своего дома как я тут же бросился искать хоть что-то полезное. Надежды конечно мало, ведь соседи наверняка вытащили любое мало-мальски ценное, но попытаться стоит, авось повезет и память Ога подкинет нужной информации.
  В течение часа пришлось излазить все щели и каждый миллиметр на подгнившем полу. Ничего. Даже ржавого гвоздика не нашел. Впору отчаяться и плюнуть на это, но внутреннее чутье не давало прекратить поиски.
  Пошел по второму кругу...
  - Эй выходи, ленивый скот!
  Знакомый голосок. Неужто Крикун пожаловал?
  Делать нечего, встал с колен, отряхнул штаны от пыли и грязи - слабо помогло и как ни в чем не бывало побрел к двери. Выйдя на свет из темноты на пару секунд словил солнечных зайчиков, поэтому не сразу заметил, что перед домом застыли четыре фигуры. Две знакомые - Бас и Крикун, а вот другие вызывали лишь легкую оторопь - видать остатки памяти Ога шалят. Но что самое главное все четверо ниже меня почти на голову. Приятно черт побери этот затхлый мир!
  Как говорил мне отец в далеком детстве: 'если драки не избежать - бей первым'. Эта аксиома подходит не только для физического контакта, но и в словесной перепалке, главное не переборщить в начале, тогда есть шанс уладить даже самую конфликтную ситуацию без кулаков. Но такое происходит не всегда.
  - Чего надо? - как можно нейтрально спрашиваю их.
  - Видали? Совсем блевотина фрака страх потеряла, - повернулся к подельникам Крикун. Бас подтвердил его слова молчаливым кивком, хотя играющие желваки выдавали неприкрытую угрозу. Оно и понятно, стоит взглянуть на опухшую рожу крепыша, да на нос превратившийся в свиной пятак. Злобится парень.
  - Выходит наш Оги поумнел? - с вопросительной интонацией заметил один из 'новеньких'.
  Видать местный лидер, раз остальные к нему едва ли не в рот заглядывают. Что ж дело упрощается.
  Из всей четверки, что стоят передо мной лишь у него в карих глазах нет-нет да мелькнет искорка тщательно скрытого интеллекта. Без сомнения его голова 'варит' лучше всех сверстников вместе взятых.
  Быть тебе Головой.
  Получить такого парня к себе в команду и за тылы можно не беспокоиться, вот только предварительно нужно позаботиться о надежной привязке, но пока нужно выходить из опасной ситуации с наименьшей потерей репутации.
  - Прогулки по Мрачному Лесу помогли, - беззаботно отвечаю Голове.
  - Ха-ха! И правда поумнел, но не слишком ли? Пастух нам нужен, а кроме тебя другого вот уже лет пять как нет.
  - Так у меня никакой скотинки нет, для чего пасти чужих животин? - стараюсь говорить как можно нейтральней. Получается плохо. Задавленная злоба того и гляди вырвется наружу и тогда конструктивной беседы точно не получится.
  - Ты гля, Бром! Слышишь как говорит? - взвизгнул Крикун.
  - Заткнись, Дрон, - одернул его Голова и сразу мне заметил: - Оги на тебе сохраняются все обязанности, мне плевать поумнел ты или нет. Все сохранится, так как и было раньше. Мы занимаемся боем с наставником, ты пасешь коров. Тебе все ясно?
  Что тут ответить? Скажу правду - накидают так, что доползти до лавки не смогу, а прогнусь - конец всему, так умным дурачком и останусь. Тогда моим девочкам никто не поможет. Не потому что не захочет, а потому что не сможет. Корвус дал мне жалких два месяца на поиск первого Источника. Мог ли он соврать? Наверное. Однако я рисковать не могу и поэтому...
  - А знаете, что я вам скажу?
  Чувствую как внутри меня начинает просыпаться моя вторая ипостась - ошибка молодости и проклятье о конца жизни. Я разучился раздражаться по пустякам, у меня нет отрицательных эмоций, у меня много глупого мешающего жить нет. А вот у моего духовного визави всего этого в избытке. И пробуждать его чревато серьезными проблемами. Для всех. Земной опыт тому доказательство. Но там я давил Зверя в себе: мантры, ментальные техники, оккультные методики и многое другое о чем обыватель и не догадывается. Но сейчас, впервые за долгие годы сдерживаться я не намерен. Плевать. Надоело. Пора действовать, так как считаю нужным, не оглядываясь на последствия!
  - Он же сейчас бросится на нас! Бей его!! - первым отреагировал Крикун сразу почуявший неладное. Или сученыш уже ждал чего-то подобного. Видать вчерашний урок хорошо запомнил.
  Из четверых трое сделали шаг вперед, машинально вытащили из ременных петель короткие дубинки и коротко замахнулись. Лишь один выжидал. Голова-Бром.
  Я кожей чувствую оценивающий взгляд. Не знаю чего он там хотел найти, но его прихвастни ждать не любили и решились действовать без команды. Одновременно сделали еще шаг мне на встречу и разом ударили. Вжих! Дубинки свистнули рядом, но не попали - успел отойти. Но смогу ли отступать дальше? Сомневаюсь что дощатая дверь моего дома их остановит. Ребятки походу закусили удила и без крови не уйдут.
  - Стоять!
  По улице быстро шел непомерно широкий мужик в кожаном кузнечном фартуке поверх серой рубахи и тонким ремешком придерживающим волосы. В руках он держал толстые местами порезанные перчатки.
  - Чего удумали делать? А ну прочь отсюда!
  - Да чего ты, дядька Сурв, мы же по-дружески, - с кривой улыбочкой ответил Голова. Без труда можно заметить как он негодует, ведь его ни много ни мало лишили отличного зрелища.
  Тьфу! Ублюдок! А я то губу на счет него раскатал, придется ломать этого слишком злобного аборигена. Но все это потом, а пока...
  - Я чего вам сказал? Пошли вон неучи! - рыкнул Сурв и для острастки отвесил ближайшему к нему отроку подзатыльник. Бамс! Огромная ладонь с деревянными мозолями хлопнула парня (имя которого я так и не узнал) по затылку. Тот от прилетевшей плюхи упал наземь и ошалело затряс взлохмаченной башкой.
  - Не много ли на себя берешь, дядька Сурв? - с легкой угрозой спросил Голова.
  - Ступай, Бром, не доводи до греха, - рыкнул тот.
  - Грохту конечно нужен кузнец, но отец найдет на тебя управу.
  - Я сказал пошли прочь!! - вышел из себя Сурв.
  Квартет нехотя убрал дубинки в петли и бормоча ругательства ушли. Но вряд ли надолго. Уж я то знаю это шакалью породу.
  - Надеюсь это того стоило и старик Крах не спятил. Что скажешь Ог?
  - Да чего тут говорить? - пожал я плечами. - Думать надо как быть дальше.
  - Ну с тем что у тебя появились мозги старик точно не ошибся, а вот со всем остальным нужно разобраться. Собирайся, пойдешь со мной, поживешь у меня, заодно по хозяйству поможешь. Там и решим как быть.
  - Да чего мне собирать, все что у меня есть на мне. Кроме почти развалившегося дома, рваной рубахи сапог и вонючих портов ничего и нет.
  - Тем лучше. Будет меньше хлама в моем доме.
  Кузнец улыбнулся. Вместо нормальных зубов у него были серые стальные клыки. Такой челюстью можно дерево грызть и ничего не будет!
  - Пойдем, нечего время терять. У меня еще дел невпроворот...
  
  
  
  7.
  Помни, надейся и верь.
  
  Сегодня третий день пребывания в этом мире. Доволен ли я? Нет. Заявляю это категорически. Не такого я ожидал для посланника Высшего. Правда меня никто и не спрашивает: работаю в кузне как будто простой батрак.
  Но не это самое страшное. Хуже всего то что из головы начинают улетучиваться казалось бы незначительные эпизоды ТОЙ жизни. А ведь это тревожный звоночек. Я был абсолютно уверен, что никогда не забуду о девочках, что бы не случилось. Но сохранится ли остальное? Если все пойдет дальше такими же темпами - сильно сомневаюсь.
  От таких перспектив выть хочется, а не творить!
  Сдерживало то что после произошедшего на меня косятся, того и гляди с топорами да факелами бросятся. Уверен, что выкинь я еще какой-нибудь фортель в стиле безумца и 'волчий билет' до конца жизни обеспечен, а может и чего похуже, тут народ себе на шею нахлебников вешать не станет.
  Бумс!
  - Етитская сила!
  Мне на ногу свалилась чушка, килограмма под два. Неприятно черт побери. Со злости пришла идея пнуть железку, но ума хватило отказаться от спонтанной дурости, не хватило только вторую ногу травмировать. И тут я кое-что вспомнил.
  В пору юношеского увлечения тайнами мироздания и самосовершенствованием я прочел немало книг, методичек и просто советов 'бывалых'. Не скажу что все глупость, наоборот, многое взял на вооружение, кое-что даже выполняю постоянно. Но вот о том, что вспомнилось раньше не задумывался.
  Суть заключается в следующем: есть несколько способов сделать так чтобы разум навсегда запечатлел нужное. Каждый из них имеет свои плюсы и минусы, мне же казался лучшим из всех только тот что связан с болью. Она ведь, чертовка, всегда отпечатывается особо, словно чудо-приправа для блюда-воспоминания.
  Не замечали? А ведь самые яркие воспоминания именно такие - болезненные или страшные. Их сложнее всего забыть, как не старайся, а эпизоды будут всплывать то и дело. Сказать по правде подобный подход меня мало прельщает, но увы другого подходящего решения нет.
  Остается воплотить его в жизнь. И это проще простого. Работаю в кузне. Под рукой все инструменты мастера Сурва и надо заметить действительно мастера. Я до сих пор теряюсь в догадках почему такой кузнец не свалил из Грохта. Его здесь никто и ничто не держит - живет один, даже молодухи рядом ни разу не видел. В любом другом поселении его бы с руками оторвал, а тут через губу слова цедят, словно одолжение делают, по крайней мере местный яр и его ближники точно.
  Хорошо мастера на месте нет, отдыхает после тяжелого заказа. Кузня на пару часов в моем полном распоряжении. Кстати тоже вопрос - почему ни одного подмастерья нет, вон до меня оказывается у Сурва даже пацаненка на подхвате не было, все сам делал, не брезговал ни убираться в доме, ни еду готовить. Правда делал последнее редко - в оплату за работу ему приносили много снеди, да и о домотканых вещах не забывали.
  Так-с. Как там горн поживает? Не остыл еще. Это хорошо, кину тонкий прутик, пусть накалится до красна, для моей задумки самое оно. Ожог - оптимальный вариант для 'якоря', вот бы еще руки не дрожали будто у пропойцы после сильнейшего бодуна. Все-таки причинить боль самому себе - на это требуется немалая выдержка. Раньше подобное мне бы и в голову не пришло, а теперь поди ж ты, рассуждаю как о бытовой мелочи, словно перегоревшую лампочку меняю.
  Мандражируешь Ярик? Правильно, сбрось напряжение сейчас, чтоб потом пол руки не отчекрыжить.
  Внутренний диалог полезен, хоть и кажется бредом сумасшедшего. Главное в этом направлении не переусердствовать, а не то койко-место в госучреждении будет обеспечено. Схожу с ума? Вряд ли. Скорее просто боюсь предстоящего действа.
  Кончик прута накалился, краснота так и пышет жаром, плюнь и даже отметины через секунду не останется. Хорошая температура. То что надо. Где там клещи? Эти слишком большие, одной рукой не удержу, а вон те что на кусачки немного смахивают кажется подойдут. Осталось найти заготовленную для рукояти кинжала деревяшку. Эх думал для других нужд использовать, но пока пусть обезболивающим послужит.
  Хрумс! Челюсть что есть силы вгрызается в дерево, слегка проминает и кажется даже пружинит - чем сильнее сжимаю, тем упруже становится, кажется что ослабишь и кусок как каучук отлетит в сторону.
  Правильно, Ярик, тебе только пса отыграть и осталось. Жизнь заставит, и не так раскорячишься.
  Как там в книгах пишут? Ярко представить событие или эпизод жизни и заякорить, отпечатать эмоционально. Ну с этим проблем у меня нет, своих девочек и все с ними связанное я помню будто вчера все происходило, осталось только самые значимые моменты вплести в единый клубок: свадьба, рождение чудесного ребенка, первые косолапые шажки, шепелявые слова...
  Наматываю прошедшие события словно пряду и одновременно распутываю. Утомительно, но по-другому никак. Сколько я так простоял: минуту, десять или час? Не знаю, но главного добился - в голове все картины яркие, пышные, живые, каждая со своим неповторимым запахом. Однако и тянуть нельзя.
  Пора. Во рту все пересохло, челюсть одеревенела, а между зубов бывшая рукоять вся слюнявая, того и гляди разбухнет, но так даже лучше - авось не так больно будет. Между тем подхватил присмотренные клещи и хватил прут. Остается вытянуть руку и прикоснуться раскаленной железкой. Вдох-выдох, вдох-выдох. Резко касаюсь, почти ударяю себя по бицепсу, едва-едва, самым кончиком...
  Хрумс! Челюсть крошит деревяшку как сухарь, но не до конца иначе зубы сами себя бы раскрошили. Из рук валятся клещи и прут. В голове туман, в ногах слабость, а левую руку словно кислотой облили.
  Жжется!
  - Ты что делаешь, дурак?!
  В дверях кузни замер ошарашенный Сурв: брови домиком, глаза-блюдца, подбородок того и гляди на грудь сверзится. Оно и понятно, какой реакции ожидать от взрослого мужика увидевшего как молодой парень себя добровольно каленым железом приголубливает. Тут от хорошей затрещины не удержишься - обязательно припечатаешь идиота, да так чтоб мозги враз на место встали.
  А мне что ответить мастеру? Мол так-то так, хочу воспоминания сохранить, чтоб до самой смерти со мной остались? Впрочем почему нет? Сурв мужик суровый, но понятливый.
  Говори, Яр, говори, да о земной жизни не забудь пару деталей поведать, глядишь сразу пришибет, мучиться меньше будешь...
  Собственно чего я теряю? Эх, была не была. Мой сбивчивый монолог, с перескоками от одной темы к другой Сурв слушал молча, жевал нижнюю губу, не иначе как от глубокой думы о делах насущных. Мастер так в дверях все время и стоял, до тех пор пока я не закончил рассказывать о том чего собственно хочу добиться таким диким способом.
  Немного подумав Сурв пробасил:
  - Дурак, но молодец, - и больше ничего не говоря, побрел обратно в дом, даже за валяющийся на земляном полу инструмент не попенял, а ведь вчера за небрежность затрещину никанул, что аж разноцветные мухи перед глазами полдня летали.
  Видно зацепило его что-то в моем рассказе, вон и ушел он голову склонил, словно глаза от меня прятал.
  Плохо только то, что никакие размышления от боли не спасают. Кажется будто кожа с руки слезает. Организм подобного издевательства все-таки не выдержал и сомлел, но перед тем как окончательно отрубиться все-таки услышал обращение 'внутреннего я'.
  Баста, Ярик, хватит на сегодня испытаний...
  
  
  
  8.
  Когда жизнь кажется конченой - не унывай, поверь все может быть еще хуже!
  
  Думал ли я о том каково мне будет после в общем-то спонтанного поступка? Честно признаюсь - нет. В голове даже намека на отрезвляющую мысль не было. И как бы хреново мне не было сейчас, как бы не жгло руку и какие бы ругательства не слетали с губ - я ни капли не жалел. Вот не жалел и все, зато теперь я точно уверен в том что весь 'клубок' воспоминаний останется со мной на веки вечные.
  Прошло две недели как я оказался в этом мире: узнаю для себя новое, изучаю старое. Все-таки кидаться искать то не знаю что - верх идиотизма. Сначала понять нужно, где искать. Да времени жаль, но и мыкаться в неизвестном направлении не выход.
  Не слишком ли 'жирным' тогда был бы бонус, Ярик? А то ведь и привыкнуть можно, вон и Глонасс у тебя свой, и Ог парень не слабенький, а теперь еще и воспоминания сохранить без ущерба? Хренушки, не получится!
  Спорить с самим собой? Нет уж увольте, так и свихнуться недолго. Однако кое в чем мое второе 'Я' все-таки право - за все приходится платить. Хочешь получить нечто важное, будь готов отдать что-то равноценное. Вопрос лишь в том, что для тебя по-настоящему ценно. У одного - деньги, у второго - власть, у третьего - любовь и всем без исключения приходится делать свой выбор. Ну а тот кто решает получить все задарма или глупец или наглец, что впрочем не мешает Провидению одинаково карать как первых, так и вторых...
  
  - Чего встал истукан каменный? Мне тебя снова кнутом приласкать, для скорости?
  Ноги делают шаг, затем еще и еще, не обращая внимания на сиплые вдохи-выдохи тело вновь набирало скорость. Предстояло пробежать еще три круга. С четырех пудовой металлической чушкой на ремнях за плечами. Пот льет ручьем, разъедает глаза, но я не ропщу и прикусив губу выполняю все приказы отшельника, укрывшегося в тени огромных деревьев-исполинов.
  Кто это такой и как я у него оказался? История занимательная, а в чем-то даже поучительная. Ведь скотские дела творятся всегда и везде, люди редко упускают возможность нажиться на чужом горе. Что Ог и испытал на своей шкуре, а я стал невольным участником завершившегося акта безобразия.
  А случилось это неделю назад. С утра пораньше. Едва прогорланили петухи как к кузне пришла делегация деревенских из трех человек. И ладно бы просто ждали, но они под предводительством самого яра Гарла, в наглую заперлись в святая святых мастера Сурва. Его в тот момент в кузне не было, но зато был я. Работать приходилось одной правой, потому как левая рука слушалась плохо.
  Появление я проворонил, мучился в попытках соскоблить с лезвия кинжала нагар. Как он на нем только появился, не кухонная утварь ведь? Ругаясь себе под нос раз за разом вжикал тряпкой с мелким песком, попутно обдумывая как бы сделать все дела раньше срока, до того как заявится мастер появится. Во-первых, очень хотелось помыться, а во-вторых, следовало сменить повязку на руке.
  - Оги, мальчик мой, говорят ты чудесным образом исцелился?
  Загораживая дверной проем, а заодно и льющийся свет, некто большой и лохматый недобро уставился мне в спину. Я даже не видя его взгляда почувствовал смесь раздражения и злости, туго сплетенные друг с дружкой и буравящие серую прожженную в сотне мест рубаху.
  Не смотря на то, что я еще 'грудничок', некоторые аспекты жизни деревни уже узнал. Один из них - замкнутость нелюдимость кузнеца, к нему не приходили гости, разве что по делу, но никогда ни один из деревенских не оставался дольше положенного. С чем это связано мне не ведомо, но факт остается фактом. Из-за этого появление ни свет, ни заря хоть кого-то было событием нетривиальным. Всем ведь известно, что мастер принимает заказы исключительно после полудня.
  Вот от этого и реакция у меня оказалась заторможенной. Такое бывает, когда думаешь об одном, а затем раз и тебя сбивают неожиданным вопросом который даже представить не можешь.
  - Ммм? - мозг чуток завис переходя к новому раздражителю, коего я к слову сказать раньше не видел.
  Тяжко тебе Ярик, ох как тяжко, видать совсем атрофировались мозги то, да и немудрено если в тело дебила прыгнуть глядишь и еще кое-что важное в негодность придет...
  Что тут скажешь? Прав настырный внутренний голосок. Что-то начинаю больше тупить. Не к добру...
  - Не вижу улучшения, как был идиотом так и остался, - хмыкнул Лохматый. - Однако урок тебе преподать надо. Неужто забыл про обязанности? Мы к тебе со всей душой, а ты убежал к Сурву. Нехорошо...
  - Смотря для кого, - отвечаю Лохматому и бочком так бочком подкрадываюсь к верстаку, на нем молоточек лежит, аккурат под мою руку.
  Но мои нехитрые телодвижения неизвестный просчитал на раз, да только не разозлился, напротив - улыбнулся и вальяжно так махнул рукой, мол бери игрушку, я дозволяю.
  У-ууу, сука! И не таких ломали, давай Ярик, выпускай Зверя, отведи душу!
  Порой второе 'Я' подсказывало такую ахинею, что сам себе удивляюсь, вроде здравомыслящий человек, а подсознание хрень какую-то городит.
  - Не врали люди, а я то без задней мысли думаю дам пареньку отдохнуть, авось одумается вернется за коровками приглядывать...
  - Ваша скотина вы и приглядывайте.
  Что-то эта ситуация меня напрягать начинает. Прямо маниакальное желание скинуть на Ога пастушью работу. К чему бы это?
  - Ладно, поговорили и будет. Собирайся, возвращаешься домой, - теперь Лохматый не улыбался, хотя губы по-прежнему раздвинуты в приторной улыбочке, вот только взгляд больше подходил убийце.
  Те остатки личности Ога что спрятались в темных закутках разума затряслись от животного страха. Видно этот мужик доставил пареньку в свое время массу проблем.
  - Проваливал бы ты по-доброму.
  - Забыл наши уроки, как не хорошо, но это легко исправить.
  Лохматый перешагнул порог кузни, а следом за ним вошли еще двое - такие же лохматые, но ниже вожака с хмурыми рожами и кнутами в руках.
  Ярик, похоже нас будут пороть...
  Сам то Лохматый вроде ничего и не предпринимал, лишь в сторонке стоял да пальцы на ремне держал, будто бы не при делах, однако его молодчики действовали по его указке, тут к бабке не ходи и так все ясно.
  Крепыши буднично размотали скрученные в круг кнуты и для острастки легонько опробовали их на мне. Щелк! Щелк! Жала почти одновременно стеганули по плечу больной руки.
  Суки!
  Метателем я никогда не был и сегодня им не стал. Молоток пущенный в ближнего подручного Лохматого кувырнулся пару раз в воздухе и пролетел в паре сантиметров от головы. Все трое ошалело уставились на меня, словно первый раз увидели.
  - Ты скот еще огрызаться будешь? В кнуты его! - прорычал Лохматый.
  Что тут сделаешь? Только одно... и это явно не храбрая атака грудью на амбразуры, точнее на жала кнутов. Нет, рефлексы действуют как надо и тело падает за верстак. Спрятался, но надолго ли? Вон как хлыщут, словно из пулемета стреляют, я и не знал что кнутом так можно, и ведь страшное оружие - от стола щепки так и летят! Мне хватит и пяток ударов чтоб помереть. Непонятно только почему не обойдут и не добьют? Издеваются небось...
  А вот хер вам, суки!
  Щепа падает словно град, а я сел на корячки, готовый в любой момент метнуть себя в первого кто сунется. Зверь просится наружу, дайте только повод. Ну же, давайте, голова моя дубовая, поможет вывести одного, а там поглядим кто кого!
  - Вы что творите уроды?
  В кузне появился новый персонаж - мастер Сурв. Ликом грозен, а в руках молот исполинских размеров, таким крепостные стены прошибать надо, а не в держать словно пушинку.
  Кнуты тут же замолкли, а Лохматый натянув на рожу все ту же приторную улыбку повернулся к кузнецу.
  - Да вот дурачка порядку учу, а то совсем от рук отбился.
  - Он мой подмастерье и не тебе, Гарл, в моем жилище порядки устанавливать! - рыкнул Сурв.
  - Как это? - делано удивился вожак. - Ты ведь людям ничего не сказал, просто пригрел сироту да и только...
  - Плевать мне на вас.
  - Это ты зря.
  - Проваливайте, а про мальца забудьте.
  - Ты понимаешь, что говоришь своему яру, кузнец?
  - Я сказал проваливайте! - повысил голос Сурв.
  За разговором мне пришлось наблюдать из-за ножки взлохмаченного верстака. Заметил и то что подручные Гарла чуть сместились в сторону и приготовили кнуты для удара, но мастер на них даже внимания не обратил, будто их здесь вовсе не было.
  - Тебе приняли не для того, чтобы ты мешал нашим традициям, - не сходя с места яр предпринял последнюю попытку заболтать кузнеца.
  - С каких это пор сироту кнутами забивать стали? В нормальных селениях за такое к верхушкам деревьев подвешивают.
  - Его не били, пугнули только.
  - Мне плевать. Проваливайте. Последний раз говорю.
  Сурв сделал шаг вперед, перехватил молот для размашистого удара, но замахиваться не стал. Выжидал, может не решился атаковать первым, а может сомневался.
  - Хорошо, мы уходим, но мальцу итак осталось немного. Всего месяц...
  Лохматый кивнул помощникам на дверь. Сурв посторонился, пропуская троих, но спиной к ним не повернулся, следил за ними исподлобья. Как только они закрыли за собой калитку, странным образом оказавшуюся открытой мастер опустил молот и ушел в дом. Его не было минут десять, я хотел было зайти спросить чем ему помочь, но услышал шум доносящийся из окна и решил подождать. Раз мастер встал, значит скоро примется за работу...
  И правда не успел толком посидеть как увидел выходящего из дома Сурва. Правда вид у него был задумчиво-смурной, я мастера еще таким не видел. В руках он нес пару торб, не говоря ни слова одну - самую пухлую кинул мне, после чего зашел в кузню и провозился там еще пару минут - ровно столько, чтобы собрать кое-какие вещицы.
  Вышел и замер, будто завис или просто обдумывал что-то. Я расслабился. Обычно когда мастер так подвисает это занимает полчаса как минимум, но сегодня все прошло много быстрее. Сурв уложился за минуту.
  - Пойдем.
  - Куда? - удивился я.
  - Тебе в Грохте этот месяц делать нечего.
  - Ты меня выгоняешь? - стараясь не выдать охватившей меня паники я говорил тихо но внятно и медленно едва не по слогам.
  Приплыли, Ярик, все мечты об Источнике накрылись медным тазом...
  Заткнись! Без тебя тошно...
  - Думал есть времечко у нас, ан нет, не выходит. Поджимает нас яр. Придется тебя учить бою так как мало кого учат.
  - В чем дело то? То Лохматый грозится, теперь ты, мастер Сурв, тень на плетень наводишь... объясни, будь добр.
  - Эх, Ог. Видать разум к тебе хоть и вернулся, да не полностью. В Хортейме есть давний закон, чтобы стать мужчиной ты должен показать себя перед зрелыми мужами в поединке, после чего тебе дозволяется совершить подвиг. Чаще всего это убийство тролля или огра. Конечно не в одиночку, а в группе с теми новиками которые миновали первую ступень. На прохождение первой ступени каждому новику дается семнадцать лет и если по достижении сего срока он не смог доказать свою состоятельность, то его объявляют извергом, а все его имущество переходит к яру. Теперь ты понимаешь, что случится, если против тебя несмышленыша выставят полноценного бойца? Повторной попытки как у остальных не будет.
  - Ну и что? Мне то какая разница, пусть забирают прогнивший дом, я там точно жить не собираюсь.
  Услышав мой ответ, Сурв скривился так, будто по нерву ему ударил, его аж перекорежило.
  - Дурак! Если тебя признают негодным то тебя не признают Перстом какими бы чудесами ты не владел. Недаром в Хортейме честь и отвага всегда стояли и стоят на первом месте.
  Попадос. Что делать? Вряд ли я выстою даже против простого новика - навыков то никаких. Выходит на планах можно ставить крест. И срочно искать иной выход из щекотливой ситуации.
  - А можно пропустить?
  - Сказал же, у тебя нет иного выбора.
  - Хорошо, а в чем тогда причина такого отношения ко мне яра? Я ведь ему ничего не сделал, ну не из-за коров же он ко мне привязался.
  - Ог, Ог, - покачал головой Сурв и с хеканьем присел рядом со мной на лавку. - Твой род знатен и по-своему богат. Когда твой отец погиб, все его снаряжение и оружие, доставшееся от твоего деда, вернувшегося из Похода Скорбной Славы, забрал яр. На хранение. И скажу тебе, Ог, даже один клинок бесценен, а уж с комплектом брони вообще...
  Ха, Ярик! А ты говорил новый мир, новый мир. Тьфу! Везде пакость одна и та же. Загреби все что плохо лежит и обмани соседа, тогда душа будет спокойна - вот девиз власть имущих. Яр видать тот еще пройдоха. Распоряжаться имуществом Ога пока не может, а вот стоит вдруг поумневшего непутевого дурачка опрокинуть с посвящением и все - Лохматый в дамках, весело скалится помахивая нам шляпой или чего там еще может быть. И плевать ему на всех с высокой колокольни, ну а то что доспех твой, так утрись милок и не возникай больше положенного. Вот так-то, политика она грязна-ая. Думай, Ярослав, думай.
  Хоть и знаю ответ, но все же спрашиваю:
  - Забрать их можно?
  - До прохождения первой ступени новику запрещается не то что носить, даже притрагиваться к 'взрослой' амуниции.
  - Понятно.
  - Да ничего тебе не понятно! - внезапно разозлился Сурв. - Думаешь небось отделаться от тебя хочу, на улицу вышвырнуть как ссанного кутенка? Вижу по глазам, что так оно и есть. Но это не так! Помочь хочу, дать шанс, а как им воспользоваться сам решишь...
  Естественно к словам мастера я отнесся с недоверием. Еще земная жизнь приучила быть настороже, а тут настоящие шекспировские страсти кипят, того и гляди задушат, забьют ногами или примут в кнуты. Волей неволей начнешь опасаться доброжелателей. Оказалось зря.
  Мастер Сурв действительно желал мне добра, не знаю уж почему и для чего, но факт на лицо. И собирал котомки не просто чтоб избавиться, выгнав на улицу, сиречь обратно в полусгнившую халупу, а с толком. Он меня укрыть хотел, но представить все так будто я сам от него ушел. Так что кумушки, что любят перемолвиться парой словечек перед колодцем, что рядом с кузней увидели то что и должны были - спешно уходящего Ога, несущего пару торб. Ну а дальше кому надо все сам додумает, люди ведь если им ничего не объяснять могут такого придумать, что останется только диву даваться. Недосказанность она такая, подловит и не заметишь как будешь над мало значащими словами днями и ночами голову ломать. В любом случае для неизбалованных деревенских такая интерпретация побега лучшее объяснение.
  На самом деле Сурв отправил меня к Гриму Косарю - 'склочному, вредному, жестокому и одновременно необычайно талантливому учителю'. Он вот уже больше десяти лет живет отшельником рядом с пиком Судьбы. Мастер говорил, а сам на меня косится, будто я вспомнить что-то должен, а вот хренушки - ни одной ассоциации. В общем не дождавшись от меня реакции он объяснил куда идти. В общем шкандыбать по заверениям Сурва недалеко - всего то день пути, а если постараться то и вовсе к вечеру там буду, надо только все время держать в поле зрения Пик Судьбы, сиречь одинокую скалу, что стоит посреди Мрачного леса. Сказал и вручил оба мешка, мол, ступай, время не терпит.
  Что делать, подчинился и едва ли не вприпрыжку, чтоб значит легенде соответствовать бросился вон из деревни. У калитки на сей раз никого не было. Побег удался. Знать бы еще что старик Грим примет меня в ученики, тогда вообще все отлично было бы. Впрочем выбора то все равно нет.
  Я хоть и городской житель, но по лесам в свое время полазал немало, так что дневной переход с горем пополам выдержал без потрясений, разве что лодыжку подвернул, да больной рукой постоянно задевал за разлапистые жесткие листья папоротников в огромном количестве заполонивших все пространство под исполинскими деревьями. Хорошо, что эти великаны кронами не переплелись, иначе дело швах - хрен нашел бы я дорогу, а так вроде бы и ничего в просветах Пик виден хорошо.
  К самой скале, невесть каким образом оказавшейся посреди леса я вышел когда солнце давно перевалило за полдень и вот-вот должно было спуститься за горизонт. Однако найти дом отшельника я не мог. Обежал вокруг каменюки пару раз, но нигде даже намека на людское жилище.
  Мастер меня надул? Но ему то это не надо. Стоп! Думай Ярик, думай, голова тебе дана не только чтоб уши таскать. Отшельники потому и отшельники, что от людей скрываются, в уединении пожить хотят вдали от людской суеты. Так с чего это я решил, будто бы он будет жить в обычном доме или хижине? Вот то-то же, стоеросовая башка, совсем думать разучился.
  Приняв во внимание новые данные пошел искать пещеру или любое другое углубление в скале. Не даром ведь Грим живет именно здесь, причина то на поверхности, вот и искать нужно где-то в ней.
  Обошел еще дважды. Пусто. Пик будто монолитен, даже трещин не нащел, складывается такое впечатление что он не естественный, а искусственный, слишком уж ровный и гладкий. Последний круг делал уже в сумерках. Солнце все же на стало ждать пока я найду отшельника и благополучно ушло в Закат. Вот так.
  Баста, Ярый, надули тебя как простака, кукуй теперь под скалой и жди полуночных гостей, местные то недаром такую стенку себе отгрохали. От кого-то ведь она их защищает, и ведь следят за ней, все новенькое, старого ты не заметил, в отличие от большинства домов частокол ого-го какой!
  - Не вовремя ты вылез, без тебя тошно! - я машинально огрызнулся, но только не обратил внимания что сказал это вслух, а не про себя. Сказал и спустя пару секунд понял.
  - Трындец, Ярослав батькович, начинаешь сходить с ума. Всего полмесяца прошло. Не рановато ли?
  Наверное я бы еще сделал круг, а потом попытался найти хоть какое-нибудь убежище на ночь, занялся любым делом, лишь не чувствовать как к горлу подкатывает отчаянье. Мерзопакостное чувство, у меня такое уже было, аккурат когда Корвус подловил на скамейке в парке. Но видно провидение решило иначе...
  - Эй, ты чего здесь на ночь глядя забыл? - откуда-то сверху донесся скрипучий сварливый голос.
  Я покрутил головой, высматривая откуда говорят, но ничего не заметил, лишь кроны деревьев, да далекие гладкие выступы на скале, метрах в семи от земли. Добраться туда по такой отвесной стенке никто не сможет.
  - Ты головой то не крути, а отвечай, пошто сюда явился, покой добрых людей рушишь? Никак тать шатучий, харн мне в печень?
  На этот раз вопрос задали более раздраженным тоном. Некто явно обладает вредным характером...
  Вот оно! Нашел отшельника! Главное теперь не напортачить. Как там напутствовал Сурв. 'Будь вежливым, но не льсти; проси знаний, но будь готов платить и ни в коем случае не уходи, не делай попыток пойти на попятную пока не услышишь от Грима приглашения стать его учеником. Жди сколько придется'.
  Ну-с приступим.
  - Вечер добрый! - полупоклон в ту сторону откуда раздается голос. - Шел я к Гриму Косарю, здравия пожелать и сердечный привет от мастера Сурва передать.
  - Кхм... отрадно, что не забывает меня, отрадно. Но вряд ли думаю ты только за этим сюда тащился, да еще и вокруг Пика столько времени бегал, - в голосе отшельника слышалась скрытая насмешка.
  Вредный старик, видел все и раньше не мог голос подать. Только одно странно - как он оказался именно там где я остановился. Разведчик хренов, небось песок уж сыплется, а все юность в заднице играет. Но не дурак же я такое ему говорить? Вежество нужно сохранить во чтобы то ни стало нужно.
  - А бегал я потому что отшельника Грима Косаря искал для того чтобы в ученики к нему проситься, - говорю как можно вежливей.
  - Кхе! Думаешь, мне нужны ученики?
  - Не знаю нужны или нет, но я просто обязан учиться у вас!
  Трудно ли просить, не спрашивая? Раньше на такой вопрос я бы отнес спрашивающего к чудаковатым личностям, ну или на худой конец к философам. А теперь, поди ж ты, начинаю претворять в жизнь этот бредовый вопрос. Пожалуй, можно уже ответить - да сложно, очень, да так, что проще перейти на ругань и угрозы.
  Эх, земля матушка, как хреново от кого-то зависеть, но еще хуже - зависеть от маразматичного старикашки!
  - Я ушел от мирских дел не для того, чтобы в один из дней вернуться обратно, - сурово заметил Грим, так и не соизволивший показаться мне на глаза.
  - Так я не прошу вас возвращаться, просто уделите мне ненадолго толику своего внимания.
  - И сколько же времени тебе требуется? - неожиданно поинтересовался Грим.
  - Чуть меньше месяца, до Дня Новиков.
  - Вот значит как... кхм.
  Отшельник надолго замолчал. Я стоически терпел, не торопил его с ответом. Помнил - давить нельзя. А сам попутно разглядывал окружающий мир. Странное дело, но по пути к скале мало обращал внимания на природу, а теперь вот что-то накатило, не смотря на темноту неожиданно отчетливо видны границы, за которые растительность не переступает, образуя трех метровую зону отчуждения. И как раньше этого не заметил? Даже мелкая трава и та избегала соваться на негласную территорию Пика Судьбы.
  А ведь я ходил по этому пустырю, вот черт, вдруг заразное место? Хотя вряд ли - в гиблом месте отшельник бы точно не поселился. Правда здесь и не земля вовсе, а песок какой-то, только серый, пепельный, необычный.
  - Расскажи все с самого начала, да смотри без утайки!
  Может и правда открыться? Ну, пусть не обо всем, но о появлении в этом мире точно и той роли, то отвел мне Корвус. Да и чего я теряю? Хуже не будет.
  Минуту собирался с мыслями, все думал с чего начать. В голову ничего толкового не шло. Пришлось полностью раскрываться. Даже о том, что жена с дочкой в опасности и то поведал, а ведь не хотел! Неужели наболевшее вырвалось? Черт! Черт и еще раз черт!
  - ... вот после этого мастер Сурв и посоветовал идти к вам, да видно бесполезно это... эх, плевать теперь уже плевать, сам справлюсь как-нибудь.
  По мере рассказа гложущее изнутри чувство постепенно рассасывалось, под конец даже на душе посветлело. Появилась надежда, пусть необоснованная, но и это уже много! Хрен я руки опущу, зубами глотки рвать буду, но найду треклятые Источники!!
  Получилось так, что сам себя распалил, да так что покажи мне где находится ближайший Источник - мигом к нему побегу. Настрой боевитее не бывает. Плевать на вредного старика, плевать на ублюдка яра, на немощного жреца и на всю деревню разом - без них обойдусь. Не слушая что скажет Грим, притихший среди мощных ветвей я развернулся и потопал к примеченному под ночлег месту. Переночую, а там уж и с утречка можно с ясной головой прикинуть дальнейшие действия.
  Решено!
  Но не успел я отойти на десяток шагов, как путь мне преградил некто большой, четко разобрать кто это я сразу не смог, но почувствовал - ему меня прихлопнуть раз плюнуть. Бежать? Ну уж нет, набегался! Вперед - в бой!
  Зверь с наслаждением начал перехватывать контроль над телом, но не тут то было. Противник оказался тертым калачом и в два прыжка оказался рядом со мной и легонько так тюкнул в лоб своим пудовым кулачищем. Бам-с! В глазах на мгновение потемнело и тут же вспыхнули сотни звезд, ноги оторвались от земли и мое тело отлетев метра на три плашмя упало в песок.
  Вставай, Ярик, да вставай же идиот, он тебя грохнет ведь!
  Внутренний голос вещал в припадке, а у меня сил встать нет, руки-ноги дрожат так будто физухой мышцы напрочь забил. Слабость и легкая боль - вот и все, могу лишь зенками хлопать, да губами шлепать словно рыба, брошенная на берег.
  - Куда собрался сопляк? Думаешь можешь помочь кому-то в таком состоянии? И нечего меня буравить глазищами, без тебя уже наглазелись. Как оклемаешься залезай на третье дерево позади тебя, там неприметные выступы в коре есть, поднимешься и там уж обстоятельно побеседуем.
  Великан - он даже крупного Ога казалось на голову был выше, развернулся и тяжело ступая пошлепал к дереву, едва слышно бурча что-то вроде:
  - Ну что за напасть, не мог Высший Корвус кого посмышленей послать, хотя мое ли дело с покровителем пререкаться, раз Перст - значит ему есть куда расти... что ж посмотрим.
  И это старик-отшельник? Да тебя, Ярик, нагло обманули, нагнули и дружно кхм... того самого!
  Признавать обидно, но голосок то прав. Не похож сей великан на немощного старика, ему бы в бой дружины водить, да быков одним ударом убивать, но никак не по деревьям лазать, будто дикий Тарзан. Хотя с другой стороны с чего я решил, что отшельник должен быть именно дряхлым стариком? Сам себе придумал, теперь расплачиваюсь...
  А с другой стороны своего то я добился, да-да, именно. Троекратное 'Ура!' и недельный запас сухарей! Я начинаю курс молодого бойца.
  Тогда с охами, вздохами и чуть слышными проклятиями ковыляя к дереву я еще не подозревал чем окажется КМБ под надзором Грима Косаря. Признаться честно вряд ли кто-нибудь вообще это мог представить...
  
  
  
  9.
  Сражаться нужно умеючи, а побеждать разумно.
  
  - Да пойми ты - бить надо резко, выбирай меньшую траекторию! Не так!! Еще раз...
  Я стою на маленькой поляне, что незаметно примостилась в полукилометре от Пика Судьбы, и который час наношу один и тот же удар по воздуху. Раз за разом оружие опускается сверху вниз. Сначала вертикально, затем чуть наискось слева направо и справа налево. Бесхитростные удары, но неотразимые, если выполнены должным образом. Хотя может все дело в оружии?
  Грима ведь не просто так прозвали Косарь. Нет, он не любитель покосов на заутренней, сомневаюсь что он вообще брался когда-либо за деревенскую косу. Зато он первоклассный специалист по уничтожению врага и даже мне - дилетанту ясно за какие заслуги он получил столь говорящее прозвище. Да и любимое оружие Грима - харн - этому немало способствовало. Его можно назвать как двуручным мечом с длинной рукоятью, так и копьем с длинным лезвием, но самое удивительное оба варианта верны, ведь длина рукояти и лезвия равны.
  Прежде чем начать обучение Грим показал мне как работает настоящий мастер. Можно ли описать буйство и мощь стихии в словах? Наверное, но в тот момент я мог только ошеломленно наблюдать. Демонстрации хватило для того, чтобы я проникся мастерством Косаря и тут же прочувствовал свою ущербность - слишком уж гармонично двигался мастер, будто родился с оружием в руках. Я на его фоне смотрюсь калекой перехожим.
  Утешало лишь то, что тело Ога обладает замечательной рефлекторной памятью (не даром говорят - дурачкам природа много дает) достаточно повторить движение раз десять и оно закрепляется в подкорке. Удобно. Но только для примитивных ударов и блоков. Вот таких как те, что я исполняю. Ну, а то что бывший отшельник постоянно критикует, так его право - для Грима мои движения кособоки и требуют упорной огранки. Мало запомнить движение, надо его отточить.
  Да и для примитивных связок требуется больше усилий, поэтому пока базис не будет отработан на ять о дальнейшем 'продвижении' не может быть и речи. И все же учиться под руководством наставника это куда эффективней, чем пытаться придумать 'колесо' из воспоминаний по земным фильмам.
  Короткий замах - удар. Замах - вновь удар! И так много, очень много раз, я перестал обращать внимание на льющиеся по лбу и спине реки пота, на солнцепек и духоту, в последние дни все стороннее отошло на задний план. Казалось незначительным, не стоящим внимания. Хотя может дело в том, что Грим не дает мне нормально отдохнуть? Ведь стоит мне закончить и легко перекусить перед сном как ту же ложусь спать, но никогда за все эти дни я не просыпался позже первых лучей солнца.
  Да и распорядок дня наставник составил оригинальный - утренняя разминка, включающая в себя омовение в ледяном ручье, что выходит на поверхность на краю поляны, легкий завтрак, после которого начинается сама тренировка, продолжающаяся до обеда. Затем помощь в готовке и релакс методики, растяжка и вновь тренировка вплоть до ужина, бывающего перед самым закатом.
  Первую неделю я держался как мог, используя сто десять процентов внутренних резервов, но затем и они кончились. Сдулись будто их не было, и вот тогда начался кошмар. Монотонность действий угнетала, однообразие дней могло свести с ума, постоянная критика сочетаемая с едкими замечаниями не добавляла желания постигать науку боя. Не знаю чего хочет таким давлением Грим, может закаляет мою психику? Уж больно въедливо проходят все процессы, буквально прогрызают себе дорогу в подкорку мозга, так и норовят пробраться дальше, но хрен им - мою уверенность никому не сломать. Да я могу колебаться, решать как сделать лучше, но сомневаться в свершенном? Нет, никогда! Взрослый мужчина потому и отличается от молокососа тем, что способен нести груз ответственности за содеянное не перекладывая его на других.
  - Твоя беда в том, что ты слишком много думаешь!
  Щелк! Чуть ниже центра - аккурат между рук. По запястьям ударила мелкая труха и деревяшка с треском развалилась, оставив в ладонях по разлохмаченному концу. Методика обучения Грима жестка, но такой подход позволяет достичь приемлемого результата в минимальные сроки. По крайней мере я на это очень сильно надеюсь...
  И все же червячок сомнения порой вылезал из недр и тогда появлялись глупые вопросы. Такой как вот этот:
  - Разве не все ли равно какое оружие в руках, главное ведь научиться сражаться да защищаться?
  Грим отреагировал тут же, будто бы ждал подобной чуши. Из крон на землю спрыгнул взлохмаченный старик, сохраняющий себя в превосходной форме и подскочив ко мне навис будто гриф над трупом.
  - Помет фрака! Чтоб я больше ничего подобного не слышал, - не скрывая злости он рыкнул мне в лицо казалось даже примерялся как укусить, но затем опомнился и оскалившись зверем добавил: - если хочешь стать воином конечно.
  Как тут не огрызнуться? Я ведь прав, но и старика понять можно - любимое оружие сравняли с остальным, а то и принизили. Так что пришлось виниться.
  - Извини, Грим. Не подумал.
  Отшельник положил свою лапу мне на плечо и заметил:
  - Ог, главное что ты должен понять - это то, что стать настоящим мастером в любом деле можно только полюбив его, отдавшись ему беззаветно, может даже безрассудно. Выбрав однажды - не предай, не изменяй, только дополняй и постигай. По иному лучшим никогда не стать. И первый шаг к постижению - любовь к выбранному оружию, не ругай его, пытайся понять сильные и слабые стороны. Если будешь искренним, оно обязательно ответит взаимностью.
  - Но как? Неживое ведь...
  - Дурак! И как ты Перстом то стал? - Грим скривился. - В любом оружии есть душа, пусть неполноценная, но есть. Она чувствует эмоции хозяина. Попробуй обидь ее и в первом же сражении оружие ослушается... Вижу не веришь. А зря. Думаешь сломанный клинок, скользкая рукоять или неверный удар - это случайности? Нет. Вот и думай как относиться к тому от кого зависит твоя жизнь.
  - Но ведь у меня и оружия нет!
  - В свое время все будет, а пока тренируйся. Осталось меньше десяти дней до посвящения.
  - Посох сломался.
  - Сделай новый, - пожал плечами Грим и не спеша побрел к краю поляны, скручивая кнут в кольцо.
  Удивительно, но я видел харн Грима только единожды - во время демонстрации и все, больше в руках мастера я его не видел, а вот кнут был при нем всегда. Он даже пищу добывал исключительно им, я сам видел как он бьет зайца и неосторожных птах, вздумавших оказаться в пределах досягаемости этого страшного по убойности оружия.
  - Не забудь, что до ужина тебе нужно сделать еще три подхода. Не слышу ответа?
  - Будет выполнено, наставник.
  - Так то лучше.
  А что еще скажешь, если не до жиру? Какой-никакой а наставник, подумаешь в руки еще ни раз оружия не взял. Отработка комплексов? Это не для нас. Мы ведь и тремя ударами всех положим на лопатки, а кого не положим - закопаем. Вот только встает в полный рост вопрос - а выросла ли копалка?
  
  
  
  10.
  Сделав шаг, будь готов к тому что, сделав второй, ты уже не сможешь остановиться.
  
  - Сегодня отдыхаешь, набирайся сил, можешь сходить на озеро.
  Чего-чего, а такого подарка от Грима я точно не ожидал, думал, что за день до испытания наоборот нагрузит так что кости трещать будут. Выходит я не прав, мало понимаю в наставническом деле.
  - Весь день в моем распоряжении? - на всякий случай спрашиваю хмурого отшельника.
  - Еще чего! Отдых это не значит, что ты не должен бездельничать. Наоборот, правильно распределенное время - залог будущего успеха, так что нечего в праздности тратить этот день, харн мне в печень!
  Вот хоть убей не пойму что в этом старике такого, что спорить с ним не хочется, да и словечки порой проскакивают явно не деревенского пошиба, но нужно ли лезть в такие дебри? Пусть скелеты в шкафах там и остаются, нечего им выглядывать наружу и портить людям жизнь, что было то было, да травой за давностью лет заросло.
  - После полудня приведешь в порядок жилище, а перед ужином тронемся в путь, даст Высший в Грохте будем после петухов...
  Бинго! А я то все ждал где подвох. Вот оно - уборка жилья. Нет ни о каком мытье, пылесосах и прочей гадости и речи не могло быть. Однако данное действо все равно не радовало. Может потому что Грим оборудовал себе укромный уголок на восьмиметровой высоте в одном незаметном углублении, переходящем в большую пещеру. Спрашивается чего бы так заботиться о такой мелочи - выкинь мусор и старую подстилку, да натаскай новой и вся недолга. И вот тут начинаются самое интересное. Утилизация отходов по заверениям Косаря должна проходить по всем правилам разведчика-диверсанта. Мало вытащить, нужно отволочь всю кучу в укромный уголок, вырыть яму и аккуратно закопать и если учесть что из пещеры к кронам перекидываются мостки, по которым собственно Грим и добирается в свое жилище, то все становится на свои места. Любой сор обнаруженный на пепельном песке тщательно убирается, дабы не смутить неожиданных гостей. Затем в пещеру натаскиваются сушняк и новая подстилка. В общем трудностей особых нет - но тщательность проводимых действий порой выматывает не хуже физических нагрузок...
  С делами разобрался к полудню. Времени осталось только на то чтобы сходить ополоснуться и чуточку вздремнуть. Да-да есть такой грешок. Когда времени на это милое препровождение не хватает приходится выкраивать между делами. Порой двадцать минут сна способны поставить на ноги квелый овощ не хуже земных стимуляторов. Самое удивительное здесь у меня от недосыпа не болит голова, не ломят кости и не роятся тучи черной мошкары перед глазами. Может это природа так способствует?
   Но маленькие радости для того и нужны, чтобы чуточку потешить себя и вновь вернуться к обыденности оставив после светлые вспоминая. Я оказывается, забыл что такое чувство легкости и бодрости во всем теле, как это здорово!
  Прибыл к убежищу Грима тютелька в тютельку. Солнце только-только встало в зенит. Зная насколько отшельник педант, остался ждать внизу. Зачем словно обезьяна лазить по деревьям, если все равно спускаться?
  - Лови, Ог, да смотри аккуратней, не урони!
  Не дав мне даже подать голос, Грим не глядя бросил в сторону от меня торбу, одну из тех с которой я пришел сюда. Вжих. Прочный походный мешок камнем рухнул вниз, но я успел - ой, что там такого, булыжников что ли нагрузил?
  - Не спать! Лови еще один.
  Успеваю только поставить торбу на землю, как сверху летит новый мешок (?) нет блин не он! Вниз падал харн... лезвием вперед. Вот черт! Раздери мошонку медведь и его медведица. Пока в голове мешанина и сумбур тело начинает действовать на автомате. Два коротких стелющихся шага. Замираю на мгновение и когда оружие должно уже войти в песок рука выстреливает вверх перехватывает харн за рукоять и гася инерцию пускает его вокруг тела мельницей...
  Ух етитсякая сила! Ярик, да ты с палкой своей не зря время то оказывается проводил, вон на какие выкрутасы способен. Силен мужик! Тебе ты еще ударчиков бы подучить, а то ведь с тремя не шибко навоюешь.
  Замечание внутреннего голоса осталось без ответа. Я стоял как бы выразиться наиболее полно... в прострации, будто озарение снизошло, рухнули невидимые барьеры и открылось нечто такое от чего в душе поднимается волна щенячьей радости. Кайф! По телу аж волна сладостной истомы прокатилась. Непривычно и ново, но так приятно...
  - Хватит статую изображать, пошли! И харн верни, нечего немытыми руками чужое трогать, харн мне в печень.
  Отдавать оружие не хочется, рукоять словно под меня сделана, ладони именно там где и должны - ни сантиметра лишнего. Влюбился. С первого взгляда. Почти как в свою ненаглядную жену. Свою Оленьку. Как отдать то от чего трепещет сердце и дрожат от возбуждения руки? Не знаю смог бы я вернуть харн добровольно, но спасибо Гриму, его затрещина опрокинувшая меня на песок сбила наваждение и привела в чувство. В голове прояснилось, стало легче, но где-то глубоко в душе осталась зияющая рана от невозможности обладания этой прелестью.
  - Мал еще, - буркнул Косарь и как ни в чем не бывало скрылся в зарослях. Оружие он конечно забрал, а вот неподъемный мешок остался на земле.
  - Тронулись! - скомандовал сам себе, поднял торбу. - Ох, ептыть! Да я после такого похода буду выжат как лимон!
  Впрочем бурчание как это и раньше бывало прошло мимо ушей наставника, пришлось нагонять и мысленно чертыхаться. Впереди ночной переход по Мрачному лесу и непонятно чего я страшусь больше - завтрашнего испытания или сегодняшнего марш-броска. Плевать, что чудищ я так за все время ни разу не встретил, но это ведь не показатель того, что их нет. Защиту просто так не ставят и не обновляют каждую пятилетку.
  Но самое интересное - наставник ни разу на протяжении месяца не сказал кто именно ошивается в этих местах, лишь заметил что не стоит будить лихо пока спит тихо. Жаль только мне от этого ни тепло ни холодно, знания грядущих неприятностей не убывало, а объяснений кот наплакал. В любом случае раз сам Грим спокойно чешет на ночь глядя по Мрачному Лесу значит ничего страшного в нем нет. По крайней мере сейчас. В полнолуние. Луна здесь большая, с фиолетовым отливом. Никаких необычных эффектов в этот период я не заметил - разве что в лесу стало тихо-тихо, будто перед грозой. Ни тебе уханья сов, ни шороха мышей, ни далеких завываний волков. Все будто уснуло или вымерло.
  А мы спокойно так идем, по сторонам поглядываем и в ус не дуем. Наставник вон вообще спокоен как удав, хотя харн положил на плечо так чтобы в случае нужды срубить врага одним резким ударом. Не зря я частенько вспоминаю демонстрацию наставника и сомневаться в том, что он многого мне просто не показал.
  Под ногами шуршит трава и опавшие листья, тропинка петляет словно заяц путающий следы от лисицы. Одно хорошо - колючие кустарники растут не сплошной стеной, а островками, иначе пришлось бы их постоянно обходить, потому как пятисантиметровые иглы с легкостью пронзающие кожаные штаны, не лучший барьер для преодоления.
  Идем больше шести часов. Лес не кончается, хорошо свет луны дорогу хоть немного освещает, иначе бы пришлось плутать, сомневаюсь, что Грим мастер-следопыт, способный с закрытыми глазами провести недоучку Перста. К этому времени плечи уже ощутимо побаливали, но я терплю, ибо знаю, что нет вернее способа получить затрещину чем начать жаловаться. Наставник даже злую ругань простить может, но что касается жалоб - тут без вариантов, отходит так, что в беспамятстве поваляешься, а потом еще пропишет. Жесток Грим, но тут ничего не поделаешь - сам напросился в ученики, назад дороги нет, Клятва Крови произнесена...
  Очередная глупость?
  Как бы не так!
  Здесь не Земля и отличия отнюдь не в уровне развития социума и технологий. Этот мир другой, я окончательно это понял когда прочувствовал на себе некоторые его аспекты. Клятва Крови, принесенная по всем правилам, связала меня с наставником прочнее стальных пут. Уйти от Грима я смогу только тогда когда он сам признает меня 'достойным владения харна'. Вот и выходит, что как бы я не ярился кроме постижения владения оружием у меня другого пути пока что нет. И вот еще урок на будущее - не связывать себя никакими клятвами влияющими на выбор дальнейшего пути. Не могу себе позволить зависеть от кого бы то ни было!
  Наставник внезапно остановился и прислушался к чему-то. Это в полной тишине. Вот чудак человек.
  - Отдохнем чуток и тронемся дальше, харн мне в печень.
  Грим сел возле ближайшего исполина и прикрыл веки, харн положил на колени и будто бы отключился. Странно беспечно ведет себя наставник, но не спорить же с ним, ему лучше знать как быть. Ну а мне десять минут отдыха - благодать. Долой торбу! Да здравствует массаж плеч и легкая разминка отекшим рукам.
  Виват, ура и бурные аплодисменты!
  Жаль только восстановительный комплекс доделать не успел - Грим бесшумно поднялся, следом за ним без напоминаний и понуканий встал и я, правда покряхтел слегка - кровь тугими струями неслась по венам, вымывала усталость из натруженных мышц, но, черт побери времени для полного восстановления до безобразия мало. Приходится накидывать лямки, терпеть боль и думать о том что осталось совсем немного - скоро рассвет, а за ним на горизонте появится Грохт и мучению придет конец.
  Я грешным делом думал будто на сегодняшняя проблема - это таскание неподъемной торбы, да блуждание по Мрачному Лесу под лунным светом. Наивный. Мы не прошли и часа как внезапно далеко за спиной услышали вой.
  А ведь скоро рассвет, Ярик, вон гляди, уже лучи солнца пробиваются.
  И правда. Мимолетного взгляда хватило, чтобы увидеть приближающееся алое зарево. Хотя Грим не выглядел радостным. Наоборот. Я впервые видел как он хмурится и кусает губы, словно девица перед первым свиданием. Все же не зря прожил с ним бок о бок целый месяц, узнал некоторые повадки, выходит раз Грим нервничает значит есть от чего. Душок надвигающихся неприятностей стал ощутимей. Даже у меня, с отвратной чуйкой на опасность и то засвербело под ложечкой.
  Наставник заметно ускорился, но не побежал, лишь чаще стал оглядываться по сторонам, да харн то и дело сбрасывал с плеча, будто примеривался к удару. Естественно мне он ничего не объяснял, лишь покрикивал и смотрел мне за спину, но так чтобы я не замечал. А я как примерный ученик делал вид будто не вижу происходящего.
  Между тем большая часть дороги осталась позади, все чаще попадаются просветы между деревьями, увеличивается расстояние между деревьями, того и гляди на опушку выйдем! Настроение начало подниматься. Но позитива хватило ненадолго. Не прошло и пяти минут как сзади, совсем рядом раздался медвежий рев, да такой что у меня поджилки затряслись, а в ноги ударила тугая струя горячей крови с лошадиной дозой адреналина. Мышцы мгновенно отозвались сладкой истомой, да и торба за спиной больше не казалась неподъемной. Будто заяц я рванул следом за наставником. Он прекратил блуждать по путаным тропинкам и понесся по буеракам и кустам, наплевав на колючки и ямы...
  
  
  
  Отступление 1.
  
  Рыкл пробудился от многолетней спячки одномоментно, будто только минуту назад прикрыл глаза и вот уже пора встать, размять затекшие мышцы, поесть и прогуляться вдоль своих границ. Вожак довольно уркнул, встряхнулся и незаметной тенью выскользнул из своего укрытия.
  Прыгнуть то прыгнул, но вот до земли добраться не смог. Рыкл банально повис на толстенных корнях, сплошной стеной перегородивших вход в его пещеру! Зверь мгновенно взъярился, на корни посыпался град ударов... стена шаталась, отдельные куски выпадали, но общая масса не убывала и от этого Рыкл бесновался еще больше. Кроме того он чувствовал присутствовал дух двуногих, похожий на тех кто когда-то забрал его первую самку, ту о которой он вспоминает каждый день. Ее увели словно скот, и самка не сопротивлялась. Нельзя противиться воле Приручителя, уж это Рыкл выяснил еще тогда, попытавшись ее отбить. И видно настроение у жреца было хорошее, потому что отпустили голокожие его, но не просто так. Один из них оставил метку на теле Рыкла - срезал кончики ушей.
  Аргх!!
  Он - мрим! И этого не изменить. Сила зверя подстегнутая яростью сокрушила преграду и вожак вывалился наружу с высоты дюжины метров. Прямо в серый рыхлый песок. Если бы не 'подушка', Рыкл мог сломать ноги. Да только не думал разумный зверь об этом, ему важней казался витающий у подножия запас двуногих...
  Секунда другая и направление движения узнано. Теперь настала пора охоты.
  Аргх!
  От рева мрима казалось содрогнулся весь Мрачный лес. И даже если кто-нибудь еще бодрствовал, то услышав полный ярости рык постарался спрятаться подальше, забиться в самую глухую нору и выжидать.
  Но сейчас Рыклу не до мелких тварей в изобилии населивших лес. На данный момент мрим низкими прыжками шел по следу. С каждой минутой запах становился все осязаемей, а в какое-то время почти материализовался. Мрим остановился, возбуждено рыкнул, да так что по мускулистому телу прошла волна и тут же продолжил охоту.
  До дичи осталось совсем немного.
  
  
  
  11.
  Легкие ноги, светлая голова и звериный инстинкт - все это не важно, когда готовишься уйти за Грань.
  
  - Шевели ногами, Ог!
  Давай, Ярик, выше лапти, иначе зверушка нами позавтракает и судя по реву она о-очень голодна.
  И не ругнешься - нужно дыхание беречь. Остается материться про себя, с присвистом дышать и бежать, бежать. А зверю плевать, с каждой секундой он подбирался все ближе, у меня такое ощущение, что он уже дышит в затылок и только ждет подходящего момента. Я так и слышу как хруст
  Неприятное ощущение.
  - Давай, Ог, чуток осталось. Это вожак мримов, просто так он от нас не отстанет.
  Грим пытался тащить меня за собой, но куда там, он только мешал. Я и сам едва ногами перебираю, того и гляди кубарем покачусь, до первого дерева. Заставляю себя из последних сил, но проклятый спринт по пересеченной местности выжал из меня все силы и даже чуточку больше. Ноги пока еще двигались, но надолго ли меня хватит... тот еще вопрос.
  Минуты через две я уже не бежал, а плелся, в таком состоянии меня бы обогнал и одноногий. Как не ярился Грим, но ускориться мне было не суждено, ноги отказывались передвигаться быстрее.
  За что вскоре и поплатился. Зверь настиг меня перед самой опушкой. Удар в спину пришел по касательной, но и его хватило на то чтобы я подлетел на пару метров и шмякнулся оземь. Из легких выбило воздух и никак не получилось вздохнуть - что-то мешало, не давало груди двигаться, а перед глазами кружит сонм черных мошек. Чуть погодя в лицо ударило смрадом, застарелым животным. Я такой будучи ребенком в зоопарке почувствовал, когда неосторожно приблизился к грустившему возле прутьев медведю, только от него еще лежалой псиной воняло. То амбре надолго меня поразило, да так что я больше никогда в жизни не приближался к подобным заведениям. А тут поди ж ты, вновь накатило.
  И только потом дошло собственно откуда могло быть это зловоние. Пропал...
  Видно мои мысли схожи со звериными. Мгновение и по лицу бьют бритвенно-острые когти. Боли почти не было, я чувствовал лишь как стекают горячие струйки по подбородку, будто стою под душем. На губах солоновато-металлический привкус, а в голове странная усталая отрешенность. Смерть не пугает, только горько за своих девочек, за то, что их подставил, не выполнил своих обязанностей отца и мужа.
  На лоб капнула липкая вонючая слюна. Дохнуло смертью. Я буквально ощутил как клыки перегрызают мне шею. Все конец, осталось чуток...
  - Хек!
  Откуда-то сбоку послышалась возня, свист и секунду спустя полный боли рев. Прямо в ухо, после чего меня вдавило в землю и тут же вся тяжесть исчезла, удалось вздохнуть полной грудью. Уфф! Упаднические настроения резко набравшие старт затормозили и быстро поползли вниз. Жизнь вновь окрасилась яркими красками. Еще не все потеряно!
  А в стороне тем временем были слышны звуки борьбы и приглушенный рев...
  Ярик, милок, вытащи затычки из ушей и ползи отсюда нахер!!
  Внутренний голос не орал - верещал, словно резаный поросенок, был бы у него 'аудио-выход' точно бы в ультразвук перешел. Етитская сила, стоило подумать об этом как оглушение частично прошло и навалилась вся какофония. В паре метрах от меня замерли двое.
  Грим, по-волчьи оскалившись, держал перед собой обагренный дымящейся кровью харн и покачивался на носках, готовый метнуть тело в любую точку около себя. В зависимости от того как поведет себя враг. А он у прославленного воина даже на мой дилетантский взгляд был впечатляюще грозным, не смотря на то что на загривке у него была страшная на вид рубленная рана, вот только крови из нее капало до безобразия мало, словно восковую фигуру срубили лазерным мечом и пока тот был горячим капли падали, а стоило поостыть и все - кровотечение остановилось. Чудеса, мать их етить.
  Сам зверь сильно походил на медведя, правда со странным окрасом - коричнево-зеленым, будто у военной полевки. В остальном кроме огромных габаритов все как у его земного собрата. И вот эта четырех метровая машина убийств сейчас замерла напротив Грима. Рычание бурлило где-то глубоко в теле зверя и вот-вот готовилось вырваться наружу.
  Кто первым начал бой я не понял, может одновременно, слишком быстрыми оказались оба соперника. Росчерк лезвия харна ударил по вытянутой лапе медведя, срубив пару когтей. Грим крутанулся, уходя от массивного тела, но от удара короткого плоского хвоста зверя уйти не сумел. Смачно шлепнуло и отшельника подкинуло на пару метров, но не он не распластался, как я, а странно кувырнулся в воздухе и перекатился в сторону. Вовремя. Медведь приземллся на том месте и клацнул массивной челюстью, раздробив пару палок, валявшихся на земле.
  Вот теперь зверь себя сдерживать не стал! Рев ярости пронеся ураганом по ушам, но Грим никак не отреагировал, разве что занял новую стойку - пустая левая рука впереди, а правая, с харном наперевес сзади слегка приподняла. Такое ощущение, что отшельник собирался метнуть оружие в опасного противника.
  Взрыкнув медведь попер на Грима кабаном, щуря маленькие злобные глазки, виднеющиеся из-под низких толстенных надбровных дуг.
   - Хек!
  Косарь натужно выдохнул, вкладывая в косой удар все силы. Само лезвие я не заметил, лишь опускающие древко руки, но вот прием... прием был тем самым примитивным которому он меня учил на протяжении всего месяца. И теперь я увидел насколько он может быть опасным.
  Медведь резко затормозил, уткнулся мордой в землю и закрылся передними лапами. И мелко-мелко задрожал. Грим хекнув второй раз с силой вытащил харн из пробитого черепа зверя, лезвие с хрустом вылезло и приподнялось для завершающего удара. Но нанести его отшельник не спешил, он повернулся ко мне и устало спросил:
  - Добить?
  От такого вопроса я секунды на три выпал в осадок. Сначала подумал - померещилось, в конце концов мало ли что померещиться может, стресс и все такое, вот разум подкидывает разные глупости. Ан нет, сморгнул, а Грим все так же держит харн, не спешит добить поверженного противника. Правда сейчас медведь мало походил на того кто гнался за нами еще пару минут назад, сейчас под ногами наставника мелко трясся и жалобно скулил огромный ком зелено-коричневого меха. Я даже подумал о том, что нужно его пощадить, но тут взбрыкнул Зверь внутри меня. Пробудился неожиданно, без видимых на то признаков. Такого раньше ни разу не было, видать прогрессирует моя буйная половинка. Эх, знать бы еще к добру ли это? Хотя вот сейчас я вроде в норме, ясность рассудка сохраняется, даже тело контролирую, но оцениваю мир через призму Зверя. А у него критерии примитивны - или ты или тебя. Врагов за спиной оставлять нельзя, поэтому ответ прозвучал твердо, без тени сомнения.
  - Раз один раз напал, то второй будет непременно и неизвестно кто окажется удачливее в следующем бою. Добей.
  Грим молчаливо кивнул, принимая мое решение, и перехватил харн прямым хватом для добивающего удара. Медведь продолжал дрожать, прикрывая окровавленную голову, будто чувствуя приближающийся конец он попытался отползти, но Косарь ему не позволил. Лезвие с влажным звуком пронзило шею, хрустнули позвонки, тело дернулось и теперь уже навсегда застыло. Шкура тут же начала менять цвет, ушли коричневые пятна, исчезла зелень, вместо нее проявилась черная как смоль шерсть.
  Наставник выдернул харн, сноровисто обтер его пожелтевшей травой и сел возле поваленного дерева, подле меня. Всем своим видом он демонстрировал гранитное спокойствие приправленное толикой уверенности в правильности сделанного. Воин сделал нужную работу, и даже более того, он считал ее единственно верной.
  И только глядя на лицо Косаря я понял нечто важное, то что как заноза цеплялась в голове за каждую мысль, но никак не доставалась, а теперь вон поди ж ты, словно щелкнул тумблер, скидывая недостающий кусочек мозаики и вот вся картинка перед глазами. Ведь Грим не просто так меня спрашивал, он считает меня тем кто вправе отдать такой приказ, а он обязан его выполнить. Интересно насколько широко распространяется это влиянии?
  - Теперь у тебя появилось важное задание, - Грим заговорил, нарушая ленивый поток моих мыслей.
  - Какое? Освежевать?
  - Было бы неплохо, но нет. После смерти вожака, его потомство будет мстить и пока они не достаточно окрепли нужно решить эту проблему...
  - Это должен сделать обязательно я?
  - Кровная метка стоит на тебе, значит мримы будут чуять исключительно тебя. Думаю проще вскрыть проблему до того как она станет опасной.
  - Наставник, но ведь это ты добил монстра! - от такой несправедливости я даже забыл на секунду о боли в спине и жжении на лице. Кровь остановилась, хотя сама рана и неопасная, но насколько мне известно кровавая, а тут вон как, пару минут и все. Чудеса! Или это бонус у Перста такой? Надо бы жреца по прибытии в деревню подробнее расспросить о разных полезных вещах, может чего путного посоветует. Ну а пока...
  Грим посмотрел на меня как на дурака, благо, что солнце уже рассвело и пока еще редкие лучи освещали сумеречный лес.
  - Ты винишь харн в убийстве? Нет. Его держит рука человека, значит и ответственность несет он, - глубокомысленно заметил наставник.
  - А я здесь причем?
  - Хоть ты и молод, да в голове ветер гуляет, но ты - Перст и моя обязанность служить тебе, при условии, что окажешься достойным. Вот и можешь сравнить меня с харном - послушным оружием.
  - Но помочь с зачисткой логова этих монстров то ты можешь? - с надеждой спрашиваю его.
  - Только если страховать, - хмыкнул он, а в глазах бесы в догонялки играют.
  Издевается!
  - Да как я выстою против такого?
  - Когда мримы пробуждаются, то первую неделю вся семья небоеспособна и о ней заботится вожак. Дальше объяснять?
  - Не стоит. Выходит мне нужно просто поработать мясником. Вот только где мне искать их логово?
  - С этим проблем не будет. Помогу, но не сегодня, тебе ведь еще ступень новика взять надо. Так что миримы подождут. Отдыхаем полчаса и трогаемся, до деревни осталось полтора часа быстрым шагом, так что успеем к началу испытаний.
  Сейчас, когда адреналиновая волна схлынула, тело больше напоминало мякиш. Идти куда-то? Нет уж, увольте. В ближайшее время я не ходок, видимо наставник это понял. Я сам не заметил, как прикрыл глаза и задремал.
  
  
  
  Отступление 2.
  
  Отшельник сидел, облокотившись о вековой хрон, рядом посапывал ученик. Грим думал о своем.
  'Глядишь на него и не подозреваешь о том кто это такой на самом деле'.
  Было время когда Грим отчаялся дождаться Перста, хотел плюнуть на все и покинуть Пик Судьбы, но что-то удержало. Может уверенность в том что еще не все для хортеймцев кончено? Старый воин верил, что возрождение еще возможно, однако давно не был среди соотечественников и не заметил как дела мирские погребли под собой основную цель - подготовке к новому Походу. В прошлый раз битва на Равнинах Кровавых Слез лишила их всех надежд. Из-за этого всю войну часто называют Походом Скорби. О нем с каждым годом говорили все меньше и даже молодежь перестали толково учить, лишь показывают пару приемов, да натаскивают на оборону от монстров, что частенько спускаются с гор.
  После рассказа Ога о Грохте Грим первые минуты не мог в это поверить. Как это отобрать все у последнего мужчины рода? Плевать на то, что он дурачок, но ведь он последний! У ветерана не укладывалось подобное в голове, он даже думал пойти в деревню и вправить кое-кому мозги, но передумал. Ог должен сам добиться возврата, иначе какой он Перст?
  И если раньше в голове нет-нет, да мелькнет кривая мыслишка сомнений, то после появления мрима он убедился в этом воочию. Мало кто знает, что эти создания так реагируют только на избранника Высшего. Да и кому знать, если о подобном никто не распространяется, да и сам Грим узнал об этой особенности случайно, когда 'запечатывали' дикий Источник. Что это такое Грим мог только догадываться, но факт на лицо - на их отряд напала вся семья: вожак, две самки и пять недорослей. Бойня вышла знатная, мримы успели положить половину отряда - двадцать ветеранов отдали жизни защищая Перста. А ведь потом, когда ходили добивать остатки мримов выяснили, что они преодолели расстояние в полсотни верст лишь для того, чтобы напасть именно на Перста. Это верный соратник первого тара Хортейма понял уже потом, после битвы на Равнине Кровавых Слез. После зачистки пещеры Перст разоткровенничался и кое-что рассказал соратникам о повадках мримов, не поведал он только о том зачем этим полуразумным созданиям нападать на него. На подобные вопросы тар лишь щерился и хмыкал, но ничего путного не говорил. Может оно и к лучшему, меньше знаешь - крепче спишь.
  Грим Косарь, получивший свой харн из рук самого первого тара, аккурат перед его последней битвой, любовно чистил лезвие оружия тончайшей тряпицей, приводя зеленоватое лезвие с многочисленными рунами к идеальному состоянию. Сколько лет минуло, а поди ж ты - харн все так же верно служит! А ведь у многих криптовое оружие и бронь сломались в первый же год после гибели Перста. Зато то что осталось казалось хорошело день ото дня и сильно ценилось. Стоит ли говорить о том, что за обладание криптовыми вещами люди могли пойти на любые подлости. Вон пример Ога на лицо, хотя пацаненка вообще могли по-тихому придушить или отравить и о нем никто бы не вспомнил, но пощадили, точнее нашли ему применение. А яру такой наследник вещей великого отца точно не нужен.
  Сурв правильно сделал, что отправил Ога к Гриму. Не выжил бы молодой Перст в Грохте, придавили бы его как кутенка и все. Не нужен он там никому, а может вообще никому в Хортейме он не нужен.
  От подобных мыслей Грима передернуло, словно мерзость увидел. Но в голову воина все лезли и лезли неприятные мысли. Слишком разительны перемены случились. Смогут ли люди принять старое, вспомнить о чести и гордости? Грим Косарь, еще месяц назад уверенный в правильности происходящего теперь не знал. Ему оставалось лишь надеться.
  А на небосводе уже поднялось солнце, сумрак в лесу развелся и отшельник с кривоватой улыбкой следил за пробуждающимся древним Мрачным Лесом. Вот уж кому точно плевать на людские перипетии.
  Лес велик и могуч, он простоит еще тысячи лет пока глупые людишки истребляют друг друга...
  
  
  
  12.
  Бей первым, потому что лучшая защита - нападение.
  
  - Ха-ха! Я отказываюсь в это верить, просто не хочу и все тут! Етитская сила, да такого невезения у меня даже в начале двухтысячных не было!!
  Мы таки дошли до Грохта. Успели. Да толку то с этого - воз дерьма да фига в кармане. Деревню осаждали. Точнее осаждало. Нечто двухголовое и большое, достающее макушками до острия частокола, а это как бы не соврать - метров пять точно. Ворота конечно же были закрыты, а в чудище защитники метали стрелы и короткие копья, даже парочка молотов в одну из голов прилетело, правда без видимого эффекта. Монстр даже не почесался и все так же методично лупил сучковатой дубиной огромных размеров в ворота...
  Пригляделся к оружию твари и волосы на голове зашевелились. Япона мать да это же ствол молодого дубка!
  Глянь Ярик, а мозги то у него есть, в стенку не ломится, ищет где укрепление слабее...
  На сей раз внутренний голос дал дельное замечание, хотя зачем оно мне? Ну не полезу ведь я на этого урода, пусть деревенские сами его убивают, наверняка не раз имели дело с кем-то подобным. Даром что ли стену возводили?
  Простояв под сенью деревьев пару минут я заозирался по сторонам. Грима нигде не было, но зная любовь наставника к лазанью по деревьям-исполинам решил изучить ближайшие кроны. И правда вон сидит на ветке, ему бы семечек кулек и отличный зритель двадцать первого века выйдет, только вместо экрана - реальная панорама. Лепота!
  - Наставник, а вы разве не будете им помогать? - почему-то в голове даже не возникло и тени сомнения в том, что эта образина способна выстоять против Грима Косаря, тем более после победы над мримом.
  Но наставник меня огорошил.
  - Что мало приключений на задницу сегодня поймал? Охолони. Не стоит Удачу испытывать. Хотя ты можешь и испытать еще разок, авось повезет. Станешь победителем горного огрина. Даже испытания на новика проходить не надо будет. Вмиг признают состоятельным мужем. Чего же ты ждешь? Вперед, вон противник. Тьфу! Харн мне в печень.
  Наставник поднял харн на вытянутой руке, будто пушинку и указал лезвием на беснующееся чудище. Мол, дерзай.
  Уел старик, да не в первый раз кстати. Может возьмешь пару уроков как вовремя остудить горячую голову? Жизнь штука такая... никогда не знаешь, что пригодится.
  Толи я тупею, толи мое второе 'Я' прогрессирует семимильными шагами или просто сегодня день такой? Однако выходить из-под защиты леса я не спешил, первоначальное решение остаться в стороне и дождаться окончания осады кажется самым приемлемым. Да и едва не случившаяся беда способствует мышлению, считай, по гибельному краю прошли.
  И самое паскудное - от наставника внятного объяснения не услышал, одно только 'мрим - страж' и все. А дальше, Ог, догадывайся как хочешь. Вот и приходится... того самого - серое вещество в голове усилено взбалтывать бомбардируя самыми идиотскими предположениями, надеясь, что хоть одно из них выстрелит в яблочко. Увы, пока безрезультатно.
  За размышлениями на фоне крушащего частокол огрина не заметил как на поле боя случилось непонятное. Через стену наружу выскочил воин, закованный с головы до ног в бронь зеленоватого цвета. В руках он держал двустороннюю секиру на длинном древке. И все бы ничего, да только цвет доспеха меня немного смущает - слишком он похож на зелень окислившейся меди. Такой же как и лезвие харна Грима, и ведь не интересовался что это такое.
  А ведь видел я неплохое железо у Сурва, даже по виду более крепкое. Однако боец решивший выйти против монстра по собственному разумению не похож на объевшегося мухоморов берсерка. Эти господа склоны вступать в бой сразу.
  Между тем воин легкой трусцой начал заходить огрину за спину, так чтобы солнце светило монстру в глаза. Но толи нашумел, толи чуйка у твари оказалась превосходная - не удалась задумка. Двухголовый великан взревел пуще прежнего, да так что с деревьев листья посыпались и в припрыжку бросился к одинокому воину...
  Шаг, второй... пятый и дубинка описывает полукруг и смачно впивается в наст. Земля дрогнула, полетели комья чернозема, но воин избежал удара, успев перекатом уйти в сторону. Пока огрин непонимающе оглядывался и искал куда делся верткий человек, воин забежал ему за спину и со всего маху ударил секирой под коленку. Бамс! Лезвие вгрызается в плоть будто в дерево, мне кажется, что я даже характерный звук услышал. Огрин среагировал на диво проворно и самое удивительное без крика боли, как можно было ожидать. Словно пушинка пролетела дубинка над местом где стоял воин, но его там уже не оказалось. Не будь дураком, он скакал вокруг огрина как кузнечик ни секунды не останавливаясь и при каждом удобном случае наносил удары. Вот только видимого вреда не было, монстр двигался так же, головами крутил резво и даже рычал в разной тональности, будто ругался.
  Чехарда продолжалась минуты три, пока воин не ошибся, а может просто устал и огрин его подловил. Бамс! Пинок правой и воин будто мячик улетает за частокол, на крышу одного из домов...
  - Неудачник, - буркнул сверху Грим. - Думает, напялил криптовую бронь и теперь мастер? Как бы не так! Ха-ха, так ему и надо, авось через задницу мудрости наберется. Ему надо было бить не по ногам, а в спину, между лопатками, ну или по головам, других уязвимых мест у огрина нет.
  Я к словам наставника почти не прислушивался. Ну брюзжит старик и пусть себе брюзжит, если надо позовет. Честно скажу - поступил опрометчиво, это понял чуть погодя.
  - Тятя! Тятя!
  Что за хрень, откуда крики? Посмотрел по сторонам - пусто. Но до деревни с версту будет - оттуда точно не может быть слышно. Крик повторился, на сей раз чуть громче, словно приближался. Грим между тем смотрел на северо-запад, внимательно так, с прищуром. Прямо на солнце. Я тоже попытался посмотреть, но глаза мигом залили слезы.
  Наконец наставник отвернулся в сторону и безразличным голосом заметил:
  - Девчушка бежит к деревне.
  - И ты не будешь ее спасать?
  - Всех не спасешь, для меня пока ты важнее всех остальных вместе взятых.
  - Но так нельзя!
  Увы, но да, во мне все еще прорываются вот такие порывы и ничего поделать с этим не могу. Сам бы бросился, да ведь понимаю - один удар дубинкой и от меня мокрого места не останется, разве что торба, да и та в землю на метр вомнется. И все же как бы себя я не уговаривал, какие бы доводы не приводил в безысходность ситуации - я не смог быть безучастным зрителем. Раз наставник бездействует, мне ничего не остается.
  Бросаю торбу, подхватываю посох из молодого деревца и огромными прыжками несусь наперерез девчушки. Про себя думал только о том, чтобы она больше не орала и не привлекала к себе внимания. Но ведь соплюшка не понимает этого, она напугана и в свои лет семь знает только одно место где ее защитят - это родной дом. В нем отец главный хранитель домочадцев. Шмакадявка не смотря на невеликий рост неслась словно лань, держа в руках лукошко. И ведь даже не думает его бросить, хотя небось все ягоды растеряла.
  Я уже почти поймал ее, когда она меня наконец заметила, но вместо того чтобы обрадоваться неожиданно завизжала.
  - Тятя!!
  И это считай возле частокола, прямо под носом ломающего ворота огрина. Не услышать визг мог только глухой. Монстр нехотя развернулся, окинул маленькими злыми глазками сначала девочку, затем меня и ощерился ртами полными острых длинных клыков.
  Мне бы подхватить мелкую, да дать стрекоча, но нет в голове только глупая мысль вертится - мол как огрин пищу пережевывает, не удобно ведь с такой челюстью. На сей раз шмакодявка сообразила, чем ей грозит встреча с монстром и живенько ретировалась мне за спину. Враз поумнела и даже носом шмыгать перестала, но только поздно, огрин уже заинтересовался нами и сделал шаг на встречу...
  Тело действует на автомате, свободной рукой подхватываю девчушку под мышку и бегом обратно в лес. Одна надежда на Грима, иначе зашибет нас монстр, как пить дать зашибет. Я ему с посохом не противник, вот калаш бы, тогда да, повоевать смогу, но за неимением оного приходится импровизировать и надеяться на реакцию наставника.
  Как оказалось, сомневался в Гриме я зря. Он сам семимильными прыжками несся мне на встречу, приготовив харн для удара. А я спиной чувствую надсадное дыхание огрина, и сшибающую с ног вонь из его пастей.
  - Рааа!
  Монстр радостно заревел в паре метров позади меня...
  - Прыгай! - тут же заорал дурным голосом Грим и изо всех сил метнул харн.
  Доли секунды и мы кубарем катимся в небольшой овражек, только чудом себе ничего не сломав. Позади ярко вспыхнуло, взревел раненый огрин и всей тушей повалился на землю. Громыхнуло так будто высотка рухнула.
  Я поднял голову и увидел, что левая голова монстра болтается на лоскутах кожи, а он сам лежит на земле и пытается поставить ее на место, не взирая на то, что из перерубленной шеи бьет фонтан мутно-розовой крови. Глядя на стремительно сереющего зеленокожего огрина стало понятно - не жилец. Он пока еще борется, как может, но я уверен он сделать ничего не сможет.
  Уф! С плеч будто гора свалилась. И под боком девчушка притихла. Странно, сопит, не визжит, успокоилась. Пригляделся и ахнул. Да она спит! Етитская сила ее убивать собрались пару секунд назад, а она дрыхнет. И не пойму толи плакать мне толи смеяться.
  - Вставай, - сбоку появился Грим, с окровавленным харном.
  На лице все то же безразличное выражение, разве что в глазах вместо привычного спокойствия - нечто странное, непонятное: толи осуждает, толи одобряет.
  Без лишних слов наставник протянул мне свой харн, чего раньше никогда не было и тоном исключающим возражение приказал:
  - Добей.
  - Кого? - не понял я. Огрин и без меня за Грань уйдет, чего процесс ускорять, пачкаться.
  Косарь кивнул на переставшего дергаться монстра.
  - Да он помер уже, с такими ранами не живут.
  - Хмм. Иди погляди, - усмехнулся наставник и сделал шаг в сторону. Правда харн не убрал, пришлось брать и ковылять к телу.
  Между тем из-за зубьев выглянул целый лес голов, наверное все деревенские вылезли поглядеть на происходящее. Воина в криптовой броне на крыше уже не было, может сняли, может сам слез. Правда как это у него получилось я понять не могу - после такого пинка долго не встанешь, если вообще встанешь. Кажется мне что-то орали, может ругались, а может наоборот, я не прислушивался, целиком сосредоточился на происходящем. Харн оказался на удивление легким или мне после посоха так кажется.
  Странность почувствовал за пару шагов до огрина. Он дышал и это явно не надсадный хрип умирающего, так может сопеть спящий. Я напрягся и мелкими осторожными шажками приблизился к туше со стороны головы. И каково же было мое удивление когда вместо фонтанирующей крови увидел почти полностью зарубцевавшийся срез, а рядом болтается недосрубленная голова. Гляжу на вторую, а она на меня смотрит и щериться желтыми клыками. Думаю мертв огрин, но стоило подойти к нему ближе как его толстенные пальцы впились в дерн. Секунда другая и тварь даже попыталась приподняться...
  - На!
  Я сам не заметил как подлетел к огрину и со всего маха, как учил Грим, ударил по шее. Хрумс! Не попал. Лезвие застряло в ключице, а огрин взревел и шустрее начал подниматься на ноги.
  - Да сдохни ты, мерзость!
  Харн со свистом повторно рубанул и на сей раз я не промахнулся. Блекло сверкнули зеленью руны и голова покатилась по земле, оставляя за собой мутно-розовую жижицу. Тело монстра замерло и будто в замедленной съемке повалилось наземь. Следом за ним упал на колено и я, не удержал равновесия, начало мутить, но это быстро прошло, а вот слабость в ногах почему-то никак не уходила. Интересно почему?
  - Молодец, - похвалил подошедший Грим и тут же добавил, - хотя мог добить его и одним ударом. Мало я тебя гонял.
  - Тятя! Где тятя?!
  Из овражка вылезла уставшая девочка. Рыжая все лицо в веснушках, глаза покраснели от тихих слез, губы трясутся. Ребенок на грани истерики. Не люблю слезы, я от них бешусь, могу и сорваться. Надо что-то делать. Но наставник, в который раз за день, меня спас, он наклонился к девочке и указал ей на деревню.
  - Вон твои родители, беги скорее к ним.
  Из раскрытых настежь ворот наружу высыпала разношерстная толпа. От нее к нам бежала растрепанная женщина в белом сарафане и крепенький мужичок с маленьким пивным брюшком.
  А ведь день только начался. Какие еще сюрпризы меня ожидают?
  
  
  
  12.
  Люди редко благодарят своих спасителей, чаще после добрых дел они садятся им на шею или стараются убить.
  
  - Повтори еще раз.
  Грим Косарь, известнейший воин прошлого гневался. Я вообще заметил за наставником такую особенность - он яркий образчик пословицы про того кого долго запрягают. Так что доводить его до крайней точки я бы не советовал, а тут выходит все наоборот, деревенские будто специально делали все, чтобы разозлить Грима. В какой то момент я подумал - все, терпение бывшего отшельника кончилось. Ан нет. Сдержался...
  Вот уже пару часов как мы в деревне, вокруг галдящая толпа. И все о чем-то говорят, орут, требуют и даже угрожают. А все почему? Да потому, что стоило добить огрина как ставший в одночасье неугомонным Крах, жрец Корвуса, решил начать нести свет веры Высшего и начал естественно с пришествия нового Перста. Распирало светоча-возрожденца от значимости сверх меры, вот и увлекся старик, да так что люди оказались загружены настолько, что заняли под давлением две диаметрально противоположные стороны, в зависимости от того чего они хотели от жизни.
  Большая часть жаждала лучшей жизни, а меньшая наоборот ратовала за сохранение уклада. Вроде ясно и понятно - большинство должно перемочь, однако не в этом случае. Вторая часть представляла собой наиболее влиятельных людей - яра с гриднями, кожевника с родичами и медовара. Сила, промышленность и торговля. Три столпа власти в любом обществе. И все они повязаны меж собой. Это понятно стоит только увидеть их кучкующихся рядом с яром.
  Не вовремя Крах решил проповедь читать...
  Со мной не посоветовался, теперь это расхлебывать. Но как - не представляю. Хорошо, что рядом наставник Грим и мастер-кузнец Сурв. Эдакие глыбы, прикрывающие спину неокрепшему Персту, с такой поддержкой будущее кажется куда радужнее настоящего.
  Чего ты ноешь, Ярик? Сам же хотел быстрее все сделать.
  'Заткнись!' - чувствую что завожусь. Будь мой оппонент реальным человеком я бы не сдержался.
  Вот, узнаю старого доброго Яра. Молодцом!
  Умолкни!
  На сей раз я ответил внутреннему голосу не так яростно, а сам подумал о том, что слишком часто начал общаться с самим собой, да и выхожу из себя легче, того и гляди не Зверь у меня на привязи будет, а я у него. Всего одна его реплика и Грим с Сурвом внимательно на меня смотрят, того и гляди по голове дадут, чтоб значит в чувство привести.
  И все же ощущаю как тщательно возводимые еще на Земле барьеры трещат, не хватает им прочности сдерживать напора пробуждающегося Зверя. А ведь сколько сил я на него потратил! Сколько техник пришлось выучить, сколько суток провести на грани сна и яви. А на выходе как оказалось - полный пшик.
  В подкорке бьется подленькая мыслишка. Мол мягок больно, устал от ответственности, вот и принял старт с места в карьер как поток непрерывных будущих проблем. Испугался? Нет, не может быть. Ведь когда прибыл в этот мир готов был горы свернуть, ан нет, не вышло, понадеялся на других, вот и размяк...
  Тут о себе напомнил ожог. Неделю как зажил, а вот на тебе. Вовремя. Решимости придал. Перед глазами предстали две моих девочки: Оля и Юля. Одна мое сердце, вторая моя душа. Не могу я девочек оставить, все ради них ведь делаю, себя сгною если понадобится!
  Ату несогласных тварей!
  Накрутил себя так, что даже потребовалось пару минут на успокоение. Страсти между тем накалялись, да так, что мужики того и гляди за оружие схватятся. Ситуация сложная, все пошло вкривь и вкось.
  Без крови не обойдется, Ярик. И это хорошо!
  'Умолкни! Без тебя тошно'.
  А Крах меж тем заводился все больше:
  - Слушайте меня, славные люди Хортейма! Да-да, не Грохта, а всего Хортейма. Хватит уже думать только о своем животе, пора вспомнить кто мы на самом деле. Неужели забыты Честь, Воля и Преданность? Как мы могли допустить такое непотребство? Я отвечу - виноваты мы сами, не смогли исполнить волю Высшего и за это поплатились!
  - Жрец ты говори-говори, да не заговаривайся! Не мальчиков отчитываешь, у нас своя голова на плечах!
  Из кучки зажиточных подал голос крепыш с пшеничными волосами, обрамляющими лицо больше напоминающее свиное рыло и такими же маленькими подленькими глазками. Руки его были сцеплены и покоились на внушительном брюшке.
  - Да я знаю, Пивг. Тебе с сыновьями точно ничего не надо, вам бы и дальше меды варить, да свиней растить. Вот только кончилась спокойная жизнь и те кто не вспомнит кто он таков и кем были его предки, поплатится посмертием! Это я вам как первожрец Корвуса обещаю!
  И будто в подтверждение его слов над острыми пиками Ледяных Гор ударил гром. Не сказать, что событие редкое - куда там, раз в неделю, а то и чаще подобное случается, но сейчас слишком все вовремя произошло. Так что многие взрослые мужи опасливо покосились на Краха и схватились за нательные обереги, кто-то вовсе чуть слышно забормотал старую молитву.
  - Нет твоего Высшего! Пропал и бросил нас на поживу остального мира. Как можно верить ему, если даже горные чудища наседают так, что мочи нет. В поле без пары сулиц и рогатины выйти не можем. Ответь жрец?
  На этот раз от меньшей части подал голос высокий - на полголовы выше остальных - человек с седым конским хвостом до лопаток и блеклыми серыми глазами. На первый взгляд ему можно дать как три десятка так и все пять. Многие глядят на него с легкой заинтересованностью, а вот наставник, тоже чуток уступающий ему в росте, смотрит на 'Коня' словно на пустое место. И знающим людям такое отношение о многом говорит. Жаль только понять это могут не многие: жрец, кузнец, ну и я в довесок.
  А 'Конь' не получив ответного выпада начал распаляться, куда-то делась серость и блеклость, появился нездоровый блеск в глазах, сухие морщинистые руки задрожали будто у наркомана увидевшего долгожданную дозу. Глядя на распалившегося скандалиста обычно спокойный Косарь хекнул и подхватив с земли ком слежавшейся земли со всего маху запустил тому в рожу.
  Оратор подобного не ожидал. Шмякнуло знатно и черно-бурая с навозными прожилками земля расползлась по его лицу неприглядной маской. На пару секунд над толпой воцарилась тишина, а затем уже никто себя сдерживать не стал. Все вспомнили былые прегрешения недругов и теперь решили оторваться друг на друге. Возникла стихийная куча мала из габаритных тел, среди которых правда попадались и менее впечатляющие - те что принадлежали юнцам, оказавшимся в общей свалке.
  Хрясь! Бам! Хрясь-бам, хрясь-бам...
  Люди распалялись. Зуботычины летели чаще, удары точнее и больнее, если кто и сдерживал себя по первой, то забыл об этом, отдавшись целиком упоению кулачного боя. В этом конечно лидировали гридни - защитники, мать их, деревни. Всего десять и это на три сотни дворов! Правда остальные от них мало отставали, ведь обучение то проходили все, ну а то что не опоясаны мечами - судьба иная. Вон к примеру наставник тоже не опоясан, а витязь не из последних во всем Хортейме! Правда в драку он не полез, как и жрец с кузнецом, а так же яр, медовар и тот что с конским хвостом.
  Мы стояли с одной стороны, они с другой. Я их изучал, они на меня как на вошь глядели -прихлопнули бы, да не могут, защита у меня ого-го какая! Пискнуть не успеют как Косарь их пожнет и посеет.
  - На получи!
  - Фрад это тебе за прошлый год!
  - У-уу тварина, держи!
  Разнимать толпу, вошедшую в раж не только бессмысленно, но и глупо. Это понимали все оставшиеся в стороне, хотя таких было меньше десятка, остальные участвовали в драке. Глядя на самозабвенно лупцующих друг друга людей поневоле задумаешься о том, что здесь далеко не все безоблачно. Хотя о чем это я вообще говорю? Одно то как я провел первый день в Грохте о многом говорит!
  Сучьи дети...
  Люди сбрасывали злость и ярость столь резво и быстро, что не прошло и пяти минут как большая часть валялась на земле, а оставшаяся надсадно дыша лупцевала друг друга богатырскими ударами.
  Это могло продолжаться еще долго, если бы не яр Гарл. Толи надоело наблюдать драку, толи так и было задумано, но стоило 'битве' немного утихнуть как он сделал пару шагов вперед и громогласно объявил:
  - Ищу Суд Правды Высшего!!
  Что это такое я конечно не ведаю, но остальные знали. И судя по хмурым лицам Сурва, Краха и Грима такое развитие событий явно мне не на пользу. Драка прекратилась и окровавленные рожи стали расползаться по сторонам.
  Жрец Корвуса поправил свое потрепанное одеяние и сквозь плотно сжатые губы спросил:
  - И какой правды ты ищешь?
  - Родовой!
  Люди удивленно загудели, будто пчелиный рой разворошили, но по взмаху руки жреца замолчали. Послушались, а Крах сильнее нахмурился, всем известно чем заканчивается подобный суд, но даже зная ответ все-таки продолжил:
  - От кого ты, яр, требуешь Суда Правды?
  Лот картинно встал в гордую позу обличителя и резко вскинул руку, указывая пальцем прямо на меня, одновременно выкрикнув:
  - Того кто решил предстать перед нами самозваным Перстом Высшего - Ога сына Иива Крушителя!
  Ты глянь, Ярик, каков подлец! Чует, что жаренным запахло, прохвост еще тот! У-ууу гнида мелкошапочная...
  - Принимаешь ли ты вызов на Суд Правды, Ог, Перст Корвуса?
  И тон жреца даже не допускал и тени сомнения в том, что я не приму вызова на поединок. Уж об этом я догадался. Недаром традиция решать важные споры и проблемы ритуальным сражением сохранилась на Земле аж до двадцатого века, а кое-где и остается неизменной и по сей день.
  Я конечно могу отказаться, но тогда мне точно не видать ни армии, ни Источника, ни моих здоровых улыбающихся весеннему солнцу девочек. Да и не первый день внутри свербит отчетливое понимание того, что новая порция полезной информации откроется только после увеличения личного авторитета. Эдакое интуитивное понимание.
  Так что, понимая всю безнадежность положения, я как можно тверже отвечаю:
  - Да.
  
  
  
  14.
  Когда власть стремительно уплывает в руки другого - отрекись или будь готов умереть за нее.
  
  Солнце будто специально для поединка освещало поляну лучше прожекторов футбольного стадиона. А вот остальное пространство скрывала тень от густых свинцовых облаков, закрывших весь небосвод. И что самое удивительное - прореха не затягивалась, серая пелена обходила ее стороной.
  Толпа, что еще недавно была готова перебить друг друга, замерла в ожидании. И не поймешь сразу чего жаждут больше - развлечений или правды Высшего суда. Мне известно одно - равнодушных нет, даже мальцы и те лупят глазенками так, словно торжище увидели. А вон та рыжая шмакадявка, как то странно на меня смотрит и глаза вновь на мокром месте. Неужели обидел дите? Быть такого не может, не видел с тех пор как спас, точно знаю.
  Откладывать или переносить поединок никто не стал, так что вместо традиционных боев за звание новика люди собрались на Суд Правды. Никакой помпы или мишуры, все аскетично и даже бедно, единственное что сделали - вбили колышки по кругу, выделив под площадку квадратов на двадцать пять. С одной стороны много, но с другой - на таком пятачке и развернуться толком негде, одно радует - весь месяц Грим заставлял меня отрабатывать все примитивные удары с минимальными передвижениями. В любом случае моя надежда на неожиданность и быстрый исход схватки, в противном случае мне не жить...
  Яркие лучи солнца слепили и иссушали, такого палящего зноя я давненько не испытывал. Эх скорее бы уже началось!
  По толпе прошелся недовольный ропот, впрочем тут же затихший. Я сначала не понял в чем дело, но стоило посмотреть на оппонента как все встало на свои места. Краем уха я услышал то чего до этого момента не знал - ни Грим, ни Сурв не догадались меня просветить в правилах Суда. Оказывается по давней традиции на Суд Правды бойцы сходились в нательном белье и в рукопашную, однако яр пришел к кругу в полном комплекте криптовой брони и с огромной секирой. Знакомой до дрожи. Ага, да ведь это тот самый летун! Ему разве что шлема не хватает, а так точно он, интересно как яр так быстро оправился от пинка?
  Но еще больше меня волнует такая несправедливость, о каком Суде Правды тут говорить если он при полном параде, а я голытьба голытьбой? Удивительно но люди поддержали меня недовольным гулом, но яр и не подумал снимать доспехи, а десять гридней, его сопровождавших вовсе добавили, мол 'владетелю негоже биться как смерду'. Тут уже народ не вытерпел, вмиг посуровевшие мужики окружили зарвавшихся бойцов. Позволь себе они еще какую-нибудь вольность и быть беде, но толи мрачные лица образумили гридней, толи сами поняли что сказали не то, но больше никто не нарывался.
  Яр Гарл, некогда уважаемый человек и к тому же глава деревни, старался сохранить хоть толику спокойствия и не дать ярости вырваться наружу. Весь его авторитет и сила обратились в прах за один день. Теперь он жаждет крови. Моей крови. И я его понимаю, на его месте сделал бы точно так же. Ведь кто я такой? Дурачок, внезапно обретший чистоту разума, да к тому же покусившийся на святая святых - на власть над людьми. Правда, мне от этого не легче.
  Крах подошел к краю выделенной площадки и не говоря ни слова выхватил из складок одеяния узкий клинок. Коротко свистнуло и на траву полетели тревожно-алые капли.
  - Высший рассудит вас!
  Я стоял рядом с кругом, но войти не мог. Вроде и руки плотно держат харн, что наставник по доброте душевной мне доверил, и уверенность есть, а вот ноги не идут - подрагивают, и ведь зараза, не могу себя заставить. Хоть ты тресни, не слушаются и все!
  А на импровизированное борьбище с другой стороны, явно красуясь перед толпой, вышел мой противник. Картинно взмахнул секирой и закинул ее себе на плечо, да так что понятно - в любой момент скинет и красивым размашистым ударом с полборота развалит любого врага. Рядом с краем поля со стороны яра кроме гридней замерли еще два подручных, тех кто приходил с ним к Сурву, вон и кнуты на поясах висят. И стоят ухмыляются, ни капли не сомневаются в том кто победит. Скоты! Знают ведь, что пацан не обучавшийся воинскому ремеслу не выстоит против опытного воина, ну а то что я выше и плотнее мне не помогут. Одно попадание секирой и бритвено-острое лезвие располовинит меня будто разделочный нож тушку куропатки перед праздником.
  В спину легонько подтолкнули и Грим, впервые за все время моего знакомства с ним участливо добавил:
  - Ступай Перст, помни, чему я тебя учил.
  Шаг, второй, третий и вот я стою на борьбище. Напротив меня криво ухмыляющийся Гарл, яр Грохта. смотрит на меня так будто все уже предрешено и осталось последнее действо - повеселить публику. Он не испытывает и тени сомнения в исходе поединка.
  Не рано ли он меня списывает со счета? Хрена ему лысого, русские не сдаются!
  Растерянность, мандраж и сомнения в мгновение ока смыло волной ярости и злости. И тут же Зверь пробудился. Моя вторая половинка, надежно укрытая в тенетах разума вновь готова действовать! Зверь пробудился резко, словно не спал, а только ждал удобного момента перехватить контроль.
  Дать? А впрочем чего мне терять...
  Мозг погрузился в сладостно-ватное блаженство безделья, единственное что я еще мог - это наблюдать за происходящим, но как то странно, будто гляжу из-за плеча, а на самом то деле просто теперь вижу целостную картину.
  Перемены во мне Гарл заметил не сразу, видимо думал что я уже сломлен и готовлюсь принять смерть, поэтому продолжал играть на толпу, вобравшую в себя наверное даже грудничков. Он пару раз махнул секирой из стороны в сторону и только после этого соизволил начать поединок. Вот только я начал его раньше...
  Зверь действовал в странном рваном стиле, тесно сплетенном из небогатого багажа месячных тренировок, собственных инстинктов и чуточку воспоминаний о русбое. Подкрасться незаметно к яру моей темной половине не удалось, толи он только делал вид что красуется, а на самом деле был собран, толи просто Зверь неверно выбрал траекторию движения.
  Вжик! Сверкнуло лезвие перед моим носом. Зверь чудом уклонился и перекатом ушел влево. Гарл удивленно глянул на то место где я стоял мгновение назад и уже по другому посмотрел на Ога. Теперь из прищуренных глаз исчез даже намек на сожаление, осталось только желание поскорее разобраться с непонятным юнцом. Секунда и решение принято.
  Яр удобнее перехватил секиру и мелкими шажками начал приближаться ко мне. Началась пляска смерти. Лучи солнца ярко освещают лезвия, блики, что должны по идее ослеплять доставляют Зверю лишь небольшое беспокойство. Гарл это заметил после первых же ударов. Мое тело свободно уходило от лезвий секир, подныривало и перекатывалось. Зверь действовал куда эффективнее меня.
  Гарл уже через минуту распалился так, что перестал сдерживать свою вторую натуру: мелочную и подлую. Тут же вместо размашистых красивых ударов появились короткие, резкие тычки, подлянки и приманки. Время показухи кончилось, не успев начаться и те кто мог видеть рисунок боя это поняли.
  Толпа недовольно колыхнулась и выпихнула одного из приближенных яра, того что похож на бочонок для медовухи, всего на полшага, но этого хватило для наказания. Жрец вскинул длань, а Сурв тут же качнулся следом и со всего маха бросил свой молот. Снаряд с ревом пронесся в стороне от дерущихся и ударил в грудь переступившему черту.
  На мгновение гул толпы и хеканье поединщиков перебил смачный хруст вминаемой грудины. Приближенного яра откинуло на пару метров, прямо на руки гридней. Подняться он уже не смог, а через пару секунд у него изо рта потекла тонкая алая струйка. Воины опомнились, зашелестела вытаскиваемая из ножен сталь.
  Жрец повернулся к ним и спокойно заметил:
  - Он нарушил правило за что и поплатился жизнью. Не повторяйте его ошибки.
  Собравшиеся поддержали Краха одобрительным гулом. Гридням пришлось вложить клинки обратно, но взгляды брошенные на Сурва говорили о том, что ему этого не простят...
  Все прошло быстро, но я успел все подметить, благо что Зверь решил передохнуть, а может готовился к последнему рывку. Лот же казалось вовсе не интересуется ничем кроме боя. Внезапно он отталкивается от земли и летит на меня, готовя топор для тычка. Я непозволительно расслабился, а вот Зверь нет, тело ушло от удара и тут уже моя воинственная половина совершает безумный поступок...
  
  
  
  Отступление 3.
  
  Мастер-кузнец Сурв появился в закрытой деревне больше десяти лет назад. Его привел Грим Косарь. Сам мастер о своем прошлом говорить не любил, отмалчивался да шутил по-черному, что вкупе с металлическими зубами придавало им глубинный смысл. Ну а расспрашивать Грима - старейшего жителя Грохта не мог никто, даже избранный на общем сходе яр.
  Люди смирились с замкнутостью Сурва, тем более что кузнецом он был отменным, да и от работы никогда не отказывался, какой бы простой она не была. И все же имея дом, справное хозяйство он не смог окончательно стать своим в деревне. Правда такая судьба ожидает всех кто решится податься в закрытые анклавы.
  Мастер Сурв на первый взгляд казался очень сильным, но медлительным и неповоротливым. Кто не знал его достаточно близко, вообще думал о нем как о недалеком человеке, пусть и с золотыми руками. Ну а Сурв их не разубеждал - жизнь отучила раскрываться перед недостойными. В свое время ему хватило с лихвой 'людской заботы'. Довелось испить полный кубок человеческого яда предательства и злословия. И как бы не было одиноко порой в Грохте, здесь он нашел приют для души. Аккурат до того момента пока не защитил Ога...
  И самое удивительное, жрец обратившийся к нему не ошибся в нем! Вон стоит добрый молодец взгляд держит, в землю не опускает, а ведь видно, что опасается противника. Еще один плюс ему в копилку - не каждый признает силу врага, и еще меньше тех кто видит ее да не отступает, а осознано идет вперед.
  Бой начался с того, что яр решил покрасоваться, показать себя. Ублюдок! Такому в глаза плюй и хоть бы хны, вышел в чужих доспехах, мало того - в доспехах отца Ога. А толпе вон понравилось, считай к борьбищу приперлись все жители Грохта, все пять сотен, включая детей, женщин и стариков. Да и Гарл все же не зря стал яром - показать себя с лучшей стороны он умеет, девицы не смотря на возраст яра перед ним так и млеют, того и гляди платки кидать начнут.
  Сурв не сомневался в том кто победит - силу яра он знает. Чего-чего, а умения ему не занимать. Кузнец уже про себя решил, что как только малец падет под ударом Гарла то тут же не раздумывая вызовет его на бой и убьет. Сделает все, что от него зависит и плевать на последствия.
  Пока мастер раздумывал о происходящем в кругу началось непонятное.
  Кузнец глядел и не верил в происходящее: Ог - глуповатый парнишка оказался вертким сукиным сыном, да таким, что даже пару раз контратаковал, неудачно, но все же. Неужели это его Грим так натаскал всего за месяц? Быть такого не может, но доказательство вон оно - прыгает, уворачивается да скалится по-волчьи, того и гляди завоет.
  Настроение людей начало меняться. Симпатии потихоньку переходили к Огу, да и как не перейти если молодость из него так и плещет. Минуту спустя яр не в силах ничего изменить начал вести грязную игру, плевать он хотел на то как это выглядит со стороны, для него победа важнее. Ну а то что противник сопляк, еще даже не получивший звание новика, так это его проблемы.
  Тьфу!
  Вдруг толпа колыхнулась, да так сильно, что один из прихлебателей яра - Тиф, переступил черту поля боя. Крах тут же вскинул длань, обозначая нарушение ритуала. В некоторых случаях подобное прощалось, но не сейчас. Первожрец так зыркнул исподлобья на кузнеца, что Сурв сам не понял как метнул в нарушителя молот. Лишь когда услышал хруст сминаемой грудины понял, что сделал, но сожаления по этому поводу не испытывал. Он давно уже думал о чем-нибудь подобном, не нравились ему эти двое, с кнутами: наглые псы, возомнившие о себе невесть что.
  Единственное что не понравилось Сурву - пустота в руках. Второго оружия у него не было, не сподобился он как то прихватить клинок, все больше по старинке с молотом ходит, а вот сегодня надо же меч бы не помешал. Вряд ли Гарл забудет о таком. Но открыто мстить не станет, а вот исподтишка это пожалуйста.
   Мастер отвлекся от боя на пяток секунд, а рисунок разительно изменился! Все произошло за пару мгновений. Вот яр прыгает на Ога, тот уходит и внезапно вскинув харн начинает бешено крутить им над головой.
  Вжих-вжих! Вжих-вжик... зеленоватый клинок превратился в сплошную линию.
  Сурв не сдержался:
  - Что ты творишь!?
  Но ответа конечно не получил. Ог крутанул еще пару раз, а затем запустил харн в яра, да не копьем или косым ударом, как могло показаться, а будто простую палку. Шмяк! Тупой конец оружия бессильно ударился о криаптовые доспехи Гарла и свалился ему под ноги.
  'Это конец!' - с безнадежностью заметил Сурв, глядя на харн.
  Ошеломление глупостью действий местного дурачка длилось всего секунду, но этого Огу оказалось достаточно. Сурв заметил только мелькнувшую тень. И тут же послышалась глухой удар и хрип.
  Харрр! Грррр!
  Яр лежал на земле и держался за горло, а Ог в это время с яростным рыком бил ему по лицу и горлу щепотью. Пальцы юнца сразу окрасились кровью, но не это сбило яра, мало кто заметил что сочащаяся из-под пальцев яра кровь течет слишком сильно, будто фонтанирует...
  После показательной расправы над гриднем переступать черту борьбища никто не решился. Все ждали окончания кровавой вакханалии, а продолжалась она еще пару минут. Ог не унялся пока не почувствовал что дух Гарла урешел за Грань. Тело яра обмякло и безвольно вздрагивало от хищных ударов Ога, успевшего покрыться кровавой коркой.
  Последний добивающий удар, судя по состоянию яра, необязательный, Ог провел, как и первый в горло, оставив вторую дырку в шее. Затем он встал и как ни в чем не бывало поднял харн, вышел из круга и поблагодарив Грима за оказанную честь повалился без сил прямо на руки Сурва.
  Толпа ошарашено взирала на залитого кровью Ога, на мертвого яра - бесспорного фаворита и отличного бойца. Все хотели получить разъяснения по поводу случившегося.
  И они их получили от первожреца Краха, начавшего новую проповедь прямо на фоне поверженного врага Перста Корвуса...
  
  
  
  15.
  Будь готов к нестандартным поступкам и тогда Судьба тебе улыбнется.
  
  К логову мримов я отправился с Гримом и Сурвом на следующий день после Суда Правды. Меня мутило даже после того как я проснулся утром. Такой чернухи, которая была вчера, я не видел давно. Оказалось Зверь, что внутри меня и правда зверь - злобный и кровожадный. Это знание хоть многое объясняет, но увы не делает ситуацию проще. Все только усложняется, хотя один положительный момент я все таки выявил - благодаря кровожадности местные прониклись моей 'избранностью' и валом повалили в храм Корвуса.
  Как впоследствии выяснилось прошлый Перст обладал не меньшей жестокостью. Возможно это и убедило людей, хотя и проповедь Краха сыграла свою роль. Вовремя он 'вышел на сцену', именно тогда когда народ впал в смятение. А тут на тебе - есть ответы на все вопросы и еще жилеточка чтоб поплакаться в случае нужды.
  Удивительное дело, но уже на следующий день, когда мы уходили из деревни обратно к Пику Судьбы я видел с десяток мужиков, оставивших домашнюю работу, кажется даже Конский Хвост и тот засветился, видать проникся или может жена допекла. Что не говори, а ночная кукушка, ежели с умом, куда сильнее мужского рационализма. В любом случае народ суетился и споро стучал топорами и молотками по бревнам и доскам.
  Старый храм, покинутый и брошенный еще вчера, преображался прямо на глазах. И это радовало. Не зря я бился, да потом еще полночи мучился. Пусть Крах порадуется пастве, наставит на путь истинный, а там глядишь и я с этого кое-что поимею, все же Перст то я, значит, и сливки моими должны быть!
  Об этом я думал на марше, но к моему великому удивлению он длился с внушительными перерывами - часа четыре идем, два часа на тренировку, легкий перекус и снова четыре часа, потом два час отдыха и снова четыре марша, а дальше уж ужин и сон.
  Я опасался того, что ночью в Мрачном Лесу будет опасно, однако если не считать далекий вой волков, то ничего серьезного не случилось. Живность вовсе будто вымерла. И только утром ко мне пришло понимание того, что мримы то еще не все выведены и скорее всего именно из-за них эдакая тишь да гладь.
  Мне доверили первое дежурство. Благо сушняка наготовили много - только успевай подкидывать, чтоб костер ярче горел, да сиди спиной к огню. Бди. Известно ведь, что ночью часовому на свет лучше не смотреть - минуты на две после этого будешь слепым как крот на солнце. А это недопустимо.
  Вот и сидел я смотрел куда угодно, но только не на огонь. Странно, но сейчас в лунном свете Лес не кажется таким уж мрачным и темным, вон как кора блестит. Неужели смола? Для проверки соскреб с ближнего ствола пару капель и бросил их на кончик горящей ветки. Зашипело и в ночь улетело облачко пара, унося вслед за собой едкий аромат хвои. А ведь ее то я так и не заметил. У здешних деревьев сплошь листья мясистые, крупные, будто в тропиках. Тоже странно - как такие исполины в зиму выживают? Испарения на такой поверхности жуть какое. Хотя какое к черту испарение? Наверное, опадают они, стоеросовая башка, совсем деградировал, простые вещи забывать стал!
  Не удержался и цыкнул с досады. Две луны, пока еще сохранившие единство скрылись за облаками, лес вновь окутал сумрак. Тут же со всех сторон накатило иррациональной жутью, будто мрак стал оживать, приобрел материальность. Воображение усилено распалялось и прорисовывало разных монстриков вот прямо сейчас готовящихся выскочить из-за того разлапистого куста, хотя нет не из-за него, а того что подальше, вон с голубыми прожилками на листьях!
  Уф! Тело предательски вспотело, пытаюсь остановить разбушевавшийся разум, да куда там, от моих хилых попыток противодействия стало только хуже. Минуты через две тряслись поджилки, а зубы отбивали чечетку. И все же я горд собой! Да-да именно так, ведь как бы меня не накрывало, поста я не бросил, продолжая бдеть, ну а то, что организм оказался таким хлипким, - плевать, главное он подчиняется разуму.
  Сколько еще могло это продолжаться я не знаю, но точно не долго, впрочем мучения вскоре закончились - проснулся Сурв, готовый принять пост. Прежде чем я лег отдыхать он внимательно меня осмотрел, будто рентгеном, право слово и убедившись в чем-то, кивнул сам себе отвернулся. Мол все нормально.
  Спал плохо. В мире грез ничего кроме размытых образов не видел. Постоянно хотелось открыть глаза и стереть холодный пот, но никак не удавалось. Так что когда я проснулся от легкого тычка Грима, то чувствовал себя разбитым. С таким отдыхом и никаких нагрузок не надо - все одно будто через камнедробилку пропустили, кости ломят, голова гудит, а в носу свербит. Неужто простыл?
  - Держи.
  Грим сунул мне в руки теплую плошку с густым горячим варевом - легкий завтрак, он же бодрящий напиток, он же хлеб с маслом. Желудок утробно рыкнул, мол, давай ешь быстрее, не трави душу.
  Шумно отхлебнув, едва не обжегшись, я глядел на угрюмые лица Сурва и Грима, однако ничего странного в округе не заметил, значит, нападений не было. А вот проблемы есть и судя по всему решать их придется в ближайшем будущем, возможно даже сейчас.
  Закончив с похлебкой начал собираться, благо вещей - раз, два и обчелся. А сам чувствую, напряжение нарастает, будто знают о чем, но молчат. Наконец я не выдержал:
  - В чем дело? Давайте говорите без утайки.
  Сказал и сел обратно на место, давая им понять, что идти куда-либо дальше не решив всех вопросов я не намерен. Грим как был хмурым так и остался, а вот Сурв слегка оттаял, едва облегченное 'уфф' не сказал.
  Да что у них там случилось? Ложились то нормально все было, никаких препон и трудностей, а ночь прошла и будто подменили их.
  - Тут такое дело, - замялся мастер-кузнец и начал мять в руках пустой мешок. Судя по нерешительности это могло продолжаться долго.
  Ну что ж, подтолкнем их...
  - Наставник, может ты расскажешь в чем дело?
  Грим помолчал с минуту, разжевывая нижнюю губу. Видать прикидывал как лучше до меня довести исходную информацию.
  - Понимаешь, Ог, то, что случилось на Суде Правды многие восприняли как данность, благо что в легендах о Таре, Первом Персте частенько упоминаются свирепость и сила. Для понимающих - это тоже самое, что кровожадность. Ну, а я вовсе сам не единожды видел каков Перст в бою, порой казалось, что он безумен. Однако его поддерживали многие, благо что Тар принадлежал к влиятельному роду и мог себе позволить быть кровавым. Для тебя же это смерти подобно. Кто пойдет за таким вождем? Люди хотят видеть в новом Персте надежду на светлое будущее, защиту от произвола яров, снижение поборов. Да и вообще много чего...
  Грим замолчал и тяжело вздохнул, но взгляда не опустил. Сурв поддержал старика кивком. Оба смотрели на меня выжидающе.
  Эх, как не вовремя!
  Давай, Ярик, поведай аборигенам о доброй зверушке, обитающей во тьме твоего больного разума. Хе-хе, им интересно будет послушать, авось чего путного узнают.
  Заткнись! Без тебя разберусь что и кому говорить...
  Я молчу. Сижу и пытаюсь найти выход. Но самое хреновое в том, что по сути если я хочу, чтобы у меня появились помощники не за страх, а за совесть, то скрывать от них некоторые аспекты жизни нельзя и придется кое в чем признаться. Право второе 'Я', никуда мне не деться от истины. Да и вообще какого черта? Хрен с ним со Зверем, может помогут чем в узде держать эту иногда полезную тварь.
  - Если вы думаете, что я могу стать полностью безумным, то вынужден вас огорчить - это действительно так, - Сурв и Грим не ожидавшие таких откровений выпучили глаза будто пара филинов, но опомниться я им не дал, тут же продолжил: - однако вырваться тьме, что внутри меня, я не позволю и отпускаю контроль только во время боя. А уж тогда Зверь может творить все что пожелает, но даже в этом состоянии он никогда не тронет друзей или союзников. В этом можете быть уверены.
  Но глядя на то, что наставник с мастером по-прежнему напряжены понял что они мне если и поверили, то не до конца. Ну или не в такой мере, чтобы окончательно расслабиться. Но и это уже хорошо, всем известно что большие дела начинаются с малого. Пусть привыкнут ко мне такому. Новому и кхм... многогранному.
  - Харн мне в печень. Что-то подобное я и предполагал, если все обстоит именно так, то выход есть. Найдутся сведущие люди, а пока держи себя на людях в руках, негоже мальцу показывать такое.
  Все, Грим Косарь вынес свой вердикт. Из его слов ясно главное - Персту Огу быть!
  Уф! Напряжение в нашем маленьком дружном отряде тут же исчезло, вновь засияло солнце, правда, где-то там высоко за непроглядными кронами, засиял новыми красками вечный сумрак, заметно посветлевший и посвежевший после ночи, да чего там - дышать легче стало!
  Вот что казалось бы простые слова с людьми делают.
  - Хватит разлеживаться, выступаем, - чуть погодя рявкнул наставник.
  Хорошо, что мы больше никого с собой брать не стали, наставник посчитал подобное излишеством, да и на меня как-то странно поглядывал, будто знает чего и специально не говорит. Допытываться до истины не стал. Чего-чего, а подлянки от Косаря ждать не придется, уж в этом я уверен на сто процентов.
  После резкой смены политики деревни жизнь людей изменилась. Им нужно время чтобы обвыкнуться. Вот только в хорошую ли сторону я не знаю. Хотя честен с собой - мне, в общем плевать на их желания.
  И все-таки состояние Грохта удручает. Мало того, что деревня всего на полторы сотни подворий, так еще и население инертно, хотя каждый мужчина и подросток постоянно занимается с оружием. Вопрос - зачем?
  Ни о какой экспансии жители даже не думают, хотя каждый мужчина - это полноценный воин умеющий постоять за себя и свою семью. Недаром ведь юноша не может стать мужчиной и обзавестись семьей не выполнив двух условий. Первое - он обязан иметь крышу над головой и второе - претендент после выполнения первого условия должен доказать свою состоятельность как защитника.
  Казалось бы имея столь мощный стимул грохтцы должны носом землю рыть, по крайней мере молодежь, но они сидят за стенами и занимаются тем что ищут объекты для издевательств. Таких как бывший владелец этого тела.
  Хотел бы я ошибиться, но даже мимолетного знакомства с двумя из них хватило, чтобы составить мнение обо всех остальных. А для меня подобный контингент с нулевой мотивацией просто как ножом по сердцу. Как выполнить задуманное, если под рукой будут амебы?
  Стоп!
  С чего я решил, что все так и будет? К тому же реваншизм еще никто не отменял. Жаль только распространен он не так широко как можно подумать. Все же век - это срок, особенно для тех кто старается забыть нечто постыдное. Такое как великое поражение. Вот только не всегда это удается, ведь вспоминают и по сей день о Равнине Кровавых Слез, да и ветераны не все умерли, вон хотя бы на Грима глянуть - старик до сих пор в соку, фору любому дружиннику даст.
  Пик Судьбы становился все ближе. Где то часа через два после завтрака у меня в голове что-то щелкнуло и перед глазами раскрылась моя персональная карта местности, причем без 'тумана войны'. И скала на ней сияла пуще солнца в зените, так ярко, что хотелось схлопнуть виртуальную карту! Я скорее почувствовал, чем понял... Вот Он! Я нашел его! Мой Источник!!
  
  
  
  16.
  Одарить ли жизнью поверженного противника - исключительное право победителя.
  
  Радость от понимания что Цель - вот она, на расстоянии руки была тут же омрачена. Мало того, что мой восторг никто не мог разделить, так и я рассказать о его причине не мог. Хотел, да не получилось, изо рта лишь мычание, да козлиное блеянье.
  В итоге, чтобы не усугублять положение, пришлось унять бешено стучащее сердце и заняться тем ради чего мы сюда прибыли - поиском мримов. Ну а Источник я найду чуть позже, тем более, что он может быть чем угодно: озером, самой скалой или вовсе неприметным кустиком...
  - И где их искать? Мы считай уже два часа здесь бродим.
  - Не ной, а ищи.
  - Извини, наставник, но Сурв прав...
  - Ты тоже решил испытать мое терпение, харн мне в печень?
  - Нет, что ты!
  - То-то же, - довольно усмехнулся Грим. Мастер Сурв наоборот нахмурился еще сильнее и с новым трагическим вздохом побрел вокруг скалы. Поиски продолжились.
  В какой-то момент я почувствовал головокружение. Причина тому - одуряющий сладкий аромат. Я всегда ненавидел подобные запахи, помню однажды от подобного амбре едва не оконфузился, но пронесло. А вон Грим с Сурвом идут и будто ничего не чувствуют, все выискивают мримов.
  У-ууу! За что мне это?!
  - Ог, что с тобой?
  Первым заметил мое состояние, конечно же наставник.
  - Вы это не чувствуете? - зажимая нос обеими руками спросил его. Да толку правда чуть - сладостная гниль будто не через нос, а через кожу впитывается.
  - Что именно? - недоуменно спросил Сурв вместо наставника.
  - Этот запах...
  Оба внимательно прислушались к собственным ощущениям и ... ничего, никакой реакции.
  - Пахнет лесом, - тихо ответил Грим и не удержавшись добавил, - ну и дерьмецом в которое Сурв по недосмотру наступил.
  - Вот же ж! А я то думал, откуда так прет...
  Они еще пару минут шутливо переругивались, вспоминая разные пикантные и не очень моменты. Про меня уже и забыли, но я напомнил. Организм все-таки не выдержал - жиденькая кислотно-коричневая желчь хлынула из горла.
  Тьфу! Тьфу! Не сплевывается, лишь тягучая вязкая слюна встала комом в горле. Вот теперь на меня обратили внимание. Грим о чем-то крепко задумался, а мастер наоборот подлетел ко мне и влил в горло жгучую дрянь из своей фляжки, с которой во время похода ни на секунду не расставался.
  Кха-кха! Огненный вал прокатился по пищеводу и грохнулся в желудок. Вмиг полегчало, а в голове загудело, словно десяток колоколов решили устроить перезвон. Красивый такой... мелодичный.
  Спустя мгновение знакомо трелькнуло и в голове раскрылся новый 'пакет' информации. Стоило его обработать и осознать, как все встало на свои места. Все непонятное произошедшее в последнее время стало кристально ясным, по крайней мере, то что касалось Источника. Оказывается дикий Источник, тот что не принадлежит ни одному из Высших, имеет два круга защиты. Первый состоит из полуразумных созданий, ощущающих потребность в энергии Источника и напрямую к нему подсаженные, такие как мримы. Второй круг не агрессивный, но не менее эффективный, хотя панацеей от захвата он конечно не является. Его суть - отпугивать Перста Высшего наиболее эффективным методом. Это может быть персональная визуальная, аудио или обонятельная иллюзия старшего порядка. И выбор того что именно привидится Персту зависит исключительно от самого избранника Высшего, сиречь то чего он больше всего боится или опасается.
  Я все еще пытался сложить кусочки мозаики, как Грим вдруг хекнул и неожиданно поинтересовался:
  - Слушай, а в каком месте пахло особо сильно, ведь сейчас как я понял тебя не накрывает? Может здесь нечто важное?
  Действительно пахнет уже не так сильно, словно основной шлейф прошел стороной. Неужто нашел? А я то дурак, даже не подумал о том, что это может быть второй круг защиты.
  Стоп!
  Откуда Грим об этом знает? В голову тут же наползает множество нехороших мыслей-подозрений, некоторые отбраковываются, таковых процентов девяносто девять, но вот остаток грозил нешуточными проблемами, окажись они правдой.
  Все мои придумки почти сразу канули в Лету, стоило наставнику всего лишь объясниться. Ведь реальность порой куда необычней и запутанней чем воображение.
  - Не глазей так, Ог. Кое-что знаю еще из похода с Таром, мы часто ходили вместе с его гриднями. Так вот пару раз забредали в такие дали и места, что жуть берет. Но удивительно не это, а то что Тар мог часами бродить по одному месту, искал то о чем никто кроме него не знал. А перед тем как покинуть место он лежал весь скрюченный и хрипел от боли.
  Поймав мой неверующий взгляд, наставник немного смутился и чуть тише продолжил:
  - Тар никого не брал в такие места, и более того запрещал идти за ним под страхом смерти, но я же был молодой, глупый. Однажды и не выдержал, пошел следом и увидал что да как происходит... А сейчас вон вспомнил, вот и думаю может тоже нечто похожее? Тар ведь не просто так это Нечто искал, после пары дней роздыха силы в нем изрядно прибавлялось, хотя может и еще чего. Мы ведь о нем и тогда мало что знали.
  Старик замолчал. Окружающий мир ожил. Вдалеке щебетали птицы, шумели кроны исполинов, распространяя едва ощутимый кисловатый аромат. Мне даже показалось, что слышал пулеметный стук дятла.
  - А мримов обязательно добивать? Да и вообще может он последний остался. В конце концов на нас так никто и не напал...
  - Дело конечно твое, но я бы рисковать не стал. Мримы не те создания про которых можно просто так забыть.
  Если нельзя решить поставленную задачу именно в данный момент - перейди к следующей. Или ты, Ярик, забыл прописные истины?
  Зерно истины в этом есть, а это в свою очередь значит, что...
  - Думаю, нам стоит пока прекратить поиски мримов.
  - Возвращаемся? - деловито поинтересовался Сурв. Ему надоело тратить время в пустую, и он изнывал от скуки.
  - Не сейчас, у меня остались кое-какие дела.
  Грим удивления не выказал, лишь одобрительно прищурился и пихнул мастера-кузнеца в плечо, когда тот собрался что-то мне сказать. Не глядя на них, сразу начавших разбивать бивак, я маленькими шажками начал медленно идти обратно.
  Метре на третьем обоняние знакомо мерзостно забило приторной вонью. Но теперь к подобному я готов и продолжал идти вперед, выбирая правильное направление к цели. Отступать я точно не собирался.
  Вопреки моим ожиданиям шлейф тянулся не в сторону Пика Судьбы, а в лес. Пришлось блуждать между огромными необхватными стволами, обходить колючие кустарники и держать нос по ветру опускаясь под разлапистые листья папоротников, мало чем уступающих небольшим земным деревцам.
  Сколько прошло времени, прежде чем я понял, что запах уже не столь мерзкий, хотя само направление ощущалось более полно, я не знаю, но поплутать пришлось изрядно, буквально 'в трех соснах'. Нередко приходилось наворачивать не один круг вокруг особо примечательного исполина, выискивая точное направление. Со стороны наверное мои блуждания смотрелись по меньшей мере странными, особенно если учесть перекошенное лицо.
  Зашкваркало. Да так аппетитно, что аромат готовящейся еды пробил даже завесу пряной мерзости, в животе обижено заурчало, но я не поддался. Еще рано и ежесекундно сгладывая тягучую слюну побрел дальше, наворачивать один зигзаг за другим.
  Меня не звали, даже когда я в очередной раз мелькал на краю маленькой опушки, ни когда Грим с Сурвом сели обедать. Честно признаюсь себе - руководить и отдавать приказы хоть имеет свои плюсы, но при этом такое неблагодарное дело. Обидно.
  Когда казалось, что жизнь подбросила очередную каверзу и решения возникшей проблемы нет и быть не может я таки нашел Источник, но ожидал явно не такого...
  - Что это?!
  - Ог, избавься от него немедленно!
  - Нет, - тихо ответил я.
  Да точно я и никто другой. Теперь точно знаю как поступить, а ведь еще минуту назад сомневался, думал о черте чем. Но стоило услышать пару слов и все встало на свои места. Уф! Груз глупых сомнений свалился с души и теперь осталось последнее...
  В руках мелко дрожал пушистый комок, размером чуть меньше моей котомки, но куда больший весом.
  - Убей его! - рявкнул наставник, да таким тоном, что ослушаться нельзя.
  От неожиданности выпустил мелкое создание из ладоней, послышался тихий всхлип-стон. В руку толи Сурв, толи Грим вложил кинжал. Один удар - один труп. Только так! Это вбивал на протяжении месяца Косарь и надо заметить вбивал хорошо, с оттягом, чтоб надолго запомнилось. Не знаю, может если бы учение длилось хотя пару месяцев, то в голове не возникло бы и тени сомнения. Ну а пока...
  Чуть завел руку и ударил. Лезвие вошло с влажным звуком. Рукоять осталась торчать вертикально вверх.
  - Тьфу! И что с тобой делать?
  Грим развернулся и ушел прочь, за ближайший скальный выступ. Сурв остался и странно так глядел на пушистый комок шерсти, что ластился у моих ног, облизывая протянутую ладонь. А у меня на душе так хорошо-хорошо. Светло и даже радостно.
  Не сразу я заметил сочащуюся с ладони кровь, ранка то пустячная - даже бинт не потребуется, минут через пять кровь сама остановится, и тем более не сразу почувствовал как гнилостно-пряный аромат исходящий от мрима меняется на приятный хвойный с легкой примесью луговых трав.
  
  
  
  Отступление 4.
  
  Высший Корвус последнюю неделю чувствовал как утекает время, его остается все меньше и меньше. Близилась дата, после которой его не станет. Хуже того - вместо двух месяцев стазиса жены и дочери Перста сил хватает лишь на полтора, и то при огромном напряжении. Он переоценил себя, осознавать это было больно и стыдно одновременно. Корвус давно не испытывал таких чувств.
  Вот только именно сегодня Высший чувствовал себя странно. У могущественного существа так похожего на человека, было ощущение захмелевшего и крайне довольного жизнью человека, хотя предпосылок для этого нет, скорее наоборот.
  И все же настроение стремительно улучшалось вплоть до вечера. Вот тогда это и случилось...
  Корвус оказавшись в этом мире, быстро привык к благам цивилизации, полюбил и усовершенствовал некоторые аспекты своей жизни. Так что джакузи с ароматным кофе и сигарой после рабочего дня прочно обосновались в его расписании.
  Пентхаус 'доктора' занимал целый этаж элитной высотки на Театральной. Крыша по спец заказу была сделана куполообразной, полностью стеклянной - идеально гладкой и прозрачной, с минимальным искажением. Фэрт любил ночной небосклон Земли с его серебристой Луной и мириадом звезд. Он часами мог сидеть и наблюдать за неспешным движением светил, попивая обжигающий кофе и вдыхая аромат сигары.
  Вот и сегодня выбравшись из джакузи Корвус первым делом сделал новую порцию напитка и достав серебристую 'торпеду' сел в любимое плетенное кресло. Но не успел он пригубить исходящую паром чашку как по телу пробежала сладостная волна энергии. Да такая живая и радостная, что единственное сравнение - экстаз. И не простого, обыденного, а такого которого ждешь месяцами или даже годами с той самой!
  Жаль только поток пришедшей энергии быстро истощился, хотя может просто изголодавшийся Корвус его слишком резво поглотил? Высший от нахлынувших чувств взбодрился неимоверно и пока не спешил проверять пополнившиеся резервы. Лишь по прошествии пяти минут эйфории он впал в транс.
  Как это всегда бывает во время глубокого погружения - оптимально затратного мероприятия, тело доктора треснуло в буквальном смысле и на пол посыпалась сухие мелкие лоскуты кожи, распадающиеся в пыль прямо в воздухе. Жалобно скрипнуло, но не развалилось, кресло под сильно раздавшимся телом Корвуса. Но ему на эти мелочи плевать, как и то, что пол под ним покрывала тонкий желтовато-серый слой пыльцы - это все, что осталось от слезшей кожи.
  В это время он блуждал в тенетах своего внутреннего мира. Новый Перст - последняя надежда и единственный пристойный кандидат на эту роль, не только выполнил, но и перевыполнил первую задачу. Сила найденного им Источника могла сравниться с двумя прошлыми Источниками! К тому же энергия в нем постоянно пополнялась, а не истощалась как это обычно бывало раньше. Правда скорость пополнения и сам 'ручеек' не впечатляли, но сам факт говорил о многом. И как тут не радоваться?
  Правда, кое-что все-таки смущало. Вместо одной связующей нити Перста он видел две, причем вторая имела отличительные черты первой. Что это могло значить Корвус не знал и конечно же попытался избавиться от нее, но все чего он добился так это того, что потери Силы возросли, а связь двух нитей упрочнилась, кажется еще немного и они вовсе срастутся или переплетутся будто волокна каната.
  Еще немного помучавшись, Корвус оставил попытки убрать лишнюю связь, да к тому же общее потребление энергии этих двоих было меньше чем вырабатывал Источник, оказавшийся теперь целиком во владении Высшего. Подумав он решил оставить все как есть, до тех пор пока не найдет способа решения этой неожиданной проблемы.
  - Надо ему весточку послать. Теперь одну из них я точно спасу, пусть порадуется.
  Спустя несколько минут манипуляций с Силой нужные сведения отправились к адресату, пока еще не подозревающему о том, что он случайно совершил...
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Часть 2.
  Сражайся, побеждай, но не забывай!
  
  
  1.
  Хорошо жить тогда, когда за спиной надежные тылы.
  
  - Ог! Ог!
  Мрачный Лес оказался куда приветливее отзывов о нем. По-крайней мере в пределах двух-трех километров в него можно зайти и не боятся быть съеденным каким-нибудь монстром. Сколько я тут нахожусь, а доказательств обратного так и не увидел.
  А между тем среди деревьев мельтешили мои оруженосцы: Воздран с Крыном. Парни старше настоящего Ога года на два, выселковые дети. Воздран сын пасечника, а Крын лесоруба. Ребята толковые простодушные и донельзя мечтающие стать воями, а для этого что нужно? Правильно - отличиться в битве и победить как минимум двух противников. Парни естественно прошли должное обучение и знают с какой стороны держать оружие, однако как осуществить подобное если вокруг Мрачный Лес и Ледяные Горы? Время шло, но они о мечте не забыли - не успели обрасти детьми, хозяйством, не растеряли то немногое чему их учили.
  Появление Перста оба восприняли как дар Высшего и через два дня после моей победы над яром на Суде Правды попросились вступить в мою пока еще несуществующую дружину. Что я им мог ответить? Конечно же да и прямиком направил к Гриму.
  Но все это было тогда, а теперь эти охламоны отчего-то вбили в свои дурные головы, что должны неотлучно быть при мне. Защищают значит. Я то не против, но не в буквальном же смысле они должны быть рядом?!
  Вот и приходится Персту, нареченному первожрецом Корвуса перед лицом всего честного народа Грохта, прятаться, чтоб выкроить минутку другую отдохнуть от мельтешения и суеты...
  Отстаньте! Отвалите и не мешайте! Да именно так я бы и сказал, будь это месяца три назад. Но теперь, когда позади Суд Правды и восемь недель усиленных тренировок с Гримом, занятия с Крахом и Сурвом... я такого позволить себе не могу.
  Ведь теперь Ог - официально признанный Перст Высшего! Правда в отдельно взятой деревне и семи родовых выселках - мелких поселениях на два-три дома, неподалеку от Грохта. Но как говорит первожрец: 'без малого нет большего'. Да и я по сути добивался именно этого, так что нечего задних ход давать, а иногда так хочется, особенно в такие моменты как сейчас.
  Я валяюсь на краю опушки Мрачного Леса, под рукой мирно посапывает заметно подросший Сема. Нет, это не человек, это мрим, тот самый которого я не смог убить. И честно замечу - ни капли не жалею об этом, этот пушистый комок беспокойства и детской энергии, приносит в мою жизнь так не хватающие радость понимания близкого существа и душевной теплоты. До сих пор не могу понять почему никто раньше не приручал мримов, ведь они чуткие и по-своему добрые, кхм... правда только к тем к кому добр хозяин.
  Вот только есть одна проблема. Я как и любой первооткрыватель не могу воспользоваться опытом предшественников, которых кстати поблизости нет и не было, разве что Крах поделился информацией, но она оказалась столь зыбка и поверхностна, что мои обрывки воспоминаний о дрессировке и то значимей. Так что все нюансы общения с Семой пришлось постигать самому. Не скажу, что это было легко. Первый месяц выдался кошмарным, мало того, что наша непонятная для меня связь крепла и проникала в нас обоих равноценно, так еще и появились проблемы с воспитанием.
  Конечно, первое с чем пришлось столкнуться - это имя питомца. С этим проблемы как я думал, не ожидалось, мол, чего сложного? Подумал, выбрал какое понравилось и назвал. Дело нехитрое. А вот хренушки! Одно только имя выбирали целый день. Мрим сам искал подходящее, такое с каким жить. В конце концов перебрал сотни вариантов решил выбрать такое, чтоб о доме напоминало. Так и появился Семен, хотя я его Семой зову, для уха приятней. Мриму понравилось, что удивительно, ведь до этого каких только не было, а тут земной Семен приглянулся, видать судьба...
  Вторая проблема - неуемный аппетит мрима и его странное взросление. Наестся от пуза за пятерых (это не преувеличение) и на боковую, в течение пары дней, а потом на сутки пропадает и появляется заметно подросшим. В первый уход мрима я поднял всю деревню на ноги, естественно Сему не нашли, он сам вернулся, только в два раза больше чем уходил. И так повторялось три раза. А ведь жрет он ой как немало! Приходится охотничьи партии едва ли не каждый день в Лес отправлять, хорошо, что после активации Источника живность сюда вернулась, а то бы полный швах наступил.
  И третья наверное самая непонятная проблема - Зверь, что дремлет внутри в присутствии Семы пробуждается, но бездействует, будто наблюдает со стороны, за эти два месяца не было ни одного рецидива и даже попыток перехватить контроль, прямо прилежный пай-мальчик, но я то знаю на что он способен! А теперешнее состояние не понимаю, оттого и теряюсь в догадках.
  - Вот ты где! Уф, еле нашли!
  Мне импонируют эти двое тем что всегда добиваются своего, пусть иногда на это требуется много времени, но ведь не бросают, всегда лезут вперед через преграды и трудности. Но как же порой они достают...
  - Наставник прибыл! - торжественно сказал Воздран.
  - Идем.
  На сей раз ребята искали меня не зря. Грим Косарь отлучился на месяц по архиважному делу, напрямую завязанному на моей миссии. А вообще удивительное дело, прожил в этом мире месяц и ничего кроме тычков не получил, но стоило убить одного человека и все вдруг изменилось. Мнение людей, пусть и своего рода ортодоксов качнулось в мою сторону, правда большая часть заслуги в этом принадлежит Краху.
  И все же наречение было? Да. Все его приняли? Еще раз да, вот и верь после этого людям. Сначала готовы растерзать, а теперь поставили во главе себя, пусть условно, но мою власть признали.
  В течение всего последующего месяца шли кулуарные игры деревенского масштаба. Вот только одно плохо - нет в команде сторонников Перста бабьего контингента. А что это за сила уж я то могу представить. Ночная кукушка всегда дневную перекукует. К тому же многие вопросы женщины понимают по-своему исключительно в собственных интересах. Очень часто они с мужскими даже рядом не стоят, но общей направленности не теряют, все равно что сравнить выпечку хлеба и поход на войну. Вроде и разные вещи, но направлены в одно семейное русло - сохранение и приумножение благосостояния. А оно бывает самым разным, вот так то!
  Естественно отдавать такой инструмент в руки затаившихся противников нельзя. Как бы бунта не случилось. Люд то простой - как нарекли, так и скинут, предварительно укоротив на голову.
  Для решения этой проблемы устроили мозговой штурм. Оказалось не зря. Выявили нужное противодействие. Оказывается у Грима в выселках проживают родственники, причем в четырех из семи. Пять семей с многочисленным потомством. Вот их помощью и решили воспользоваться. Для этого к ним и послали Грима Косаря - главу рода, хоть и отошедшего от дел, но влияния на своих родичей не утратившего.
  Спрашивать подробности я не стал, благо до деревни час пешим ходом. Скоро сам все узнаю...
  О недальновидном поступке пожалел сразу как только оказался на главной улице. Ее перегородили десятки повозок вокруг которых галдела многочисленная толпа, вобравшая в себя как старожилов, так и новеньких, тех с кем я не был знаком.
  Меня заметили еще на подходе. Навстречу вышли Крах с Сурвом, Грима не было. Наверное улаживает жилищные вопросы. Благо два подворья вот уже две недели как пустуют, дожидаются заселения. Семьи яра и медовара решили поискать лучшей доли на выселках.
  Удивительное дело - монстры нападают на деревню, а выселки не трогают. Там даже зверье не такое как возле деревни, по словам первожреца на месте основания провели Обряд Защиты Земель и теперь чтобы монстры смогли найти остальных людей им нужно сначала уничтожить Грохт.
  Задумка хороша, тут не поспоришь. Куда проще защищать одно место, чем постоянно патрулировать многие километры. Ну а раз деревня живет не один десяток лет, то выходит теория на практике подтверждена.
  Правда я понимаю, что выселки не меньшая проблема чем монстры - слишком много свободы у них, могут и выдумать чего-нибудь ненужного, вроде как перестать оброк платить или на защиту деревни сыновей-мужей посылать. Но и тут первый яр не сплоховал, он взял и ограничил выселки не только количеством дворов, но и территорией на которой они могут селиться.
  Так что семьям медовара и яра Гарла придется несладко - срубы то им помогут поставить, а вот дальше пусть живут как хотят. Соблюдая правила конечно. Да и признаться самому себе - такой поворот событий радовал. Немалый камешек с весов противостояния покинул чашу недругов. Ну а то, что они направились куда-то, там не беда, главное, чтоб дали время закрепиться!
  Сегодня к тому же первый день осени. Символично. Еще бы небо очистилось от серого покрывала хмурых туч и вообще чудесно стало. Но видать не судьба, ну и ладно.
  Первожрец с мастером-кузнецом дожидались меня возле последней повозки, той что была замыкающей. Глянув на лица обоих внутри все обмерло, завяло чудное настроение и мысли-тараканы зашевелились.
  Вот, Ярик, не всегда все шоколадно! Бывают и такие эпизоды...
  Намерено не слушал внутренний голос, гнал от себя все худшее что могло прийти в голову. А Крах с Сурвом все ближе, лица собранные, насупленные, будто решают кого из жителей отдадут на съедение племени огринов.
  Подошел, подбородок вздернул, но слегка, так чтобы быть не высокомерным, а просто спокойно-сдержанным. Получилось ли? Судя по реакции нет. Первым заговорил Сурв, поправив пояс и одернув рубаху он сразу так сказать с плеча рубанул:
  - Он не вернулся.
  По голове будто черпаком ударили, того и гляди ноги подогнуться. Вот черт, такой реакции от себя я не ожидал. Неужто так сильно к старику привязался? Это нехорошо, мне нельзя так, иначе девочек не спасу. И тогда какого ляда собственно я сюда попал? Все соберись тряпка!!
  - Как это случилось? - проглотив подступивший комок, спросил я.
  Крах непонимающе посмотрел на меня, затем на кузнеца и ахнул, а затем зло сплюнул в колею грязи оставшуюся от телег.
  - Тьфу ты, Сурв, совсем голову потерял?
  Теперь я непонимающе уставился на жреца. Крах охотно пояснил.
  - Жив Грим. У него дела появились срочные, вот он и передал, чтоб за тобой послали и поторопили с выполнением нашего плана. Так что нечего прохлаждаться, пора делами заняться!
  А вот это уже неправильно. Не слишком ли старик о себе много возомнил? Что ж, коли так то и укорот дать не зазорно.
  - Я сам решу, когда и что мне делать, жрец. Ваш план хорош, спору нет, но когда и что делать решать мне и никому другому. Тебе это ясно?
  Чувствую, как каменеет лицо, превращается в маску, слова даются с трудом, с губ чудом не срывается рык. Но то у меня, а вот Сема не сдерживается и делает шаг вперед легонько дергает верхнюю губу, обнажая клыки. Это еще не злость, но Краху хватило. В глазах мелькнул испуг, но тут же пропал. Я одернул мрима. Не хватало еще первых союзников терять по такой дурости. Да и сам хорош! Сдержанней нужно быть, сдержанней!
  Вон и Сурв странно так поглядывает и не поймешь, одобряет или винит, надо будет с ним отдельно побеседовать, ну а первожрецу все равно придется следовать за мной, ведь как не крути именно я столп культа Корвуса. Мои выводы потвердел сам Крах. Жрец склонился и как можно почтительней произнес:
  - Как будет угодно, Персту.
  
  
  
  2.
  В жизни много моментов, когда приходится делать трудный выбор.
  
  После прибытия родичей Грима минул месяц. Осень наконец проявила себя и теперь на небосводе почти не появлялось солнце, а мелкие моросящие дожди прочно вошли в обиход жизни Грохта.
  За эти дни успело многое произойти, еще больше промчалось мимо или не случилось. Хотя возможностей была прорва. По первоначальному плану мне следовало совершенствоваться во владении оружием еще месяца два, вплоть до начала зимы, благо у тела Ога отличные данные, да и халтурить я никогда не любил.
  Вот только не всегда удается задуманное. После активации Источника, который как я понял был где-то поблизости от Семы, я получил весточку от Корвуса. Первую с тех пор как оказался в этом мире. Высший порадовал неимоверно!
  Красочный сон с Корвусом в главной роли. Как заметил Высший: 'только так можно общаться минуя длительные ритуалы и сокращая затраты энергии к минимуму'. Что ж ему виднее.
  Он обрадовал тем что его резервы значительно пополнились и он готов начать исцеление Оли, а Юля теперь может находиться в стазисе не меньше года! Обрадовался ли я? Неимоверно! Правда где искать второй Источник? Черт его знает...
  Так же Корвус раскрыл дополнительную информацию о том какими бонусами может обладать Перст, сиречь я. Выяснилось, что разными, все зависит от того какой из источников принят. И способности эти не вечны, они исчезают после того как Источник истощится, но когда это произойдет неизвестно.
  Однако суть бонусов-способностей Корвус не раскрыл - мол пойму в свое время, хотя заметил что количество подвластных Источников пропорционально силе Перста, причем есть Источники дополняющие друг друга, а есть исключающие, так что хапать все что лежит 'бесхозно' тоже не получится. Можно нарваться на крупные неприятности летального характера.
  В целом монолог Высшего получился содержательным, но коротким. В конце не обошлось без напутствия в духе пастора. Мол, давай Ярослав двигайся дальше и твои желания исполнятся.
  Проснувшись даже думал броситься черт те куда сломя голову лишь бы скорее найти второй Источник, но здравомыслие победило, правда часа через два. Пришлось задавить в себе кучу глупостей. Хорошо что время есть, теперь то моим девочкам ничего не угрожает. Можно более обстоятельно все обдумать и решить как и куда двигаться дальше.
  Меня хватило на месяц. Стоило Гриму уехать и целостная картина окончательно выстроились. То что мы обдумывали в течение всего времени изменилось и я только ждал времени когда наставник вернется, чтобы окончательно убедиться в их правильности, заодно согласовать реализацию, но Косарь долго не возвращался. Пришлось принимать решение самому.
  И вот на утро третьего дня последнего летнего месяца из Грохта в направлении Ледяных Гор вышел отряд из десяти бойцов: семи ратников и трех новиков, включая меня, Воздрана и Крына...
  
  
  
  3.
  Пытайся объять необъятное, когда это возможно, потому как второго шанса может больше и не быть.
  
  Я успел пожалеть о решении найти криптовую жилу сотню раз. Мы блуждаем по горам уже две недели. Мог бы - вернулся, но вернуться с пустыми руками, значит признать себя слабым, беспомощным. Какой же я тогда Перст Высшего? Тем более что перед тем как выйти на просторы Хортейма нужно предъявить сомневающимся, а таковых будет большинство, нечто неординарное. К примеру, новые изделия из крипта, а еще лучше привести парочку прирученных тварей, тех самых, что не переставая нападают на подгорные деревни.
  Первоначально казалось, что поиски будут быстрыми и плодотворными, мол сконцентрируюсь на своем Чувстве Направления - все полезные места как на ладони. Ан нет, не все так просто. Сканер то не обманывает и показывает как надо, вот только место может быть в такой заднице, что добраться туда нереально. Хотя карта и сканер в одном виде 'засвечивает' исключительно минералы, а вот стоянки огринов и других тварей не находит.
  За четырнадцать дней похода мы поднялись уже на вторую гору. Нашли три точки на карте и все пустышки. Добраться в этих местах до крипта реально только после долгих горных работ. Все ледяных мои надежды на третью гору. Надеюсь на ней удастся найти хоть что-то, потому как оставаться в горах дольше чревато. Хватит того, что нам и так везет как утопленникам - два срыва - Воздрана и Трима, чудом не закончившиеся гибелью; один обвал, заваливший пещеру из которой мы только-только вышли.
  Хватит испытывать судьбу, похоже я переоценил свои силы, проверяем еще одну точку и трогаемся обратно. Радует что Сему оставил у Краха, конечно пришлось выдержать нешуточный бой с мримом, а потом запереть своенравное создание в клетку, чтоб не вздумал идти за мной. Понимаю что жестоко, но иначе никак, его организм еще долго будет набирать силы. Хотя чувствую - мое сердце ледяные когти держат. Видно правда связь образовалась нерушимая...
  - Ог, ужин готов, - позвал меня Крын
  Четырнадцатый день, еды осталось немного, хорошо хоть вода всегда есть.
  Последние полчаса я сидел в стороне от костерка, погрузившись в себя. Каждую свободную минуту я посвящал поискам отличий себя земного и того, кто оказался в теле дурачка-Ога. Благо медитация вкупе с некоторыми техниками позволяют заглянуть вглубь себя. Подобным я начал заниматься недели три назад, когда выяснил что не представляю как создавать криптовые вещи. И самое паршивое - в этом деле мне никто не помощник, не потому что не хотят, а потому что не могут и не знают. Вот и приходится корпеть, тыкаться раз за разом в тупики сознания. Выматывают такие 'посиделки' зверски.
  Так что перерывы обязательны, иначе буду словно амеба. Помнится в первые два дня так и было, отряду пришлось несладко. Переходы по горам, это не прогулка по равнине. С тех пор доводить тело до истощения я себе запретил, благо техника 'якорей' позволяет сделать удивительные вещи с собственным разумом!
  Правда о потребностях организма забывать не следует. Вон и Крын стоит, ждет пока его глав встанет. Заботится. Черт побери, приятно знать, что ты не безразличен кому-то. На земле подобное объяснимо, а вот тут внове.
  Отряхнулся от пыли и мелкого мусора, что нанес ветер в закуток спокойствия, неведомо как появившийся среди Ледяных Гор. Теперешний лагерь разбили между двух скал - ветра нет, снега тоже, при должной сноровке - райское местечко, особенно если есть с чем сравнить. А уж коли горяченькое найти, то и вовсе сказка! В ненастье исходящая паром похлебка с черствой краюхой хлеба здорово поднимает настроение. Говорю на полном серьезе, испытано неоднократно.
  Сам закуток площадью не превышал сорока квадратов, достаточно для десяти человек. Сейчас вокруг костерка, разгоняющего наползающую со всех сторон темноту, сидело шестеро. Еще двое бдят поодаль, на выходе из горловины маленького ущелья. Здесь в Ледяных Горах следует держать ухо востро. Правда лично я за все это время никакой живности здесь не заметил, хотя следов хватало. Вон на некоторых припорошенных снегом тропах видели не одну цепочку мелких и больших следов. В таких делах доверился ратникам, благо десятник Микула воин опытный, бойцов в поход подобрал знатных - у каждого за плечами не один выход 'в поле'.
  Удивительно, что они мне подчиняются, пусть по своему, но и это дорогого стоит! Семеро взрослых мужиков слушали приказы, но выполняли их по собственному разумению, и это скажу я правильно. А то слепое повиновение с командиром-неучем ни к чему хорошему не приведет, уж я то знаю, сам в таких ситуациях бывал не раз, еще в земной жизни. В руководстве главное - это понимание ситуации и правильное распределение обязанностей.
  Вон Микула руководит всеми незаметно, но авторитетно, его слушают и подчиняются охотно. Порой глянешь и завидно, до того естественно у него все получается. Думаю и у меня так может быть, главное голову раньше времени не свернуть...
  Костер весело трещал, пахло варевом Трима - отрядного кашевара. Не сказать что повар он отменный, но сытную похлебку наверное может сварганить из чего угодно, чувствуется громаднейший опыт.
  Ночное небо затянули низкие облака, здесь в горах кажется будто до них можно дотянуться рукой. Из-за их плотности окружающий мир кажется враждебным, как в Мрачном Лесу, воображение само рисует скрытых за выступами врагов, дополняет блестящими глазами, интерпретирует природные шумы в рычание чудищ. Здесь волей неволей не хочется задерживаться. Примиряет с этим миска обжигающего варева и тепло горящего костра...
  - А еще старики рассказывают, что когда после равнины Кровавых Рек западники сунулись через горы, чтобы дожать нас окончательно, то не смогли пройти и двух перевалов. Их армии неся огромные потери повернули назад, оставляя на поживу горным созданиям десятки тысяч своих мертвых и раненых. До сих пор иногда в телах спускающихся огринов находят части амуниции той армии.
  - Крын, ты б лучше вместо дедовских россказней что-нибудь бодренькое исполнил, - хмыкнул Микула, натирая клинок тряпкой, смазанной в животном жиру.
  Остальные ратники так же занимались тем, что чинили доспехи или холили оружие. У каждого с собой было по два типа оружия: на ближней дистанции - мечи или топоры и на дальней - рогатины или по две-три сулицы. Причем рогатины не те деревяшки с двумя наспех заточенными концами из народного промысла, а полноценные копья с крепким перекрестьем. Таким оружием при должном умении в паре можно и от огрина отбиться, если не зевать. Из семи ратников у четверых вторым оружием были именно они, а вот у оставшихся трех за спиной плотно прилегали полутора метровые метательные копья. На мои вопросы почему ни у кого из воинов нет лука получил исчерпывающий ответ - бесполезен. Естественно о том почему объяснять никто не стал, а я и не настаивал. Местные лучше в реалиях разбираются.
  Крын тем временем для вида еще поломался, хотя было видно что ему приятно. Просит не абы кто - взрослые мужи! Он мог бы и дальше мяться, но я не дал. Раз принес мне клятву на крови, то и принадлежит мне душой и телом. Страшная клятва, но действенная, уж в этом Крах меня просветил как никого другого, к тому же иначе и быть не может для тех кто желает приблизиться ко мне, по крайней мере пока я сам не начну распознавать людей. Так что стоило лишь глянуть на парня, как он тут же выпрямился и смочив горло сильно разбавленной медовухой, протянутой Тристаном, одним из метателей, тихо запел...
  
  Звездопад, да рокот зарниц.
   Грозы седлают коней,
   Но над землей тихо льется покой
   Арканей.
   А поверх седых облаков
   Синь соколиная высь.
   Здесь, под покровом небес
   Мы родились.
  
  По спине побежала первая волна мурашек, от неожиданности я даже вздрогнул. Не ожидал такого. А ведь цепануло меня будь здоров, такое последний раз еще в школе было, когда друг на гитаре 'Прогулку по воде' играл...
  
   След оленя лижет мороз,
   Гонит добычу весь день,
   Но стужу держит в узде
   Дым деревень.
   Намела сугробов пурга
   Дочь белозубой зимы.
   Здесь, в окоеме снегов
   Выросли мы.
  
   За Льдом куют топоры,
   Буйные головы сечь,
   Но инородцам кольчугой звенит
   Славная речь.
   И от перелеска до звезд
   Высится Белая рать.
   Там на чужой стороне
   Может, придется умирать.
  
  Крын замолчал, а его голос все еще пробирал до костей и тормошил казавшиеся потерянными струны в зачерствевшей душе. Голос у парня оказался приятным и обволакивающим, слушаешь и не можешь оторваться, окунаешься в сказ. Да именно так! Это не песня - это куда большее. Вон у всех глаза затуманены, каждый думает о своем, нормальным остался только сам Крын, он тяжело вздохнул и подхватив топор с кулачным щитом поплелся менять стоящего в карауле Хорса.
  Не успел он отойти как у меня резко взвыло чувство опасности. В руки прыгнул выкованный Сурвом специально для меня харн, конечно не тот что у наставника, но и не простая поделка ремесленника. Сжав рукоять почувствовал как чаще забилось сердце прогоняя больше крови по мышцам, разнося адреналин, готовя тело к бою.
  Напряжение нарастало, чудилось будто на меня кто-то смотрит, но не напрямую, а вскользь словно изучает или готовится к чему-то и сейчас прикидывает шансы на успех. До ушей доносится едва уловимый шорох осыпавшегося мелкого сора.
  Интуиция заверещала свиньей-подранком!
  Я тут же не раздумывая ухожу перекатом в сторону. Плевать, что толкаю рядом сидящих, они мне сами спасибо скажут, если выживут.
  А туда где я сидел мгновение назад мягко приземлился огромный снежный волк, достающий в холке мне до пояса. Кил под семьдесят точно! Такому мастодонту перекусить древко раз плюнуть. Волк крутанулся на пятачке, словно вьюн, попутно с легкостью разбросав двух ближних ратников, рыкнул и как был с полуприсяда прыгнул на меня.
  Клац! Клац! Челюсти хлопнули в сантиметре от лица, чудом не распотрошив брюхо. Мрау! Волк рычит, шерсть вздыблена, из пасти капает вязкая слюна, того и гляди камень под ногами начнет шипеть и плавиться.
  Ярик, сделай что-нибудь, иначе схарчит за милую душу!!
  Тут с голосом согласен, но вот беда поделать ничего не могу, разве что пытаться подловить харном прыткую белую тварь, вознамерившуюся отужинать мной. Удар, уворот, снова удар - опять мимо. Волк больше не бросается абы как, кружит вокруг, свободно уходит от куцых ударов и выжидает удобного момента...
  Вот как сейчас.
  Я сделал глупость, понадеялся на свою силу и замахнулся чуть сильнее. И тут же снежно-белый ком сбил меня с ног, секунды не прошло. В груди сперло, перед глазами закружилась желтая мошка и в лицо из пасти шибанул смрадный ветерок.
  Попытки хоть как-то отбросить тварь провалились, единственное чего добился - подхватил корягу, из кучи дров и воткнул ее поперек пасти. Но надолго ее не хватит, лежу придавленный и вижу как деревяшка начинает ломаться, вот одно волокно хрустнуло, за ним второе...
  Это конец.
  Но тут очухались остальные и подхватив первое попавшее под руку бросились мне на выручку. Свистнули сулицы, разом ударили рогатины. Волк клацнул челюстью и отпрыгнул в сторону.
  Помощь пришла вовремя, правда и снежный волк попался матерый - те удары что он принял на себя пришлись по касательной, но большая часть вовсе промазали, так что даже шкуру не попортили. Но и зверь не дурной, понял, что не удастся человечиной полакомиться, порычал для острастки, обнажил длиннющие клыки и прыгнул куда-то в темноту. Посыпалась каменная крошка и скрежет когтей о скалу. Зверь ушел. Вот он тут, а через мгновение его нет.
  - С этого момента в карауле стоят двое, рядом с лагерем, - первым делом приказал Микула, убедившись в том, что повторной атаки не предвидится.
  'Легкая' прогулка по Ледяным горам закончилась. Все проверяем последнюю точку и обратно. Не хватало еще консервами для местного зверья стать!
  
  
  
  4.
  Создать нечто новое можно, но нужно ли?
  
  После нападения снежного волка прошло два дня. Нервных и очень долгих. Хотелось бы сказать, что я верил в успех предприятия, но это было бы неправдой. К последней точке хотелось добраться поскорее. Да только уверенности в том что найдем там крипт нет. А вдруг очередная пустышка? И ведь придется поворачивать назад.
  Черт! Ситуация препаршивейшая. В этом есть только одна положительная сторона - скоро метания прекратятся...
  Вчера специально на ночь глядя не стали выходить к интересующей нас старой гладкой горе, почти неразличимой на фоне молодых громадин, вздымающихся над землей будто великаны над муравьем. Разбили лагерь в маленькой пещере, отдохнули и спозаранку, с первыми лучами солнца начали восхождение.
  По сравнению с тем какие тропы наш отряд оставил позади, - этот путь показался обычной утренней прогулкой после завтрака: мышцы размять, да голову освежить, не более.
  Каждые пятьдесят шагов мы замирали. Я сверялся с картой и с замиранием сердца видел, что тусклая желтизна начинает набирать цвет. На высоте трехсот шагов отметка горела ярким оранжевым, а на пяти ста вовсе превратилась в красный глаз, смотришь и будто тебя в прицел разглядывают. Брр, мерзкое чувство.
  Что ж с высотой определились, осталось найти как пробраться внутрь. Удивительно, но пещеру, причем довольно просторную и явно обихоженную чьими-то хозяйственными руками удалось найти до неприличия быстро - к ней вела заросшая травой тропинка между трех скал.
  Стоило мне переступить невидимый порог, как сразу понял - вот оно, то самое. Где-то здесь крипт, я всеми фибрами души ощущаю его, а Зверь, обычно дремлющий и пассивный едва ли не рычит от предвкушения.
  Сиди и не рыпайся, мой безбашенный кровожадный друг! Смирно кому говорю! Вот уже лучше, сразу бы так, а то ишь расшалился, будто кровушку почуял, окаянный.
  Я то говорю чтоб его приструнить, а на самом деле себя сдерживаю. У самого руки дрожат как у наркомана, получившего долгожданную дозу, хотя с чего бы это? А тело вовсе посвежело, силы так и переполняют, ноги сами понесли в дальний угол, туда где виден едва различимый верстак, кузня, горн и куча шлака, наваленного прямо возле стены рядом с дверью с огромным амбарным замком.
  Вдруг к куче подошел Микула и с придыханием толи всхлипнул, толи прошептал:
  - Нашли...
  Я сначала не понял о чем это он и перебрасывал взгляд с одного ратника на другого, затем вернулся к Микуле. Все они глазели на кучу шлака, которую и в фундамент сарая то бросить подумаешь десять раз, а эти глядят так будто гору золота вперемешку с драгоценными камнями увидали. А затем ратники, Воздран, Крын перевели гляделки на меня и уставились с мольбой.
  Взрослые люди, а ждут чуда. Но как их осуждать за это, если я сам такой? Вон жил прагматиком, чуточку скептиком и грамульку романтиком - лишился надежды и сразу поверил в несуществующее, даже в храмы стал наведываться. Может и помогло, раз Корвус в трудный момент повстречался. И пусть говорит, что следил за мной, искал, но я то знаю, что в жизни не все так просто и от одного желания мало что зависит. Порой нужна Вера, пылкая, страстная и чистая, пусть появившаяся всего лишь минуту назад, но захватившая всего тебя. Эх, поздно я это понял, сейчас, как скот чувствую, что опять становлюсь прагматиком, но по-другому и быть не может. Человек так устроен.
  Чуть погодя я понял, что шлак и есть тот самый крипт. Вот только в голове нет и намека на то как его использовать. А эти стоят словно истуканы и ждут, будто побитые псы жаждущие прощенья. Черт и поделать ничего нельзя!
  На периферии мыслительных процессов, граничащих с безумством пристанища Зверя, появилось нечто важное. Я не мог понять что же это такое до тех пор пока не попытался притянуть его к себе. Информационный сгусток мгновенно рассосался, а в голове появились новые сведения, сотнями слайдов пролетевшими перед глазами. Все тонкости создания криптового оружия, которых на самом деле и не было. Да и сам пакет данных на сей раз пришел не живительным потоком, а эдаким письмецом с минимум информации. Или это мозг адаптируется к новым реалиям? Хотя чего мне думать об этом если главная функция сохранилась - информация поступает и ладно.
  Мучить людей ожиданием - дурной тон, к тому же в крайнем случае это может привести к серьезному конфликту, так что...
  - Микула нужно больше воды, рядом кажется есть шустрый ручей, два ведра возле входа. Так же разведите огонь в горне и сдайте половину вашего оружия, остальное оставьте при себе пока я не скажу. На этом все.
  Если я все понял верно, то главный ингредиент вовсе не крипт. Главное в создании криптового оружия - кровь Перста, причем важно чтобы он уже активировал хоть один Источник. Вот только никому об этом знать не надо.
  Десятник между тем развил бурную деятельность, послал за водой, поставил трех человек в охранение, одного отправил с водоносом, а сам с теми кто остался спешно приводил в порядок мини-кузню, попутно раскочегарив давным-давно не использованный горн.
  - Все на выход, когда будет можно зайти я позову.
  Люди не сказали ни слова против. Быстро расставили все принадлежности по местам, зажгли найденные в общей куче факелы и запалив их воткнули рядом с горном. Рабочее место готово.
  И хотя над горном темнела дыра дымохода, уходящая судя по всему в общую систему вентиляции, дым стоял коромыслом, антрацитовый смок оказался настолько плотным, что при желании в него можно было бы поставить копье и не думать о стойке.
  Меня спасали две вещи. Первая - понимание, что создать оружие просто необходимо. Вторая - небольшое углубление, в котором я и отсиделся пока дым не ушел из пещеры. Минута за минутой густая чернота постепенно разжижалась и вскоре осталась лишь легкая серая дымка, обволакивающая низкие своды будто заботливая мать одеялом спящего ребенка.
  Можно начинать. Вон и оружие сложили ровненько, я бы сказал по старшинству, если бы первым лежало копье Микулы, но оно третье, видно перестраховывается десятник. Умный мужик. Практичный, понимает что я ничего не знаю и не умею. Сопляк проще говоря. Хотя может ему так Крах приказа сделать, первожрец то тоже не лыком шит. Человек он ушлый, странно, что до нашего появления жил тише воды ниже травы.
  Интересно отчего это я стал таким многословным? От недостатка общения во время перехода? Может и так, все-таки слушать самого себя может далеко не каждый, тут сноровка нужна, интуитивное понимание: где безумство, а где полноценный помощник твоего второго 'Я'. Правда если ты устал или чем-то загружен, то каким бы сильным не было влияние подсознания - пробиться к разуму ему не под силу...
  За всеми рассуждениями потихоньку готовил рабочее место. Света факелов хватало, хоть и хотелось бы лучшего - лампочку Ильича хотя бы. Под столом нашел небольшой тигль, больше похожий на овальный котелок с плоским дном, насаженный на длинную рукоять, уже промытый кем-то из воинов, следуя увиденным действиям полученной информации поставил его над пламенем, тигль встал аккурат между тремя штырями, но так чтобы огонь не лизал руки захоти я его взять. Первый этап - самый простой - закончен.
  Затем набираю пару плошек крипта, грамм по двести каждая. Минерал-руда напоминает мелкий речной песок, только цвет у него грязно-зеленый. Аккуратно сваливаю руду в тигль, медленно помешивая, не будь все так серьезно пошутил бы на счет супа или скажем зеленого борща.
  Когда последняя песчинка упала в кипящую воду получилась какая-то хрень с мутной булькающей водой и осевшим на дне металлом.
  Сверился с 'базой данных' - все так, вроде не напортачил. Пришел черед третьего - самого важного этапа...
  Для него использую свой харн, упираю торцом в пол и провожу ладонью по клинку. Етитская сила, неприятно! Только подумал о боли и море крови как буквально на глазах неглубокая ранка начала зарастать. Нет, так дело не пойдет! Вновь провожу ладонью по лезвию, но на сей раз глубже, при этом стараюсь не думать о том что занимаюсь суицидом.
  Вот теперь кровь хлыстнула как надо потекло будто с хорошего двухсот килограммового борова. Но хрень в том, что инстинкты отменить не в силах и организм вновь усиленно принялся за работу: на глазах кровь постепенно сворачивалась, а края раны вновь срастались, но не так быстро как в первый раз. Но ведь выцеживать себя досуха не надо.
  Из 'мануала' я понял, что концентрация моей крови влияет исключительно на качество криптового изделия - чем выше тем прочнее и острее, правда на третью характеристику количество крови влияет мало. Мало кто знает, что все криптовые вещи - артефактные, обладающие неким свойством. Которое в свою очередь зависит от того кем был первый владелец, сиречь тот кто повязал себя с вещью кровью.
  Вбухав с пол литра крови я несколько осоловел. Перед глазами появились черные мушки, а в голове застучали молоточки. Пришлось убирать ладонь от тигля. Ноги дрожат, видно переборщил. Вон и от горшка пар красный повалил, а нет, вон уже в желтизну перешел, еще через пару секунд вовсе стал грязно-зеленый, цвета окислившейся меди. Неужто, я алхимик мать его етить?!
  Сверился с картинкой-мануалом. Вроде третий этап завершен. Остался последний. Самый непонятный. Почему? Да потому как лить из тигля ни в какие формы не нужно, весь сплав (?), раствор (?) или как еще можно назвать получившееся варево, так и должен остаться над огнем и кипеть, сиречь медленно пузыриться вязкой субстанцией болотного цвета. И вот в это нечто нужно опустить часть вещи которую нужно превратить в криптовую. Удивительно, но ограничений на материал подвергающийся трансформации в мануале я не нашел, однако рисковать для получения непонятного эффекта и еще более непонятного результата не стоит. По крайней мере не сейчас
  Так что...
  Беру в руки первый предмет - топор, хотя нет это секира - все-таки не плотницкая вещица ,а полноценный боевой товарищ Крына, да-да мой новик кроме метания сулиц балуется боем на топорах, прикрываясь маленьким кулачным щитком. Испытать его в бою пока не получилось, но думаю это будет занимательно.
  Вопреки всякому благоразумию секира сделана цельнометаллической, причем из дрянного металла, это даже я понял. Хотя может придираюсь, все-таки мой харн Сурв ковал из лучшей руды..
  Факелы дают ровно столько света сколько нужно, чтобы следить за происходящим. Действую по инструкции: опускаю кончик лезвия секиры в тигель... первое время ничего не происходит - все так же лопается вязкая масса игнорируя чужеродное тело, но задержка оказалась короткой. Дальше началось самое интересное - темный метал оружия начал менять цвет, а вместе с ним и структуру. Я чувствовал как секира легчает, да к тому же я начал понимать происходящий процесс, будто некто стоит за спиной и шепотом все объясняет. Самое точное сравнение пришедшее мне на ум - диффузия с элементом алхимии и колдовства.
  Чувство при создании испытываешь удивительные, я такое ощущал когда впервые свое дите увидел, свою Юленьку...
  Не заметно для себя я поддался эмоциям и выпустил секиру из рук. Оружие с мелодичным чистым звуком упало на гладкий каменный пол и осталось валяться будто какая-то метелка.
  Из глаз побежали одинокие капли. Против воли. В голове сумбур и сумятица, никак не могу привести мысли в порядок. Чувствую, что должен, но не получается. Перед глазами лишь улыбающаяся Юльченок и всепонимающая Оленька. Накатила такая тоска, что жить расхотелось, захотелось увидеть родненьких, потискать их, обнять. А ведь понимаю что это невозможно, но поделать ничего с собой не могу. Вот тянет и все, мочи нет терпеть. И лишь где-то на периферии разума мелькает странная тревожная мысль, но ее не ухватить, - больно верткая.
  А капли падают прямо на лезвие секиры и блестят в свете неровно горящих факелов. В руки будто по мановению волшебной палочки попал небольшой меч, я узнал его, он принадлежит Ярону - субтильному ратнику с рязанской внешностью с шикарной бородой-лопатой. Боец он справный, опытный, против монстров бился не единожды, да и в Грохте не последний воин.
  Неожиданная мысль сбила с плаксивого настроя и тут же пришло понимание всего происходящего. Да я скучаю по девочкам, но никогда не сделаю такого чтобы им навредить и уж тем более не стану слабосильным нытиком! Выходит все те глупости, что посетили мою голову - чужие? Ну что ж, на всякое действие есть противодействие!
  Осознав почти незаметное влияние на себя, рефлекторно сделал обратное. Хотят смерти? Не выйдет, у меня есть Цель и просто так отделаться от меня не получится. Так что наплевав на все и вся продолжаю работу. Клинок опускается в тигель кончиком. Все происходит так же как и с секирой, только сейчас я подспудно ожидал подлости. Вновь накатывает странное, но теперь разум надежно защищен, а давление усиливается, чужая воля обволакивает меня словно утренний густой туман одинокий дом на берегу лесного озера.
  Сколько подобное будет продолжаться? Не знаю, но я заставил себя не думать о суициде, отрешился и дождался конца создания криптового клинка. Металл покрылся знакомой зеленью и я почувствовал то, чего не было с секирой - внутри клинка появилось нечто странное. Может это и есть то самое, отвечающее за необычные свойства оружия? Вполне вероятно, правда разбираться с этим сил уже не осталось - хотел взять шестопер Микулы. Но понял, что не смогу повторить. Я очень устал...
  Облокотился на стол и тихонько сполз по монументальной каменой ножке на пол, припер ее спиной и смежил веки.
  Нужно отдохнуть, всего минутку - большего мне не надо, а потом уж заняться оружием десятника...
  Открыл глаза лежа на походном лежаке - волчьей шкуре, добываемой в паре дневных переходах от Грохта, аккурат рядом с выселками семьи Трама. На территории деревни и близлежащих землях волки почему-то не покушались. Вероятно дремлющий мрим так 'застолбил' свои владения. Посмотрим как поведут себя 'санитары леса' после его смерти.
  - Ты видел Воздран? Только посмотри как светится, будто внутри него огонь!
  Этот голос я узнаю даже в полудреме, надоесть за последнее время он успел изрядно. Без вариантов - это Крын. Он и раньше был эмоциональным парнем, но сейчас из него лилось столько яркого красочного восторга, что улыбка сама наползает на лицо. Такую незамутненную радость можно встретить разве что у детей.
  - ОН сделал его для тебя, отдал свои силы, чтобы ты сражался как подобает вою Высшего, а ты тут восторгаешься какому-то огню? В своем ли ты уме Крын? Лучше миску с похлебкой ЕМУ отнеси!
  Глухой баритон Воздрана опустил друга с небес на землю. Его рассудительность всегда вызывала у меня оторопь - ну не похож он на двадцатилетнего юношу. Порой такие вещи услышишь - диву даешься. Именно из-за неспешности решений постороннему человеку он и кажется заторможенным, да только это не правда, уж я за время нашего знакомства узнал обоих оруженосцев едва ли не до каждого постыдного поступка. Слава Высшему кое-какие навыки имеются.
  И вот обычно вечно спорящий с другом Крын неожиданно промолчал, встал с места и куда-то ушел, мне с моего места было не видно. Оно и понятно - положили то в пещере, разве что перенесли ближе к выходу. Да костерок небольшой разожгли, который оруженосцы походу все это время и поддерживали. А вот следов присутствия остальных я не заметил.
  Раз я проснулся, то конечно можно было бы встать с места и поинтересоваться куда все подевались, но уж больно тепло и уютно, захотелось еще немного понежиться, притворяясь спящим. Впрочем продлилось это недолго - аккурат до прибытия Крына. Как только нос уловил ароматный пар исходящий от миски как в животе забурлило и заурчало. Притворяться дальше? Нет, уж!
  - Ты очнулся, глав! - обрадовался Крын, ставя рядом со мной миску. Ложку каждый из нас носит при себе. Гигиена.
  - А не должен был? - удивленно спросил я. Чего-чего а на состояние свое жаловаться не приходится: бодрый, свежий, готовый к новым свершениям.
  - Нет, что ты! Просто когда вчера тебя нашли ты был белый как снег. И холодный. Воздран подтвердит. Правда ведь?
  Второй оруженосец поддержал товарища кивком.
  - Что было потом? - мне стало интересно. Все же узнать о последствиях 'сотворения' криптовых вещей лучше как можно раньше.
  - В пещеру то по твоему приказу долго никто не заходил, с обеда до самого вечера считай, но потом Микула забеспокоился... и увидел что ты сидишь у стола. Вот после этого мы быстро собрали костерок и положили тебя на шкуры. Мы и не знали что делать... Слава Высшему ты пришел в себя!
  Сил много потратил, возможно кровопускание дополнительно подкосило. Нужно в будущем быть аккуратней.
  - С этим понятно. А где остальные?
  - Дык лагерь рядом с пещерой поставили, чтоб значит сюда лишний раз не ходить, место священное не тревожить.
  - Вас значит приставили охранять и бдить?
  - Именно так, - важно кивнул Крын и как то странно посмотрел на меня, будто живого Высшего увидел.
  Терпел я до окончания трапезы, которая закончилась очень быстро, слишком голоден я оказался, чтоб растягивать поллитровую миску на десять минут.
  - В чем дело? - раздраженно спросил Крына. Он замялся и отвернулся. - Воздран?
  Немного помедлив тот ответил:
  - Ну дык ты Перст Высшего!
  - А раньше не так было?
  - Раньше это только со слов жреца, да по указке взрослых мужей. Для нас то ведь не особо большая разница была, мы воинской славы хотели. А теперь значит увидели воочию - ты Перст!
  Хоть в глазах Воздрана и не мелькали фанатичные огоньки как у Крына, но нечто похожее я определенно разглядел.
  Вот те раз, мне только фанатичных оруженосцев не хватало! Вернемся обратно, надо будет их на беседу к Гриму отправить, уж он то мозги отлично вправляет на место.
  - Ладно, с этим хватит. Для продолжения работы мне нужно плотно перекусить. Да, Крын,этой плошки недостаточно, можешь не смотреть так удивленно. Далее, я не сказал раньше, но пока ваши игрушки, оружие то есть использовать в крайнем случае, оно не должно испить крови раньше времени. Это передайте остальным. Ну а пока один идет за едой, ты Воздран разводи горн, готовь воду и положи три вещи на стол. За сегодня думаю я смогу их осилить...
  Стоит ли говорить о том, что оруженосцы носились по пещере будто наскипидаренные? Они исполнили все за десять минут и даже пропесочили крипт, отделив грязь от руды, кажется даже сполоснули чутка. Было видно, что парням хочется остаться, посмотреть создание криптового чуда, но этого позволить я конечно не мог и они словно побитые собаки покинули пещеру. Единственное что я им разрешил -заглянуть ко мне часа через три. Думаю этого времени будет достаточно, чтобы обработать вещи.
  Горят факелы, огонь облизывает дно тигля, дым уходит куда в вентиляционную дыру, вода бурлит, а крипт сверкает мокрыми гранями. Работа стоит. Все ждет меня. Улыбаюсь хищно, так будто иду в бой. А что? Разве не прав? Вон вырубило словно часов десять не отпуская харна бился. Хотя бездушным твореньям древних мастеров мои размышления ни к чему. Значит приступим!
  В старой мастерской я провели два дня. Все это время я общался только с оруженосцами, ратники к пещере вовсе не подходили, однако происходящее таинство на них подействовало, особенно после явления второй партии криптовых вещей. Но это со слов Крына, а он порой любит приукрашивать. Вчера поздно вечером я закончил с последней вещью - своим харном. В него я вложил чуточку больше чем в остальные. И дело не в количестве крипта, дело в опыте. Все же девять вещей уже прошли через мои руки. Десятая получилась лучше первых. Да и чего скрывать, себе делал как говорится от души. Голоса, лень, страх, безумие - ничто меня не брало в момент создания, хотя до этого некто всегда напирал так что в конце концов я оказывался на грани истощения. А здесь все совсем иначе. Смотрел как изменяется клинок харна и радовался, как радуются рождению ребенка. Я творил невообразимое, и пусть руками ничего не делал, но где-то на ментальном уровне почувствовал - в мире появилось нечто новое, доселе неведомое!
  Харн рождался долго. Очень долго. Структура менялась, на клинке появлялись странные узоры, но уже через несколько мгновений они пропадали. Но вот от рукояти до кончика клинка показалась тень ветвистой молнии, сначала подумал - так же пропадет, но нет, тень налилась цветом и на светло-зеленом клинке появился темный рисунок ветвистой молнии, причем на обеих сторонах, повторяющая каждую черточку, будто отзеркаленая.
  Я держал харн, а по щекам текли слезы: скупые, редкие. Слезы счастья. Внутри меня расцвел цветок радости, заслонивший собой все беды и печали, отгородивший разум от дум и тяжкого бремени выбора. В это мгновение я был абсолютно счастлив...
   В эту ночь я лег спать сам, без помощи оруженосцев. Рядом с собой я положил харн. Впервые за месяцы проведенные в этом мире моя душа была умиротворена и спокойна.
  
  
  
  5.
  Бывают моменты, когда наблюдение - единственно верное решение.
  
  Теперь, научившись создавать криптовые вещи я понял покойного яра Гарла, его желание прибрать комплект доспехов моего рано почившего отца. Сейчас эти доспехи стоят заоблачных денег. Жаль только на меня они не налезут, все же Ог вырос крупным парнем - косая сажень в плечах, в Грохте я даже близко по комплекции никого не видел. Да все мужики крепкие, а кое-кто даже и под два метра ростом, но бывший дурачок то вовсе два двадцать, а то и все два двадцать пять. Так что придется мне самому под себя доспех клепать. Жаль что запасы крипта в пещере истощились, а поиски рудоносных жил ни к чему не привели. Интересно откуда вообще тогда та куча появилась? Бросили и забыли?
  Голову перед уходом я поломал изрядно. Ратники себе такими вещами голову конечно не забивали. Им для поднятия боевого духа и неопровержимости того что я всамделишный Перст Корвуса хватило создания нового оружия. Как же - доказательство могущества избранника Высшего у них перед глазами.
  Так что если у кого сомнения на мой счет еще остались, то после демонстрации возможностей они исчезли будто капля меда в кипятке. Не знаю куда бы свернула моя дорожка Перста если бы нам так вовремя не попалась эта истощенная пещера. Другой вопрос в том, что останавливаться на достигнутом нельзя - нужно найти действительно стоящий источник крипта. Но увы не в этот раз. Время возвращаться.
  На плече чувствуется приятная тяжесть харна, он и раньше был отличным оружием с хорошим балансом, идеальной заточкой и удобной рукоятью, обмотанной тонким кожаным ремешком. Но став криптовым он лишился некой незавершенности. Только теперь я понимаю, что в нем чего-то не хватало, словно мастер сделал добротную вещь, а капельку души вложить забыл.
  Это понимание я только ощущал, как ощущают неправильность вроде бы идеального круга, но вот что-то режет глаз и все, хоть тресни. Но теперь сомнения исчезли. Непонятно только одно - какое свойство получилось у моих творений. Проверить в бою их пока не удалось - не с кем. Вон и ратники все извелись, по легендам знают что оружие самобытное, а понять в чем именно не могут. Хотя Крын с Воздраном уже наверное успели испытать топор и булаву всякими способами, но ничего кроме необычайной крепости вещей выяснить не смогли.
  Дни, проведенные рядом с пещером, стали долгожданным отдыхом для отряда. В кой то веки не нужно было думать о том где добыть воду и пищу. На старой горе и того и другого было в изобилии. Удивительно, что хищников здесь не оказалось, по крайней мере таких кто способен составить конкуренцию вооруженному человеку...
  Домой возвращались окольными путями из-за пары обвалов, перекрывших нам обратную дорогу, а если учесть, что местность мы знали по отрывочным сведениям и картам разведчиков полувековой давности, то обратный путь мог затянуться.
  Отряду повезло, удалось найти обходной путь. Правда он оказался не в пример сложнее прежнего и дело не только в отвесных скалах, узких заледенелых тропинках идущих по краям пропасти. На нашем пути встретился бивак четырех огринов и уходить они в ближайшее время не собирались...
  К нашему великому сожалению другого обходного пути поблизости мы найти не смогли, а искать новый проход - смерти подобно. Пришлось ждать.
  Выдержали два дня, но подвижек не было. В лагере огринов постоянно было три-четыре монстра. Каждый из них по габаритам превышал того, которого завалил Грим, да и выглядели они серьезней, опытней. Эти четверо явно не тупоголовые твари, какими они мне представлялись. Мы даже видели их какие-то странные похожие на разминку занятия, кроме того на них были не простые кое-как содранные шкуры, а некое подобие выделки. Так могли бы обрабатывать кожу первые пещерные люди. Еще одна непонятная вещь в копилку странностей встреченных мной в этом мире...
  Наше положение усугубило то, что на третий день, с первыми лучами солнца к квартету прибыли еще двое. Но оба были похожи на того, которого пал под Грохтом - щуплее собратьев, шкуры потрепанней и в руках вместо увесистых обожженных дубин - кривые коряги. На первый даже самый непритязательный взгляд эти двое точно не бойцы.
  За спиной у каждого имелось по огромной грубо сплетенной, но прочной корзине. Разглядеть с такого расстояния что в них было разведчики не смогли. Оставалось догадываться, большинство грешило на провиант, а вот моя интуиция говорила об ином и не о еде точно. Почему? Все просто - стоит огринам перейти на наш склон, и они окажутся в низине, где зверья для прокорма более чем достаточно. Логика - великая вещь.
  - Что делать будем, Перст?
  Когда рядом со мной никого не было, сразу после скудного завтрака ко мне подсел Микула. Положил тяжеленный шестопер себе на колени и легонько стал его поглаживать, будто любимого пса. От неожиданной картины я не сразу понял как ко мне обратился ратник. А ведь 'Перстом' он назвал меня впервые за все время похода, до этого только 'Ог'. Выходит вояка признал меня главным.
  Приятно, етитская сила! Вот только возгордиться времени нет, ситуация скверная - еще день-два подождать можно, но не больше, и так все мыслимые сроки прошли, вернуться на той неделе должны были...
  Неприятно осознавать, но в моей голове крутится прорва идей и мыслей, но все они провальные, по крайней мере ни одна из них без потерь с нашей стороны не обойдется. Хоть я и намеревался в крайнем случае жертвовать людьми не раздумывая, особенно когда на кону жизни моих девочек, но черт, не сука я! Не оскотинился до такого предела, слишком чисты те кто мне доверился. Как бросить в безнадежный бой из которого не вернуться тех же Крына с Воздраном, глядящих на меня с немым обожанием?
  Выходит хреновый из меня полководец и стратег. Не могу пожертвовать малым, чтоб добиться большего.
  Печально, Ярик! Совсем расклеился, забыл зачем прибыл сюда. Это никуда не годится!
  А то я не знаю. Замолчи лучше и не мешайся. Не вовремя ты вылез, мне только самокопаний не хватало для полного счастья. Ну а пока послушаем Микулу, может путного чего скажет, не зря ведь вчера полдня на мозговой штурм проблемы потратили. С одной стороны было забавно слушать ахинею пары оболтусов предложивших атаковать в лоб, используя криптовое оружие, благо ему каменная кожа огринов нипочем, вот только новики не смогли сказать как собственно они к огринам приблизятся. Их дубины, топорно но заботливо сделанные из цельных стволов железного дерева, с множеством шипов на конце величиной превышали наши трехметровые рогатины, впрочем и сами огрины были под четыре с половиной метра - монструазные твари!
  Одного такого завалить еще можно, но не четверых же зараз?!
  - Есть здравое предложение?
  - Наша цель - доказать всем сомневающимся, что ты - Перст Корвуса, а для этого нужно сохранить твою жизнь, свидетелей созданных криптовых вещей и конечно само оружие. Поэтому следует выставить заслон...
  - Сколько?
  - Четверых минимум, лучше шестерых. Я лично готов возглавить, - Микула говорил спокойно, видимо взвесил все 'за' и 'против', ни тени сомнения в правильности предложенного решения.
  - Я так понимаю, что ты уже определил кого поставить.
  Не спрашиваю, а утверждаю. За непродолжительное время знакомства я успел неплохо узнать прижимистого Микулу, любящего порядок во всем к чему он причастен. Мне вон Трим как-то рассказал о хозяйстве десятника: большом, ладном и справном. Наш бессменный кашевар так и сказал, а такая лаконичная характеристика без пустословия о многом говорит.
  Вот и сейчас понимаю, что нужно спросить кого он оставит подле себя, а сам костерю не к месту проявившуюся мягкотелость. Но и Микула не спешит проявить инициативу. Затянувшуюся паузу прервал неожиданно появившийся Ярон. А ведь ему на посту еще пару часов быть.
  - Ты что здесь делаешь? - нахмурился Микула.
  - К нашим огринам прибыла еще одна партия, - сглотнув разведчик чуть погодя добавил, - семь тварей, дикие.
  - Какие, какие? - удивился Микула.
  Ярон слегка смутился, но все же пояснил:
  - Ну, они, как волки в лютую зиму - отощавшие и злые.
  - А 'наши'? - с неприкрытым сарказмом поинтересовался Микула.
  Я предпочитаю выслушать всю информацию и только потом сделать выводы, поэтому сейчас сижу полирую клинок харна. Удивительное чувство! В своей земной жизни я кухонные ножи правил грубым наждаком, а тут совершено иное, ты не просто затачиваешь и правишь, а будто ласкаешь прелестную деву. Черт, будоражит хлестче самого акта соития.
  - Те четверо, не считая подошедших двоих, больше смахивают на заматеревших волканов - уверенные и сильные, одному такому против пары волков выйти ничего не стоит.
  - Микула, думаю нам лучше самим глянуть в чем дело.
  - Твоя правда, Перст.
  Вопрос о заслоне остался открытым. Возможно, мы к нему больше и не вернемся, все зависит от того, как пройдет встреча огринов. Кроме того мне самому интересно понаблюдать за тварями, некогда входящими в когорту воинов Перста Тара. Грим вон порой про них говорит, мол воины они отличные: выносливые, сильные, но понимания воинского братства у них нет, только личная преданность Персту и тому на кого он укажет.
  Свинцовые тучи, закрывшие небосклон от горизонта до горизонта, плотным воротом зажали вершины Ледяных Гор, кое-где вовсе скрыли половину хребтов. Мы расположившиеся на небольшой скале, укрытой среди каменных исполинов только могли догадываться чего ожидать от вечно смурного неба. Если тучи вывалят на наши головы град со снегом, то переход и без огринов выдастся тяжелым.
  До 'гнезда' разведчика последние метров сорок добирались на карачках, а кое-где и ползком, хорошо, что ветер уносил звук сминаемого щебня, иначе пришлось бы вовсе подбираться так будто по минному полю идем. Слух у огринов такой, что летучая мышь позавидует.
  Между тем ситуация в узком переходе накалялась. Первая четверка загородила проход, оставив за спиной двух новеньких с корзинами, а семерка диких скалясь и рыча трясла кривыми дубинками, скорее всего подобранными где-нибудь неподалеку.
  Картина до боли знакомая, вон даже сердце защемило от нахлынувших воспоминаний - прям родной двор вспомнил, было время меня с друзьями пятеро гопников так же тормознуть хотели... После той стычки под коленом шрам в форме угла остался, но ублюдкам все же люлей навешали будь здоров, месяца три спокойно было, до появления новых уродов.
  - Ты гля, малец! - не сдержался Ярон за что получил от Микулы подзатыльник и угрозу скорой расправы за следующую дурость.
  Я сначала не обратил внимания на возню двух носильщиков, а зря, судя по всему эта замятня произошла именно из-за них, точнее из-за груза в корзинах. Из каждой выглядывало по две головы: одна большая на толстой короткой шее, а вторая маленькая на тонкой и длинной шее. Выглядит комично и страшно, у взрослых огринов обе головы пусть и отличаются, но не настолько.
  Глядя на взявших в руки несуразные коряги носильщиков, готовых защищать груз своими телами, стало ясно, что все шестеро скорее отдадут свои жизни, но не пустят диких к детенышам.
  Вопросов с каждой минутой становится все больше. Откуда дети? Как они попали к этим двум огринам-задохликам? Кто вообще эти четверо, столь же ярко выделяющиеся среди остальных как и криптовое оружие на фоне простого сыромятного метала.
  Хреново, что ответов я не получу.
  Ветер вытянул особо противную ноту, словно штопором пронзило виски и мгновение спустя с неба повалили белоснежные хлопья. Крупные, чуть меньше ладошки младенца, подобного я в своей жизни еще не встречал и заворожено разглядывал летящие хлопья.
  - Началось.
  Глянул вниз, а там действо и правда сменило декорации. Вместо потрясания корягами, дикие начали сближаться, но не дойдя до приготовившихся к бою 'наших' с десяток метров остановились и тут же из-за их спин перелетело пять булыжников. Для квартета снаряды диких оказались полной неожиданностью. Трое успели увернуться, но один замешкался и две каменюки попали ему в грудь и мгновением спустя в меньшую голову. Огрин замер и упал как подкошенный.
  Второе метание оказалось не результативным. Все снаряды ушли в молоко. Дальше дикие ждать не захотели и с ревом, донесшимся даже до нас, не смотря на завывающий ветер и падающую снежную пелену, бросились на оставшуюся троицу. Вопреки здравому рассудку они не стали ждать набегающих диких, а бросились им навстречу.
  Дубины с треском ударили о коряги, полетели крупные щепки и целые куски кривых деревяшек. Самодел цивильных оказался прочнее и тут же три дубины ударили ошеломленных потерей оружия диких. Хрясь! Три щуплых с лопнувшими головами упали под ноги своим собратьям. Еще замах и новая тройка падает как снопы пшеницы под серпом умелой житницы.
  Я уж грешным делом подумал, что так лягут все дикие, но не тут то было. На этом успех 'наших' исчерпался. К диким подошло подкрепление из пятерых метателей и с собой они притащили кроме высушенных коряг по небольшому булыжнику, тут же пущенному в цивильных. Все произошло так быстро, что увернуться от камней два из трех не успели. Хлоп! Хлоп! И огрины затрясли разбитыми головами, но не упали, а лишь зашатались, но этого диким хватило.
  Стоило цивильным замешкаться и их судьба оказалась предрешена. Коряги, дубины все еще поднимались и опускались, нещадно выбивали дурь из огринов... Упал цивильный, заливая розоватой жижицей серые камни с тонким слоем налетевшего снега. Тут же подкосились ноги двух диких неудачно подставившихся под могучий удар 'нашего'. Не выдержал напора еще один цивильный, пропустив сразу два удара от метателей, но перед тем как упасть он схватил ближайшего врага за головы и с хрустом слепил из друг в дружку.
  Судьба защитников тропы была предрешена, не смотря на подошедшую помощь в лице обоих носильщиков...
  Последним продержался серокожий крепыш. Я его про себя 'дедом' назвал, все остальные были не такие блеклые. Дед, хоть и был меньше остальных на полголовы, но опыта ему явно не занимать, вон как лихо размахивает самодельной недопалицей, блокирует и обманывает. От него уже пали двое, вон валяются у подножия длиной и острой скалы с проломленными головами, а вокруг ошметки мертвой плоти щедро сдобренной розоватой жижицей, которую кровью то не назовешь.
  А сначала я его особо и не выделял из квартета, все то дрались будто вровень, но остался то он один, хотя может просто сегодня Удача на его стороне? Однако каким бы классным бойцов он не был, запас сил у него не бесконечен. Серый выдохся. Не продержится он и минуты, вон еще два удара пропустил. По касательной конечно, но и от них в нокауте оказаться проще простого.
  Ух! Хек! Хрумс! Хрясь!
  Исполинская дубина еще летала в руках деда. Да только коряги диких двигались резвее... Серый все больше блокировал удары, да кружил по уступу, надеясь выгадать момент и контратаковать. Но ему не повезло. Нельзя все время отступать. Поплатился дед, поскользнулся на крови собратьев и шмякнулся пятой точкой на тело одного из них.
  Серому конечно не дали времени подняться.
  Из диких выжило двое, оба в крови с головы до ног, с разбитыми рожами, синяками на боках и руках. В целом видок был еще тот, он больше подходил валявшимся у них под ногами мертвякам.
  Походив среди тел оба шаркающей походкой направились к корзинам...
  - Не повезло мальцам, - с оттенком жалости заметил Ярон, но сказал это тихо, так что я еле расслышал, а ведь считай сантиметрах в тридцати от меня лежит.
  - Нашел кого жалеть, тварей и уродов! - оказалось жилистого разведчика услышал не только я, но и Микула.- Чем больше они перебьют друг друга, тем меньше нам проблем в будущем.
  - Когда-то они воевали с нашими предками бок о бок.
  - Они шли с нами, но всегда были обособлены. Твари они, чуждые нам и всему живому, - десятник не повышал голоса, заметил спокойно, но с пониманием дела. Микула вообще не любил голословных обещаний или рассказов, ему все по делу надо, чтоб впрок шло.
  Огрины дошли до корзин, подняли одну и встряхнули ее, выбросив голопузого мальца на камни. Тот что был позади небрежно схватил орущее двухголовое недоразумение и поднял на уровень глаз. Внимательно всмотрелся сначала в глаза большой головы, затем меньшей, а чуть позже приподнял орущего детеныша и изо всей силы приложил его о камни, после чего отбросил мертвое тельце в сторону за ненадобностью.
  - Тварь! - не сдержался Ярон.
  Впрочем Микула наказывать подчиненного не стал, даже замечания не сделал, он сам с удивлением глядел на происходящую дикость. Уж чего-чего, а даже от огринов не ожидали такой жестокости.
  - Они соплеменники или я чего-то не понимаю.
  Мне оставалось лишь согласиться и наблюдать безумные поступки дальше. Судя по всему участь первого ребенка ожидала и второго, вон и корзину уже перетряхнули, но к своему удивлению огрины второго детеныша не обнаружили. К собственному стыду не углядели за шустряком и мы.
  Зато он почуял нас. Не знаю каким образом, но малец, сумел вычислить наше положение и будто горный козлик несся по пологому склону прямиком к нам. Но самое интересное обе его головы были тождественны друг дружке: одинаковые шеи, размер черепа, даже торчащие клыки были ровненькие, без кривизны как у остальных сородичей.
  - Убей его, живо! - приказал Микула Ярону сразу как только понял куда двигается малец, на вид которому если судить человеческими мерками было лет десять-двенадцать.
  Разведчик подхватил лежащую рядом сулицу и собрался было привстать, чтоб сделать замах для броска...
  - Стой.
  Я не сразу понял кто отменил приказ десятника и лишь глянув на удивленного Микулу понял что сделал это сам. Но черт побери, даже не понял этого! Мной движило странное наитие, будто кто-то нашептывал как нужно поступить и что самое удивительное внутреннего протеста как при случае с насильным навязыванием ненужного и вредного у меня не возникло. Пару раз подобное в моей жизни уже происходило и всегда в ответственные моменты, я бы даже сказал в переломные. Первый раз я не прислушался. Теперь частенько ругаю себя за близорукость. Вот и сейчас нечто подобное, интуиция настойчиво требует оставить мальцу жизнь и даже более того защитить его от диких сородичей, что уже заметили пропажу и бросились в погоню. Гляднув на семимильные прыжки диких стало ясно, что прыткую пропажу они настигнут прям вот-вот... малец то едва на две сотни метров успел вскарабкаться.
  Ждать дальше нельзя.
  - Берем булыжники побольше и бросаем сразу как только эти приблизятся, затем Ярон метает сулицы.
  Я ожидал споров, отказ от выполнения принятого мной решения, но услышал лишь неодобрительное 'кхм' от Микулы... и все. Ярон вовсе подвинул к себе сулицы и взял ближний увесистый булыжник. Чуть погодя нашел себе снаряд и десятник, я же приметил сразу пару каменюк.
  Между тем паренек, продолжая скакать горным козликом почти добрался до нас, метров тридцать по крутому склону и он сможет зацепиться за выступ. Но дикие уже нагоняли, рычали лютым зверем, то и дело потрясая корягами. Нас они так и не почуяли, видимо слишком увлеклись погоней.
  - Сейчас!
  Мы втроем поднялись из-за гребня. Замах, бросок и серые снаряды со свистом летят вниз. Силушки местным людям точно не занимать, особенно Огу. И плевать, что попал один из трех, но зато как! Тот огрин, что бежал впереди словил камень прямо в основание 'рогатки' шей, видно там оказалась критическая точка. Огрин споткнулся и завалился набок, держась руками за шеи.
  Увидев нас огрин взревел так, что заглушил ветер и где-то далеко сбил с гор не одну лавину. Урод нашел себе новую цель, более лакомую, на детеныша теперь внимания не обратил, даже когда пробегал мимо.
  Малыш не будучи дураком припустил обратно, вниз по склону, да поскользнулся и покатился бревном вниз. А у нас дела принимали дурной оборот - огрин вот-вот доберется до нас, ему не помеха ни сулицы, застрявшие в теле будто занозы - мешающие, болезненные, но несмертельные и очень сильно раздражающие. Двухголовый был очень рассержен и горел праведным гневом, из пастей срывались клочья пены, будто у загнанного коня. Минута и дикий заберется к нам.
  - Ярон, вызывай подмогу, мы с Микулой задержим его.
  - Перст, лучше...
  - Не лучше! - оборвал я начавшего было возражать десятника. - У меня харн, а у Ярона меч в полтора локтя. Все отходим и нечего спорить! Бегом разведчик!!
  Больше не сдерживаюсь, рычу как зверь, не люблю когда мне перечат, особенно в такие моменты.
  А раньше позаботиться о помощи не мог? Сдаешь, Ярик, теперь подставляйся под удары, авось пронесет.
  На сей раз отвечать внутреннему голосу не стал. Прав он, что тут скажешь? Между тем Ярон умчался в лагерь, а мы с Микулой приготовились встречать огрина. Банально разошлись в стороны, реализуя численное преимущество и встали в боевые стойки. Хорошо еще пространства много иначе полный швах, дальше то в лагере и перед ним места мало, там лишь огрину раздолье - маши себе дубиной, собирай обильную кровавую жатву.
  И ведь с самого начала не собирался лезть в бой, всего-то делов - глянуть одним глазком на разборки тварей, а после спокойно пройти по тропе, но не получилось... екнуло внутри и уже готов биться с двухголовым, что мало того выше меня считай в два раза так еще и разъярен до крайности.
  Вот черт только показалась лапища твари, а у меня уже колени дрожат! Но только подумал об этом как почувствовал сильный толчок внутри себя и по телу разлилось приятное тепло. Сердце застучало ровно и часто, будто набирающий ход двигатель. Разом исчезла дрожь, отступили сомнения, им на смену пришли совершено иные мысли, появился кураж, теперь уже огрин не кажется столь ужасным как минуту назад, да и харн - не простая арматурина.
  Огрина хоть и ждали в любое мгновение, но все же появился он неожиданно. Вот его лапа держится за выступ, а в следующую секунду туша с полтонны весом шмякается рядом с нами, в каких-то паре метрах!!
  Вжих!
  Дубина дикого молнией проносится рядом со мной и врезается в Микулу, сминая щит и отбрасывая его самого метров на пять. Удар оказался столь сильный, что десятник не поднялся и не понятно жив ли вообще.
  Огрин довольно взревел, широко раскрыв пасти и орошая покрытый снегом камень липкими вонючими слюнями, что в изобилии капали с клыков и языков. Этот урод смаковал момент своего триумфа, я это видел в его глазах, понял что нас - людей он даже за противников не считает и относится так как мы к гнусам - попить крови могут, а вот убить нет.
  Но вот проблески разума угасли под наступающим безумием и бурый, цвета медной руды, огрин сделал шаг в мою сторону...
  Да только спокойно ждать когда прилетит коряга и расплющит я не собирался. Зверь! АУ!! Просыпайся, милый друг, твое время пришло! Тук-тук, тук-тук.. время замедлилось и я почувствовал как контроль над телом перехватывает до боли родной но страшный в своем рационализме кусочек подсознания, решающего проблемы быстро, эффективно и радикально.
  Вновь мое сознание будто выкинуло из тела и подвесило куда-то ближе к затылку. Я интуитивно ждал, что Зверь бросится в бой в своей излюбленной зверской манере, но нет. Мой радикальный друг продолжал стоять даже когда огрин сделал замах своим уродливым оружием.
  Что ты делаешь?! Уворачивайся!
  Да только плевать Зверь хотел на мои крики, так же как простому человеку плевать на вопиющего в пустыне ваххабита - помрет да и хер с ним, с ублюдком...
  Зверь резко делает прыжок вперед. Вжик! Харн слетает с плеча и ударяет в левую толстую шею. Удар был сильным, да к тому же инерция должна была удвоить эффект, но вместо того, чтобы снести голову твари лезвие харна застряло посередине аккурат между позвонками. Зверь раз дернул, хрен там - не лезет, застрял.
  Это уже совсем не хорошо!
  Второго шанса выдернуть харн из шеи бурый огрин не дал, мало того его дубина, щедро прыснула щебнем и щепой коряги, эта самобытная шрапнель ударила в спину Зверю, бросив наземь. И тут же новый удар, без замаха...
  Фух! Шмяк. В последний момент Зверь успевает спасти наше тело, уйдя перекатом. Над головой пролетает сучковатый набалдашник с частицами крови на выступающих обломанных корешках.
  Бамс! Снова перекат. В руках камень подобранный по пути и больше ничего. Мои люди бегут мне на помощь, вижу Воздрана с булавой наперевес, такой преграды сшибать самое милое дело, а сбоку него прыжками несутся ко мне ратники - братья-близнецы Каргус и Ларгус с двуручными мечами наголо - эти парни своими железками научились орудовать так что никаким рыцарям и не снилось!
  Опрометчивость своего поступка с попыткой задержать огрина я понял когда Зверь ушел в третий перекат, и что-то подсказывает мне, что четвертого может и не быть. Бурый огрин разбушевался не на шутку, машет дубиной, топчет и орет так что в округе мелкий щебень дрожит.
  Хрясь! Подловил! Удар с пыра пришелся в плечо, но этого хватило, что отправить меня в полет на пару метров.
  Воины подняли ор, кто-то метнул свое оружие, силясь отвлечь огрина от командира, но тот уже вошел в раж, да и харн, что болтался в его шее не украшение!
  А зверь не сдается! Цепляясь уцелевшей рукой за выступы, подтянул частично онемевшее тело вперед, вновь рывок и еще...
  Огрин топнул и промахнулся. Букашка уползла! Гррр! Шлеп-шлеп и вот спина уползающего человечка, остался последний шажок и от него не останется даже мокрого места. Ему в спину летят молоты, секиры, но огрину плевать, главное удовлетворить насущную потребность!
  Я с ужасом вижу как кислотно-розовые от его жиденькой крови глазки пылают ненавистью и жаждой смерти. Шаг, второй и его нога заносится для решающего удара...
  Вдруг уцелевшая голова огрина слегка вздулась и с оглушительным треском лопнула, будто перезрелый арбуз! Ошметки серого, розового и белого разлетелись на многие метры вокруг. Не в силах поверить в происходящее я перевел взгляд с бегущих людей на оседающую без сил одинокую фигурку на каменном козырьке.
  Малец?!
  Додумать не успел. Зверь, поддерживающий тело в рабочем состоянии уснул и меня тут же выдернуло обратно. Я почувствовал на лице липкий теплый комок, на губах сладкий металлический привкус и одуряющую боль во всем теле. В следующую секунду сердце перестало бешено колотиться и изнуренное сознание погрузилось во тьму.
  
  
  
  6.
  Жизнь прекрасна, как бы не хотелось заявить обратное.
  
  Пробуждение выдалось мерзопакостным: болела каждая клеточка моего тела, но самое ужасное - у меня совершенно нет сил, даже веки открыть и то не могу! Но ведь чувствую, слышу как гудит свирепая вьюга, как рядом щелкают угли догорающего костра, нос ловит одуряющие запахи свеже жаренного мяса. Рот мигом заполняется тягучей слюной, но даже сглотнуть не могу! Етитская сила, я в таком состоянии не далеко ушел от овоща.
  Неужели это все?! Нет, черт побери! Нет!!
  В моей голове разразилась буря, я будто загнанный зверь пытался подчинить треклятое тело и встать, пошевелить хоть пальцем, но ничего не получалось. Но я ведь чувствую. Как такое возможно, паралича то нет значит обязан встать!? Но увы, ни-че-го.
  А рядом тихо разговаривали Крын с Яроном.
  - Микулу надо срочно травнице показать, наши лубки не шибко помогут, тут руку считай наново собрать нужно, - печально заметил Ярон и чуть погодя продолжил: - одно хорошо - левая, иначе такого бы дружинника потеряли...
  - Ярон, а как же Перст, он то когда очнется, ведь кроме десятка сильных ушибов и ран то нет? Кажись и нутро цело, Трим прощупывал, - ломанным голосом спросил мой оруженосец.
  - Кто знает, может поутру, может через неделю. Душевные болезни они непредсказуемы, но лучше уж так, чем нести мертвого.
  - Твоя правда, если бы не малец худое приключиться могло, - согласился с ратником Крын.
  - Меньше трепись неслух! Иди вон чудищу двухголовому лучше миску с кашей отнеси. Не то оголодает на нас бросится.
  Крын буркнул что-то едва слышно себе под нос и встал с места. Он прошел в метре от меня. Остановился.
  - Держи... Да не бойся ты! Вот чудак-человек, бери кому говорю. Во-от, правильно. Ешь.
  Крын ушел, а около меня, едва ли не над ухом раздалось поросячье чамканье. Мне на лицо упало пара липких брызг, а через полминуты пожирание каши прекратилось, зато до носа донесся заматерелый запах давно немытого тела. Не сказать, чтоб вонь стояла ужасная, но жесткий дискомфорт я испытал. Вонь и не думала исчезать, стала даже ярче, почти осязаемой.
  Ярик, отключи нос немедленно! Мы сдохнем сейчас!
  Голос проклюнулся как всегда в самый неподходящий момент. Жаль только последовать этому дельному совету у меня не получится - не умею я подобного. Однако проблема решилась сама собой. Рядом послышался тихий скулеж и шарканье по полу. Вонь тут же 'погасла' и исчезла.
  - Ты глянь, Ярон, чего это с мальцом? То весь день подле благодетеля был, то отполз, будто пес что нагоняя от хозяина получил...
  - Ему лучше знать. Раз делает, значит так надо, пока ничего дурного тару он не причинил, только добро, но ты за ним приглядывай и топор подле себя держи, мало ли что.
  - Да знаю, не дурак, - огрызнулся Крын.
  - Ты давай не ерепенься, а бди, скоро остальным вставать, в путь трогаться. Еще один переход и начнем спуск, не хватало проблем под конец получить. А то мало уже на свою задницу насобирали... Тьфу! Казалось все отлично и на тебе, оба командира в забытье...
  И все же как бы не было плохо, но чертовски приятно осозновать, что ты жив!
  
  
  
  
  7.
  Возвращение должно быть триумфальным, иначе какой смысл покидать насиженное место в поисках приключений?
  
  Как нас с Микулой тащили до Грохта - можно рассказывать долго и нудно, но смысла в этом я не вижу. Отмечу лишь то, что вместо трех дней пути нашему отряду потребовалось восемь. Все же транспортировать двух людей трудно физически и морально - полноценного охранения отряд выставить не мог, из-за чего возникло постоянное ожидание удара в спину или с фланга.
  И все-таки шаг за шагом отряд добрел до Грохта...
  Нас встречали все жители, как пришлые с выселок, так и местные. Я по-прежнему был овощем, рядом со мной шел двухголовый мальчишка, образ которого могу только представить, но не увидеть и судя по тому, что не было никакой громогласной реакции, выходит народ в смятении. Не знают как реагировать? Готовятся к действиям? Етитская сила, как же бесит собственная беспомощность!!
  - Как бы не кинулись на мальца, - обеспокоенно заметил Трим.
  - Не кинутся, - без особой уверенности ответил Ярон.
  - Ты глянь на них, вон у Прокла в руках кинжал появился, а у Терентия лезвие от топора блестит, он же его за спиной держит, но и скрывать особо не собирается...
  Точку в разговоре поставил Порх, секироносец, а заодно и врио командира отряда, по опыту и авторитету он после Микулы и правда бесспорный лидер.
  - Не талдычите, без вас тошно! Подходить ближе не будем, ждем первожреца.
  Носилки опустили на землю. В толпе зародился легкий недовольный гул, но стоило появиться Краху, его голос я расслышал очень четко, и ропот как отрезало. Чуть погодя первожрец подошел к нам. Жаль что разглядеть его первую реакцию не могу, но вот голос у него все же дрогнул.
  - Что с Перстом?
  Неужели переживает?
  - Кроме уже сошедших ушибов ничего не было, разве что его огрин раздавить хотел, а вон малец его спас, - ответил Порх.
  - Какой малец? - не понял первожрец.
  Порх замялся:
  - Вон тот.
  Крах замолчал на пару секунд, видимо приходил в себя от услышанного, но все же спросил.
  - Это как же?
  - Не знаем, он не говорит, единственное что мы видели - это как обе головы огрина лопнули, после чего малец свалился без сил, а дальше всю дорогу возле Перста крутился, бульоном кормил, да травками с корешками.
  - Не буду спрашивать как докатилось до такого, но если Перст умрет, я спрошу с каждого из вас лично! - с плохо прикрытой злостью сказал Крах.
  - Много на себя берешь, смотри не оступись вечером, голову о косяк не сверни, - не остался в долгу врио.
  В воздухе ощутимо повеяло назревающими неприятностями. По моей коже едва ли не молнии забегали от разряда пробежавшего между воинами и первожрецом. Не знаю к чему бы это привело, но тут...
  Мрау! Мрау!!
  Издалека сначала донесся полный ярости медвежий рык густо смешанный с неприкрытой волчьей злобой и только потом испуганные крики простых людей. Гвалт поднялся страшный, мне даже не нужно видеть то что происходит, достаточно одного слова - 'паника'.
  И тут меня накрыло, будто волна пришла и опрокинула утлую лодочку в бушующее море. Неприятное чувство, но зато теперь могу видеть что происходит, правда не своими глазами, а мрима, да к тому же к моим чувствам добавились и его...
  Сема встревожен и зол. Причем злился он именно на меня и чуток на двух служак, что постоянно подпирали его клетку и не выпускали к Старшему, куда он (сиречь я) его предварительно запер. Вот поэтому мрим и злился, но одновременно с этим радовался. Черт те что происходит, у меня голова кругом! Стоило моему питомцу добраться до меня как все вокруг мгновенно успокоилось, люди замерли в ожидании...
  А я подсознательно ожидал, что мрим броситься на маленького огрина, но куда там. Вместо того, чтобы распотрошить мальчонку он легонько его боднул, мол отойди, дальше я сам и принялся облизывать мою безвольную тушку. Лицо мгновенно покрылось толстым слоем вязкой едкой слюны, нестерпимо захотелось расчесать все места куда она попала. Зуд усилился до такой степени, что даже заглушил щенячий восторг Семы, продолжавшего облизывать меня своим шершавым как наждачка языком.
  Рядом недовольно сопел огрин, я за время нашего путешествия и постоянного присутствия паренька успел неплохо изучить его повадки, благо он читался как открытая книга. Однако подходить ко мне вплотную малец не решался, чувствовал, что мрима лучше не раздражать понапрасну.
  Постепенно вокруг нас вновь начала собираться толпа. Куда только подевалось то паникующее стадо? Через Сему ощущаю настроение людей - удивление и страх перемешались, кто-то со злобой глядел на мое безвольное тело, кто-то наоборот ожидал увидеть чудо, а вон маленькая группка из трех детей, двух женщин и одного отрока смотрят только на лежащего без сознания Микулу. Семья.
  В груди защемило да так сильно, что чесотка отошла на второй план, захотелось вот сейчас, сию минуту оказаться рядом с Оленькой и Юльчонком, обнять, приголубить, подарить всю нежность и заботу на которую способен. Но приходит понимание, что этого уже никогда не будет и душу разрывают безжалостные ледяные когти реальности...
  Мрау! Неожиданно для всех Сема сел на здание лапы и заревел. Протяжно, жалостливо, будто заплакал...
  Не выдержал эмоциональной нагрузки и огрин. Не умеющий разговаривать малец засопел пуще прежнего, плюхнулся на задницу рядом с мримом и загыкал.
  Деревенские зрители от неожиданности происходящего подались в стороны, не в силах понять что произошло, а объяснить все это некому.
  - Берем десятника и в храм, с помощью Высшего поставим его на ноги, - начал первым отдавать распоряжения первожрец, уже осмотревший Микулу и даже бросил нечто похвальное умению травничества воинов.
  Это было столь неожиданно, что никто из ратников и тем более новиков не сказал, что Микулу пользовали не они, а огрин, начавший лечить десятника на второй день после меня. Он мог бы сделать это и раньше, но воины не подпускали настойчивого мальца к бредившему командиру. После никто так и не смог ответить почему маленького огрина не убили в первый же день и почему доверили подходить к Персту. Но это все было потом, а пока огрин сидел рядом и ревел взахлеб. Эмоции толпы давили на малыша асфальтировочным катком.
  Теперь я это чувствую, через мрима, пусть плохенько и неполно, но все-таки ощущаю маленького огрина и понимаю почему Сема его не загрыз - малец сам боялся окружающих, всех кроме меня. Не знаю почему он считал меня Старшим, так же как и мрим. Полностью понять смысл этого слова я пока не могу, но вот то что он беззаветно мне верит и надеется на меня поразило необычайно. Такой веры разве что от фанатика ожидать можно, да от маньяка, что в принципе одно и тоже.
  С пониманием этого в груди зародилась лютая злоба на собравшихся, на боящуюся и ненавидящую огрина и мрима толпу. Нестерпимо захотелось рычать, кричать, прогнать их! Мысленно не сдерживаясь ору на них:
  Пошли все вон!! Прочь твари! Прочь, кому говорю!
  Но меня никто не слышит, все заняты созерцанием раненого Микулы и криптового оружия в руках отряда. В толпе послышались восторженные шепотки, про двух монстров, замерших подле меня успели забыть. Толпа нашла новую игрушку - смертоносную, необычную и... доступную.
  Через Сему чувствую, как в сердцах некоторых рождается нестерпимая жажда обладать оружием предков, сильно сдобренная желанием расправы над огрином и мримом. С каждой минутой желание крови нарастает и все больше людей подвергаются этой заразе, она будто вирус поражает неокрепшие разумы.
  Я быстро заметил, что малыш легко улавливает эмоции окружающих и подозревал о том, что он их так же может передавать. Вот и сейчас чувствую, как от него исходит волна, для меня и мрима она ничего не представляет, а вот по стоящим рядом она прошлась знатно. Порх и без того ощущавший нехорошее внимание людей внезапно скомандовал:
  - Защита!
  Весь отряд не задумываясь тут же вскинул оружие и встал полукругом передо мной.
  - Порх, ты кажись браги перебрал? - спросил кто-то из толпы. Его поддержала пара голосов.
  Врио командира никак не отреагировал, но по исходящим от него эманациям уверенности намеревался действовать самым жестким образом. Он понял что отступать точно не станет. Не отставали от него и остальные бойцы отряда. Крын с Воздраном вовсе готовы броситься на первого кто рискнет подойти ко мне.
  Толпа как любой стадный зверь ощутила решимость горстки храбрецов биться до последней капли крови на подсознательном уровне. И вот-вот готова была рассыпаться, но тут не выдержал кто-то из деревенской 'аристократии', той самой что не хотели признавать меня Перстом и таром соответственно.
  - Да поглядите на них, они же тварей защищают, против своих же оружие готовы повернуть! - голос раздался мощный, луженный не одним десятком споров на деревенском сходе.
  Ситуация накалилась до предела. Куда подевался Крах? Где Сурв и Грим? Етитская сила, что вообще здесь происходит!?
  - Други доколе это терпеть будем? Кончай их! - надрывался все тот же голос, но теперь в нем чувствовались и властные нотки, видно что он привык управлять.
  Так кто же это?
  Ярик, сейчас оклематься надо, а не о врагах думать, хрен с ними, ведь в горячке наверняка прирежут и Сема с огрином не помогут!
  Прав, голосок, ой как прав. Вставай тряпка, кому говорю очнись! Ну же, ведь знаю, что можешь.
  А толпа разгоряченная доброхотами шаг за шагом приближалась, сужала и без того малое пространство. Я всеми фибрами души чувствовал, что еще немного и прольется кровь, после чего дороги назад уже не будет. Отряд перебьют и в пылу меня или затопчут или зарежут, как свинью.
  Повторяешься, Ярик...
  Как распалить себя? Как заставить подняться немощное тело? В голове щелкнуло и во тьме появились образы моих девочек. Обе смеются, они счастливы - сердце наполняется радостью, так и хочется смотреть на них вечность не отрываясь ни на миг. А затем пробегает непонятная рябь, словно микроволны по озерной глади и девочки начинают стремительно стареть, иссыхать, вянуть, будто лилии под палящим солнцем.
  На целое мгновение мое сердце остановилось, жить стало не для кого и незачем, захотелось нестерпимо умереть, но стоило понять, что это не взаправду как комок мышц с утроенной силой забился, в кровь впрыснули литр адреналина и из самых темных недр души, куда не добраться даже Зверю вырвалось громогласное:
  - Нет!!
  Меня будто подбросило вверх и я, весь в слюне Семы, с бледным изможденным лицом, с горящими яростью глазами взираю на разом притихшую толпу. На этих тварей, что решились встать преградой на моем пути. И руки приятно тяготит верный харн, лежащий рядом со мной на носилках, так и хочется вскинуть лезвие вверх и броситься на уродов поддавшихся на провокацию. Убью, сук, всех порешу! Кровь бурлит, тело требует действий, стремительных молниеносных сокрушающих, таких от которых мурашки по коже, а в венах стынет кровь, но проходит секунда, вторая... приказа нет, из горла кроме громогласного рыка так ничего и не раздается. Не понимаю почему, ведь хочется, до дрожи в коленях как хочется, но есть еще человеческий барьер, не уподобляюсь Зверю.
  Пелена, что перед глазами шорой застит все вокруг, будто нарочито подчеркивает всю людскую гадость. О да, теперь я понимаю Зверя, мою темную ипостась, что в священном для себя безумстве крушит все и вся! Плевать, пора почистить авгиевы конюшни, раз этого так хочется...
  И вот полный задорной злости приказ готов сорваться с губ, восемь воинов, стоящих передо мной чувствуют это и делают шаг вперед. Бойня вот-вот начнется!
  - Стоять! Назад, сучьи потроха, совсем с ума сошли?!
  Не понимаю, кто кричит? Не видно ничего, но голос до боли знакомый.
  - Я ваши морды через наждак пропущу, щучье племя, не будь я Грим Косарь, харн мне в печень!!
  Толпа тотчас сделал шаг назад, на людей будто ушат ледяной воды вылили, они мигом поникли.
  - Валите все по домам, выкормыши фрака. Это мое первое и последнее предупреждение, - и сразу приказ уже кому-то другому. - Оружие наизготовку, по моей команде начинаем.
  Деревенские почуяли, что дело запахло жаренным, да и мое резвое пробуждение видимо выбило их из колеи. Но не остановило, видать не такой я маститый Перст, если они не только мысленно могут поднять тебя 'на вилы', но и перейти от слов к делу.
  Правда, окончательное решение люди приняли только под влиянием появления Грима с некими бойцами, о которых я ни сном ни духом. Хотя если учесть, что нас здесь не было считай месяц, то многие обстоятельства могут показаться странным и непонятными.
  - Пошевеливайтесь, нечего толпиться, или работы в хозяйствах мало, харн мне в печень?!
  Мой наставник видимо не сильно доверял деревенским, раз не дожидаясь пока толпа рассосется вклинил свой небольшой отряд, промеж них и с методичностью катка начал вытуривать всех лишних с поля.
  - Да что они творят, братья? Али не видите, что пришлые помыкают нами, доколе это будет продолжаться? Гнать всех на...
  Вдруг луженный голос оборвался и среди наступившей неожиданной тишины прозвучал спокойный голос Сурва:
  - Довольно, наговорился уже, теперь я с тобой поговорить хочу.
  Люди стоявшие до этого плотно разом рассыпались на кучки поменьше, а потом и те разделились, все начали расходиться по домам. Бунт погасили в зародыше. И будто нарочно в непроглядной пелене сизых туч, наползших с Ледяных Гор показался просвет и всю деревню осветило яркими солнечными лучами. Казалось, будто и не поздняя осень, а уже весна, пусть и ранняя, но такая долгожданная.
  - Харн мне в печень, выходит не зря ослушался меня?
  Крын с Воздраном отступил в стороны, пропуская нахмурившегося Грима. Мрим попытался было взрыкнуть на него, но стоило наставнику зыркнуть на Сему как тот поник, огрин вовсе вел себя тише воды ниже травы, обе головы держал низко, только зенками своими изредка проведет и вновь опускает.
  Властная аура Грима Косаря чувствовалась даже непосвященным. Она подавляла. Чего мне стоило не опустить взгляд не узнает никто, да и я сам держался лишь на остатках злости и гордыне, а вот Зверь внутри меня, подступивший на самую грань и готовившийся принять контроль на сей раз скрылся в тенетах разума. Не выдержал давления наставника. Лишь внутренний голос еще подавал признаки жизни.
  Не прост дедок, ой непрост, видать в свое время немал кому прикурить дал.
  Что тут ответишь? Прав чертяка. Вот только стоит Грим напротив и ждет моего покаяния, но я же Перст, как могу отсчитываться перед своим подчиненным? Ведь признал же он меня прилюдно таром, вот и не хрен мне тут кочевряжиться, отца командира и родича в одном лице строить! Ату его! Угасшая волна злости вновь поднялась из темных глубин души, даря силу и уверенность.
  Горло вдруг запершило, пришлось прочисть стариковским 'кхм' и уже после этой небольшой заминки ответить.
  - Я перед походом в Ледяные Горы...
  Сопровождавшие Грима бойцы удивлено переглянулись, словно услышали нечто из ряда вон выходящее, хотя может и правда услышали, ведь недаром люди туда не шастают, все же не лес какой-нибудь, чтоб по грибы да ягоды туда наведываться. Но даже заметив это я не подал виду, мол все так и рассчитано. Продолжил, стоя в той же напряженной позе.
  - ...первожрецу был дан ответ, повторю и тебе, наставник - когда и что делать решать мне и никому другому.
  Получилось сухо и даже грубо. Стерпит ли? Но Грим меня удивил.
  - Молодец! Матереешь не по дням, а по часам, куда тот нюня делся? Перст отсчет только перед собой держит. А на нас стариков внимания не обращай, побрюзжим-побрюзжим, да перестанем!
  Наставник говорил с хрипотцой, но чувствовалось, что доволен ответом, вон и наши бойцы расслабились, не стали свидетелями разборок командиров, мои ратники вовсе приняли горделивые позы, вон мы какие, даже пару одобрительных взглядов от пришлых поймали.
  Правда меня эта напускная бравада столку не сбила, чувствую, что Грим наедине мне немало 'лестных' слов скажет, да так, что и отбояриться от этого мне не суметь. И уверен, что многое будет по адресу, но почему-то вины за собой я не ощущаю. Выходит все же прав, раз решился на такую авантюру? А голос, что молчишь?
  Ответа от второго 'Я' не получил, видать мой внутренний спутник устал и решил взять выходной, что ж, его право...
  - Да чего мы тут встали, харн мне в печень? Столы накрыты, пир ждет, негоже заставлять людей голодать!
  - Под открытым небом пировать будем? - с насмешкой спросил я Грима.
  Вопрос не праздный, вон просвет опять затянуло и рядом неприятно поблескивают молнии, доносятся отдаленные раскаты грома, и дураку понятно, что будет дождь. А осенние ведь затяжные, не чета летним, что вдарят непроглядным ливнем на полчаса и через час от него и следа не останется. Э нет, ребята, поздней осенью дождик будет накрапывать часами, промозглый раздражающий и противный. Оказаться под таким во время пьянки-гулянки значит испортить пир. Нет ничего хуже чем отобрать у людей праздник!
  - Ог, давненько ты не был в своей вотчине, храм Высшего тебя непременно приятно поразит, - усмехнулся Грим.
  На губах сама по себе появилась улыбка. Неужели я дома и наконец можно сбросить напряжение? Под руку подтерся Сема, требуя к себе внимания, сейчас этот проглот вымахал с хорошего сенбернара, мне до пояса. Животина излучала приятное спокойное умиротворение и радость, ну и еще толику желание немного покушать. Хотя было и еще нечто, чего раньше у Семы я не замечал, где-то на задворках хаотичных мыслей мрима появился еще один объект охраны... маленький двухголовый ребенок.
  Оглядываюсь, а огрин все так же сидит на земле и зыркает по сторонам, того и гляди расплачется.
  - Пойдем, малой, для тебя места за моим столом всегда найдется, - неожиданно тепло и легко сказал я ему. И ведь какое дело - сам не ожидал от себя подобного, все больше рычу, да на людей бросаюсь. Вон и мои бойцы удивились прорезавшейся у тара в голосе нежности. Ну и пусть. Как еще можно относиться к тому, кто спас тебя и заботился о беспомощном теле весь нелегкий путь?
  
  
  
  Отступление 1.
  Нелегко тянуть лямку вождя нации, особенно когда отказ от нее неминуемо ведет к гибели.
  
  Немногочисленное племя Кра, руководимое бессменным вождем Гыком полвека, выделялось среди одичавших до безобразия собратьев-огринов. И не тем, что славные воины не ходили к людским поселениям и даже не отказом от каннибализма. Главный фактор - это социальное устройство племени. Гык, в бытность свою воином у славного яра Фара Грая, многое понял и внедрил полезные вещи в своем племени, которое отбил сразу как только вернулся в Ледяные горы после смерти Перста.
  Можно многое поведать о том времени, когда вождь утверждал свое право на власть, выстраивал лестницу иерархии и проливал розоватую кровь собратьев, будто водицу. Говорить можно, но нужно ли? Главное - Гык сумел создать крепкий фундамент, который позволил ему сохранять власть вот уже две дюжины лет.
  Но ничто не вечно. Не смотря на то, что огрины могут жить очень долго, их жизнь в большинстве своем коротка. Кроме естественного отбора в суровом климате и жесткой конкуренции здесь присутствует и тяга к крови. Им необходимо удовлетворять ее, иначе огрин мог потерять себя и окончательно скатится к уровню животного. Вот такой парадокс. Насытить кровожадную натуру для того, чтобы сохранить разум.
  Гыку в отличие от остальных собратьев подобный ритуал был не нужен. Вождь сохранял ясность рассудка с момента инициации Перстом. И это сильно выручало вождя в тяжелый период становления и укрепления вертикали власти. Даром что молодой и глупый он чудом избежал смерти сначала от рыцарей и паладинов, потом от холода и голода Ледяных Гор и наконец от собственных диких сородичей не вкусивших сладость здравого рассудка. Далеко не сразу воин армии Перста Тара понял чего хочет и еще больше времени ему потребовалось, чтобы занять верховное место в племени.
  И вот теперь, когда все процессы давно отлажены, а его племя боятся до дрожи все дикие окрестных гор, в планы Гыка вмешались люди... ненавистные голокожие, скрывающие свои хрупкие тельца за железной скорлупой. И ладно бы они убили всех, но нет - тот на кого вождь возлагал большие надежды, исчез! От осознания этого Гык бесился больше всего.
  Мечты о возвышении племени до невообразимых высот растаяли словно дым. Утешало старого Гыка только то, что людишки не знают о мальце совершенно ничего. Перебесившись, разбив пару не вовремя появившихся в его личной пещере рож и выпив два ведра глазодера настоянного на синем мхе, вождь наконец стал размышлять. Уже на второй день после случившегося он нашел решение казалось бы неразрешимой задачи...
  
  
  
  8.
  Властитель всегда опирается на свое окружение, потому как претворять его решения в жизнь будет именно оно.
  
  Когда, кажется, что все наладилось, а задуманное идет по плану, жизнь умудряется преподнести сюрприз, да такой, что впору хвататься за голову и рвать на себе волосы. Раньше я думал, что подобное случается исключительно в романах, созданных авторским гением, даже когда на Земле случались тяжелые дни, а то и недели, я всегда знал, что это временно и находил решение проблемы.
  Даже когда заболели мои девочки, я искал выход. И ведь нашел! Но вместе с тем понял простую истину: 'хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах'. И теперь даже имея в рукаве пару 'тузов' я не загадываю далеко наперед, ведь все может измениться в любую секунду.
  Вот и сейчас, узнав от Грима о том, что семьи бывшего яра и медовара не появились ни в одних выселках и не основали свой. Они будто сквозь землю провалились. О том куда они могли деться есть пара мыслей и самая паршивая из них - это то, что они тронулись в земли схоров, а это паршиво. Впрочем рвать и метать было не досуг. Так что оставалось только принять к сведению и жить дальше. Сурв с Крахом подобной реакции не ожидал. Первожрец не сдержался:
  - Тебе безразлично, что весть о Персте ушла раньше времени на земли схоров?
  - Это все равно рано или поздно случилось бы, так зачем горевать? - спокойно отвечаю ему, хотя в душе стало не по себе, уж что-что, а из богатой истории Земли я отлично знаю как власть имущие держаться за свою положение и особенно привилегии, никто просто так не отдаст выскочке все это. Жаль только понимают это и все собравшиеся. Для них это не только лишняя головная боль, но и постоянная нервотрепка... хотя о чем это я? Уж они то бойцы с огромным опытом, таких убийцами и страхом смерти не запугаешь, они прошли не через один десяток битв.
  И все же ощущать себя мишенью как-то не по себе...
  - Порой я тебя совершенно не понимаю, - опустил голову Крах.
  Первожрец, получив отпор месяц назад, сделал еще одну попытку подхватить шефство надо мной во второй день после нашего прибытия. Разговор вышел куда жестче первого. Пастырь Корвуса ушел ни с чем, теперь вот думаю чего еще от него ждать... ведь без духовного наставника нельзя, а смены то нет, кроме того Крын и во время похода с меня глаз не спускал, все о Персте твердил, а теперь по прибытии вовсе будто помешался на этом, в храме каждую свободную минуту проводит. Может ли Крах его на что-либо подбить? Неокрепший разум подобен теплому пластилину - можно слепить все что душа мастера пожелает, были бы желание с умением, а у Краха как я заметил в достатке и того и другого.
  Надо присмотреть за ним, толковый парнишка! Мне то он поболе первожреца верит...
  - Ог, ты нас слушаешь? - недовольно спросил Грим.
  - Конечно.
  - Тогда что скажешь о выходе Грохта из Мрачного Леса?
  - Еще слишком рано, у нас сил - кот наплакал, - скрипя сердце ответил я.
  - Верно! - поднял указательный палец Сурв. - Но не стоит забывать, что время играет против нас. Нельзя дать нашим противникам выловить всех наших будущих воинов, тех кто нам сочувствует.
  Мастера неожиданно поддержал первожрец:
  - Как не прискорбно осознавать, но это так. У Высшего на землях схоров за последние годы сильно убавилось жрецов, если рядом с Мрачным Лесом с той стороны еще стоят храмы и проходят службы, то чем дальше вглубь, тем дела обстоят хуже. Думаю, что на западных землях у нас вовсе нет сторонников. Они вовсе низвергли Корвуса, ведь там он утвердился в последнюю очередь, и местные сопротивлялись этому особо рьяно.
  Грим недовольно поерзал на лавке, покряхтел нечто неодобрительное и наконец встал. Взял со стола указку, выточенную по моей просьбе еще до похода и подошел к стене на которой висела схематичная карта ближайших земель. Придумка естественно моя, а вот прорисовка целиком и полностью Сурва с Крахом. Получилось неплохо, в духе эпохи мореплавателей, хотя для меня больше привыкшего к электронным картам Земли она выглядела аляповато-халтурной, но на безрыбье...
  По заведенной некогда традиции собирались в доме мастера-кузнеца, как наиболее приспособленном для этого, потому как у него одного имелась одна свободная большая комната которую можно было оборудовать под совещательный зал, обставленный соответствующей атрибутикой.
  - Вы все думаете о том, что может случиться через месяц, а то и год, но ни один не обмолвился о настоящем! - кончик указки ударил прямо в центр нарисованной деревни. - С имеющимися у нас силами нельзя замахиваться на большой кусок, у нас без потерь для Грохта можно выставить отряд в девяносто воинов и это вместе с ратниками и новиками. А если приплюсовать к ним мужей с выселок, то добавим еще двадцать. Итого сто десять воинов. Без сомнений это грозная сила, особенно если отряд возглавит Перст Высшего с ручным мримом...
  - Сема не ручной!
  - Ты контролируешь его? - рыкнул Грим.
  - Конечно!
  - Тогда ручной, харн мне в печень! А для людей важно только это!! - все так же раздраженно ответил Грим. - Вот только для удачного похода этих сил явно недостаточно! Нас задавит первый же самозванец, возомнивший себя таром, прихлопнет как огрин надоевшую муху. Хлоп и нет отряда и всего то ему для этого понадобиться полтыщи копий и мечей.
  - Жрецы Корвуса еще не так слабы, чтобы считать нас никчемными! Мы можем выставить немалую силу! - с жаром воскликнул Крах.
  - Кого вы соберете? Юнцов, что едва рукоять меча взяли или стариков от которых пользы больше в земле чем на ней?! Наша единственная надежда - ветераны Первого Похода, именно они прислали представителей от своих поселений, только благодаря им мы можем не только выстоять в первое время, но и заставить склонить головы всех глав схоров!
  Грим под конец речи разгорячился и говорил с не меньшим жаром, чем первожрец на своих проповедях, однако меня кое-что смущало в его словах, была в них недосказанность.
  - Но раз они прислали свои глаза и уши, а по-другому дружинника и двух ратников не назовешь, - Крах с Сурвом кивнули, - выходит, они должны подтвердить то, что я избранник Высшего?
  - Да.
  - И каким образом?
  - Они принесли крипт.
  Сурв поперхнулся, первожрец удивлено воззрился на Грима, а я переводил взгляд с одного на другого и не мог понять, что собственно происходит. То что случай явно из ряда вон выходящий это ясно, но вот остальное... придется спрашивать.
  - Подробнее можно?
  Мастер-кузнец тяжело вздохнул и словно непутевому дитю пояснил:
  - Криптовая руда, не смотря на то, что из нее никто кроме Перста Корвуса не способен создать полноценную вещь сама по себе очень ценна. Она ценится дороже злата, тот кто постоянно носит мешочек с криптом почти никогда не болеет и ему сопутствует удача.
  - И как много его по эту сторону Ледяных Гор?
  - Сложно сказать, о запасах не принято рассказывать, - почесал затылок мозолистой пятерней Сурв. - Одно могу сказать точно, что за горсть руды в схоре можно купить хозяйство средней руки и еще года три жить припеваючи.
  Грим и Крахом с мастером согласились, поддержали одобрительными кивками, при этом Косарь продолжал стоять с указкой подле карты, легонько похлопывая ей себе по ноге.
  - И много крипта? - помедлив спрашиваю я наставника.
  - Достаточно чтоб выковать цельный боевой молот.
  На сей раз Сурв с Крахом попытались скрыть удивление, но получилось плохо. Ну а мне собственно говоря наплевать, я видел куда больше. Голова забито только тем как обставить все таким образом, чтоб о реальном создании криптовых вещей никто не догадался.
  Я задумался настолько, что не заметил как погрузился в расчеты и ладно бы просто требовалось посчитать мол эта горсточка на кинжал, эти три на меч, эти четыре на секиру или рогатину. Ан нет, все не просто так... приходится вспоминать все то что творил в заброшенной кузне, сколько добавлял руды и крови для каждого оружия. Вот это как раз доставило большую головную боль. Мозги ни в какую не хотели работать в этом направлении, но постепенно, минута за минутой, клубок воспоминаний начал распутываться. Каждый эпизод занимал свою полку в огромной библиотеке памяти...
  - Время дорого, нужно решать быстрее, - буркнул Косарь.
  - Не мешай Персту, от него все зависит, - неодобрительно заметил Крах.
  На какую 'тропку' свернул бы разговор двух столпов новообразовавшейся власти Грохта, Сурв не узнал. Я, наконец, очнулся, в голове созрел детальный план на ближайшую неделю, теперь осталось претворить его в жизнь, о чем троице и заявил. Им кроме как согласиться с моим решением ничего другого не оставалось.
  Заседание неожиданно занявшее большую часть дня завершилось. До конца шестого дня с момента прибытия в Грохт из похода осталось меньше пары часов.
  А ведь сейчас на Земле середина сентября. Как же время летит...
  
  
  
  Отступление 2.
  Проблемы лучше решать заранее, иначе в хаосе они могут стать неразрешимыми.
  
  В небольшом походном шатре за грубым столом сидели двое: один коренастый ветеран с задубевшим от ветра лицом, непонятно чему улыбающийся и редкими пшеничными волосами на голове, второй - много моложе его, с огненными волосами, бородой от уха до уха и зелеными как весенняя трава глазами. В руках молодого лежал развернутый свиток.
  - 'Отряд яра Светида остается в пограничье до дальнейших распоряжений. Подпись - тар Бромуд', - прочитал рыжеволосый и кинул послание на стол.
  Свиток из телячьей кожи упал на стол и свободно закатился за глубокую чашу, что служила мойкой для рук.
  - Это что же, выходит остальные уходят, а нам здесь держать оборону против двух дружин? - не сдержался Добрый, гридень яра Светида.
  Добрым его прозвали не за ласковый нрав и кротость, а за вечную улыбку на лице не сходящую ни во время боя, ни в тяжкие моменты пыток.
  - Ты читал приказ, - мрачно ответил яр, глядя на одинокую свечу, горящую в палатке второй час, но никак не желающую гаснуть, прям как их отряд - как не старается тар их добить, а не может, но теперь видать все, кончилось их времечко...
  - Да плевать на него! - вспылил верный помощник. Его голубые, будто вода в солнечный день, глаза метали молнии, а редкие всклоченные короткие пшеничные волосы напоминали иглы защищающегося ежа.
  Яр Светид на это лишь усмехнулся, горько так, мол все понимаю старый друг, но поделать ничего не могу. Стараясь говорить спокойно, он заметил:
  - Мы - блудни, репутация - наше все. Если остальные отряды могут вернуться в родные поселения, то нам дорога назад заказана. Или ты забыл кто теперь яр в Варконе?
  Добрый недовольно засопел. Не ответил. От переполнявших его чувств жахнул по столу кулаком так, что плошки подпрыгнули, а огарок свечи потух. Гридень выругался, полез за кресалом и сушняком. Сидеть в кромешной тьме, когда обсуждаешь важные вещи не дело.
  Минуты две ушло на то, чтобы разжечь огонь и заменить прогоревшую свечу на новую. После Добрый взял кувшин с медовухой, что стоял подле входа, и плеснул в глиняные кружки яру и себе. Напиток хорошо прочищал мозги, но если перебрать, то и туманил будь здоров, да только гридень лучше кого бы то ни было знал сколько нужно для первого, но без допущения второго.
  Взлетели донышки кверху, по горлу прошла сладковато-едкая волна, и пару секунд спустя затуманенный усталостью разум встрепенулся, мысли забегали упорядоченно, живо. Опытные воины наслаждались короткой тишиной, обмозговывая как быть дальше. Больше хмурился Добрый, что с его мимикой выходило забавно - со стороны глянешь и не поймешь то ли дурачится, то ли кривляется, но яр то знал - верный как волкан гридень напряженно думает, да так что того и гляди из ушей дым коромыслом пойдет.
  Сам Светид размышлял иначе. По лицу ничего не видно - все такое же мрачное как и минуту назад, собранное, как перед боем, с чуть выдвинутым прямоугольным волевым подбородком, с топорщащимися бровями. С такого хоть лик Высшего Корвуса режь. Лишь одна казалось бы незначительная деталь выдала напряжение яра - он рефлекторно вертел в пальцах какую-нибудь мелочь... сейчас это был маленький стилет - напоминание о давнем недруге, подославшем первого убийцу.
  Минуты тянулись... Горела свеча, отбрасывая неясные тени на колышущиеся стенки палатки. Рядом ходили караульные, настороженные и бдящие словно волканы под хозяйской дверью.
  Ночь в самом разгаре, луны почти не видно - тучи пришли с Ледяных Гор, словно полчища чудищ, такие же черные и злые. Блудни отдыхали после двух недель бешеных гонок за отрядами мятежных поселений, вздумавших противиться воле тара Бромуда. Плохо только то, что конечная точка оказалась в приграничье трех схоров, а за спиной уже наверняка стоят шеренги верных тару дружин. Эти ударят и по бывшим соратникам. Чванливые ублюдки! Как задницу свою прикрыть, так рады блудням, а как помощь оказать, так хрена лысого.
  Мда задачка та еще. Как быть? Можно было бы попробовать переметнуться, но только не к ледцам и не к бронкам. Оба схора отряд яра Светида ждут только для казни, слишком много крови неудержимые блудни попортили им в свое время. И ведь честно исполняли долг перед своим таром, но как выяснилось надо было думать и о завтрашнем дне.
  Добрый поскреб пятерней затылок, взлохматив и без того взъерепененные волосы, хотя это казалось невозможным и тяжело выдохнул.
  - В голове пусто как на храмовой кухне, - наконец признался гридень. Яр по-прежнему продолжал молчать. Доброго через пару минут это стало беспокоить, обычно командир принимал решения быстро и чаще всего они оказывались правильными. А тут уже полчаса считай прошло, а воз и ныне там.
  Стилет серебряной молнией мелькнул в воздухе и воткнулся в жердину, что стояла возле входа, придерживая полотняные двери-откидушки.
  - Значит так. Скорее всего от нас решили избавиться, слишком от приказа душком попахивает, так что ждать корма не стоит. Того что есть сейчас хватит на полмесяца, от недели на три, если выдачу сократить... Прокормить две сотни взрослых мужиков не так то просто. Придется начать обирать деревенских, а это прямое нарушение кровного договора. Дальше продолжать?
  Добрый нахмурился:
  - Не надо, итак понятно, что после первой жалобы подкрепленной доказательствами на нас спустят всех волканов. Нам в загривок дышат семь сотен дружинников тара, еще столько же могут выдвинуться из Смольска. Выстоять никак не получится.
  - Об этом и речь, но у нас есть еще один путь...
  - Какой?
  - В Грохт.
  - Ха-ха! Смешно, хороша шутка, - улыбка гридня превратилась в неживую, натужную, смеяться Доброму совершенно перехотелось, особенно глядя на сосредоточенное лицо яра. - Ты ведь не шутишь...
  - Нам не оставили выбора.
  - Мы не знаем куда идти, без проводников проход через Мрачный Лес лишь ненадолго отсрочит казнь.
  - Поверь, старый друг, если бы были другие пути я бы обязательно ими воспользовался, но у нас и правда...
  Светид не договорил, насторожился, прислушался к сторонним звукам за стенами палатки. Добрый сразу потушил фитиль сжав его большим и указательным пальцами.
  Вдалеке громыхнул гром, едва слышно донесся треск молний и через несколько секунд по туго натянутому полотну забарабанил дождь. Пока еще редкий, но вскоре он разойдется и будет лить пару дней точно, а может и неделю. В этих местах всегда так. В конце весны - начале лета обязательно неделька другая дождливая, промозглая, зато потом до поздней весны если и льет дождь, то сильный и скоротечный - самое то для многочисленных полей и пастбищ.
  - Показалось, - чуть слышно выдохнул Добрый и тут же стенку палатки пронзила стрела, аккурат в том месте где несколько секунд назад сидел Светид.
  Оба бросились на пол. Замерли, прислушались, но больше убийца себя никак не проявил. Дальше ждать смысла не было, Светид с Добрым подхватив оружие вылетели из палатки.
  Вжик! Стрела срикошетила от доспеха и улетела в сторону.
  - Вон он!! - крикнул гридень, стартуя с низкой позиции в сторону закутанного в тряпье оборванца с огромным луком в жилистых мощных руках.
  'Как он тут оказался? И даже не скрывается, а ведь считай в центре лагеря!' - неожиданно подумал яр набегу, петляя будто заяц, но быстро сокращая дистанцию до замершего в стойке стрелка.
  Убийца даже не пытался скрыться. Вон и Добрый забегает с другой стороны, еще немного и яр с гриднем возьмут несостоявшегося убийцу в клещи.
  На что он надеется?
  - Трех быков мне в задницу, засада!!
  Перед стрелком выросли с десяток воинов, сбросивших с себя пучки травы, в их руках блеснули короткие клинки и щиты, у трех видны мощные луки. Пара караульных, что бродили по периметру лагерю лежали утыканные стрелами будто ежи. А на краю лагеря, с противоположной стороны вдруг послышалась звуки боя: звон стали, крики сражающихся и свист рассекаемого стрелами воздуха.
  Отступить? Нет, только вперед!
  - Бей! - заорал Светид, бросаясь на врага. Добрый ругнулся и бросился следом за яром.
  Подобная бравада может показаться глупостью, но это только со стороны, на самом деле при всем желании яр с гриднем уйти бы не смогли - пара стрел в любом случае достали. И кто поручится, что они не отравлены? Вот то-то же. Так что выход один - атаковать в лоб.
  Яр налетел на противников не дав выстрелить. Взмах, свист стали и длинный клинок полуторного меча рассекает горло ближнего врага. Опытный воин каждое движение делал смертоносным, неотразимым, бил противника клинком, рукоятью, кулаком, коленом - всем чем дотягивался. Но и враги оказались не глупыми новиками, на их счету было не по одному убитому.
  Схватка затянулась. Все чаще яр начал пропускать удары, пускай вскользь и почти безболезненно, но раны уже появились. И от этого Светид ярился еще больше. К исходу второй минуты боя у его ног лежали четыре бездыханных тела, но продолжали атаковать куда больше!
  Дзынь, дзынь! Уворот, подсечка, клинок змеей проскальзывает через брешь зазевавшегося врага и легко смахивает голову с плеч. Яр рыкнул зверем и завертел мечом еще быстрее, клинок настигал врага: колол, рубил, но это был последний рывок, Светид нарочито поставил все на одну карту. Биться дальше он конечно бы мог, но вот победить уже нет, слишком неравны силы, а его бойцы отбивают ночную атаку на другом конце поля и не слышат боя...
  
  Еще минута и в траве лежат уже семеро убийц, да только и сам Светид того и гляди присоединиться к ним. Вон трое кружат вокруг будто вороны над пока еще не умершим волком, а четвертый чуть позади них, выжидает удобного момента, ждет падальщик когда яр спину подставит.
  - Прочь сучьи дети!! - неожиданно за спиной главного татя появился Добрый.
  Гридень свалился без сознания от кистеня, умело пущенного одним из убийц, но видно голова у верного волкана Светида оказалась дубовая, вот и оклемался он, да не просто так, а еще в самый неподходящий для врага момент. Секира в его руках оказалась страшным оружием, два взмаха - два трупа! Со стального лезвия свисали окровавленные ошметки кожи и волос. Кажется убийцы впервые растерялись, слишком быстро все произошло
  Ситуация резко изменилась. Теперь за жизни оставшихся двоих татей никто бы не дал и гроша. Правда у них был один шанс...
  - Бросайте оружие и тогда я вас пощажу. Слово яра! - предложил им Светид, впрочем не особо надеясь на результат.
  Но неожиданно один из татей бросил на землю клинок и сделал шаг в сторону от напарника, тот, если и удивился, но вида не подал, лишь ощерился и вогнал в спину предателя меч по рукоять и сам тут же упал с проломленной головой от удара секиры.
  Яр прислушался. Бой на другом конце поля закончился. Нападение отбили, да и как не отбить если то всего лишь отвлекающий маневр?
  - Ну, Добрый, теперь то видишь, что у нас просто нет выбора? - с кривой улыбкой спросил верного друга и помощника Светид, но тот не ответил, зло сплюнул под ноги и достав из-за пояса длинный нож начал по очереди 'добивать' мертвых.
  - Я пришлю людей собрать трофеи, после того как упакуешь этих, готовь людей к походу. Выступаем с восходом.
  
  
   9.
  Интуитивное решение проблемы порой целесообразнее логически обоснованного.
  
  Прошло четыре месяца с небольшим как я оказался в этом мире по воле Корвуса, до сих пор не могу понять кто он этот Высший, на бога не тянет - слишком слабый, на демона тоже, даже моих скудных знаний хватает это понять. Может волшебник, что в известной песенке на голубом вертолете прилетает? Не уверен. Однако задавать себе вопросы не переставал и старался найти на них ответы любым способом, жаль только их до безобразия мало.
  Но сегодня под вечер голова работать перестала, все мыслительные процессы застопорились будто движок у 'шахи' после ралли 'Париж-Дакар'. Вот только я не каталс, а с харном носился сайгака изображая. Увы, а иначе пока против наставника и не выходило, хоть тело Ога и много быстрее запоминало связки и движения, но против многолетнего опыта мастера оно пасовало, но я не сдавался, чувствовал, что в будущем если не переплюну учителя то уж точно уступать не буду. Да и стимул для остервенелого подхода к занятиям у меня имеется такой что любую немощь прогонит, а смертельную болезнь исцелит, ведь семья - это святое!
  В таком подходе одно плохо - организм выматывается настолько, что после захода солнца вырубаюсь сразу как только касаюсь топчана. И самое удивительное мне абсолютно оранжево на то, что он жесткий как хворост и колется так будто в нем не солома, а гвозди. Признаюсь честно, раньше в такой постели я бы точно не стал спать, а теперь о подобной мелочи вовсе не задумываюсь. Удивительные дела!
  Но и это еще не все, если раньше, на Земле, я порой мог наблюдать сновидения, то теперь о мире грез и речи быть не могло. За четыре месяца ни одного сна! В принципе это не так уж и плохо, просыпаешься бодрым, отдохнувшим, в голове приятная пустота, без лишней информации. Но сегодняшняя ночь прервала этот заколдованный цикл...
  Я некоторое время ощущал себя щепкой в штормящем море: стихия швыряла, кидала, бросала и всячески измывалась надо мной до неприличия долго. Думал все - кошмар никогда не кончится, но неожиданно все успокоился и я оказался в свинцовой дымке. Огляделся раз другой, так ничего кроме непроглядной пелены не обнаружил. Кошмар продолжился?
  Вдруг мое бесплотное тело подхватил поток странной блеклой субстанции и петляя понес сначала вверх, а затем в сторону, постоянно меняя направление. Теребило не хуже чем во время шторма, но и это действо наконец прекратилось.
  Конечная точка оказалась в большой больничной палате с одинокой кроватью, оборудованием слежения и до боли знакомой девочке в больничной робе укрытой тонким пледом.
  Юльчонок!!
  Пытаюсь рвануться к ней... да куда там, я словно муха в паутине завис в дальнем верхнем углу комнаты и единственное что могу - это любоваться дочуркой. И пускай она без сознания, но уже то что с ней все в порядке заставляет надеяться на лучшее, вон и лицо порозовело, словно она не больна, а только прилегла на пару часиков и вот-вот проснется.
  Черт! Как же хреново видеть ее так близко и ни коснуться, ни приласкать, даже просто не почувствовать ее едва ощутимого дыхания. Нельзя так издеваться надо мной!! Хочется порвать кого-нибудь, сбросить появившуюся ярость, как тяжкий груз. Но никого нет и не предвидится, я здесь только наблюдатель и не более.
  Я не отрывал взгляда от Юльчонка, буквально пожирал ее глазами, стараясь запечатлеть каждый волосок, ресничку, каждую клеточку на умиротворенном лице. Сколько подобное могло продолжаться не знаю, но дверь в палату неожиданно открылась и в нее вошла моя Оленька. Живее всех живых, пышущая здоровьем, от нее буквально исходили волны живой энергии присущие только детям в том возрасте, когда они еще способны видеть лошадок в облаках. Вот только лицо у моей кареглазой красавицы с густыми волнистыми волосами было печальным и несчастным, правда в глазах нет-нет да мелькнет искорка надежды, но тут же исчезает, словно ее не было.
  Она подошла к кровати, подкатила к ней стоявшее в углу палаты массивное кресло и села рядом. Одной рукой Оля взяла дочку за ладошку: худую и бледную, а второй начала гладить по голове и тихо-тихо напевать любимую песенку Юли, ту самую, что пел маленький мамонтенок стоя на тающей льдине.
  
  По синему морю, к зеленой земле
  Плыву я на белом своем корабле.
  На белом своем корабле,
  На белом своем корабле.
  Меня не пугают ни волны, ни ветер,-
  Плыву я к единственной маме на свете...
  
  Вдруг вспомнилось и накатило, мог бы заплакать, непременно бы слезу пустил. А ведь когда-то, еще до того как появилось маленькое Солнышко нашей семьи, любимая пела и для меня, вот так же тихо, лохматя мои непослушные жесткие волосы. Эх! Етитская сила...
  
  ...
  Пусть мама услышит,
  Пусть мама придет,
  Пусть мама меня непременно найдет!
  Ведь так не бывает на свете,
  Чтоб были потеряны дети.
  Ведь так не бывает на свете,
  Чтоб были потеряны дети.
  
  Допевала Оля низко опустив голову, не обращая внимания на падающие на простынь с щек прозрачные капли. Вижу все и ничего сделать не могу, такого поганого чувства я еще ни разу в жизни не испытывал!
  Неожиданно стена содрогнулась и пошла трещинами. Секунду спустя бетон осыпался мелким крошевом и через двухметровую дыру пролезла страшная образина похожая на скрещенного с гориллой двуногого крокодила. Тело монстра с бугрящимися канатами мышц, закрывала темно-зеленая чешуя, руки и ноги заканчивались пятипалыми ладонями, а голова имела удлиненную рептилоидную форму.
  Тварь оглядела палату плотоядным взглядом странным образом не заметила Корвуса, зато увидела рядом с кроватью бессознательной дочурки Олю. Из пасти ящера раздалось удовлетворенное: 'Хашшш!' и наклонившись вперед он переступил груду мусора. Оказавшись в палате тварь показалась даже большего размера чем до этого. В его глазах мелькнула тень мысли и тут же исчезла, зато тонкие змеиные губы поползли вверх, обнажая два ряда острейших иглообразных зубов. Клац! Будто капкан хлопнул.
  Оля не растерялась и как любая любящая мать попыталась оградить дочь от опасности, попросту сдвинув кровать к стене. И откуда только силы взялись у моей ста шести трех сантиметровой малышки? Вжик и дело сделано, а за тем для пущей убедительности Оля подхватила со стола металлический поднос и что есть силы запулила его в недокрокодила.
  Железяка попала ему по носу, от неожиданности тот даже не успел среагировать и видно удар вышел болезненный, монстр аж затрясся от ярости. Зашипел и одним прыжком оказался возле Оли.
  Хашшш! Клац!
  Чудом вывернувшись из лап твари она ужом попыталась отползти, но не успела как вновь оказалась в лапах ящера. На сей раз его хватка была куда сильнее...
  Сука, что ты творишь, отпусти ее!!
  Я надрывался зря, трепыхания ни к чему не привели, только больше обессилел и вымотался, но видеть как какая-то тварь пытается съесть мою жену не могу, поэтому раз за разом рвусь вперед. В какой-то момент чувствую, что 'паутина' ослабла, но еще далеко до того, чтобы вырваться из цепких 'лап' неведомой ловушки. Нужно еще немного времени, побольше ярости и толику везения, но первого то как раз и нет!
  Ящер, выпустив двойной язык из пасти облизал лицо трепыхающейся Оли, изгваздав ее зеленоватой слюной и раскрыл пасть, готовясь откусить ей голову.
  Но тут наконец появилась охрана больницы.
  Дверь слетела с петель от мощного удара ноги обутой в берцы сорок девятого размера и в палате появился медведеподобный боец под два метра ростом, косая сажень в плечах с неизвестным мне автоматом в руках и армейским тесаком на левом бедре.
  Лязгнул затвор, автомат выплюнул короткую очередь, ударившую в массивную ногу ящера. Монстр зашипел ультразвуком и не обращая внимание на трепыхающуюся жертву в своих лапах скакнул к бойцу. Но того смутить прыткостью не удалось и автомат кашлянул еще одной очередью, затем еще и еще, а после отлетел в сторону вместе с хозяином. Ящер хоть и истекал бурой кровью оказался живучей тварью. Ему было плевать на семь дырок в теле и льющуюся толчками кровь.
  Вот только и боец не кисейная барышня! Его рык, мало напоминающий человеческий, пронесся по палате и охранник вскочил с пола. В ладони-лопате нож, на лице звероватое выражение, лишенное и толики сострадания к ближнему своему, ноги что есть силы метнули тело к ящеру и воин будто бронебойный снаряд врезался в буро-зеленую тушу твари. Одновременно с ударом клинок вонзился в бок ящера.
  Ох как он зашипел!
  На сей раз он не удержал в руках Оленьку и выпустил ее, сильно расцарапав. Она брякнулась на пол и на четвереньках поползла к лежащей на кровати бессознательной Юленьке. Мать!
  Ящер между тем неожиданно грациозно развернулся на месте, силясь достать врага, но у него ничего не вышло, человек ушел от клацнувших зубов, перекатом увеличил расстояние до твари и по-волчьи оскалившись, приготовился к новому удару, слегка раскачиваясь на полусогнутых ногах.
  Тварь не заставила себя ждать, пригнувшись и кажется даже чуток уменьшившись она метнула себя будто лук стрелу, но боец и на этот раз ушел, вот только ящер резко развернулся и хлестнул его своим хвостом. Удар, усиленный инерцией вышел столь мощным, что человека смело будто гидрант пушинку. Встать после такого человек не смог, да и понять, жив ли он вот так сразу нельзя, лежит в углу куль кулем.
  Ящер с кровоточащими ранами двигался прихрамывая на левую ногу (лапу?). Давать второй шанс бойцу, оказавшемуся столь опасным он не собирался: три шага и вот он подле воина.
  Хашш!!
  Лапа с острыми когтями метнулась вперед на манер копья прямо в открытую шею. Послышался противный влажный хруст, а затем удовлетворенное шипение твари. От бойца ящер отошел со змеиной улыбкой на тощих губах. Правая лапа была полностью алая от крови только что убитого.
  Оля как не пыталась не успевала снять все датчики с иголками без вреда для дочки. Но и отдавать твари свою кровиночку не стала. Мать замерла перед кроватью с непоколебимой решимостью защищать Юленьку до последнего вздоха.
  Да только я вижу, что она и 'а' сказать не сумеет как ящер свернет ей шею...
  Черт!! Не бывать этому, не для того я заключал договор с Корвусом, чтоб моя семья умерла!
  До сих пор я надеялся на чудо, думал что моих девочек спасут, но теперь все иллюзии исчезли, я видел как ящер пружиня подходит к моим девочкам, как заносит лапу для молниеносного удара, щерится в предвкушении, то и дело высовывая раздвоенный язык как настоящая змея, определяющая траекторию движения.
  Я все вижу, но поделать ничего не могу, проклятая паутина! Отпусти меня тварь! Пусти, сука, пусти! Волна ярости накатила с новой силой, я метался так что будь это мое настоящее тело, то порвал бы себе все жилы, вывернул суставы, разбил бы голову, но даже не заметил бы этого, ведь мои чувства были бы притуплены до состояния отключения. У меня одна задача - спасти семью, любой ценой и плевать на себя, ведь без них я всего лишь тень, бесплотный мираж недостояный жизни!
  Хашшш...
  Ящер вплотную подошел к Оле, лапа все так же занесена для удара, но он чего-то выжидал, будто прислушивался к кому-то. Требовал подтверждения, команды от своего господина?! Вот оно, так и есть. Вон замер, словно медитирует.
  Давай, Ярик, у тебя получится, ну же! Рывок, еще один! Чувствую как трещат доселе прочнейшие нити незримой паутины, но вместе с этим приходит осознание потери чего-то важного, но есть ли время думать об этом? Плевать, вперед! Я заставляю себя, тянусь к жене и дочери, они мое всё, мое место рядом с ними, нужно защитить девочек...
  Ящер отмер и тут же ударил.
  Вот только и я уже не тот бесполезный наблюдатель. Мое эфирное тело с мощью бульдозера снесло тварь в сторону будто пушинку ураганным порывом. Длинные когти прошли в миллиметре от головы Оли, но она этого не увидела - в последний момент не выдержала и зажмурилась.
  Мне же не знаю как удалось не только отбросить тварь в сторону, но и перейти в нападение. У меня будто клинки вместо рук выросли, не думая ни о чем кроме как убить эту мерзость за то что он сделал больно моему чуду, я словно обезумевший пропеллер махал прозрачными лезвиями, нанося одну рану за другой. Ящер шипел, брыкался, пытался встать, но я ему этого не позволил - раз за разом клинки входили в его плоть, заливая пол густой смолянистой бурой жижей, что текла внутри него.
   Минута и тварь больше не шипит, из последних сил пытается отползти к дыре которую сам и сделал, но вот я чувствую что сил уже почти нет, два клинка прямыми бесхитростными ударами опускаются ему в шею и тварь окончательно замирает.
  Успел...
  - Ярославушка, ты ли это?! - неверующе спрашивает Оля глядя на меня.
  Силы вот-вот покинут меня, я это откуда-то точно знаю, наверное все тот же бонус, что получил в начале своего 'путешествия'. Тело начинает истаивать, меркнет с каждой секундой, единственное на что меня хватает - это едва различимый шепот:
  - Я вернусь, не говори обо мне никому, особенно Сизову.
  Не знаю все ли услышала она, вторая половина фразы далась особенно тяжело, словно три своих веса поднял, а затем одномоментно вырубился, меня знакомо поволокло куда-то по узкому туннелю, такое ощущение будто через терку пропускают, но я счастлив - с моими девочками все в порядке, я защитил их!
  
  
  Отступление 3.
  
  Иногда планы меняются, но подстроиться под них не получается. Порой это приводит к краху...
  
  Оля ошарашено глядела в одну точку, туда где мгновение назад увидела полупрозрачного мужа. Она бы не придала этому значения, мало ли что во время жесткого стресса померещиться, но ведь он говорил с ней! Осознано, да к тому же их с Юльченком спасли в самый последний момент. Кто если не он? Ярик обещал вечно защищать их и он держит свое слово, а значит и она обязана делать все что он скажет и пусть, профессор говорит, что он умер, ей плевать, безразлично и та могила, что показали после пробуждения.
  Если он пообещал, он выполнит! Уж она то это знает как никто другой.
  Незаметно для себя Оля простояла пялясь в одну точку минут пять, могла бы и дольше, если бы в комнате не появился профессор Сизов. Весь взъерошенный будто воробей после пыльной бури с красными воспаленными глазами и бледным-пребледным лицом. Он оглядел разгромленную палату, бросил мимолетный взгляд на стонущего у стенки бойца и остановил серые глаза на трупе ящера, разделанного в лучших китайских традициях...
  Оля очнулась от спячки и бросилась к дочери, проверять состояние, но ее быстро оттеснили прибежавшие медсестры. Появилась каталка с полиэтиленами сыворотки, Юлю за пару секунд переключили и перегрузили, а затем быстро укатили в запасную комнату. Олю, сунувшуюся было за ними, вежливо попросили остаться.
  - Ольга вы не могли бы мне помочь выяснить пару моментов? - настойчиво, но вежливо попросил женщину профессор.
  Раздражение и страх за свое чадо наконец нашли отдушину - Оля зло глянула на Сизова и не стесняясь в выражениях, постепенно повышая голос до громового ора, высказала ему все о чем думает по поводу лечения и того как обеспечивается охрана. Многое о чем говорила женщина для профессора оказалось неожиданностью, еще больше было напраслиной и глупостью усталой женщины, но профессор стоически терпел. Запала у нее хватило минуты на три, затем поток стремительно иссяк и раскрасневшаяся Оля замерла с раскрытым ртом, будто кошка увидевшая здоровенного пса.
  Всю многословную тираду Сизов, он же Высший Корвус, простоял перед женщиной с выражением легкой заинтересованности и участия на лице, а когда она закончила грустно улыбнулся, мол, понимаю, обещаю исправиться, но свой вопрос повторно все же задал.
  Оля ругнулась, что делала крайне редко, но ответила. Рассказала отредактированную версию событий: сидела возле дочери, как обычно, вдруг стена осыпалась и появилась эта ящерица-переросток, затем в палату влетел охранник, завязался бой, ну а дальше она не знала - упала в обморок...
  - Однако когда я появился, то вы смотрели в одну точку.
  - Так и есть, - кивнула она, - я очнулась, но это случилось уже после того как все закончилось.
  - Хорошо, главное что ни с вами, ни с вашей дочкой ничего не случилось. Ярослав бы этого мне не простил.
  - Он же умер, - севшим голосом заметила Оля.
  - Я обещал ему, что сделаю все возможное, чтоб спасти вас обеих и от своих слов не откажусь, чего бы мне этого не стоило, - хоть Сизов-Корвус и говорил спокойным размеренным голосом, но металлические нотки проскальзывали то и дело. Шутить в таких вопросах он точно не стал бы, для него это дело чести, по крайней мере Ольга думала именно так.
  Попрощавшись женщина ушла, оставив задумавшегося профессора наедине с ворочающимся бойцом и трупом странного существа. Корвус остался стоять на месте, даже взгляда от распластанного тела не отвел.
  - Рассказывай, Олег.
  - Тяжко, командир... - с трудом поднялся медведеподобный боец.
  - А ты не спеши, поведай лучше медленней да подробней, - совсем не по-профессорски цыкнул Сизов.
  ...Олег, лучший воин из всех кого Корвус встречал в этом мире, давно покинул палату, а сам профессор сидел в порванном кресле и затянувшись толстой как огурец сигарой размышлял о случившемся. Те кто работает с ним давно не привыкли задавать ненужных вопросов, за щедрые бонусы и безграничную верность своему слову Сизов добился от доверившихся ему людей молчаливой преданности щедро сдобренной въедливой работой и старанием.
  Вот и в этот раз если кто и удивился виду восьмифутового ящера в три центнера весом, но вида не подал. Да и Сизов никому ничего объяснять не собирался, он даже бригаду 'уборщиков' не вызвал. В отличие от многочисленных подчиненных он знал кто пожаловал к нему в гости. Прислужник Видра - давнего противника Корвуса.
  Но не рано ли его нашли? Ведь не было никаких предпосылок, зачем им этот мир, где даже Источников нет? Выходит есть в плане Корвуса недочет, где-то он просчитался, Земля оказалась не таким надежным местом как думалось вначале. Что ж если так, то придется форсировать события и Корвус знал с чего начать. Высший встал с кресла небрежно бросил сигару на кучу мусора и вышел из разгромленной палаты. В голове уже начали выстраиваться цепочки действий и событий должных решить возникшие проблемы, но главное - следует поторопить Перста, в противном случае Силы на активную оборону у него не хватит и 'родственнички' смогут дожать недобитого Высшего.
  Уже покинув клинику, созданную специально для семьи Перста, Корвус тут же начал реализовывать задуманное: десятки сообщений отправлялись верным помощникам и простым исполнителям, не подозревающим о том на кого они работают, но еще больше ничего не значащих фраз отправились к безликим адресатам по всему миру.
  Профессор готовился встретить новых гостей. Он это знал точно, потому как те кто послал ящера непременно узнают о провале задания, а раз так, то вместо него придут новые убийцы и не факт что они станут ломиться будто бульдозеры на хибары из соломы и глины. Нужно готовиться к куда хитроумным атакам главной целью которых будет семья Перста - единственного проводника Силы для падшего Высшего.
  За решением важных задач Корвус отложил в дальний угол непонятную смерть ящера, решив разобраться с этим позже, когда будет время...
  
  
  
  10.
  Принять правильное решение - половина дела, вторая половина - верно и в срок его реализовать.
  
  - Ровнее ряды! Щиты закрепить, чтоб не болтались как отвисшие сиськи у старухи! И без хиханек-хаханек мне тут! Шире шаг, шире, выкормыши фрака!
  Сто десять воинов бодро шли по узкой почти неприметной тропе, хотя после того как они тут пройдут тропа станет куда заметнее, но ничего - первый же хороший дождик и все снова встанет не свои места. Такова природа Мрачного Леса: здесь все так как было в незапамятные времена и любое вмешательство, в конечном счете, исчезает будто оного и не было.
  Я со своими питомцами, оруженосцами и 'суровой нянькой' Сурвом двигался чуть в стороне основной колоны. Люди еще не привыкли к огрину в своих рядах, да и мрим, вымахавший мне по уже выше пояса, постепенно внушает окружающим закономерную опаску. Впрочем на реакцию окружающих мне фиолетово - есть проблемы важней, особенно после того что я увидел в своем сне.
  Наверное, Крах, Грим и Сурв подумали что я окончательно обезумел раз решил выступать немедля как проснулся. Каюсь, действительно поступок вышел опрометчивым, но сердце, сердце то не каменное! Как я могу оставить своих женщин, свою кровиночку без защиты?! Вот и поддался эмоциям. Правда соратники мне популярно все объяснили, пытались надавить на то что мол время неподходящее, следует подкопить силенок и многое в том же духе. Я стоял на своем даже после того как понял что не прав, единственное на что согласился - отсрочить поход на две недели. Этого времени по моим подсчетам хватит на подготовку, в том числе и на выборку всех воинов. Думаю Грим с десятниками и двумя дружинниками, что прибыли в Грохт 'из-за кромки' справятся без проблем. Что не говори, а опыта у них не занимать.
  Свои мысли и соображения, подкрепленные клятвенными заверениями в гранитности намерений, я донес до соратников к полудню. Они правда пытались меня отговорить, но были вынуждены согласиться. Этим же вечером начались приготовления к походу. Крах и Сурв подошли к этому делу с всевозможным старанием.
  Грим же решив текучку с самыми авторитетными воинами, перекину на них бремя забот, занялся мной вплотную. Время что я думал уделить на развитие своих способностей Перста (а то что они есть, не считая 'навигатора' и доморощенной алхимии, суть которой только в выдаивании из себя как можно больше крови, я просто уверен!) забрал себе наставник. Мало того их не избежали Сема, Крын и Воздран. Грим не взирая ни на какие отговорки и рыки заставлял выкладываться нас по полной, да так что тело с утра ломило нещадно, казалось что и пошевелиться не получится, но приходил спозаранку наставник, жестко всех реанимировал и мы вновь бодрые, злые готовые к новым свершениям...
  Сейчас тот кошмар воспринимался не таким уж и злым деянием, не смотря на все синяки, ушибы и раны. У Крына даже перелом был, но после благословления Краха кости за минуту срослись. Самое удивительное Сила у первожреца появилась не в тот момент когда произошла инициация Источника (хоть я и дуб дубом в этой области, но уж больно Сема не похож на кровожадного мрима). Она появилась у него в то время, когда мы блуждали по Ледяным Горам. Может после создания криптового оружия или после боя с огринами. Одним словом - хрен его знает, главное - Сила появилась.
  В целом культ Корвуса, захиревший и порядком зачахший, за пару месяцев поднялся и как мне кажется не только в Грохте. Там где есть жрецы Высшего непременно должен произойти всплеск. Что не говори, а Сила появилась не у одного Краха, другое дело как ей воспользовались остальные последователи Корвуса. Что ж в любом случае вскоре мы это узнаем...
  - Дядька Сурв а почему так получилось, что наш Грох от остальных земель Мрачным Лесом отделен? - спросил у мастера-кузнеца Крын, оглядываясь по сторонам. Волей-неволей, хочешь или нет, но монументальность деревьев, их невообразимая толщина внушает уважительную опаску. А ведь впереди нас ждет долгий переход.
  Сурв крякнул, посопел как гигантский еж и секунд через десять ответил:
  - Наша деревня насчитывает пять поколений и люди пришли на ее земли не для того, чтобы жить как все. Им было приказано поселиться именно там.
  - А почему? - тут не выдержал Воздран.
  - На этот вопрос лучше искать ответа у первожреца. Есть желание? - хмыкнул Сурв.
  Теперь уже оруженосцы засопели. Обращаться к Краху чтобы слушать яростный ор мало кому хочется. Последнее время первожрец стал почти невыносим, постоянно ко всем придирается и орет. Хотя в Лесу он себя сдерживает, знает, что спасение от его обитателей в тишине и незаметности.
  Я вместе с Семой и Тотом, мальцом-огрином шел первым. Оруженосцы и Сурв отстали шагов на десять, тихо разговаривали друг с другом. Метрах в сорока от нас мелькали спины пары разведчиков бокового охранения. Еще три пары так же шли слева сзади и спереди колоны. От кого они нас должны были предостеречь мне и остальным новикам никто не сказал. На мой вопрос Грим ругнулся, добавив 'харн мне в печень', и приказал меньше болтать.
  По сравнению с топтанием гор это пусть не детский поход по грибы да ягоды, но и не изматывающий до дрожи в коленях переход. Хотя может заслуга не только в моей теперешней подготовке и физическом состоянии. Грим, руководящий походом, ветеран с богатым багажом. Да-да, я всего лишь знамя, по крайней мере пока. Впрочем в свое время я не зря подробно изучал Макиавелли, был знаете ли такой период в жизни. Пусть некая часть из воспоминаний выветрилась, но кое-что по военным действиям и политике осталась. Вот их в свое время и применим.
  Первый день похода закончился за час до наступления сумерек. Встали лагерем с тройкой костров и полноценным охранением.
  - Вот где наш командир, а я думал, что эти дуболомы тебя потеряли, харн мне в печень!
  Как и положено моему нынешнему положению отдыхал в отдельной палатке вместе с Тотом и Семой. Мера на самом деле вынужденная, дабы не смущать воинов. Так что потерять меня при всем этом непросто, выходит наставник что-то задумал.
  - Не возводите напраслину на десяток Микулы, они парни бойкие, уж я в этом уверен.
  - В этом и проблема,- нахмурился Грим, окинул тяжелым взглядом палатку в поисках места, но все были заняты. Тогда он без зазрения совести спихнул задремавшего Сему с топчана.
  - Гррр!! - огрызнулся мрим, но даже не боднул старого воина. Понимает что тот силен и важен для меня, а мримы хоть полуразумные иерархию чтят.
  - Ты порычи - порычи, глядишь меньше на людей бросаться будешь! Иди, давай вон к мальцу под бочек и нечего глазищами хлопать. Пшол, я сказал, харн мне в печень! - теперь уже Грим рыкнул, да так, что сема словно нашкодивший пес поджал свой маленький медвежий хвостик и спрятался за огрином. - Персту Высшего интересно, что происходит в отряде?
  Мои брови медленно сошлись на переносице. Вроде наставник говорил серьезно, но чувствую скрытый сарказм, вон и смотрит на меня смиренно, чего раньше ни разу не было. Не к добру это, ох чую, все не просто так. А вот Тот с Семой старались не фонить и даже стали меньше.
  - О чем именно ты спрашиваешь, наставник?
  - А ты не знаешь?
  - Нет.
  - Ну тогда слушай...
  Наставник говорил ровно, не повышая голоса, но мои уши начали пылать уже на второй минуте его монолога. Такого нагоняя честно признаюсь, я не ожидал, даже не подозревал о происходящем, думал - все идет своим чередом, ан нет, ошибся.
  - Если все так безалаберно с моей стороны, почему не говорил во время перехода? - хрипло спрашиваю я.
  Грим хотел было ответить, даже рот открыл, но затем захлопнул, будто капкан клацнул. Я молча ждал пока он продолжит. Наконец наставник заговорил, да так что у меня волосы на ногах зашевелились. Он прикрыл веки, оставив лишь щелочки, поднял подбородок и будто в трансе монотонно-восторженно прошептал:
  - Перст указывает путь. Перст защищает нас. Слава твоя - наша слава. Сила твоя - наша сила. Умереть, восхваляя тебя - наше счастье!
  Закончил фразу и замолчал, полностью закрыв глаза. У меня в голове вовсе будто ураган пронесся - мысли, идеи и просто обыденные рассуждения перемешались и улетели в тартарары. В эти минуты я сидел опустошенным, будто бутылка пива после утреннего моциона хорошенько проспиртованного алкаша. Чувствуешь себя не человеком, а овощем, который только и ждет когда придет повар и нашинкует в салат или суп. И что самое интересное мой 'повар' сидел рядом...
  Сторонние звуки: разговор воинов, поучения новиков ратниками, шум леса, далекий волчий вой и многое другое - все сейчас было вторичным, несущественным. Давно опустилось солнце, из-за низких туч иногда проглядывали две луны этого мира, но освещение от них было бедным, не сравнить с их 'земной сестрой'. Уж это я могу сказать с полной уверенностью.
  Не знаю сколько бы еще времени ушло на прострацию в которой я оказался после короткого спича наставника, сомневаюсь что мало. Однако проверять это опытным путем мне не дал сам Грим. Косарь отмер так же неожиданно как и застыл, даже харн, лежащий рядом погладил, словно стан девицы.
  - Кхм... я отвлекся. Но смысл надеюсь ты понял.
  - Не совсем, - честно признаюсь ему.
  Наставник низко склонил голову, так что брови оказались ниже ресниц, взгляд вышел тяжелым угрожающим. Не будь я учеником Грима, непременно бы схватился за харн, к слову рука рефлекторно потянулась к оружию, но разум остановил ее. А то бы нехорошо получилось.
  - Тар не имеет права быть неправ. Он не может указать неверную дорогу, как не может просить прощения за свои деяния у подчиненных. Такова воля Тара! - глаза Грима впервые за то время что я его знал фанатично заблестели.
  Ярослав, кажется, тебе стоит подумать о дальнейшей жизни куда детальнее, чем думалось в начале. С таким подходом Косарь тебе в скором времени станет не помощником, а вредителем...
  Как не прискорбно это осознавать, но голос прав. Етитская сила, да Грим по ходу умом тронулся после того как я с Ледяных Гор вернулся. Раньше незаметно было, да и виделись с ним по большей части или на Совете или на тренировке, теперь вон поди ж, вообразил себе невесть чего.
  Наставник меж тем продолжал:
  - Я то думал, что ты понял свое предназначение, когда приказал выступать. Как твой наставник я воспротивился, но как воин Высшего возликовал, но теперь ты разочаровываешь меня. Хуже всего, ты отделяешь себя от доверившихся тебе людей. Такого быть не должно! Перст Корвуса - отец народа и единственный светоч в этом мире. Подумай об этом и прими верное решение.
  Не прощаясь, наставник покинул палатку, оставив меня наедине с ворохом мыслей, постепенно сплетающихся в нерасплетаемый клубок. Черт те что происходит! Казалось вроде с ума сошел, ан нет, просто Грим Косарь имеет свое мнение, по сути верное, хоть и однобокое. Есть о чем задуматься. Словно чувствуя мое смятение Тот с Семой подползли под бок и прижались как верные псы. Оба излучали потоки нежности и спокойствия, стараясь успокоить и принести безмятежность.
  Увы, это не в их силах. Чувствую, ночка предстоит непростая. Нужно обдумать не столько слова наставника, сколько поведение вообще. Пора вырастать из подгузников и действительно становиться таром!
  
  
  
  Отступление 4.
  Сбили с ног - сражайся на коленях! Встать не можешь - лёжа убивай!
  
  Мрачный Лес - это не просто территория с первозданной природой. Это нечто большее, могучее. Для людей это страшнейший кошмар. Матери пугают Мрачным Лесом детей, когда те шкодят, старики наставляют молодежь и требуют клятв, чтоб глупые юнцы не лезли куда не следуют. Правители схоров вовсе выставляют кордоны за многие версты от границы с Мрачным Лесом. И пусть давно уже не было выходов тварей из первозданного сумрака, но память пращуров осталась.
  В народе витают байки о земле, что раскинулась на другой стороне Леса, о благах и радости царивших на неизвестных просторах Грохта. Ведь по завету Тара именно оттуда должен прийти новый Перст.
  Конечно, многие уже не верят в это, прошло столетие, сменились поколения хортеймцев. Однако не так просто выкорчевать из народа надежду на светлое будущее. Хотя правители схоров и приложили немало усилий для этого. Кому-кому, а им не хочется застать пришествие очередного Перста. Вместе с ним они потеряют львиную долю власти. Вот и давят они любой намек на возрождение Перста Корвуса, впрочем и культ самого Высшего искореняют с завидным упорством. Вон в западных и центральных схорах от храмов остались лишь каменюки, да тлен от сгнивших бревен...
  Естественно как каждый здравомыслящий человек, да еще к тому же обремененный властью, яр Светид обо всем этом знал. И сомневался в правдивости, считая большую часть россказней - страшилкой. Для яра из центрального схора, не видевшего нашествия монстров Мрачного Леса это было нормально.
  В итоге отряд блудней шел к легендарному Грохту не зная дороги, представляя только общее направление. По большей мере это авантюризм чистой воды, вот только выбор у них оказался невелик: смерть от изнеможения на шахте или попытка достать 'звезду с неба'.
  ...Шел третий день как яр Светид с воинами вошел под кроны многовековых исполинов. В голове у командира кроме злых мыслей на себя ничего считай и не было. Тяжело чувствовать взгляды доверившихся людей, понимающих, что на этот раз выбраться из передряги, сохранив голову, не получится.
  От двух сотенного отряда яра Светида нанявшегося к тару Бромиду два года назад осталось полторы сотни. Что сделаешь - два года непрерывных боев и стычек. И за верную службу блудни вместо надела получили удар в спину!
  Тяжело осознавать, что тебя предал тот кто должен заботиться. Впрочем, это не первый раз. Тем более что после ночного нападения все сомнения отпали. Рано утром перед лагерем блудней показался многочисленный отряд схора Бромид. Их намерения легко читались в боевом построении и едва ли не атакующим тактом боевых барабанов.
  Выхода кроме как уйти в Лес у Светида не было. Время до столкновения с недавним нанимателем было. Яр предоставил всем самостоятельно выбрать судьбу: идти с ним или сдаться тару Ельцу, возглавляющему войска Бромида. Все знали, что пленных отправляют на каменоломни и шахты, где те загибаются через три-четыре года, но альтернатива оказаться в Мрачном Лесу многих ветеранов ужасала до дрожи в коленях...
  Через десять минут после того как определился последний воин, сильно уменьшившийся отряд блудней ступил под сень деревьев-гигантов. Под рукой Светида остались шестьдесят семь воинов, меньше половины тех кто был у него под рукой.
  Войска Бромида в Мрачный Лес не пошли. Вместо этого тар выставил усиленные посты на двадцати километровом рубеже своих земель, на случай если яр попытается выйти чуть дальше, только создав видимость похода в едва ли не сказочный Грохт. Но ни через день, ни через три никто не вышел. Заслали партии разведчиков, те никого не обнаружили и командиры с великим облегчением сняли посты и тронулись обратно в форты.
  Судьба блудней в Мрачном Лесу казалась предрешенной...
  Те два дня, что отряд пробыл под кронами гигантов, мало отличались от других лесных походов. Разве что деревья здесь оказались много выше и толще, впрочем, такие исполины встречаются и в центральных схорах. Возле разрушенных храмов Корвуса. Ни кошмаров, ни неведомых тварей, никого.
  Разве что...
  - Три дырки в дышло! Да сколько их тут?!
  Шлеп, шлеп, шлеп! Один из самотрельщиков не выдержал и с упоением начал хлестать себя по шее, рукам и ногам.
  Все-таки один лесной ужас здесь был. Имя ему - гнус. Огромный такой, будто с осени закормленный раз в десять больше обычного с выводящим из себя ультразвуковым полетом на грани слышимости. А кружат эти бестии не по одному - многие сотни собираются на одного человека, облепят его и пытаются пробраться ближе к телу, испить кровушки горячей. Воины терпели сколько могли, обтирались вонючими травками, пускали на гнуса дым от костров. Помогало мало, равно до тех пор пока в воздухе стоит плотный смок, вином случае гнусы пикировали на людей будто коршуны на голубя. Неотвратимо, безжалостно. Помучались блудни с ними, но вроде к концу второго дня пообвыкли. Ан нет, порой хладнокровие наемников разлетается как черепица от снаряда требушета.
  И все же не смотря на кажущуюся благодать, в воздухе видал аромат скорых неприятностей. Люди подсознательно их ждали. Гнусы лишь ненадолго отвлекли воинов, в остальном с каждым шагов ситуация складывалась все более напряженной.
  Отряд двигался двумя параллельными колоннами с четырьмя парами разведчиков: две на флангах и по одной с фронта и тыла. Шли на равном удалении друг от друга, даже разведчики и те не удалялись дальше прямой видимости, готовые в любой момент вернуться к товарищам. В самих колоннах первые пять и последние пять мест занимали - щитоносцы, за ними три места у копейщиков и центр колонн отданы яру, его гридню и секироносцам с самострельщиками. Правда последних было мало - основная часть ушли в разведку.
  Сквозь плотные мясистые листья солнечные лучи проходят плохо, из-за этого в лесу постоянный сумрак, однако в полдень, когда светило в зените прямые лучи все-таки находят бреши и радуют глаз. В такие моменты кажется, что мрак отступает перед мощью света и на душе становится хорошо-хорошо, будто родная мать приласкала. Кто-кто, а блудни, привыкшие к воинскому кочевому образу жизни такие моменты ценят на вес золота. Их черствые души, преданные лишь вожаку, на мгновение впускают в себя первозданное счастье, чтобы затем холодными ночами или в пылу битвы вспомнить о нем. И даже умирая, они помнят о крупицах светлой радости и нежности, надежно припрятанных в сердце.
  В тот момент, когда сумрак отступает отряд на несколько минут останавливается, делает незапланированную остановку. Никто не разговаривает, не шумит и кажется не дышит...
  - Хорошо то как.
  - Лепота.
  - Будто мамку повидал.
  Но вот уходит солнце дальше, удлиняются лучи, встает беспроглядной стеной листва и на Мрачный Лес вновь снисходит сумрак.
  Светид показывает жестом: 'Продолжаем движение' и колонны тихо переговариваясь, пошли дальше. В ближайшие минут десять каждый будет думать о своем, правда, не забывая о том, где он и чем занят. Опытный воин он на то и опытный, что может личное с работой не смешивать.
  Но не успели блудни пройти и сотни шагов как перед отрядом послышалось странное шебуршание, сопровождающееся шипением и мгновение спустя все услышали короткое:
  - На...
  И все. Больше не звука. Добрый тут же коротко свистнул, с трех сторон донеслись ответные трели. От фронтовой пары ответа не последовало.
  - Строим ежа! - тут же скомандовал яр.
  Добрый луженной глоткой гаркнул: 'Еж!' и весь отряд мгновенно пришел в движение. Щитоносцы бегом образовали кольцо, встав плечо к плечу выставив перед собой ростовые щиты, за ними с рогатинами наперевес приготовились к бою копейщики, тут же встали секироносцы и самострельщики. Через несколько секунд к основному отряду вернулись три пары разведчиков.
  Те, кто двигался на острие, не вернулись...
  Вдруг на людей навалилась странная липкая глухота, будто уши мхом заложило. Слова распознавались неохотно, а шаги вовсе стали неслышны: ни хруст веток, ни бряцанье металлических колец - все отрезало. С каждой секундой приходилось говорить все громче, пока не перешли на ор. Да только и его оказалось недостаточно. Люди не понимали что происходит, но выучка и дисциплина не дали им запаниковать и разбить строй. Они все так же стояли 'ежом', готовые к нападению врага. Казалось что еще немного и воины дрогнут, но нет. Стоят будто статуи перед дворцом тара, не шелохнуться.
  Прошло меньше минуты и перед людьми появились монстры Мрачного Леса. Порождения больного воображения безумца - смесь паука и змеи, причем нижняя часть от чешуйчатой твари, а верхняя от членистоногой. Ростом чуть выше среднего человека, с толстым туловищем, двигаются неслышно, плавно скользят по земле, а паучья голова с желваками и шестью конечностями под ней постоянно шевелятся, будто плетут что-то.
  - Это же шершуны!
  - Они ведь только в сказках встречаются.
  Тихо перебросились парой фраз ветераны. Могли бы и дальше разговаривать, но на словоохотливых в излюбленной манере бывалого сотника рыкнул Добрый:
  - Молчать, ждать приказа!
  Сначала появилась одна тварь, за ней вторая, третья... десятая. Каждая на новом месте. Они заняли позиции так, что захоти люди отступить - не получится. Их окружили.
  Яр внимательно наблюдал за первым шершуном - самым большим. Светид приметил, что остальные старательно копируют его движения, будто они не безмозглых порождения Леса, а разумные существа. Что-то в движениях главной твари насторожило яра и он моментально скомандовал:
  - Прицел на самого большого!
  Стрелки перевели граненые болты на первого шершуна, но не стреляли, ждали команды.
  Внезапно все монстры замерли в одной позе: чуть отклонились назад и бросили тело вперед, одновременно с этим выстреливая из пасти полупрозрачную нить толщиной с запястье трехлетнего ребенка. Свист. Смачный удар по щитам, будто комок грязи о стену разлетелся, и твари неожиданно резко откидываются назад...
  Хоть воины и ждали атаки, но к такому оказались не готовы. К чести блудней - все щитоносцы остались на ногах, вот только два щита все-таки оказались на земле: твари буквально выдрали их из рук воинов, оставив только ременные петли. Остальные защитники с натугой все-таки выдержали.
  А шершуны не дремлют, жвала легко обрубают нить и в следующую секунду из пасти выстреливает новый залп! На сей раз те кто был рядом с брешами в 'еже' плевали нити в них, метя в голову. Остальные же продолжили обстрел щитоносцев.
  - Стреляйте, раздери меня волкан!! - заорал на замерших стрелков Светид. Те быстро пришли в себя и семь болтов гранеными молниями рванули к главному шершуну, успевшему обезоружить щитоносца.
  Стоило бою начаться и глухота исчезла, мир вновь наполнился звуками. Не сказать, что яру это понравилось - шершуны издавали до омерзения неприятный фон: не то стрекот цикад, не то шипение змеи. Впрочем, людям уже было все равно, смятение длилось считанные мгновения и теперь они вновь оказались собраны, готовы к бою, решительны, смертоносны.
  Первый же залп вывел из строя самого большого монстра. Удивительно, но из семи опытных стрелков с двадцати шагов смогли попасть лишь двое. Пять болтов, будто срикошетили от чего-то перед тварью и улетели в заросли папоротников. Однако вожаку хватило и этого. В рядах шершунов возникла замятня, каждый монстр начал действовать самостоятельно, а пара стоящих рядом с убитым вожаком вообще бросились друг на друга.
  Яр зло плюнул на землю. Они такой момент упускают! Но рисковать попусту и бросать людей в бой он не мог - не стоит овчинка выделки.
  - А момент дюже хорош, яр, ох вдарить бы им, чтоб лапки их загребущие по кустам разлетелись! - мечтательно заметил верный гридень.
  - Глупость говоришь, не хватало с этими мерзостями в рукопашную сходиться! - раздражено ответил Светид, мимоходом срубая с одного из щитов очередную прилипшую нить паутины. И тут же для проформы гаркнул: - Стрелки не спать, бей по одному!!
  В Мрачном Лесу звуки сражения доносились еще пару минут. Затем наступили тишина, изредка нарушаемая хеканьем и влажными ударами. Десять сказочных монстров оказались не таким уж и страшным противником и люди с превеликим удовольствием собирали трофеи в виде мохнатых лапок и хитиновых пластин с головы шершуна. Яр не запрещал, понимал, что воинам это нужно - почувствовать собственную силу, победить страх и просто покрасоваться перед другими бойцами. Светид этим хотел добиться еще пары дней разрядки и сносного настроения для своих людей. Ведь стоит воспоминаниям смазаться, а вкусу победы забыться и на блудней вновь нападет тоска и жалость к самим себе.
  После боя командир дал всем отдохнуть полчаса, после чего отряд двинулся дальше. К неведомому Грохту. Оставшуюся половину дня блудни двигались в приподнятом настроении, но не забывали об опасностях. Если есть одна сказочная тварь, то почему не быть еще одной? И все же не смотря ни на какие преграды люди продолжали идти вперед!
  Яру порой казалось, будто Лес нарочито дает им передышку. Мол так держать, скоро вам понадобятся все силы. И в самом деле отряд до самого вечера ничего кроме непролазных буреломов, колючих кустарников и ковра из мха-папоротника не заметил. Удачно отмахали десять верст и разбили лагерь.
  На этом 'послабление' закончилось.
  В полночь люди начали слышать новые мелодии Мрачного Леса: далекий вой одинокого зверя, разъяренный рык сцепившихся за самку чудищ, жалобные визги терзаемой добычи. Многое довелось познать блудням, но эта ночь привнесла им немало седых волос. Слыша душераздирающую какофонию воины все больше впадали в уныние, в воздухе витало тяжелая едкая вонь безнадежности.
  Незадолго до рассвета все звуки неожиданно пропали. На Лес обрушилась вязкая, как молодой мёд, тишина. Отряд с тяжелыми мыслями, беспокойным сердцем позавтракал вяленым мясом, размоченными сухарями и разбавленным вином, после чего тронулся в путь. Двигались плотной колонной, не расходились, даже разведка и та шла не на пределе видимости как раньше, а шагах в тридцати, чтобы в случае чего быстро отойти к своим. Если получится.
  Утро пятого дня оказалось на удивление жизнерадостным - лучи солнца неожиданно нашли лазейки в кронах исполинов и будто прожектора разрезали серый сумрак Леса. Настроение отряда немного поднялось, не смотря на давящую атмосферу и ужасную ночь. Как бы там ни было, но люди подсознательно готовились к тому что сегодня случится новое нападение. Хоть об этом в слух никто не говорил, но на лицах у каждого было написано именно это.
  Блудни прошли больше пяти верст, а никого не встретили, даже насекомых и тех не было! А ведь гнусы то сопровождали их повсюду. Да и лес постепенно светлел, меньше попадалось бурелома, порой встречались небольшие озерца с плещущейся рыбой. Картина обыденная для нормального леса, но не для Мрачного.
  Яр вопреки общему настроению все больше смурнел. Добрый видя каково настроение хозяина старался растормошить его, но ни прибаутки, ни россказни не помогали. Дошло до того что Добрый сам посуровел...
  В для кого-то приподнятом, а для кого-то мрачном настроении прошел весь день. Отряд отмахал еще двадцать пять верст. Сколько предстоит идти еще яр не знал, но чувствовал что вот-вот они наконец найдут то, что должны. Это радовало и тревожило одновременно. По самым радужным подсчетам Светида, втайне интересовавшегося сказками Грохта, по Мрачному Лесу следует идти не меньше полутора сотен верст напрямик. А их отряд преодолел едва ли половину пути.
  Заснул яр с тяжелым сердцем. Он еще не знал, что к месту их стоянки стягиваются десятки созданий мало похожих на обычных зверей. Да и поведение у них было ненормально-механическим. Их дерганые движения, пустые глаза и полная тишина навевали мысли о наркотике или сильном ментальном воздействии.
  Ответный ход Мрачного Леса не заставил себя ждать...
  
  
  
  11.
  Бейся даже если кажется что это безнадежно и не умирай - потому как еще не все сделано в этом мире.
  
  Казалось бы прошло всего пяток дней как Грим Косарь сделал мне внушение, а эффект получился мощным. Критика, услышанная вовремя, да к тому же конструктивная - всегда положительно влияет на человека и на его дела. Если конечно этот человек адекватный, а то ведь и обратную реакцию получить можно, да такую, что останется только дерьмо ложечкой выгребать или купаться в нем.
  Слава Судьбинушке, что я готов к диалогу и за свою недолгую земную жизнь не приобрел ни звездной болезни, ни выборочной глухоты, ни еще какой-нибудь гадости. А то ведь став Перстом можно было вообще на всех болт положить и еще лениво так им похлопывать. Давайте мол людишки пашите, а господин вас похвалит. Что невероятно? Как бы не так! Жизнь штука странная, никогда не знаешь, где на мину наступишь.
  В целом с обязанностями Перста и тара справляюсь сносно, тем более что теперь иду не сам по себе, как в первые дни. Статус обязывает быть в центре колонны, кроме того рядом постоянно присутствует Крах. Уж кому-кому, а первожрецу такой поход дается тяжело. Мне кажется он на одним молитвах и держится, вон жилы на висках пульсируют так, что того и гляди сердце стуканет и появится в Мрачном Лесу первая и последняя настоящая могила. А ведь я Краху еще перед походом намекал, мол оставайся, тебе такие переходы не горсть орехов съесть. Не послушал. Хотя человек он взрослый, сам лучше знает чего может, а чего нет.
  С наставником все сложнее. На людях - сплошь уважительное отношение, если не сказать войсковое дубовое рвение, а вот наедине такого наговорит, что будь я вспыльчив, наверняка бы рубанул его харном, да Сему с Тотом спустил. Конечно ничего бы не вышло: и удар он мой отобьет, я ведь у него дай Высший один бой из десяти выигрываю - последний, потому что моложе и выносливей. Да и мрим с огрином Косарю не соперники - он их двумя ударами располовинит: у него криптовый харн - не абы что. Но признаться, наставник и без своего харна с Семой и Тотом управится. В любом случае непросто общаться с ветераном Кровавых Равнин. Что ж я другого и не ждал.
  А вот с Сурвом мне повезло больше всех. Воспринимает он меня как сына приемного, порой даже неудобно. Мастер-кузнец он же с виду только мрачен и жесток, а узнаешь его лучше - оказывается душа-человек. Однако это не мешает ему свой излюбленный боевой молот, мало уступающий габаритами кузнечному, использовать по назначению. А мастерству этим казалось бы нехитрым оружием может позавидовать любой дружинник, не говоря уже о ратниках.
  Вот собственно три человека которые могут напрямую влиять на мое мнение и делать внушения, большей частью конечно же проходящие мимо моих ушей. Благо я человек взрослый и опыта достаточно, но об этом никому знать не следует. Вот и приходится соответствовать образу. Хотя Грим с Крахом возможно раскусили мою далеко не профессиональную актерскую игру. Они перестали разговаривать со мной как с недорослем еще в деревне, а уж тут наедине вовсе ведут беседы не предназначенные семнадцатилетнему юнцу. Мало того, что о политике разговаривают, так еще и моим мнением интересуются, да плюс к этому еще каскад 'взрослых' вопросов, от которых мне не отвертеться.
  В такой обстановке даже тугодум догадается что его к чему готовят. Ну а мне итак понятно - Перст Высшего это не столько знамя, сколько ответственность. Первоначально нужно доказать право приказывать, а уж затем этим правом пользоваться, да не абы как, а обдуманно, чтоб люди прониклись.
  Тьфу! Что-то мне игры Корвуса начинают надоедать, если бы не девочки вообще бы не влезал во все это... Эх девчата, как вы там? Ничего, найду еще Источник, ну в крайнем случае два и все будет в порядке.
  Настроение быстро упало. Не хочется думать о том что случится после лечения Юльчонка. Мне то в этом мире до конца жизни куковать и семью свою уже не обниму и не приласкаю. Разве что как в том сне-яви мимолетно глянуть и исчезнуть.
  - Ог, очнись!
  - Что?
  Кажется я опять ушел в себя. Задумался и двигался механически переставляя ноги, даже о наблюдении забыл. Впрочем в центре отряда в полторы сотни бойцов такое простительно. Жаль, наставник так не считает. Грим, судя по его довольному лицу, вернувшийся из обхода колонны, наклонился ко мне и с кривой улыбкой прошипел на ухо: 'дополнительные полчаса тренировки тебе обеспечены... ученик'. И хотя говорил он это тихо, мои оруженосцы вздрогнули и слегка ссутулились. Теперь и им придется выкраивать время перед сном и звенеть оружием, повышать навыки в полевых условиях. Наставник он ведь церемониться не любит, он сторонник жесткого подхода, когда выбора у ученика нет: или познаешь и растешь над собой, или валяешься в синяках да с отбитым ливером. Благо первожрец парой молитв реанимирует. И все же приятными эти методы не назовешь.
  - Разведчики докладывают о том что рядом идет бой. Наши действия?
  Грим на сей раз говорил спокойным даже немного скучающим голосом. Наставник с недавних пор взялся за мое воспитание на командном поприще, давая возможность принимать не стратегические, а тактические решения. Сначала эдакое признание приятно грело душу, затем по прошествии пары дней эта идея наставника не казалась такой уж хорошей. Не смотря на то, что я в прошлой жизни имел три десятка подчиненных сейчас ситуация складывалась иная. В чем различия? Все просто ТАМ я за их жизни не отвечал, только руководил восемь-десять часов в день. А тут все совершено иначе.
  Наставник жестко вбил в мою голову, что такое 'право приказывать'. И методика как обычно не отличалась мягкостью. Это ведь только по незнанию кажется, что отдавать приказы легко. На самом деле груз ответственности - ноша тяжелая.
  - Действия, Перст? - чуть жестче переспросил Грим. Колонна остановилась. Все ждали, у каждого на лице застыл вопрос, у каждого свой. И какое бы решение я не принял - оно не будет единственно верным. Нет в этом мире универсальности, как впрочем и на Земле.
  Внезапно мрим с огрином, при Гриме старавшиеся не отсвечивать, оживились. Причем оба ощерились и тихонечко зарычали в ту сторону куда указал наставник.
  Не простая битва оказывается. Может, чего полезного найдем? Перед выходом в большой мир это было бы кстати.
  В героя вздумал поиграть, избранный? А о семье подумал, о себе в конце концов - воине неподготовленном, тебя же соплей дружинник перешибет и мордой по земле повозит. Ты Ярик не забывай, что отвечаешь не за свою левую пятку - на тебе жизни сотен людей, вот тех что внемлют сейчас. Решай и не пожалей потом!
  - Нужна разведка, после нее решим как быть, а пока выдвигаемся к месту битвы и разбиваем лагерь в паре верст от нее.
  Люди заметно расслабились. Дурного приказа не последовало, идиотизмом никто блистать не стал и судя по дружинникам-десятникам, такой подход Перста они оценили должным образом. Грим удовлетворенно крякнул и одним жестом отдал приказ разведчикам выяснить обстановку. Сурв просто улыбнулся. Крах остался безучастным. Он к любым делам не относящимся к культу Корвуса или моим обязанностям Перста Высшего был глух и слеп.
  Сема с Тотом продолжали рычать, но дисциплину блюли, шли чуть позади меня, слева. Мои попытки выяснить что так их разозлило ничего не дали. Сема игнорил, хотя и оставался полностью верным, но на мысленные вопросы не отвечал. А Тот посылал один и тот же образ - как размытая клякса насыщенного стального матового цвета поднимается к горам и оставляет после себя пустые склоны и долины. Любая попытка выяснить что это собственно такое ни к чему не привели. Огрин отказывался объяснять, продолжая посылать одно и то же.
  Да что там происходит?! Что-то мне категорически не хочется лезть туда где обретает нечто способное разозлить мримов и свободно прогуливаться по Ледяным Горам. Решено. Возвращается разведка и идем прочь, делаем дугу как можно больше.
  Но у Судьбы оказались свои планы...
  
  
  
  Отступление 5.
  Порой требуется отступить, чтобы победить.
  
  - Уходите! Мы их надолго не задержим!
  - Добрый, держись, отобьемся!
  - Иди прочь, яр!!
  С каждым взмахом, шагом, вздохом большая часть блудней отдалялась от десятка товарищей. Они стояли спина к спине нерушимой скалой посреди накатывающего вала десятков тварей, не отличающихся размерами и габаритами, но свирепыми и юркими. Вот только как бы не были опытны люди долго это продолжаться не могло - росла перед ними стена трупов, того и гляди их завалит телами. И тогда чешуйчатые 'собачки' быстро доберутся до воинов.
  Это видели и остальные блудни, те что пытались пробиться к товарищам... Да куда там, расстояние между ними только увеличивалось. Твари нарочно набивались плотно именно там, да так что ступить некуда.
  Все могло быть иначе, будь блудней больше, хотя бы сотня, но лучше полторы. Отбиться от этих тварей они могли, тем более что первые две волны чешуйчатых псов с мелкими игольчатыми зубами, выстояли без потерь.
  Но в третьей волне против людей вышли не 'застрельщики' атаки, а 'черная кость' тварей - полтора десятка гаров. Измененные короли леса. Вместо ветвистых рогов - вилоподобные наросты, мозг скрыт под толстой монолитной костяной пластиной, тело закрыто толстой жесткой даже на вид грязно-зеленой шерстью. От простых оленей у них остались разве что копыта и умные глаза. Стоило им появится как по хаотичному ковру 'псов' прошло шевеление и через пару секунд образовался просторный коридор. Целый сектор. Направление для атаки, а не линия!
  'Олени' будто только этого и ожидали. Медленно, с эдакой ленцой, вышли одной неровной линией, при этом самый большой из них занял место в центре и чуть впереди. Начался разбег. Атаки 'псов' мгновенно прекратились.
  'Еж' людей ощетинился рогатинами, щитоносцы уперли окованные края в землю, подперли ногами и телами, приготовились стоять до конца. Секироносцы замерли с оружием наизготовку, даже стрелки не расходовали снаряды - ждали когда твари подставятся, но увы 'олени' набирали ход с низко опущенными головами. Для лесных животин бег по пересеченной местности - плевое дело, они ведь не кони, ноги не ломают о каждую ямку или переплетение корней. Умные образины знают куда ступить! Не зная ни о правильном строе, ни о тактических маневрах монстры Мрачного Леса компенсировали эти провалы нахрапом, силой и безразличием к собственной жизни.
  Топота не слышно - все звуки глушит толстый слой из прелой опавшей листвы и темно-коричневого мха. Из кривой атакующей линии за пару секунд образовалась вогнутая дуга, несущаяся на маленький окованный металлом островок людей, неожиданно получивший передышку перед новым натиском тварей.
  - Стоим!
  Десять шагов до строя. Светид не сдерживая себя орет что есть мочи, стараясь заглушить накатившую ни с того ни с сего немощь и страх.
  - Стои-им!!
  Пять шагов до сшибки. Кажется, что слышно как вырываются из ноздрей монстров струи огненного пара, как хрустят кости под копытами и скрипят от невероятной злобы огромные зубы. Люди физически ощущали мощь стремительно несущегося противника. И вот решающий момент!
  - Упор!! - кричит яр.
  Сшибка! Люди держались как могли, сделали невозможное, почти остановили врага, не дали опрокинуть ряды. Увы, но выдержать удар набравших разбег монстров получилось не у всех. Трое щитоносцев отлетели в стороны на товарищей, будто кегли от шара. Этого хватило для того, чтобы в дыру смог протиснуться один 'олень'. Мгновенно прикрывая товарищей в бой вступили секироносцы, стрелки расстреливали тварей в упор, но если не попадали в глаза, то эффекта не было - слишком толстый мех, да и костяной щит на голове держал удар на раз. Копейщики едва-едва могли сдержать напор монстров к которым уже неслись на помощь псы, повизгивая от предвкушения. Ситуация хуже не придумаешь.
  Кровь, хрипы умирающих, визги тварей и удары, удары, удары. Сыплются со всех сторон на людей, они еле успевают блокировать, пытаются выстроить 'ежа' вновь, но куда там... монстры не дают и все больше усиливают натиск.
  Проходит одна минута, за ней другая, враги напирают, лезут со всех сторон, того и гляди завалят своими трупами. Блудни вынуждены отходить, постепенно смещаться к паре необхватных дубов, неизвестно как оказавшихся среди вечнозеленых игольчатых собратьев. Но не это было главным, расстояние между ними было тоже не маленьким - шагов семь-восемь - для отряда недостижимая роскошь. Самое главное между стволами лежало три поваленных друг на друга исполина, перекрывающего проход между думами на четыре человеческих роста!
  Имея с тыла такую защиту отряд Светида мог рассчитывать на передышку, а там глядишь и монстры кончаться. В мгновенно созревшем в голове яра плане был лишь один изъян - чтобы выйти к дубам нужно преодолеть с полсотни шагов по сплошному ковру тварей. И ладно были бы одни псы - их и щитами раздвинуть при большом желании можно, но ведь есть монстры куда габаритнее!
  - Хек! И раз! Хек! И два!
  Это секироносцы рубят 'оленей' словно дровосеки неподатливый ствол. Те орут, блеют и мычат, но ничего поделать не могут - тактику люди против них нашли сразу: болт в глаз и три-четыре удар секирой по шее. Если уж не отрубишь, так сломаешь точно. Так уже половину завалили.
  Могли больше, но псы мешаются, лезут изо всех щелей, копейщики едва успевают отбиваться от них. Десятки раскромсанных тел уже лежали на жухлой и сырой траве, орошенной кровью людей и обезумевших зверей.
  - Добрый к дубам пробивайтесь! - не выдержал яр.
  Светид видел что дела 'отколовшихся' бойцов с каждой секундой становятся все хуже. От дюжины осталось девять человек, а трое вон валяются с вырванными гортанями. Не смотря на какофонию бойни гридень услышал своего хозяина и тут же занял место на острие импровизированного клина, устремившегося к новой точке. На этом направлении концентрация 'войск' Мрачного Леса оказалась жиденькой, так что первую половину пути одолели за несколько секунд. Но дальше...
  Твари разгадали маневр блудней и бросились на перехват, да так прытко будто от этого зависела их жизнь. А ведь их в своей массе и без того было немало, но бывают моменты когда картина сражения меняется и массы воинов движутся казалось бы хаотично, но при этом осмысленно... для командования. Так и тут. Тот кто руководил всеми этими порождениями больного разума определено знал чего добивался.
  ... прочь, яр!
  Клин из девяти блудней окончательно увяз в массе псов. От двух дюжин оленей осталась пара подранков, да и те едва давили на щиты. Большую опасность представляли псы и появившиеся на заднем плане тройка шершунов. В отличие от того десятка что встретил отряд раньше эти были мелковаты и только лишь чуточку возвышались над псами. Этим вырвать щит из рук человека будет сложно, а уж чтоб вытянуть воина в доспехе и речи быть не может. Другое дело - помешать бойцам отбиваться. А это уже проблема, особенно когда каждое движение - это вовремя остановленная смерть.
  Как не щемило сердце, как не рвало грудь от спазмов немощи, яр не отдал приказ пробиваться навстречу своим, хотя до них было чуть меньше двадцати шагов - плевком достать можно. А все дело в том, что основой отряд дошел до завала и тут же выстроила из оставшихся щитоносцев неприступную крепость. Требовать от людей еще одного подвига яр был не в силах.
  Понял это и верный преданный Добрый. Он понимающе улыбнулся и что-то сказал: может вообще беззвучно. А затем вскинул любимую секиру на секунду вверх и взревел да так что дрогнули деревья и замерли безмозглые твари Леса:
  - Славы ради!!
  Из девяти человек к этому моменту в живых остались только четверо. Они следом за гриднем подхватили клич и бросились в гущу монстров не жалея ни себя, ни тем более врага.
  Последний бой он сладкий самый. Последний бой он яркий самый. Последний бой кровавый самый...
  
  
  
  12.
  Нельзя бросать родных и близких на произвол Судьбы.
  
  Ветки хрустели у меня под ногами, жесткие листья папоротников хлестали по бедрам, а в голове настойчиво пульсирует одна и та же мысль: 'Успей во чтобы то ни стало!'. Я не слышу ни настойчивого второго 'Я', советующего плюнуть на все и остановиться, не оглядываюсь на остальных бойцов, пытающихся угнаться за Перстом. Мне сейчас плевать на окружающих!
  Неожиданно для себя я понял, что в этом мире, полном жестокости и боли, без намека на полноценную цивилизацию с теплым туалетом и инет есть во имя чего жить. Ради светлых моментов верности и преданности, ради друзей доверившихся тебе как отцу или брату. И поверьте - это дорогого стоит. Это подкупает с потрохами. Особенно человека испорченного земными благами с культивируемым обществом с насаждением толерантности и вселюбви.
  И знаете, даже если мне суждено погибнуть... мои девочки поймут. Не могут не понять. Иначе я перестану уважать себя и не смогу посмотреть в их глаза.
  Сема с Тотом будто сорвались с цепи, неслись как пара локомотивов не разбирая дороги. Мрим с огрином не смотря на толику страха испытывали жгучую ярость и ядовитый гнев по отношению к чему-то такому, что ждало нас впереди. Они непременно жаждали уничтожить ЭТО. Любой ценой.
  Пробежка оказалась не такой длинной как я думал. Звуки боя различались отчетливо, но Сема, бегущий чуть впереди Тота, начал забирать правее, описывая небольшую дугу от непосредственного боя. По каналу связи все отчетливей ощущалась жажда боя, постепенно она вытеснила остальные чувства, еще немного и мрим - этот медведь цвета хаки, превратится в берсеркера. Этого нельзя допустить, я ведь не знаю смогу ли удержать Сему от непоправимых действий!
  Делаю, что могу, буквально выдавливаю по капле звериное начало мрима, но вместо того, чтобы просто погаснуть, как это бывало раньше, ярость неожиданно перекинулась на меня. В глубинах мрачной стороны души и тенетах разума довольно заворчал Зверь. Долго я не вспоминал о нем, и сейчас бы предпочел не будить того кто может натворить дел больше чем десяток мримов вместе взятых! Рад бы запечатать Зверя, но не могу - поток ярости Семы оказался слишком силен.
  Единственное что успеваю сделать - ускоряюсь на десять секунд, пока барьеры все еще способны сдержать мою темную сторону. Вкладываю все силы в рывок, почти догоняю огрина с мримом и мысленно кричу:
  'С дороги!!'
  Слава Высшему, почувствовали, что я на пределе и разошлись в стороны. Перед тем как сознание погрузилось в пучину первозданного хаоса я почувствовал что удобно лежащий на левом плече харн бабочкой порхнул вверх и...
  ...
  Хиляк, что бы ты делал без меня?! Кто спас от всех уродов, кто вытащил из неприятностей, кто забрал в себя всю горечь темной стороны? И ты еще смеешь задвигать меня в тенета разума? Что ж, твое право, Хиляк, но помни - мы одно целое и когда-нибудь я вновь объединюсь с тобой в одно целое!
  Пробудившийся Зверь бушевал. Я отстранено слышал его мысли, было тяжело и дико понимать это. Раньше мне не приходилось слышать его, все происходило так как должно. На Земле мои давние игры с психикой и восточными техниками не казались опасными, до того самого дня когда впервые 'отрубился' во время дворовой драки. Знаете они часто возникают, если ты не полное чмо. Да лидерство и суверенитет нужно заслужить, выбить пару зубов, а то и руку сломать для наглядности. В целом тот кто не отсиживается дома, трясясь под одеялом меня поймет.
  С чего начался путь к Зверю? Ответ вопреки логике скрыт не в сущности становления сильным, я и без того рос не хилым парнем, да и от доброй трепки не бегал. Вопреки всему в свои шестнадцать пришло понимание - чтобы выбраться из клоаки жизни нужны знания, требуется база, да такая на которую можно опереться и не ударить в грязь лицом. Увы ее у меня то и не было. Школа более чем посредственная, для поступления в универ мало пригодная. Пришлось думать над возникшей проблемой. Решение появилось теплым июльским вечером между десятым и одиннадцатым классами. Да был один эпизод, изменивший всю мою жизнь. Не скажу, что в худшую сторону, но определенно не случись его - все могло быть иначе.
  Твари! Мрау, не мешайтесь, дайте мне добраться до главного!
  Сейчас в эту минуту я понял - барьер, тщательно лелеемый и создаваемый мной долгие годы пал. Как Берлинская стена когда-то, как нос Сфинкса на рубеже веков. Это не должно было случиться, но все-таки случилось. Жизнь решила за меня как быть и какой гостинец преподнести. Единственное, что пока еще радует - моя темная сторона - Зверь - до сих пор не слилась с нынешним 'Я'. А это как не крути огромный плюс, остается пространство для 'маневров'. Но не сейчас...
  Сознание работает как часы - бездушно регистрирует события. Секунда - взмах-удар и лезвие харна погружается в загривок нелепой твари похожей на скособоченного койота, виденного как-то в зоопарке. Щелк. Стрелка сдвинулась и новый удар, на сей раз окованным сталью сапогом прямо в разинутую пасть этого недоразумения. Мелкие игольчатые зубы крошатся, будто спички и рассыпаются по желто-коричневому ковру из прелых иголок инородной белизной. Сейчас я - фиксатор. Мне неведомы эмоции и сострадание, в таком состоянии я мог натворить делов... были случаи. Спасало одно - рядом есть враги, и агрессия не выплеснется впустую на соратников.
  С каждым шагом число тварей растет, их противные оскаленные морды мельтешат будто мошка. Но Зверю они безразличны - убивает одним движением, разница лишь в том используется для этого харн или стальной носок сапога. Хруст ломаемых тушек, влажные звуки распарываемых тканей, хрипы подыхающих монстров, рыки разъяренных товарок и ор Зверя, пугающего больше чем вся эта кодла, окружившая нечто большое овальное, сильно похожее на коричневое яйцо.
  Врраг!!
  Зверь утробно рыкнул и утроил натиск на тварей. Пока мое темное 'Я' бьется, отмечаю что позади слышатся знакомые взрыки мрима вперемешку с хлесткими ударами. Чуть дальше исходят от огрина пучки Силы: не спокойной как раньше, а резкой и жесткой будто удары кнута. Щелк - гаснет жизнь в одном монстре, щелк - еще один падает замертво и так много, много раз. На третьем десятке я сбился со счета.
  Зверь добрался до 'Яйца'!
  
  
  
  Отступление 6.
  Следуй зову сердца и мелодии души, тогда жизнь покажется счастливой. Следуй доводам разума и тогда жизнь наполнится смыслом...
  
  Когда-то давно его звали Битрул Хальмаади. Это было очень давно, он уже и сам не помнит когда точно. Да и свое имя он бы забыл, если бы не... проклятье Видра, обрекшего некогда верного слугу на вечные мучения. И за что? Всего-то вовремя не принес весть, опоздал на один день, а последствия для видритов оказались катастрофическими. Хотя Битрул уже успел забыть за что именно его проклял Высший.
  Возможно окажись он на землях схоров Хортейма то тропа жизни могла свернуть в другую сторону и Битрул Хальмаади остался бы пусть измененным, но все-таки человеком. Однако этого не случилось и проклятый оказался в Мрачном Лесу, среди невиданных доселе тварей, живущих только здесь - в зарослях бурелома в вечно сумрачном лесу.
  Пусть Битрул и потерял память о том кто он, но навыков не растерял, а проклятье вовсе сыграло с ним злую шутку, даровав бессмертие вплоть до 'становления великой силы'. Десятилетия он приспосабливался, выживал и в конце концов обрел Силу. Не ту, что даруют Высшие, другую, ту что может обрести лишь жаждущий ее! Под густыми переплетенными кронами Мрачного Леса с незапамятных времен скрывается немало жутких тайн мироздания, помнящих еще рождение первых букашек.
  Хальмаади 'посчастливилось' найти то ради чего он продолжал бороться. Вот только цена за мощь оказалась страшна. В момент обретения Силы он окончательно потерял человеческий облик, тело преобразовалось в новое доселе невиданное в этом мире существо.
  Под кронами гигантских деревьев Мрачного Леса появилось нечто непонятное, напоминающее огромное серое яйцо, посаженное на восемь паучьих ножек с руками-щупальцами и гротескной маской презрения посередине. Кто бы смог узнать в этом создании некогда верного послушника Видра?
  Шли годы. Битрул освоился с новым телом и дарованной мощью - подчинять своей воле созданий Мрачного Леса. Но не всех. Некоторые строптивые особи не поддавались его ментальному воздействию и от этого Хальмаади приходил в дикую ярость: никто не смеет противиться его воле! Строптивцев планомерно уничтожали орды его миньонов, однако в скором времени ему стало тесно на просторах Мрачного Леса, хотя многие территории оставались для него закрытыми и соваться туда он не собирался: животная интуиция, обострившаяся за годы непрерывных стычек, настоятельно советовала туда не лезть.
  Попытка выбраться на просторы Хортейма обернулась для Битрула кошмаром - на равнинах, под солнечными лучами его орда оказалась беззащитна перед плотным строем копейщиков и стрелков. Бойня вышла такая, что он едва успел сбежать прежде чем его настигла карающая длань хортеймцев.
  Казалось бы измененный должен успокоиться и вариться в соку Мрачного Леса. Да только ему этого было явно недостаточно и вот уже новая орда разнообразных тварей самых разных форм и размеров выступает в новый поход. На сей раз в Ледяные Горы.
  Нечеловеческий разум и инстинкты настойчиво требовали от Битрула расширения ареала обитания. Не смотря на то, что от воспоминаний у него осталось лишь имя, рассуждать он не разучился. А раз в две из трех сторон соваться чревато, то остается лишь одна, вот туда то измененный и направил свой войска.
  Поначалу все шло отлично и орда тварей, будто чума двигалась по хребтам, ущельям и пещерам, забираясь все глубже и глубже в Ледяные Горы. На пути встречались племена огринов, стаи снежных волков, траклы, нерубы и много других неприятных существ. Но никто из них не мог выстоять против разномастной орды. Потери во время боев были минимальны, но вот от срывов в пропасти, обвалов и прочей жути путешествия в горах армия Битрула таяла будто снег под лучами летнего солнца. В какой то момент измененный понял - пробраться сквозь Ледяные Горы ему не суждено... и остатки не разбитой, но уничтоженной армии повернули назад.
  В Мрачный Лес вернулось меньше сотни созданий вместе с самим измененным. Песчинка, по сравнению с тем сколько их было в начале! Жалел ли Битрул погибших, потерянных созданий? Нет, конечно. Ему на них плевать.
  Единственное что печалило всесильного измененного так это то, что по прибытии пришлось начинать все сначала. И те два лета, что он потерял в Ледяных Горах, не прошли даром - сумрачное царство Мрачного Леса не прощает столь длительных перерывов. За неполный год, что Хальмаади восстанавливал рухнувшую власть над тварями Леса, произошло немало событий, но самое значимое - в сумрак вошли люди!
  Память о давнем разгроме тут же подкинула пару неприятных эпизодов и яйцеобразное тело Битрула завибрировало от ярости и злости. Давно утративший человеческий облик Хальмаади тут же послал мыслеприказ всем пойманным и не дожидаясь пока твари соберутся в одном месте двинулся в сторону наглых людишек. По пути к нему присоединялись разные твари: по одной или стаями.
  Небольшой отряд людей орда тварей перехватила неподалеку от места в которое интуиция лезть не советовала. Этому обстоятельству Битрул обрадовался и не теряя времени сходу приказал атаковать...
  Битрул никогда не был военным тактиком, он даже не знал что это такое, тем более он не догадывался о том кто такой стратег. Однако учитывать сильные стороны каждого вида он умел лучше кого бы то ни было и даже посылая орду сплошной волной - всегда оставлял творениям Мрачного Леса толику свободы.
  С лесными созданиями подобный подход казался удачным. Здесь же все сразу пошло не так как задумывал Битрул и оттого ярился неимоверно, делая одну ошибку за другой. Три атаки не увенчались успехом - настырные людишки продолжали стоять и уничтожать созданий Леса. В четвертую Хальмаади повел орду сам!
  Он в предвкушении скорой расправы над двуногими не заметил как с фланга прорывается нечто непонятное, оставляющее за собой кроваво-слизистую просеку...
  
  
  
  13.
  Обезглавь лидера и тогда армия исчезнет, словно утренняя дымка под лучами июльского солнца.
  
  Я прекрасно чувствую звериную натуру своего второго 'Я', ощущаю его ярость и жажду битвы, но где-то на краю сознания у этого жестокого нечеловечески рационального создания пульсирует неизменная мысль: 'Искать лучшего, чтобы стать лучше!'
  Откуда это? Почему именно она? Ответа на этот вопрос я не знаю и вряд ли узнаю, однако уверен в одном - Зверь движется к своей Цели более чем осознано. Вот и сейчас, увидев того кто вел полчища тварей, это создание, на которое без омерзения и взглянуть нельзя он удовлетворенно зарычал и бросился к нему.
  Впереди его ждал Бой и отдать право на него кому-то другому Зверь не мог. Мне лишь оставалось отмечать по связывающим с Семой узам окружающую обстановку. И надеяться на то, что до того как подойдут остальные ни мрима, ни огрина не убьют...
  Чувство опасности взвыло сиреной, требуя бежать от Яйца сломя голову. Я чувствовал в нем первозданный Мрак и внутри будто затикали часы последних мгновений. Но Зверю на это плевать, он видел достойного противника и рвался к нему сквозь строй монстров будто пароход по спокойной речной глади.
  Да только подобное продолжалось ровно до того времени пока Яйцо не видело приближающейся опасности. Стоило ему заметить меня, как тотчас продвижение резко замедлилось. Чувствую с каким усилием даются Зверю шаги, сквозь пелену, разделяющую нас ощущаю чудовищное давление, бьющее наотмашь словно кнут, рассекающее волю. Но жажда битвы моего второго 'Я' куда сильнее и постепенно он проламывается сквозь ментальную стену и мы вместе делаем длинный прыжок прямо к Яйцу.
  Враг подобной прыти не ожидал и только в последний момент уклонился от харна. И тут же щупальца с окаменевшими когтями взметнулись нам навстречу. Блок! Харн с легкостью отводит удар и срезает уродливые когти... Стоп! Пучок искр отлетает в сторону, но когти на месте, только пара новых царапин добавились.
  Магия!
  Дело становится куда серьезнее, пытаюсь вмешаться в рисунок боя, но куда там! Зверь ярится еще больше и вместе с этим делает одну ошибку за другой. Харн порхает ласточкой: верх-низ-верх-лево-право, удары сыплются словно автоматная очередь, но щупальца твари блокируют каждый. И тут же контратакуют. На моем теле уже алеют пара порезов, если так продолжится, то этот бой мы проиграем.
  Вдруг монстр заклокотал: глухо, утробно. Неожиданно в уродливой маске, отдалено напоминающей человеческое лицо, что-то изменилось.
  - Велик день, когда Битрул Хальмаади обрел достойного противника. Прими дар смертный и склонись предо мной! Хвала Мраку, даровавшим мне знание и Силу.
  Зверь уловив пренебрежительные интонации тут же прыгнул на замершего врага. Клац, клац! Щупальца вновь отбили удары. И сразу контратаковали, в грудь наотмашь ударило одно из них и я отлетел в сторону будто тряпичный, харн отлетел в сторону, в заросли мха и папоротника.
  Хрр! Мррау!!
  Неожиданно со спины на назвавшимся Битрулом напал мрим: всей своей немалой массой налетел и почти опрокинул. Но паучьи лапы создания все-таки устояли и в Сему тут же ударила пара щупалец. Мрим рыкнул, пропустив удар и отскочил подальше. Окраска на его жесткой шерсти сменилась: исчезли грязно-бурые с зеленью пятна, вместо них мрим покрылся антрацитовым цветом и стал напоминать вылезшего из Ада одноглавого цербера медвежьего происхождения.
  Битрул мгновение всматривался в нового противника и задрожал от яростного клекота, разлетевшегося над полем боя из ороговевшего рта. Вот он еще стоит, а в следующую секунду взрывается градом ударов, забыв про защиту и не обращая ни на кого внимания. Для него в эти мгновения была только одна цель - мрим!
  Вот он шанс! Бей!!
  Не знаю слышал ли Зверь мой безмолвный крик, но атаковал он молниеносно. На сей раз он не повторил ошибки, не стал бить в корпус, где вездесущие щупальца, словно живущие собственной жизнью, могут отбить атаку. Зверь нанес удар по паучьим лапам. Вжик! Лезвие харна подрубает сначала одну, затем еще и еще. Битрул попытался остановить атаку, но не успел и начал заваливаться на бок, как тут же на него обрушился Сема, полосуя когтями и грызя ненавистные щупальца.
  Вот только Битрул даже упав набок оказался грозным противником, правда только для одного. Для Семы, продолжавшего биться с щупальцами. Мне же оставалось воспользоваться моментом и добить эту фракову тварь!
  Харн с легкостью находит место удара. Дзынь! Хруст... Яйцеподобное тело Битрула треснуло и криптовое лезвие вошло в днище. Поворот. И из дырки полилась блеклая сиреневая жижа.
  Как он взревел! Казалось содрогнулись деревья и оглохли все в радиусе километра...
  Это кричал не раненый, так кричит умирающий, когда казалось бы еще может сражаться, но сил для этого нет. Но проверять так ли это на самом деле Зверь не стал и продолжа наносить один удар за другим, приближая конец твари. Сема тоже не бездействовал и хотя был ранен, терзал все еще опасные конечности Битрула клыками и когтями. И только Тот казалось ничего не делал, стоял в сторонке и наблюдал.
  Ну и слава Высшему, хоть цел.
  Так казалось до тех пор пока фракова тварь не издохла. Неожиданно во время очередного удара скорлупа осыпалась серой невесомой массой, удивительно легко просочившейся сквозь землю, от полчища тварей к этому моменту остался едва ли десяток: дезориентированных и неспособных биться.
  Зверь удовлетворенно взрыкнул и добровольно ушел на покой, до появления нового интересного противника. Это я почувствовал и немало удивился. Кажется я начинаю понимать свою темную сторону души. Неужто он не так темен как я думал?
  Но додумать я не успел.
  С места куда просочился пепел от тела Битрула начал подниматься черный дымок, образовав за доли секунд полутораметровое плотное облако.
  - Что за хрень? - не сдержался я, на всякий случай делая шаг назад. Сема вовсе заскулил и отпрыгнул в сторону.
  Странно себя повел Тот. Он сделал шаг вперед и начал нюхать воздух перед собой, будто ищейка, причем обоими головами. Я отвлекся. И тут же облако рывком переместилась вплотную ко мне и накрыла коконом. В горло, нос и уши полезли щупальца черного тумана: липкие, холодные и противные, каждое касание заставляло тело содрогаться от омерзения.
  Постепенно туман стал истончаться, но лучше от этого мне не становилось. Чем глубже он забирался в мое тело тем хуже мне становилось: слабость накатила такая, что хотелось лечь поспать, не смотря на все доводы разума. Умом понимаю - это все из-за тумана, но тело то не переубедишь, в противостоянии с неведомым силы стремительно утекали...
  Прими Силу дарованную Мраком, стань Вестником, ты обретешь бессмертие, навеки слившись с Высшим Разумом. Обрети Мощь сравнимую с теми кого здесь именуют Высшими! Прими знания, возглавь детей моих, спаси семью. Силы дарованной тебе хватит на все, даже на то чтобы вернуться к семье, только прими меня, стань Вестником...
  Голову стремительно наполняли чужие мысли, приказы и желания. Я знаю - то что вертится в тенетах разума не мое, но напор не ослабевал и бороться с навязчивостью Мрака становится все сложнее. Чувствую как постепенно меняется мое мировоззрение, некоторые идеи заманчивы. Не знаю кто насылает их, но ключик подбирается. И вот-вот настанет минута когда замочек откроется.
  Неожиданно по мыслесвязи, что связывает нас с Семой, пришла картинка от мрима: маленький огрин напряжено замер в паре шагах от меня и неожиданно прыгает в сторону, затем обратно и так пару раз, вскидывает в стороны руки и запрокинув головы начинает кружиться на месте, не забывая покачиваться из стороны в сторону. Каждое движение было ритмичным и повторяющемся. Раньше я танцев на костях от Тота не видел.
  Проходит секунда другая и вот когда сил стоять уже нет, а неведомая дрянь вот-вот окончательно возьмет верх надо мной, напор начал стремительно ослабевать!
  Тут же от Семы пришла новая информация: огрин больше не дергается в припадке, стоит ровно будто палку проглотил, уставился в одну точку, смотрит выше моей головы, но Сема не видит ничего. Хотя нет, вон воздух дрожит, будто преломляется в плазме.
  Сколько он так стоял? Но вот вдруг вновь начинает свой странный танец и теперь уже мрим видит то на что глядел Тот: надо мной замерла бесплотная тень твари, напоминающей погибшего Битрула, только вместо щупалец и хитиновых ног у него были ромбовидные наросты. И от пары из них ко мне на макушку опускались две черные нити, по которым часто-часто пробегала пульсация зеленоватых искр.
  Вот куда мои силы делись! Ах ты сука!!
  Малыш будто услышал мои слова и вскинул руки вверх, будто поднял нечто тяжелое, качнулся и с натугой бросил в тень. В воздухе мелькнуло нечто расплывчатое и...
  Тело от макушки до пят прострелила острая боль. Из глаз брызнули искры, а в руки всадили раскаленные колья и медленно их проворачивали. Крик боли не вырвался из вмиг осипшего горла. Это продолжалось считанные мгновения, затем пришла волна жара, пробудившее нечто непознанное в груди. И только теперь, через боль пришло понимание - я наконец полноценен! До пробуждения этой части дара Перста я был калекой, но теперь все изменилось. На душе посветлело, пришло спокойствие.
  Раскрыв глаза я наконец обрел способность видеть, пелена черной твари спала и теперь я воочию наблюдал за тем как Тот шаманит, Внезапно в паре метрах от меня пространство смялось и по хлопку огрина образовало нечто вроде вихря: почти прозрачного, с играющими на гранях лучами солнца, неведомо как пробившегося сквозь кроны вековых исполинов. Вихрь сорвался с места и врезался в тень, окончательно потерявшую связь со мной.
  Секунда и по мозгам здорово шибануло, да так, что из носа брызнула кровь. Крутящийся как центрифуга воздух вбирал в себя тень будто черная дыра. Тварь пыталась сопротивляться, бросала щупальца на меня, но они соскальзывали, попробовала достать мрима, но Сема отскочил быстрее чем щупальца дотянулись. А когда от нее осталось меньше половины - попыталась удрать, но куда там! Вихрь закрутился еще яростней, поглощая всю тень без остатка! Стоило твари исчезнуть как вихрь мигнул и с громким хлопком исчез, а вместе с ним рухнул как подкошенный огрин.
  - Тот! - бросаюсь к мальцу, а сзади набегают мои бойцы, окружают плотным кольцом, отсекая от оставшихся тварей, а заодно от непонятных воинов, замерших между стволами двух рядом стоящих деревьев.
  Это я отметил мимоходом, щупая пульс парнишки.
  Живой. Отлично, теперь можно и отдохнуть...
  
  
  
  14.
  Тяжело принять свою судьбу, если она туманна и неясна.
  
  Яр Светид, потомок тех кто на холмах Равнины Кровавых Слез защищал последних одаренных жрецов Корвуса, пребывал в смятении. Всего день назад он вел людей к сказочному Грохту, а теперь - в одном строю с легендой идет обратно в земли схоров. Во главе с Перстом Высшего!
  Не будь при новоявленном избранном Корвуса первожреца, исцелившего умирающего Доброго короткой молитвой, Светид бы никогда не поверил в такую чушь. А теперь выходит придуманная в минуту отчаянья авантюра оказалась правдой! От такого известия мало у кого не случится приступа паники. Кто-кто, а блудни лучше остальных знают о нравах аристократии Хортейма. Многочисленные тары и яры не захотят отдавать власть в руки пришлому, пусть даже трижды избранному. Они непременно попытаются устранить досадную помеху. Сначала как это обычно и бывает - пошлют убийц, а если не сработает , то и армию соберут. Против их отряда даже тысячи мечей хватит, не помогут ни мрим, ни огрин, ни криптовое оружие. И ведь ничего не поделаешь, Светид прочно связал нить своей судьбы с Перстом. Он после спасения принес вместе со всеми выжившими Клятву на Крови.
  Да и мог ли яр поступить иначе? Как не отдать жизнь в руки того кто дал тебе второй шанс? Когда видишь что до гибели остаются считанные мгновения, когда Старая вот-вот коснется тебя своей дланью - как не уверовать в избранника?
  - Яр, расскажи подробней про правителя тех земель. Что он за человек?
  Из задумчивости Светида вывел спокойный голос молодого парня. Глянешь на него со стороны - обычный деревенский увалень, косая сажень в плечах, кровь с молоком. О том, что этот паренек Перст Высшего и не задумаешься. Хотя яру ли рассуждать о виде избранника Корвуса? Уж точно не ему - давным-давно потерявшему веру в предначертанный предками путь. Он и о Грохте то вспомнил на краю гибели.
  Перст казался на удивление разговорчивым и доброжелательным. Образ мало вяжущийся с резким, жестким и не прошибаемым Перстом Таром, о коем ходит множество легенд, описывающих деяния и нрав. Ог же был иным. Можно было бы усомниться в избранности, но вот то что яр увидел окончание боя полностью исключало подобное. Сражался Перст с неистовой яростью и силой! Хотя может Светиду это только показалось - все же его отряд был истощен и реальная картина происходящего несколько смазалась. И все же...
   - Яр с тобой все в порядке?
  В голосе Перста послышалась озабоченность.
  - Да, - улыбнулся тот и будто сгоняя наваждение тряхнул головой. - Что ты хочешь узнать?
  - Все что посчитаешь нужным поведать: какова политика, проводимая правителем, были ли удачные реформы, сильна ли армия, насколько лояльное отношение народа, тверда ли экономика? В общем все что важно.
  Яр с удивлением отметил про себя, что некоторые слова ему непонятны, а о значении других имел лишь смутное представление. Вот к примеру политика и экономика непонятны. А вот реформы навевают мысли о переменах...
  А ведь Светид, как командир отряда, обладает неплохой базой и подкован во многих вопросах. Откуда в закрытом поселении вообще о таких вещах знают? Или же это привилегия Перста? Хотя нет, вон первожрец, мастер-кузнец и наставник избранника глядят с пониманием. Знают о чем он спрашивает.
  Но дабы не выглядеть в глазах избранника невеждой яр сделал вид, что все понял и немного подумав начал рассказывать все что знал, в первую очередь о том что сам считал важным и нужным...
  Рассказ яра растянулся на пару часов. И не потому что он был сродни сказителям - повествующих витиеватыми фразами о происходящем и былом. Все оказалось проще - четверо слушателей часто перебивали рассказчика. Они спрашивали, уточняли и дополняли, если требовалось. В общем занимались системным анализом.
  
  ...Я внимательно слушал крепко сбитого воина чем-то похожего на былинного витязя, какими их принято изображать на картинах: орлиный взор, широкий лоб, выпирающий подбородок и чувство мощи в каждом движении. Разве что рыжая борода и волосы несколько смущали, ну не было на картине Васнецова подобного персонажа, в остальном похож на богатыря, диво как похож! Да и его подчиненные не отставали от предводителя. Вот только осталось их чуть больше трех десятков: вымотанные до состояния амеб, но по-прежнему готовые к новым свершениям.
  Эмоциональный фон я узнал от Тота. Малыш за последнее время неплохо наловчился 'читать' окружающих. По моей просьбе он частенько прибегает к своим способностям, благо что остальные об этом не знают, иначе у парнишки могли бы быть проблемы.
  Правда использовал я знания осторожно, так чтоб ни Грим, ни Крах о них не догадались. Вот и сейчас выяснив главное - подставы от блудней ждать не следует, успокоился. Хотя вон дружинник с ратниками, прибывшими от Совета Старших глядят на спасенных волками, будто они у него женку с дочерью попортили.
  Впрочем, вникать во внутренние дрязги людей пока не досуг. Сейчас важно разобраться с делами схора, иначе в Хортейме попадем как куры в ощип. Силенок то считай и нет совсем. Когда еще обещанная помощь подойдет? Вот и приходится думать как быть дальше...
  А Светид меж тем вещал и вещал, словно радио, без умолку. И среди множества казалось бы разрозненных сведений попадалась очень даже важная информация.
  Одно упоминание того что в последние годы пожертвования на храмы Корвуса сократили заставило крепко задуматься.
  Спонтанно подобные решения не принимаются. Тем более что эти процессы идут не в отдельно взятом схоре, а почти во всех, придерживающихся старой веры в Корвуса. Чтобы там не говорили доброхоты, но без наглядного примера ни одна вера не сможет быть конкурентно способной. А ведь как известно такое хлебное местечко пустым не бывает. Значит нужно ждать или еретического культа или действующего... из-за Ледяных Гор. Но как миссионеры прошли через заваленные перевалы? Хотя имея ресурсы за сотню лет можно совершить и не такое. Вон наша страна не раз чудеса выкидывала, да и не она одна. Так что ждать от местных вершителей судеб худшего подхода к решению насущных проблем неосмотрительно и глупо.
  Первым напрашивается вывод - не все так безоблачно, как хотел представить Крах. Дела у культа Корвуса идут все хуже и хуже, такими темпами лет через двадцать о Высшем никто и не вспомнит или и того хуже - сделают злодеем детских сказок. В этом вопросе вновь обретенные миссии щепетильны в каких бы мирах они не жили. Выходит я нужен Корвусу куда больше чем они мне. Есть на чем сыграть, главное не заиграться.
  Второй вывод - силы у правителей схоров достаточно, чтобы заткнуть власть духовную настолько, что та и пикнуть не смеет. Однако альтернативу дать не в силах. Ну не ждать же от феодалов чего-нибудь эдакого. Ну не верю я, что они с хитринкой к такому сложному вопросу подошли. Другое дело, что им хватает мозгов не добивать культ Корвуса. Так что в ключе силы я со своими сторонниками на данном этапе в глубокой темной яме. Прихлопнут на раз-два и даже не вспомнят. Так что следует действовать или с великой наглостью, чтоб все уверовали в то чего и в помине нет или возвращаться обратно в Грохт и копить силы, действовать исподтишка, готовить почву под пришествие Перста Корвуса. Беда в том, что я не могу ждать, времени хоть и стало больше, но проблема то до конца не решена!
  Из всего выше перечисленного выходит, что путь у нас один - переть вперед нахрапом, с полным пониманием сложившейся ситуации. А иначе никак.
  Светид мог бы говорить и дальше, но тут я понял, что меня мучило весь день.
  - Скажите, яр, а почему представители других отрядов блудней к вам относятся не как к равному?
  Сказано было в лоб, жестко и эффективно. Вон лицо со слипшимися рыжими волосами закаменело, хоть в терракотовую армию очередным болванчиком ставь. К чести яра он с неприятными чувствами справился быстро, лишь приподнятый уголок рта напоминал о неприятном моменте.
  - Когда надо было делать выбор: честь или выполнение приказа, я выбрал первое.
  Отвечал Светид так что будь его слова материальны то непременно заморозили бы все в паре метров вокруг. Несомненно вспоминать причину разногласия со своей альма-матер яр не желал. Ну а я давить не стал, незачем человеку на больную мозоль наступать. Хотя выводы из подобного сделать можно далеко идущие. Такие поступки говорят о многом.
  - Означает ли это, что остальные командиры выполняют любые приказы Совета Старших?
  - На просторах Хортейма люди говорят 'верен как блудень, получивший приказ Совета', - усмехнулся яр и с толикой грусти добавил: - мой случай единственный за последние двадцать лет.
  Не понятно жалеет он об этом или наоборот. На языке вертится еще пара вопросов, но перед нами будто чертик из табакерки появился разведчик.
  - Мы на границе Леса. Скоро окажемся в пределах владений яра Тарта, - отрапортовал он. Но самое удивительное отчитывался он не Гриму, как раньше, а мне. Видно не прошли даром мои взбрыки после принятия отряда отверженных в общее лоно. Что в свою очередь странно - наоборот эффект должен быть, уважать меньше или еще чего в подобном роде. На деле же все не так как казалось. И это странно.
  - Быть такого не может, мы плутали здесь едва ли не седмицу и выйти к обжитым землям должны не раньше чем дня через три, а то и четыре! - не поверил Светид.
  Грим презрительно хмыкнул и отвернулся от яра. Не стал скрывать своего отношения к Светиду и докладчик: он криво растянул губы в усмешке и собрался было сказать о чем-то, но затем передумал. Яр, видя подобное отношение, начал закипать...
  - Успокойтесь, - пришлось их остудить, а то ведь Крах вон стоит и делает вид, что ничего не замечает, поглаживает жиденькую седую бороденку, да шамкает губами, словно всамделишный старик. Но меня не проведешь, силы в нем - фору молодежи даст! - Я не сомневаюсь в словах яра Светида, - тот чуть расслабился, - действие Леса на простых людей доказано и неоспоримо. Не так важно, что было раньше, сейчас необходимо определиться как быть дальше. А пока принимай наставник командование, мне нужно подумать...
   Удивительно, но на сей раз со стороны Грима не 'прилетело' ни одного недовольного взгляда, лишь кивнул и как ни в чем не бывало убыл вместе с разведчиком и Светидом вперед. Готовить отряд к выходу в свет.
  
  
  15.
  Прежде чем вступить в бой, реши: нужен ли он.
  
  Говорят некоторые люди рождаются с даром управлять другими и среди них в особую касту попадают те кто интуитивно находит правильные слова для любой ситуации, совершают полезные действия не только в гуще сражения, но и на марше. Печально, но если с первым я пока справляюсь, битва с тварями Мрачного Леса это надеюсь доказала не только мне но и всем остальным. Что же касается мирных действий я полный профан. О чем собственно думал, когда собрался выступать? Да понимаю, что по-другому не мог - на кону жизни моих девочек, но если бы не было рядом Сурва, Грима, чтобы я тогда делал? Не думал ведь над тем, что люди нуждаются в провианте не на один день, что требуется организовать общую службу, распределить роли в походе, да банально выслать разведчиков и то нужно продумать: кого и куда лучше пристроить. А ведь над всем этим мало просто размышлять, тут опыт нужен!
  Так что посыпаю голову пеплом и признаю, что наставник прав был когда отчитал меня как желторотого пацана. Кхм... для всех то я таковым и являюсь. Впрочем взбучка и правда заслужена, возомнил себя самым умным. Эх!
  Взгрустнулось.
  Но замыкаться в себе не позволили. Хватает доброхотов развлечь или вот как Сема - потребовать к себе внимания. Хорошо, что при нем ко мне опасались подходить все кроме наставника, Сурва и Тота, впрочем огрин от меня итак почти не отлучался, разве что по нужде. Вон даже Крын с Воздраном постоянно косятся на пятнистого мрима, будто хамелеон сливающегося с окружающим миром. Но работают стереотипы, да так что диву даешься. Мне вон в прошлой жизни чтоб перебороть страх перед пауками пришлось пару десятков в банку посадить. Голыми руками. До сих пор ощущения отвратные, но ведь и дрожь прошла, как и брезгливость! Так что боритесь со своими страхами любыми доступными способами, поверьте тогда жизнь станет куда проще и безопаснее.
   - Не переживай, Перст, помощь прибудет вовремя! - слишком бодро заметил подскриповатым голосом подошедший сбоку первожрец.
  Он небось думает, я топаю в центре полутора сотенного отряда с задумчивым видом потому как сомневаюсь в подмоге со стороны почти забытого культа. Ну не разубеждать же его в столь полезном заблуждении. Вот и приходится отыгрывать все честь по чести...
  - От кого помощь? Уж не от тех ли кого загнали туда откуда и не всякая змея выползет? - не скрывая скепсиса замечаю ему.
  Старик возмущено тряхнул редкими седыми волосами и горячо возразил:
  - Что ты, что ты! Верные служители уже собрали силы втрое большие, чем твой отряд! - с гордостью ответил Крах и слегка пренебрежительно глянул на идущих впереди воинов яра Светида. Видок у тех и правда оставлял желать лучшего: бронь побитая, на некоторых от нее вовсе только покореженные огрызки остались, у щитоносцев вовсе вместо несокрушимых башенных щитов - искореженные доски, держащиеся на честном слове и подобное по всем параметрам. До сих пор удивляюсь как только они выстояли? Каким бы мастером ты не был в свалке без возможности маневра шансов у тебя мало, если конечно твою спину не прикрывают верные товарищи.
  Незаметно из спины одного из бойцов что шли в нашем охранении появился Грим и безапелляционно ответил:
  - Ты жрец морду не криви, парни ясное дело побитые, но путь прошли немалый, многое вытерпели. А что же до твоей помощи, то выйдем из Леса и увидим, кого там жрецы выставят. Благо чуток осталось, вон просветы уже видать. Но чует мое седалище ничего лучше тупой крестьянской толпы я не увижу. Харн мне в печень!
  Сказал, как отрезал. И по-стариковски наиграно сплюнул, мол смотри жрец, а еще лучше отвечай на пикировку, зарабатывай очки у Перста. Для сторонних наблюдателей это может и показалось бы простой размолвкой, но для меня то игры наставника с первожрецом видеть не в первой. И ведь не скажешь, что противоборством занимаются, все чин чинарем, но осадок остается. Это да. Впрочем, что там на самом деле мне не важно, пока по крайней мере. Будет время поломать голову и над подковерными боями.
  Между тем Крах как-то по-рыбьи начал хлопать губами, порозовел чуток и сжав добела руку на сучковатом дорожном посохе возмущено тряхнул всклоченной бородой:
  - Любой истинно верующий преисполнен духовной силы, дарующей ему мощь во славу великих свершений на благо Высшего!
  Даже мне стало понятно по высокопарному слогу первожреца, да к тому же лишенному всякого намека на ответ, что помощь со стороны культа Корвуса и правда будет не лучшего качества. Впрочем и на том спасибо. Грим же только издевательски хмыкнул и тихо заметил, на так чтобы Крах услышал:
  - Вместо того, чтобы собирать сиволапых крестьян лучше бы тряхнули мошной да наняли тройку отрядов наймитов. Уж сотни три подготовленных бойцов всяко лучше тысячи вчерашних косарей...
  Первожрец на эту пикировку никак не отреагировал: толи нечем крыть, толи просто сделал вид что не слышал, в чем я сильно сомневаюсь.
  - В любом случае выбора у нас нет, примем любую помощь, да и отказываться от протянутой руки жрецов Высшего по меньшей мере неблагоразумно. Однако хочу заметить, что обещанная помощь от храма все же будет. А вот что на счет блудней?
  На этот раз пришел черед кривиться Гриму Косарю. Крах же злорадно лыбился, он то знал положение дел в стане 'надзорной комиссии', да чего греха таить я и сам в курсе тех дел, благо Тот отличный локатор эмоций, так что парой тройкой образов может с легкостью объяснить сложившуюся ситуацию. Вот только раскрывать столь важное умение огрина не буду - не дурак чай, лишний козырь в рукаве никогда не помешает. Да к тому же интересно услышать, как наставник объясняться будет: вилять начнет или рубанет правду-матку с плеча?
  Старик не подвел.
  - Плохи дела, - недовольно ответил он. - Совет не успеет собрать даже пару отрядов к тому времени как мы выйдем из Леса.
  - Говоря простым языком - нас бросают в первый бой одних, как щенят волканов в озеро, чтоб посмотреть на что они годны. Удивительны дела...
  - Перст, ты все правильно понял, - склонил голову наставник.
  - Что ж нечто подобное я и ожидал. Будем обходиться своими силами.
  Удивился ли я поняв что нас банально кидают? Очень! Первые минуты хотелось рвать и метать, появлялись мысли даже отдать приказ - выгнать к чертовой матери всю драную 'комиссию', но благоразумие восторжествовало. Я и сам если честно поступил бы так же будь на их месте. Ну кто я такой для Совета Старших? Мальчишка с даром создания криптового оружия, с парой милых зверушек под рукой и ничего больше. Доверить мне всю мощь тщательно создаваемой армии бойцов только потому, что так решили растерявшие власть жрецы? Не смешите умных людей. Им нужны аргументы куда весомее. К примеру подойдет захват одного из схоров. А вот после этого можно и выслать парочку отрядов, и если Перст справится подумать о полноценной поддержке...
  Несомненно те кто заправляет блуднями люди с большими головами, да и общую раскладку на политической арене Хортейма знают, так что рисковать напрасно не будут, будь я хоть трижды избранный Корвусом.
  Крах с Гримом зацепились языками. Сурв увлечено прислушивался, не забывая поигрывать пудовым молотом так будто у него в руках пушинка. Крын с Воздраном делали вид что их тут нет - умные парни, понимают что много знать вредно, вон бредут в десяти шагах позади меня, и это не смотря на то что я с Семой и Тотом иду едва ли не в конце колоны.
  В лоне дикой первозданной природы думается на удивление просторно. Будто Мрачный Лес и не порождение извечного врага разума, а ухоженный парк. Голова работает на ять, не мешают даже коряги и заросли мха с папоротником. О зверье вовсе не думаю. После боя с 'Яйцом' вряд ли кто-то решится к нам приблизиться, да и этот извечный противник свободного разума теперь проблем не доставит. С вывалившимися потрохами не шибко то поживешь.
  Ладно, с этим разобрались. Нужно подумать о том, как воевать с теми силами что будут под рукой. Нужна новая мысль, да такая что позволит сокрушить превосходящие по всем параметрам силы врага.
  Ну на первых парах это не проблема, по словам Светида в Тарте гарнизон небольшой, да к тому же большая часть бойцов на кормлении в деревнях раскинута и собирается только по зову яра, а этого мы ему позволить не дадим.
  Однако захватить город не главное. Важно удержать, не дать отбить тому, кто придет возвращать его в лоно схора. А то, что такая акция последует можно не сомневаться.
  И вот тут начинаются проблемы, которые придется решать нетривиальным путем. Но вот каким?
  
  
  
  Отступление 7.
  За каждое злодеяние непременно будет расплата. Вопрос только как долго ее ждать.
  
  Замок яра возвышался над всеми строениями города Тарт. И пусть он стоял отдельно, будто нарочито демонстрируя всем собственную исключительность, но из общей панорамы не выпадал. В главной зале - большой помпезной комнате с многочисленными гобеленами и роскошными аляповатыми статуями сидел необычайно молодой для своей должности мужчина. Обычно ярами назначали проверенных годами и невзгодами людей, зачастую убеленных сединой. Здесь же 'балом правил' сосунок: избалованный недоросль, потакающий собственным прихотям, привыкший получать все что ему хочется. Будь это ребенок - лучшим средством воспитания несомненно была бы порка и розги. Увы, но малец давно вырос и теперь горделиво восседает на месте яра...
  Правитель земель Тарта, Тиг Харк, с толикой интереса рассматривал картину с ногой девушкой в купальне и мечтательно улыбался. Наверное, даже мечтал. Как это умеют молодые и горячие. От него разило перегаром и потом. В руках он крутил тонкий золотой браслет с кольцом для цепи.
  Слева и справа от яра замерли четверо гридней: молчаливые и исполнительные, прибывшие в Тарт вместе с молодым правителем. Они некогда поклялись жизнями защищать хозяина еще когда он был девятилетним мальцом. С тех пор ни разу не дали повода усомниться в себе.
  Перед креслом-троном, застыл седой невысокий человек, нервно мнущий в руках свою тряпичную шапку. Тиг некоторое время не обращал на старика внимания. Он был занят более важными делами - предавался мечтам. Но видно периферийное зрение все же зацепилось за склонившегося старика и яр Тарта нехотя выполз из своих грез:
  - С чем на этот раз Ферд? Вновь разочаруешь? - глаза молодого повелителя этих земель опасно блеснули. Тиг Харк обладал неимоверной злопамятностью и не терпел невыполнения приказов, какими бы невыполнимыми они не казались.
  Старик вздрогнул, по виску покатилась маленькая капля пота, но он через силу натянул улыбку на тонкие змеиные губы:
  - О великий яр, то, что ты пожелал, доставлено!
   Тиг Харк встрепенулся, облизал вмиг пересохшие губы и оттолкнувшись рыхлыми ладошками от подлокотников вскочил.
  - Отлично! Отведите ее ко мне в спальню!- масленые глазки загорелись, предвкушая веселье и наслаждение.
  - Уже исполнено, - услужливо, до самой земли, склонился Ферд.
  - На сей раз я тобой доволен, - по-звериному ощерился Харк, вскакивая с места.
  Проходя мимо старика, он сдернул с пояса пухленький кошель и бросил ему под ноги. До пола приятно звякнувший мешочек не долетел... сухонькая стариковская рука перехватила его в паре миллиметрах от деревянного настила, будто коршун зазевавшегося голубя.
  Уже покидая приемный зал, яр приказал гридням никого к нему не пускать.
  'Сегодня у меня определенно хороший день!' - с предвкушением подумал Тиг.
  К себе молодой яр не вошел - влетел! Двери с грохотом распахнулись, открывая взору огромную кровать с богатым расшитым серебром балдахином на котором лежала та, о которой Харк грезил с прошлой весны.
  На атласной простыне, столь любимой яром, лежала молодая девушка, лет семнадцати. Ее руки и ноги были пристегнуты кандалами к стойкам за кроватью, тело дразнящее скрывала полупрозрачная сорочка, распаляющая желание больше чем если бы девушка лежала нагой. Волосы цвета зрелой пшеницы растрепались и разлились по атласу будто плавленый металл, припухшие губы что-то шептали, а грудь часто-часто вздымалась, привлекая к себе внимание. И только светло-карие глаза смотрели на окружающий мир с недетской серьезностью, будто тщательно запоминали каждую мелочь.
  Но яр Тарта конечно же этого не заметил, для него было важно получить именно ЕЕ, ту которая отказала ему однажды и из-за которой он оказался в немилости у тара.
  - Что ж, Герата, вот ты и у меня в гостях. Прелестный цветок невинности будет сорван именно мной, как бы ты этому не противилась. Ха-ха! - Тиг возбуждено закусил нижнюю губу и плотоядно по-хозяйски рассматривал ладненькую фигурку девушки.
  Для него она всего лишь одна из игрушек, тех от которых верные волканы яра избавляются, увозя хладные тела в Мрачный Лес. Ну а то, что она дочь одного из влиятельнейших яров соседнего схора... что ж, значит отцу не повезло. Тиг Харк немало потратился на то, чтобы добыть эту строптивую девчонку!
  - Молчишь? Ну, это не надолго, можешь мне поверить. Те кто оказываются у меня в гостях быстро становятся разговорчивыми. Особенно когда посидят в подвале на цепях...
  'Как много сил пришлось вложить чтоб получить ее,- подумал Корм. - Но она того стоит'.
  Тиг медленно подошел к ярете. Наклонился и поцеловал в губы... и тут же отшатнулся. По губе у него стекала алая струйка.
  - Ах ты, тварь! - с яростью закричал Корм, ударяя тыльной стороной ладони Гарету по лицу. Не смотря на молодость и кажущуюся субтильность природа не обделила потомка славных воинов силой, поэтому удар получился сильнее чем яр рассчитывал.
  Голова мотнулась в сторону, губы яреты лопнули, но девушка даже не вскрикнула, только куда злее изначального уставилась на яра.
  -Не хочешь по-хорошему, пускай! Я говорил тебе, что ты пожалеешь о своем решении!
  -Ты потомок гнилостных червей! Ты пожалеешь о содеянном, мой отец узнает! Он сравняет твою халупу с землей! Тебя самого распнут на воротах этого свинарника, по недоразумению названным замком! - Герата не кричала, она понимала, что это бесполезно, да и тешить самолюбие мерзкого скота она не желала, поэтому старалась говорить спокойно. Получалось плохо.
  Строптивость пленницы еще больше взбесила Тига, он думал, что гордая ярета будет умолять его отпустить ее, а вместо этого она кажется, вообще его не замечает!
  Удары по лицу беззащитной девушки посыпались подобно граду, голова моталась будто флигель в шторм. Кровоподтеки и ссадины быстро покрыли большую часть лица. Яр будто обезумел и пришел в себя только когда увидел, что девушка перестала реагировать на удары, ее лицо стремительно синело, а глаза заплыли...
  - Что ж, теперь можно приступить к самому интересному.
  Предвкушая очередную забаву Корм облизнул кровоподтеки на руках и мурлыча под нос мотивчик фривольной кабацкой песенки про вдову и ветерана развязал тесемки и спустил штаны...
  
  
  
  16.
  Даже на марше думай о бое, иначе легко угодишь в засаду.
  
  Мрачный Лес мы покинули на удивление обыденно. От подобного даже взгрустнулось. Таких трудов стоило добраться до обжитых земель Хортейма и никто не оценил. Впрочем по словам Светида наблюдательные пункты тут имелись. В трех верстах от кромки леса. А учитывая что мы вышли под закат, то проблем с оповещением неприятеля не возникло. Пару часовых, мирно спящих на посту, повязали мгновенно, они кажется даже не поняли что случилось и были безмерно рады тому, что остались живы. Ну не изверги же мы вырезать всех под чистую. У нас планы продуманней, а воины, пусть даже такие мне и самому сгодятся. Время ожидается лихое, каждый клинок будет на счету.
  Ну а после суточный привал. Отряду нужно привести себя в порядок: поправить бронь, заточить оружие, подшить одежду, да и просто отдохнуть после марша не помешает. Хотя в любом случае атаковать яра Тарта нужно неожиданно, да только для этого силы тоже нужны - расстояние то до его замка не близкое.
  Для захвата замка решили использовать половину всех сил. Впрочем треть раненых и изможденных воинов Светида пока достойно показать себя не способны. Они, под предводительством Сурва остались встречать жреческий отряд, весточку которому Крах отправил по своему, неведомому мне каналу.
  Отряд номинально вел я, правда, под чутким незаметным для остальных руководством Грима, подстраховывающий меня от глупых ошибок. Все-таки опыта командования у меня с гулькин нос: на земле двумя десятками работяг руководил, да тут в поход по Ледяным Горам сходил - вот собственно и все достижения. Так что впитывал науку как губка, а по пути не забывал анализировать происходящее. Вон бойцы по-прежнему смотрят на наставника, значит и в дальнейшем не будут видеть во мне непререкаемого авторитета. Но с этой миной, заложенной под фундамент будущей власти, приходится мириться - от нее на первом этапе никуда не деться.
  Хотя нет, вон Микула со своим десятком на меня смотрят иначе. Оценили, значит. Приятно, черт побери! Ага вон рядом со мной место в построении заняли, занятно...
  Что ж пора и остальным убедиться в состоятельности Перста как полноценного командира. Ату яра Тарта!!
  В 'экспедиционный корпус' вошли только пять десятков, однако Семы с Тотом с нами не было, потому как раскрывать себя раньше времени на данном этапе в наши планы не входило. Другое дело после захвата, тогда можно и сбросить маску. И посмотреть на реакцию людей. По заверениям Краха восточные и северные схоры не смотря на противодействие властей до сих пор придерживаются старого культа. Правда и в конфронтацию с новыми не вступают, эдакая вяло протекающая позиционная война, в которой постепенно проигрывает культ Корвуса. Хотя первожрец и пытался доказать обратное, но меня то не проведешь, я на недомолвках вырос. Прошел такую школу противодействия информационных атак, что впору диссертации писать.
  Вышли незадолго до заката - идеальное время для нашей миссии. С учетом того, что до Тарта пешим ходом - часов пять, то волчьим: полсотни бегом и десять шагом, часа полтора. Самое оно - аккурат к пригороду вовремя подойдем: солнце садиться начнет, часовые подслепнут, бдительность потеряют, тут мы и ударим. Да и что примечательно замок вынесен за черту города, что само по себе странно. Но хозяин-барин, нам же проще...
  Солнце будто зная будущее залило кровавыми лучами весь горизонт. Редкие черепичные крыши насыщали мир алыми красками еще больше, но людям плевать. Мало ли таких дней прошло и сколько еще будет? Редкий прохожий прежде чем запереть двери и поставить ставни вспоминал молитву, большинство просто добирались до жилища и забывали обо всем, чтобы на следующий день повторить все то же самое. Цикличность скотской жизни: в ней нет перспектив, нет надежд, нет будущего...
  Десяток блудней во главе с яром Светидом вывел нас в слепую зону обзора. Увы, но мирное существование имеет свои недостатки. К примеру служба ведется не так добросовестно как во время боевых действий или даже просто на опасном рубеже границы. Недостаток всех времен и миров. И бороться с этой напастью можно только жесточайшей дисциплиной, в противном случае все меры будут только... кхе полумерами, не приводящими ни к чему хорошему.
  Над стенами форта, ну на замок даже по моим скудным знаниям это небольшое трехэтажное строение с двухсаженной стеной не тянет. Вот на форт это да - крепенький, грозный и неприветливый для малочисленного врага: от бандитов и мелких отрядов защитит, но от армии вряд ли. Тут стены самого Тарта посерьезней будут. Выходит место сие не что иное как резиденция, с минимальной охраной. Что ж судя по рассказам Светида так оно и есть. Кажется там постоянно несут дежурство два десятка стражников из тех кто в городе за порядком смотрят, плюс четыре гридня молодого яра. Соотношение сил не в нашу пользу, при штурмах рекомендуется иметь как минимум втрое больше сил, а еще лучше впятеро. Но у нас то штурм не стандартный, тут скорее диверсией попахивает.
  Светило окончательно скрылось за горизонтом. Минут десять и земли погрузятся в сумрак. Времени больше нет.
  - Пора, - киваю Микуле и Светиду. Грим довольно прищурился и хекнув расчехлил любимый харн. Была у наставника такая привычка - перед боем прятать клинок смертоносного оружия в ветошь. Это он называл 'надеть чехол'...
  Настал самый ответственный момент. От полусотни отделились шестеро воинов и трусцой пригибаясь побежали к стене. Бара наспех обструганных стволов молодых березок и первая пара легко взлетала наверх. Пару минут ничего не происходило. Я начал тревожиться: мало ли чего приключилось, может смена караула? Хотя не должны, люди только недавно вернулись с дежурства в городе, до полуночи время у них есть.
  Наконец со стены донеся крик незнакомой для меня птахи. Светид довольно ухмыльнулся, Микула оказался сдержанней, хотя вижу вон у него в глазах бесята пляшут джигу, того и гляди сам пустится в присядку.
  Ждать дальнейших команд никто не стал. Всех проинструктировали заранее. Грим еще с утра позаботился. Воины, как до этого их собратья, пригнулись побежали к стенам, но забираться не спешили. Скрипнула небольшая калитка сбоку от главных ворот. Выстроившись друг за другом воины обнажив оружие вошли в резиденцию яра. Половина бегом бросилась к казармам стражи: с десяток быстро подкатили пару больших бочек с водой и подперли дверь. Устраивать бойню в наши планы не входило. Впрочем в случае их твердолобости все измениться.
  Я вместе с остальными двинулся к главному зданию. Удивительно, но никакой охраны на дверях не было. Пока все было спокойно, стражи запертые в казарме пока ни о чем не подозревали, а бойцы тем временем рассредоточивались по территории, выискивая возможных 'случайных' вояк. Мало ли кому по ветру приспичило.
  Минута, две и вновь ухает птаха. Все в порядке, можно приступать к основной задаче...
  Неожиданно дверь казармы вздрогнула и упала внутрь. Наружу высунулись жала стрел, хлопнули в едином порыве тетивы...
  - Сучьи потроха, Тигла убили!
  На земле рядом с казармой захлебываясь кровью из пробитой шеи валялся малознакомый для меня молодой ратник. Возле него склонился его ровесник, пытающийся остановить кровь, но у него ничего не получалось - кровь продолжала выплескиваться толчками, а кожа стремительно сереть.
  Не жилец.
  - Чего встали, гнилые отрыжки? Бей!! - заорал Грим.
  Вперед вышли метатели сулиц, коротко замахнулись и со всей силы бросили снаряды в проем. Взрезав воздух, копья скрылись во тьме казармы. Раздались вскрики, угрозы и хрип умирающих.
  - Не дайте им высунуться! - скомандовал наставник, после чего резко развернулся ко мне: - иди, Перст, твори справедливость!
  Мне повторять дважды не требовалось, харн приятно тяготит руки, он будто проситься в бой, клинок словно вибрирует от предвкушения.
  - Микула, Светид - вы со мной!
  Яр с десятником свистнули своих людей и бросились ко мне. Двор пересекли в одно мгновение. Стражники больше не стреляли - наши бойцы подтащили к проему толстенный стол и привалили его к входу. И хотя окна в казарме были, раскрывать ставни никто не спешил, поняли что их обложили. Хотя я бы на их месте попытался прорваться. Мало ли мы их заживо сжечь захотим?
  - Двое держат дверь, остальные проверяют комнаты. Вперед!
  Здание оказалось двухэтажным, хотя оконных рядов три, удивительное дело, но нам же проще. По наводке Светида я несся к покоям яра Тарта. Этот бой мне нужно выиграть самому, как тот что был с яром Грохта.
  Командир сражается с командиром... поэтично, черт побери.
  Пробудившийся от адреналина и возбуждения Зверь попытался взбрыкнуть и перехватить управление, оттеснив меня на закорки сознания. Но теперь то я настороже и 'диверсия' не удалась. Хватит мне 'отсиживаться' в стороне, пора и нормальной личности 'испить крови' в бою.
  Холл в резиденции яра оказался просторным с широкой прямой лестницей, ведущей на второй этаж. На стенах чадили несколько факелов, разбрасывая причудливые стены по пустым стенам: ни картин, ни гобеленов, ни банального устрашающего оружия на фоне многочисленных щитов.
  Ступеньки лестницы пронеслись под ногами будто я на скоростном эскалаторе, тени проводили меня непонятными кривыми взбрыками и я очутился в святая святых яра. На этаже только три двери и нужная выделялась особо: по светло-коричневому косяку змеилась резная вязь плюща, а сама дверь отсвечивала в тусклом свете антрацитовым огнем. К тому рядом с ней застыли две неподвижные фигуры воинов с обнаженными бастардами . Гридни - опытнейшие воины, прошедшие через горнило десятков битв и сотен боев.
  Они могли бы показаться статуями, если бы не глаза. О да, сколько безразличия и нескрываемого превосходства в гордом взоре каждого! Уже за подобный взгляд можно убивать, я с удивлением отметил, что начинаю яриться. Повелся будто школяр на подначки старшеклассников. Хотя почему и нет?
  Улыбаюсь с издевкой, нежно поглаживая рукоять харна, удобно расположенного на плече. Да-да, понимаю что клинок при неловком движении или случайном ударе может запросто срубить мою буйну голову, но слишком уж эта стойка универсальна! Из нее можно и атаковать и обороняться.
  Стоило сделать шаг в сторону гридней, как один из них отмер.
  - Не знаю кто ты, червь, но могу сказать, что сегодня у тебя последний день!
  Гридень резко бросил себя вперед. Свист! Бастард распарывает воздух в миллиметре от меня. Еще удар и теперь сталь встречается со сталью. Секундный скрежет и на пол падает обломок клинка. Воин ошарашено взирает на обрубок в своей руке и не замечает как харн опускается на него. Криптовый клинок легко развалил габаритного воина на две половинки, будто плазменным резаком кусок масла разрезал.
  В отличие от первого, второй гридень ничего не сказал. Он двинулся мне навстречу крадущимся шагом, будто шел по минному полю, ступал аккуратно: с носка на пятку. Складывалось такое впечатление, что он не сражается, а танцует. И правда вон какие 'па' с 'пируэтами' выдает, не сразу и уследишь!
  Пора заканчивать.
  Шаг по диагонали, так чтоб чуточку сократить расстояние до гридня, но при этом не оказаться в радиусе поражения бастарда. Воин остановился, прищурил один глаз, будто выцеливал и выкинул пустую левую руку вперед.
  Дзынь! Метательный нож ударил чуть ниже шеи, аккурат в кольчужный ворот.
  - Неплохая попытка.
  Гридень недовольно скривился. Да если бы бросок получился лежать мне с дырявой шеей в луже исходящей паром крови. Брр, ну уж нет! Заношу харн над головой, руки под гардой и на середине рукояти. Внимательно слежу за гриднем, он демонстративно играл с мечом. Мол смотри пацаненок как я могу, а что можешь ты без своего чуда клинка?
  Я лишь улыбался, раздражая опытнейшего воина безмятежностью, будто и не было пару секунд назад метания кинжалов. Наконец гридень решился и все той же танцующей походкой пошел мне на встречу. Да только не по прямой, а наискосок, прикрывая спиной свет от факелов, фокус грошевый, на солнце бы мог сработать, но не здесь же от этого чадящего безобразия!
  Неожиданно Зверь решил взбрыкнуть и на адреналиновой волне перехватит власть над телом. И на пару секунд ему это удалось... и тут же без раскачиваний ринулся в длинном прыжке к подошедшему гридню.
  Вжик! Дзынь!
  Клинок высекает искры из камня, а противник тягучим будто нарочно медленным движением уходит от удара. Удар, еще удар! Все - мимо. Зверь начал яриться.
  А вот этого дружок не нужно, здесь холодная голова нужна! И плевать, что моя агрессивная половина больше приспособлена для убийств, да только чувствую - этот гридень как раз и привык 'окорачивать' таких горячих парней. Вон вижу задорный блеск глаз, он того и гляди крикнет: 'Эге-гей!' и пустится в пляс.
  Что ж посмотрим...
  Казалось, бой длится целую вечность! Уходы, отскоки, удары и прыжки - все смешалось. Гридень крутился как уж на сковородке, а я пытался его подловить. В какой-то момент понял - так дальше не пойдет, нужно рискнуть и завершить схватку одним ударом.
  А вот и шанс!
  Противник скользящим шагом сближается со мной. Видимо тоже решил закончить схватку. Клинок бастарда бьет словно копье...
  Свист. Метал ударяется о камень. И тут же харн достает гридня, сносит голову с плеч одним ударом. Вверх ударил фонтан крови и тело повалилось на стену, заливая серые гладкие стены бурой жидкостью.
  Дорога к апартаментам яра свободна.
  Один удар плеча и дверь влетает внутрь. В глаза после полумрака ударил яркий свет. Вместо факелов здесь на стенах висели сферы, испускающие 'холодный' свет. Проморгавшись увидел что на большой кровати лежит девушка, лицо разбито, а над ней замер молодой мужчина, сжимая кулак для удара. Видимо он даже не слышал звуков схватки. Такова оказалась сила похоти!
  - Что еще за...?- недоуменно спросил яр.
  - Твоя смерть, мразь!
  Внутри клокочет вулкан ярости и что самое удивительное - Зверь тут не при чем. Я сам разбудил в себе давно забытое чувство. А причина проста - девушка. Я сам никогда и пальцем не трогал слабый пол, так и другим подобного не позволял. Ненавижу слабаков, издевающихся над женщинами!
  Колебания, что еще в глубине души гложили меня мгновенно растворись в пучине злости. Харн привычно занял место на правом плече. Пора с этим заканчивать.
  - Стража! Ко мне!- закричал яр, скатываясь с постели на пол.
  - Кричи, тебе все равно никто не поможет.
  Иду прямо на него, он начинает обходить кровать по дуге, прикрываясь ей будто непреодолимой баррикадой. Было бы смешно, если бы не так противно. Яр скулил, молил о пощаде, предлагал все сокровища мира, лишь бы я не убивал его. Под конец он встал на колени и со слезами просил прощения. Если думал, что разжалобит меня, то он глубоко заблуждался. Унижаться вместо того, чтобы принять бой с высоко поднятой головой. Нет, это позор для мужчины!
  Да и эти слезы с соплями бесят, раздражают и распаляют.
  - Хватит! - не выдержал я и гаркнул. - Умри как подобает яру.
  - Не хочу-у-у! - взвыл он и на карачках пополз к тумбочке с длинным узким кинжалом.
  Вот это другое дело, давно бы так, а то безоружного убивать как-то некомфортно, чувствуешь себя палачом.
  - Получай, мерзкое животное!
  Яр вскинул в мою сторону кинжал и торжествующе оскалился, словно и не было мольбы, слез и унижений. По узкому волнистому лезвию пробежали голубые искры и в следующий миг с него сорвалась молния!
  Мне даже удивиться не удалось, та быстро все случилось. Треск, встряска и я отлетаю в коридор, словно нашкодивший щенок от хозяйского пендаля. Но самое удивительное мне ничего не было. Не считая пары ушибов и ссадин на спине.
  Остро пахло озоном.
  - Ха мразь! Кто теперь главный? - яр с довольной ухмылкой вышел из комнаты, надеясь увидеть обугленную головешку, но не тут то было.
  Первое мгновение я ошалело приходил в себя - слишком необычно произошедшее. Вроде встречался с колдовством, да не раз, но не пробирало, может потому что не такое зрелищное оно было? Может статься, что так и есть. Крехтя словно заправский дед я поднялся с пола, аккурат в тот момент, когда ухмыляющаяся рожа яра появилась в дверном проеме.
  Дабы не испытывать судьбу дважды тут же бросаю харн в яра на манер копья. Он еще глядел в коридор с превосходством, а клинок уже вышел у него из спины. Его ноги подкосились, руки схватили рукоять в безнадежной попытке вытащить оружие, а глаза начали медленно стекленеть.
  Тьфу, сука! Ядовитая мразь! Наука мне на будущее - не хрен рассусоливать, нужно бить сразу, а то в следующий раз еще какая-нибудь гадость прилетит нежданно негаданно.
  На кровати тем временем избитая вздрогнула и застонала. Я конечно мог бы бережно взять ее на руки, отнести на улицу. Но зачем? Вдруг у нее внутри что-нибудь отбито, пусть ею лучше профессионалы занимаются. Есть у нас в отряде Бран, так он неплохой для этого времени коновал, да и травки разные знает.
  Пока я думал как быть, девушка приподнялась на локтях и увидела сначала меня, а затем и своего мучителя. Она устало улыбнулась, а затем обессилено откинулась на многочисленные подушки.
  Жива и ладно.
  От лестнице донеся частый перестук. На второй этаж влетели Светид с Микулой. Лица озабоченные, немного испуганные. Что это с ними?
  - Эй вы чего такие, словно Смерть внизу встретили?
  Микула внимательно глянул на меня, затем на распластанные тела и облегчено выдохнул. А вот яр отряда блудней не сдержался:
   - Ее родимую и увидели. В лице двух псов этой малолетней мрази! Троих потеряли, прежде чем успокоить! И это еще легко отделались, если бы не криптовое оружие до сих пор бы их выковыривали из брони.
  - А что там со стражниками, не пытались вновь прорваться?
  - Да какой там, сидят словно крысы: не тронешь - не укусят. Нам большего и не надо.
  - Всех раненых в дом, найдите прислугу, пусть постоянно будут с ними, да пару человек приставьте, чтоб не удумали чего. Да и еще... позовите Брана, пусть посмотрит что с девушкой.
  - Будет исполнено, тар, - первым ответил Микула.
  Что ж, тут и без меня разберутся. Спустился вниз, вышел на улицу, света заметно прибавилось, растопили пару жаровен, обложили казарму поленьями и будто бы вот-вот подожгут.
  Я от такой перспективы обалдел. Нет, понимаю убить врага - это святое, но вот так, запечь живых людей как поросят? Против подобного взбунтовалась все мое естество. Только собрался подойти к распоряжающемуся подготовкой к сожжению Гриму. Как он все прекратил. Подошел чуть ближе и крикнул:
  - Первое и последнее предложение! Всем сложить оружие, выйти с поднятыми руками. В противном случае, зажарим как уток, харн мне в печень!
  - А откуда нам знать, что вы нас не перебьете? - спросили из казармы.
  - Мне насрать, что вы хотите знать! Минута на раздумье.
  Грим явно недоволен или просто делает вид, что недоволен. Хотя может мне кажется. Наставник повернулся и заметил меня. Глубокая морщина на его лбу чуть разгладилась. Переживал? Ох ни чего себе! А я то думал он не прошибаем.
  - Как все прошло?
  - Троих потеряли, - странно, но чувства потери нет, а ведь погибли мои люди, те кто пошел за мной. Я настолько оскотинился? Да нет, не может быть!
  - Это война, - философски заметил Грим и тут же гаркнул недовольным сверх меры голосом, - Тарг, Дрон - поджигайте!
  - Эй, ведь нам дали минуту?! - закричали из темноты казармы.
  - Я передумал, мне надоело ждать, - сволочным тоном ответил Косарь.
  - Не надо! Мы сдаемся!
  И тут же, боясь, что наставник передумает из казармы под жалами болтов самострелов начали выходить стражники. Все с поднятыми руками, одеты кто во что горазд. Броня вся кожаная с часто набитыми металлическими пластинами - такая от засапожника спасет, да стрелу на излете остановит, но в бою против чего-то серьезного конечно же не вытянет.
  Из казармы вышло двадцать девять человек, плюс троих вынесли. Не густо. Впрочем от кого им защищаться? Наблюдательные вышки имеются, в случае войны армия схора прикроет. Выходит единственная функция остающаяся на яре тяжким бременем - надзирательная. Так что трех десятков стражников для патрулирования четырех тысячного города более чем достаточно.
  - Всех в подвалы. Завтра будем решать, что с вами делать дальше.
  Пленных увели, воины спешно проверяли захваченный форт на предмет сюрпризов, тискали служанок, попрятавшихся на кухне и леднике, не забыли и об остальном отряде, к ним отправили двух человек. В общем все были при деле, лишь только мы с наставником сели на лавочку рядом со стеной и предавались заслуженному безделью.
  И на душе у меня спокойно-спокойно. Прекрасно понимаю, что делаю правильные вещи. Как бы я не желал спасти семью - творить кровавый беспредел точно не буду! И куда только делась та решимость с которой вступал на эту стезю? Местных за ресурс считал, а теперь поди ж, привязываться начал, особенно к Семе с Тотом.
  Чудеса...
  
  
  
  Отступление 8
  Чтобы править, нужно мыслить.
  
  Тар Бромид являлся законным правителем семи ярств, без учета его личных владений, на протяжении последних двадцати лет. Некогда молодой амбициозный яр Мигр решился на бесчестный поступок и в трудную для схора минуту перехватил бремя власти у предыдущего правителя, уничтожив того вместе с семьей, правда чужими руками, так же впоследствии умерщвленными, но уже верными войсками...
  Первые пять лет пролетели как одно мгновение - новый тар приводил в порядок свои и без того скудные территории после проигранной войны.
  Бромид всеми силами придерживался нейтралитета с соседями: подкупал алчущих, шантажировал оступившихся, убивал неугодных и в итоге добивался своего. Занимался тем чем и должен заниматься умный правитель - ослаблял как мог своих соперников, правда при этом не давал ни одному из них сильно возвыситься над другими. Тар Бромид действовал методично, аккуратно и осторожно.
  Впрочем не забывал тар и о своих собственных приближенных. Дабы избежать ошибки прошлого правителя он внимательно следил за всеми семьями, будь то верные сторонники или старые оппозиционеры. Хотя полностью насадить свои порядки даже по прошествии двух десятков лет так и не получилось: верные семьи не теряли позиции и только укрепляли их, являясь столпом мощи тара. Опасность подобного положения пятидесятилетний правитель понимал пожалуй лучше остальных, но ничего поделать с этим не мог. Он оказался заложником той же системы, что и его предшественник. Единственное отличие от прошлого правителя: вместо одного столпа у него их три. Хорошо, что они постоянно грызутся за власть и деньги, в противном случае тару на троне не усидеть.
  Первые годы это было необходимо, особенно когда началась Трехмесячная Война в ходе которой схор Бромида вернул потерянные ярства. Правда с помощью трех лояльных тару семей.
  Когда ситуация была напряженная - всех все устраивало, силы были брошены на внешнего врага и грязни как таковой не было. Но стоило вражде стихнуть как змеиный кубок зашевелился. Начались подковерные игры: совершались налеты на караваны, участились грабежи, неожиданно всплывали грязные делишки семей. Семьи шли на многое лишь бы очернить и уменьшить власть друг друга.
  Тара тайные и кровавые игры знати устраивали - они не давали им задуматься о чем то большем. К примеру о его троне. Он даже исподволь поощрял борьбу, правда в открытую никогда не признавался в этом, предпочитая действовать через третьи руки, с выдумкой. Вот к примеру возвысит какого-нибудь отпрыска из 'неблагонадежной' семьи, одарит милостью и ждет как вокруг него начнут кружить вороны трех столпов трона. Да, тар на выдумки горазд!
  И все бы так продолжалось до тех пор пока он не передаст власть сыну. Но жизнь распорядилась иначе - единственный наследник погиб на охоте от клыков гринвара и после этого правление тара пошло под откос. Тар дал слабину и ее почуяли, как ощущают волки аромат крови. А вместе с этим прорезались зубки и у отпрысков большинства семей, некуда им было деть удаль молодецкую, все чаще моча в голову била. Им хотелось приключений. Они их получали. Устраивали побоища, драки, цепляли друг друга по поводу и без - веселились так что Ельц трещал по швам. Но шабаш молодежи не мог продолжаться вечно, все грозило вспыхнуть в один момент. И этот момент настал. Когда один из охламонов семьи Харк возжелал дочь яра Дрима. И ведь наглец считал себя в праве не добиваться благосклонности как это делают все, а завладеть девушкой сразу, будто это служанка какая-нибудь. Естественно у него ничего не получилось и это спасло его жизнь от неминуемой смерти от руки разгневанного отца. А следом за этим началась бы гражданская война, потому как хоть яр Дрим и не входит в число Трех Столпов трона, но и пустым местом не является, за ним негласно стоят еще две семьи.
  Тар в последний момент успел спасти парня. А для того, чтобы история улеглась его пришлось послать на край схора, подальше от двора. Конечно Харки были возмущены подобным, ведь изгнали не абы кого, а наследника семьи! Впрочем долго не спорили - пары аргументов хватило, чтоб они замолчали.
  И вроде бы конфликт уладили, Харки даже извинения семье Дрим принесли, но не прошло и года, как пропала единственная дочь яра Дрима! А следом через неделю пришли вести о том, что наследник Харков убит в своей резиденции.
  Тар то сразу понял чья рука приложилась к каре, он даже отдал должное оперативности яра Дрима, тот и легенду придумал мгновенно, правда какую-то детскую. Мол в тех краях появился Перст Высшего и совершил акт возмездия! По нему он не человека убил, а воздал по справедливости вероломному ярлу, в заточении которого и оказалась дочь Дрима...
  И как тут быть? В Перста Высшего тар конечно не поверил, но ситуация сложилась патовая - избежать резни между семьями не удастся, слишком далеко все зашло. Выходит нужно решать как поступить так, чтобы потери оказались минимальными.
  Кого поддержать? Еще года два назад не возникло бы и тени сомнения, но сейчас все иначе.
  Тар ломал голову над этим вопросом третий час, с тех пор как получил донесение о семьях, собирающих отряды. Солнце давно перевалило за горизонт, слуги повесили в кабинете тара Сферы Дня, купленные у торговцев из западных схоров, а подходящего решения правитель найти так и не мог...
  В конце концов он соломоново рассудил, что пусть семьи начнут, а он в случае серьезной заварушки выступит на стороне побежденного, чтоб победитель не усилился и наведет порядок. Как бывало уже не раз.
  Приняв проходное решение, тар удалился к себе в спальню, где его ждала молодая любовница, пытающаяся подарить правителю наследника...
  
  
  
  17.
  Делать добрые дела - приятно, опасные - волнующе.
  
  Каково вести за собой тысячу человек? Когда всем нутром ощущаешь, что это не просто слова - это Сила! С которой нужно считаться, и она подчиняется мне. Кровь будоражит слаще хмельного меда, а уж как сердце бьется - будто бешеный заяц вконец сбрендив по барабанам лупит.
  Прошло всего две недели после захвата Тарта, а отряд вырос, считай на порядок. Как так? Очень просто. К полутора сотням грохтцев и блудней присоединились шесть сотен воинов жрецов и три сотни ополчения ярства. Правда надежды на последних мало, но как массовка сойдет.
  Жаль только моему отряду далеко до полноценной дружины схора. Почти столько же может выставить любое крупное ярство. Так что при нынешнем положении и количестве любой тар нас смете и не заметит. Мы пылинка на просторах Хортейма.
  Возможно шансов бы и вправду не было, но помог Его Величество Случай. Девушка, что я спас оказалась дочерью одного из яров. И думаю за спасение своей кровиночки он не поскупится. Глядишь выслушает, да проникнется, не шут все-таки - цельный Перст Высшего!
  Иду в компании мрима, огрина да пары оруженосцев немного в отдалении от основной 'змеи' войска и краем уха слушаю разговоры своих военачальников: Грима, Сурва, Светида и Хунтара.
  О четвертом командире стоит рассказать подробнее. Именно этому жилистому невысокому ветерану жрецы доверили вести к Персту свои силы. На первый взгляд воин ничем не отличался от сотен сидящих в крепостях, бьющихся на полях сражений или врывающихся на осажденные города. Но стоит приглядеться и поймешь - есть в нем нечто странное. И дело не в косых шрамах соединяющих уголки рта со скулами, создавая 'джокерскую' улыбку. Если заставить себя не обращать внимания на это, то заметишь в серых водянистых глазах глубокую мудрость, скрытую в тени мрачности, спрятанные на гладковыбритом, обветренном до сухости лицом.
  Компания подобралась та еще, хорошо никто в открытую мое лидерство не оспаривает. Впрочем после событий в Тарте этого и следовало ожидать. Важно еще то, что жреческий отряд полностью отдавался в мое подчинение без каких-либо оговорок. Войску даже выделили семерых послушников, из тех кто овладел тремя - пятью молитвами, дабы могли лечить и ставить на ноги раненых бойцов. Теперь с возвращением Силы это стало возможно и активно применялось не только на поле брани, но и в повседневности.
  Жрецы будут полными профанами если уже не начали быстро наверстывать упущенное: леча людей, скотину и попутно проводя агитационную кампанию.
  Но что-то я опять задумался, хотя разговор у 'офицеров' вырисовывается интересный...
  - Думается мне зря столь многие силы ради сопровождения послали, - недовольно заметил Сурв. Хоть он и был для меня наверное самым преданным сторонником, но вот фанатиком точно не являлся. К тому же он ненавидел долгие походы. Не любил мастер-кузнец тратить время впустую!
  - Перст ведает лучше нашего, - уклончиво заметил Хунтар.
  - Лучше или нет, а своя голова на плечах нужна, - все так же недовольно сказал Сурв.
  Не знал бы каков мастер в бою подумал бы что боится. Но ведь храбр и силен, не с одним дружинником справится и тут на тебе!
  Дружина двигалась на северо-запад от Тарта, по проселочной дороге, петляющей между невысокими холмами, будто пьяный заяц.
  - Ты к чему это речь завел, неужто на попятный пойти решил, мастер? - нахмурился Светид.
  Неверие командира блудней, удачно влившихся в мой отряд странным образом трансформировалось в граничащую со слепым фанатизмом веру. И вот это мне категорически не нравилось! Любой намек на подрыв авторитета Перста или того хуже - неповиновение вызывал у него ярость.
  - Успокойтесь! - рыкнул Грим. Мгновенно образовалась тишина. - Говорю один раз, и лучше вам понять сразу. Решения, принятые Перстом обсуждаться могут только в ближнему кругу в момент их принятия. Но потом они должны ИСПОЛНЯТЬСЯ! Это вам ясно, харн мне в печень?
  Не смотря на то, что мы топали чуть в стороне, я буквально кожей ощутил недовольный взгляд наставника, понявшего что я наушничаю. Впрочем, мне думается он об этом итак знал, но я все равно сделал вид будто слежу за крытым фургоном яреты.
  К несчастью девушку пришлось взять с собой, но на удивление она сносно переносила тяготы пути, почти не жаловалась и довольствовалась всего одной служанкой. Грим на это нечто одобрительное пробурчал, ну а я в отличие от большинства этого не оценил. Но в целом златовласка держалась бодро, а когда начинала говорить и вовсе становилась сногсшибательной.
  Вот и сейчас я смылся от фургона подальше лишь бы не оказаться под чарами вертихвостки, слишком они действенны, так и представляешь как впиваешься в эти пухлые губки. Бррр! Окстись! Что за мысли лезут в голову? Наверное гормоны Ога начали пробиваться наружу. От них ни одна ментальная техника не спасет и ничего с этим не поделаешь. Беда...
  - Перст, тебя зовет первожрец, - почтительно склонился один из послушников, тех что неотлучно следуют за Крахом.
  - И что? - раздражено отвечаю ему.
  - ??
  Парень впал в ступор. Для него видимо лишь одно упоминание о главе культа Корвуса должно приводить в трепет каждого, а тут такое несоответствие реальности и вымысла.
  - Пусть Крах сам приходит, он знает где меня искать.
  Больше на послушника я внимания не обращал. Думал о своем, прикидывал как лучше подступиться к яру Дрима, обрисовать перспективы сотрудничества и многое другое, лишь бы он помог. Эх от этих размышлений голова кругом!
  Тот с Семой сочувственно пыхтели рядом. Огрин посылал волны успокаивающей расслабляющей энергии, а мрим пытался подластиться, что с его стороны крайне необычно, раньше он больше предпочитал силовые методы...
  Солнце плавно поднималось к зениту. Наша дорога, не изменившаяся и по-прежнему петляющая между невысокими пологими холмами, вот-вот должна по заверениям проводников вывести к деревушке Дишнар.
  Именно ее мы выбрали для рандеву с отцом Гераты.
  Проводники не ошиблись. Светило еще только подбиралось к пику дня, а войско уже располагалось возле деревушки в полсотни дворов. Вместо добротного частокола - подгнивший тын, вместо стражников - пара семилетних мальцов убежавших докладывать старшим о нашем прибытии.
  Описывать делегацию стариков и пары молодух? Нет, это того не стоит, единственное что достойно описания... это пара волканов выбежавших нам на встречу. Непонятно откуда они тут взялись? Все-таки по рассказам эти животные стоят немалых денег. Оно и не удивительно, ведь начало они берут от снежных волков с Ледяных Гор. Правда эти массивные огромные псы с отдающим синевой шерстью при виде мрима попятились и скрылись в ближайшем подворье и больше оттуда не вылезали.
  Нам же нарушать грязную вонючую деревенскую идиллию было не с руки и дружина встала лагерем рядом с деревней, на соседнем холме.
  А на следующий день, после полудня прибыл отец Гераты - яр Дрим...
  
  
  
  18.
  Дипломатия - наука выжимать из ничего нечто ценное.
  
  Отец златовласой Гераты обладал такими же ярким волосами. На этом сходство заканчивалось. И это к лучшему, потому как яр имел могучую богатырскую стать, что девушке точно не к лицу. Вместо средних для этих мест метра шестидесяти все метр девяносто, да к тому же телосложение как у молотобойца, он себе и доспех под стать выковал, говорят саморучно, под приглядом мастера-кузнеца. Ликом же яр на дочь вовсе не походил, и это хорошо, потому как вместо милых черт у него был вырубленный из скалы контур, с низкими надбровными дугами, острыми скулами и широким выпирающим подбородком. Природа над лицом яра Дрима особо не замарачивалась. Зато пышные пшеничные усы с бородой-лопатой выдались на славу, любой гном обзавидуется, если они в этом мире существуют конечно.
  Появление отряда Дрима выглядело впечатляюще. Из-за холма, с противоположной от нас стороны внезапно появился конный отряд в пару сотен всадников. За ними шли облаченные в пластинчатые доспехи пехотинцы. На знамени отряда был изображен приготовившийся к бою золотой бык на голубом поле с черной окантовкой по краю.
  Мы с Гримом в этот момент стояли на холме рядом с деревней, прикидывали как будем отбиваться в случае конфликта. Наши люди к этому времени уже закончили ставить полевой лагерь и начали справлять пока еще редкий частокол по периметру...
  Первым среагировал Грим. Сложа ладони рупором он гаркнул что есть мочи:
  - 'Общий сбор'!
  Сигнальщик, которому и предназначалась команда подхватил с земли пару бил с закругленными концами и что есть мочи ударил по большому барабану, сделанному из старого дерева и натянутой сверху шкуре трехлетнего быка.
  Бум-бум-бум, бум-бум-бум!
  Звук получался глухим, уходящим далеко и важно, будто нарочито медленно. От такого просто так не отмахнешься, волей-неволей прислушаешься и если знаешь что он в себе несет непременно поймешь.
  - А почему не 'тревога', случай ведь подходящий? - спросил я наставника.
  - Кхе... слова умные речешь, а мудрости в них ни на грош. Кто ж людей попросту гоняет? Они после перехода уставшие, от бесполезных команд можно и клинок в ночи поймать, харн мне в печень! - покачал головой Грим с таким видом будто я как был неучем так им и остался.
  Всем наставник хорош, но вот его привычка 'макать лицом в грязь' при первом удобном случае... кхм, раздражает.
  Воины между тем готовились к встрече неизвестного противника, правда без фанатизма: не было ни криков, ни ругани десятников, лишь спокойная монотонная работа, даже 'мужичье' которое выставили жрецы и те поддались общему настрою. И все же глядя на мое войско и на отряд приближающийся к нам в груди защемило. Слишком велик контраст. Это все равно что поставить против пятиклассника КМС по боксу - размажет и не запыхается. Так мне казалось, но наставник заметив мое настроение решил подбодрить. В своем фирменном стиле.
  - Не смотри что выучка у твоих воинов хуже, да и бронь хреновенькая. У них есть то чего нет у других...
  - Поясни, - хмурюсь я.
  - Вера, у них есть Вера в правое дело! Кхе, да не лупись ты на меня как молодка на мужское достоинство, ты на лица глянь, в глаза загляни. Вон видишь смотрят так будто с небес солнце достанут. И ведь ни у кого нет и тени сомнения, вот что важно.
  - На одной вере далеко не уйдешь. Затопчут.
  - Тоже верно, - не мог не согласиться Грим, но сразу дополнил. - Но только если все пустить на самотек. Здесь же войско, пригляд постоянный, будет шанс - и даже из 'мужичья' получатся отменные воины. Нужно время.
  - Которого у нас нет.
  Разговор на этом увял. Отряд под знаменем быка на зеленом фоне остановился в двух полетах стрелы от лагеря и выслал трех всадников для переговоров. Вон скачут на массивных коняках, у животин из ноздрей разве что пар не бьет, а то бы и за механизмы принять можно - слишком размерены движения, слишком пофигистичны морды. Может големы какие? Хотя волшебства в Хортейме осталось мало. Но ведь могли завести еще откуда-то? В конце-концов перевалы за сотню лет можно разобрать, а монстров вырезать. Если не с первого похода то уж за десяток точно. Эх, как много неизвестных, как много нужно узнать и как мало времени для всего этого. План покорения схоров трещит по швам едва выбрались из глуши. Что же будет дальше? Черт те что твориться, а я ни сном ни духом и совета не спросить - сам поспешил, сам всех растормошил. Назад дороги нет и отыграть не получится.
  Всадники добрались до нас быстро. Один держал разлапистую ветку, остальные зорко следили за нами: мало ли что мы задумали и они готовились исполнить свой долг до конца. Буквально. Прикажи им броситься на меч и ведь без тени сомнения кинутся, да еще улыбаться будут.
  Повезло их предводителю, раз у него есть такие воины.
  - Мы хотим говорить с вашим яром! - заговорил тот кто с веткой. Голос у него был поставлен, пятидесятник, а то и сотник, вон с каким важным видом сидит, будто всем одолжение делает. Чванливый засранец! Такой тип людей меня раздражает, а если очень постараются то и вовсе бесить начинают.
  Вести переговоры с подобным представителем не для меня. Инициативу по моему молчаливому согласию перехватил Светид. Грим остался в тени, лишь переместился ближе ко мне, а Сурв хмуро перекинул молот с плеча на плечо и тяжело посмотрел на переговорщика.
  - Здесь нет яра, - спокойно ответил командир блудней. Себя он яром перестал считать в момент принятия Клятвы на Крови, о чем во всеуслышанье и заявил в тот же день.
  Всадник, ожидавший совершено другого ответа на несколько секунд впал в ступор, но затем собрался и подозрительно спросил:
  - Но предводитель у вас есть?
  - Конечно.
  - Ну так зовите его! - начал раздражаться переговорщик.
  - Не могу.
  - Это еще почему?
  - Тар не выходит к просителям, они сами идут к нему, - все так же спокойно заметил Светид.
  Переговорщик повторно впал в ступор. Видимо привычный мир рушился у него на глазах слишком быстро, да так, что обломки падали не рядом, а прямо на него.
  - Тар Бромид здесь? Но я не вижу его знамени, - как то растеряно спросил он.
  - В Хортейме есть только один тар - Перст Высшего! - теперь уже Светид начал распаляться. Чем бы закончился их разговор неизвестно, но тут из центра лагеря донеся предостерегающий крик часовых и тут же рядом с нами появилась растрепанная Герата. Она счастливо вскрикнула и бросилась к всадникам, не обращая внимания на то что ворота у частокола закрыты:
  - Варн! Варн!
  - Ярета! - всадник подал коня вперед, намереваясь встретить девушку, но понял что этого не случиться. Двери по-прежнему были закрыты. - Что это значит? Вы собираетесь насильно удерживать, ярету?
  В голосе воина лязгнул метал. Но тут вмешалась сама девушка.
  - Успокойся Варн, мне здесь ничего не угрожает. Просто я так соскучилась, что не сдержалась...
  Щечки златовласки запунцевели и она опустила глаза. Поняла, что со стороны ее поведение выглядит по меньшей мере неподобающе. Настал мой черед.
  - Уважаемой ярете, в моем лагере ничего не угрожает, тем более ее никто не удерживает силой. Она вольна сама решать когда и куда идти, мы лишь сопровождаем ее к отцу с которым хотели бы переговорить по ряду вопросов. Надеюсь, он не сочтет оскорблением приглашение погостить в моем лагере. Вместе с особо приближенными людьми отрядом конечно.
  Перестраховываюсь? Наверное, но давать шанс неизвестным людям для захвата лагеря точно не собираюсь.
  Я старался говорить ровно, так чтобы сторонний человек сразу понял - перед ним тот кто имеет право давать приказы и требовать их неукоснительного исполнения. Кажется переговорщик проникся. Перед тем как отправиться обратно он лишь спросил:
  - Это правда, ярета?
  - Да, мне здесь ничего не угрожает.
  Воин кивнул и развернув коня поскакал назад, за ним отстав на пару корпусов неслись телохранители. И делали это так, что захоти мы убить переговорщика, то не смогли бы - сектора обстрела две фигуры перекрыли грамотно, профессионально. Видимо им подобные миссии совершать не впервой.
  - Спасибо, ярета, я благодарен вам.
  Герата еще больше зарделась, ну прямо маков цвет.
  - Ну что вы! Это ведь правда... тар, - ответила она подняв личико, и ведь какова чертовка, рассчитала все верно: и невинные глазки, губку прикусила и добивающий томный взгляд полный надежд.
  Мда, будь на моем месте всамделишный юнец - пропал бы, как есть пропал. Утонул в ее удивительно темных глазах, словно в лесном озере безлунной ночью. Но эта песня уже не для меня. Женские чары не пробьют брони, сковавшей сердце со дня встречи моей Оленьки. И ведь жалко девочку, вон смотрит как, того и гляди слезу пустит. Играет? Возможно, но я в это не верю, правда и в женщинах разобраться до конца не получается. Раньше казалось, что все знаю, но проходит время и любимая жена находит очередной повод преподнести сюрприз после которого приходит сакраментальное: 'их понять невозможно'.
  Герата же постояв передо мной не дождалась желаемого и тряхнув копной пшеничных волос удалилась обратно в свой фургон. И ведь какова... все демонстративно сделала. Некоторые бойцы едва слюни стирать с губ успевают. Сегодня стрелы любви поразили не одно юношеское сердце...
  День между тем подходил к концу и хочется надеяться, что яр Дрим все-таки примет мое нескромное предложение 'погостить' в нашем лагере.
  На удивление надежды сбылись достаточно быстро. Отец Гераты - Гран Дрим выступил с тремя десятками воинов сразу как только к нему вернулся парламентер. Остальной отряд начал обустраивать лагерь. Делали все споро, оперативно и слаженно, как давно отлаженный механизм.
  Сам яр с телохранителями ехали настороженно, но без фанатичности: ни закрытия телами и корпусами, ни взведенных самострелов. Все чинно благородно, как и должно быть.
  Враждебности я, да и остальные не заметили. Это радует, особенно когда за спиной не тысяча первоклассных вояк, а только пара сотен, остальные восемьсот - мясо, годное исключительно для смазки мечей противника. Да понимаю, что утрирую, но слишком хороши бойцы Дрима, на диво хороши. Захоти они напасть и криптовые клинки не помогут. Впрочем атаки ждать не следует. По заверениям все того же Светида, сведущего о каждом значимом лице всех восточных схоров, яр Дрим человек чести и если нападает, то делает это открыто, в лицо. Именно поэтому он не в стане тара, да и его дружина пусть не самая многочисленная, но зато самая боеспособная!
  С таким человеком нужно дружить, а еще лучше заиметь в союзники. Он в спину не ударит и если поддержит раз, то непременно будет со мной до конца. Но только как его к себе привязать? Спасти дочь - это сильно. Но явно не достаточно. Нужен иной подход. Может Крах поможет?
  - Крын, пригласи первожреца в мой шатер как можно быстрее. И ярету.
  Парень он сметливый: ни переспрашиваний, ни дерганья, только кивнул, мол понял и его след простыл. У Воздрана лучше выходит боевое искусство. Хотя головой в их паре был именно Воздран, его уравновешенный подход к любому делу пусть и казался медлительным, но зато всегда приносил именно те плоды, которые нужны и требуются.
  - Хочешь зайти с нескольких сторон? - легко разгадал мою задумку наставник.
  - Думаешь не получится?
  - Почему же? Но тогда уж и криптовое оружие не забудь показать, а еще лучше благословление Высшего. Яру такое точно понравится. Все-таки зим ему немало...
  - Ты же знаешь - я не могу.
  - Дело твое, но от этого зависит много жизней, - как можно нейтральней ответил Грим и отвернулся. Мой ответ его задел. Интересно почему?
  Может сказать наставнику, что 'благословление' мне неизвестно? А то ведь он небось думает, что я как и прошлый Перст могу все тоже самое. Но что-то в своей голове кроме 'компаса', понимания полуразумных тварей да пары ритуалов ничего не нахожу. А раз так - будем вести беседу с тем что есть. Вот только хватит ли этого?
  Что ж вот и посмотрим насколько я кхм... избранный.
  По идее мне нужно дожидаться яра Дрима в своем шатре, а встречу поручить Гриму или Краху, но последний уже был в шатре. Так что остался наставник. Вот его и подрядим, благо он не против, да и старый воин общий язык с ветераном найдет куда быстрее, чем я или жрец.
  Как въезжали гости в лагерь я не видел, но благодаря Тоту чувствовал витавшее в воздухе напряжение, готовое в любой момент вылиться в бойню. Мрим с огрином тоже были в шатре, но прятались под тканью, дабы не смущать яра. Предсказать реакцию на Ужас Леса и кровожадного монстра Ледяных Гор я не берусь, а это значит максимум страховки.
  Волновался ли я? Конечно, ведь от этого мероприятия зависит будущее сотен людей. Однако не доверять опыту наставника не мог. Просто не имел права, поэтому и сижу теперь в шатре с постоянно ерзающей Гератой, первожрецом, оруженосцами, мримом и огрином. Сборная солянка для знающих и посвященных. Надеюсь яр Дрим поймет всю подоплеку.
  Шум за стенками шатра нарастал, кажется даже раздалось бряцанье оружия и почти сразу зычный незнакомый голос. Наступила тишина. Удивительно. Я ее с похода в Ледяные Горы не слышал.
  Полог откинулся в сторону и в шатер вошел блондинистый коренастый, как собственно и большая часть встреченных мной мужиков, воин. В пластинчатом буром доспехе, на плечах плотный местами выцветший синий плащ с черной каймой. На лице застыла напряженная маска будто он готовился отдать последний приказ. Но длилось это ровно до той поры пока к нему с криком не подскочила Герата:
  - Папа!
  Напряжение вмиг испарилось, по заросшему до скул светло-русой щетиной лицу расползлась счастливая улыбка, а глаза предательски заблестели. Девушка прильнула к отцу и что-то быстро-быстро начала щебетать, несла сущую околесицу, но яр лишь улыбался да кивал. Им не мешали. Даже наставник, что вошел следом за яром, и то тактично их обошел.
  - Гера, ступай к Варну, - немного смущенно мягко отстранил от себя дочь яр. Та хотела было что-то сказать, наверное воспротивиться, но отец жестко глянул на нее и Герате ничего другого не оставалось кроме как покорно выйти из шатра.
  - Я думаю разговор будет долгим, поэтому прошу к столу, чем богаты тому и рады, - в беседе с таким человеком лучше сразу перехватить инициативу, в противном случае это будет не конструктивный разговор, а его мираж. Вроде и виден, а толку нуль.
  Яр Дрим понимающе улыбнулся и сел на походный стол: расстеленную скатерку с несколькими мисками, тарелками с легкой закуской и кувшином. Бряцнула бронь яра и тут же показались Сема с Тотом. Дрим их заметил и вздрогнул, но уже через мгновение сидел в такой позе будто рядом с ним не две детские страшилки, а личные волканы. Про таких как он говорят: 'у него стальные яйца'. За свою насыщенную жизнь я встречал подобных лишь трижды: таким был мой командир в учебке - Миронов, наставник Грим и вот этот.
  На стол расторопные оруженосцы успели накрыть. Но конечно без разносолов: квашенная капуста, моченные яблоки, некое подобие вареного риса с кусочками тушеного мяса и разбавленная медовуха. Все как у всех. Яр оказался неприхотливым в еде и закономерно отдал должное каждому блюду, не забывая запивать едва ли не каждый кусок шумным глотком хмельного напитка. Правда для блондинистого властителя подобная доза, что слону дробина, он только аппетит раззадорил.
  От гостя не отставали и Грим с Крахом. Покушать оба тоже не прочь, сметали со стола так что за ушами трещало. Я к такому 'кушанью' привыкал не один день, а поглядел на яра и понял - тут подобное в норме вещей. Предположу, что и так называемые тары ведут себя за столом не лучше остальных своих подданных, вне зависимости от их войскового ранга или сословия.
  Вести разговоры во время еды в Хортейме не принято, как впрочем и везде. Но стоит утолить голод и повести осоловевшим взглядом вокруг как начинается беседа. Обычно инициатором в этом вопросе выступает хозяин. Однако мне, недостаточно компетентному в таких тонкостях, пришлось уступить первый вопрос наставнику, благо потери репутации в подобном случае нет.
  - Яр Дрим я старый воин, участвовавший в боях вместе с Перстом Таром, - Грим сразу решил взять быка за рога.
  Сказать, что яр удивился - ничего не сказать. Его глаза будто залезли на лоб. Вместо трубного гласа, что постоянно вырывается из луженной глотки властителя Дрим на сей раз вырвался осипший хрип:
  - Это правда?
  - Да, я из числа последних таринов Хортейма.
  О чем это наставник говорит? Я ни о каких таринах ни слова не слышал!
  - Доказательства?
  Грим ни моргнув глазом подхватил со стола нож и воткнул его в ладонь. На тыльной части ладони появилась капля крови и... все. Больше ничего. Даже когда Грим вынул лезвие, из раны кровь не полилась, не считая пары капель на краях быстро зарастающей дыры.
  Вот тут яр Дрим на эмоции не скупился:
  - Три клинка мне в дышло! Я не пьян и не сплю, но вижу невероятные вещи...
  - На просторах Хортейма еще полвека назад это не было таким... необычным, харн мне в печень.
  Наставник говорил с явной издевкой, но на нее яр не отреагировал, продолжая смотреть на пару алых капель на столе.
  - Грим Косарь... теперь я действительно могу поверить, что это не злая шутка. Что ж мне и вправду стоит выслушать ваше предложение.
  Яр принял вид отрешенный, словно погрузился в воспоминания, но я через Тота прочел бушующие в нем эмоции: удивление, надежду и чуточку страха.
  - Мое место рядом с Перстом Высшего и не дело говорить о подобном поперек него.
  Наставник показал взглядом на меня, и как ни в чем не бывало, отхлебнул из чуть помятого кубка разбавленной медовухи. Шумно глотнул, проводив кадыком влагу и довольно крякнул, не забыв вытереть рукавом рубахи янтарные капли на вислых седых усах...
  - Новое дело всегда затевается с трудом и без помощи оно будет двигаться медленно, грозя не добраться до конца... - начал я издалека.
  - Не так уж трудно идет дело, раз войско имеется, - усмехнулся яр.
  - Это результат многих трудов и надеюсь что не последний. Высший избрал меня и желает восстановления своего былого влияния. Ему больно взирать на происходящее на его землях...
  Что я несу?
  - Те кто окажется в стане Перста раньше остальных может надеется на большее, нежели те кто примкнет после восстановления справедливости. Я конечно понимаю, что доказательства избранности нужны наглядные, а не голословные. Увы, но пока кроме новых криптовых клинков показать мне нечего, впрочем послушные моей воле мрим с огрином можно отнести в ту же корзину. В любом случае встать плечом к плечу или стоять в стороне как наблюдатель решать тебе, уважаемый яр Дрим.
  Крепыш поскреб щетину ладонью-лопатой.
  - Я благодарен за спасение дочери. Но ты должен понимать - подобное решение изменит все. Я не готов дать ответ сейчас.
  - Понимаю. Что ж это твое право, яр Дрим.
  Жаль. Хотя с чего я решил будто он с радостью вольется в войско?
  - В таком случае я хотел бы отправиться обратно в ярство.
  - На ночь глядя?
  - Под защитой своих воинов.
  - Это твое решение и противиться ему не могу...
  - В таком случае спешу откланяться.
  Яр кивнул нам, встал из-за стола, бросил на меня задумчивый взгляд и вышел прочь.
  Фенито, ля комедия, Ярослав. Многообещающий проект увял так и не начавшись. Печально, впору впасть в уныние.
  Провожать его с дочерью я не вышел. За меня это сделали Грим с Крахом. Я же сидел за столом и думал о будущем. Как быть дальше? Ближайшая цель известна, но ведь если поддержки знати не будет - вся затея теряет смысл. Нет у меня способности насылать огненный дождь или наоборот воскрешать мертвых.
  Незаметно стемнело. Взошла луна, с фиолетовым отливом. А меня так никто и не потревожил, лишь Крын с Воздраном зажгли пару свечей и тихо вышли из шатра, оставив кувшин с квасом и тарелкой с копченым мясом...
  
  
  
  Отступление 9.
  Сложно быть верным в казалось бы безвыходной ситуации.
  
  Яр Антор Харк нетерпеливо ожидал сведений об отряде старого врага. Он метается от одной стенки шатра до другой будто хищник в клетке, его плащ родовых цветов: багровый с золотой каймой летал за ним. Впервые за долгое время у него есть шанс прихлопнуть этого наглого ублюдка! Сейчас у него трехкратное преимущество в людях. Этого яр считал достаточным, чтоб разбить вражеский отряд, не смотря на выучку быков, как за глаза часто называли воинов яра Дрима.
  Однако провидение решило сыграть с Антором Харком в собственную игру и когда отряды вот-вот должны были занять позиции в засаде они обнаружили перед собой небольшую дружину без опознавательных накидок, под странным знаменем: три разновысотные горы на зеленом поле.
  'Что они значат? Кто такие? В здешних землях отродясь подобного не было...'
  Неизвестность бесила яра Харка куда больше неприятных вестей. А в таких делах как избавление от очередного врага раздражение на неизвестность удваивалось! Владетеля на протяжении всего дня никто кроме слуг и командующего войском тысяцкого Жерка не отвлекал. Так продолжилось бы и дальше, если бы не появление разведчиков с командующим...
  Спустя несколько минут как они вошли в шатер оттуда донесся довольный рык и чуть погодя головной отряд начал выдвигаться на новую позицию. Пусть отряд Дрима возвращается, на него Харк найдет управу - даром что ли десятки шпионов добывают самую разную информацию? А вот неизвестного противника лучше убрать сразу, пока он не смешал все планы или вовсе не выступил на стороне врагов яра Харка.
  Еще два отряда поменьше выдвинулись к нужной точке чуть позже. Все заняли позиции уже в кромешной тьме, из-за того чтобы не травмировать животин их всех пришлось оставить под надзором слуг. Впрочем Харки никогда не славились выучкой всадников, их стезя кроме тайных операций - изматывающая тактика. Но сегодня Антор Харк решил отойти от обычной стратегии и биться до победного конца, благо противник хлипкий, долго сопротивляться по заверениям опытных разведчиков не должен...
  
  
  
  19.
  Битвы выигрывают полководцы, а не солдаты, хотя и хочется сказать обратное.
  
  Много вопросов скопилось за прошедший день, еще больше их появится позже. Но будет ли ответ на главный вопрос: 'есть ли будущее у этой затеи?'. Этим вопросом наверное в свое время задаются все мятежники и получают ведь ответ! Но какой? Я свой пока не получил. И это гложет, заставляет раз за разом возвращаться к нему, искать истину.
  Из-за этого я даже выспаться толком не могу. Еще до первых лучей солнца пробудился и сна ни в одном глазу. А в голову настойчиво стучится предательская мыслишка: 'а вдруг откажет?'. И ведь туго тогда нам всем придется ой как туго. Теперь я это понимаю...
  Внезапно интуиция буквально взвыла, заставив перекатиться с импровизированного матраца в сторону. Вжих! Вжих! Пара стрел порвав потолок шатра воткнулись в мою постель. И тут же в лагере забил тревогу барабан: 'Дум-дум! Дум-дум!'.
  Отовсюду слышалась ругань командиров, топот сотен ног и лязг оружия. Предрассветное нападение привело в замешательство не одного человека. Я быстро накинул бронь и подхватив верный харн пулей вылетел наружу, следом за мной выскочили и недовольные пробуждение мрим с огрином. Вокруг царил Хаос. Мужичье не понимая, что происходит суетились и бестолково метались, их как могли приводили в чувство командиры, лишь малая часть бойцов моей армии организованно отошли к частоколу, готовые к бою с неизвестным противником.
  А стрелы все летели и летели. Казалось им нет конца, их смертоносные жала падали на слабо защищенные тела воинов. Не прошло и минуты с начала обстрела, а лагерь уже утыкан стрелами будто гигантский еж. Окровавленный. Вон лежат тела, какие шевелятся, а некоторые уже нет.
  - Щиты поднять! Плотнее становись! Под навесы раненых, да скорее, харн мне в печень!
  Грим Косарь рыком подстегивал каждого до кого мог 'достучаться' и стадо постепенно трансформировалось в дружину. Посыпались затрещины на самых непонятливых, полился поток ругани и некоторое время спустя в лагере вновь появилось организованное воинство: сильно раздраженное, готовое рвать врага зубами не столько за павших товарищей, сколько за проявленную слабость. Некоторые пытались огрызаться, но не видя где враг сложно вести стрельбу, но полсотни лучников все же пускали навесом одну стрелу за другой, ориентируясь на звуки приближающегося противника...
  'Неужели это яр Дрим?' - в голову закралась предательская мыслишка.
  Нет, не должен, по крайней мере без веской причины, не тот он человек. В противном случае грош мне цена как управленцу! Выходит не он... тогда кто? Неужели родственники яра Тарта объявились?
  - Не зевай! Товарищу помогай! - надрывались командиры загоняя подчиненных под стены, импровизированные навесы из бортов телег и кучи разного хлама.
  Но все приготовления к долгому обстрелу пропали втуне, потому что некоторое время спустя сразу в трех местах повалился частокол, вырванный десятками коней. В проломы хлынула масса доспешных воинов, в предрассветных сумерках на их плечах были заметны багровые накидки.
  Бой в мгновение ока превратился в хаотичные стычки где нет места правильному строю и грамотной тактики, лишь жажда крови и упоение битвой. В голову приходит безумная мысль, но с каждой секундой она перестает казаться таковой.
  Раз так - быть посему! Моя вторая половинка, моя верная безумная часть. Вверяю себя в твою власть...
  Чувствую как мышцы мгновенно наливаются мощью, глаза заволакивает розоватой поволокой, а из горла вместо боевого клича: 'Во славу Корвуса!' - сиплый рык, который тут же вторит мрим, а огрин лишь яростно мычит, посылая одну ментальную волну за другой. Но они слабо действуют на врагов - слишком их много - не может Сила пробить защитный барьер боевого духа, плотным коконом окружающим вражеских воинов.
  Противник давит, выбивает моих бойцов десятками, падают окровавленные тела как снопы в руках опытного жнеца...
  Рау! Убью!!
  Зверь семимильными прыжками оказывается в гуще сражения, аккурат напротив самой большой дыры в частоколе. Харн в моих руках живет собственной жизнью: защищается, атакует, уклоняется и обманывает. Рефлексы тела лишь помогают ему в этом. Чувствую упоение Зверя, как он наслаждается эмоциями боя: страх, боль, ярость, радость, безумие - каждый отклик души доставляет удовольствие.
  Я отстранено отмечаю каждую деталь, чувствую отголоски эмоций Зверя и неожиданно понимаю, что как бы я не старался отгородиться от него, спрятать на задворках воспоминаний - это не поможет. Ведь он - часть меня. А это значит, что придется смириться с ним...
  Бой с каждой секундой становился все яростней. Перед дырой в стене возник затор, но зато в других местах прорыва враги прошли свободно, оттеснив защитников вглубь лагеря. Я это отмечал как бы со стороны, благо в запале битвы моя ненасытная до безумства половинка активно перемещалась.
  Зверь активно работал харном, словно жнец в поле: быстро и непритязательно, зато эффективно. Раз! Голова с плеч. Два! Располовиненное тело валится под ноги, а он как ни в чем не бывало переступает и обрушивается на нового врага. В какой-то момент я отметил, что врагов стало меньше - нет они не побежали, просто если до этого я бился в окружении, постоянно ожидая удара в спину, то теперь рядом дерутся мои воины и как бы отдельно от них ярился Сема: весь в чужой крови, оскаленная пасть с острыми зубами и чудовищная сила в каждом движении, сметающий любого зазевавшегося противника. Теперь я понимаю как нам с наставником повезло, ведь если бы защищавшему Источник мриму дали хоть секунду он нас обоих бы прихлопнул и даже не вспотел.
  Удивительное чувство думать о стороннем во время боя! Вот только непонятно где Тот? Неужели убили? Да нет не может быть, Сема должен его защищать! Вдруг замечаю нечто странное - люди рядом с мримом дергаются, будто паралитики, но потоков энергии от Семы не ощущаю. Не его работа, однозначно. А вот нечто странное, до боли знакомое чувствую. Ага! Точно - почерк огрина, каков хитрец!
  В какой-то момент ко мне пришло понимание - упоение боем нравится не только Зверю, но и мне! Адреналин в крови зашкаливает, сердце работает как гидронасос - без устали и перебоев, мышцы не чувствуют усталости. Хр! Мне это действительно нравится...
  Откуда то издалека слышу голос Грима:
  - Защищайте Перста!
  Ему вторят, кто-то кричит, поливает бранью и угрожает. Вокруг какофония битвы. А над миром начало подниматься солнце...
  - Убейте Бешеного! Пристрелите его!
  Это они обо мне? Если так, нужно биться в трезвом рассудке, иначе правда пристрелят, от стрелы с пары десятков шагов никакая техника не поможет!
  Сказать легко, а сделать оказалось трудно. Зверь ни в какую не хотел отдавать управление, он рычал, огрызался и ярился еще больше, но я исподволь все-таки добился своего. Хоть это и было опасно - не дай Высший пропустить удар, во время смены контроля. Но получилось. А ситуация на поле боя разительно изменилась: если на нашем пятачке криптовое оружие творило чудеса, то в остальных местах прорыва дела моих бойцов складывались хуже некуда. И хотя Грим, Сурв, Светид и Хунтар пытались выправить положение - помогло мало. Против закованных в бронь воинов в малиновых накидках мои выглядели голодранцами... по большей мере таковыми и являющиеся.
  Людей резали как свиней на скотобойне. Но никто не просил пощады, не бежал. И если багровые бились молча, то мои сражались яро, с криком на устах: 'Во славу Корвуса!'. Фанатичное ополчение каждый раз произнося клич принималось биться с удвоенной силой будто это не простые слова, а заклинание, развеивающее страх и дарующее силу и храбрость. Жаль только умения большинству бойцов никто не привил и они по-прежнему падали подрубленными под топорами и мечами врагов.
  Пришел мой черед показать зубы!
  - 'Ежа'! 'Ежа' ставьте!
  Сначала люди не поняли что я от них хочу - ведь спина то вроде как прикрыта, но затем до командиров дошло и вокруг нашей группы начали собирать все остальные, пробиваясь к нам любой ценой. У кого-то получалось, у кого-то нет. Кровавую жатву в эти минуты собрали многие мечи врагов.
  Однако как бы там ни было построение замерло - оно наверное единственное такое, которое ополченцы под приглядом опытных воинов смогли поставить. Вроде и щиты на месте, рогатины, топорщики и даже стрелки с луками и самострелами затесались в центре. Да только как же их мало...
  Фрак меня задери, куда делись остальные? Неужели убили? Да тут меньше половины!!
  - Нам долго не выстоять, - заметил мне Грим. - Погляди вон на тех бойцов.
  И указал на готовящихся к бою бронированных воинов с двусторонними секирами. Их было не много - не больше трех десятков, но думается мне, что их сила не в количестве. Не даром ведь их выпускают только сейчас, когда требуется переломить ход боя одним точечным ударом. А за их спинами и на флангах выстраивались еще сотни две воинов - молчаливых и озлобленных. Потрепать превосходящие силы врага мы все-таки смогли, но и сами потеряли немало.
  Тут на поле боя появился долговязый командир бардовых. Отличало его от остальных наличие десятка гриднец, занявших вокруг него круговую оборону и необычный шлем с выпуклым кабаньим рылом на верху, под острием. В руках он держал двуручный меч с набалдашником в форме все той же кабаньей головы.
  - Харк вечен! - вскинул он меч одной рукой и тут же молчаливые воины взревели, да так, что на небесах и то слышно было. В глазах появился опасный блеск, на губы наползли кривые презрительные оскалы и вот-вот элитные сотни дружины врага ударят по 'ежу'.
  Я замер почти на самом острие, сразу за низким но крепким щитоносцем. Рядом застыли Грим, и Сурв. Светид с Хунтаром, пытались организовать оборону тех кто не смог пробиться к нам. Получилось ли? Что-то сомневаюсь, слишком разная выучка у моих лапотников и у врага.
  Оглядываюсь. В 'еже' собралось сотен пять воинов, чуть больше половины от того что было. Скрипнул зубами, но ничего поделать не могу. Отступить? Но ведь некуда. Дорога здесь одна - вперед к победе, до которой я наверное уже и не доживу. Что ж, значит такова моя судьба. А люди глядят на меня с надеждой, вон и Сема с Тотом тихой сапой пробираются ко мне, хотят быть ближе. Я это чувствую. Коли так, почему не дать последний бой, такой чтоб дрогнули враги?
  На душе становится легко, выбор сделан и с уст срывается клич:
  - Во славу Корвуса!
  Харн взлетает острием вверх и следом ярятся мои воины: люди, мрим и даже огрин, что-то воинственно промычал. 'Еж' воинственно топорщит рогатинами, грозит жалами стрел, но противника этим не пронять и вот опускается двуручный меч в нашу сторону делают первый шаг топорщики, за ними остальная пехота...
  Секунда другая и мы с грохотом сталкиваемся. В мгновение ока смешались в кучу передний край и их клин. Стрелки успели сделать всего один выстрел, прежде чем сменили луки и самострелы на мечи и топоры, но и этого оказалось достаточно, чтоб выбить треть бронированных с головы до пят топорщиков. Крушат щиты громадные секиры, не могут найти брешь в доспехах врага рогатины, лишь ненадолго сдерживая их неистовый напор. Падают десять, двадцать, тридцать моим воинов, сражаясь до последнего.
  - Пора. Микула - бой! - Грим держал в резерве десяток Микулы с криптовым оружием до последнего, решающего момента и бойцы не посрамили себя, словно Жнецы Смерти они с легкостью убивали первого попавшегося врага, оставляя после себя кровавую просеку разрубленных тел.
  План наставника, о котором я и не знал, сработал и отвлекшись на казалось бы единственного врага с криптовым оружием яр Харк пропустил фланговый удар. А тут с другой стороны неожиданно подошла подмога Светида и Хунтара, выведших блудней и лапотников из-под основного удара и только выжидавших удобного случая для атаки.
  Бардовые плащи оказались разрезаны на две неровные части, меньшая и самая боеспособная оказалась окружена и быстро уничтожалась. Теперь броня секироносцев сыграла с противником дурную шутку - увернуться от удара сбоку или сзади они оказались не способны и падали оглушенные один за другим. Добивать их пока не стали - время дороже.
  Ситуация на поле боя изменилась разительно. Но у нас по-прежнему паритет сил, вот только воины Харка почему начали откатываться, перестраиваясь в защитную формацию, а мои наоборот сунулись контратаковать, но тут же получили болезненный ответ от лучников врага.
  И тут я заметил, что сам яр с гриднями спешно уходит вглубь построения и не дай Высший ускользнет, бросив дружину. Если подобное случится, мне придется туго, не сомневаюсь, что в следующий раз против Перста выставят в два, а то и три раза большие силы, чтоб наверняка.
  Надо срочно что-то делать! Но что? Фрак меня задери!
  Тут под руку кто-то настойчиво подлез и легонько боднул в бедро. Мол обрати внимание. Я раздражено отмахнулся, но толчок повторился и мне пришлось повернуться. Тот требовательно глядел на меня и что-то показывал на пальцах.
  - Не понимаю, - покачал я головой.
  Огрин недовольно засопел и напыжился, слегка затрясся и упал без сил. Мгновение погодя я пораженно взирал на то как спаянный строй врага разбегается в стороны, открывая чудовищную картину: на земле валялись одиннадцать безголовых тел, ошметки мозгов, костей и капли крови разлетелись далеко в стороны. Все случилось так быстро, что никто ничего толком не понял и только багровые плащи не в силах унять мистический ужас бросились бежать. Паника поглотила каждого из них.
  Я невольно завис. Слишком страшна смерть яра. Против подобного нет защиты и это пугало. От созерцания подобного не растерялся только Грим Косарь, он и так много чего повидал на своем веку и где пинками, а где зуботычинами направил отряды пленить паникующего врага. Впрочем некоторые из багровых плащей сами падали на колени и молили о пощаде.
  И будто ставя точку в бою, лагерь залил рассветный солнечный свет, радостными зайчиками скачущий по лужам крови, помятым доспехам и начищенным до зеркального блеска клинкам. Поразительно как красота может гармонировать со смертью, этому не мешают даже вопли пленных и стоны умирающих.
  Такова победа...
  
  
  
  
  Часть 3.
  Пробуй. Думай. Создавай.
  
  
  
  1.
  Когда кажется, что жизнь надоела и все серо - смени вектор прикладываемых сил и она обретет новый смысл.
  
  Яр Дрим устало смотрел на кровавый закат, на черепичные крыши домов богатеев столицы схора Бромид, что прекрасно рассматривались с холма на котором замерла значительно увеличившаяся армия Перста. В голове этого много чело повидавшего в жизни человека крутилось много неудобных мыслей, странных идей и неуместных вопросов, но все они не стоили и ломаного гроша по сравнению с одним очень простым: 'Зачем?'.
  Сейчас начало ноября, вот-вот грянут заморозки, а ведь прошло больше месяца прошло как спонтанное решение вернуться к Персту круто изменило и без того сложную жизнь яра. И такие перемены случились не только у него. Все кто решил следовать за Перстом, преобразились, хоть многие этого не понимают. Взгляд, походка, мысли - все трансформировалось и не сказать, что в худшую сторону. Яр это заметил даже среди своих воинов и чуточку взревновал, но сразу одернул себя за недостойные мысли. Ирван Дрим в последнее время вообще привык к резкому изменению событий вокруг и старался как мог приспособиться ко всему этому. На сколько позволяла гордость и честь. Слава Высшему, попирать ни то, ни другое окружающие не спешили, за что яр им был в тайне благодарен, правда говорить в слух об этом он никогда бы не стал. Но зарубку в памяти сделал. Приятно, фрак побери ощущать себя частицей чего-то куда большего чем простой человек, пусть и наделенный толикой власти!
  - Яр, он придет на встречу? - рядом с Дримом словно из ниоткуда появился Грим Косарь: морщинистый с пышными пшеничными усами до подбородка и большой залысиной на голове. На прославленного воина этот старик точно не походил, но проверять Ирвин Дрим бы поостерегся - молва нужное давно донесла.
  - Как и договаривались - в двух полетах стрелы на закате. Под пологом. Встреча один на один, охрана в полста шагах от них.
  - Хорошо, - кивнул Грим, но удовлетворенным он не выглядел, скорее наоборот.
  - Что-то не так?
  - Все не так! Этот...Перст, харн мне в печень, слишком многое о себе думает, - ворчливо заметил Грим, однако яр знал точно - оспаривать принятого Огом решения он не станет. Но критиковать будет, вот как сейчас, правда только среди своих, в круг которых недавно присоединился и сам яр Дрим.
  - Задумка неплоха, - осторожно заметил яр.
  Солнце плавно опускалось за горизонт, уже почти скрылось, но сумерки еще не пришли. Да и вообще для осени сегодня было слишком солнечно. Хотелось верить в лучшее. Вот как в удачную встречу тара и Перста. Вероятность конечно мала - станет ли старый правитель слушать неизвестно откуда появившегося юнца? Ирвин Дрим сомневался. Однако шатер в условном месте приготовили: вон его серо-зеленый холщевый купол трепыхается.
  - Да кто его сопляка слушать станет, харн мне в печень? - ворчливо отозвался Грим.
  - Мы послушали...
  - Кхм.
  На это Косарю возразить оказалось нечего. А пару секунд погодя вовсе стало не до этого - Ог спокойным уверенным шагом, в сопровождении 'криптового' десятка Микулы, огрина и мрима, шел к шатру. Из города так же не заставили себя ждать и из раскрытых ворот выехала кавалькада из трех десятков всадников: телохранителей, знаменосца, пары жрецов и самого тара - единственного из всех с непокрытой головой. Да и доспеха на нем не видно, разве что позолоченный колонтарь вздетый поверх богато расшитого полушубка, но это скорее дань традиции - мужчина всегда воин, вон у тара на поясе ножны с мечом.
  Телохранители заняли позиции в полусотне шагов от купольного шатра. Внутрь вошли Перст и тар...
  
  
  
  Отступление 1.
  Никогда не знаешь, кто за тобой наблюдает. Возможно друг, но чаще почему-то враг.
  
  Во дворце схора Ангальс, что уютно раскинулся на самом западном окончании Хортейма с раннего утра было непривычно тихо. Подобное случалось только в моменты скверного настроения тара.
  Не приведи Высший нарушить покой раздраженного правителя и несчастный тут же исчезнет в застенках Тихой Заводи. Поэтому слуги напоминали призраков: такие же бесшумные и бледные до мраморности.
  И хотя тар часа два как не показывался из своего кабинета положения это не спасало, все могло измениться в любой момент. Челядь ждала бури...
  В небольшой, по меркам таров, зале яро ругались двое. Первый - Кий, низкий и крепкий как огрин, второй - Жилдор, выше первого головы на две и тонкий словно жердь. Что примечательно лицами они были схожи: высокий лоб, скрытый за густыми серыми, почти мышиными волосами, ярко-карие глаза, дисгармонично смотрящиеся из-под бровей и тонкие розовые губы, того и гляди превратившиеся в синюшные раздутые оладьи покойника. Если бы не такая значительная разница в конституции тел, то можно было бы назвать их кровными братьями. Собственно они имя и были, по отцу. А вот матери достались разные, что впрочем не помешало этим двоим найти общий язык еще до поры взросления. Погодки все же.
  Правда Судьба женщина ветреная и злобная, поэтому одарила каждого из них по-своему. Одному достался талант правителя, с неуемной жаждой к интригам, второму выпала воинская стезя, да к тому же недурственные мозги тактика. И не известно куда бы их привели таланты не будь их отец яром.
  Так получилось, что старшим оказался Кий. С раннего детства он детским шалостям предпочитал книги, которых увы было до безобразия мало, в результате чего тягу к знаниям он восполнял любыми альтернативными источниками. Так у мальчика возник интерес к плетению человеческих судеб путем недомолвок, недосказанностей и дозированной правды. Кий ненавидел ложь во всех ее проявлениях и выступал поборником Правды, порой излишне яро.
  Младшему же интересы брата всегда казались глупыми. Спрашивается зачем глотать пыль, когда можно побегать с другими парнями или упражняться с любимым клинком?
  Так продолжалось до тех пор, пока их отец не погиб в приграничной стычке с соседним схором. После несчастья на их головы неожиданно свалился ворох проблем и забот, избавится от которых можно было бы только сообща. Братья поняли это далеко не сразу. Перед этим они совершили множество ошибок и почти загнали ярство на край гибели. И только почти сорвавшись в пропасть отчаяния, они поняли как нужно решать проблемы: использовать сильные стороны друг друга и сталкивать лбами противников.
  Дела братьев после взаимной притерки пошли в гору настолько, что к тридцати годам старший занял трон схора, а младший возглавил дружину. Но на этом их честолюбивые планы не заканчивались, они простирались куда дальше. Следующим шагом было объединение Хортейма под знаменем Ангальса. Достойная цель для даровитого интригана и талантливого полководца.
  И вот когда реализация плана должна начаться в дело вступила новая Сила. Тут и правда в пору возненавидеть ближнего своего, а не только челядь.
  - Ладно, хватит ругаться, нужно думать как быть, - устало помассировал виски Кий.
  - Натрави на них пару таров, из тех кто ближе, - кровожадно усмехнулся младший.
  - Жилдор, ты плохо смотрел запись, - покачал головой тар.
  - Не хуже твоего, - огрызнулся младший. - Я увидел достаточно.
  - Что ж, значит надо глянуть еще раз...
  Кий обречено выдохнул и коснулся небольшого углубления на мутной сфере лежащей посередине стола. Дымка, что клубилась внутри завертелась маленьким смерчем и вырвалась наружу, обволакивая зрителей.
  Запись событий, заинтересовавших братьев оказалась плохенького качества: картинки рябили, дрожали, порой пропадали на мгновения. Сфера Виденья пусть и создавала полное ощущение присутствия, но изображение, увы, редко получалось стабильным. Правда звук почти всегда точь-в-точь как в реальности.
  Однако картинки мелькающие друг за дружкой, да и декорации вокруг представляли собой интересное зрелище, позволяющее легко смириться с качеством изображения. Вот только крепыш в данный момент больше зевал, чем наблюдал - оно и понятно - кому хочется смотреть одно и тоже в сотый раз? А вот Кий вперил тяжелый пронзительный взгляд так, будто от этого зависела его жизнь...
  Перед наблюдателями открылся вид большого, свыше полста тысяч человек, города. Размер хоть и не самый большой, но не в этом суть. Тут главное иное. Вот к примеру замершие в зеленых плащах без каймы воины, выстроившиеся жиденькими рядами вдоль широкой главной улицы и едва-едва сдерживающие напор толпы. Или вон замерший у подножия захиревшего храма Корвуса тар в окружении толпы челяди и советников. К чему бы все это?
  Ответ получили чуть погодя. Внезапно шум толпы и ора глашатаев забил тяжелым походным боем барабанщик, да не один! И в распахнутые настежь ворота въехала кавалькада из десятка человек и пары монстров, коими пугают непослушных детей. Каждый человек, не говоря уже про огрина и мрима, необычен по-своему, копни поглубже и несомненно узнаешь необычайно занимательную историю жизни. Среди всех выделялся заурядностью только один - самый молодой, тот что возглавлял всех остальных.
  Короткий ежик светлых волос, выбеленный летним солнцем, карие глаза и крепкое даже на вид телосложение, как впрочем у большинства мужчин восточных схоров, да и остального Хортейма. Вот он спокойным шагом доезжает до тара, подле него оказываются здоровенный мрим и огрин, еще молодой, но уже видно набравший немалую силу, вон какую палицу на плече несет и даже не вспотел.
  - Смотри, брат, каков гордец! Ты только глянь на него, так и пышет силой, готовый на все ради своей Цели. Ууу-у! Я то это вижу... Хотя вон воины тоже не лыком шиты. Хоть разные, а видимо у каждого схожий путь. Не даром говорят: 'Те кто подле тебя - часть тебя'. Ты меня слушаешь, карлик ты стоеросовый?!
  - Эй! Я и обидеться могу! - насупился Жилдор.
  - Когда этот молодчик с дружками возьмет нас за горло поздно будет обижаться.
  - С чего ты решил, что он нам угрожает? Подумаешь очередной самозванец...
  Младший из братьев подхватил из непонятно как появившейся на крыше, откуда они 'наблюдали' процессию, яблоко и сочно впился в него, словно волк в нежную телячью отбивную.
  - Не расстраивай меня, Жил, - прошипел Кий даже не повернувшись в его сторону. Он внимательно, наверное в десятый раз наблюдал за происходящим. - Ты только глянь на них! Ты видел... видел?!
  Старший брат, обычно собранный и спокойный, сейчас почти кричал, стучал кулаком по костлявой коленке и щерился как песчаный варан.
  А кавалькада уже достигла ступеней храма. Неожиданно рядом с таром появился высокий сухопарый старик в темно-зеленой хламиде с жидкой седой бородой и длинным посохом с зеленым кристаллом в навершии.
  Вдруг старик склонился и чуть погодя, опираясь на посох преклонил колено, за ним последовал тар со своими приближенными, а еще спустя несколько секунд и все собравшиеся перед храмом Корвуса.
  На ногах остался лишь один юнец, тот кто ехал во главе, хотя ростом не обделен. Правда неправильный он, вон и смотрит слишком оценивающе, да оружие мало того, что непростое - харн - так к тому же криптовое.
  - Встаньте! Перст Высшего не требует от вас слепого преклонения! Это никогда не желал Корвус, так почему нарушаете заветы Его?! - голос у парня оказался под стать телосложению. - Высший звал вас за собой, но вы предали его...
  Если до этого над городом и слышались шепотки, то после слов Перста установилась абсолютная тишина. Люди не знали чего ожидать дальше. Страшились.
  - Но Высший милостив, он дает вам второй шанс. Для того, чтобы вы исправились и обратили слабость духовную в силу! Впустите Его в сердца ваши, забудьте о сомненьях и печалях. Они - тлен и пустота, пожирающая вас. Научитесь понимать сердцем волю Его и обретете милость Его!
  Перст рычал будто хищник: люто и завораживающе, люди замерли не в силах шелохнуться. На короткий миг вновь наступила тишина, прерванная голосом одного из тех кто прибыл вместе с Перстом.
  - Перст указывает путь. Перст защищает нас...
  Сначала нестройно, но постепенно вливаясь все большим числом голосов толпа продолжила:
  -...Слава твоя - наша слава. Сила твоя - наша сила.
  И уже на концовке скандировала с диком первобытном экстазе:
  -...Умереть, восхваляя тебя - наше счастье!
  На глазах большинства простого люда, в изобилии облепивших улочки и крыши домов, проступили слезы радости, но и у тех кто был крепче духом проступали счастливые улыбки. Перст Высшего покорил сердца всех собравшихся.
  Задерживаться юноша подле храма не стал и взглянув еще раз на толпу быстро поднялся наверх где и скрылся в тени 'дома Высшего'...
  - И ты еще говоришь, что это обычный самозванец? - хмуро спросил брата Кий.
  - Ну чуточку Силы у него есть. Да у нас самих ее...
  - Заткнись, придурок! - мгновенно вскипел старший и не удержавшись зарядил младшему звонкую оплеуху.
  Жилдор вопреки обыкновению легко закипающий и ярящийся будто стадо быков, спокойно встал со стула и без замаха ударил брата. И хотя сила его была небольшая Кий слетел со стула словно осенний лист от дуновения ветра.
  - Ты забылся, - вскинулся Кий.
  - Это ты забыл кто поднял тебя до нынешних высот. Все твои интриги - ничто без мечей моих молодцов. Не забывай об этом, - заметил Жилдор хмуро, резко повернулся и вышел прочь из кабинета тара.
  Кий просидел с кривой усмешкой на вспухших губах пару минут, затем погладил подбородок и достал из стола графитовый стержень, белоснежный лист бумаги и именную печать. Предстояло решить пару проблем. О поступке младшего брата он предпочел забыть. На время.
  'Отомстить можно и позже, к примеру, лишить его одной из сук, что греют постель каждую ночь...'
  
  
  
  2.
  Чувствуешь? Думаешь, сам решаешь как жить? Но так ли это на самом деле?
  
  Не просто так привязался ко мне Сема, да и Тот удивительно вовремя оказался в 'обойме'. Жалею ли я об этом? Да ничуть! Эти двое в этом мире самые надежные и верные мои телохранители. Их не купить, не запугать, ни переманить. С этой парой сверхопасных существ я чувствую себя как за каменной стеной.
  Однако в эти предрассветные часы я почувствовал, что Сема с Тотом вопреки обыкновению не лежат рядом, безмятежно посапывая, а тихонько поскуливают. При этом не проснулся. На моей памяти такое с ними впервые. Но понять что это не получилось - в голову усиленно пробивалось чье-то настойчивое внимание. Причем не активно, а исподволь, будто паводок, поглощающий невысокую кочку.
  Враждебности я не ощущал, но и радости от столь 'мягкого' воздействия не испытывал. Захотелось понять в чем дело. А ведь и суток не прошло как я оказался в столице схора: без боя, крови и боли. Меня встретили как спасителя. Но от чего? Я наговорил много всего и люди прониклись, значит было из-за чего, правда Тот сыграл свою роль. Чего и говорить - огрин отличный ментат! Однако было нечто еще такое что я не заметил, а теперь начинаю понимать...
  И вот я с первыми лучами солнца бреду прочь из города, не замечая никого и ничего. Переставляю ноги, а сам не имею ни малейшего понятия где закончится мой путь. Хотя нет вру, чувствую ведь, что давление нарастает, хочется уйти прочь и забыть об этом месте.
  Знакомое чувство, Ярик! Тебе не кажется, что сие смахивает на Источник? В первый раз нечто подобное было.
  Голос 'проснулся' на удивление вовремя, вон даже выдал то о чем я только начал подозревать. И ведь верно заметил! Етитская сила, да все один к одному - похоже во методу противодействия, но начинка то иная. А ведь есть и активная защита, та от которой не сбежишь, ее побороть надо, доказать что достоин обладания. Такое ощущение будто не Силу подчиняешь, а девушку соблазняешь...
  А в этом что-то есть.
  Уймись, охальник, не хватало мне только таких аналогий.
  И все же для неразумного создания Источник слишком независим.
  Как обычно и бывает пикировка закончилась последним словом моего навязчивого второго 'Я'. Следует признать такое объяснение не только имеет право на жизнь, но и раскрывает глаза на некоторые непонятные стороны Источника. И если принять, что Место Силы - это не просто огромный колодец энергии, потребный для нужд Высшего: это странное полуразумное создание. Обладая здоровым разумом и богатой фантазией можно пойти дальше и сравнить Источник с симбионтом. Он дает Силу, помогает и не подвластен никому кроме хозяина, правда что берет взамен не ведомо.
  Я это осознал на четвертый день пребывания в замке ***. И от чего мне кажется, что об этом знают очень мало Перстов, если вообще догадываются об этом. Просто эти три дня выдались тяжелыми как эмоционально, так и физически, поспеть везде я не успевал, а без Грима, Сурва и Светида вообще бы зашился на месяц - полтора. Все-таки перехват управления над пусть и не большой но все же провинцией, с тремя десятками селений различной населенности, задача непростая. Вот разграбить и убыть восвояси это можно, но подгрести под себя требуются совершенно иные знания и умения.
  Впрочем меня в данный момент все перипетии не волнуют. Я чувствую близкий Источник, чувствую его как не чувствовал первый! И кажется понимаю что на самом деле дало мне первое Место Силы. Не тривиальную силу и не орлиную зоркость, ни чего подобного, - я обрел возможность понимать младших! Да именно тех, кого глупцы называют полуразумными, но ведь на самом деле они как трехлетние дети, замершие в развитие. Но самое удивительное, если до этого момента в моей голове было лишь мутный образ понимания, то теперь оно обрело целостную картину.
  Плевать на то что иду так будто на плечах стопудовый мешок. Каждое движение - пытка, того и гляди сердце остановится. Хочется повернуть назад, забыть об этом месте и погрузиться в забытье. Но то что может оказаться в конце пути перевешивает на эфемерных весах любое неудобство - жизнь родных людей важнее моих невзгод.
  Каждый новый шаг я вколачивал в голову одну и ту же идею. Да так основательно, чтоб при болевых спазмах отзывалась сама суть. Казалось, будто минула вечность, а на деле я и полсотни шагов то не сделал.
  Стоило мне переступить тень первого дерева маленькой чащи, как давление исчезло. Дышать стало легче, на некоторое время пришло чувство эйфории. Освобождение из оков боли было восхитительным расслабляющим почище глотка алтайского воздуха после мегаполиса. В голове приятно дурманило, думать не хотелось совершенно, лишь ноги произвольно несли куда-то вглубь чащи...
  Первые пару минут я брел на автомате, не прислушивался к интуиции, что настойчиво требовала к себе внимания. Это так мое второе 'я' о себе напоминало. Прислушаешься к себе, пусть даже ненароком и вмиг разбудишь его: дотошного, въедливого и точного как стрела Робин Гуда.
  И все же наступил момент когда странность эйфории начала настораживать. Поначалу ее можно было списать на окончание трудного пути. Мол накатило - бывает. Но всему есть предел! Так что постепенно беру себя в руки и понимаю - меня ведут. Как барана какого-то, да так хитро, что не враз заметишь. А куда ласково погоняют скотину? Я знаю точно - на убой!
  Осознал. Мириад мурашек стремглав пробежал пяток раз от поясницы до затылка и обратно. Пробрало. Однако останавливаться не хотелось совершенно. Вроде и контролирую себя, руками машу, головой верчу, а вот ноги переступают сами по себе. Чертовщина какая-то!
  Передо мной расходятся в стороны похожие на родные березы деревья: черные прожилки на бересте и много-много листвы на ветках. Все зеленое, сочное, так и хочется оторвать парочку и съесть. Чудесный лес. Был бы. Если бы не одно 'но'. Здесь на удивление чисто, а деревья растут так словно их заботливо взращивало не одно поколение лесничих. Я то иду считай по прямой, даже обходить ничего не надо, так изредка сверну, но это в пределах естественной погрешности...
  Для дикого места куда люди попасть априори не могут это... дико. Каламбур. Не смешной. Скорее страшный. Задумаешься над ним и поседеешь не ко времени.
  Мне повезло. Задуматься над проблемой я просто не успел. Ноги донесли до необхватного раскидистого дуба. Его крона не возвышалась над березами, некоторые из старожилов даже превосходили его, но вот ширина ствола была поистине эпичная! Захоти полсотни человек обхватить его и вряд ли бы у них это получилось. Я даже не берусь примерно представить каков у него корень. Да чего говорить, если в пределах сорока-пятидесяти шагов ничего серьезнее куцей травы нет. Этот мастодонт явно гасит всех и вся. Прожорливый субъект, вон даже я не в земле, а и то ощущаю будто усыхаю, того и гляди все жизненные соки утекут.
  Если не обращать внимания на эту странность - я ощущаю себя превосходно, будто выспался под присмотром сотни докторов, простимулировавших каждую клеточку моего тела. Внезапно пришла мысль дотронуться до коры исполина. Вот захотелось и все и ведь самое удивительное - не навязанная извне, как было до этого, а вполне себе самодостаточная - моя собственная.
  Расстояние до дуба прошел будто на простой прогулке: без проблем и переживаний. Даже удивительно. Вот стою перед могучим великаном, словно мошка перед слоном и постепенно трепет берет свое. Моменты сродни этому будь это оказаться на краю пропасти или на вершине горы - всегда впечатляют. Да какой та! Они мощно пробивают, как удар по печени. Раз! И душа уходит в пятки и только от тебя самого зависит выстоишь или брякнешься словно изнеженная девица при виде отрубленного пальца.
  Вдох-выдох, вдох-выдох. Что-то я разнервничался, не к добру это. В конце-концов я у цели, вот она. Так чего медлю? Ответа нет. Сам не понимаю почему все еще стою как кремлевский часовой у мавзолея.
  Но нужно что-нибудь делать. Первая мысль - коснуться древней коры гиганта, она ведь даже на вид каменно твердая, а отличается ли на ощупь? Сейчас и узнаем. Протягиваю руку, легонько провожу по темно-коричневой с зелеными прожилками мха коре. Как и думал - будто наждачку погладил, раз второй... Ловлю себя на мысли о том, что хочу и дальше гладить, касаться ее, но при этом испытываю неправильное садисткое удовольствие. Надо же никогда не был извращенцем, а тут на тебе, проснулось непонятное!
  Подобное точно не для меня! А ну хватит, хватит кому говорю! С удивлением замечаю, что рука ни в какую не желает останавливаться, медленно и одухотворенно гладит кору, не помогают ни мысленные внушения, ни прямое воздействие. Пытаюсь оторваться, но куда там! Тело подвластно лишь наполовину: левая сторона - моя, правая - сама по себе. Пытаюсь сделать шаг, а движения нет - корпус на месте стоит, не шелохнется. Остается единственный шанс - действовать от противного.
  Мало понимая происходящее раскидываю левую руку в сторону и что есть мочи хлопаю по стволу, одновременно с этим надеясь привести себя в порядок от резкой боли и снятия дикого наваждения. Думал поможет, но куда там. Как только вторая рука коснулась коры утро превратилось в непроглядную ночь, уши заложило ватной липкой тишиной.
  Я оказался в кромешной тьме. Не ощущаю ни рук, ни ног, даже о том дышу ли ответить не могу. Состояние похожее на то, когда я спал и видел своих девочек. Точно! Почти тоже самое, но тогда меня несло будто по горной реке: столь же быстро, яростно и неукротимо. А теперь какой-то стазис. К чему бы это?
  Вдруг во тьме появился зеленоватый проблеск, словно маячок он призывно манил к себе. Западня? Возможно, но хуже точно не будет. Еще не успеваю задуматься над тем как к нему добраться, тьма рванула мне навстречу. Оказывается и она может быть многолика! В другом месте, под новым ракурсом казалось бы однообразное пространство черноты слегка изменилось - тьма стала гуще? Особенно это контрастно ощущалось на фоне зеленоватого огня странного ветвистого столба испускающего ровный яркий зеленый свет. У непонятного источника энергии в каждый такт неслышной мелодии выпадал пик сияния, затем шло затухание и вновь нарастание излучения. Я завис совсем близко от столпа, но дискомфорта не ощущал, наоборот хорошо так, будто вернулся детство когда мама гладила на ночь. Приятно, черт побери, как приятно вновь ощутить это! Погружаюсь в старое забытое чувство, если бы мог - заурчал как сытый довольный кот. Отступили все заботы и невзгоды, мысли текут медленно нехотя, это умиротворяет...
  Полностью отрешиться от мирского не позволяет только одна мысль - как там Юльчонок? Как не пытался странный заботливый поток ее вымыть из меня, у него ничего не получалось, каждая попытка была мощнее предыдущей, но я держался. Держался за нее, как держится утопающий за буй, как отец готовый умереть, но не дать в обиду свое чадо.
  Чем настойчивей становился умиротворяющий поток тем яростней сопротивление. В какой-то момент появились забытые отголоски злости, будто искра нечаянно попавшая в стог сена она начал разгораться, превращаться в мощное пламя.
  В какой момент противостояние переросло в войну двух стихий: ярости и покоя? Могучее естество Источника окружало и подавляло, а я не отступал и не сдавался. 'Ни шагу назад!' - говорил каждый раз как накатывал очередной вал энергии. Признаюсь - помогало мало. Каждый удар крушил щиты и барьеры, возводимые земным менталистом самоучкой. Что я мог противопоставить этому древнему и могучему? Только две вещи: свою ярость и упорство, перерастающее в дикое ослиное упрямство.
  Именно второе заставляло каждый раз 'вставать' и сражаться дальше. Странно звучит, понимаю. Но знаю - проиграю и мне конец. Себя не жаль, а вот семью бросить не выполнив предначертанного не могу. Ни совесть, ни любовь не позволят! И тут впервые за всю свою жизнь попросил помощи у того кого можно назвать богом:
  Высший услышь меня, твой Перст зовет тебя!!
  ...
  Новый удар, на этот раз запредельной мощи, смявшей меня будто удар кувалды комок теплого пластилина. Шлеп! Тьма отступила далеко-далеко, отдав поле зелени - дико-кислотной, такой что глаз режет. Энергия жила. Била ключом. Источник лишь манипулятор, но я чувствую, что вся эта мощь сама по себе и подчиниться тому кто сильнее или же хитрее. Но про меня ли это, особенно сейчас, когда каждый удар убивает? Не было бы якоря я давно бы оказался поглощен, не даром ведь Источник старался размыть мое самосознание. Но я то знаю - так продолжаться не может, мои силы не запредельные, не могу я выстоять против стихии.
  После очередного приступа лишь одна горечь подхлестнула едкой полынью, подстегнула сознание для нового витка противоборства. Но что вытащит меня в следующий раз?
  Простите меня, девочки, кажется я предал вас...
  На краткий миг показалось, что Источник поймет меня, прекратит нападки, отпустит. Но нет, вздымается новая волна и я перед ней будто гранитная песчинка под громаднейшим прессом - ничего кроме крепости противопоставить не могу. Ну и черт с ним, буду сражаться до конца. Раз суждено умереть, надо делать это с гордо поднятой головой. Как там у 'Киборга':
  'Сражайся! Будь стеной,
  Гранитной твёрдой и нетленной!
  Сражайся! Будь собой
  И стань бессмертным непременно.'
  Так что примем бой... последний и страшный самый. От понимания того, что Старуха стоит совсем рядом и занесла косу для добивающего удара на мгновение пришло облегчение, что все скоро закончится.
  Что?! Да как ты смеешь, тюфяк, соберись, если не ради себя, то ради тех кто доверился тебе и это не только семья, это те кто сейчас в городе спят и ждут освобождения всех земель. Сражайся не за себя - за них!
  Этот вал оказался самым большим и боюсь что для меня он станет последним...
  Новая мысль, кажущаяся напыщенной, взбодрила словно ушат ключевой воды. Откуда черпать силы когда надвигается твоя гибель? Где почерпнуть мужества для заведомо проигрышного боя?
  И вот тут в памяти всплыл казалось бы незначительный эпизод недавнего прошлого. Вечер в палатке, разговор с Гримом, его жгучие слова о Корвусе, те от которых пробрало даже меня. Но дело то не в них, нет... уж я то знаю. Все дело в собственной вере. И не суть для чего она: для дела, спокойствия или чего еще. Не важно во что ты веришь - главное чтоб у тебя был ориентир, тот на который можно взглянуть из любого места и понять: да он на месте, именно там где был день, месяц или год назад. Вера - сильнейший мотиватор. Я думал мне он недоступен. Сложно надеяться на нечто, если всю жизнь полагался только на собственные силы, доказывая всем и самому себе, что человек - это и правда звучит гордо.
  А теперь выходит дошел до рубежа за которым могу только обратиться к той сущности, которая некогда уже помогла мне. И не просто просить как до этого, а страстно возжелать, отдать всего себя!
  Слова рождаются в душе сами по себе, не понимаю откуда только.
  Высший, обретенный в эпоху смуты и неверия! Защити и обереги, уверовавших в тебя. Укажи путь дабы следовать за тобой. Осени знанием понять волю твою. Да коснется длань мудрости твоей. Во славу твою, во имя твое!
  Чувствую чего-то не хватает, некой малости, без которой воззвание кажется пустым... В голове тут же рождается странный набор букв: 'Хац!'. Что это значит? Откуда это? Но вот понимаю - это то что нужно. И правда сразу стало легче, словно все прошло как надо.
  Воззвание ушло...
  А источник бушует! Ревет и мечет! Куда только делось спокойствие безбрежного океана? Неужели маленький человечек способен разбудить ярость стихии? Выходит это в наших силах и уже от осознания этой истины приятно. Да черт побери, умираю, но не сдаюсь! Мог бы расхохотался, как пить дать смеялся бы до слез. Но не могу, а раз так, покажем на что способны загнанные в угол русские!
  Тела нет, а значит и боли нет...
  Но почему меня ломает и корежит? Почему рвет на клочки? Почему я чувствую?!
  Зелень затопила все, исчезла тьма, растаяли как дым мысли, все ближе миг когда цепь с якорем унесет в пучину мрачной бездны. Всем нутром ощущаю как кольца вот-вот порвутся и я навечно растворюсь в Источнике. Времени ждать помощи Высшего нет. Нужно срочно что-то решать. Почему бы не отдать себя добровольно... в обмен на одно желание. Если до этого меня строптивого манили лаской и безмятежностью, значит я нужен, а раз так то...
  Не знаю слышишь ли меня, но прошу прими всего меня, я добровольно отдам себя в твою власть. Прошу лишь об одном - исцели мою дочь. Знаю, ты это можешь!
  Огромный вал завис надо мной, замершего на пятачке спокойствия, чуть подтопленного кислотной зеленью. Качнется на меня и все конец.
  Вдруг на грани восприятия приходят странные непонятные образы. Что это значит? Поток резко усиливается, понимаю с пятое на десятое, но общий смысл улавливаю - Источник по-своему разумен и готов заключить договор.
  Удивился ли я? Немного. Однако если я сам выступил инициатором, то уместно ли заставлять ждать?
  Вокруг все замерло - бушующая энергия кажется даже чуток отступила. Мне дана передышка, так отдохнуть чуток, достаточно чтоб привести мысли в порядок, но не достаточно для пополнения сил. Жалко потерять себя? Вы не представляете как! Но еще жальче больнее не исполнить обещанное, а раз так, быть договору!!
  Словно в омут с головой резко обрываю связь с якорем-воспоминанием и кидаюсь в пучину зелени...
  
  
  
  Отступление 2.
  Чтобы спасти одного - будь готов пожертвовать сотнями...
  
  Корвус никогда не делает одну и ту же ошибку дважды. Так что после того как было совершено нападение на клинику корпорации 'Трабл' он перевел стратегически важных подопечных в совершенное защищенное место - свою резиденцию. Попасть туда без разрешения не смогла бы ни одна живая душа.
  И дело не в том, что замок Хортейм расположен посередине крайне неспокойного Ладожского озера и закрыт Зеркальным куполом. Все дело в том, что сила Высшего за гранью восприятия человеческого технического гения. О возможностях Высших могут иметь представления разве что фантасты, да их ярые почитатели.
  Для замка пришлось специально укреплять пару небольших островков, под эту работу нашли заинтересованных лиц, которым ничего кроме денег и не нужно - идеальные исполнители. От таких типов легко избавляться, к ним не привязываешься. Как только появилась прочная опора под резиденцию Корвус отправился туда и пробыл на острове чуть больше месяца: создавал неприступную крепость. И если для взращивания замка ему понадобилось меньше недели, то для защиты от окружающего мира ему потребовались три седмицы! Никто кроме самого Корвуса не знает чего это ему стоило, сколько драгоценных сил ушло из почти опустошенного резерва. Но никогда Высший не жалел об этом, ведь он как никто другой знает - собственная безопасность важнее любых ресурсов.
  И теперь спустя многие годы одинокий замок заиграл новыми живыми красками. Исчезли сантиметры пыли, зацвели лужайки под окнами, защебетали птахи. Остров преобразился в одночасье. Теперь Корвус обладал достаточными силами, чтобы создавать то что пожелает! Жаль только выполнить данное Персту обещание он пока не в силах.
  Сегодня хозяин замка вновь допоздна пробыл возле девочки, но заметных улучшений не было. Все та же розовощекая семилетняя девчушка будто бы спящая, того и гляди проснется и улыбнется своей волшебной детской улыбкой. Но проходят дни, а она не просыпается. И справиться с этим Высший не может. Не хватает сил.
  Правда и это было бы куда меньшей проблемой, если бы все дело заключалось исключительно на малышке. Куда больше проблем было от ее матери. Нет она не ругала профессора Сизова, не требовала всего и сразу, но при этом смотрела так, что даже Высшему становилось не по себе.
  Корвус прекрасно видел ее состояние. И не смотря на прекрасное физическое состояние она была одной ногой за пределами жизни. Мать ждала чуда всей душой. Она жила своим ребенком и мужем, а теперь половину счастья у нее отняли, забрали навечно, а вторая лежит в постели каменным истуканом...
   Высшего сначала подобная ситуация забавляла - подумаешь любит дите, это всем свойственно, но постепенно пришло понимание, что это нечто большее, глубокое чистое незаметненое разъедающей атмосферой цивилизации. С подобным в этом мире он еще не сталкивался. И вот тогда ему стало по-настоящему неуютно. Профессор Сизов делал все возможное, чтобы не попадасться на глаза женщине, а она впрочем и не искала с ним встреч. Все бы ничего, да только Высшему требовалось поддерживать в девочке силы, банально переливая Крахи собственной энергии в ее тело. Конечно Корвус знал, что подобная методика может привести к непредсказуемым последствиям, но ничего лучшего придумать не мог. А о том, чтобы позволить ей умереть, значит предать себя самого. Высший Жизни и Чести никогда не нарушает собственных обещаний. Чего бы ему этого ни стоило, но он будет бороться за крошку до последнего!
  Вот и сегодня после нескольких изнуряющих часов примитивной работы: выстраивания микро каналов под Крахи энергии и само дозированное переливание привело к тому что морально Высший вымотался неимоверно. С каждым днем дикий по своей жестокости вирус, разлагающий женское начало, становился все агрессивней и простые барьеры, окружающие пораженные области уже давно переросли сначала в полноценные форты, а затем и бастионы. А ведь известно, что одной обороной войны не выигрывают. Нужна атака! Но только откуда взять на нее силы? Ведь исцелять придется не один орган, а все тело, как это было с матерью...
  Корвус не заметил, как задумался о проблеме девочки и едва не прожег снежно-белую рубашку догорающим огарком сигары. Была у него такая слабость - заканчивать тяжелый день сидя в плетенном кресле на веранде, увитой плющом и потягивать необычайного букета коньяк из погреба одного никого неизвестного деда. Специально для профессора Сизова он каждый год настаивает десяти литровый дубовый бочонок этого чудесного напитка, а специальный курьер его забирает. Высшему изредка нравилось ощущать хмельную радость и расслабленность. И пусть он в любой момент мог привести себя в идеальное состояние, но от хмельного эффекта это не спасало.
  Удивительно, но сегодня вопреки обыкновению три бокала коньяка, растянутые на час, не ввели в должное состояние. Вот и сейчас Корвус не отдыхает от трудов праведных, а думает о проблемах, решить которые мог бы в один миг, обладая должными запасами Силы. Патовая ситуация - знать решение, но не претворить его в жизнь.
  Легкий ветерок играл с листьями вездесущего плюща, оплетшего каждый выступ веранды, солнце давно скрылось за кромкой леса, в изобилии растущего на берегу озера. На смену дневному светилу пришла Луна. Ее лучи скользили по водной глади, играли на поверхности, будто на зеркале и неизменно подбирались к одинокому островку, незаметному и для всех кроме нее. По небу гуляют редкие облака, поэтому кажется, что Луна светит особенно ярко. Приятное заблуждение, позволяющее людям мечтать о несбыточном.
  Бокал любимого напитка давно опустел. Показал дно и хрустальный графин сделанный в незапамятные времена в Гусе Хрустальном. Корвус случайно наткнулся на него в одной лавке. Барахольщик просил за нее смешные деньги и профессор Сизов не смог отказать себе в удовольствии получить столь красивую вещь. Это наверное один из редких случаев, когда Высший позволил проявить слабость. Догорал в пепельнице огарок ароматной кубинской сигары. Ночь удивительна ярка и тепла, звуки природы умиротворяют, поддался расслабленному состоянию и Корвус.
  Как оказалось зря...
  Ведь известно, что 'дерьмо случается', особенно часто в те моменты когда меньше всего ждешь пакости. Не стал исключением и этот волшебный день.
  Неожиданно Высший почувствовал как сквозь тщательно возведенный и укрепленный Зеркальный барьер неудержимым потоком рвется энергия. Не как океанское цунами или всесокрушающая горная сель - порой подобное случалось, когда проходили особо сильные вспышки на Солнце, нет на сей раз удар нацелен в одну точку и мощи прикладываемой силы такова, что выдержать неожиданную атаку Высший оказался не в силах.
  Купол продержался меньше секунды...
  Дзынь! Истаивающие осколки посыпались с небес на землю, но не долетали - исчезали будто их и не было. А поток не останавливаясь обрушился на замок. Прямо туда, где оборудована лаборатория Корвуса! А в ней малышка Перста...
  Как бы не был мощен и быстр удар неведомой Силы, но перемещение Высшего оказалось куда быстрее. Мгновение и вот он стоит подле кровати девочки, подпирая искрящуюся полусферу барьера руками, будто древний атлант земной шар.
  Только сейчас Корвус смог понять что за Сила ему противостоит. Очень знакомая, хоть и далекая - Источник!
  'Как такое возможно?' - подумал Высший, вливая все больше энергии в свой барьер.
  Если напор не ослабнет, в скором времени у него не останется резерва даже на банальный гипноз...
  Пппууссти-и
  'Что?!' - Корвус от неожиданности ослабил щит и напор в тот же миг резко усилился.
  Пусти!
  Голос в голове Высшего прозвучал более требовательно, даже раздраженно. От нового призыва Корвус отмахнуться уже не мог. Пропало желание противиться, он опустил руки...
  Поток Силы хлынул с еще большей мощью, словно до этого это была горная река, а теперь целое цунами! Высший уже смирился с тем, что в следующий миг попросту исчезнет, истает как льдинка в языках первородного пламени. Но прошла секунда, а он все еще был жив, более того истощенный резерв начал быстро пополняться.
  'Откуда?'
  Пока Корвус разбирался что происходит, поток целенаправленно бил в одну точку - аккурат в место над постелью девочки, не в тело, а рядом, в пару сантиметров над ним, напротив сердца. Концентрация энергии нарастала и вот настал момент когда пик казалось бы достигнут и дальше сконцентрировать Силу не получится.
  Корвус наконец понял откуда пополняются резервы - от той же энергии, что до этого с легкостью продавила Купол и чуть не растворила в себе самого Высшего.
  'Но такого не может быть!'
  Оказалось что может. Особенно тогда, когда это не враждебная Сила. Высший с удивлением взирал на то как разлитая в лаборатории энергия собирается в единый клубок, крученный донельзя. И вот момент истины настал. Корвус взирал на то как клубок резко провалился в тело Юли...
  - Нет!! - закричал Корвус намереваясь вмешаться в убийство девочки. Да только не успел. В голове Высшего будто заработала центрифуга и он упал на колени.
  Не лезь! Не мешай!
  В третий раз голос прозвучал зло и нетерпеливо, так будто ветеран желторотого сопляка отчитывает. Корвус пытался отгородиться барьерами, унять череду спонтанно меняющихся картин, мелькающих перед глазами, но не мог - слишком силен напор сил извне. До этого он сталкивался с подобным только кога против него объединились семеро Высших, таких же как и он! И в тот кон его едва не развеяло по ветру, словно надоедливую вошь. И вот теперь опять.
  'Да кто же ты?!' - взмолился Корвус. Да только ответа он так и не получил. Все внезапно прекратилось: иссяк поток энергии, исчезло давление, пропало чувство присутствия чего-то родного, до боли знакомого.
  - Па... папа.
  Тихий хрипловатый голос девочки раздался в лаборатории церковным колоколом: чисто и мощно. Корвус вздрогнул.
  'Как так, неужели все ЭТО только лишь для одной нее?'
  А девочка тем временем все больше распалялась, звала отца так будто он был здесь и внезапно пропал, истаял будто мираж.
  - Папа! Папа! - слезы лились ручьем и никакие утешения Высшего не помогали.
  Он попытался было воздействовать на девочку ментально - банально успокоить, погрузить ее в восстанавливающий сон. Но с удивлением понял что энергия направленная на девочку исчезает без следа, уходит словно вода в песок, лишь едва уловимый запах остается.
  - Что здесь происходит?!
  В лабораторию разъяренной фурией ворвалась Ольга. Ее глаза метали молнии, а прелестное лицо превратилось в гротескную маску Злости, казалось еще немного и она бросится на Корвуса. Высший не ожидая атаки с двух фронтов растерялся, чего с ним давно не происходило и только поднял ладони, отступая на пару шагов назад.
  - Мама, где папа?!
  - Доченька! - мать увидевшая своего полностью здорового ребенка вмиг растеряла свой запал ярости. Куда только делись молнии из глаз и злое выражение с лица?
  Заплаканная Юля при виде матери начала успокаиваться, но взгляд карих глаз продолжал требовательно взирать на мать. Семилетний ребенок ждал ответа на свой вопрос. Но на него Ольга не могла ответить. Только не сейчас.
  - Где папа?
  - Он ушел, - не смотря на дочь тихо сквозь слезы падающие градинами из глаз вымолвила мать.
  - Как ушел? Он же только что был тут. Папа просил передать, что скоро мы обязательно будем вместе! - непонимающе сказала Юля.
  - Я не знаю, дочка, но обязательно все выясню. А теперь пойдем со мной, я приготовлю твою любимую шарлотку, ведь ты так давно ее не ела...
  Еще минуту назад ревевшая девочка по-детски чисто и светло улыбнулась и как была в пижамке спрыгнула на пол потопала к маме, требовательно взяла ее за руку и качнула в сторону. Мол, пойдем.
  - Ой, куда же ты босиком то? - вскинулась Оля увидев что дочка без обуви.
  - Мне не холодно. Пойдем скорее.
  Но мать есть мать. Она подхватила свое вновь обретенное чадо на руки и быстро пошла к выходу, перед тем как покинуть лабораторию она остановилась а секунду и посмотрела на 'профессора Сизова'. И этот взгляд обещал немало трудных для него вопросов.
  Впрочем самого 'Сизова' сторонние действия в данный момент интересовали меньше всего. Он думал над словами маленькой Юли и мозаика постепенно выстраивалась в целостную картину. Странности произошедшего под новым взглядом переставали выглядеть непонятными. А если принять за отправную точку, то что это его Перст учудил подобное, то вовсе все предстает логичной картиной.
  Но как он смог подчинить себе Источник? Ведь почти вся Сила всегда переходит к Высшему и только малая толика остается доступной избранному. Выходит случилось нечто неординарное, выпадающее из стандартной картины. Теория срочно нуждалась в проверке и для этого нужно убедиться в том что Перст цел и не вредим.
  Резервы Высшего значительно пополнились и он без труда создал астральное окно, немного подстроил параметры и запустил поиск. Секунда, вторая, а результата все нет. Раньше оно показывало Перста в мгновении ока, а теперь сбоит.
  'Неужели погиб?!' - внутри Корвуса все заледенело.
  'Но я не почувствовал этого... или же этот поток и есть прощальный дар Перста?'
  Придя к такому выводу Корвус зарычал будто зверь и изо всей силы ударил кулаком в стену. Посыпалась каменная крошка, появилась паутинка трещин. Еще удар и часть лаборатории окажется под завалом, но Высшему на такие мелочи плевать. Он лишился шанса вернуться в родной мир. Лишился цели. Лишился возможности мести!
  Переполняющие Корвуса эмоции срочно требовали выхода и они его получили: столы, оборудование, сама лаборатория - все в течение нескольких минут было разбито и изувечено до неузнаваемости. Вакханалия хаоса разрушения продолжалась до тех пор пока в голову Высшего не пробился обрывок разговора девочки: 'Папа просил передать, что скоро мы обязательно будем вместе'.
  'Выходит еще не все потеряно?'
  Буря улеглась в мгновение ока. Корвус вновь стал самим собой, исчез разгневанный зверь, жаждущий разрушения. В мир вернулся Высший Чести и Доблести. И ему предстоит проделать немало работы, чтобы понять, что же все-таки здесь случилось.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"