На пятнадцатой минуте непрерывного соития пришло возгорание, ибо семя, исторгнутое в кислоту, суть было жидкий огнь. Размыкаться не понадобилось: половые органы обуглились настолько, что рассыпались прахом. Смерть не воспоследовала. Что было делать с таким непотребством?! Они посмотрели друг другу в глаза и шагнули было к открытому настежь в любую погоду окну, но соседи, не вынеся последнего секс-концерта (три недели нон-стоп!!! кто бы вынес?!!!), вызвали санитаров, что ворвались к ним в берлогу через незапертую дверь и скрутили их, измотанных отчаянной любовью.
- Ничего, родная, - сказал он, ставя крест на своей последней радости, - в дурке нас накормят антисексом.
- Думаешь, он нам поможет? - не зная, надеяться или нет, спросила она.
Договорить им не дали, растащив по разным машинам, но ничто не могло уже их разлучить: они жили друг у друга под кожей.
Сначала, пока их кололи лошадиными дозами лекарств, всё шло хорошо, и они встречались лишь в розовых снах, удолбанные, как после недельной случки.
Позже, когда врачи решили, что демон секса сломлен, и перевели их на более легкие колеса, они, сговорившись о побеге, стали и вовсе шелковыми.
Им не надо было видеться, чтобы знать, что делать и как. Морозной ночью, когда дурка забылась тревожным беспамятством, он раскачал тяжеленную дверь (как бывало раскачивал сгнившие зубы для удобства и большего приятствия в кунилинге) и вырвался медведем-шатуном к своей девочке. А она уже чуяла содрогание земли под ним, и сама содрогалась от этого (санитары, привязывающие ее к койке, были не при чем). Он ворвался именно в этот момент. Сверкание его очей ослепило санитаров, путы (и всё прочее) упали с нее, а он, придерживая санитаров, проревел:
- Сиськой их, сиськой!!!
- В попку!!! Всегда умел развлечь девушку, ведмедик! - радостно захлопала в ладоши она, приводя санитаров в чувство двойным проникновением грудей четвертого размера в девственные зады. Он смотрел на санитаров задумчиво, на выпученные их глаза и повторял:
- Забавно...
Потом они вышли в ночь: стены расступались пред ними, двери срывались с петель. Они омыли друг друга слезами и, объятые нежностью, упали в свежий сугроб, слившись навечно.
Грустный P.S. Спонсор рассказа, временно лишенный должности г-н Мудахар Кумар, просит всех сочувствующих приносить лирическим героям на восстановление оловянные пятаки (тем более, что Г.Баранов так и так их собирает).