Квотчер Марамак: другие произведения.

Спудъ 2

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Второй песок про спудъ. Постепенный переход к действиям тяжёлых флотов, и ещё больше Жадности!

Спуд 2: Операция "Топтаный Гусь"

Жил да был чёрный кот за углом

- изъ песни

Окно первое: Ракета и еда.

- Вот в таком акцепте, - цокнул грызь, начиная своё цоцо со штабеля бочек, служившего трибуной.

Депутаты Верхоховного Совета вспушились и подняли уши, потому как примерно половина из них были грызи, вторая половина - кошцы, а третья... кхм! В частности поэтому основной орган народовластия ГрызеКошского Союза назывался не верховным, а верхоховным - смеха ради.

- Ты не в акцепте, ты на бочках, - подсказал кто-то, вызвав очередное перекатывание волн ржи по полю ушей.

- Ну, поперёк не цокнешь, - проржался грызь, - Йа имел вслуху, что для принятия соли вам следует ещё раз окинуть ухом всю политическую обстановку в мире.

- Ооо курицыны уши... - закатили глаза звери, которым надоело окидывать эту обстановку каждый раз.

Но делать было нечего, так что пришлосиха окидывать ещё раз.

- Итак, - постарался кратко цокнуть грызь, - Нам и нашим союзникам в данный момент угрожают фанатики из Ордена Двойных Гвоздей, и Соединённые Капиталы. Оба этих образования угрожают не лично нам, а всему чему ни попадя, собственно, это нужно учитывать. По ОДГ-орозкам прогноз в пух, их военная сила падает всвязи с рядом стратегических неудач на разных направлениях, так что серьёзно угрожать нам они не могут, и скорее всего, будут искать перемирия. С соедкапиталами сложнее, потому как у них сильная экономическая база, стратегические позиции и современные войска. Однако, у нас база не намного меньше и растёт уверенно, поэтому прогноз опять-таки в пух, учинять полномасштабную войну они не решатся, вслуху того, что у них малый запас прочности. Они привыкли крысить тех, кто не может отвечать, поэтому на открытое нападение на ГКС не пойдут... скорее всего.

- Да, да, - пробурчало множество зверей, которые отлично это знали.

- Да, да, ракета и еда, - процитировал нормативные документы докладчик, и мотнул хвостом, - Жабьё, при всём его примитивном стремлении к Прибыли, для нас значительно более союзник, чем противник, так что серьёзных подвохов от жабцов мы не ожидаем. Таким образом, главная стратегическая опасность - какая?

Один из кошцев поднял лапу, как это делали ученики в школе, и грызь кивнул ему.

- Судя по изложеной картине, в объединении соедкапиталов и одгорозков против нас. Поскольку настоящее объединение невозможно, кротолики постараются направить против нас одгорозков, снабжая их, чтобы загребать жар чужими лапами, как обычно.

- Это в запятую, - кивнул грызь, - Они конечно могут и проигнорировать прогнозы по хозяйственному росту, что через десять-пятнадцать лет ГКС перекроет их по номинальным показателям, при том что эффективность использования ресурсов у нас зведомо выше. Но если всё-таки не проигнорируют, то сценарий с натравливанием на нас одгорозков весьма вероятен.

- Сомнительно! - цокнула сбоку грызуниха, мотнув ухом, - По крайней мере, сейчас. Вы же знаете, что одгорозки разбили наземные войска соедкапиталов и вытурили их из Спулдума, а это довольно большая земля. Вряд ли они договорятся хоть о чём-то.

- Они и не будут договариваться, - цокнул грызь, - И у наших исследователей есть подозрения, что соедкапиталы специально слили Спулдум, возможно, уже о чём-то договорившись с шаракалами.

- О курицыны уши, распухяй-пуш! - цокнул ещё один грызь, не удержавшись, - Да с этими невозможно договариваться, у них вместо мозгов сами знаете что!

- Да. Двойные причём, - вспушился докладчик, - Ну да ладно. Вы согласны, что сейчас было весьма кстати начать щипать ОДГ? Если не щипать,а отрывать целые жирные куски, то соедкапиталы почуют запах халявы и набросятся на них, как бюрократ на бюджет. Цокнем так, лучше всего было бы создать слышимость щипки, чтобы эти остолопы мутузили друг друга. Но единственный способ это сделать - действительно начинать щипать.

- Йа надеюсь, - цокнула грызуниха, - И в частности на то, что вы не предлагаете немедленно отправлять армию к шаракалам?

- Ни в коем случае, - мотнул ухом грызь, - Это было бы ошибкой. Йа цокнул - щипать, а не бить. Мы, ну всмысле объединённое командование флотов ГКС, предлагаем начать с создания спецотдела флота, который займётся зОхватом судов одгорозков и всех прочих враждебных элементов, каких предостаточно в спуду.

- Фига... - мявкнули кошцы, - А у нас что, до сих пор нет такого отдела??

- Представьте себе, специального - нет. Да, зачастую нашим спудякам удаётся получать нехилые трофеи, но они не носят систематического характера.

- Характера не носят... главное, продаются на ура!

- Для стратегии это не главное, - не мотнув ухом, цокнул грызь, - А главное именно системный подход.

- Что именно вы планируете?

- Мы планируем планы, - точно ответил грызь, и проржавшись, продолжил, - В частности, флотскую систему сбора и продажи трофеев, чтобы не отдавать часть прибыли перекупщикам... но, это мы и так сделаем. О чём мы считаем нужным проинформировать Совет, так это о...

- О нет, не надо!

- Надо. Так вот, вы все - мягкие и толстые комки пуха и шерсти!... Кхм. Всмысле о том, что флот начнёт формировать эскадры для планомерного ощипа одгорозков, а также любых других враждебных посудин. Соедкапитальских трогать пока нельзя, потому как для неразглашения придётся уничтожать все экипажи захваченых судов, что мимо пуха... но, возможно, что-нибудь придумаем и по этому поводу. Мы считаем, что возможно будет выйти не только на самоокупаемость такого флота, но и на значительную прибыльность. Для осуществления поставленых задач флоты будут оснащены техническими средствами, в нулевую очередь позволяющими поднимать корабли, затопленые на небольшой глубине.

- А не в нулевую? - хмыкнули из собрания.

- А далее будут ещё спецсредства, о которых хотелосиха бы умолчать, - усмехнулся грызь, - Пока. В частности, чтобы не давать ложной информации, так как не закончены исследования, а некоторые и не начаты, собственно.

- Какие объёмы ощипа одгорозков вы планируете? - осведомилась грызуниха.

- У одгорозков значительные спудовые коммуникации, - цокнул грызь, - Их центральная земля сильно зависит от них, поэтому свернуть их они не смогут. Ну цокнем, для начала цоцо может пойти о десятках кораблей.

- Эти коммуникации почти сплошь идут по зоне контроля жабья, - заметил кошец, знавший карту спуда, - Они не взрыгнут из-за ваших атак?

- Они? Они нам ещё приплатят. Ведь если мы разнесём флот одгорозков, тем придётся обращаться к жабцам, чтобы доставлять грузы, а это огромные прибыли для жабья.

- Ну, тогда, если вы более-менее учли все углы песка, то вероятно, стоит поддержать это начинание. Сколько это нам будет стоить?

- Ноль, - не без удовольствия сообщил грызь, - Флот берётся за финансирование из своих фондов. В частности вы знаете, что в последнее время удалосиха сильно нагреть лапы на продаже морлука, и из земли куниц Межспудья мы завозим редкие металлы, какие раньше покупали по бешеным ценам, и это жадно. Собственно, поскольку республиканские куни выступают за присоединение к Союзу, базу операций планируется перенести туда, поближе к корму. Заодно будут прикрывать союзных куниц, чо.

- Отлично. Кто отдаст бобров за вышецокнутое?

По собранию поднялось вполне достаточно лап, чтобы сразу видеть - большинство, так что и считать нечего. По ходу, лапы не поднимали только ленивые кошцы, которым просто было лень зазря поднимать лапу, потому как и так сработает.

- Ну и в пух, - цокнул грызь, слезши с бочек-трибуны.

- Думаю что в, - подтвердила грызуниха, ожидавшая его, - Ну что, отошлём шаракалам официальное письмо, типа с этого дня мы начинаем вас грабить организовано?

- Ага, ща, - фыркнул грызь.

- Ща, ща, огузок от хвоща...

- Да. Всмысле, пусть разведка подумает, не послать ли какое письмо, чтобы они подумали, что у нас дела очень плохи. Надо привлечь лучших троллей, что-нибудь да придумают. Может, убедят их, что мы осознали величие двойных гвоздей, например.

- Тобишь, начинаем запускать процессы? - уточнила белка.

- Они уже запущены, просто теперь мы не будем их тормозить, - поправил грызь.

Флотские вышли со стадиона, где проходила внезапная сессия Верхоховного Совета, с полными сумками обобрения от народа, и теперь потирали лапы, потому как действительно собирались ощипать одгорозков, как гусь рябину. Рядом как раз ходили под рябиной несколько гусей, потрясая гузками, и постепенно щипали её... ну всмысле, они как потрясали гузками воображение, так и трясли ими из стороны в сторону. А на дворе стояла телега с бочками воды и ранняя осень, с чистым голубым небом и слегка желтеющими листочками на деревьях.

Вслуху стоящей осени Марамак и Ушира пошли за грибами. Они не пошли в лес, потому как и так всё это время находились в лесу, а пошли просто в другое место леса. Кроме того, грызи не сильно соригинальничали в этом, потому как двадцать белок из десяти осенью собирали грибы, дабы набить Закрома. Причём более это относилосиха к Закромам чистоты головы, хотя и как корм грибы шли отлично. Двоепушие, помахивая пушными рыже-серыми хвостами, как раз подходящими под цвета сосновых стволов, околачивалось по неглубокому мху и выбирало оттуда ярко-оранжевые "грамофончики", грибы особого рода, которые к тому же не брали червяки. Где-то за соснами казали серые бока несколько волков, так что грызи держали наготове налапные огнестрелы с перцем, дабы не кормить животных собой. Шанс на набрасывание был небольшой, однако его не следовало игнорировать. В то же время, присутствие волков добавляло вспушённости в несколько раз, и грызи хихикали, послухивая туда.

В частности, если бы не волки, грызь скорее всего постоянно таращился бы ушами на Уширу, что несколько мимо пуха. Белочка была настолько шелкошкурая, пушинка к пушинке, что просто хоть ушами мотай, что кстати Марамак и делал неоднократно. К тому же, песка добавляло то, что Ушира только недавно согласилась стать его согрызяйкой, и теперь грызь постоянно утирал обильные слюни по этому поводу. Выковыривая когтями грибы из мха, он хотел было цокнуть грызунихе, что она пуша, но прикусил язык. Он цокал это уже примерно девять тысяч раз, и белка попросила его больше не напоминать об этом очевидном факте.

- Ничего так бочандры, - цокнул грызь, скосив ухо на волков, - По-моему, ни разу не голодные.

- Да, но проверять-то не хочется, - захихикала Ушира, - Крупные щенки, чо.

Крупных щенков и прочую живность только пропушали, натаскивая, для начала, на несъедобность грызей, а в остальном не трогали вообще. В Пропушилово, центральном цокалище Земляники, волки точно также мотылялись по лесу, как и везде в других местах.

- Корзины с продуктом тоже уже достаточно крупные, - добавила грызуниха, окинув ухом корзины, - Пойдём?

- Да, можно, - легко согласился грызь, кое-как устраивая в корзину ещё горсть "грамофончиков".

Хотя большие корзины были далеко не воздушны, грызи тащили их без никакого напряжения, ибо Корм в Закрома - лапы не оттягивает никогда! Солнце, скрывающееся иногда за белыми облачками, сыпало лучи через сосновую хвою и кроны лиственников, и свет мотылялся по заросшим мхом холмикам и ямам. На ветках чирикали и каракали птицы, под ветками попискивали мелкие зверьки, между ветками прыгала с дерева на дерево белочь, мелкие эволюционные предки грызей. В общем, места были заняты, но не густо, а с точно рассчитаной натуральной плотностью. Марамак также рассчитывал натурально плотно потискать грызуниху, отчего снова облизывался и вспушался. Что ни цокай, а грызуниха подходила для грызя идеально, как объект тисканья. К тому же теперь можно было тискать совершенно свободно, потому как они с Уширой доцокались, что собираются получать белочь для последующего выращивания.

Грызи обитали в промдворе Еловских, каковой представлял из себя смесь крепости с заводом, и по сути таковой являлся. Высокие стены из красного кирпича, огораживавшие большой двор, были нужны затем, чтобы никакой другой зверь, кроме грызя, не попал на завод, где ему непременно отдавят хвост и опалят огнём. Из нагромождения построек торчали две трубы - большая от перегонной установки, которая мусолила сырую нефть и превращала её в смазку для механизмов, малая от кузницы, где постоянно ремонтировали детали основного оборудования. Из высокой кирпичной трубы, что торчала над кронами ёлок, как всегда валил серый дым. Марамак и Ушира, пройдя узкую проходную с толстыми дверями, ныкнулись к кухне, дабы начинать мыть грибы для употребления.

- Это, послушай ушами, Мар, - рыгнул из угла Чапыш, сосед по промдвору и родственник Уширы, - Тут тебе передавали маляву. Вон там, в ящике стола послушай.

- А, дарю бобра, - цокнул Марамак, пошарил в ящике и извлёк письмо в толстом конверте, где натурально было написано, что это ему лично.

- Урлюлю? - усмехнулась Ушира, - А от кого это грызун-пуш получает послания?

- Грызун-пуш не грызёт, - точно ответил тот, - Но сейчас узнает.

Извлечя маляву из конверта, он пробежал её ушами, и потёр лапы.

- Ну, это из флота. Песок в том, что йа раньше сильно разбрыливал по поводу улучшений для "чёрного кота", это один из типов наших кораблей.

- И... в чём тебя обвиняют теперь? - захихикала грызуниха.

- В желании возиться с этим котом, - пояснил Мар, - Раньше на него не давали ресурсов, а теперь слышимо, дали.

- Оу, - фыркнула Ушира, мотнув хвостищем, - Но ведь ты не сможешь возиться с котом прямо здесь?

- Да, это в Жидком Спуде, - кивнул грызь, - Неблизняк смотаться...

- И что ты собираешься делать?

- Действия, - резонно сообщил Марамак, - Ушечка, тебя йа точно не оставлю, это уж сто пухов.

Ушечка вспушилась, и сдвинув вверх свои прекрасные пушистые ушки, потёрлась об грызя бочком, выражая исключительное довольство. Грызь же слегка почесал репу, думая о том, как ему действительно не оставить грызуниху - ведь может потрбоваться нырять глубоко в спуд, а это далеко не быстро. Голова его быстро заполнялась всем тем, что грызло долгое время - паровыми приводами, отстойчивостью, и прочим песком. Поскольку проект ЧК, сиречь "Чёрный Кот" не получал развития, Марамак уже после оттряски во флоту излагал свои разбрылы на бумагу и отсылал в ПРЦУ, сиречь Препесторат Рацухи и Ценных Указаний. И вот теперь наступило возмездие, потому как слышимо, эти опусы кто-то да читал.

- Ладно, повернём песок такой стороной, - цокнул грызь, лопаючи грибной суп, - Надо смотаться послушать, как там и что. Может быть, никакой надобности в том, чтобы трясти там лично, и можно отложить лет на несколько.

- Хм, - покачала лапкой Ушира, - Знаешь, йа обцокала это со своими, они готовы прислухнуть за огородом и зверьками.

- Клоо?? - явственно поднял хохолок Марамак.

- Ну да. Всмысле, йа бы смоталась с тобой, если это не запрещено, - прямо цокнула грызуниха.

- Это конечно ни разу не запрещено, - осторожно цокнул он, - Но ведь это спуд, белочка. Там в доке окромя кораблей и самого спуда, нипуха нету. Тебе не будет это мимо пуха?

- Заодно и проверим, - зевнула белочка, - Держать меня там никто не будет, так что и. Между прочим, йа убельчённый некоторым опытом столяр, а всякая деревянная погрызень везде нужна. Ну и столовки там есть, на крайняк?

- Ну, да, - кивнул совершенно счастливый грызь.

Песок приобретал двойную мягкость, таким образом. Разбрыляв все текущие дела, чтобы они не вытекли за время их отсутствия, грызи вспушились, испили чай, и пошли себе лапами по земле. Летом с транспортом по лесам Земляники было не густо, это зимой во все концы прокладывали трассы для паровозов на лыжном ходу, а сейчас пух-с. Ускорить своё перемещение можно было только пароходами, купавшимися в реках, а дальше от них по лесным тропам разве что ездили длинные велогоны, предназначеные для перевозки сразу трёх-четырёх зверей. Поймав один такой и уплатив два дуфика, грызи укатились на нём к пристани у реки Восточный Сток, по которой на пароходе попали в порт Зелёный Ря. Порт находился уже на берегу земли, а дальше шла полоска моря в пару километров, и за ней спуд, громоздившийся серым пористым пирогом.

Как уже было уцокнуто, спуд, по версии научников, представлял из себя разновидность коралла, только образовывал он бетоно-образную пену, плавучую и имеющую ряд полезных свойств. Масса спуда была столь велика, что его слой в сотни метров толщи покрывал весь океан, и лишь в прибрежных районах спуд рушился волнами и живностью.

- Да ну напууух... - цокнула Ушира, хотя и слышала спуд не в первый раз.

Это же самое цокали одинадцать белок из десяти, когда слышали такое погрызище, так что все окрестные грызи скатились в смех. В порту с речных пароходов пересаживались на спудов паром, специально оборудованное судно больших размеров. Песок состоял в том, что в этих местах спуд сильно рушился, образуя плавник, и эти куски могли сильно покоцать обычные корабли, поробуй те пройти через поток к Землянике. Это отчасти было даже налапу, чтобы туда не совались всякие синяки на своих шхунах и шпиёны, а паром проходил нормально, потому как имел отбойники вдоль всего борта, державшие удары плавучих кусков спуда. Паром, как и остальные корабли, плавал только по открытой воде, а подойдя к потоку - трещине в массе спуда, соединявшей окна в нём - просто ожидал волны в нужную сторону, и его утаскивало, как щепку. По потокам волны ходили по расписанию, так что успеть к означеному времени дело не особо хитрое.

От Земляники самое первое окно, в которое вышли грызи при их освоении спуда, называлосиха Красный Яр, туда и вываливали из потока паромы, качая боками. Основная же тренировочная и тестовая база флота находилась в окне Жидкий Спуд чуть подальше. Песок был в том, что в окнах имелись различные ресурсы - спудосока, спудмыш, рыба наконец, и закрытая для лишних ушей база флота была устроена там, где особой хозяйственной выгоды отжать не удалось бы. Вслуху таких опций, двоепушию пришлосиха сходить с парома на торгушку, торговую плавстанцию, и там искать оказию до нужного места. Благо, туда регулярно плавали катера, таскавшие баржи со спудуглем, так что и.

Ушира с интересом и особым ощущением ослушивала большие плавучие сооружения, стоявшие на воде, различные корабли и зверей, суетившихся возле них - здесь присутствовали как минимум ещё кошцы, ибо организация, существовавшая на данной территории, называлась ГрызеКошским Союзом, и не без оснований. Сестра грызунихи, Катерпилариса, и её согрызяй Скисорь, уже довольно давно возились в спуду, и отметились в успешной операции в районе Межспудья, где им пришлосиха как следует пострелять по одгорозкам. Ушира вспушалась, представляя себе такое погрызище, но не собиралась прятаться ни разу. Она точно знала, что когда звери из ГКС собираются вместе, прятаться приходится от них.

- А Катя сейчас в Морлучье, или куда? - осведомился Марамак, сгоняя чайку с лапы.

- Пока не, они полощут пух, - цокнула Ушира, - И так уже трясли помилуй пух сколько, надо и песок знать. А что, они нам были бы нужны?

- В целом конечно, как убельчённые спудяки, вопрос в том, насколько нужны. Ну, послушаем, тогда и.

Грызи напросились на баржу со спудуглем, каковую тягал лёгкий катер "сучок", бултыхая в воде гребными колёсами и дымя из трубы почём зря. Таким песком они добрались до искомого дока в Жидком Спуде. Док как правило представлял из себя П-образное сооружение, в створе коего находился собственно сухой док для сборки или капитального ремонта кораблей, а по палубам этажерки размещались все остальные службы, склады и помещения для пуха; наружу от дока торчали причалы с кранами, где корабли перезагружали и осуществляли ремонт верхней части.

- А что вообще за кот? - осведомилась грызуниха, пырючись на проплывающие мимо кущи построек и корабли.

- Ну, это песок, - сообщил новость Марамак, - Думаю, ты знаешь, что в нашем флоту используется три типа боевых кораблей, в основном. Лёгкие "сучки" с малокалиберным ракетомётом и торпедами. Средние "раки" с торпедами и ракетами залпового огня. Тяжёлые "вилки" с броневой защитой и крупнокалиберными ракетомётами. При этом все они делаются из стандартных блоков, типа поплавней, бронерубок и тому подобного. Само собой, было искушение увеличить стандартный корабль до достаточных размеров, чтобы он тащил на себе вооружение навроде эсминца. Кошцы разработали такой и построили несколько штук, но его тактико-технические характеристики не попали в пух, поэтому постройку остановили.

- А теперь что, снова начали?

- А пух его знает, вот и узнаем ща.

- Ща, ща, огузок от хвоща, - покатилась в смех Ушира.

При высадке на причал дока грызи прошли шмон от местных пограничников, в чьи обязанности входило проверять, какие звери вылезают на плавстанцию. Точнее даже цокнуть, шмон они не прошли, потому как не числились в команде дока и не имели никаких бумажек, кроме письма с печатью флотского отдела. Вслуху этого охрана вполне добропушно, но твёрдо, попросила предъявить для досмотра поклажу, а далее проходить пока только с конвоем, воизбежание. Всё-таки это был военный объект, на котором следовало соблюдать подобие режима, так что вопросов такие процедуры не вызывали. Под конвоем двоепушие было доставлено в контору к Раждаку, крупному и жирноватому грызю, который сначала рыгнул, а потом опознал, кого привели.

- О, да это бесформенный комок шерсти и пуха, Мар Еловский! - цокнул он, показав пальцем, - И?

- И его согрызяйка Ушира Хомячкина, - не без довольства ответил грызь, слухнув на грызуниху.

- А, ну это в пух! - правдиво сообщил Раждак, - Мер, эти звери наши, йа пошлю их оформить малявы немедленно.

- Чисто цокнуто, - кивнул конвойный, только после этой отмашки поставивший автомат на предохранитель, - Бобро пожаловать на станцию, грызо.

- Хруродарствуем, как гуси в январе за зерно, - махнула хвостом Ушира.

- А чем вы тут вообще заняты? - повёл ушами Марамак, - Хотелосиха бы это, в общих чёрточках...

- Лично йа - рисую, - цокнул Раждак, показав планшет, - Похоже?

- Нет, - покатились в смех грызи, потому как катер на рисунке был совсем кривой.

- Ну ещё бы. Ну, сейчас цокну, почём перья, только чаю бы...

Грызи вытащили из карманов кульки с заваркой, подтверждая, что готовы на сто пухов. Пока кипятился самовар, Раждак таки изложил соль, постоянно скатываясь в смех.

- Флот, - цокнул он, - Начал формирование новых отделов, причём специальных.

- Сухопутных? - предположила Ушира.

- Два согрызяя - один пух, - заржал Раждак, - Мар, поздравления.

- Хруродарствую, - кивнул Мар.

- Так вот, специальных отделов по отлову враждебных плавсредств в спуду. Не по маканию, а именно по отлову, прошу заметить. Как было цокнуто, общая политическая обстановка требует от нас начать щипать одгорозков, а для этого нам нужен системный подход к зОхвату.

- Ммм... - разом почесали ухи грызи, подтверждая, что пух один.

- Нам убедительно цокнули, что это крайне важная тематика, - цокнул Раждак, - Конечно, любое погрызячне тяготеет к выращиванию морлука или выплавке спудилиума, но кто-то должен и этим заниматься. Соль в том, что нам нужен системный подход к беззатратной щипке, улавливаете?

- Примерно, - отхлебнул из литровой кружки Марамак, - Но как это всё организовать?

- Ну, это нагрузка для тех, кто эт-самое, а наша задача чисто техническая, довести до ума матчасть.

- Подъёмники? - предположил грызь.

- Нет, подъёмники будет разрабатывать другая группа, - мотнул ухом Раждак, - У нас непосредственно комплекс средств для захвата посудины без её затопления.

- Клоо? - удивилась Ушира, - Разве такое возможно?

- Это возможно весьма просто, - хмыкнул грызь, - Как это делают пираты, например. Тупо протаранить цель и вывалить на палубу большое количество вооружённых зверей. Само собой, нас такой вариант не устраивает по многим причинам...

- Жадность, жадность и жадность?

- Именно. Нам невыгодно тратить много зверей, даже если нанять их по чёрным торгушкам в спуду. Кроме того, эффективность такой тактики низка даже в отношении торговых посудин, не цокая о боевых. Поэтому, - Раждак принялся ходить туда-сюда по тесному помещению, мотая хвостом и задевая за полки с бумагами, - Мы думаем о песке во множественном числе. Существуют различные средства нелетального воздействия, способные вывести из строя зверей на некоторое время, достаточное для захвата посудины. В частности, давно известная горчичная смесь, какая применяется и в налапных огнестрелах. Если в бронекатер попадёт РС, начинённый этой дурью, и взорвётся внутри, экипажу будет уже не до взрыгивания. Скорее всего, просто за борт выпрыгнут.

- Но от дыма горчичной смеси можно закрыться простым фильтром, - заметил Марамак, как знавший тему, - Несколько раз её можно использовать, но это не полный песок.

- Не полный, - согласился Раждак, - Но это уже песок, с которого можно начинать. Нулевая тема, какую нам надо расковырять - это удаление экипажа с помощью горчицы. Если соедкапитальские ещё могут иметь противогазы, то у шаракалов с этим туго. Для этого нам нужен устойчивый корабль, с которого можно пускать залпы ракет, желательно с двух установок.

- Это тот самый, - кивнул грызь, - Там четыре точки для орудий, две можно занять пусковыми станками для ракет.

- Именно. Пошли покажу в натуре, - цокнул Раждак.

Он провёл грызей по узким проходам между надстройками на палубе дока, и по лесенке вниз к ремонтному причалу. Здесь, помимо обычной плавучей дребузни, стоял как раз корабль типа "чёрный кот", раза в полтора больше тяжёлой "вилки", как минимум. Корабль по сути имел аж пять отдельных корпусов - центральный с рубкой и паровой машиной, откуда торчали две трубы, и четыре поплавка вокруг, как лапы у лежащего кота, за что собственно и было придумано погоняло. На передних "лапах" торчали турели с ракетомётами, сзади же громоздились надстройки и стояли станки для пуска ракет залпом - обычные ящики, состоящие из кучи направляющих, по которым вылетали РСы. Марамак отлично помнил этот корабль, потому как на таком служил в своё время, и остался под впечатлением от этой посудины. Однако, стоявший в доке экземпляр был уже переделан - массивные ящики громоздились на задних поплавках, перед ракетницами, а спереди торчали какие-то металлические клешни, слышимо, бывшие клешнями. Грызи спустились прямо на причал к судну, кивнули ушами возящимся ремонтникам, и продолжили цоцо.

- Впринципе, - цокнул Раждак, - Лучше было бы стрелять с отдельного катера, а высаживать абордажников с другого, но это требует слишком точного взаимодействия. И главное, что благодаря устойчивости, "кот" лупит ракетами на заявленное расстояние кучно, а не как пух на уши положит. Даже без попадания в цель туча от дюжины снарядов будет достаточная, чтобы вытравить моллюсков из панциря. Затем в дело должны вступать ракетомёты, чтобы убрать возможно остающиеся огневые точки и дать газу внутрь цели. Потом вся эта штука подходит вплотную, цепляется за цель когтями... вон они, спереди, слышите? И выпускает абордажную команду, как гусей на луг. Если потребуется, даже борт пропилить можно, чтобы штурмовать изнутри.

- Ургх, - вспушилась Ушира, - Всё равно, это придётся лезть туда внутрь лично?

- Да не обязательно, - усмехнулся Раждак, - В спуду полно остолопов, готовых на это за небольшое вознаграждение.

- Серьёзно? - удивилась грызуниха.

- Сто пухов. Они будут лучше пол-года лежать и ничего не делать, а потом рискнут хвостом, и получат барыш.

- Да, но какова эффективность таких зверей?

- Приемлемая. Тем более, здесь их просто выгонят с "кота" на штурмуемый корабль, деваться им будет некуда. Добавьте к этому тот песок, - продолжил Раждак, - Что здесь мы специально соберём запас штурмового вооружения, а также тяжёлое оборудование типа сверлилок для стен, так что у абордажников будет преимущество. Хотя вообще-то главный рассчёт на скорость захвата после горчичной атаки.

- У "кота" скорость не особо, - заметил Марамак.

- У обычного да, - хмыкнул Раждак, - У этого уже почти в два раза больше. Кратковременно, за счёт паровых ускорителей, но для сближения с добычей хватит. Потом аммортизаторы, чтобы затормозить об борт, и эт-самое.

- А это что за песок? - показал Марамак на торчащие вперёд штанги с острыми концами.

- Это для пробивания борта и вваливания внутрь пара, - пояснил грызь, - Если потребуется. Как правило, внутрениие перекрытия не герметичны, всю посуду заполнит паром, так что если кто не выскочит, сварится.

- Бэ, - передёрнулась грызуниха, представив.

- Ты не слышала, какое дерьмище одгорозки разводят на захваченых землях и в спуду, - заметил Мар, поглаживая согрызяйку по хвостищу, - Вот это бэ так бэ.

- Кстати, грабаулят в спуду они тоже почём зря, - добавил Раждак, - Так что нет ничего плохого в том, чтобы сварить десяток шаракалов. Кроме того, раз сварим, два сварим, потом они сами выпрыгивать начнут, заранее. Ну так что, грызо, вы в деле?

- Ты впух ещё спрашиваешь! - фыркнул грызь, и послушал на Уширу, - Уш, ты как?

- Йа не как, йа кто, - цокнула та, - Да пока вроде в пух. Вам столяры нужны здесь?

- По дереву? Да сто пухов! - кивнул Раждак, - Вон послушай, большая часть этой посуды из спудилиумных досок, а они почти как дерево. Так что эт-самое, пробью для вас место в бараке, ща.

- Огузок от хвоща! - хором цокнули Марамак и Ушира, и скатились в смеха.

Марамак же уже по уши воткнулся мыслями в этот песок, потому как перспективы такой погрызени ему нравились. Сало быть, раздумывал он, ходя вдоль корабля, обстрелять цель горчичным дымом издали, пока она не сможет отбиваться. Пока они будут чихать и искать противогазы, быстро подойти, ракетомётами заглушить башни, если потребуется, вцепиться когтями и пустить пар, а затем абордажников. Для десанта на корабле теперь имелись два отсека достаточной просторности, чтобы вместить туда голов двадцать, причём на постоянной основе. Десант должен был быть многочисленым, чтобы вваливать сразу во все помещения корабля, не давая времени опомниться и готовиться к обороне. Пока грызь разбрыливал мыслями, техники на его ушах испробовали привод парового сверла - полое сверло диаметром около десяти сантиметров закрутилось весьма резво, по крайней мере, на холостом ходу.

Раждак также поведал, что переоборудованый корабль по всем документам проходит как "чёрный кот", точно также как и ранняя версия - для конспирации, чо. Пушной состав в доке, как и на большинстве плавстанций, размещали в бараке, слегка разгороженом тонкими стенками. Там звери только сурковали, забившись в ящики со мхом, так что никаких неудобств не испытывали, ибо приплыли сюда не щёлкать клювами, а трясти. Звук трясущихся ушей, дополненый разными инструментами, слышался здесь постоянно и отовсюду, так что особо плющить морду не тянуло. Что было удивительно Ушире, так это наличие кошцев - они были как грызи, только кошцы. Марамак проходил оттряску во флоту и уже работал с этими зверями, а грызуниха трясла на суше и ещё ни разу не слышала их так близко.

- Опушнеть, разумные коты! - втихоря хихикала она согрызяю, - Нет, йа всё понимаю... но опушнеть!

- Они опушневают не меньше, поверь мне, - заверил Марамак.

С кошцами следовало разговаривать на спудофене, общем языке, придуманом нарочно для международных базаров... правда, международный базар равнялся жабцам, так что придумывали они, и теперь остальным приходилось квакать и булькать. Ушира хоть и не знала спудофеню столь свободно, как согрызяй, но быстро освоила, потому как здесь в основном и грызи трепались на ней. Не успело довепушие как следует окопаться в ящике с сушёным мхом, как возня уже началась в полном объёме - с утра грызуниху пригласили поговорить с досками, а грызя - с паровой машиной, которую всё мучили, чтобы получить нужные результаты.

- Вот слушайте ушами или ещё чем, - мявкал рыже-белый кошец, показывая на разобраный на столе снаряд, - Проблема в том, что стандартный взрыватель срабатывает слишком поздно. По баллистической траектории РС подходит к цели под довольно большим углом к горизонту, тобишь втыкается почти вертикально. Снаряд влетает слишком глубоко в воду, прежде чем взорваться. Для обычных это пофигу, но у нас необычные.

- И уже есть что по этому поводу? - осведомился грызь, мотнув хвостом.

- Есть. Ты мотнул хвостом, - резонно ответил кошец, заржав, - Кхм! Всмысле, отдел вооружений поставил на снаряд штангу с крыльчаткой, сейчас испытывают, насколько длинной её можно сделать, чтобы не повредить полёту снаряда.

- В итоге, - почесала ухи грызуниха, - Эта дребузня должна взрываться над водой?

- Так точно. Выбрасывает облако горчичного дыма диаметром до сорока метров. Штука жестяная, прямо мявкну, сам пробовал, - хмыкнул кошец.

- Кроме того, - добавил грызь, - Есть ещё начинка с шаромаком, правда пока его трудно достать в больших количествах.

- А что это такое?

- Количество?... А. Ну, шаромак это шаракальская дурь для курения, сильно выбивающая мозги. Они сами используют боеприпасы с этой дрянью. Получается, снаряд взрывается, дым, пороховая вонь, а подспудно цель травится дурью и теряет возможность сопротивляться, не замечая этого.

- Серьёзный зацок! - вспушилась белка, - А у нас есть вообще газовая защита от собственых игрушек?

- Ну, экипаж "кота" оснащён намордными фильтрами, плюс есть наддув сжатого воздуха в помещения, так что туча не страшна. Сейчас работаем над герметизацией всех отсеков друг от друга, ну это будет несложно.

- А как у вас с дымом?

- Пока не особо, химики ищут способ. Но для начальных этапов нам это и не потребуется. Наверное.

- И да, - цокнул грызь, - Мы вообще-то найдём достаточные количества горчицы и перца? Тут их в один снаряд несколько килограммов входит.

- Над этим также работают, - заверил кошец.

- Работаем ли мы над этим? Да! - мявкнула кошка.

Она ещё вспушилась бы, если бы была грызунихой, но будучи кошкой, обошлась без этого. Штера окинула зелёными глазами просторы окна Печка Бананов, и подумала о том, что погоняло не чисто поржать. Сдешний климат нагонял такие температуры, что бананы натурально чувствовали бы себя как в печке - если бы они тут были. Зато стабильная жара и солнцепёк давали возможность выращивать на плавучих фермах огромные урожаи светолюбивых растюх, в частности - огненой горчицы и не менее огненого перца. В одну сторону от катера, бултыхавшего колёсами в воде, простиралась водная гладь, в другую - торчала стенка спуда и купались в воде несколько ферм, засаженых растительностью.

- Мы-то работаем, но они тоже не сидят на хвостах, - заметил кошец.

Штера покосилась на пробоины с обгоревшими краями, оставленые в бортах катера шаракальскими снарядами. Хотя стоявшие в засаде корабли не несли флагов ОДГ, и официально пух чего докажешь, но тупомордые серые "углы" говорили сами за себя. Одгорозки пытались щипать коммуникации, и отчасти это у них получалось. Кошка ещё раз подёрнула глазом, потому как не хотела бы попасть в ту часть, в которой у шаракалов получалось щипать - она оригинальничала и собиралась вернуться из спуда в живом виде.

- Ладно, - буркнула Штера, - С этими гусями мы ещё потопчемся... Сейчас швартоваться.

Корабли из охранения плавстанций уже шли рядом, слегка поводя стволами орудий. Кошский кооператив, построивший базу в отдалённом южном окне, имел очень приличные прибыли, так что приобретал достаточно вооружения для обороны. Поэтому одгорозки щипали на подходах, а в само окно предпочитали не соваться, дороже выйдет. Ещё издали различались водопады, падавшие водой с верхней плоскости спуда вниз, в окно; здесь они попадали в нарочно построеные бассейны, снабжая фермы избыточным количеством отличной пресной воды. Ибо, вода в самом окне, как и везде под спудом, была морская, солёная, и не годилась для выращивания сухопутных растений. Пограничники, запрыгнув на катер, провели не слишком въедливый шмон, ибо сразу видели, что это кошцы, к тому же из флотских.

- Какими гусями вас сюда затоптало? - осведомился пограничник, оглядывая кошцев.

- Ну, теперь уже нам надо законопатить пробоины, - фыркнула Штера, - А вообще мы от хозяйственой части флота, имеем кое-что мявкнуть вашему начальству.

- Ну, скорее всего, имеете, раз не поленились сюда приплыть, - резонно согласился кошец, пырючись на те самые пробоины.

Как всякий спудяк с некоторым стажем, он соображал, что это "крестовая" пушка калибра 88 миллиметров, какие чаще всего ставят на свои корабли шаракалы из ОДГ. И пробоина осталась от снаряда, который пролетел насквозь через надстройку и взорвался с другой стороны - а если бы он рванул внутри, скорее всего, разговора бы сейчас не состоялось. Катер типа "коготь", он же модифицированный "сучок", зашёл к причалам топливной станции, пристыкованой к комплексу ферм и поддерживающих служб. Судя по кранам над одним из причалов, кооператоры не поленились устроить тут место для ремонта, что теперь весьма кстати. Штера и сопровождавшие её кошцы из разведки вылезли на более твёрдую почву, чем палуба катера, и пошли в контору. Вдоль мостков из спудилиумных досок простирались большие поля горчицы и перца - где-то цветущие, а где-то уже готовые под уборку. На самом деле всё росло в ящиках со слоем почвы, так что вложения в такое поле были куда больше, чем на суше. С другой стороны, в спуду отсутствовали сорняки и вредители, а присутствовал близкий к идеальному климат, поэтому затраты с лихвой окупались. Есть подозрение, что эту лихву фирмачи таки приуменьшают для налоговой отчётности, хмыкнула кошка, ну да и фиг с ними пока.

В конторе, оборудованой на палубе топливной станции, имелись даже бюрократические фикусы в кадках, что заставило посетителей невольно хихикать. Упитаный серый кошец также производил впечатление стандартного бюрократа, каковым он собственно и являлся. Кроме него от кооператива нарисовалась рыжая кошциха, немедленно прижавшая уши при виде флотских и сообщившая, что вся отчётность за год фирмой сдана, и налоги уплочены.

- Это пофигу, - ответила Штера, поставив противотрольный блок, - У нас другое дело.

- А, да-да, - засуетился бюрократ, - Вам чаю, или чего покрепче?

- А что у вас есть покрепче? - чисто из академического интереса осведомился разведчик.

- Ну, спудическое топливо есть, - пожал плечами тот, - Настойка из шаромака тоже.

- Да не, благодарствуем, - хмыкнула Штера, - Просто проверка. Давайте занюхаем чай, если можно.

Проверка состояла в том, чтобы он не начал утверждать, что у него нет спудотоплива, запрещённого в Союзе. Но оно было запрещено на земле, а не в спуду, потому как в спуду пользы от него было больше, чем вреда.

- Да мы и сами не особо, - признался кот, елозя в кресле, - Так, это... Вы искали управляющего комплекса, вроде как это я и есть, зовут Жрущий...

- Паспорт можно? - осведомилась Штера, получила его, поржала, и показала разведчикам.

- Да. А это наш коммерческий координатор Лита, - показал кот на рыжую, недовольно метущую хвостом.

- А я Штера из флотского управления хозяйства, - мявкнула Штера, - Ну, эти кошцы вообще из разведки.

- Так что же вас привело на нашу станцию, - вопросил Жрущий, подумал и добавил, - Ну, кроме компаса и карты.

Кошцы, особенно спудяки, неизбежно получали по мозгам беличьей логикой - осквирячивались, как это называлосиха.

- Есть дело от нашего ведомства, - сообщила Штера.

- Налоги уплооооооченыыы, - затянула рыжая кошка.

- Да наср... кхм! Кстати сомневаюсь, что все налоги уплочены, - добавила Штера, - Но это не моё дело. Нас интересует горчица и перец.

Жрущий поперхнулся чаем и выглянул в окно - судя по обширным полям, это они по адресу.

- Нет, ну правда, - мявкнул он, - У нас конечно большая прибыльность, но и расходы немалые. Так что все положеные отчисления в бюджет осуществлены.

- Голова цыплёнка! - шипнула Штера, - Мне пофигу! Мне нужны не отчисления, а горчица и перец! В количестве вот столько.

Кошка подвинула ему бумажку, где было написано, сколько. У управляющего поднялся бы хохолок, будь он в наличии.

- Это примерно половина от нашего производства, - мявкнул он, - А...

- А зачем флотскому хозяйству столько приправ? - ехидно осведомилась Лита, всё ещё махая хвостом, - Уж не для того ли, чтобы нагреть лапы?

- Для того, - прямо мявкнула Штера, - Но не за ваш счёт.

- Да ну? - фыркнула рыжая, - Вы собираетесь схапать товар по оптовым ценам, и таким образом отжать у нас немалую долю прибыли!

- Глупая жаба, - усмехнулась Штера, - Нам нужен этот товар не для перепродажи по рынкам.

- А для чего?? - не поверила глупая жаба.

- Для внутреннего пользования, - подробно объяснила кошка, - Тобишь, нам нужно, чтобы вы увеличили производство и дали нам возможность закупать указанные объёмы товару.

- Уууу... - протянул Жрущий, прикидывая суммы.

- Суммы нефиговые, - согласилась Штера.

- Но даже расширение производства будет стоить изрядных средств, - влезла Лита.

- Ввиду срочного характера сделки, мы предоставим вам беспроцентную ссуду на расширение производства. Конечно, ваша артель не самая бедная в спуду, чтобы помогать ей, но нам нужен товар непременно, так что и.

- Да нафига?! - не выдержала рыжая, - Флот теперь посыпает перцем палубы, или трубы чистит?

- Ну, это вам знать незачем, - приоскалила клычки Штера, - Вот есть договор, подготовленый нашими бюрократами, вам надо прочитать его и понять головой... уточняю для некоторых.

Жрущему уточнять не требовалосиха, кошец хоть и прочёл договор внимательно, но сразу же побежал орагнизовывать собрание пайщиков. Всмысле не тех, которые паяли, а которые имели паи в кооперативе, тобишь являлись совладельцами предприятия. Таких было дофига среди работавших непосредственно на базе, так что уже через несколько часов кошцы провели собрания узкими кругами морд, обсудив полученные предложения. Примерно через три секунды после того, как они мявкнули о своём одобрении, Жрущий влепил на договор печать. Он был жадным управляющим, и не глупым, в отлчии от жабы, так что понимал, что риска никакого, а прибыль возможна нехилая. Флот давал лишних средств на постройку новых ферм, и кроме того, обязывался не перепродавать товар в течении года с момента получения. Как поясняла Штера, перепродажу негоже запрещать совсем, чтобы была возможность избавиться от излишков, абы такие образуются.

- Кроме того, мы готовы подчистить все ваши склады в ближайшее время, для создания оперативного запасу. И ещё, насчёт шаромака...

Тем временем на сушилках ферм доходили очередные порции крайне ядрёных пряностей, каковыми являлись огненая горчица и огненый перец. Высушеные семена толклись в порошок на мельницах, а затем фасовались в мешки из плотной вощёной бумаги, так чтобы нисколько не просыпалось наружу. Это было нужно не только из-за ценности продукта, а главным образом оттого, что просыпаная щепотка вызывала чихание и слёзы у всех зверей в округе ста метров. Когда один баклан рассыпал целый мешок, ферма вообще останавливала работу на день, потому как невозможно дышать. Что уж там крякать, если к мельнице подходили только в защитных масках с фильтрами из сырого мха, иначе пыль тоже не давала спокойно работать. Штера с разведчиками прошлась по фермам и убедилась, что производство развёрнуто как следует, и на складах достаточно искомого продукта. Кошцы здесь не тупили, а использовали уборочные и обрабатывающие машины с паровым приводом, что многократно ускоряло процесс. Жатки и другое оборудование помещалось на длинной ферме, перекинутой между двумя баржами; баржи двигались вдоль рядов ящиков с грунтом, окучивая одну полосу за другой. По проходам катались узкоколейные составы вагонеток, тягаемые паровичками, в них комбайн наваливал добычу, и так она попадала на переработку. Это была исключительная интенсификация хозяйства, потому как солнце жарило нещадно и урожай получался месяца за два, это при круглогодичной посадке!

Штера могла быть в значительной степени уверена, что продукт будет. Союз просто не особо уважал рыночную экономику, и в своё время запретил ввоз ог-горчицы и ог-перца, так что теперь были собственные производства, вполне покрывавшие спрос в приправах. Теперь эта байда потребовалась в качестве приправ к шаракалятине... Помимо обычных продуктов, требовалось также попробовать наладить выращивание шаромака. Жрущий мявкнул совершенно точно, а именно то, что нужно зарядить отдел исследований на проверку того, как оно пойдёт, и потом уже мявкать более уверено о перспективах. Уж что-что, а шаромак, годный только как сырьё для наркотиков, пока никто не выращивал.

С верхней плоскости спуда в окно лились реки, и там где устья находились близко к базе, их огораживала стенка из спудилиумных понтонов, не пропускавшая воду по горизонтали, так что наполнялся бассейн пресной воды. Из этой ёмкости воду черпальными колёсами подавали в акведуки, разносившие её по фермам. Раньше пробовали ставить лотки под водопад, но это было весьма ненадёжно, потому как с водопада постоянно падали куски оторваного спуда, разбивая конструкции, а так они падали в бассейн и либо тонули, либо их вылавливали с поверхности. Штера знала, для чего флоту понадобились эти пряности, и оттого регулярно начинала хихикать, представляя себе действие ог-перца на противника, особенно если тот ничего не подозревает.

Закупленые по оптовым ценам реагенты из спайса стоили далеко не бешеных денег, и стоимость начинки была раза в три выше, чем у обычного боевого снаряда. Исходя из этих данных, грызи рассчитали, что стоимость полного залпа составит примерно двадцатую часть от стоимости "жабитона" или "угла", если удачно осуществить захват. Кроме того, РСы изготовлялись из спудилиумной стали, тоесть непосредственно на фабриках в спуду. Одна из таковых, в окне Жидкий Спуд, была переоборудована для оснащения снарядов перечной начинкой. Там готовили смесь из спайса и пороха, которая и взрывалась, и выкидывала огромную тучу едкой пыли и дыма, и эту дребузню насыпали в ракеты. Кроме того, на РС ставился специальный взрыватель на длинной штанге, чтобы снаряд взорвался над водой, а не под. Как выяснили исследователи, на большой скорости даже острая игла не втыкалась в воду свободно, а сильно тормозилась, что и требовал лось. В то время как одна группа осуществляла пробные стрельбы, слушая, как падает залп из установки, другие звери озадачились проверкой непосредственно химического действия снарядов. В том, что они действуют, сомнений не было ни у кого, однако требовалосиха записать конкретные параметры, а не эт-самое.

- Ну, впринципях, - не особо уверено мявкнул Друд, один из кошцев, воткнутый в тему, - Дым отнюдь не летальный, и не приводит к повреждениям организма... вроде бы. Поэтому есть возможность испытать непосредственно на себе.

- Ургх, - поёжился Марамак, - Это как гуся топтать, только не гуся и не топтать...

- Ну, мы вообще гусей не топтали, - цокнул Хомыш, - Так что поверим тебе на слово, как специалисту.

- Да, - продолжил грызь, когда все проржались, - Всмысле, дым-то ладно, а как РС в крышу впаяет? Не в пух.

- "Вилку" пробить не должно, - не особо уверено цокнула Ратика, но вспушилась и добавила, - Но проверять на зверях будет не в пух, пробьёт или нет.

- Да нам это по большому песку и не надо, - цокнул Мар, - Просто поставим снаряды на поплавки в тех местах, где они упадут после залпа, а потом подорвём от шнура.

- За языки вас не вытягивали, - заметил Друд, - Сами и полезете.

- Ну, кошец тоже нужен, для контрольности, - приоскалились грызи.

- На самом деле конечно нужнее всего не кошец, а шаракал, - задумчиво цокнул Хомыш, - Не знаю, смогут ли наши достать достаточно быстро шаракалов, чтобы проверить на них.

- Ладно, надо ещё разбрыльнуть, как это сделать, пусть пока эт-самое, - точно сообщил Марамак.

Он сам и принялся разбрыливать, записывая на бумажку, чтоб не забыть. Следовало не только загнать корабль в тучу дыма от подрыва снарядов, но и примерно замерить размер и параметры получаемой тучи, для чего следовало привлечь другие катера, которые будут находиться сбоку от района. Кроме того, следовало заодно испытать средства защиты от дыма, чтобы не тратить зазря снаряды. Пуха ли, если с содержимым каждого можно пол-года борщ варить! От разбрылов грызя отвлекла только Ушира, вернувшаяся в закуток барака, где двоепушие обитало на сурочное время. Пух грызунихи был сырой и пахнул морской водой, потому как слышимо, она полоскала его после работы.

- Ну, как оно? - осведомился Марамак, с удовольствием таращась на белочку.

- В пух, в пух, - кивнула она, - Тут технология не та что у нас, но воткнуться недолго. Хорошо идёт! Ну и помимо того, что будет сделан корабль, обещали дуфиков заплатить не по пуху.

- Нутк это в пух, - катнулся в смех грызь, - А ты в каком месте трясёшь?

- Хвостом - везде, а по работе - задний поплавень собираем, - цокнула Ушира, - Он почти весь из досок, а вот передние из металла.

- Ну а вообще как тебе этот песок? - осведомился Марамак, слушая внимательно.

- Весьма в пух, - подумав, цокнула грызуниха, - Правда, йа не ожидала, что это будет настолько резко, ну, с щипкой одгорозков. Думала, ну сделаем что-нибудь для флота, но скорее в теории, а тут такое погрызище.

- Ну, есть все основания думать, что справимся достаточно быстро, - заверил грызь, - Потому как база есть на сто пухов.

- А потом? - повела ушками Ушира.

- А потом то самое, - облизнулся Марамак.

- То самое, это самое, - хмыкнула грызуниха, - Теперь уже жди, йа воткнулась! Пока песок не доделаем, йа никуда.

- Ух ты моя грызуниха, - умилился грызь такой жадности.

- Сто пухов, твоя грызуниха, - вполне серьёзно подтвердила Ушира.

Само собой, такое заявление стало поводом большого годования грызя, а также стало причиной потискивания, впрочем обоюдопушного. Когда грызи были на две пуши, количество смеха увеличивалосиха на пухти сколько - короче цокнуть, они были просто счастливы. А на вспушённый пух легче ложились производственные планы, давно известно.

Основными координаторами работы по проекту были Раждак, который и вытащил Марамака с согрызяйкой из леса, Ратика, уже имевшая убельчение опытом по захвату судов, а также кошцы Лутфи и Щопс, также из боевого флота. Если остальные в основном задавались вопросами, как именно осуществлять операцию, то Раждак на эти вопросы отвечал, занимаясь технической частью. Ну и грузил в том числе Марамака и Уширу, само собой. Работы оставалосиха много даже до того времени, как можно начинать хоть какие-то натуральные испытания. В частности, грызи и кошцы доводили до ума систему демпфирования между поплавками, которая должна была гасить колебания, возникавшие при стрельбе реактивных установок. В частности, поскольку с этим так и не смогли справиться раньше, строительство "чёрных котов" остановили, а имевшиеся в основном использовались как учебки и буксиры. Способность судна не раскачиваться от отдачи собственного оружия была крайне важна для точной стрельбы на большие расстояния, а здесь это являлось приоритетной задачей, так что и. У "кота" для успеха такого песка были все условия, потому как правильно установленые между корпусами пружины могли точно погасить импульсы. Оставалосиха только понять, как именно - правильно...

Пока Марамак ломал себе голову над этим вопросом, они с Уширой не только крутились по доку и сурковали в ящике, но и ходили в столовку на верхней палубе, дабы послушать цоцо и мявканье, происходившее там, и заодно съесть еду. От спудяков, которые прибывали на базу из действующих подразделений, узнавали о последних столкновениях в спуду.

- Наши были более всего хитры, когда сделали "жабитон-М", - хихикал кошец, - На жабцов нападать остерегаются ровным счётом все, поэтому из всех наших кораблей такого типа не пострадал ещё ни один!

Это была известная тема. Поскольку жадная доля торговли в спуду принадлежала жабцам, грызи и кошцы сделали собственный транспорт внешне неотличимым от жабьего "жабитона", что оказалось крайне удачным, так как выцелить корабли ГКС среди жабьих было невозможно. Фальш-жабитоны таким образом не требовали эскорта, что кардинально снижало накладные расходы и увеличивало Прибыль. Нападать же на жабцов было накладно вслуху того, что они ревностно охраняли свои Прибыли, никогда не сдавали кораблей или груза, а в самом крайнем случае прыгали в воду и уплывали, потому как имели жабры наравне с лёгкими. Убрать таких свидетелей пиратам было почти невозможно, так что посудины Спудной Компании Жабцов под тёмно-зелёным знаменем Жадности считались несъедобными.

В остальном, как и стоило предположить из всех остальных данных, в спуду грабили соедкапитальские корабли и одгорозки. Официально они всё отрицали, при том что на практике могли спустить флаг, кпримеру, на эсминце, и пойти за халявой на ближайший торговый маршрут. Одгорозкам вообще даже скрываться особо не требовалось, потому как у них и так было состояние войны разной степени горячести со всеми подряд. Если бы не принципы жабья, которое торговало с ОДГ, одновременно ведя войну, шаракалы давно бы слились - но, принципы у жабья были твёрдые, как показывала практика.

- Вы в курсе, что они ушатали наш ПСД в окне Три Гусёнка? - уточнил всё тот же кошец, - Между прочим, там погибло несколько десятков наших зверей. Только очень быстрая реакция помогла остальным смотаться.

- Это были кротолики? - фыркнул грызь.

- В частности, они. Использовали два эсминца и как минимум один тяжёлый крейсер, а уж катеров как грязи. Скотины!

- Да то что они скотины, это не новость, - спокойно отреагировали грызи, - Не надо давать им таких возможностей, вот что. Ну да если всё пойдёт гадко... тоесть, гладко, то мы и их пощипем слегка. Точнее, мы будем щипать одгорозков, а кротолики должны стать жертвой тухлой жадности.

- Вы отреагировали спокойно, - заметил кошец, - Мне сильно кажется, что только грызи способны протролить соедкапиталы достаточно, чтобы те сели в лужу. Даже у кошцев не хватает терпения на этих гадов.

- Главное, чтобы патронов хватало, - резонно заметили грызи.

Исходя из таких рассказов многих очевидцев, вопросов о том, следует ли продолжать начатое, не возникало. Ни у одной грызунихи и то не дрогнула бы лапа отправить на дно кротоликов, потому как если уж эти длинноухие кроты вылезали в спуд, так исключительно ради зла. При этом они постоянно загребали жар чужими лапами, бросая на грязную работу зверей, попавших под их власть - тех же шаракалов, или боярышей, которые приходились родственниками кошцам. Однако, как цокали знающие белки, на всякого клопа найдётся свой дустъ.

Если клопу, можно цокнуть, повезло, то далеко не на всякого кошца нашлась бы шаракалиха. По крайней мере, когда на 116ю базу прибыли с очередным катером Драфи и Линда, пушной состав вытаращился во все уши, потому как мало кто имел возможность мордозреть шаракала, к тому же самку, к тому же без кандалов на лапах. В своё время эти два зверя встретились в земле куницъ, Межспудье, и ухитрились не убить друг друга, хотя должны были бы. Неслушая на то, что подобный песок не был распространён, кошцы в Канавии вполне спокойно отнеслись к факту наличия шаракала, так что эти двое избили балду до смерти у родственников кошца, отдыхая от всякой спудной возни. Теперь же требовался рецидив активной деятельности, чтобы не растечься в лужу шерсти, и узнав о происходящем, они немедленно метнулись в дело.

Грызи, а в частности Марамак с Уширой, слегка поджимались, слыша рядом Линду, потому как это была серая зверюга раза в полтора выше грызя, с длинной зубастой пастью и огромными когтями на лапах - так что, с непривычки слушать на неё стоило из-за прочной решётки, чтобы не производить кирпичей. Впрочем, Драфи тоже был тот ещё амбал, для кошца, и от своей подружки не отставал ни разу. Эти два зверя везде шастали вместе, и когда ухо привыкало, производили вполне благопушное впечатление.

- Ты даже не соображаешь, насколько вы кстати, - потёр лапы Раждак, - Шаракал будет зверски полезен.

- Повреждать зверуху не дам, - сразу предупредил кошец.

- Упаси пух. Нам нужно проверить действие горчичного дыма из боеприпасов, - цокнул грызь.

- А что его проверять, когда оно и так известно? - удивился Драфи.

- По площади и на корабль, - пояснил Раждак, - И на шаракала.

- Нн... этого, конечно, не хотелось бы, - фыркнул кошец, - У неё весьма чуткое обоняние, кстати у меня тоже. А после этой байды, как говорят, даже порох не учуешь.

- Пфм, - фыркнул грызь, почесав уши, - Это мы упустили из слуха... Отбивать обоняние будет мимо пуха, да. А откуда ты взял, что так бывает?

- Нам прапор показывал шаракальские гранаты с горчичным дымом и давал почитать доклады об их применении. Нюх отобьёт скорее всего, а если не повезёт как следует, то и зрение сядет очень сильно. Если вам непременно требуется проверять действие этой дряни, это лучше всего делать на пленных, каких не жалко.

- Грызаный кулич, а у нас никто не чухнулся, нюхнули бы сами, - цокнул Раждак, - Бобра отдал, чо. Только вот йа не представляю, где быстро достать такой ммм... материал.

- О курицыны уши, - фыркнул Драфи, - Назову тебе около двадцати мест, где можно это сделать за триста жабаксоидов за нос.

- Ну и отлично, катер считай у вас есть, - хихикнул грызь.

- Катер? Да тут километров десять, вплавь добраться можно.

- Эт где??

- На топливной-семь, которая справа, когда рачий док проходишь. Там перевалочный пункт для этих ослов. Если уж нам действительно надо, так хоть на дохлое дело отдадут.

- А на дохлое это в пух ли? - риторически цокнул Раждак.

- В, - кивнул Драфи, - Этих не по детским садам крали, они сами попались, когда пытались наезжать на наших. Так что если нам надо на них что-то испытать, йа это сделаю без вопросов.

- Достаточно чисто, - согласился грызь.

Укошаченность опытом Драфи оказалась кстати, потому как в указаном им месте действительно удалосиха добыть шаракалов из пленных, добытых непосредственно в результате столкновений в спуду. Если проданых через чёрные торгушки подневольных зверей в Союзе считали не мясом, пока не доказано обратное, то для прямых врагов общее законодательство и нормы уже не действовали. Как правило, пленных одгорозков не убивали, вслуху того, что среди них могут оказаться такие, которых можно будет обменять на своих пленных. Так что, они тихо и мирно трудились в лагерях, добывая руду или делая другой труд, и ждали своей участи.

В данном случае группу из дюжины шаракалов предполагалосиха загнать на бронекатер "квад" соедкапитальского выпуска, и выпустить в свободное плавание, после чего обстрелять залпом дымовых снарядов, собственно для проверки песка. Была разработана простенькая, но действеная подстава. Подопытных шаракалов грузили на корабль в клетках якобы для транспортировки, по пути Линда разыгрывала шпиёнку из ОДГ и обещала их выпустить, после чего она вместе со всем экипажем быстро исчезала. Для этого за катером волочился батискаф, звери должны были перебраться туда, отвязать канат и уйти под воду. Вряд ли одгорозки будут ломать голову, куда они делись, получив управление над катером и возможность слинять. Чтобы не делать эту возможность совсем реальной, катер был скрытно заминирован, и если механизм не остановить, через час мина выводила из строя его ходовую часть.

Собственно, в операции учавствовали основные кошцы по заварке каши, Лутфи, Щопс, и Драфи, конечно, который не собирался оставлять свою шаракалиху один на один с такими жуткими зверями, как шаракалы... как бы это странно ни звучало. В лагере, который находился на топливной станции, клетки краном загрузили в трюм, "квад" развёл пары, дошёл до 116й базы и в течении суток нарезал круги вокруг неё, имитируя поход в даль. Пусть ещё поломают голову, куда они плывут столько времени и не проходят ни одного потока - ведь из клеток в трюме видно было крайне плохо. После того, как товар был выдержан по времени, Линда начала подбивать клинья к арестантам, благо она не забыла шаракальский язык, хотя и разговаривала теперь всегда на спудофене.

- Фууф, Драф, - потянула она себя за уши, - Это очень тяжело, чтоб ты знал! Я не создавала столько лжи даже до того, как смоталась от одгорозков!

- Ну Линочка, это необходимость, - вздохнул кошец, - А вдруг действительно сильно припрёт, когда надо будет сделать такое? Ты пока вообще одна на весь Союз, если что.

- Да, да, - буркнула серая, оттираясь лапами от слоя лжи, - Куда уж там.

Надобность создавать ложь, а главное вообще разговаривать с одгорожеными шаракалами, у которых двойные гвозди вместо мозгов, напрягала её очень сильно. Однако Линде было достаточно вспомнить, как её принимали в родном селе Драфи - кошцы поначалу офигевали, но никто и в мыслях не держал забрасывать её камнями за то, что она шаракал. Серая опускала взгляд на лапу, на которой болтался лёгкий серебряный браслет, подареный матерью Драфи, и у шаркалихи появлялся энтузиазм проходить любые необходимости, какие только возникнут. Она упорно ходила в трюм, делая вид, что убегает каждый раз, когда кошцы смотрят, и наконец, сообщила:

- Всё, клиенты готовы! Через пять-десять минут они перепилят засов.

- Валим! - высказал свежую мысль Щопс.

Три кошца и шаракалиха перепрыгнули на батискаф, упаковались внутрь, а Драфи отвязал канат, закрыл люк, и выпустил воздух из балластных баков. Металлическая кастрюля двух метров в диаметре ушла под воду.

- А теперь? - осведомилась Линда, слегка скрючившись между полом и потолком.

- А теперь мы медлено погружаемся в течении двух минут, примерно до шестидесяти метров, - сообщил Щопс, как специалист по подводному плаванию, - Потом сбрасываем баласт и всплываем также за несколько минут. За это время катер уходит достаточно далеко, чтобы они не увидели нас вровень с уровнем воды. Когда мы увидим через перископ, что дело сделано, сбросим остатки баласта и всплывём над водой.

- Ух мой ух, - перефразировала бельчье цоканье Линда, а коты захихикали.

Беличье цоканье тем временем слышалосиха на корабле, который приближался к "кваду" с фланга. Это был "чёрный кот", естественно, с собственным наименованием "Кукушонок". Точно в соответствии с планом операции, на нём развели пары и вышли в заданый район на испытательную стрельбу. Также рядом с целью находились четыре "сучка", которые после залпа должны были быстро приблизиться и зафиксировать параметры получаемой дымовой тучи. В остальном компания рассчитывала на полное тестирование операции - обстрел, стыковка к цели, обработка её паром. Единственное, чего не имелосиха, так это абордажной команды - у "квада" не было внутренних стенок, которые могли бы задержать пар, так что абордажить тут было вообще нечего.

- Во, забегали, - цокнул Раждак, пырючись в оптическую трубу, - Давайте-давайте... Курс три кисти лево!

- Курс у тебя, - на всякий случай напомнили ему, и грызь повернул штурвал.

Это должно было выслушить так, что побег шаракалов стал неожиданностью. В частности, им даже оставили пушки с холостыми снарядами, так что несколько одгорозков бросились туда, разворачивать орудия. Давалосиха им это туго, потому как на "кваде" орудия спереди и в задний сектор не разворачиваются вообще, а именно оттуда подходили "сучки" и "Кукушонок". Из дюжины шаракалов четверо почуяли какой-то подвох, и вместо того, чтобы линять на корабле, слиняли с корабля, прыгнув в воду - ну да за этим следили, и выловить их не составит труда. Остальные же работали подопытными в соответствии с графиком.

- Так, ещё мальца... - цокал себе под нос Раждак в бронерубке, пырючись в прицел с угломером.

Над водой висела небольшая дымка, которая однако не сильно уменьшала слышимость, ветер был слабый, так что условия самое в пух. "Квад", чадя чёрным дымом из напиханой доверху топки, пытался рваться к устью потока, "чёрный кот" подходил к нему с хвоста. Как и следовало ожидать, одного только обычного хода не хватало, чтобы догнать даже не особо скоростной "квад".

- Внимание, пух! - цокнул Раждак.

- Где пух?? - посыпалась рожь со всех сторон.

- Да. Включить ускорители!

- Чисто цокнуто, ускорители включаю!

- Трави до половины давления, грызо!

Раздалосиха басовое шипение, когда из труб за кормой корабля в воду стали вылетать струи из смеси пара и воздуха. Волнушки слабо-синей воды вскипели белыми бурунами, а посудина заметно присела на хвост, увеличивая ускорение. Раждак с радостью отметил, что скорость выросла в два раза и теперь цель быстро приближалась, занимая всё больше места на угломерной шкале... некоторые спудяки называли шкалу "шакалой", впрочем.

- Залповые, в боевое! - крикнул Раждак назад, чтоб слышали, - Левая, огонь по готовности!

Здесь уже экипаж позакрывал все окна, какие ещё оставались, чтобы не получить в морду реактивным выхлопом от ракет. Марамак же, напару с Зуртышем, выскочил из-под палубы, где сидел на хвосте, и принялся крутить ручки наводки пусковой становки. Массивный ящик из направляющих поднялся из-за надстройки, уставившись щачлом в направлении цели. Благо, грызи уже раз десять до этого стреляли холостыми, и сотню раз - учебными, потому как те дешевле, так что сомнений в прицеливании не было. С такого расстояния никак нельзя было рассчитывать на прямое попадание ракетой в малоразмерный катер, но туча, какую создавал целый залп, накроет его неизбежно. Грызи также нацепили на морды маски с очками и фильтрами, потому как рядом со спецснарядами свербило в носу из-за перца, а уж если хоть один взорвётся в воздухе, так вообще.

- Дай расстояние! Скорость! Песок! - слышалось с разных сторон.

- Есть контакт! - цокнул Зуртыш, пырившийся в прицел, - Впесок!

Грызи спрыгнули под бронированый люк, захлопнули его, и только потом Марамак повернул рычаг спускового механизма. Под действием взведённой гири устройство начало выдёргивать пусковые шнуры из РСов поочерёдно, с равными интервалами примерно в секунду. Сверху раздался характерный грохот и вой реактивной струи. Если первый раз, оказавшись близко к пускачу, Марамак просто вжимался в стенку всей белкой и зажимал уши лапами, то теперь думал о том, правильно ли Раждак скомпенсирует отдачу, чтобы корабль не сбило с курса. Через двадцать секунд все шестнадцать ракет улетели, и грызи столь же быстро выпрыгнули наружу, позырить - потому как на хорошей скорости корабль выходил из облака дыма от выхлопа, и можно убедиться, куда попали снаряды. Залп оставлял на небе характерные серые следы, выгибавшиеся крутой дугой в направлении цели - "серая радуга", как это называли армейские. Когда дальний конец параболы достал до поверхности воды, на ней начали вспыхивать взрывы и разбухать белые облака выброшеного дыма.

- Фьить, чуть не мазанули! - присвистнул Зуртыш.

Тут он был прав, потому как весь запл ухнул впереди "квада", и тот вошёл в облака уже своим ходом - если бы ушло в сторону или назад, было бы вообще мимо. Марамак почесал тыкву и прикинул, почему так могло произойти, но пока никаких версий на ум не пришло.

- Четырнадцать разрывов есть! - сообщил Раждак, - Не снижать хода, впесок!

Дым расползался над водой, занимая уже весьма большую область, тут и мерять нечего. Мерять однако стоило, чтобы точно знать, и "сучки" полным ходом шли к облаку, чтобы сделать это. Пырнувшись в маленькую оптическую трубку, что носилась в кармане, Марамак убедился, что "квад" идёт уже не прямо, а по дуге, тупо разворачиваясь в сторону - скорее всего, шаракалы таки нюхнули подарков, и теперь потеряли управление судном.

- Команда! Газы! - заорал Раждак, - Продолжать форсаж!

- Форсажа осталосиха на ддвадцать секунд! - сообщили грызи из машинного.

- Выжать до конца, потом готовить паромёт!

Бултыхая колёсами и подталкиваемый реактивными ускорителями, корабль вскорости влетел в свои облака дыма. Все отметили, что плотность их не такая, чтобы закрывать обзор - это было бы мимо пуха. Марамак и Зуртыш побежали в передние поплавки, к башенным ракетомётам, потому как вплотную ракетницы были бесполезны, как и ракетомёты на дальней дистанции. Марамак как раз пробегал мимо бронерубки, так что цокнул

- Эй, куда дуют гуси?!

- Гуси дуют в пух! - немедленно ответил Раждак, не отрываясь от своих дел, - Дать два залпа по башням!

- Чисто цокнуто!

Ввалившись в башню, грызь передал пожелания Зуртышу, который был штатным стрелком, а сам прыгнул вниз, к боеукладке, вытащил довольно увесистый 132-мм реактивный снаряд, и подал его наверх. Этот был с сине-белым колпачком на носу, что означало то самое, и вскорости чушка заняла своё место в затворе орудия.

- Жвах! - сообщил Зуртыш, гундося из-под маски.

Жвах довольно сильно бил по ушам, особенно от такой дурынды да вблизи.

- В грушу! Следующий!...

Ракеты не попали точно в башни "квада", хотя бы потому, что они на разных бортах, но в переднюю часть катера точно попали. Они пробили стенки и рванули внутри, так что теперь там было ещё больше горчичного дыма, курившегося из пробоин. Спереди "чёрного кота" упали вниз металлические клешни, нижней частью вошедшие в воду, а верхней раззявившиеся высоко вверх. Этой дребузнёй корабль собирался схватиться за борт жертвы, как собственно и произошло в натуре. Подойти к цели таким образом, чтобы задействовать клешни, а не оттолкнуть её углом корпуса, было непросто, и спудяки это знали. Вслуху этого они провели немало тренировок на эту тему, так что теперь Раждак ворочал штурвал точными движениями, разворачивая судно, как гуся в проруби.

- Держаться! Клешни к бою!

Аммортизатор на носу хряпнул в борт, раздался скрежет и полетели снопы искр от спудилиума, который тёрся друг об друга. Прежде чем корабли растолкнуло в стороны, клешни упали вниз, пробивая палубу выступами и цепляясь за неё намертво.

- Ах ты щенок, твою... - цокнул сверху Зуртыш.

Он взялся за рукоятки пулемёта, установленого в башне, но вовремя вспомнил, что шаракалы тренировочные, и не нажал гашетку. Шаракал же пошатался по палубе, хватая воздух пастью и моргая глазами, из которых лились слёзы, и бултыхнулся за борт.

- Есть зацепление! - сообщил Раждак.

- Даю пара! - ответила Ратика, включая свёрла.

Она дала пара на приводы, и свёрла, закрутившись и подавшись вперёд, продырявили тонкий борт "квада". По полым свёрлам тут же пошёл пар из котла, заполняя внутренние помещения цели. Пар вырывался из открытых люков и пробоин от снарядов в передней части посудины, так что если какие шаракалы не успели выпрыгнуть, они сварились. Впрочем, пар имел не столь большую температуру и поступал не столь быстро, так что убежать не особо какая проблема - ибо, цели варить их не было, а цель состояла в удалении моллюсков из раковины. Судя по всему, почти все они спрыгнули за борт ещё раньше, наглотавшись едкого дыма и пытаясь спастись от него в воде. Последних выкурили паром, так что теперь посуда оказалась захвачена самым натуральным образом, хотя и в учебном варианте.

- Пропарка окончена, проверьте гусей! - цокнул Раждак.

На "чёрном коте" всё же имелись бойцы из разведки на этот случай, так что теперь пятёрка их пробежала от помещений в задних поплавках к носу корабля, выскочила из люков и оказалась на вражеской палубе. Работы им нашлось только в вылавливании из воды и связывании обалдевших шаракалов; остальных, которые отплыли чуть подальше, ловили с "сучков", ещё один катер брал на буксир всплывший батискаф.

- Ну как там, более-менее в пух?? - осведомился Раждак, вылезши из бронерубки наверх.

- Да вообще в пушнину!! - отвечали грызи, - Облако от залпа метров четыреста в диаметре, почти равномерной плотности!

- Грызаный кулич! - закашлялся грызь, и снова натянул маску.

Остатки едкого дыма в помещениях катера были достаточны, чтобы не давать спокойно дышать, что уж цокать о том, что происходило со зверями при полном окуривании. Это вам не дурь курить, подумал Марамак, провожая взглядами шаракалов, которых упихивали обратно в клетки. Подобрав всех зверей - кстати почти в полном здравии! - корабли пошли обратно к базе. Грызи и кошцы, ясное дело, собрались для обсуждения результатов, хотя собираться на "чёрном коте" почти негде, самая большая площадка была на крыше рубки и по размеру равнялась такой же площадке на "сучке", ибо бронерубки были стандартные.

- Центрально в пух! - не сдерживая радости, цокала Ратика, - Грызаный фарватер! Дайте мне такой корабль с запасом снарядов, и мы оставим одгорозков без флота очень быстро!

- Ты это, хохолок-то убавь, - хмыкнул Раждак, - Это пока ещё тестовый пуск.

- Зато у жабы зашейной пуск далеко не тестовый...

- Кроме того, одним кораблём мы никак не обойдёмся, надо давить сразу по фронту, - цокнул стратегический песок Раждак, - А для этого нужно перестроить как минимум несколько таких посудин. Есть вопросы и к маневрированию... Потому как если цель не остановится, попав под залп, а это весьма вероятно, то догнать её не так просто. Мы вообще окучили этого, потому как он шёл по кругу, а если бы он полным ходом шёл по прямой, это было бы мимо. Нужно что-то сделать со скоростью подхода к цели.

- Что-то сделать? Можно над ней посмеяться, например, - предложил Марамак.

- Это поможет, но не исчерпывающе. Придётся увеличивать баллоны для перегретого пара, чтобы было больше запаса хода с ускорением. Да, та ещё жестянка...

Однако жестянка тут мало кого пугала и раньше, а после успешного натурного испытания - тем более. Не успели корабли встать к причалам, как на "чёрном коте" уже снова начали долбать молотками и сверлить. Марамак, как и остальные согрызущие, отвалился в суръящик, а поскольку время было позднее, к ночи, там обнаружилась далеко не лишняя пушнина от Уширы, и произошло обоюдопушное белкотисканье, выражаясь сухо... впрочем, и мокро выражаясь, получается точно также.

- Пфыф! - чихнула грызуниха, - Мар, от тебя за спудилю разит горчицей и перцем!

- Ну а что ты хочешь, чтобы от меня разило жадностью? - резонно цокнул тот.

Пух у всех участников процесса действительно прованивал едким дымом, так что выветривался не скоро - и это при том, что он близко не был в самом облаке! Едкий дым действительно был едким, ничего не цокнешь. При этом, хотя в снаряды и засыпались килограммы недешёвого спайса, даже захват "квада", катера старого и отстойного, принёс бы прибыль в десятикратном размере, а уж торговой посудины - тем более. Пока же, проржавшись, согрызяи накрылись хвостами, и прохрючили всю ночь, как дома.

Хотя грызи не соблюдали никакого суточного режима и могли работать и ночью, и днём, чаще они всё же возились при свете, а кошцы, напротив, предпочитали ночь. Поэтому, пока грызи сурковали, кошцы продолжали пинать мозги по тематике. Драфи например особо интересовало, можно ли щипать соедкапитальских, и до каких пределов можно. Стратегическая цель заключалась в том, чтобы натравить их на ОДГ, однако у кротоликов корабли были более ценными, да и возили более дорогие товары, чем средневековые шаракалы со своим фанатизмом, так что на первых этапах щипка этих пижонов была предпочтительнее, дабы отработать технологию и нагреть лапы для дальнейшего развития предприятия.

- Скажем, начать клевать возле Странглефорнии, - показывал по карте кошец, - Пусть думают, что мы хотим отрезать их коммуникации в этом районе. А когда они взрыгнут, уберёмся оттуда и переключимся на шариков совсем в другом месте.

- Хм, - почесала морду Линда, - Но как мы будем нападать на корабли соедкапиталов, если нет войны?

- Также как они нападают на наши, - резонно пояснил Драфи, - Закрываешь опознавалку, и поехали. Типа, это были какие-то пираты, а мы ничего не знаем. Таким образом можно и паковать экипажи, а потом сбагривать на чёрных торгушках, тоже прибыль.

- Но так они расскажут, что мы пользуемся именно едким дымом, - заметил Щопс, - И примут меры.

- Быстро не расскажут, - заверил Драфи, - А если их выдержать несколько месяцев, то вообще пофигу. Меры тоже моментально не примешь, так что думаю, вполне годно.

- Годно будет, когда грызи прокачают ускорение. Это относительно небольшая деталь общего гуся, но без неё осуществлять захват по такой технологии не будет никакой возможности.

- Грызи прокачают, - со всей уверенностью мявкнул кошец.

Это было не так просто, но у кошца были все основания для уверенности. Как выяснилосиха, для обеспечения заданых характеристик пришлосёнок переделывать часть паровой машины с котлом и полностью прокладывать заново трубы для реактивных ускорителей. Если раньше они стояли сзади, то теперь их поставили на передние поплавки, и это было отнюдь не однопухственно. Струя пара и воздуха попадала под днище корабля и поднимала его вверх, уменьшая осадку и тем самым - сопротивление движению, что давало дополнительный рост скорости. Дать такую скорость корабль мог только на несколько минут и с огромным перерасходом топлива, но больше не требовалосиха. Отдел потратил не менее двух недель, прежде чем "чёрный кот" смог мотыляться вдоль базы с ускорением, оставляя по воде широкий белый след и подымая заметные волны. С другой стороны, за это время в док встали ещё три корабля этого типа, постепенно снятые с других работ, и началось их переоборудование. Фабрика боеприпасов увеличивала запас РСов со спецначинкой, а транспортники завезли несколько десятков тонн этой самой начинки, скупленой по складам производителей спайса. В общем, на хвостах сидели, но делу это только помогало.

- Слушай, Марчок, - цокнула Ушира на очередном обеде в столовке, - Это всё конечно здорово, но мы тут мотыляемся уже два месяца, и у меня как-то подзапылился пух, с непривычки.

- А, ну так это сто пухов, - кивнул грызь, - Сам подзагрызся. Айда полоскать пух, а там послушаем.

Грызуниха вспушилась и погладила согрызяя по лапе, отчего тот вспушился, получились две вспушённые белки, собственно. Две вспушённые белки пошли цокнул о своих планах Раждаку, и хотя тот был закопан в кораблестроительный песок, как курица в пыль, грызь не проявил никаких негодований.

- Ну, само собой, смотаетесь, - хихикнул он, - Уже наворотили прилично, причём обои. И да, это... Вы вроде знаете Катю и Скисоря, которые спудяки?

- Ну да, Катя моя сестрица, - цокнула Ушира, - А Скисорь это её согрызяй, чо.

- Нутк трепите им уши. Не то чтобы прямо сейчас, но для всего этого песка потребуются убельчённые опытом разведчики, а эти пропушёнки точно убельчённые.

- Мы попробуем, хотя лапчаться нельзя, - сообщила грызуниха, - Ибо песок.

Насчёт песка было цокнуто исключительно верно, потому как эт-самое. Всмысле, никак нельзя было полапчиться, что Катю и Скисоря удастся вытащить в спуд, и не просто так, а вслуху общих принципов беличьей жЫзни. Если другие звери, особенно социальные, существовали и действовали по большей части в общественном механизме, то грызи нисколько не отрывались от своей начальной среды обитания, добавляя всё остальное помимо неё, а не вместо. На практике это означало, что двадцать грызей из десяти знали в своём околотке каждый куст, имели полное представление о населении из зверей и птиц, а крупных огранизмов знали в морду. Из-за этого пушей было сложно сдвинуть на миграции, но это же сподвигало их постоянно думать в научном ключе и искать способы увеличения производительности трудов. Ведь грызей, постоянно живущих в контакте с природой, интересовали вопросы навроде того, почему гусь это гусь, а не крокодил, откуда вообще взялись гуси, крокодилы и прочие зяблики, можно ли поговорить с лисой, и тому подобные. Чтобы копать в направлении ответов на подобные зацоки, нужно было мыслить именно в научном ключе, тобишь собирать факты и строить знания на их основе. Что касается производительности трудов, то это касалось плохо скрываемого желания подкармливать всех зверей и птиц, если им не хватает кормов, рассаживать деревья, осушать болота, тобишь увеличивать Хрурность, как цокали белки. На увеличение Хрурности требовалосиха столько ресурсов, что на натуральном хозяйстве никак не вытянуть - отчего у грызей с дупельных времён появились артели, потом колхозы, мануфактуры, а дальше и фабрики с заводами. Точнее цокнуть, первее всего у них выработалась Жадность - не просто жадность, которую грызи называли тухлой, а Жадность. Жадность и тяга к познаниям с улюлюканьем погнала грызей в спуд, потому как там для этих направлений были огромные перспективы.

По этим причинам и по лесным тропам Марамак и Ушира прошуршали немало километров в окрестностях цокалища Зеленица, разыскивая упомянутых пуховичных зверей. Сначала их попробовали схватить за хвосты на огороде, но стоял не тот сезон, и это не получилосиха. Лосиха же, как и множество других зверей, получили соль - не то чтобы научную, а пока только белую, выпареную из морской воды. Ровным счётом все грызи, когда у них была такая возможность, таскали в лес соль, потому как у организмов была явная потребность в ней, превышавшая предложение. Ушира и Марамак решили не играть в контрразведчиков и не искать зверей в необъятных лесах, а просто подождать, пока они не объявятся сами. Собственно, помимо Катерпиларисы и Скисоря, им удалосиха ещё найти Грибодура и Тектрису, тех пушей, что плавали с ними на одном катере. Нашли, как и предполагалось, в гнезде, где грызи просто-напросто сурковали, как сурки в январе.

- А что, песок? - сонно осведомилась Тектриса, заваривая чай в десятилитровом горшке.

- В каких-то местах да, - уверенно цокнул Марамак, - Мы искали Ушкину сестрицу с её Скисорем, чтобы потрепать им уши.

- Это мы уже усекли, - захихикал Грибодур, - А что за песок?

- Песок достаточно серьёзный. Наши создают специальный флот для массового отлова посудин в спуду...

- Тебе её снять, или как? - скатилась в смех Текки, глядя на Грибодура.

- Да нннормально... - цокнул тот, потирая шею, которую сдавливала Жаба, и сдавливала крепко.

- Примерно так, - подтвердил Марамак, - Катя у нас особо убельчённый опытом катерник, разведчик заодно, а это будет очень нужно для эт-самого.

- Это сто пухов! - хором цокнули Грибодур с Тектрисой, и скатились в смешок.

- А они вообще как, во вспушённом состоянии? - осведомился Мар.

- Пока нет, - резонно цокнул Гриб, - Пока они кабанов пересчитывают, по ельникам лазают. Но в целом, вроде бы, хотели снова втыкаться в спуд. Там в Морлучье тоже работа есть, чо... Но думаю, от вышецокнутого не откажутся. Кстати, а у вас есть какие идеи, как ковырять?

- Само собой. У нас полный научный проект , как ковырять, а намедни было натурное испытание матчасти, вполне успешное.

- Пуха се, - прихрюкнул Грибодур, - А нас возьмёте?

- Да, тот же зацок! - хмыкнула Тектриса, тоже проводя лапкой по шее.

- Думаю, что да, - кивнул Мар, - Непосредственно на загреб не обещаю, но там потребуется много вспомогательных служб, так что пух нужен, это точно.

- ПухЪ... Да с нас на целый матрас пуха хватит! - заверил Грибодур, - Правда, мы сразу срываться не сможем, потому как надо закруглять дела в Морлучье. Вокруг Межспудья соедкапитальские корабли ходят, как тунцы возле кормушки, так что их надо постоянно шугать, воизбежание. Да и Катя со Скисорем, кстати, тоже в этот песок воткнуты.

- Межспудовье... - почесал ухи грызь, - Между прочими ёлками, это не столь далеко от основных коммуникаций ОДГ. Возможно, мы там сныкаем базу, чтобы эт-самое.

- А, ну тогда вообще в пух.

Убедившись в попадании в пух, грызи вернулись к орехам и прочим овощам, цявкали и трясли хвостами и ушами, смеха ради, так что остальных дождались без никакого напряжения. Само собой, что Ушира была подвергнута усиленному тисканью лапами сестры, так что две белки долго хихикали... собственно, пока сурковать не отвалились. Неслушая на то, что погоды стояли не самые тёплые и сухие, грызи просто наминали сухие листья и хвою под комлями упавших деревьев, забивались туда, и хрючили вполне годно, ибо тот самый пух, который упоминался чаще чем всегда, отлично смягчал и теплоизолировал. Только проржавшись как следует, на что ушёл остаток дня, пуши приступили к обцокиванию на следующее утро.

- Вот что думается, - цокнул Скисорь, оглядывая пуховичных зверей, - Мы конечно и раньше рисковали хвостами больше обычного, но этот песок, куда мы собираемся лезть... мы собираемся?

- Собираемся, - кивнула Катерпилариса.

- Так вот. Как известно, нужно быть хитрыми, - продолжил грызь, - Вгрызаете, о чём йа?

- Не совсем, - признались грызи.

- Ну, это о том, что мы вот хохола подняли да и воткнулись в спуд, потому как эт-самое и всё такое, - подробно объяснил Скисорь, - А есть допуха грызей и ещё больше кошцев, которых в спуд пух выпрешь. Улавливаете соль?

- Нет, - заржал Марамак, - В чём тут хитрость?

- Хитрость, на мой слух, должна состоять в том, что мы должны оставить потомство, - прямо цокнул Скисорь, слегка пихнув локтем свою согрызяйку, - Дабы не происходил отбор в сторону обесформливания зверей.

Все три грызунихи явственно забегали ушами туда-сюда, потому как это было в основном про них. Однако, пропихнув мысли через голову, пуши сочли, что цокнуто вполне резонно. Если размножаться будут толстомордые сурки, копающиеся на огородах, то одни сурки и останутся.

- А у тебя есть конкретные предложения? - захихикала Тектриса, поводя ушками.

- Это конечно надо доцокаться, но предложения есть, - кивнул Скисорь, - Считаю, что было бы в пух оставить на берегу половину имеющегося похвостовья. Для эт-самого.

- Посиди, половина это явно три пуши, - почесала уши Катя, - Это кому-то придётся разбельчаться?

- Ага. Не всё белке орешник, в конце концов. Но Катю скорее всего трогать нельзя, если она сама не захочет.

- Вслуху? - хмыкнула Катя.

- Вслуху того, что она самый убельчённый опытом спудяк из нас всех, и если с кем что случится, так с ней в последнюю очередь, - вдарил по логике Скисорь, - Кать, как ты на это слушаешь?

- Обобряю, - подумав, цокнула она, - Моё рабочее место в бронерубке, туда снаряд прилетает очень редко.

- Таким образцом, вы, грызунихи, - показал на Тектрису и Уширу Скисорь, - Были бы очень кстати в гнёздах на выращивании белочи.

- Оу, - цокнула Ушира, почёсывая ухи, и захихикала.

- А не поднимаешь ли ты хохолок на Текки? - хмыкнула Катя, пихнув Скисоря, - С этой разнарядкой?

- Почему на Текки? - удивился Марамак, - У неё же уши!... Ну всмысле, согрызяй.

- Этот согрызяй её родной брат, - заржала впокат Катя, - Потому и.

Грызи, хихикая, переслухнулись и вспушились. Тектриса безусловно была очень красивая белочка, со светлой гривкой и ярко-зелёными глазами, так что хохолок распушался у любого самца. Также не стоило труда сообразить, что если согрызяи - близкие родственники, то им требуется внешний грызь для бельчения.

- Нннуууу... - затянул Скисорь, поводя ушами, так что все опять посыпались в смех, - Цокнем так, йа никак не могу быть против. Вопрос только в том, как на это слушают грызунихи?

Тектриса прикрылась хвостом, слегка смушаясь, а Катя так просто упала с бревна от смеха.

- Понятно, как они слушают, - цокнул Грибодур, пихнув сестру в бочок, - Так что готовь корзинку для белочи, мамаша.

Грибодур был совершенно спокоен по поводу обельчения его согрызяйки, потому как был не деревом и понимал с самого начала, что такое потребуется неизбежно, вслуху биологии.

- Ушечка, а ты как слушаешь ушами на песок? - ласково цокнул Марамак, поглаживая шёлковую пушнину грызунихи.

- Нуу... - вспушилась она, - Честно цокнуть, йа думала таки втыкаться в спуд, после того как прополощем пух... Но Скисорь цокнул более чем правильно, нужна хитрость, чтобы достигать Хрурности. Вслуху этого, йа согласна.

- Пух ты! - сгрёб её в охапку согрызяй.

- Именно, - кивнул Скисорь, - А кто из белкачей останется с нашими грызунихами, дабы эт-самое?

- Ты и останешься, - сделала хитрую морду Катя.

- Вслуху чего именно йа? - удивился грызь.

- Вслуху того, что если уж разбельчаться, так всем, чтоб не обидно было, - пояснила грызуниха, - Со мной в спуд Гриб и Мар, а вы сидите и цокайте, как-грится.

- Хмм... - почесал ухи Скисорь, - А цокнуто довольно резонно, хотя и ломает.

- Кто придумал, тот и вор! - хором цокнули грызи.

Вору ничего не оставалосиха, как вспушиться. Натурально, сам придумал, так негоже потом переводить стрелки на других. Тут уже грызю было недалеко до того, чтобы прикрыться хвостом, потому как ему предстояло прислухивать за двумя опушненными белками, а одну так и просто плотно тискать, с конкретными целями. Это было весьма в пух, впрочем, так что ровным счётом все грызи облизывались, а не только Скисорь.

- Ну, само собой, родичи всегда помогут, если куда, - доцокнула Катя, - Уш, вы где обитаете?

- Возле Закопайской горки, - цокнула Ушира, - В промдворе, где буры делают.

- В пух. А Текки со своими грибами там через речку, километров пять от силы, - кивнула грызуниха, - Так что...

- Так что, по правилам тактики, Скис садится между этими пунктами посередине, - цокнул Грибодур.

- Да не, вполне в пух, - почесал уши Скисорь, - Между пунктами сидеть конечно лишнее, но так это, на время обельчения, всегда буду в доступности.

- В доступности, - облизнулась Тектриса.

- Ну да, - кивнула Катя, - Впринципе, критично только последние недели перед обельчением и столько же после, когда грызунихе будет трудно производить действия, а белочь будет ещё совсем маленькая и беспомощная.

- А когда белочь опушается? - почесала уши Текки.

- Ты свою маму ушами слушала, или куда? - осведомилась Катя, - Обычно через две недели белочь полностью опушается, а через месяц уже будет бегать и грызть орехи. А вот цоцо они начнут только годам к трём, до этого только чивкают.

- И песок в том, что всё это время белочь лучше не оставлять без прислуха, - заметила Ушира, - Да и дальше, собственно, тоже. Так что мы выпадем из спуда весьма надолго, Текки.

- Да и впух, - легко согласилась та, - Ради такого дела ни разу не жалко. Потом, мы же самки, кроме нас никто не обельчится.

- Это уж сто пухов, - хихикнул Скисорь, и внимательно ослушал грызей в очередной раз, - Грызи. Хотелосиха бы цокнуть, что йа думаю о нашей белочи, как о нашей белочи, чисто цокнуто?

- Да, конечно! - мотнула ушами Ушира, - Белочь наша общая, будем заботиться о ней, как о своей собственой!

- А, ну да, - кивнула Катя, - Если всё-таки с кем-то случится песок. Будем трясти вместе, так?

- Сто пухов, - вполне серьёзно подтвердили все пуши.

Впечатление у них складывалосиха вполне благопушное, потому как выходило, что все они родные звери, хотя и не совсем родные по биологическим показателям. Шестеро пушей взялись за лапы кругом, разом помотали ушами, и скатились в смех, естественно. Перспектива того, что с кем-то может случиться песок, их не пугала, потому как грызи, как составная часть природы, принимали естественные вещи по шерсти, а не против оной - в частности, конечность жизни отдельной особи. Они понимали, что по другому просто не получится, и уж куда как лучше выслушила смена поколений с вырастанием молодняка, нежели толпа тысячелетних дураков. Вслуху этого, главное что следовало сделать всвязи с угрозой досрочного прекращение жЫзни - это застраховать будующее поколение, что они сейчас и делали. Разложив пух по разным корзинам, грызи исключали возможность, что какая-то внезапность накроет их всех сразу, поэтому были довольны и не особо тяготились временным разбельчением. Если не цокнуть, что вообще не тяготились. Пожалуй, туже всех было Скисорю, которому придётся трясти не по профильной тематике, а утеплять гнёзда и таскать корм - однако грызь соображал, что это нисколько не менее важно, чем топить одгорозков, так что подходил к задаче со всей ответственностью.

- А вы знаете, что у кошцев вообще в спуду почти сплошь одни коты без кошек? - осведомился Гирбодур.

- Знаем, - пожал ушами Марамак, - Ну, кому какой песок.

- Да, песок, - проворчала Катя, - Как ни пришвартуешься, так и слушаешь, чтобы не попасться им в лапы. Ходят косяками, как коты вокруг масла.

- Так масло-то знатное, - захихикал Скисорь.

- Да, но иногда это уже переходит в тупак. Они правда утверждают, что работают над этим, но результатов скоро не будет, ибо инерция думания и всё такое.

- Так сало быть, мы доцокались? - уточнил Грибодур, обводя всех ушами, - Катя, Мар и йа в спуд, остальные бельчиться?

- Да, - подтвердили все участники собрания, мотнув хвостами.

Конечно, после этого никто не побежал бегом ни в спуд, ни бельчиться, но решение оказалосиха принято. Грызи потом ещё не раз вспоминали, когда это они так доцокались - под небом с переменной облачностью, из которой проливались кратковременные дождики, и мелко сыплющей жёлтой листвой с деревьев.

Хотя множество грызей, и даже Раждак, заведовавший операцией, умотнули в леса полоскать пух, работы на базе 116 не останавливались. Пока что для осуществления возни без фанатизма там осталась за главную Ратика, и этого было довольно. Грызуниха в своё время водила тяжёлый бронекатер "вилка" и несколько раз встречалась в плотном огневом контакте с одгорозками, соедкапитальскими, и просто пиратами - так что была убельчена опытом по основной тематике на сто пухов. Ну и, как и всякой грызунихе, хозяйственная возня тоже была ей понятна, так что дело продвигалосиха. С фабрики то и дело завозили новые партии спецбоеприпасов, напичканых спайсом, и складировали это добро на одной из топливных станций, чтоб никто не догадался. Также постепенно набирал обороты цех по производству средств защиты от горчичного дыма - масок на морду с фильтрами, без которых действия могли бы быть сильно осложнены песком. В доке при этом стояли уже четыре корабля типа "чёрный кот", подвергавшиеся переоборудованию, а пятый продолжали гонять по воде для испытаний и постоянно прикручивая обратно то, что отваливалось.

Лично взяв в лапки молоток и поприбивав доски к палубе, Ратика вспушалась и шла ослушивать всё это дело вцелом, чтобы не упустить каких-либо моментов; она делала именно так, а не просто ослушивала. Опыт боевых операций и математические выкладки говорили о том, что на первом этапе, пока кротолики не чухнутся и не начнут оснащать корабли защитой от дыма, риска будет не особо много. Не имея возможности нормально дышать и смотреть яблоками, особо не постреляешь, в то время как с "кота" враз влепят ракетой по огневым точкам, и точка. Дальше тоже не особо сложно, подходишь с ускорением, дырявишь устрицу, выковыриваешь моллюсков из раковины... это если ничего не откажет в неподходящий момент. Чтобы снизить шанс на это, все системы корабля были дублированы - даже паровых контуров было два, также как клешней, свёрел и ускорителей. Таким образом, думала грызуниха, пырючись на подёрнутую зыбью воду, остаётся только приёмка обработаной посуды.

И здесь возникали затруднения, потому как отправлять своих зверей лезть на вражеский корабль, даже протравленый паром, совершенно не хотелосиха. Грызи прекрасно знали, насколько хрупкая штука звери, и вовсю пользовались этим для защиты, стало быть, не стоит считать противника дурнее дури. Разграбить флоты враждебных организаций это безусловно в пух, но вот платить за это убитыми и покалечеными зверями - мимо пуха. Вслуху этого с самого начала было предуслышано, что абордаж обработаной посуды будут проводить специально найденые для этого звери. Найти их можно было по чёрным торгушкам, да хотя бы просто тупо скупать пленных, обещая выпустить после эт-самого... песок был в том, что Ратика ни разу не была ни на одной чёрной или даже серой торгушке, и никогда не занималась подобными делами. Как и все спудяки, она видела врага только в прицел с большого расстояния, так что ей требовался кто-то, имеющий соответствующий опыт. Драфи здесь не очень годился, так как был сухопутным разведчиком и о порядках в спуду имел столь же теоретическое представление, что и грызуниха.

Однако жеж, как это обычно и бывает, при организации дела имелись специальные звери, занимавшиеся поиском подходящих хвостов и прочего пуха, и они не сидели без делишек. Кто-то из них завернул в Жидкий Спуд и кошциху Люс, каковая ранее работала в разведке Морлучья и как раз занималась тем, что мотылялась по торгушкам, в основном чёрным, добывала сведения, и добазаривалась с разными укурками, в том числе жабцами. Её отловили как раз вовремя, потому как иначе она могла бы просто ухнуть в леса родной Канавии и забыть о спуде. В нулевых, ей самой это поднадоело, а во первых, её уже просто знали в морду в радиусе десяти окон на каждой станции, так что шифроваться не получалось, а это очень чревато. Вслуху таких опций, в хмурый предзимний день на причал дока, вместе с другими зверями, сошла небольшая бело-чёрно-рыжая кошка с пушным хвостом, и отправилась в контору. Пройдя мимо причалов, где стояли под работами корабли, она присвистнула, потому как соображала, что каша заварена в большом горшке, как минимум, а это прибавляло энтузиазмов.

- Это прибавляет энтузиазмов, - мявкнула Люс грызунихе, - Слышимо, начальный взнос был приличный?

- Весьма, - кивнула Ратика, - Миллионы, чо. Если всё пойдёт по шерсти, скоро отобьём их.

- Это хорошо. Так, чем я могла понадобиться нашему флоту, в свете происходящего?

- Ты понадобилась нашему флоту как кошка со стажем, - цокнула грызуниха, - Йа объясню тебе, что требуется.

- Но учти, что я не универсальный кот, - предупредила Люс, - И за невыполнимое браться не буду.

- В пух. Так вот, те корабли, которые мы собираемся использовать для захвата посуды, достаточно без проблем могут обработать цели. Но потом требуется всё равно кого-то высаживать, чтобы как минимум убедиться в чистоте, а как максимум - убрать остатки моллюсков из раковины. Улавливаешь?

- Абордажник из меня так себе, - засмеялась Люс, - Кхм! Да, улавливаю. Вы собираетесь использовать наёмных зверей?

- Возможно и наёмных, лучше просто пленных с торгушек, - цокнула Ратика, - Просто вслуху дешивизны. Наши корабли для захвата оборудованы таким образом, что можно высадить десант, и не бояться, что тот попрёт обратно. Нам требовался бы специалист по работе с различными зверями, включая шаракалов, чтобы донести соль до них.

- А, ну это понятно, - кивнула кошка, - Планируется их отпускать после захвата, платить им жабаксоиды, или ещё чего?

- Планируется нагрузить тебя, чтобы ты определила, что будет наиболее жадно.

- Это да, - подтвердила Люс, - Когда речь о зверях, нужно иметь вариабельность подхода. Для шаракалов, например, лучше всего пройдёт угроза физической расправой плюс небольшой куш.

- Серьёзно? - удивилась Ратика, - А если просто их отпускать?

- А им это нашиша? - резонно осведомилась кошка, - Если шаракал попал в пленные на чёрную торгушку, одгорозки записывают его в потери сразу же, так что вернуться к своим он не может. Они вообще очень пугливые, даром что бугаи, и их можно досмерти перепугать, пообещав похоронить в шкуре рыбы гуфу.

- В шкуре рыбы гуфу? - икнула грызуниха, - Какая разница, в чём хоронить??

- Для нас никакой, а у них верования... беливня, как говорят кротолики. Если как следует разработать ложь, я тут хоть второй Орден Двойных Гвоздей создам... хм, а это идея! - захихикала Люс, оскаливая белые клычки, - Орден Тройных Гвоздей, вот! Если бы ещё был свой шаракал...

- У нас есть Линда, которая с Драфи, - цокнула Ратика.

- Оу, они тоже тут? Это хорошо, но нужен шаракал, а не шаракалиха, это принципиально. Самку они воспринимают только как самку, а перевоспитывать их у меня не будет ни сил, ни желания. Проще задурить натурального шаракала с чистого листа, так сказать...

- Тоесть йа так поняла, ты советуешь ориентироваться на шаракалов? - уточнила грызуниха.

- Мм.. да. В частности, их просто больше. Абордажники и из них не ахти, но возьмём количеством.

- Тогда в твоём распоряжении помещения вон там, на нижней палубе, - показала Ратика, - Самих зверей можешь завозить из лагеря на топливке, они им не особо нужны, так что отдают бесплатно. В пух?

- В, - вполне правдиво ответила Люс, потирая когти.

Судя по тому, как мерно копошились звери в доке, продолжая строить корабли, ещё как в.

Готовь сани летомъ, а телегу зимой.

- пословица

Окно второе - просушка мха.

Зима в спуду - это совсем не тоже самое, что лето в спуду. Вероятно потому, что зима и лето вообще не одно и тоже... Как бы там ни бывало, когда задували холодные ветра, а из серой низкой облачности, что паслась над спудовыми окнами, начинал валить сырой снег, многие звери предпочитали вспушаться. Это был уже другой песок по сравнению с тёплым временем, когда можно посидеть на хвосте прямо на палубе корабля или станции, макнуться в воду и погреться на солнышке. Теперь солнышко ныкалось за облака, а холодная сырость не располагала к рассиживанию вне помещений. Если далеко на югах, там где выращивали перец и горчицу, например, мало что менялосиха, то окно Жидкий Спуд было затянуто плотной облачностью, как банка марлей. Облака просто стояли вровень со стенками спуда, закрывая всё окно сверху, и иногда сыпали хлопьями мокрого снега, тут же таявшего. Когда не было снега, сыпала мелкая дождевая изморось, тоесть все поверхности всегда были мокрыми.

Не убельчённые опытом могли бы и опушнеть от таких метеоусловий, но убельчённые усмехались и цокали им, что это ещё цветуёчки. Ягодки будут тогда, когда температура упадёт уверено под лёд, и весь снег, что сейчас превращается на палубах в кашу и стекает, начнёт намораживать надолбы. Если ничего не делать, хороший снегопад навалит на станцию такую гору, что её просто вдавит в воду под весом льда, а катер может опрокинуться. Вслуху этого спудякам приходилосиха либо счищать рыхлый снег, либо, если цоканье о больших площадях, пускать туда подогретую в котлах воду, чтобы оно всё таяло и стекало за борт. В этот сезон резко возрастало потребление лука и чеснока, как первейших средств от соплей.

Однако, куда более туго, чем зверям, приходилосиха жабцам, так как они не были теплокровными и не имели пуха. Если белка или кошец на холоде дрожали, то жабец просто замерзал сразу, хотя и не насмерть, но впадая в анабиотическое состояние, из которого выходил долго и нудно. Вслуху этого жабцы зимой носили специальные гидрокуртки с небольшими топками за спиной, в которых горел спудуголь и подогревал воду, а та в свою очередь подогревала жабу в куртке. Подогретые жабы продолжали плавать во все концы спуда, осуществляя реализацию прибылей на торговле - тобишь, нагревали лапы, теперь уже в переносном смысле.

Аккурат в такую погодину корабль типа "чёрный кот", с собственным названием "Скуператор", осуществлял очередное пробное маневрирование по акватории окна. Грызи не жалели топлива и боеприпасов на то, чтобы погонять корабли заранее, устраняя все косяки, и потом успешнее действовать в боевой обстановке. Довольно крупная посудина, по длине равная стандартному торговцу, состояла из пяти корпусов - одного большого в центре и четырёх по краям; на передних "лапах" торчали башни ракетомётов и абордажные клешни, на задних - ракетные установки залпового огня. Из двух торчащих рядом труб валил серый дым, смешиваясь с общим туманом, да бултыхали в привычном режиме гребные колёса, поставленые между корпусами.

- Опушнеееть... - протёр морду Марамак, - Яблоки не продрать!

- Зато слышимость от силы спудиля, в лучшем случае, - цокнула Катя, продолжая яблочить в оптику, - Нам налапу.

В треугольной бронерубке было сумрачно, только трепыхался свет от масляной лампы в углу, а снаружи, через полуоткрытые ставни, лишь слегка валило серым, потому как облачность была особо густая. Грызь зевнул во все резцы, потому как был приставлен к ракетнице, а пока она не требовалась, и можно было потрепаться с грызунихой. Теперь уже проверялся не столько корабль и его механизмы, хотя и это тоже, сколько выдержанность экипажа. Учения-ухомотания проводились в том ключе, что "Скуператор" действовал в связке с разведчиками, которые должны были обнаружить цель и вывести абордажника на неё. При этом, по условиям учений-ухомотаний, цель подходила из другого окна в неизвестное время и через один из трёх потоков, соединявших Жидкий Спуд с соседними окнами.

Марамак, зевая во все резцы, нашёл время не только подметить в очередной раз, что белочка пуша, но и то, что белочка ухитряется не заснуть, а внимательно следить за обстановкой. Если при чистом небе это ещё куда ни шло, то в густом мареве из сырого снега и тумана казалосиха, сурок просто сидит у тебя на веках, закрывая их.

- Туман-пухотуман... - пробормотала своё традиционное Катерпилариса, и захихикала.

- В запятую, - согласился грызь, - Пойду смахну белый песок.

Выбравшись через тесные отсеки корабля к своему поплавку, на котором стояла залповая ракетница, Марамак взялся за метлу на длинной ручке и смахнул нападавший снег с брезента, закрывавшего установку. Чрезмерная сырость могла повредить точности работы, что мимо пуха, так что до времени тревоги оружие было зачехлено, как и стволы ракетомётов на передних поплавках. Рядом мерно плюхали в тёмную воду лопатки колеса, стряхивая туда опять-таки снежную кашу. В такое время в лесу любая белочь забивалась в гнездо и дрыхла почём зря, а тут на тебе...

- На тебе, - фыркнул Грибодур, высунувшийся снизу и нацепивший шапку на уши, чтоб не мокнуть, - Опять снег.

- И опять сверху вниз, - добавил Марамак, и грызи захихикали.

Грибодур, кстати цокнуть, уже убельчался опытом достаточно, чтобы сменять Катю на главном посту, так что пока она там сидела и мотала ушами - он забирался в суръящик и дрых, потом менялись, чтобы уши не отвалились. Из люка высунулся ещё Зуртыш, стрелок ракетомёта, но услышал белый песок, вспушился, и ныкнулся обратно, как сурчина в нору, вызвав новую волну ржи, настолько это было похоже на сурчину в норе. Натурально, вылезать сейчас желающих было весьма мало.

- Сейчас мало желающих вылезать, - цокнул новость Грибодур, зевая, - Зато слышимость ограниченая... Тебе не помешает?

- Это каким образом? - фыркнул Марамак, - Йа вообще вглухую стрелять могу, мне попуху.

- А, ну да, - кивнул грызь, припомнив, - А наводчику на помешает?

- Сначала косячили, сейчас вроде выправили, - пожал ушами Мар, - Нормально ложит, не в центр, но вполне сойдёт.

- А кто там у нас сейчас, йа уже забыл, - заржал Грибодур, - Джалк?

- Ну да. Бело-чёрный такой, с ушами, - показал уши грызь.

Джалк был одним из кошцев-наводчиков, включённых в экипажи абордажников, в нулевую очередь, ради ночного зрения. У грызей также присутствовала возможность пыриться при низкой освещённости, но кошцы вообще видели почти как днём, только без цветов. Пост наводчика находился под центральной рубкой, откуда он при помощи перископа пырился на цель и определял параметры для стрельбы - поэтому ночью Марамак стрелял вглухую, по полученым координатам. Этот же кошец ночью сидел на верхней площадке и занимался обнаружением целей, а при атаке слезал вниз, в более безопасное место. В светлое время суток стрелки залповой установки использовали свои прицелы, чтобы проверить полученые данные, и стоило немалых усилий, чтобы привести это дело к общему знаменателю.

- Да, песок, - пробормотал Грибодур, - Зато вроде не пасёт уже, не?

- Не чую, - кивнул Марамак.

Обычно корабль ещё долго вонял горчичным газом после залпа, но в условиях постоянного омовения мокрым снегом остатки дымовухи вытравливались быстрее, что радовало. Едкий запашок противно теребил носы, хотя были слухи, что какая-то грызуниха на другом корабле вовсю практикует способ вытравливания вони при помощи травяной настойки, остаётся только дождаться завершения испытаний этой технологии.

- Ладно, лично йа - трепать уши Кате, - сообщил Гриб, и полез в люк.

- Лично йа - сидеть на хвосте и вахте, - также сообщил Марамак.

Не засыпать однако было весьма затруднительно, так что грызь слазил в машинное отделение, где от топки кипятился самовар на двести литров воды, и заварил крепкого чаища, дабы взбодриться. Топкой на корабле заведовал грызь Сенень, весьма серый в плане пуха и натурально похожий на сено, но Марамаку также приходилосиха регулярно возиться с машиной, потому как это была его специальность. По большому счёту, у него даже не было специальности стрелка из ракетницы, а стрелял он потому, что хорошо получалосиха.

- Сень, как оно? - осведомился Мар, наливая кипятку в трёхлитровую кружечку.

- Да с двух гусей на одного, - цокнул тот, Сейчас йа тебе ничего цокнуть не могу, машина еле ворочается.

- Чисто цокнуто, - хмыкнул грызь, подошёл к цокательной трубе и цокнул туда, - Кать! Дай полные обороты на минуту!

- Бубубу бубубу, - ответили из трубы.

Послышалосиха мощное шипение, и машина заворочалась быстрее. Марамак обошёл котлы и пролез в задний отсек, где работали поршни, приводившие в движение колёса. Шатуны и прочие суслики бодро двигались, а из неплотностей фигачили струи пара, но во вполне рабочем режиме. Проверив давление и то, как льётся на механизмы смазка, грызь этим удовлетворился, и пошёл таки пить чаи, в то время как Катя сбросила ход обратно до "ни шатко ни валко". В таком режиме корабль и баражировал кругами, потому как котлы всё равно нужно было держать под давлением, а останавливаться чревато. На стоящую на месте цель и напасть проще, и снести на стенку может, не заметишь как.

- Слышь, да ты опушнел? - мявкнул сверху Джалк, отряхивая мокрые уши, - Опять чай?!

- Да, я чай. Что хотел, кошец-пуш?

- Вахта, чо, - пожал ушами кошец, - Я бы и посидел ещё, но график надо соблюдать, не?

- Да, - кивнул Мар, взял с полки термос и перелил чай туда, чтобы не расставаться с ним.

- Сень, может ему трубу провести сразу, чтобы зазря лапами не двигать? - спросил кот, скатив грызей в смех.

Верхний пост слушателей находился под навесом на крыше основной бронерубки, летом там вешали только брезент, сейчас повесили несколько брезентов, чтобы слушателя не занесло с боков и не заморозило. Термос с горячим чаем был кстати, потому как промозглый ветер быстро выдувал тепло даже из столь пушного зверя, как белка. Тем не менее, Марамак получал удовольствие от созерцания тёмной воды с зыбью, на которую валил снег, постоянно переходящий в дождь и обратно. Это был Мир, хотя и в далёкой от Леса части, но всё-таки Мир, а не какое-то там гузло. В таком режиме предстояло сидеть приличное количество времени, но грызь не тяготился, к тому же он никак не стал бы сидеть ночью, ибо бесполезно, так что пущай кот отдыхает, чтобы яблочить в темноту. Скрипнула крышка, снизу показались ушки Кати, которая контрольно ослушивала корабль.

- Гусей не топчешь? - серьёзным тоном осведомилась грызуниха, скатив грызя в смех.

Поскольку гусей он не топтал, Катерпилариса скрылась внизу, и наверняка прошуршала дальше по отсекам - она не сидела на хвосте, а предпочитала сама видеть, что и как на ввереном судне. Когда заканчивалась смена и снова проверялась паровая машина, можно было сесть под масляную лампу почитать о песке или других материях, а также просто закопать время под сурка в уютном ящике, набитом сухим мхом. При этом, следует уцокнуть, мох после загрязнения не выбрасывали, а просто расстилали обратно на землю, и он возвращался к росту, а в ящик набивали чистого. В общем цокнуть, звери ни разу не собирались отказывать себе в маленьких удобствах, значительно повышавших дурь.

Марамак не отказывал себе в удобстве периодически приникать к оптической трубе и обводить горизонт, и на этот раз действие возымело результат, среди дымки проступили контуры корабля. Грызь ничуть не встревожился, потому как через Жидкий Спуд ходило допуха кораблей. Вскорости он идентифицировал "сучок", бодро чапавший колёсами прямо к ним, а ещё через пару минут расслушал сигнальные флажки, соответствующие нужному коду, что подтверждало, что это именно ихний разведчик, а не какая-либо другая устрица. Пока он это расслушивал, катер уже заметил Гриб, так что цокать ничего не пришлосиха. "Сучок", резко поворачивая и слегка мотыляясь на зыби, подошёл к борту.

- Цель с восточного потока, сорок мин юг-юг-восток! - цокнула грызуниха, - Торговец!

- Чисто цокнуто, дарим бобра! - ответил Грибодур, - Пуух! Аврал!

- Зачем он врал...

Смех смехом, но корабль поднял пары, увеличил ход до максимума и развернулся в указаном направлении. Разведчик ушёл дальше, следить за обстановкой, чтобы чего не вышло... ну всмысле, по условию учений-ухомотаний конечно ничего выйти не могло, а вот в реальной обстановке ещё как. Пух набился в центральную рубку, потому как оттуда хорошо слышно, и можно быстро уяснить, как ворочать гуся, а добежать на своё место недолго.

- Слушай ушами, - цокнул Грибодур, - А почему торговецъ?

- Ну, так заведено, что они называются "торговецъ", - просветила Катя, - Можно конечно называть и "торговка".

- Да не. Всмысле, в натуре они вряд ли будут попадаться нам без эскорта, как тунцы?

- В нулевых, могут и попасться, - цокнула грызуниха, - Во первых, мы ещё не отрабатываем взаимодействие группы, а пока только одиночное.

- О курицыны уши и огузки! - фыркнул Гриб, - Мы ведь технически можем обрабатывать две цели сразу, нет? И опять одна?

- Не опять, а снова, - спокойно цокнула, как отгрызла, Катя, - Кто косячил прошлый раз с ходом? Кто смазал из пушки? Кто такой пухово... кхм, это не то. В общем, чисто?

- Негрязно, - нехотя согласился грызь, - Но если не повышать сложность тренировок, это мимо пуха.

- Мимо, пухомимо... Кстати вон он, ловите его.

Торговый катер марки "хам", какие продавались по всему спуду, а строились в основном соедкапиталами, резво бултыхал колёсами в тумане, и для непосвящённого уха выслушил ровно как обычный транспорт, так что его наверняка прошмонали все стречные пограничники. Только код, вывешеный на сигнальных флажках, означал, что это именно тот корабль, который играет роль учебной цели. Возможно, он даже об этом не знает... Впрочем, даже издали в оптику было слышно, что к бортам прикручены деревянные ящики-каркасы, торчащие на два метра в стороны. Это было сделано для того, чтобы испытывать паровые свёрла, и при этом не портить борта. Катя же, увидев дичь, явственно подняла хохолок, сощурила глаза и быстро отдавала команды. Корабль повернул на курс перехвата цели, чтобы оказаться достаточно близко для ракетного залпа.

- Ракетницы... - произнесла грызуниха, не отрываясь от оптики, - К бою!

- Кло! - цокнул Марамак, прыгнув в люк.

С непривычки пробежать по кораблю не получится, потому как проходы узкие и сплошь изогнутые, как буква Ъ, потому как огибают агрегаты судна и конструктивные элементы оного. С привычкой получалосиха лучше, так что только хвосты забивались в люки, слышался звук трясущихся ушей, и все оказывались на местах. Но как ни спешил Марамак, Зуртыш выпрыгивал из низов поплавка, так что уже успел сдёрнуть брезент с установки. Оттуда, неслушая на сырость и ветер, явственно пахнуло горчичным дымом, заставив зачихаться, так что грызи немедленно нацепили маски - бережёного хвост бережёт. И это, кстати цокнуть, неслушая на то, что заряжено было пороховыми, а не специальными. Мар приник к прицелу, который торчал перископом, так чтобы видеть цель из-за надстроек корабля, поймал в поле слуха "хам", и принялся вымерять расстояние. Зуртыш же спрыгнул ниже и слушал в цокательную трубу, что скажет Джалк со своего поста. Теперь приходилосиха орать в голос, потому как рядом уже не бултыхали, а грохотали на больших оборотах колёса, и шипели внизу поршни.

- Он грит, девять, четырнадцать!! - сообщил снизу Зуртыш.

- Чисто!! Короче, поперёк второго гуся!

Хотя корабль почти не качало, при сильном увеличении в оптике изображение прыгало, и поймать в прицел цель таким образом, чтобы чётко замерить её угловые размеры, было отнюдь не просто. Ориентировались в основном по высоте дымовой трубы, потому как она известна, а когда корабль под углом к уху, трудно определить быстро и точно, какой у него должен быть угловой размер на заданой дистанции. Конечно, об этом знали военные спудяки и либо спиливали часть трубы, либо наращивали её, но вряд ли такими изысками будут заниматься торговцы. Марамак, хотя ему и приходилосиха ловить "хам" в шкалу, прекрасно знал, что с "сучка" такой фокус вообще не сделать, потому как на этой зыби его раскачает, и пух куда нацелишься. "Чёрный кот", при своей относительно малой уклюжести, на зыби раскачивался исчезающе мало, что и возымело эффект.

- Есть дистанция!! - заорал Зуртыш, - ЗАЛП!!!

- Сто пухов, - цокнул себе под нос Марамак, и хихикая, спрыгнул в люк.

Грохот и вой от стартующих снарядов уже не заставлял никого вжиматься в стенки, звери занимались боевой работой по расписанию, а стрелки успевали точно посчитать, сколько ракет улетело - нередко бывали осечки в пускаче, и РС оставался на станке. Это было далеко не в пух, потому как пускач мог сработать потом в любой момент, а при пуске снаряд выбрасывал назад огромный реактивный хвост, так что это весьма чревато.

- Грызаный тридцать семь раз случай, - сгундосил Зуртыш из-под маски, - Две не пошли!

Отсек встряхнуло ещё раз, и снова прошёл гул.

- Одна, - поправился грызь.

Они подождали ещё, но последняя так и не вылетела. Плюнув пока на неё, грызи как обычно перебежали в передний поплавок к ракетомёту, и здесь Зуртыш наводил и стрелял, а Марамак подавал снаряды.

- Эй пропушёночные, гусака в свинарник и курицу в компост!! - цявкнула из рубки Катя, - Чуть не смазали, грызуны-хвосты, только краем зацепили!

- Чуть не считается! - ответствовали грызуны-хвосты, пробегая под рубкой.

Дальше всё повторялосиха по обычному сценарию. Корабль давал ускорение, стравливая на реактивные движители пар из запасных котлов и за счёт этого приобретая почти в два раза большую скорость, дабы быстро подойти к цели. Башни на передних поплавках должны были вывести из строя огневые точки противника, тобишь вогнать туда фугас, если они действовали, и угостить дымовухой, если молчали. Судя по вспышкам огня, на "хаме" у экипажа была инструкция отстреливаться, то есть следовало считать, что кормовая башня не выведена из строя дымовой атакой.

- Холостой! - потребовал Зуртыш, и Мар выковырял из боеукладки и подал ему наверх холостой снаряд.

Холостым однако он был только в плане отсутствия боевой части, а по весу точно равнялся дымовому. Стрелки зачастую фигачили пустышками, чтобы пристреляться к цели, и потом клали боевые снаряды точно туда, потому как боевые в спуду не валяются, и на практику не напасёшься. Ракетомёт грохал почти как пушка, только ещё добавлялся вой от двигателя самой ракеты, выброшеной из ствола. Маска на морде оказывалась как нельзя кстати для заряжающего, потому как ему не нужно пыриться в прицел, а большая часть порохового дыма летела именно на него. Зуртыш же поднимал очки на лоб, чтобы точно видеть в прицел, хотя фильтр оставлял на носу.

Катя при этом уже крутила штурвал, выправляя курс к добыче, и корабль качался, потому как его приподнимала тяга реактивных паровых ускорителей. Одновременно грызуниха контролировала, как цель проходит между облачками дыма, оставшимися после разрывов РСов. Ответная болванка, запущеная из турели торговца, просвистела над трубой и с бульканьем ушла в воду. Кроме того, торговая посудина дала реверс, и если этого не услышать вовремя - легко пролететь мимо на полном ходу. Тамошние грызи тоже не зря грызли свои орехи, чо. Катю однако этим купить было нельзя, она сменила курс точно в пух, потому как могла это делать уже без рассчётов, а просто на ухо.

- Холостой!! - гаркнул Зуртыш в очередной раз.

- Да напухячь уже, пух в ушах! - заржал Марамак, подавая снаряд с белым колпаком.

- Не бельчи бельчёного, хвостяра! Сам вон залезай и пухячь! - ответствовал тот, клацая затвором.

Сверху опять бахало, ударяя по ушам, и со звоном вылетала пустая гильза. По звуку можно было легко определить, улетела ли она куда надо, или пошла гулять по отсеку, распространяя едкий пороховой дым - тогда лучше найти время и выбросить её, чтобы было чем дышать дальше.

- Холостой!!

Да сколько можно, невольно подумал грызь, но тут же поправился - если всё лупит холостыми, значит ещё ни разу не попал, так что в пух.

- В пух! Фугу! - наконец цокнул Зуртыш.

- О курицыны уши, года не прошло! - заржал Мар под маской, и подал снаряд.

- В грушу! - отрапортовал грызь после выстрела.

- Огневая точка подавлена! - сообщила Катя, - Зуртыш тряс, Макузь сегодня гузло, всё мимо, пух в ушах!

- Да и...

- Внимание, пожар в левом поплавке!! - оглушительно цявкнула Катя.

Грызи бросились по аварийным местам, не думая о том, правда там пожар, или это учение-ухомотание. В то время как они перетаскивали помпу и протягивали рукава для воды, "Скуператор", сбросив скорость, зашёл на пищу сбоку и схватился клешнями за борт, напоминая жука-плавунца, вцепившегося в рыбу. Для проверки на "хаме" поставили на палубу деревянные контейнеры, но клешням это не помешало. Раздался треск ломаемых досок от ящиков, а острые зацепы вгрызлись прямо в палубу и борта.

- Зацепление есть! - цокала Катя с исключительной громкостью, чтобы все слышали, - Свёрла!

В действие пошли свёрла, продырявливая нарочно прикреплённые на рамы щиты, и сделали это за считаные секунды. За несколько минут эти свёрла могли продырявить бронированый борт серьёзного боевого корабля, а торговца брали как масло.

- Есть отверстия! Пар!

Между "чёрным котом" и "хамом" вырвалосиха облако пара, которое в натуре было бы внутри корабля, а не снаружи.

- Зачистка!

На передних площадках откинулись трапы, по которым на цель перебирался десант. В данном случае это были только два кошца и грызь, которые однако действовали в полной экипировке, и щедро закидывали корридоры гранатами, прежде чем лезть дальше. Спустя несколько минут они вышли на палубу уже вместе с экипажем торговца, где в частности была замечена Ратика. Грызуниха хоть и каталась по смеху, но чувствуется, была сильно впечатлена представлением.

- Йа сильно впечатлена представлением! - цокнула она, - Мы пробовали манерировать, честно! Когда это корыто начинает идти с ускорением, это весьма вспушает!

- Это в пух! - отозвалась Катя, вылезшая наверх из рубки, - Еда готова! Всё ли в пух?

- Не совсем! - крикнул Марамак, - Уйдите с левого борта, у меня ракета не ушла со станка!

- Все слышали? Берегите уши!

Пока остальные берегли уши, Мар и Зуртыш вернулись к ракетной установке. По инструкции следовало поддать по ракете молотком на длинной ручке, чтобы сдвинуть пускач и дать ей улететь, но это было нежадно, ибо даже учебная ракета стоила ресурсов, а сделать их плавучими, чтобы потом вылавливать, не получалосиха. Но и получать в морду реактивной струёй никто не желал, вслуху чего грызи использовали лично изготовленное приспособление с трёхметровой ручкой, чтобы только слегка высовываться из люка, и застопорить пусковой механизм фиксатором. На самом деле даже этого не потребовалось, потому как на рейке также было укреплено зеркальце, через которое Марамак отчётливо услышал, что пускач защёлкнут - стало быть, не сработал запал. Прикинув, грызь резонно решил, что сработать он уже никак не сможет, так что дефектную ракету сняли с направляющей и спрятали для дальнейших разбирательств.

- Это пухти что! - фыркал Зуртыш, - Вот как оно так раз, и ничего?

- Так никто не грызёт, - пожал ушами Мар, - Если б знали, уже бы устранили косяк. Да и попуху, одна из шерсть-надцати. Кстати, Зур, хорошо таки пухнул, точно в грушу.

- Жыть захочешь - пухнёшь, - хмыкнул грызь.

- Ну не цокни. Йа таки жЫть уже очень захотел, но с ракетомёта пух туда попаду, - заржал Марамак.

- В целом да, тут тупо натаскивание глазных яблок, и прочих частей белки, - цокнул Зуртыш, - Сколько уже... семь лет так пуляюсь, получается. Даже законченый идиот научится, чо.

По условию учений-ухомотаний после взятия посудины под контроль абордажниками следовало оттащить её к ремонтке. В нулевых, убрать с трассы, чтобы не палиться. Во-первых, привести в самоходное состояние, если это будет возможно. В реальных условиях ремонтка представляла из себя корабль поддержки типа "язь", каковой стоял бы в укрытии где-нибудь в бухте или зарослях спудосоки. Сейчас обходились буем, заякореным возле стенки спуда - "Скуператор" буксировал добычу дотудова, и считали, что дело сделано. Буксировать довольно тяжёлую калошу было не столь просто, так что кочегарам предстояло кидать спудуголь, а рулевому, в данном случае Кате, следить за параметрами хода, чтобы шло по шерсти. Перебравшаяся на "чёрного кота" Ратика подтвердила свои изначальные цоки о том, что атака корабля-заглотчика оказывалась внезапной, и средств сопротивляться не имелосиха.

- Конечно, после первой волны, когда пища будет знать о том, как это происходит, могут быть затруднения, - цокала грызуниха, хлебая чай, - Но пока она не знает, это просто идеальный песок. Кстати, когда лучше начинать грабёж, зимой или летом?

- Начинать лучше, как только будем готовы, - цокнула Катя, - Воисполнение стратегических замыслов, из-за которых и была заварена эта каша. Но вообще сподлапнее летом, когда спудосока распушится. Сейчас там вообще замерзать начнёт, не спрячешься, а это мимо пуха. А туманы они и летом часто бывают.

- Ну да ну да... Эти ваши пировские раты, - кивнула в сторону Ратика, - Нам чуть по ушам гранатами не съездили, в учебных целях... А вообще получается что, по дюжине шаракалов пускать будем?

- Гузло-гузло к ужину, целая дюжина, - машинально цокнула поговорку Катя, скатив всех в смех.

- Гузло-гузло в траве, целых двадцать две, - продолжили из-за стенки.

- Тобишь да, от дюжины до двух десятков. Сама знаешь, какой песок может быть, так что лучше рисковать шаракалами, у них рисок много, пусть отдуваются.

- А кто у нас работает над компостированием мозгов шаракалам? - осведомилась Ратика.

- Фелфи и Люс, - цокнула Катя, - Вроде, укошачены опытом достаточно, чтобы трясти. Ну и этот кошец с Линдой есть, на крайний случай.

- Крайний, случай, - задумчиво повторила грызуниха, постукивая когтями по столу.

За окнами продолжал моросить мелкий дождь, посыпая водой палубы кораблей и тёмную воду, плескавшуюся крупной зыбью. Стенка спуда едва проступала из густой серой облачности, хотя и находилась недалеко, а верхний обрыв её вообще не вылезал из дымки. Тобишь, звук трясущихся ушей конечно слышался, но тихо.

Как цокнула вполне точно Катя, шаракалятиной занимались кошцы, в том числе Драфи с Линдой. Однако, они не имели достаточного опыта, и собирались слушать за тем, как будут трясти более укошаченые товарищи. Фелфи таки уже работал именно по данной тематике, организуя зону изоляции для захваченых одгорозков, так что провёл инструктаж, в основном для остальных, хотя Люс была разумная кошка и тоже всё выслушала. Без таких уточнений неподготовленые звери могли сильно накосячить, навроде как с рыбой гуфу. Это была среднекалиберная рыбёшка навроде карпа, весьма распространённая в спуду, которую все по мере надобности ловили и ели; одгорозки считали ничем не примечательную рыбу воплощением всего мирового зла, поэтому сувать им её в пищу было мимо пуха, если не требовалось специально. Такие же бессмысленные фенечки были у них в отношении некоторых других вещей, типа фаз луны, и это следовало знать, когда возишься с шаракалами, воизбежание.

Уяснив себе эти вещи, кошцы и Линда принялись за непосредственный песок, начав трясти прямо в том лагере для пленных, что существовал на топливной станции. Там содержались около полусотни шаракалов и некоторые другие одгорозки и не только, попавшие в плен при попытках убийства в спуду. Объекты находились в барраках с укреплёнными стенами, зарешечеными окнами и прочей лагерной атрибутикой; сами барраки стояли на чреде больших понтонов, пристыкованых к станции со стороны стенки спуда. Оттуда по переходу можно было пешком попасть на соседнюю станцию-шахту, вгрызавшуюся в спуд, туда и гоняли пленных на работы. Собственно, этот гон был больше для сохранности самих пленных, а не для выгоды, так как из-под палки много не наработаешь, давно известно. Но, по крайней мере, так звери долбали спуд кирками и возили измельчённые куски в тачках, и не сходили с ума от безделья. Как было цокнуто, пленных содержали в живом виде для возможного использования в более выгодных целях, а не для получения рабсилы и уж точно не ради зла, как это делали сами одгорозки. Было мнение, что случай более выгодного использования как раз наступил.

- Короче, слушайте ушами, - сказал Фелфи собранию из четырёх морд.

- Да, грызун-пуш? - сделала внимательную мордочку Люс, и все скатились в смех.

Кошец к тому же был рыжий - правда, не такой рыжий, как бывают белки, а сильно ярче. Он действительно понахватался многого у грызей - осквирячился, как говорили, и не собирался этого скрывать ни разу.

- Так вот... грызуны-пуши, - проржался Фелфи, - У Люс есть свои идеи, как подковыривать добычу, у меня тоже. Мы с ней будем работать по принципу злого и доброго следователя, это чисто?

- Эмм... - почесала уши когтищами Линда.

- Это всмысле, что сначала врывается один, бьёт объект лапами и угрожает физической расправой, - пояснил кошец, - Потом появляется второй и вежливо предлагает сотрудничество, чтобы была ясна разница, на контрасте. Само собой, тут надо троллить достаточно тонко и не перегибать палок. Я сойду за "злого следователя", а Люс будет отрабатывать "доброго". Вам надо будет послушать ушами, подумать головой... смотрите не перепутайте! - и приступать к собственным разработкам материала.

- А пока у нас тупая конвойная служба, - хихикнул Драфи.

Это было мявкнуто точно, потому как животных приходилосиха выгонять на работы, держа на мушке лапных пулемётов, да и вообще, кормить, хотя бы. Шаракалы отнюдь не выглядели истощёнными, потому как на них не жалели комбикорма на основе рыбы - правда, скорее всего потому, что здесь же работали специалисты, испытывающие комбикорм и следившие за тем, что получается. Если кошцы сразу по прибытии начали заступать в наряды, то Линду пока решили не показывать, воизбежание ненужного ажиотажа.

- А ну пошли наверх!! - орала на спудофене Люс, придерживая на боку пулемёт, - Жирные топтуны гусей, якорь вам в корму и треску в глотку!!

Как оно обычно бывает, шаракалы не воспринимали некрупную самку как угрозу, но Люс это прекрасно знала, так что дала пару не особо коротких очередей, наделав дырок в досках между зверями. Сей немудрёный трюк подействовал волшебным образом, и теперь стадо огромных зубастых животных послушно ходило строем, куда указывала кошка. После непосредственных работ по объекту, сдав смену другим вохрушникам, кошцы продолжали изучать тематику в теории, причём Фелфи часто сообщал о таких фактах, о которых Линда, даром что шаракал, ни сном ни духом. Это было неудивительно, потому как в ОДГ самок, мягко говоря, не нагружали знаниями - а точнее просто запрещали это делать.

Помимо серых, чёрных и бурых шаракалов, в лагере содержались и несколько кротоликов - жирных, коротколапых зверей в суперплотной чёрной шубе, и даже один лисит нестандартной чёрно-бурой окраски. Кротоликов и лиса поймали во время спудового сражения возле соромашьей земли, когда эти наёмники воевали за соромах против одгорозков... да, получилосиха странно, что одгорозки и их враги сидят в одном лагере, но так уж. Поглазев на контингент зелёными яблоками и поразмыслив несколько дней, Фелфи решил начинать именно с лиса, потому как тот по крайней мере не был одгорожен и не будет нести религиозной чуши, для разминки хорошо.

Над спудом по прежнему мотылялись облака различной степени плотности и шли холодные дожди, переходящие в снег, а иногда и рассупонивалось до прогалов в чистое небо и солнечного света. Кошцы однако часто днём дремали, а на работу выходили ночью, ибо эт-самое и всё такое. Вслуху таких опций, Фелфи тщательно проверил пулемёт - это был пятиствольный, крайне компактный огнестрел для фарширования цели на близком расстоянии, и кроме того, имел весьма хитрую систему спуска. Нужно было сунуть пальцы лапы в прорези рукояти и нажать определённые рычажки, только тогда разблокировался спуск - это было сделано для того, чтобы пленные не смогли быстро разобраться с оружием, если оно попадёт им в лапы. Кроме того, шаракальские пальцы просто не пролезли бы туда. Убедившись, что машинка в порядке, кошец пошёл в баррак. Как это всегда делали и остальные, он оповестил дежурных о том, что собирается сделать, ибо бережёного хвост бережёт.

Хотя баррак и старались поддерживать в санитарном состоянии, всё равно доски везде были заплёваны, и едва освещённый масляными светильниками корридор с рядом дверей выслушил на редкость уныло. Как лагерный баррак, подумал кошец, и чуть не заржал, но одёрнул себя за хвост и принял суровое выражение морды. Ну тоесть просто прекратил хихикать, потому как для другого зверя определить выражение морды кошца было невозможно. Из-за толстых дверей, укреплённых полосками спудилиумной стали, доносились зловещие рыки шаракалов, но рыжего это уже не впечатляло, он наслушался этих рыков достаточно. Махая длинным пушным хвостом, кошец прошёл вдоль дверей к нужной камере, и вспырился глазом внутрь через окошко. В помещении длиной четыре метра стояли четыре же нары попарно друг над другом, и сидели резались в карты три кротолика и чёрный лис. Здоровое животное, подметил Фелфи, обычно лиситы мельче, а этот почти с шаракала размерами. Для текущей задачи самое то, чо.

- Эй вы, бесформач! - мявкнул кошец, - Опять мухлевать вздумали?!

- Да чо, чо, чоооо... начаааальник... - привычно затянули кротолики, а карты из лап испарились.

- Ладно. Мне вон тот нужен, как его... ну, с хвостом.

- Нашего друга лиса зовут Экзе, - сообщил кротолик, - Он псих.

- Это хорошо, - хмыкнул Фелфи, - Ну-ка Экзе, пошли пройдёмся.

Зверь посмотрел далеко не дружелюбно, но всё-таки соскрёбся, натянул робу с "бубном" на спине, и вышел из камеры. Он бы побузил, но уже имел опыт относительно того, что сдешние вохрушники чётко отладили схему принуждения, и так просто от них не отделаешься.

- Пшли, - кивнул по корридору кошец, ногой захлопывая дверь камеры.

Тот нехотя поплёлся, волоча лапы и хвост, почти достававший до пола. В целом зверь был без повреждений, только опалена шерсть на ухе и плече - пальнули слегка, когда снаряды прилетели на корабль. По выходу из баррака Фелфи ожидала небольшая, но ответственная спецоперация. Соль состояла в том, что он вывел пленного на открытое место ночью, в сильный туман, когда слышимость не превышала двадцати шагов, и рядом не было других охранников... по крайней мере, так казалось. Правда, прыгнуть со станции в ледяную воду - не лучший выход, учитывая то, что охрана не препядствовала совершению самоубийств... Но, как бы там ни было, чёрный лис внезапно распрямился и крутанулся на месте, целясь в кошца сразу двумя лапами... и, прокрутившись дальше на пустом месте, упал на палубу. Фелфи прекрасно овладел техникой бесшумной ходьбы, так что на самом деле находился за три шага, а не за спиной у лиса.

- Патетическая попытка, - сообщил кошец, придерживая пулемёт, - Не советую повторять.

Тот пока что не стал повторять, и был доставлен в отдельное помещение типа кабинет, где в частности и работали с пленными следователи. Работа их, следует отметить, крайне упрощалась наличием разнообразной дури, под действием которой звери теряли либо просто всякий контроль, либо способность создавать ложь, так что дознание происходило весьма оперативно и надёжно. Не настолько надёжно можно подцепить пищу на крючок, подумал Фелфи, ну да ладно... Ради исключения в дальнейшем всяких инсинуаций он усадил лиса за стол с колодками, и захлопнул их на его лапах. Экзе презрительно усмехался, но кошец не платил нисколько внимания, потому как имел абсолютный противотрольный блок. Поместив животное в соответствующее положение в пространстве, он уселся на стул с другой стороны стола, открыл папку с материалами, прилагавшимися к животному, и мотнул ухом, почти как грызь.

- Итак, какого рожна? - задал содержательный вопрос кошец.

Это был толстый троллинг. Такой вопрос должен был задать лис, о чём он и подумал в первую очередь.

- Такой вопрос должен был задать я, - притявкивая, сказал Экзе на спудофене, - Какого дьявола я сижу здесь, как последний шаракал?

- Потому что простоять столько времени ты бы не сумел, - сообщил кошец, - Поэтому сидишь.

- Оборжаться.. - сплюнул лис.

- Ну, впринципе, да, - захихикал Фелфи, - Кхм! Всмысле, ты сидишь, потому как воевал за соромах.

- Мы свободные наёмники, - прорычал чёрный, - Кто платит, за тех и воюем.

- Сейчас это довольно кстати, - кивнул кошец, - Нам нужны эм... ну, вот такие звери.

- У нас есть принципы, - оскалился лис, недобро зыркая красноватыми глазами.

- Не знаю как принципы, - зевнул Фелфи, сверяясь с документами, - Но сестра и мать у тебя есть, как и самка. Хочешь их увидеть, или предпочитаешь сыграть в героя?

- Смотря, что пришло вам в голову, - буркнул Экзе.

- Нам в голову пришёл примитивный разбой в спуду, - сообщил кошец, - Высаживаешься со своими кротоликами на посудину, очищаешь от животных, получаешь бонус и открытые двери.

- Бонус? - плохо скрыл алчность лис.

- Да, полтинник.

- Ха-ха-ха! - картинно сказал чёрный, - Чтоб ты знал, соромахи платили по сотне за день!

- А мы жадные, - подробно объяснил Фелфи, - Ну ещё, можете пошурудить по судну, если там будет какая ценная мелочь, нам пофигу.

- Ладно, - притявкнул Экзе, сжимая зубы, - Какие у меня гарантии?

- Да никаких, - пожал плечами кошец, - Просто ты должен соображать, что захваченая посудина стоит куда дороже, чем команда одноразовых абордажников, так что наша прибыль у нас.

- А с каких пор вы, беличьи шкуры, решили грабить в спуду? - недипломатично осведомился лис.

- Да вот так внезапно, подумали и решили, - мявкнул Фелфи, - Только учти, что это дело может быть не столь простое, как кажется. Возможно, придётся штурмовать и военные корабли.

- Да вы что, с умов посходили?? Я не собираюсь работать подопытной мышью, чтобы вы замеряли, сколько секунд я проживу!

- Спокойно. Я же сказал, что наша цель зОхват, а не эксперименты, так что операция будет достаточно обеспечена. Сам узнаешь, если согласен на этот... песок.

- Ты ещё цокни, - издевательски посоветовал лис.

- Так? - цокнул Фелфи.

- О боже...

Само собой, рассказывать этому чёрному щенку в подробностях, как работает судно-скуператор, кошец не собирался ни разу, однако сообщил детали, прибавлявшие ему достаточно энтузиазмов. Натурально, куда проще было один раз захватить посудину и отправиться восвояси, чем получить пулю от вохрушника. Экзе правда понимал, что абордаж дело весьма рискованое, и шанс получить пулю и тут весьма значительный, но жадность брала своё... особенно когда своё было чужое. Фелфи не скрывая сообщил лису, что сейчас, раз уж обещал, отпустит его на все восемь сторон, но при первой возможности пристрелит, не испытывая никаких моральных затруднений - ну так, в качестве информации к размышлению. Пока же предстояло погонять животное по тренировкам, натаскивая именно на те операции, которые будут на него возложены. Это было весьма нудно и нагружало мозги, но кошец уже привык работать с животными, ожидая от них постоянного подвоха, так что нисколько не тяготился, и чёрному пришлосиха туго, как и его подельникам из кротоликов. Их тоже постепенно подключали к операции, потому как никому не было нужно вечно держать их в этом лагере, даже наоборот - комбикорм тоже не резиновый и не бесплатный.

В то время, как Фелфи ковырял одних животных, Люс занималась другими. Поводив носом, она подключилась к работе специалистов из пищевой промышленности, которые тестировали комбикорм... не то чтобы её очень интересовали эти научные изыски, просто это давало ей возможность занимать нужную позицию. Ну а поскольку кошка была ни разу не чужда Жадности, то она не только делала вид, что проводит замеры, но и действительно проводила их. Соль состояла в том, что замеры проводились непосредственно на тушках подопытных зверей - вес, толщина шеи, анализ химического состава крови, и всё такое. Таким образом Люс имела возможность пристально наблюдать за объектами и потихоньку подковыривать их.

Подковыривание она осуществляла самым что ни на есть простым и надёжным способом, а именно ловила на себя как на самку. Не требовались длительные исследования, чтобы догадаться, что шаракалы, надолго оставшись без самок, будут крайне восприимчивы к такому моменту. Кошка была просто достаточно хороша собой, так что ей требовалось просто присутстовать для достижения нужного эффекта - а заодно она проводила исследования, как было цокнуто выше. Люс фиксировала соответствующие реакции - довольно вегетативные, надо заметить - у большей части животных, в частности вслуху того, что вохрушники из лагеря сплошь были коты, и никаких самок пленные не видели уже весьма долго. Однако кошке требовались не вегетативные реакции, как у хомяка на зерно, а более осмысленные, так что она постепенно сужала количество особей, за которыми вела пристальное наблюдение, и через неделю это дало первые результаты. А именно, она стала различать их в морду, а не только по номерам на робах, как раньше, ведь для кошки шаракал он и есть шаракал, с непривычки.

- Ну, как оно? - осведомился Драфи, оглядывая Фелфи и Люс, сидевших за столом и лопавших корм.

- Да как, креветки ничего, особенно если с морлуковым соусом, - ответил рыжий кошец.

- Понятно, грызун-пуш, - захихикала Люс.

- Да. А вообще, - утёр морду от указанного соуса тот, - Давеча гонял свою команду по тренировке на барже, ничего, шевелятся, гуси кругломордые.

- Но это только лис и семёрка кротоликов, - заметил Драфи, - Их хватит на одну посуду, а дальше?

- Дальше, - рыгнул Фелфи, - Надеюсь, что их задушит жаба, и они, оценив размах и организованность в нашем флоту, вернутся к нам уже на добровольной основе.

- Жаба?...

- Да, это такое зелёное земноводное, - просветил кот, приступая к чаю.

- Благодарю за новость. Я имел ввиду, вы вроде хотели платить им жалкие гроши?

- Меньше! - фыркнул Фелфи, - Но у меня есть достаточно хитрый план, как создать ложь.

- Сказать, что жалкие гроши - это много? - предположила Люс.

- Помимо этого, - засмеялся кот, - Мы подкинем заначку на захваченое судно, чтобы они нашли её и посчитали, что им повезло. А все внеплановые заначки, по договору, ихние.

- Прям уж все? - фыркнул Драфи.

- Кроме тех, что могут представлять научный или разведывательный интерес, - уточнил Фелфи, - Образцы нового оружия, машинерии или документы, кпримеру. А деньги пусть забирают, редко какой идиот возит миллионы спудолларов наличкой.

- Поняяятно... думаешь, это сработает с большой долей вероятности?

- Угу, - кивнул рыжий, - Ну, что там придёт в башку этому лису, не полапчусь, но кротолики глупые, прибегут как миленькие. Кстати, по той же методе Щопс обещал подготовить отряд соромах из пленных.

- О курицыны уши, у нас любого зверья найдётся! - фыркнул Драфи, подумал и заржал, - Даже шаракалих.

- А как у тебя дела, Люс? - мявкнул Фелфи, пырючись на кошку.

- Есть три объекта в разработке, - сообщила она, - Остальные не проявляют даже признаков мозговой деятельности. С этими придётся перетирать словами достаточно долго, чтобы понять соль.

- Я не тороплю, но всё-таки надо увидеть результаты в обозримом времени, это есть?

- К сожалению, уши на отрыв не дам, - покачала головой Люс, - Есть риск, что вообще ничего не выйдет. Но зато если выйдет, животное будет прилапнено полностью.

- Можешь мявкнуть, каким образом?

- Таким, что я сделаю шаракала своим прилапным зверем, - ухмыльнулась кошка, - Учитывая, что им закрыта дорога обратно в ОДГ, а как ввалиться к соедкапиталам, никто из них не представляет, это может показаться им весьма неплохой перспективой.

- Гм, - почесал уши Драфи, соображая.

- Ну, да, - рассудил Фелфи, - Они чувствуют себя на днище, и если шаракал хоть слегка думает, он не откажется от такой ммм... хозяйки, как Люс.

Люс кивнула ухом, подтверждая, что соль схвачена.

- Честно мявкая, я никогда не решилась бы на такой опыт, но после того, как своими глазами видела Линду...

- Не знаю не знаю, - покачал ушами Драфи, - Линда, может быть, одна такая на миллионы.

- Вот и проверим, - спокойно сказала Люс, хлебая чай, - Мне понадобится помощь, для определённых действий.

- Всегда за, - кивнули коты.

В помощь подошёл Драфи, как наиболее крупный и кажущийся "быком". Он выступал в роли злого следователя, точнее, помогал Люс разыгрывать подставу.

- Вот смотри на этот баррак, - показывала на баррак кошка, - Я посажу в одну камеру нужный экземпляр, но он будет думать, что остальные камеры тоже не пустые. Дальше ты разыгрываешь большое негодование по поводу моих действий и бьёшь мне по морде. Я остаюсь в расстроеных чувствах и таким образом, чтобы у меня можно было стащить связку ключей от камер. Понятно?

- Нет, - уверенно ответил Драфи, - Я не могу придумать, почему бы я ударил по морде кошку.

- Это замечательно, - погладила его по лапе Люс, улыбнувшись, - Но это театр для шаракалов, Драф, чистая ложь.

- Это понятно, но я ведь всё равно не могу придумать, - хмыкнул бурый, - Или придумаю что-то совершенно негодное.

- Хорошо, вот тебе готовая сказка. Я твоя сестра, и я мм... - задумалась Люс, - Я разговариваю с шаракалами, вот.

- Куриные огузки, - мотнул головой Драфи, - Можешь написать роль, я выучу?

- Запросто. Что ещё?

- Ещё, как ты собираешься получить по морде так, чтобы не получить?

- Элементарно, из камеры плохо видно, - усмехнулась Люс, - Это да, у меня их трое, и каждый раз получать в тыкву, это я тыкв не напасусь.

- Так... - подумал кот, прокручивая операцию, - А ключи? И вообще, в чём смысл пантомимы?

- Смысл в том, чтобы животное пошло на контакт, вместо попыток свернуть мне шею, - пояснила кошка, - Ключи будут привязаны незаметным тросиком, такой же будет на пути шаракальей лапы к моей шее.

- Это опасно?

- Для них - да. Я могу и психануть, - захихикала Люс.

На этот случай у неё под лапой не имелось огнестрелов, иначе опасность для шаракалов была реальная. Зверюги, которые могли ворковать с ней, когда сидели за решёткой, без малейших колебаний воспользовались случаем, и если бы не хитрости, это им бы удалось.

- Долбаные ишаки с зубами! - рыкнула кошка, пинком провожая очередного шаракала, - Сунд! Спишите этого ишака в самую распоследнюю категорию!

- Стоит ли? - уточнил Драфи.

- Ещё как. Нафиг не нужны свидетели того, что мы тут делаем, тем более такие.

- Слушай, а если животное окажется достаточно хитрым, чтобы заподозрить подвох? - озадачился кот.

- На этот случай я подсуну ему ещё дюжину подвохов, задолбается подозревать, - хмыкнула Люс, - Если конечно хотя бы последний подцепится.

Последний был серым шаракалом по имени Хунгуз, и как и остальные, он горбатился и скалил пасть, но не в этом дело. После того, как Люс привела его в камеру, ворвался Драфи, наорал на неё в том ключе, что она позорит семью своим общением с шаракалами, ну и далее по сценарию. Кошка осталась всхлипывать, сидючи спиной к решётке, так чтобы как раз лапой захватывались ключи, и ожидала очередного провала, но его не случилосиха. Вместо того, чтобы попробовать схватить её за шею, шаракал ткнул легонько ткнул её когтем, привлекая внимание.

- Это... Люс, - прорычал он, - Это из-за меня у тебя неприятности?

Кошка повернулась к нему с удивлением, только частично напускным.

- Вообще-то да, - сказала она, - Неприятности, мягко мявкнуто...

- Слушай, Люс, я очень благодарен тебе, за то что ты разоваривала со мной, ну и вообще, считала не пустым зверем, - сказал Хунгуз, поблёскивая глазами в сумраке баррака, - Но тебе видимо не стоит больше этого делать.

- Он больше не заметит, - пискнула Люс, изображая глупую девчонку.

- Не надо, - погладил её по лапе длинными когтями шаракал, - Прощай, Люс.

Кошка и шаракал некоторое время смотрели друг на друга через прутья решётки, и она уловила вполне отчётливую тоску в глазах серого зверя. Чтобы не заводить дело слишком далеко, кошка скинула маску, так что Хунгуз аж вздрогнул, настолько она преображалась, хотя и оставалась точно такой же.

- Прекрасно, Хун, - улыбнулась Люс, - Это была проверка на вшивость.

- Зачем? - тупо спросил Хунгуз.

- Затем, что другие звери немедленно попытались свернуть мне шею, - прямо сказала кошка, - Ты не мог не видеть, что есть для этого все возможности, как и для попытки побега.

- Само собой, не слепой, - пробурчал шаракал, - Кому другому может и свернул бы, но не тебе же.

Люс слушала внимательно и повторила эти слова несколько раз в памяти, пропуская через сито анализа и сухой логики. Ёще посмотрев на своего подопечного, кошка пришла к заключению, и повернув ключ в замке двери, открыла камеру.

- Пшли, - улыбнулась она, - Шарик.

- Куда? - подозрительно поджался шарик, - Без конвоя?

- Да без, без, - фыркнула Люс, хватая его за лапу и вытаскивая наружу, - Я уже вижу, что ты почти пуховичный зверь!

- Какой-какой зверь? - мотнул головой Хунгуз.

- Сейчас расскажу, - улыбнулась кошка, направляя его к выходу.

Рассказывать пришлосиха достаточно долго, но теперь Люс никуда особенно не спешила. Она натурально почувствовала пуховичность, как в своё время это случилось в отношении грызунихи Ельки, её лучшей подруги. Вслуху этого, она практически бросила опасаться подвохов со стороны шаракала - ну, почти... Да и вряд ли он быстро отойдёт от того состояния, в котором не думается о примитивном побеге.

- Пробани креветок, - предложила кошка, запихнув шаракала на скамейку в кабинете, - Пить чай вёдрами потом научишься, ничего.

Хунгуз недоверчиво повертел в когтях здоровенную креветку, и с хрустом сгрыз её, не утруждаясь очищать от панциря.

- А это... - помотал лапой в воздухе шаракал.

- Комбикорм, которым кормят пленных? - схватила на лету Люс, - Это комбикорм на основе рыбы и спушеничной муки.

- Рыбы? - перестал жевать Хунгуз.

- Рыбы. В том числе и той, о которой ты подумал.

- Да так и... - почесал уши серый, - Я всегда знал, что это полная чушь.

- Не полная, - поправила кошка, - Ведь психологическая кодировка есть, это точно. Скажи им сейчас, что они ели последние пол-года, и половина убьётся об стену. Так что чушь, но не полная.

- Круто, - шаракал внимательно уставился на неё, - А зачем ты мне это говоришь?

- Я теперь буду говорить тебе вообще всё, - пожала плечами Люс, - Если ты не против, конечно.

- Я не против, - прорычал Хунгуз - всмысле прорычал, потому как шаракалы могут только рычать, а не мявкать или цокать, - Только вот я так понимаю, ты предлагаешь мне работать на этот ваш союз? Боюсь, что я не очень к этому готов.

- Да причём тут Союз, - усмехнулась кошка, - Я предлагаю работать на меня! Точнее даже, вместе.

- И чем именно ты собираешься заниматься?

- Как это ни странно прозвучит, но помогать твоим сородичам возвращаться домой. С нагревом своих лап, конечно.

- Тоесть, - раскинул мыслями Хунгуз, водя обвислыми ушами, - Ты действуешь без ведома начальства?

- Начальства? - захихикала Люс, - Хунг, очухайся, ты уже не в ОДГ! Здесь нет никакого начальства, кроме меня. Действовать без своего ведома я не могу, так что ответ на поставленый вопрос - нет.

- Слушай, Люс, - сказал шаракал, запутавшись, - Почему ты вообще этим занимаешься?

- Я тебе мявкну не всё, - мявкнула Люс, - Но кое-что могу. Мои родители были спудяками, Хунг. Плавали на торговом корыте, чтобы добыть стратегически ценные товары для своей Родины. Тогда ещё это был "жабитон" постройки жабцов, потому как наших посуд было мало... Так вот их расстреляли соедкапитальские ублюдки, которым просто захотелось в очередной раз нажиться за чужой счёт. Я поклялась, что они очень, очень пожалеют об этом.

- Между прочим, мои родители тоже были спудяками, и их тоже убили кротолики, - сказал Хунгуз, сжимая зубы.

- У тебя есть все возможности доходчиво объяснить им, что они были неправы, - мявкнула Люс, - И в этом я тебе помогу всеми силами и совершенно искренне.

- Я готов, - твёрдо рыкнул серый.

Он готов, подумала кошка, и осталась довольна этим фактом. Её озадачило такое попадание хвостом в песок, как цокнула бы Елька, насчёт родителей. Вряд ли шаракал сумел столь быстро придумать ложь, к тому же, креветки были вымочены в настойке "вино правды", которое дейстовало как слабая дурь, сильно затрудняя создание лжи, а уж экспромтом это было невозможно. Люс точно помнила свои собственные ощущение под действием "вина", когда она хотела соврать, но всё время говорила правду - просто из-за физических процессов в мозгу, неподвластных сознанию. Вслуху этого кошка почувствовала симпатию к шаракалу, так что сочла дело весьма попадающим в пух. Как цокнула бы Елька, опять же... кошка оказалась осквиряченой не менее, чем Фелфи, если не более.

- Что касается пуховичных зверей, - мявкала Люс, подкладывая шаракалу креветок, - Первоначально это относилось только к грызям, ну ты знаешь, кто такие грызи? Грызи - пуховичные звери по рождению, они становятся такими по умолчанию, если только специально не изменять их. Но и другие звери могут стать пуховичными, если захотят.

- Осквирячиться? - хмыкнул Хунгуз.

- Не совсем. Осквирячиться конечно проще, но это не главное.

- А что главное?

- Главное - это вообще, а не что-то конкретное, - поддала ему по мозгам кошка, - Вот например...

- Вот например... - цокнул Грибодур для пушей, собравшихся за столом.

- Например, если белочка лезет в окно, мы её пропустим, - цокнул поговорку Марамак, и сыпанулась рожь.

- Не на этот раз. Йа о том, что будет, если на захваченом судне окажутся гражданские?

- Они там непременно окажутся, потому как начинать будем не с бронекатеров, а с торговцев, - кивнула Катя.

- Так что с этим?

- У нас подготовлены меры по их утилизации, - захихикала грызуниха, - Не в столь прямом смысле, как может показаться, но всё таки. Совсем безвредных мы сгрузим на ближайшую жабью торгушку, а которые могут представлять угрозу - пусть высидят в лагере некотрое время, чтобы не поставляли врагу оперативных данных. Потом можно тоже сбагривать... если доживут.

- Ну вот йа и раздумываю, в пух ли это? - почесал уши Грибодур.

- Это мимо пуха, - чётко ответила Катя, - Однако если мы этого не сделаем, то будет гораздо более мимо пуха. Ты знаешь, что кротолики вцепились таки в куниц?

- Совсем? - фыркнул Мар.

- Большими стараниями, не совсем, а только в южную часть их страны. Ещё год назад этот гусь волосатый, Хухлик, утверждал, что будет нейтрален, как песок! Сейчас послушай, сколько боевых кораблей соедкапиталов стоят в их портах. А это волнует меня не просто потому, что это не наши корабли. Жабьи корабли тоже не наши, но знаешь ли они никого никогда не волнуют, потому что жабцы, при всей их упоротости, нацелены на созидание. У соедкапитальских же нет никаких понятий о целостности Мира и энтропии, гусака им в свинарник и курицу в форточку. Они бестолочи!

- Но их допуха, - заметил Гриб.

- Йа даю на отрыв половину кисти уха, - серьёзно цокнула Катя, - Что вскорости ты сможешь наблюдать, как они ликвидируют сами себя, фактически.

- Жуть жуть жуть, - вспушился Марамак, и слегка поправился, - Ну и ладно. Кать, что нам ещё нужно для начала песка?

- Кстати, йа попросила бы вас не цокать о начале песка где-либо кроме наших кораблей, - предупредила грызуниха, - Воизбежание. Чтоже касается операции "Топтаный Гусь", так она будет начата немедленно, как только будут готовы фонды и матчасть. Сейчас у нас есть три полностью оборудованых "чёрных кота", и ещё три стоят в доках. Есть также запас обычных и специальных боеприпасов, есть разведка, и песок. Кошцы мявкают, что в течении месяца они закончат подготовку первой волны штурмовых групп из пленных, так что всё будет готово.

- А сколько планируется пустить чекотов? - цокнул Марамак.

- Всего пока не знаю, - пожала ушами Катя, - Йа слышала, что их около дюжины?

- Их девять, - точно цокнул грызь.

- Ну вот, в перспективе всех и пустим. Песок в том, что нам нужна достаточно большая группа их, чтобы обрабатывать группу целей, вы окучиваете? Как было верно цокнуто, транспорта редко ходят по одиночке, как тунцы, особенно в тех местах, где их легко поймать. Поэтому нужна группа, чтобы сразу нейтрализовать эскорт и саму пищу.

- Нужна точная разведка, - заметил Грибодур.

- Сто пухов. По идее, будут работать "сучки" в количестве до трёх штук, и возможно, кто-то на "жабитонах", чтобы не палиться, - потёрла лапки Катя, хихикая, - Раждак обещал в минимум три "язя" для загрузки топлива и поддержки, так что должно проходить вполне в пух. Ещё есть мысля использовать батисковый скаф небольшого калибру, чтобы пыриться из-под воды. Можно спускать с "сучка" в нужном месте, а затем снова быстро поднимать.

- Это в пух, - подумав, цокнули грызи, - А какой район предполагается для?

- Как было цокнуто ранее, у нас первый фаз операции, - показала грызуниха по карте, расстеленой по столу под тарелками с супом, - Мы выдвинемся к Странглефорнии и ощипем кротоликов прямо возле ихнего логова. Когда они взрыгнут, свернём первый фаз и перейдём ко второму совсем в другом месте.

- Йа бы им ещё мин набросал, - фыркнул Гриб.

- Это лишнее, - спокойно возразила Катя, - Эффективность ниже мха. А эффективность должна быть эффективной.

- Да, - с умным видом подтвердил Марамак, - Нам не нужна неэффективная эффективность.

- Короче, незачем зря тратить мины, - цокнула грызуниха, - А что нам нужно сделать сейчас, до начала всего этого песка, так это отработать взаимодействие в группе.

Все пожевали резцами и привспушились, глупых вопросов не прозвучало, потому как спудяки были убельчены опытом. Без ранних доцоков и отработки сигналов группа кораблей превращалась в стадо, что не раз демонстрировали одгорозки и чего следовало избегать всеми способами. При этом не стоило рассчитывать на плохую подготовку кротоликов, потому как соедкапитальский флот брал числом и вбухиванием немеряных объёмов спудолларов. Однако, как и всегда в таких случаях, корабли успешно действовали, если всё шло по плану - но как только им наносили ущерб и появлялись первые трупы, эффективность сразу падала, за отсутствием прочной мотивации. Внезапное нападение на конвой, плюс с применением неизвестных им пока средств, должно было потянуть на достаточный удар по моральному состоянию противника, чтобы тот пришёл в негодность. Грызи окучивали эти мысли, продолжая хлебать из деревянных мисок гороховый суп.

- Слушайте ушами, - цокнул Грибодур, - Йа прикинул, расстояния приличные, а кораблей у нас немало. Топлива сожжём не по пуху, "язи" столько утащат? Или в баржи валить?

- Не, - мотнула ухом Катя, - Прощее. Мы просто запустим торговую разведку, чтобы она обеспечивала нам закупки спудугля у жабья, этого хватит. На крайний случай предуслышаны тралы на "язях", чтобы они могли собирать плавник и перерабатывать в годное топливо.

- Это ладно... - задумчиво цокнул Марамак, - Но как именно выбирать цели, ты Кать представляешь? Йа не очень. Они там как тунцы ходят, и днём и ночью.

- Совершенно верно, - кивнула грызуниха, - Поэтому разведка будет отслеживать конкретные корабли, желательно так, чтобы мы перехватывали их ближе к началу длинного маршрута. Так просто вообще никто долго не будет знать, что корабль пропал.

- А как определить, долгий ли маршрут?

- Из наблюдений за песком, - дала справку Катя, - Если посуда грузится кпримеру на фабрике убобрений, то нетрудно предположить, куда она пойдёт для их продажи. Ну и далее в таком же духе.

- Посуды с убобрениями тоже берём? - уточнил Гриб.

- Берём вообще всё! Не забывайте, что главная стратегия первого фаза операции - это скорость. Спеед, как говорят кротолики. Хватаем всё, что сумеем, и сматываемся.

- Сматываем всё что схватим, и умеем, - пробормотал Мар.

- Садись, низачот, - захихикала Катя, - Ладно, грызи-пуш, суп был вполне в пух, хруродарствую. А ща...

- Огузок от хвоща?

- Да. Всмысле, нет. Сейчас йа надавлю на сурка, а потом в док. Чего кстати и вам желаю. У нас через два дня намечены учения-ухомотания по отработке по трём целям, так что надо приводить судно в годность. Мар, у тебя с ракетной тёркой всё в пух, или куда?

- Более-менее, - цокнул Марамак, рыгнув, - Есть косячок, но вроде не критичный.

- Навроде? - навострила рыжее пушное ухо Катя.

- Ну, эти эрэсины, - цокнул грызь, - Они тяжелее обычных, что скомпенсировано за счёт большего количества топлива в двигателе и диаметра сопла. Но установка то стандартная... короче, от отдачи срывает гайки крепления направляющих.

- Пуха се, - присвистнула грызуниха, - Совсем срывает?

- Не, после двух-трёх раз, и только с резьбы. Вобщем, станок не развалится, но следующий залп уже не сделаешь в пух. Что только не пробовали, всё попуху, металл не держит.

- И куда? - осведомился Грибодур.

- Ну как куда, в пух, естественно. Сейчас просто берём с собой ящик новых гаек и обрезков крепежа, - хмыкнул Мар, - И в процессе восстанавливаем установку. Кстати, Зуртыш выдал хорошую идею, вы её вкрутили в учения-ухомотания?

- Какую из всех? - засмеялась грызуниха, - Зуртыш как проснётся, от него идей, как перьев от индюка!

- И он такой типа, флюлюлюлюлю как индюк! - потряс ушами Гриб, скатив всех в смех.

- Такую, что по одной цели лучше стрелять с двух установок сразу, чтобы не разворачивать корабль. Выпускаешь половину ракет с одной, половину с другой, получается залп. Опять же, если скосячить с прицелом, меньше шансов промазать.

- А, да, это будет в пух. Сразу пухячить по нескольким целям вряд ли нужно, так пускай эт-самое.

Грызи массово зевнули и вспушились, а потом и пошуршали потихоньку давить на сурка, да и возвращаться к возне в доке. Практически все грызи из трёх штук надеялись сначала закончить все подготовки, потом смотаться домой к согрызяям, потискать пушных зверей и всё такое, а уж потом приступать в полной мере к топтанию гуся. Разбельчение, тобишь расставание с согрызяем, давалось им довольно легко, потому как было осмысленым. Кроме того, они постоянно крутились в процессе, как белки в колёсах, так что скучать особенно не оставалосиха времени. Грибодур и Марамак оставались спокойны, как сурки в середине февраля, в частности потому, что их грела мысль о том, что их белочки ждут их дома.

С Катей всё было примерно также, отличие состояло только в том, что грызуниха была исключительно хороша собой, а закутываться в одежду, как пельмень в тесто, не привыкла. Это вызывало вполне объяснимый естественный подъём хохолков среди самцов, причём не только грызей, но и кошцев. Коты знали, что иногда можно поймать грызуних в соответствующем расположении пуха, и потискать, а они это очень уважали. Вслуху таких раскладок, Катерпилариса даже купила на торгушке ошейник с металлической красной ёлочкой, и если не дрыхла и не сидела у себя на корабле, то одевала его поверх шёлковой пушнины. Хотя это выглядело украшением, на самом деле это было устрашнение. Каждому следовало знать, что докапываться до зверя с красной ёлочкой запрещено, и можно получить по морде на вполне законных основаниях. К большому удовольствию грызунихи, местные кошцы и самцы из грызей восприняли устрашнение в пух, и более хохолов не развешивали, хотя и нисколько не сторонились её.

Что же до Раждака и Ратики, которые сначала были просто воткнуты в возню, как вилы в сено, то на них свалили все технические вопросы. Щопс со своими кошцами до опушниловки гонял стрельбы, маневры, ликвидацию повреждений корабля и ближний бой в помещениях, на всякий случай. Поскольку результаты объективно повышались, цокнуть поперёк такого положения дел ничего было нельзя.. точнее можно, но совершенно не хотелосиха. Настолько, что грызи скидывались денежными средствами из личных заначек, чтобы приобретать ещё больше снарядов для учений-ухомотаний. Если кошцы так делали, но далеко не всегда, то грызи вообще держали эти самые заначки именно на такие случаи. В данном случае их запасливость позволила накупить ещё несколько сотен снарядов, и в экипажах нескольким зверям присвоили звания снайперов, тобишь добивавшихся примерно девяноста процентов от возможного по характеристикам оружия. Кошцы правда слегка негодовали по тому поводу, что на 116ю базу немедленно понаехали с других подразделений флота, чтобы пострелять нахаляву, но это не приняло слишком массового характера, чтобы обращать внимание.

Помимо непосредственно кораблей-скуператоров, разведки и поддержки, флот должен был иметь транспорта, в основном для перевозки захваченых грузов, топлива и запчастей. В этом качестве были отряжены пять "жабитонов-М", транспортников грызьей постройки, маскированых под обычные "жабитоны" жабцов. Им следовало также тренироваться в смысле тактического взаимодействия, и готовиться активно работать, потому как транспортники следовало применять для попутной торговли - не столько ради прибыли, сколько для маскировки их настоящего назначения. Для прикрытия транспортов опять-таки приходилосиха выделять как минимум "сучки", при том что бюджет был не резиновый. Вслуху того, что с этим могли возникнуть проблемы, рассчётчики, которыми в основном и были Раждак да Ратика, решили пока что не формировать дополнительную боевую группу, предуслышаную изначальными планами. Грызи хотели ещё штук пять "вилок" при поддержке "раков", чтобы убирать лишние цели и прикрывать отход основной группы, но было похоже на то, что придётся в первое время обходиться без этого.

- Думаешь, будем начинать, не дожидаясь лета? - осведомился Раждак.

Грызи стояли, облокотившись на ограждение палубы дока, и пырились ушами на стоящие у причалов корабли; небо по прежнему было затянуто облачностью, хотя и не столь плотной, как ранее, и осадки уже не осаживались. В воздухе мотылялась уже не сырость, а морозная свежесть, потому как температура нырнула под лёд - наледь блестела на досках палуб и крышах, где не успели высохнуть лужи.

- Скорее всего, да, - цокнула Ратика.

- А как с жабьём? Нам нужно, чтобы оно проснулосиха от спячки, сама знаешь для чего. Ну и на торговцев летом точно не нападут, а вот зимой...

- Они почти все уже с терможилетками, - сообщила грызуниха, - Так что лето, зима, попуху.

Одной из основных причин, по которой корабли жабцов считались несъедобными для пиратов, было то, что земноводные в крайнем случае прыгали в воду и уплывали, пользуясь жабрами - а следовательно, оставались ненужные свидетели, которых попробуй вылови под водой. Зимой такая практика не работала, потому как жабцы замерзали - точнее, раньше замерзали. Теперь они научились делать химические нагреватели для своих гидрокурток, и в аварийном режиме могли согреваться несколько часов, что передостаточно. Кроме того, жабцы принимали и много других мер для усиления защиты своих кораблей зимой, так что нельзя цокнуть, что это был не их сезон. Просто в холодное время они нагревали лапы, а в тёплое - гребли прибыль всеми лапами и запихивали за три щеки, вот и вся разница.

- И вся разница, - подтвердила мысли обоих грызей Ратика, мотнув ухом, потом показала на корабль, - А

это что за погрызище, Раж?

- Это ещё одна байда, - цокнул грызь, - Чтобы не маячить перед всем спудом, мы затянем корабли брезентом и изменим их обводы и профиль, ради неузнаваемости. Издали так вообще пух что заметишь.

- Это в пух, - подумав, аргументированно цокнула грызуниха.

- Да. А вон там, - показал лапой на дальний причал Раждак, - Доделывают зверовоз.

- Это да, без зверовоза мы никак. Пошли послушаем, как там песок.

Зверовоз делали всё из того же "жабитона-М" путём сооружения в грузовом трюме отгороженых камер для ОДГ-ороженых, как бы это ни странно звучало. Первыми туда должны были попасть именно одгорозки из захваченых шаракалов, те что сейчас тренировались под лаповодством Фелфи, Люс и прочих кошцев. На скуператорах имелись помещения для десанта, но реально просидеть там можно было сутки или около того, а не пару недель, так что зверовоз был люто необходим. Посудина с гребными колёсами в передней части корпуса протягивалась достаточно далеко, и как прикинули грызи, при плотной трамбовке туда можно вместить около двух сотен зверей различного вида, что казалосиха вполне достаточным. Всмысле и для десанта, и для вывоза тех, кого удастся поймать вместе с корытами. В этом плане разведке следовало работать чётко, чтобы не подставлять уязвимые калоши типа зверовоза, транспортов и "язей" под какие-либо удары.

- Это - вентиляция, - показал на короб вдоль всего судна грызь из строителей, - А боковые панели крепятся на штифтах, и в крайнем случае их можно выбить взрывпакетами.

- Боковые, напуха? - не вгрызла Ратика.

- Чтобы разом осовободить выход из помещений наружу, - пояснил Раждак, - Нам совершенно не нужно утопить зверей вместе с кораблём, не дай пух такое случится.

- А, тогда это в пух. Но главный рассчёт всё же на то, что топить его никто не осилит. Кстати, мы ведь собираемся копать не по пустому месту, это было бы слишком рисковано.

- А по какому месту?

- По слегка подковырнутому. В районе Странглефорнии действуют две наши группы, которые щипали соедкапитальских и всех кого удавалосиха, по мере возможностей.

- И в чём соль? - почесал ухи Раждак.

- Соль в том, что они щипали, - показала на лапах грызуниха, - А мы начнём отрывать куски с мясом, образно цокая. Пиратам незачем атаковать патрульные группы военного флота, потому как ущерба допуха, а прибыли нипуха. Поэтому эти группы будут неподготовлены к тому, что в них вцепятся скуператоры. И гусь будет затоптан.

- Йа уж рассчитываю на это, - пробурчал грызь, ослушивая россыпи строительных материалов и механизмов.

- Песок в том, что они мало что могут сделать, - цокала Ратика, прохаживаясь вдоль борта "жабитона-М" и помахивая хвостищем, - Они пытались также щипать наши коммуникации, но у нас они не в пример более организованы и расположены рационально. У них маршруты растянуты пухти куда и не поддаются почти никакой регулировке, поэтому даже если кротолики выгонят весь свой флот, на сто пухов они спуд не перекроют. Когда начинается действительно серьёзная охота на их корабли, как это было возле Спулдума, они формируют конвои, охраняемые большим числом военных кораблей, и так выкручиваются.

- И как их расковыривать? - прикинул Раждак.

- Никак. Нагрести хабара и смыться раньше, чем они перейдут к таким мерам. Желательно чтобы именно перешли, - добавила Ратика, захихикав и потирая лапки, - Посеять панику, пусть тратят ресурсы впустую, а мы в это время уже начнём подкапывать их пень совсем с другой стороны.

- Да, песок... Но это всё тащит при стопроцентной надёжности фондов, а её у нас нет и не будет. Как мы там посчитали?...

- Мы посчитали, что нужно по одной целой три десятых корабля на одну цель, - цокнула грызуниха, - Поскольку корабли не делятся, получается где-то шесть кораблей на четыре цели.

- Не густияр, - цокнул Раждак.

- Ещё какой яр. Это ведь с запасом, тоесть с гарантией. А стоимость посуды сам знаешь, даже убогая - допуха сколько. Плюс ещё какой груз там попадётся.

- Плюс ещё какие упорыши там могут попасться, взорвут судно, и весь песок... Впрочем, это сильно вряд ли.

- Вот именно, - вспушилась Ратика, - Они там так это, не напрягаются.

Цокнуть точно о том, насколько напрягались кротолики, было нельзя, хотя исследования в этом направлении и проводились. Что могли точно цокнуть грызи, так это то, что они сами собираются напрягаться сильно, буквально насколько возможно. Кошцы от них ни разу не отставали, и пока пуши поцокивали да шуршали по кораблям в доке, очередной отряд пошёл грузиться на катер для отправки на полигон, на стрельбы.

Щопс, кошец из ответственных ушами за спудскую пехоту, тобишь бойцов для десантирования, подходил к песку со всей возможной серьёзностью. Если ранее спудская пехота ГКС обучалась без особого уклона в зачистку кораблей, то в данном случае уклон сделать было необходимо. Для тренировок были выделены две большие баржи, соответствовавшие тоннажу торговцев, и на них сооружены макеты тех посудин, какие наиболее вероятно попадут в пищу скуператорам. Щопс потребовал, чтобы пушной состав изучил планировку помещений наизусть, и хотя сам он очень долго пилил себе мозг, пытаясь это сделать, в конце концов таки сделал. Не стоило думать, что кротолики заблудятся на собственных кораблях, так что следовало ориентироваться чётко, как гусь в проруби.

Грызи, причастные к этой возне, само собой подошли со своей стороны, и притащили армейские бронебойные молотки. Это натурально был молоток большого калибра, где вместо бойка имелся короткий огнестрел с мощным патроном. Солдат, сняв сие супероружие с предохранителя, бил им по стенке, происходил выстрел, пуля пробивала стену. Бронебойка была выполнена в виде молотка вслуху того, что при стрельбе вплотную из ружей часто происходил рикошет, опасный для стрелка, а из-за сильной отдачи приходилосиха делать оружие слишком тяжёлым - молоток же просто отскакивал, как молоток. Эта тупь не была распространена и только предполагалась как одно из средств для пехоты поражать танки, однако бронемолот оказался очень полезным для выбивания дверей, например - не нужно было устанавливать взрывчатку или ковырять замок, любая дверь, даже бронированая, выносилась за секунды.

Кроме того, местные мастеровые быстро улучшили изделие. Увеличив калибр, они сделали снаряд, пробивающий стенку, разрывным, и само собой, начинили горчичной смесью. Это был уже не молоток для ношения за поясом, а тяжёлая кувалда на длинной ручке, зато она могла пробивать толстые доски палубы и вгонять дымовые снаряды прямо в те помещения, где могли задержаться устрицы. Если уж на корабле нашлись бы такие закутки, до которых не достать с палубы, можно было вгрызячить и через любую стенку изнутри. Прикинув расклады, кошцы остались довольны таким песком, и бронемолотки оказались быстро освоены, только теперь пришлосиха делать их для всех скуператоров, вкупе с патронами и запасными частями. Столь масштабная возня немного подламывала мозг грызям, которые привыкли всегда всё делать своими лапами, а теперь им приходилосиха полностью полагаться на кого-то, потому как иначе не выходило. Правда, они компенсировали это тем, что в свободное время посещали практически все смежные участки работы, чтобы убедиться своими ушами, почём перья.

В частности, грызи посетили тренировочные баржи десантников и долго катались по смеху. Они пояснили, что тренироваться на макете, где есть только стенки, пусть и в нужной конфигурации, это почти бесполезно. Любой корабль будет завален всевозможным хламом, как беличье гнездо орехами, и это необходимо учитывать. Учтя это, соответствующие звери натащили на макет несколько тонн ящиков, досок, и всяческого барахла, раскидав по проходам и помещениям спонтанным образом - теперь стало похоже на судно, чо. При этом тренировки следовало проводить именно в холодный период, потому как в тёплый шаракалы, использовавшиеся в качестве штурмовых зверей, могли бы просто попрыгать в воду и попытаться уплыть. Сейчас, когда по краям окон в спудосоке намораживало лёд, а остальная вода была ледяная, хотя ещё и жидкая, тело существовало там минут пять, потом смораживалосиха.

Абордажников набивали в десантные отсеки "чёрного кота" достаточно плотно, хотя и не настолько, как это было возможно - если предельно в один отсек влезала дюжина, то сажали половину от этого количества, потому как хватит. Десантные отсеки находились на задних поплавках корабля и торчали перед залповыми ракетницами, одновременно закрывая их от огня спереди. Окучить снаряд туда конечно было не в пух, но окучить его в заряженую установку - куда менее в пух, потому как разворотит весь поплавок как минимум. В отсеке имелись несколько окошек для вспыривания наружу, чтобы звери совсем не чувствовали себя в ящике, будучи в ящике, а также бронированая покатая крыша, чтобы выдерживать близкое воздействие реактивной струи от ракет.

Нагруженый таким образом скуператор имитировал атаку баржи, цеплялся за неё клешнями и откидывал штурмовые трапы, по которым шаракалы валили на посуду. Если в первый раз они навалили не только на посуду, но и за борт оной, то потом раздухарились и работали нормально. Серые, чёрный и бурые зверюги иногда бегали даже на четырёх лапах, закинув оружие за спину - так у них получалось очень быстро проскакивать опасную зону, чтобы не попадать под возможный пулемёт. Только и слышалосиха, что скрежет когтей по спудилиумным доскам палубы, да глухое рычание. Связываться с такими чудищами в реальном бою никому бы не захотелосиха, даже учитывая то, что на "жабитон-М" так с наскоку не запрыгнешь, враз словишь пулю из бойницы. Пули из бойниц вызывали озабоченность и у самих шаракалов, однако им продолжали говорить, что в своё время они всё узнают. Одно дело просто абордажить судно, и совсем другое - абордажить его после обработки спецбоеприпасами с горчичным дымом. Помимо всего прочего, мастерским пришлосиха делать комплекты защиты и на шаракалов, и на кротоликов, и даже на одного лиса, потому как шаракальские и любые другие маски на его морду не подходили.

- Ребята, а не порочна ли эта практика? - осведомился Щопс, показывая на сидевших на отдыхе зверей.

Шаракалы скалились, а кротолики постоянно плевали в воду - только потому, что им запретили заплёвывать палубу. Даже при недолгом наблюдении получалось впечатление того, что это глупые животные. Они на самом деле не предпринимали никаких попыток думать головой, а только реагировали на внешние раздражители, обсчитывали полученую информацию и выдавали результат, как механический калькулятор. Относительная сложность этих реакций объяснялась только наличием языка, а в остальном эти господа ушли на пол-клюва дальше куриц.

- Ничуть, - качаясь на лапах туда-сюда, мявкнул Фелфи, - Я знаю, что у нас достаточно добровольцев, но каждый из этих котов принесёт гораздо больше пользы в живом виде. А этих лично мне ни разу не жалко.

- Що имел ввиду, не порочна ли практика отпускать их после задания, - захихикала Люс.

- Нууу, это ещё допесочить надо, - фыркнул рыжий кошец, мотнув хвостом, - Там и посмотрим, как ворочать гуся. Но в целом аргументацию мы приводили, скорее всего, на каждого отпущеного придёт полтора новых дурака.

- Как можно быть такой бестолочью? - пожал плечами Щопс, и высморкался за борт, - Им реально пофигу, кого убивать.

- Поэтому пусть и занимаются самоликвидацией, - приоскалила клычки Люс.

- Да, а как с твоими тройными гвоздями? - усмехнулся кот.

- Потихоньку. Мне повезло, я поймала шаракала, который не такая бестолочь, как остальные.

- Ты уверена? - покосился на неё Щопс, - Ты бы это, поосторожнее.

- Всё нормально. Я уже таскала его по нашим торгушкам, так что теперь его мозги прокомпостированы, как минимум. Я основываюсь на том, - пояснила кошка, водя ухом, - Что пуховичность зверя зависит от его вида, но не стопроцентно. Это уже совершенно точно доказано, так что и. Что касается тройных гвоздей, то похоже, его это зацепило.

- Гвозди, зацепили? - попытался представить Фелфи.

- Да. Он не разделяет фанатизма одгорозков и очень радуется, когда удаётся над ними посмеяться.

- Ты ещё скажи, что шаракал ржёт, - фыркнул Щопс.

- Пока ещё не ржёт, - не стала врать Люс, - Но уже посмеивается.

На то, что работающие на корабле грызи вообще катались по смеху так, словно обкурились дряни или перед ними выступали циркачи, кошцы уже не обращали вообще никакого внимания. Мелкие волнушки плескали о стенки плавучих станций и борта кораблей, застывая на них наледью, потому как температура уверено сидела внизу, причём довольно глубоко внизу. Только большая масса воды, и её закрытость от воздуха спудом приводила к тому, что не замерзала сама гладь окна - хотя на северах в иных местах окна и замерзали, там где не было потоков. В районе Земляники подмерзать могли несколько окон, но Жидкий Спуд был назван нак именно за то, что не замерзал вообще даже в самые лютые морозы. Это относилосиха к открытой воде, а в пристенной зоне, где имелась отмель и росла спудосока, лёд таки появлялся, и к весне становился вполне достаточным, чтобы по нему ходили звери. Сами заросли стояли желтовато-бурые, потому как на гигантских листьях, они же стволы, осыпался наружный зелёный слой, который снова вырастет с наступлением тепла. Из сине-серой облачности то и дело начинал сыпать снег, теперь уже пушистыми хлопьями различных калибров, и запудривал палубы и крыши, как песком.

Кораблю-скуператору под названием "Кукушонок", на котором тренировались грызи в составе Катерпиларисы, Грибодура и Марамака, сильно подфартило с песком. Сначала в прямом смысле, так как попавший в паровой контур песок был вовремя обнаружен и изъят оттудова, затем в сугубо переносном, и некотрые могли бы цокнуть, что повезло в переносном. Когда команда в очередной раз отрабатывала выход на цель и все дальнейшие процедуры вплоть до высадки десанта, из ночной темени стал сигналить светом разведчик, сообщая, что имеет цокнуть важное. Через некоторое время "сучок", порядочно раскачиваясь на волнении, подошёл к борту скуператора, и оттуда в уши попали слова. Катя недолго тянула гуся за хвост и подняла всех на уши.

- Команда, объясняю обстановку, - цокнула грызуниха вполне серьёзно, хотя и не переставая хихикать, - Разведка, которая работает на наших учениях-ухомотаниях, только что обнаружила ни разу не учебную цель.

- Ээээто как?? - округлили глаза и уши однопухственно как грызи, так и кошцы.

- Ну как, глазами увидели, вот и обнаружили, - резонно сообщила Катя, - Кхм. Всмысле, вы не знаете, какие цели появляются регулярно в Жидком Спуду?

- А, - почесал уши Грибодур, - Опять какие-нибудь туристы?

- Туристы. И теперь у нас есть все возможности не просто турнуть их, а эт-самое.

Грызи подразумевали, что это очередное судно, вторгшееся в Жидкий Спуд для наблюдений за маневрами флота. В этом окне не имелосиха каких-либо обычных производств и предприятий, а только режимные флотские объекты, закрытые для свободного посещения. Также, всем кораблям других стран, входившим на территорию Грызе-Кошского Союза, никогда не забывали напомнить, что в Жидком Спуде им делать нечего. Тем не менее, какой-либо очередной умник то и дело заворачивал туда, надеясь, что увернётся от снаряда. Возможно, кому-то из них это удавалосиха, хотя таких данных никто не слышал, зато о прищученых слышали все.

- Данные на сто пухов? - уточнил Марамак.

- На сто, - кивнула Катя, - Эти ослы обстреляли наш разведчик, когда он приблизился. Кроме того, это скоростной "шпер" на базе "дрофы-шершня", не зарегистрированый на маршруте, само по себе мимо пуха.

- Это им ещё повезло, что их только обстреляли, могли и макнуть, - поёжился Фелфи, присутствовавший здесь же, и сильно взбодрился, - Не, а что? Моя команда на борту, ваши все тоже, так что и!

- Нам повезёт, если его не перехватят раньше, - цокнула Катя. - Но в целом да, надо брать. Если всё верно, этот тунец выскочит на нас как раз возле третьей реки. Джалк, как яблоки?

- Яблоки в полном порядке! - отрапортовал кошец, - Незамеченым тунец не пройдёт.

- В пух. Неспеша, давайте в боевой режим, - подытожила грызуниха.

В топку ввалили спудугля, и корабль пошёл самым полным ходом к стенке спуда, чтобы сныкаться в бухту, образованую возле водопада. На небе висели длинные полосы облаков, из-за коих светила более чем половинчатая луна, так что яблоки годились даже беличьи, не то что кошские. Правда, задувал почти что на редкость сильный ветер, поднимавший значительное волнение, что скажется на точности стрельбы, причём не совсем известно, насколько. Волны с шумом лопатили по носам корабля и вода мотылялась в зазорах между корпусами, вспениваясь белыми полосками. Не у всех было время любоваться на луну и полоски, Катя например быстро прикидывала возможный курс цели. Это не так просто, особенно учитывая, что её пол-часа назад вытащили из тёплого суръящика посреди ночи, однако грызуниха была убельчена опытом вполне достаточно, чтобы справляться.

Марамак и Зуртыш вообще опушнели настолько, что не отказались от помощи, а это признак реального аврала и горящего хвоста! Песок был в том, что залповые установки предполагалось заряжать только через несколько часов, когда корабль вышел бы к другой стороне окна, так что снаряды лежали в ящиках. Повесить тридцать две ракеты на две установки, учитывая их вес, не так просто, поэтому грызям помогали Грибодур и Фелфи, чтобы точно успеть. Длинные металлические чушки с "крылышками" на хвостах со скрежетом входили на направляющие, и постепенно там их осаживалась полная стая для залпа. Кроме того, спецбоеприпасы приводились в боевую готовность дольше, чем обычные - нужно было ещё вкрутить носовой детонатор и убедиться, что всё в пух. Выполнить такие пассы на качающемся корабле, без освещения и при том, что палуба постоянно обледеневала, можно было только после практики, благо сейчас это и было после практики.

- Да грызаный случай!! - цокнул Грибодур, в очередной раз слетав к ограждению борта по льду, - Может, воды пустить с котла?

- Ни в разе, - мотнул ухом Марамак, - Пар тут же залепит все прицелы, а может и механизмы наводки застопорить. Да попуху, уже повесили.

- А с шиша ты скользишь, пух-голова? - поинтересовался Фелфи, прочно стоя на льду.

- Потому как у меня не шипованые ботинки! - резонно ответил Гриб, и подумав, добавил, - Косяк, чо.

Это был очередной из немеряного множества косяков, какие проявлялись в ходе прокрутки операции на учениях, и все были довольны, что удалосиха избежать очередной неприятности - теперь ботинки будут шипованые у всех, а не только у стрелков.

- Есть готовность! - сообщил наконец Марамак в рубку, крикнув в люк, - Ракеты - да!

- Ускорение - половина! - донеслись снизу цоки Сененя.

"Чёрный кот" уже подходил к изгибу спудосоковых зарослей и водопаду, так что Катя готовилась сбрасывать ход и заруливать "за угол". Через шум от работающих колёс и волн слышалось и громыхание водопада, который не замёрз и продолжал поливать стенку спуда, медлено разрушая её. При свете луны открывалосиха впечатляющее слышище, потому как на всю высоту стенки под водопадом поднималась гигантская сосулька, намороженая на спуд. Частично она просвечивалась даже лунным светом, потому как лёд был исключительной прозрачности. С самого верха вылетел кусок размером с пару метров, и разбрыливая воду, пролетел вниз на две сотни метров, врезался в волны, подняв фонтан брызг. Такая пухня тут случалась регулярно, небольшие куски откалывались постоянно и летели вниз, блестя в свете луны.

- Как с дымами, Кать? - осведомился Грибодур, сунувшись в рубку.

- Попуху, - коротко ответила та, - Не успеем заглушить, а давления у нас мало ещё. Всё равно пище деваться некуда, повернёт в сторону - там вторая патрульная группа, накроют.

- Ну что, наркоманы и тунеядцы, кто хочет поработать? - донеслись бодрые речи Фелфи от десантных отсеков.

Само собой, посередь ночи даже шаракалы дрыхли, хотя они дрыхли бы и днём, так что однопухственно. Кроме того, шаракалов имелось только два, остальные четверо были кротолики, и их следовало растолкать заранее, воизбежание. Рыжий кошец расталкивал их ручкой от швабры, потому как не собирался выпускать из запертых помещений, кроме как на захватываемый корабль. Правда, у них не было боевых патронов, а только учебные холостые, но об этом он собирался сказать в самую последнюю очередь - по прикидкам, сопротивления не ожидалосиха. Обычно остолопы, которые плавали в Жидкий Спуд, не набирали с собой много свидетелей, потому как всё равно бесполезно.

"Кукушонок" довольно бодро развернулся, выписав крутую дугу вспененым следом, и сбросил ход. Теперь его прикрывали от прямого взгляда сухие листья спудосоки, торчавшие на краях бухты, в каковую вливался водопад. Двойной столб дыма из труб конечно был виден далеко и отлично, но тут, как цокнула Катя, ничего не сделаешь. Грызуниха прошуршала вокруг всего корабля, мотая хвостом, как белка на ёлке, убедилась, что всё в пух, и более-менее успокоилась.

- Слушайте, этот тунец может выскочить из-за угла, как песок! - предупредила она стрелков, - Как услышите дым, начинайте разворачивать туда установки.

- Начинайте разворачивать их прямо сейчас! - уточнил Грибодур, показывая на спудосоку.

Над листьями, освещёнными луной, явственно поднимались клубы дыма от быстро шедшего вдоль стенки корабля.

- Слушайте по нашему не шмальните! - цокнула Катя, - Цель - транспортный шершень, чисто?

- Чистейше, - потёр когти Марамак, и стал таки разворачивать установку, - Джа, дашь прицеливание по углу?

- По углу? - отозвался со своего поста кошец, - А, ну это можно.

Грызь сам тоже послушал в оптику прицела и прикинул параметры стрельбы, так чтобы накрыть то место, где окажется цель. Впринципе, можно было бы дать песка и поверх спудосоки, но как верно цокнула Катя, не было уверености на сто пухов, что это именно цель... Кстати цокнуть, корабль шёл на весьма приличной скорости, так что наводчики едва успели высчитать эт-самое, как он уже появился из-за препядствия. Ворочая боками на волнушках, удлинённый "шершень", переделаный под торговца, лопатил воду колёсами и плевался дымом из трубы, подтверждая, что работает на полном ходу.

- Это он! - цокнула Катя для всех, высунувшись в люк наверх, - Огонь!

Далее она спрыгнула вниз и люк захлопнулся, также сделали все остальные, чтобы не попадать под огненые струи ракет. Корабль качало, так что Марамак выждал, когда подойдёт примерно середина волны, и тогда дал спуск на ракетницу. По его прикидкам, пока происходил залп, как раз волна мотыльнёт корабль туда-сюда, и разлёт будет примерно одинаковый, что более в пух. Ночью стрельба залповых ракетниц выслушила особенно впечатляюще, если слушать со стороны - из тучи дыма вылетали светящиеся длинные хвосты, гаснувшие в полёте. На самом корабле, ясное дело, никто этого не видел, сидючи под бронёй с зажатыми ушами и считая улетевшие боеприпасы. Сильный ветер способстовал тому, что на "Кукушонке" звери только зачихали от остатков спайса, а вот нарушителям пришлосиха куда как туже. В свою оптику из рубки Катерпилариса с большим удовольствием наблюдала, как разрывы накрывают цель плотным облаком - почти точно в грушу! Это были не учебные снаряды, выбрасывавшие хорошо видимый белый дым - горчичный был не плотный и серый, но зато эффекта от него куда больше. "Шершень" не проявил никаких внешних признаков беспокойства, пройдя через облако разрывов, однако признаки были и не обязательны, так как вряд ли тамошние звери ухитрялись не дышать и не смотреть.

- Ускорение, полный ход!! - цявкнула Катя, - К орудиям!

Корабль пошёл вперёд, набирая скорость и приподнимаясь из воды за счёт струй пара, выпущеных под днище. Это резко усилило болтанку, но не особо беспокоило, потому как "шершень" был меньше по размеру и его будет мотать ещё сильнее. В подтверждение этого, с башенного орудия цели сорвалась вспышка, и быстрая белая точка снаряда полетела над водой по высокой дуге, но только очень примерно в сторону "Кукушонка". По факту снаряд перелетел цель на большой высоте и грохнул в сосульку под водопадом, вызвав красочное обрушение сотен тонн льда в воду и грохот. Грызи однако смогли понаблюдать за этим только мельком, потому как занимались своими делами по расписанию. Судя по всему, этот снаряд негодяи посылали на ошупь, потому как больше башня не стреляла. Транспортник же продолжал идти на самом полном ходу, и Катя всерьёз опасалась, что ускорителей не хватит, чтобы догнать его. Грызуниха уже думала давать команду стрелять по колёсам, однако прикинула перспективы, и похихикала.

"Шершень" на полной скорости влетел в лёд, намороженый вокруг спудосоки, начал вылезать на него бортом, но нетолстый лёд ломался, с треском вставая дыбом и раскидывая осколки. Протаранив бортом край ледового поля на протяжении пары сотен метров, корабль поддал носом по плотной куртине спудосочин, где его развернуло, и он окончательно потерял скорость. Кроме того, судя по всему, у него посрывало лопатки с одного колеса, которым он тёрся об лёд, так что теперь судно бултыхало кругами.

- Отлично! - цокнула Катя, - Ускорение убрать, готовить зачистку! По башне, дымовым!

- Есть по башне дымовым...

Как раз Марамак и вынимал из боеукладки дымовой снаряд - меньший, чем другие, по длине и весу. Этот предназначался для стрельбы на небольшие расстояния и начинялся клейкой байдой, которая горела и дымила. Попав в башню, этот подарок залеплял её дымящей смесью, не давая стрелку видеть ничего, кроме дыма. Таким образом и корабль не сожжёшь, и башню нейтрализуешь, чтобы не получить в упор. Зуртыш справился с упражнением отлично, задымив башню "шершня", как гуся ватой. Впрочем, и стрелок из второй башне не сидел на хвосте, потому как цель ворочалась кругами и следовало залепить и вторую сторону, для полной чистоты.

- Так, ща... - цокала себе под нос Катя, орудуя штурвалом и сектором пара.

- Огууузоок от хвощаа... - подвыл Грибодур, - Ну, в хорошем смысле.

Грызи сдержано поржали, а скуператор, раззявив стальные клешни, таки подошёл к борту крутящегося на месте транспорта, причём именно в нужный момент, чтобы вцепиться в пищу. Отбойники на передней части корабля выровняли корпуса относительно друг друга, после чего Катя дёрнула рычаг, и клешни упали в зажатое положение, с хрустом вгрызшись в палубу. Одновременно с этим откинулись трапы, открывая проход из десантных отсеков на палубу "шершня".

- Впесок! - коротко скомандовала грызуниха.

Она не уточняла для стрелков, чтобы те держали башню на мушке, потому как они и так это делали. Попробуй она дёрнуться, и её раз прошибло бы бронебойным снарядом в упор. Сама Катя не развешивала уши, а повернула перископ и ослушала обстановку вокруг, чтобы не пропустить чего значительного - сейчас ничего быть не могло, но потом эта привычка ей пригодится точно, грызуниха знала это и натаскивала себя заранее.

- Взять! - скомандовал Фелфи, выгоняя своих штурмовых зверей.

Кротолики попрыгали на "шершня", как чёрные мешки с лапами, а за ними рванули шаракалы, быстро исчезнув из прямой слышимости. Неслушая на то, что на всех причастных зверях были маски, уже ощущалосиха жжение в горле и слёзы текли из глаз, так что неудивительно, что не было ни одного выстрела. Экипаж захваченого корабля просто нашли забившимся в углы в состоянии полного шока, и вывели наружу для осуществления дальнейших мероприятий. Собственно цокнуть, экипаж состоял из двух кротоликов и физерихи, а ещё один длинноухий засранец, слышимо, и затеял всю эту авантюру, втянув в неё обычных торговцев. Сейчас они все были рады тому, что как-то удаётся начинать дышать, хотя и беспрерывно кашляли и хватали пастями воздух. После того, как штурмовые звери отработали своё упражнение и сообщили, что задача выполнена, Фелфи снова закрыл их в десантном отсеке, в другой были загнаны свежие пленные, и кошец лично шмыгнул на корабль, проверить чистоту. Быстро, но осторожно перемещаясь, он ослушал помещения и убедился, что прятаться здесь негде. Кроме того, любое животное после дымовой атаки хрипело и кашляло так, что прятаться бы не сумело.

- Вычищено! - отрапортовал кошец, выходя с корабля по трапу.

- В пух, - кивнула Катя, открывая окна в рубке от броневых ставен, - Пух, послушайте, можно ли его гнать своим ходом.

Пух посыпался на захваченую посудину, и первым делом убрал подачу пара в цилиндры - когда корабль накрыло дымом, никто не сумел даже этого сделать. Далее грызи ослушали гребные колёса и убедились, что как и в большинстве конструкций, здесь лопатки съёмные и даже просто складные, так что лёд их не обломал, а только сложил, выбив фиксаторы. Ровным счётом все грызи, следует отметить, нулевой раз оказались на палубе "шершня", ибо раньше слышали его только в прицелы издали, либо в виде макетов из фанеры и полотна, что совсем не однопухственно. Хотя соедкапитальская корпорация "дроф" строила корабли не из чего-то неслыханного, а ровным счётом из того же спудилиума, что и грызи, разница в технологии сразу бросалась в уши. В темноте, прорежаемой только зажжёными светильниками, особо много расслушать не удавалосиха, однако и то что под лапами, производило указанное впечатление. Пуши также сильно порадовались, что ветер выдул остаки дыма, так что можно было снять маски, мешавшие работать. Теперь вставить на место выбитые лопатки на колёсах и заменить разбитые не представляло никаких проблем, только ковыряй да цокай.

Грибодур, вспушившись и ещё профыркавшись, забрался в ходовую рубку "шершня". Как он уже знал из теории, она была раза в два более просторная, чем таковая же на кораблях ГКС, однако такое "удобство" выходило слишком большим боком, потому как и брони было пропорционально меньше. Рычаги управления здесь были не такие, как на "сучках" или на "чёрном коте", однако разобраться недолго, чем грызь и занялся - посудину следовало как-то оттаранить к доку, и непуха тащить её на буксире, если можно гнать своим ходом.

- Корабль обладает селфопропельностью, - припомнил Грибодур слова учителя, и заржал.

Чтобы обеспечить эту селфопропельность, следовало ещё понять, как тут работает топка и котлы, потому как само собой, загрузка топлива не была автоматизирована, и в целом кораблём могли управлять только две единицы экипажа, чтобы не бегать туда-сюда из топочной в рубку. В этом плане обладали преимуществом лёгкие катера, где одна морда могла накидать спудуголь и затем сидеть в рубке, до которой два шага... бросив пока что философичные растечения мысли, грызь уселся в кресло, поставленное перед окном с хорошим обзором, и продолжил изучать расположение приспособлений и приборов.

Пока грызи шуршали и мотали ушами, Фелфи забрался на верх надстройки, и скрутил с мачты флаг соедкапиталов. Собственно, об этом ему цокнула Катя, не забывавшая о всех аспектах - с таким флагом да в Жидком Спуду недолго и залпом в борт получить, безо всяких разбирательств, так что и. Ну и кроме того, кошец не без удовольствия швырнул разноцветную тряпку на палубу - потому как на стол побрезговал.

- Дай пух, не последний, - потёрла лапки Катерпилариса, - Ну что, пуховичные звери, с почином!

- Почин будет через двадцать мин, - сообщил Марамак, тягая мимо ящик с запчастями.

- Гриб, ты понял соль, как гнать эту калошу? - спросила грызуниха у подошедшего грызя.

- Думаю, что да, - кивнул тот, - Ничего особенного. Эх, вот попался тунец, а?.. Кстати, это что получается, мы уже потратили абордажников?

- Неа, - зевнул Фелфи, - Кто им скажет, что это была не учебная-ухомотальная операция, а настоящая?

- Хм... - похихикали грызи, представляя себе, сколько раз может пройти такая ложь.

- Там кстати аквариум с чурепахой, - добавил кошец, - Ну как, с чурепашкой.

- Ну да, будет не в пух оставлять, заберите вместе с устрицами, - цокнула Катя.

Вообще же ровным счётом все звери находились в приподнятом состоянии пуха, разве что исключая одного бурого кротолика, который затащил торговцев в Жидкий Спуд, а следовательно являлся на девяносто девять пухов агентом соедкапитальской разведки. Этому животному ничего хорошего не светило, и в самом лучшем случае его ждал лагерь и нары до возможного обмена на кого-либо из союзных зверей. Экипаж же "шершня" был почти обрадован, что всё закончилось так, а не торпедами в борт, как они сильно опасались. Фелфи, как ответственный за работу со зверями, пояснил им, что скорее всего, их прожадят на чёрную торгушку, а это считай ничего не значит.

Катерпилариса, торчавшая наверху рубки и ослушивавшая окрестности, не переставала хихикать, потому как соображала, что прямо здесь на её ушах произошло событие, ради которого была затеяна вся длительная подготовка. Само собой, это был только первый тунец, однако он был, и был без единой запинки, все службы сработали чётко, не давая добыче никаких возможностей для побега. Слушая на копошащихся на палубе зверей, грызуниха намерено запоминала этот момент, потому как больше первого тунца точно не будет. У всех были отсыревшие уши, потому как ветер гнал солёные брызги воды, выброшеные от ударов волн о борта и бултыхание гребных колёс, но ясное дело, что никто не обращал на это ни малейшего внимания. Зато Катя сразу обратила внимание, когда из-за спудосоки вышли "раки", посланые перехватывать нарушителя, и отсигналила им кодом, воизбежание. Так что, неслушая на завывания ветра и шум волн, слышался явственный звук трясущихся ушей.

Бейте с неба самолёты, крой бойцы во все штыки!

Застрочили пулемёты, то идут большевики!

Окно третье - кротоличья нора.

- Ну вприницпе, как, чо, - пожала ушами Ушира, - Вон там морква, там горох, там репа.

Грызи покатились по смеху, потому как таким образом она отвечала на вопрос, как оно. Несколько хвостов, скучившиеся на огороде, занимали своим рыжим пухом буквально всё пространство, потому как беличьи огороды обычно достаточно компактны. Как из нежелания всуе засиживать место, так и из Жадности, чтобы меньше возиться с ограждением. Как это и делали одинадцать белок из десяти, у Уширы дорожки проходили только по краям участка, а никаких грядок не имелосиха, над землёй просто двигалась большая скамейка-мост, позволявшая доставать до любой части поля. Всвязи с наступлением весны мост ходил по самому низу, потому как из разрыхлённой почвы ещё лезли только самые первые ярко-зелёные ростки, чавкая обильными лучами солнца, проливающимися с неба.

- Слушай, грызуниха моя с ушками, - цокнул Марамак, поглаживая грызуниху свою по хвостищу, - Ты только это, не упирайся с кормом, если что. А то слушаю, распахала так, что дай гусь всякому.

- Да ты вспушнел, чтоли? - фыркнула Ушира, - Когда ты слышал, чтобы йа упиралась зазря?

- И не хотел бы слышать, - кивнул грызь, - Ну так, предуцокивание. Контрольное.

- Здесь тебе не флот, топтун гусей, - хихикнула Ушира, пихнув его в бок.

- Да, тут песок помягче, - ковырнул лапой песок Марамак.

- Эй, да у вас там черника по ручью растёт, пух в ушах! - донеслось из-за загородки цоканье Тектрисы.

- А где ты слышала, чтобы ручей рос по чернике?

Грызи катались по смеху как могли, а могли они это примерно с тем же успехом, как рыба плавает в воде, а птица летает в воздухе. Неслушая на то, что они собственным решением разбельчились со своими согрызяйками, оставив их в Лесу выращивать потомство, грызи были исключительно счастливы и мотали ушами... откровенно цокнуть, никто из них не слышал, чтобы грызь когда-нибудь не мотал ушами от удовольствия, пока он ещё был жЫвой. Согрызяй Катерпиларисы Скисорь таки постоянно таскал свою грызуниху за уши, чтобы она присоединялась к компании молодых мамаш, но та твёрдо отметала этот песок. Единственное, что могло облегчить грызю жЫзнь, так это то, что он мог пристутствовать с ней прибочно, а так крыть было нечем. Катя из всех грызей была самым убельчённым водителем корабля, так что и.

- Ну как, мы точно забираем это пушное животное в спуд? - уточнила Катя, облокотившись на загородку и греясь в лучах солнышка.

- На сто пухов! - подтвердила Тектриса, мотнув хвостом.

- Что, затискал? - захихикала Катя, а там и остальные.

- Дотискал, - точно цокнула грызуниха, всё же слегка прикрывшись хвостом от смущения, - Ну, до цели предприятия.

Этого было незаметно на ухо, однако цель предприятия состояла в том, чтобы обельчить её, и судя по всем признакам, Скисорю это и удалосиха. Он был привлечён к этому занятию вслуху того, что согрызяй Тектрисы, с которым она неразлучно трясла всю жЫзнь, являлся её родным братом, что для обельчения негодно.

- Да не, Скис нам тут всё в пух сделал, - вполне серьёзно цокнула Ушира, - У Текки забор надо было править, а у нас крыша в гнезде текла, запилили. Ну а дальше мы сами, к тому же родичей допушнины.

Родичи хоть и не мозолили им уши с предложениями помощи, но на самом деле забросили бы любые другие дела, потому как выращивание белочи есть приоритет номер ноль.

- К тому же Скис снайпер, - правдиво цокнула Тектриса, - С ним спокойнее будет, чем без него.

- А, это тоже еда, - задумчиво кивнула Катя.

Скис хоть и был снайпер, но не мог долго думать об одном предмете, даже столь большом, как корабль - а Катя ещё как могла. Всмысле, она и просто могла сосредотачиваться на мыслях в нужном русле, и вдобавок любила спуд и корабли.

- Ты хомячка, йа хомяк, ты спудячка, йа спудяк, - нацокивал Марамак подхваченую в спуду песенку, - Ты на суше, йа на море, и фигак фигак фигак...

- Да, Марки, - цокнула Ушира, проржавшись, - Знаешь, очень хотелосиха бы, чтобы наша белочь побольше общалась с Катей, когда вы вернётесь.

- Хм? - почесал ухи тот, - Вслуху какой именно причины из всех?

- Вслуху того, что она не будет сидеть в лесу, как курица-наседка, - пояснила Ушира, - А будет трясти, как грызуниха. Чтобы у белочи не было провала в том, что она... ну как это цокнуть... в убельчённости опытом, упрощённо цокая.

- Примерно понимаю, - кивнул Мар, косясь на Катю, - Думаю, она не будет против. Но и ты далеко не курица-наседка, Ушечка...

- В данный момент йа курица, - твёрдо усмехнулась грызуниха, - Ибо буду производить действия, доступные любому зверю и птице, в том числе указанной мной в начале речи. И если мы хотим в итоге получить грызунят, а не просто большую белочь, Катя нам потребуется как никто другой. Для самцовой части эт-самого есть ты сам, но самковую ты не заменишь.

- О как копает, - удивился Грибодур, сидевший в обнимку со своей сестрой-согрызяйкой Тектрисой.

- Что подтверждает некуриность, - заржал Скисорь, - Ибо курица не осознаёт свою куриность.

- А ты это как, по своему опыту знаешь? - укатилась в смех Катя.

Проржавшись, шестеро грызей разом вспушились и переслухнулись, водя ушами. Они ещё раз вдавливали в мозги условия существования - грызи вместе с Катерпиларисой отправлялись в спуд, трясти, а две грызунихи оставались на местах, выращивать белочь. И как обычно, нельзя было точно цокнуть, кому из них предстоит более сложная задача. Обдумавши этот вопрос головами, грызи пришли к выводу, что задачи важны однопухственно, а следовательно, никакого диссонанса не прослушивается. Если же таращиться в оптическом спектре, так там не то что диссонанса, а даже малейшей нехрурности не удалосиха бы заметить, настолько всё было пушно. Грызи слушали на своих согрызунов на фоне весеннего Леса, стараясь как можно точнее запомнить эту картину, чтобы она придавала соответствующие ощущения, когда уже не будет доступна для прямого наблюдения.

Помимо грызей, здесь же тёрлись и некоторые мелкие звери, прилапнённые ими - белочь, лисицы, еноты... да собственно, чтобы всех припомнить, это надо ещё постараться. Над кронами хвойного леса вальяжно переваливал боками тёплый восточный ветер, брыляя сухими иголками. Зажёвывая ощущения родного Леса полными ушами, грызи слушали на зверьков и думали о том, что они останутся здесь, ковыряться в песке и всё такое, а им, как носителям разума, предстоит выйти за пределы Леса, чтобы защищать его интересы, каковые есть Хрурность. На этом всё становилосиха чётко на свои места, так что пуховичные звери вспушались и приходили в стопроцентную готовность к.

В то время как катер отошёл от 2го дока в Жидком Спуду, где имелась пересадочная станция для пассажиров, Люс и Хунгуз стояли около борта, облокотившись об ограждение, и таращились на спуд. Причём если кошка укладывала мордочку на лапы, то шаракалу приходилось опираться вытянутыми лапами, настолько разным был размер зверей. Пристенная полоса окна выглядела особенно интересно, потому как весной, когда начало яро греть солнышко, растительность трогалась в рост, но при этом ещё долго не стаивал лёд, намороженый в спудосоке за зиму. От этого заросли были зелёно-белые, как пухти что. В воздухе же явственно несло талой водой - сырой землёй не несло, потому как земли тут не было на много километров вокруг. Люс поправила недлинную рыже-чёрную гривку, растрёпаную ветром, и глянула на шаракала яркими зелёными глазами.

- Ну, как оно тебе? - задала она весьма волновавший её вопрос.

Соль была в том, что после первичной обработки рубанком по мозгам, образно выражаясь, она протащила шаракала по острову Халарис, для ознакомления. Это был относительно небольшой остров в спуду, на котором не водилось разумных зверей, и который ГрызеКошский Союз превратил в специальный многонациональный регион, вваливая туда существ всех известных разумных видов. В основном там были конечно грызи и кошцы, так что попадавшие на Халарис могли достаточно полно представить себе устройство жЫзни в этом симбиотическом сообществе.

- Я на измене, - правдиво ответил Хунгуз, поводил куцыми ушами и добавил, - Я не понимаю, как такое может быть.

- В каком акцепте? - уточнила Люс, - Или ты думал, что как только всех этих ребят оставят без охраны, они вцептся друг другу в глотки?

- Вообще-то именно так. Это закон природы, Люс, тигров не держат в одном загоне с овцами.

- Тигры и овцы это бессловесные звери, - мявкнула кошка, - А это словесные. Это разница. К тому же, охрана там всё ещё есть, хотя и гораздо меньше, чем было в начале. Конечно, им пришлось вбивать в головы некоторые знания, и главное, умение думать этими головами, а не тупо реагировать, как овощи.

- Но зачем вам весь этот балаган? - потряс длиннющими когтями Хунгуз.

- Зачем? Мне просто нравится, - усмехнулась Люс, - Когда много разных зверей. Это уже вполне достаточно... Ну а грызи цокнут тебе, что когда много разных зверей - это ресурс для разностороннего развития, ведь жабцы мыслят совершенно не так, как грызи или кошцы. На практике это вылилось в то, что никому не пришло в голову плавить спудилиум, а им пришло.

- Но вы не контролируете это! - чуть не взревел шаракал, но клацнул пастью, закрывая её.

- Шиш, шарик, - мило улыбнулась ему кошка, - Мы ищем среди зверей своих, пуховичных, и они становятся частью нас, а потом и преобразуем других, и они тоже... в общем, "мы" растягивается, так что, ещё как контролируем. У грызей есть упоротость, и поэтому огромные материальные средства, а у кошцев есть желание направлять зверей туда, куда нам хотелось бы. Так что получается вполне в пух... ой.

- Вот тебе и ой, - оскалил зубищи Хунгуз.

- Мне можно, - на полном серьёзе сказала Люс, - Грызуниха - моя названая сестра.

- И как видно, не зря названая, - согласился шаракал, - Понимаешь, Люс, меня честно говоря воротит от всякого рода политики, надоело до гвоздиков.

- Тебе придётся хлебнуть политики, - разочаровала его кошка, - Никуда ты не денешься. Или ты её, или она тебя.

- Мне давит на мозги бессмысленность всего балета! - рыкнул Хунгуз, - Вот они там, в своём Ордене, лезли из шкур, проводя свою политику, и что в итоге?

- Ты не совсем вхаврониваешь, - кивнула Люс, провожая взглядом баржу, - Союз это не государство.

- А что же это? - язвительно осведомился шаракал.

- Это организация пуховичных зверей. Государственные институты типа милиции, армии и экономики были созданы после, а не до того, как мы осознали... смысл балета, как ты изволил выразиться.

- И в чём смысл балета? - не подумал придержать вопрос Хунгуз.

- Он не одинаков для всех, потому что все неодинаковы, - резонно мявкнула Люс, - Для грызей это рост Хрурности, а для кошцев это упрочнение кошачести, так мявкнуть. Это трудно впихнуть в слова... Древние кошцы верили в богиню, но по мере роста знаний о Мире мы стали понимать, что это абстракция, воплощённая в конкретных явлениях и существах. Это и есть кошачесть, ну как мявкнуть... идеал, к которому стремится сердце, который к тому же не противоречит реальной картине мира, а полностью с ней совпадает.

- Учение Двойных Гвоздей говорит обратное, - заметил Хунгуз.

- Мы скоро проведём конструктивную полемику с двойными гвоздями, там и посмотрим, - не особо добро ухмыльнулась кошка, приоскаливая белые клычки.

Звери некоторое время поварили мысли внутри своих голов, благо катер тащился пару часов, времени достаточно. Шаракал в не последнюю очередь подумал, что говори ему такие вещи кто другой - он просто не стал бы слушать вообще! Но это была Люс, к которой он проникся таким доверием, как наверное ещё ни к кому в жизни, так что дело было другое. Кроме того, она проводила его по городу на Халарисе, и никто не пялился на него только потому, что он шаракал - им реально было это пофигу! Да привези кошца в любой город ОДГ, начнётся такой лай, словно бросили кость в стаю голодных собак... Хунгуз и раньше понимал, что его соплеменники не особо далеко ушли от указаных животных в своём умственном развитии, но теперь увидел это со всей пугающей отчётливостью.

- Мне кажется, у тебя есть какие-то конкретные предложения? - спросил шаракал, осторожно гладя кошку по лапке.

- Хмм... - хитро улыбнулась Люс, косясь на него, - А тебя это интересует?

- Меня куда больше интересуешь ты сама, - признался тот, - Но поскольку, так придётся и в это втыкаться.

- Я? - сыграла большое удивление Люс, - С каких пор тебя интересую я?

- Пожалуй с тех пор, как впервые тебя увидел, - не без труда прорычал шаракал, но потом всё же посмотрел на кошку с нескрываемым восхищением, - Кажется, я начинаю вхавронивать, что такое кошачесть...

- Шааарик... - почесала ему подбородок коготками Люс, но быстро встряхнулась, - Кхм!

Она знала, что не стоит перебарщивать даже с такой замечательной вещью, как откровенность, поэтому сочла, что на этот раз достаточно. Видмо, Хунгуз это тоже понял, так что помотал головой, приходя в годность.

- Так что за предложения? - вернулся к песку шаракал.

- А, это. Ну, - кошка огляделась, чтобы из палубы не выросли лишние уши, - Я думала начать создание Ордена Тройных Гвоздей.

- Нагвоздя?! - вырвалось у Хунгуза, - Прошу прощения за мой шаракальский.

- Твой шаракальский должен в этом сильно помочь, - кивнула Люс, ухмыльнувшись, - А смысл состоит в том, чтобы контролировать этих глупых шариков, вместе с которыми ты сидел в лагере.

- А почему именно так? - почесал ухи шарик.

- Потому что я сочла, что это хорошая идея, - зевнула кошка, - Простая, и возможно, эффективная.

- И в чём именно она заключается?

- Всё сказано в названии. Ведь шарикам вдалбливали в головы, что двойные гвозди велики?

- Ну да...

- А тройные гвозди в любом случае в полтора раза более велики! - засмеялась Люс, - Что происходит с праведными шаракалами после смерти?

- Они попадают в рад, - фыркнул Хунгуз.

- Вот. А истинно праведные шаракалы из Ордена Тройных Гвоздей попадают в супер-рад. Где в полтора раза больше гурий. Так что теперь это персонально! Меньше для бога, и больше для вас! - голосом рыночного зазывалы продекламировала Люс.

Хунгуз некоторое время переваривал, а потом, к большому удовольствию кошки, заржал, представляя себе дальнейшее утроение гвоздей. Потом шаракалу пришла в голову мысль

- Постой, а кто будет царём царей царей?

- Царём царей царей царей, - поправила Люс, - Неважно. Им может быть любой петух на ферме, потому как рядовым шарикам не пристало разговаривать с ним. Но визирь... супервизирь, да, потребуется точно.

- Готов вкалывать, - на полном серьёзе рыкнул Хунгуз.

Кошка пихнула его в бок, и стала крошить батон дальше, в том время как катер неспеша бултыхал колёсами, пересекая окно.

Как только позволили погодные условия, а именно началось массовое таяние льдов, намороженых за зиму, отдельный 116й флот немедленно вышел в поход из Жидкого Спуда. Помимо всех куч подготовительной работы и тренировок пушного состава, к этому времени тыловые службы подготовили годным образом шесть кораблей-скуператоров типа "чёрный кот", каковые и составляли основу флота. Однако помимо них требовалось ещё допуха других судов, чтобы осуществлять задуманные операции, так что по общей численности кораблей флот приближался к двум десяткам, включая разведчиков, транспорта, корабли поддержки. Вся эта посудная лавка должна была быть приведена в полную техническую и организационную годность, что далеко не так просто.

Прополоскавшие пух дома грызи, вернувшиеся в спуд, получили в своё распоряжение один из скуператоров с собственным названием "Глот" - точно такой же, как "Кукушонокъ" на котором они тренировались ранее. Судоводителями там были назначены Катерпилариса и Грибодур, Марамак возился со своими раками, которые рак-еты, а Скисорь, потирая лапы, уселся в башню ракетомёта. Вдобавок имелись и другие пуши из грызей и кошцев, чтобы заниматься топкой и котлами, а также составлявшие рассчёт второй ракетной установки и башни. Десантом лаповодили непосредственно Драфи и Линда, сидевшие на корабле и помогавшие с прочими работами, абы возникала надобность; в боевой готовности они должны были загнать в десантные отсеки зверей с транспорта-зверовоза.

Ровным счётом все спудяки должны были знать в морду водителей всех кораблей, чтобы не путаться, для чего происходило несколько общих собраний на широких палубах дока, и слышался звук трясущихся ушей. Центральную координацию действий осуществляли Раждак, Ратика и Щопс; при этом двое сидели по скуператорам, и только кто-то один из них, по ротации, на борту судна поддержки "Унылый", как в более безопасном месте для штаба. Весь песок был обцокан вдоль и поперёк ещё значительно раньше, так что по наступлению соответствующей даты флот вышел в спуд безо всяких предупреждений, и даже не всей толпой. Контрразведка не исключала, что среди кошцев могут быть лишние уши, поэтому маскировать операцию начали с самого начала. Корабли разделялись на три группы, потому как имелосиха три "язя", имевших возможность для ремонта, если вдруг что случится. Во вторую группу, помимо "Глота" и "Челюсти" входили "язь", называвшийся "Недолетарий", транспортное судно типа "жабитон-М", зверовоз на базе такого же корабля, и два лёгких катера "сучок" для разведок.

В то время как небо снова затянуло серой облачностью, из каковой осаждался мелкий дождь, спудяки собрались на палубе и провожали ушами уходившие в туманную дымку корабли первой группы. Купаясь в воде, посудины бултыхали колёсами и оставляли за собой длинные шлейфы дыма, падавшие на самую воду. Грибодур пихнул в бочок Катю, та ответно подёрнула его за хвост, и после того как грызи проржались, она таки цокнула:

- Экипаж! Через час мы выходим на боевое задание!

- Это в пух, в пух, - послышались перецокивания и смешки, конечно.

- Объясняю некоторые опции, - продолжила грызуниха, - В частности, знаете ли вы, что вы - мягкие и толстые комки пуха и шерсти?

- Экхем, - кашлянула Линда, возвышавшаяся над кошцами и грызями.

Серая шаракалиха точно не выглядела как указанный комок.

- В большинстве, - поправилась Катя, и подождала, когда отколосится рожь, - Теперь серьёзно. Мы выдвигаемся не куда-то там, куда пух пошлёт, а точно по назначухе. Было бы очень в пух, чтобы все знали эту назначуху, на всякий случай. Кроме того, послушайте ушами направо и налево по причалам, это корабли, входящие в нашу группу. Весь флот идёт тремя группами, потому как жаться будем к поддержухам.

- Так сало быть, - мявкнул Драфи, тоже успевший изрядно осквирячиться, - Какая назначуха?

- Странглефорния, - цокнула Катя, и немало глаз округлились.

Даже не особо сведущие в географии знали, что это - практически самое логово кротоликов и их сообщников. И, разбрыливая мыслями по поводу будующего похода, вряд ли кто предполагал, что им придётся отправиться туда.

- Всё рассчитано достаточно чётко, - заверила грызуниха, - И йа поясню вам по дороге детали этих рассчётов. Пока же у нас есть задача преодолеть эту самую дорогу, а между прочим, нам надо пройти почти четыре десятка потоков. Так что и.

- Кстати о песке, - цокнул Зуртыш, тот что был стрелком на второй башне, - Почему мы вообще разделяем флот?

- Потому что мы не можем его умножить, вот и делим, - захихикал Грибодур.

- Для исключения попадания в уши разведке врага, - пояснила Катя, - Семь кораблей это мало, а восемь уже достаточно, чтобы они зачесались. Чисто?

- Негрязно, - согласился грызь.

- Оперативный штаб группы у нас на поддержухе, - продолжила грызуниха, показав лапкой на "язя" у соседнего причала, - Водитель корабля Шилк-пуш, координатор группы Раждак-не-менее-пуш. Также хотелосиха бы, чтобы каждый запомнил бортовые номера катеров разведки - так, для подстраховки. Вон там стоит скуператор "Челюсть", водитель корабля Нитралфи.

- Он бесформенный, - не приминул заметить Джалк, мотнув чёрным ухом.

- Кто, корабль? - аж повернулись посмотреть остальные, вызвав очередной ржач.

- Нет, Нитралфи, - спокойно пояснил кошец, - Пуховица, как кое-кто цокает. Так что на марше уши придётся держать открытыми вдвойне, потому как эта пуховица чесаться не будет.

- Учтём, - кивнула Катя, хотя и мотнула хвостом, не особо довольная такими заявлениями, - Кстати, мы идём впереди всех в построении группы. Поэтому нужно слушать, чтобы мы не отрывались от идущих за хвостом. Все знают, какой экономический ход у чекота?

- Меньше чем у "язя", - чётко отрапортовал Марамак, - Поэтому оторваться не удастся.

- Именно. Также прошу не забывать систему сигнализации, флажковой и световой в ночное время. Нам нужно идти чётко, как гуси в тумане!

- А разведка что, будет хвосты отсиживать? - осведомился Драфи.

- Зачем хвосты, уши!... Кхм. Всмысле, будет действовать в обычном походном режиме, туда-сюда, и впесок... - грызуниха призадумалась, - Тёплые одеяния у всех есть? Неизвестно, когда распогодится, и насколько далеко нас занесёт на север.

Спудяки инвентаризовали пухогрейки, выяснилосиха, что при надобности всем хватит. На этом Катя закруглила расцокивания и начался непосредственный впесок, когда в топку накидали угля, поднимая давление в котлах, и приготовились начинать движение. Корабль, казалосиха, даже слегка подрагивал от нетерпения, ибо теперь его спускали с поводка на вольный выпас; из сдвоенной трубы валили клубы тёмно-серого спудугольного дыма, и борт чекота тёрся о причал, издавая характерный скрип. На соседних судах также суетились спудяки, разводя пары и откручивая часть швартовых. Катя ещё раз слезла в трюм и убедилась собственными ушами, что туда напихано заявленое количество спудугля - под самую крышку. Однако чекот был не настолько хорош по ходовым качествам, как того хотелосиха бы, и полной загрузки горючим едва хватит, чтобы только дойти до места назначения, так что придётся перезагружаться. Благо, на пути в ту сторону запасы спудугля лежали в трюмах транспорта.

- Мар, с матчастью всё в пух? - спросила грызуниха, едва Марамак попался ей на уши.

Она спросила это уже третий раз, но грызь знал, что контрольное оцокивание лишним не бывает, так что в третий раз подумал, прежде чем ответить.

- Всё в пух. Два залпа специальных, один обычных. Итого сорок восемь.

- Это в пух, - кивнула Катя, - А... Эй Скис!

- Ась? - поднял уши из люка Скисорь.

- С матчастью всё в пух?

- В пушнину! - заверил грызь, - И специальные, и обычные есть, сам раскладывал.

- Отлично... отлично-пухотлично, - пробормотала Катя, и захихикала.

Уже через несколько минут она, размяв лапки, убедилась в отпускании швартовых, и перевела вперёд сектор пара, дав мощей на гребные колёса. Неспеша разгоняясь, "Глот" двинулся в весьма неблизкую дорогу. Чекот отходил от причалов малым ходом, чтобы за ним успели пристраиваться все остальные, особенно неповоротливый "жабитон-М". Заваливая дымку дымом из труб, корабли выходили от причалов дока и растягивались в построение, но не колонной по одному - чекоты спереди и сзади, транспорты и "язь" параллельными курсами между ними. При движении по окнам ГКС "сучки" шли рядом с чекотами, чтобы лишний раз не мотыляться, а потом должны были уходить вперёд и назад на некотрое расстояние, чтобы исключать любые внезапности для основной группы.

- Как там наш "Поддатый", - хмыкнул Скисорь, глядючи на "сучок", бултыхающий колёсами.

- Не думаю, что скучает, - хихикнула Катя, - А вот йа иногда скучаю, но только немного. Всякому гусю своя топча, как цокается.

- Ага. А ты знаешь, почему этот "язь" - "Недолетарий"?

- Догадываюсь на девяносто девять пухов.

- Именно. За ним увязался "ключ" и вдарил полным залпом, но всё в недолёт, - заржал Скисорь, - Причём его сначала назвали так, а потом был недолетарий. Как и с нашим поддатым, которого поддали. Это не кажется тебе странным?

- Неа, - зевнула грызуниха, пригладила ушки и вспушилась, - Назови плавающим, тоже совпадение будет... Кстати, как тебе на чекоте?

- А, ну это, - цокнул грызь, - Башня стоит как влитая, вообще не качается. Йа вообще не знаю, как здесь можно мазать!

- Ну как, берёшь и мажешь, - захихикала Катя, - Кхм! Не, никакого мазания, только по грушам.

Пока что башни с ракетомётами закрывали навесы из брезента, натянутого на жерди и имитирующего надстройки, которых не было - на полотне были нарисованы доски, дверь и окна, так что издали не определить. Чекот из-за маскировки превращался в пухти что, похожее на передвижную топливную станцию. На маскировке настаивала и сама Катя, потому как массовый выход в спуд чекотов может заинтересовать противника. На самом деле кротолики и так будут задеты, шила в гузле не утаишь, вопрос только в том, насколько сильно. И в интересах грызей и кошцев было трогать навоз как можно меньше, дабы он не источал зловония, образно цокая. Без десанта на корабле было достаточно свободно, всмысле места для какой-либо возни, как на палубе, так и в помещениях, так что никто не собирался тяготиться условиями. Грызунихе однако пришлосиха настраиваться на то, что придётся отвечать ушами всю дорогу, не расслабляясь ни на мгновение.

- В другую сторону, - цокнула она Драфи и Линде, которые сидели на палубе и чистили винтовки.

- Зэ? - удивился кошец, но быстро сообразил, - А. Верно цокнуто, Катерпилариса-пуш.

Звери развернулись и сели таким образом, чтобы стволы оружия смотрели за борт, а не в стенку, которую пуля пробьёт на раз-ноль. Хотя пока у них винтовки были разряжены, если провозиться пол-дня, сам не заметишь, как они станут заряжеными, а там и до песка недалеко. Недалеко, подтвердила мысленно грызуниха, кивнув себе, вспушилась, и прошла ещё кружок по судну, ослушивая обстановку.

К вечеру, который всё ещё был хмурым и длинно-сумеречным, как зимой, группа устаканила движение, чтобы не разбредаться, и как раз подошла к потоку, само собой. Возле его устья довольно далеко уже посносило течением весь лёд, так что корабли подходили по свободной воде - всё такая же тёмная и синяя, она бултыхалась под колёсами и тяжело накатывалась волнами на стенки спуда, местами увешаные сосульками. Южный поток из Жидкого Спуда вёл в небольшое окно Марамышка, ну и там далее по всем кочкам... Кораблям пришлосиха сбрасывать ход до малого и медленно плавать возле устья, чтобы не удаляться от него из-за течения. В густых сумерках из трещины-каньона в спудовой массе, через которую плескался поток, вышли один за другим три грузовых пароходика, моргая зелёными фонарями для сигнализации. Катя, ослушав обстановку, сама вылезла наверх и дала света в сильный фонарь, чтобы обозначить своё присутствие. Во внутренних окнах ГКС корабли могли плавать и без кошцев для ночного времени, а грызи в темноте могут и носом налететь на посудину, что лишнее. Всмысле, настолько лишнее, что грызуниха не собиралась давать даже микроскопический шанс такому событию.

Собственно, плотно и подробно занимавшийся конструкцией корабля Марамак мог бы цокнуть, что столкновения для чекота не самое плохое, что может быть. Песок был в том, что крайние поплавки-"лапы", в которые и въедет любое препядствие, соединены с центральным корпусом не идеально жёстко, а через демпферы, поглощающие удар. Вслуху этого столкновение скорее отодвинет корабль в сторону, чем нанесёт ему значительные повреждения. Эта особливость использовалась ранее в том ключе, что чекоты, как исследовательские корабли, толклись среди плавучих обломков спуда, в тех местах, где много оных.

Встречные транспорта прошли мимо и сразу же свернули в сторону от течения, потому как подходило время обратного тока, а они не хотели, чтобы их утащило обратно. Вспушившись контрольно, Катя дала короткий свисток, чтобы все знали, и перевела лапку сектора пара на ускорение - постепенно, чтобы меньше грузить механизмы. Свет достаточно сильного фонаря отражался от наледи на стенках каньона, и в основном в этих бликах стенки и различались, потому как небо затягивали облака, а без них хоть ухо выколи. Катя крутанула штурвал на несколько оборотов, выравнивая движение и направляя посудину по осевой потока. Вокруг нарастал шум от течения, потому как приливная волна тащилась теперь в нужную сторону, затягивая с собой корабли.

- Всё видно чисто? - осведомился Джалк, высунув уши снизу.

- Да, кот-пуш, всё чисто, - кивнула Катя, - Хруродарствую, пока плющь.

Кот-пуш ни разу не отказался плющить, так что зевнул во все зубья и спрыгнул обратно в свой отсек, к закутку возле перископа наводчика. Чтобы не песочить лишний раз, он там и обитал всё время, как кот в гнезде. Шум же стал сильным и уже давил на уши, а корабль несло с приличной скоростью, так что только встречный ветер свистел. Стоило побеспокоиться за хлипкую маскировку, хотя её и проверяли на ветроустойчивость, но снести может. В остальном дело было привычное всем спудякам - под грохот текущей через каньон воды судно мерно качало на невысоких волнах и тащило течением, причём всё больше к середине - как только корабль приближался к стенке, водовороты отталкивали его обратно, не давая прикладываться о твёрдое.

После выхода из потока Катя приложилась об мягкое, в частности об сухой мох в суръящике и о бока Скисоря, который дрых там же, как январская сурчина. Грибодур же продрал яблоки и сел бдить, периодически сигналя группе и выходя из рубки на верхнюю площадку, подышать свежими воздухами. Сейчас всё это ещё никого не напрягало ни в малейшей степени, но грызь соображал, что на весь длинный маршрут может потребоваться недели две, если без происшествий, а это уже повод опушнеть. Когда над окном Марамышка высунул уши серый день с густым туманом и дождём, отсурковавшаяся Катя испила чай и собрала половину экипажа в кубрике, там где обычно кормились - половину, потому как все не влазили, а повторить не в падлу. Грызуниха повесила на шкаф для посуды карты, и тыкала в них ручкой половника, показывая; одна карта была крупномаштабом с окнами, другая изображала большой кусок суши с прилегающим спудом.

- Как йа и цокала, наша назначуха здесь, - провела она по окнам на карте, - Это Странглефорния. Заметьте, что так однопухственно называется суша на юг от Ламерики, и большое окно рядом. Песок состоит в том, что это один из наиболее оживлённых районов судоходства в соедкапиталах, точнее цокнуть, основной узел спудских коммуникаций. При этом в районе имеются великолепные условия для маневрирования. Окно Странглефорния имеет около ста километров в диаметре, очень широкую пристенную отмель с зарослями спудосоки и островами, и центральный вулканический остров, на побережье которого полно укрытий. От этого окна целая сеть потоков ведёт к прибрежному морю вокруг суши Странглефорния, где также множество островов и зарослей "зелёнки" для укрытия.

- Тесть йа так вгрызаю, - цокнул Зуртыш, - Что они не могут перекрыть все подходы?

- Нет, не могут, - мотнула ухом Катя, - Они постараются отсечь нежелательные посуды раньше, на потоках в спуду. Для того чтобы не ломиться через их заграждения, мы зайдём с восточной стороны... как это делают все, впрочем.

- А если они всё-таки закроют и восточную сторону?

- Тогда нам на ужин попадутся их закрыватели, - сообщила грызуниха, - Мы не охотимся за конкретными кораблями, нам главное нагрести. Будут военные, пусть будут.

- А, ну это да, - вспушились грызи, и захихикали.

- Кроме того, по мере возможностей следует и просто рушить экономику, которой там допуха. Возможно, придётся уничтожать на месте те корабли, которые не смогут выйти из района.

- Кстати о песке, - почесал ухи Грибодур, - Как мы собираемся уводить захваченное?

- Да элементарно. В ближайших кустах на корабль сажается команда из кротоликов, нанятых Орденом Тройных Гвоздей. Им пофигу, на кого работать. Они проходят через кордоны соедкапитальского флота, а на жабьей торгушке плавсредство передаётся дальше по жадным лапам. Прибыль.

- Ну, если это действительно сработает, то в пух.

- Да никуда не денется. Кроме того, есть все основания полагать, что кротолики не чешутся, - добавила грызуниха, - Пираты не имеют больших возможностей, а ОДГ дотудова почти не достаёт по техническим причинам, так что это будет вариант типа хорёк в курятнике.

- Да, но хорёк не думает, как ему унести с собой триста куриц, - заметил Марамак, скатив всех в смех.

- Это специфика, - согласилась Катя, - И нам предстоит её разруливать.

- Да это чистеший песок, а не специфика... Но и песок можно разруливать, чо.

- Мы министерство добрых дел, - мявкнул Драфи, - Хотят силового решения, пусть получают.

- Это только прикормка дурней, - хмыкнула грызуниха, - Потом будет основная наживка, и если они её заглотят, вот тогда будет "силовое решение" в полный рост. Вопросы?

- Да, - повела носом Линда, - Будем ли мы учинять расправы над гражданскими и пленными?... Ну, чисто по привычке интересуюсь.

- Нет, - твёрдо ответила Катя, - Расправы мимо пуха. Обычные глупые животные не представляют никакой угрозы, а вот пуховичные звери могут быть даже среди них, так что и.

- Ну как сказать, не представляют... когда толпой да на эсминцах, слегка представляют.

- Но мы говорим о том случае, когда устрицы уже изъяты из раковин.

- А, тогда в пух.

- Также вот ещё, - цокнула Катя, - Вот брошюрки с профилями кораблей, состоящих на вооружении флота соедкапиталов, самый последний выпуск. Просьба изучить и всыпать это в головы.

- "Хейнек"? - цокнул Грибодур, пролистав книжечку, - В трёх модификациях?

- Сто пухов. С его дальнобойным орудием - весьма малоприятная погрызень... хорошо только то, что скорострельность там ниже мха.

- Они не могут обеспечить высокую скорострельность? - удивился Марамак.

- Они не могут обеспечить устойчивость небольшого бронекатера, - пояснила Катя, - С такой дурындой в башне. После выстрела его раскачивает, так что нужно время на успокоение.

- Слышимо, для этого у него аж шесть колёс, - показал по схеме Грибодур, - Как думаешь, если будет грести частью колёс назад, это его сбалансирует?

- Возможно... Вообще, что вы спрашиваете, поймаем, там и разберёмся.

Грызи привспушились, прикидывая прибыли от поимки тяжёлого бронекатера - жабьё влёт купит за три четверти цены, это точно. Соедкапитальские бронекатера оснащались мощными дальнобойными орудиями, у которых однако у всех был тот самый недостаток - страшная сила отдачи раскачивала кораблик, что резко снижало скорострельность. Однако разработчики вооружения наступили ещё раз на те же грабли, делая систему залпового огня "девольвер". Если в грызьих установках реактивный хвост ракеты свободно уходил назад, то там он упирался в стенки пускового канала, и опять-таки раскачивал судно, уменьшая точность стрельбы. Поэтому все технические ухищрения, которые напихали кротолики в свои реактивные снаряды, сводились на ноль, и залп "девольвера" падал ничуть не точнее, чем из "балагана"; но при этом ракеты для второго имели в пять раз меньшую ресурсную стоимость, что имеет огромное значение.

Залпового огня грызи особо не боялись, потому как спецбоеприпасы выведут противника из строя в любом случае, а вот добиться прямого попадания ракетой в корабль очень сложно, точнее просто на это мало шансов. Главное, сразу цокала спудякам Катя, это никаких тормозов и раздумий - крыть гуся сразу, чтоб не успел и гузкой потрясти! Как уже было давно известно, у соедкапитальских спудяков, как и вообще у всех прочих, хорошо получалось нападать, но вот держать удар они не умели. Противника следовало ввергнуть в унынье столь глубокое, чтобы он выбрался оттуда только на чёрной торгушке, уже оставшись без корабля.

Однако, тяжёлый бронекатер "Хейнек" состоял на вооружении ударных флотов соедкапиталов, а для обычной патрульной службы они куда чаще пользовались бронекатерами "шершень", или "корнет", как это звучало по кротоличьи. Этот катер-танк был меньше и имел четыре колеса, закрытые броневыми накладками, мог вооружаться башенной пушкой калибра семьдесят миллиметров, тяжёлой пушкой калибра сто двадцать, либо установкой залпового огня. Такие тунцы производились сотнями, и обычно сопровождали сторожевые корабли, шмонавшие коммуникации. Как и в случае с грызьими катерами, соль состояла в том, что попасть в малоразмерный катер сложно, а разрывы снарядов рядом ему не вредят вслуху бронирования. С "корнетами" флот ГКС был хорошо знаком и имел несколько штук, перекупленых у жабцов, для изучения их тактико-технических данных...

- Данные это конечно здорово, - сказала Линда, - Но как нам это поможет? Пушка она и есть пушка.

- Это только пуша она и есть пуша, - заржал Скисорь, показывая на Катю, - А пушка таки дифференцируется.

- Каким именно образом? - спросила шаракалиха больше у Драфи, который всегда всё объяснял ей.

- Думаю, это лучше знают спудяки, - хмыкнул кошец.

- Ну, где-то так, - цокнула Катя, - Знаешь ли ты...

- Про комки пуха и шерсти? Знаю, - уверенно кивнула Линда.

Все уставились на её уши, пытаясь разглядеть растущие кисти, и скатились в смех.

- Так вот, знаешь ли ты, что "вилка" в два раза шире, чем "корнет"? Тоесть теоретически, в неё в два раза проще попасть.

- А что, нет? - удивилась серая.

- Если корабли стоят на стрельбище, то да, а так - нет, - хмыкнула Катя, - Соль в том, что "вилка" тримаран, за счёт чего она имеет большущую устойчивость, в том числе поперечную. Катера типа "танк" такой устойчивости не имеют, и после первого же выстрела их раскачивает, и если по продольной оси ещё слабо, то по поперечной - прощайте гуси, насколько. Тобишь, если поставить врага в положение, чтобы он был вынужден стрелять с борта, "корнеты" становятся просто пищей.

- Сколько нового можно узнать, - хихикнула Линда.

- Сейчас нам как раз и предстоит узнавать новое, - заметил Скисорь, - А именно то, насколько действенным окажется горчичный дым в реальных условиях.

- Кстати, по поводу песка, - заметила Катя, - Раждак цокал, что у производственников были опасения по поводу того, что спецбоеприпасы могут набраться воды при длительном хранении.

- Это с пуха? - фыркнул Марамак, - Обычные же не набираются!

- Если бы ты разул уши, то услышал бы, что там заново подгоняется задняя чашка, и есть зазор. Ни в коем случае не забудьте, что нам надо проверить этот вопрос, прежде чем начинать песочить.

- А, тогда в пух, - цокнул грызь, и безо всяких шуток достав маленький блокнот, в котором считал координаты для стрельбы, записал то самое.

Группа тем временем продолжала на экономическом ходу плюхать через окно, приближаясь к очередному потоку. На предстоящем пути разных потоков будет ещё довольно допуха, так что этот факт ни у кого не вызывал шока. Вслед за чекотом, превращённым маскировкой в бесформеный корабль, дымили параллельными курсами три крупных, сзади шёл "Челюсть", а лёгкие "сучки" мотылялись вокруг, потому как им было сложно выдерживать точный курс рядом. Вобщем, вполне в пух, подумали грызи, и были не особо далеки от истины.

Спустя двенадцать суток похода группа оказалась на исходных рубежах для начала проникновения во вражескую спудоторию, в жабьем окне Слышное. Посредством разведчиков, мотылявшихся между группами, весь флот скоординировался и знал о положении друг друга, так что было решено проникать раздельно, а соединяться уже на месте. Это соответствовало общим планам: если бы заслоны оказались сильными, пришлосиха бы начинать ловлю прямо с них, чтобы пробиться дальше, а поскольку пройти проблемы не представляло, следовало пройти и ловить тунцов непосредственно в рыбном месте. Благодаря загодя высланой по маршруту разведке, грузовой "жабитон-М" был снова загружен спудуглем на жабьей станции. Смех заключался в том, что никто не помешал бы загрузиться спудуглем и на соедкапитальской станции, этого не стали делать просто из лишней осторожности. Группа снова вышла в походном строю и направилась к северному потоку, чтобы под покровом темноты повернуть к западному.

Катя и Скисорь просиживали хвосты на верхней площадке, чувствуя ветер пухом и кистями ушей. Ветер был хоть и сильно холодный, но явно весенний. Льда уже нигде не было, но спудосока только просыпалась от спячки и ещё не зеленела в полный рост. Изменялся и цвет воды, в основном из-за освещения - он становился более светлым и радовал ухо. В воде купались заметные невооружённым яблоком рыбы, возможно даже пресловутые тунцы. В отличии от соедкапиталов, которые сцеживали из воды всё что можно, жабцы практически не ловили рыбу, как ни странно. Они объясняли это тем, что не могут контролировать её количество, что идёт вразрез с Жадностью, поэтому даже не брались за эту тему, и в их окнах было полно рыбы.

Скисорь показал на юг, и Катя, подумав, кивнула и захихикала. Грызь имел вслуху, что южнее на соедкапитальскую территорию идёт поток морлука с союзных ферм, выполняя задачи стратегической диверсии. Это весьма грело как чувство справедливости, так и Жабу, потому как кротолики спивались, а ГКС получал излишние прибыли. Пока же имелись все возможности пить чай из термосов, вспушаться, и глазеть на воду под чистым весенним небом, с которого начинало пригревать солнышко. Послышался звук трясущихся ушей и ботинок по металлической лесенке, и наверх взобрался Грибодур, слегка с расплющеной от суркования мордой.

- Ну, как оно? - осведомился он, - Ночью приплывали разведчики, вроде?

- Разведчики приплывали не вроде, а по воде, - цокнул Скисорь, - И тебе кстати сообщали о.

- Да, но было темно, и песок не попал в уши в полном объёме.

- А, тогда в пух, - кивнула Катя, - Там такое дело, что никаких особых мер предосторожности в пограничной зоне не выявлено. Кроты патрулируют окна, но вслуху условий, толку от этого никакого, под туманом можно пройти у них под носом.

- Тобишь, будем проходить к самой Странглефорнии? - уточнил Грибодур.

- Тобишь да. Главное потом выйти оттуда, - прямо цокнула грызуниха.

- Ты цокнула достаточно прямо, грызуниха, - метко заметил Скисорь.

- Да, она может, - подтвердил Гриб, и грызи скатились в смешки.

Когда стемнело и над водой повис белый вечерний туман достаточной плотности, группа по уговору повернула на запад, вышла на нужную линию и двинулась к потоку. На словах всё было просто, на деле не столь. Песок состоял в том, что к потокам как правило подходили по стенке, даже если точно видели, куда идти - чтобы не попадать в обратное течение. Теперь же требовалосиха подойти именно по осевой линии потока, чтобы не попадать на уши патрулям и наблюдателям. На этих потоках имелись просто-напросто вышки, построеные на пристенной отмели, где и сидели пограничники - теоретически это должны были быть жабцы, но никто не дал бы уши на отрыв, что они не настучат кротоликам. Ночью в тумане с этих вышек максимум можно было увидеть дымы, но никак не сами корабли - а если вовремя заглушить топки, то и дыма не будет. Кроме того, на осевой потока было невозможно стоять в засаде, даже на якоре, потому как сорвёт течением; то же течение снесло бы сети и мины, попробуй их кто поставить. Однако охрану потока считали достаточно надёжной вслуху того, что мало кто ухитрялся прошуршать по оси при ограниченой видимости - пираты этого точно не делали.

Грызи же делали, и в частности Катя была убельчена опытом неоднократных шуршаний по оси. Соль состояла в том, что туман закрывал видимость в горизонт, при этом верхний край спуда оставался доступным для яблочных наблюдений. Разведчики отмечали на срезе спуда ориентиры и делали угловые замеры, так что оставалосиха только вывести корабль на нужную позицию, и точно соблюдая параметры, гнать дальше.

- Впух, ничего не слышу, темно, как у кротолика в... кхм, - цокнула Катерпилариса, протирая глаза, - Драф, ты тут?

- Присутствую, - мявкнул кошец из густой темноты, потому как огней наруже не зажигали, само собой.

- Вытаращь-ка глаз в оптический прибор. Край спуда слышишь?

- Вполне.

- Так, тогда ищи примерно в той стороне два больших выступа, один острый, другой как гузло. Мне нужна точка в седловине между ними.

- Есть, выставил, - сообщил Драфи.

- В пух. Так... - грызуниха накрылась плащ-палаткой и подсветила маленькой масляной лампочкой, - Сало быть, надо три кисти влево, и пятьсот метров южнее.

- Это настолько точно? - удивилась Линда, торчавшая где-то здесь же, только никто не видел, где.

- Вполне. Йа считаю, что до полусотни метров песочится, - цокнула Катя, вращая штурвал, - Главное, чтобы разведка не дала косяка.

Корабль шёл в полной темноте и густой морозной сырости, только в зените мерцал круг звёздного неба, давая мизерное освещение, позволявшее видеть кошцам. Грызи же без подсветки лампочек с зелёными стёклами не видели нипуха, и перемещались по кораблю наощупь. Это продолжалосиха довольно долго, потому как чекот упирался во встречное течение и какое-то время грёб по нему, смещаясь при этом назад. Наконец Катя высчитала, что расстояние подходящее, а поток начинает работать в нужную сторону, и цокнула заглушить топку, чтобы не дымить. На самом деле даже полностью закрытая топка продолжала греть ещё долгое время, потому как содержала много спудугля, разогретого до высокой температуры, да и запас кипятка в котлах позволял идти. Решение оказалосиха весьма кстати, потому как впереди из темноты замаячили яркие прожекторы на пристенных вышках. Кто бы мог и испугаться, но спудяки знали, что яркими лампы кажутся только после кромешной тьмы, а так освещают они не особо, пух что высветишь в тумане. Прожекторы шарили как раз над туманом, и уж густой столб дыма они бы заметили - но столбов уже не было, так что песок оказался чист. И с одной, и с другой стороны мерцали огни на кораблях, вполне возможно, соедкапитальских сторожевиках, зашедших на эту сторону потока, но они были достаточно далеко, за границами течения.

Наблюдавшим из окон или с палубы картина казалась нереальной - среди клубящихся белых облаков разноцветные огни, создававшие вокруг себя яркие ореолы, могли быть чем угодно. Трудно было впихнуть в голову, что это всего лишь светильник на надстройке посудины, настолько необычно и таинственно это выглядело сейчас. А Катя цокнула бы, что неизвестно, как это выглядит, но вот Прибыль от иллюминации на морду - за пол-километра сидящие на этих кораблях нипуха бы не увидели, потому как отражённый от белого тумана свет закрывал всякую видмость. Группа, вытянувшись в колонну, прошла в свободные ворота между патрульными кораблями и макнулась в поток, так что пока можно было расслабиться. Движение координировала почти одна Катя, потому как на корме "Глота" стояла зелёная лампа с узким окошком, светившая назад, и за ней шёл следующий корабль, и так далее по цепочке. Лампу эту, ради маскировки, закрыли сразу по прохождении устья, чтобы она не попала в яблоки кому не надо.

Промозглым утром, бултыхая колёсами в серых сумерках опять-таки в тумане, корабли окончательно отошли от устья потока, выйдя из яблочной зоны, и таким образом, проникли за пограничные кордоны незамечеными. Грибодур, принявший вахту, похихикал над этим фактом, и затушивая светильники, цокнул

- Ну что, поздравляю, мы в песке!

Песок на этот раз назывался окном Стренглефорния. На самом деле это было условно окно, потому как, в отличии от других окон, в его центре торчал вулканический остров Ровонка, представлявший из себя разрушеный кратер огромного вулкана, торчащий из воды. Оползшие стенки вулканического конуса доставали до самой стены спуда и образовывали длинные и обширные отмели, на которых произрастали водные растюхи. Из-за сильной кислости воды в этих местах спудосока росла плохо, зато на её месте торчали другие кусты, более ветвистые и густые, хотя и не такие высокие. В западной части окна эти отмели сплошь занимали фермы, но в других районах пухова туча заливов, образованая сложным рисунком береговых линий, была не освоена хозяйством и оттого доступна для ныканья. Собственно, грызи и кошцы имели на этот счёт своё мнение.

Пока же, когда окончательно рассвело и развеялся туман, было видно только Ровонку, торчащую гнилым пнём, и зеленеющие заросли по стенке, сильно выпирающие в окно. На горизонте отмечались и корабли, но они были далеко, и не всякий даже патрульный катер попрётся на пол-дня проверять, кто там плавает. Ради лишнего преимущества спудяки подняли на мачты тёмно-зелёные флаги СКЖ, сиречь Спудной Компании Жабцов, для отвода яблок. Однако даже и это место, где торговцы ходили косяками, не было окончательным для проникновения на территорию врага - не встречая препонов, флот двигался куда и было договорено, в прибрежную зону Странглефорнии, которая суша...

- Грызаные кроты, - фыркнул Марамак, - Не могли придумать названия окну, ленивцы.

- Между прочими гусями, - цокнул Скисорь, - Ровонка считается родиной кротоликов.

- Вулкан? - удивилась Катя, - Но этот остров не настолько большой, чтобы!

- Пух знает, но таковы пока факты, - пожал ушами грызь, - Ведь предки кротоликов могли попасть туда и с другой суши, а измениться уже на месте за короткий в историческом плане срок.

- Да, и изменились так, что не дай пух никому, - буркнул Марамак.

- По крайней мере, подтверждают некоторые теории о связи органики и сферы мышления, - хмыкнул Скис.

Он имел вслуху, что чем лучше развиты органы ощущения у зверя, тем более он пуховичный - тобишь, больше думает головой, и более направлен в созидание, нежели потребление. Кротолики же, отличавшиеся примитивным стайным сознанием, граничащим с неразумностью, имели крайне ограниченые органы чувств, самым развитым из которых было обоняние. При этом они не обгоняли в этом ни грызей, ни кошцев, а ведь у последних было и широкополосное зрение, и чувствительный слух, и ощущения через вибриссы. Ощущения через вибриссы и прочие уши подсказали зверям, что следует брать курс примерно посерёдке между стенкой и островом - расстояние достаточно большое, так что вряд ли кто-то пойдёт на разборки. Тем более, группа имела вокруг себя разведку и просто не попадалась на глаза крупным силам кротоликов, изменяя курс и уходя в сторону.

Помимо обычных бронекатеров, какие использовали все спудяки, и эсминцев, у кротоликов имелись в намордии и корабли собственной разработки, например тяжёлые крейсера с дальнобойной артиллерией, а также носители. Несушки представляли из себя суда с двумя и более корпусами, между которыми швартовались, как к причалам, меньшие посудины. Такие ерундовины использовались для того, чтобы перевозить большое количество бронекатеров, не создавая стадо и не тратя ресурс. В последнее время соедкапиталы смогли построить несколько несушек совсем нового типа, с подъёмниками и несколькими этажами для хранения катеров, что многократно повышало вместимость. Однако, такие тунцы встречались редко, и более того, не чаще они встречались и у берегов кротоличьего логова, потому как много их постоянно манерировало в спуду, угрожая другим сторонам. Задача грызей и кошцев состояла в частности в том, чтобы привести к провалу соедкапитальскую спудовую стратегию.

За этими сухими политическими формулировками стояли жизни сотен тысяч разумных существ и существование жизни на разных участках суши и в спуду. Конечно и довести кротоликов до того, чтобы они рвали на себе волосы, даром что у них нет волос, было бы неплохо, но не это главное. Главное состояло в том, что если удастся отбить им чрезмерно длинные лапы, которыми соедкапиталы полезли по миру, не совершатся неисчислимые преступления. Там, куда влезали кротолики, не наблюдалось избытка справедливости, однако местные негодяи были естественными для исторических условий, и оттого не переходили грани. Соедкапитальские войска же, имея материально-техническую базу, и действуя ровным счётом по принципам стаи животных, устраивали цирк невиданного безобразия, всегда приводивший к катастрофическим последствиям.

Теперь же карающий коготь уже подбирался к их толстому брюху, образно цокая. Как и рассчитывали спудяки, отдельные патрульные катера не ходили за каждой группой, а большие флотилии военных кораблей загодя обнаруживались разведкой, "сучок" отсигналивал светом или дымом, и скуператоры меняли курс, уклоняясь от ненужных встреч. Таким образом было пройдено окно, а далее шла масса потоков от него к прибрежной полосе самой Странглефорнии. Здесь потоки были не привычного вида, а напоминали просто узкие проливы - спуд был низкий, пухти знает по какой причине, и во многих местах по краям потоков росла зелёнка, зацепившаяся за отмели. Приливные волны тут были очень слабые в сравнении с другими потоками, так что корабли шли своим ходом, а не летели по ходу воды. Тут правда возрастал шанс на внезапные встречи - когда группа втягивалась в один из проливов, навстречу прошёл сторожевик, бодро бултыхая колёсами и полоская по ветру соедкапитальскими флагами. К удаче, он либо куда-то спешил, либо опасался проверять группу из пяти кораблей, так что просто срыгнул из виду.

Ветер здесь явственно становился теплее, потому как эти места находились значительно южнее Земляники, а зелёнка по отмелям почти полностью распутилась после зимы. Спудяки организованно спрятали в запасы тёплую одежду, чтобы она не мешалась, а грызи таки вспушились, что впрочем отнюдь не ново, если не цокнуть больше. Катерпилариса так вообще мотнула ушами, но, ослушивая низкие пологие стенки спуда, по которым ползли вверх заросли кустарников, прищурилась, и поскребла когтями по ограждению верхней площадки.

- Знаете, что йа цокну? - спросила она у грызей.

- Слова, - абсолютно точно ответили те.

- Именно. А конкретно, зарядите-ка ракетницы боевыми, - цокнула грызуниха, потирая нос.

- Боевыми? - уточнил Скисорь, - Вслуху?

- Здесь полно ответвлений от потока, - показала Катя на ответвление потока, - Из любого может вывалить группа остолопов, и тут будет не до рыбалки.

- Кстати, это да, - кивнул Грибодур, - Разведчик не может ослушивать все эти закоулки, так что может и пропустить.

- Чисто. Отсигналить ещё на "Челюсть", чтобы сделали тоже самое.

Если проход по обычному потоку занимал от силы час, при том что корабли преодолевали большие расстояния, то здесь группа тащилась целый день, но так и не вышла из сетки проливов, разрезающих массу спуда. Один раз корабли пропёрлись прямо через какую-то ферму, устроеную на протоке, но судя по всему, паники это не вызвало, так и пух бы с ней. Само собой, что по наступлению темноты флот не остановился, и даже не сбросил хода, а продолжал идти, только посадив наверх кошцев, чтобы не бодать стенки. Бодать что-либо сейчас особенно не хотелосиха, потому как чекоты зарядили ракетницы полным залпом, итого получалось по шерсть-надцать снарядов на двух установках у каждого.

Марамак, например, весьма опасался заряженых станков, но делать было нечего, и грызь забыл об этом. Дремая в довольно тесном суръящике в помещении корабля, грызь мотылялся мыслью по родному Лесу, ощущая запах грибов, мягкую травку и хвою ёлочек, потявкивание лисиц и всхрюкивание кабанов, ну и конечно возвращался к своей согрызяйке, мягчайшей пуше, ургххх... Однако это не помешало ему вскочить, как только уши услышали волшебные слова - "боевая тревога". Грызь ещё не проснулся до конца, а организм уже делал действия, вслуху выработанного автоматизма. Марамак всунулся в просвет между другими зверями, сунувшими уши в основную рубку, чтобы получить данные от водителя корабля.

- Внимание, всем собраться! - чётко цокнул Грибодур, - Похоже, это засада, спереди к нам движется не меньше дюжины разнотипных кораблей! Уклониться не получится, будем принимать бой.

- Грызаный фарватер! - выразил общее мнение Зуртыш.

- Когда в нас попадут, - быстро продолжал грызь, - Поджечь опоссумки по обычному сценарию. После того, как они подходят на триста метров, разворачиваю посуду сначала одним, потом другим боком, бьёте с ракетниц прямой наводкой прямо им в рыло! Орудийкам брать цели сзади. Всё чисто?

Как раз в это время корабль содрагнулся от сильного удара, послышался характерный звук взрыва на броне, и дробь осколков пошла гулять по стенкам и по воде.

- Чисто! - цокнули грызи, прыснув по местам.

- Сигнал на сближение для группы! - цокала откуда-то Катя, уже выбравшаяся из-под сурка, - Дистанция...

Чекота качнуло ещё раз, но снаряд снова угодил в броневую плиту и срикошетив, взорвался в воздухе. Однако стрелявшие не видели этого точно, и чтобы создать ложь, грызи немедленно подожгли "опоссумки" - дымовые шашки, имитировавшие пожар на корабле. Марамак и Зуртыш таки сели под центральную рубку, потому как добежать недолго, а вот если попадёт в станок - поминай как грызли. Интенсивность обстрела снизилась, похоже, что противник купился на дымы и теперь шёл на сближение, либо чтобы добить, либо, скорее, для абордажа. Грибодур, сидевший на вахте во время происшествия и принявший командование кораблём, слышал в смотровые приборы, как из утреннего тумана выходят посудины, похожие на соедкапитальские сторожевики, но вряд ли это были они. Грызь заслушался, так что отскочил только тогда, когда снаряд вдарил по бронеставню и вогнул его внутрь; мелкие куски полетели по рубке и повис серый дым, но пробоины не было, и организмы остались целы.

- Да что ты впух, а, - захихикал Грибодур, отпихивая упавший столик.

- Кажется, больше не шмаляют, - цокнула Катя, отмахиваясь от дыма, - Слушай не запоздай с поворотом!

- Раньше времени тоже будет не в пух, вообще не в пух, - цокнул грызь, снова применяя яблоки в окуляры.

Обстреляв цели и увидев, что те сильно задымили, вражеские суда на полных парах пошли на сближение. Грызи уже усекли, что скорее всего это местные нелегалы, а не соедкапитальский флот - вот же не повезло нарваться на тех, кто делал ту же самую работу!

- Пальните ещё огня! - крикнул Грибодур.

- Чисто!

Кто-то плеснул из люка ещё пару литров масла на борт, так что попало и на воду, и сбоку от корабля вырвался вверх клуб оранжевого пламени. Следовало тащить цирк до последнего, воизбежание.

- Пух в ушах, Гриб, поворачивай!! - занервничала Катя, подёргивая ушами.

- Спокойно, - ответил тот, - Рассчёты к ракетницам! Маскировку снять!

Марамак и Скисорь рванули к своим ракам, пробежав под палубой, чтобы не дразнить снаряд, и высунувшись только туда, где нужно. Они рванули канаты, и брезентовые тенты, закрывавшие станок, с плеском упали за борт.

- Двадцать шерсть влево!! - цокнул Марамак, хватаясь за рычаги наведения.

Установка повернулась как раз так, чтобы иметь возможность стрелять мимо надстройки, закрывавшей её спереди. Едва щёлкнув ступорами, Скисорь показал на уши, и метнулся обратно, потому как ему надо было присутствовать в башне. Корабль медленно начал поворачивать - всмысле не особо и медленно, но сейчас казалосиха, что он еле ползёт.

- Если что, цокнешь! - крикнул снизу из люка Драфи.

У него просто не было пока дела, так что предупреждал, что в пух. Марамак же, прильнув к прицельной планке, быстро вспоминал теорию по стрельбе прямой наводкой. Немаловажно было не забыть накрыться бронеколпаком, чтобы не спалить себя хвостами ракет, когда те полетят, ну и припомнить другие опции... Ещё один снаряд, слышимо бронебойная болванка, высек искры на щите, что закрывал надстройку, и со свистом улетел в небо. Грызь сильно облегчённо выдохнул, потому как будь угол подлёта снарядов другим, было бы возможно попадание прямо в станок с раками, что вообще мимо пуха. Сейчас же расстояние сократилосиха настолько, что вражеские корабли били по прямой, и снаряды не могли перелететь бронированые надстройки.

Наконец, после нервного ожидания, спереди хлопнули башенные ракетомёты, а затем из-за края корпуса появилась первая цель, длинный баркас с орудийной установкой на передней площадке. В борт было бы проще, но выбора не имелосиха, и Марамак, наведя прицел, повернул взрыватель на четыре щелчка. Над ушами тут же оглушительно взвыло, и весь обзор заволокло дымом. Четыре ракеты полетели в цель, и следовало надеяться, хоть одна её зацепит. В отличии от обычных семидесяти-миллиметровых пушек соедкапитальского образца, РС разворотит борт или надстройку почти любого судна, нанося большие повреждения. Грибодур, слава гусю в перьях, подумал и о дыме, и не сбрасывал ход, хотя из-за этого он и приближался к врагу ещё больше. Чекот через пять секунд уже вышел из тучи дыма от первого залпа, Марамак услышал, что баркас горит, и перевёл прицел на следующего. Спереди снова хлопали ракетомёты, и вряд ли Скисорь стрелял, не дуя в пух - скорее, ложил по снаряду на цель, выбивая их из строя. Второй корабль, попавший в сектор обстрела, обычный "шершень", вздумал повернуть слегка боком, и в этот бок и получил следующие четыре ракеты. Сам стрелок этого как обычно не слышал, но реактивные подарки легли кучно, и один грохнул точно между колёсами, разворотив половину катера, так что тот сразу завалился на борт, а через пол-минуты ушёл под воду.

- Спокойно, работаем дальше!! - заорал в заднее окошко рубки Грибодур.

Опомнившись, враг начал сыпать снарядами, так что корабль сильно затрясло. Скисорь, с помощью Джалка быстро запихивая на место снаряды, поджёг ещё один баркас. Марамак же слышал, как с судна светящаяся точка снаряда летит прямо на него, и грохает где-то сзади - пронесло... Но долго проносить не будет, так что грызь выпустил по "шершню", что был дальше остальных, оставшиеся восемь ракет, чтобы просто их не осталось на станке. Собственно, едва он это сделал, как фугас задел корму и вырвал оттуда порядочный кусок, а это слишком близко к пускачу. Отряхивая уши от звеневшего в них шума, грызь побежал на ракетницу правого борта, потому как сейчас Грибодур должен был разворачиваться другим бортом и повторять упражнение.

- Стоять!! - цявкнула Катя, хватая Гриба за лапу, - Они хавронят прицельно по ракетнице, не разворачивайся!

- В пух, - мотнул ухом тот, поворачивая штурвал обратно, - И так справимся, пух в ушах!

- Слева!

- Понял, не дурак... Дурак бы не понял...

Слева-спереди к чекоту быстро подходил один из баркасов, где не было орудий, зато были абордажные звери, сейчас скрывавшиеся за ящиками на палубе. Они правда не представляли, куда дуют гуси... зато Грибодур представлял. Как только судёнышко налетело на переднюю часть "Глота", и оттуда посыпались кротолики и шаракалы, грызь отпустил полностью рычаг паровой заслонки, которая давала пар на свёрла. Пространство между кораблями наполнилосиха плотной тучей перегретого пара, так что немедленно раздались вопли и шлепки по воде, когда тушки прыгали туда, надеясь спастись. Вторым номером по палубе пошли гранаты, убравшие оставшихся. В это время Грибодур закрыл парную и налёг на другой рычаг. Левая "клешня", торчавшая металлической дугой и нависавшая над баркасом, рухнула вниз - но не просто опустилась, а ударила со всей дури, грызь прекрасно знал, как это сделать. Тяжёлая оглобля пробила палубу и выкрошила в борту длинную пробоину, а грызь дал пару поднимать её обратно, и включил задний ход.

- А, песка?! - орал из башни Скисорь, - Вот песок!!

Едва высунувшись из-за тонущего баркаса, следующий катер огрёб ракетой точно в рубку и сильно заскучал. В свою очередь из-за него выходили следующие, и по ним полоснула прямой наводкой ракетница правого борта, потому как они таки попали в сектор обстрела. Чекот шёл уже в сплошном чёрном дыму, потому как и сзади, и спереди от него горели корабли.

- Ещё два или три мелкача, но они кажется уходят, - сообщила Катя, выполнявшая ослух по полному кругу.

- Пусть беседуют с тунцом!! - рыкнул Грибодур, - Отсюда только на дно!

- Там не всё чисто на другой стороне, - предупредила грызуниха, - У "Челюсти" проблемы!

- Грызаное ничего! - фыркнул грызь, разворачивая корабль.

Засада, в которую местные пираты поймали группу - и при этом угодили сами - состояла не только из тех кораблей, что вышли навстречу и попали под шквал огня с "Глота"; ещё две группы атаковали с флангов, пройдя незаметными узкими протоками среди массы спуда. И если Грибодур с трудом, но отбился, пользуясь фронтальной защитой, то "Челюсть" получила серьёзные повреждения, попав под боковой обстрел. Спудяки не успели разрядить одну из ракетных установок, и снаряд угодил именно туда, вызвав сильную детонацию, так что оказался полностью уничтожен один из поплавков и сильно повреждён основной корпус. Корабль перекосило, отчего он потерял возможность отстреливаться. Однако до того, как его перекосило, чекот отправил на дно не менее четырёх малых катеров. Оставшиеся однако не были намерены уняться, и ояблочиванием ситуации, как Катя, не занимались ни разу. Уцелевшие после перестрелки баркасы подошли вплотную у повреждённому чекоту и оттуда посыпались абордажники.

Они однако сделали ещё больше ошибок, чем просто атаковать чекота. Пираты набросали швартовых, чтобы их калоши не оттолкнуло от цели, на чём и прогорели. В то время как "Глот" отбивался от наседающих спереди, водители транспортных кораблей не сидели на хвостах, тупо наблюдая за происходящим. С кормовой башни "язя" стрелял ракетомёт, окучивший как минимум один катер. Водитель же транспорта, кошец по имени Хлаффи, развернул своё корыто и протаранил пиратские баркасы, зацепившиеся за подбитого чекота. Бронированное рыло "жабитона" размолотило борта, как бумагу, тяжёлый транспортник подмял свои жертвы и протащил некоторое время, после чего они быстро скрылись под водой. К этому времени подошёл и "Глот", валяя колёса в воде на предельных оборотах.

- Так, эти готовы! - сообщила Катя, - Осталось два...

Просвистела ракета, и последний целый баркас расцвёл огненым шаром.

- ... теперь один. Драфи!! - крикнула вниз грызуниха, - Посмотри, как с "Челюстью"!

- Чисто! - отозвался кошец.

- Башни, специальными! - цокнул Грибодур.

В зоне слышимости остался только корабль навроде сторожевика, который не особо уклюже разворачивался, кое-как сообразив, что дело дрянь. Квалификация у этих ребят была так себе, потому как они никак не могли навести пушку, когда корпус всё время поворачивался. Навести им её и не дали, в борт корабля ударила ракета со спецначинкой, посланая Скисорем; вторая вошла ближе к машинному отделению, так что изо всех окон повалил густой горчичный дым. В то время как "Глот" подходил к жертве, готовя клешни, по левому борту оставался накренённый "Челюсть", на краях палубы коего ещё ныкались кротолики, избежавшие парной и огня из амбразур. Зато они висели как груши в тире перед Драфи и Линдой, так что звери не приминули использовать свои навыки в стрельбе из винтовок. Тушки массово бултыхались в воду, как тыблоки с тыблони.

- Один патрон, один кротолик, - рыкнула Линда, клацая затвором, - А эти в воде, Драф?

- Пошли они в жепь! - ответил кошец и выстрелил ещё раз, - В гости к тунцам!

В гости к тунцам отправились все пираты, попавшие в воду и в слышимость команд кораблей - из амбразур грохали выстрелы, и очередное туловище исчезало под водой. Вылавливать этих ослов после того, что они учинили, никто не собирался ни разу. Кошец и шаракалиха таки натянули на морды маски с фильтрами, и когда чекот прочно вцепился в последний плавающий корабль врага, прыгнули на его палубу. В отличии от обычной процедуры, где предуслышивалосиха вязать животных, они просто расстреляли их на местах, чтобы не рисковать, и закидали внутренние помещения гранатами. После того, как туловища кротоликов были сброшены за борт, можно было сказать, что всё достаточно чисто. Группа скучивалась вокруг подбитого корабля, начисто потерявшего ход, и на него вплавь перебирались аварийные партии, помочь с ранеными и воспрепядствовать затоплению.

- Грызаный песок, - цокнула Катя, постукивая зубами от напряжения, - Могли бы искупаться!

- Если бы не детонация на ракетнице, легко бы отделались, - фыркнул Грибодур, прижимая уши, - Хорошо ещё не обе сразу, а то от него вообще бы ничего не осталосиха. А у нас как?

- По правому борту пробоины в лапах, правая ракетница выведена из строя, - сообщила Катя, - Кстати, надо лезть заделывать.

- Чисто цокнуто, - пожал её лапку грызь, - Пояблочишь, йа слажу?

- Как знаешь, - улыбнулась Катерпилариса.

"Глот" тоже заваливался на бок, потому как через пробоины затапливало поплавки-"лапы" с правого борта. Правда, даже с полностью затопленными поплавками корабль оставался на плаву и даже мог стрелять, потому как водоизмещение их было значительно меньше, чем у основного корпуса, а он остался цел. У "Челюсти" дела были гораздо хуже, и корабль всё больше поднимался передней частью вверх, зарываясь кормой. Детонация боезапаса в заднем поплавке разнесла и сам поплавок, и борт корпуса, так что кормовая половина его была уже затоплена. Сильнейший взрыв ударил по экипажу, так что бороться с затоплением было почти некому, и когда к месту подошёл "язь", вопрос стоял уже о спасении зверей, а не судна. Аварийные команды, забегая в отсеки с сильно наклонённым полом и наполовину затопленные, быстро хватали пострадавших и тащили наружу, в лодки. Теоретически можно было бы попробовать отбуксировать аварийное судно на мель, однако на это не осталосиха никакого времени. Хотя команда, покидая корабль, закрыла люки передних поплавков, они не были герметичны и быстро травили воздух наружу, соответственно, наполняясь водой. Последняя лодка едва успела оттолкнуться веслом, как чекот окончательно макнулся и исчез с поверхности воды.

- В-в-в-в... - начала цокать Катя, передёрнулась, но продолжила, - Всех вытащили?

- Да! - уверено ответили с лодок, - Ну, живых.

Грызуниха снова поёжилась всей белкой, но взяв себя в лапы, продолжила следить за окрестностями, как бы не пожаловал кто ещё. Всё-таки три баркаса из первой группы ушли, так они могли не просто скрываться в ужасе, а что-нибудь отчебучить. Грибодур же в это время, вместе с другими спудяками, забивал затычки в отверстия и прикручивал к борту заплатки на винтах. К удаче, помпы с паровым приводом работали отлично, и как только их запустили, повреждённые отсеки стали почти сухими, что кардинально облегчало ремонт. Вслуху этого, команда "Глота" уже через час сидела в полном апухе на палубе, пила чай и сушила намокший пух.

Согласно полной ревизии, "Челюсть" пошёл на дно, "Глот" имел некоторые повреждения, не лишающие его боеспособности; также пострадал "язь" и транспорт - пираты пытались разбить колёса, но попадали куда пух на уши положит, само собой. По закону подлости, чекот затонул ровно посередь пролива, где глубина была более двухсот метров, дальше даже мерить смысла не было. Экипаж "Челюсти" был эвакуирован, во время боя он понёс потери в составе четырёх зверей из тех, что были в поплавке и машинном отделении, пострадавшем при взрыве. Также имелся захваченый пиратский баркас с пушкой. Туда немедленно перешли Драфи и Линда, осмотревшие посудину внимательно, но кроме пустых бутылок из-под спиртного, ничего не нашли, даже снарядов к пушке. Помимо собственно калоши, имелся только некоторый запас спудугля.

Соразмерно логике вещей, группа не стала торчать в проливе, ожидая новых подарков, а отгребла на несколько часов хода в удобный угол среди проток в спуду. К тому времени вернулись разведчики, и теперь они надёжно охраняли стоянку от внезапной атаки. Пять кораблей встали на якоря на отмели в полукруглом заливчике, откуда имелись выходы в три пролива-протоки. Следовало окончательно разобраться с изменившимися условиями и решить, как трясти дальше. Для обцокивания песка с "язя" выбрался Раждак, который до этого обтачивал детали из запасников, используя для этого наждак. Более всего в шоке были грызи и кошцы с "Челюсти", особенно Нитралфи, который никак не мог поставить уши, настолько они прижались к голове. Многим из этих зверей ещё предстояло вылёживаться, потому как они схватили поражение ударной волной. Облегчало то, что на "Недолетарии", как и на всяком "язе", имелся лечебный отсек, и его можно было использовать.

- Как с подогретой медициной? - осведомился Раждак.

- В пух, - сообщил водитель "язя" Шилк, - Будут лежать как овощи, в сохранности.

- Кстати, Хлаффи, - показал на рыжего кошца грызь, - Водитель транспортника, макнул два баркаса и предотвратил захват чекота абордажниками противника.

- Это да, - не моргнул глазом тот, - Кстати, кто это был?

- Судя по всему, местные пираты, - фыркнул Раждак, - Это конечно мимо пуха, потому как хотелосиха бы оставить их здесь, а теперь они на дне, беседуют с тунцами... Основной вопрос в том, насколько боеспособен "Глот".

- Почти на сто пухов, - сообщил Грибодур, - Повреждения корпуса исправлены, а разбитую ракетницу мы можем сделать с помощью "язя" в течении суток. Остальные повреждения незначительные и на функциональность не влияют.

- В таком случае думаю головой, что нужно идти дальше и ремонтироваться в пути, - цокнул Раждак, - Идеи?

- Не идеи, но песок, - почесала ушки Катя, - Мы так и будем мотылять с собой пострадавших? Если вдруг возникнут осложнения, это мимо пуха.

- Отправим на трофейных посудинах или через разведку, - кивнул грызь, - А вообще, вовремя зарядили ракеты, без них пух бы отбились.

Закруглив технические вопросы и ответы, спудяки снова разбежались по кораблям, и группа пошла дальше, только сменив построение. Разведчик теперь не плавал далеко, но сувался ровным счётом во все разветвления проливов, чтобы не повторить ошибки. "Глот" шёл не впереди, а рядом с "Недолетарием", и по мере надобности корабли швартовались бортами друг у другу. На корабле поддержки имелось всё, чтобы исправить ракетную установку, в том числе кузня для изготовления совсем новых деталей, абы сие потребуется. Вслуху этого грызи работали с песком, примеряли, и перекидывали детали на "язя" через борт, где их ловили и подпиливали нужным образом. Образовался некоторый аврал, однако зверей было довольно много, так что они могли меняться, чтобы отсурковаться должным образом.

Само собой, все находились под впечатлением, потому как первый раз лично наблюдали, как чекот ныряет в глубины подспудной воды. С одной стороны, за несколько минут на дно пошли результаты работы за несколько лет, с другой - "Челюсть" утащил с собой не менее четырёх катеров пиратов, и если бы не неудачное попадание и детонация, вполне мог бы отбиться без существеных потерь. В общем же счёте, как прикинула Катя, было уничтожено не менее десятка пиратских посудин, из которых четыре "шершня". В тактическом плане это было в пух, а в стратегическом мимо, потому как сдешних пиратов не следовало убирать, чтобы они щипали кротоликов. Но теперь не они будут щипать кротоликов, а тунцы будут щипать их. Таким образом следовало признать, что достаточно легко отделались, а это вызывало массовое вспушение и мотание ушами, как обычно. Также сильно пострадал чай, что тоже далеко не новость.

Корабли продолжали идти мимо низких пологих берегов спуда, поросших пухти чем - небольшие деревья словно стояли в воде, упираясь в дно сетью прочных и толстых корней, что выслушило необычно. Самый взмыл был у разведчиков, которые мотылялись туда-сюда на полной скорости, и три раза группа меняла маршрут по проливам, чтобы не натыкаться на патрули соедкапитальского флота. Заодно был изучен трофейный баркас, потому как таких тут было допуха, и наверняка это не последний. Это имело и те смыслы, что соедкапитальские сторожевые катера были сделаны из таких же посудин, только с полуторной длиной корпуса.

- Да нет, ну как, чо, - раздумывал Драфи, ходя туда-сюда по палубе калоши, - Не крейсер конечно, но для сбора топлива, например, сойдёт. А если заново строить, это будет тысяч сто затрат, примерно.

- Ну да, - хмыкнула Линда, - Как по кротоличьему анекдоту. Что-ж ты подлец бабушку за тридцать центов убил? Ну не скажите, три бабушки - уже спудоллар.

- Не, - мявкнул кошец, проржавшись, - Этих йа убью сколько надо, причём не за спудоллар, а от пуши.

- А ну их в спуд, - зевнула шаракалиха, - Пошли вяленку жрать.

Спудяки довольно скоро ощутили, что климат в сдешних местах не такой, как не в сдешних. Как только потеплело достаточно, на небо натянуло серую облачность, задул сильный ветер и обрушился дождём неслыханой интенсивности. Сверху лило как из вёдер, так что на палубе стоял толстенный слой воды, хотя ничто не мешало ей стекать в стороны! Спудофун, как называли такие штучки местные, сильно промочил корабли, потому как те не были рассчитаны на подобное погрызище и сильно протекали сверху, так что пришлосиха срочно заделывать неплотности. При сильном ветре и особо плотных осадках даже в дымовые трубы могло залить столько воды, что глохла топка, так что на время особого буйства стихии использовали заслонки. Помимо полива сверху, корабли испытывали на себе и усиленное волнение воды, сухо цокая, а короче - волны порядочной высоты. К тому времени группа вышла в прибрежную зону Странглефорнии, и хотя на открытой воде сильно мотыляло, спудяки радовались, что вовремя выбрались из узких проливов, где пришлось бы гораздо туже.

- Грызаные пески и суглинки! - цокала Катя, наблюдая, как корабль взлетает по волне на несколько метров, - Никогда не думала, что увижу такое погрызище!

- Мар, как ты думаешь, прочности этому корыту хватит? - осведомился Грибодур.

- Почти на сто пухов, что хватит, - заверил Марамак, - Аммортизаторы сработают. Могут пострадать более всего лопатки колёс, не предназначеные для таких нагрузок.

- А снаряды не отсыреют? - чихнула грызуниха, - Во всех отсеках уже, как в жабятнике, рыб пасти можно.

- Проверяем, думаю, что не должны.

- Вот ещё гусь поперёк веток...

Волнение воды и постоянная качка плохо действовали на некоторых грызей и кошцев, это было известно под названием морской болезни, когда начиналось кружение головы и тошнота. Хотя вся команда состояла из спудяков, никто из них не был в сильной качке, потому как такие явления наблюдались только здесь, где сходились несколько факторов сразу.

Вся эта канитель однако не помешала разведчикам нарезать круги возле идущей группы. "Сучок", следует заметить, был почти что плоскодонным, и если бы не его катамаранность, устойчивости никак не хватило бы на сильное волнение, типа как сейчас. Небольшой катер ухал между волнами по самую трубу, взлетал на гребень, разбрыливая воду с носов, и снова уходил вниз. Командам пришлосиха немало повозиться с его ходовой частью, которая тоже далеко не идеально работала в таких специфических условиях. Кстати цокнуть, во время спудофуна в море почти не было кораблей, все они прятались в бухтах или швартовались к станциям, что тоже следовало учитывать при планировании.

Как только непогодь рассупонилась, и небо очистилосиха от туч, а волны унялись, разведчик сообщил о приближении двух патрульных кораблей соедкапитальского флота, канонерки навроде "угла" одгорозков, и сторожевика. Особенность состояла в том, что группа проходила в достаточно узком месте между мысом суши и стенкой спуда, поэтому уклоняться от встречи с патрулём означало вылезти прямо к берегу, на оживлённый маршрут и под яблоки всех кротоликов, живущих на побережье.

- Сто рожевик, двести рожевик, тьфу, - пробурчала Катерпилариса, постукивая когтями по штурвалу, - Мы можем дать полного песка?

- На сто пухов! - цокнул Марамак, - Давеча же проверяли и снаряды, и установку.

- Полного песка мы сможем дать, только если загрузим зверей со зверовоза, - уточнил Грибодур, - Думаешь, это хорошая идея?

- Хорошая, но неправильная, - захихикала Катя, - Кхм! Всмысле, конечно. Вряд ли они откроют огонь первыми, наблюдая неизвестные корабли с жабьими флагами.

- Ну чекота они могут не узнать, а "язя"?

Правдивая история была в том, что "язь" имел слишком характерную форму корпуса, и спутать его трудно.

- А мы его задвинем за "жабитоны", пух в ушах! - фыркнула грызуниха, - Потом слушай: с одной ракетницы кладём залп по одному, с другой по другому. Одну цель топим, вторую обрабатываем.

- А какая одна, какая вторая?

- Лучше конечно топить двести-рожевик, - подцокнул Скисорь, вращавший ушами в нетерпении, - А жадить канонерку, ибо дороже она.

- Лучше и то, и другое, - смахнул жабу с шеи Марамак, - Но это вряд ли.

- Да, - кивнула Катя, - Рисковать не будем, хватит одного ныряльщика. Как только зарядите ракетницы, поднимайте бронеплиты и разворачивайте их, чтоб не задело. С обычной дистанции бьём по канонерке, чтобы вывести её из строя, хотя бы частично, и на ускорителях идём брать её. По пути обрабатываем вторую цель боевыми, просто чтобы удалить.

Чисто ли это?

- Это получается, мы должны повернуть им навстречу? - уточнил Грибодур, - Это будет выслушить подозрительно, не?

- Если всей группой, то не, - цокнула Катя, - Пусть думают, что так мы и шли.

Спудяки быстро зашевелили хвостами, потому как дымы от нагоняющих кораблей уже маячили на горизонте. Группа перестроилась и пошла навстречу им, а чекот пришвартовался к борту "жабитона"-зверовоза, чтобы загрузить абордажную команду. Кротолики и шаракалы, просидевшие почти две недели в своих загонах, слегка озверели, так что пасший их Фелфи не только орал, но и стрелял в воздух, чтобы обращали внимание. С большим трудом рыжий кошец загнал весь свой зверосовхоз в отсеки чекота, и теперь всё было готово к песку. Заряженые ракетные установки развернули назад - таким образом сами ракеты оказывались близко к стенке надстройки, и угодивший под углом сверху снаряд никак не мог попасть в них, миновав броневую плиту. Когда расстояние до противника, он же пища, стало относительно небольшим, кошцы вывалили на палубы и стали там тусоваться, чтобы не вызывать подозрений до последнего момента - если корабль прёт тебе навстречу с закрытыми люками, это вызывает. Ну а грызей вообще не следовало показывать, потому как любой мало-мальски думающий кротолик сразу сообразит, что это к добру, но не для него.

Пока же думающих не наблюдалосиха, корабли пёрли прямо в пасть, не удосужившись даже привести команду в полную боеготовность. Вместо того, чтобы сидеть в закрытых отсеках у орудий, кротолики толпились на палубе, полемизируя по поводу того, что это за группа посудин в подотчётной спудотории. Кроме того, у них в лапах явственно поблёскивали бутылки, и вряд ли с лимонадом. Скорее это было спудическое топливо, что вызывало конкретные бугогашечки у Кати и Скисоря, потому как они лично продавали кротоликам морлук как сырьё для этой жидкой дури. И вот она, Прибыль...

- Они ни разу не чешутся, - цокнула Катя, быстро принимая решения, - Башням специальными по канонерке, ракетнице специальными по сторожевику, остальным огонь не открывать до команды!

- Чисто цокнуто!

Пользуясь случаем, чекот приблизился к жертвам метров на четыреста, когда ракетомёты не давали промаха, да и прямой наводкой с ракетницы звездануть куда как удобнее. Соедкапитальские спудяки слегка занервничали, только когда разглядели "Глот" в подробностях и сообразили, что это бронированый военный корабль - но было уже несколько раз как поздно. С башенных ракетомётов реактивные снаряды врезались в канонерку, пробив корпус и наполняя его изнутри горчичным дымом, а спустя пять секунд Катя повернула достаточно, чтобы дать возможность отстреляться с залповой установки. Марамак выпустил в сторожевик пол-залпа, и по меньшей мере три ракеты угодили прямо в него, так что клубы дыма оттуда пёрли плотные.

- Держать его на прицеле, не давать песочить! - дала ценные указания грызуниха.

Держать сторожевик на прицеле могли только ракетные станки, потому как башни находились спереди, а чекот вцеплялся в еду клешнями. Команда в очередной раз услышала характерный скрежет и треск, когда судно притиралось к борту, затем упали клешни, фиксируя положение, и в дело пошли свёрла. Рыжий кошец Фелфи сидел за выступом палубы перед башней, как раз там где открывался люк для десанта, и ожидал подхода нужного времени. Сначала, как оно часто и случалось, несколько особо умных кротоликов попытались перепрыгнуть на чекота, спасаясь от едкого дыма. Пробовать вязать этих не стоило, так что кошец взялся за рукоять пулемёта, и из своей амбразуры дал щедрую очередь, перекрывая всю палубу. Из рубки сверху тоже застрочил пулемёт, и два плотных чёрных зверя свалились за борт, ещё два слегли на палубу. Внизу закончили работать свёрла, и из открытых люков канонерки вылетели клубы пара, создавая закладывающий уши грохот. Фелфи обернулся в сторону и убедился, что его подопечные животные не спят - они находились за стенкой, и кошец пырился туда через амбразуру. Чёрный лис Экзе натянул маску на морду, как и его команда кротоликов.

- Готовы? Пошли!! - крикнул кошец, навалившись на рычаг.

Люк открылся, и десант рванул вперёд, в развеивающуюся тучу пара и остатков дыма. Видно было не ахти, только пробегающие по палубе лапы, жирные огузки и болтающиеся сзади сумки с гранатами. Где-то за паром захлопали выстрелы и полетели гранаты.

- Малабодэн!!! - раздался истеричный вопль кротоликов.

Они не имели ввиду ничего конкретного, просто орали в попытках испугать врага.

- Мааалааабооодееен!!! - ответили им другие вопли, и снова всё потонуло в грохоте выстрелов.

Вот это самое то, заржал Фелфи, когда малабодники ковыряют сами себя! Сзади раздался вой от стартовавшей ракеты, потому как тамошние стрелки посыпали сторожевик, чтобы тот оставался в кондиции. Единственное, что не нравилось Марамаку - так это это, что пища всё больше удалялась, и попадать туда становилось всё труднее. Кроме того, рано или поздно тамошние звери справятся с дымом, хотя бы навязав на морды мокрых тряпок. Получать оттуда в кормовую часть и повторять упражнения "Челюсти" по экскурсии на дно было бы мимо пуха, так что следившая за всем вокруг Катя не упустила из слуха и это.

- Правая ракетница, сторожевик уничтожить!

- Чисто цокнуто!

Корабль заволокло дымом ещё и от половинного залпа, когда стрелки повторяли операцию, только теперь летели не специальные, а фугасные. Те же три попали по кораблю не особо больших размеров, сильно разворотив его и пробив борт. Посудина стала быстро оседать на жепь, и через пару минут на волнах мотылялись только куски плавучего хлама и обалдевшие от дыма кротолики. Этих однако тщательно собирали и запирали в спецотсеках зверовоза, воизбежание - свидетели раньше времени были не нужны вообще.

В это же время Фелфи уже перепрыгнул на канонерку, и прижимаясь к стенкам, прошуршал вокруг надстройки. Кротолики оказались не столь плохо подготовлены, как хотелось бы, и отстреливались упорно, покормив пулями нескольких своих собратьев из абордажной команды. Кошец перепрыгнул одну их валяющихся тушек и оказался рядом с Экзе, вжимавшимся в стенку. Из-за угла прошла ещё одна очередь, вышибая яркие искры на спудилиуме и расщепляя доски.

- Чё там? - кивнул Фелфи.

- Бронедверь, гранаты не берут, - рыкнул лис.

- Насрать, - меланхолично ответил кошец, - У кого кувалда?

- Да вроде вон там должна быть, - показал чёрный, гундося из-под маски.

Фелфи, пригибаясь и не теряя из поля зрения окружающее, дошёл до валяющегося в луже крови кротолика и забрал обронёную им бронебойную кувалду. Высунувшись наверх, он обнаружил, что Драфи и Линда тоже здесь, хотя и без своих шаракалов.

- Прикройте, я постучу! - показал рыжий.

- Давай, лупи! - кивнул Драфи, вставая к углу с обрезом винтовки.

С другого угла караулила шаракалиха, если кто вздумает высунуться, так что кошец вскочил на палубу, которая была потолком для помещений под ней, снял кувалду с предохранителя, и с хорошего замаха вдарил по доскам. Грохнул выстрел, кувалда на длинной ручке отлетела вверх, так что кошец не без труда поймал её, а в палубе появилось ровное отверстие с обгоревшими краями.

- Перед дверью, лопушина!! - крикнул снизу лис.

- А, выпардониваюсь, - церемонно мявкнул Фелфи, и полез перезаряжать орудие.

Для этого ему пришлосиха снова сбегать к тушке кротолика, потому как первый раз он забыл про патроны к кувалде. Перезарядив инструмент слегка трясущимися лапами, кошец прикинул планировку и снова вдарил через палубу.

- Теперь точно! - сообщил Экзе.

- Ну раз дым их не берёт, им же хужее, - хмыкнул Драфи, и отправил в дырку тонкую динамитную шашку.

Фелфи спрыгнул в корридор, заполненый дымом, прижался к двери, ощупывая её лапами, затем примерился и лупанул кувалдой ещё раз, целясь в замок. В закрытом пространстве выстрел звучал оглушительно, зато дверь приоткрылась. Не теряя ни секунды, кошец зарядил следующий патрон, добил замок, и в образовавшуюся щель зашвырнул гранату.

- Долбаные суслики вперёд ногами!! - выругался лис, - Вы что там творите?!

- Мы творим действия! - ответил Фелфи, отдуваясь, - Ещё грены есть? Давай сюды!

Примерно таким образом брались все остальные отсеки, где ещё оставались кротолики, тупо кричавшие "малабодэн" и палившие по корридорам из лапных пулемётов. Как оказалосиха, упираться они могут весьма значительно, даже после дымовой атаки. Этому способстовало умение именно кротоликов действовать вслепую, и залитые глаза им не мешали. Хорошо ещё, что никто из них не догадался взорвать боеприпасы... А так в течении десяти минут корабль был планомерно зачищен, последних зверей из команды вывели под прицелом "свои" кротолики.

- Чисто! - сообщил Фелфи, вернувшись на чекота.

- Опушнительно! - правдиво цокнула Катя из окна рубки, - Уйдите оттуда сейчас же, пусть минёры проверят на эт-самое.

- А кто у нас минёры?

- Вы и есть минёры, так что идите обратно! - цокнула грызуниха и заржала, - Шутка, сейчас цокну.

Через десяток минут, когда минёры натурально проверили корабль на предмет взрывоопасности, спудяки уселись на палубе, отдуваясь от напряжения. Скисорь имел исключительную возможность сидеть прибочно со своей грызунихой, остальные только предвкушали, но не особо расстраивались из-за этого. Грибодур задумчиво крутил в лапах гильзу из-под патрона бронебойной кувалды, потом похихикал, и убрал её в ящик ко всем остальным гильзам. Само собой, Жадность не позволяла выбрасывать большие металлические стаканы, каковыми были гильзы от снарядов, грызи просто привозили их обратно на базу и там использовали повторно, а если гильза портилась и не годилась - из неё делали горшок для цветуя, горелку, коптилку, или ещё что-нибудь. Ну, в самом крайнем случае бросали в переплавку... в общем, жабцы бы обобрили. Это при том, что от реактивных снарядов с залповой установки не оставалось вообще ничего, а от ракетомётных - маленькая гильза, в которой находился первичный заряд взрывчатки, выбрасывавший снаряд из ствола.

Драфи таки озаботился тем, чтобы собрать все гильзы от кувалды с захваченного корабля - неровен час, его утопят или просто придётся бросить, и лучше, если следы применения спецоружия не попадут в яблоки кротоликам. Кошец вместе со своей шаракалихой выковырял крупные осколки РС-а со спецначинкой, застрявшие в стенках, и...

- Да ты опушнел, за борт?! Давай сюда, толстомордие!

Запасы лома в трюме "язя" были пополнены, благо место освобождалосиха из-за траты топлива и боеприпасов. Стрелки сразу же по окончанию боевых действий принялись вытаскивать запасы ракет и возвращать их в боеукладку чекота, пополняя запас до ста пухов. На "язе" был подъёмник с длинной стрелой, который закидывал ящики сразу в нужное место корабля, если тот стоял рядом, так что дело продвигалосиха вполне в темпе. У кого не было неотложного песка, пошёл потаращиться ушами на канонерку. Это был корабль в техническом плане соответствующий береговой охране, тобишь он был большим, и при этом нёс мало вооружения и брони, зато имел кучу подсобных помещений - одним зверей можно разместить штук сорок, да и груза напихать не по пуху. Любой жабец на чёрной торгушке смекнёт, что посудина очень даже пригодна для широкого круга задач, а это, считай, мгновенное превращение судна в жабаксоиды. Грызи ослушали и даже потёрли лапами семидесяти-миллиметровые пушки в полубашнях, и потешились тем, что под ними в погребах лежали десятки снарядов. Это барахло вряд ли требовалосиха для непосредственного применения, но опять-таки на продажу пойдёт по шерсти. Жабцы например производили пухову тучу боеприпасов к соедкапитальскому оружию, так что сбыть нетрудно.

То, что канонерка была устроена как сторожевой корабль, а не боевой, подтверждалосиха и тем бардачищем, который обнаружили в жилых отсеках- навалы из объедков, засаленые игральные карты так называемого "вайт-джека", пустая стеклотара из-под жидкой дури... у них там были и самки облегчённого поведения для полного комплекта, но к их неудаче, именно в ихний отсек влетел 132-миллиметровый снаряд ракетомёта, так что обрывки шкур пришлось собирать долго и нудно. Более того, кротолики явно не использовали все помещения, в некоторых просто лежало какое-то барахло, явно ненужное.

- Это, вне всякого сомнения, в пух, - цокнул мудрость Грибодур, ткнув пальцем в пух на хвосте, - Однако, это всё-таки военный патруль, насколько йа соображовываю.

- Садись, двойка, - хмыкнула Катя.

- Дойка? - заржал Скисорь, - Кхм. Да не, правда, это береговая охрана, Гриб.

- А что, береговая это не военные?

- Теоретически да, но на самом деле кротоличья береговая охрана это жуткое погрызище, - пояснила грызуниха, - Легализованая оргпреступность... причём плохо организованная, так будет цокнуто точнее.

- Сало быть, - почесал ухи Гриб, - Пропажа двух посудин...

- Да, никто не бросится их искать сразу же, - кивнула Катя, - Через недельку начнут, может быть.

- Так это вообще в пух! - потёр лапы грызь.

- Именно так. Мы уйдём из этого района, и пусть ищут до опушниловки... Кстати агентура добыла и границы участков ответственности ихних подразделений, так что будем пользоваться вовсю.

- Без зазрюхи? - хрюкнул Скисорь.

- Без, - безаппеляционно мотнула хвостом грызуниха.

- А это, Катя-пуш, - мявкнул подошедший Фелфи, - Есть ли возможность воспользоваться разведчиком для связи со станцией?

- А вслуху чего?... А, ну да.

- В запятую, - кивнул кошец, - Мы уже использовали команду абордажников Экзе несколько раз, хотя договаривались на один раз. Время выпускать этих животных в спуд, согласно хитрому плану.

- Выпускать?? - фыркнул Грибодур, - А если они?

Грызь показал трёпку языком.

- Они не очень похожи на самоубийц, эти убийцы, - хихикнула Катя, - Они только что захватили соедкапитальское судно, и если они об этом сообщат кому-либо, им прострелят туловища. А скорее, сначала не поверят.

- Не поверят? - снова фыркнул грызь, - А, ну да.

Он вспомнил, что в соедкапиталах запрещено использование противолжовых препаратов, таких как "вино правды", поэтому проверить подлинность чьих-либо слов кротоликам крайне затруднительно. Ясное дело, если Экзе ворвётся на военный корабль и поведает о событиях, его поднимут на смех. Причина, по которой кротолики не пользовались этой технологией, заключалась в том, что их государство и общество были крайне криминализироваными, и если всё тайное станет явным, то с юридической точки слуха придётся посадить половину населения, а вторую расстрелять. Поэтому противоложью пользовались только ихние спецслужбы, втихоря и очень неохотно.

- Разведчик должен быть через.. - Катя взглянула на солнце, чётко определив время, - Пол-часа. Впринципе, пока он не критичен, поэтому если они не будут против, грузи туда своих гусей и отправляй.

- Чисто цокнуто, - кивнул Фелфи, и ушёл готовить своих гусей.

- Мне кажется, или это кошец? - цокнул Скисорь, показав на кошца.

- Не знаю что там тебе кажется, но это точно кошец, - сообщил Грибодур, - Но осквиряченый не по пуху.

- Не по пуху, но в пух, а не мимо, - добавила Катя, - Ну и что? Бывают и укошаченые грызи.

- Гораздо чаще и кошцы и грызи бывают ужабяченые, - заржал Скисорь.

Это он цокнул точно, потому как, неслушая на прошедший бой и вынос простреленых тушек для сброса за борт, спудяки потирали лапы. Их радовала арифметика, которая не признавала никаких двучтений и сообщала, что в группе убавился один корабль, а прибавилось два. Конечно, менять чекота на эти два было мимо пуха, но все понимали, что это только самое начало, как оно и было в натуре.

Грузовой парокатер "Молестия" неспеша чапал колёсами по воде, следуя вдоль берега и экономя моторесурс и топливо - спешить особо было некуда. Точнее, спешить может и было куда, но капитан-кротолик не платил ни малейшего внимания на нескольких пассажиров, потому как его душила Жаба ускорять ход. Посудина ворочала боками и продолжала проталкиваться через воду и вечерний туман. Маршрут был знакомый как спудолларовая бумажка, из одного порта в другой, так что кротолики находились в совершенно разжиженом состоянии. Бдил разве что рулевой, чтобы не вписаться в другое судно - но, пока что среди тумана не маячило ни единого огня, и кротолик зевал. У кротоликов вообще была крайне специфическая картина мира, так что и делали они действия, которые казались странными другим зверям. В частности, этот самый рулевой без зазрения совести пошёл в гальюн прямо с поста, а когда жирный кротолик вернулся обратно в рубку, он обнаружил кой-какие несоответствия с обычным порядком вещей. Конкретно, слева по борту на катер быстро надвигалось большое плоское судно с "клешнями" спереди...

Едва дурак прочистил горло, чтобы заорать, клешни чекота уже грохнули по палубе, откинулись трапы, и на катер разом запрыгнули с десяток вооружённых зверей. Первее всего это были шаракалы, уж трудно не узнать этих огромных увальней с длинными лапами и когтями, а за ними осторожно высовывались и кошцы, судя по ушам. На корабле имелась вооружённая охрана, но охранять они привыкли от пьяных дебоширов в портах, а не от взвода штурмовиков, так что быстро подняли коротенькие лапки и тупо моргали зенками. Ещё больший удар по слабеньким мозгам животных случился тогда, когда из-за широких морд шаракалов вышла Линда, со скептическим похмыкиванием осмотрела посудину, и обвела кротоликов взглядом, от которого те поёжились.

- Судно захвачено во славу Тройных Гвоздей! - с подобающим пафосом возвестила шаракалиха, - Вы все совершенно не нужны, поэтому если кто только подумает взрыгнуть, будет убит на месте. Если будете вести себя тихо, попадёте на обычную чёрную торгушку и скоро окажетесь на свободе. Всё ясно?

Кротолики покивали длинными носами с рыльцами, даже не удосужившись спросить, с чего вдруг гвозди стали тройными. Что, собственно, только подтверждало правильность политической конструкции, созданной Люс. Драфи в это время шмонал помещения, и в одном из них обнаружил двух физеров и кошца в налапниках. Физеры были похожи на кошцев строением морды, только она у них была короче, а уши торчали больше в стороны, чем вверх. Драфи же и не подумал что-то сделать, а пошёл за Линдой, чтобы она спросила, кто такие и вообще почём перья.

- А почему я? - удивилась серая.

- Потому что я кошец, - мявкнул новость кошец, - У меня на морде написано, что я из ГКС. А мне не хочется возиться и проверять эту кошатину, скажет она правду или ложь. А ты хоть и из ГКС, но у тебя это на морде не написано, и догадаться крайне сложно.

- Грр, Драф! - заржала шаракалиха, - Вот ты взял и аргументировал ответ! Ваще!

Как он и рассчитывал, кошец не мог предполагать, что это за шаракалиха, и не стал врать, что он из Союза. Кошец этот, как и физеры, был из соедкапиталов; они поведали, что их посадили под арест по сфабрикованному делу, и теперь этапировали в очередную кутузку.

- Да мы ваще ничо не делали, начальница, зуб даю! - мявкал кошец, не вызывая особого доверия к заявленному.

- Да ладно? - рыкнула Линда, - И что, прям вот на пустом месте?

- Не на пустом, - сказал физер, - Моя сестра Таюська плавает на какой-то торговой посудине, и зимой она пропала. Когда мы попробовали отыскать свидетельства, куда вообще делся корабль, нас и повязали. Вроде они плыли в страшную даль на восток, к земле белок.

- К земле белок... - хмыкнул Драфи, слушавший из-за угла, - Таюська, такая небольшая физериха с чёрной гривой?

- Да! - тут же проявил живой интерес физер.

- Она в окне Жидкий Спуд, на плавстанции, - сообщил кошец, - Торговец, на котором она плавала, был взят зимой флотом ГКС при осуществлении шпионажа за нашими позициями.

- Фуууф... - выдохнул зверь, - Она жива?

- Блин, я те сказал, что на плавстанции, жива она? - фыркнул Драфи, - Да ничего с ней не будет. А вот с вами будет, если вас на торгушку высадить.

Звери забегали яблоками туда-сюда и переглядывались, топча мысли. Ясное дело, что спецслужбы их просто закопают после такого инцедента.

- Клиенты готовы, - хмыкнула Линда.

Клиенты были действительно готовы к полному сотрудничеству, потому как возвращаться на территорию соедкапиталов им было никак нельзя. Физеры и кошец были освобождены от налапников, и тут же их оттащили от кротоликов, ранее конвоировавших их, воизбежание убийства. Убийство впустую, а за живое туловище дают по двести пятьдесят спудолларов, что никогда не лишнее. Захваченый пароход, вместе с "Глотом", свернул с обычного маршрута вдоль берега, и быстро скрылся в тумане.

Сунул грека руку в реку,

Рак за руку грека - ЦАП!

- фольклор

Окно четвёртое - Морволчье логово.

Грызь цокнул - грызь сделал, подумал Марамак, и не откладывая в долгий ящик, вспушился. Правда, он это делал с крайне завидной регулярностью, ну да не суть. Мелкие клочки линялого рыжего пуха полетели по ветру над водой, мотыляясь в потоках тёплого сырого воздуха. Сама вода плавно бултыхалась у борта и была сильно прозрачной и светло-голубой, так что толстые тунцы прослушивались на больших глубинах. Грызя в данный момент нисколько не интересовали морепродукты, потому как он сидел на верхней площадке надстройки чекота, и ояблочивал горизонт на предмет кораблей. Флот ГКС, вошедший в обширное прибрежное море Странглефорнии, охотился не на тунцов, а на более крупную рыбу, корабли соедкапиталов. И, благодаря достаточно тщательной подготовке и песку, сбор добычи проходил вполне в рамках заявленного плана.

Как и предполагали грызи с кошцами, обезвреживать защиту и захватывать торговые корабли и патрули было не особо проблемно. Проблемно было находить должное количество зверей для использования в качестве абордажников, пока Орден Тройных Гвоздей ещё не развернулся в полный рост. Кроме того, флот уже охомячил два десятка кораблей, а чтобы управляться с ними, требовалосиха как минимум хвостов полсотни, что вызывало дефицит хвостов. У спудяков имелась схема переправления трофеев на жабью спудоторию, но это тоже требовало времени, затрат и рабочих лап. Доходило до того тупизма, что самые шишовые и старые посудины продавали на чёрной торгушке прямо тут, самим кротоликам, у которых их и воровали! Соль состояла в том, что соединённые капиталы были соединёнными весьма относительно, и стоило найти лазейку, как туда можно было пропихнуть стадо лососей.

Помимо обмусоливания в голове этих организационных вопросов, Марамак всё время возвращался мыслями к своей согрызяйке Ушире, редко удерживаясь, чтобы не захихикать. Мягкая грызуниха осталась выращивать белочь на Родине, в собственных лесах, и грызь весьма ёрзал в шкуре оттого, что вынужден находиться далеко от неё. В своё время Ушира едва не притёрлась хвостом к другому грызю, и Марамак поёживался, представляя себе, как бы он остался без согрызяйки, каковую обожал лютым образом. Одно воспоминания о её мягких шелкошкурых ушках приводило в восторги, а главное, белочка была настоящим пуховичным зверем, так что и. Что уж там цокать, если она вместе с согрызяем готовила к походу эти самые корабли, которые сейчас стояли на отмели, купаясь в голубой морской воде.

Чекоты, или "чёрные коты", как обзывался этот тип корабля, в количестве пяти штук, ворвались во внутрениие воды соедкапиталов, как хорьки в курятник, и успели посеять прилично паники на коммуникациях. Ходовые качества чекота были достаточны, чтобы уклоняться от встречи с тяжёлыми кораблями, и кроме того, постоянно работала разведка, так что флот избегал столкновений с большими силами кротоликов, а щипал по краям. Щипать, по крайней мере сначала, было вообще просто, потому как обычно группы торговых судов не превышали пяти единиц и обрабатывались как на учениях-ухомотаниях, чётко и без альтернатив. Тактика по прежнему состояла в том, что чекот с дальнего расстояния накрывал цель залпом спецбоеприпасов с горчичным дымом, выводя её из строя, хотя бы частично. Далее корабль-скуператор включал ускорители и быстро приближался к жертве, вблизи уже обстреливая из орудий, чтобы вывести из строя вооружение цели. Подойдя вплотную, чекот зеплялся за борт клешнями, паровые свёрла дырявили корпус и пускали внутрь пар, и под занавес туда пускали абордажников, по большей части шаракалов.

Кошцы, которые занимались звероводством, шли на кучи хитростей, чтобы шаракалы вообще забыли, где они и что происходит. Сначала был уговор, что они берут корабль на абордаж, и их за это отпускают - но после страшенной попойки, на которую Фелфи не пожалел "спудического топлива", звери уже не были уверены, был ли абордаж. Люс продолжала рекрутировать их в ОТГ, и более чем успешно, а Драфи с Линдой подбрасывали на трофейные корабли золотые монеты и играли на жадности, обещая ещё больше.

Спудякам пришлосиха пойти на экспромт и занять небольшой песчаный островок под лагерь для задержаных на захваченых посудинах, потому что выпускать их сразу было нельзя, а девать некуда. Кротолики тупо толклись и унывали, пока среди них принудительно не организовали вылов рыбы и выращивание сельдерея, для прокорма самих себя. Собственно, кротолик имел настолько посредственную плавучесть, что уплыть с острова они не могли, даже учитывая, что берег было видно, а вода была тёплая и не волновалась особо. Корабли военного флота и береговой охраны соедкапиталов ходили мимо этого песчаного пятака, как тунцы, но за всё время так никто и не задался вопросом, что там такое происходит.

Катерпилариса например взяла на себя даже такую непрофильную задачу, как просвещение глупых зверей - она собрала с дюжину недоросших кротоликов, которые попались на захваченых посудинах, и прочитала им несколько лекций о том, как на самом деле обстоят дела в мире. Взрослым вещать это было бесполезно, потому как они уже научились плевать на всё, что дальше ихнего носа, но у детёнышей оставалась природная любознательность, которой и можно воспользоваться. В соедкапитальских школах подробно и почти без вранья рассказывали о периодах становления государства в Ламерике и внутренних войн, но дальше в информационном эфире стояла оглушительная тишина. Мало кто из этих зверей представлял, чем занимается их армия по всему Миру, поэтому поверить в правду им оказывалось очень сложно.

- Всего было не меньше сорока случаев, когда соедкапитальские войска вторгались в другие страны, - чётко цокала Катя, прохаживаясь перед сидящими кротоликами, - Но не было ни одного раза, чтобы после этого там установился мир и спокойствие. Тоесть, если бы ваше правительство действительно хотело защищать права зверей и кротолекратию, оно бы уже научилось это делать, потому как на таком количестве ошибок научится даже дерево. Поскольку ничего не меняется, следовательно цели состоят не в этом, а в той политике выжженой земли, о которой йа цокнула. Да?

Грызуниха кивнула кротолику, поднявшему лапу.

- Но какой смысл захватывать корабли у берегов Странглефорнии, даже если всё это так?

- Смысл в... это песок, - мотнула ухом грызуниха, - Просто йа хочу вас предупредить, звери. Если вы хотите жить, не суйтесь в государственные структуры. В ближайшее время будет... песок.

- Но кротолики это великая нация! - пискнул один, вжав голову в плечи.

- Великая профанация, - поправила Катерпилариса, и даже кротолики зафыркали.

В таком ключе, проведя ликвидацию безграмотности, насколько это возможно, обрабатывали всех попавшихся зверей, а затем ссаживали с лодок на остров, который обозвали остров Невезения. Среди захваченых экипажей были не только кротолики, но и физеры, шаракалы и лиситы, даже пара этнических кошцев - но все эти звери, кроме разве что лиситов, очень плохо плавали. Шаракалы например вообще не могли плавать без каких-либо приспособлений, потому как были горбатыми, и при попытке плыть голова у них оказывалась глубоко под водой. Лиситы таки вообще слиняли с острова, но никаких катастрофических последствий это не возымело - возможно, вообще не возымело, что и требовалосиха доказать.

По общему обцокиванию и обмявкиванию среди наличных пушей был изобретён стратегический план дальнейшей кампании. Флот увеличился уже в несколько раз, прирастая захвачеными посудинами, и казалосиха бы, требовалосёнок место для базирования всей этой посудной лавки из торговцев и патрульных бронекатеров. Однако, волевым решением от этого хода отказались, чтобы не давать противнику использовать свои преимущества. У соедкапиталов был весьма большой, если не сказать огромный, военный флот, и хотя он был сильно распылён по всему миру, возле баз они тоже могли собрать огромное количество боевых кораблей. Преимущество союзных спудяков состояло в том, что они не давали врагу информации о своём местоположении и постоянно маневрировали, пользуясь сложным рисунком берега и кучей островов и протоков в спуду. Флот то двигался вдоль Странглефорнии на запад, то поворачивал обратно, а то и уходил в спуд, чтобы подойти в другом месте.

Снабжение кораблей, их ремонт и все прочие операции проводились прямо на ходу, благо корабли поддержки, "язи", были на это натасканы и работали чётко. Это позволяло избегать ненужных столкновений с превосходящими силами противника, и заодно маневрировать вдоль коммуникаций, чтобы щипать новые цели. Два выстрела одним зайцем, как говорится. Подобная тактика была возможна вслуху того, что захваченые посудины быстро комплектовались подставным экипажем ложной соедкапитальской фирмы и отправлялись к месту продажи своим ходом. Центральный штаб флота ГКС, с которым поддерживалась связь через курьеров и почтовых гусей, сообщал о том, что соедкапиталы взрыгнули из-за начала операции и попробовали наскакивать на приграничные плавстанции, но к этому были полностью готовы и охладили их пыл огнём, как ни странно звучит. Большую обеспокоенность вызывало то, что кротолики начинали понимать суть происходящего и искать действенные методы борьбы. Наиболее действенным для них стало выцеливание захваченых посудин и их перехват до того, как они добирались до жабьих торгушек.

Грызи с кошцами не особо смутились этим и продали не менее дюжины кораблей на чёрных торгушках прямо возле самых берегов Страглефорнии! Казалось бы, полный идиотизм - на самом деле так не только казалось, а так оно и было в натуре. Как упоминалосиха, соедкапиталы были криминализированым государством, и чёрные торгушки там работали в паре часов хода от крупных портов, под носом у всех правоохранителей. Однако этот вариант был ограничен вслуху того, что кротолики были не до конца отморожены и всё же имели рычаги воздействия на нелегальный рынок. Кроме того, этот рынок не мог поглощать слишком большой вброс дешёвых кораблей - даже та партия, что была продана, обвалила цены.

Все эти условия изложили сами себе ответственные уши, собравшись в очередной раз на борту "язя".

- Прежняя тактика себя исчерпала, необходим песок! - со всей ответственность цокнул Раждак.

- Насчёт песка не поспоришь, - заметили остальные, захихикав.

- Есть ли у кого? Катерпилариса-пуш.

- Мы разбрыливали над этим вместе с нашими хвостами, - цокнула Катя, вспушившись, - И пришли к мнению, что вполне можно ещё длительное время продолжать операцию, применив другой метод укрывания добычи. Вот послушайте на карту...

Грызуниха повесила на бельевую верёвку карту с крупным масштабом одного из участков прибрежного моря.

- В этом месте расположен так называемый Пролив Подгоревшей Утки, сокращённо ППУ. Это пролив между грядой островов и стенкой спуда. Соль в том, что там широкие отмели, а сейчас уже спудосока вовсю зеленеет, и там можно скрыть гуся, не то что несколько ворованых кораблей. Через ППУ не проходит никаких маршрутов, всё что там есть - три фермы на плавстанциях, зато есть пухова туча направлений, в которых можно скрыться. Мы думаем, что это отличное место для устроения стоянки трофеев, и возможно, наших кораблей поддержки.

- Да, но не забывайте, - заметил Раждак, - Что там будет не просто несколько кораблей, а пухова туча. И в течении довольно длительного времени мы просто не сможем их задействовать, пока не придёт транспорт со спудяками.

- Это понятно, но кротоликам будет довольно сложно всё это распутать, - цокнула Катя, - Подготовим корабли к уничтожению, в конце концов, Жадность у нас на втором плане.

- Ну как цокнуть, как цокнуть, - покачал ухом грызь, - Когда трофеи сразу шли на продажу, мы немедленно получали прибыли, что в пух. А теперь придётся собирать этих тунцов в конвои и проводить сразу. С другой стороны, центр сообщает нам, что операция вызвала прогнозируемый результат, на который мы и рассчитывали с самого начала, а следовательно, надо продолжать. Все знают, что возможно нас ещё усилят?

- Чекотов так быстро не построить, даже если их создание возобновилосиха, - заметила Катя.

- А это не про котов, нам обещали флот поддержки, - хмыкнул грызь, - Чтобы просто топить всякого, кто приблизится.

- Это было бы в пух, - согласились остальные.

Все соображали, что для противостояния с соедкапитальским флотом вблизи его собственных баз нужны значительные силы, лучше всего с броненосцами и дальнобойной артиллерией. При этом у Союзных броненосцы и артиллерия именно что различались. Первые представляли из себя тяжеленно бронированые корабли, предназначеные для уничтожения любого количества бронекатеров; дальнобойные пушки размещались на отдельных кораблях, по одной на судно, и представляли из себя самоходные артустановки. Штук шесть таких катеров легко убивали крейсер или эсминец, потому как попасть в них было куда как труднее, чем в одну кучную цель, а грызьи инженеры сумели решить проблемы устойчивости. У кротоликов тоже был кое-какой песок по карманам - например, летающие торпеды "томалай", развивавшие бешеную скорость и оттого опасные для крупных кораблей...

- Для крупных, для пухупных, - фыркнула Катя, - Не забывайте, что у нас нет цели развязывать тут тотальную морскую войну.

- Как таковой конечно нет, но если уж? - хмыкнул Щопс, - Мы здесь уже неплохо освоились, у нас есть сеть оповещения и разведки, детальные оперативные карты. Если нам придёт на помощь ударная эскадра, мы кротоликов вообще на сушу загоним, и будем спокойно воровать корабли!

- Грызаный фарватер! - цокнула Катя.

- Ну, спокойно-то конечно шиш, - почесал уши Раждак, - Но если заставить их думать, что здесь огромный флот, и это полномасштабная война, то возможно это бы поспособствовало.

- Вы хотите распухячить Морволк? - удивилась грызуниха.

- Ну ты же учавствовала в том, как вы распухячили Кунку, - заметил грызь, - И прошло по шерсти, заметь.

Морволком назывался портовый город, в котором находилась одна из самых крупных военно-морских баз соединённых капиталов, и находился он килошагов на двести севернее того района, где флот ГКС находился прямо сейчас.

- Не, а это зацепка, - заметил Щопс, щурясь, - Да, у кротоликов ещё прорва кораблей и баз, но в этом районе только одна, как хвост. Если её того, им потребуется время на передислокацию, да и вообще, меньше ихнего хлама будет плавать у других берегов!

- Спокойно, не перехохоливай, - мотнул ухом Раждак, - Нужны свежие данные по разведке, как там обстоят дела, тогда и будем кудахтать, можно ли песочить.

- Кстати, имею сообщить, - цокнула Катя, - Что только что прибыл транспорт, отправленый за минами. Двести штук как на пуху.

- Это в пух, будем огораживать наши лёжки в спудосоке, - потёр лапы кошец.

Одно из самых значимых заданий полапчалосиха разведчикам на ихних "сучках". Им следовало проследить за транспортами, которые плавали к фермам в Проливе Подгоревшей Утки, чтобы досконально знать, сколько их, когда и куда они плавают, и соответственно, не попадаться им на глаза вообще никогда! Соль была в том, что соедкапитальские разведчики, которые будут чесать спудоторию, в первую очередь - или, скорее, ещё раньше - зайдут на эти фермы и опросят тамошних спудяков, кого они видали. И те должны правдиво ответить, что не видали никого. Получив такой ответ, кротолики вряд ли возьмутся реально прочёсывать заросли на протяжении многих километров, потому как это долго и нудно, а этого они не переносят.

Для технического обеспечения этих планов на разведчиках в частности имелись лёгкие батискафы - большая бочка литров на пятьсот, в которой наблюдатель мог сидеть ниже уровня воды, используя только перископ для яблоченья. Такую штуку можно было поставить на якорь на отмели, среди пары торчащих листочков спудосоки, и заподозрить там подвох вряд ли кто допрёт. При этом именно грызи и кошцы были идеальными зверями для того, чтобы просидеть несколько суток в бочке и не одуреть - шаракалы точно не смогли бы.

Опосля того, как катер разведчиков ночью подбирал батискаф и получал последние данные, информация через несколько часов попадала в основные группы, и корабли выходили на ловлю тунцов. Разведка отмечала прохождение всех кораблей между несколькими контрольными точками, так что взяться другим было просто неоткуда, и всё находилосиха под контролем. Минуя группы военных посудин и крупные конвои, спудяки ГКС атаковали отдельные транспорта и небольшие стайки оных с малой охраной, окучивая без шансов. Как обычно, сначала следовал залп дымовыми ракетами, оглушавший цель, а затем чекот на ускорителях подходил вплотную и вцеплялся клешнями. Вслуху того, что все свидетели этого действия пока что находились на Острове Невезения, штаб соедкапитальского флота не вхавронивал, что именно происходит. Кротолики считали, что группа захватывает корабли обычным методом, потому как не имела чётких данных, говорящих об обратном. В частности этим объяснялась их вялая реакция - если бы флот пиратствовал классическими методами, то у них очень быстро закончились бы абордажные звери, и следующая серия балета могла бы выйти только через месяцы. Кротолики на то и рассчитывали, и следовало нагребать как можно больше, пока они не одуплятся.

Очищеные от кротолятины посуды стыковались к "язю", на каковой перегружали всё самое ценное из груза, а обратно шло топливо, в случае надобности. Корабли отправлялись к нарочно вывереной точке в море, подальше от берегов, где ожидали нужного времени на проход в укрытие в Проливе Подгоревшей Утки. После того, как разведка подтверждала чистоту, посуды двигались туда и вставали рядом с другими в зарослях спудосоки. Спудяки с них возвращались обратно на чекотов, а всю стоянку охраняли только несколько зверей, чисто на всякий случай. Кроме того, через несколько суток подходы к заначкам были заминированы, так что любой умник, решивший туда сунуться на корабле, враз бы огрёб.

Что касаемо абордажных зверей, то Фелфи уже практически истратил всех, потому как ему пришлосиха отпускать и шаракалов, и кротоликов, и лиса Экзе. Рыжего кошца однако это не особо останавливало, и он лазал на посудины лично, вместе с Драфи и Линдой - тем более, они редко встречали упорное сопротивление, чаще просто вязали кротоликов, офигевающих от дыма. Однако в перспективе были изменения в этой практике, когда тунцы всё-таки поймут, что такое дым, и кроме того, кошцев не хватало на то, чтобы заменять собой всех абордажников. Эту задачу вполне успешно решала Люс, потому как она всё-таки стала основательницей Ордена Тройных Гвоздей, и усилиями её и Хунгуза количество последователей среди пленных шаракалов увеличивалось постоянно. Это было значительно более в пух, потому как этих не требовалось отпускать, и они могли отрабатывать до того, как получат пулю.

- Это ваще в пушнину, ваще, ваще, - цокнул кошке Раждак, тряся ушами.

- В пушнину-то в пушнину, - заметила Ратика, - Но боюсь, если кошка-пуш будет так лезть впереди паровоза, орден останется без лаповодства, что мимо пуха.

- Лезть вперёд? - удивилась Люс, - Вы что, я, никогда.

- Угу. А кто пристрелил кротоличьих полицаев на том танкере? - хмыкнула грызуниха.

- Ну, это была я, - нехотя призналась кошка.

- А кто вканителил снаряд в лодку со сбежавшими с "корнета"? А кто...

- Да ладно, ладно! - засмеялась Люс, - Но вы должны знать, что у меня свои мотивы.

- Мы знаем, - кивнул Раждак, - Но ты не должна из-за этого перегибать. И в частности, потому что ты нужнее в другом деле, нежели эт-самое. ОТГ пока ещё не самодостаточное явление, так что.

- Да, но со зверями ведёт переговоры Хунгуз, а не я. Это он великий визирь и всё такое. А я не сойду даже за его жену, по понятным причинам.

- Да, только вот без тебя он не будет этим заниматься, - заметила Ратика, - Потому как полностью привязан к тебе, а отнюдь не к идее оболванивания оболваненых.

- Это точно, - кивнула Люс, - Пожалуй, мне и правда стоит побольше крысятничать. Возможно даже, отправиться в лагерь для пленных в Жидком Спуде, чтобы подолжать работать там.

- Это было бы туда, - показал в пух Раждак, - Нам очень нужны новые поступления животной силы, имеющихся всё время не хватает. Конечно, заставлять тебя никто не будет, мы соображаем, как важно для тебя...

- ...пристрелить пару кротоличьих полицаев, - закончила Ратика, захихикав.

- Да, важно, - согласилась Люс, - Но я понимаю, что это только первая фаза операции, а главная будет потом. Поэтому, скорее всего, отчалю с ближайшим катером.

Проходя по палубе "язя" к пришвартованому чекоту, кошка возвращалась мыслями к событиям и слегка поёживалась. Пожалуй, ей не стоило бы делать того, что она сделала... но кротолики были настолько наглыми и самоуверенными, что Люс ничего не смогла с собой поделать, вывела их на палубу и расстреляла из лапного пулемёта - как говорится, чтоб всю жизнь помнили! По крайней мере, Хунгуз на это смотрел совершенно спокойно - ему даже не требовалосиха объяснять, зачем стрелять в кротоликов - стрелять и ладно, шаракал к этому привык на сто пухов. А это не совсем в пух, подумала кошка, нужно будет прочистить этот вопрос, воизбежание дальнейших деструкций.

Что же касается грызей, в составе Катерпиларисы, Скисоря, Грибодура и Марамака, так они регулярно вспушались и мотали ушами, а также пили чай. В прибрежном море Странглефорнии погоды стояли тёплые с переменой на жару, так что пуховичные звери не особо давили на сурка и крутились, как белки в колёсах. Настолько, что кошцы в экипажах просто офигевали - только они успевали отоспаться, как их снова поднимали по боевой тревоге на захват следующей посуды! Скуператор "Глот" не простаивал даже тогда, когда заканчивались спецбоеприпасы, щипал отдельные лодки вплоть до парусных и учавствовал в сопровождении конвоев трофейных посудин на выход из вражеской спудотории.

Как бы там ни бывало, а кому-то из грызей приходилосиха дежурить по бачку, потому как еда сама себя не съест. В качесте таковой обычно выступали грибы в сушёном виде, крупы, а также рыбный суп, который грызи варили из объедков той рыбы, которую ловили и жарили кошцы. Таким образом на корабле несло не только спудуглем и едким горчичным дымом, который очень долго выветривался, но и вполне слюногенерирующими запахами. Марамак и Грибодур таки постоянно садились резать овощи и рыбу в суп прямо на палубе, разводя жуткий срач, но зато потом всё это быстро убиралось путём выливания ведра воды. Как правило, чекоты или стояли в укрытии в спудосоке, или наоборот, мотылялись далеко в море, почти вне видимости до берегов. Песок состоял в том, что кротолики не очень хорошо дружили с навигацией и чаще всего ходили просто по ориентирам вдоль берега, оставляя таким образом полосу во много километров свободной от своих глаз - чем и пользовались грызи с кошцами. Как минимум у них была Катя, умевшая считать по карте... ну тоесть, умели-то все, но у неё получалось почти всегда точно.

Грызи периодически ловили в головы мысль и вспушались, а потом хихикали, потому как мысли чаще всего заворачивали к согрызяйкам, нынче растившим белочь дома. Все сходились во мнении, что это сделано предуслышительно, чтобы не рисковать генофондом, сухо цокая. Впрочем, и своими ушами никто рисковать не собирался, действовали предельно осторожно и рассчётливо.

- Ургхх, а Текки, она такая пуша! - примерно в семитысячный раз слышалосиха от Грибодура, вместе со скрежетом когтей по доскам и звуком трясущихся ушей.

- Дык она не только пуша, но ещё и спудячка с некоторым стажем, - заметил Мар, шинкуя моркву.

- Это да, возле Морлучья мотыльнулись помилуй пух как... Не, это всё-таки в пух, что наши идеальные грызунихи вне зоны обстрела.

- Да, но помять-то хочется, - хмыкнул Марамак, - Ничего, выберемся отсюда, будет и песок.

- Это вон Кате со Скисорем попуху, - заржал Грибодур, - Мотают хвостами, как у себя в лесу, и весь песок!

- Да ничего, и они выберутся, - пожал ушами грызь, - Вон, гусей ещё притоптали слегка...

Он кивнул ухом на дрейфующие рядом корабли-скуператоры. Доки в Жидком Спуде не сидели на хвостах, и доделали все оставшиеся чекоты. Согласно последним данным, успешное развитие операции грозило началом постройки новой серии подобных посудин, которая должна была бы успеть не к этой кампании, так к следующей.

- Гусей... главное, на охране конвоев теперь броненосцы, - цокнул Грибодур, - С одной стороны в пух, а с другой как бы не перепугать кротоликов сильнее чем нужно.

- У них ход норм, на всякий случай, - хмыкнул Мар.

У броненосцев ГКС действительно был хороший ход, позволявший уверено маневрировать по большим расстояниям. Три таких суслика обеспечивали проводку конвоев трофейных посуд, потому как они могли уклониться от встречи с тяжёлыми кораблями, а нетяжёлые просто расстреляли бы.

- Дадут нам ещё артиллерии, замахнёмся на Морволк, - зевнул Гриб, - Потому как замахиваться надо. Эта тупость не может продолжаться слишком долго!

- Какая именно тупость?

- Ну как какая. Вышел корабль на маршрут - нет корабля. Ещё один вышел - нет его. И ещё, и ещё... Голова у них есть, или куда?

- Ну, Люс мявкала, что они ждут реакции по обычным каналам, думая о том, что тут замешаны местные криминальные структуры, - цокнул Мар, - Сколько месяцев им потребуется на это, пух знает.

- Кстати, пушная кошка, мягкая! - захихикал Грибодур.

- Поперёк не цокнешь. К тому же дело своё знает, что в пух тридцать семь раз.

- Это да, Орден Тройных Гвоздей, ваще жжот! - заржал грызь, - Да она так всех шаракалов к лапам приберёт, чо.

- Это в пух... Лук там порезал, или куда? А то уже скипело.

- Йа не порезал лук, а разрезал его на куски, - сообщил Гриб.

К тому времени, как разрезаный на куски лук попадал в кастрюлю, над кораблями прозвенели очередные склянки, которыми вахтенные отмечали время. Из труб неспеша струился тонкий дымок, потому как топки еле коптили, только поддерживая температуру. Чекоты пока дремали, ожидая новой наводки от разведки, чтобы бросится на пищу.

Пока чекоты дремали, а "сучки" прочёсывали спудоторию, и в батискафах слушатели пырились в перископы, к причалам в Морволке подошёл старый разваленый баркас. Поскольку таких тут было хоть ушами жуй, событие не вызвало никакейшей реакции среди толп кротоликов, шаракалов и прочих зверей, тусовавшихся в порту навроде мальков возле кормушки. На самом деле более чем половине этих животных тут было нечего делать, и они просто убивали время, потому как не знали, чем себя занять. Кротолики делали вид, что дофига заняты, и крошили тонны ботвы друг перед другом, играясь в свои обычные социальные игрища. А при этом на рыболовном баркасе прибыли не просто шаракалы, а шаракалы из ОТГ, науськаные Хунгузом и имевшие на вооружении священную веру в тройные гвозди. Путём крайне нехирой подделки документов и жалкой взятки чиновникам береговой охраны этих шаракалов удалосиха легализовать, так что они спокойно причаливали в гражданской гавани, и даже ходили по городу, куда вздумается.

Шаракал по прозвищу Старый Ржо, который был действительно старый, по совету Хунгуза брал на борт кучу пассажиров и всяких левых зверей, так что когда судно вставало к причалу, начиналось столпотворение, все разбегались в разные стороны, так что никак не удалосиха бы проследить за каждым, кто сошёл на берег. Ржо, старательно изображая согбенного старца, сделал вид, что тащится к ближайшей тошниловке, а сам зашёл за угол, спрятал в сумку серую хламиду, и уже совершенно другим образом пошёл дальше... в другую тошниловку. Портовый город купался во грехе, насколько это видел шаракал - как по канонам двойных гвоздей, так тем более и по канонам тройных, потому как они отличались умножением на полтора. Да собственно и безо всяких гвоздей это было видно, когда по грязным улицам валялись пьяные и обдолбаные, бегали оборваные недоросли и стояли продажные самки... Для шаракала главное было не заржать в голос при их виде, потому как таких кротоличих он побрезговал бы употреблять даже в жареном виде.

Миновав наконец несколько кварталов этого адца, Ржо нашёл таверну "Понюющий Гарци", протиснулся по проходу между строением и соседним сараем, и попал на задний двор. Как и следовало, чёрный лис ожидал его терпеливо. Хотя в его красноватых слегка безумных глазах читалось явное желание посадить шаракала на перо, он само собой этого не сделал.

- А ты толстая бестолочь, сколько можно тебя ждать?! - тявкнул лис громко, для возможных лишних ушей.

- Да пошёл ты, пожиратель тухлых мышей! Делать мне нечего спешить снабжать всякую падаль безделушками!

Шаракал и лис ещё поорали какую-то ахинею и стали торговаться за пустой свёрток, в то время как втихоря переговаривались уже по делу.

- Я передал твои предложения великому визирю Ордена Тройных Гвоздей, - с подобающим пафосом сообщил Ржо, - Ибо велика его мудрость, которая...

- ГРРРР! - скалился чёрный почище любого шаракала.

- Великий визирь Ордена Тройных Гвоздей принимает тебя на службу, и обещает содействовать в поисках твоей лисицы, - счёл за лучшее не троллить его Ржо, - У него есть первое несложное задание для тебя.

- Слушаю, - рыкнул Экзе.

- Тут объявился какой-то умник, который предлагает дрянь нашим девочкам. Возьми бейсбольную биту и предложи её его морде! Потом возьми его катер, перекрась... тьфу! - помотал головой шаракал, - Это не твоё задание. Твоё состоит в том, что нам нужны подробные карты города.

- Города? - озадачился лис.

- Проклятье, да! Особенно той части, что прилегает к военному порту, - уточнил Ржо.

- Так это проще пареной курицы сделать, тут какой-то подвох?

- Тогда доставь это дерьмо сюда к вечеру, если проще.

Дерьмо, которое действительно было просто достать, к вечеру оказалосиха у шаракала, а на следующий день карту уже изучали на борту чекота "Глот", дабы эт-самое. Изучали, как оно обычно и бывает, всем пушным составом, однако за специалистов выступали Драфи и Фелфи, как сухопутные вояки. Ну а Грибодур так тыкал карандашом в эту самую карту и тряс ушами, чтоб было. Как только карта попала на уши зверям, стало совершенно ясно, что такое дело затеяно не зря. Вокруг города находились не только несколько возвышенностей, но и разветвлённая система проливов и каналов.

- От на!! - цокнул Грибодур, подняв хохолок в полный рост, - Кхм.

- Вероятно, грызь-пуш хотел сообщить, - перевела Катя, - Что эти проливы нам могут быть чрезвычайно полезны.

- Например? - уточнил Драфи, мотнув коричневым ухом.

- Например, через них могут пройти катера, но не пройдут большие посудины, - пояснила грызуниха, - Допустим, если атаковать порт вдоль берега, а затем уйти по каналам, чтобы они не смогли преследовать.

- Да, но они не могут не подумать об этом, - мявкнул Фелфи, - И как пить дать заминируют проходы или поставят артиллерию.

- И то и другое вполне решаемо, - цокнул Грибодур, - Хотя не думаю, что по каналам надо уходить. По ним надо приходить!

- И? - уставились на него грызи, кошцы и шаракалиха.

- Что и? Дать песка! - заржал грызь, - Всмысле, проходим по каналам и даём торпедный и ракетный залпы по порту.

- Это рисковано, - сообщил новость Драфи, - Выходы из каналов к военной гавани наверняка пристреляны и заминированы. Кроме того, мы не знаем, какова проходимость этих каналов - может, там мостов понастроили.

- Тоесть, куда?

- Тоесть, если мы и собираемся что-то предпринимать, необходима детальная разведка на местности, - мявкнул кошец, - Доверять всяким одгорозкам... ОТГ-орозкам, будет не в пух.

- Это ладно, - цокнула Катя, - Но если вы спалитесь с разведкой, станет ясно, что к базе подкапываются, что ещё более не в пух, не?

- Не спалимся, - хмыкнул Драфи, переглянувшись с Линдой, - Кошцы и шаракалы есть среди соедкапитальских граждан, так что издали сойдёт. Правда, мы не знаем пинглиша, придётся по спудофене.

- Нужны грызьи яблоки, - цокнул Грибодур, - Вот в чём соль.

- Напуха?? - фыркнул Фелфи, - Без грызей мы натурально сойдём за местных, а с грызями сразу спалимся!

Катя и Грибодур усилено почесали уши, но цокнуть поперёк было нечего. Соваться в самое логово кротоликов следовало с предельной осторожностью, и как бы им ни хотелосиха помочь разведчикам, следовало держать себя в лапах и заниматься своей работой. Наличие Линды было крайне немаловажным, потому как враги вряд ли смогут предположить на ходу, что кошцы и шаракалы могут быть из Союза. Это требовалосиха для того, чтобы пройти шмон береговой охраны при причаливании к берегу - после досмотра и уплаты взяток на лапах у разведчиков будут малявы, с которыми удобно ходить вокруг города.

- В таком случае, это песок, - цокнула Катя, ослушивая зверей, - Нам действительно нужны эти данные, гуся им в свинарник. Не то чтобы срочно, потому как пока не подошли подкрепления от флота, но впринципе.

- Впринципе мы потом пойдём грузить РСы, - цокнул Грибодур, - Ибо пришла новая партия.

- Короче, они просто собираются слинять на сушу, при возможности, - захихикал Скисорь.

- Подумаешь, - фыркнула Линда, - Мы и на острове отсиживались сколько угодно, да и не качает тут особо.

- Давай-давай, рассказывай теперь...

Пока же рассказывать стали каждый своё - спудяки натурально выгружали боеприпасы из транспорта, частично на чекота, частично на "язя", в запас - и над водой скрипели лебёдки и ворочались тяжёлые ящики. Серые чушки из спудилиумной стали с "крылышками" на хвостах и жёлтыми наконечниками ложились плотными рядами в боеукладку, и грызи осторожно и бережно кантовали каждый снаряд, ибо эт-самое, с сорока килограммами взрывчатки шутки плохи. Разведчики же, добив чай, приступили к подготовке заявленного мероприятия.

- Сплавай к Ржо, у него на лодке есть барахло для одевания на себя, - сказал Фелфи, - Думаю, масксетки из рыболовных сделаем на месте, если потребуется, а так нам надо не выделяться.

- Да, скорее всего, - кивнул Драфи, - Слушай, а этому ослу лису можно доверять?

- Ослу или лису?... Думаю, можно. Он сначала мотанул подальше, но потом вернулся сюда и сам вышел на нас. Люс проверяла его с противолжовой дурью, так что чисто. В общем его самку... лисицу, - хихикнул рыжий кошец, толсто намекая, - Её захватили одгорозки. Мы вроде как обещали ему помочь в вызволении данного зверя, хотя надежд и не особо много. В любом случае у него зубы на шаракалов, так что и.

- И, раз-и, - фыркнула Линда, - Ну его впух. Сами пройдёмся вдоль каналов, нам он низачем пока. Кстати, куда будем высаживаться?

- На берег, - поразил парадоксальным известием кошец, - Вот сюда, западнее цели, как раз куда выходит один из рукавов каналов, там есть пристань. Потом нам предстоит примерно тридцать километров вдоль воды.

- Оружие? - осведомился Фелфи.

- Только в маске, - мотнул ухом Драфи, - И в сильной притом.

Обрезаные винтовки, какими чаще всего пользовались разведчики, были тщательно упрятаны в тюки с тряпьём, какие часто можно видеть у местных торгашей. На самом деле, если просто тыкать в мягкий тюк, то кажется, что там ничего нет - и при этом оружие вынимается оттуда очень быстро, если знать, куда сунуть лапу. Кроме того, такие подушки удобны для того, чтобы на них хрючить на привалах. Процессы развивались весьма быстро - уже через несколько часов грызи провожали группу разведчиков, отчаливших от флота на баркасе Ржо и компании.

- Впух, сами бы слазали, да Жаба душит! - хлопнул по ограждению палубы Марамак.

- Ну да, ты слазаешь, как гусь в свинарник, - цокнул Грибодур.

- Да без особых проблем, - кивнул Скисорь, - Вот к шаракалам не слазает, это да, а кротолики слепые и глухие звери, куда им белку в лесу найти. Ну раз уж есть прикрытие, пусть отдуваются.

- Да, пусть дуванутся... - зевнул Мар, - Кстати, сегодня какое число?

- Двенадцатое, прокопня, - цокнул Грибодур, - Да, день непрощения.

Двенадцатого прокопня более чем пятьдесят лет назад произошёл инцидент в Канавии, когда отряд соедкапитальских наймитов захватил нескольких зверей из гражданских, и не всех удалосиха освободить живыми. С тех пор в Союзе был учреждён ежегодный день непрощения, в том смысле, что декларировался полный отказ от прощения убийц, воров и насильников, равно как и тех, кто пассивно помогает им. Сейчас поминание этой традиции было как нельзя кстати, так что грызи помотали ушами, и пошли продолжать готовить корабль к бою, ибо работа всегда находилась.

Рыболовный баркас под названием "Дацльдорф" средь бела дня пошёл прямо к пристани Сан-Шорен, так что находилась западнее Морволка и куда выходила часть каналов. За пол-часа хода до берега посудина была обнаружена сторожевым катером береговой охраны, который перехватил её, отшвартовался к борту и произвёл положеный шмон вкупе со взиманием податей, акцизов, налогов и взяток. На провонявшую рыбой палубу вывалили несколько кротоликов и чёрно-белый кошец, что было сложнее, потому как он мог лучше разбираться в кошцах. По крайней мере, полицаи не могли хорошо разбираться в шаракалах, и уж точно не предположат, что серая шаракалиха - прямиком из ГКС. Плотные чёрношкурые кротолики грузно шарахались по помещениям, в то время как кошец занимался оформлением документов. Драфи так был привычный, а вот для Фелфи видеть вражеского кошца было в новинку, так что он слегка подёргивал ушами, что не совсем в пух. Впрочем, настоящие мигранты вряд ли были бы спокойны, как январские сурки, так что сойдёт.

- Простите, сэр, - мявкнул Драфи под лапу кошцу, чтобы сбивать ему мысли, если таковые есть, - Мы собирались переехать в Соединённые Капиталы с семьями, потому я интересуюсь, какой порядок въезда для детей?

- Возможно даже, - рыкнула Линда, ворочая длинной мордой из-под капюшона, - За некоторую мзду сэр подскажет нам, в какой из штатов лучше всего толкаться сейчас?

Слово "мзда" производила на сэра волшебное действие, так что он токовал, как соловей, и явно не задумывался, а что за звери могут быть перед ним на самом деле. Кротолики так вообще не проявили никакого интереса к животным, тупо шляясь по палубе и харкая в воду. Они были бы удивлены, узнав, что прямо под их лапами в тайниках спрятаны винтовки и гранаты. Наконец чиновник закруглился, поняв, что вытряс из добычи все деньги, и ретировался обратно на свой сторожевик.

- Грёбанное ничего!! - врезал по стенке кулаком Фелфи, прижимая уши, - Это что - кошец?!

- Вроде как да, - кивнул Драфи, - Неприятно, да. Но зато теперь у нас есть ксивы для прохода.

Разведчики пырились на приближающийся портовый посёлок и пытались взять в головы, как может такое быть, что звери вроде как разумные, а вроде как и нет? Если в целом местное сообщество и проявляло признаки разума, то отдельные организмы постоянно занимались только тем же, что и любой крот или кролик - искали пищу, обустраивали норы, размножались, и играли в социальные игры. Песок пуховичных зверей, который состоял в понимании Мира как единой данности, этим зверям был совершенно недоступен и непонятен, что в свою очередь вызывало недоумение у пуховичных... Однако же, у кошцев и шаракалихи было над чем подумать в более оперативном ключе. В частности, для начала им предстояло отбиться от портовых носильщиков и торгашей, которые атаковали все прибывающие корабли, как пираньи кусок мяса. Только тот факт, что на баркасе имелосиха достаточно здоровых шаракалов, позволил обойтись без потерь - зверюги просто выстраивались клином и прокладывали себе дорогу через толпу, при надобности орудуя битами. Бита здесь вообще не считалась чем-то особенным, как и врезать ею по морде - если уж только не перебарщивать. При этом, как только компания прошла зону возле причалов и первый квартал городка, вцепившиеся в них местные разом оставили добычу и бросились обратно к причалам, чтобы не пропустить новых кораблей.

- Фууф... - помотал головой Драфи, прочищая уши после гвалта толпы, - Этих животных нужно держать в отдельных загонах и никуда не выпускать! Ладно, Ржо, вы сделали своё доб... тоесть, своё злое дело воимя тройных гвоздей, и теперь можете возвращаться на корабль. Пока в силе старый план, встречаемся в Морволке.

- Как скажете, цударь, - поклонился шаракал, - Эй шаракалы! Возвращаемся в порт!

- Ну и гуано, - с отвращением сплюнула Линда, - Как будто в детство вернулась...

- Не-не-не, - хмыкнул кошец, пихнув её в плечо, - Не сейчас.

- Да я вцелом, чо.

- Вцелом мне кажется, нас сейчас никто не наблюдает, - мявкнул Фелфи, оглядываясь.

- Понятно, - кивнула серая, - Сейчас вон, телега проедет...

Когда мимо троих зверей по дороге прокатилась телега, запряжённая гужевым животным, и подняла несусветную пыль, они немедленно спрыгнули в глубокий кювет, тянувшийся вдоль проезжей части, чтобы убраться от возможного наблюдения. Пройдя по канаве метров сто, они свернули от дороги по руслу ручья, проходившего под мостиком.

- Так, это... это либо север, либо что-то ещё, - хихикнул Драфи, зарисовывая на планшете.

- Драфуш, а как мы узнаем, куда двигаться? - озадачилась Линда, оглядывая вставшие вокруг заросли кустов, - Ведь у нас нет подробной карты этого района.

- Так ведь... - мявкнул Фелфи.

- Ши! - шикнул бурый кошец, - Я натаскиваю зверуху на думание головой, окучиваешь мысль?

- А, это да, - согласился рыжий.

- Вот ватрушка, - потёрла голову Линда, потому как поняла, что опять придётся думать.

Впрочем, много времени ей не потребовалосиха. Целью разведки было подробно закартировать систему проливов и каналов, идущую от Сан-Шорена до Морволка, а чтобы попасть к этим каналам, требовалосиха просто пойти по руслу любого ручья в направлении течения - в конце концов вся вода сливалась вниз, попадая именно в каналы. Пользуясь этим нехитрым принципом, команда пересекла заросли кустов, избежав похода по оживлённым дорогам, и оказалась на берегу довольно широкого залива, по которому кротолики плавали на лодках, сцеживая остатки рыбы. Следует отметить, что практически вся местность тут была покрыта этими кустами, в основном двух пород, одна их которых сильно кололась. Деревья в сколь-либо большом объёме отстутствовали вслуху того, что кротолики перевели их на сырьё, а использовать кусты было крайне сложно. Они распахали бы тут всё в одно сплошное поле, но рельеф местности, сильно холмистый, с глубокими оврагами, не дал им этого сделать, и побережье не превратилось в пустыню. В зарослях возились зверьки навроде крупных кроликов или мелких кабанчиков, и перелетали стаи мелких птичек, добавляя некоторой живости в среду.

Поскольку к тому времени, как разведчики выбрались к проливу, покормились и отдохнули, наступила уже ночь, далее они двинулись прямо по берегу, шлёпая лапами по мокрому песку или воде, где она выливалась тонким слоем. Кошцы отлично видели в темноте, так что обходить стороной группы кротоликов, которых тут к тому же было крайне мало, им не составляло никакого труда. Собственно, кротолики, как и прочее население соедкапиталов, почти всё время сидели в своих домах или перемещались по городам, крайне редко выходя просто на местность. В Канавии разведгруппа не прошла бы и километра, чтобы не быть засвеченой, а здесь пожалуйста. Пользуясь темнотой, кошцы и шаракалиха закидывали тюки за спину, а винтовки вешали на бок, чтобы были под лапой, на всякий случай. Мокрый песок берега хранил их следы от силы десять минут, так что и волноваться не стоило.

Всё при том же свете звёзд и фонарей на другом берегу Драфи закартировал дальнюю часть заливчика; далее начинались протоки по дну низин и оврагов между холмами, соединённые в единое русло - где сами по себе, а где и прокопаными каналами. Вдоль берегов лишь изредка встречались лодочные сараи и причалы, а в остальном даже строений, которых тут было как грязи, не виделосиха. Слышимо, местные не пользовались этими водоёмами как путями для судов, а каналы прорыли скорее для защиты от наводнений. Однако для чего бы они их не прорыли, каналы имели ширину в двадцать с пухом шагов, что передостаточно для любого бронекатера и даже для броненосца. Фелфи сварганил из тонкой бечёвки и подлапных средств лот, чтобы забрасывать его прямо с берега, ибо каждый раз купаться не хотелосиха. Устройство состояло из грузила и поплавка, причём сначала на бечёвке висело грузило, а через два метра - поплавок. Кошец забрасывал и тащил всё это дело по дну, и если глубина была меньше двух метров, поплавок мотылялся на поверхности.

- Досюдова вполне проходимо, - сообщил он, сматывая свои снасти.

- Ну, это только начало, - заметил Драфи.

В этом он был прав, хотя и дальше по течению воды никаких преград не обнаруживалосиха ни этой ночью, ни после. Разведчики прошли мимо нескольких разливов и мелей, но они были не критичными. На отмели была обнаружена какая-то брошеная затопленая баржа, но и она путь не преграждала. Даже мосты, местами переброшеные через проливы, не мешали, потому как между их сваями оказалосиха достаточное расстояние. Вдоль текущей воды кротолики только изредка плавали на вёсельных лодках, неслушая на то, что здесь прошёл бы достаточно большой корабль. Причина была в том, что проливы не соединяли между собой ничего, потому как шли в основном вдоль побережья, и всяко проще пройти морем, чем маневрировать в узких каналах. Однако, это если не иметь намерений подобраться к базе.

За ночь разведгруппа преодолела примерно половину расстояния, на день устроились в глубоких зарослях кустов, пробравшись туда ползком под дико колючими ветками, и даже пальнули костерок для заваривания сухого пайка, превращаемого в супъ - думать, что соедкапитальская армия прибежит на любой дым, было бы параноей.

- Супъ, горохово-копчушный, без песка и убийств, - прочитал напечатаное на бумажном пакетике Фелфи, и все сдержано заржали, потому как там было написано именно это.

Отсутствие убийств при изготовлении сухого супа означало, что под копчушки брались какие-то продукты, идентичные мясным, либо улитки, и ни одна корова или кролик не пострадали. Одгорозки или соедкапитальские дурни могли сколько угодно стебаться над этим, но разведчики, включая уже и Линду, знали о том, что грызи сколь заботливы по отношению к беззащитным, столь и безжалостны к врагам. Это было близко кошцам, в частности почему достаточно быстро они и соединились с грызями в едином Союзе.

- Короче это, - зевнул Драфи, пырючись на солнце высоко в небе, - Там будет несколько дорог, через которые нужно перебегать особенно быстро и тихо. Думаю, даже с заметанием запаха.

- Полынник вот он, - похлопала по сумке Линда, - А с чего ты это взял?

- Кажется, - мявкнул кошец, и заржал, - Да ладно, эти дороги ведут к наблюдательным постам флота на берегу. Там у них артиллерийские батареи и вышки наблюдения.

- Артиллерийские? - фыркнула шаракалиха, - У ну как они сюда впахают?

- Шиш, - показал шиш бурый кошец, - Горы закрывают проливы, траектория упирается в них, так что не впахают.

Днём звери тупо сурковали, оставив постового на стрёме, а с наступлением темноты вылезли из колючего убежища и снова пошли по полосе мокрого песка, местами заваленой плавучим мусором того же рода, что мотылялся в спуду - массой из старых листьев спудосоки, водорослей и прочей пухни. Эта штука отвратительно воняла, а когда собиралась в большие кучи - там кишели морские червяки, крайне противные на вид и тем более ощупь, так что чавкать по такому болоту не самое приятное дело. Благо, в таких местах кротоликов было ещё меньше, чем обычно...

- В среднем минус три в сутки? - захихикал Фелфи.

- Да. Кстати, вон мост, - показал вперёд Драфи, - А вон остолоп.

Остолопов было двое, и это были кротоличьи солдаты с винтовками, шлёндавшие взад-вперёд по мосту и следившие за отсутствием диверсантов.

- А может? - показала по горлу Линда, оскаливаясь.

- Шиш! - пихнул её кошец, - Только в хоря!

- Дыыы... ладно, ладно, в хоря так в хоря.

Вти-хоря они поднялись на склон, возвышавшийся рядом с берегом, опять пролезли под кустами, и пересекли дорогу за поворотом от моста, чтобы патруль не видел. Собственно, они её перепрыгнули, благо ширина позволяла. Дальше по заросшим кустарником холмам и косогорам стали раздаваться выстрелы, которые могли бы вызвать озабоченность, но только не у разведчиков со стажем.

- Хлопают, это охотничьи ружья, - мявкнул Драфи.

- Это мимо пуха, - сообщил Фелфи, - Как само по себе, так и вслуху того, что здесь полно уток. А утки сидят на воде.

- Так может?... - с надеждой спросила шаракалиха.

- Лин, нам нельзя поднимать шухер! - отрезал Драфи, - Вообще нельзя. Поэтому проходим тихо, дураков обходим стороной.

- Сколько можно в хоря?!

- Сколько нужно, у нас хорь резиновый.

- Как хорь может быть резиновым?! - возмутилась Линда.

- Это умопостроительный хорь, он может, - объяснил филосовскую проблему Драфи.

Что же до кротоликов, то они умопостроениями занимались не столь часто, а из этих случаев почти никогда по делу. Они наверняка предпринимали множество мер для защиты морской базы от диверсий, однако каналы оказались совершенно упущены из слуха. Единственное, что их перекрывало, это старые полусгнившие ворота из брёвен, поставленные поперёк канала на самом подходе к гавани. Судя по толщенному слою ржавчины на запорах, их никто никогда не открывал, и уж тем более эту дребузню не охраняли. Тем не менее, разведка не делала скоропалительных выводов, а села в удобном месте и снова испила чай.

- Может, этот канал пристрелян артиллерией? - предположил Фелфи.

- Шиш, - мявкнул своё традиционное Драфи, показывая карту, - Вот сектор, где могли бы быть орудия для этого. Их там нет, потому что здесь вода, здесь город, здесь чистое поле. К тому же, чтобы простреливать, нужны наводчики, а мы их не обнаружили, хотя и прошуршали носом по кустам.

- Это да, - согласилась серая, - А мины?

- Я тралил вдоль ворот, - зевнул рыжий кошец, - И там вон, в затоне. Шиш бы они так закопали мины, чтобы их не задело. Да и следов никаких нет, они должны были бы поставить таблички или ограждения, от своих же.

- Это да, - кивнул Драфи, задумчиво оглядывая ночной пейзаж.

Уже узкий пролив между крутыми склонами холмов извивался за поворот, где выходил в гавань. Местами пролив был слишком мелкий, и там его продолжали участки каналов, соединяя в единый водный путь. Почти белый свет луны отражался в тёмной воде, похожей на болотную, и создавал впечатление, только не сразу скажешь, какое именно.

- Короче мявкая, - мявкнул Драфи, - Каналы проходимы для флота и не охраняются, это факта.

- Да, но они точно также проходимы и для ихнего флота, - заметил Фелфи.

- Тут кто первый успел, того и тапки. Мины сбрасываешь, и досвидос.

- Думаешь, на этом нам стоит закруглиться? - спросила Линда.

- Не совсем. Ещё нам нужно знать, как течёт вода из канала, когда она попадает в гавань.

- Ну как течёт, вот так вот пык и готово!

- Я имел ввиду, какое там течение и куда оно направлено.

- А. Ну это можно на лодке проплыть?

- Паливно плавать на лодке перед причалами военной базы, - хмыкнул Драфи, - Гавань вообще закрытая, и боюсь, если мы туда сунемся, то минимум проведём много времени в застенках, что против шерсти.

- Пустить поплавок с огоньком, - мявкнул Фелфи.

- Лучше, но всё ещё паливно... Вряд ли они постоянно так делают, может быть взрыгивание.

- Сделаем кораблик с парусом, - не отставал рыжий, - Чтобы его не крутило, и свет шёл в одну сторону, к нам.

- Слушай, а нашиш свет? - фыркнула Линда, - Да пустим несколько лоханок, днём их за километры видно будет!

- Точно, так и пропесочим, - решил Драфи.

Для начала они нашли подходящие куски сухого дерева, чтобы вырезать из него корытца, которые будут хорошо плавать по течению; на всякий случай туда ещё втыкали пруток на пол-метра, чтоб видеть издали. Затем разведчики нашли подходящую площадку на склоне, обращённом в нужную сторону, чтобы оттуда наблюдать за процессом. Здесь уже действовать следовало по законам военного времени, потому как из гавани действительно могли следить кротолики, используя оптику, так что никаких передвижений без укрытия не делалосиха. Оптическую трубу, с помощью коей следили за корытцами на воде, упрятали в густой колючий кустарник и увешали листьями, как ёлку шишками. Достаточно было окинуть яблоком гавань, и такие меры не казались излишними - вдоль основательных причалов стояли десятки бронекатеров, транспорты, сторожевики, а над ними возвышались надстройками тяжёлые корабли.

- Кажется, одна несушка, - сообщил Драфи, протирая уставшие яблоки, - Два крейсера, штук пять броненосцев, мелочи до четырёх десятков.

- Кажется? - хмыкнул Фелфи, - Она не настолько миниатюрна.

Несушка и правда была далеко не изящна - металлический ящик тянулся вдоль порта метров на триста, не меньше. И сколько ещё бронекатеров стоят в его ангарах, никто не ведал - в частности, чем и была полезна несушка. Однако, заворачивала мысль кошцев, пока она стоит в порту - она ничем не полезна, и хорошо бы, чтобы она из этого порта и не выходила. С третьей стороны, макнуть этот огромный корабль было бы весьма проблематично, но с четвёртой...

- ...с четвёртого угла песка, - продолжила Катерпилариса, - Достаточно вывести из строя портовые сооружения и разрушить инфраструктуру, и если корабли ещё не готовы к выходу в спуд, то готовы они и не станут.

- Сооружения? - поднял бровь Щопс, - Толку?

- Крейсеру необходимы сотни тонн горючки, лопатой не накидаешь, - пояснил Раждак, - Также вряд ли команды сидят на кораблях, будет удар по городу - проредим и их.

- Да, - кивнула ушами грызуниха, - Это песок. Если мы ударим по порту в ближайшее время, есть все возможности нанести оперативное поражение флоту этих скотин.

- Оперативное поражение... Кать, ты чо? - фыркнул кошец, - Кроши батон помельче, а то мозг давится.

- Всмысле, у нас нет сил нанести им настоящее поражение, - пояснила Катя, - Оперативное - это на время операции, чтобы они не смогли перпядствовать проходу наших конвоев и отлову пищи. Пока пригонят подкрепления, будет поздно.

- Поздно? Ну неделю они на дорогу потратят, и чо?

- Дорога это только один угол песка. Они не смогут сорваться сразу, потому как это нарушает расстановку сил. Им нужны только резервы, и вряд ли у них они есть в таких количествах. Даже если и есть, такие действия дестабилизируют стратегическое положение соедкапитальского флота в спуду, что в пух.

- Есть искушение отключить голову, потому как грызуниха жжот, - признался кошец, - Кхм! Шутка, отключать никто не будет. Значит, есть план подойти к порту по каналам?

- Да, - кивнул Драфи, присутствовавший здесь же, на совещании на "Недолетарии", - Но это только часть хитрого плана.

- Боюсь даже спрашивать...

- Не без оснований. Мы проверяли, какое течение идёт из каналов, и выяснили, что течение оттуда идёт сильное и перекрывает почти всю гавань. Скорость около восьми километров в час в устье и далее падает до нуля.

- А толку от этого течения? - ляпнул кто-то из грызей.

- Подумай головой, - предложила ему Катя, хихикая и потирая лапки.

- А. Ну, по течению можно сбросить плавучие мины, чтобы их вынесло в гавань.

- И следовательно, что?

- Следовательно, это нужно сделать! - заржал грызь, - Чтобы с началом атаки кротолики вляпались в мины!

- Именно так, - кивнула Катя, - У нас есть трофейные посудины, на которые можно нагрузить мины и сбрасывать их в канал, чтобы подольше не вызывать подозрений.

- Кстати о подозрениях, - цокнул Раждак, - Главное, чтобы они не чухнулись, когда наши катера войдут в пролив возле Сан-Шорена. А они чухнутся на сто пухов.

- И? - вопросил Щопс.

- Они не смогут докричаться из этого городишки, - показал по карте грызь, - До Морволка. Следовательно, поедет курьер или ещё какая кукушка. Его и нужно перехватить по дороге.

- Да. Рельеф будет способствовать, - подтвердил Драфи, - Нам потребуется больше зверей, но с парой десятков стрелков мы перекроем мосты и не дадим никому пролезть, по крайней мере слишком быстро. Пока эти олуши чухнутся, дело будет уже сделано.

- А общий план песка? - осведомился грызь.

- Общий план песка, - припомнила Катя, - Вводим в дело все имеющиеся корабли. Броненосцы ставим у Сан-Шорена прикрывать тылы, а "раков" отправляем по каналам к гавани. Вместе с ними и миноносца, чтобы накидал мин. В идеале, надо чтобы мины вынесло течением в гавань, а потом производим ракетный залп по причалам. Если кротолики взрыгнут раньше, значит сразу залп, минировать канал, и утекать.

- У нас всего шесть раков, - цокнул Раждак.

- Да не цокни, что всего, - мотнула ухом грызуниха, - На каждом по два станка с РСами, плюс по шесть торпед. Думаю, торпеды тоже нужно использовать, пока есть возможность.

- Да, - кивнул Щопс, - Чего их беречь, когда тут можно окучить много посудин сразу. Как именно вы предполагаете осуществлять это?

- Да как, взяли и цокнули, - захихикала Катя, - Кхм! Всмысле, колонна раков...

Она подождала, пока звери проржутся, представив себе колонну раков.

- Да. Так вот колонна, один за другим, выходят из канала в гавань и выпускают торпеды. Как только выпустили, разворачиваются и по дуге уходят обратно, так чтобы на весь балет ушло как можно меньше времени.

- А собственно ракеты?

- После того, как отстреляются торпедами, уходят в заводь, - показала по карте грызуниха, - Закрытую от наблюдения со стороны гавани. И по координатам шарашат ракетами. Потом отходят вот сюда, второй залп. Потом третий, если получится.

- Перезарядка до десяти минут, - заметил Щопс, - Пол-часа боюсь они нам не дадут.

- А кто их будет спрашивать? - фыркнул Раждак, - После торпедного залпа и сброса мин стреляем с закрытой позиции, шиш что они сделают. А в канал никто не сунется, потому как мы его запрём минами.

- Не думаю, что мины совсем надёжно, - цокнула Катя, - У них могут быть готовые тральщики, которые пройдут через мины, что мимо пуха. Думаю, туда надо поставить броненосец.

- Броненосец, в канал?!... Впрочем, а что бы помешало.

- Ровным счётом ничего. Ему придётся сдавать задом по каналу, но через километр есть место равернуться. А если уж кто сунется туда, сами понимаете.

- Кстати о песке, - цокнула Катя, - Если пригрести к операции чекотов, то можно удвоить количество ракет в залпе.

- А докудова они достанут?

- Вот так, - показала круг грызуниха, - По порту и складской зоне уверенно, а дальше не особо и надо.

- Больно уж удобная нычка, не похоже на ловушку? - почесал уши кошец.

- Похоже, но где собственно ловушка? - пожала ушами Катя, - В кустах флот не спрячешь, и проливы просто так не перегородишь.

- А песок?

- Песок в пух, да. Короче, если погрузить на чекотов мины и десант, получится мило, и нам нужны только броники и раки.

- Учтите ещё один угол песка, - заметил Щопс, - На подходе к Сан-Шорену патрулируют сторожевики береговушников. Если они увидят флот в двадцать посудин, то поднимут шухер гораздо раньше, чем нам надо.

- Придётся убирать их штурмовой группой, - цокнул Раждак, - Драф, Фелфи, есть уши?

- Уши - да, - кивнул Фелфи, - Не мёд конечно, но думаю, на внезапность взять можно.

- В таком случае, в вашем распоряжении один из трофейных баркасов, оборудуйте его, так чтобы в пух, - цокнул Раждак, - Вы должны убрать сторожевик по тихому. Он работает в прямой видимости от порта, поэтому взять нужно сразу, чтобы даже ракету пускануть не успели.

- Да, это вызов, - почесал уши Драфи, - Но вполне терпимый, тем более у нас есть идейные воины из ОТГ.

- Йа задолбался их снабжать рыбой, - пожаловался грызь, - Потому как крупу они не жрут.

- Ничего, зато, - сообщил ценные сведения кошец.

По результатам первичного обмусоливания флот начал подготовку к операции, для чего требовалосиха дождаться возвращения военных кораблей с проводки конвоев к Проливу Подгоревшей Утки, и завернуть на это дело основную группу из чекотов и их поддержки. Спудская пехота действительно получила в своё распоряжение кротоличий корабль того же типа, что и сторожевик, и проводила подготовку к зОхвату. Не надеясь на то, что враг будет ошарашен нападением шаракалов, корабль оснащали дополнительными средствами, типа скрытых амбразур, из которых можно стрелять или хотя бы пыриться. Кроме того, вдоль всего судна устанавливали пять РСов на направляющих, смотрящих перпендикулярно к курсу, чтобы они влетели прямо в пришвартованый сторожевик. Из снарядов выковыряли почти всё топливо, чтобы они не прошибли цель насквозь, а боевая часть с горчичным дымом там осталась. Залп должен был сразу парализовать добычу, и сверху на неё прыгают десантники; такой обстрел в упор должен быть не слишком заметен ни по дыму, ни по звуку. Но, как всегда, это только теория.

- Да. А вот что мы будем делать, если в видимости окажутся ещё военные корабли?

- Мы просто не должны этого допускать, чо. Если там будет пастись кто-то ещё, развернёмся и уйдём к флоту.

- А, тогда по шерсти.

Если абордажников интересовали эти вопросы, то грызи таки всерьёз задумались над оборудованием нескольких баркасов подобным снаряжением для захвата отдельных посудин - тогда сторожевые корабли можно будет ловить даже без участия чекотов, количество коих ограничено и в ближайшее время пополняться не будет.

- Оборудование, пухоборудование, - фыркала Катя, листая справочники, - Песка дайте...

- Моя грызуниха, - ласково цокнул Скисорь, поглаживая свою грызуниху по пуху хвоста, - Не существует ли у тебя усталость от спуда? Ты крутишься, как белка в колесе.

Катя вскинула уши, мотнув кисточками на них, и мееедлено повернула мордочку на согрызяя... после чего скатилась в смех, само собой.

- У меня усталость?! - заливалась грызуниха, - Да йа сейчас как кабан перед полным полем брюквы!!

- Ну, не ты одна, - заметил грызь, - Но всё же.

- Скис, пух-с! - цокнула, как отрезала, Катерпилариса.

- Пух так пух, - легко согласился тот, потому как ничего особо от неё и не требовал, - Сколько мин ставить?

- Сколько влезет! - квакнула грызуниха.

Влезло по двадцать четыре штуки на каждого чекота, могло бы и больше, но просто больше не было в наличии под лапой. Чекот был не предназначен для постановки мин, но здесь требовалась не постановка, а просто сброс их в плавучем виде. Мины ставили на подставки, сделаные из подлапных средств, найденых в трюмах трофейных посудин, прямо на палубе. При надобности они за пять минут приводились в боевое положение, и сталкивались в воду. Каждая мина была больше той, что использовали "сучки" и что в своё время пошли на уничтожение соромашьих катеров в лесу Межспудья; это были бочки по двести литров объёма, почти половину из которого занимало взрывчатое вещество - не ахти какое, но оно брало количеством, а не качеством. По кругу крышки бочки торчали штанги, нажимание на которые приводило к взрыву - для этого мина должна была хотя бы притереться к стенке или борту корабля, от касания дна она не срабатывала, что в данном случае крайне в пух. Скисорь таки лично нарезал верёвки для того, чтобы выдёргивать предохранители из мин, потому как это критично. Обычно мину вывешивали в воду на подвесе, спудяк выдёргивал "чеку", торчащую из крышки, и изделие отпускали. Здесь же мины предстояло валить с борта абы как, и будет совсем не в пух, если взрыватель окажется разблокирован раньше срока. Для этого спудяки готовили верёвки по три метра, привязывая к предохранителям, чтобы выдернуть уже тогда, когда мина отойдёт от борта.

По прикидкам разведчиков получалосиха, что течение выходит из канала и практически пересекает всю гавань военной базы. Таким образом, если накрошить туда мин, течение размотыляет их по всей акватории, крайне затрудняя противнику ответные меры и наверняка причиняя дополнительный ущерб. Катерпилариса немало просидела над схемами, высчитывая математически, как более в пух это сделать, и периодически скатывалась в хихиканье с потиранием лап. Сколько лет она только и слушала рассказы о подлости соедкапиталов, и вот теперь подлость ждала их самих, причём, думается, не самая маленькая. Правда, настоящая большая подлость была только впереди, но это дело времени... А пока чёрный лис Экзе, что работал агентурной разведкой, сообщал о том, что в Странглефорнию прёт поток пойла, известного как "спудическое топливо", и немалая его часть готовилась из морлука, произведённого грызями именно с этой целью. Крайне простая мера типа запрета на спудтопливо здесь была бесполезна, потому как спудтопливо и так всегда было запрещено законом, но соедкапиталы действовали по законам прибыли, а не по писаным. По законам же военной стратегии, сейчас им должно было крепко влететь...

В вечернем тумане, когда солнце уже заходило, и над водой существовала дымка, всё тот же рыболовецкий "Дацльдорф", на котором плавал Старый Ржо, пошёл прямым курсом на Сан-Шорен. Исходя из последних соображух спудяки сочли, что у кротоликов в береговой охране есть кошцы для обеспечения ночного обзора, поэтому скрываться в темноте смысла нет. Зато есть смысл в этой темноте проходить по каналам и бить по базе, ибо кротолики придерживались чёткого режима дня, в отличие от грызей, например. Всмысле, они ночью будут спать, а не что-то ещё, и позднее заметят подвох. Сырой ветер, не содержащий однако холода, мотылялся над лёгкой зыбью на поверхности воды, и ворошил шерсть на ушах кошцев и шаракалов, сидевших на палубе в ожидании. Дымка, хоть и не особо плотная, ограничила слышимость, и теперь флот мог подойти за баркасом ближе, так чтобы противник не увидел множества дымов от труб. Сам же баркас дымил вовсю, чтобы его как раз было хорошо видно.

Сторожевик появился как и прежде, на подходе к гавани, и весьма резво подошёл к посудине курсом перехвата, наставив на неё малокалиберные пушки с палубы. Десантники однако знали о такой возможности, и сейчас готовили крупнокалиберные бронебойные ружья, чтобы вывести из строя артиллерию врага. Учли даже то, что сторожевик может не захотеть швартоваться, а пошлёт шмон-команду на лодках. На самом деле они так должны были делать всегда, но из-за лени и глупости - не делали. Сейчас же, судя по всему, осложнение обстановки достигло достаточного уровня, чтобы увальни зашевелились. Сторожевик лёг в дрейф рядом с "Дацльдорфом" на расстоянии в сотню шагов, и оттуда спустили две лодки... ну как спустили, поднатужившись, кое-как свалили их за борт, ибо давно этого не делали.

- Грызо, - мявкнул Драфи, наблюдая за приближением лодок, - Ракеты попадут на таком расстоянии?

- Достаточно одной, - цокнул снизу Марамак, - Перед этим потребуется подрулить, так что давай отмашку на десять секунд раньше, чем.

- Отмашка, - хмыкнул кошец, - Всмысле, начинайте бежать прямо сейчас.

- Чисто, - цокнул грызь, спрыгивая в нижние помещения.

- Линда, Фелф, - спокойно мявкал Драфи, пользуясь тем, что кротолики ещё не могли слышать слова, - В лодки не стрелять, сразу гранатами!

- А забираться туда, - кивнула на сторожевик шаракалиха, - Как?

- Лапами, - подробно объяснил кошец, - Подрулим кораблём, всё быстрее и надёжнее будет.

- Сэээ... - затянули с лодок своё традиционное кротолики, размахивая лапами.

Они орали просто так, поэтому крики отдельных особей о том, что баркас начал движение, возымели действие слишком поздно. В это время Марамак, сидючи у кустарно изготовленного прицела, вращал штурвал, выправляя курс посудины так, чтобы ось прицела попала в центр цели. Тогда точно какой-нибудь из пяти снарядов угодит в цель. Это ещё Ржо молодец, что таки поставил судно нужным бортом... Линия попала по центру посудины, и грызь с силой дёрнул тросик, вытаскивая фиксаторы взрывателей. Как ему ни хотелосиха полюбоваться на результат, он быстро нахлобучивал противодымную маску, потому как дыма сразу стало очень много.

Круглые окна - иллюминаторы, как их называли - на борту баркаса были закрыты тонкими дощечками, и теперь через них вылетели ракеты. При этом весь выхлоп оказался внутри корабля, так что дышать там стало решительно нечем. Хуже того, вопреки ожиданиям, огненые хвосты ракет всё же подожгли внутренние перекрытия, и грызю пришлосиха бежать за помпой, чтобы корабль тупо не сгорел. Кротоликам пришлось сильно хуже, потому как три ракеты попали в сторожевик, проломили борт и стенку надстройки, и взорвались внутри, выбрасывая тучи горчичного дыма. В отличии от союзных, там не были готовы к такому песку, поэтому большая часть команды сразу вышла из строя, наглотавшись дыма. Как только пролетели ракеты, десантники аккуратно запульнули по гранате в обе лодки, так что плотные чёрные тушки полетели в воду в разные стороны. "Дацльдорф" с полной отдачей сил набирал скорость и разворачивался, чтобы притереться к жертве бортом. Как только на сторожевике повернулась артиллерийская установка, по ней сразу бахнули из нескольких ружей, успокоив. С близкого расстояния попасть не составляло проблемы, а тонкая защита не держала бронебойных пуль, так что башня провернулась дальше и стрелять не стала. Выбегавшие на палубу кротолики попадали под винтовочный огонь, потому как бойцы сидели у приготовленых гнёзд и палили точно.

- Третий! - рыкнула Линда, перезаряжая винтовку.

- Ууу! Три кротолика готовы! Мило! - захихикал Драфи, не переставая стрелять сам.

- Мило не мило, а он дал ход! - сообщил Фелфи.

- Перепрыгивать на ходу, иначе это против шерсти! - отрезал бурый.

Два почти одинаковых корабля сошлись навстречу, слегка чокнувшись бортами, и пока они расходились, на сторожевик перепрыгнули десантники. Это было не так просто делать, да ещё и с оружием и в масках, но тренировки не прошли зря - только один шаракал упал за борт, остальные упали на борт.

- Искать сигнальные ракеты, быстро!! - гундосил Драфи из-под маски.

- СЭЭ!!! - страшным голосом возопил кротолик, бросаясь на кошца с тесаком, но тот легко укантовал его прикладом, и зверюга заскучала.

Серая шаракалиха была не столь щепетильна и вкатывала в туловища пули, а если позволяло расстояние, так и колола штыком. Бешеный натиск привёл команду сторожевика в унынье, так что оставшиеся подняли лапы и были скручены живьём. В том числе попались два кошца, которые с ещё большим ужасом смотрели на Драфи и Фелфи - однако, десантникам было совершенно не до них. Пленных заперли в помещении, на сторожевик перешла команда из трёх шаракалов, чтобы продолжать ходить на нём вдоль берега, дабы не было тревоги раньше времени. "Дацльдорф" отправился к порту по обычной схеме, которая не должна была вызвать у местных подозрений.

- Лин, кажется ты слегка мм... - почесал ухо подружке Драфи, - Взволнована?

- Взволнована? Да ещё как! - заверила она, - Наконец я добралась до их жирных шкур!

Кошец подумал, что не самое лучшее время вести философичные беседы, и просто похвалил её за убийство, ибо это было чрезвычайно к месту. В целом он просто не хотел, чтобы Линда снова зверела, как в своё время у ОДГ-орозков. Ибо это было против шерсти, а также опасно... для него в частности. Введённая в раж шаракалиха сильно впечатлила его даже в их первую встречу на острове куниц, а ведь с тех пор она очень многому научилась, и не станет бросаться с когтями и зубами. Короче сказать, кротоликам не позавидуешь, хихикнул кошец.

В пределах слышимости среди тумана маячили два "шершня", торчавшие перед гаванью на некотором удалении пух знает зачем, но корабль их просто проигнорировал и пошёл дальше, что было правильно. Когда следом подойдёт флот с броненосцами впереди, этих двоих макнут, как кисть в краску, так что и беспокоиться не о чем. Ржо, правивший посудиной, делал всё по шерсти - едва приблизившись к причалам на километр, свернул в сторону, так что судно попало не туда, а в залив, откуда начинались каналы. Баркас был послан тихой сапой с той целью, чтобы высадить десант в трёх местах и перерезать дороги, ведущие прямиком от Сан-Шорена к Морволку. Есть конечно и объездные, но это даст необходимое время, чтобы флот прошёл к цели. Пыхая дымом из низкой трубы, посудина прошла мимо нагромождения сараев на берегу и уныло плавающих рыболовецких лодок. Возможно, местные рыбачки и задались вопросом, зачем корабль прёт в дальний конец залива, но вряд ли они побегут в штаб флота докладывать. Пройдя через залив, судно зарулило в относительно узкую протоку - но, узость узостью, а для прохода она была вполне годна, как подтверждали замеры, сделанные непосредственно разведчиками. Так что пенять следовало только на себя, если что.

- Грёбаное ничего! - рычал Ржо, вращая штурвал, - И по этой луже вы куда-то собрались доплыть?!

- Так точно, - чётко ответил Драфи, - Держи по центру, и всё будет по шерсти. Глубины тут выше ушей, сами меряли.

- Он и опасается, что мы сами меряли, - хихикнула Линда.

Неслушая на опасения, баркас прошёл по протоке до начала канала, и там тоже его ничто не задерживало. Идти приходилосиха медленно, потому как посуда вяло поворачивала, а скрести по берегу нельзя, ибо там мелко и можно сесть бортом на грунт. Тем не менее, уже через час показался ориентир в виде брошеной в канале баржи, и первая группа десанта переправилась на берег на лодках. Чавкая по глубокому илу, бойцы выбрались на песок, при том что сидела уже почти полная темнота; вслуху этого среди десанта были только кошцы и шаракалы, со своим ночным зрением.

- Короче, - мявкнул Драфи, спускаясь в лодку, - За вон той горой идёт Фелф, дальше Раф. Дайте им гуся, товарищи.

- Есть дать гуся, - ответстовали кошцы.

Корабль медленно двинулся дальше по каналу, а отряд в дюжину носов полёз вверх по склону крутого холма, добираясь до моста. Попотеть пришлосиха изрядно, потому как бойцы тащили не только обычное вооружение, но ещё и взрывчатку и два пулемёта с боеприпасами, и всё это вверх! Большая мышечная масса шаракалов из тройных гвоздей здесь была как нельзя кстати, и кошцы радовались, что не придётся отдуваться за всех.

- Не придётся... - втихоря мявкнул Драфи по-кошски, - Вы не забывайте, следите за этими волчарами, чтобы они нам в спину стрелять не начали. А то двойные гвозди или тройные, поди пойми.

- Учитываем, - кивнул Сполфи, мерцая в темноте жёлтыми глазами.

- Короче, отряд, - перешёл кошец на спудофеню, чтобы понимали и шарики, - Вон наверху видите, мост? Он соединяет края этой низины, и чтобы перелезть через неё без моста, нужно немало времени. Кроме того, перелезть не получится кроме как пешком, следовательно, перелезший не доберётся быстро до Морволка, а это и есть наша цель. С тыла нас прикрывают другие отряды, поэтому наша задача - держать этот мост до окончания операции. Чисто мявкнуто?

- Достаточно чисто, - кивнули кошцы и шаракалы, за компанию.

- Напоминаю, до установленного срока всех пропускаем, потом нет. Гражданских не убивать, только пугать и разворачивать обратно. На всякий случай мост заминируем и при надобности подорвём. Кто минирует?

- ...

- Правильно, я минирую. Пшли.

Стараясь не производить излишнего шума, отряд забрался по склону, который здесь уже шёл под сорок пять градусов уклона, и стал занимать позиции. Шаракалы и кошцы стаскивали брёвна, чтобы за ними устроить пулемётные гнёздышки, Линда и Сполфи сидели с двух сторон по дороге на шухере, а Драфи полез на опоры моста вешать взрывчатку. Когда ехала телега или шли кротолики, наблюдатели сообщали криком кукушонка, и звери затихали, потом продолжали работу. Бурый кошец, пользуясь просто-напросто своими когтями, влез на старую чёрную сваю, оттуда на перекладину, и получив доступ к настилу моста снизу, прикрутил верёвкой две сумки с брикетами тола. Воткнув туда взрыватели, кошец размотал сразу два шнурка - для надёжности! - и вывел их к позициям. Ему пришлосиха преходить по мосту, потому как натурально перелезть низину быстро никак не получалосиха. К удаче, ночью тут мало кто ходил и ездил, так что никакого кипежа раньше времени не случилось. По дороге весьма скоро проскакали трое кротоликов из военных, но Драфи покачал ухом, рекомендуя пропустить их, потому как не время.

К этому времени флот полным ходом шёл на Сан-Шорен, и прежде, чем кротолики заподозрили неладное со сторожевиком, который всё также купался возле порта, ночнозоркие звери разглядели множество дымов, поднимающихся из тумана. Для любого гарнизона Союза это было бы уже шикарным поводом поднять полную боевую тревогу, но кротолики не чесались. Пары стали поднимать только на "шершнях", стоявших в патруле, но толку от них было немного. Изрядно офигевшие соедкапитальские спудяки наблюдали глазами, как из тумана появляются цепи кораблей, и что немаловажно, весьма крупных. Рядом с бронекатерами значительно возвышались броненосцы типа "Котёмкин", три штуки. Два из них имели серо-синюю окраску, один вообще бело-зелёную, но один пух не особо заметную в тумане. Да собственно тяжёлые корабли было невозможно прятать из-за столбов дыма, так что красили их как пух на уши положит, а не для маскировки.

Броненосец "Котёмкин" был по сути большим бронекатером, и не имел обширных палуб и помещений, как крейсера и эсминцы соедкапиталов. На корабле имелось минимум излишеств и максимум брони и вооружения, а именно четыре ста восьмидесяти миллиметровые ракетомёта в двух башнях, расположеных тандемом по оси корабля. Ровным счётом вся поверхность судна, куда мог прилететь снаряд, покрывалась толстой многослойной бронёй из спудилиума разных марок; по бортам находились круглые поплавки, в которых не было ничего, кроме воздуха - они разделялись на множество изолированых отсеков, что резко повышало плавучесть при повреждениях. Вперёд корабля торчал клинообразный нос, покрытый броневыми плитами и держащий даже тяжёлые снаряды, а на хвосте, поверх бронекорпуса, имелась небронированая надстройка с подсобками типа кухни и гальюна, в боевом положении необитаемая.

Соедкапитальские спудяки, кропотливо воспитываемые в духе собственного превосходства, никак не ожидали увидеть у собственных берегов броненосцы ГКС, так что тормозили очень долго, выясняя, чтобы это могло значить. Слишком долго, чтобы начать драпать - корабли уже подошли на дистанцию увереного выстрела, все башни повернулись на цели, и над водой с грохотом и облаками дыма полетели тяжёлые реактивные снаряды. От попадания таких подарков бронекатера разломало в щепки, так что только башни полетели в воду отдельно, а горящие обломки корпуса моментально ушли под воду, оставив на поверхности лишь дымящийся мусорок.

- Пухячат в пух, - сообщил Скисорь, пырючись на это дело в оптику.

- Да ну? - хихикнула Катя, - А йа думала, в пух пухячат.

Грызи шли на своём "Глоте" вслед за броненосцами и "раками", и попадать под огонь им было никак нельзя, ибо на палубах лежали мины, прикрученые кустарно сделаными держалками. Броненосцы же проходили мимо порта, следуя в залив, и по пути дали гуся тем военным посудинам, что стояли у причалов с холодными топками. Четыре бронекатера и транспорт, обнаруженые яблоками, немедленно подверглись обстрелу и были уничтожены. Попавшие неточно снаряды подожгли портовые сооружения, так что там начался бардак любо-дорого глянуть какой, а пожар пошёл по складам и стоящим у причалов посудинам разных типов. Два броненосца повернули вдоль берега, постреливая по замеченым целям, третий вошёл в залив, прикрывая своими боками всю остальную флотилию. Здесь следовало исключительно точно держать курс и скорость, чтобы не смешивать строй, но спудяки пока справлялись. Оставляя броненосцы на защите тылов, флот выдвигался по каналам к цели, впереди двигался третий "Котёмкин" для прикрытия от возможных осложнений. Чапая по воде колёсами, за ним, как утята за уткой, семенили бронекатера. Сзади горело зарево пожара, подсвечивая поднимающиеся к небу тучи дыма, и периодически хлопали взрывы.

Пока хвостовая группа окончательно сносила порт и охраняла подходы, колонна неспеша прошла через протоки и каналы в заданном направлении. Водный путь здесь часто ветвился, поэтому без разведки спудяки не смогли бы сделать это столь быстро, как сделали сейчас. Броненосец с собственным названием "Хижма" занял позицию аккурат за поворотом протоки, откуда уже был прямой выход в гавань базы Морволка - на случай, если кто-то сунется. С обоих сторон возвышались крутые склоны, местами с выходом каменных пород, местами поросшие колючками - так что неудивительно, что никто не пырился на корабли, кроме летучих мышей и лисиц. На берегу, обращённом к гавани, уже оборудовали наблюдалку десантники, чтобы корректировать огонь артиллерии и вообще, наблюдать за обстановкой.

Теперь в дело вступали чекоты, выходя на относительно широкое место протоки перед броненосцем, и сбрасывая оттуда мины. На это требовалосиха значительное время, потому как течение уносило их далеко не реактивно, и нужно было ждать не меньше минуты, чтобы мину отнесло достаточно далеко. По крайней мере, столкновение мин между собой не должно было вызывать взрыв, так что осторожничали только с тем, чтобы не попасть на мину бортом, а так попуху. С четырёх чекотов сбросили девяносто шесть мин, пухяча их с обоих бортов разом.

- Так, песка! - цокал Скисорь, уперевшись ногой в бочку-мину и держа в лапе тросик.

- Есть песка! - отвечали Грибодур и Сенень, и убирали упоры.

Скисорь давал мине пинка, и она падала с борта в воду, вызывая всплеск и скрежеща по обшивке штангами взрывателей. Затем её принимало течение, потому как чекот стараниями Кати стоял на месте, работая задним ходом, и когда мину оттаскивало шагов на пять-шесть, грызь тросиком выдёргивал фиксатор взрывателей. С другого борта тем же занимался и Марамак, потому как грызь успел вернуться с "Дацльдорфа", стоявшего тут же, в двухста метрах. Главное для спудяков было убеждаться в расстоянии до мины, и тросики тут сильно помогали, ведь особо палить огонь не хотелосиха, чтобы не вызывать излишнего взрыгивания.

- Последняя ушла! - сообщил Скисорь.

- Вторая последняя ушла! - мявкнул с другого борта Джалк, вызывая смешки.

- Слушайте, у вас там ещё последних нет? - осведомилась Катя, - Топтуны гусей...

Грызуниха послушала на три штуки песочных часов, которые она перевернула при начале сброса мин - получилосиха двадцать пять минут, что вполне в пух. Сало быть, ещё около получаса, пока течение вынесет мины в гавань.

- У нас ещё полчаса! - цокнула Катерпилариса, - Готовить ракеты!

- Есть готовить ракеты!

- Готовить ракеты не есть, а запускать, - на всякий случай уточнила грызуниха.

На самом деле у них было больше получаса, потому как сначала работали торпедами "раки", потом они же работали ракетами, и только со второго залпа присоединялись чекоты, для создания полного погрызца. Грызи и кошцы однако не собирались тормозить, а быстро доставали РСы из трюмов и вешали на пусковые установки. Что будет сложно, так это выходить по этой низине в той туче дыма, какая тут образуется... ну это терпимо. Чекоты пока стояли в ряд, привязаные канатом к броненосцу, а тот в свою очередь был заякорен за берег - так было гораздо проще удерживать позицию на текущей воде, чем постоянно мотыляться.

В это время Щопса, каковой сидел под кустом на берегу гавани, омявкнул кошец.

- Вон, позырь туда. Кажется, там заграждение из поплавков или ещё что такое.

- Где? А, да.

Кошец навёл оптику и удостоверился, что еле заметные крышки мин, что купались в воде, выстраиваются вдоль некоей линии, за которую они слышимо не могут попасть. Скорее всего это действительно было заграждение, только вот из чего?

- Да по шишам, - рассудил Щопс, осмотрев диспозицию, - Линия всё равно перекрывает гавань, чтобы это ни было, когда они начнут плавать, непременно напорются.

- А торпеды это не задержит?

- Сомнительно, у торпеды ход быстрый, а рыло острое, любую сетку порвёт.

- Но зачем тогда они это повесили поперёк гавани? - задался вопросом кошец.

- Не знаю, - резонно сообщил Щопс, - Будет ставить следственные эксперименты, чтобы узнать.

В гавань входила группа из десятка бронекатеров - "шершни", "хейнеки", прочая ересь и дребузня дымили трубами и заруливали к причалам. Никакой связи их движения с заграждением Щопс не увидел, ну да и ладно. Увидел он некоторый интерес со стороны соедкапитальских спудяков, которые, слышимо, всё-таки разглядели мины с высоких надстроек больших кораблей, и теперь лёгкий бронекатер вился по гавани, отыскивая их. Скоро он их найдёт, однако будет уже куда как поздно... Уловив, что мины разнесло вполне достаточно, Щопс достал сныканый в кустах арбалет, поджёг стрелу, и запулил за возвышенность, туда где стоял флот.

Стоявшие с разведёнными парами "раки" один за другим дали полный ход, баламутя воду колёсами, и колонной прошли мимо чекотов и броненосца, выходя прямо в гавань. К этому времени они уже накачали перегретой воды в бачки торпед, и теперь были готовы к песку. Довольно резво развернувшись, бронекатер некоторое время двигался по прямой, чтобы не раскачиваться, а затем с него одна за другой полетели торпеды, с малым промежутком между ними. Тяжёлые чушки бултыхались в воду и тут же срывались с места вперёд, оставляя за собой белый вспененый след. Выпустив все шесть штук, "рак" резво завернул в сторону, по дуге выходя обратно ко входу в протоку. Сзади упражнение повторял следующий, расчерчивая водную гладь следами.

Ракетные установки на "раках" были развёрнуты назад по курсу, так что, уходя обратно, катера взяли прицел и отстрелялись первым залпом. Темноту ночи прорезали ослепительные белые хвосты от РСов, сливавшиеся в единый огненый хлыст, а в ушах стал не только пух, но и сплошной плотный шум от массовой стрельбы. Точность таких залпов почти на предельном расстоянии и с ходу была небольшая, но тут просто тупо некуда было промахиваться! За несколько секунд пролетев над гаванью, ракеты со свистом врезались в воду, в причалы, в корабли и постройки. Мощные взрывы ставили воду колокольчиками, расшвыривали обломки досок и металла, поджигали всё что горело, и высевали сплошную зону разрушения вдоль причалов. Среди оглушительной канонады опоздало завыла сирена тревоги, хотя и ежу было ясно, что это обстрел, и он уже существует.

Как и предполагали грызи с кошцами, кротолики ударили артиллерией кораблей по туче дыма на месте залпа, но "раков" там уже не было, они гуськом втянулись в протоку и теперь занимали другую позицию, за возвышенностями, чтобы дать второй залп. С "Глота" пока слышали только проходящих мимо на полном ходу "раков", облегчённых без торпед и с дымящимися после залпа установками. Впрочем, даже через плеск десятков колёс и шипение пара из-за горки доносились раскатистые взрывы, а облака подсветило заревом. Катя, Скисорь, Грибодур и Марамак, сбившись в единую кучу пуха в рубке, наблюдали это дело и хихикали, как довольная белочь в полном дупле орехов.

- Воу, хехей! - не удержался громко мявкнуть Щопс, пырючись в оптику на огромный фонтан огня.

Несколько торпед ударились в свои же мины и взорвались вместе с ними, какие-то застряли в сетке, но примерно половина, как прикинул кошец, добралась до причалов и устроила там воистину спудов день. Подкидывало от пинка под днище катера, взлетали и причалы, когда торпеда попадала в сваю, качались от мощных взрывов тяжёлые корабли. Щопс точно мог мявкнуть, что штук пять торпед угодило в несушку, а это могло возыметь эффект. Остальные взрывы были хоть и не столь красочны, но тоже наделали достаточно ущерба. Часть порта вся скрылась в сплошном мареве из огня и дыма, так что там ничего не различалосиха.

Грызи на "раках" работали как заведённые, так что менее чем через десять минут последовал второй залп, на этот раз с закрытой позиции. Склоны холма и тёмную воду в протоке осветило огнеными хвостами, и ещё одна стая подарков полетела проводить полемику с соедкапитальцами. Здесь уже не остались в стороне и чекоты, открыв огонь по заявленым координатам.

- Залп! - цокнула Катя из люка, и тут же сныкалась за него, закрыв наглухо.

Как обычно, в корабле звери чувствовали себя как в катящейся под гору консервной банке, когда сверху работали ракетницы, зато и результат имелся. К сожалению, у флота просто не было больше боевых РСов, только самый небольшой остаток для всякого случая, а так всё расстреляли.

- Залп ушёл! - сообщили ракетчики, когда залп ушёл.

- Чисто! - цокнула Катя, - Держаться, даю ходу!

Корабли не стояли на месте, а быстро набирали ход и меняли позицию, потому как враг вполне мог ответить. Чекоты, расстрелявшие весь запас ракет, так вообще стали уходить обратно к Сан-Шорену, а "раки" только переместились в другой омут. Это оказалосиха крайне в пух, потому как едва последний катер снялся с позиции, по протоке ударила тяжёлая артиллерия, а затем и залповые ракеты "девольвер", вероятно с крейсера или эсминцев, бывших более-менее в готовности. Тяжеленные снаряды грохнули в склоны холма, выбрасывая целые горы песка и камней, и перебаламутили всю воду, выкидывая на поверхность даже грунт со дна. Ракеты были не столь мощны, но падали градом, освещая всю низменность с водоёмом и выбрасывая яркие огненые шары, затухавшие при взлёте вверх. Пара их попала и в "Хижму", но броненосец своё название оправдывал, отделавшись вмятинами на броне и контужеными зверями, которые оказались прямо под местом взрывов.

Десантные группы снимались с позиций и отходили к кораблям, выполнив свою задачу. Отстрелявшись по порту, "раки" также выстраивались колонной и уходили обратно по протоке, а броненосец прикрывал. Впрочем, из соедкапитальских катеров ни один в протоку так и не сунулся. Вероятно, они убоялись мин в гавани, потому как несколько катеров подорвались, едва отойдя от причалов. Щопс с товарищами едва не огрёб снарядом, так что одного бойца контузило взрывной волной, когда они возвращались на корабль. Тем не менее, кошец был сильно обрадован происходящим, потому как только что наблюдал военную базу Морволка, погружённую в яркое зарево пожаров. Собственно зарево было видно за многие километры, как и тучу багрового дыма.

- Это вам за всё хорошее, бесформеные боровы! - напутствовали спудяки, фыркая в сторону базы.

К означеному времени группа Драфи, занявшая позицию возле моста, перекрыла дорогу к Морволку. Сначала бойцы только палили по кустам, разернув несколько телег с гражданскими кротоликами, но всего через десять минут уже осаживали военных курьеров, которые и были основной целью операции. Жирные аборигены тоже далеко не рвались пробегать через линию огня, и после первых же выстрелов из винтовок смотались обратно. Только толстые крупы лошадей подпрыгивали между кустов, когда соедкапитальские холопы драпали от моста.

- Это только предцветочие, - предупредил кошец, - Им подкреплюху привести минут двадцать от силы.

- Пуле лететь ещё быстрее, - заверила Линда, сверкнув в темноте жёлтыми глазами.

- Это да. Пошли туда, - махнул лапой Драфи.

Половина отряда переместилась на позицию впереди по дороге, ещё не доходя до моста, и за толстым поваленым стволом дерева встал пулемёт... Кстати, это был пулемёт "медь" соедкапитальской конструкции, хотя и выпуска жабцов. Взяли именно такой, чтобы можно было бросить, не опасаясь каких-либо политических последствий. Хотя флот вёл полномасштабные боевые действия, соедкапитальские ещё ни разу не видели ни флагов ГКС, ни даже грызей - а кошцы и тем более шаракалы могли быть чьи угодно. Центр сообщал о том, что кротолики конечно взрыгнут, однако если не давать им прямых улик, то есть все возможности убедить этих ослов, что всё это представление - дело лап ихних же группировок. Вслуху этой стратегической линии, ответственные звери давали своим бойцам указания не орать что-нибудь вроде "За социалистическую Канавию!!", а хотя бы более нейтральное "в ущерб!"... Пока же звери прошуршали через кусты к позициям и сныкались. Никто не задавал вопросов, напуха такие маневры, потому как до этого все проходили занятия по тактике, и вхавронили опыта.

Теория была подтверждена на сто и более пухов, когда достаточно быстро по дороге вслед за курьерами подошёл отряд полицейских. Это было не совсем то, что ожидал Драфи, потому как он думал, что это будут военные. Но это были полицаи, весьма расхлябаные и жирные кротолики и шаракалы, сонно озиравшиеся среди ночного подлеска и поддерживавшие спадающие портки форменных брюк. Само собой, им рассказали, что на другой стороне моста кто-то стреляет, поэтому они и пёрлись туда, не думая о том, что стрелять могут начать и раньше.

- Ну уж извините, - втихоря фыркнул кошец, и прильнув к пулемёту, нажал на спуск.

По изгибу дороги градом полетели пули, гвоздя растительность с другой стороны и с хрустом втыкаясь в дерево, песок и туловища. Достаточно опытные бойцы десанта не разглядывали, как именно пули пробивают ткань формы и разрывают организм животного под ней, а концентрировали внимание непосредственно на выполнении задачи. Задача была так себе - кошец из пулемёта скосил всю толпу из двух десятков рыл, чтобы они упали, а те кто упал не насовсем, получили по пуле из винтовок. В канаву, куда упали несколько умников, полетели гранаты, оглушительно жахнувшие и бросившие вверх тучки листьев и травы.

- Ааатход! - мявкнул Драфи, утаскивая за собой пулемёт.

Полемизировать дальше не имело смысла, и отряд отошёл за мост. Сзади раздавались нечленораздельные вопли и выстрелы по кустам, потому как аборигены были сильно взбудоражены происшествием. Перебежав по настилу, звери ныкнулись в кусты на склонах, и пулемёт снова занял позицию за поваленым деревом, только теперь за другим... ну и не лично занял, конечно, а посредством кошца. Не успели они как следует устроить бока, из-за поворота дороги раздалосиха многократное ржание, всмысле лошадиное, что свидетельствовало о прибытии... лошадей, как минимум. Учитывая то, что вряд ли ночью по дороге гоняли табун, это были ещё клиенты.

- Сколько ещё времени? - осведомился один из кошцев.

- Ещё около часа, - сообщил Драфи, глянув на звёзды.

Более точно он отмерял время пружинным хронометром в кармане, а это имело большое значение. Следовало держать дорогу лишь до тех пор, пока флот не будет на позиции - дальше уже пофигу, потому как предупреждать Морволк об атаке будет поздно. Почтовых птиц они здесь вряд ли использовали, потому как между относительно близкими городами это неудобно, проще и быстрее так съездить.

- Короче, это, вы помните, как отходим? - лишний раз уточнил бурый, - Чтоб не как попало, а то попадёт.

- Да, вхавронили, - рыкнул из-за кустов шаракал.

- СЭЭЭ!!! - разнёсся страшный вопль, и из кустов на противоположной стороне низины засверкали вспышки выстрелов.

Пули захряпали в песок со щебнем, из которого состояли склоны, срезали ветки и листья. Отряд однако не лежал головами в этот песок, на что и рассчитывали кротолики, а просто сидел в укрытиях, и попасть далеко не так просто, даже если бы кто-то и видел цель. Под прикрытием шквального огня из лапных пулемётов и винтовок несколько кротоликов выбежали на мост, и преодолели его примерно до половины. Драфи легонько клюнул по спусковому крючку, выпуская короткую очередь. После него хлопнули винтовки, потом также коротко простучал второй пулемёт, и снова пальнул кошец. Стреляли по очереди, чтобы не палиться слишком сильно. Само собой, несколько кротоликов на открытом месте были расстреляны, и теперь валялись на досках, скучали. Остальные лезть не спешили, пока постреливая и пытаясь кидать гранаты - но перекинуть овраг не могли, и боеприпасы летели вниз по склонам, в густые заросли кустов.

- Сейчас будет телега, - сообщил Драфи.

- Какая телега? - удивилась Линда.

- Вон такая.

Кротолики выкатывали на дорогу тяжёлую телегу с мешками, чтобы под её прикрытием преодолеть мост и закидать стрелков гранатами. Один из шаракалов сидел снизу и смотрел за тем, чтобы никто не полез под настил, снимать взрывчатку, но никто так и не полез. Энтузиасты, подбадривая себя воплями про сэ, выкатили телегу прямо на мост и двинулись по настилу, грохоча колёсами. Пули телегу конечно не брали, а вот закладка с толом - взяла. Драфи прикинул время, и подпалил шнуры от масляной лампочки, зажжёной заранее и стоявшей в укрытии. Теперь уже следовало вжиматься в землю, потому как со стороны моста полетели обломки и ударила волна. Взрывчатка не была закопана в сам мост, поэтому особо его не разнесло, но вот опоры повыбивало. Телегу вместе с кротоликами сначала подбросило на метр, а потом она пошла в овраг вместе с настилом моста, упавшим с опор. Прозвучал громовой треск, и...

- СЭЭЭ!!!

...и традиционное кротоличье, после чего вся кавалькада скрылась среди кустов на склонах оврага, подымая дым и пыль. Теперь стало легче, потому как перебежать низину уже было нельзя никак. Десантники прекратили стрельбу, чтобы не демаскировкаться - за ветками на таком расстоянии их было вообще не видно, и враги не могли стрелять прицельно. Судя по всему, они на этом решили угомониться, и пока суть да безделье, Драфи перевязывал лапу шаракалу, которого зацепило пулей - и заодно показывал, как это делается. В ОДГ идейных воинов никогда не нагружали столь лишними сведениями, как оказание помощи раненым, так что здоровенный зверище с удивлением смотрел на бинты и чесал макушку. Несколько соедкапитальских шаракалов, пользуясь ночным зрением и мощностью лап, попытались пересечь овраг немного в стороне от моста, но поленились отойти достаточно далеко, и попали под обстрел. Внизу им было негде спрятаться, так что десантники методично вывели их из строя. Когда стрельба стихла, Драфи прислушался и уловил за оврагом характерное шуршание песка под тяжёлыми колёсами.

- Всем на фланги, огня не открывать! - мявкнул кошец, взваливая на плечи пулемёт.

Отряд разбежался метров на сто в стороны от дороги, и сделал это крайне вовремя. Прозвучал гулкий хлопок, и через овраг перелетел тяжёлый мортирный снаряд, грохнувший в кусты и вызывавший обвал на склоне. Вслед за первым отстрелялись ещё два орудия, так что стало ясно, что их три.

- Как теперь? - осведомилась Линда, вжимаясь в землю.

- Просто, - хмыкнул Драфи, показывая хронометр, - Уходим!

Уходили двумя группами, прикрывая друг друга на переходах, и при этом делали это очень быстро, потому как под горку. К тому времени как соедкапитальские закончат обстрел и доберутся до другой стороны бывшего моста, группа будет уже на берегу протоки, где её ждут корабли. Само собой, никто и не подумал бросать пулемёты, раз уж можно утащить с собой, так что пёрли с энтузиазмом.

- Нас не догонят? - уточнил Сполфи.

- Ты вперёд смотри, а не назад, - точно ответил Драфи.

- СЭЭ!!

- Да что ты будешь делать, а...

Впереди заорали кротолики и захлопали выстрелы, послышался рык шаракала, полетели гранаты.

- Ложииись!! - заорал Драфи, сам плюхнулся с пулемётом за кочку, и с такого положения выпустил все остатки ленты туда, где маячили враги, - Как оно?

- Да вроде их трое и было! - отозвался шаракал.

- Эй вы! - мявкнуло громко на спудофене совсем рядом.

Драфи это не понравилосиха, и вполне справедливо. Оглянувшись, он увидел в бесцветном ночном зрении, что Линду схватил сзади за горло какой-то кошец, одновременно приставив пистолет к голове шаракалихи.

- Бросайте оружие! - продолжил он на спудофене, скрываясь за заложницей, - Иначе сейчас её мозги бу...

Бурый кошец никогда не бросал оружия, а также имел чёткий навык никогда не слушать, что говорит вооружённый враг. Вооружённого врага нужно не слушать, а уничтожать - это въелось достаточно глубоко, так что сейчас Драфи пропустил всю пламенную речь мимо ушей, и не успел соедкапиталец закончить, как грохнул винтовочный выстрел. Подлого кошца... ну, того что держал шаракалиху! - отбросило назад на землю, а Линда зарычала и схватилась за простреленую лапу. Быстро подойдя, Драфи без лишних задержек сделал контрольный выстрел, успокоив любителя брать заложников, после чего внимательно огляделся, и только потом бросился помогать серой.

- Ааа, зззараза!... - прорычала та сквозь выступившие слёзы.

- Надеюсь, заразы не будет, - возразил кошец, быстро наматывая бинт, - А так ничего страшного.

Уже после собственно события кошца начало потряхивать от шока, не каждый день приходится стрелять в свою любимую подружку, чтобы спасти её!... ну и себя заодно, что уж там. Пуля из винтовки пролетела через лапу Линды повыше локтя, похоже не сильно задев кость, и попала куда и следовало - в башку кошцу. Драфи повезло, что он не отстрелил ей лапу полностью, или не вкатал в какую-либо значимую часть организма... ну тоесть, повезло и Драфи, и шаракалихе, само собой. Поскольку тут уже было не до жадности, пулемёт всё-таки бросили, и помогая раненым, в быстром темпе преодолели оставшееся расстояние до протоки. "Сучок", со своей малой осадкой подойдя почти к самому берегу, сбросил сходни, и по этим доскам звери забрались на борт, свалившись к пристройке. Катер сразу же начал набирать скорость, потому как ему предстояло собрать остальные десантные отряды.

- Ну как оно, в пух? - цокнул грызь, убирая сходни.

- В пух, но жизненно важные органы не задеты, - захихикал кошец, - Кхм! Всмысле да, по плану.

- Драф, спасибо, - лизнула его в ухо Линда, - Я уж думала, что это конец. Извини, растерялась.

- Ты тоже прости, - хмыкнул кошец, кивнув на перевязку, - Но вроде так вышло по шерсти.

- По шерсти? Да ваще идеально!

- Грызо, а как там с песком? - осведомился Драфи, прислушиваясь к грохоту канонады.

- В пух, - ответил грызь, - Отстрелялись по порту в полный рост, сейчас отходим по тем же лужам.

- Ну, это в...

Как раз в это время воздух всколыхнула мощная ударная волна, вода в протоке плеснула по берегам; на фоне звёздного неба было видно, что из склона холма сзади по курсу вырастает огромное облако огня и дыма, вместе с тысячами тонн выброшеной в воздух породы. Хотя пламя быстро погасло, кошцы хорошо видели, что вся масса камней и песка валится вниз, как раз в низину, по которой проходит протока.

Мама трёт налиму бок,

Дети пляшут кекуок

- песенка из мульта

Окно пятое - Пролив Подгоревшей Утки

Согласно традициям соедкапитальского сообщества, особи населения периодически собирались в специально отведённых для этого местах для отправления социальных культов. Для простых рабочих это были тошниловки, торговавшие различной дурью, количество которых превышало все допустимые пределы; для индюков более высокого уровня существовали другие заведения. В частности, огромное количество животных собиралосиха в доме губернатора. В Морволке этот дом стоял на холме прямо напротив гавани, в одну сторону от него располагался военный порт, в другую гражданский. Обвешаный извратными финтифлюшками каменный дом в три этажа таращил на море окна, а яблоки туда почти никто не таращил, потому как не в сдешних традициях было замечать, что делается дальше своего носа. К строению, над которым хлопал на ветру огромный флаг Соединённых Капиталов, к вечеру подкатывались гужевые повозки для кротоликов и паровые автомобили, из коих с самым пафосным видом шествовали обвешаные ритуальными фенечками животные - по количеству всяческих глупостей и бессмыслиц, каковые следовало соблюдать каждому правоверному соедкапитальцу, они проигрывали только шаракалам из Ордена, у которых вообще крышу снесло.

Например, в один из календарных дней аборигены отмечали Возблагодарение, вознося возблагодарение своим религиозным верованиям - беливне, как говорилось - а также, в обязательном порядке, правительству соедкапиталов, главам трестов и корпораций, и так вплоть до непосредственного начальства. Само собой, что кротоликам была чужда мысль благодарить Мир, на котором они топтались подобно мухам на помойке, или своих же рабочих, чьим трудом обеспечивались все их успехи. Собственно, в день Возблагодарения они наоборот, предписывали всем гражданам употреблять в пищу птицу корейку, чем ввергали низшие слои населения в полное разорение. В этот светлый праздник по задним дворам любого соедкапитальского дома слышались истошные вопли кореек, которых неумело тащили к чурбакам для рубки дров, и кое-как отбивали головы. По случаю такого события и случилась очередная попойка в доме губернатора Морволка, и туда, как опарыши на тухлое мясо, сползались кротолики, шаракалы и кошцы из тех, что жили в соедкапиталах - впрочем, их-то набиралосиха достаточно немного. Также присутствовали физеры, похожие на кошцев, но с огромными ушами по бокам головы, лиситы, и некоторые другие звери. Вобщем, самое отребье, которое только успело убежать со своей родины, пока не прибили.

Губернатор Урин, огромного размера кротолик, возвышался в банкетном зале в традиционной шляпе-цилиндре, и был вынужден расшаркиваться со всеми гостями, даром что никого из них не знал. Обратная сторона тотальной социализации состояла в том, что высшие чины были вынуждены делать не меньше идиотских реверансов, чем низшие - а это снижало градус напряжённости, потому как у низших был повод позлорадствовать. Жена губернатора так вообще чуть не храпела стоя, благо кротолики это умеют.

- Мы в восхищении! - приторно улыбаясь, расшаркивался облезлый низенький кошец, - Хозяйка в восхищении!

Он слегка подтолкнул хозяйку в жирный чёрный бок, аж вылезший из-под нагромождения дрессов.

- А!! - всхрапнула та, - Восхищение!...

Присутствовавшие лиситы слегка косились на кротолих в меховых воротниках подозрительно рыжего оттенка, что вызывало повальное хмыканье, особенно среди шаракалов. Их шкура не годилась ни на что, так что по крайней мере такого интереса для бизнеса они не представляли. Шкура же кротоликов была хоть и не голая, но исключительно однообразная по расцветке и длине ворса, поэтому они использовали меха, содраные с других животных. Причём только хороший специалист в анатомии мог отличить шкуру дикой лесной лисы от шкуры лисы разумной... но само собой, бизнес был дороже. У них вообще бизнес был дороже всего. Из-за этого тем лиситам, что сдуру или со зла выбрали жизнь в соедкапиталах, приходилось врать детям, что "это у тёти такая своя шкура", чтобы не пускаться в подробности, откуда такая шкура могла взяться.

После того, как всё собрание потратило два часа на отправление социальных культов типа расшаркивания и произнесения речей, гости набросились уничтожать халявную дурь и закуски, и биться в истерических движениях, что здесь называлось "танцами". Губернатор, закатив глаза и вознося Возблагодарение за то, что его ненадолго оставять в покое, подошёл к столу и принялся методично опрокидывать в пасть маленькие бокалы с жидкой дурью - культ не допускал больших бокалов, приходилось разливать в десятки каноничных, чтобы хватало.

- Кросподин Урин, - услышал он за спиной, и скрипнул зубами.

- А, это вы, дружище! - легко соврал губернатор, обернувшись и узнав кротолика.

Два здоровенных животных сделали реверансы для культа, ибо... ну просто, ибо. Второй кротолик был не меньше первого, хотя для непривычного уха они были вообще одинаковые - всё в той же чёрной шкуре и с длинными носами, на конце которых блестели сальные розовые пятачки. На самом деле второй был генералом... ну это у них в вооружённых силах были такие штуки, не суть важно... и главное, командующим соедкапитальской морской базой в Межспудье.

- Вас занесло в далёкую даль, как я слышал? - изобразил любопытство губернатор.

- Не столь уж и далёкую, - пожал плечами кротолик, - Вы знаете где это, Межспудье?

- Да как-то не интересовался, - зевнул Урин.

- Я бы тоже не интересовался, но вполне возможно, что у нас могут быть определённые интересы там.

- Определённые? - перекосил рожу губернатор.

- Да, - генерал огляделся, чтобы не было лишних ушей, - Вы знаете, что население южного Межспудья, которое нам доступно, весьма немалое.

- Ну и что?

- А то, что среднее потребление алкоголя на тушу населения там составляет ноль целых одна десятая пинты в год. Вы соображаете, какой это рынок для ваших заводов?

- Да, но звери не одинаковы, - заметил губернатор, - Если кротолик, высшей милостию, способен выжрать пол-танкера виски, то даже шаракал от такой дозы сдохнет сразу.

- У тамошних куниц...

- Как-как?

- Куниц, - снисходительно улыбнулся генерал, - Они так называются. У них меньший задел по потреблению, чем у кротоликов, но тоже приличный. Мы сможем продавать там миллионы галлонов!

- А, ну это замечательно, друг мой, - потёр лапы кротолик, - Думаю, мы договоримся...

- А ещё там совсем нет индустрии разврата и пороков, - поёжился военный, - Нет ни шлюх, ни блекджека, ни даже казино!

Губернатор не донёс очередной кусман до пасти.

- В целой стране нет казино? - переспросил он.

- Неа. И такое омерзительное положение с правами зверей существует в южном Межспудье, а в северном там вообще...

- Постойте, - чухнулся губернатор, - Ведь северное контролируют эти, из ГКС?

- Фактически да, там их базы и предприятия. А что вас волнует?

- Рискованность связываться с этим! - прямо сказал кротолик, - А если завтра там опять война, и все инвестиции пойдут прахом?

- Если война, инвестиции будут умножены на много! - заверил генерал, - Сейчас там своя полиция и правительство из мартешкиного ордена, как они это называют. Если начнётся война, мы возьмём власть в свои лапы, и тогда...

- И что тогда? - фыркнул губернатор.

- Ну например у вас же снижается популярность кротубличных домов? Мы могли бы поставлять множество молодых привлекательных самок того вида, что ещё не успели приесться. Сами знаете, как это бывает.

- Ууу... - загорелись знаки спудоллара в глазах кротолика, - А что же вам сейчас мешает? Я бы хорошо заплатил!

- Сейчас нам мешают их дурацкие условности и глупость, - рыкнул генерал, - Они искренне верят, что для их самок лучше оставаться гнить в этом захолустье, а не получить шанс на новую жизнь в самой цивилизованой стране мира.

- Да, это проблема... - зачесал жирный загривок губернатор, - Но у меня есть связи, думаю мы это решим... Кстати, а вы не опасаетесь неудачного развития событий с военной точки зрения? Ну, теоретически?

- Пфе! - только плюнул слюной кротолик, - Соедкапитальский флот и армия непобедимы! Наши флотилии наводят ужас на дикарей у самых дальних берегов спуда! Никто не способен...

Поскольку генерала понесло уже громко, вокруг него собралась кучка кротоликов, внимательно слушавших и одобрительно выкрикивавших "слава нации!!" на каждой паузе. Остальные животные, набравшись дури, бесились посередь банкетного зала, дрыгая лапами и прочими частями туловищ.

Вся идилия была прервана, когда издали донеслись глухие удары, задребезжали стёкла и закачались люстры. Собрание остановило бесиловку и заозиралось, соображая, что бы это значило.

- Не волнуйтесь! - снисходительно прохрюкал губернатор, махая лапами, - Это всего лишь учения! Можете спокойно...

За несколько десятков секунд до этого ракетный залп сошёл с установок первого в строю "рака", и реактивные снаряды, разогнавшись на огненых хвостах, прелетели через гавань и начали падать на портовую зону, поднимая на воздух склады, причалы и корабли. Одна из ракет сильно отклонилась и перелетела лишние триста метров, так что когда губернатор дошёл до слова "спокойно", она уже добралась до места. Снаряд в сорок килограмм веса грохнулся возле стены особняка, и проделал в ней дыру диаметром четыре метра, заодно вынесши в строении все двери и окна ударной волной. В зале, только что заполненом отожравшимися паразитами, теперь висел густой туман от крошёного камня вперемешку с пороховым дымом, и слышались истошные вопли раненых.

В то время как флот начал организованый отход от Морволка всё по тем же каналам и протокам, впереди него по этому курсу произошло событие. Вероятно, кротолики были не совсем безмозглыми, и понимали чреватость каналов с военной точки слуха, поэтому всё же подготовились к возможным осложнениям. На крутом склоне холма, рядом с наблюдательным постом, был вырыт большой колодец, набитый взрывчаткой. Предварительные меры союзных, когда они высадили скрытный десант и отрезали дороги, не дали возможности использовать эту штуку ранее, по заявленому плану. Однако, когда с обоих сторон поднялась канонада, и подсвеченые пожарами тучи дыма, соедкапитальцы зашевелились, вышли к низине и узрели идущие по узкой полоске воды корабли. Здесь-то они и подорвали закладку, вызвав массивный оползень из песка и камней; с грохотом лавина спустилась с пол-километра по склону, и накрыла протоку, начисто завалив её. Шедший впереди броненосец "Хижма" едва успел дать задний ход, чтобы не воткнуться туда носом. Всей остальной колонне, следовавшей за ним, пришлосиха останавливаться.

- Грызаный фарватер! - цокнула Катя, хлопнув по штурвалу, - Это подкладная свинья!

- Впух, - почесал уши Скисорь, - Это получается, они отрезали каналы? А как теперь выбраться??

- Есть ещё вариант, - хмыкнула грызуниха, - Теперь главное чётко песочить...

Под этим она имела вслуху, что нужно сдавать назад по узкому каналу, чтобы выйти в озерцо, и там уже развернуться. Грызи, как и Катерпилариса, не долго пугались отрезания дороги, потому как помнили карту - ещё несколько каналов проходило прямо через Сан-Шорен, и вряд ли негодяи ухитрятся перегородить их все - точнее, не додумаются. Переться в ту сторону таким способом не стали, но сейчас уже не было выбора, иначе хоть бросай корабли и уходи пешком, что совсем мимо пуха. Таким образом, никто не растерялся, и когда поступили соответствующие сигналы - катера начали разворачиваться и перестраиваться в новый порядок, главным образом давая дорогу броненосцу. Мелочь ушла обратно по фарватеру, сдавая хвостом вперёд, а "Хижма", выйдя в достаточно широкое озерцо, развернулся и пошёл по другой дороге.

Как и предполагали, кротолики выкатили несколько орудий прямо к каналу, и для катеров они могли быть опасны - но от броненосца снаряды отскакивали, как от стенки горох. На околице городка "Хижму" обстреляла батарея, выставленая по дороге в чистом поле, но когда кротолики увидели, какой результат принёс их обстрел, тут же разбежались от пушек. Само собой, пушки тут у них не стояли на постоянке, а были вытащены из военной части, потому как боевые действия шли уже несколько часов, их было трудно не услышать. Броненосец повернул в сторону башни и вхавронил тяжёлые снаряды по орудиям, раскидав их в стороны и вырыв глубокие воронки. Больше попыток аборигены не предпринимали, предпочтя убежать подальше. Это было налапу, и бело-зелёный корабль с приличной скоростью прошёл по каналу через поля, а там и пошёл через сам городок, вызывая повальную панику. Привлекая внимание своей довольно высокой тушей, броненосец отвлекал его от колонны куда более уязвимых кораблей, шедших за ним, что также попадало в пух. Для спудяков это не было лёгкой прогулкой, потому как они ожидали постоянных подвохов по сторонам канала, а рулевые вообще постоянно крутили штурвалы и рычаги, чтобы маневрировать в столь стеснённых условиях.

- Кать, там это! - крикнул Джалк, высунувшись слегка в рубку.

- У меня не шесть ушей, что именно "это"?! - шипнула грызуниха, не отрываясь от управления.

- Ну, чёрный лисит, который был с нами, - пояснил кошец, - Видишь впереди пристань для лодок? Пройдёшь близко к ней, заскочит.

- Вижу так себе, - цокнула Катя, - Будешь подсказывать.

- Хорошо... Скис, надо бахнуть по водокачке!

- Куда, пух в ушах?! У меня не шесть ушей!...

Короче, кошцу пришлосиха отдуваться, потому как он видел в темноте, а грызи нет. По его наводке Скисорь послал снаряд в водокачку, чтобы отрезать кротоликов от причала. Получилосиха как на показательных маневрах - корабль на приличном ходу прошёл мимо лодочного сарая с причалом, оттуда перепрыгнул на палубу чёрный лис, одновременно с чем ракетомёты "Глота" дали залп по берегу, разнося в щепки постройки у дороги, чтобы прикрыть зверя.

- Иииесть! - тявкнул Экзе, грохая на палубу огромный тяжёлый тюк, звякнувший при ударе.

- В укрытие, олуш! - цокнул Грибодур.

Лис метнулся в надстройку, в то время как винтовочные пули защёлкали по броне, высекая искры.

- Мне это даже начинает нравится, - сообщил чёрный, скаля зубы.

- Угу. А это? - кивнул на мешок грызь.

- Ну, это... - слегка смутился лис, - Это столовое серебро. Так, под лапу попалось. Я просто подумал, что вряд ли теперь соедкапитальские фараоны до меня доберутся.

- Да нет, ты не просто подумал, - захихикал грызь, - Кхм, ладно.

Звери спрятались под броню, в то время как "Хижма" впереди сносил лёгкие мостки, перекинутые через канал, и растирал о каменные стены набережной стоявшие там лодки. Начисто офигевшие кротолики круглыми яблоками смотрели, как через их канал проходит корабль, возвышаясь над крышами домов, снося мосты и обрывая растяжки. Вслед за ним, по вспененой воде, в которой мотылялись обломки и всяческий плавучий хлам, проходили остальные корабли из колонны. Не прошло и пятнадцати минут, как броненосец вышел в гавань, выводя за собой хвост. Сбоку его прикрывали два оставшихся, медлено круживших возле порта, так что теперь дело можно было считать сделаным.

- Эй, а почему город цел?! - возмутился Экзе, глянув в окно на Сан-Шорен, - У вас есть все возможности уложить его в ноль!

- Это бессмысленное убийство, - спокойно цокнул Грибодур, - А мы делаем только осмысленное.

В ходе этого осмысленного убийства были уничтожены портовые сооружения, чтобы их нельзя было использовать для загрузки и ремонта военных судов, пущены на дно несколько транспортов и бронекатеров, и подожжены склады топлива. Это относилосиха только к небольшому Сан-Шорену, главный же ущерб соедкапиталы понесли в Морволке, где оказалась сильно разрушена прибрежная промзона, поддерживавшая флот, и повреждена уйма кораблей. Ни один бронекатер не затонул, однако выведены из строя и серъёзно повреждены оказались десятки таковых. Досталось и крупным судам - крейсеру, эсминцам и несушке, которые теперь стояли с креном и дымились. Опять-таки ни одно судно не пошло на дно, но стоимость ремонта измерялась сотнями миллионов спудолларов. Кроме того, отремонтировать корабли было просто негде, так как сначала требовалосиха восстановить порт и доки. А чтобы восстановить порт и доки, нужны были стройматериалы, а они поставлялись со складов, ныне полыхавших заревом в пол-неба. Таким образом цепочка удлинялась во времени настолько, что без массовой помощи Морволк сможет восстановиться лет через десять, а с помощью - за год в лучшем случае. Этого было передостаточно для проводимых операций, так что все причастные могли мотнуть ушами.

- Фууф... - размяла лапы Катя, когда порт остался в нескольких километрах за хвостом, - Это было волнительно!

- Это было скупо, - уточнил Скисорь.

- Это просто было, - перецокнул всех Грибодур, - Это уж точно.

Из темени слева по борту мигнула зелёная ракета с разведчика. Это означало... ну как минимум, что у них есть зелёные ракеты! - а на самом деле, то что спудотория чиста. Тобишь, соедкапитальский флот не вышел из Морволка на преследование, получив значительные повреждения и опасаясь получить ещё большие, потому как в гавани плавала куча мин. Корабли, разошедшись в более свободный строй, бултыхали колёсами в рабочем режиме, потому как спешить было некуда. Флоту теперь предстояло возвращаться к Проливу Подгоревшей Утки, перезаряжать все расходные материалы, и приниматься за продолжение отлова посудин. Кстати цокнуть, за боевой группой чапал не только "Дацльдорф", но и захваченый десантом сторожевик - мысли бросить его даже не возникало!

- Теперь тунцы наши, - приоскалила резцы Катя, - Потому как не плавать они не смогут, и обеспечить должную защиту коммуникаций без этой базы - тоже нет.

- А почему плавать не смогут? - сдуру цокнул Марамак.

- По воде. На самом деле, из-за своей тупости, - прямо цокнула грызуниха, - Мы ведь не выловим все корабли под ноль, сало быть у них есть шанс пройти, вот его они и будут использовать. Они просто не могут отменить походы до того времени, как всё устаканится... ну это их заморочки такие, поверьте нацок.

- А скоро они чухнутся, что всему виной в основном горчица?

- Это и будем выяснять, - кивнула Катя, - С нашей стороны дело не в горчице, а в организации логистики всей операции, сухо цокая. Тобишь вовремя подвести боеприпасы и топливо, а также перегнать полученую посудную лавку... ладно, думаю что на сегодня песка было более чем достаточно. Можно сурковать, кроме вахты.

- Да, был песок, - зевнул во все резцы Марамак, - Но десант красавцы, не? Пока мы песочить порт не начали, кротолы и ухом не вели.

- Сто пухов, - подтвердил Скисорь, - Надеюсь, с нашими всё в порядке.

С теми, кого он имел вслуху, всё было в порядке, так и цокнули медицинщики, к которым поступила в том числе Линда. Для того, чтобы имелась возможность быстро принять раненых, вслед за основным флотом шла группа поддержки с "язями", каковая теперь таки приняла пациентов, и одновременно с каждого "язя" прямо на ходу сгружали топливо на те корабли, которым оно было особенно надо. Правда, медицинщики также уточнили, хихикая, что их заявления не могут быть точными на сто пухов, ибо никто из них ещё никогда не имел дела с шаракалихой. С самцами они дело имели, потому как таковых было много и требовалось включать их в систему, так цокнуть, а вот самку слышали впервые. Впрочем, как показала практика, прошло вполне себе по шерсти... у уж куда лучше, чем могло бы быть, если бы Драфи не оказался столь точен в стрельбе.

Грызи и кошцы, имея на вооружении уши, а также возможность вспушаться, не забывали и о стратегическом планировании песка. Операция по щипке соедкапитальского флота возле Странглефорнии, которая переросла в удар по военно-спудской базе в Морволке, не проходила сама по себе, а связывалась со всеми остальными событиями, происходящими в мировом спуду. Задолго до того, как "раки" выпустили три залпа ракет по гавани, соответствующие службы Союза - внешняя разведка, в основном - занимались подготовкой того, как оно ляжет в политический песок. Были брошены немалые ресурсы на то, чтобы убедить соедкапиталы в отсутствии у Союза намерения трогать их. Эта работа была масштабная и состояла из множества мероприятий, проводимых агентурными и другими методами.

В частности, по всем нейтральным торгушкам, откуда мог осуществляться слив информации, распространялась ложь о боях между флотом ГКС и Ордена Тройных Гвоздей. Все должны были поверить, что ОТГ не имеет отношения к Союзу, хотя на самом деле никакого ОТГ даже толком не было, это была виртуальная структура, придуманная кошкой Люс для обмана шаракалов. Флагом несуществующего ордена прикрывались и корабли, учавствовавшие в операции "Топтаный Гусь", чтобы укреплять легенду... ну, на професиональной фене разведчиков даже сама откровенная ложь называлась легендой, пока клиент сомневался, ложь ли это. Попавшие под раздачу в спуду звери не видели ни единого грызя, а только кошцев и шаракалов, что подтверждало те данные, что сливала разведка в качестве дезинформации.

При этом дипломатический троллинг был достаточно тонок... всмысле мог и порваться, но пока держался. Союзные не делали вид, что их расстраивают нападения ОТГ на соедкапиталы, и хотя и полностью отрицали свою причастность, не приводили в качестве аргументов липовые нападения, имевшие якобы место быть. Специалисты по зоопсихологии среди кошцев отлично знали, что один из основных показателей для кротолика - это так называемое Чувство Собственного Веса, или ЧСВ. Вслуху этого, подсунутая им простейшая задача с одним неизвестным должна была быть ими решена, что влекло за собой поднятие ЧСВ решивших её, и соответственно полное убеждение в правильности неправильного решения. Собственно, кошцы попали в точку, так оно всё и было.

Эти политические маневры сопровождались военными мероприятиями, как оно и положено. Во всех окнах спуда, где имелась возможность нападения со стороны соедкапиталов на станции ГКС, флот перешёл в режим обороны, так что попробуй враги штурмовать эти позиции в ответ на атаку Морволка, и пришлосиха бы им несладко. Ихние флоты взрыгивали и пафосно маневрировали вдоль границ, однако прямо атаковать не решались. Непрямо же, малыми группами и без опознавательных знаков, они атаковали всегда, так что ничего не менялосиха. С этими нападками спудяки знали, как разбираться, так что никаких особых затруднений не предвиделосиха.

Благодаря такому двустороннему обеспечению - как со стороны материальной базы, так и с политической - флот у берегов Странглефорнии продолжал выполнять свою задачу, ощипывая коммуникации соедкапиталов, как гусь вербу. Причём под залпы дымовых снарядов с чекотов попадали не только торговые посудины, тащившиеся вдоль побережья, но и боевые группы, посланные на борьбу с чекотами... Возможно, кротоличьим стратегам не пришло в голову, что корабли, посланные на борьбу с чекотами, могут быть захвачены самими чекотами. Как и предполагали грызи, устраивая налёт на Морволк, быстро перебросить в регион значительные силы соедкапитальцы не могли, а поспешно мобилизованые группы бронекатеров шли в пищу скуператорам. Одних только "шершней", очищеных от кротолятины, в спудосоке уже стояло двадцать штук, причём все на ходу и большая часть даже с действующим вооружением.

По этому поводу звери, особенно шаракалы, предлагали немедленно продолжить гнать волну, увеличить флот до сотен боевых единиц, и начисто разнести все соедкапитальские игры в спуду!!... Само собой, идея была заманчивая, но Катя, аккуратно посчитав логистику, пришла к выводу, что это невозможно. А уж когда они чухнутся, в чём дело по поводу дыма, то операцию вообще надо будет сворачивать, и переходить к следующим этапам...

- Это ладно, - цокнула Катя, ходя туда-сюда по верхней площадке корабля, - У нас вот какой косяк...

- Косяк?? - высунулись многочисленные уши.

- Образно.

- А, - уши всунулись обратно.

- ...Да. Так вот, нам просто становится некуда девать глупых зверей с захваченых посудин! - развела лапами грызуниха, - На каждом шершне их дюжина, итого уже сколько? Допуха! Остров Невезения уже забит, как птичий базар, а это непременно привлечёт внимание, да и вообще чревато. А ну как там инфекция пойдёт гулять, кто ответит за смерть нескольких тысяч гражданских?

- Предложения? - осведомился Скисорь, хрумая орехи и послухивая на белочку.

- Отпустить их не катит, - задумалась Катерпилариса, - Даже ребёнок расскажет, что при абордаже был едкий дым, а это надо скрывать со всей тщательностью. Ничего, месячишко ещё посидят... два, три... а там и концы под спуд.

- Тобишь нам нужно место для, - покачал ухом грызь, и вспушился, - Но явно не на суше. Спудова отмель тоже не подойдёт... даже ПСД маловат для заявленого количества.

- Да, - грызуниха уставилась на горизонт, опершись об ограждение площадки, - Нужна станция, и лучше бы топливка. Там прорва места разместить палатки.

- Но мы же не можем взять станцию, и сделать вид, что не брали станцию? - почесал ухи Скисорь, - А так взрыгивание будет...

- Впринципе... впринципе нет, - цокнула Катя, хихикнув, - Есть вариант со станцией в Проливе. Расположена достаточно далеко, несколько месяцев можно делать вид, что ничего не случилосиха.

- Это как? Если это ферма, так туда постоянно завозят спудуголь, а вывозят ботву. Как минимум они захотят выяснить, почему не приходят транспорта.

- Придётся отправлять транспорта! - засмеялась грызуниха такому каламбуру, - Не, а чо? Наших шариков посадим, и пусть песочат. Надо им цену снизить, и у них из головы вообще всё вылетит, не то что подозрения.

- В этом есть доля рисков, и немалая, - цокнул Скисорь, - А если на станцию поплывёт курьер, который должен вернуться? Этак мы спалим всю нычку.

- Это отстойная ферма в дальнем углу, никто на неё не попрётся... наверное. И главное, у нас другого выхода нет.

- А кто будет захватывать?

- Да что у нас, захватывать некому чтоли. Пущай вон спудская пехота тренируется, пух в ушах.

Само собой, такие вопросы они пока решали не на две морды, однако после общего обцокивания данного песка было подтверждено, что вариант наиболее годный из всех. Разведка уже достаточно долго отрабатывала эти станции в Проливе Подгоревшей Утки, так что знали обо всех кораблях, какие имеют привычку туда плавать - а зная это, можно было корабли отловить. Вслуху таких соображений, тёмной ночью к ферме, что стояла на якорях возле опушки спудосокового леса, подошли чекоты, и с близкого расстояния дали залпы по самой плавстанции и катерам, охранявшим её. С посудами пошло по обычному сценарию, а на станцию высадился отряд спудской пехоты, в основном из тех же шариков. Под прикрытием горчичного дыма они вломились во все жилые помещения и скрутили кротоликов, благо уже имели много практики и действовали как милиция на задержании.

К тому времени к флоту пришло и пополнение в виде трёх новых чекотов, уже построеных на верфях, так что никаких шансов у станции не осталосиха. Заведовавший операцией Фелфи незамедлительно начал организацию - нужно было разместить прорву животных, и кроме того, обеспечить прикрытие. К удаче, корабли местной береговой охраны были убиты возле Сан-Шорена - у удаче, потому как только там были те, кто знал в морду владельцев фермы. Для остальных патрулей флота, какие задумали бы появиться, существовала заранее подготовленная ложь. А для пленных - пулемёты по периметру их лагеря... На самом деле, кошец втихоря инструктировал бойцов, чтобы те не вздумали действительно стрелять по безоружным. Куда проще было просто слинять на корабли, а потом снова загнать всех в изоляцию тем или иным методом. Пленных также запрягали неспеша работать на этой самой ферме, чтобы загружать корабли и отправлять товар покупателю - чтобы он не взрыгивал. Получив товар со скидкой, он и не вздумал взрыгивать, как и предполагалосиха.

Сама ферма имела широкие настилы-проходы, соединявшие плавучие чеки с растениями, на которых и ставили рядами палатки для животных. Уже через пару дней это стало напоминать городок, особенно количеством плавающих в воде нечистот, но деваться-то некуда. Разведка тщательно отслеживала все корабли, хотя бы приближавшиеся к входам в пролив, но пощипаные как следует кротолики пока не могли посылать суда в столь отдалённый район. Разведка ничего не зафиксировала, что было исключительно в пух, впрочем. У грызей имелись планы и на тот случай, если противник запалит диспозицию, но это был запасной план, так как он подразумевал меньшую жадность. В частности, в заливчиках на спудовой отмели стояли в засаде броненосцы, а множество проток, через которые можно проникнуть незаметно, были заминированы.

Как не тряси ушами, а приходилосиха осуществлять текущую возню... это довольно странно звучит, когда за бортами кораблей постоянно текла вода, но тем не менее. Спудуголь грузился в трюмы и оттуда достаточно просто попадал к топкам, тобишь ничего особенного. Однако же, спудуголь сам себя не погрузит, как ни крути. Этим следовало постоянно заниматься и думать о той самой логистике, которую часто имела в голове Катерпилариса - где следующий раз схватить топлива и как лучше организовать этот песок. Благо, "язи" работали без проблем, по крайней мере технических и явных. Неявные состояли в том, что корабли поддержки работали с большой нагрузкой, осуществляя ремонт и перегружая топливо и боеприпасы; это приводило к интенсивной трате ресурса, и в перспективе - к увеличению шансов поломок. Этот песок также учитывался, в частности таким образом, что когда флот не вёл активных действий и стоял в одном месте, часть экипажей с боевых кораблей переходила на "язи" и работала там, чтобы дать возможность отдохнуть ремонтникам.

Впрочем, простоев старались не допускать, потому как в соедкапиталы уже находились в состоянии растревоженного улья со свиньями...

- Улья со свиньями?!

- А как ты думаешь, они на пчёл похожи?

- Вопросов больше не имею.

... и взмыленно готовились к восстановлению контроля за регионом, фактически утеряного после удара по базе Морволка. Развязывать полномасштабную войну не входило в стратегический план, а входило в него наловить как можно больше посудин и сваливать восвояси. Вслуху того, что тактика была отработана уже на сто пухов, и прибыло подкрепление прямо с верфей, флот обработал и несколько групп боевых кораблей кротоликов, частично макнув их, частично охомячив. После этого соедкапитальский флот не выводил из порта небольшие группы, чтобы не скармливать их за просто так, а пытался прочёсывать акваторию разведкой. Песок также состоял в том, что в соедкапиталах не было практически никакой координации между военными и частными перевозчиками, поэтому глупые спудяки, которых душила тухлая жаба, всё равно выходили на маршруты вдоль побережья, как раз мимо Пролива Подгоревшей Утки. У торговых корпораций имелись военные корабли вплоть до тяжёлых, но чтобы стащить значительные силы в регион, им также требовалосиха время. А пока группы транспортов ходили при сопровождении бронекатеров, и попадали под вылов чекотами. По ходу шерсти, флот не мог перехватывать все цели не потому что не мог, а потому что не успевал перезаряжать оружие и отгонять захваченые посудины.

К сожалению, грузы от баз доходили слишком долго, поэтому приходилосиха экономить боеприпасы и абордажных шаракалов. Вслуху таких задержек появлялась возможность слегка перевести пух, потому как работа была напряжённая, и долго поддерживать такой темп не получится. Спудяки вылезали с кораблей на плавстанцию, чтобы почувствовать твёрдую опору под лапами - станцию не качало вообще. Грызям это давалосиха не столь просто, как шаракалам или кошцам. Первые были привычны к толкотне и базарились, как чайки на островке в море, кошцы могли просто дремать, наплевав на окружающее, а вот грызям для прополаскивания пуха подавай лес, или в крайнем случае поле. Чеки же плавучей фермы были не столь огромны, чтобы там распушиться как следует, поэтому настоящего полоскания пуха не получалось. Скисорь с Катей таки ходили под лапы вокруг дальних чеков, которые примыкали к спудосоковым зарослям - огромные листья нависали сверху, а между ними колосились прочие водоросли и квакали разнообразные спудные организмы, потому как климат здесь тёплый и плотность живности значительная. Правда, лазить в воду не рекомендовалосиха, потому как там присутствовала прорва хищных рыб и рептилий. Здесь же грызи встречали и бурого кошца с серой шаракалихой, которые катались по смехам ничуть не хуже самих грызей.

- Ну как оно? - цокнул Скисорь, кивая на забинтованую лапу Линды, - В пух?

- В пух, - кивнула она, - Боюсь, что до конца тунцеловки бегать я не смогу, но потом обещают, что всё заживёт.

- Да, это более чем в пух, - согласился грызь, - Может, тебе стоило бы откинуться на базу... хотя не.

- Почему не? - хмыкнула Линда.

- Ну, Драф не попрётся, а без него наверно стремновато оно, - хихикнул Скис, - Всё-таки нечасто шаракалихи эт-самое.

- В Жид-Спуде уже довольно часто, - зевнул Драфи, - ОТГ растёт и развивается, так что у них там теперь и самки есть.

- Люс просто умница, - умилилась Катя, - Так подцепить этих животных!

Звери похихикали, представляя себе, как подцеплены животные.

- Кстати о шаракалах, - нарисовался Экзе, тоже мотылявшийся по станции, - Когда всё-таки вы собираетесь переключаться на них?

- А какая тебе разница? - цокнул Скисорь, - Меньше знаешь, больше песка.

- Мне очень большая разница! - рыкнул лис, - ОДГорозки держат в плену мою лисицу, так что чем раньше начать к ним подкапываться, тем лучше.

- Это конечно мимо пуха, - почесала ухо грызуниха, - Но какая связь между? Как ты собираешься?

- Да как, обычно! - сплюнул Экзе, - Захватим какую-нибудь важную шишку из Ордена...

- Шишку? - перекосили морды грызи.

- Да. Всмысле, чиновника. Захватим и обменяем на Джинкси.

- Но ты понимаешь, что шансы на это... - развёл лапами Драфи.

- Я понимаю, что мне ничего другого не остаётся, - скрипнул зубами лис.

- Ладно, не волнуйся, - цокнула Катя, - Как только, так сразу начнём. Но терпения наберись, как рыба воды.

- А пока готовь винтовку, - добавил кошец, - Вон разведчик приехал, сейчас будет.

"Сучок" натурально заруливал к причалам, и оттуда бегом побежала грызуниха, мотая на ходу хвостом, так что все видевшие катились в смех. Как небезрезонно предполагал Драфи, разведчик привёл наводку на очередной конвой, так что флот был поставлен на уши. Все готовые к выходу корабли немедленно поднимали пары, а команды бегом грузились на борт. Не прошло и десяти минут, как первые чекоты, бодро брыляя колёсами, вышли от причалов и стали разворачиваться в проливе. Прибежав на корабль, грызи хватали свои спецовки - из толстой брезентухи и серо-синего цвета, они хорошо подходили как для маскировки, так и для защиты пуха от огня и загрязнений. По крайней мере, в спецовке грызуниха выслушила пушей, но ухо не отвлекалось на мысли о тисканье. Когда же Катя была не на работе, мысли о тисканье попадали под уши очень часто, ибо в короткой майке в сине-белую полоску и шортах белочка выслушила... ну опять-таки пушей, но к тому же крайне привлекательной.

- Эй пух, - цокнула сверху грызуниха, - Полный маршевый в песок, пожалуйста. Будет пища.

- Как непуха делать, Кать, - отозвались из машинного отделения.

Послышался звук работающих по спудуглю лопат и шуршание этого же продукта в топке. Из дымовых труб повалило ещё сильнее; такая же картина была на других кораблях, так что над водой полетела целая туча серого дыма. Кто пока не кидал топливо, наблюдал за тем, как чекоты, раки и прочие моллюски выруливают от станции. Слышище было довольно впечатляющее, потому как двигались разом все корабли - рулевые знали маневрирование на семёрочку, так что никого не ждали и расходились с соседями близко, не боясь столкнуться. Возле станции аж зыбь на воде поднялась от большого количества шлепков гребными колёсами.

- Ну, куда там? - осведомился Грибодур, соскрёбшись из суръящика и вспушившись как следует.

- Большая группа пищи, - сообщила Катерпилариса, вспушившаяся ещё раньше, - По прикидкам Лурмека, до дюжины транспортов и штук пять-шесть бронекатеров эскорта. Торговцы тоже вооружены, а катера скорее всего тяжёлые, навроде "хейнеков".

- Главное перехватить, - цокнул грызь, - Мне кажется, они стали увеличивать скорости транспортов по сравнению с прошлыми разами.

- Это как они ухитрятся? - фыркнул Скисорь.

- Да проще репаной пари. Или превысят экономический ход, или меньше нагрузят. Скорее, и то и другое сразу, получается до полуторной прибавки к скорости, что для нас вовсе не в пух.

- Если так, то да, - согласилась Катя, - Могут и проскочить... А могут и не проскочить.

- Они вот там? - ткнул в карту Гриб, - Тогда попуху, вот наша точка выхода.

- А, ну да, - хихикнула грызуниха, припомнив рассчёты.

- Как будем заходить на пищу? - осведомился Скисорь.

- Ходом, - точно ответила Катя, - Если с точкой всё верно, то мы можем идти им навстречу, как гусь на барана. Дальше расходимся на две группы и атакуем с флангов.

- Напуха? - чисто риторически уточнил Скис.

- А, если их бронекатера не повернут, - зевнул Грибодур, показывая по бумажке, - Им придётся стрелять с борта, а они этого делать не могут. Всмысле так чтобы попасть куда-нибудь.

- А если повернут, то собьют строй, тоже прибыль, - хмыкнула Катерпилариса, - В остальном по обычному песку, чо. Сначала пилим боевые корабли, раки обработают нам остальных торговцев, чтобы те не ушли, ну и в пух.

- Кло, будем стараться, - кивнул Гриб, окидывая ушами водную гладь.

Проходя мимо выставленых в колонну уже захваченых посудин, что казали носы из спудосоки, флот выстроился в формацию и двинулся далее как единое целое. Действия экипажей уже были отработаны, потому как всё это проходили и на учениях-ухомотаниях, и непосредственно на практике, неоднократно. Что касаемо Марамака, так этот грызь вспушился, испил чаю, и полез с товарищами вешать на станок спецбоеприпасы. Если раньше бывали некоторые заминки в этом процессе, то теперь снаряды кантовались по лапам, по помидоры на рынке - быстро и чётко. Не проходило и десяти минут, как установка была полностью готова, и можно было перегусить. Катя же, хихикая, подняла над кораблём флаг Ордена Тройных Гвоздей, как сделали и все остальные спудяки - воизбежание.

- Короче, это, - мявкнул Драфи, обозревая шаракалов и одного чёрного лиса, - Напоминаю, что нам не нужны лишние жертвы. Если кто вздумает палить не разбираясь, то мы по этой хитрой лисьей морде...

Экзе действительно был замечен в излишнем рвении при нажимании на гашетку, что стоило жизни нескольким кротоликам. Лис прижал уши и оскалился.

- Какого спуда мне беречь этих олухов?! - огрызнулся он.

- Ну, пока ты не понял этого сам, - мявкнул Драфи, - То просто потому, что тебе так приказано. Чисто?

- Рррр... да, чисто, - потёр уши Экзе.

- Тогда по шерсти, - подытожил кошец, - Имейте ввиду, что сейчас становится более возможным использование противником противогазов. Не забывайте, какой порядок действий предусмотрен в этом случае.

- Да мы не забываем, но жесть просто гвоздяная... - прорычал шаракал.

- Так тройные гвозди велики жеж, - привёл веский аргумент Драфи, ухитрившись даже не хихикнуть.

- Ну... конечно велики, - был вынужден признать зверь.

Под мерный шум паровых машин и бултыхающихся колёс флот прошёл вдоль стенки спуда, затем повернул и пересёк прибрежную полосу моря, которая в этих местах была широкая, так что спуд с берега был не слышен за горизонтом. Таким образом группа добычи оказалась впереди по курсу, что и требовалосиха. Разведчик пришёл только утром, а уже к вечеру слушатели отметили дымы от нескольких кораблей, поднимавшиеся из дымки. Поскольку скорость сближения оказалась значительной, вскорости грызи и кошцы могли в оптику расслушать состав группы. Как и сообщала разведка, имелись в намордии двенадцать транспортов и шесть кораблей эскорта, в том числе жирнобокие "хейнеки" с крупнокалиберными пушками в башнях. Судя по всему, соедкапитальские наступили на те же грабли, что и все их коллеги ранее - они не одуплились, что большой флот, движущийся им навстречу, и есть ловцы посуд.

Флот ГКС, разделившись на две группы, начал заходить с флангов. Как и было цокнуто, для того, чтобы сбить врагу строй, потому как его бронекатера не могли стрелять с борта. Увидев такое дело, кротолики открыли пальбу, не заботясь о дистанции, и снаряды полетели в воду, ставя её фонтанами.

- Будет песок, - цокнула Катя, - Они поворачивают, и все на нас.

- Как все? - удивился Грибодур.

- Так все, они тоже не умалишёнки... иногда.

Что в оптику, что невооружённым яблоком было слышно, как бронекатера, брыляя многочисленными гребными колёсами по бокам корпуса, разворачивались навстречу чекотам, дымя на полном ходу. Катерпилариса и Грибодур, как водители корабля, сразу схватили суть маневров - кротолики намеревались разбить одну из групп, прикрываясь от второй транспортами. По тактике зачёт, подумали грызи разом, хотя вряд ли это особо поможет - в группе были три чекота и два рака, что в целом вполне достаточно, чтобы подавить шестёрку бронекатеров. Очередной снаряд с "хейнека" со свистом пролетел над рубкой и грохнул в воду; внутри корабля почувствовалась значительная встряска, потому как это было тяжёлое орудие, а не семидесятимиллиметровка с "корнета". Раки не тупо тащились рядом, а при начале обстрела ушли за чекотов, чтобы в них не попали прицельно. Их задачей было подавить те цели, какие останутся целыми после атаки чекотов, чтобы ликвидировать угрозу от них.

- Внимание... вскорости песок! - сообщила Катя, - Бить наверняка!

- Чисто цокнуто! - ответили стрелки, сшуршивая в люки.

Рассчёты ракетных установок производили прицеливание по объектам, указаным с центрального поста. Две установки с двух бортов высчитывали сами, плюс калькуляцией занимался кошец Джалк со своего места под рубкой, пырючись в перископ.

- Девятнадцать и три!!

- Что девятнадцать и три?!

- Пух в ушах, что!

- А, понятно!

Подобные перецокивания были обычны для боевой тревоги, так что в смех никто не укатывался, по крайней мере не в ушерб делу. Вслуху этого Гриб не оставил без внимания, что снаряды падают вокруг корабля слишком уж часто.

- Кать, похоже всё по нам, - сообщил он новость.

- Слышу, - буркнула грызуниха, - Далековато лупят...

Грызи переслухнулись и перевели ходовой рычаг на полный реверс. Пусть думают, что чекот продолжает идти навстречу полным ходом, и стрелять по нему, в то время как он останется достаточно далеко. Пока чухнутся, другие уже подойдут таки ближе. Когда корабль замедлил ход почти в ноль, спудяки ощутили удар... и не то чтобы удар, а очень сильный удар! Внутри головы загудело, как в топке, и только помотав мордой, Гриб обнаружил, что его откинуло к задней стенке бронерубки.

- Тьфу зараза... - вспушилась Катя рядом, - Огребин!

Судя по песку, снаряд с "хейнека" попал в передний поплавок - к удаче, в его носовую часть, где располагались механизмы клешней и подсобка, а не в башню с ракетами. Грызи некоторое время таращились на развороченную часть судна, но только пару секунд, потом ступор прошёл, и они снова закрутились.

- Проверьте, как левый передний! - крикнула Катя.

- Да как, там нет никого! - ответил Гриб, - Сейчас проверю!

Грызь открыл люк, спрыгнул туда, закрыл за собой... привычка была полезная, потому как закрытый люк волне мог спасти от ударной волны. Метнувшись по проходу, он преодолел ещё две броневые двери и сунулся в повреждённый поплавень. Боевое отделение с ракетами было почти целое, но туда постепенно лилась вода через щели, образовавшиеся от деформации корпуса и стенок. Гриб столь же быстро метнулся обратно.

- Помпу? - уточнил он у Катерпиларисы, хватаясь за помпу.

- Да, - мотнула ухом она, - Лишняя башня нам не помешает. Цокни ракам, чтоб стреляли.

- Чисто, - забился в люк грызь, как сурок в нору.

Не без труда тягая помпу по узким проходам отсеков, грызь втащил её в поплавок и затем,открыв верхний люк, выставил на палубу. Без практики выполнить такие действия он смог бы за час, а так справился за пару минут. Грибодур также без задержки размотал рукава для воды и для пара, подключив к помпе; когда всё это дело работало, она сама качала воду, не требуя вмешательства зверей. Грызя ещё раз приложило об стенку, когда где-то рядом рванул очередной снаряд, так что он не забыл и закрепить помпу, а то снесёт сразу.

Ракетчики же, которым он передал команду стрелять при первой возможности или даже раньше, ещё раз проверили прицелы и дали залп. С расстояния больше рассчётного от залпа могло быть мало толку, но главное, что разряжались станки. Кроме того, зона поражения горчичным дымом была впереди целей, и они имели все шансы войти туда своим ходом. Песок однако был не столь сух, как того хотелосиха бы. Как только чекот отстрелялся, вокруг начали падать реактивные снаряды из "девольвера". "Корнеты", тащившиеся вместе с "хейнеками", выпустили залп, судя по всему, именно по "Глоту", а не по другим кораблям, так что оставалосиха только держаться...

- Ложись!! - цокнул Гриб, сталкивая Катю.

Грызи закрыли головы лапами и приоткрыли рты, чтоб уши не пострадали от ударной волны. Практически всем показалосиха, что корабль взлетел на воздух, настолько его мотыляло, а удары ощущались просто немилосердные. Опосля того, как снаряды закончили рваться, Грибодур таки ещё секунд десять только соображал, где он находится, потому как такая встряска совершенно сбивала мозг, как после сна.

- Кать, ты как? - шёпотом осведомился он.

- Йа не как, йа кто, - также ответила грызуниха, с трудом соскребаясь с пола, - Дай проверку песка!

Гриб размял плохо слушающиеся лапы и пошёл давать проверку песка. Едва он выглянул в окно на задней стенке рубки, стало ясно, что снаряд попал в задний поплавок, практически полностью раздеталировав его и приведя в негодность. Из искорёженой кучи ломаных спудилиумных досок и гнутого металла валил чёрный дым и проскакивали языки пламени. Это уже помпой не зальёшь, цокнул себе грызь, да и толку. Второй снаряд разорвался слышимо под бортом у второго переднего поплавка, потому как борт оказался разбит, а башня скособочена. Благо, там тоже не было зверей, потому как они ещё не перебежали с ракетниц... впрочем, в заднем поплавке звери как раз были. Ослушав такое дело, Гриб насколько возможно быстро вернулся в рубку и сообщил о положении песка Катерпиларисе.

- Грызаный фарватер... - мотнула она головой, - Ладно. Теперь даём ускорение и цепляем вон того гада.

- Нам до этого ли? - усомнился грызь.

- До этого. Он стрелять не перестанет, даже если нас макнёт, улавливаешь?

- А, тогда чисто. Пойду проверю, как десант.

Гриб метнулся к проходу в разбитый поплавок, и столкнулся с Экзе, который вытаскивал оттуда раненого шаракала. Чёрный лис явно был на измене - глаза бешеные, шерсть дыбом.

- Й-й-й... Й-еле выскочить успел! - клацая зубами, сообщил он.

- Сколько ещё ломаных? - цокнул Грибодур.

- Двое, остальные того, - показал по горлу лис.

- Ясно, давай их вон туда, подальше от огня, а потом за оружие!

Скисорь в это время стоял по колено в воде, и заряжая ракеты в ракетомёт, посылал их по "хейнеку". Кроиться в этой ситуации было нечего, нужно было выводить противника из строя хоть каким-то образом. Кроме того, Катя дала команду стрелять как можно интенсивнее, чтобы враг не вздумал переключать огонь на других чекотов - так было выгоднее с тактической точки слуха. Правда и сыграть в шашлык шансы прибавлялись сильно... Грызуниха чуть было не подумала, что у неё в одном отсеке - согрызяй, в другом - друг, а в третьем как минимум согрызяй сестры - но "чуть" не считается. Например, две дюжины ракет "девольвера" чуть не попали в корабль, и это было совершенно попуху, кроме тех, которые попали точно.

- Так, песка!! - орал Скис, разгорячившись и одурев от порохового дыма, - ЕЩЁ песка!!!

Ракетомёт оглушительно ухал, и очередная чушка летела к цели. Цель сама приблизилась слишком близко, так что Скисорь таки окучил её, грохнув аккурат в башню - теперь им вряд ли было до стрельбы. Грызь окинул ухом остальные цели - группа была нейтрализована, "хейнеки" попались в клешни чекотам, а "корнетов" расстреляли раки, просто чтобы не мешались. Оставалосиха только сделать последний рывок и заскуператорить подбитого. Сделать это было не особо просто, потому как три поплавка были подтоплены, корабль оседал хоть и почти равномерно, но сильно, так что скорость падала в район нуля. Катя задействовала ускорители, но и с ними чекот двигался медленнее любого транспорта, глубоко просев в водичку. Как это обычно бывает, сидящий в воде корабль приходилось заливать водой помпами, чтобы потушить возгорание в разбитом заднем поплавке. Только вслуху того, что корпус поплавка был нарочно разработан для погашения взрывов, а также отсутствия боеприпасов внутри, разрушения не коснулись основного корпуса. Оставляя за собой приличный шлейф чёрного дыма, чекот тем не менее подгребал к борту подбитого "хейнека", готовя одну уцелевшую клешню.

Неслушая на шум под ушами после взрывных ударов, Катя продолжала внимательно следить за обстановкой, пока Грибодур бегал по кораблю, ликвидируя последствия повреждений. Это оказалосиха крайне полезно, в том числе для неё лично, собственно цокая. Грызуниха отчётливо услышала, что башня "хейнека" повернулась, а вместе с этим заворочался длинный ствол пушки, торчащий из оной. Поскольку залп с чекота уже был три секунды назад, Катя почувствовала хвостом, что сейчас эта ерундовина бахнет. И, учитывая малое расстояние, бахнет скорее всего точно. Успев подумать весь этот песок в течении пары секунд, Катя рванула рычаг открытия нижнего люка, и нырнула туда, как белка в дупло. Не нужно ничего угадывать, с близкого расстояния скорее всего попадёт именно в бронерубку... Едва люк захлопнулся над ушами, как снаряд в рубку и влетел. К удаче Кати и всей команды, кротолики вкатили бронебойным, который имел куда меньше взрывчатки внутри, так что кроме рубки, ничего не пострадало.

- Фуууф... - выдохнула грызуниха, возвращая на место округлённые глаза; она повернула морду и чуть не столкнулась носами с Джалком, который офигел не меньше, - Джа, у тебя перископ работает?

- Шишово, но работает, - ответил кошец.

- Отлично, будешь направлять курс, наверху сейчас вряд ли в пух, - цокнула Катя, пробираясь в машинное отделение, - Где Драф??

- Тута, - отозвался из-за стенки Драфи, - В чём песок?

- У тебя есть звери для штурма посудины?

- Есть, даже больше половины, - мявкнул кошец, - Готовы полностью.

- Сейчас будете садиться, учти.

Дальше она прошуршала через отсеки к переднему поплавку, где ещё осталась действующая башня, и не потому, что там был Скисорь, а потому что нужно было заткнуть огневую точку цели, прежде чем песочить дальше. Грызь вместе со своим напарником, который подавал снаряды, был взмылен и отплёвывался от воды, хлеставшей из-за переборки.

- Скис, как у тебя? - осведомилась Катя, - Заткнул его?

- Сейчас, секундочку! - бодро ответил грызь, загружая снаряд.

Он однако не успел это сделать, по "хейнеку" прошёл половинный залп с рака, и один из снарядов рванул на палубе, сбив башню с креплений. Теперь стрелять ему не светило, однако расслабляться было рано - тунец ещё сохранял приличный ход и мог просто уходить от чекота, чем он и занимался. Кроме того, дюжина транспортов находилась невдалеке, и с их турелей также летели снаряды - не столь мощные и не столь точно, но высовываться из-под брони всё равно не стоило ни разу. Скисорь, услышав то дело, что башню таки заткнули, взял грызуниху за лапку:

- Ты в порядке, грызька?

- Йа да, Гриб тоже, - фыркнула Катерпилариса, - Мара скорее всего накрыло, там весь поплавок в зюзю.

- Тьфу зараза... - Скисорь скрипнул зубами и прижал уши, - Это кто там такие умники, а?

Чекот разворачивался по дуге уже в двухста метрах от "хейнека", который также выписывал круг, поскольку имел повреждения и не мог по другому. Невооружённым яблоком было слышно, что на борту красуются эмблемы соедкапитальской корпорации "Чорная вода", известной как наёмные военные силы для различных грязных делишек. Грызи переслухнулись и поняли всё без цоков, побежав разбирать оружие. Драфи тоже понял, так что толкнул в плечо Экзе:

- Эй лис, помнишь, что я тебе говорил про лапы и держание?

- Да помню, помню... - буркнул тот.

- Так вот, на этот раз забудь об этом, - хмыкнул кошец.

Когда механические захваты оставшейся в целости "клешни" вцепились в борт добычи, звери полезли вперёд с удвоеным рвением. Впрочем, нетрудно догадаться, что грызи даже в такой ситуации не теряли природной осторожности, и через борт наудачу никто не прыгал. Сначала туда полетели дымовые шашки и гранаты, потом перепрыгнули шаракалы, тащившие на себе тяжёлые броники, плохо пробивающиеся даже вплотную, за ними - кошцы, и только потом грызи. Скисорь и Гриб не тупили и делали самое полезное дело, какое им было доступно сдесь - тащили в рюкзаках гранаты, чтобы снабжать ими штурмовиков. Из вооружения у них имелись только налапные самопалы, чего вполне хватит, чтобы устранить внезапности.

Под прикрытием дыма и широких туш шаракалов команда миновала простреливаемую зону на палубе, Драфи высадил дверь бронебойной кувалдой, и внутрь полетели гранаты. Абордажники ни разу не экономили, как это делают допустим сухопутные пехотинцы. Дело в том, что кустов на местности сотни тысяч, а вот помещений на небольшом корабле - малое количество, и если есть гранаты, то следует планомерно закидать их все, сведя риск к минимуму. С непривычки уши сильно пострадали, так что Гриб очнулся только от того, что его хлопнул по ушам Драфи:

- Эй погрызячне, не спать! Давай ещё колотушек!

Грызь моментально вспушился, и поставив на пол тяжёлый рюкзак, выдал всем нуждающимся ещё "колотушек", гранат на длинной деревянной ручке. Боеприпасы буквально сразу полетели по назначению, отскакивая от стенок и пола. Снова забахало резко и очень противно для ушей.

- Дай песка!! - слышалосиха откуда-то, - Песочка!!

- Малободээн!...

Сдешние кротолики были подготовлены лучше, чем охрана торговцев, и даже воспользовались противогазами, но песок складывался далеко не в их пользу. Штурмовики просто пробивали стенки бронебойками, и в получившиеся дырки закидывали динамитные шашки, выводя из строя всех внутри. Только после самой основательной обработки помещения туда сувались кошцы, и слышались короткие очереди из автоматов. Кротолики из "чорной воды" имели тяжёлые броники, защищавшие их от пуль и осколков, так что даже после основательной обработки нужно было достреливать этих падл, воизбежание. Обычно штурмовая команда оглушённых зверей вязала и выводила на палубу, но сейчас было не до уток, и кротолики с этого "хейнека" отвоевались насовсем.

- Так, вроде чисто! - рявкнул Драфи, - Осмотреть нижнюю палубу ещё раз, сапёров в боевое отделение!

- Так ты и есть сапёр! - ответил кто-то из шаракалов.

- Не умничай!

Боевое отделение, там где складировался боеприпас, проверяли в первую очередь, чтобы не вышло чего - кротолики могли его поджечь специально, или же возгорание могло получиться случайно, от повреждений. По крайней мере бурый кошец знал теперь планировку стандартных соедкапитальских кораблей, как свои вибриссы, так что двигался по отсекам уверенно, даже при крайне тусклом освещении или вообще в полной темени. Вдобавок не следует забывать, что в корабль угодило несколько дымовых боеприпасов, и воздух был загазован горчицей, так что противогаз никак не снимешь. Драфи, ступая по доскам необутыми лапами и оттого издавая минимум звука, прошёл к боевому отделению, кое-как разглядел открытую дверь, и прикинув расклады, швырнул гранату в дальний угол - там выступ, так что в боеукладку не попадёт... скорее всего. Предосторожности были не лишними, но на этот раз никого в темноте не оказалось, и кошец получил возможность удостовериться, что снаряды в безопасности. В тусклом свете, который пробивался сверху через дыры в обшивке, лежали на стелаже крупнокалиберные чушки - штук сорок, думается, не меньше.

- Ну здравствуйте, поросятки, - сказал кошец, положив лапу на холодный металл.

Снаряды скромно промолчали, что впрочем не особо удивительно. Тем временем грызи уже вернулись на "Глота", но не сидели на хвостах, а работали на помпах, выкачивая воду из повреждённых отсеков; из широких пожарных рукавов за борт хлестала мутная вода, смешаная с гарью и спудугольной пылью. Катерпилариса всё это время продолжала следить за общей обстановкой, хотя это давалосиха грызунихе с большим трудом. Удар по тушке от близкого взрыва сильно действовал, так что шумело в ушах и в глазах летали искорки. Неслушая на повреждения, чекот не только охомячил "хейнека", но и продолжал стрелять из целой башни, пока было куда. Благо, чекоты конвой всё же зажали и вывели из строя все боевые корабли; потеряв эскорт и соображая, что уйти не удастся, грузовики выбросили белые флаги. Здесь в очередной раз сыграла хорошую роль политика, потому как кротоличьи экипажи знали, что можно сдать корабль "тройным гвоздям" и остаться в живых, а умирать за чужое имущество желающих мало. Грузовики даже не стали трогать, просто "раки" загоняли их в нужном направлении, к базе. Когда Катя сообразила, что угроза полностью ликвидирована, она всё-таки плюхнулась в ящик со мхом, стоявший в углу рубки, и перевела пух. Грызуниха обвела взглядом рубку и похихикала, потому как несколько минут назад имела все шансы закончить жЫть прямо тут. Ставни были скособочены, стены опалены огнём, а в переднем щите красовалась пробоина от снаряда.

- Эй пух в ушах, давайте на буксир! - крикнули с подошедшего чекота.

Повреждённый "Глот" именно что был взят на буксир, потому как потерял половину скорости. Грызи и кошцы после такой встряски просто растеклись в лужи шерсти и едва копошились, забрасывая спудуголь в топку. Хотя после всего этого темнело в глазах и периодически тошнило, грызи таки чувствовали себя почти хорошо, учитывая что никто уже не стрелял. Этому сильно помогла "зелёнка", испитая в больших количествах; травяная настойка зелёного цвета была самым распространённым средством "от всего".

- Впууух... - в сотый раз цокал Грибодур, мотая башкой, - Могли и макнуться, как оляпки!

- Могли, - резонно соглашались Катя и Скисорь.

Грызи прижимали уши, вспоминая про Марамака, которого зашибло в заднем поплавке - впрочем, там зашибло не только его, но и ещё одного грызя и нескольких шаракалов в десантном отсеке. С других сторон они понимали, что достаточно легко отделались. Залп "девольвера" падает весьма кучно, и если бы он пошёл по центру корабля, чекот окучил бы куда больше ракет, и скорее всего, они бы уже не цокали. Ушира осталась без согрызяя, подумала Катя, что мимо пуха... хотя с самого начала было известно, что так может быть. Более того, какой-то косяк случился бы наверняка, так что стоило порадоваться, что остальные более-менее целы.

- Впух, а как теперь песочить? - протирая морду, задался вопросом Грибодур, - Передний поплавень расчекрыжило помилуй пух как, да и задний тоже.

- Ну, сначала надо дойти до базы, - сообщила Катерпилариса, - Там послушаем, что можно сделать.

- Ну как цокнуть, - почесал уши Скисорь, - Если просто заделать пробоины, чтобы восстановить водоизмещение, то это достаточно легко сделать. А вот вооружение мы вряд ли починим на месте, там запаски нужны, а их нету.

- Ладно, послушаем ещё, - фыркнула грызуниха, - Сейчас надо отсиживаться, чтобы восстановить тушки.

- Это как раз цокнуть, - правдиво ответили грызи.

Правда, таки приходилосиха идти в кочегарку и кидать спудуголь, чтобы корабль продолжал хоть как-то грести. Обычно это не вызывало ни малейших затруднений, но сейчас лапы были как ватные, яблоки сами закрывались, так что получасовые смены давались с немалым трудом. Возвращение к Проливу Подгоревшей Утки стало вообще крайне муторным, потому как на буксире да с наполовину затопленными поплавками шло крайне шишово, вдобавок к состоянию зверей. При этом Грибодуру и Катерпиларисе нельльзя было прийти в разжиженое состояние, потому как кораблю по прежнему требовалось управление и действующие яблоки.

- Впух впух, - в очередной раз похлопал по ушам Гриб, сидючи в рубке, - И что теперь, так и будет пух в ушах звенеть?

- Звенеть точно не будет, - дал справку Скисорь, - Хотя и позвенит некоторое время. А вот слух ухудшиться может.

- Так себе песочек, - пробурчала Катя, - Слух-пухослух..

- Ну извиняйте, - хмыкнул Скис, - Две чушки от "девольвера" взорвались менее чем в тридцати метрах от нас, так что результат просто близок к идеальному. Сухопутные вон на учениях-ухомотаниях вообще глохнут, не то что.

- Ну, это да, - в очередной раз согласились все наличные грызи.

- А лисятине по-моему попуху, - цокнул Гриб, - Как огурец, не?

- Сначала было да, теперь уже не, - мотнул ухом Скисорь, - Это действие на всех почти одинаковое, хоть на ежа, хоть на оленя.

Грызи слегка захихикали, представив себе на корабле ежей и оленей. Флот тем временем медленно двигался к базе, волоча на буксире повреждёные корабли; кроме того, рядом шли захваченые грузовики, которые особо больше хода и так не могли дать. Вид этих неповоротливых посудин, дымящих из жестяных труб, определённо внушал, потому как кротолики лишались больших объёмов материальных ценностей, а Союз их же приобретал. По крайней мере, погода способствовала, потому как сидел полнейший штиль, не мешавший судам двигаться. Повреждённый "Глот" начало бы страшенно мотылять даже на небольших волнах, так что грызи были обрадованы спокойствию моря. Воздух по прежнему был тёплым, а небо почти чистое, и только на большой высоте висели подсвеченые солнцем облака, похожие на одеяло.

По возвращению к месту стоянки флота экипаж "Глота" таки впал в разжиженое состояние, поэтому при всём желании не мог учавствовать в восстановительных работах по своему кораблю. Если раньше, когда состояние тушек было нормальным, длительные нагрузки переносились без труда, то теперь навалилась большая усталость, так что всех временно списали в медицину. Это было не так то просто, потому как стоило выйти из большого тента, где размещалась медицина, и сразу бросались в уши корабли, на которых возились звери - от этого сразу начинали чесаться лапы, а сделать ничего пока было нельзя. Возле плавучей фермы, захваченой спудяками, стояло целое стадо трофейных посудин, опять-таки внушая своим видом; над грузовиками и бронекатерами торчали туши броненосцев, тусовавшихся здесь же.

При этом чекоты не стояли на месте, а едва закончив подготовку, снова уходили на вылов тунцов. Координаторы флота, как то Раждак и Щопс, буквально не вылезали из рубок своих кораблей, как впрочем и все остальные экипажи. Тащили в закрома при этом просто всё что плавает - баржи, паромы, рыболовные шхуны на парусах... про более-менее товарные корабли и цокать нечего, их тащили обязательно.

- Раж, а впух нам парусные лодки? - задала резонный вопрос Ратика, глядючи из окна на парусные лодки, - У нас едва хватит зверей, чтобы двигать тяжёлые грузовики, никто не будет заниматься этими корытами. Тем более, они не пройдут поток.

- Вон слышишь танкер? - показал Раждак, - У него отличная палуба для погрузки небольших лодок. Чтоб мне выдернуть пух с хвоста, если я не нагружу их туда.

- Это перегиб, - не особо уверено цокнула грызуниха.

- Нет, - вполне уверено цокнул грызь, - Кроме того, всё что мы не сможем утащить, нужно будет уничтожить. И не затопить, а желательно сжечь, чтоб не подняли.

- И при чём тут лодки?

- При том, что они из горючего материала, в отличии от тяжёлых катеров. Также этот материал отлично подходит для быстрых ремонтных работ, а их есть у нас. "Глот" нужно хоть как-то поставить на ход, чтобы он нормально дошёл домой.

- Вообще у нас уже половина чекотов не на ходу, - фыркнула Ратика, потирая уши, - Три штуки с повреждениями, на двух ерундит машина.

- Ничего удивительного, - пожал ушами Раждак, - Очень много работы было, так что такой износ это вполне оправдано. Супы тоже с трудом ворочаются...

Под супами он как и всякий спудяк подразумевал "язей", вслуху того что на тоадоидской фене корабль поддержки назывался суппортным.

- Так нам надо думать головой о том чтобы сворачивать операцию, - цокнула грызуниха.

- Чем кстати и занимаемся. Главное не пропустить момент прибытия тяжёлого флота кротоликов, - почесал репу грызь, - Но это не так сложно, по открытому морю пух они подберутся незамечеными.

- У ихних эсминин, которые эт-самое, приличная скорость. И всяко больше, чем будет у нашего стада трофейных баркасов. Это может создать затруднения.

- Надобно ещё окинуть ухом все данные, и тогда песочить.

Грызи немало времени проводили над картами, прикидывая диспозицию - они и обычно так делали, а уже сейчас тем более. Сидючи в помещении корабля под масляным светильником, Раждак и Ратика водили когтями по затёртым картам прибрежного моря и тыкали в них булавки, обозначавшие разное. В частности, разведка докладывала, что в Морволке наверняка есть уже три готовых к действию эсминца - то ли пришли откуда-то, то ли отремонтировали те, что были повреждены при атаке на порт. В любом случае, связываться с ними пока не стоило, потому как современные эсминцы кротоликов были вооружены торпедами и ракетами крупного калибра, опасными для любого типа кораблей. Разведка флота отслеживала их перемещения, но цокать о том, что известна вся диспозиция, не приходилосиха. Всё-таки у кротоликов должно было быть куда больше возможностей использовать местные условия, ведь это было ихнее побережье. Отнюдь не был исключён вариант, что они всё-таки вспомнят про пролив Подгоревшей Утки, поэтому на подходах к позиции таки были выставлены минные заграждения. Много мин в наличии не имелосиха, но достаточно и одиночной цепочки, чтобы задержать корабли, абы такие появятся.

Любого зверя, воткнутого в тактический песок, беспокоили ходовые качества крупных соедкапитальских кораблей - как и у многих эсминцев, они были куда лучше, чем у бронекатеров. Эсминцы и крейсера чаще были длинными узкими посудами, вмещавшими мощные паровые машины и оттого имевшие ход раза в два больше, чем у малых кораблей. Это могло означать, что они могут обстреливать тихоходные цели с такого расстояния, какое удобно им, и оставаться вне досягаемости ответного огня. Это однако касалосиха только открытого моря, и конкретно здесь его было достаточно - но в спуду особо развернуться негде, и опасность от больших кораблей резко снижалась. Что уж цокать, если имелись свидетели, своими ушами видевшие уничтожение "дафнии" группой торпедных катеров, атаковавших из спудосоки.

Чтоже касаемо команды "Глота", так грызи вспушились и отсурковались, а кошцы просто отсурковались; шаракалы из абордажников тупо мотылялись по станции, как они это обычно и делали, но это им только на пользу. С "язя" наведывался откормленный инженер Фирыш, ослушавший повреждения и составивший план восстановительных работ.

- Ракетомёт с переднего поплавка снимаем, - цокал грызь, переваливая щёки по морде, - Он покоцан и исправить его скорее всего не получится. Ракетницу просто в лом... Кстати разберёте ракетницу, будет металл для укрепления заплаток.

- А остальное из чего? - осведомился Грибодур.

- Вон лодки стоят, их и дербанят на доски, - показал Фирыш, - В остальном процедура почти стандартная.

- Стандартная это куда? - почесала ухо Катерпилариса, привспушившись.

- Это туда. Берёте непромокаемый мешок из брезента, засовываете снизу под посудину, чтобы заткнуть пробоины. Выкачиваете воду, потом забиваете пробоины изнутрей.

- Песок в том что, - мотнул ухом Грибодур, - Что в переднем поплавне только одна реальная пробоина, а в остальном разъехался корпус по швам. Досками там не обойтись.

- В хвостовом там половины днища нету, - цокнула Катя.

- Слыхал, - фыркнул ремонтник, - Главное хоть кое-как восстановить плавучесть, и дойти до доков, а там уже будет проще. Ну это я вам цокну подробно, как оно.

- Там ещё с машиной косяк, - добавил Гриб.

- Да, там соединения перекручивать придётся почти все, но это не особо долго. А чтобы законопатить корпус, можно использовать сырой спудилиум.

- У нас есть его? - приподняла хохолок Катя.

- Сколько-то есть, на хвостах не сидели, - пожал ушами Фирыш, - По моим прикидкам, вам бочек пять его надо.

Как спудяки со стажем, грызи знали и о том, что такое "сырой спудилиум". Неподготовленую голову это бы сильно нагрузило, потому как довольно сложно себе представить сырое то, из чего можно плавить металл. На самом деле, спудилиумную сталь плавили из отсеяной фракции разрушеного спуда, а в целом разрушеного спуда было до пуха на дне отмелей, в виде илистых отложений. Этот ил и черпали грунтовыми снарядами с "язей", а на станции развернули небольшую переработку. После просеивания и смешивания с провареной спудосокой из ила получали ту самую клейкую массу, которую называли сырым спудилиумом, или же спудитумом. Штука эта плавилась при небольшом разогреве и таким образом можно было быстро залепить неплотности в конструкции, чтобы через них не шла вода. Клей из спудитума был так себе по надёжности, и начинал рассыхаться уже через пару недель, зато его можно было получать прямо на месте в больших количествах, что оказывалосиха как нельзя кстати. Флот не мог таскать с собой запасы ремонтного клея на все случаи, зато вполне мог нацедить спудитума, что нынче и подтверждалосиха.

- Ну вот, а вы ещё фыркали, что воняет, - цокнула Катя, отфыркиваясь от резкого запаха, что издавали чаны с разогретым спудитумом.

- Да мы и сейчас фыркаем, - проявил наблюдательность Скисорь.

Неслушая на фырканье, грызи действительно были рады тому, что клей имеется. Без него было и думать нечего вернуть кораблю плавучесть, а следовательно и ход. Тащиться же в самом хвосте походной колонны было далеко не самым перспективным делом, так что к делу приступили незамедлительно. Ремонтники с "язя" только давали ценные указания и инструменты, забегая к "Глоту", а так возились сами - потому как такая же история была на нескольких других кораблях, нужно было быстро ремонтироваться. Возиться стали в несколько смен круглосуточно, хотя это нынче и не давалосиха так легко, как раньше. Удар по организмам от взрывов на корабле давал о себе знать, так что реально ворочать удавалось только половину времени, потом следовало сесть и отдыхать, чтобы не тратить силы до нуля.

С передним поплавком всё было более-менее просто, взрыв тяжёлого снаряда с "хейнека" вызвал деформацию, так что потекли буквально все соединения, какие имелись. Как и угрожал Фирыш, под корпус подвели брезентовый мешок, почти не пропускавший воду, и натянули его на посуду снизу, чтоб не текло. Затем, разведя слегка пары в котле, задействовали паровые помпы и выкачали воду из корпуса. Швы заливали расплавленым спудитумом, местами крепили металлическими скрепками, сделаными из направляющих балок ракетницы. Песочек этот был так себе, потому как приходилосиха работать в тесном отсеке и лить расплавленую жижу, издававшую резкие ароматы. Благо, на чекоте и так имелись противогазы, пришедшиеся как нельзя кстати. Возня с передним поплавком заняла около двух суток, после чего следовало признать, что он более-менее готов - по крайней мере, чтобы поддерживать плавучесть.

С задним было сложнее, потому как там произошла детонация, вырвало часть днища и борта, и вариант с мешком уже не годился. Нужно было установить туда заново сделаные щиты из досок и балок, прежде чем переходить к следующему этапу. По крайней мере, грызям не пришлосиха заниматься захоронением того, что осталось от погибших зверей - как это обычно и бывало, этим занимался кто-то другой, чтобы меньше нагружать психику. Останки по известной процедуре помещали в ящик из спудилиумных досок и топили в глубоком месте. Следует уточнить, что Скисорь с Катей, Грибодур, и остальные грызи быстро переключались с мыслей о погибших к мыслям о живых. Мёртвым уже было попуху, и помогать следовало живым, даже и себе хотя бы. А для этого следовало восстановить корабль, чтобы повысить шансы возвращения домой. Вслуху этого крутились быстро, благо имелись все возможности. Схватив из запасов "язя" большие двулапные пилы, пуши принялись пилить борт одной из кротоличьих лодок, которую уже разбирали на материал. Как верно заметил Скисорь, можно выпилить кусок прямо с крепежом между досками, так чтобы получился потребный щит. Занятие сие было весьма затратно на мышечные усилия, так что пилили посменно на две морды. Плотные прочные спудилиумные доски поддавались нехотя, издавая противный хруст и скрип. Пока Гриб тягал пилу напару с Сеней, а Катя с согрызяем отдыхали, нарисовался Джалк, занимавшийся разбором завалов в разбитом поплавне.

- Ну как чо? - осведомился кошец.

- Три часа и щиты будут, - цокнула Катя, - А у вас как?

- Почти закончили, - Джалк почесал чёрное ухо, - Там это, у Мара сумка была, вроде это она?

Кошец потряс авоськой, обгоревшей с одного бока и промокшей от воды.

- Ну да, - кивнула грызуниха, ставя сумку на доски причала и открывая, - Надо послушать, куда там.

Само собой, что ничего особо удивительного там не обнаружилосиха: миски для корма, гранёные стаканы для чая, всякая походная мелочёвка и дребузня. Катерпилариса более всего обратила внимание на папку с бумагами и стала её просматривать, осторожно переворачивая отсыревшие листы. Это были в основном выписки из книг по паровым машинам, к которых вряд ли кто мог разобраться, кроме автора.

- Во, слушай ушами, - показала Катя, тыкая в лист когтем, - Что за корабль?

- Пух знает, - пожал ушами Скисорь, глянув, - А, знаю, Мар мне показывал. Это перспективный скуператор, так называемый "рыжий кот".

- Это маровские проекты или куда? - уточнила грызуниха.

- Наверняка не знаю, - цокнул грызь, - Не думаю, что об этом кто-то распространяется.

- Да, но если... - пожевала резцами Катя, - Если, тунцам придётся очень туго!

Она имела вслуху, что если проект будет реализован, отлов посудин выйдет на новый уровень. Правда, убельчённые опытом спудяки как Катя со Скисорем ещё не слыхали подобных кораблей. По их прикидкам, во флоте ГКС вообще не было боевых кораблей такого размера - в четыре раза больше чекота и два раза больше броненосца.

- А напушнину такой большой? - осведомился Грибодур, подошёдший от недопиленой лодки.

- Для крейсерской скорости, - пояснила Катя, - Один из самых больших косяков чекота в том, что у него так себе скорость, отчего трудно перехватывать цели и уходить от погони. На большом корабле мощные машины, и за счёт его вытянутости крейсерская скорость может быть до полусотни.

- Тогда песок более-менее ясен, - цокнул Гриб.

Песок был ясен любому спудяку, особенно с "чекота": быстроходный крейсер мог легко перехватить любую цель и обработать её вооружением - как обычным, так и специальным. Для этого на корабле предуслышивались шесть спареных орудийных башен и шесть установок для залпового огня. Главное же состояло в том, что крейсер имел сильно суженую центральную часть корпуса, где по бортам стыковались шесть абордажных катеров. Соль состояла в том, чтобы на обработаную цель набросились быстроходные и хорошо защищённые катера, по сути своей огромные торпеды, потому как их котлы заправлялись перегретой водой от носителя, чего хватало на короткий быстрый рывок к цели. Таким образом решались все задачи, поставленные перед скуператором - обстрел цели ракетницами с надёжной базы и быстрая доставка туда абордажной команды. Чтобы избежать сильных повреждений при попадании в заряженую ракетницу, как это было на утонувшем чекоте, установки окружались броневым ящиком. Тяжёлый корабль мог себе такое позволить, в отличие от бронекатера, что резко снижало повреждаемость корабля от попаданий. Ну и само собой, с крейсера ракетицы могли стрелять точно на предельную дистанцию, потому как судно мало качалосиха.

Нетрудно догадаться, что эти выкладки пока являлись чисто теоретическими, потому как на практике следовало крепить щиты и заливать спудитумом щели между досками. Грызи старались шуршать быстро, но при этом не выбиться из сил полностью, потому как это было глупо, ведь после ремонта не будет никакой возможности отвалиться отдыхать. В ход пошла настойка усыпляющей травы, чтобы сразу влезть под сурка и спать быстрее; спали же в основном по своим отсекам, благо при жаркой погоде не требовалосиха никаких приготовлений, подложил хвост, и все дела.

Тёмной ночью, когда сверху светили яркие звёзды, а вокруг станции мерцали мутные зелёные огни от фонарей и слышалосиха стучание молотков, к расположению флота прибыла последняя группа, каковую ожидали с Родины. Транспортник привёз боеприпасы и запчасти, подошли четыре артиллерийские установки, а главное прибыл пассажирский корабль со спудяками, чтобы обслуживать полсотни трофейных посудин. Теперь флоту требовалосиха немного времени, чтобы подготовиться к походу, так что с ремонтом следовало завязывать как можно быстрее.

- Завязывайте с ремонтом как можно быстрее, - цокнул Раждак грызям, прибежавши к причалу, - Скорее всего, следующим вечером переходим в походное положение.

- Нормально, - кивнула Катя, - На ход поставим, пухня осталосиха.

- Это в пух. И да, сдайте шаракалов, - хихикнул грызь, - Они вам больше не понадобятся, а на трофеях хоть за кочегаров сойдут. Зверей всё равно маловато, ну да как-нибудь. С "хейнеков" толку всё равно мало будет, если что.

- Ну да, с ихней волыны никто из наших шмалять не учился, - согласилась Катя, - Так что это почти бесполезно.

Грызи имели вслуху, что в стаде посуд имеется дюжина "хейнеков" с их мощными пушками, каковые и броненосец вынесут - но это если посадить туда притёртый к месту экипаж. С непривычки же пользоваться заморочными механизмами кротоликов было сложно, так что решили даже не замахиваться на это дело. С "Глота" действительно сдали всех лишних зверей, оставив только минимальное для поддержания хода количество, и без задержек заканчивали с приведением поплавка в годное состояние. Остальное можно было доделать и на ходу, так что к утру команда отвалилась под сурка, чтобы не выматываться в ноль.

Вскорости после того, как они отвалились под сурка, к флоту вернулся один из разведчиков, лопативший на более чем полном ходу. Выпрыгнув оттуда на причал с ходу, грызи бегом побежали сообщать новости, потому как на горизонте уже можно было заметить дымовые столбы. Если присмотреться, на фоне почти белого неба над поверхностью моря клубились облачка, издали казавшиеся серыми. Любой более-менее убельчённый опытом спудяк сказал бы, что это большие корабли, потому как бронекатера не дают таких столбов дыма. Разведчик-"сучок", мотылявшийся возле Морволка, сразу дал хода обратно к базе, когда зафиксировал присутствие большого количества соедкапитальских кораблей, двигавшихся вдоль берега. На обратном пути к тому же разведчики засекли три крейсера, прущих непосредственно к Проливу Подгоревшей Утки.

Само собой, этот песок не был для спудяков неожиданным, как гусь в январе - затем и работала разведка, чтобы. Основной флот кротоликов двигался относительно медленно и ему потребовались бы сутки, чтобы добраться до пролива, даже если бы он и повернул туда сразу. Уйти от них не представляло большого труда, потому как можно было воспользоваться одним из множества потоков в спуду, набросав сзади мин для задержки. С крейсерами дело было тухлее, потому как достаточно быстроходные корабли никак не позволили бы оторваться от них. В спуду они чувствовали бы себя не особо уверено, но на открытой воде представляли серьёзную угрозу.

- Что будем делать из действий? - абсолютно точно цокнула вопрос Ратика, вспушившись.

- Так... Вам, - Раждак ткнул в разведчика, - Сверхсрочно к группе Щопса, вытаскивайте их оттуда. Если вас перехватят, взорвите корабли и уходите на быстроходных катерах.

- Мы спалили всю горючку, - фыркнул грызь, - На загрузку потребуется время.

- Никакого времени! Пусть "язь" стартует, нагружайтесь на ходу!

- Кло, окучил, - кивнул разведчик, и побежал - не то чтобы трусцой, а с полной скоростью белки, так что только хвост мотался по лестницам.

- А с этими что? - кивнула в сторону моря Ратика.

- Боюсь, что тут вариантов немного, если не цокнуть, что вообще нет, - почесал репу Раждак, - Если они подойдут на расстояние уверенного выстрела ко всей посудной лавке, это будет мимо пуха, тут снаряду упасть некуда. Сало быть, придётся отбивать контратакой.

- Думаешь, прокатит? - поёжилась грызуниха.

- Надо думать, что мы будем делать, если не прокатит, - резонно заметил грызь, - Благо, все нужные нам корабли под парами, так что впесок.

Действовать следовало крайне быстро, так что через пятнадцать минут в одну сторону, к берегу, ушёл "язь", нагружавший на ходу топливо на разведчика, а навстречу приближающимся крейсерам вышли броненосцы и артиллерийские катера - по три штуки. Остальным оставалосиха только продолжать готовиться к отбытию, перегружать горючку и разводить пары на всех посудах, что далеко не быстро. Раждака и Ратику несколько напрягал тот факт, что кроме ударной группы, отогнать кротоликов нечем, так что может быть туговато. С другой стороны, артиллеристы пришли совсем недавно, и если бы дело было парой дней раньше, пришлосиха бы обходиться вообще без них.

Броненосцы же, выйдя из пролива, развернулись в линию и двинули навстречу противнику, пока прикрывая собой катера. Корабли этого типа отличались от соедкапитальских броненосцев, которые были низкие и широкие - эти возвышались над водой, не побаиваясь. Дело было в стабилизаторах в подводной части, и главное, в ракетомётах, дававших гораздо меньшую отдачу, чем кротоличьи орудия. Такая компоновка позволяла самым надёжным образом защитить корабль бронёй, так что по бронированию компактные броненосцы ГКС превосходили любой крейсер соедкапиталов. Броня не могла полностью защитить от тяжёлых снарядов, но по крайней мере корабль получал повреждения, а не разлетался в щепки, как торговец. Оставляя над водой длинные полосы серого дыма, угловатые корабли шли вперёд, развивая не особо жирную скорость. Вдобавок, гребные колёса их были спрятаны под бронёй, так что имели небольшой диаметр и оттого на них особо не погоняешь. Пока что этого и не требовалосиха, группа всё равно успевала отойти достаточно, чтобы не пускать противника к посудной лавке.

Через несколько минут в оптику уже можно было расслышать высокие надстройки и мачты кротоличьих кораблей, шедших полным ходом и оттого дымивших нещадно. Тут наступало время для водителей кораблей как следует разбрыльнуть мыслями, а не тупо сидеть и ждать сближения. В нулевую очередь представляло большой практический интерес идентифицировать противника, чтобы знать, что от него можно ожидать. И если неубельчённый опытом взгляд заострял внимание на орудиях, то убельчённый - на общих обводах корабля и характерных признаках. Водитель броненосца "Лёд", грызь Ещька, шустро забрался на обзорную башню, что торчала примерно посерёдке корабля; там располагалась сильная оптика как раз для подобных случаев. Наведя резкость, грызь мог теперь видеть... ну как видеть, скорее выхватывать глазом, потому как при большом приближении изображение всё время прыгало от качки и вибрации самого корабля... по крайней мере, различались даже отдельные фигуры кротоликов, бегавшие по палубе, и матрасного цвета флаг на мачте. На "Льде", как и на остальных кораблях, был поднят чёрно-белый флаг с тройными гвоздями, хотя ясное дело, что не узнать броненосцы ГКС было невозможно.

- "Каладония", - прочитал название на рубке корабля Ещька.

- Хм? - тут же цокнул Сушень, стоявший рядом, - По моему этот кротоличий крейсер макнулся лет пять назад в окне у шаракалов?

- Ясное дело, что это не тот, - Ещька быстро перелистал справочник, - Так, крейсер класса Ё, скорость, вооружение...

- Второй однотипный с первым, - сообщил Сушень, поглядев в окуляр, - Третий, по-моему, бастион-класс.

- В запятую, - кивнул грызь, закрывая справочник, и крикнул вниз, - Ход на холостой!

Сам же он перешёл на другую сторону площадки и отмахал белым и синим флажками на катера. Теперь броненосцы сбрасывали ход в ноль, а катера выходили вперёд, чтобы первыми оказаться в огневом контакте с противником. Длинноствольная пушка в двести десять миллиметров тоже далеко не подарок, только попасть в малоразмерный катер куда как сложнее, чем в крейсер. Брыляя колёсами, бронекатера обгоняли тяжёлые корабли; длинные стволы орудий пока лежали на подставках вдоль всего корпуса, но грызи уже расчехляли их и готовили к бою.

- Залп со стороны противника! - цокнул наблюдатель.

Через пару секунд хлопнули люки над ушами тех, кто спрыгнул вниз под броню, дабы не маячить на открытом месте. Это было вовремя, потому как огромные фонтаны воды выросли по сторонам от кораблей, а воздушная волна упруго ударила в корпуса. Даже если снаряд упал далеко, вполне может вынести за борт, так что лучше сидеть внутри. В оптику изнутрей было не хуже видно, как от вражеских крейсеров относит огромные облака порохового дыма. Туча мелких водяных брызг, поднятых взрывами, медлено оседала вокруг броненосцев.

Ещька прикинул, что с каждого крейсера шмаляют по четыре орудия главного калибра, а когда расстояние сократится, то будут ещё и бортовые орудия меньшего калибра. На таком расстоянии шансы на попадание стремились к нулю, поэтому скорее всего, кротолики сейчас прекратят салют и будут перезаряжать разрывными. Такие снаряды для тяжёлых орудий предназначались для борьбы с бронекатерами, потому как они не уходили в воду, а рвались на поверхности, разбрасывая осколки, каждый из которых мог пробить борт катера. Однако нельзя цокнуть, чтобы катерники очень боялись бы такой штуки. Кусок металла, даже большой, попавший в катер в произвольном месте, редко мог нанести критичные повреждения, и как правило, просто дырявил обшивку.

Артиллеристы уже удалялись от броненосцев, которые сбросили ход, и скорее всего, сейчас кротолики чесали тыковки, думая, как быть с этим делом.

- Ну давайте, пропесочьте, - цокнул катерникам Ещька, хотя ясное дело, что они не могли его слышать.

Спудякам с броненосцев пока ничего не оставалосиха, кроме как цокать, потому как суваться близко к крейсерам следовало именно катерам, а тяжёлые корабли только прикрывали. Катерники же шли полным ходом, увеличив расстояние друг от друга, и начали приводить в готовность орудия. Пушки на этих корабликах имели подвес, позволяющий гасить отдачу, и что крайне немаловажно, стабилизировать орудие в горизонте, по крайней мере, частично. Зыбь на воде нынче имелась слабая, что способствовало в полной мере - на волнах около метра высотой стрелять уже было нельзя вообще, потому как качка перекрывала углы действия стабилизатора. Однако и катера делались в рассчёте на спуд и его окна, где практически никогда не бывает волнения. Артиллеристы на всех трёх катерах вытаращили глаза в прицелы и убедились, что всё более-менее в пух - прицельная планка не прыгала, а медленно плавала туда-сюда по вертикали, совершенно не смещаясь по горизонтали.

Грызи не особенно раздумывали над тем, что им придётся первый раз вступить в настоящий бой с соедкапитальским флотом - если не цокнуть, что вообще об этом не вспоминали. До этого было несколько лет тренировок и учений-ухомотаний, где постоянно моделировалась боевая обстановка, так что ничего нового услышать было нельзя даже при желании. Разрывы снарядов тоже были знакомы, потому как в Жидком Спуде зачастую использовали и пиротехнику для натаскивания экипажей. Теперь отличие состояло в том, что после яркой вспышки огня на поверхности воды во все стороны летели осколки, и дождь из мелких фрагментов посыпал катер, высекая искры на металле. Спудяки однако представляли, что кротолики дуреют не меньше, когда у них над ушами бухает главный калибр.

Под обстрелом предстояло идти несколько минут, прежде чем расстояние до цели становилосиха приемлемым для стрельбы. Снаряды падали с большим разбросом, так что обстрел доставлял волнение, но не более того. Впрочем, как отмечали своими глазами спудяки, если бы габариты катеров были как у крейсера, то пару снарядов они бы уже огребли точно. Прикинув расклады, катерники сбавили ход до малого и приступили к стрельбе. Тяжёлый снаряд заряжали на две морды, перед этим туда ещё и вставлялся отдельный пороховой заряд; после этого грызи выбегали из орудийного отсека, потому как откат орудия не позволял там находиться, да и дыма до пушнины сколько. Наводчик выводил прицел на цель по горизонту, разворачивая весь катер, потом ждал момента, когда вертикальное качание дойдёт до нужной точки, и толкал ногой механизм спуска.

Орудие ныряло вниз от отдачи, выходя прямо под воду, что обеспечивала специальная конструкция подвеса. Спудяки мотали ушами, прочищая их от удара, вспушались, и шли перезаряжать. Для этого в частности имелся баллон сжатого воздуха, которым продували боевое отделение от пороховых газов - иначе там нельзя было не то что дышать, но и видеть что-либо. В дальнюю оптику же водители кораблей вполне отчётливо видели, как поднимаются фонтаны на месте падения их снарядов.

Неслушая на то, что над водой стоял сплошной гул от канонады и несло облака порохового дыма, на этот раз именно этим дело и ограничилосиха. Кротоличьи капитаны были не совсем отморожены, чтобы пытаться уничтожить три катера, рискуя или получить от этой мелочи серьёзные повреждения, или потратить немеряную прорву боеприпасов, если стрелять издали. Сделав несколько залпов, тяжёлые корабли начали медленно отворачивать с курса, уходя к югу, а потом и прекратили огонь. Эти ребята конечно могли ещё доставить неприятностей, пока флот не уйдёт в спуд, но пока не подтащатся бронекатера, приближаться им будет всё также чревато. Грызи выбрались на палубы и долго отфыркивались от дыма, а также вытрясали из ушей звон, какой всегда образовывался из-за стрельбы. Ослушивание выявило, что артиллерийские катера получили пару мелких пробоин от осколков, а крейсерам не досталосиха ничего, так что они уходили в сторону, дымя из высоких труб.

- В пух, в пух, - кивнул Ещька, наблюдая эту картину.

- В пух то в пух, - заметил грызь, - Но они так и будут тут пастись.

- Попуху. Так и будем отгонять, у нас маневренность всё побольше, чем у таких корыт, - фыркнул Ещька, - Вон слушай, это им чтобы развернуться и прийти обратно, час понадобится. А нам нужно не так уж много времени, чтобы утечь.

- Тогда ближе к пуху.

Теперь позиция в Проливе Подгоревшей Утки была запалена на сто пухов, но для кротоликов от этого был малый толк, потому как их основной флот шёл вдоль берега и находился слишком далеко. Пока туда дойдёт катер с новостями и они развернутся - песок уже будет высушен. По кораблям от этого чувствовалосиха явное оживление, так что грызи мотали хвостами, а кошцы не спали. Общий состав всей посудной лавки превышал полторы сотни единиц, учитывая около тридцати единиц своих посудин, и остальные пойманные в море. Вся эта погрызень разводила пары, отчего над спудосокой поднималась огромная туча чёрного дыма. С дюжину кораблей и небольших баркасов, которые были не на ходу или частично разобраны на материал для ремонта, вытащили на буксире в сторону от станции, скрепили вместе и подожгли, чтобы не оставлять врагу. Ясное дело, что от этого дыма не убавилось, мягко цокая. Зато в наступившей темноте стоянка флота довольно ярко освещалась огромными кострами, что способствовало порядку.

Грызям с "Глота" не пришлосиха сидеть на хвостах, даже когда все работы по их судну были закончены, потому как рядом стояли трофейные грузовики, на каждом из которых имелось по одному грызю. На чекоте остались только Катя и Сенень, поддерживать горение в топке котла, а остальные побежали помогать другим. Кротоличьи крейсера действительно не ушли, а паслись теперь невдалеке, периодически постреливая и по спудосоке. Нет-нет да и прилетал снаряд, выпущеный примерно на дым, но к счастью, падало далеко. На подготовку к походу ушло больше рассчётного времени, но теперь была возможность слинять под прикрытием утреннего тумана. Соедкапитальские корабли опасались внезапной атаки, потому как на близкой дистанции у них не было никаких преимуществ перед броненосцами ГКС, так что их группа к утру отошла ещё дальше от пролива.

Как раз к возвращению последней отловочной партии, приведшей ещё две торговые калоши, начал движение весь флот, выстраиваясь в походное положение. Сдесь у "Глота" была не менее ответственная задача, чем все прочие, потому как корабль шёл в густом тумане и почти в полной темноте, при этом "вёл на поводке" целую колонну грузовиков, для чего использовались длинные тросы. На каждом из грузарей было только по два спудяка, которые могли только поддерживать ход, но заниматься рассчётами им было некогда, и они не могли самостоятельно ориентироваться в таких условиях. Трос длиной двести шагов был привязан от кормы чекота до стрелы мачты грузовика, которая свободно вращалась; соответственно водитель грузовика видел, какое надо держать направление и какую скорость.

Включать полную иллюминацию было не в пух, потому как тогда кротолики могли бы точно посчитать количество кораблей и прийти в ужас. Пока же они видели только боевую группу и тучу дыма, но последнее можно списать на горящие корабли. Планировщики всей операции собирались сделать всё возможное, чтобы противник как можно меньше знал о передвижении флота, ибо это ни к чему. Предстояло ещё пройти длинный путь по спуду, чтобы добраться до своих владений, а соедкапитальский флот был разросан по всему миру, и при наличии лишней информации, вполне мог бы ею воспользоваться. Причём это относилосиха не только к военной силе, но и рычагам воздействия на жабьё и другие стороны - некоторые окна находились под контролем соедкапитальских картелей, что чревато.

Пока же основным зверем на связке кораблей была Катерпилариса, которая отлично ориентировалась в сигналах и умела на ходу рассчитывать задачи с треугольником. Даже кошец Джалк только сидел на верхней площадке и смотрел на всякий случай, а не как основная мера. В темноте он конечно видел, но сдесь над водой висел густой голубоватый туман, ограничивающий видимость шагов до сотни. Поверхность моря была почти полностью спокойна, ветер давил на сурка - по крайней мере это облегчало задачу. Среди туманного киселя только проступали несколько сигнальных огней на кораблях и слышался плеск гребных колёс, вращающихся на экономическом ходу.

- Ну как, в пух? - задал чрезвычайно оригинальный вопрос Скисорь, погладив хвостище Кати.

- В, - кивнула грызуниха, - Были опасения, что "махи" не смогут держать ход, но порожняком они более-менее двигаются.

- Да уж, дали им песка по нулевое число, - хихикнул грызь.

- Иди посурячь, пока есть возможность, - цокнула грызуниха, пихнув его в бок.

- Нету, - фыркнул Скисорь, - Задний поплавень протекает, надо опять варить смолу и заливать стыки, иначе мы опушнеем вычёрпывать.

- Даа, тот ещё песочек...

Согрызяи захихикали, хотя и чувствовалась усталость после многих дней напряжённой тряски. Однако, как это всегда бывает у грызей, их сильно мотивировало сознание того, что было сделано крайне стоящее дело. Соедкапиталы теперь поставлены в невыгодное стратегическое положение, и при хорошем раскладе, спустят в никуда немеряное количество ресурсов. А ослабление агрессивного бестолкового противника это всегда в пух, и не только в общем плане. "Общий план" не существует сам по себе, за ним стоят жЫзни конкретных зверей, так что и.

В последующее время грызи перешли в увереный походный режим, потому как это было совершенно необходимо сделать. Помимо всего прочего, они находились за пухову тучу километров от дома, практически на самых дальних рубежах спуда, известных науке, и пилить обратно предстояло небыстро. Повезло ещё с тем, что потоки в спуду многократно увеличивали среднюю скорость движения, иначе переход занял бы несколько месяцев. Тут уж в любом песке приходилосиха приспосабливаться к тому, чтобы существовать на корабле безвылазно и не одуреть. у шаракалов например это получалось крайне плохо, так что практически всех их заперли в зверовозах и подсыпали снотворное в корм, чтобы ввести в овощное состояние.

На "Глоте" оставшиеся грызи и кошец занимались в основном тем, что латали корпус, вычёрпывали воду, и пинали паровую машину, которая ерундила после повреждений. Ясное дело, что заниматься охраной флота предстояло тем, у кого корабль находился в лучшем состоянии, а чекот просто тащился в колонне, стараясь не тормозить, и зачастую это давалосиха с немалым трудом. Единственное, что спасало - это наличие двух паровых котлов, вслуху чего имелась возможность задействовать их попеременно. Обращаться к ремонтникам на "язях" следовало только в самом крайнем случае, потому как у них и так возни было выше ушей. Эта текущая дребузня, впрочем, помогала коротать время - спудяки знали, что если всё работает как часы, тащиться две недели через спуд довольно утомительно для головы.

Грибодур таки постоянно варил грибную дурь... тоесть, суп с сушёными грибами и горохом, потому как особенно уважал это дело, и сам лез дежурить на котелке, когда была возможность. Вслуху этого корабль постепенно провонял грибным супом, вместо острого горчичного запаха от спецбоеприпасов. Благо, как и всякое запасливое грызо, пуши из команды притащили с собой с земли по мешку орехов и сушёных грибов, так что хватало с избытком. Нельзя цокнуть, что белки жрут одни только орехи, но сейчас они были весьма кстати со своей питательностью, так как каждый по несколько часов в день махал вёдрами, выливая воду за борт. На корабле само собой имелись помпы - как с лапным приводом, так и паровая, но они предназначены для аварийных ситуаций, и если несколько суток непрерывно качать, непременно вылетят все уплотнители и насос сдохнет. Если поначалу грызи просто становились по колено в воду и черпали, то потом это стало затруднительно, так как упала температура воды и теперь поливаться было чревато.

Катерпилариса без труда отыскала в заначках забродные сапоги, имевшие максимальную длину голенища; на лапы наматывались несколько портянок сразу, для утепления, и в таких мокроступах грызь лез в отсек вычерпывать воду. Если бы повреждённые поплавки затопило, чекот потерял бы все остатки хода, что было крайне мимо пуха. Все соображали, что в доке, при наличии материалов и инструмента, корабль отремонтируют в достаточно короткий срок, будет как новый в прямом смысле. Это имело для грызей большое значение, потому как они прикипели пухом к своему кораблю, вместе с которым прошли долгий путь. Хотя мозги конечно понимали, что корабль это всего лишь куча металла, и кроме того, эта куча уже полностью отбила затраты на своё создание.

После многих суток спокойного купания у побережья Странглефорнии спудяки снова могли наблюдать ушами отвесные стены спуда и рёв потоков, когда могучие течения подхватывали весь флот, и как листья по ручью утаскивали в следующее окно. Кроме того, начала понижаться температура, и грызи таки были только рады. Постоянная парилка уже была мимо пуха, потому как в родной Землянике такого не встречалосиха вообще. Солнце там могло печь летом в полдень, но к вечеру возвращалась прохлада - а в Странгефорнии теплынь стояла постоянно, и ночь помогала плохо. В общем, грызи вспушались, мотали хвостами и хихикали, чувствуя возвращение в более привычную среду обитания. Прохладный ветер, мотылявшийся над окнами, взърошивал шерсть и приятно щекотал, так что и.

Команде "Глота" ещё пришлосиха как следует повозиться, потому как наскоро заделаный корабль давал косяки при прохождении потоков, чреватые затоплением. Кроме того, в их распоряжении было меньше рассчётного количества лап, что вызывало некоторую усталось. Благо, орехи и сушёные грибы не кончались, равно как и "зелёнка", которая суть травяная настойка для общего укрепления беличьего туловища. Причём именно беличьего, потому как травы были грызьими и плохо воспринимались кошцами, равно как и всеми другими. На "язях" имелись долгосрочные запасы всей подобной дребузни, так что недостатка не возникало. Возникало таки ощущение попадания в пух, потому как все спудяки лично помнили тщательную подготовку к походу в Жидком Спуду - сало быть, всё сделано по шерсти.

- Грызаный грибоцирк, - цокнул Грибодур, сидючи на хвосте и пырючись на облака, - По пути мы видели столько всяких перспективных мест! Вон хоть возьми то окно с пуховой тучей спудосоки, или там где по пологим склонам целый лес растёт. Было бы более чем в пух расслушать всё это.

- Поперёк не цокнешь, - кивнула Катерпилариса, - Но у нас сейчас другая задача, а если постоянно отвлекаться, то будет мимо пуха. Что мы можем сделать, так это записывать все разведданные, чтобы не забыть, и потом поделиться с другими.

- Да оно и так уже записано, чо, - рыгнул грызь, - Щусеня помнишь, из училища-ухомоталища?

- А, это который пух-голова, - захихикала Катя, - Ну и что?

- Нутк йа его встречал в Жидком, когда на узловую плавали. Они там занимаются примерно тем же чем мы, только поменьше грузят.

- Это как?

- Ну как, поднимают затопленые корабли со дна. А как ты понимаешь, можно сначала корабль и макнуть, а потом уже поднимать, - захихикал Гриб, - Когда мы сюда выходили, они точили резцы на "ключ", который в Шламовом.

- Это хороший замах, - одобрила грызуниха, - А нам, слышимо, придётся замахиваться на плавающий "ключ", притом с шариками внутри...

Грызи слегка поёжились, представляя себе такое дело, но только ненадолго. Неслушая на боевые потери и усталость от похода, настрой у них только улучшался. Настрой на то, что можно будет своими лапами осуществить далеко отлетающие полезные дела, был ещё в училище-ухомоталище, а теперь, когда всё уже осуществлялосиха полным ходом, и того подавно. Вслуху этого грызи с довольными мордами таращились на воду в очередном окне, стену спуда и небо, по которому нынче быстро тащило белые и серые куски облаков. Снизу в облачность отлетали клубы дыма, извергаемые десятками труб идущего флота.

Семь гусей пошли на пруд,

Это был нелёгкий труд.

Пруд от базы далеко.

Гуси топчут молоко.

- фольклор

Окно шестое - Рыжий Кот

- Это мимо пуха, - вполне ожидаемо цокнула Ушира.

Грызуниха сидела за столом, вкопаным в землю на огороде, и глаза её слегка бегали туда-сюда, а уши прижимались. Сидящие рядом на хвостах могли только вздохнуть, потому как цокнуть поверх этого особо было нечего. Над ушами грызей свистели в воздухе стремительные стрижи, припекало солнышко и с полей несло запахами сохнущей ботвы, потому как лето собиралосиха заворачивать в осень. Ушира пошебуршила по столу пушистыми рыжими лапками и поёжилась, как от лютого мороза.

- Это мимо, - продолжила она через некоторое время, привспушившись, - Но ведь все знали, что так может случиться, и йа тоже. По крайней мере, почти есть белочь.

Ушира похлопала по своему округлившемуся брюшку, потому как натурально ожидала появления грызунят в течении пары месяцев. Грызуниха шмыгала носом и утирала слёзы, катившиеся из глаз, но остальные чётко слышали, что она действительно вполне подготовлена к такому событию. Пожалуй, не лучше было Катерпиларисе, которая была вынуждена сообщить сестре о гибели её согрызяя; как ответственная ушами за корабль, она не думала перекладывать это дело на кого-то другого. Скисорь, Грибодур и Тектриса водили ушами и поглаживали Уширу по пушнине, чтобы хоть как-то облегчить ей песок.

- Пфуу... - выдохнула грызуниха, протирая мордочку, - Ладно. Мар был настоящей белкой, поэтому и нам следует быть настоящими белками... не игрушечными, да.

Она слегка усмехнулась сквозь слёзы, а согрызяи, переслухнувшись, поняли, что песок сыпется в рамках дозволеного.

- Йа бы всё сделала, чтобы этого не случилосиха, - пискнула Катя.

- Мимо груши, - хмыкнул Скисорь, - Не бы, а ты так и сделала.

- Нет, вообще йа очень рада, что вы все жывы! - цокнула Ушира, сгребая грызей в лапы, - Это чрезвычайно в пух!

Потискавши друг друга и массово помотав хвостами, грызи отвалились на скамейки и догнались квасом и сухарями, каковые имелись тут почти в неограниченых количествах. В неограниченых количествах на самом деле имелся и пух, потому как только за одним столом его набилосиха выше ушей, а уж за изгородью участка живность ходила косяками. Чтобы не зацикливаться на мыслях, Ушира стала расцокивать о том, как оно, и пуши с интересом выслушивали. В частности, постоянная забота грызей о росте производства корма привела к тому, что теперь можно было подкармливать любых зверьков, когда это требовалосиха, причём даже если это действительно лосиха. Раньше грызи не могли себе этого позволить, чтобы не оголодать самим, но теперь песок был пересыпан по-другому. На полях работали паровые механизмы, копавшие почву куда эффективнее, чем грызь с лопатой или лошадь с плугом, а главное, вся Земляника была теперь соединена сетью железных дорог, что обеспечивало единый запас продовольствия. Если раньше перевезти сотню мешков зерна была проблемой, то теперь сотни тысяч тонн перебрасывались через всю землю без напряжения.

- Вообще рельсовые дороги это кошское изобретение, - добавила грызуниха, вспушившись, - Для грызей они слишком шумные и громоздкие, и вряд ли мы стали бы протягивать сеть вдоль всей Земляники. А как оказалось, зря.

- Это на сто пухов, - кивнул Скисорь, - Кроме того, для них потребна пухова туча стали, а таковую можно добыть только из спудилиума, соответственно в спуду.

- Серьёзно? - склонила ухо Тектриса, - В Землянике нет столько железа?

- Йа тебе больше цокну, нигде нет столько железа, - цокнул больше грызь, - Из известного, всмысле. Возможно, оно есть в недрах на большой глубине, но проще достать его из спуда, чем оттуда. Единственно, в Канавии довольно значительные запасы, но они их пока не трогают, потому как спудилиум опять дешевле.

- Ну, у нас по семье в основном по теме обработки древесины, - цокнула Ушира, - Это знаешь тоже не такой простой песок, как может показаться, сортность всякая, туда-сюда хвостом...

Грызи помотали хвостами туда-сюда, и катнулись в смех.

- С гуся на полтора, но пятьсот тыщ дурфиков на флот собрали, - добавила грызуниха.

- Пх, - подавился воздухом Грибодур, - Это в пересчёте на спудовы деньги, больше чем "сучок"!

- Так и в пух, а не мимо, - резонно цокнула Катерпилариса, - Хруродарствуем, сестричка.

- Это самое малое что мы можем сделать, - заверила Ушира, - Ты главное это, Кать... Береги белку, вот.

- Она бережёт так, что дай пух всякому, - заверил Скисорь, пихнув Катю локтем, - Кстати, как думаешь, не хватит тебе со спудом?

- Неа, - зевнула она, - Мы же доцокались, что операцию будем трясти, а там уже послушаем. А операция сами-знаете-какая ещё даже толком не начиналась.

- Да, это заход был такой это... - поморщил уши Грибодур, - Пришлосиха пообтрепаться.

Что уж там цокать, если он, как и остальные, до сих пор не полностью слышал столь же хорошо, как раньше - в ушах иногда шумело, хотя это была ерунда в сравнении с тем, как они чувствовали себя сразу после взрыва.

- Мы были в самом песке, - точно цокнула Катя, - И легко отделались. Насколько точно посчитал Раж, мы троекратно отбили затраты на поход за счёт захваченой посуды. Если такая штука прошла с кротоликами, то с одгорозками пройдёт трижды проще. Соберём побольше чекотов и кораблей поддержки, и тогда шарикам останется забыть о том, что такое спуд.

- Так глобально? - удивилась Тектриса, и сама поправилась, - Да, так глобально.

- Само собой, - кивнул Скисорь, - Удаление их из спуда - одна из важнейших задач, после которой можно двигаться дальше.

- Кстати, а как с Морлучьем? - вспомнила Ушира, - Там трясут?

- Там более чем трясут! - заверил Гриб, - Настолько, что никак не получается сделать достаточно морлука для внутреннего рынка, кротолики всё выкуривают. Правда, они же окапываются в Межспудье, поэтому приходится постоянно держать боевой флот в готовности.

- Йа слышала, - цокнула Катя, кусая травинку, - Что наши договорились с куницами о продаже козцовых шахт.

- Продаже кому? - почесал репу Скисорь.

- В долях жабцам и лиситам. Не знаю точно, но есть подозрение, что где-то нашлись другие залежи козца, поэтому межспудские стали не особо нужны. А когда там будет большой промышленый район, принадлежащий жабцам и лисам, то их боевой флот будет тусоваться в портах и на маршрутах, улавливаете?

- Не совсем, - призналась Текки.

- Это защита от кротоличьих взрыгиваний, - пояснил Скисорь, - Конечно, куда лучше защита из своих кораблей, но сейчас у нас нет такой возможности. Поэтому пусть там стоят корабли жабцов и лиситов, один пух соедкапитальцы не будут их топить, чтобы пройти. Ну или если будут, им же хуже.

Упоминание жабцов и прочих зябликов среди цветущих лесов и полей Земляники казалосиха странным, потому как сдесь ничто не напоминало о спуде. Район Зеленица, в котором обитали все причастные грызи вместе со своими хвостами, располагался по одному берегу большой реки и холмистому возвышению, и натурально изобиловал лесами, которых тут имелосиха больше, чем полей или болот. При этом леса отличались древесными породами, варьируясь от светлых березняков и дубовников до тёмных ельников или сосняков с исключительной плотностью хвойных крон. Места эти были достаточно продуктивны на вырост корма, так что любой грызь без особых проблем кормился со своего огорода, а крупные предприятия получали жирные урожаи на своих полях. Однако, помимо древесины почти любых сортов и песка, в районе отсутствовали какие-либо минеральные ресурсы, так что для разведения пользотворной деятельности грызям приходилосиха как следует подумать головой. В этом снова здорово помогала рельсовая дорога, потому как без неё нельзя было бы осуществлять массивные перевозки.

Если поначалу местные зверьки пугались шума поездов и паровозных гудков, то теперь это вошло в привычку, и никто и ухом не мотал. Высокие столбы белого выхлопа, какой вылетал из паровозной трубы и представлял из себя смесь дыма с паром, стали обычной картиной в сдешних местах. Обычно такая ерундовина хорошо просматривалась издали на фоне неба, когда расширяющийся кверху столб медленно двигался над кронами леса. Лучше всего шум поездов было слыхать зимой, когда деревья без листвы, летом же - только недалеко от самой дороги.

Обцокав песок со всех сторон, с каких он того заслуживал, грызи отвалились по разным закуткам дрыхнуть, потому как до этого налакались рябиновой настойки. Только и было слышно что шур-шур-шур, а потом пух торчит из гнезда, и всё. Гнёзд было достаточно и на огороде, и рядом с избой Уширы, как оно обычно и случается с грызями. Летом большая часть этих гнёзд пустовала, так что туда немудрено забиться, как белочь в дупло; зимой сложнее, потому как туда забьются другие звери, и не обязательно мелкие и травоядные. Соль также состояла в том, что грызи с самого начала имели привычку, так цокнуть, инженерно оборудовать тот лес, в котором они обитали, причём занимались этим не какие-то специальные грызи, а все подряд, каждый на своём участке. Специальные грызи нужны были только для выполнения рассчётов, либо когда требовалосиха пригнать паровой бульдозер для каких-либо массивных операций.

В отличие от стайных зверей, которые жили в среде своего сообщества, белки жЫли исключительно на земле, интересуясь всем, что на ней происходит, и принимая в этих событиях активное участие. Вслуху этого, в нулевую очередь, осквиряченная земля оборудовалась гидротехническими сооружениями. Грызи очень быстро поняли, что вода есть важнейший фактор в жызни земли, поэтому постарались обеспечить разумное регулирование оного. Везде, где грызи жыли длительное время, появлялись запруды, каналы и водохранилища, призванные запасать воду и сглаживать сезонные перепады в её поступлении. Кроме того, вода вымывала из почвы минеральные и органические вещества, составлявшие основу её плодородия, и запруды постепенно превращались в фабрики почвы, чтобы эт-самое. В седьмых, грызей заботила численность различных зверей на подотчётной территории, и чтобы регулировать её, местность разграничивалась разного рода ограждениями достаточно сложной конфигурации, чтобы одновременно и не перегораживать проход, и разделять участки друг от друга. Грызи например реально могли контролировать численность волков, потому что у них просто имелись калитки между участками, позволяющие разделить популяцию и снизить её рост до нужного уровня.

Вслуху вышецокнутого факта о неразрывной связи с землёй, грызи никогда не занимались переделкой среды для своего удобства - или, если цокнуть точнее, удобство для них заключалосиха в сохранении естественной природы. Тобишь, совсем близко с жильём грызей ходили крупные звери типа медведей и волков, что придавало вспушённости и не давало лишний раз расслабляться. По большей части звери были прилапнены и переведены на овощной корм, но всё-таки забываться не стоило. Ушира, как и почти все остальные местные, постоянно носила с собой налапники и ошейник с шипами, кинжал и огнестрел с перцовым наполнителем.

- И как, не было? - осведомился Гриб, показывая на эти спецсредства.

- Неа, - цокнула Ушира, - Ну йа вообще шуршу обычно тихо, так что и. У отца с матерью так вообще волки репу жрут.

- Репу?? - припушнел Скисорь, - Йа-то не всегда её могу сожрать.

- Ну да. Содить конечно не содют, но выкапывают и таскают к загрузке в пищеблок, - пояснила грызуниха, - Натаскали, как щенков, и все дела. А наши репу моют, варят, и приправляют маслом.

- Маслом нечестно! - скатилась в смех Катя.

- Горлопухой чтоли? - удивился Грибодур.

- Ей самой. Слегка польют, и дело сделано.

- Вот тебе и песок... В спуду столько раз топтали это масло, но не знали, как оно может эт-самое, - цокнул Скисорь, - А то йа думаю, что-то знакомым понесло, когда мимо дома проходили, а оказывается ещё как!

- Кстати, от нас несёт? - осведомилась Катя.

- А как ты думаешь? - хмыкнула Тектриса, - Если по ветру, километра за три чуется.

У грызей был весьма чувствительный нюх, и хотя при возне на корабле он притуплялся, в лесу через некоторое время нос приходил в норму. Вслуху этого белки легко чуяли грибы, а уж от спудяков разило спудуглем, машинным маслом и горчичным дымом, так что Тектриса ничуть не преувеличивала. Впрочем, спудуглем сейчас тянуло из многих других мест, а практически из любой промышленной топки или от паровоза, потому как их теперь тоже топили завозным топливом из спуда, а не древесным мусором, как раньше.

Скисорь и Катерпилариса прошуршали и по своим огородам, где пока хозяйствовали согрызяи, вслуху их отлучки - там всё было в пух, как и предполагалосиха. Невеликие по площади грядки за плотной изгородью из кустов содержались в годном состоянии, как и плодовые деревья. С другой стороны от изгороди стояли кормушки для зверьков вплоть до лося размером, и сейчас грызи со смехом наблюдали за жирным енотом, копошившимся в сене.

- Кто-то сдесь окопается! - погрозила пальцем огороду Катя, вспушившись.

Скисорь прицокнул, потому как подумал примерно тоже самое, как и Грибодур, впрочем. Однако же, чтобы окопаться сдесь или ещё где-либо, им предстояло ещё разгрести тот песок, в который они воткнулись. Это не доставляло грызям неудобств, но они просто помнили, что так и есть.

Наутро, отсурковавшись и налопавшись свежих овощей с грядок и тыблок с веток, весь пушной состав продолжил хождение по окрестностям, дабы оцокнуть всех согрызяев. Лето для этого было подходящим временем, потому как летом большинство грызей копались на огородах или шуршали в лесу, аки белочь, а зимой больше втыкались в промышленное производство и прочие виды деятельности. Родители Кати и Уширы, например, впринципе занимались химическими опытами, но сейчас собирали урожаи, набивая Закрома. Семья Тектрисы и Грибодура тоже собирала урожаи, причём как с собственных огородов, так и с промышленного поля. Хотя большинство грызей кормили себя и всех своих зверьков сами, в целом требовался некоторый избыток кормовой продукции, его созданием и занимались кормовые хозяйства.

Прибежавшие потрепать за уши родичей Грибодур и Текки могли своими ушами слышать, как по полю медленно ползёт громоздкий паровой трактор с прицепным комбайном, и фигачит жаткой гречиху. Если влапную приходилосиха срезать растюхи серпом и затем обмолачивать цепями, то механизм сразу пережёвывал сухие стебли в труху, а крупу ссыпал в бункер.

- А вы не перепесочиваете? - уточнил Гриб, пырючись на всю эту кипучую деятельность, - Надо ли столько гречки?

- Пока сжёвывают, - пожал ушами отец его Зуртыш, - Сейчас открыли несколько новых производств, так там тоже зверей кормить надо. В Канавии недопесок с кормом вообще, так что туда будут вывозить... короче цокнуть, пока в пух.

- Да и потом, - добавила Мурка, поглаживая Гриба и Текки по хвостам, - Раз у нас такой песок со спудом и всё такое, расслабляться особо нельзя, надо трясти!

- Поперёк не цокнешь, - согласились спудяки.

Такое дело они замечали повсюду по Землянике, куда только не прошуршали. Грызи ничуть не оставляли без внимания новости из спуда, и понимали, что было бы крайне в пух поддержать действия флота - воимя и воизбежание. Причём слова после "воимя" и "воизбежание" каждый вставлял по вкусу, но общего вектора это не меняло. Едва ли не все сто процентов грызей принимали участие в промышленном строительстве и научных изысканиях - не обязательно впрямую, но хотя бы через денежную систему. Из-под каждой ёлки в необъятной тайге вылетало по песчинке, и в итоге складывался огромный поток, двигавший научное, промышленное и военное строительство. Ни у кого не было иллюзий по поводу того, что в ближайшее время никак нельзя будет отказаться от силового решения конфликтов, поэтому огромные затраты на оборону были понятны грызьевому населению.

Однако обсуждать этот песок особо было нечего, есть и ладно, так что грызи в основном катались по смехам, особенно когда спудяки рассказывали о своих похождениях. Мурка с Зуртышем натурально валялись по траве, слушая о кротоликах - не потому что это было смешно, а потому что просто их тешила ситуация, так что ржали они над каждым словом вне зависимости от того, какое это слово. Грибодур и Текки также хохотали, в частности над тем, что родичи ржут... в общем, получался замкнутый круг смеха. Настолько замкнутый, что очухались все только к закату, и заново разбежались по местам суркования. Кстати цокнуть, шум на поле не прекратился, потому как тамошние грызи трясли круглосуточно, чтобы успеть убрать урожай до дождей.

Гриб просто не мог оторвать лап от своей согрызяйки, настолько приятно было тискать её шёлковую пушнину, особенно после некоторой разлуки. Согрызяи вообще обычно сильно притираются друг к другу хвостами, а тут уж тем более, потому как они были вместе с самого раннего детства и никогда не разбегались далеко. Всмысле, до того, как Текки таки решила не рисковать белочью и осталась в лесу, пока грызь щипал кротоликов.

- Текки, пуша невозможная, - прицокивал Гриб, - Самое что там было не в пух, так это то что там не было тебя! Никогда йа не испытывал такого противного ощущения, брр...

- Йа тоже скучала, Гриб, - почесала его острыми коготками грызуниха, - Впух, не знаю как бы йа без тебя...

- Да как, песком, - захихикал грызь, - Пуша!

- От пуши слышу!

Тискаться в гнезде, которое представляло из себя навес из еловых веток, было им чрезвычайно любезно, так что грызей переполняло ощущением... "аааащущеение" - цокнула бы Катя в этом случае. Тёплая ночь ласково поглаживала пух свежим ветерком, стрекотали насекомые, в низине вопила птица и потявкивали лисы, а на небе горели яркие звёзды, обещая продолжение безоблачной погоды.

Три грызя сорвались из флота на прополаскивание пуха только на две недели, а потом, согласно ранним доцокам, поехали обратно в Жидкий Спуд. В тамошний док они благопушно привели своего повреждённого чекота, и думается, он уже должен быть приведён в полную годность. Думалосиха совершенно правильно - пройдясь вдоль причалов, Катерпилариса, Скисорь и Грибодур услышали стоящие там чекоты без никаких признаков повреждений, в том числе и ихний "Глот". После того как все вспушились, Катя отправилась в штаб, найти там уши Раждака и прочистить песок, ну и собственно, никак нельзя цокнуть, что ей этого не удалосиха. Раждак просветил, что чекот действительно полностью восстановлен, однако не всё так просто.

- Тут приплыл один погрызун из центрального аппарата, дожидается в том числе вас, - цокнул грызь, - Вон там ошивается, где корм сложен.

- Хм, а что бы это могло означать? - почесала ухо Катя.

- Слышимо, он собирается предложить тебе какой-то песок, - резонно ответил Раждак, - Потому как личное дело у тебя, да и у команды, помилуй пух.

- А. Ну тогда надо послушать, а там уж и, - здраво рассудила грызуниха, и на всякий случай контрольно вспушилась, пока есть возможность.

Катя прошуршала по причалам плавстанции вдоль дока как раз к складу корма, где и обнаружила грызя с бюрократической папкой, на коей тот резал бутерброды.

- Хвощек-пуш, - цокнула она, - Есть какой-то песок?

- Катерпилариса-пуш, - кивнул тот, на ходу отломил ей половину бутера, и не переставая жевать, бубнил, - Есть подозрение, что ваша команда пушей неплохо преуспела в управлении кораблём, о чем имеются документальные свидетельства.

- Ну раз имеются, так и, - пожала ушами Катя, - А в чём соль?

- Соль в том, что флоту нужны опытные водители кораблей для некоторого проекта, - цокнул Хвощек, переваливая щёки по морде, - Дело новое, слегка рискованное конечно, и как раз трётся боком о ту тематику, которую вы раскапывали.

- А глубже в песок? - уточнила грызуниха, склонив ухо.

- Глубже не хотелосиха бы, потому как данные не подлежат разглашению.

- Однако придётся, потому как соглашаться на песок в мешке не хочется, - прямо цокнула Катерпилариса, - Цокнем так, мы там сможем макать одгорозков?

- Думается, на сто пухов.

- Тогда это почти в пух, но мне всё же надо услышать конкретику, чтобы знать, с чем мы справимся, а с чем вряд ли.

- Ну допустим, - втихорька ослушался вокруг Хвощек, чтобы не было лишних ушей, - Ты слышала про разработки тяжёлого корабля-скуператора?

Катя почесала за пушным ухом, припоминая песок по данной тематике. Последний раз она видела более-менее подробные описания в бумагах у Марамака, ибо грызь занимался кораблестроением - ну всмысле до того, как попал под ракету.

- Конкретного ничего не слышала, - цокнула грызуниха.

- Это в пух, - кивнул грызь, - Чтобы был фактор внезапности, сечёшь? Так вот, тяжёлый скуператор уже есть, его скрытно построили в доках Канавии.

- Но там не строят спудные корабли, - ляпнула Катя.

- Вот именно, все так думают, поэтому никто не одупляется, что он уже есть.

- Так, посиди на хвосте, а насколько этот скуператор тяжёлый? В том смысле, что мы плавали на разведчике, потом на чекоте, лично у меня нет никакого опыта вождения больших судов.

- Сечёшь, - кивнул Хвощек, - Скуператор реально большой, раза в четыре больше чекота. Раждак советовал тебя как тактического тряса, а непосредственно крутить штурвал там есть кому. Твоя задача будет заключаться в эт-самом, ну понимаешь? Всё тоже самое, что раньше, только там возможностей будет больше.

- А, ну это в пух, - согласилась Катя, - Это можно попробовать. Гриб у нас тоже неплохо разбирается, в том числе в нафигации, ну и по машине шарит. Скисорь вообще снайпер... если только там орудия не совсем другой системы.

- Орудия такие же. Ну что, воткнётесь?

- Так это надо обцокать, - резонно заметила Катя, - Но, думаю, на девяносто пухов пуши будут согласны.

- Тогда трясите, - дал ценные указания Хвощек.

Трясли, как и предполагала Катерпилариса, недолго. Хотя грызи уже привыкли к своему чекоту, пройдя с ним немалый путь, возможность усиленного макания одгорозков их весьма прельщала. Они соображали, что чекот, мягко цокая, далеко не совершенство, так что есть куда развивать кораблестроение, а рациональные улучшения были у грызей просто в пуху, так что и. Вслуху таких опций они не стали окапываться на "Глоте", вокруг которого происходила неспешная возня по подготовке к походу, а сели на пассажирский транспортник и отправились в Текфонск, порт на берегу кошской земли Канавии. Это было не так близко, но достаточно быстрый корабль прыгал по потокам и таким образом добирался дотудова за двое суток.

Как и упоминалосиха, бытовало мнение о том, что в Канавии нет судостроительных верфей. Это было ни разу не удивительно, потому как основные материалы для кораблей производились в спуду, потому и верфи строили на плавстанциях в спуду. У грызей имелись несколько береговых доков в Землянике на всякий случай, но пока это случай не наступал, они также по большей части простаивали. Становился понятен хитрый план флотских, которые строили новый корабль на новой секретной верфи, дабы не светить его раньше времени.

- С одной стороны да, - цокал Скисорь, пырючись за борт в тёмную воду, - А с другой одной стороны, какой толк скрывать скуператор от шаракалов? Они не чухнутся, хоть парады проводи.

- Одгорозки не чухнутся, - подтвердила Катя, - А вот кротолики могут и подпортить песок, если узнают лишнего.

- А, в запятую. Ты как всегда умеешь окидывать ухом предельно широко, Кать.

- Угу. Только вот не совсем вгрызаю, как работает скуператор, который в четыре раза больше чекота.

- Ну, если вспомнить схемы, которые мы слышали у Мара, - цокнул грызь, вспушившись, - То это корабль типа крейсера, который несёт на себе штурмовые катера, улавливаешь соль?

- Теоретически да, а так конечно надо слушать на месте, - фыркнула Катя.

Канавия находилась слегка севернее Земляники, отчего там уже сыпал первый снежок, в то время как у грызей собирали зерно. Катя, Скисорь и Гриб впервые услышали крутые скалистые берега этой земли, чему и порадовались. Берега же натурально были по большей части отвесными стенами из светло-серого камня, прорезаные трещинами и фьордами. Кошцы до сих пор тратили тонны промышленной взрывчатки, чтобы сделать годные подходы к морю, потому как в целом берег представлял собой непроходимую стену высотой метров сорок.Наверху за обрывом было поровнее, так что там произрастал лес и раскидывались вересковые поля, но равнина периодически прорезалась глубокими каньонами, или наоборот, резкими клинообразными утёсами, торчащими над местностью. В любом случае, от созерцания такого песка слегка захватывало пух, и грызи мотали ушами и хихикали ещё больше, чем обычно. На них наваливалось ощущение исторического места, потому как все грызи много слышали о событиях в Канавии, которые привели к нынешнему положению вещей в мире - а теперь эти места были прямо перед ушами.

Порт Текфонск, куда и направлялись пуши, на самом деле к историческим местам не относился, потому как был построен позже. Раньше тут был только узкий фьорд, а теперь рядом с ним устроили широкий спуск к воде, и рядом громоздились портовые сооружения. Наверху на земле кучковался городок, каковой, кстати цокнуть, вызывал у грызей не меньший интерес. Грызи вообще не селились городами, поэтому для них это было диковинно. Кроме того, кошские поселения отличались от кротоличьих или шаракальских тем, что ровным счётом все здания соединялись либо торцами, либо нарочно добавлеными переходами, так что любой кошец мог пройти город из конца в конец, не выходя наружу. Отчасти это объяснялосиха довольно суровыми зимами, но более всего просто образом мыслей строителей. Пока пуховичные звери таращились на городок, катер зарулил, но не к причалам, а непосредственно во фьорд; отсюда уже было видно, что дальше узкий фьорд полностью перегорожен деревянной стеной, за которой, думается, находился док. Плавсредство зашвартовалось к пирсу, и прибывшие звери прошли некоторый шмон, что было не характерно для обычных перевозок. Кошская охрана даже досмотрела сумки, абы там не нашлось чего-нибудь лишнего.

- Вы по предписанию Хвощека, угу, - внимательно прочитал документы кошец, - А какая разница между белкой?

- Вообще никакой, но сегодня сто шесть, - захихикала Катя, припомнив кодовые слова.

- Правильно. Проходите вон по той стороне, там жилые помещения и всё остальное. И да, пока не выходите за территорию базы, мы не хотим светить даже сам факт присутствия тут грызей.

- Окучено, - пожал ушами Скисорь.

Прошлёндав по настилам вдоль каменных стен, грызи зашли в одну из дверей, и проплутав по переходам ещё с сотню метров, так смогли обозреть док, в котором стояло большое судно. Сверху док был частично затянут брезентухами, но и при тусклом освещении становилось ясно, что посудина большая и серьёзная. По размерам она раза в два превышала броненосец, причём более всего в длину. Грызи минут пять только стояли и пырились, в то время как подъёмник опускал на палубу орудийную башню.

- Впух, он просто огромный! - цокнул Грибодур.

- Настолько, что меня это беспокоит, - кивнула Катерпилариса.

- В плане площади профиля? - уточнил Скис.

- В основном да, - подтвердила грызуниха, мотнув ухом, - А сверху проекция так вообще большущая получается.

- Ну, кто это городил, тоже всё это знал, - резонно цокнул грызь, - Так что всему есть какие-то объяснения, пух в ушах.

- В ушах, - согласился Гриб.

По наводке местных - а возились тут и грызи, и кошцы - пуши вышли на того, кто мог поведать им о соли и подобных материях, а это была грызуниха Ольша. Сдесь она как раз занималась прочищением и чистым цоканьем, причём именно для грызей, потому как кошцы вряд ли досконально поняли бы. Для начала она проводила зверей в жылые помещения, чтобы они бросили там свою поклажу, показала столовку и сортир, а уж затем всё собрание забралось по мосткам на палубу судна.

- Это скуператор крейсер-класса, - цокала Ольша, - Так называемый рыкот, вместо чекота. Как сами слышите, в четыре раза длиннее и в двадцать раз тяжелее.

Грызи массово вспушились, что можно было считать вопросом.

- Совершенно верно. Большой габарит выбран вслуху того, что так можно обеспечить поддержку мощной паровой машины и соответственно высокую среднюю и максимальную скорость. Это позволит значительно более эффективно перехватывать рыбу, эт-самое. Кроме того, обеспечивается устойчивость для точности стрельбы орудий, какие тут есть.

- А какие есть? - уточнил Скисорь.

- Сто тридцать два ракетомёты, по два в башне, - показала на башни грызуниха, - Но это для всякого случая, а также для выставления дымовой завесы. Для спецбоеприпасов есть шесть пусковых установок, вон слушайте туда.

- А, вот в чём песок порылся, - захихикала Катя, ослушивая ракетную установку.

Ракетницы тут были совсем не такие, как на бронекатерах - точнее, в части станка они были такие же, но здесь станок не был просто рамой из направляющих. Вся ракетница помещалась в бронированый короб, ворочавшийся вместе с ней, и соответственно, всё это стояло на куда более мощных креплениях и поворотных механизмах.

- И как, без песка? - уточнил Скисорь, похлопывая по железке.

- Без песка, - точно ответила Ольша, - Если там сдетонирует полный запас ракет, выбьет верхнюю панель и всё вылетит в сторону, так что корабль не получит никаких повреждений.

- Это более чем в пух! - заверил Гриб.

- Вот выслушивайте, - грызуниха развернула схему на стенке короба, - Практически корабль состоит из трёх частей, два корпуса обычной формы по краям, и узкая ферма между ними. Центральная часть сужена для того, чтобы там стыковались штурмовые катера.

Корабль действительно был сжат в центральной части, так что в получившиеся ниши вставали катера, по три с каждого борта. Кроме того, два огромных гребных колеса, двигавшие судно, располагались прямо посерёдке, на продольной оси.

- Движитель водомётного типа, - пояснила Ольша, - Спереди есть заборники, тунель проходит через весь корабль и выходит сзади. Скорость даёт приличную, и кроме того, отсутствует руль, который уязвим к повреждениям.

- Скорость уже пробовали? - осведомилась Катя.

- Да, пока вооружение не доделали, эта лодка уже купалась, всё в пух.

- Это всё понятно, а это куда? - показал Грибодур на сооружение на палубе.

- Это бомбомёт, в шесть стволов. В основном против торпед либо для какого-то другого случая.

Грызи вспушились, ослушивая здоровенные стволы установки и прикидывая, что бомбочки там могут быть неслабого калибра. Бомбомёты, выбрасывавшие бомбы на сотню-другую метров, применялись на больших кораблях для защиты от торпед и таранящих катеров - когда такая дура рванёт близко, торпеда или сдетонирует, или выйдет из строя.

- Дааа, пух мой пух, - почесала уши Катя, - Хузяйство тут обширное, не то что катер.

- С таким хузяйством окучивать пищу куда как легче, - потёр лапы Скисорь.

- Вон попырьтесь на катер, - показала Ольша.

Один из штурмовых катеров стоял на стапелях, и напоминал более подводную лодку, потому как был закрыт со всех сторон и имел почти круглое сечение корпуса. По сути это была большая торпеда, да и двигатель там стоял точно такой же, танк с перегретым паром и водомёт. Спереди торчали захваты, которыми катер должен был хвататься за пищу.

- Передняя часть бронированая, - поясняла грызуниха, - Скорость до ста километров в час, десантный отсек вмещает до двух дюжин единиц.

- И какая дальность? - уточнил Гриб.

- Дальность достаточная, чтобы крейсер не входил в зону прицельного огня противника. Тобишь по всему песку получается, что он должен обстрелять цели спецбоеприпасами и с дальнего расстояния выпустить катера, не суясь в опасную зону.

- Выслушит неплохо, - согласился грызь, - Но это теоретически, а как оно пойдёт на практике, пух знает. Что если не получится?

- Это маловероятно, - хмыкнула Ольша, - Хотя есть и другие варианты использования этого же корабля, но об этом не стоит цокать вслух.

- Цокнем об этом про себя, - кивнула Катя.

Пока же пуши устроились в барраке, потому как в жылых помещениях самого корабля шли последние работы, и задерживать их мимо пуха. Новоприбывшие должны были несколько дней только обшаривать судно, чтобы запомнить все переходы и двери, каковых тут имелосиха допуха и больше. Соль была в частности в том, что в корпусах имелось множество вертикальных переборок, разделявших изолированые отсеки. Вслуху этого большая часть дверей была всегда закрыта, а открывали их только по надобности; двери отличались покраской, чтобы сразу было понятно, в чём соль. После топографии Скисорь и Гриб отправились к артиллеристам, изучать здешнюю матчасть - один занимался башенными орудиями, другой залповыми установками. Артиллеристы, как нетрудно догадаться, помотали ушами, и вспушились, после чего скатились в смех.

Сдешняя машинерия отличалась от той, что грызи привыкли слышать на катерах, потому как была более капитальной. Если башня на катере поворачивалась от лапного привода, то здесь она весила много тонн и ногой её не крутанёшь. Скисорю пришлосиха изучать устройство механического привода - ну тоесть, никак нельзя цокнуть, что это его напрягло, но всё равно пришлосиха. Шестерни можно было вращать через редуктор влапную, но это было слишком медленно, а в штатном режиме использовался паровой привод, для чего к башне подходил паропровод, соответственно. Сама башня была весьма толстобронная и вмещала спареные ракетомёты, что также требовало некоторой привычки. Вместе с отсеками для боеприпасов и пунктом управления всё это хозяйство было весьма массивным, в отличие от ракетомёта на "сучке", каковой только накрывался нетолстым бронеколпаком.

- А лупите в основном как, залпом или по очереди? - уточнял Скисорь.

- По обстановке, само собой...

Грызи проржались, представив себе стрельбу по обстановке.

- ...да. Всмыслях, если надо точно в грушу, лучше одиночными, а дымовуху выставлять - можно и очередью.

- А дуплетом фигачит?

- Ты опушнел чтоли, дуплетом. Как две эрэсины рядом полетят, через пух?

- А, ну да, - почесал пух Скисорь, - Это надо ещё прочистить, какой режим стрельбы тут будет более в пух.

Грибодура ждал тот же песок, потому как и залповая установка на рыкоте вращалась через паровой привод. Тут станок для снарядов был упрятан в мощную бронекапсулу, главным образом для того, чтобы в случае детонации не разнести пол-корабля. Каждая из шести ракетниц имела свой отсек с боеприпасами и пост управления огнём. Естественно, что посты находились в надстройках, в то время как сами ракетницы скрывались за надстройками от прямой видимости на цель. Чтобы не пытаться проораться через несколько стенок, для связи между наводчиком и операторами установки была сделана пневмопочта. Проще цокая, труба, через которую потоком воздуха проносило капсулу с запиской. Окончание этой трубы было прозрачным, так что оператор просто сразу слышал, что ему написали, и на передачу данных таким образом уходило две-три секунды. Вторая трубка с воздухом, значительно тоньше первой, предназначалась для подачи сигналов свистками, и тут можно много комбинировать из коротких и длинных, закодировав хоть весь алфавит. Таким же образом осуществлялась передача данных между отсеками корабля, потому как иначе это было бы слишком долго. Грызям предстояло как следует освоить этот песок, научившись реагировать на сигналы и очень быстро и точно печатать цифры на восковой пластинке, заменявшей бумажку. Как спудяки со стажем, они отлично понимали, что натасканность команды тут играет определяющую роль, так что готовились к многократным повторам одних и тех же действий.

Катерпилариса же попала в тактический отдел, который собственно и управлял действиями корабля в целом. В отличие от многих других зверей, у грызей никогда не было специально выделенного капитана, тактики трясли всей кучей сразу. В данном случае этих зверей было шестеро, ибо они должны были посменно сидеть на вахте и заниматься в том числе нафигационными работами. Трое из них, включая Катю, были грызями, остальные кошцами, дабы лучше перекрывать ночное время суток, когда кошцы более работоспособны, чем другие звери. На корабле имелись два поста управления, совершенно однопухственные, расположеные в двух одинаковых надстройках на носовой и кормовой частях корпуса. Помещения делались как обычно - впереди рубка с обширными окнами, где можно с удобством сидеть во время похода, а за ней бронированый бункер для боевого режима. Грызуниха прошуршала по всей башне, изучая её планировку и схему закрытия дверей, похихикала, что само собой, и убедилась, что перископы из бронерубки отлично показывают вид в любую сторону.

- Пух мой пух, - цокнула она, - Мне ещё никогда не приходилосиха плавать на таких больших посудинах!

Катя ослушала остальных тактиков, и почесав ухи, уточнила

- А из вас кто-нибудь эт-самое?

- Рудыш плавал тактиком на броненосце, - цокнул Хем, - Йа с чекота, Хенс тоже с чекота...

- У меня память не как у рыбы, - скатилась в смех Катерпилариса, - Вместе кротоликов щипали же.

- На всякий случай, - уточнил грызь, - Слафра и Куффи с крейсера, который тип двести шесть.

- Тобишь, количество натасканых зверей равно нулю, - сделала вывод грызуниха.

- Сечёшь, - кивнул серый кошец Куффи, - Броненосец в четыре раза меньше по водоизмещению и в три раза по скорости. Наш двести шестой по водоизмещению больше, но скорости там ещё меньше. А у нас быстроходный корабль длиной с кротоличий линкор.

- Выводы? - осведомился Хем.

- Выводы в том, что необходимо натаскивание, - пожал плечами кошец, - Нужно начать с того, что уже испытано, типа скоростей в тридцать единиц или около того. Мы даже не знаем, как большое судно себя поведёт на больших скоростях.

- Это да, - кивнул Рудыш, - Йа торчу тут с самого начала постройки, там всё не так просто с песком. У этого судёнышка есть поводные отражатели, которые при движении поднимают корпус из воды. Пух его знает, как это сказывается на управляемости... Вы слыхали, как штурмовой катер пухячит?

- Неа, - уверенно ответило собрание.

- Летит, как индюк, только пар за хвостом! Времени на прицеливание у добычи остаётся несколько секунд, а если с дымом, так вообще в него не попадёшь.

- Эти катера делали как управляемые торпеды, - меланхолично мявкнул Слафра, водя коричневым ухом, - Ясное дело, что они быстрые.

- Управляемые кем? - фыркнула Катя.

- Кем-нибудь, - уточнил кошец, - Если бы дело дошло до полномасштабной войны, то нельзя гарантировать, что не пришлось бы использовать и такой вариант. Хотя, от него отказались в пользу запуска обычных торпед с этого катера.

- Кстати, кто у нас по этим катерам?

- Епщес, это кот из группы испытателей, но пока он в увольняке. Ну и плюс ещё есть шаракал, который знает скоростные катера.

- Это не тот ли, который всё время тёрся с Люс? - цокнула Катя.

- Ну а ты много шаракалов знаешь? - пожал ушами Хем, - Именно тот. Оказалосиха, что его взяли с разведчика одгорозков, так что он сразу воткнулся в этот песок.

Однако пока что воткнувшегося в песок на базе не было, он мотылялся где-то по Канавии со своей кошкой, как это ни странно звучит. Им ещё предстояло немало повозиться в доке с приготовлениями, а для этого следует запастись Дурью, как цокают грызи. Катерпилариса же, окинув ухом все опции, немедленно задалась вопросом о том, что для использования столь крупного корабля, как рыкот, в длительной операции, необходим большой транспорт, который подвезёт топливо и боеприпасы. Вслуху своего назначения, скуператор не тащил больших запасов, ибо они отяжелили бы его. Коллеги из тактиков заверили грызуниху, что этот вопрос учтён, и скорее всего, во время длительных походов скуператор должен сопровождать какой-либо из больших транспортов, пригодный для осуществления перегрузки товаров на ходу. Это было критично, потому как без надёжного снабжения рыкот не мог бы использовать на сто пухов свои возможности, а план состоял в том, чтобы именно выжать максимум или чуть больше.

- Единственное, что мне не нравится вообще, - мявкал Слафра, - Так это то, что здесь будет прорва шаракалов. От этих собак можно ждать только какой-нибудь подлости...

Грызи, подумав, покатились в смех.

- Слаф, - проржавшись, цокнул Хем, - Мы запудрили им мозги, так что они готовятся к священному бою воимя тройных гвоздей, и ты говоришь о подлости? Всмысле, это от нас нужно ждать её, вполне обоснованно.

- Притом мы много тренировались, и оттого очень изобретательны, - добавил Рудыш, - Так что шарикам придётся принимать соль, ну или в крайнем случае, пули от одгорозков.

- В любом случае, тебе не придётся ими заниматься, - пожал плечами Куффи, - Так что, давайте подумаем о том, как организовывать вахты, хотя бы.

Уйдя из командного отсека через три часа, Катя слегка постучалась головой об стенку, дабы вправить вынесеный мозг, однако сочла, что всё вполне в пух. Пока что она не услышала здесь ни одного зверя, который не одуплялся бы, что происходит, а это большая часть успешного эт-самого. Зайдя в столовку на одном из этажей дока - потому как корабельная ещё не работала - грызуниха налопалась солёных огурцов для полного прочищения головы, и завалилась в сурящик в бараке. Следует отметить, что сурящики тут имели очень высокие стенки из толстых досок, так что влезть туда можно только по ступенькам. Это было сделано вслуху того, что эти ящики стояли в едином бараке, и если не делать такую звукоизоляцию, не получится сурковать. Даже кошцы, который обычно делали мягкие плоские лежаки, здесь забирались в ящики, потому как натурально почти ничего не слышно и можно спокойно расплющить харю... ну или, выражаясь более литературно, закопать время под сурка.

Сунувши уши в соседний ящик, грызуниха убедилась, что Грибодур уже суркует, и также закопалась в мягкий мох... хотя собственно, она ещё никогда не встречала твёрдого мха. Катя порылась в сумке, нашла пчелиную мазь в маленькой круглой коробочке, и слегка мазанула себе по носу. Она делала это для того, чтобы забить эфир запахов, потому как с непривычки множество зверей создавали тревожащее впечатление, под которое не особо заснёшь. Большинство кошцев она могла отличить не только по запаху самого зверя, но и по форменной одежде, каковую они все носили. На флоте у кошцев имели хождение светло-бежевые спецовки и портки с белыми полосами, на которые пришивались также знаки различия, которых грызуниха не знала за ненадобностью. Такое дело пошло со времени деревянного флота, цвет формы примерно маскировал моряков на фоне деревянного корабля, а белые полосы закрывались или открывались для сигнализации в тёмное время. Грызи же ходили кто в чём горазд, хотя большая часть - в портках и брезентовых спецовках цвета от зелёного до белого в зависимости от давности.

Кстати цокнуть, в бараке было достаточно тепло, по крайней мере для пушных зверей, а других тут и не имелосиха. Это происходило оттого, что в довольно узком фьорде, перегороженом стенками, работала уйма топок, нагревая воздух. На самом деле, наверху, на каменистой равнине, вовсю свистел холодный ветер и несло первые снежинки от приближающейся зимы. Подумав об этом во множественном числе, грызуниха похихикала, плотнее забилась в мох, и надавила на сурка.

В это время Люс, небольшая рыже-бело-чёрная кошка, оглядывала вид на Шкурт с высоты пятого этажа. Центральный город Канавии выступал из утреннего тумана огромными массивами крыш, сомкнутыми в единый лабиринт, и несчётным количеством дымовых труб. Город располагался по достаточно крутым холмам, вслуху чего с вершины можно было наблюдать за равнинной частью, чем Люс и занималась. С одной стороны она испытывала положительные ощущения от того, что вернулась сюда живой, а ведь в Шкурте прошло её детство, прямо в этой самой квартире в типовой пятиэтажке. Кроме того, у города на морде было написано "огромная промышленная мощь" - здесь производилось воистину невероятное количество всевозможной продукции, кажется что-то около трети от всего производства Канавии. С других сторон, на морде было написано и то, что это далеко не самое здоровское место для жизни. Плотно стоящие здания и узкие улицы производили довольно гнетущее впечатление, всмысле на местных. Приезжие так вообще хватались за голову.

В воздухе постоянно висел запах дыма от различного топлива, что горело в тысячах топок, а когда случались неудачные погодные условия - дым создавал смог, от которого стоило прятаться в помещениях с фильтрацией воздуха, или вообще одевать противогаз на морду. Кроме того, тут никогда не было тишины, даже за толстыми стенами из шлакоблоков - постоянно что-то гудело, щёлкало и грохало. В сравнении, на пароходе была просто тишь да гладь.

- Помнишь? - мявкнул Щепс, подтолкнув Люс в бочок, - Как вы с Муркой вольфрамовые стержни натырили?

- А? - встрепенулась Люс, - А, да. Ну было дело...

Они захихикали, вспоминая былое и поглаживая друг друга по ушам. Щепс был приёмным отцом Люс, после того, как в спуду пропали её родители.

- Да тут какой только дури не было, - сказала Люс, - Мелким лишь бы куда влезть, а тут для этого тысяча возможностей.

- Да. Слушай, Люс, - мявкнул кошец, поводя вибриссами, - То что ты служишь во флоте, это ещё куда ни шло. Ну кое-как пролезает в ворота, что ты совершенно осквирячена... Но этот шаракал... Блин, тебе не кажется, что это через край?

- Мне так не кажется, - усмехнулась Люс, - Я это знаю. Кошка и шаракал - это через край.

- Мы с Сэщ просто волнуемся за тебя, - уточнил кошец, - Хотя конечно ты сама решишь, но...

- За это я вас и обожаю, - пихнула его в бок кошка, - Вы всё учитываете в своих действиях, а не как некоторые.

- Да. Только что-то я не понял, если ты сама знаешь, что это через край, то - ?

- Случаются суще необъяснимые вещи, Щепси. Если бы мне кто сказал, что я буду доверять шаракалу, я бы изошла на смех. Но тем не менее, факты штука упрямая.

Шаракал, который Хунгуз, дрых сейчас просто-напросто в отделении милиции. Не то чтобы его туда забрали, просто во всей Канавии не было других шаракалов, и все сочли, что дрыхнуть ему лучше там, в первую очередь для его же сохранности. Экскурсии по кошским землям ему устраивала Люс в присутствии сотрудника службы безопасности, что защищало Хунгуза от пули, которая иначе прилетела бы в течении пяти минут. Нельзя сказать, что кошцы ксенфобы, но вести светские беседы со зверюгой на две головы выше себя вряд ли кто будет.

- Ладно, пойду-ка я пройдусь по крыше, и спать, - мявкнула Люс.

- По крыше? - удивился Щепс, но подумал, и разудивился.

Ещё как по крыше! Крыши домов покрывались либо плитками из шлака, либо жестью из спудилиума, и обычно имели множество труб, торчащих над крышей. Люс буквально выросла на крышах Шкурта, как впрочем и большая часть сдешних кошцев, так что сейчас испытывала обалденные впечатления, забравшись туда по вертикальной железной лестнице. Кошцам было недосуг постоянно ошиваться по крышам, поэтому там обитали голуби, а котята сооружали из всякого хлама свои шалаши. Таким образом молодняк не только развлекался, но и приобретал кучу полезных навыков - как по общению со зверями, так и чисто практических. Крыши не предназначены для ходьбы, а тем более для бега, так что игра в догонялки требовала немалой ловкости, дабы не загреметь на улицу.

Люс едва удержалась, чтобы не пробежаться, но она была уже крупновата, и наделала бы слишком много шума. Через разрывы в облачности мерцали звёзды, а воздух, как обычно, был сырой и насыщеный дымным запахом. Из самых высоких труб, которые принадлежали нефтяному заводу и торчали на юге, помимо дыма вырывались и клубы неяркого пламени, отлично заметные ночью. По дорогам же в лабиринте зданий продолжали кататься бесчисленные тележки и паровики - здесь ночью не спали ни разу, ибо кошцы вообще ночные звери. Затишье наступало скорее к полудню, а всю ночь кипела работа на многочисленных предприятиях. Смотря с крыши на знакомый пейзаж, Люс было не особо просто поверить, что она недавно вернулась из спуда, от кротоличьих берегов, и кошка просто опушневала от разнообразия мира.

Наутро она пила на кухне чай со своими приёмными родителями, Щепсом и Сэщ, и опять ловила такое ощущение, как будто никуда не уезжала. Правда, теперь она чувствовала себя ещё лучше, чем раньше. Если раньше она только читала о спудяках и мечтала, то теперь спуд был её вторым домом, а первый дом и возможность погулять по крыше при этом никуда не делись. Она просто сидела с постоянной улыбкой на мордочке, так что даже Сэщ не стала ничего мявкать о том, что волнуется за неё - это и так понятно, но с этим ничего не поделаешь.

- Я всё-таки ещё сплаваю к шарикам, - сказала Люс, потягивая чаёк, - Флот готовит большую операцию... если всё пойдёт идеально или лучше того, это будет вообще последняя операция такого рода.

- В каком смысле? - поднял ухо Щепс.

- Шариков не бесконечное количество, - пояснила Люс, - Если вымести их из спуда подчистую и заблокировать порты, мы забудем о том, что такое ОДГ.

- Это конечно здорово, - поёжилась Сэщ, - Но ты уж там осторожнее, ладно?

- Я и так осторожнее некуда. И кроме того, мне не приходится делать ничего особо рискованного, крысятничаю по полной.

Небольшая ложь, подумала кошка, спокойно глядючи на них, ничего страшного. Тем более что теперь она и правда намереватеся крысятничать по полной. А про абордаж кротоличьего катера им знать совсем незачем, да и кто расскажет? Хунгузу это вряд ли придёт в голову, да и вообще он отнюдь не привык болтать с незнакомыми кошцами.

- Если захочешь, Люс, приезжай к нам, когда освободишься, - мявкнула Сэщ, - У нас вполне достаточно места... даже для кошки с шаракалом.

Не слишком здоровская идея, подумала Люс, но не сказала этого вслух. У Щепса и Сэщ уже выросли собственные дети, которые сейчас жили в Шкурте, но в других местах, так что вероятно, им не хватало хвостов в доме для ощущения полной годности. Но шаракалу тут вряд ли будут особо рады... ладно, это на потом. Почесав за ушами своим родным зверям, Люс вышла на улицу и отправилась к отделению милиции, чтобы встретить Хунгуза и сопровождающего кошца из контрразведки. Часть пути можно было проделать по дворикам, которые хоть и не отличались шириной, зато навевали уютное впечатление; затем приходилось выходить на улицу, так как лабиринт дворов не везде имел проходы.

Почти по всем улицам Шкурта проходили рельсовые пути, по коим катались трамваи и составы вагонов различной степени тяжести. Поездов, грузовых дрезин и трамваев тут было больше, чем тележек, и если бы каждый дымил как обычный паровоз, стоило сказать досвиданья дыханию. Столько вагонов нельзя перетащить и лошадями, потому как лошади не предназначены для этого и всё утонет в навозе, если заменять всю паровую тягу. Чтобы решить эту задачу, кошцы построили сеть котельных, распределённых по городу. Котельные жгли всё тот же спудуголь, но их высоченные трубы выбрасывали дым достаточно далеко от поверхности, чтобы шло нормально. Там готовилась перегретая вода, каковую затем через клапаны заливали в котлы паровозов, и запасённая в ней теплота служила источником энергии достаточно, чтобы проехать несколько десятков километров. Из-за этого весь рельсовый транспорт не дымил, а только попыхивал паром из цилиндров.

Хотя Люс и не ожидала никакого подвоха в собственном городе, она ничуть не расслаблялась, так что сразу заметила Исси - ярко-рыжую в полосках кошку, бодро шедшую вдоль улицы. Исси была её лучшей подругой, по крайней мере в тем времена, когда она жила в Шкурте.

- Эй Исси! - мявкнула Люс, растягивая морду в улыбке.

Через две секунды та уже сгребла её в лапы, потому как действительно была рада видеть.

- Люси-люси-люси! - затрындычала рыжая, - Неужели это ты?! Я слышала, что ты приехала, но не застала тебя дома!

- Слышала? - почесала за ухом Люс, - Это не слишком в пух. Откуда?

- Откуда? Весь район знает! - удивилась Исси, - Слушай, ты надолго, надеюсь?

- Не, - мотнула хвостом кошка, - Придётся ещё покопаться в спуду, а там посмотрю... Кстати, ты сейчас чем занимаешься?

- В основном котятами, - улыбнулась рыжая, - Они пока ещё мелкие, так что это самое главное дело для меня сейчас, правильно? Ну а вообще после школы я выучилась на бухгалтера, работала на мучной фабрике, ну которая синяя... Ну а у тебя-то как дела?

- Пока нормально, - усмехнулась Люс, - По мере сил помогаю флоту убивать плохих зверей, просто мявкая.

- Уххх тыыы... - воодушевилась Исси, слегка хватаясь за куртку подруги, - У тебя есть время?

- К сожалению, нет, - покачала головой Люс, - Нам надо прибыть в определённое время, так что придётся успевать на поезд.

- Но ты ведь ещё вернёшься? - с надеждой спросила Исси.

- Непременно, - вполне правдиво ответила Люс, - Если всё пойдёт по шерсти, через год вернусь.

Две кошки крепко обняли друг друга, и пошли таки в разные стороны, потому как у каждой было дело, какое никак не стоит откладывать. Через пять минут Люс встретилась и со своими товарищами, и трое поехали на попутных трамваях к вокзалу, чтобы поездом добраться до Текфонска. В Шкурте часто ездили трамваи и с закрытыми вагонами, куда можно зайти только на остановке, и с открытыми платформами, куда нет проблемы вскочить на ходу. Кроме того, они были с шаракалом, от которого местные слегка шарахались, так что давка не грозила. Ну собственно, шаракал на две головы выше среднего кошца и при этом в два раза шире, что вызывает инстинктивные опасения. Протрясшись по улицам на платформе, группа прошла на платформу северного вокзала; Люс и Хунгуз просто бакланили, а сопровождающий успокаивал местных милиционеров, чтобы они не хватались за волыны. Здесь же встретились с Драфи и Линдой, потому как они тоже приезжали проведывать родичей - кошских, само собой. Шаракалиха, следует заметить, выглядела куда менее пугающе, и если бы она закрыла морду маской от тёплой шапки, то могла бы и сойти за очень большую кошциху.

- Ну как, чо? - осведомился Драфи, - По шерсти?

- Вполне, - кивнула Люс, - Знаешь, вроде и тупь дело, но лично мне надо было повидать дом, прежде чем снова втыкаться в спуд.

- Это да. Кстати, тёплые носки все взяли? - хмыкнул бурый кошец, - У наших берегов сейчас будет колотун, да и когда пойдём к одгорозкам, тем более.

- А что, на базе нету? - поворочал башкой Хунгуз.

- На базе есть, но лучше сделать самому то, что можно сделать самому, - пояснил Драфи, - Вот корабль мы с собой не принесём, это точно. Кстати, шарики, вы достаточно шарите в топографии искомого района?

- Если только он, - сказала Линда, - Когда я там была, то не знала слова "топография", как и многих других.

- Точно не скажу, - почесал репу Хунгуз, - Несколько окон, которые примыкают к самому берегу, знаю достаточно хорошо, но не более того.

- Тебе придётся порыться в памяти, - предупредила Люс, - И как следует притом.

Тут она ничуть не врала, потому как шаракал мог сообщить сведения, которые будет очень трудно добыть другим путём. Земля шаракалов была хоть и не меньше Земляники, по всем данным, но имела гораздо меньше выходов в спуд, поэтому все они были перегорожены плавучими заграждениями, и пройти там просто так, как это получалось с кротоликами, не получится. Хунгуз по крайней мере мог припомнить расположение заграждений, которые создавали лабиринт на подходах к берегу. Собственно, он начал немедленно копаться в памяти, пока вся компания завалилась в пассажирский вагон поезда и расселась на скамейках, поставленых носом друг к другу поперёк направления движения. Осенью таращиться в окно было особо не на что, потому как в воздухе висела густая туманная дымка, из коей только проступали тёмные края лесов и каменные утёсы, торчащие над равниной.

В поезде предстояло сидеть часов шесть, слушая перестук колёс, но это вряд ли кого волновало. Зверям предстояла трудоёмкая подготовка и рискованый поход, но их это не напрягало, и не в последнюю очередь из-за прибочности. Люс привалилась к Хунгузу, и огромный шаракал осторожно поглаживал её когтистой лапищей. Линда дремала, положив длинную морду на плечо своему кошцу, и Драфи обнимал её и лыбился, пырючись в туманную муть за окном.

В Текфонске работы шли опережающим темпом... следует цокнуть, что у грызей работы практически всегда шли опережающим темпом, так как они традиционно закладывали в планы сильно завышеные сроки, на всякий случай. В то время как на сам скуператор устанавливали оставшееся вооружение и доделывали всякие мелочи, по прибрежным водам мотылялись десантные катера-торпеды, дабы как следует испытать их и натаскать экипажи на управление. Этот вопрос являлся критичным, вслуху специфики самих катеров - это не обычные катера с винтами или гребными колёсами, а управляемая торпеда на реактивной тяге. На катере не было топки и запасов горючего, а имелся только прочный котёл для перегретой воды, как на бездымных паровиках в Шкурте. Здесь пар использовался для создания струи в реактивном двигателе, который засасывал воду и выбрасывал сзади с большой скоростью. Этот двигатель далеко не экономичен, однако даёт максимальную скорость в течении короткого времени, что и требуется.

Загвоздка вышла с тем, что заряжать котлы катеров было не от чего, кроме как от носителя. "Рыкот" специально мог перегревать тонны воды, его паровая система для того рассчитывалась, в то время как бронекатера типа "сучка" или "вилки" могли заправлять только торпеды. В отсутствии готового носителя ровным счётом неоткуда было заправить все шесть катеров, так что испытания приходилосиха проводить не столь интенсивно. Само собой, об этом подумали заранее, так что имелась баржа с установленым в ней котлом для заправки паровозов, который подходил по мощности. Катера швартовались к неуклюжей посудине, спудяки соединяли трубы и перекачивали воду, после чего судёнышко могло сделать забег на пару километров. После пяти дней тестовых стартов кошец Епщес, занимавшийся организацией доработки катеров, был пойман за уши тактическим отделом, и из него вытряхнули слова.

- Как оно? - задал исчерпывающий вопрос Куффи.

- В рамках нормы, - мотнул ухом кошец, - Могу даже озвучить некоторые цифры...

- Цифры мы и так знаем, - цокнул Рудыш, - Ты лучше числа озвучь.

- Да. Короче, - белый кошец полистал блокнот, - По дальности катер попал точно в рассчётное число, по скорости даже есть превышение на двадцать процентов.

- Изнанка? - осведомился Хенс.

- Изнанка в том, что управляемость ниже рассчётной. Это совершенно не критично, потому как в любой корабль всё равно можно попасть, не увернётся, просто сначала там были заложены явно завышеные ожидания. Предполагалось, что катер сможет оперативно развернуться и уйти обратно... скорее всего, не сможет. Кроме того, есть определённая особенность в работе подводного крыла...

- Это когда вы купались, как лососи? - осведомился Куффи, и все захихикали.

- Именно. Крыло действует таким образом, что при превышении определённого угла крена переворачивает катер.

- А его нельзя переделать?

- Практически нет, потому как в этом суть крыла. Просто нужно иметь ввиду эту особенность, потому как нет никакой надобности делать слишком резкие повороты, - пояснил Епщес, - Скорее всего, к посту управления поставим уровень, чтобы рулевой мог контролировать этот параметр.

- Вероятно, этого будет достаточно, - задумчиво цокнула Катя, кусая карандаш, - Но это следует проверить на сто пухов, чтобы эт-самое. А как у нас с натаскиванием рулевых?

- Пока только в начале процесса. Мы не можем запускать все катера, потому как котёл не тянет большую мощность, - мявкнул кошец, - Поэтому натаскивать будем по дороге к месту действия, когда сможем запускать их с носителя.

- А десант? - осведомился Хенс.

- Десант тренируется на стоящих кораблях, разницы почти никакой. Им главное отработать высадку с катера и зачистку помещений, чо.

- Сало быть, пропесочивать будем по дороге, - прикинула Катя, - Только вот десант у нас здесь сидит по большей части в самих катерах, это не помешает?

- Уплотним слегка, сойдёт, - пожал ушами Хем.

Звери, нужные для зачистки вражеского судна, действительно по большей части должны были находиться на катерах, хотя имелись и несколько общих помещений для избытка. Осматривая планировку помещений, грызи, кошцы и два шаракала пришли к выводу, что планировщики позаботились о сохранении схемы, применяемой на "чекоте". Суть её состояла в том, чтобы ненавязчиво отгородить десантный отсек от остальных, чтобы у шариков не возникло неправильных мыслей. Науськанные тройными гвоздями, они конечно демонстрировали фанатизьм, но как известно, это крайне ненадёжно и при малейшем чохе оборачивается в любую сторону.

Скисорь и Грибодур продолжали целыми днями трясти ушами, тобишь учиться-ухомотаться, осваивая технику и непосредственно учавстуя в её доделке. Как и во всём флоте, значительное внимание теперь уделяли противохимической защите, потому как имелись данные об испытании кротоликами снарядов с отравляющим веществом. Одна крупнокалиберная чушка могла надолго испортить воздух на целом корабле, поэтому тренировки проводились регулярно, чтобы каждый знал, куда эт-самое и всё такое. Кроме того, химическая начинка там была не горчичным газом, а вызывала смертельные поражения. Для нейтрализации угрозы применялись универсальные дыхательные приборы, поступавшие на любой боевой корабль флота. В отличие от противогаза, который фильтровал воздух, дыхприбор... ну да, там так и было написано, "дыхприбор"... так вот дыхприбор имел заплечный баллон, соединённый с маской на морде. Работал он в двух режимах. В первом в баллон закачивался сжатый воздух и поступал оттуда через клапан - это было просто, но хватало всего на несколько минут. Впрочем, для того, чтобы выковырять попавший химический снаряд и выбросить его за борт, могло столько и потребоваться. Однако, если этого не хватало, можно было активировать химический поглотитель углекислоты, всегда пристыкованый к баллону. Соль состояла в том, что при дыхании лишь малая часть кислорода сразу расходуется лёгкими, и если убирать из воздуха углекислый газ, то он останется годным значительно дольше. Кстати цокнуть, эта технология была стырена у самих кротоликов, и теперь защищала спудяков ГКС от кротоличьего химического оружия.

Грызи так постоянно сбивались в кучу пуха и прохаживались по кораблю, пока перекуривали - это сильно прибавляло им Дури, потому как один хвост хорошо, а три это три. Тем более что работали они на расстоянии двух минут ходьбы по переходам и палубам, и не упускали возможностей обрушить цоканье на давно знакомые уши.

- Обрушить это ладно, - потеребил ухо Скисорь, - Ты словами цокни, куда.

- А, ну это, пух в ушах, - мотнул хвостом Грибодур, - Йа про то, что газовая начинка может быть неэффективной уже в самое ближайшее время. Одгорозки не настолько умалишёнки, чтобы не знать, что происходит в этой сфере.

- Это да, - потёрла нос Катерпилариса, - Если корабли ОДГ будут выводиться из строя одним химическим снарядом, мы рискуем не увидеть ни одного, потому как соедкапитальские сожрут их раньше.

- Это только значит, что десанту придётся выбивать моллюсков их раковин с боем, - цокнул Скисорь, - А не просто вязать туловища. У нас по методике идёт дым, дым, много дыма, чтобы вывести цель из строя и не дать стрелять по катерам. Меня волнует только то, что получается слишком много типов снарядов, сложно будет угадать, сколько именно грузить на транспорт.

- На транспорте будет цех по заряжанию, - просветила Катя, - Который будет прикручивать боевые части к снарядам. Так можно запихнуть больше и корректировать запасы по обстановке.

- А, это в пух, - церемонно цокнул Скис, и грызи скатились в смех.

- Вообще, тут всё гораздо проще, чем с кротоликами... надеюсь, - фыркнула Катя, - И одгорозки хуже дружат с головой, и снабжение будет куда как ближе, и готовую рыбу можно ставить в Межспудье или Морлучье, что недалеко.

- Но соедкапитальские постараются подложить гуся, это точно, - цокнул Грибодур, - Глупо было бы этого не сделать, с их стороны.

- Пусть подкладывают, - потёрла когти грызуниха.

В то время как грызуниха тёрла когти, за два килошага в сторону, возле берега, десантный катер готовился к очередному старту. Посудина мотылялась на волнушках и тёрлась о борт баржи, пока её котёл заправлялся перегретой водой. В прибрежной полосе волнение могло достигать больших величин, нежели в окнах спуда, но волны в пол-метра высоты были едва ли не самыми большими, так что опасаться особо нечего, даже учитывая то, что рядом отвесный скальный берег. Из двери показались белые уши Епщеса, кошец привспушился, отфыркиваясь от сырого ветра, и махнул лапой, чтоб заходили на катер.

- Ну, это катер, - сообщил он зверям ценные сведения, - Он же торпеда. Сейчас проведём ещё один пробный запуск, а у вас есть возможность в подробностях увидеть, как оно. Хунгуз уже умеет, но мы не можем сажать его на катер, потому как он же эт-самое от тройных гвоздей...

Все проржались, включая даже самого шаракала.

- Да. Поэтому есть ещё вот эти звери, - кошец показал на двух физеров, - Тася и Фес.

- У вас огромные уши, Тася и Фес, - прямо сказала Линда, показав на их уши.

- Мы знаем, - ответили те, потому как у них, как и у всех физеров, действительно огромные уши.

В остальном они походили видом морды на кошцев, но меньше ростом и с огромными ушами, торчащими в стороны.

- Уши им не помешали заниматься скоростными катерами, - хмыкнул Епщес, - Они из соедкапиталов, кстати. Их просто подставили и решили пустить в расход, и вряд ли это бы не удалось, если бы не поход чекотов.

- Ты это кому рассказываешь? - осведомился Драфи, - У нас память чуть лучше, чем у рыб. Мы с Лин Феса и вытаскивали из трюма торговой посудины.

- Я-то этого не знал, - пожал плечами кошец, - Ну раз так, начинаем это... песок.

- Как скажешь, грызун-пуш, - захихикала Люс.

- Внимание причальной бригаде!! Расцепление!!

В воздух вырвался высоченный фонтан пара, когда сбрасывали давление - а ведь это только из трубы для заправки! Круглобокий катер закачался на волнах сильнее, потому как спудяки отпустили канаты, державшие его впритирку с баржей.

- Так Тась, смотри, - мявкнул Епщес, - Вон где зелёный буй, доходишь до него, потом поворачиваешь на цель. Ну, для создания дополнительных трудностей. Ясно?

- Вполне ясно! - ответила физериха, забираясь в отсек управления.

Из этой рубки имелся хороший обзор, остальные же пырились в окна либо вообще высовывались наружу. Из приборов в рубке имелся компас, песочный секундомер для точного отмеривания времени, недавно установленые уровни и подобие измерителя скорости. Управлялась вся посудина двумя рычагами, смещавшими рули, и педалями для подачи пара в двигатель. В теории просто, но нужно привыкнуть к условиям и реакции аппарата на поворот рычагов, чтобы получалось что-то годное, а не как пух на уши положит.

- Поехали! - мявкнул Епщес, перевернув колбу в своих песочных часах.

- Держитесь, - посоветовал Хунгуз.

- Спудякам песок не писан, - фыркнула Линда, - Ой.

Шаракалиха едва успела схватиться за стенку, чтобы не полететь вдоль всего отсека. Ускорение катера было такое, какого никто из них ещё не испытывал. Тася вдавила педаль в пол, открывая клапан на полную, и реактивная струя выбросила кораблик вперёд, сильно задирая его нос вверх.

- Волны приличные, будет трясти, - предупредил Епщес, вцепившись в поручень.

Катер быстро набрал скорость и начал прыгать по волнам, как лосось на нересте - бах! бах! Каждый раз из-под днища вылетали фонтаны воды, а судёнышко отлетало вверх и преодолевало следующие метры, почти не касаясь воды. Только крыло резало воду своей плоскостью, дополнительно поднимая катер и придавая ему устойчивость. В открытые люки летели обильные брызги, но не нашлось много желающих лезть закрывать их - все держались, чтобы не летать по отсеку.

- Это... она ещё... - стараясь не прикусить язык, пояснял Епщес, - Хорошо держит волну... А то мы бы... бошками об потолок...

- Офигеть, дайте две! - мявкнул Драфи.

Тася действительно давила на педаль не тупо, а постоянно ловила волну и прибавляла ходу в тот момент, когда катер уходил в прыжок, чтобы поднять нос, а не зарываться им в следующую волну. Кроме того, когда судно разогналось и летело на крыле, следовало убавить подачу пара, чтобы надольше хватило. Всмысле, на минуту с небольшим, а не на десять секунд. С бешеной скоростью катер пролетел мимо зелёного буя, обдав его брызгами, и начал выписывать дугу, заходя на цель - ещё одну баржу, стоящую на якорях. Звери слегка прижали уши, когда помимо скачков всё это хозяйство ещё и накренилось на борт. При этом второй из физеров не просто занимал место на судне, а смотрел во все уши, так что событий в положенное время не пропустил.

- Тась, обстрел с цели, сектор слева!! - гаркнул Фес.

- Принято! - ответила та, переводя рычаги и поворачивая этим посудину.

С баржи по катеру полетели учебные ракеты, оставляя за собой дымные следы и взрываясь со снопами искр, для заметности. Конечно, эти петарды не имели той баллистики, что настоящие снаряды, но хоть как-то имитировали активность цели. Главное, что это позволяло прикинуть хронометраж...

- Хрономэтражъ? - состроила церемонную морду Линда, - Ещё бы знать, что это такое.

- Раскладка по времени, - пояснил Драфи, - Важно знать, сколько залпов может сделать орудие на заданном участке маневра, с учётом уклонения катера и всего такого.

- Внимание, десять секунд до контакта! - сообщила физериха.

- Грызаный грибоцирк... - призажмурилась Люс, глянув в стекло.

Катер летел на баржу с такой скоростью, что кошка и не подумала скрывать свои сомнения. Таковые были у каждого, кто первый раз видел эти маневры, что тоже играло налапу. Звери на цели тоже будут готовиться к тарану, в то время как на самом деле... На самом деле, в точно рассчитаный момент Тася обеими ногами вдавила педали, изменяя направление реактивной струи из двигателей. Катер зарылся носом прямо в волну, так что масса воды с шумом перекатилась через него сверху, а всех присутствующих прижало к передним стенкам от резкого торможения. Ещё через пару секунд послышался гулкий удар об борт, и сразу же - скрежет захватов, крепящих катер за жертву.

- Есть контакт, - не без довольства сообщила Тася, глядючи на припушневших зверей.

- Группа, на борт! - рыкнул Драфи, забиваясь в передний люк.

Соль была в том, что спереди абордажного катера торчали довольно высокие фермы, достававшие до любого мыслимого борта и обеспечивавшие зацепление, но сам катер был гораздо ниже, и следовательно, десанту нужно было попасть наверх. Можно было и влезть по скобам, однако строители посчитали, что это совсем не так быстро, как хотелось бы. Грызь или кошец взлетел бы на искомые несколько метров пулей, но это налегке - а десантники тащили полные боекомплекты с патронами и гранатами. Кроме того, предполагалосиха широкое использование шаракалов, а те весьма посредственно могли быстро взобраться по лестнице. Для этого случая помимо лестниц на фермах были две паровые катапульты, забрасывавшие десантников наверх за пару секунд. Зверь просто становился на ступеньку, дёргал рычаг, и взлетал метра на четыре, одновременно получая достаточное ускорение, чтобы перепрыгнуть фальшборт или другое препядствие.

Поскольку тренировки с этой игрушкой уже проводились ранее, ровным счётом все звери успешно вылетели на палубу баржи, куда предварительно полетели и дымовые шашки, закрывая видимость от возможных стрелков. Кошцам такое упражнение было легче лёгкого - что Люс, что здоровый как бык Драфи полетели по максимальной дуге вверх и приземлились точно там, где и хотели. Шаракалам было гораздо сложнее вслуху размассовки туловища и строения лап, поэтому они не вылетали как мячики, а просто быстро выскакивали из-за борта.

Высадка отрабатывалась неоднократно, и в ходе тренировок схему довели до возможной оптимальности. Даже если бы напротив места стыковки катера имелась пулемётная щель, это не возымело бы эффекта и не задержало бы десант. Обстреливать же участок палубы с другого места корабля крайне затруднительно, вдобавок штурмовая группа применяла дымовые шашки для ограничения видимости. Сейчас, дабы не расходовать их, Драфи затушил эти шашки и сунул обратно в рюкзак, потому как не напасёшься. Сдешняя дымовая шашка была не просто трубкой с горючим составом, но имела вдобавок довольно сложный механизм, крепивший гранату к поверхности, на которую та падала. Ведь при использовании на корабле простая трубка наверняка улетит с качающейся палубы, что мимо пуха. На каждой дымовухе имелось кольцо с химическим составом, загоравшимся вместе с шашкой и приклеивающим гранату к палубе. Вслуху этих соображений, а также просто из Жадности, Драфи всё время собирал эти штуки, не давая выгорать, поэтому их хватало на много раз. Увидев это, Люс покатилась со смеху и показала ему беличьи уши.

- Ну, вроде ничего? - уточнил Епщес, перелазя через борт.

- Пока да, - кивнул Драфи, - Лин, Хунг, у вас как с лапами?

- У нас нормально, - ответила шаракалиха, потирая лапы, - Но мы не первый раз. Если кто из шариков будет первый раз, поломают ноги.

- Абсолютно в гвоздь, - подтвердил Хунгуз.

Звери заржали, услышав случайно проскочивший у него словесный песок из ОДГ. Впрочем, шаракал частенько путался в словах, когда рядом была Линда, потому как она как минимум отвлекала его внимание. Это было ни разу не удивительно, учитывая, что он давным давно не видел шаракалих, а уж таких вообще никогда не видел. В ОДГ все самки выполняли роль прислуги, наседок или игрушек, и закутывались в бесформенные балахоны, как того требовали каноны. Одетая в серую камуфляжную форму Линда на одгороженую шаракалиху совершенно не походила, что собственно и тешило.

- Значит, надо будет прогонять через этот этап особенно тщательно, - сказал в основном сам себе бурый кошец, и записал в блокнот, чтобы точно не забыть.

- В остальном всё в пух, всем бобров, - подытожила Люс, кивнув ушами.

- Чисто цокнуто, грызуниха-пуш, - церемонно мявкнул Драфи, скатив её глубоко в смех.

Как это обычно случалосиха, те звери, что втыкались в операцию, не спешили из неё вытыкаться... всмысле, все те же морды в основном можно было слышать и во время первого похода чекотов к Странглефорнии, что и сейчас на базе в Текфонске. Это объяснялосиха тем, что они на девяносто пухов пришли сюда из-за хрурности самого дела, а не для набивания своих карманов или ещё за какой придурью. В частности, через несколько дней после начала основательной возни на базе, Катерпилариса мордозрела в доке ярко-рыжего крайне пушного кота из десантников, в котором признавался Фелфи. Подумав, грызуниха похихикала, и с полного замаху влепила огрызком от тыблока в столб рядом с кошцем; тот и не подумал испугаться, само собой, но на всякий случай быстро обернулся.

- Бесформенный кот, - кивнула ушами Катя.

- Белка-пуш, - мотнул хвостом Фелфи, - Кать, ты?

- Кать йа, - призналась грызуниха, - А Фелфи ты?

- Фелфи я, - заржал кот, - Ну, лучше лишний раз уточнить, правильно? А то бывали случаи... кхм. Вы тут как, трясёте?

- На сто с лишним пухов.

- Это хорошо, потому как я привёз предписухи из штаба флоту, - кошец огляделся, чтобы не было лишних ушей, - В целом распространяться не стоит, но тебе лучше это знать. Хотя наши в Морлучье развернули большую работу и ввели одгорозков глубоко в заблуждение, это не может продолжаться слишком долго. Есть все данные, что они вот-вот созреют для нападения на Морлучье и куньи порты, поэтому необходимо передислоцировать корабль туда как можно быстрее.

- Когда выходим? - потёрла лапки Катя.

- Вчера! - заржал Фелфи, - Как можно быстрее, это как можно быстрее.

- Тык надо пошевелить хвостами, - резонно цокнула грызуниха, мотнув этим самым хвостом, отчего поднялся локальный сквозняк.

- Пожалуй что да, - кивнул кошец.

Ему предстояла довольно мутная и непредсказуемая возня с размещением на корабле целой сотни шаракалов из тех, что попали в спудные лагеря ГКС в качестве пленных. Орден совершенно не экономил своих зверей, что выходило боком ему и позволяло нагреть лапы, загребая при этом жар чужими лапами. В данном случае это означало, что скуператоры комплектовались десантом не из грызей и кошцев, а из шаракалов. Придуманная Люс фишка с утроением гвоздей позволяла временно использовать их фанатизьм для достижения Прибыли, что и требовал лось. Соль состояла в том, что потери среди абордажников никак не могли быть малыми, что увеличивало пользотворный эффект от использования не своих зверей. Кроме того, шариков вряд ли удалосиха бы удачно использовать в наземных операциях, так как возносить хвалу Тройным Гвоздям и жрать халявную еду они любили, а напрягаться - не любили ни разу, и через неделю любое подразделение из таких военов превратилось бы в бесполезное стадо. В данной же ситуации их можно было использовать, на короткое время введя в полный раж и спустив на врага, как собак. Хотя они не отличались выучкой, здоровенные зверюги сами по себе представляли большую угрозу для всякого, на кого они набросятся. На кораблях кротоликов шаракалы просто сеяли панику, и хотя дальше так не получится, Фелфи имел все основания надеяться, что его зверосовхоз сослужит хорошую службу.

- Эй грызо! - мявкнул он в отсек, где возились грызи, - Вы долго ещё тут будете трясти?

- А что? - оторвался от работы грызь.

- Мне надо размещать тут полный зверосовхоз, - правдиво сообщил кошец.

- О пух. Что, прямо сейчас??

- Вчера! - опять заржал рыжий, - Корабль будет через сутки, максимум.

- Чисто мявкнуто... - почесал уши грызь, - Ладно, что-нибудь придумаем.

По всему перегороженому фьорду, превращённому в док, продолжали трясти хвостами звери, слышалосиха постоянное стуканье молотков, звук пил и прочих принадлежностей, равно как и шипение паровых машин.

Чтоже касается выхода на маршрут, так никто не шутил, собираясь сделать это немедленно. Скуператор уже проходил ходовые испытания ранее, так что в целом посудина была готова; теперь же на неё установили всё недостающее вооружение, так что и в пух. От бортов были убраны леса, и большое судно осторожно, малым ходом, выбралосиха из дока на открытую воду. При этом на борту ничего не было написано, как впрочем чаще всего и случалось с военными кораблями ГКС - чтобы не демаскироваться. По всем отчётностям проходило название "рыкот", тобишь рыжий кот, по наименованию проекта, а поскольку такой скуператор пока существовал в одном экземпляре, то большего не требовалосиха. Как специально к такому песку, погда на побережье слилась в совершенно летнюю, с чистого голубого неба пухячило солнце, бликуя на волнушках, и в воздухе появился тёплый ветер, даром что зима на хвосте.

Грызям с чекота было несколько непривычно, потому как на катере ходовой режим был совсем другим. Скисорю и Грибодуру приходилосиха кидать топливо в топку, а Катерпилариса своими лапами крутила штурвал и управляла ходом. На рыкоте этим занимались отдельные смены зверей, и хотя они не отказывались от помощи, всё равно это было совсем другое кудахтанье. Кудахтанье, а точнее рычание, доносилось из зверовозных отсеков, куда Фелфи действительно нагрузил значительное количество своих шариков, но на это не обращали больше внимания, чем стоило. Грызи так вообще сразу занялись тем, что ворочали установки с вооружением, проверяя приводы и точность наведения. На судне завертелись башни со спареными ракетомётами, бронированые залповые ракетницы и бомбомёты - скуператор разминал лапы, вылезши из берлоги.

Всем имелосиха, чем заняться. Кате, как и всем тактикам, следовало подумать о том, как безопасно провести корабль по маршруту, учитывая его большой размер, и главное, новизну типа. Опознавание судов происходило яблочным методом, а большая часть спудяков понятия не имела о рыкоте, так что можно и торпеду в борт словить. Воизбежание этого корабль сопровождали лёгкие бронекатера "сучок" в достаточном количестве, каковые также должны были разведывать обстановку, когда придётся купаться в нейтральных водах. Скуператор пока ещё не был готов к работе на все сто пухов, потому как судно поддержки "Гузлин" только гузлилось... тоесть, грузилось припасами, и должно было догонять позже. Однако и без этого тяжёлый корабль с пуховой тучей вооружения представлял серьёзную штуку, поэтому тактики задавали как можно более быстрый маршрут до Морлучья.

- Пщу, наконец-то началосиха, - вспушился Грибодур, пырючись на волны за бортом, - Долго же мы ковыряли этот песок, чтобы.

- Поперёк не цокнешь, - не цокнул поперёк Скисорь, - Песок задуман глобальный, так что и сыпется он небыстро. А вообще даже странно, что одгорозки до сих пор не навалились на Морлучье, там же почти нипуха нет из боевого флота.

- А они там головой, - показала на голову Катя, - Одгорозки конечно очень хотели бы, но и скупости у них хоть отбавляй. Прибыли от разрушения морлучных ферм никакой, от сожжённого куньего порта - тоже, а выгнать наш флот из региона это не поможет. Так что, вслуху проведённых мероприятий по дезинформации, получилосиха в пух.

- По? - почесал ухи Гриб, - Это куда?

- У Хоря три танк-броненосца, - пояснила грызуниха, - Но одгорозкам этого никто не сообщал, они пользуются наблюдениями и слухами, как и любой другой. Наши эти три броника перекрашивали раз по семь, и каждый раз писали разные названия и номера...

Грызи укатились в смех, представив себе такое дело.

- Поэтому теперь они думают, что их там штук двадцать, а такого им не осилить. Правда, пытаются щипать коммуникации, но толку мало, потому как броники прикрывают.

- Да, там щипать трудно, - кивнул Скисорь, - Ну что, весь морлук за пол-года можно вывезти на двух сухогрызах за раз, причём совсем необязательно на наших. Это даже осложняет нам задачу, цокая о белочках.

- Вслуху? - уточнил Грибодур.

- Вслуху того, что если бы одгорозки кусали Морлучье, было бы проще их подцепить. А так придётся вторгаться на ихнюю территорию, что сложнее.

Грызи вспушились, представляя себе территорию одгорозков, и похихикали.

- Один пух придётся это делать, - пожала ушами Катя, - Ведь в том вся соль стратегического плану. Если пойдёт хорошо, подключатся другие ресурсы и можно рассчитывать на то, чтобы выгнать одгорозков из спуда вообще.

- Спуд без одгорозков? - задумался Скисорь, - Да и в пух, чо. Только вот сумеем ли мы с кошцами набрать достаточно сил, чтобы не ослаблять другие направления?

- Главная роль отведена кротоликам, - напомнила Катя, - Наша задача в том, чтобы начать откусывать жирные куски от ОДГ, так чтобы завоняло халявой. На халяву прибегут соедкапитальские, и пусть вляпываются по самые уши в эту кашу.

- Ну и в пух, - здраво рассудил Скис.

- В пух-то в пух, но здесь так суетно, - фыркнула грызуниха, мотнув ухом, - Не то что на катерах. Но с другой стороны, больше возможностей для загребания, а это в пух.

- Нутк, о чём и цоцо.

Пока же рыкот полным ходом удалялся от Текфонска, сделав широкую дугу и направляясь к потоку, выходившему из прибрежной полосы Канавии. Как и планировали заранее, сразу после выхода ходовая бригада - те звери, что следили за ходом корабля - начали проводить всесторонние испытания, изменяя режимы паровых машин и производя маневры. Корабль то замедлялся, то давал полный впесок, то выписывал кренделя белым пенным следом, который тянулся за кормой. Тактики при этом отнюдь не сидели на хвостах, потому как им следовало точно фиксировать, как ведёт себя судно при заданных параметрах. Это было более чем важно, а взять такие данные можно только из практики. Соль состояла в том, что даже на катерах одного типа параметры могли довольно существенно отличаться как друг от друга, так и от теоретических чисел, написаных в инструкции. На большом же судне точное попадание в рассчётные показатели было почти нереально, и команде следовало точно знать, каковые эти значения на самом деле.

Катя например помнила, что бронекатер типа "сучок" с названием "Поддатый", на котором грызи начинали трясти в спуду, давал на пятую часть больше рассчётной скорости, и при этом отказывался годно поворачивать влево. Здесь же ей требовались более точные числа, потому как даже один процент потребления топлива для такой посудины составлял очень много, как и в случае с другими показателями. На основе этих замеров тактики планировали маневры корабля, так что выполнение данной операции являлосиха крайне важным. Большая посудина поворачивала не столь резво, как бронекатер, однако для своих размеров и массы вполне терпимо. Песок состоял в частности в том, что поток воды попадал в тоннели в передней части корпуса, затем разгонялся колёсами и выбрасывался с кормы, вслуху чего имелась возможность перекрывать эти водоводы и таким образом создавать силы, изменявшие курс корабля.

Сидевшие на вооружении Скисорь и Гриб в это время не пинали хвосты, и не только потому, что вообще тупо пинать хвосты. Зыбь на поверхности моря мало раскачивала большой корабль, а в окнах волн будет ещё меньше, так что, когда он шёл по прямой и с постоянной тягой, всё было просто. Однако, как только судно меняло тягу или поворачивало, оно весьма ощутимо меняло угол наклона, что сказывалосиха на баллистике снарядов. Артиллеристам следовало точно знать, как ведёт себя корабль при маневрах, и быстро вносить поправки. Когда в прицеле будут корабли одгорозков, разбираться с этими ньюансами будет уже некогда.

Кроме того, спудяки просто-напросто доцокивались и домявкивались, как распределять обязанности и вахты, составляли схему заменяемости на случай выхода кого-то из строя, и всё такое. Скисорь и Грибодур знали в морду по крайней мере всех стрелков из башен, на всякий случай, а те в свою очередь, знали их. Как сразу выяснилосиха, грызям было трудно отличать кошцев, а кошцам - грызей, так что в ход пошли нарукавные повязки разного цвета с номером, обозначавшие эт-самое. У Скисоря например были ленты синяя, жёлтая и синяя, что соответствовало флажку, обозначавшему букву "п", и не всмысле "пух", а всмысле"пушки"; также на рукаве рядом был нарисован номер два, и теперь любой спудяк, по крайней мере с рыкота, сразу слышал, кто таков. Таким же образом помечались ракетчики, рассчёты бомбомётов, противопожарные команды, и другие. Весь этот пух следовало привести в состояние точной организации, и никто не мог это сделать лучше, чем сам пух.

В до-союзные времена в кошском флоту практиковалось тоже самое, что и у кротоликов или одгорозков, а именно вертикальная структура управления - впрочем, это относилосиха не только к флоту, но и вообще к сообществу. Теперь применялась исключительно комбинированная система, включавшая как специализацию отдельных элементов, так и роевую структуру, когда нет выделеных центров для конкретных функций. Вслуху этого, в частности, все рассчёты боевых установок занимались необходимыми делами по собственному графику и разумению, естественно, координируя действия между собой, чтобы не тупить. Хотя вероятность нужды в этом была мала, звери проводили тренировки боевой тревоги, когда их поднимали среди ночи и требовалосиха моментально прийти в годность и добежать до поста, причём не какого угодно, а точно своего. Рыкот представлял из себя крейсер, а не бронекатер, поэтому при любых перемещениях обеспечивался разведкой, и вероятность того, что произойдёт что-то внезапное, приближалась к нулям. Однако, как поясняли тактики, это в любом случае полезно, и главное, может пригодиться при переброске хвостов от одной задачи на другую, в боевых условиях.

- Условиях это ладно, - цокнул Гриб, вспушившись и мотнув хвостом, - А вот это вообще что?

При этом он ткнул пальцем в двухметровый стальной шар, стоявший в креплениях на надстройке корабля. Таких шариков по рыкоту стояло штук десять, и все наверху.

- Это очень просто, пожарный резервуар, - пояснила Катерпилариса, похлопав по шару, - С некоторым давлением пара, которое выбросит воду. У нас в отсеках есть большие запасы боеприпсов и топлива, и если туда угодит снаряд, будет серьёзное возгорание, а его нужно быстро ликвидировать.

- Да если угодит, тут уж... - махнул лапой Грибодур.

- Да не цокни, - хмыкнул Скисорь, - Ты не на бронекатере, пух-голова. У этой калоши достаточно прочности, чтобы выдержать взрыв в любом из снарядных погребов.

- Серьёзно? - удивился тот.

- Вполне, - подтвердила Катя, - Эти погреба небольшие и разделены демпферами, так что взрыв не должен разносить корабль, а только выбьет вставки и уйдёт в стороны, в основном вверх. Теоретически, само собой. Есть все основания думать, что до этого не дойдёт.

- Основания думать вообще есть, - заржал Скис, - Кстати, Кать, когда будем проводить эт-самое? Всмысле, пристрелку волын.

- Да, было бы в пух, - подтвердил Грибодур, - Хотя бы четыре рака со станка выпустить, уже прибыль будет. А то не в пух без проверки сразу в песок лезть.

- А до Морлучья не потерпит? - почесала ухи грызуниха, - Соль в том, что нас торопят с прибытием туда, а стрельбы могут занять некоторое время.

- Времени это может занять час, - цокнул Скисорь, - Даже с выловом учебных снарядов.

- Это как? - фыркнула Катя.

- Как с выловом? Берёшь сачок и вылавливаешь... Кхм. Всмысле, пустим катера, по ним и отстреляемся.

- По катерам? А при прямом попадании?

- Они утверждали, что катера бронированы, - хмыкнул грызь, - Заодно и проверим, чо.

- Нет, без уток и гусей, - цокнула Катя, - Тестовый снаряд пробьёт их, или куда?

- Сто пухов что нет, особенно в лоб, - ответил Скисорь, - Наши ракеты на этапе падения это будут просто металлические стаканы, летящие с большой скоростью. Там минимум двадцать миллиметров спудилиумной стали, никак не пробьёт.

- В пух, - кивнула грызуниха, и обернулась на Грибодура, - А ваши раки?

- Утверждать не могу, - покачал головой тот, - Вес остающейся части, которая попадёт в цель, кило двадцать, при том что скорость будет сами знаете какая. Но вероятность прямого попадания в катер на рассчётной дистанции будет...

- Ну? - усмехнулась Катя.

- Ща, - грызь привычным движением достал блокнот с карандашом, и стал вычислять.

- Огузок, от хвоща, - церемонно цокнул Скисорь, скатив всех в смех.

- Если он будет стоять на обычном расстоянии, - сообщил Грибодур, - И повёрнут к нам носом, то вероятность попадания будет менее одного процента.

- Итого четыре процента, если вы шмальнёте четыре рака, - прикинула Катя, - А по всем шести катерам будет по шесть на четыре, итого двадцать пять. Тоесть двадцать пять процентов, что в один из катеров таки попадёт.

- Да, но это же не бомба, - цокнул Гриб, - А просто болванка. Она никак не пробьёт катер навылет, так что если знать, где спрятаться, риска никакого.

- Это ещё надо обцокать, но в целом, может быть, сойдёт, - цокнула Катя.

- Если это не сойдёт, то придётся придумывать что-то другое, - заметил Скисорь, - Это же не чисто для смеха, нам просто необходимо проверить всю цепочку операций, и пристрелять пушки.

- В пух, в пух, - кивнула грызуниха, задумчиво оглядывая горизонт.

Следует заметить, что горизонт в спуду был специфическим, какой вряд ли услышишь где-то ещё. Высокие стены спуда, окружавшие окна, почти всегда не терялись из вида, вслуху чего создавалось ощущение не открытого моря, а эдакого пруда. При этом всё-таки размер окон составлял десятки килошагов, поэтому, чтобы переплыть "пруд", требовались порой целые часы. Некоторых это просто бесило, так что они не могли смотреть за борт - вроде как движешься, а вроде как нет! Катя начала дёргать за уши прочих зверей по поводу организации проверок, в то время как Рыкот пошёл в очередной поток.

Здесь стало ясно, почему большие корабли никогда не имели разлапистых гребных колёс по бокам или навесных рулей, как на морских судах. Если бронекатера пролетали поток легко, потому как водовороты просто не давали им приближаться к стенкам, то крупный корабль вполне мог цепануть за спуд, что крайне чревато. Как само по себе, так и потерей ориентации в потоке - начнёт мотылять, крутить и бить об стенки, и прощай хвоя. В частности по этой причине большая часть торговых кораблей имела стандартные размеры, примерно с "Жабитон" - такая посуда никогда не имела проблем в потоках. Крупняк же фактически рисковал каждый раз, когда поток воды тащил его по узкой трещине в спудомассе. Правда, Рыкот был достаточно узкий, чтобы держаться в безопасной зоне близко к оси потока; передвижные стройдоки, например, так не могли и постоянно цепляли стенки, для чего тащили громоздкие демпферные щиты по бортам.

Узкий или нет, но купание в потоке на такой посудине заставляло всех наличествующих зверей вспушаться, тут даже кошцы не отставали от грызей, брыляя линялой шерстью. Мимо бортов корабля стенка спуда летела в тридцати-сорока шагах, причём летела с бешеной скоростью и была плохо видна из-за поднятых фонтанов воды и брызг. Как всегда в потоке, стоял подавляюще мощный грохот воды, так что многие предпочитали закрыть уши шапок, чтобы не глушиться. Полюбоваться на буйство стихии можно было в основном через стёкла, потому как снаружи фигачил ветер огромной силы, а на палубу корабля постоянно падали целые горы воды, отлетая от неровностей стенки. На бронекатерах это выслушило по другому - малоразмерный катер летел по центру потока, куда мало доставали брызги, и редко попадал под большие фонтаны, так что картина оказалась грызям в новинку.

В новинку или в старинку, но потокирование заставляло понервничать, потому как даже самый распоследний одгороженый шаракал понимал, что сделать ничего не получится. Всмысле, вообще в любом случае, какой бы косяк не произошёл. На такой скорости корабль не имел никакого управления, потому как это было бесполезно - главное, он должен был иметь симметрию по сопротивлению как воде, так и воздуху, чтобы не развернуло с оси течения. Пырючись ушами на то, как раскачиваются огромные надстройки, словно игрушечная лодка, звери покрепче брались за стенки и надеялись на ходовую команду, что та всё сделает в пух. Особенно пугающий вид был из рубки управления, которая находилась высоко над палубой - её мотыляло туда-сюда на много шагов от оси корабля, когда тот накренялся. Все присутствующие сидели на привинченых к полу стульях, крепко взявшись на подлокотники, и чувствовали себя, как гусь в облаке.

Как бы там ни бывало, Рыкот упешно прошёл первый поток, что не особо удивительно. Судно испытывали на поточность ещё до того, как на него начали ставить вооружение, так что косяки устранили заранее. Тем не менее, пока корабль шёл через окно, команда практически в полном составе занималась тем, что осматривала оборудование на предмет повреждений - лишним это точно не будет, а словить косяк в неудачный момент никому не хотелосиха. У артиллеристов например были сомнения насчёт креплений установок, вплане того, чтобы сильная болтанка не начала разбивать приводы, так что пристально следили за этим. К удаче, установки тоже проверяли заранее, так что теперь ничего с ними не произошло.

- И как ты это проверишь? - осведомился Олыш, который тряс в башне вместе со Скисорем.

- Путём проверки, - точно, как всегда, ответил тот.

Для этого ему пришлосиха идти в машинное отделение и включать паропроводы, которые подходили к нужной магистрали, но ради такого дела он не поленился. Когда давлениемеры показали стрелкой на отметку "в пух", Скис сел на место стрелка, открыл окошко прицельных приспособлений и нажал педаль ногой. Послышался шип, и башня медленно сдвинулась; грызь соображал, что это слишком медленно, так что увеличил давление на педаль вплоть до достижения требуемого результата. Также он опробовал тормоз, потому как башня со всем барахлом весила много тонн, и если уж начала вращаться на подшипниках, то лапой её не остановишь. Тормоз сработал как положено, поэтому грызь ещё повращал всю конструкцию туда-сюда и покрутил маховики наводки, отчего стволы спаренного орудия погуляли по вертикали.

- В пух, - подытожил он, перекрывая клапан паровой магистрали, - Надо проверить лапный привод тоже.

- Так проверяли уже после монтировки, - цокнул Олыш.

- Это было до потока, - усмехнулся Скисорь, - После потока песок может сдвинуться. Мне лично вовсе не светит обнаружить это, когда рядом будут цели.

- В пух, - кивнул грызь, - Тем более так думается, что когда котлы будут заряжать катера, пух нам давления в магистраль дадут, придётся лапным. Ну и на случай повреждения.

Хотя Олыш никогда не плавал к кротоликам и не имел опыта стрельбы, грызь пошаривал, как мышь в амбаре, так что Скисорь мог быть спокоен на этот счёт - тупака не ожидалосиха. Артиллеристы натурально проверили и лапный привод - как и раньше, он двигал башню куда медленнее, но всё же двигал, а это главное. Ракетомётам не предполагалосиха выцеливать быстрые цели, за которыми надо успевать ворочаться - для этого на корабле имелись бомбомёты, способные закидать прорвавшийся близко катер залпом подарков. Скисорь, вспушившись и испив чаю, чувствовал полное попадание в пух, потому как обстановка пока полностью находилась под контролем, и ни одного момента не было пущено на самотёк. Касаемо своей орудийки он видел это своими ушами, касаемо установки номер три, где тряс Грибодур, тоже был уверен на сто пухов, потому как Гриб был достаточно убельчён опытом и в бакланстве не замечен. Ну и поверх всего, грызь был спокоен по поводу того, куда идёт весь корабль, потому как к этой теме прикладывала лапу Катя, а она уж точно умеет.

Не откладывая до того, как судно покинет подконтрольные ГКС окна, команда Рыкота провела полную тренировку последовательности операций, запустив десантные катера и протестировав всё вооружение. Легко цокнуть и слегка труднее сделать, потому как на зарядку катеров уходил почти час времени - пока нагревалась вода, пока её перекачивали насосы, пока то да сё. В это время котлы корабля работали на полной тяге, выдавая максимальную тепловую мощность, вслуху чего из труб валили столбы чёрного дыма, а вентиляционные решётки с гулом засасывали воздух, подавая его к топкам. В засаде даже на транспортный конвой с такой коптилкой в кусты не спрячешься, это уж точно - но, для конвоев сойдут и чекоты, и всякое удобство имеет обратные стороны. Чтобы обеспечивать обзор дальше, чем обычно, на рыкоте имелись две раздвижные мачты, в носовой и кормовой частях. Телескопически раскладываясь, эти вышки при безветренной погоде поднимались на сотню метров, давая слушателям отличный обзор и позволяя сигналить светом.

Как раз с одной из этих "удочек" случилось ЧП, когда сорвало клапан подачи пара, и башня сложилась вниз с укорением свободного падения. Пружины уберегли от повреждений мачту, а наблюдателя-кошца уберегла его реакция и сноровка. Почуяв, что мачта всё быстрее идёт вниз, он вцепился в неё достаточно крепко, чтобы не вылететь оттуда, как мячик из пневматической пушки. В итоге спудяк заработал от силы сотрясение мозга, а техническая часть вплотную занялась мачтой, чтобы этого не происходило в дальнейшем.

В остальном испытания прошли в пух, и главное, что Грибодур оказался прав в своих предположениях, и учебная ракета не пробила катер, когда таки попала в него. Заряженые перегретой водой катера стартовали от борта носителя, и оставляя пенные следы, выписали длинные полукружья на глади воды, разворачиваясь носом обратно к Рыкоту. Когда они сбросили скорость, находясь ещё на значительном расстоянии от корабля, артиллерия открыла по ним огонь небоевыми снарядами. Пухячили сразу с двух бортов, задействуя все стволы сразу, так что потом от канонады долго гудело в ушах, а над водой плыли облака порохового дыма.

- У меня гудит в ушах, - цокнул Скисорь, теребя ухо.

- Потому что там пух, - предположил Грибодур, также разминая заложеные раковины.

- И ещё дымок... - заметила Катерпилариса, пырючись на дымок, - Это надо иметь вслуху. Как со стрельбами?

- А пух его знает, - заржал Гриб, - Там ведь взрыва нет, не слышно, куда попало. Сейчас катерники раков подберут, обратно вернутся, тогда и будет понятно, как.

Это было цокнуто совершенно точно. Вернувшись, катерники сообщили, что вторая орудийная башня совсем сдурела, потому как вкатала шесть ракет прямо в лобешник катера... всмысле, шесть из шести, что и вызвало удивление. Остальные такой кучности не добились, но тоже показали вполне пригодные результаты точности, не выходившие за рассчётные величины. Заодно была опробована операция с обратной пристыковкой всех шести катеров сразу, что вызвало определённые трудности, так как такого ещё никогда тут не делали. Это тоже было чрезвычайно полезно, сделать это до, а не во время.

Видя такое дело, кошцы из тактиков были готовы мявкнуть, что корабль полностью готов к работе, и более того, так и мявкнули. Однако грызи не были бы грызями, если бы остановились на этом и признали, что дальше делать нечего. По крайней мере Скисорь и Гриб точно цокнули, что будут отстреливать тестовые боеприпасы до тех пор, пока будет такая возможность - всмысле, пока они не испортятся окончательно, ведь учебные ракеты многоразовые. Делали они это очень просто - следили за водой, и как только впереди на курсе появлялся какой-либо ориентир, типа куска плавучего спуда или сухого листа спудосоки, палили в него, а потом подбирали "рака", прыгая за борт с верёвкой. Так не требовалосиха останавливать корабль, потому как останавливать его никто бы не позволил, ибо накладно. Никем не останавливаемый, Рыкот продолжал гнать воду, и оставляя за собой длинный дымный шлейф, уходил всё дальше и дальше в спуд.

fire within this collision envelope

- Homeworld

Окно седьмое - Ключ спуда

Пожилой белкач, однако же не теряющий бодрости пуха, слегка вспушился, перекатил морду по щекам, и испил чаю. За открытым настижь окном в уши лез вид на Морлучье, а точнее на комплекс плавстанций, купавшихся в воде. Справа от дока, откуда и пырился Бронесплав Бронесплавыч, возвышалась печка спудилиумного производства, напротив стояли склады, а слева далеко раскидывались чеки водных ферм, где произрастал тот самый морлук, из-за которого и. Грызь цокнул, ещё раз ослушал сводки по бухгалтерии, им же составленные, и продолжил пыриться. Воздух как обычно приносил морскую свежесть, потому как окно имело достаточный диаметр и воды в нём допуха. Снаружи стояла ранняя весна и броненосец типа "Котёмкин", швартованый прямо к стенке фермы. Второй броник околачивался с другой стороны от базы, а третий дрейфовал возле устья потока, пользуясь течениями и поставлеными парусами, ибо на обычном ходу корабль слишком резво глотал топливо.

Тот самый "Котёмкин", что стоял возле фермы, был уже перекрашен в коричневое с жёлтыми полосами, на носу красовалась надпись "Гужевой", а на мачте полоскался на ветру тёмно-зелёный флаг Спудной Компании Жабцов. Бронька в очередной раз захихикал - пусть всю голову сломают, гуси полосатые! Тем более что Хлутыш со своей бригадой уже довёл до ума технологию быстрой перекраски, хитрость которой заключалась в основном в использовании брезентовых полотен, натягиваемых на корпус корабля. Так не было нужды тратить тонны краски, а смена внешнего вида происходила за считанные часы, что и требовалосиха. Разведчики ОДГ, каковые следили за перемещениями флота вокруг Морлучья, точно не разберутся, какой корабль куда шёл, а главное, сколько их всего. Если бы не эта дезинформация, одгорозки уже сорок раз как выгнали бы союзных из этого окна - да просто ради зла, как обычно. Однако, когда это грозило им огромными затратами, задумывались даже одгорозки, и пока что не взрыгивали.

Впринципе, Бронька как и раньше занимался спудилиумной литейкой и общей бюрократией, однако пристально следил и за всем остальным, абы не вышло чего. Откровенно цокнуть, так ему уже давно было пора спушиться обратно и зарыться поглубже в Лес, сажая потаты и моркву, но грызю никак не удавалосиха оторваться от хузяйства, какое было развёрнуто в Морлучье. Он был в курсе практически всех дел на базе с самого первого дня, когда бронекатера ГКС вошли в окно, так что оставить этот спудный огород было не так просто.

- Спудный огород, тебя не так просто оставить, - сообщил грызь огороду.

Огород глубокомысленно промолчал, зато по лестнице к помещению забрался Хлутыш, и сунул в дверь уши, а затем и всю белку. Уловив существование чая в двадцатилитровом самоваре, он плюхнулся на стул рядом и накатил полную кружку.

- Сходится? - кивнул Хлутыш на россыпи бумаг на столе.

- Пока пух знает, недосчитал, - потянулся Бронька, - Что слышно из событий?

- Если ты имеешь вслуху какое-то взрыгивание, то ничего.

- Это мимо пуха, - цокнул старый грызь, - Взрыгивание всё равно существует, и если мы его не фиксируем - значит, плохо слушаем.

- Бро, - мотнул ухом Хлутыш, хлебая чай, - У нас на всех потоках сидят слушатели с гусиной почтой, если произойдёт что-то важное, мы узнаем.

- У тебя там что, кошцы сидят?

- Нет, но йа уже цокал об этом. Сейчас окна забиты крошёным льдом, и так будет ещё месяца два. На таком фоне даже одиночный бронекатер сверху слышно, как на пуху. К тому же, у нас есть и наземный слух от северных куниц, ды?

- С одной стороны ды, с другой пруды, - хмыкнул Бронька, - Это совсем не тоже самое, как с Фирой. Не то чтобы куницы будут нам умышленно врать, но они просто могут не отфильтровать нужные данные. Эх, без ушей на земле... как полуглухой, впух.

Хлутыш пожал ушами, налегая на чай. Фира, работавшая в Межспудье много лет в качестве представителя Союза и разведчика, теперь таки зарылась в Лес, и никто не подумал бы дёргать её за хвост. Как ни выкручивай, а полагаться приходилосиха только на те данные, что сливали северные куни. В отличие от Броньки, Хлутыш к этому относился спокойно и ничуть не чувствовал диссонанса. Причина состояла в том, что первый грызь был скорее из разведки, а второй из военных - а это примерно такое же отличие, как лиса от кошки. Всмысле, лиса использует сто уловок, а кошка всегда одну, зато практически безотказную. Также и Хлутыш знал, что пройти мимо слушателей, замаскированых на стенках спуда, невозможно, оттого и был спокоен, как сурок в середине зимы.

- Йа спокоен, как сурок в середине зимы, - сообщил он, - И даже более того. Через несколько суток к Межспудью должен прийти Рыкот, если ты забыл. Цельный крейсер это тебе не хаханьки в любом случае.

- Мм... - повозился в шкуре Бронька, - Они когда точно прибывают?

- Точно пух знает, только приблизительно. Самое большее, через пять суток.

- Вслуху этого, - показал лапами грызь.

- Да, само собой, - кивнул второй, точно поняв смысл нецокнутого.

Бронесплав имел вслуху, что у складского терминала грузится морлуком транспортник - последний из тех, что следовало отправить в этом году, потому как до середины лета нового урожая не будет, ясен пух. Это была не обычная торговая баржа, а большой сухогруз-пароход в десять тысяч тонн водоизмещухи, арендованный у жабцов по вполне годной цене. Само собой, вслуху последних известий грызи не собирались выпускать его на маршрут раньше, чем прибудет Рыкот. С одной стороны, провести один корабль проще, чем двадцать раз по мелкому. С другой - корыто будет зверски нагружено и может пойти на дно от одного попадания.

- Да, но с пяти сторон, - почесал ухи Хлутыш, - Мы же не сможем использовать крейсер для сопровождения морлучной баржи, потому как это слишком накладно. Они не пойдут ворочать тут боками по всем окнам, потому как побоятся спугнуть рыбу.

- Это верно, - вздохнул Бронька, - Сало быть, придётся по старому, песком.

Непосредственно операции по проводке транспортов осуществляли грызи из команды броненосца "Курьин" - именно этот оказался наиболее быстрым из однотипных, а это важно. Броник вполне подходил для такой задачи, как впрочем и для многих других; его многостенное бронирование позволяло выдерживать много попаданий торпедами и крупным калибром, так что в крайнем случае, он мог просто закрыть транспорт своим корпусом. Однако чтобы добраться до него, торпедам пришлосиха бы пройти через зону обстрела четырёх башенных орудий, каковые могли использоваться как бомбомёты. Торпеды с паровым движителем не достигали особо высоких скоростей, к тому же оставляли ясно слышимый след на воде, так что расстрелять их бомбами - не такая уж сложность. Бронекатера же вообще мало что могли сделать с броником, поэтому грызи не особо побаивались, потому как о прибытии чего-либо крупного обещала докладывать разведка.

В состав группы сопровождения входили также три "вилки", которые всегда оставались возле транспорта - не из тактических соображений, а потому как имели такую же скорость, и не смогли бы догнать его - и три "сучка" для ослушивания обстановки вокруг, что крайне немаловажно. Хотя все случаи попыток одгорозков устраивать рейды на конвои заканчивались плачевно для нападавших, грызи и кошцы ни разу не расслаблялись. Как по общим соображениям, так и вслуху присутствия в регионе соедкапитальского флота, каковой в любой момент мог взрыгнуть. Вдобавок, трясшие на бронике грызи и кошцы не хотели, чтобы на сопровождение угодил бы какой другой корабль, кроме ихнего - ибо, плавать за семь окон туда-сюда всё же более развлекает, чем толочься постоянно вокруг базы.

Броненосец на сто пухов оправдывал своё название и представлял из себя сплошной танк, закрытый толстыми плитами из броневой спудилиумной стали. Вслуху компактности, тип "Котёмкин" прятался в броню достаточно, чтобы полностью поплёвывать на орудия среднего калибра, установленные на большинстве бронекатеров. По крайней мере его точно не брали соедкапитальские пушки в девяносто миллиметров и шаракальские 88-е, "Курьин" это мог подтвердить по своему опыту, потому как одгорозки пытались в него стрелять со своих "углов". Снаряд, который насквозь пробивал бронекатер, от него просто отскакивал, благодаря толщине брони и её наклону. Одгорозки могли бы попробовать фугасные снаряды, но это тоже не особо хорошая идея, потому как броненосец гораздо раньше накроет катера своим залпом. В последний раз, когда на боках корабля остались три отметины от скрикошетивших снарядов, группа "углов" постреляла с границы спудосоки, и едва броник приблизился, ударилась в бега.

"Котёмкин" также отличался наличием "курдюка", как это называли спудяки - надстройки в задней части, спрятаной за бронированым корпусом, потому как там находилосиха всё то, что не обязательно прятать под броню - камбуз, тобишь кухня, обратное помещение, подсобный склад, и тому подобное. Там чаще всего и сиживали на хвостах звери из команды, потому как в тесных отсеках с амбразурами вместо окон долго сидеть затруднительно; впрочем, на всякий случай сурковать лазили под броню, ибо эт-самое. С довольно высокой палубы "курдюка" открывался хороший вслух на водную гладь и группу, медленно тащившуюся по курсу - грузовой корабль, само собой, метаться быстро не умел, особенно с тысячами тонн луковиц в трюме. Из трубы транспорта валил дым на полную железку, также дымили и "вилки", идущие параллельными курсами; броник дымил едва на треть, потому как на полном ходу давал больше скорости.

Разбрыльнувши мыслями - само собой, не во время похода, а сильно до него! - спудяки сошлись во мнении, что одгорозки могут попробовать несколько вариантов. Собирать втихоря полсотни катеров и наваливаться на конвой они скорее всего не будут, потому как это будет им слишком дорого стоить. Зато никто не мог помешать им выставить прямо перед конвоем минные заграждения и надеяться, что именно грузовая лохань напорется на мину. Вслуху этого "вилки" шли не абы как, а стенкой перед сухогрузом, и каждая тащила на себе минный трал. Это слегка замедляло общий ход, зато на сто пухов гарантировало от неожиданностей.

Также Хлутыш и компания сочли, что одгорозки не постесняются использовать свои скоростные катера-разведчики в качестве управляемых торпед. Для них не составит трудов найти исполнителей для самоубийственных атак, и если запустить такую лабуду из спудосоки, нагрузив вместо топлива взрывчаткой, то транспорту может прийтись несладко. Однако, чтобы добраться до транспорта, катер-бомба ещё должен был пройти через зону обстрела с броника и "вилок", что весьма маловероятно. Скорость у него не такая уж гигантская, а близкий разрыв фугасной ракеты изрешетит лёгкое судёнышко осколками и перевернёт ударной волной, как показывала практика. На всякий случай спудяки тренировались перехватывать скоростные цели, и получалосиха годно. Одгорозкам могла бы помочь массовая атака таких лодок, но это вряд ли, потому как лодки изготовлялись из ценных материалов и расходовать их десятками шаракалы не имели возможности.

Вслуху всех этих соображух группа сопровождения сосредотачивалась... ну на испитии чая и вспушении, это само собой... в плане боевой работы, сосредотачивалась на отражении возможных атак подрывников и очистке фарватера от мин. На самом деле, бросить мины под нос цели не так-то просто: близко к устью потоков их сносит даже с якорей, а дальше окно слишком широкое, чтобы перекрыть его. На этот раз, как оно и бывало раньше, союзные спудяки слышали разведчиков ОДГ, мотылявшихся изредка на границе слышимости, но не более того. Вероятно, шаракалы сидели в засаде, ожидая какого-либо удобного случая - но такого случая им предоставлять никто не собирался. Таким образчиком, последний пароход с морлуком благопушно ушёл на торгушку в окне Унный Таз, где товар сбывался жабским дельцам и далее было уже мало интересно, что с ним будет. Пересчитав жабаксоиды, спудяки вспушились и отправились обратно к базе.

В воде мотылялось ещё много льда, потому как весна только начиналась; местами образовывались целые ледяные поля, непроходимые для катеров. Раздвигая боками несильную дымку над водой, Рыкот вышел из потока к Межспудью и взял курс на порт Печкин. Все уши, посыпанные песком управления, сошлись во мнении, что заходить следует именно с этой стороны, и сныкаться в порту, а не идти к Морлучью. В случае чего метнуться несложно, а скрытности будет больше. Впрочем, насчёт "сныкаться" это было довольно громко цокнуто, потому как порт имел один пирс для больших кораблей и остальные причалы для рыболовецких лодок, вслуху чего Рыкот занимал больше места, чем все остальные посуды вместе взятые. Куницы аж подняли боевую тревогу, увидев появление такого монстра, так что пришлосиха отправлять ходоков на катере, чтобы они прочистили, почём перья.

- Во, Межспудье! - изрёк истину Скисорь, вылезши из-под сурка и продрав яблоки, - Давно не слышали, чо.

Немало зверей действительно имели множество воспоминаний относительно этой земли, так что сейчас таращились на берег и улыбались, припоминая. Катерпилариса, Скисорь и Грибодур, будучи тогда в команде "сучка", поплавали не только вокруг Межспудья, но и прямо по нему, когда случилосиха наводнение. И не просто поплавали, но и макнули там несколько вражеских катеров - у грызунихи особо бережно хранилась копия из журнала боевых действий, где было отмечено, что два плавсредства противника уничтожены в лесу. Более всех волновались Драфи и Линда, потому как именно в Межспудье они встретились, чему были несказанно рады. Грызи же были рады, что эти двое присутствуют именно тут, потому как их хорошо знали куницы, что облегчит всяческие переговоры, абы такие потребуются.

- Что значит абы? - фыркнула Катя, мотнув хвостом, - Вы не окучиваете, зачем мы притираемся сюда, как гусь к валенку?

- Не совсем, - цокнул Скисорь, - Тык?

- Тык, для осуществления заявленых операций нам нужны спудяки, причём много. Северные куни обещали подготовить несколько тысяч таких зверей, потому и.

- А шаракалы, которых у нас допуха в десантном?

- В нулевых этого мало, а во первых это только абордажные команды. А после абордажа нужно как-то приводить захваченые посудины в годность, если помнишь. Плюс пухова туча всякой подспудной возни... в общем, такой песок.

Если бы не морозность в воздухе и воде, многие переплыли бы на берег своим ходом, даже кошцы, но сейчас приходилосиха пользоваться лодками, потому как холодно. Ворочая вёсла, Драфи наконец понял, что три бронекатера, стоящие напротив Рыкота у причалов - лиситские. На эту мысль его навёл тот факт, что с палуб таращились рыжие звери с большими ушами, причём они выслушили весьма удивлёнными.

- Подумаешь, неслыхаль, - фыркнул кошец.

- А то, - усмехнулась Люс, - Они думали, тут кроме них никого нету, а поди ж.

- А чего они вообще сюда, эти рыжие? - задался вопросом Хунгуз.

- Ну как, ты не в курсах? - пожала плечами кошка, - Северокунские продали им долю в добывающих предприятиях, как раз для этого.

- А они нам не помешают? - усомнился шаракал.

- Чем? - усмехнулась Люс, - Они охраняют Межспудье от вторжения, что нам полностью налапу.

Лиситы таращились не только на огромный корабль, но и на шаракалов в лодке, потому как были совершенно не в теме. Благо, в комплекте с кораблём это на давало им повода сделать глупость, так что и. Разведгруппа же должна была прояснять обстановку в порту, как в целом, так и по конкретным пунктам. Спудяки отнюдь не из академического интереса хотели узнать, как обстоят дела с подготовкой куньих спудпехов, не назревает ли какого взрыгивания со стороны соедкапитальских, и есть ли возможность загрузить корабль до полного запаса топлива. При этом, хотя не имелосиха никаких предпосылок, грызи в полном составе оставались на корабле, потому как бережёного хвост бережёт. Катя сначала забегала туда-сюда по надстройке, как суетливая белка, но потом покатилась по смеху и решила, что в пух будет любое развитие событий: топлива Рыкот мог нагрузить и в Унном Тазе или даже дальше, хватит за уши. Спудпехи также были нужны, но в перспективах, а не немедленно. Операция подразумевалась с привлечением не одного корабля, а целой флотилии чекотов и судов поддержки, и им ещё только предстояло растрястись и дойти досюдова. По крайней мере, на Рыкоте и не подумали убрать посты слушателей и рассчёты бомбомётов - так, на всякий случай.

Кошцы и шаракалы же, высадившись с лодки, схватили за уши куниц и высказали туда слова, в результате чего получили возможность начинать трясти. Им следовало как минимум пройтись до топливного склада, узнать, как оно, а потом перетереть с военными.

- Товарищи кошцы, - кивнул ушами кунь, коверкая спудофеню, поёжился и добавил, - И товарищи шаракалы.

- Да, это товарищи шаракалы, - хмыкнула Люс, - Улавливаете?

- Шур-шур, - пожал плечами кунь, - Чем можем быть полезны?

Звери чуть не скатились в смех, представив себе, как на это ответили бы грызи. Однако тут уже имелись достаточно укошаченые опытом, чтобы понимать достаточно чисто.

- Нам надо бы связаться с представительством Союза, - мявкнул Драфи, - Кто у вас сейчас там?

- Товарищ Хиффа, кошец... Ну и какие-то белки с ним, но их мало кто видел. Они сейчас в Куньминводах, как и обычно, впрочем.

- По шерсти. Тогда у вас найдётся кого-либо транспорта, чтобы добраться туда?

- Ммм... - почесал подбородок кунь.

Он сказал бы, что есть ездовые курицы, но птица могла бы осилить только Люс, а не остальных.

- Ладно, так дойдём, - отмахнулся Драфи, - И потом, спудуголь есть? Для посудины.

- Сейчас посмотрим, - заверил кунь, и звери пошли таки к складу.

Само собой, что они ояблочивали окружающий пейзаж, и приходили к выводу, что северные куни серьёзно взялись за индустриализацию. Раньше Печкин представлял из себя прибрежную деревню с причалом и складом для торговых посудин, что позволяло называть его "портом". Теперь тут имелась натуральная верфь, где собирали, судя по всему, понтоны плавстанций. Тут и спрашивать было нечего, что они делают - строят топливные станции для добычи спудугля, как самую базовую тему для дальнейшего развития. Подальше от старого посёлка виднелась большая площадь, где ставили какие-то опоры и крыши, и на девяносто девять пухов, это была топливная база. Драфи аж присвистнул, когда увидел, как между невысоких приморских ёлок и каменных уступов ползёт паровозик, волоча за собой вагоны.

- Фига вы тут, - мявкнул он, - Когда я был в Печкине прошлый раз, было совсем другое кудахтанье. Узкоколейку проложили, чтоли?

- Ну да, - сказал кунь, - Там ведь козцовые шахты, и чтобы они давали мыслимое количество продукта, нужна железка.

- Пух мой пух, как кое-кто цокнул бы...

- А что такое?

- Что такое пух?... Всмысле, я пять лет пытался пробить постройку железки, вместе с Фирой, - хмыкнул Драфи, - На что нам неизменно отвечали, что это никому тут не нужно.

- Тогда у нас не было советской системы, - хмыкнул кунь, - И рельсов тоже не было.

- И ещё у вас был толстый кот, - захихикала Люс, - Может, в этом дело?

Драфи посмеивался, заодно пырючись на симпатичную кошечку - у неё были весьма необычные пятна чёрного, белого и рыжего по всей пушной шкуре, так что одно ухо получалосиха чёрное, а другое белое. Однако даже пырючись на кошечку, он не мог не схватить индустриального чувства - если куни наладят добычу спудугля в спуду, и топливо поедет к шахтам по рельсам, это уже будет вообще другая песня. Если в его бытность агентом торгпредства там получались считанные килограммы козца в день, то теперь будут десятки тонн! Ничего удивительного, что рыжие хитрюги сидят тут, как клуша на гнезде - прибыли вырисовываются огромные.

Дойдя до топливного склада и отыскав бюрократа, кунь выяснил, что в наличии есть спудуголь только для катеров, остальное зарезервировано для строительства. Спудяки этим ничуть не огорчились, потому как и не рассчитывали, и перешли к следующему песку. Местный посоветовал им просто тупо сесть на поезд, соскочить на станции не доезжая шахт, и таким образом быстро попасть в КуньМинВоды. Зверям в сопровождения была отряжена куница Зица из горсовета, потому как кошцы и шаракалы не были частыми гостями в Межспудье, и могли возникнуть непонятки. Что там говорить, если сама Зица поначалу таращилась на Хунгуза и Линду круглыми глазами и вздрагивала при каждом рыке - с непривычки в этом нет ничего удивительного, потому как шаракалы были на две головы выше неё, а пасть эту голову вмещала целиком. Кое-как привыкнув, она повела компанию к станции, тобишь к небольшому навесу возле рельсовой колеи, где собирались пассажиры. Звери предусмотрительно спрятались за сарай, чтобы не расшугать этих пассажиров.

- Боже мой, - тихо сказала куница, взяв под лапу Люс, - Я не верю своим глазам, как вам удалось прилапнить шаракалов?!

- Да нам не особо и удалось, - засмеялась кошка, - Просто сильно повезло.

- Два раза сильно повезло? - усомнилась Зица.

- Именно так, - правдиво ответила Люс, - Если ты думаешь, что мы изобрели какое-то волшебное средство, то к сожалению это не так.

- Или это вы так думаете, что не изобрели, - пробормотала куница.

Как бы там ни было, когда подкатился состав и куни набились в вагон, звери залезли на открытые площадки по его краям, там где были двери внутрь. Лезть в сам вагон было чревато и испугом среди населения, да и размер его не подразумевал шаракалов, так что они стояли на свежем воздухе... нюхая дым от паровоза, само собой. Правда, дыма было мало из-за того, что пассажирский вагон цеплялся сзади всего поезда. Это была обычная практика - состав с щебнем всё равно постоянно таскался туда-сюда, поэтому его не особо затруднит поработать и на перевозке пушей. Следующий час с лишним им предстояло кутаться в воротники курток, чтобы не замёрзнуть под сквозняком, слушать грохот вагонов и пыриться вокруг на отличные виды Межспудья. Как и грызи, кошцы придерживались того мнения, что впринципе почти любые виды отличные, разве что специально сделанные не такими. Шаракалы просто таращились, потому как минимум один из них вообще никогда не был тут. Вокруг простирались равнины между скальными выступами, заросшие местными серебряными соснами и прочей хвойной приятностью, радующие ухо. Кроме того, теперь звери знали, что эта прекрасная земля в более надёжных лапах, чем это было ранее, и есть все основания для оптимизьма.

Куньминводами назывался район нескольких посёлков или городков, с какой стороны послушать, расположеный вблизи рудных месторождений, в частности, отчего воды и оказывались минерализоваными и плохо пригодными для питья. Сейчас тут наблюдался значительный подъём хохолков в связи с расширением козцовых шахт - куни шлёндали целыми бригадами, поднимая пыль и вопя частушки. Чуткое ухо разведчиков отметило и несколько рыжих хвостов, мелькнувших среди куньего меха, и это были не грызи.

- У вас тут песок пошёл, как видно, - сообщил Драфи кунице неожиданную новость, - И откуда столько зверей? Прям у всех проснулась тяга к добыче козца?

- Не совсем, - сказала Зица, - Тяга к добыче козца проснулась у лиситов, когда они посчитали, сколько жабаксоидов можно на этом срубить. А наши не очень хотят, чтобы они завозили сюда гастрабайтеров, так что мобилизуются на работы сами.

- Это вы правильно делаете, - согласилась Люс, - Если они начнут завозить животных из спуда, вы ещё взвоете.

- Совет им запретил, - кивнула куница, - И предложил другой вариант, чтобы они не взрыгивали.

- Фирина школа, чо, - заржал кошец.

Поскольку в окрестностях кипели строительные работы и двигалось много зверей, на компанию не обращали никакого внимания, даже на шариков. Хотя, последнее только из-за того, что никто не мог себе представить, что это действительно шарики. Под прикрытием таких опций звери добрались до крайнего двора в селе Антиграбово, где существовало представительство Союза. Поскольку скрывать это было невозможно, тамошние подошли к вопросами безопасности с другой стороны, поставив рядом танкетку "боров" с пулемётом и возведя некоторую фортификацию от возможных провокаций. На подходе произошёл диалог, достойный грызей:

- Стой, кто идёт?! Стой, стрелять буду!

- Стою.

- Стреляю... бугога.

Стрелять конечно никто не стал, хотя куни из охраны и не спускали лап с винтовок, пырючись на пришедших. Наконец появился Хиффа, тощий белый кошец, и таки вытаращил глаз на шаракалов.

- Не знаю не знаю, как к этому отнесутся куни, - почесал он затылок, - Может, не показывать их, от гузла подальше?

- Нет, - мотнул головой Драфи, - Раз уж они есть, негоже скрывать это. А куням в любом случае придётся принимать соль, так что раньше начнут - раньше и примут.

- Как скажете, товарищ Драфи, - без тени сомнения мявкнул Хиффа.

- Нет, не как я скажу, а как следует, - поправил тот, - Ты что, не одупляешься?

- Будем считать, что одупляюсь.

Одуплившийся кошец выдал им горячий корм из столовки, после чего вся толпа потащилась в Безрыбинск - пришлосиха опять пешкодралом, благо не особо далеко. По пути бурый кошец схватил за уши белого и вывалил туда тонну соли о том, почему не следует скрывать шариков. Хиффа возможно и не совсем одуплился, неслушая на заверения, однако соглашался просто из явной укошаченности опытом Драфи, ибо тот справедливо считался главным специалистом по куницам среди кошцев.

- Курицын бок, - рычал Хунгуз, в очередной раз подскальзываясь на наледи, - Сколько можно шататься по горам?

- Сколько нужно, - резонно ответила Люс, - Не всё шарику масло, придётся и переговоры повести.

- Не, Хиф, вроде ты говорил, пол-килошага? - уточнила Линда.

- По прямой, - ответил кошец, а Зица захихикала.

По кривой же было гораздо больше, но звери всё-таки преодолели это расстояние, перевалив через небольшой хребетик скального выступа. Сдесь Хиффа вполне резонно рассчитывал поймать Фрикаделя, одного из ответственных ушей Северокунья, потому как трепать следовало именно эти уши, воизбежание недоразумений. К удаче, он действительно крутился на одной из строек, так что выйдя оттуда, сразу же попал в лапы союзным. Кунь был натурально рад видеть Драфи и Линду, потому как прекрасно помнил их помощь во время вторжения соромах - вслуху этого, как переговорщики в данном случае они годились.

- Так что привело вас сюда? - спросил Фрикадель, шлёндая вместе с другими вдоль дороги, - Ну, кроме ног.

По дороге тащились множественные телеги, гружёные камнем и брёвнами - как запряжённые лошадьми, так и на паровой тяге. Кунь намеревался обойти ещё много мест, так что трепался на ходу.

- Ну мы, это, - заворочал языком кошец, и посмотрел на Люс.

Кошка однозначно помотала головой, в том смысле, что отдуваться не будет.

- Пфф... короче, в Печкине сейчас стоит Рыкот, - мявкнул Драфи, - Крейсер-скуператор. Чтобы развернуть дальнейшую операцию, каковая задумана, нам потребуется содействие ваших спудпехов, улавливаешь?

- У нас были варёные собаки, - кивнул кунь, потом поправился, - Тобишь, дого-варённости, по поводу подготовки спудпехов. Хотя я не совсем понимаю, почему вы не можете использовать своих спудпехов.

- Потому что это далеко, - ответил бурый кошец, - И оттого будет спудовски дорого. Например, сейчас Рыкот стоит в Печкине, но мы никак не можем знать, когда нам потребуется эт-самое. Ваши звери таким образом находятся в местах постоянной дислокации, сухо мявкая, что не приносит дополнительных расходов. А держать в боеготовности пару батальонов - это крайне мимо пуха, как кое-кто цокнет.

- Где она? - подозрительно огляделся Фрикадель, выискивая Фиру.

- В Землянике, думаю что растит белочь, - ответил Драфи, - Так что с предметом?

- Да с предметом всё более-менее, - почесал ухо кунь, - Военное ведомство сформировало четыре батальона спудпехов, как минимум один сейчас в боеготовности, насколько возможно.

- Они натаскивались? - уточнила Люс.

- Лись. Их гоняли по станциям в Морлучье, так что натасканность присутствует.

- А, тогда отлично.

- Есть некоторые обстоятельства... - мотнул ухом Фрикадель.

- Ну, то что ты мотнул ухом, это конечно обстоятельство, - сообщила кошка, - Но это терпимо.

- Да. Всмысле, нет. Дело в том, что допустим я-то прекрасно понимаю, в чём соль, - пояснил кунь, - И зачем нам нужна вся эта клоунада со спудпехами.

- Например? - поинтересовался Драфи.

- Межспудье попало в политический замес, и чтобы иметь возможность воздействовать на ситуацию, нужно хоть как-то шевелиться. У Северокунья нет таких ресурсов, чтобы кардинально усилить армию или создать флот в ближайшие годы, поэтому участие наших спудпехов в ваших операциях - это оно и есть.

- Нутк?

- Но это не так просто объяснить всяким староверам, каких у нас выше ушей, - фыркнул Фрикадель, - Они скорее поверят, что ГКС нужны расходные звери, потому они и пользуются кунями, а не своими.

- ГрызеКошский Союз не использует расходных зверей, - не удержался рыкнуть шаракал, - Гвоздями клянусь.

Звери заржали от такой комбинации выражений.

- Хм, ну допустим, - мявкнула Люс, - А ты не говорил им, что альтернативы всё равно нет? Допустим, мы собираемся загребать жар куньими лапами, и что дальше? Или вы работаете с нами, или остаётесь в приятной компании одгорозков, соедкапиталов, и южных королистов.

- Хм, вообще-то нет, не говорил, - почесал башку кунь, - Это мысль.

- Мы действительно не используем расходных зверей, - продолжила кошка, - Могла бы даже поклясться гвоздями... кхм. Ты сам понимаешь, что риск всё равно существует, однако он не настолько большой... скажем, меньше, чем у абордажников или спудяков из разведки.

- А вы не собираетесь использовать спудпехов для абордажа? - удивился Фрикадель.

- Ну если кто сам полезет, разве что, - пожал плечами Драфи, - Для зачистки у нас есть шарики и собственные спудпехи. Поддержка нам нужна для, как это выразиться... обеспечения логистики, вот. Охранять захваченое, осуществлять всякие хузяйственные операции, то да сё.

- Ой-вей, - присвистнул кунь, - Так это я могу сказать остолопам, что спудпехи вообще не будут использоваться в боевых действиях?

- Сказать можешь, - хмыкнул Драфи, - Но это риск получить ещё большие осложнения, если всё-таки будут значительные потери. А этого полностью исключить не сможет никто, хоть с гвоздями, хоть без.

- Таким образом, - вспушился, насколько получилось, Фрикадель, - Спудпехи будут готовы в течении... нескольких дней, я так думаю. Военные пошлют связь в Печкин, чтобы быстрее доходило, когда потребуется. Кстати, а какие у вас ближашие планы?

- Это полностью зависит от того, что скажет разведка, - мявкнула Люс, - В целом, начинать откусывать куски от ОДГ.

- Обычно это они откусывают куски, - поёжился кунь.

- Обычаи меняются, - потёрла когти кошка, приоскаливая клычки.

- А более подробно возможно узнать? - осведомился Фрикадель.

- Ну, я не думаю, что ты будешь сливать информацию одгорозкам, - резонно заметила Люс, - Поэтому, почему бы нет. Но особо не трепись, воизбежание.

Она изложила вкратце стратегический план с переброской целой флотилии чекотов и вспомогательных судов, а также общий замысел, каковой заключался в том, чтобы втянуть соедкапиталы в войну с ОДГ. Кунь остался этим весьма доволен, хихикал и потирал лапы, потому как в-нулевых, от него не стали скрывать секретные сведения, а во-первых, он не принадлежал к любителям одгорозков или кротоликов, и отнюдь не расстроится, если они поубивают друг друга. Таким образом, порученый переговорщикам вопрос оказался пробит, как фанера дробью, и звери могли отправляться обратно ближе к кораблю. Причём, по общей договорённости, именно ближе, а не на сам корабль, потому как просиживать целыми днями в достаточно узких помещениях надоедало даже опытным спудякам, и раз есть такая возможность, следует ею воспользоваться.

Возможность имелась на сто пухов, потому как пока что Рыкот стоял в порту, не собираясь делать лишних движений. Такой отстой мог быть полезен и в том ключе, что одгорозки могли бы принять корабль за крейсер, присланый для охраны Межспудья и Морлучья, что было не совсем правильно. Единственное, что могло подгрызать - это необходимость глушить паровые котлы, потому как простоять много суток под парами оказалось бы слишком накладно. Тактики выкрутились из этого достаточно просто, а именно регулярно жгли в топках сырые дрова в небольших количествах, отчего из труб валил дым, на вид ничем не отличавшийся от того, что будет при полной загрузке спудуглем. Таким образом, вероятный противник не мог быть уверен, что судно не под парами. Рыкот не пошёл ни в Морлучье, ни в Унный Таз за топливом, чтобы не распугивать рыбу раньше времени, и ожидал данных по разведке и прибытия остальных сил, задействованых в операции.

Пока одни звери вели тёрки с кунями, другие успели смотаться в Морлучье и теперь тактики получили последние сведения от тамошней разведки - как по оперативной обстановке, так и накопленные за длительное время. Соль была в том, что разведку там усилили, и она занималась не только обеспечением безопасности базы, но и подкапывалась под одгорозков, стараясь не выдавать этого факта. В частности, спудяки могли услышать подробный отчёт о том, где можно начинать топтать гусей - в окне Вторая Рябь проходил транспортный маршрут ОДГ, по которому регулярно ходили конвои торговцев, охраняемые одиночным броненосцем. Одгорозки достаточно обнаглели и считали, что приближаться к их "ключу" побоятся как катера, так и крупняк - но так было только до поры до времени. И то самое время приближалосиха, собственно цокая.

- Вот это то что нужно, - мявкал Слафра, потирая лапы, - Одиночный "ключ" это наша еда!

- В целом, да, - согласился Хем, вспушившись, - Хотя было бы не в пух хватать его раньше, чем придут остальные.

- Почему? - уточнил кошец.

- Потому что он там купается не просто так, а охраняет конвои. Мы конечно могли бы его окучить, но тогда все остальные посудины пройдут мимо, и как минимум доложат одгорозкам все подробности про рыкота.

- Да, действительно, - фыркнул Слафра, - А тянет уже схватить! Как думаете, что сделают одгорозки, если "ключ" пропадёт?

- Это довольно трудно предсказать, - пожал ушами Рудыш, - Можно только отталкиваться от того, что у них есть в наличии в оперативной близости от места.

- Штурмовать Межспудье вряд ли полезут, - цокнула Катя, - Они знают, что тут есть наземная артиллерия, а также лиситский флот. Плюс неизвестно, удастся ли им договориться с кротоликами.

- А при чём тут спудье? - почесал уши Слафра.

- При том, что мы потащим "ключ" непосредственно сюда, - пояснил Куффи, - Потому как больше некуда. А спрятать его довольно проблематично, так что и.

- Тоесть, примерный план разделки туши такой, - прикинул Слафра, - Мы должны отсечь, когда пойдёт конвой, и окучить "ключ" раньше, чем это случится - допустим, пока он будет добираться до Второй Ряби. Если повезёт, олухи выпустят вместо него ещё один такой же!

- Тупо, оттого похоже на правду, - хихикнула Катерпилариса, - Если подгадать время, у них будет аврал, им придётся пускать любой доступный корабль, чтобы прикрыть конвой. Если повезёт, то мы и его окучим, а на торговцев напустим чекотов.

- Ну, это не обязательно, - заметил Хем, - Если бы такая пухня сложилась у тебя, ты бы стала топтать гусей? Скорее просто повернула бы транспорта с маршрута в жабьи окна, пока нет возможности прикрыть их.

- Поэтому чекоты должны идти курсом перехвата, - цокнула грызуниха, показав по карте, - Примерно так.

- Есть ещё кое-что, - заметил кошец Хенс, мотнув ухом, - Ихние скоростные разведчики. Пища будет предупреждена о нашем приближении.

- Это не особая проблема, - цокнул Рудыш, - "Ключ" вряд ли повернёт с курса, они же на знают возможностей Рыкота. Но вот распространение информации дальше - это и правда сильно мимо пуха. Если всё пройдёт втихоря, так они и дальше не будут знать этих возможностей, и примут Рыкот пухти за что. У нас нет возможности перехватить этих засранцев?

- Практически никакой, кроме случаев тупака с их стороны, - покачала головой Катя, - Но мы всегда решали этот вопрос по другому. Эти засранцы насколько быстрые, настолько и имеют малый запас хода, поэтому рядом всегда должен быть носитель. Макни носитель, и ты уберёшь их.

- Как именно это можно сделать в данном случае?

- Думаю, достаточно просто, - цокнула грызуниха, - У Рыкота есть наблюдательные вышки, так что разведчику будет трудно уйти за горизонт. Как только спалим его - прём полным ходом за ним, благо ход у нас нормальный. Либо он выводит нас на носитель, либо, если догадается, сожжёт всё топливо и по крайней мере, мы накроем катер. В качестве носителей у них обычно используются переделаные "углы", а скорость у них сами знаете, не блещет. Так что думаю, должно прокатить.

- Просто взять и переть на него? - удивился Хенс, - И одгорозки не предусматривают такого случая?

- Рыкот в два раза быстрее "Котёмкина", - напомнил Рудыш, - Для них это должно оказаться неприятной новостью.

- Тогда давайте профильтруем карты, - предложил Слафра, смахивая Жабу с шеи.

- Нельзя забывать и о текущем, - заметила Катя, - Думаю, нужно поставить сети, чтобы закрыть борт.

- Сети? Ты думаешь, одгорозки могут предпринять внезапную торпедную атаку?

- Не одгорозки, а соедкапитальские, - поправила она, - У них есть подспудные лодки, и никто не полапчится, что их нет прямо тут. Мне бы крайне не хотелосиха получить ночью торпедный залп, не знаю как вам.

- Тогда да, надо поставить, - согласились кошцы и грызи, - Сейчас и начнём.

- Может, и мин поставить? - предложил Куффи, - У куней есть катер с минами, если что.

- Это тоже хорошая шутка будет, - хихикнула Катя, - Только ставить надо ночью, чтоб эти редиски не увидели.

Они не сомневались, что какие-либо глаза у соедкапитальских тут есть, поэтому следовало учитывать сие. Заграждения по сути ставили не спудяки с Рыкота, а местные куни из обороны порта, но грызи и кошцы активно помогали, потому как это сильно их задевало. Чаще всего ставились обычные рыболовные сети со специальным подвесом. Если сеть просто закреплять на дне или поплавках, торпеда прорвёт её, потому как у неё большая скорость; вслуху этого сеть натягивалась постепенно, поднимая груз со дна, и тормозила торпеду вплоть до полной остановки. Если цокнуть честно, то тактики куда больше рассчитывали на противоторпедные щиты самого корабля, чем на эти сетки. На Рыкоте имелись такие, как и технология установки заграждения на стоянке. Ночью, втихоря, пока куний катер ставил мины, спудяки задействовали подъёмнки и опустили щиты в воду шагах в двадцати от борта; за счёт якорей те держались на глубине в четверть шага от поверхности воды, не давая пролететь торпеде ни поверху, ни понизу - при ударе о достаточно толстую плиту из спудилиума снаряд сто пухов подорвётся, не причинив никакого вреда кораблю. Рассчёт был на то, чтобы предполагаемые подлодчики думали про сети, и не подумали бы про щиты.

Катя само собой, после непосредственных перетираний с тактиками, цокнула всё это и Скисорю с Грибодуром, причём не только потехи ради, но и для усиления слуха в нужном направлении. Как следует подумав, грызи вспушились.

- Да мы тут как тунец на пляже, дразним любого дурака своими боками, - цокнул Грибодур.

- А ты меньше картохли жри, боков не будет, - заржал Скис, - Но в общем-то, верно цокнуто. А ну как кротолики притащат сюда свои корабли, которые стоят в Кунке?

- Как только они двинутся, нам отсигналят, - зевнула Катя, - А ход у нас нормальный, чтобы маневрировать. Главное, что следует окучить - это возможность торпедной атаки ночью. Они чаще всего так и делают.

- Как это окучивать именно нам? - уточнил Гриб.

- Если у тебя установка с правого борта, не надо там постоянно тусоваться, - цокнула грызуниха, - Бережёного хвост бережёт, как цокается, мало ли какая пухня. Да и если на щите подорвётся, ударная волна будет приличная.

- Чисто... Тогда цокну своим пушам, чтобы эт-самое.

- Цокни. Кстати, - почесал уши Скисорь, - А не получится так, что вторая торпеда влетит в пробоину от первой?

- Нет, - покачала ушами Катя, - Проверяли, дырка получается слишком маленькая, чтобы в неё специально попасть.

- Тогда более-менее в пух, - рассудил грызь, - У нас там как раз картохля свежая сварилась, не желаете?

- Жди, не желаем, - захихикали остальные.

В то время как грызи лупили картохлю, брыляя вокруг очистками и катаясь по смеху, отделение Фелфи выводило своих шариков на проветривание тушек на сушу. В этом крайне помогало присутствие Хунгуза, который принял пафосный вид и вещал от имени Тройных Гвоздей, а Люс подсказывала, что именно вещать. Слишком долгое сидение в отсеках могло крайне плохо сказаться на боеготовности этих зверюг, так что их приходилосиха выгуливать в лесу рядом с Печкиным. Заодно они прикрывали порт от возможных диверсионных групп противника, абы таковые полезут. Рыкот пока действительно только дразнил, стоя массивной тушей поперечно от берега и отбрасывая огромную тень на воду. Из лесов и полей всё больше убегал снег, и в море встречалосиха всё меньше кусков льда, потому как подбиралось тёплое время года, что вполне таки в пух.

Катерпилариса как в воду слушала, и уже на следующее утро от куньей разведки пришли сообщения, что два из четырёх крейсеров соедкапиталов, что стояли в Кунке, вышли в потенциально опасном направлении. Пришлосиха действительно поднимать пары в котлах, чтобы не остаться без маневра в случае чего - как раз успевали это сделать, прежде чем кротолики подойдут слишком близко. Вслуху таких событий тактики немедленно собрали свои хвосты в рубке для разбрыливания мыслями. Сквозь обильное остекление отсека фигачило с чистого неба яркое солнце, нагревая шерсть на пушных зверях; форточки открывали пока ещё не на полную, потому как снаружи стоял свежачок. Наблюдалось утро, на море стоял почти стопуховый штиль.

- Думаю, вряд ли они возьмутся подходить сюда и обстреливать порт, - сообщил Слафра, - Это было бы слишком тупо.

- А что тогда? - пожал ушами Хем, - Просто взрыгивание?

- Не думаю, что просто, - уточнил кошец, - Скорее всего, крейсера или тащат за собой подлодки на буксире, или они идут своим ходом. Вот увидите, эти два тунца пройдут мимо порта и встанут где-нибудь килошагах в тридцати, чтобы и нас нервировать, и лодки прикрыть.

- А каков смысл такого балета? - фыркнул Хенс.

- Смысл в том, чтобы выпустить в нас несколько торпедных залпов, причём из-под воды, так чтобы никто ничего не видел. А крейсера должны не дать нам преследовать лодки после этого.

- А может, их... ? - показал по шее Куффи.

- Куф, полегче, - усмехнулся Слафра, - Нам необходимо избегать столкновений с кротоликами, если помнишь.

- Стало быть, пусть пуляются, - хмыкнул Рудыш, - Толку не будет, только боезапас потратят.

- Мне только не нравится, что мы жжём топливо, - цокнула Катерпилариса, - Остальное вполне в рамках пуха.

- Тогда давайте пыриться, - предложил Хенс, складывая лапы.

На Рыкоте были подняты обе смотровые вышки, с которых и пырились. Уже через пару часов над берегом стали заметны столбы дыма от идущих крупных кораблей, затем и сами они попали в оптику. Катя могла ояблочить их лично, влезши на вышку, и сочла, что это примерно такие же, как она слыхала возле Странглефорнии - длинные лодки-переростки с четырьмя орудиями главного калибра и парой дюжин меньших по бортам. Как и мявкал Слафра, корабли под полосатыми флагами соедкапиталов сначала пёрли на порт, стараясь вызвать испуг, но затем отвернули в сторону и прошли мимо, ворочая бортами и оставляя за собой длинные дымовые хвосты. Хотя полоса моря между берегом и спудом не превышала десятка килошагов в ширину, а чаще была и уже, это давало раздолье для маневров больших кораблей, чем кротолики и пользовались. Грызи в очередной раз собрались в кучу пуха, стоя у ограждения борта и помахивая пуховыми хвостами, отчего в воду периодически летел линялый ворс.

- Вот задайся вопросом, - цокнул Скисорь, мотнув ухом на корабли, - Какого рожна они тут делают?

- Тупят, - пожал ушами Грибодур.

- Нет, ну всмысле, - продолжил грызь, - Их же не пинками заставили, верно?

- Кротолики стайные животные, - цокнула Катерпилариса, хлебая чай из фляжки, - Их поведение обусловлено в большей степени стайными эффектами, нежели внутренней работой мозга. Вслуху этого ты не можешь понять, какого рожна они тут делают, это за пределами той логики, какой мы пользуемся.

- Так себе картина, - фыркнул Скис, - Но раз уж так получилосиха, остаётся только готовить боеприпасы.

- Предельно точно цокнуто, - кивнула грызуниха.

Предельно точно рассчитал и Слафра, потому как крейсера развернулись, прошли снова мимо порта, ворочая орудийными башнями, и встали на некотором отдалении, притушив топки, и слышимо, бросив якоря. Сало быть, лодки идут от Кунки, и скорее всего, они действительно идут. На Рыкоте пуши покормились в плане обеда, слегка надавили на сурка, не забывая оставлять вахты, и продолжили бдительно ждать, пока наступит ночь. Катя, вспушившись, взяла с собой Куффи и Хема, и пошла к лиситам на ихние корабли, благо спудофеню все более-менее знали. На большом бронекатере к ним немедленно вылез кто-то из ответственных ушей, осведомившийся, что им понадобилось.

- Вон там, - показала Катя на море, - Стоят два крейсера соедкапиталов, если вы знаете.

- Не слепые, - хмыкнул рыжий, - И что?

- У нас есть все основания полагать, что ночью будет торпедная атака по нашей посудине, - цокнула грызуниха.

- С крейсеров?? - не одуплилися лисит, - А.

- Да, с подлодок, которые сейчас скорее всего подходят к порту. Соль в том, что они могут попасть не только в наши заграждения, но и в вас. Вслуху чего было бы в пух усилить защиту в этом направлении.

- Это понятно, - кивнул рыжий, рассматривая грызуниху, - Непонятно, почему вы это мне цокаете.

- Воизбежание тупака, - пожала ушами Катя, - Когда начнут рваться торпеды, лучше, чтобы все знали о положении вещей.

- Логично. А что вы собираетесь предпринять в противодействие?

- Если всё пойдёт по шерсти, то почти ничего, - цокнула грызуниха, - Гоняться за ихними лодками нам не в пух, по крайней мере сейчас, а они на это рассчитывают. Поэтому максимум, дадим залп из бомбомётов по следам от торпед.

- Понятно, спасибо что предупредили, - вполне дружелюбно улыбнулся лис, - А белка не останется ли на нашем скромном судёнышке, разделить с нами трапезу?

- Нет, белка не останется, - ответно улыбнулась Катя, - У белки возня.

Напух ещё мне такие приключения на хвост, подумала она не вслух, выходя по трапу на причал. Дело однако было сделано, теперь лиситы точно не удумают, что их торпедировали с Рыкота. Солнце же постепенно начинало закатываться со смеху за стенку спуда, маячившую тёмной полосой над морем, так что предстояло ожидать непосредственно событий. Это нисколько не отяготило грызей и кошцев, так что они вполне себе в пух провели это время, неспеша копаясь по кораблю и таская всякие расходные материалы с местного рынка, пока есть возможность.

Ночью, как и предполагалосиха, поначалу всё осталось совершенно тихим - морская гладь лежала спокойной равниной с небольшой рябью, освещаемая огнями порта; даже кротоличьи крейсера стояли с огнями, ни от кого не скрываясь. По рассчётам соедкапитальская лодка уже могла догрести от Кунки в подводном положении, но скорее всего, атаковать они задумают под утро, в самое сонное время, надеясь посеять панику и нанести ущерб не торпедами, там хаосом. Порт однако был к этому полностью подготовлен, и грызи таки сурковали, оставив минимальную вахту. Единственно кто бдил по полной программе - это рассчёты бомбомётов, потому как им предстояло отработать свой песок в боевых условиях. Шестиствольные установки таращились в темноту, при этом в каждом стволе сидела бомба, ожидая своего времени.

Время подошло аккурат в четыре часа утра, как по расписанию. Смотревший с вышки кошец совершенно недвусмысленно разглядел на поверхности тёмной воды белый пенный след, вытягивающийся к кораблю с расстояния около килошага, а за ним ещё один. Кошец стоял на вахте всего пол-часа, потому как в это время вахты меняли особенно часто, дабы яблоки были предельно чисты. До этого кот опасался, что может не точно определить, видит ли он следы торпеды или что-то ещё, однако тут всё было предельно ясно, и спудяк схватил трубку, куда следовало орать, чтобы тебя услышали в другом отсеке:

- Это вышка-два, вижу следы торпед, двое! - кошец глянул на воду, - Четверо! Азимут тридцать семь, расстояние около килошага! Меньше килошага!

- Торпедная тревога!! - раздались вопли по кораблю, - Бомбомёты, к бою!

- Эй грызо, азимут тридцать семь, сейчас будут!! - крикнул кто-то бомбомётчикам прямо из окна, чтоб быстрее.

- Чисто цокнуто! - ответили оттуда, и установка повернулась в указанном направлении.

Бомбомёты стояли на палубах и оттого с них след торпеды было видно не так далеко, как с вышки. Быстро летящий снаряд мог успеть добраться до корабля, прежде чем его разглядят и прицелятся, так что предварительное наведение делало много добра. Грызи хотели цокнуть об этом друг другу, но сочли что в данный момент не самое удачное время. Скисорь и Грибодур, вскочившие по тревоге, как и было запланировано, просто собрались со своими рассчётами на левом борту, готовые к любому песку, но не побежали на посты, потому как толку от этого сейчас было нисколько, всё зависело от бомбистов. Те же пристально следили за водой, и как только различили белые следы, выпустили туда первые бомбы. Установки негромко забахали, выкидывая подарки на сотню шагов, через заграждения из щитов и сетки; пролетев по дуге, бомбы шумно плюхались в воду, а через секунду на этом месте вырастал столб воды, рассыпаясь фонтаном брызг. От взрыва бомбы грохота уже было куда как больше, чем от выстрела, так что весь корабль содрагался от ударных волн, мотылявшихся в воде. Установки выпускали по одной бомбе до тех пор, пока не подрывали торпеду - а когда подрывали, раздавался ещё более мощный бабах, и вода летела настолько высоко, что поливала Рыкота и весь порт, как дождём. Более того, грызи с удивлением услышали шлепки по крышам надстроек и палубе, потому как сверху летел жидкий ил, выброшеный взрывами со дна.

- Съешьте супу, щучьи куры!! - доносились вопли от установок, и снова хлопали выстрелы и бахали взрывы.

Это упражнение было отличным для отработки противоторпедной обороны, в реальных условиях шиш кто сумел бы положить столько торпед в длину корабля - сдесь, судя по всему, их была дюжина, с двух лодок сразу. Две из них таки прошли через заградительный огонь, потому как в установках закончились бомбы, и подорвались на щитах, отчего корабль ощутимо закачало. Особо яркий огненый шар расцвёл за кормой Рыкота, где третья из уцелевших торпед попала в пустой причал, разнеся его в клочья.

- Дальше? - осведомился Хенс, оглядывая тактиков.

- Дальше - сидеть, - ответила Катя.

- Как сидеть, а если они дадут второй залп?

- Будет ещё дюжина впустую потраченых торпед, - ответил Слафра, - Хотя скорее, не будет.

- Сидим, - подытожили грызи.

Как они и предполагали, второго залпа не последовало. Зато через полтора часа с вышки вполне отчётливо видели подлодку, всплывшую рядом с крейсерами - слышимо, тамошние промахнулись со всплытием, и вынырнули на виду. Зато катера, посланые с рассветом осматривать акваторию, таки нашли свежие выставленные мины, каковые кротолики готовили для тех, кто высунется из порта. Это было исключительно в их стиле, так что ни у кого не оставалосиха сомнений, чьих лап дело. При удачном для них развитии событий поди докажи, откуда прилетели торпеды - весь порт расколбасит так, что ничего уже не найдёшь. Собственно, от торпед и сейчас ничего не осталось, но по крайней мере, они детонировали на безопасном расстоянии от любой цели.

Крейсера не спешили уходить, и вполне возможно, раскачались бы на повторение балета или ещё какую глупость, однако во второй половине дня пришёл разведчик из Морлучья, сообщавший о том, что песок тронулся. В данном случае это означало, что флотилия чекотов находится в нескольких сутках пути, в окно Унный Таз уже прибыл корабль поддержки "ГузлинЪ", и кроме того, зафиксировано движение первой пригодной к окучиванию цели. По данным наблюдений выходило, что "ключ" вышел по обычному маршруту и в ближайшее время будет в окне Вторая Рябь, вероятно, для встречи транспортов. Теперь Рыкот мог выходить непосредственно на перехват, поддержка обещала быть. Катя быстренько прикинула навигацию по карте, и пришла к выводу, что менее чем через сутки можно уже и того.

- По ходу шерсти, кротолики перехитрили сами себя, - захихикала грызуниха, - Если бы не их маневры, Рыкот стоял бы без паров, и мы могли бы и не успеть на перехват.

- А эти синяки, что с ними делать? - мотнул ухом в сторону крейсеров Скисорь.

- Ничего, пусть мотыляются до посинения, - ответила Катя.

- А что ты будешь делать, если они пойдут следом? - осведомился грызь.

- Не думаю, что они пойдут, - пожала ушами грызуниха.

На судне подняли боевую тревогу, приводя команду в походную готовность и возвращая с берега всех, кто там тусовался. По трапам, перекинутым с борта на причалы, побежали целые вереницы кошцев, грызей и шариков, сопровождаемые "заградотрядом" Фелфи. Поднялась суета и гвалт, однако крайне ненадолго - уже спустя десять минут все добежали до нужных мест, и спудяки недолго думая отпустили канаты, державшие корабль у причала. Дав свисток, Рыкот забултыхал в воде колёсами и с нарастающей скоростью пошёл от берега. Слева по курсу маячили дымки от стоявших на якорях кораблей кротоликов, а гораздо ближе на зыби мотылялись маркеры, обозначавшие мины. Катя таки лично побежала по всем бомбомётным установкам, чтобы убедиться, что они не топчут гусей.

- Товарищи спудяки, - цокала она, - Пока не пройдём поток, зона считается опасной с точки слуха торпедной угрозы, так что будьте предельно внимательны, пожалуйста.

- Чисто цокнуто, - кивнул ушами грызь, - Понятное дело, лодки могли и не уйти, а засесть где-то неподалёку.

- У вас всё в пух? - уточнила Катя.

- Да, всё в пух, - точно ответили ей.

- Эй, Кать! - цокнул из окна рубки Хем, - Поди послушай на это.

Грызуниха прошуршала по лестницам на башню и ослушалась вокруг: берег Межспудья удалялся, и Рыкот, оставляя за собой белый пенный след, по широкой дуге разворачивался на западную сторону. Катерпилариса взялась за оптику, развернула её на кротоличьи корабли и сразу усекла, что те дали полного ходу следом - из труб валил дым, а перед носами вздымались высокие буруны.

- Так себе новости... - буркнула Катя, - Новости-пуховости...

- По-моему, это всё те же самые стандартные, - цокнул Хем, - Так что с некоторым перерасходом топлива, но мы сможем от них оторваться.

- А толку? - хмыкнула грызуниха, - Всё равно будет понятно, куда мы идём, и они ояблочат всю картину!

- Ну и что? Пусть яблочат сколько влезет, всё равно мы не собирались этого долго скрывать.

- Не думаю, что атаковать "ключ" с таким хвостом будет в пух, - мотнула ухом Катя, - Многое может пойти вкривь, а если в неподходящий момент ещё заявятся эти синяки, может получиться совсем не в пух.

- Слушая, на сколько мы сможем оторваться, - заметил грызь, - Если у нас будет два-три часа, за это время можно окучить тунца, и если что, даже использовать его пушки.

- Мне это совершенно не нравится, - прямо цокнула грызуниха.

- А чего они вообще к нам привязались? - мявкнул Слафра, покачиваясь на стуле, - Подумаешь неслыхаль какая, да наших кораблей тут как мух в сортире, и чо?

- Таких мух они ещё не видели, потому и взрыгивают. Да и размеры сами по себе намекают, что посудина достаточно серьёзная. Боюсь, шиш они отстанут, - почесал уши Хем, - Ну вперёд мы оторвёмся, а толку? Всё равно там больше деваться некуда.

- Тогда, боюсь, придётся отменять операцию, - пожал плечами кошец, - Нашиш нам такой риск?

- С другой стороны, - цокнула Катерпилариса, - Они никуда не денутся, а так и будут нас пасти всё время - и сейчас, и через месяц. Задержка только даст им время на обдумывание и изобретение плана, как сделать зло.

- Сало быть? - развёл лапами Хем.

- Сало быть йа считаю, что надо ловить тунца, - цокнула таки грызуниха, и вспушилась, потому как понимала, что это рисковано, - Если удастся, вообще спрятать его в этом окне, которое Вторая Рябь, пока кротолики не свалят.

- Ну, это не полностью надёжно, - мявкнул Слафра, посмотрев подробную карту окна, - Но кой-какие заросли там есть, так что, если повезёт...

- Если повезёт вообще поймать тунца, - заметил Хем, - Сами знаете, какой песок.

- Да, точняк, - цокнула Катя, - Нужно сосредоточиться на ловле, что делать потом, разберёмся.

Сосредоточившись на ловле, Рыкот дал полного хода, развив скорость примерно на треть большую, чем удавалосиха тяжёлым крейсерам кротоликов, каковые к тому же были не первой технической свежести. Те пыхтели, но сделать ничего не могли, и постепенно расстояние до них всё более увеличивалось. Вполне ожидаемо, подумала Катя, вот если бы они шли медленнее, и при этом догоняли - это было бы странно. Грызуниха открыла данные о потоках и сверилась со временем - тут не повезло, поток работал в нужную сторону в неудобное время, поэтому Рыкоту придётся почти час торчать возле устья, ожидая прилива. За это время кротолики могут полностью сократить разрыв, что мимо пуха.

- Зачем тогда перерасход топлива? - спросил Хенс, вернушийся как раз из котельной, - Если потом ждать?

- К тому времени, как мы будем возле устья, будет темно, - пояснила Катя, - Проскочим мимо, сделаем петлю и уйдём в поток без единого огня на палубе, авось потеряют нас.

- Сомнений речь, - мявкнул кошец, - В Северокунье только Печкин более-менее пригодный порт. Если мы ушли из него, то идём только в поток, это ясно даже кротолику. По крайней мере, они разделятся, раз уж их двое.

- Так это уже орехи, за нами будет один синяк, а не два, - хмыкнула грызуниха.

Откровенно цокнуть, и один такой синяк - не подарок, но всё равно в два раза лучше, чем два. Вслуху таких соображений Рыкот продолжал идти полным ходом, держась примерно посередине морской полосы между спудом и берегом. Погода, ранее бывшая солнечной и довольно тёплой, завернула обратно к некоторому колотуну - на небо натянуло облачности, задул сырой и холодный ветер, но к сожалению, тумана не появилосиха. Практически не качаясь на зыби, корабль лопатил килошаги один за другим, разрезая воду острым носом, и пока что никакого аврала не предслышалось. Пуши на некотором расслабоне сидели по отсекам и глушили чай, либо проветривали пух на палубе, пырючись на море. В тёмно-синей воде то и дело прыгали рыбы - они, как обычно, постоянно купались.

- Пуши, - цокнул Скисорь, - Йа сделал такое наблюдение, что вы сидите по отсекам и глушите чай.

- Твои выводы справедливы, как ничто другое, - заржали грызи.

Скисорь таки и сам сидел в отсеке под орудийной башней и фигачил всё тот же чай, а куда ещё положить хвост? Проводить учебные стрельбы было не в пух, да и вообще лишний раз шевелиться - тоже, чтобы не осложнять. Оставалосиха только надеяться на силу завареных листьев, кататься по смеху и заходить по соседним отсекам, поржать дополнительно. Можно было бы напроситься помогать спудпехам готовить снаряжение, но они и так уже всё сделали на отличненько, так что и. Благо, у Скисоря, Кати и Грибодура была более чем благая возможность собраться вместе, и в тысячный раз потрепать друг друга за уши. Грызи обычно поворачивали голову таким образом, чтобы одним глазом видеть одного, а другим другого - получался полностью замкнутый яблочный круг!

- Неслабо нас так затащило, а? - цокнула Катерпилариса, - Три года назад йа бы никак не цокнула, что вляпаюсь в такое погрызище. Всмысле, что сумею вляпаться.

- Да, есть такое... ощущение, - хмыкнул Скисорь.

- Ааааащущение!! - свыла Катя, - Кхм.

- Да, действительно, - согласился Грибодур, - Ощущение есть. Думаю, стоит покрутиться, как белки в колёсах, чтобы отжать от этого максимум Прибыли, как вы думаете?

- Угу. И хвосты сохранить в целости, - прямо добавила грызуниха, - Хотя бы относительной.

Грызи припоминали тех зверей, что оказались потрачены до этого момента, и слегка вздыхали - но только слегка, потому как всё было сделано по шерсти, и эти траты ни в малейшей степени не пропадали всуе. Усилия неуклонно приближали искомый момент, а именно тот, когда одгорозки останутся только где-то в пыльных пустынях своих земель, а не в спуду. Мощный шум воды, раздвигаемой носом тяжёлого корабля, на сто с лишним пухов подтверждал эти выкладки. Однако же, почесала за ухом Катя, надо бы как-то избавиться от компании кротоликов, а то и правда может боком выйти. Кроме того, до начала операции в полный рост лучше им вообще не видеть настоящего назначения Рыкота. Разведка старалась распускать в Межспудье слухи, что Рыкот это вооружённый транспорт для козцовых предприятий, и при некотором воображении его действительно можно принять за таковой.

- Мнём сыроватый пух, - цокнула Катерпилариса, - Если бы у нас была поддержка из катеров, как и положено, йа бы знала, что делать.

- И что же? - поинтересовался Скисорь, - Сидеть и цокать?

- Сейчас стемнеет окончательно, и будет туман. Будь с нами "сучки", можно было бы зажечь габариты на них и отправить в сторону, а свои погасить. Издали эти олуши пух отличат, на чём горят огни - на корабле или на трёх катерах, идущих группой. Но все катера на связи и разведке, так что мимо.

- Не так уж мимо, - хмыкнул Грибодур, - У нас же вроде некоторый запас жабаксоидов есть?

- А напуха? - удивилась Катя.

- А вон, послушай ушами.

Гриб цокнул точнёхонько - из потока, который сейчас работал в сторону Межспудья, вышли три посудины калибра торговца. В сгущающихся сумерках однако ещё прослушивались их очертания, характерные для жабьих кораблей, и тёмно-зелёные флаги Спудной Компании Жабцов. Катерпилариса схватила быстро, так что только пожала Грибу лапу, и мигом сшуршала в командный отсек. Спустя минуту Рыкот повернул к посудинам, а с надстроек стали сигналить светом, чтобы те остановились для базара. Убегать от здоровенного корабля жабцы сочли лишним, так что действие возымело успех. Контактная группа быстро переправилась на борт торговцев, и кошцы объяснили, в чём соль. Как и предполагалосиха, десяти тысяч жабаксоидов было вполне достаточно, и обоюдожадная сделка свершилась.

Жабцы построились примерно в линию, на первом и третьем зажгли габаритные огни, в то время как второй, в середине, начал усиленно дымить, создавая столб дыма на фоне неба. В таком строю торговцы отправились тем курсом, какой им сказали выдерживать, и издали это весьма походило на то, как выглядел Рыкот в темноте и тумане.

- Думаю, должно проканать, - мявкнул Куффи, потирая лапы, - Кстати, уже можно уплывать.

- Не, посиди, - цокнул Рудыш, - Надо убедиться, что эти олуши прошли мимо.

Рыкот дрейфовал рядом с устьем потока, подняв обзорные вышки и погасив все огни, а торговцы медленно уходили в сторону. Где-то через пол-часа наблюдающие кошцы таки разглядели в тумане силуэты кротоличьих крейсеров - те сделали супер хитрость, тоже погасив огни, и теперь пробирались в темноте, как кроты по норе. Оставалосиха надеяться только на то, что тамошние яблочники не смогут разглядеть тонкие вышки, торчащие над туманом, а крейсера не станут обшаривать устье потока.

Обмусолив обстановку под ушами более подробно, Катерпилариса пришла к выводу, что начинать основную операцию с таким хвостом - вообще не в пух, потому как кротолики натурально могли отчебучить что угодно, вплоть до нападения на Рыкот. В этом плане они находились в менее выгодном положении, чем спудяки ГКС, потому как не могли действовать без приказов вышестоящих инстанций, и если у них не имелось разрешения атаковать, то и взяться ему будет неоткуда, просто вслуху небыстрой связи. Тем не менее, их присутствие на месте дало бы неоправданный риск и лишние сведения врагу, что мимо пуха. В этом мнении сошлись все тактики - как грызи, так и кошцы, и как ни было бы жаль, но рыбалку следовало отменить, в случае если не удастся отвязаться от хвоста.

Спустя двадцать минут слушатели уверенно доложили, что гусиная удача поймана - судя по их маневрам, кротолики купились на фальшивку и пошли вслед за жабцами. Теперь им предстояло не напряжное, но бесполезное путешествие вокруг Межспудья, каковое должно было занять у них двое суток. Торговцы не могли оторваться от преследования, однако план был таков, что с наступлением утра они сменят построение и развернутся в обратную сторону. Кротоликам придётся считать, что Рыкот ушёл вперёд, и продолжать тянуть за ним по прибрежной полосе.

- В пух цокнул, грызун-пуш, - цокнула Катя, вернувшись к согрызяям, - Кумекаешь.

- Возможно, - хмыкнул Грибодур, - Но вот что помешает кротоликам остановить жабцов и сделать тоже самое, тобишь подкупить их?

- Тухлая жадность, конечно, - зевнула грызуниха, - Мы обещали жабцам ещё десять тысяч, если будет достигнут результат. Следовательно, они запросят с кротоликов больше десяти тысяч, и их удушит жаба. И вообще, мы достаточно хорошо прикармливаем жабцов, чтобы они тяготели к нам, а не к соедкапиталам.

- Почему? - пожал ушами Гриб, - Им же попуху, только бы набить карманы.

- Потому как наши платят исправно, а соедкапитальские - только в крайнем случае, - пояснил Скисорь, - Потому жабцы и прикормлены.

- А, ну это в пух, - согласились грызи, и на всякий случай вспушились.

Рыкот начал потихоньку дымить из труб, по мере того, как кротолики удалялись всё глубже в темноту и туман, а через положеное время и дал ходу в поток, когда приливная волна перестала выталкивать оттуда воду. Едва корабль успел зайти в русло потока, как течение стало набирать силу в обратную сторону, и теперь можно было сбавлять ход, поток как обычно всё делал сам, вынося судно за многие килошаги в следующее окно.

До Второй Ряби предстояло преодолеть несколько окон, где практически отсутствовала какая-либо деятельность, и затем уже выходить на маршрут, соединяющий территорию ОДГ с жабьей. Пырючись на эти окна, спудяки не особо удивлялись, что тут никого до сих пор нет, потому как окна были так себе, пустынные. Отмель спуда, идущая по стенке вокруг всего окна, тут была очень узкая, и на ней росла только жиденькая полоска спудосоки, не имеющая промышленного значения. А стало быть, если отмель имеет малую площадь, то и рыбы в окне вряд ли допуха, потому как рыба живёт именно на отмелях, глубина в килошаг для неё столь же неинтересна, как и для сухопутных зверей. Стены окон также не давали повода для оптимизма, потому как спудяки не увидели ни одного водопада - а ведь именно водопады выносят в окно растворимые вещества, потребные для роста всякой жЫзни.

Короче цокнуть, спудотория тут была пустынная, хотя тактики и отметили с десяток небольших куртин спудосоки в заливах, куда при надобности можно спрятаться, так что всё это довольно обширное пространство следовало просто пройти. Погода при этом завернула на плотную серую облачность, так что стало сумрачно, и тёмная вода плескалась за бортом, как гусь по ельнику. Периодически начинал моросить мелкий холодный дождь, что однако только радовало, ибо уменьшало дальность слышимости, а это налапу Рыкоту.

Катерпилариса, вслуху отсутствия надобности, сурковала не в отсеке управления, а всё в том же кубрике, где и остальные хвосты. Так что, когда приходило время вахты, грызуниха зевала во все резцы, вспушалась, глушила чай, и бодро шуршала по лестницам и переходам наверх, в надстройку. Скисорь так вообще почти не вылазил из-под сурка, пока есть такая возможность, разве что ходил ненадолго помогать кочегарам в машинное отделение.

- Ну как, было что? - цокнула Катя, вшуршав на одно из сидячих мест в рубке.

- Кое-что, - кивнул Хенс, сидевший на ночной смене, как и все кошцы, - Разведчик одгорозков на нашем курсе. Ушёл час назад, собака страшная. И никак его не достанешь.

- А толку? - пожала ушами грызуниха, проведя лапой по карте, - Цель вот тут, ближайшее место, где могут стоять готовые к походу корабли ОДГ - тут. Не успеют в любом случае.

- Не успеют, но слишком впритык, - недовольно мявкнул кошец.

- Ты не учитываешь, что они не знают, что такое Рыкот, - заметила Катя, - А он издали вовсе не похож на атакующий корабль, а скорее на транспорт или несушку. Они скорее всего не одуплятся, что наша цель - "ключ". Посылать тяжёлый корабль на перехват тоже накладно, потому как не догонит... вобщем, не следует перепесочивать.

- Да, но после того, как мы хапнем?... - почесал подбородок кошец.

- До этого ещё доползти надо. Когда хапнем, тогда и будем думать.

- Ладно, примем эту версию, - хмыкнул Хенс, зевая, - Пойду хрючить, пока есть возможность.

- Удачи, - хихикнула Катя.

Кошец был ничуть не оригинален, большинство зверей на борту, включая шариков, закапывали время под сурка, именно что пока была такая возможность, да и сонная сырая погода способствовала. Правда, до этого ровным счётом все, у кого в ведении имелосиха оружие, проверили его на отсутствие отсыревания, и только потом с чувством выполненного долга плющили морды. Любой мало-мальски опытный спудяк знал, что сырость есть самый главный враг огнестрельного оружия, и если зазеваться невовремя - останешься безоружным безо всякого боя. При этом образцы вооружения ГрызеКошского Союза отличались относительно малой зависимостью от сырости, в отличие от соедкапитальских, например. Винтовки-"редусинки", годно смазаные, вообще не боялись сырости, разве что конкретно выдержать в воде. Правильно хранящиеся боеприпасы к ракетомётам и залповым установкам тоже не доставляли проблем. Единственое, с чем следовало носиться, как с расписным гусём, так это спецбоеприпасы с горчичным дымом; они были сделаны достаточно на скорую лапу и оттого имели не полную герметичность, что могло приводить к отказам.

Катерпилариса поёживалась, когда вспоминала, как именно Скисорь и Гриб, вместе с другими орудийщиками, готовили "раков" к применению. Приходилосиха класть ракеты в кучу идеально сухой ветоши, чтобы та вытянула из них всю влагу, а затем тащить ветошь в машинное отделение и развешивать по всем трубам, дабы высушить. Это грозило пожаром, но ничего не поделаешь. Скисорь предложил сушить ракеты сразу у топки, как альтернативу, но такой вариант всех устроил куда меньше, чем ветошь. Чтобы высушенная ракета не набралась влаги снова, каждую промазывали дегтем, дабы залить все зазоры. Причём, сделать это заранее было нельзя, смазка в малых количествах быстро высыхала и растрескивалась, сводя эффект на нет. Пока производственники искали способ обойти такой песок, спудякам следовало "жарить" ракеты максимум за неделю до использования, в противном случае приходилось повторить операцию. Такая же канитель была с дым-раками во время похода чекотов к Странглефорнии, но там использовали значительно меньшие объёмы боеприпасов, да и погода там посуше.

Грызуниха, проверив нафигационные данные и работу машин, посидела с часок, просто пырючись в дождливую дымку - слышимость она ограничивала до килошага, но в светлое время этого передостаточно, чтобы не влететь в стенку или другой корабль, так что напрягаться зазря нечего. Катя усилием воли выкинула из головы всю тактическую ерунуду и вспоминала родной Лес, пухову тучу не менее родных зверей, рыб и птиц, отчего счастливо хихикала и трясла ушами, настолько ей нравились эти воспоминания. Грызунихе отчётливо хотелось узнать, как обстоят дела с выводками лисят, сколько высидели утки, и как поживают медведи, олени, лоси, еноты... короче цокнуть, много кто. Она помнила даже раков в речках, как они брыляют хвостами и быстро плавают задом вперёд, скользя в прозрачной воде. А сверху, на завихрениях текущего речного потока, сверкают звёздами солнечные блики... Ловя такое ощущение, Катя отчётливо ощущала себя лапами леса, и решимость трясти с полной отдачей только возрастала. "Не жалея жизни!" - вспомнились слова наставников в училище-ухомоталище, - "Причём, в первую очередь, ихней жизни!".

Могучие паровые машины двигали судно вперёд, и острый бронированый нос Рыкота резал тёмную воду, покрытую зыбью от дождевых капель. Одгорозкам придётся здорово попотеть, чтобы отвертеться от такого предложения, и пуха с два у них это получится. Вслуху этого, когда в рубку притащились Рудыш и Хем, кое-как продравшие яблоки, Катерпилариса обрушила на их уши немало соображений о том, какие ещё меры следует принять для успешного исхода дела. Главное, что ещё не подвергалосиха должному обцокиванию, так это то, что "ключ" вряд ли будет плавать в гордом одиночестве, а скорее всего рядом будут ещё бронекатера. Разведчик, который обнаружил выход "ключа" в спуд, конечно видел его именно на одну морду, но эскорт наверняка присоединится позже. Даже одгорозки не могли не понимать таких вещей, как контроль за спудом и всё такое, поэтому наличие "углов" можно было считать доказанным.

- Нужно отсечь их от основного тунца, - цокнул Хем, - И расстрелять.

- Весьма оригинальный план, - заржал Рудыш, - Кхм. Только вот, одного тунца можно закидать дымом с полной уверенностью, а если там будет ещё с десяток катеров - пух на всех напасёшься.

- Ну, как послушать...

- Да как ни послушай, - мотнула ухом Катя, - Тунец должен быть практически очищеный, ну там два-три "угла", не более того. В противном случае будет мимо пуха так рисковать.

- Затраллить, - предложил Хем, - Сами же цокали, что Рыкот похож на транспорт. Подцепить "углов" за собой, и когда расстояние будет достаточное, втихоря ликвидировать.

- Да, это может пройти, - согласилась грызуниха, - Убирать броненосец с маршрута они не станут, а вот катера могут и отрядить гоняться за неизвестным судном. Так что, в пух.

В пух оказались и результаты по походу, топки сожрали меньше рассчётного количества топлива, а время выдерживалосиха достаточно точно. В устье потока, который вёл в окно Вторая Рябь, Рыкот встретился с одним из разведчиков - несколько "сучков" уже довольно долго мотылялись по окрестностям, осуществляя контроль, так что нагрузить их спудуглем было совсем не лишним. Благо, на Рыкоте имелись погрузочные краны, делавшие эту операцию достаточно простой - нести реально много топлива, как несушка, корабль не мог, но слегка подкормить разведчиков - запросто.

Дождь прекратился к следующему утру, когда Рыкот прошёл поток и теперь маневрировал непосредственно по искомому окну. К неудовольствию спудяков, имелся довольно сильный ветер, неполезный для использования дымовой завесы, однако скорость его колебалась и стоило надеяться, что в нужный момент он окажется слабее критического значения. В этом окне имелись некоторые заросли спудосоки и несколько водопадов, обогащавших воду растворимыми веществами, однако до сих пор не было известно ни о каких плавстанциях, разве что заплывали собирать спудмышовый пух и прочие ресурсы. По маршруту, который тянулся до спудотории ОДГ, в одну сторону имелись минимум ещё три пустых окна, а в другую сторону поток вёл уже в жабье окно. Именно оттуда должны были подойти торговые калоши одгорозков, каковые встречал "ключ", гуся ему в свинарник и курицу в коровник.

Следует отметить, что одгорозки более всего торговали с соедкапиталами - вероятно, потому как у них имелось много общего, типа жажды наживы непременно за чей-либо счёт. Жабцам например было глубоко пофигу, откуда получается прибыль - их интересовали числа как таковые, а не возможность украсть или ещё что. Спудяки, изучая этот вопрос ради того, чтобы быть в курсе дел, знали, что ОДГ в основном гонит на продажу несметные количества спудугля, а также нефть, добываемую в их землях. Соедкапиталы, ясное дело, гнали в обратную сторону любое дерьмо, за которое им платили. И отношения этих сторон были настолько дружественными, что стоило дать хороший повод, и они с радостью вцепятся друг другу в глотки... именно в этом и состояла соль операции, хотя не все это знали.

Сидевший на вахте в это время Куффи поставил корабль в дрейф примерно паралельно курсу, соединявшему искомые устья потоков, поднял наблюдательные вышки, и притушил топки. Теперь следовало дожидаться прибытия клиентов, о чём сообщит разведка - и судя по всем ранним данным, дожидаться недолго. Однако, вместе с этим следовало решить ещё одну задачу, а именно избавиться от одгороженых ушей в окне. Как бы там ни было, а будет лучше, если Рыкота не увидят до самого последнего момента.

- Да, но с другой стороны, - раздумывал Куффи, оглядывая набежавших грызей, - Так они просто увидят корабль, неизвестно какого назначения. А если мы накроем разведчика, то сразу поймут, что наклёвывается что-то серьёзное.

- Ну, насчёт сразу это через край, - цокнул Рудыш, - В нулевых это одгорозки, а главное, их скоростные катера не столь надёжны и часто ломаются, так что эт-самое.

- Тогда, кроем?

- Кроем.

Однако крыть пока было нечего, разведчик одгорозков не появился, как ожидалосиха. Либо он и правда вышел из строя, либо остался осматривать те окна, что были сзади по маршруту - как бы там ни было, в поле зрения никого не попало. Это, правда, не означало, что Рыкота не обнаружат - обнаружат позднее, когда разведчик выйдет от самой группы с "ключом". То, что там есть несушка скоростных катеров, это девяносто девять пухов, как цокнул бы любой спудяк. Через два часа появился "сучок", привезший очередную порцию разведданных в обмен на топливо.

- Подходят к устью, через полтора часа будут в окне, - сообщил грызь, - "Ключ", как на пуху, и восемь "углов".

- Восемь не десять, - цокнула Катерпилариса, слушавшая через борт, и мотнула хвостом.

- Не поспоришь, - заржал грызь, - А что, можно попробовать затраллить самым тупым способом, чтобы разделить их.

- Навроде? - склонила ухо грызуниха.

- Навроде устраиваем имитацию пожара на катере, - цокнул грызь, - И вывешиваем сигнал бедствия. Когда они за нами срываются, уходим со скоростью, равной ихней, в нужном направлении. Мы так уже одгорозков цепляли, если что.

- Что за олуши... - фыркнула Катя, - Ладно, попробуйте, хуже от этого не будет, а если сработает, то в пух.

Над водой всё ещё висела дымка, не столь плотная как раньше, но ограничивавшая слышимость, так что разведчик вполне мог привести клиентов к Рыкоту за десяток килошагов так, чтобы оставшиеся ничего не заметили. Не особо спеша, корабль выходил на означенную позицию южнее устья потока, откуда должны были появиться одгорозки.

- Если они разделятся из-за такого примитивного троллинга, - фыркнул Хенс, - То это реально полные олуши.

- Могут, - подтвердил Рудыш, - Сам так делал, когда на разведчике плавал. А что, их тут реально никто не кусал уже долгое время, расслабились. Да и делать им в окне больше нечего, кроме как гонять любую посудину.

- Сейчас и узнаем, есть ли им что делать, - резонно цокнула Катя.

Неслушая на нетерпение, никто из тактиков не полез на смотровые вышки, потому как оттуда довольно долго слезать, а слушатели не зря грызут свои орехи. По кораблю объявили повышенную боеготовность, что означало не только вынуть всех из-под сурка, но и начать закачивать перегретую воду в котлы десантных катеров. Это был критичный момент, потому как если промазать по нужному времени, получится далеко мимо пуха. Правда, для накачки пришлосиха перевести топки на режим полной мощности, что сильно прибавило столбам дыма и соответственно, убавило незаметности.

- Думаю, форсированый режим нам ни к чему, - цокнул Хем, - Но неспеша накачивать надо, как считаете?

- В пух, - кивнула Катерпилариса.

Технический персонал, приставленный к обслуживанию катеров, занялся этой самой накачкой в режиме "неспеша", отчего с бортов Рыкота стали подниматься небольшие струйки пара, ежели где соединения оказывались не идеально плотными. Благо, котлы были разогнаны, а хода пока не требовалосиха, так что мощность уходила в накачку.

- Есть контакт! - крикнул кошец с вышки, заставив всех слышавших вспушиться.

- Сколько?? - не удержался уточнить Хенс.

- Два!

- Два, маловато... - фыркнул Рудыш, покачав ушами.

- Три! - предложил другую версию слушатель.

- Уже лучше, - хмыкнул Хенс.

- Четыре!

- ЕЩЁ! - заржали звери на палубе.

Слушатель напрягся и "сделал" шесть, что уже было практически идеально. Вслуху дымки дальность слышимости с вышки не сильно превышала слышимость с надстройки, так что через минуту все желающие могли убедиться, что вслед за сильно дымящим "сучком" идут шесть "углов", при этом идут просто толпой, даже не пытаясь выдерживать строй. Низко сидящие в воде серые баржи даже ворочали носами, чтобы не столкнуться - в общем, на вид это было полнейшее днище флота ОДГ. Вероятно, они даже не сразу увидели Рыкота, тупо таращась на уходящий "сучок" и надеясь на то, что смогут его догнать.

- Будем окучивать? - осведомился Фелфи, сидевший рядом с тактиками.

Для него вопрос был отнюдь не праздный, потому как следовало привести всё довольно инертное хозяйство в режим минутной готовности.

- Сейчас, минуту, - цокнула Катерпилариса, ослушивая воду невооружёнными яблоками.

Грызуниха не ошиблась, потому как примерно через минуту из тумана показался и скоростной разведчик, пролетевший мимо "углов", "сучка", и сделавший широкий круг возле Рыкота. Демонстрировать одгорозкам, в чём соль, было совершенно излишним.

- Пока окучивать не будем, - мотнула ухом Катя, - Думаю, надо отойти на юго-запад вплоть до устья.

- Чтобы прищучить их подальше от "ключа"? - уточнил Хем.

- Чтобы прищучить "ключа", - поправил Хенс, приоскалив клычки.

Окинув ушами картину, спудяки поняли замысел: увести дураков за собой подальше от основной группы, а затем на полном ходу метнуться обратно. "Угол" хоть и бронекатер, но скорости у него раза в два с пухом меньше, чем у Рыкота. В этом случае будет совершенно попуху, обнаружат ли что одгорозки - потому как будет поздно. Кроме того, лучше свежими силами обрабатывать более сложную и приоритетную цель, а остатки можно подобрать и потом. Быстро посчитав по маршруту, как получается со временем, Катерпилариса удовлетворённо кивнула ушами и показала выкладки остальным. У них будет часа два, чтобы окучить "ключ" и подготовиться к новому этапу, с вариациями в зависимости от того, насколько далеко уйдёт этот тунец.

Само собой, будь на месте одгорозков кто-либо немногим более здравомыслящий и успудяченый опытом, пух бы шесть катеров пошли гоняться за какой-то калошей, оставив без прикрытия броненосец. Но это были именно одгорозки, которые не могли поверить, что "ключу", воплощению Двойных Гвоздей, великому мечу шаракализма и тому подобное, требуется прикрытие. Да и без этого, Рыкот вполне себе походил на большой эсминец, и таковой вряд ли стал бы лезть в мордобой с шестёркой "углов", так что намерение выдавить чужака из окна, подальше от маршрута конвоя, было в чём-то рациональным.

В следующие четыре часа корабль ходом меньше среднего шёл на юго-запад, так чтобы растояние между ним и преследователями медленно сокращалось. Обнаружив этот факт, одгорозки наверняка возликуют и продолжат загонять себя к ловушку. К удаче, Фелфи не поднимал на уши своих шариков раньше времени, потому как прекрасно понимал, что успокоить их потом будет крайне сложно. Эти звери пока находились в благом неведении о происходящем, потому как из окон их отсеков ничего особо не разглядишь. Спудпехам из кошцев и грызей таких тонкостей не требовалосиха, они спокойно следили за обстановкой и лишний раз не сидели на тревоге. Тем более, сейчас основной упор делался на шариков, пока они имелись в наличии.

Когда судно подошло на несколько килошагов к устью потока, машины перешли в режим самого полного хода, и Рыкот рванул вперёд, поднимая белые вспененые буруны. Одгорозки и ухом не успели мотнуть, как преследуемая калоша ускорилась в два раза, повернула на север и прошла мимо них, почти цепляя дистанцию досягаемости, но не влезая явно в зону уверенного поражения. Шаракалы ещё три минуты продолжали идти прежним курсом, пока не заподозрили какой-то подвох, а к этому времени Рыкот уже обошёл их и быстро удалялся в другую сторону. Наблюдения также показали, что из шести "углов" два отстают от остальных, слышимо, заимев какие-то косяки с ходом, что не особо удивительно. "Сучок" с бортовым номером 702, что мотылялся по окну в непосредственной близости от Рыкота, уже сделал петлю, засветил местоположение цели и успел передать данные на корабль.

- Вот теперь всё, к разделке тунца будьте готовы! - сообщил Хенс всем присутствующим.

- Да впух, ещё полтора часа сурковать можно, - уточнил Рудыш, - Но потом надо быть готовыми к разделке тунца, тут поперёк не цокнешь.

- Песок принят, - кивнула ушами Катерпилариса.

Как и почти все спудяки, кроме тех, кто оставался на вахте, грызуниха не собиралсь сидеть на иголках, хотя и дрыхнуть тоже вряд ли получится. Скорее больше пользы принесёт неспешный обход постов, тёрка с согрызяями, может быть, заодно проклюнутся какие-то мысли, которые могли упустить из слуха. Катя спустилась с надстройки, прошуршав по металлическим лестницам, как обычно, и в нулевую очередь посетила орудийку - да хотя бы потому, что она ближе всего. Орудийные башни с ракетомётами во флоте ГКС зачастую погоняли "р-башнями", что означало ракетная, или же рачья, башня, и было недалеко от истины. Как и всегда вне боя, бронированые двери были открыты настижь, а изнутри гулко доносились звуки возни - грызи перекладывали боеприпасы в режим полной готовности.

- Как песок? - сделала детальный запрос грызуниха, заглядывая внутрь башни.

- Всё в пух, - ответил Скисорь тоже самое, что он отвечал тысячу раз до этого.

Хоть грызи и ржали над этим "всё в пух", но на самом деле такое подтверждение действительно требовалосиха. Принимающим решения нужно было быть на сто пухов уверенными, что средства доступны в полном объёме. Скисорь, вытирая лапы ветошью, нарисовался из сумрака внутренностей башни, и потёрся ушами о грызуниху; лапами трогать он поострёгся, потому как сейчас они резко воняли горчичной смесью из спецбоеприпасов.

- Ну как, тунец на курсе? - уточнил Скис.

- Именно так, - кивнула Катя, - Часа полтора ещё, потом песок. Как бы там ни было, но этот от нас уже точно никуда не денется... Да, Скис, у вас будет возможность валить фугасы, или десять залпов сплошного дыма?

- Конечно будет, - заверил грызь, - С обычной скоропалительностью. А десять залпов выпускаем с удвоеной, как и доцокивались.

Катя кивнула, укладывая это в голову. Два десятка тяжёлых ракет с дымовой начинкой грызи заранее разместили прямо в башне, в то время как остальные будут подаваться снизу, из погреба, что увеличивало время на перезарядку орудий. Если удастся остаться в рамках первоначального замысла, это не должно дать никаких осложнений.

- Вы всё тут? - спросила грызуниха, прикрывая глаза лапой от света, чтобы рассмотреть тёмное помещение, - Если что, йа к Грибу.

- Попозже зайду, ещё кое-что есть, - цокнул Скисорь, подмигнул согрызяйке, и исчез в люке.

Грибодур находился на тридцать шагов в сторону и примерно в таком же состоянии пуха - рассчёт установки приводил хузяйство в самый полный порядок перед эт-самым. Само собой, начать стрелять они могли в любое время с тех пор, как корабль вышел из дока в Канавии, но сейчас требовалась особая тщательность и заранее подготовленные заделы. Тем более, что эта ракетница была с того борта, который будет отрабатывать непосредственно по цели. По плану, сначала должны дать залп дымовухи, чтобы закрыть Рыкот от дальнобойной артиллерии, а установки с другого борта уже работали по цели спецбоеприпасами. Впрочем, тактики считали, что скорее всего, дым не потребуется - одгорозки слишком на расслабоне, чтобы понять серьёзность положения.

- Гриб, как оно, есть? - задала не менее содержательный вопрос Катя.

- Сто пухов, - точно ответил тот, - Всё в полной готовности, Кать.

- Полностью рассчитываю на это, - серьёзно заявила она.

- Ну, не занимаясь лишним цоканьем, - цокнул Грибодур, - Попасть в один "ключ" залпом не так уж сложно. А у нас будет несколько таких залпов, так что уверенность есть.

- В пух, в пух, - кивнула грызуниха, и неспеша пошла дальше по палубе, к центральной части корабля.

Грызь же, который уже полностью разложил все ракеты и проверил оборудование, уселся на хвост, пырючись на небо в серых и белых тучках, и тёмную воду снизу, на которой мотылялась слабенькая рябь. Ветер налетал только порывами, так что для дыма условия подходящие, что и требовал лось. Гриб прикрывал яблоки и возвращался в мыслях к своей согрызяйке, отчётливо представляя под лапами шёлковый пух и слыша её поцокивание. С какой стороны ни послушай, белочка практически идеальная, так что Грибодур чрезвычайно высоко ценил тот факт, что она именно его согрызяйка. В грызе слегка просыпался страшный хищник, в плане желания непременно убить "ключа" и швырнуть его шкуру к ногам своей любимой самочки!... Впрочем, не стоило забывать, что грызуниха идеальная, так что при надобности сама кого хочешь убьёт.

Пока Гриб раздумывал и довольно щурился, сидючи возле своей установки, Катерпилариса заглянула и к десантникам, чьи отсеки располагались в центральной части корабля, между гребными колёсами и механизмами для обслуживания пристыкованых сбоку катеров. Место так себе из-за постоянного шума от работающих машин и бултыхающихся в воде лопаток, но кой-какие удобства тут всё же имелись. Сунув ухо в окно каюты, где тусовались Люс и Хунгуз, грызуниха чуть не заржала в голос, но поскольку это было бы мимо пуха, выхватила из ножен "шампур" и прикусила зубами ручку. Причина для смеха на этот раз была, потому как шаракал сидел за столом и прилежно заучивал наизусть речь, в то время как кошка проверяла его и подсказывала - это настолько напоминало урок литературы, что Катя просто опушнела. Само собой, звери готовились к тому, чтобы Хунгуз выступил как правоверный священник тройных гвоздей, сподвигнув воинов на эт-самое и всё такое. Выслушило это смешно, но не стоило забывать, что если бы не шарики - лезть в неизвестность пришлосиха бы своим зверям, что мимо пуха. Так что грызуниха достаточно скоро смогла вынуть из зубов ручку, не производя ржания на пол-корабля. Упоротость, с нежностью подумала Катерпилариса, какая удача, что с ними есть эта замечательная кошциха.

В соседнем помещении сидели Драфи с Линдой, и бурый кошец рассказывал шаракалихе о современных представлениях о химии, ибо до него она понятия не имела вообще, что это такое. Вслуху этого, даже поверхностных знаний кошца хватало, чтобы вогнать её в глубокое изумление. Звери просто трепались в удовольствие, потому как вся подготовка была сделана уже сто раз, снаряжение и оружие лежало рядом, только протяни лапу.

- Ну, вы как? - цокнула Катя, ослушивая их в полумраке каюты.

- ... и великих заветов Самого! Ибо сказано - отриньте страх! Отриньте страх и начинайте бежать!... - доносился из-за стенки голос Хунгуза, зачитывающего с выражением.

- Да получше некоторых, - засмеялась Линда, кивнув туда, - Наше дело попроще, пулю в туловище, песок в воду.

- Это в пух, - сообщила грызуниха, - Только вы это, страшные боевые звери... не лезьте слишком сильно, ладно? Вы нам ещё понадобитесь неоднократно, не забывайте... да и себе понадобитесь, что уж там.

- А мы и не собираемся никуда лезть, - усмехнулся Драфи, - У нас олушей достаточно. Мы на самом последнем катере, если уж что, так и слинять успеем. Успеем, Лин?

- Успеем, Драф, - кивнула серая.

- Мне казалосиха, там всё-таки были предуслышаны наши спудпехи, - почесала уши Катя, - Вы не создаёте лжи?

- Неа, - с довольством ответил кошец, - У Фелфи есть шестая рота, они пусть и лезут.

- А что там такого с шестой? - постаралась припомнить грызуниха.

- Штрафная, - просто ответил Драфи.

В кошских войсках практиковалось формировать штрафные подразделения из тех зверей, которых было менее всего жалко терять - или более того, просто хотелось потерять! Списывали туда не только за уголовные преступления, но и по политических соображениям - если кошец в упор не понимал, что такое власть советов, или имел слишком высокое чувство собственного веса. Причём, "политические" штрафники чаще всего не знали, что они штрафники, что прибавляло ценности подразделению.

- И не вызывает диссонанса? - усмехнулась Катерпилариса.

- Ни малейшего, - зевнул кошец, - Один садист, другой нацист, третий эт-самое... Диссонанс вызывает только то, что столько дофига отбросов набралось.

- Зато есть кого расходовать, - заметила Линда.

- Именно так, особенно в нулевой раз. Потом пойдёт более гладко в любом случае, а сейчас могут быть и накладки... а накладки в данном случае это дохлые тушки, - прямо мявкнул Драфи.

Катя кивнула, потому как была и тут в курсе. "Ключа" никто ещё не держал в лапах и оттого не имелось точных чертежей, только некоторые наброски, добытые разведкой по разным каналам. Без этого у абордажников прибавлялосиха трудностей в их и без того далеко не лёгком деле.

- Через часа полтора будет, - цокнула Катерпилариса, кивнула ушами зверям, и пошла дальше.

Сколько ни ходи дальше, а особо на корабле не расходишься, так что грызуниха неизбежно обошла всё судно и вернулась к носовой части. Она уселась прибочно со Скисорем возле р-башни, и почёсывая друг другу за ушами, грызи пырились на водную гладь и затянутое тучами небо над ней. Неслушая на довольно разжиженное настроение, Катя не прекращала окидывать ухом все опции, дабы не упустить чего-либо важного, причём окидывала предельно широко... как минимум с того времени, как в спуду вообще появились "ключи".

Вряд ли это знал тот, кто не копал тему специально, но броненосец типа "ключ" был на сто пухов делом лап кротоликов. Соль в том, что в прошлом, когда шаракалы едва выбрались с земли в спуд, соединённые капиталы захватили большую часть их территории; колония называлась "шаракальский капиталиат" и кротолики предназначали её в качестве зверосовхоза с цепными зверями, которых будет удобно натравливать на кого-либо. Воисполнение этой стратегии соедкапиталы и создали шаракальский спудный флот, в частности, эти самые броненосцы. Весьма вероятно, что и Орден Двойных Гвоздей тоже создали кротолики, как средство контроля за религиозными фанатиками, и здесь они полностью высадились в лужу. ОДГ взрыгнул и в короткое время обрёл независимость, сильно покусав сами соедкапиталы.

Первоначальный "ключ" однако был более похож на эсминец и нёс одну башню главного калибра и четыре орудия по бортам; теперешний "ключ" ОДГ тащил три такие башни и по двадцать орудий с каждого борта. Практика показывала, что всё это не бутафория, а действительно пушки. Оставалосиха полностью неясным, каким образом одгорозки впихнули на корабль в три раза больше вооружения, оставив его в функциональном состоянии, тобишь на ходу и на плаву. Катерпилариса сама склонялась к мнению, что первоначальный вариант имел большие транспортные отсеки, каковые одгорозки заменили на боевые - иначе просто эта история не умещалась в математику, тобишь не могла быть.

Перекачаный вооружением "ключ" плохо подходил для крейсерской службы, зато при непосредственном столкновении мог завалить самые тяжёлые корабли, засыпая их градом снарядов. Для одгорозков, которые практиковали достаточно примитивную тактику, это было самое то. Чёрные приземистые туши их броненосцев были известны по всему спуду, неизменно вызывая беспокойство при появлении такого подарка в радиусе слышимости, и даже беспредельно наглые кротолики старались убраться подальше, абы чего не вышло. За последние годы несколько раз выходило, что "ключи" находили себе жертв, хотя два из них были таки уничтожены объединёнными силами соедкапиталов и жабцов, когда другого выхода не осталосиха. В любом случае, этот броненосец являлся общеспудским пугалом, так что вряд ли у кого могли возникнуть подозрения, что его попытаются даже не утопить, а захватить целым.

Катя, как и остальные причастные, очень рассчитывала на это. Не столько в том плане, что одгорозки будут совсем тёплыми и сольют бой, сколько в том плане, что они не станут предусматривать возможностей самоуничтожения корабля. Собственно, это не так просто, как кажется - на броненосце нет единого порохового погреба, а чтобы подорвать боеприпасы, требуется отдельный заряд взрывчатки. Для одгорозков с их далеко не высокой дисциплиной и полной технической безграмотностью было бы нехарактерно держать наготове такие заряды, и при этом не подорваться. Из этих же соображений, вряд ли у них там есть специальные крышки для затапливания... будет крайне в пух, если их там всё-таки нет. На этом первом тунце они конечно могут попросту забыть обо всём этом, но когда дело пойдёт дальше... В этом месте следовало остановиться и не разбрыливать мыслями шире, чем требуется. Всмысле, до продолжения надо ещё доцокать, тунец сам себя не перехватит и не очистит.

Переслухиваясь, Катя и Скисорь безо всяких цоков чувствовали, что некоторое волнение от приближающегося момента всё же имеется. На самом деле, всю дорогу до этого они привыкли, что разгребают работу в паралели со многими другими зверями, и в любом случае, никакого значительного провала конкретно от них зависеть не может. Запори они в своё время операцию в Морлучье, ничего особенного бы не случилосиха, флот ГКС поставил бы базу в другом месте, может быть, с ещё большей выгодой. Утопи они своего чекота во время похода к Странглефорнии, и флот просто поймал бы чуть меньше тунцов, чем с ними. Здесь же они попали на самое острие процесса, Рыкот существовал в единственном экземпляре и в ближайшее время так оно и останется. Только от них зависело, удастся ли стратегический замысел с обкусыванием одгорозков и троллингом соедкапиталов - а от этого зависела вся дальнейшая обстановка в мировом спуду, без преувеличения.

Правда, грызи могли как полностью осознать это, так и намерено выбросить из-под ушей, чтоб не мешало. Собственно, какая разница? Даже если их Рыкот был бы одним из тысячи, они не собирались упускать тунца! Не то чтобы вглядываясь, но пуши постоянно пырились вперёд по курсу, не покажется ли над туманом дым или даже мачты. Этот жирный глупый кусок плавучей Прибыли, который им предстояло окучить, сейчас мотылялся где-то относительно недалеко впереди, и при хорошей погоде уже был бы ояблочен. Однако, ограниченая слышимость была налапу, так как сейчас некому было предупредить тунца, что он тунец. Такие вот колизии иногда происходят в спуду - был броненосец, и вдруг раз, и уже тунец.

Сидючи на хвостах и поцокивая - не что-либо конкретное, а просто поцокивая, смеха ради - грызи прислушивались к шуму воды за бортом и звуку работающих гребных колёс. Могучие паровые котлы давали мощность цилиндрам, каковые двигали многотонное судно с приличной скоростью, раздвигая тёмную воду его острым бронированым носом. Доносилось и шипение пара, которого не было в обычном режиме - работали нагнетатели для заправки катеров, и поскольку калибр у них изрядный, то и при работе они издавали довольно громкое шипение и гул. Обычного перецокивания и перемявкивания по кораблю было почти не слыхать, потому как все звери находились в не меньшем ожидании.

Прохаживавшийся вдоль борта Грибодур не сразу усёк, что именно попало в его яблоки. Из дымки медлено выступили тёмные контуры мачт, надстройки и верхушки дымовых труб. По какой-то причине "ключ" или не дымил, или же дым смешивался с облачностью и был практически не слышен. Конфигурация мачт и труб сразу говорила о том, что это именно то самое. Рыкот на полном ходу шёл курсом перехвата к цели.

В этом хитром самоваре кран особый боевой

За версту врагов ошпарит кипяточек огневой

- изъ песни

Восьмое окно - Вал Жадности

Дело заворачивало к вечеру, тёмная вода окна Вторая Рябь мелко рябила под небом, затянутым плотным слоем облачности. То и дело начинало накрапывать, а несильные порывы ветра мотыляли над водой клубы тумана. Над дымкой едва прослушивались границы спудной стенки, хотя в этом месте стенка была высотой в несколько сотен метров и заметить её немудрено просто по затемнению на фоне неба. С юго-востока на полном ходу шёл Рыкот, дымя на всю железку из обеих труб и поднимая заметные буруны возле носа; примерно перпендикулярным курсом неспеша купался в воде броненосец "ключ" Ордена Двойных Гвоздей, вяло брыляя сизым дымом из низких труб.

- Выплаты внимания, боевая тревога!! - раздались крики на спудофене, разнося волну вспушения по палубам Рыкота.

Поскольку во флоте ГКС присутствовали минимум грызи и кошцы, спудяки пользовались спудофеней, а не своими языками - да и для торговли полезно попрактиковаться. Предуслышительно не были включены паровые сирены, потому как при ограниченой видимости расстояние было не столь велико, и одгорозки могли просто услышать громкий вой, что совсем не в пух. Тем не менее, десятки зверей рванули к местам по расписанию, и даже кошцы сейчас крутились, как белки в колёсах. На некоторое время воздух наполнился топотом лап, бегущих по спудилиумным доскам.

Катерпилариса взлетела в командный отсек сверху надстройки, как белка на ёлку, и едва она забилась в дверь, как дверь закрыли и опустили затворы. С лязгом опустились и броневые ставни, закрывая окна, так что отсек погрузился в сумерки. Грызуниха только из-за привычки не скатилась в смех - первый раз, когда она увидела светящие из темноты глаза кошцев, таки скатилась.

- На линии, - откомментировал Слафра, - Даю коррекцию курса... Рулевая! Курс две кисти влево!!

Тут он уже орал во всю глотку, чтобы докричаться через трубу до рулевого поста - само собой, из рубки штурвалом большой корабль не повернёшь, рулевые приводы управлялись отдельно. Катя тем временем устроилась перед перископом и ослушала "ключа", идущего курсом примерно на запад.

- Грызаный фарватер... - пробормотала грызуниха, водя перископом вправо и влево.

- А что такое? - осведомился устроившийся рядом Хем, - Вроде, пока не чухнулись.

- Где ещё два катера? - фыркнула Катя, - Они должны были быть тут.

- Так нету, им же хуже, - пожал ушами грызь.

Поперёк особо цокнуть было нечего, но Катерпилариса запомнила, чтобы не упустить из слуха эти два "угла", которые куда-то подевались. Неожиданности лучше не испытывать на ущербоёмкость, как в своё время выразился препод в училище-ухомоталище, и практика это подтверждала на сто пухов.

- Курс ещё на пол-кисти влево! - гаркнул Слафра, - Машинам, седьмую позицию!

Сбрасывает ход, кивнула Катерпилариса вместе с Хемом, правильно сделал, чтобы раньше времени не оказаться близко к тунцу. Честно цокнуть, они отрабатывали маневрирование в основном для тех случаев, когда цель либо шла навстречу, либо стояла на месте, а здесь она шла перпендикулярным курсом. Тем не менее, для Слафры это не представляло никакого труда, достаточно опытный судоводитель на лету соображал, как надо повернуть корабль и сколько хода дать. Остальные же, занятые контролем прочих параметров, краем уха смотрели и учились.

Скисорь, как объявили боевую тревогу, вшуршал в башню, как мышь в нору, и закрыл за хвостом бронедверь. Теперь рассчёт сидел как в танке, слушая через перископы и получая команды по звуковым трубам - впрочем, для всех тут это было далеко не в новинку, в экипаж Рыкота набирали только натасканых спудяков. Грызь надавил ногами на педали - потому как давить на педали головой неудобно! - и проверил приводы поворота башни. Раздалосиха шипение, и сдвоеные стволы плавно переместились в сторону.

- Давление в резервуаре? - осведомился Скисорь, цокнув куда-то в сумерки.

- Трояк, - ответил оттуда Ратыш, - Скис, заряжать не пора?

- Мм... - почесал челюсть тот, - Нет ещё, не совсем ясен позиционный песок.

- Ладно, цокни когда будет ясен.

Грибодур в это время сидел в отсеке управления залповой установкой, в тесном бронированом стакане с перископом, который позволял слышать цель, если та в прямой слышимости. Однако сейчас Рыкот шёл к цели другим бортом, так что грызь просто сидел и цокал, как последняя белочь.

Собака! С боками! Размера сто три! Едою! Она! Нажралась изнутри!

Собака! С боками! Размером с зарю! Размера сто три, лишний раз повторю!

Больше всего возни было у десантников, потому как катер весьма тесен, и набиваться туда, как кильки в бочку, следует в самый последний момент. Так что теперь в люки сыпался целый поток шариков, гвоздерившихся почём зря и скрежетавших когтями по металлу.

- Уплотняться! - давал ценные указания Драфи, - Ну, крыло к крылу, гуси клыкастые!

Не без возни и столпотворения, но все положеные звери были упиханы в десантные отсеки катеров, и теперь шесть кургузых посудин, напоминающих небольшие подлодки с клешнями спереди, были полностью набиты абордажными командами и заправлены перегретой водой для движения. Оставалосиха только дёрнуть рычаги, чтобы они отстыковались от несушки и рванули вперёд. Собственно, на несушке уже отпустили фиксаторы, как оно и полагалось по расписанию, и теперь запуском командовали сами десантники. Что несколько беспокоило их, так это курс - с дальнего борта придётся обходить Рыкота по дуге, потому как цель находилась сбоку. Впрочем, Слафра показал класс и выводил корабль так, чтобы в нужное время цель была более всего спереди по курсу, а не как пух на уши положит. Внимание почти всех смотрящих в оптику было сосредоточено на "ключе", хотя не забывали и ослушивать панораму, воизбежание сюрпризов; чёрная туша, поделённая на "ломти", как батон хлеба, продолжала тащиться в прежнем режиме, не выказывая никаких признаков беспокойства.

Катерпилариса, отбросив все ненужные в данный момент мысли, щёлкнула прозрачной планкой, вставляя её на место, и теперь наложила линейку на изображение цели. Было чётко слышно, что труба там настоящая, круглая, и соответствует известным пропорциям; из этих данных, зная заранее замеряный диаметр трубы, легко получалосиха расстояние.

- Забегали! - усмехнулся Хем.

Он имел вслуху замельтешивших по палубе "ключа" одгорозков, которые более толпились у борта, таращась на быстро приближающийся корабль, но пока не было заметно, чтобы повернулись орудийные башни или открылись порты бортовых пушек. А как опять-таки было известно спудякам, башня "ключа" далеко не воздушная и поворачивается крайне медленно, так что с пол-минуты у них ещё есть точно. С такого расстояния эти башни уже могли бы зарядить в Рыкота тяжеленными снарядами, и по обычному плану, следовало прикрываться дымовой завесой, чтобы исключить прицельную стрельбу. Но сейчас прикрываться было не от чего, так что судно пёрло вперёд по открытой воде, хотя идти прямо на пухову тучу орудий, которые могут в любую секунду открыть огонь, довольно нервное дело.

- Внимание, цель открывает орудийные порты с борта! - сообщил Хем, не просто так пырившийся в перископ, - Как с дистанцией, Кать?

- Сейчас будет! - цокнула грызуниха, и крикнула уже в трубу, - Залповые, дистанция есть! Огонь по готовности!

У Катерпиларисы аж продрало горло от громкого крика - грызи редко орут во всю глотку. Только привычка с "вилки", где приходилосиха орать ещё громче, спасала от срыва голоса.

- Залп бортовых орудий цели! - цокнул Хем.

"Ключ" сыграл в парусный фрегат, потому как весь борт окутался дымом и сквозь него запыхали выстрелы. Целая батарея, и не чугунных самопалов, а восемьдесят восьмых... Слафра не зря грыз свой корм, потому как к этому моменту Рыкот находился к цели почти точно носом, имея минимальную проекцию. Лишь пара снарядов ударила в скулы корабля, не причинив никакого вреда - мять и дырявить многослойную броню там можно было хоть до посинения.

- Цель поворачивает башни главного калибра! Цель меняет курс, уходит вправо!

Катя и сама видела, что цилиндрические башни начали поворачиваться. Капитан-то у вас лобстер, подумала грызуниха, начал одновременно поворачивать башни и корпус, умник - теперь пусть попробуют выцелить хоть что-то. Кроме того, поворачиваясь носом к противнику, "ключ" подставлял оба борта для десантных катеров... В это время сбоку взвыли ракеты, обдавая бронированые надстройки корабля огненными хвостами и одна за другой улетая к цели. Точность будет ещё меньше, чем у ихних 88х, но залп позволит вывалить сразу достаточно ракет, чтобы несколько точно попали.

Благодаря тому, что перископы торчали на самом верху, дым от выстрелов не закрывал их, и тактики их своего отсека видели, как падают вокруг "ключа" ракеты, выбрасывая облака желтоватого горчичного газа. Катя аж цокнула, когда услышала яркую вспышку на борту броненосца, от которой полетели небольшие осколки, дробью шлёпая по воде.

- Два попадания! - сухо сообщил Хем, - Вторая!

Два было недостаточно для полной уверености, так что теперь отрабатывала вторая залповая установка. При этом, пока отстреливалась первая и прошла пауза, корабли сближались почти встречными скоростями, так что второй залп пошёл точнее, вкатив по "ключу" аж шесть ракет, тобишь половину из залпа. Несколько снарядов от 88х с лязгом отлетели от надстройки, и было слышно, как болванка со звоном катится по палубе, улетая к корме. Тактики же слышали, что из туши "ключа" в нескольких местах фонтанирует горчичный газ, там где ракеты удачно влетели внутрь.

На залповой ракетнице начался аврал по перезарядке, тяжёлые снаряды подавали по шахте из погреба, наверху их подхватывали грызи и засовывали на место. Им следовало как можно быстрее перезарядить всю установку, а это, собственно, почти две тонны веса. Грибодур подготовился к напряжению мышечной массы, и принялся вместе с рассчётом тягать длинные остроносые цилиндры с четырьмя "хвостиками" сзади.

- Гусей не топтать! - раздались по звуковым трубам ценные указания.

Потом найду этого йумориста, за борт сброшу, подумал Гриб. Невовремя заржёшь, мимо пуха. Пока он думал это, а очередной РС занимал место в пусковой трубе, Скисорь уже дал залп прицельно по тунцу. Программа с постановкой дымовой завесы отменялась, теперь следовало ставить завесу не по площади, а прямо на цель. Взрываясь на броне, снаряд со спецначинкой выбрасывал липкую дымовую смесь, которая крайне мешала противнику что-либо наблюдать из-за плотных сизых клубов. Грызь сработал чётко, так что одна ракета пошла на борт "ключу", вторая в воду - с такой дистанции можно и мазануть, не зазорно. Р-башне никто не давал команд лупить дымовыми, Скис делал это по собственной инициативе, сообразно обстановке, ибо так куда как быстрее и надёжнее. Единственное, что строго соблюдалось в командной вертикали, так это разрешение на огонь - а его все получили, едва "ключ" оказался в пределах слышимости.

В подтверждение этих выкладок над ушами пролетела ещё пара ракет из второй башни, обдавая бронированый корабль огнеными хвостами и снопами искр.

- Ай красава Слуни, как положил!! - не удержался цокнуть Скисорь, мельком глянув в оптику, и метнулся обратно к перезарядке орудия.

Стрелок соседней башни, ибо на носу Рыкота их имелосиха три, кошец Слуни, положил снаряды ровно так, что покрыл дымом всю оставшуюся часть броненосца. Теперь "ключ" выглядел как плывущий костёр, потому как на его броне зверски дымили огромные кляксы химических реагентов.

- Башни, лучшие! - донеслось цоканье передающего грызя из трубы, - Теперь вкатайте ему фугасами в рубку, когда будем проходить мимо!

- Таак... - Скисорь метнулся к оптике, оценил расстояние и всё остальное, - Фугу, два!

- Как цокнешь, - легко согласились грызи из рассчёта, и полезли подавать фуги.

По всему корпусу Рыкота прошла дрожь, а правый борт обдало неслабой лавиной воды, выброшеной вверх от взрыва крупнокалиберных снарядов. "Ключ", хоть и не имел уже прямой видимости на цель, дал залп главным калибром. Шесть огроменных чушек, каждая из которых могла разнести в мелкие дребезги корвет, грохнули в стороне. Слафра не зря маневрировал, и когда "ключа" посыпали дымом, дал в сторону - теперь это оказалось как нельзя кстати. Сам Рыкот на несколько секунд снова погрузился в облако дыма, когда давала залп следующая ракетница - но, дым от выстрелов быстро сносило назад ветром и движением самого судна. На некоторое, не особо большое, время, спудяки с Рыкота могли видеть одгорозка, а он их - нет, так как дым пёр прямо с его палубы. На этом этапе определять расстояние до цели было весьма затруднительно, но тактики в отсеке управления предслышали это и ориентировались по песочным часам - корабли шли примерно с равномерными скоростями, стало быть и расстояние прошли одинаковое.

- Запуск катеров!! - крикнула Катерпилариса в трубу.

Через несколько секунд с бортов вырвались фонтаны пара, с лязгом отошли сцепки, и катера оттолкнулись от несушки, как бобры от бревна. С обеих сторон от корабля закачались на зыби по три кургузых судёнышка, а спустя ещё пару мгновений первые дали ходу... На паровых ускорителях катер стартовал как ракета, почти полностью поднимая пузо над водой и вставая на подводные крылья. Оставляя за собой вспененую полосу, катера ушли вперёд, в то время как сзади начала разгон следующая пара. Слафра дождался, пока катера обгонят Рыкота, и снова сменил курс, чтобы не попасть под залп одгорозков, абы они снова попробуют. Прямо из густого сизого дыма, валившего с корпуса "ключа", вылетали отдельные болванки, вполне различимо светясь оранжевым, но летели они без никакой системы, куда пух пошлёт. А пух, согласно теории вероятности, посылал всё время в воду.

- Так, три раза впень! - вспушилась Катя, - Мы слишком близко к тунцу!

- Ну и что, он задымлён! - фыркнул Хем.

- Нет никакой надобности рисковать, - пояснила грызуниха, - Напушнину? А словить дурынду в борт не хочется.

- Ладно... Слаф?

- Как цокнет белка-пуш, - меланхолично отозвался Слафра, сверился с приборами и проорал в трубу, - Рулевая! Четверть лево, двадцать!

Рулевая не стала переспрашивать, что такое двадцать - а это был угол поворота руля, чтобы не ворочать корабль слишком резко и не терять на этом скорость. Уже через пять секунд Рыкот заметно накренился, и чувствовалось, как его потащило в сторону с курса.

- Башни, отставить фугасы! - цокнула Катя в трубу, - Зарядить дым и ждать!

Цоканье услышал ухом передающий во внутрененем отсеке, и передал дальше, так что крик дошёл до адресатов. Рыкот, плавно поворачиваясь, уходил в сторону от цели, становясь теперь к ней кормой, в то время как шесть катеров разворачивались для непосредственной атаки. Одгорозки были шокированы появлением шестёрки новых целей, потому как не предполагали такого, и долгие секунды "ключ" лопатил по прежнему курсу - этого вполне хватило. С бортов запоздало захлопали пушки, но попасть в невидано быструю цель на близкой дистанции никто из одгорозков не осилил. Катера, раззявив клешни-захваты, с лязгом вцепились в чёрные борта жертвы, как раки в собаку.

Так это выслушило снаружи, а внутри катеров звери держались всеми лапами за пол и потолок, потому как судёнышко мотало немилосердно, а под конец были ещё и удары о корпус. Пятый катер, на котором водителем была физериха Тася, аж вылетел на скошеный борт "ключа" носом, своротив торчащий из порта ствол орудия, и рассыпая искры, отвалился обратно в воду.

- Етитский валенок, вы клешни включать будете, или куда?!?! - заорала физериха из своей рубки.

Звери аж застыли, настолько непривычно было слышать такую речь от неё. Обычно небольшая физериха всегда была очень сдержана и вежлива - но, как оказалось, для дела и гаркнуть может.

- Просто не зацепилось, Тась! - пояснил Драфи, который действительно включал клешни.

- Ладно, - буркнула она, - Второй дубль!

Катер, который уже слегка отнесло в сторону кормы, снова встал на дыбы и рванул вперёд, наваливаясь на броненосец. На этот раз клешни легли как следует и крепко зацепились за фальшборт, так что качка и толчки прекратились.

- А-а-ап! - подал заученную команду кошец, открывая рычагом люк десантного отсека.

По ушам резануло громкими и резкими рыками шариков, полезших вверх по лестнице, но тут все были к этому привычные. Десанту не требовалосиха скрытно пробираться через лес, поэтому обвешаные как ёлки шишками всяким барахлом шаракалы гремели и бренчали почём зря, а вдобавок ещё и постоянно рычали. Пух уж их знает, зачем им это нужно, но пока оно не мешает процессу - пусть себе рычат, решили спудяки. Рыча, шаракалы вывалили на палубу броненосца; немедленно были поставлены три пулемёта во всех направлениях, чтобы снести возможную контратаку, а в ближайшие орудийные порты полетели гранаты. Как это всегда и случается, орудия не были предназначены для того, чтобы стрелять по своему же кораблю, поэтому вся батарея никак не могла достать ни десант, ни прижавшиеся к борту катера. Снизу, куда полетели гранаты, раздавались хлопки и невразумительные вопли.

- Так, аккуратнее!! - заорал Драфи, вылезший вслед за другими зверями, - Не заденьте своих!

Орать было не так уж просто, потому как на морде у него находилось ничто иное как противогаз, и кошец, выдувая воздух, оттягивал маску и так орал. Однако даже таким образом у него заметно защипало в носу и заслезились глаза, потому как корабль окутывала достаточно плотная туча горчичного дыма. Времени однако не так уж много, прежде чем выгорит вся начинка спецбоеприпасов и ветер разгонит дымку, так что следует пошевеливаться. Линда, сидевшая за бортиком рядом, пожала плечами, и кошец показал наверх, на нависающую "спину" броненосца. Это он и имел вслуху, потому как там показались шаракалы с катера, вцепившегося в противоположный борт. Корпус "ключа" был таков, что можно перебраться с борта на борт, поэтому и было предупреждение, чтобы не перестреляли своих.

Шипение пара и скрежет возвещали о том, что ворочается орудийная башня, что было совершенно мимо пуха. Башни могли иметь почти полную герметичность и остаться вне досягаемости дыма, так что их следовало вывести из строя в первую очередь. Правда, на "ключе" башни представляли из себя монолитные колпаки с дырками под пушки, попасть в которые можно только с нижних уровней. Само собой, десантники подумали об этом не сейчас, на задымлённой палубе, а при подготовке всей операции, так что имели на этот счёт подробные измышления. Спудпехи двинулись в тем местам, где находились двери в броневом панцире - ближе к корме возле надстройки, и ещё две на носу в углублениях корпуса. На этот счёт имелись и запасы взрывчатки, чтобы вынести двери... но до них ещё следовало добраться. Первых двух шаракалов, которые само собой забыли всякие учения по тактике и рванули вперёд, скосило сходящимися пулемётными очередями сразу из нескольких амбразур.

Находившиеся позади однако не тормозили, и пока пулемётчики самозабвенно пичкали свинцом уже давно дохлые тушки, шаракалы прицеливались из гранатомётов. Переносное орудие типа "труба" выглядело как труба и по большей части таковой являлось, но из него запускались реактивные гранаты. Большей частью они пролетели мимо и повзрывались на бронированых стенах, но какие-то попали в довольно широкие амбразуры пулемётных точек, враз заткнув их. Те шарики, что находились уже за гранатомётчиками, быстро подбежали и добавили туда гранат, для верности. Пулемёты тут ничего себе, заметил Драфи, без укуривания дымом было бы проблематично пройти эту аллею вдоль стен с гнёздами, а сейчас одгорозки явно были не в лучшей форме и палили по большей части куда придётся. По крайней мере, эти гнёзда достаточно легко выбивались, и то хлеб. Из-за стенки доносились жуткие вопли, толи зацепленых одгорозков, толи просто одгорозков... кошец и шаракалиха на всякий случай набросали туда ещё дымовых шашек, чтобы никто не смог вернуться к пулемётам.

Однако, как только шарики начали крепить на дверь заряд, с той стороны уже постучали условным сигналом, и вскоре дверь открылась. Оказалосиха, что с противоположной стороны дверь была даже не закрыта по какой-то причине, и тамошний отряд ввалился в помещения почти без никаких помех. Теперь нужно было избежать толкучки и быстро двигаться по ключевым точкам - башни, снарядные погреба, машинное отделение. Как ни странно, но в отсеках "ключа" горели достаточно яркие масляные светильники, создавая багровый полумрак, сейчас сильно затянутый дымом. Из корридоров то и дело оглушительно грохали выстрелы, когда шаракалы от тройных гвоздей расправлялись с шаракалами от двойных гвоздей. Уловив косяк в маневре, Драфи схватил Линду за лапу и оттащил за угол.

- Не лезь впереди дурней, пошли они в задницу! - прогундосил он из-под маски, - Пусть сами расхлёбывают!

- А, ррръ! - кивнула шаракалиха.

Из корридоров неслась уже конкретная пальба и оглушительные визги подстреляных и подпаленых, потому как местами использовали и огнемёты. Неслушая на тщательную подготовку, неизбежно получалась сильная неразбериха, так что немаловажным было не завалить своих - а в сумрачных корридорах, затянутых дымом, различить не особо просто. Показав Линде, чтоб держала на прицеле дверь, Драфи прошуршал вдоль стенки, переступая дохлые туловища, и добрался до того места, где шарики перестреливались с одгорозками. Кошец немедленно хлопнул по затылкам двоим, не особо занятым:

- На катер за гранатами, гуси клыкастые, бегом!!

Слегка потормозив, клыкастые гуси бросились в указанном направлении. Сам же кошец пошарился по отсекам, стараясь взять в голову планировку помещений, и соответственно, как попасть к башням. Только приличная укошаченность опытом позволила ему не заблудиться в лабиринте незнакомого корабля. Опять-таки это было дело тренировок, когда они проходили лабиринты и в полной темноте...

- Фааалээй!! - раздалось рычание сбоку, и Драфи только успел шмыгнуть за угол.

В стену влепили сразу несколько очередей, и пули оглушительно звенели, рикошетя от стальных стен и выбивая искры. Кошец однако быстро сообразил, что к чему, и приподнял маску противогаза:

- Бестолочи, свинью вам в курятник, совсем раззверели?!!

Шарики смущённо опустили пушки, потому как это действительно были свои шарики - чужим здесь неоткуда взяться, пока все проходы перекрыты. Правда, кошец уловил, что шарики не особенно сожалеют - точнее, сожалеют, но о том, что не удалось его израсходовать. Это был один из узких моментов, потому как поди разберись потом, а пристрелить кошца для этих зверей просто радость, чисто ради зла. Косяк, сказал себе Драфи, обходя шариков и не упуская их из виду, передвигаться следует только группой, воизбежание. Вернувшись по отсекам к Линде, он не замедлил сообщить об этом шаракалихе; та кивнула и показала лапой по горлу.

Как показала практика, горчичный дым действовал хорошо и вывел из строя почти всех одгорозков, в том числе и во внутренних отсеках. На корабле имелась мощная вентиляция, гонявшая воздух с палубы, и никто не удосужился её перекрыть; как выяснилосиха позже, там вообще не было предусмотреных крышек, так что дым прямиком доставлялся во все отсеки, в том числе в башни и командный центр. Отстреливались только те, кто докумекал защищаться от дыма хотя бы тряпками - противогазов на "ключе" не было вообще, как выяснилосиха.

Осторожно пройдя вперёд, Драфи и Линда выяснили, что теперь задача уже другая. Всмысле, корабль был очищен от одгорозков, зато теперь на нём тусовались полуторные одгорозки, что не особо слаще. Время, которое им потребуется для перехода в режим произвольного дебоша, измерялось десятками минут, поэтому следовало срочно загонять животных обратно в десантные катера. Дым над "ключом" уже стал редеть, так что скоро можно снять противогазы. Группа Фелфи, добравшаяся до машинного отделения, убрала ход, так что корабль перестал переть вперёд, грозя во что-нибудь воткнуться. Когда кошцы получили подтверждения о том, что захвачены бортовые батареи и башни, в воздух полетели зелёные сигнальные ракеты, обозначая отмашку для Рыкота, что тунец более не опасен. Куда более опасны были "свои" шарики, и только Хунгуз, который забрался на надстройку и вещал оттуда, заставил их шевелиться и упаковаться в катера.

В то время как цепочки шаракалов перетекали по палубе "ключа", сливаясь обратно в катера, Рыкот шёл примерно в другую сторону паралельным курсом, нацелившись на приближающиеся бронекатера одгорозков. Низкие прямоугольные "углы" в количестве две штуки шли прямо к броненосцу на полных парах. Думается, подвох они заподозрили, но какой именно - сообразить не могли, и пёрли прямо туда, куда не стоило переть. Тем более, "ключ" выглядел совершенно целым, только с прицепившимися "пиявками" по бортам, так что одгорозки слишком долго соображали, что бы это значило. Когда катера подошли на дистанцию уверенного поражения, носовые башни Рыкота выдали по ним залп. Тяжёлые ракеты враз оторвали от "углов" большие куски и привели их в негодность, так что обе посудины за две минуты нырнули под воду, оставив только барахтающихся одгорозков. Скисорь и Катя, слыхавшие попадания непосредственно яблоками, просто взвыли от восторга. Честно цокая, они давным давно мечтали это сделать - влепить ракетой в эти бронебаржи! И теперь одной сбывшейся мечтой стало больше - мотыляя в воздухе гребными колёсами, на дно отправились обычный "угол" и несушка катеров-разведчиков, что немаловажно.

Рыкот, уже полностью забыв про погашеные цели, разворачивался к основному тунцу; ни подбирать, ни добивать шаракалов не было времени. Если им повезёт найти достаточно спасательных средств, догребут до устья потока, а там уж как-нибудь дальше... грызи также быстро забыли про них, ибо имели более насущные вещи для обдумывания. Над "ключом" полоскались ярко-зелёные флажки, обозначавшие успешный захват, однако сейчас сюда полным ходом шла ещё шестёрка "углов", оставленная за хвостом.

- Таким образом, - мявкнул Слафра, глянув на грызей, - Может быть, устроить подставу?

Катя и Хем переслухнулись и вспушились на всякий случай - ещё никогда не бывало, чтобы грызь вспушился, и от этого стало чем-то хуже, так что и. Мысль была вполне понятная - отойти от "ключа" и дать одгорозкам подойти к нему вплотную, после чего расстрелять из его же бортовых пушек.

- Так себе, стрелков у нас мало, а шарики с восемьдесят восьмыми быстро не разберутся, - цокнул Хем, - Да и пускать их к пушкам не хочется, вообще-то.

- Кроме того, - цокнула Катерпилариса, - Нам нужно творить лютый зОхват, это основная задача.

- У нас часа полтора, - кивнул на механические часы кошец, - Впритык!

- Так не топчи гусей, пух в ушах, - фыркнула грызуниха, - Выводи так, чтобы швартовать лодки, а мы пойдём может быть поможем с перезарядкой.

- Йа послушаю, - кивнул Хем, - Ты прочисть, готовы ли спецбоеприпасы для нового захода.

Открыв бронедверь, грызи в темпе прошуршали из отсека, а Слафра вздохнул и принялся выводить Рыкота бортом к броненосцу, так чтобы зашвартовать обратно на посадочные места "лодки", как погоняли десантные катера. А их следовало именно зашвартовать и состыковать с захватами на корабле, потому как только так можно заправить их котлы для следующего захода. Кошец провёл лапой по морде, прикидывая, сколько времени на это потребуется... Однако особо он не рассуждал, потому как вывести тяжёлый корабль на нужную позицию не так просто, стоит раз промахнуться - и потери этого самого времени будут огромные. Рыкот, подрабатывая задним ходом, сбавил скорость до самого минимума, так что катера могли оторваться от добычи, сдать назад на пару сотен метров, и пристыковаться. К удаче, те "лодки", что стояли с другого борта "ключа", не ждали особого приглашения, а отцепились и стали обходить корабли по кругу, пользуясь остатками перегретой воды в котлах. Не прошло и десяти минут, как первый катер оказался достаточно близко, чтобы с Рыкота на него перекинули канаты, а там дело пошло быстрее.

Катя в это время побежала сначала к Грибодуру, стараясь не кататься по смеху от сознания того, что "ключ" оказался окучен, как последний томат; не кататься было сложно оттого, что почти все встречные таки катались. Ржал и рассчёт ракетницы, потому как они уже давно перезарядили свою волыну, со времени первого залпа уже прошло предостаточно времени.

- Эхей, Кать! - крикнул Гриб, - С почином!

- Даст пух, не последний! - засмеялась она, - Как у вас с боеприпасами?

- Чётко по центру пуха! - отрапортовал грызь, - Залп заряжен, ещё два на подходе, если потребуется. Орудие в полном порядке, как гусак в центре клина!

- В пух, - кивнула Катя, - Если вдруг потребуется, помогите на стыковочных площадках, ладно? И, будьте готовы стрелять по бронекатерам.

- Чисто цокнуто, - цокнул Гриб, - Грызо, йа схожу на площадку послушать, если что, позову.

Грызи, таращившиеся из открытого люка, кивнули ушами, так что он побежал, куда и цокнул. Катя же побежала на следующую ракетницу, проверять их готовность. Впринципе, если бы была аварийная ситуация, и орудие вышло бы из строя, об этом бы не умолчали, но следовало проверять трижды, воизбежание. Предстоял не менее рискованый маневр, чем захват "ключа" - а именно одновременный захват шести бронекатеров. Это означало, что на каждый придётся по одному залпу дымовых ракет, плюс добавка с башен, абы такая потребуется. Ну и само собой, на каждый получалось по одному десантному катеру, поэтому если операция где-то сорвётся, нужно иметь возможность по крайней мере быстро уничтожить цель. Грызуниха побежала по всем залповым установкам, намерваясь также заглянуть в кормовой командный пост, а затем приступить к р-башням.

Скисорь в это время столкнулся с Грибом на стыковочной площадке, и грызи не удержались заржать и хлопнуть друг друга по ушам, но быстро пришли в годность. Опушневать над успехом было некогда, чтобы не спугнуть ещё большей Прибыли. Правда, ослушавшись вокруг, они таки нашли время поржать, потому как помощь пока не требовалась, ведь на стыкплощадках имелись свои рассчёты спудяков. Единственное, для чего нужно было много лап - так это чтобы тягать канаты и быстро притаскивать катер к борту, а не медленно воротом, как обычно. Среди общего шебуршения хвостов мелькали и уши Люс, которая была чрезвычайно нетерпелива в плане узнать, как оно. У кошки просто целый сухогруз камней с пуши свалился, когда она увидела, что на палубу вылезли Драфи и Линда, вполне себе бодренькие и ржущие.

- Очень рада вас видеть целыми! - без тени преувеличения мявкнула она, - А мой шарик?...

- Твой шарик катается, как шарик! - заржал бурый кошец, - Как рявкнул на них, так эти животные сразу эт-самое... Да всё в порядке с ним, насколько я видел.

- А вообще расхода много? - успокоившись, осведомилась Люс.

- Думаю, до половины, - ответил Драфи, и пояснил для Линды, которая округлила глаза, - А чего ты ожидала? Ну скажем, пятую или четвёртую часть израсходовали, на каждое дохлое тело будет минимум одно раненое, вот тебе и половина.

- Кстати, а вы их там оставили, чтоли? - уточнила кошка, оглядывая катер.

- Само собой. И им лучше, и замедлять процесс не будут. Там пока только Фелфи с пятёркой своих, так что управления никакого на "ключе" нету, если что.

- Так, это... - огляделась Люс.

Она имела ввиду, что пока ей нет особо чего делать на Рыкоте, а вот на "ключе" ещё как есть. Там никак не помешает лишний хвост, постоять с винтовкой и покараулить шариков, хотя бы. Драфи соображал не менее быстро... на самом деле, здоровенный бурый кошец не производил такого впечатления, но использовал отнюдь не только мышечную силу.

- Лин, возьмите ещё Жетса, в лодку, и на "ключ"! - показал он на лодку.

- А... - открыла было пасть шаракалиха, но вспомнив ранние установки по поводу боевого режима, закрыла.

В то время как Драфи погнал шариков со своего катера принести ещё гранат, Люс и серая шаракалиха схватили под лапы указанного кошца, по дороге объясняя ему, почему они это сделали, и мигом откочевали к одной из шлюпок, что висела на борту корабля между кронштейнами для её спуска на воду. Тут в очередной раз сгодились тренировки, проведённые заранее, а не как пух на уши положит: вскочив в шлюпку, звери дёрнули фиксаторы, и посудинка пошла вниз на разматывающихся тросах. При некотором волнении моря это упражнение становилосиха слегка опасным, но сейчас спустить шлюпку ничего не стоило, так что через минуту они уже гребли к "ключу"... ну, как гребли - одним веслом фигачила шаракалиха, а другим оба кошца, отчего все трое сдержано ржали. Шлюпка, слегка ворочаясь боками в воде, подгребала к низкому чёрному борту, войдя при этом в глубокую тень, создаваемую тушей броненосца. Даже сейчас он производил исключительно гнетущее впечатление. А кроме того, ещё на подходе чувствовалась вполне недвусмысленая вонь, какая бывает от скопления любых зверей, в данном случае шаракалов. Немало дохлых туш покачивались и на зыби возле борта, так что приходилось отталкивать их вёслами. Слышимо, много одгорозков не успели даже уйти с палубы, прежде чем по кораблю пошли первые залпы.

Всплески заставили плывущих в лодке взяться за оружие и оглядеть воду более пристально. Слева по борту купался какой-то ещё не совсем дохлый шаракал, подальше различались ещё несколько. При этом впечатление было такое, будто они натурально купаются, потому как по тушкосложению шаракал не мог плыть параллельно дну, а был вынужден изворачиваться весьма хитрым способом, чтобы морда оставалась на поверхности.

- Азаза! Азаза! - жалобно затявкал вдрызг мокрый шарик, махая лапами на лодку.

- Сейчас я тебе покажу азаза, - рыкнула Линда, поднимая винтовку.

- Лин! - фыркнула Люс, даже не став уточнять, что именно имелось вслуху.

- Ладно, - буркнула серая, и крикнула уже одгорозкам, - Кишбармак фалей тудукро фалей!

Что на шаракальском означало "сидите возле борта и ждите, гуси клыкастые"... ну, точнее, так думала Линда, успевшая изрядно подзабыть шаракальский язык, но в сложившейся ситуации вряд ли кто будет придираться к грамматике. Жетс тем временем достал кошки... ну всмысле, тросы с крюками! - раскрутил их и закинул на борт, чтобы влезать с лодки. Тут никакого мастерства не требовалосиха, искорёженные десантными катерами ограждения отлично подходили для зацепа, а высоты от силы два шага. Оставшиеся на корабле спудпехи не сидели на хвостах, так что, едва кошец полез на борт, сверху уже высунулся спудпех с автоматом, убедиться, что лезет кто надо.

- Вы по какому вопросу? - усмехнулся кошец.

- К вам в усиление, - чётко ответила Люс, - Где нужна подмога? И да, этих бы как-нибудь вытащить.

- Я не думаю, что ты захочешь их вытаскивать, - помрачнел спудпех, - Вон подите к Фелфи, на второй палубе.

Не упуская из лап огнестрелы, звери прошли по палубе к указаной двери. Доски, из которых была сделана палуба "ключа", отличались крайней смолистостью и чернотой, так что казалосиха, подошвы обуви прилипали к ним, и жутко воняло смоляной гарью. В проходах возле дверей, которые вели на нижние палубы, валялось множество туш, большей частью одгорозков в тюрбанах и халатах, а чёрные доски обильно заливала кровь, так что тут подошвы прилипали уже конкретно. Такая же история творилась в переходах ниже, туловищ лежало в избытке, так что от вида и запаха замутило всех троих.

- Ну, не сахароза, - пожал плечами Фелфи, отпихивая с прохода очередного бывшего одгорозка, - Но это было ожидаемо. А вон то было не совсем ожидаемо.

Рыжий кошец показал дальше по корридору, где в тусклом свете масляных ламп виднелись не иначе как решётки. "Так себе новость" - подумала Люс, и интуиция её не подвела. В тюремном отсеке были обнаружены с десяток едва живых шаракалих, истрёпаных до состояния половых тряпок, и раза в три большее количество дохлых туловищ, изуродованных до малой узнаваемости.

- Эти уроды держали команду на постоянном допинге из бесплатных самок, - пояснил Фелфи, - И дрянью ширялись почём зря, там в хранилище шаромака на все соедкапиталы хватит... Эй!

Кошец поставил подножку Линде, которая с глухим рыком бросилась добивать всех одгорозков, до каких сможет дотянуться. Только налетев на стенку, она более-менее пришла в себя, хотя уши и дрожали.

- Понятно, - поморщила мордочку Люс, - В ОДГ запрещён разврат и дрянь, специально чтобы разрешать их в отдельных случаях. Пфуу... пойдёмте выйдем наружу, тут просто невыносимо.

Воздух снаружи, с дымом из низких труб "ключа" и остаточной вонью спецбоеприпасов, показался кристально чистым.

- Их нужно убить! - рыкнула Линда, - Эти незвери, которые такое вытворяют с собственными самками, не имеют права жить!

- Ни в коем случае, - быстро ответила Люс, и усмехнувшись, пояснила, - Убить, товарищ шаракалиха, это самое простое, и не всегда самое верное решение.

- Дык... - сжала зубы серая, едва держа себя в лапах.

- Если бы мы тупо убили этих раньше, - показал на труп "своего" шарика Фелфи, - Сейчас тут были бы наши звери.

- В частности да, - кивнула кошка, - Но дело не только в этом. Вы заметили, что там было несколько тушек с чёрным мехом?

- Ну и что? - передёрнулась Линда, - Смотреть туда было сложно.

- Это кротолихи, точнее то что от них осталось. Насколько я разбираюсь в политике, а я в ней разбираюсь, кротолики отнюдь не поощряют, чтобы ихних зверей расходовали всякие одгорозки в качестве половых тряпок. Они же великая профанация... тьфу, тоесть, нация, и всё такое.

- А... - довольно гаденько ухмыльнулся Фелфи, схватывая мысль.

- А при чём тут эти поганцы? - не дошло до серой.

- Притом, что достать трупы можно где угодно, это не повод для взрыгивания, - пояснила Люс, - А вот одгорозки, которые учавствовали в создании этих трупов, это уже повод. Так что, боюсь, придётся их всех эт-самое.

- Да, тут поперёк не мявкнешь, - вздохнул Фелфи, и похлопал по плечу шаракалиху, - Лин, мне тоже очень хотелось бы поставить их перед пулемётом. Пустить пулю в лоб, чтоб всю жизнь помнили, как-грится... Но Люс совершенно права, нельзя упускать такую возможность. Если правильно организовать операциию, в соедкапиталах такой кипеж поднимется, что только держись.

- Да, - кивнула кошка, - Не просто передать это дело ближайшему кораблю соедкапиталов, упаси пух. Припахать, скажем, лиситов и жабцов, чтобы вброс исходил не от нас...

- Кое-кто этим и займётся, - показал на неё Фелфи, - А сейчас надо вытаскивать песок из воды, пока не утонул.

Судя по раздавшейся короткой очереди, что боец дал за борт, стоило поспешить - нетерпеливые одгорозки стали лезть на борт, забросив "кошки", и кошцу это совсем не понравилосиха. Фелфи на очень ломаном шаракальском объяснил купальщикам, чтобы они влезали на лестницу строго по команде и по одному. Таким образом "песок", как он выразился, поступал на палубу и оттуда в закрытый отсек, под достаточно плотным конвоем. Однако кроме этого, следовало не упускать из слуха и "своих" шариков, которые сидели в другом отсеке - они хоть были и раненые, но большая часть всё ещё при оружии, так что опасность спонтанного тупака присутствовала.

- Так себе, - мявкнул рыжий кошец, - Этих надо лечковать, и тех и других охранять, куда-то деть и оставшихся шаракалих...

- А ты думал, - кивнула Люс, - Пиратство это не так просто, как кажется. Все дураки на логистике как раз и прогорают. В нашем случае, по любому "ключ" пойдёт в порт, и скорее всего, в Печкин. Там и разберёмся... Фелф, ход у этой калоши будет?

- Я смотрел в машинном, вроде всё понятно, - пожал плечами кошец, - Спудугля там достаточно, так что потихоньку, без резких маневров, дойдём. Единственно, там кочегаров нужно рыл шесть, подача спудугля в топки совсем фиговая.

- Тогда мы последим за животными, а ты разбирайся с машиной, - предложила Люс.

Она ещё пробежала чуть не по всему кораблю, отыскивая медицинский отсек, но ничегошеньки не нашла. Курительной дряни тут натурально хватило бы на все соедкапиталы, однако перевязки или спирта правоверные одгорозки с собой не возили. Так что раненым шарикам пришлосиха обходиться тем, что имелось у них в рюкзаках, благо там было куда больше, чем на всём "ключе".

В то время как одна команда устаканивала обстановку на захваченом судне, Рыкот уже потихоньку двигался навстречу группе "углов", каковая грозила появиться из дымки; потихоньку, чтобы не удаляться от тунца и не тратить пар, который сейчас тратился на зарядку катеров. Котлы корабля работали на полную мощность, вентиляторы гнали в топки поток воздуха, а кочегары валили спудуголь целыми телегами. Из обеих труб валил чёрный дым, столбом поднимаясь вверх - обычно Рыкот дымил, а сейчас он просто чадил почём зря.

Тактики, обежавшие корабль и сделавшие все приготовления к песку, снова собрались в командном отсеке, как минимум двое из них вспушились и испили чай из фляжек. Короткое перецокивание привело к общему мнению, что не стоит усложнять, пытаясь спрятаться за "ключ" или ещё что, потому как могут быть неожиданности. Задача стояла вполне в рамках рассчётов, как на подбор - шесть целей, такие маневры отрабатывались неоднократно - точнее, отрабатывались маневры по одному катеру на цель, что почти одно и тоже. Ровным счётом все тактики соображали, что главное отличие в том, чтобы шесть катеров не столкнулись между собой, работая одновременно, так что им надо задать чёткую очерёдность. Ну а на случай, если бы кто-то об этом забыл, тактиков имелосиха шестеро. "Зверята, имею цокнуть, что нас шестеро" - сообщил об этом Рудыш, и все скатились в смех.

Едва первые "углы" показались в зоне слышимости, Рыкот начал маневрировать, выставляя курс точно в пух. В данном случае, когда цели шли навстречу, это означало - развернуться перед ними, чтобы оказаться к ним хвостом на рассчётной дистанции. По оси движения в обе стороны могли работать все шесть залповых ракетниц, что сейчас и требовалосиха. Каждая установка отстреливала залп спецбоеприпасов по отдельному катеру, и в идеале, все оказывались окучеными. На практике, ясное дело, следовало готовиться к неизбежным накладкам в процессе.

- А зачем разворачиваться гузлом? - уточнил Хем, - Сзади только одна башня, а спереди две.

- Чтобы не приближаться к ним, - пояснил Слафра, - Дать залп и запускать катера с оптимальной дистанции. А потом уж можно и развернуться, чтобы задействовать носовые башни.

- О как, - цокнул грызь, вспушившись.

- Ноль как, - кивнула Катерпилариса, одним глазом посматривая в перископ.

Одгорозки подтверждали свою низкую квалификацию, потому как даже сейчас не стали сразу открывать огня, не одупляясь, что происходит. Они тусовались на низких палубах "углов", и с самым церемонным видом наблюдали, как перед ними разворачивается Рыкот, фонтанируя дымом из труб и поднимая носом значительные буруны на воде. При этом на его палубе как раз никого не было видно, потому как все спудяки сидели по местам, а у кого не было непосредственного дела, тоже не жаждали вылезать из-под брони.

Вслуху всех этих опций одгорозки так и не чухнулись, пока их не накрыли залпы с ракетниц. Весь Рыкот ушёл в тучу сизого порохового дыма, из которой со скрежетом вылетали огненные хвосты реактивных снарядов. Повезло ещё, что тучу быстро сносило, иначе видимость была бы убита в ноль. Перелетев по дуге положеное расстояние, ракеты градом валили на цель, взрываясь на поверхности воды и выбрасывая облака горчичного дыма. Одновременно с этим от Рыкота в обе стороны пошли десантные катера, быстро набирая скорость и разворачиваясь на боевые курсы. Сдесь следовало слушать в оба, чтобы точно определить состояние целей, и Катерпилариса с Хемом как раз этим и занимались, таращась в перископы. Дав увеличение в оптику, грызуниха отчётливо расслышала фонтан дыма из одного "угла" - следовательно, тот словил прямое попадание и можно считать, что выведен из строя полностью. Такая же история случилась ещё с тремя одгорозками, и с очисткой этих тунцов не предслышалосиха никаких проблем - горчичный дым заполнит все помещения, и звери будут окурены получше, чем пчёлы в улье. Остальных накрыло только общей тучей от разрывов, но, учитывая, что они не удосужились закрыть двери, наглотаются тоже как следует.

- Рулевая, самый полный лево! - командовал Слафра, - Машина, положение шестнадцать!

Изрядно накреняясь, Рыкот сделал резкий разворот, заодно погасив скорость, и теперь шёл носом к целям, направив на них р-башни. Куда пухячить, было слышно невооружённым ухом - пятеро "углов" шли в произвольном направлении, потеряв всякую ориентацию, и только шестой остался на прежнем курсе, вдобавок там зашевелились коробки орудийных башен. Безо всяких лишних подсказок обе р-башни Рыкота выпустили в него по залпу, и счастливчик таки окучил положеную порцию горчичного дыма. Оттуда ещё прозвучали выстрелы, но стволы смотрели вообще в небо, потому как одгорозкам было не до прицеливания. Спустя пол-минуты и в этот "угол" вцепился десантный катер, подойдя сбоку и загодя сбросив скорость. Сдесь это уже выглядело, как нападение крокодила на лодку - бронекатер сильно накренился, когда ему на борт навалилась такая тушёнка.

- Башни! - отцокал Хем, - Второй слева, упущен!

- А что там такое? - перевела перископ Катерпилариса.

- Похоже, у абордажника проблемы с движением, - пояснил грызь.

Тут он попал в запятую, кургузый абордажник просто качался на зыби метрах в ста от цели, пройдя мимо неё. Либо получились какие-то неполадки, либо водитель просто накосячил и истратил запас хода раньше, чем сумел добраться до цели. Дымящий "угол" выписывал крутую дугу рядом и пока опасности не представлял, но это только до тех пор, пока действует дым. Для таких случаев Рыкот и подходил близко к целям - так чтобы иметь возможность достреливать прямой наводкой из р-башен. Эти толстые курочки долго перезаряжались, но когда стало готово, дело пошло. Одна из четырёх ракет попала в корму катера, разнеся её в клочья, и "угол" быстро пошёл на дно, задирая переднюю часть, отчётливо похожую на корыто. Над остальными катерами начали взлетать зелёные ракеты, сообщая об успешной очистке.

Что там трясти, если одну из посудин Драфи окучил чуть не в одну морду. Кошцу до гусиков надоели шаракалы, тормозившие где не надо и всё время думавшие, как сделать зло. Кроме того, он избавился от крайне отягощающего обстоятельства, когда ему приходилосиха постоянно держать в голове, как прикрыть Линду - без этого, думая только за себя, бурый кошец метался очень резко. Собственно, "угол" не такая уж большая баржа, так что с бронебойным молотком да после горчичного укура требовалосиха около двух минут на полную очистку овоща. Только скрутив последнего одгорозка, Драфи сообразил, что дело сделано, и мысленно дал себе подзатыльник, потому как лазить в песок таким образом - мимо пуха, и теоретически он это прекрасно знал. Однако, как обычно, когда дело доходит до практики, обстоятельства засыпают шелухой песок всякой теории. Стало быть, стоит более понятно объяснить Линде, почему им не следует действовать бок о бок...

Однако помимо этого, кошца накрыло, как это выразились бы жабократы, волной чистой Жадности - практически нетронутый бронекатер был просто напросто захвачен, а одгорозков, умотаных по лапам, вытаскивали в трюм. Само собой, он видал такое и возле Странглефорнии, но теперь снова словил то самое ощущение. С большим удовольствием прошедшись по палубе вдоль и поперёк, кошец осмотрел рубку управления, и наконец, со злорадством срезал с растяжки красно-чёрный флаг ОДГ, который полетел в воду. Над кораблями ГКС, собственно, не висело вообще никаких флагов, за ненадобностью - все друг друга знали в морду, а сообщать кому не надо - не надо.

Вслуху того, что кому не надо не сообщали, а кому надо - сообщали, ночью того же дня, что Рыкот окучил первого "ключа", во Вторую Рябь прибыл корабль поддержки "Гузлинъ", которого спудяки весьма ждали. Военный транспорт нисколько не походил на торговые посудины, а походил куда более на самого Рыкота, потому как состоял из похожих блоков. Главное, что он тащил приличное количество грузов и пушного состава, развивая при этом отличную скорость, плюс имел ремонтную базу. Как только суп вышел из потока, ему отсигналил дежуривший там разведчик, и спустя три часа судно стояло бок о бок со скуператором. На Рыкота следовало загрузить топливо, которого там оставалосиха не особо густо, и пополнить боекомплект; этим занимались отнюдь не только грузчики, потому как держать таковых было бы слишком накладно - пухячить приходилосиха всем, включая стрелков из башен и установок. Само собой, грызи не давали им выматываться, чтобы процесс не пошёл во вред основной специальности. Хотя вокруг стояла сырая и не особо тёплая темень, звери на кораблях шевелили хвостами вполне бодро - их весьма подгоняло сознание того, что "ключ" уже тащится к Межспудью, сопровождаемый пятёркой захваченых "углов". Главное, чтобы их не приняли за одгорозков и не макнули, но к этому принимались меры.

- Кстати, - цокнул Скисорь, сидючи прибочно со своей грызунихой опосля разгрузки снарядов, - Йа вот задался вопросом, откуда вы получаете коды опознавания для того, чтобы опознать корабль? Ну Гузлина, хотя бы. Всмысле, не могут ли они попасть к кому-то ещё? А то знаешь, это будет мимо пуха.

Катерпилариса захихикала, пихнув грызя в бок, и огляделась, нет ли лишних ушей.

- А ты не в курсе?

- В курсе, что есть пакеты, - цокнул Скис, - Но как там что шифруется, не понимаю.

- На самом деле есть пакеты, - продолжила хихикать Катя, взяв его ухо и цокая прямо туда, - Но на самом деле никаких кодов вообще нет.

Грызуниха не удержалась заржать в полный голос, увидев вытянувшуюся морду узнавшего такую новость. Скисорь же соображал, что цокнутое не есть шутка.

- А как тогда?

- Просто! - продолжала укатываться в смех Катя, - Кхм... Всмысле, дело в способе сигналов. Это только кажется, что точка-тире это просто точка и тире, а на самом деле есть ясно слышимый почерк сигналов.

- Йа это знаю, - кивнул грызь, - И чо?

- То, что по почерку сигналов мы и определяем, свой или не свой.

- Как это может быть? - мотнул ухом Скисорь.

- Легко, - цокнула Катерпилариса, - Ты ведь отличаешь цоканье грызей от звуков, издаваемых другими зверями? Такая же пухня и тут. Так что это куда надёжнее, чем коды, потому как узнавать нечего...

- Есть чего? - оцокнул сбоку грызь, подобравшийся по сумеркам, - Катерпилариса-пуш?

- Достаточно пуш, - заверил Скисорь, проверив лапой.

- А йа Скупыш, тактик с "Гузлина", - цокнул Скупыш, тактик с "Гузлина", - Слышу, у вас тут песок идёт полным ходом?

- Слух тебя не подводит, - сообщила Катя.

- Это в пух. А что с "ключом", вы отослали его к Межспудью?

- Да, - мотнула ухом грызуниха, - Там осталась минимальная команда, чтобы поддерживать ход и охранять раненых.

- А...

- Его должны перехватить корабли третьей группы, - пояснила Катя, - Чекоты, идущие за нами. Если ему потребуется прикрытие, вдруг уж, так они обеспечат. Кроме того, с нами весьма удачно оказалась кошциха, которая шарит в политическом троллинге, а там на "ключе" богатый материал для этого...

Грызуниха поведала об обнаруженых на броненосце самках-рабынях и о том, какие выгоды из этого собралась выжимать Люс. Скупыш как следует выругался и сплюнул за борт, потому как ему это сильно не понравилосиха.

- В запятую, - кивнула Катя, - И ещё нам пух из хвоста как нужны спудпехи.

- У нас шесть десятков пушей, - сообщил Скупыш, - По три взвода грызей и кошцев.

- Отлично, на первое время хватит... Всмысле, первое время - это окучить тот конвой, который прикрывал "ключ". Там звери как, натасканные более-менее?

- Думаю, вполне, - кивнул грызь, - Первая спудпехотная дивизия это тебе не это вот... Ну и кошцы тоже вроде укошаченые опытом, насколько слышно.

- Тогда в пух, - рассудила Катерпилариса.

Грызи поводили ушами и мысленно ояблочили Межспудье, сейчас скрытое за туманом и массой этого самого спуда - сейчас к Печкину подходили корабли вспомогательных групп, которые должны будут развернуть обеспечение операции. В частности, они просто-напросто везли довольно большое количество шаракалов, скупленых по чёрным торгушкам. Из этого материала предполагалосиха делать идейных воинов Тройных Гвоздей, чтобы и дальше расходовать их, а не ценных пушных зверей. По раннему плану загон для них был построен в Морлучье, чтобы не высаживать толпу опасных животных на сушу, где они могут разбежаться и наделать зла. Пополнять запасы абордажных шариков флоту теперь следовало там - а пополнять приходилосиха, потому как они расходовались.

Значительно больше песка, чем раньше, упало на Хунгуза. Если до этого ему всегда подсказывала Люс, то теперь шаракалу приходилось работать супервизирем Тройных Гвоздей самостоятельно. Впрочем, кошка успела научить его базовым принципам задуривания мозгов, благо почва была более чем благодатная. Пока Хунгуз отправился в Морлучье выбивать мозги шарикам, Люс тщательно организовывала свою операцию, а это было не так просто сделать. В Межспудье потребовалосиха срочно найти медицинщиков, чтобы те обработали оставшихся в живых рабынь с "ключа" - потому как иначе они не остались бы живыми сколь-либо долго, а они были остро нужны именно живыми. Также говорящими требовалосиха сохранить одгорозков из команды корабля, каковых набралось почти два десятка. Разгрести этот навоз таким образом, чтобы он не попал в вентилятор, было не слишком просто, так что кошке потребовались все её умения по организации и хитрость - благо, этого было навалом. В то время как происходили манипуляции с животными в Печкине, и они переходили на сушу с "ключа", пришвартованного к причалу, Рыкот уже давал следующую порцию песка.

Следующим утром после начала ловли скуператор накрыл группу из четырёх "углов", шедших со стороны жабьих окон по маршруту конвоя. Слышимо, не дождавшись сигналов от броненосца, охрана конвоя решила разведать обстановку, и сделала этим очередную ошибку. Пользуясь преимуществом в скорости, Рыкот зашёл на жертвы сзади, а дальше всё шло по отработаной схеме, и у одгорозков стало на четыре бронекатера меньше, а у спудяков ГКС - на столько же больше. Использовать "углы" по прямому назначению не собирались, скорее собирались просто продать их жабцам... Точнее, не совсем просто продать, а слегка сложно, сняв вооружение и прожадивая его отдельно - из-за определённых особенностей рынка, так получалосиха значительно больше Прибыли, чем от корабля с установленым вооружением. На самом деле, "угол" был той ещё калошей, особо много за него не получишь - зато и сбыть достаточно просто, любая фирма, имеющая дела в спуду, нуждается в кораблях для буксировки и перевозок чего-либо. Таким образом, пока в Печкине силами прибывшего десанта и местных куниц сооружали быстрый док для снятия орудий с "углов" и "ключа", к порту уже шла следующая группа обработаных тунцов.

Разместивши зверей, всмысле лично убедившись, куда их поместили, Люс более-менее успокоилась, решила испить чаю и детально обдумать дальнейший хитрый план. Для этого кошка уселась в одной из столовых, которые нынче поставили на набережной - там действительно имелись столы, причём огромной вместимости, так что нехватки мест не было никогда. Мотыляющиеся пока что без дела куньи солдаты и спудяки порой заворачивали на вид симпатичной самочки, но стоило кошке зыркнуть зелёными глазищами, как они сразу сдувались. Мастерство не пропьёшь, подумала Люс, хлебая чай из деревянной плошки. Однако, едва она представила себе наглядно все компоненты операции - одгорозков, соедкапиталы, песок - как на скамейке рядом обнаружилась Линда. Серая шаракалиха посопела носом и почесала уши, так что кошке пришлосиха свернуть мысли и вынырнуть наружу:

- Ты что-то хотела, товарищ Линда?

- Ну, я просто не знаю, кому сказать, - извиняющимся тоном прорычала та, - Как мне попасть обратно на Рыкота?

- Ты так рвёшься на Рыкота? - усмехнулась Люс.

- Я так рвусь к своему коту, - без обиняков сказала Линда, - Я никак не смогу сидеть сдесь, пока он там рискует хвостом.

Кошка отхлебнула чаю и покосилась на шаракалиху. Кто другой этого бы не увидел, но она определила, что серая близка к панике, и понятно, отчего. Вся её жЫзнь, начавшаяся со встречи с Драфи, проходила прибочно с ним, и теперь её крайне беспокоило такое расставание.

- Это понятно, - мявкнула Люс, - И конечно, ты можешь сесть на разведчик, который заходит в порт при прохождении каждой нашей группы, и так добраться до Рыкота, хотя...

- Люс, нагвоздя что-то ещё! - фыркнула серая, - Я должна быть там, как это говорится, на сто пухов!

- Тогда гусиной удачи, и привет коту, - улыбнулась Люс.

- Спа... тоесть, дарю бобра, - поклонилась Линда, и бегом рванула на причал.

Пожалуй, не было никакого резона отговаривать её, подумала кошка, продолжая хлебать местный чай, оказавшийся весьма вкусным. Шаракалиха показала вполне сносные навыки по проведению зачистки кораблей, и именно там принесёт наибольшую пользу, вдобавок будет ближе к своему коту. А мне до своего шарика пока далеко, вспомнила Люс, и захихикала от получающегося каламбура. Однако, как только она снова развернула свёрнутые ранее мысли, её офыркнул уже кунь из охраны.

- Товарищ Люс, вас спрашивает какой-то лис, - фыркнул он.

- Оба-на, - удивилась кошка, - Вспомнишь песок, вот и лисок...

- Он чёрный и тявкает, что вы его знаете, - уточнил кунь.

- Мимо, - фыркнула Люс, - Давай сюда эту лисятину.

Чёрный лис Экзе, кутаясь в плащ, дабы не слишком выделяться среди куней, протолкался мимо раздачи и плюхнулся на скамейку рядом с кошкой. Да что за песок такой сегодня, подумала та.

- Моё почтение, мадмуазель, - склонил уши лисит.

- Твоё почтение, - согласилась она, - Ну что, ты всё с тем же вопросом, что и год назад?

Вопрос у него был основательный и состоял в том, что его лисицу захватили одгорозки, и теперь Экзе лез из шкуры вон, чтобы вызволить её.

- Совершенно верно, - кивнул он, - Готов рыть носом землю!

- Носом землю, - задумчиво повторила Люс, и снова приложилась к миске чая, поглядывая на зверя.

Да его похоже завербовали одгорозки, решила она. У кошки был не только ум, жевавший информацию, но и интуиция, и сейчас она говорила, что так оно и есть.

- У меня есть простое предложение, - мявкнула она, - Мама мыла раму... тьфу! Всмысле, если ты знаешь, сейчас начинается масштабный разнос твоих горячо любимых одгорозков. Так вот ты берёшь и отправляешься в Унный Таз, чтобы там связаться с ихним представительством, и берёшь их на дешёвый понт.

- Например? - навострил уши Экзе.

- Ты сообщаешь им, что атаки флота ГКС на одгорозков служат одной цели - заставить их отдать твою лисицу! - Люс захихикала, но быстро взяла себя в лапы, - Не, серьёзно. Придумай какую-нибудь фигню, навроде того, что она наследница престола, или обладает какими-то способностями, или ещё что.

- Люс, они на это не купятся, - покачал головой лис.

- Ты меня будешь учить, на что они купятся, а на что нет? Сейчас у них начнётся страшная паника оттого, что они получат от своего главнюка за разгром флота, и они уцепятся за любую возможность, даже самую дурацкую. Отдать одну неверную за шанс устаканить ситуацию это более чем разумное решение, даже одгорозкам доступно.

- Да, но как я прекращу ваше наступление, получив Джинкси назад? - тупанул чёрный.

- А нагвоздя тебе это? - расхохоталась кошка, - Получишь свою лису и дальше тебя ничего не должно заботить!

На этом моменте она полностью уверилась, что Экзе связался с одгорозками - словила момент истины, как это называлосиха. Ведь план и правда был хорош, только вот лису он не подходил, потому как одгорозки уже пообещали ему лису в обмен на какие-то услуги. Какая жалкая попытка... Люс без особой спешки достала спудякский шампур из ножен, что болтались у неё на поясе, и приставила к горлу слегка офигевшего лиса.

- Ты чёрная собака сделал ошибку... - прошипела кошка.

Экзе поджался, ожидая вполне вероятной кончины - и испугал его отнюдь не шампур, а горящий взгляд Люс. Было ясно, что она готова перегрызть ему горло собственными клыками, если понадобится. Слегка успокоившись, кошка убрала режущий инструмент - но совсем недалеко.

- Сам расскажешь, или кефира правды вкатить?

- Эти гниды узнали, что я ищу её, - процедил лис, повесив голову, - Они потребовали, чтобы я следил за вашими действиями, обещая взамен отдать лису. Что мне было делать?

- В первую очередь, сказать об этом мне, - сухо ответила Люс.

- Кошка... - поднял на неё взгляд Экзе, - Я всё сделаю, чтобы спасти свою лису! Мне всё равно, для вас или для шаракалов!

- Вот поэтому я и думаю, не зарезать ли тебя сразу, - хмыкнула она.

- Ну ты же должна понять...

- Понять? - скривила мордочку Люс, - А в жепь не пошёл бы?

- Всмысле?...

- Всмысле, у тебя одна лиса, - постаралась разжевать кошка, - А у меня пухова туча всяких зверей, и грызей, и кошцев, и куней. И я тоже сделаю всё, чтобы спасти их, понял?... Ладно, поди-ка пока посиди под охраной, а я подумаю, что тут можно сделать.

В то время как чёрного лиса проводил кунь с винтовкой, Люс весьма довольно расхохоталась, вызывая некоторое удивление среди зверей.

После того, как Рыкот ликвидировал эскорт конвоя одгорозков, а в окно Вторая Рябь подошли чекоты и корабли поддержки, флот двинулся вперёд. Основная группа транспортных посудин ОДГ, сопровождаемая шестёркой "углов", осталась в жабьем окне Ленивое, не имея даже возможности двигаться по другому маршруту, так как у них тупо не хватало топлива. Даже пришвартоваться к жабьим станциям шаракалы не могли, так как это противоречило их беливне. В итоге два десятка транспортников, из которых два были крупные, а остальные стандартные, были растрёпаны флотом ГКС, как вишня енотом. Спудяки правильно рассчитали операцию - Рыкот набросился на еду и заставил её разбегаться, а там она по одиночке попадала к чекотам и оказывалась окучена. Макнуть пришлосиха только бронекатера, а ровным счётом все грузовые посудины удалось захватить. Такую пухову тучу требовалосиха надёжно защищать, тем более, что суда были нагружены, и вероятно, достаточно ценными товарами. Вслуху этого весь флот ушёл обратно в поток ко Второй Ряби, прежде чем жабцы чухнулись и бросились извлекать прибыль из произошедшего. Ихние лёгкие катера мотылялись вдоль конвоя, но догнали они его слишком поздно, чтобы что-либо предпринимать.

Спудяков охватило настоящее жабократическое волнение, потому как куш мог быть весьма огромным, но чтобы он стал, нужно в целости и сохранности довести всю толпу посудин хотя бы до Печкина. Одгорозки конечно завозили с дальних рынков тонны такого барахла, какое только выбросить, однако они же закупали металлы и прочие материалы, какие не умели делать сами, а полный корабль металлического листа - это раза в три больше прибыли, чем пустой. Практически весь десант из спудпехов, включая прибывших на "Гузлине", рассредоточился по трофейным грузовикам и орудовал лопатами у топок, потому как спудуголь сам себя не нагрузит. Кроме того, одгорозки ни на пушинку не заморачивались производительностью труда кочегаров, и могли на пути от бункера к топке сделать ступеньки или узкие проходы, как это наблюдалосиха на "углах". Будь на месте грызей и кошцев шаракалы, они непременно взрыгнули бы - но пуховичные звери из армии ГКС готовы послужить Родине любым способом, какой потребуется. А сейчас требовалось кидать спудуголь в топки и управлять неповоротливыми калошами, так что и.

По изобретённому на месте плану группа чекотов со своими кораблями поддержки отправлялась дальше на запад, в окно Мутная Гудь, где располагались несколько плавстанций ОДГ и шныряли ихние корабли, что и требовалось. Поскольку "ключей" там не ожидалосиха, Рыкот и "Гузлинъ" поворачивали к Межспудью, прикрывать колонну добычи. Хотя "Гузлинъ" был кораблём поддержки, он нёс примерно половину вооружения Рыкота - две р-башни, две залповые установки, четыре бомбомёта. Боекомплект там также был уполовинен, однако суммарный залп малым не покажется. Маневровые качества у корабля также были на уровне, так что дать песка он мог, и не зря шёл с флотом.

Флот же растянулся на несколько километров, даже двигаясь в три колонны. Хотя спудпехи и проходили подготовку по управлению плавсредствами, никак нельзя ожидать большой точности в маневрировании, когда они впервые попали на незнакомые посудины. Вслуху этого транспорты шли с большой дистанцией между ними, чтобы не бодаться. Дистанцию соблюдать почти никому не удавалосиха, корабли то сближались, то удалялись, сильно мозоля глаза опытным спудякам. Впереди всей стаи шёл Рыкот, выставив вперёд трал с противоминной сеткой и держа на готове бомбомёты; сзади прикрывал "Гузлинъ", а четвёрка разведчиков постоянно мотылялась туда-сюда по маршруту, ослушивая спуд.

Что касается Катерпиларисы, так грызуниха не сидела в отсеке управления, а шла к согрызяям, пуши садились рядком, как белочь на сосновой ветке, трясли ушами, катались по смеху, и цокали. Погода к тому же крайне располагала к тому, чтобы сидеть на палубе - стало тепло и ясно, свежий ветер нёс запах воды и спуда, в ряби плескались рыбёшки, а в небе зачастую орали жирные чайки.

- Это конечно чрезвычайно в пух, - сообщил свои соображения Грибодур, мотнув ухом на корабли, - Но теперь одгорозки взрыгнут просто самым масштабным образом.

- На то и рассчёт, - кивнул Скисорь, - Вряд ли они аккуратно восстановят контроль над коммуникацией. Скорее, наскоро бросят в бой все посудины, и тут уж у нас будет день повышеной дОбычи... А дальше взрыгивать будет нечем, и они сдуются. Как думаешь, Кать, сдуются?

- Хорошо бы, - хихикнула грызуниха, хрумая орех, - Сейчас нам надо довести группу, вот что.

- Думаешь, могут быть осложнюхи от кротоликов?

- Да на сто пухов, - фыркнула Катя, - Тем более, при таком раскладе. Макнут нас, и скажут, что приняли за одгорозков. Тем более они знают, что мы сделаем точно также.

- Ну, макнуть нас не так просто, - хмыкнул Скис.

- Да, у нас уши, - показал уши Грибодур, скатив грызей в смех.

- Ну, те два тунца, что пытались плавать за нами от Кунки и притащили подлодку к Печкину, это так себе, - припомнила Катя, - Эти круизёры вряд ли рискнули бы даже атаковать Рыкота. Но вот что ещё они могут вытащить, это вопрос.

- А мы что можем вытащить? - уточнил Скисорь, - Есть какое-то прикрытие?

- Раждак цокал, что возможно, удастся припахать третий флот, - вспушилась грызуниха, - А пока что точно есть только сторожевики северокуньских и группировка Морлучья.

- Третий флот это мать моя белочка что такое, - прикинул Грибодур, - Насколько йа помню, там до сотни кораблей?

- Боевых - да, - кивнула Катя, - Плюс несушки. Само собой, задействовать такую силу будет весьма накладно, но с другой стороны, если кротолики взрыгнут, мы сами не справимся со всеми задачами. Ну, отдельный корабль мы окучим, но большую группу таковых, прикрытую катерами, даже и пытаться нечего. А соедкапитальский флот это тебе не одгорозки, они на всякую беливню плевать хотели, если дело будет касаться сохранности задниц.

- Дадим песка, если чо, - зевнул Гриб.

- Тык по основной политической линии нежелательно давать песка по кротолам, - напомнила Катя, - Нам надо втянуть их в войну с одгорозками, а не втягиваться туда самим.

- И что ты предлагаешь, если вдруг? - пожал ушами Скисорь, - Разве что, на первое время, поднять жабьи флаги?

- В том числе, - кивнула грызуниха, - Есть и ещё кой-какие соображухи...

Тёмно-зелёные флаги СКЖ, Спудной Компании Жабцов, имелись на Рыкоте в достатке, чтобы оснастить все посудины. Однако это вряд ли могло возыметь значительный эффект, слишком ясно вырисовывалась картина. Вслуху этого тактики придумали ещё одну штуку, а именно - нагородить на захваченых грузовиках муляжей орудийных башен, чтобы издали они походили на боевые корабли. Пока кротолы будут тормозить да разбираться, группа уже должна пройти к Печкину и сдать посудную лавку под охрану береговых батарей и минных заграждений. Именно этим занимались спудпехи, расположившиеся на грузовиках - сколачивали из досок и жердей каркасы и натягивали на них брезент, получая орудийные башни. В сумерках так и вплотную не отличишь от настоящих, да и днём издали сойдёт.

В то время как посудная лавка нестройно двигалась к потоку в следующее окно, а над спудом вечерело, грызи не прекращали обдумывать обстановку - по крайней мере, все трое из Катерпиларисы, Скисоря и Грибодура. Если Катя делала это как из любви к исскуству, так и по долгу службы, то артиллеристы разбрыливали мыслями бескорыстно, чисто для поржать. Правда, самые заморочные логические построения грызуниха обсуждала только с тактиками, чтобы зазря не выносить мозги согрызяям.

- Есть кой-какая лажа, - сообщил Хенс, обводя взглядом присутствующих в рубке зверей, - У кротолов есть оперативное управление ихним флотом в Межспудье. Всмысле, им не нужно запрашивать свои инстанции, чтобы получить разрешение на нападение.

- Угу, это исходя из эпизода с подлодкой? - уточнил Рудыш, на всякий случай вспушившись.

- Так точно. Учитывая время, когда кротолы могли обнаружить Рыкота, и время, необходимое на переход ихних кораблей с лодкой на буксире, на принятие решения у них ушло часа два. Сами понимаете, за это время они не могли сбегать в Фальшингтон за инструкциями.

Натурально, подтвердили все мысленно, столица соедкапиталов находится отсюда так далеко, как только возможно, так что и аэростату лететь не одни сутки, если бы он это осилил. Это означало, что стоит ожидать агрессивных действий соедкапитальского флота.

- С другой стороны, - цокнул Хем, - Они не будут наскакивать на превосходящие силы. Как вы знаете, "ключ" прошёл к Печкину без эскорта, и его никто не попытался остановить. Если удастся создать видимость, что наша посудная лавка это боевая эскадра, соедкапитальские не полезут.

- Это не полностью надёжно, - дополнила Катя, и провела когтем по карте, - Ихние разведчики могли запалить события, и теоретически, уже сообщить об этом флоту в Межспудье. Они могут точно знать, что это за посудная лавка.

- Сколько всего плавучего гуано может быть в Кунке? - спросил скорее себя Куффи.

- Три круизёра, штук шесть эсминцев, бронекатеров класса "корнета" - до трёх десятков, - пожал ушами Рудыш, - Подлодка не в счёт, тут от неё толку не будет.

- Шишовый расклад, - прикинули кошцы, - А у нас Рыкот, военный транспорт, и два десятка еле двигающихся калош.

- Так точно, - подтвердил Хем, хихикая и тряся ушами.

- Не совсем точно, - хмыкнул Слафра, - Вы забыли, что спудпехи заняты посудной лавкой, и поэтому пока у нас нет действующих штурмовых лодок.

- Ещё учтите, - добавила Катерпилариса, потирая когти, - Что крайне желательно оставить Рыкота в целом состоянии, потому как он будет пух из хвоста как нужен в дальнейшем, ремонтироваться будет некогда. Думаю, стоит расслушать вариант с затоплением посудной лавки.

В рубке, залитой оранжевым светом заходящего солнца, послышался звук шей, сжимаемых жабами, и пятеро тактиков прокашлялись, прежде чем подумать дальше.

- Нет, ну цокнуто резонно, - кое-как выдавил из себя Хем, - Лучше уж макнуть посудную лавку, чем пытаться прыгнуть выше ушей и бодаться с боевым флотом. Осилить то может и осилим, но это будет мимо пуха.

- К тому же, макнуть - не значит уничтожить, - добавил Слафра, - Аккуратно затопить на отмели, потом поднимем.

- Кстати о спудичках, - мявкнул Хенс, - Почему было не спрятать лавку на станциях у жабцов, пока суть да дело?

- Там могут быть осложнюхи, - мотнул ухом Хем, - Точнее, будут на сто пухов. Помнишь, сколько жабцы платят за захват пиратских посуд в их окнах? Также и там будет, загребут всё без описи, и досвидос.

- Да, но сколько смысла в том, чтобы довести корабли в Печкин? Кротолы так и будут продолжать пастись рядом.

- Чем дальше, тем больше кротолы должны заглатывать наживку и переключаться на одгорозков, - пояснила Катя, - Тем более, пухова туча грузов будет доставлена в Северокунье, что далеко не лишнее. Один раз мы уже кстати знатно покормили куниц стараниями одгорозков, получилосиха более чем в пух.

- Вон он, - мявкнул Хенс, показывая за окно.

Он имел вслуху "сучка", полным ходом лопатящего от потока. Это было довольно волнительно, потому как разведчик должен был сообщить новости, от которых многое зависело. Спудяки как на иголках стояли, пока катер разворачивался и швартовался к борту идущего Рыкота; казалосиха, что тамошние грызи вообще не шевелятся, хотя на самом деле те шуршали ничуть не медленнее обычного. Наконец грызуниха взлетела на башню надстройки и подняла лапу буквой га, приветствуя всех зверей.

- Мариса, рады видеть, в частности тебя, - цокнул Хем, - Как оно?

- Оно... - почесала ушки белочка, подбирая цоки, - Оно не совсем понятно. Сто шестой, который дальше нас, обнаружил флот соедкапиталов, идущий навстречу вам. В полном составе всего барахла из Кунки, а именно три крейсера, шесть эсминцев, двадцать бронекатеров.

Катерпилариса слегка подавилась воздухом. Одно дело - ожидать и рассчитывать, а другое - услышать своими ушами о свершившемся факте.

- Однако, - продолжила Мариса, - Когда мы вышли в точку предполагаемой слышимости цели, флота там мы не обнаружили. Мы прошли дальше на восток и обнаружили его, полным ходом идущим в обратную сторону.

Грызуниха развела лапами, потому как не могла понять, какой смысл в таких маневрах противника. Зато Катя, которая отлично знала сдешнюю обстановку и расклады, уловила суть довольно быстро - а уловив, захихикала. Остальные уставились на неё с вопросом.

- Думаю, порту Кунка опять досталосиха, - сообщила свои соображения грызуниха.

В этом Катерпилариса попала хвостом в небо, тобишь всё рассчитала верно. В Печкине стояли корабли ГКС - не особо большая группа, однако они там были. И что наиболее важно, там был "ключ" свежепритащеный с вылова и прошедший первичную обработку в плане приведения в годность. По крайней мере, оттуда убрали всех одгорозков - как живых, так и не очень, и проверили вооружение, в основном бывшее в годности. Этим занимались грызи и кошцы из отряда обеспечения операции "Топтаный Гусь" - они только начинали прибывать в Медспудье для развёртывания эт-самого. Тем не менее, их вполне хватало, чтобы привести в готовность броненосец, что и сыграло, в том числе роль.

Основные координаторы операции, Раждак и Ратика, те самые пуши, что лаповодили и операцией по отлову тунцов возле Странглефорнии, отнюдь не сидели на хвостах, причём в переносном смысле. Как только "ключ" показался на горизонте и стало ясно, что он дойдёт до порта, они начали трясти северокуньских военных, чтобы те выделили спудяков для экипажа корабля. Конкретных спудяков у них вообще не было, но по крайней мере, были куни, обучавшиеся на артиллерии и умевшие палить из орудий. Таким образом был быстро сформирован эрзац-экипаж для броненосца, состоявший из союзных специалистов и куньих спудпехов.

Грызи так спешили с вводом в строй корабля для защиты самого порта, однако обстоятельства потребовали действовать по другому. В то время как Рыкот с посудной лавкой выходил из Ленивого, соедкапитальский флот сорвался из Кунки на перехват. Наземная разведка северокунья немедленно доложила об этом; пораскинув мыслями, грызи пришли к выводу, что стоит провести рискованный, но необходимый в данной ситуации маневр. Песок состоял в том, что кротолики видели "ключа", но не имели никаких данных о том, что он уже не несёт истинной веры двойных гвоздей. Из-за этого они упустили его из слуха, и этим следовало воспользоваться.

Путём немудрёных рассчётов, зная расстояния и скорости, грызи вычислили время, когда кротолики будут на нужной дистанции, и приурочили время своей атаки таким образом, чтобы вышедший из Кунки бронекатер добрался до флота раньше, чем флот доберётся до плывущей посудной лавки. Рассчёт был прост и заключался в том, что получив известие о нападении одгорозков на Кунку, соедкапитальские бросят сомнительную затею с перехватом и вернутся в порт для его защиты. Через этот порт соедкапиталы контролировали южное Межспудье, и кроме того, у них просто не было другой базы в оперативной близости, так что защищать его они наверняка метнутся, как зяблики на зёрна. Вслуху всех этих соображений, когда ихние эсминцы, крейсера и бронекатера уходили в поток, с другой стороны уже приближался "ключ" - уже без шаракалов, но от этого ничуть не менее опасный. Рядом с ним для полноты картины тащились и четыре "угла", с которых не успели снять вооружение.

Облачной прохладной ночью, когда мелкая зыбь на воде плескала о сваи причалов, из темноты со стороны спуда безо всякого предупреждения полетели тяжёлые снаряды. Военные наблюдатели на оставшихся в порту кротоличьих бронекатерах с ужасом различили на воде чёрную тушу "ключа", которую подсвечивали залпы его собственных орудий. Грызи и куни с броненосца били не особо прицельно, чтобы не попасть по городу, так что большая часть снарядов просто ставила столбами воду в гавани - но нужный эффект был достигнут. Кротолики забегали, и два ихних бронекатера типа "корнет" за каким-то шишом рванули прямо на броненосец. Само собой, смельчаков остановили задолго до того, как они смогли бы выпустить торпеды. Бортовая батарея "ключа" была в полной сохранности, и из двух десятков орудий пара не могла не попасть в цель, так что кротолики заскучали.

От северокуньской разведки было известно, где располагаются склады соедкапитальской базы, на которых лежит запас спудугля. Для начала подпалив несколько катеров и причалов, чтобы освещать гавань, броненосец остальные снаряды положил гораздо точнее, и склады полыхнули ярким пламенем. К этому времени фактор внезапности закончился, соедкапитальские могли попробовать пускать торпеды от берега или из темноты, а по "ключу" принялись лупить береговые батареи южных куниц. Благо, вооружены они были похуже северных, и снаряды в девяносто миллиметров просто рвались на толщенной броне, если и попадали в корабль. Как и рассчитывал Раждак вкупе с остальными, без тяжёлых орудий крейсеров или массовой торпедной атаки повредить броненосцу ничто не могло. Расстреляв треть боезапаса и учинив погром складов, "ключ" полным ходом ушёл в ночное море. Желающих преследовать его, что мало удивительно, не сыскалосиха.

Как и предполагали союзные, с началом атаки первое из осмысленного, что сделали кротолики - это послали скоростной курьер развернуть обратно флот. Собственно, это и было основной целью операции, хотя уничтожение складов также попадало в стратегический пух, теперь у кротоликов будет меньше возможностей для маневров. Уже к полудню броненосец стоял в Печкине, как ни в чём ни бывало. Хотя разведка южных наверняка прошарит, что именно этот "ключ" нанёс удар по Кунке, толку для них от этого будет немного. Северные куни ничуть не собирались нападать на своих соседей, неслушая на политические разногласия; в Северокунье была твёрдая линия на то, что революция должна происходить изнутри, а не извне. Однако они же не испытывали никаких угрызений совести за рейд по порту, потому как южные подложили им огромную свинью, пустив к себе соедкапитальский флот. Несколько лет назад с торпедно-ракетной атаки на Кунку началась большая заварушка, и теперь, похоже, песок повторялся.

- Сало быть, вы так никого и не встретили? - уточнил Раждак.

Катерпилариса просто каталась по смеху и мотала ушами, расцокивая о том, как повернул обратно кротоличий флот, так что никаких подробностей пока не доносила.

- Сало быть, кое-кого встретили, - успокоилась наконец грызуниха, - Одна эсминина мотылялась около, как кот вокруг сметаны, но только наблюдала... Не, Раждак-пушище-ухомоталище, это вообще!...

Катя снова скатилась в смех, мотая ушами и хвостом, и на этот раз даже было отчего так делать. Вся посудная лавка в полном составе толклась в Печкине, благополучно выйдя из спуда, пока соедкапитальский флот метался к Кунке. Разведка сообщала, что кротолики оказались ещё более тугодумными, чем предполагалосиха, и пошли дальше искать "ключ" ровно в другой стороне от той, где он находился. В Печкине же творился улей со свиньями, потому как разом перемещались толпы зверей и кучи грузов, плюс дымили многочисленные трубы кораблей, так что над портом стоял небывалый гвалт, а в воздухе постоянно несло спудугольным дымом. Скраю, возле швартовочных свай, там где суда просто отстаивались, чернела массивная низкая туша броненосца.

- Это в пух, - цокнула Катерпилариса, - Однако, что помешает кротолам атаковать Печкин?

- Тоже, что и раньше, - хмыкнул Раждак, - Крупнокалиберные батареи, например. Эти будут не царапать, а пробьют любой из ихних поплавков насквозь. Вкупе с "ключом" и прочей поддержкой - оценят шансы, прикинут потери, и вряд ли полезут.

- Скорее всего, да, - кивнула грызуниха, подумав, - Но как мы будем выводить посуду для дальнейшей утилизации, пока эти тунцы пасут проходы?

- В нулевых, нам не к спеху. Штормов тут не бывает, так что достаточно вкопать вон там на берегу сваи, и можно ставить посуды просто по полосе прибоя. Канатов у куней найдётся, так что и. А позже должна подойти наша поддержка, чтобы держать тунцов на расстоянии. Диспозяка чиста?

- Чиста, - довольно вспушилась Катя.

Раждак хихикнул и пихнул её в пушной бочок, и грызи снова покатились в смех. Они натурально были очень довольны, что удалосиха привести посудную лавку. По крайней мере, уже ничто не могло помешать куницам выгрузить тысячи тонн стратегических материалов себе, вместо того, чтобы они попали к одгорозкам. Кстати цокнуть, те самые тяжёлые орудия, что сейчас прикрывали побережье Северокунья, в своё время точно также украли у ОДГ - тобишь, получалосиха точно в пух.

- Ещё, слушая как пойдут дела у Люс, - напомнил Раждак, - Если она как следует подцепит кротоликов, те могут и забить на нас, переключившись на одгорозков полностью.

- Это было бы чрезвычано в пух, - кивнула Катя, - Она не уточняла, сколько времени ей на это потребуется?

- Слишком быстро не выйдет, потому как там нужно задействовать хитрые планы. Сам по себе тот факт, что одгорозки держат в рабстве кротоликов, эффекта не возымеет. Нужно выйти на тех, кому выгодна война с ОДГ, и слить эту тему именно им.

- Пух мой пух, проще об стену убиться! - зажмурилась грызуниха.

- В запятую. Нам повезло, что есть, кому этим заняться, - заржал грызь, - А нам придётся заниматься тем, что мы умеем - ловить тунцов и паковать их в песок.

- А как быть с передовой группой? Если они наловят следующую посудную лавку, как мы проведём её сюда? Можно было бы использовать "ключ" для сопровождения, но он вроде как охраняет порт.

- Достать следующий "ключ", - снова скатился в смех Раждак, - Нет, а что? Рыкот для этого и заточен. Между нами белочками говоря, "ключ" куда проще задымить и взять на абордаж, чем утопить.

- Это известно, потому и городили Рыкота, в основном, - пожала ушами Катя.

Макнуть броненосец действительно далеко не просто - восемнадцать изолированых отсеков, и каждый под таким слоем брони, что пробить его можно только тяжёлым снарядом калибра свыше сотни миллиметров. А нужно не только пробить, но и расковырять достаточно, чтобы тот начал глотать воду... Короче цокая, по подсчётам теоретиков, в последний раз, когда соедкапиталы и жабцы топили "ключ", они потратили на него около пятисот тяжёлых снарядов, тобишь, фигачили с нескольких больших кораблей в течении эдак часа.

- Сало быть, - мотнула ухом Катерпилариса, - Если цокать о песке и прочих овощах... Мы с "Гузлиным" должны выйти на добычу уключины... попахивает сверхнаглостью.

- И создаёт эффект внезапности, - кивнул Раждак, - Одгорозки ещё некоторое время будут думать, что имеют дело с обычной тактикой блокады коммуникаций, не учитывая охоты на уключины. У Ратики есть целая пачка выкладок по поводу того, где можно окучить их с минимальным риском, ознакомьтесь на досуге.

- В пух. Запасов на гузле пока хватит, да и спудпехов тоже, - Катя почесала ухи и на всякий случай вспушилась, - Получается, можно продолжать?

- Нужно! - уточнил грызь, - Пока никто не чухнулся и не начал принимать меры непосредственно против нашей операции.

- В пух, тогда пойду натурально накормлю грызей и котов разведданными.

Катерпилариса, ни на пушинку не смущаясь, сначала подошла к спудпехам, околачивавшимся на берегу, и попросила проводить её от штаба на корабль.

- Бережёного хвост бережёт, - цокнула она, - А в той папке, что мне надо отнесть, зарыто слишком много работы, чтобы терять её или ещё что.

- А, это всегда пожалуйста, - кивнул грызь - и не просто тупо согласился, а согласился, полностью отдавая себе отчёт в происходящем.

В итоге Катю с разведданными сопровождал целый взвод спудпехов при полном вооружении, которые просто закрыли её своими тушками в брониках, так что даже пулей не достать, не то что лапой. Со стороны отстойника для кораблей слышались выстрелы и громогласные вопли "бросай!!", потому как там усилено тренировались всё те же штурмовые команды. Целый батальон куньих спудпехов, успевший полностью сформироваться, сейчас занимался работами в посудной лавке, потому как работы там было выше ушей; остальные обещали подтянуться, как только будет возможно.

Катя же подтянулась в командный отсек Рыкота, где пока что ошивался только Слафра, зажгла на полный свет масляную лампу, ибо стояли вечерние сумерки, и принялась раскладывать на столе бумаги, содержавшиеся в папке. Уж кто-кто, а грызуниха представляла себе, что в каждый такой отчёт вложена пухова туча ресурсов, так что аж листала бумаги аккуратно. Однако, теперь вся эта информация сливалась в нужную точку и грозила превратиться в материальный результат, перекрывающий затраты во много раз.

Экипажи "сучков", плавая по ничейным и жабьим окнам, помаленьку торговали всякой мелочёвкой, заодно наблюдая за маневрами флотов, в этом регионе в основном флота ОДГ. Соедкапитальских кораблей тут встречалосиха относительно мало, а с жабцами случай особый. В нулевых, ГКС не имел ни малейшего намерения вступать в конфронтацию с ними, а во-первых, жабы были жадны и по большей части их военные корабли стояли на месте, чтобы не тратить топливо. Одгорозки же плавали довольно часто, потому как в их привычках были разбой в спуду и постоянные попытки отхватить у кого-нибудь землю.

- Сдесь так себе, - покачал головой кошец, прочитав лист, - Есть "ключ", но он обычно ходит под прикрытием большой группы бронекатеров. Без чекотов его не выковырять.

- Зато вот тут есть зацепка, - показала другой лист Катя, - Причём такая, что...

Грызуниха провела лапкой по шее, сгоняя Жабу. Слафра слегка вытаращил глаз, изучая данные. Разведчики составили полное представление о маршруте "ключей", которые патрулировали спуд у самого побережья шаракальской земли, и выяснили, что два окна те проходят совершенно пустыми, без прикрытия другими кораблями. Учитывая обстановку, ничто не мешало Рыкоту полным ходом пройти туда и перехватить сразу пару броненосцев! И артиллерии, и штурмовых средств у корабля вполне хватало на то, чтобы сразу окучить двух таких жирных тунцов, просто на это никто особо не рассчитывал, думая о том, что броненосцы будут прикрыты мелочью. Окна располагались в спудотории ОДГ, однако патрули никак не смогут остановить Рыкота, да и сообщить куда следует вряд ли успеют. Кроме того, почти исключено, чтобы одгорозки догадались, на что нацелен наглый рейд. Рейды вглубь вражеской спудотории всегда нацелены на самое малозащищённое типа топливных станций и транспортов, а не на самые тяжёлые боевые корабли. Эти соображухи были высыпаны на уши всем остальным тактикам, когда те вернулись в отсек со своих песков, и Жаба крепко взялась за шеи.

- Да, но придётся действовать вслепую, - заметил Куффи, - Теоретически мы знаем, что корабли должны там быть. Однако прямых данных получить неоткуда, и если что-то пойдёт не так, "ключей" там просто не окажется.

- Не совсем, - хмыкнул Хем, - Разведка не зря улопатила столько времени и сил, составляя эти схемы. Мы знаем, сколько всего броненосцев купаются в прибрежных окнах, поэтому по наблюдениям за доступными точками вполне можно узнать, где кто находится.

Грызь показал по карте, там где обозначались окна, доступные для ослуха, и недоступные для оного.

- Вот тут получаем оперативную сводку, и таким образом, дальше идём по известным координатам.

- Пух в ушах, а ведь может сработать! - с нескрываемой жадностью потёрла лапки Катя, - Давайте йа сбегаю в штаб, что они цокнут по этому поводу, и поднимем всех на уши!

Тактики переглянулись и переслухнулись, некоторые даже вспушились, но в итоге все обобрили такой план. Катерпилариса натурально побежала в штаб, изложить соображухи тамошним грызям, вплане как они на это послушают ушами. Сделать это было не то чтобы очень просто, потому как штаб операции располагался за три с пухом килошага от берега, за каменной грядой, торчавшей над редким еловым леском. Благо, между портом и центром управления ездили куньи курьеры на лёгких повозках, запряжённых тройками ездовых куриц, так что бежать пришлосиха не всю дорогу своими лапами. За грядой проходила старая дорога к руднику, и вдоль неё располагались пункты управления северокуньским флотом, наземными частями и прочее; сдесь же обосновались Раждак и Ратика. Соль состояла в том, что в этом месте штабы были практически недосягаемы для обстрела с моря - с первого снаряда не попадёшь, а после первого все убегут в глубокие укрытия в камне, где не достанет никакой снаряд.

Раждак таки в данный момент просто хрючил, так что выслушивать пришлосиха Ратике. Грызуниха с радостью приветствовала Катю, припомнив, что та причастна к вылову пуховой тучи посуды, а теперь и "ключа", что вообще есть большой успех, если не цокнуть больше.

- Да, - цокнула она, выслушав пояснения к карте, - Очень похоже на наши прикидки, так что и на правду тоже похоже.

- Тогда?... - потёрла когти Катерпилариса.

- Посиди на хвосте, - хмыкнула Ратика, - Нам понадобится имеющийся "ключ" в полном объёме, чтобы надёжно прикрыть порт. Чуешь, куда дуют гуси?

- Не совсем, - призналась Катя.

- Нужны спудпехи с "Гузлина", чтобы разбавить новобранцев из куней, - цокнула Ратика, - Пройти по чистой воде и пострелять по порту и так хватило, но если придётся делать что-то значительное, нужна полная функциональность.

- Пух мой пух... И сколько?

- Половины хватит. А вам должно хватить второй половины, если тоже добавить куней.

- Йа думала, мы не собираемся пускать их в самое пекло, - мотнула ухом Катерпилариса, - А там боюсь будет жарко.

- Или ты в пекло, или пекло к тебе, - пожала ушами грызуниха, - Им тоже стоит начать заучивать это правило, воизбежание. Да и работают они уже вполне сносно, сама слышала. Если что, подставляйте шариков.

- Шариков немного, а после первых штурмов осталосиха ещё меньше.

- Попуху, в самое ближайшее время должны прибыть новые из Жид-Спуда... Ладно, - Ратика покосилась на шалаш, откуда доносилось громогласное храпение, - Поехали пока раскидаем, что куда. Эти пусть хрючат, а то уже вторые сутки на лапах.

Взявши с собой соответствующую бухгалтерию и мешочек сушёных яблок, грызунихи вшуршали в тележку и попросили доставить их обратно в порт. Под мерное поквохтывание куриц и стук когтей по глине повозка довольно резво покатилась по узкой дороге с глубокой колеей, петляющей между каменных выступов и куртин мощных деревьев. В какой другой раз Катерпилариса и не подумала бы так разъезжать по берегу, ибо бережёного хвост бережёт. Однако сейчас Раждак заверил её, что маршрут полностью под контролем, и можно трясти без опаски.

- Да что за гвозданство!! - зарычала шаракалиха, от души треснув лапой по доскам, - Опять осечка?!

- Нормально, - меланхолично пояснил кошец, - Поэтому гранатомёт и девятизарядный, чтобы исправлять косяки.

Спудпехи осторожно заглянули за угол широкой траншеи с укреплёнными стенами, где они и проводили тренировочные отстрелы. Граната слегка дымилась и лежала себе возле мишени. Линда чуть не вышла туда убрать боеприпас, но опыт не прошёл даром. Даром что шаракалам купировали в детстве хвосты - тобишь, тупо отрезали - и хвоста у неё не было, Драфи сумел прочно вбить ей под уши, что свой хвост нужно беречь. Так что сейчас серая не сделала глупостей, а быстро вынула откуда-то из многочисленных караманов тонкий тросик, связала петлю и стала накидывать на гранату, благо у той имелся хвост, за который можно зацепиться.

Гранаты типа "ляга" можно было как выстреливать из гранатомётов, так и кидать просто влапную, само собой с различием в скорости и дальности. При попадании в стенку срабатывал дополнительный запал, и граната отлетала под углом, равным углу падения... ну, чаще всего. Эта ерунда использовалась штурмовиками, чтобы забрасывать помещения из-за углов, не высовываясь оттуда, и при умелом использовании обеспечивала огромное преимущество над противником. Понимая это, Линда и натаскивала себя с большим упорством, потому как сходу овладеть навыком не получалосиха. Получить же собственную "лягу" под ноги - далеко не подарок, так что и. Благо, на окраине портового городка куни развернули тренировочный лагерь со всем необходимым. В частности, имелась яма, куда стаскивали на длинных верёвках неразорвавшиеся гранаты, а потом просто поджигали там костёр, чтобы обезвредить.

Шаракалиха как раз обрезала тросик, оставляя в отстойнике боеприпас, когда раздалось мявканье, и серые уши враз поднялись торчком. Выглядевший слегка загруженым Драфи потёр уши, разминая этим мозги, но тем не менее не забыл тискнуть подружку, ибо это доставляло приятных ощущений обоим.

- Как там, кот? - осведомилась серая.

- Кот? Кот нормально, - захихикал кот, вернувшийся с совещания, - Кхм. Всмысле, ожидается усиление огня.

- Ещё больше? - фыркнула Линда, - Вот тебе и гвоздики...

- Да, ещё больше, - почти без смеха кивнул Драфи, - Грызи собрали в кучу информацию по перемещению тяжёлого флота одгорозков, так что теперь они думают, что у них есть хороший хитрый план. Короче мявкнуть, вламываемся в ихние окна, перехватываем сразу два "ключа", и утекаем.

- С-с-сразу что??

- Два ключа, - показал на пальцах кошец, - Один и ещё один.

- Но это же удвоеный риск, зачем такое надо? - помотала мордой шаракалиха.

- Суть в том, что мы должны поймать их в отрыве от мелочи, - пояснил Драфи, - Это будет проще, чем очищать один "ключ" от дюжины бронекатеров, и кроме того, так будет удвоен выход готовой продукции, сухо мявкая.

- Готова вкалывать, - на полном серьёзе произнесла традиционную фразу серая, - Мне не совсем понятно, отчего такая увереность в положительном исходе этой авантюры, но раз знающие звери так решили... Да и вообще, с тобой хоть куда.

- Это очень мило, шаракалиха, - улыбнулся во все клыки кошец, притягивая её за воротник спецовки, - Ты точно готова вкалывать?

В ответ серая зарычала, оскаливая огромные зубы - этим она хотела сказать, что сначала думает, а потом говорит.

- Тогда принимай командование взводом, - огорошил её Драфи.

- Ч-ч-ч...

- Не ч-ч-ч, а возьми и прими командование взводом. Наши хотят ввести в полную готовность уже захваченый "ключ", для чего им потребуются спудпехи с "Гузлина". А на их место, соответственно, надо добирать из пополнений. Ты у нас ушаракалячена опытом, так что и песок тебе в лапы, как кое-кто цокнет. Фелфи и его зверята пока переходят на "ключ", так что третья штурмлодка твоя, вместе со всеми зверями.

- Но Драф! - в полной растеряности рыкнула Линда.

- Что? - усмехнулся тот, - Ты же готова вкалывать?

- Да, но по-моему это совершенно плохая идея! В конце концов, - нашла повод она, - У нас во взводе больше половины шариков из ОТГ, а шарики не будут подчиняться самке.

- У нас осталась только половина шариков, - покачал головой Драфи, - В твоём взводе будут куни.

- Ещё не легче! - схватилась за уши шаракалиха, - Шаракалиха, ведущая в бой куней?!

- Линочка, - мягко мявкнул кошец, положив лапу на её плечо, - Я, да и все остальные, вполне соображаем, что это далеко не подарок, в любом случае. Но кроме тебя у нас сейчас никого нет, чтобы заполнить этот пробел в мордном составе.

- Уууу, зараза! - с чувством рыкнула Линда, пнув землю.

- На войне как на войне, - захихикал бурый кошец, приобнимая её и утаскивая в нужную сторону.

Линда, хоть и плевалась, как от горькой редьки, была весьма твёрдо настроена. Раз уж рыкнула, что готова вкалывать, так нечего сдавать хвостом назад. Через пять минут после того, как Драфи сообщил ей об инициативе коллектива, шаракалиха уже бакланила с кунями, столпившимися у окопов тренировочного лагеря. Будучи зверями обычного роста, куни почти на две головы отставали от серой, так что слегка задирали морды, когда фыркали ей что-либо. Следует отметить, что дело происходило уже полновесной ночью, когда в воздухе стоял свежак, а на небе светили яркие звёзды. Мирные звери вовсю хрючили после дневных трудов, но спудякам сейчас было не до отдыха.

- В первую очередь... - рыкнула Линда, повернувшись к куням спиной.

Дальше она резко развернулась, полностью оскалив пасть и подняв дыбом гриву, став похожей на бешеного волка. Немаловажно, что она раскинула в стороны длинные лапы с огромными когтями, визуально сильно увеличившись в размерах. Немудрено, что куни шарахнулись в сторону, похватавшись за обрезы редусинских винтовок, что висели у них на ремнях за спинами.

- Страшно? - осведомилась Линда, приходя в обычный вид, - Так что имейте ввиду, как выглядит введённый в раж шаракал, и не бойтесь больше, чем следует. Усвоено?

- Усвоено! - бодро отрапортовал плотный кунь бурой окраски, - Разрешите вопрос, товарищ командир?

- Рррр... Валяй.

- Как скоро можно рассчитывать добраться до одгорозков?

- Мм... - прикинула Линда, - Дня два, думается.

Звери слегка ошарашено уставились на неё, так что серая нашла нужным полностью уточнить:

- Как только корабли разведут пары, мы отплываем на перехват целей, и будем их штурмовать. Это все знали?

- Мы знали, - уже не так бодро фыркнул кунь, - Но так резко...

- Нормально, - постаралась успокоить его шаракалиха, и чуть не захихикала от самого факта, - Не тупить, и всё будет.. в пух, да. Теперь по конкретике...

В то время как спудпехи в усиленном режиме готовились к песку, Скисорь с Грибодуром только вылезли из котельной Рыкота, отдуваясь и смахивая пот, заливавший уши. Чтобы кочегары не упоролись с загрузкой спудугля, им помогали все, кто пока что не был загружен... и слегка упарывались на этом. Однако, у артиллеристов будет время отдохнуть, так что и. Грызи достали по фляге квасу из своих запасов и уселись на крышу р-башни, потому как вдоль борта сейчас то и дело бегали носильщики с грузами. Из обеих труб корабля валил густой дым, подсвеченый огнём топки и оттого багровый, как над вулканом. Порт копошился в свете сотен масляных фонарей и просто факелов, воткнутых в специальные столбы, слышался ровный гул от работающих паровиков и разноголосый гул произнесённых слов, в основном куньего фырканья. С моря задувал приличный свежачок, однако вдрызг пушные грызи могли выдерживать его сколько угодно, а сейчас так им было просто жарко после работы в кочегарке.

- Ну что, песок сыпется помаленьку, - изрёк мудрость Скисорь, - С "ключом" в Печкине сюда никто не сунется, а нам остаётся добыть ещё, чтобы обезопасить посудные лавки.

- Придётся рисковать, - цокнул Грибодур, - Если их не перехватить в заданом районе, искать можно долго, и нарваться на приключения. Вон, куньих спудпехов уже припахивать приходится.

- Да, это так себе, - фыркнул грызь, - Наши-то долго натаскивались, и потом тренировались на кротоличьих баржах, а эти сразу на "ключ" полезут, жесть... ну, с гусиной удачей, затащат.

- Кстати о песке, - хихикнул Гриб, слегка огляделся, и перешёл со спудофени на цоканье, - Слыхал, какая кошатина санитарной частью заведует? Серенькая такая, ушки круглые, глаза зелёные, да и эт-самое...

Грызь примерно показал лапами, что эт-самое, и Скисорь скатился в смех.

- Эк тебя плющит, едва удалился от согрызяйки, - цокнул он, проржавшись.

- А что согрызяйка? - пожал ушами Грибодур, - Она для меня идеальная грызуниха, да. Белочь вон растить будем вместе, ургхх... Однако, как это влияет на сорт кошатины?

- Не знаю, - цокнул Скис, - Некоторые думают, что должно влиять. Но йа сам понятия не имею, моя-то под боком.

Грызь слухнул на неярко освещённые окна надстройки, где скорее всего, и сидела Катерпилариса, проводя прокатку мозга по картам и разведданным. Гриб завозился в шкуре и мотнул ухом, потом решительно закрутил пробку на фляге.

- Пойду, попробую поймать животное, - не особо громко сообщил он.

- Пха... - только и подавился воздухом Скисорь, и снова заржал.

- Нет, ну а что? Не только котам на грызуних облизываться, оно и в обратную сторону работает, - цокнул Гриб, и почесав уши, уставился на порт, - И, есть идеи, как эт-самое...

- Гусиной удачи тогда, - хихикнул Скис.

Сверху, над мачтами и надстройками, грузно проплывали подсвеченые багровым светом шлейфы дыма от труб стоящего рядом "Гузлина". Там тоже усилено поднимали пары в котлах, готовясь к скорому выходу в спуд.

Нас не трогай, и мы не тронем.

А кто тронет, спуску не дадим!

И в воде мы не утонем,

И в огне мы не сгорим!

- изъ песни

Девятое окно - Огузком по кочкам

Из водной глади поднялся пятиметровый колокол, сквозь толщу которого на секунду просветила оранжевая вспышка; раздался глухой гул подводного взрыва. Ударная волна прокатилась по бухте и ушла на берег, вполне ощущаемая собственными ногами, если стоять на земле.

- Сейчас бы искупались, - фыркнул Хенс, наблюдая это дело с надстройки Рыкота.

Присутствовавшие грызи из тактиков захихикали - как оттого, что не пришлосиха купаться, так и оттого, что кошец сообщил это как обычно, с полной спокухой. Кошцы вообще отличались в этом плане от многих зверей, и могли куда более эмоционально реагировать на пролетевшую чайку, чем на угрозу своей жизни.

- Ну, а кто цокал поперёк? - осведомилась Катерпилариса, помахивая хвостом.

- Йа цокал, - признался Рудыш, - Никак не думал, что они могут успеть поставить мины.

- Скорее всего, они их и не ставили, - цокнул Хем, таращась в темноту, - Передвинули те, что выставляли куницы. Пух уж знает как именно, с подлодки или катера, но думаю, так оно и было.

- В любом случае, это забота обороны порта, - мявкнул Хенс, - А нам пора отчаливать.

- Отчаливать? Может, просто начнём движение?

- Давайте проголосуем...

Смех смехом, а Рыкот таки начал движение... ну, или отчалил. На тяжёлом корабле имелись паровые приводы якорей, так что огромные чушки на тощенных цепях были подняты за две минуты. Впереди по фарватеру всё ещё работали катера из обороны порта, разминируя путь, так что периодически грохали взрывы. Мало кто сумел предположить, что соедкапитальский флот сумеет за пару суток организовать минирование подходов к Печкину - из куниц так вообще никто не чухнулся. Кротолики же применили эффективную тактику перестроения уже существующих минных полей, потому как выгода получалась двойная: делался проход для себя и закрывался проход для врага. При помощи нехитрых приспособлений мина цеплялась за минреп - тобишь трос или канат, державший её за якорь - якорь поднимали, сматывая минреп, и перемещали плывущую мину в другое место, не трогая её лапами. Грызи и кошцы из тактиков сходились во мнении, что это сделала подводная лодка, потому как катер никак не мог укрыться, выполняя достаточно длительную работу, ведь куни патрулировали минные заграждения, а плотного тумана не наблюдалосиха.

Как бы там ни было, такой вариант был разгадан, фарватер разминирован, и Рыкот полным ходом вышел в море, оставляя за собой мощную белую полосу вспененой воды. Крупный корабль чуть не бортом оттолкнул с дороги бронекатер, так что тот закачался на поднятой волне, как шлюпка.

- Ээээй, пух в ушах!! - донеслосиха с катера.

- В ушах пух! - ответствовал через громкоцокатель Слафра, руливший кораблём, - Спешка, спудяки!

- Гусиной удачи!

- Гусиной-то гусиной, но не попадите под следующий!

Вслед за Рыкотом на такой же скорости шёл "Гузлинъ", практически однотипный с ним по корпусу, только вместо большей части вооружения он нёс грузовые отсеки и ремонтные краны. Сейчас корабль поддержки был незаменим, потому как другие не успели бы за Рыкотом, развивавшим большую скорость. Такая шустрость требовала жертв от скупости, на полном ходу корабль жрал столько спудугля, что хватило бы на три броненосца на той же дистанции. В частности, после быстрого перехода придётся перегружать часть запасов с "Гузлина", чтобы не сжигать топливо под ноль.

Скисорь таки занялся тем, что особо тщательно вычищал стволы ракетомётов, а местами и добавлял на механизмы масла. Никак нельзя цокнуть, что стволы были грязные, а приводы не смазаные, однако привести их в образцовое состояние сейчас казалосиха совсем не лишним. Грызь знал, что вылизывание орудия сверх штатных мероприятий даёт до пяти процентов дальности и сколько-то к точности, хотя и всего на один-два выстрела. Обычно так никто не делает, но раз уж наклёвывается ответственный момент - лучше сделать, всё равно есть время. Особенно досталось спудпехам, которых сейчас гоняли по погрузочным площадкам штурмлодок; прислушавшись, Скис уловил взрыкивание Линды, и захихикал, представляя себе, в каком апухе находятся куни. В открытую дверь р-башни всунул уши Грибодур, и на всякий случай вспушился.

- Чё поделываете, опять гусей топчете? - осведомился грызь.

- Да, помаленьку и с хвостьей помощью, - сыграл в старую перечницу Скисорь, - Ну что, поймал животное?

- А? Животное, не, - с сожалением цокнул Гриб, - Её раньше поймали.

- Ну и кто из нас топчет гусей? - осведомился Скис, скатываясь в смех.

- Да никто не топчет. Сейчас и правда надо бы пойти горлопухой пусковые трубы смазать, лететь лучше будет. А ловля животного... Тут главное, что была предпринята попытка, - философично мотнул хвостом Грибодур, - Уже куда как более в пух, чем без этого.

- Верю нацок, - пожал ушами Скисорь.

Его согрызяйка по прежнему находилась на расстоянии хорошего вопля, поэтому он и не помышлял о ловле животных, как выразился Гриб. Кроме того, согрызяйка усиленно думала о том, как успешно завершить миссию. В то время как грызи натурально продолжили очищать и мазать орудия, Катерпилариса выбралась на самый верх надстройки, на площадку с ограждением, из которой торчала вышка и штанги перископов, и принялась ходить там туда-сюда, раздумывая. На самом деле, она часто так делала даже в родных лесах, среди цветущих ёлок и прочих овощей - топталась челночно, обмусоливая мысли под ушами. Сейчас ей требовалосиха смоделировать действия противника для их предотвращения, что обычно и делают тактики. Собственно, именно на логическом анализе строились действия, когда катера были посланы проверить фарватер и нашли мины, потому как никто не обнаруживал кротоличью подлодку в натуре.

Тут однако было больше неизвестных и вариантов развития событий, хотя бы вслуху того, что приходилосиха учитывать и одгорозков, и соедкапиталы с их вечным желанием хоть кому-то сделать зло. Что они ещё могут отчебучить, чтобы сорвать выполнение задачи? Катя задалась этим вопросом и стала подбирать варианты, имея вслуху то, что есть в наличии у кротоликов. Про "поставить себя на место кого-то" грызи не цокали, примерно по такой причине:

- Чтобы ты сделал на месте кротоликов?

- На месте кротоликов йа бы объявил революцию и увёл флот в северокунье.

Исключив словоблудие, получалосиха, что кротолики могут попытаться атаковать эсминцами. Просто потому, что два эсминца новой серии могут обогнать корабли ГКС, в то время как все остальные из флота в Межспудье - не догонят. Однако, двух лёгких эсминцев явно недостаточно для уничтожения группы, следовательно, стоит ожидать попыток повредить кораблям движители - гребные колёса, или попасть по машинным отделениям и вывести из строя силовую установку. Катерпилариса прекрасно помнила, что они сами так и сделали, когда нужно было остановить превосходящие силы противника. Подбить крупный корабль, лишив его хода, и пусть возятся с ним, а не идут дальше. Вопрос в том, подойдут ли эти эсминцы для такой работы? Пожалуй, могут и подойти, если выпустят из залповых ракетниц дымовую завесу, и ударят вблизи реактивными торпедами. Вспушившись, грызуниха спустилась в командный отсек, где под неярким светом ламп тряслись на картами уши.

- Хемыш, - цокнула она, - У меня есть подозрения по поводу кротолов, ты можешь выслушать?

- Выслушать могу, а понять... - захихикал грызь, оставляя в покое карту, - Валяй.

Катерпилариса отцокала свои соображения, и Хем усиленно зачесал за ушами. Соедкапитальский флот ничуть не чурался использовать дымовую завесу, и наверняка у них в боекомплекте полно дымовух. А реактивные торпеды - тоже далеко не подарок, потому как быстролетящую чушку нельзя сбить, надежда только на то, что она не попадёт в цель.

- Ну йа бы не цокнул, что для них это будет просто, - не цокнул так Хем, - Допустим, закрыться от обстрела дымом они смогут, чтобы сократить дистанцию. Но мы повернёмся к ним носом, проекция будет минимальная, а точность у "томалая" ещё меньше, чем у обычной торпеды. На каждом эсминце, насколько йа знаю, шесть пусковых установок, итого дюжина тупей с переднего курса. В крайнем случае словим одну в нос, никаких больших последствий это не вызовет.

- Не вызовет? - усомнилась Катя, - Там боевая башка сто сорок кило.

- Нос может держать торпеду, а у неё двести пятьдесят кило. Нос, он вообще может. Так что думаю, в нос они даже стрелять не будут, им ведь надо попасть в центр, чтобы убить движители, как ты верно заметила.

- С двух сторон разом? - показала по схеме грызуниха.

- Ну, как вариант, - задумался грызь, - Придётся идти под углом в сорок пять, а это уже совсем другое кудахтанье.

- Сало быть, нам нужно жаться к стенкам, - цокнула Катя, - Чтобы у них не было возможности маневрировать с двух сторон.

- Выходит что так.

- Что куда выходит? - осведомился Хенс, отворвавшись от изучения бумаг.

Хем неспеша сообщил ему выкладки и дальнейшее решение тактической задачи.

- Получается что да, если кротолы и будут взрыгивать, то таким способом, - согласился кошец, - Но вообще-то я думал, что главное кого следует опасаться, это одгорозки. Мы ведь растревожили их улей со свиньями, дальше некуда.

- Не совсем сяк, - мотнула ухом Катя, - Мы их не только растревожили, но и ощипали, как лось вербу. ОДГ потребуется время на мобилизацию флота. Кроме того, у них просто нет ничего, чем они могут достать Рыкота и "Гузлина", вплане маршевой скорости. "Ключ" отстаёт почти в два раза, бронекатера ещё больше, а кроме этого, у одгорозков есть только старые эсминины, если ещё есть. А вот у кротолов в Кунке два быстроходных эсминца.

- Это да, - поморщил морду Хенс, - Не знаю, слышали вы это или нет... Куньская разведка сообщала, что по крайней мере один корабль там укомплектован экипажем из кошцев, эмигрантов с Канавии во времена гражданской. Есть все основания думать, что это именно один из новых эсминцев, скорее всего "Вральгель".

- И какие последствия? - уточнила Катя, - Они что-то могут больше, чем кротолики?

- Не в этом дело. Бывшие имперские чаще всего настроены совершенно отморожено по отношению к кошцам, ну и к ГКС в целом, само собой. Им одно наше существование как кости в горле. Так что весьма вероятны упоротые атаки, возможно даже в обход тех приказов, что они получат от кротоликов.

- Это так себе, - прикинул грызь, и добавил, - Но терпимо. Давайте прокрутим варианты, как оно...

В то время как они прокручивали варианты, играясь с корабликами, вырезанными из деревяшки, Рыкот и "Гузлинъ" продолжали полным ходом идти по маршруту, и в рассветных сумерках один за другим нырнули в поток, унесший их от Межспудья. Светало сейчас чрезвычайно рано, так что собственно темноты было от силы часа четыре, а небо начинало светлеть среди ночи, и утро наступало очень быстро. В какой-то части это было налапу, потому как спрятать большие корабли вряд ли получится в любом случае, а вот спрятать маленькие условия затруднят. Артиллерийские грызи, пол-ночи возившиеся со своими орудиями, наконец отвалились сурковать - основательно так, налопавшись варёной картохли и зарывшись в сухой мох, набитый в сурковательные ящики. Отвалились дрыхнуть и спудпехи; куни так просто храпели вповалку, потому как Линда гоняла их всю ночь, поднимая по боевой тревоге и заставляя влезать на "клешни" штурмлодок.

У кого было постоянно напряжённое время, так это у ходовой команды. Кочегарам приходилосиха постоянно валить в топки полный поток спудугля, механикам - следить за работой машин, не забывая при этом трясти ушами и вспушаться. Водители, меняясь по вахтам, вели судно рассчётным образом, для чего требовалось проводить эти самый рассчёты и выдерживать курс. Это не походило на плавание на "сучке", когда можно просто прикинуть направление и дать ходу, тут проходил только основательный подход на математической основе. На этой вахте в командном отсеке приходилосиха отдуваться в основном грызям, потому как кошцы хуже высиживали долгие часы, а наиболее шарящий, Слафра, будет более полезен в боевой обстановке, так что его следует держать наиболее бодрым. К этому приложила уши и Катерпилариса, проводя корабль по одному из окон. Грызуниха думала, что тут нет ничего сложного, но когда осталась почти в одну морду у "руля", сразу словила ощущение, что рулит огромным судном, за которым идёт второе такое же, а это заставляло вспушиться. Впрочем, от вспушения ещё ни одна белка не пострадала, так что и.

К идущему "Гузлину" периодически, пару раз в сутки, швартовался очередной "сучок", привозивший информацию о том, что происходит по маршруту. Пока что происходило не так много, имелись несколько мелких групп торговцев вплоть до одного корабля, и шерстила разведка соедкапитальского флота. Одгорозков не было слышно даже в тех местах, где они обычно мотылялись - волну подняли основательную, так что и. С судна поддержки "сучок" быстро получал новую порцию топлива и уходил яблочить дальше, а на Рыкот по тросику переправляли капсулу с запиской. Наиболее значимые сведения привёз тот катер, что следил за устьем потока от Межспудья - как и высчитали тактики, на перехват их группы пошли два эсминца того типа, что могли это сделать по ходовым качествам. Практически, они уже были где-то сбоку, так что могли выскочить достаточно быстро. Слушателям на вышках был донесён этот факт, чтобы они не считали ворон.

- Был бы песок, - цокнул Скисорь, когда троегрызие сидело на крыше р-башни, - Стоило бы макнуть этих олухов первыми, а не дожидаться зла от них. Сами окучиваете, инициатива и всё такое.

- В нулевых, песка нет, - покачала ухом Катя, - Это ведь троллинг в чистом виде. Да, им тоже будет не так просто открутиться от факта прямого нападения на корабли ГКС, но и нам лишние взрыгивания кротолов не в пух. Самое что было бы в пух, так это отвязаться от них, как нам это удалосиха сделать с теми двумя дураками.

- Вприницпе, ты сама знаешь, какие варианты, - зевнул Грибодур.

Катерпилариса вспушилась, валяя мысли по голове. Как она валяла мысли, снаружи не было видно, зато было отлично видно, что белка шелкошкурая и пушная, с серебряного цвета лапками и большими кистями на ушках. Как и все остальные, она паковалась в спецовку - мутного зелёного цвета и из толщенного брезента, такая лучше всего подходила для спудяков, как показала практика. Чёрная волосяная грива доставала грызунихе чуть ниже плеч и постоянно полоскалась на свежем ветру - так что Катя выглядела пушей, что и требовалось доказать. Собственно, она была сильно похожа на любую другую грызуниху, разве что не производила впечатления молодой белочки, а так ей могло быть лет и столько, и два раза по столько, на слух не отличишь.

Чтоже до вариантов, упомянутых грызем, наиболее подходящим выслушил вариант с использованием дыма. Соль в том, что разведчики соедкапиталов ни разу не появлялись в зоне слышимости Рыкота, а дальность обзора с вышек весьма значительная. Это означало, что они наблюдают не за кораблями непосредственно, а за столбами дыма, которые те тащат за собой и которые видно гораздо дальше. Соответственно, если зажечь на барже большой костёр из сырого спудугля и тащить её катером в сторону, можно обдурить врага и заставить его следовать за баржей, а не за кораблями. Проблема была только в том, что под лапой не имелосиха ни баржи, ни буксира, который утащит её с нужной скоростью.

- Думаешь, они последуют за нами в спудоторию ОДГ? - прикинул Скисорь.

- Хм, это йа как-то упустила из слуха, - захихикала Катя, потирая лапки, - Скорее всего, не последуют. Тогда нам остаётся добраться дотуда, а это уже легче.

- Там по дороге будет Ленивое, - прикинул по памяти грызь, - Там достаточно всяких станций и ходят большие корабли жабцов.

- Это в пух, - кивнула Катерпилариса, - Перетрём это дело с пушами, может и выйдет какой песок пользы.

Она ни разу не шутила, так и сделали. Соль заключалась в том, чтобы разведчики нашли подходящее жабье судно в Ленивом или около него, чтобы можно было провести маневр с дымом - подойти близко к дымящему судну, а потом заглушить топки и отвалить в сторону. С загоризонтного расстояния, откуда наблюдали кротолики, разделить дымовые следы будет весьма затруднительно. Правда, с этим ни разу не согласились остальные тактики.

- Мимо, - помотал головой Хенс, - Кротолы также делали, когда мы за ними следили по дыму. Отличить довольно просто с любого расстояния, это нужно специальную курилку делать, чтобы было похоже на корабль. К тому же у Рыкота донельзя характерный след из двух труб, так что не стоит тратить время на такие маневры.

- Но нам надо как-то от них отвязаться, - цокнул Рудыш, - Нам вообще не в пух сейчас встречаться с ними.

- Пришвартуемся к топливной станции в Ленивом, - предложил Хем.

- И чо?

- Вы знаете, что пришвартовать такую калошу к топливной станции далеко не просто. Кротолы тоже об этом знают, так что не подумают, что мы просто так, поржать. Подумают, что мы собираемся грузиться топливом, прежде чем идти в спуд ОДГ. Прикинут время, потребное для загрузки Рыкота и Гузлина, и получат часов эдак двадцать. И могут сделать глупость, а в это время мы даём полный ход и сваливаем.

- Кажется, глупость уже есть, - хмыкнул Слафра, кивнув на окно.

На фоне ясного голубого неба различались два чётких дымовых следа, шедших параллельными курсами и приближавшиеся к группе с левого борта. Самих кораблей ещё было не слыхать, но скорее всего, это были соедкапитальские эсминцы.

- Рулевая, тридцать вправо, ходом! - отмявкал Слафра в трубу, и дёрнул трос свистка.

Над Рыкотом разнёсся короткий свисток, чтобы рулевые на Гузлине тоже приняли меры и не прозевали поворот.

- Может, всё-таки не они? - предположил Рудыш, - Мало ли кто купается...

- В любом случае, нам лучше прижаться к стенке, сохраннее будем, - цокнул Хем.

Оба корабля дали небольшой крен и стали уходить к границе окна, к стенке спуда и зарослям спудосоки. Тащиться непосредственно вдоль стенки было лишней тратой топлива, потому как даже быстроходным эсминцам требовалосиха много времени, чтобы доплыть из-за горизонта. Белые пенные следы, которые бороздили воду за хвостами кораблей, плавно изогнулись - плавно, чтобы не терять скорости. Через несколько минут слушатель с вышки подтвердил, что появились мачты и надстройки соедкапитальских кораблей, и стало пора объявлять несрочную тревогу для приведения в боеготовность номер ноль.

- У них опознавательные флаги ОДГ, - сообщил Хем, пырючись в оптику, - Теперь точно будет...

- Троллинг, - напомнила Катерпилариса.

В это время Рудыш собрал на палубе водителей катеров-штурмлодок заодно с командирами штурмовиков, ради проведения окончательного инструктажу по теме. Ну и вспушился заодно, пока есть такая возможность.

- Эсминина тип 9-9, - цокнул он, - Имеет скорость в шестьдесят пять единиц, вероятно, кратковременно может выдать до девяноста. Имейте это вслуху, чтобы не гоняться попусту за ними. Кроме того, на каждом есть две скорострельные пушки, опасные для ваших посудин, и два бомбомёта. Сектора обстрела у них вот сдесь...

Грызь показал по схеме, нарисованой на доске мелом.

- Кроме того, предполагается наличие у экипажей химической защиты от горчичного дыма.

- Это так себе, - пробурчал Драфи.

- Это не должно нас остановить, - поправила Линда.

- По три катера на незнакомый корабль, расклад не очень, - поддержал кошца один из грызей, но поправился, - Хотя это не должно нас остановить.

- Впесок, - подытожил Рудыш, - Гусиной удачи, товарищи.

Грызь поёжился, представляя себе, какая задачка стоит перед штурмовиками. Это одгорозки ничего не меняли со времён парусного флота, кроме пушек, а кротолики весьма шарят в организационных и технических решениях, и взять на абордаж ихний эсминец вряд ли будет просто. А ведь группа по идее должна остаться в боеготовности, чтобы выполнить основную задачу, отлов уключин. От таких условий слегка жмурились уши, но спудяки были привычные, и легко отгоняли от себя волнение и офигевание.

Катя так вполне себе спокойно следила в оптику за мордами эсминцев, приближавшихся с открытой воды. Тип 9-9, как его называли во флоту ГКС, имел гладкую переднюю часть, из которой только торчали башни, и производил впечатление бронированного утюга - однако, если знать физику, то оказывается, что для достижения такой скорости он должен иметь малую осадку, а следовательно - водоизмещение и массу, так что брони там наверняка пух да нипуха. За обтекаемым рылом эсминец скрывал куда более уязвимые пусковые установки торпед - обычных и реактивных летающих. Для РС-ов это попуху, они будут падать сверху, усмехнулась грызуниха. Главное, гусятки, чтобы вы сунулись на подобающее расстояние, а там и...

- Рассчо-о-от!! Боевыми - ать! - давали в это время ценные указания стрелки залповых установок.

Грибодур в их числе заталкивал реактивные снаряды в трубы и вкручивал взрыватели. С шести залповых ракетниц суммарный рой получался внушительным, и стоило рассчитывать на эффекты. Не меньше песка возлагалосиха на бомбомёты - если эсминины предпримут массовую торпедную атаку, придётся вести заградительный огонь. Сложность была и в том, что метать бомбы предстояло по курсу судна, тобишь по дуге через надстройки, и если будет какой косяк, можно словить и собственную бомбу на палубу. Корабли, приблизившись к стенке окна, повернули на прежний курс, в то время как враг приближался с левого борту, и похоже, полным ходом.

- Так, теперь всем яблочить внимательно! - цокнул Хем, - Как только они повернут на курс атаки, значит собираются пускать торпеды, и нам надо срочно поворачивать, чтобы не подставлять борт.

- Так точно, - отозвались остальные.

Катерпилариса яблочила в перископ, попеременно двумя глазами, чтобы давать им отдых, а Хенс так вообще открыл окно и пырился через лапный бинокуляр. Соль была всем понятна: эсминцы пускают торпеды с бортовых установок, и чтобы открыть сектор обстрела, им нужно повернуть - а пока они идут курсом перехвата, цели у них в мёртвой зоне. Благо, пропустить этот момент можно, но сложно, если не считать всех встречных чаек и гусей.

- Так, что-то мимо, - заметил Хенс через несколько минут, - Они уже должны были подойти ближе.

- Слышимо, сбросили ход, - цокнул Хем.

- Нахвостяру?? - не въехал кошец.

- Троллинг, - хмыкнула Катя, - Они думают, мы будем всё время сидеть на измене.

- Ммм... а мы не будем?

- Неа. Оставляйте вахтенных, остальным пить чаи... Впрочем, вахтенные тоже пусть пьют, если хотят.

Впрочем, грызуниха отнюдь не расслаблялась. Троллинг мог иметь и другие цели, нежели выматывание противника долгим ожиданием. Менее чем в килошаге с правого борта проплывал спудосочный лес, шелестевший огромными листьями, и Катрепилариса прекрасно знала, что туда удобно вставать в засаду. Вопрос был в том, может ли сдесь быть ещё один корабль соедкапиталов. Катя быстро пролистала журналы сводок разведки, чтобы убедиться: к её неудовольствию, получалосиха, что имелись предостаточные окна, чтобы протащить целый флот. Так, стала соображать она дальше, могли ли кротолы успеть приготовить операцию, учитывая, что их группы пойдут с разных сторон? Сдесь ждало облегчение, потому как этого они никак бы не сумели сделать... С другой стороны, кто цокнул, что они готовили засаду именно на Рыкота? Они могли готовить засаду на песок... всмысле, на любой корабль ГКС, который пойдёт этим маршрутом. Заваруха с ощипкой ОДГ началась уже достаточно давно, чтобы кротолы успели придумать хитрый план.

- Цокнем, подтащили ещё броненосцев, - добавила Катя для внешних ушей, - И поставили в спудосоку. С близкого расстояния это далеко не подарочек.

- Крупных кораблей вряд ли, - мотнул ухом Хем, - А вот катеров могли и наставить. Торпедный залп тоже не сахарок, а уйти им куда проще, если что. Вообще похоже, что так и есть, вот слушайте, это середина маршрута. И на девяносто пухов, мы пойдём именно вдоль этой стенки, так что и.

- И, раз-и, - цокнула Катерпилариса, - Слаф, поворачивай посуду!

- Куда? - уточнил кошец.

- Ну не в стенку же. Сало быть, в другую сторону. Пойдём вокруг окна, только с другой стороны.

- Топлива хватит, а рисков меньше, - кивнул Хенс, - Так что, поддерживаю.

- Ну как угодно, - пожал плечами Слафра, - Рулевая! Разворот влево, полным!

- Вот сейчас кто там Гузиным рулит, опушнеет, - захихикала грызуниха.

Неизвестно, опушнел ли тот, кто рулил Гузлиным, но корабль поддержки чётко схватил сигналы ведущего группы и задержка в его маневрах была меньше погрешности измерения, сухо цокая. Сильно накренившись и бултыхая гребными колёсами, корабли дали самый резкий разворот, какой только могли. Слышать своими ушами, как кренится такая громадина, когда над тобой нависает надстройка в пять этажей и высоченные мачты, мало кому приходилосиха, так что сейчас спудяки получили кусок опыта. Подымая мощные волны вспененой воды, Рыкот сбросил скорость почти в ноль, разворачиваясь, и тут же начал разгоняться заново; Гузлинъ сделал точно такой же маневр, разве что слегка поотстал, будучи значительно тяжелее.

Само собой, в это время тактики внимательно слушали, что будут делать кротолы. А те ничего не делали в течении пяти минут, в результате чего оказались с другой стороны от целей, и лишь тогда эсминины пошли в столь же резкий разворот, показывая длинные низкие бока, ощетиненые пусковыми установками и турелями. Однако кроме этого, никакой реакции не последовало, соедкапитальские корабли продолжили пасти, не приближаясь на расстояние выстрела.

- Может, это вообще сплошной троллинг? - предположил Хем, - Они и не собираются атаковать, а в случае чего утекут, пользуясь скоростью.

- Следует надеяться на худшее, - цокнула Катя, - Если там и правда была засада, они просто растерялись на несколько минут, и пока будили главных упырей, просвистели мимо нас.

- Ну, возле другой стенки засады точно быть не должно, - вспушился грызь, - И наши разведчики удостоверятся, чтобы она не наросла прямо сейчас.

- Похоже на правду, - кивнули кошцы.

Начинало в очередной раз заворачивать к вечеру, солнце закатилось со смеху за спуд, создавая в окне глубокую тень. В такое время создавалосиха ощущение...

- Ааащущееение!!... Кхм, - свыла Катя.

...так вот, создавалосиха ощущение, что свет идёт не только с неба, но и прямо через толщу воды, снизу. Пух уж знает, какие оптические эффекты действовали в окне, однако факта оставалась: когда солнце низко, толща воды просвечивается ещё лучше, чем когда оно высоко.

- Отец расцокивал, - цокала Катерпилариса грызям всё на той же крыше р-башни, - Что однажды они слышали очень сильное свечение из-под воды. Это было в нашем окне Срыкин Пень, и вроде бы, больше не повторялосиха.

- И что это может быть? - почесал уши Грибодур.

- Это светятся двойные гвозди, точно, - с умным видом цокнул Скисорь.

- На самом деле, никто не грызёт, - продолжила Катя, когда все проржались, - Ведь считается, что весь обитаемый мир представляет собой поверхность сферы. Следовательно, солнце не может просвечивать спуд снизу, и это точно не солнце. Но отец утверждал, что свечение было реально сильное... И есть допуха свидетелей, так что дурь тут нипричём.

- Грибодууурь, - прошлёпал губами Грибодур, снова скатив грызей в смех.

- Но, пусть со светом разбирается кто другой, - заметила Катерпилариса, - А у нас свой песок, который нам надо разбрылять и остаться в целом виде, сухо цокая.

- Ничего, бомбомётчики натасканы, - заверил Скисорь, - Если что, прикроют.

Следующую ночь все четыре судна продолжали двигаться вдоль северной стенки окна, оставляя сбоку спудосочный лес, из коего то и дело торчали огромные шишки спудмыша. В освещении ярких многочисленных звёзд стенка спуда выслушила весьма мило - на самом деле спудяки точно знали, что это не здоровское место для жызни, сырое и кишашее существами, к которым непривычны сухопутные звери. В частности, когда спудосока достаточно прогревалась, отрастали тучи спудогнуса, летающих кусачих насекомых - и эти были не мелкие, как в болотах, а с хорошего шмеля размером. Там где спудогнус концентрировался, появляться без защиты было равносильно саморастрате. Прибавить к этому различную заразу, какую немудрено подхватить, и желающих долго ковыряться в спудосоке не оставалосиха совсем.

К утру вахтенные кошцы с хихиканьем отметили, что соедкапитальские эсминины значительно поотстали, потому как одурели постоянно держать минимальную дистанцию. Так как вылезти слишком далеко и огрести залпом они не хотели, а постоянно сидеть на измене не осилили, им пришлосиха увеличивать расстояние. Грызи - что Катя, что Скисорь и Грибодур - не были ни разу оригинальны, и отсурковались как следует, неслушая на обстановку. Точнее, как раз вслуху обстановки они и отсурковались особенно, дабы иметь повышеную бодрость пуха. Таким образом, на Рыкоте стояло исключительно мерное поцокивание и помявкивание, а кротоличий троллинг прошёл мимо. С одной из погрузочных площадок штурмлодок слышалось даже взрыкивание и фырканье, потому как Линда не собиралась отстать от куниц, пока те не натаскаются - тоесть, применительно к практике, не отстать никогда.

- Лин, ты загоняла бедных зверей, - хмыкнул Драфи, в очередной раз зайдя туда, - К моменту надобности они должны быть живые, причём полностью, а не номинально.

- Да ну? - фыркнула серая шаракалиха не хуже любой куницы, - Может, найдётся кто-нибудь получше, чтобы гонять их?

- Не найдётся, - срезал её надежду кошец, - Видишь эти купательные средства, которые волочатся за нами? Вполне вероятно, придётся выбивать оттуда соедкапитальских кошцев, а это похуже, чем кротолики.

- Это охотно верю, - пробормотала Линда.

- Короче, - пихнул её в бочок Драфи, - Сейчас я просто подсказываю тебе, что нужно дать зверям время восстановить силы. В остальном всё по шерсти, командир.

- Ну, как скажешь, - пожала плечами серая.

Это спасло куньих спудпехов от состояния выжатого лимона, а кошцу дало возможность слегка потискать подружку, благо тут было достаточно помещений, где можно это сделать. В то время как группа продвигалась всё ближе к потоку, разведчики сообщили, что рассчёты тактиков оказались верными примерно на сто пухов. Из спудосоки вышла большая группа бронекатеров и сейчас движется через окно, слышимо в надежде перехватить цели, однако явным образом отстаёт и никого перехватить не сможет.

Вслуху того, что засада осталась без песка, ясным солнечным утром корабли вошли в поток, однако это было сделано не так просто, как может показаться. Хенс припомнил ещё одну методу, как можно оторваться от хвоста - в переносном смысле, само собой! - а именно использовать приливы и отливы потока. Ведь в потоке приливная волна, переносившая корабли между окнами, двигалась сначала в одну сторону, а потом в другую; между этими состояниями течение улегалосиха в ноль. Обычно спудяки даже не заморачивались входить в поток, пока он без течения, чтобы не тратить всуе топливо, а ждали прилива возле устья. Однако, как мявкнул со всеми основаниями Хенс, если точно рассчитать время - вполне можно выпрыгнуть в следующее окно, а "хвост" утащит приливом обратно, ведь он не сможет обогнать корабли в потоке.

- Это отчасти ковано риском, - заметил Слафра, которому и предстояло отдуваться, - Мы водили корабли в потоке без течения, но не такие большие и длинные. Насколько придётся уйти в спуд от окна?

- Полностью, - фыркнул Хенс, - Ты не одупляешься. Мы входим в поток на конце прилива, и когда уже подходим к выходу - прилив заканчивается, мы выгребаем по стоячей воде, кротолов же подхватывает обратной волной и уносит назад... Теоретически.

- И на сколько это нам поможет по времени? - осведомилась Катерпилариса.

- Девять часов, как-никак, - показал выкладки кошец, - Пока их отнесёт обратно, пока дождутся волны в нужную сторону. Если получится, к тому времени мы уйдём в спуд ОДГ, и это будет успех. Суккес, как говорят кротолики.

- Ну, впринципях и эт-самое, - почесал уши Слафра, - Рыкот спокойно ходит гузлом вперёд, так что если нас и затянет обратно в поток, ничего страшенного.

- Кстати, - усмехнулась Катя, - А 99й гузлом назад - как?

- Думаю, шишово, - подумав, мявкнул Хенс, и потёр лапы, - Эдак мы их протроллим куда лучше!

- Отлично, тогда следует прописать порядок операции.

Порядок операции был прописан - "былЪ прописанЪ", как записали в журнал - и Рыкот вместе с Гузлиным вошли в поток в точно рассчитаный момент. На самом деле, для рассчёта требовалосиха знать много вещей, как то определение точного времени по солнцу, но к удаче, на борту имелись все необходимые для этого уши, и песок возымел действие. Приливная волна подхватила корабли и протащила почти к самому следующему окну, когда она стала затухать, а потом и вовсе сошла на нет. Рыкот, бодро дымя трубами, пошёл в узком ущелье потока своим ходом, что случалосиха реже чем никогда.

На относительно малой скорости была возможность потаращиться ушами на стенку спуда вблизи - однако, та не представляла никаких неожиданностей, всё то же крошево из окаменевшего высохшего спуда, что и в стенках окон. Удивляли кораллы и водоросли, ухитрявшиеся зацепиться за края и жЫть в потоке воды такой бешеной скорости. В ущелье потока их было гораздо меньше, чем на оконных стенках, но они присутствовали. Высунув уши из-под бронекрышек, грызи и кошцы слушали раскатистое эхо, гулявшее по узкому ущелью из-за работы машин корабля. Тактики же пырились назад, потому как эсминины всё ещё висели на хвосте, не желая отставать. Они держались на стандартной дистанции для прохождения потоков, чтобы не въехать в гузло "Гузлину", но ущелье было достаточно прямое, чтобы видеть их за многие килошаги. Правда, с прямотой ущелья не согласилась бы рулевая команда, которой приходилосиха постоянно ворочать курс. Когда корабли проходили поток с волной, она сама отпихивала их от стенок, а сейчас ничто не мешало прободать их. Собственно, Рыкот пару раз цепанул скулой подводные выступы, но вроде бы, ничего не повредил, потому как вскользь.

- Так, спокойнее, - мявкал Хенс, глядючи на батарею хронометров, - Сбавь ход. Нам надо запрессовать их в ущелье до того, как пойдёт обратная волна.

- Даю половину, - отозвался Слафра, и стал орать в трубу.

- Как бы они не задумали фигачить торпедами, - заметил Рудыш, - Тут промахиваться особо некуда.

- Это будет плохая идея, - заверила Катя, - Все торпеды пойдут в гузло, толку будет мало, а вот наши ракеты посыплются сверху и могут сильно покусать.

- А, ну тогда в пух, - успокоился грызь, и лупанул очередной литр чаю.

Рыкот совсем снизил ход и почти что встал на выходе из потока, перекрывая выход остальным.

- Так, волна тут поднимается за семнадцать минут, - прикинул Хенс, - Волна, минуты... Так. Через три минуты после того, как начнёт подниматься, даём самый полный ход и выходим из потока.

- Гузлина учёл, чтобы его не смыло? - цокнула Катерпилариса.

Кошец уставился на неё, потом похихикал, и поправился в рассчётах. Существовала опасность, что быстрые эсминины смогут вылезти, однако проверить можно только одним способом, и он сейчас претворялся в жЫзнь. Рыкот упрямо блокировал поток до тех пор, пока не начала подниматься волна в обратном направлении. Когда же она таки начала, машины дали самого полного ходу, закручивая колёса и заставляя корабль ускоряться. Вслед за ним рванул и Гузлин; транспорт держался совсем рядом, от силы в полусотне метров сзади, и как только устье потока позволило по ширине, начал уходить в сторону.

Эсминины были поставлены перед выбором - либо пытаться выйти, приближаясь к целям на сильно опасное расстояние, либо продолжать держать дистанцию и не успеть к началу прилива. Судя по всему, они выбрали второе, потому как хода не прибавляли, что вполне можно понять: подойди они ближе, и Гузлинъ, дав реверс, просто раздавил бы их гузлом. Тем не более, корабли благопушно отошли от устья, преодолевая всё более сильное течение, тащившее массы воды в поток, и вырвались в открытое окно, где течение резко ослабевало. Эсминины из потока так и не вышли, так что следовало думать, что они отправились обратно рачьим способом, тобишь хвостом вперёд.

- Желаю зла! - пожелал соедкапитальцам Хенс, - Надеюсь, у этих ослов будут проблемы после такого прохода.

- Да, хорошо бы, - зевнула Катя, - Но, хруродарствуя твоим хитростям, теперь есть надежда вообще про них забыть.

- Хруродарствуя твоим хитростям, я не лажанулся с Гузлиным, - заметил кошец.

- Было слегка, - призналась грызуниха, хихикая.

Хенс сгрёб грызуниху в охапку и произвёл пару тисков, отчего все имевшиеся звери скатились в смех, как огурцы в таз. Натурально, получалосиха смешно, когда водитель корабля тискал главного тактика по разведке - и не только смешно, но и приятно для лап, потому как шелкошкурие присутствовало по всей белке и было исключительно высшего сорта. Вслуху таких дел, спудяки приняли решение испить чаи и дополнительно отсурковаться, по желанию - вспушиться, что и было сделано.

Следущие события, которые потребовали поднять команду по тревоге, произошли только в окне Севес Ген, и это было уже на сто пухов в спудотории ОДГ. До этого Рыкот и Гузлинъ прошли через жабье окно, пересекли ещё одно нейтральное, и ломанулись дальше. Как и предполагалосиха, никакого значительного сопротивления одгорозки этому маневру не оказали - патрульные группы бронекатеров были слабы и тихоходны, а все серьёзные посуды мобилизовывались и сейчас шли к базам снабжения, надо думать. Спудяки даже не тратили на "углы" боеприпасов и времени, просто обходили стороной и скрывались, пользуясь скоростными качествами.

Само окно, следует отметить, сразу намекало, что это территория двойных гвоздей - на воде мотылялась толстая мутная плёнка, образованая разлитой нефтью и спудугольной крошкой. По северной стороне окна находилось довольно много плавстанций, видимых от противоположной стенки из-за огромной тучи дыма. Там адепты двойных гвоздей кое-как добывали спудуголь, нещадно кроша его в воду, и на этом огне перегоняли нефть - судя по состоянию воды, половину также проливали мимо. Можно было бы учинить рейд по этой топливной базе, однако опять-таки следовало беречь ресурсы. Если у одгорозков не останется флота - а к этому всё идёт! - то ихние плавстанции никуда не денутся точно. Подумав такие мысли, тактики направили группу в обход скоплений шаракалов, к следующему потоку.

За бортом наблюдалосиха ясное утро... ну всмысле, насколько оно могло быть ясным в относительно небольшом окне, загазованом дымом. И как раз в это время слушатели на вышках заметили активные фонтаны дыма от быстро идущих кораблей в количестве две штуки; через несколько минут они показались из дымки сами, и стало понятно, что это всё те же самые эсминины, от которых удалосиха отвязаться раньше. Вслуху таких дел, в нулевую очередь вытащили из-под сурка Катерпиларису, как и остальных тактиков и запасных слушателей, чтобы усилить контроль за горизонтом. На бегу протерев мордочку, грызуниха взлетела на башню надстройки, как это обычно и делали все грызи.

- Опять эти кукушки, - сообщил Хем, - Не знаю, что у них вместо головы, но они снова заходят на перехват.

- Кротолик жареный, кротолик пареный, - пробурчала под нос Катя, - Придётся эт-самое.

- Думаешь, пустить катера, если они подойдут достаточно близко?

- Сто пухов. У нас нет другого способа быстро вывести их из строя, а если этого не сделать - они перезарядят торпеды и будут пуляться, насколько хватит запаса.

- По три катера на эсминину... - пробормотал грызь, поёживаясь.

- Лучше по другому, - мотнула ухом Катерпилариса, - Один на одного, остальные на второго.

- Смысл? - живо осведомился Хенс.

- Пять штурмлодок точно окучат свой эсминец, - пояснила грызуниха, - А одна просто вцепится в цель и не даст уйти, на неё десант сажать не нужно.

- Это как вариант, - оскалил клыки кошец, - Надо подготовить такой порядок работы.

- Сало быть, - цокнул Хем, - Сначала заградительный, потом пускаем штурмлодки?

- В запятую, - кивнула Катя, - Сейчас пробегусь по артиллерии, цокну, чтоб стреляли в воду.

- А то они сами не догадаются?

- На всякий случай лишнего песка.

Грызуниха действительно побежала, только рыжий хвост мотылялся по стенкам и ограждениям лестниц. Неспеша на обход может уйти слишком много времени, а эсминины уже приближаются. Как успели увидеть, они заходили один с левого борта, другой сзади - чтобы иметь возможность стрелять не только в нос, в который стрелять бесполезно.

- Эй Грибище!! - цявкнула Катя, засовывая уши в боевой отсек под залповой установкой.

- Эй Катерпиларисище, - резонно ответил Грибодур, отрываясь от чтения, - Как оно?

- Ты знаешь, что те два олуша всё-таки решили сыграть в героев?

- Ну и что? - пожал ушами грызь, - Раньше срока негоже на уши вставать, нет?

- Это да. Просто нужно цокнуть, что мы рассчитываем на вариант с заградительным огнём.

- Так себе, - мотнул ухом Гриб, - Там на пол-секунды мимо, и всё. К тому же, это если они будут пускать торпеды залпом.

- Никуда не денутся, - заверила Катя, - Короче, идём двумя вариантами...

- Первый и второй, известное дело, - вспушился грызь.

- Да. Первый - если они пускают торпеды издали. Тогда вам придётся выбирать те, которые могут в нас попасть, и желательно оставить боезапас на сами посудины. Второй вариант - если подойдут достаточно близко для запуска штурмлодок... - грызуниха фыркнула, - Надеюсь, они не догадываются, какой у них радиус действия.

- А они догадываются, что это вообще штурмлодки?

- Ну, это уж доступно даже кротоликам. Так вот, если подойдут близко - весь ваш залп на заграждение, контратакуем лодками.

- Достаточно чисто... - почесал уши Грибодур, - Если только, кого прикрывать в нулевую очередь, Рыкота, или?

- Рыкота, - твёрдо цокнула Катя, - Цокну больше, центральную часть Рыкота, остальное не столь критично.

- Окучил, - кивнул грызь, прикидывая, как это сделать.

- Гусиной удачи, Гриб, - обняла его грызуниха, и потрепав по ушам, побежала дальше.

- Гусиной тут маловато будет, - хмыкнул себе под нос грызь.

Грибодур уселся перед перископом прицеливания, и навёл его на эсминины. Для не убельчённого опытом это выслушило как маленькое поле обзора с тонкой сеткой поперёк него, и года два назад грызь в душе бы не грыз, как тут куда попасть, да ещё и не в корабль, а в летящие реактивные торпеды! Сейчас он соображал, что ему нужно выцеливать линию от центра Рыкота к эсминцу, и в нужный момент дать залп по ней. Будут работать три установки, если по пол-залпа, получится четыре десятка РС-ов, весьма неплохая куча. При детонации на поверхности воды тяжёлый РС создавал мощную ударную волну, и стоит торпеде оказаться близко хотя бы к одному разрыву, её наверняка собьёт с курса. Главное, чтобы они не выпустили весь залп в Гузлина... впрочем, на этот счёт у тактиков имелся ход, сейчас слышимый невооружённым ухом - транспорт обгонял Рыкота, так чтобы находиться практически за ним. Его р-башни смогут поддержать и оттуда, а больше ничего серьёзного из вооружения там нету. Сало быть, все торпеды будет ловить Рыкот... ну и ладно, подумал грызь, не топтали гуся, так и нечего начинать. Тогда получается в заградительном залпе двадцать ракет на партию, плюс четыре с р-башен, не особо густо, но куда деваться. Грызь вспушился, дополнительно вспомнил родные леса и особенно согрызяйку, и стал уточнять параметры для стрельбы.

От вдумчивых рассчётов его оторвал только вой сирены, включённой по кораблю, так чтобы все занимали места по боевому расписанию. В боевом отсеке послышался массовый звук трясущихся ушей, а также трение брезентовых спецовок о металл, когда грызи ссыпались по местам... как огурцы в таз, таки да. В это время Катя заканчивала обегать артиллерию, а Хенс собрал на крыше центральной надстройки, та что зижделась между гребными колёсами и площадками штурмлодок, командиров этих самых лодок: набралосиха соответственно два грызя, три кошца, и одна шаракалиха. Хенс быстро обрисовал акварелью хитрый план, который вызвал хихиканье и потирание лап.

- Ещё, нужен дофига опытный водитель на тот катер, что пойдёт порожняком, - мявкнул кошец, - Чей?

- Нуээ... - поприжал уши Драфи.

Водителем на его штурмлодке всё также была физериха Тася, и кроме неё, мало кто знал эту посуду лучше, потому как она испытывала эти лохани по мере их доработки.

- Наш! - мявкнула сама физериха, высунув из-за угла огромные уши.

Бурый кошец вздохнул и прищурился, но делать было нечего. Во-первых, придётся рисковать Таюськой, чего совсем не хотелосиха, а во-вторых, распихивать отряд по другим штурмлодкам и мотыляться там, как курдюки. Хотя, пусть лучше Линда оставляет на судне своих куньтяев...

- Тася, - мявкнул Хенс, положив лапу ей на плечо, - Отработать надо чётко, как кукушка, улавливаешь?

- Будет сделано, - ухмыльнулась та, - Как говорится, двадцать лет за штурвалом, и ещё ни один от меня не уходил.

- Заводи! - Хенс быстро соображал, что ещё сделать, - Так, Драфи, сажай своих в третью! Линда, поднимай куниц, выносите всё самое тяжёлое с первой! Её нужно предельно облегчить, прежде чем она стартует. Потом отправляйтесь в кормовой бункер, будете сидеть на резерве.

- Есть, - коротко отозвались звери, срываясь в бег.

Вражеские корабли тем временем вовсю приближались, и судя по всему, на этот раз это был не троллинг. На каждом эсминце имелись по две установки залпового огня "девольвер", и сейчас каждая из посудин выпустила залп - не по целям, а вперёд себя, создавая дымовую завесу. На поверхности мутной воды засверкали разрывы, выбрасывая тучи сизого дыма, и скрыли противника из виду. Соедкапитальские резонно опасались артиллерии Рыкота, хотя на самом деле, куда больше опасности для них представляли штурмлодки.

- Есть дымовая занавеска!! - заорал из командного отсека Хем, - Держать курс на цели!!

Смысл вопля состоял в том, что следует держать на прицеле именно то место, откуда покажется корабль противника - потому как на прицеливание будет очень мало времени. Слафре приходилосиха едва ли не туже всех, потому как он пырился в перископ сразу на две цели и одновременно отдавал команды рулевым и ходовым. Остальные пристально следили за развитием обстановки - пока что, имелись две сизые тучи, вяло растекавшиеся над водой.

- Сейчас будут, - мявкнул Хенс, глядючи на хронометры.

Он был точен, как всегда, однако эсминины не стали выходить из дыма, а дали по второму залпу, продвигая "занавеску" дальше. Сейчас они уже находились в зоне досягаемости ракетниц Рыкота, а вскорости вошли и в радиус уверенного поражения р-башен. Дым однако надёжно скрывал цели, тучи поднялись настолько, что закрывали даже дымовые шлейфы из труб эсминин.

- Может, вмазать залпом, как выйдут? - подёрнул ухом Хем, - Могли бы окучить одного сразу.

- Это тебе не бронекатер, пух-голова, - цокнула Катерпилариса, - Чтобы окучить сразу даже одного, это надо весь залп точно в него положить, а так не получится.

- Да, лучше придерживаться плана, - мявкнул Хенс.

Кошец великолепно скрывал волнение... или скорее, волнения вообще не было. Для грызей ситуация была слегка в новинку и оттого вызывала подрагивание ушей, но Хенс был укошачен опытом ведения боя на тяжёлых кораблях, и сейчас не удосужился даже взволноваться от приближающейся опасности. Слафра чётко выводил судно таким образом, чтобы наименее подставлять врагу борт - поскольку атаковали с двух перпендикулярных направлений, он шёл под углом в сорок пять градусов, одновременно следя за тем, чтобы прикрыть Гузлина. Две дымные тучи, разносимые сквозняком, уже почти сошлись в единую стенку, и среди ползущего дыма слушатели таки зафиксировали клубы более чёрного цвета, вырывающиеся из труб эсминцев. Однако и соедкапитальцы оттуда могли видеть следы дыма, так что открытие огня стало делом нескольких секунд.

- Отстыковать лодки!!! - заорал Хем.

Не то чтобы он придумал это налету, отстыковка лодок входила в план, потому как сейчас им было пора разгоняться навстречу жертвам, пока те не видят. Кроме того, лучше словить торпеду просто в борт, а не в набитую зверями штурмлодку. С грохотом открылись огромные шпингалеты, и шесть лодок, ухнув в воду, разошлись от носителя "ёлочкой" в обе стороны, пропуская его вперёд. Катерпилариса не наблюдала за лодками, потому как она следила за эсминцем, шедшим со стороны открытой воды: крашеная в светло-серое обтекаемая туша всё лучше различалась среди дыма, и когда грызуниха уловила обводы корпуса, он уже был повёрнут на нужный угол. В сизой дымке вспыхнули оранжевые огни, вверх ударили фонтаны ещё более плотного дыма, уже от работающих реактивных двигателей, и весь эсминец погрузился в тучу огня и ракетного выхлопа.

- Грызята, дайте песка! - цокнула не особо громко Катя, имея вслуху артиллеристов.

Артиллеристы не прозевали этот момент, и более того, успели осмыслить, что они видят. Всмысле, полный ли это залп с борта, или одиночная торпеда. Сдесь туча была такая, что сомнений не оставалосиха. Грибодур сдёрнул рычаг спускового механизма, который прощёлкал восемь раз, тобишь выпуская половину залпа. Сверху оглушительно завыли ракеты, вылетая из труб, и видимость ушла в ноль, так что никак нельзя было увидеть результаты. Оставалось только вжаться в стенку и ожидать возможного удара.

Скисорь чуть пух из хвоста не выдернул, как ему хотелосиха вмазать по эсминцу! Казалось бы вот он, кажет бока в прицеле, только влепи в пусковые установки, и дело пойдёт. Но грызь был опытным артиллеристом и знал, что даже ракеты летают с ограниченой скоростью. Пока его РСы долетят до цели, эсминец уже наверняка развернётся другим бортом. Вслуху этого Скис выполнял заранее разработаный план, тобишь стрелял в воду по траектории полёта вражеских летающих торпед. Дав залп из спареного ракетомёта, грызь цокнул рассчёту, чтобы перезаряжали, а сам позырил на результаты, убедиться в правильности.

Лучше всего обзор был с командных башен Рыкота и Гузлина, и там наблюдали, как из плотного огненно-дымового клубка, который образовался на месте эсминца, вылетают чёрные точки с длинными шлейфами оранжевого пламени. Также в воздухе отчётливо виделись трассы ракет, выпущеных с залповых установок, которые изгибались к воде. Через пяток секунд гладь воды взорвалась множеством разрывов - ракеты не делали фонтана, а разлетались осколками и огненым шаром, распространяя вокруг мощные ударные волны. При этом заградительный огонь вёлся сразу по двум залпам торпед, выпущеных с двух эсминцев, в каждом из которых было по шесть "томалаев". Среди разрывов РС-ов грохнул куда более мощный взрыв, потом ещё один, и ещё...

- Есть контакт!! - цокнул Хем, - Минус два! Три! Четыре!

- Грызаный грибоцирк! - не удержалась Катерпилариса.

Она воочию увидела, как прямо перед носом Рыкота пронеслась реактивная торпеда, обдав его огненым хвостом и оставляя за собой опадающую стену поднятой в воздух воды. Грохот от этого дела стоял немилосердный, но пока никто не жаловался.

- Держаться!! - посоветовал Хенс, и вовремя.

По корпусу прошла ударная волна, так что пол враз вылетал из-под ног, и если не держаться, то можно отменно приложиться. Зазвенели вылетевшие стёкла и посыпалось что-то из незакреплённого. Помотав головой, Катя бросилась к амбразурам в бронированых окнах и ослушала корабль - к её облегчению, корабль был цел, только в кормовой части поднимался столб чёрного дыма и прыгали языки пламени. Сало быть, в заднюю скулу или около того... одну залповую ракетницу снесло точно, и неизвестно, будет ли работать кормовая р-башня. Однако, нужно было отстреляться ещё раз, потому как сейчас эсминцы поворачивали другими бортами, чтобы повторить упражнение. Пока что в них не полетело ни одного снаряда, но с каждой секундой вражеские посудины всё глубже уходили в зону досягаемости штурмлодок, что лишало их шансов уйти от знакомства с этими милашками. Штурмлодки уже вовсю набирали ход, поднимаясь на подводных крыльях - пятеро в одну сторону, одна в другую.

К облегчению артиллеристов, после попадания в корабль не поступило ни одного глупого вопроса, типа а что это было. Вслуху этого Грибодур, глянув одним яблоком в обзорную оптику, сам сообщил грызям из рассчёта, что скорее всего, попало в кормовую часть. Однако это уже был повод оценить, насколько крупная калоша Рыкот, и какой у него запас прочности, чтобы взрыв "томалая" обходился столь небольшими потерями. Гриб однако раздумывал не над этим, а выводил сбитый прицел обратно на линию, чтобы отражать второй залп. Прямо над надстройками Рыкота пролетали отдельные ракеты и бахали в воду возле эсминцев - с Гузлина тоже не считали чаек, а поддерживали огнём.

Второй залп последовал точно по графику менее чем через минуту, когда оба эсминца повернули на нужный угол. Спудяки наблюдали эту картину второй раз и уже более-менее привыкли, как из огненной тучи вылетают вражеские снаряды. Навстречу новой порции летающих торпед пошли остатки боезапаса на залповых установках и ракеты с р-башен, успевших перезарядиться. "Томалаи" влетели в плотный лес разрывов, и один за другим теряли курс. Большая часть просто сбилась с траектории от ударной волны, перевернулась и упала в воду; какие-то пробило осколками от РС-ов и детонировавших торпед. Запускай их эсминцы с обычной дистанции, скорее всего, ни одна торпеда не попала бы в цель. Но расстояние было в разы меньше этого, и почти весь залп шёл точно куда надо. Заградительный огонь снёс большую часть "томалаев", но...

- Ложись!! - также вовремя дал указания Хенс.

Возможно, он просто яблоками увидел торпеду, несущуюся к борту, причём прямо на башню. Всех сильно подбросило ударной волной от близкого взрыва - тут уже сразу ясно, что этот пришёлся куда как ближе. Было похоже на то, что этажи башни подбросило вверх - они соединялись крепёжными элементами, вставленными сверху, так что сейчас многотонные конструкции подпрыгнули, как кубики. На этот раз кошцам и грызям потребовалось несколько секунд, чтобы вытряхнуть из ушей гул, забитый туда, и прийти в себя. За амбразурами валил чёрный дым, но как ни хотелосиха броситься проверять повреждения, никто не стал этого делать - по схеме, этим занималась кормовая командная башня, а она явно была цела. Нужно было дальше вести бой, чтобы не огрести ещё больше. Сейчас этим в основном занимались бомбомёты, посылая свои подарки по линиям, начерченым на воде следами торпед. Помимо "томалаев", эсминцы выпустили и обычные торпеды, и их тоже следовало убирать, воизбежание.

Р-башни Рыкота наконец оскалили резцы и перенесли огонь непосредственно на эсминцы. Разворачиваясь, те подставляли борт, и даже через поставленную дымовую завесу оказывались различимы. Скисорь укладывал залпы как можно ближе к корме корабля, чтобы разбить рулевое управление и облегчить задачу штурмлодкам; на едва слышимом в дыму силуэте эсминца стали один за другим пыхать оранжевые разрывы. Даже получив по мозгам взрывом и увлекшись стрельбой, грызь не забывал прекратить её, чтобы не задеть штурмовиков. Маленькие кургузые катера едва различались, подпрыгивая на волнушках и заходя всё ближе к целям.

- Рулевая, разворот влево, ходом! - скомандовал Слафра.

В это время корабль подбросило ещё раз, слышимо, от прошедшей через заграждения торпеды. Огромный столб воды взлетел из-под борта ближе к центру, сопровождаемый скрежетом металла и свистом вырывающегося из пробитых труб пара. Теперь требовалосиха уже несколько минут, чтобы выполнить разворот, потому как перебило звуковые трубы, и спудяки сигналили флажками. Безо всяких подсказок и так было видно, что гребные колёса встали, а следовательно, у корабля пока нет хода.

- Зараза, - цокнула себе под нос Катя, вдарив лапой по стенке.

Грызуниха пристально наблюдала за маленькой штурмлодкой, шедшей наперерез уходящему эсминцу. С корабля то и дело раздавались очереди малокалиберных пушек, и отдельные попадания дырявили маленькое судёнышко. Впрочем, место водителя там было достаточно бронировано, а десантный отсек пустовал, так что толку от этих попаданий было маловато. Катя отчётливо различала, как повернулись на лодку кормовые орудия соедкапитальского корабля, намереваясь стрелять только в упор - это уже было крайне опасно... Однако, артиллеристы Гузлина были не лыком шиты. Три тяжёлых РС-а упали рядом, но один грохнул аккурат рядом с орудием, вздыбив палубу и выбросив вверх фонтан огня и дыма. Теперь отстреливаться эсминец не мог, и штурмлодка, беспрепядственно добравшись до него, вцепилась в борт в районе кормы. Посудину сразу потащило на разворот - идти полным ходом с такой "пиявкой", торчавшей перпендикулярно корпусу, эсминец никак не мог.

К этому времени пять других штурмлодок добрались до своего тунца, но у этих дела шли не так гладко. Не столь опытные водители терялись в густом дыму и не сразу соображали, куда гнать, так что эсминец едва не выскочил из зоны досягаемости - но, едва не считается. Одна из лодок таки выскочила из дымовой завесы и сходу вцепилась в правый борт, лишив жертву возможности уйти. На разворачивающийся эсминец набросились и остальные. Р-башни Рыкота при этом работали по орудиям цели, чтобы те не причинили вреда штурмовикам, и по большей части, это удалосиха.

Пока команды, усиленые шаракалами, полезли на борт тунца, второй тунец крутился на месте, застопореный штурмлодкой. Его башни ещё дали залп по Гузлину, но при такой раскладке попасть им было трудно, и снаряды только начертили полосы на бронированом носу. А транспорт неудержимо приближался... Скрытый за Рыкотом от торпед, он не получил ни одного попадания и сохранил полный ход, так что теперь шустро развернулся и шуровал прямо на врага. Р-башни с его носа стреляли по башням противника, просто чтобы не дать им наносить повреждения кораблю - на самом деле, пустить на дно эсминец можно было только десятками таких попаданий, а главный рассчёт у Гузлина был на другое.

- Давай, Гузлинъ! Жми, Гузлинъ!! - не удержался Хем, барабаня лапами по столику с картами.

И тот выжал. Имеющий раз в пять большее водоизмещение транспорт просто налетел на борт соедкапитальского эсминца, и бронированый нос смял конструкции, как консервную банку. Прессуя в единый пирог палубы, пусковые установки, и всё прочее, Гузлинъ подмял жертву под свою носовую часть, размолотив центр корпуса эсминца совершенно в никакашку. В обе стороны из-под этого "утюга" вылетели тучи пара, вырвавшиеся из разбитых котлов. После недолгой борьбы конструкции окончательно сдались, и длинная тонкая эсминина разломилась пополам; обе части сразу же завалились набок и стали быстро уходить в воду, так как оказались слишком сильно размочалены, чтобы остаться на плаву. Обходя кругом обломки вражины, с исключительно наглым видом качалась на зыби штурмлодка.

- Первый готов! - сообщил всем Хенс, - Продолжаем работать по второму!

- Он уже вышел из зоны поражения, нас относит, - цокнул Хем, - Последи тут, а мы на повреждюхи, кло?

- Давайте, - мявкнул кошец, не отрываясь от перископа.

Р-башни с носовой части уже не стреляли, потому как прицельно положить не могли из-за расстояния, а неприцельно смысла не было, так как эсминец облепили штурмлодки. Хем и Катя бросились к дверям, потому как прекрасно знали - после получения повреждений следует как можно быстрее ликвидировать последствия, ибо они имеют привычку разгораться и причинять куда больше ущерба, чем собственно взрывы торпед. При этом грызи не забыли закрыть за собой бронированые двери, на случай, если ещё что-то рванёт. По корридорам тянуло дым - но, благодаря системе вентиляции, его тянуло; на "ключе" дым просто висел в отсеках, как кисель, не давая дышать.

- Впууух, собачки с вилами! - зафыркала Катерпилариса, и закрыла нос воротником спецовки, - Похоже, это горчица!

- Да уж наверняка, - хмыкнул Хем, - Что ещё-то. Давай сюда, тут есть маски.

Летающая торпеда, попавшая в гузло Рыкота, разворотила залповую установку, включая и отсек с боеприпасом, находившийся под ней. Ракеты частью сдетонировали, причём эта часть была именно спецбоеприпасами, так как они проще подрывались, и по крайней мере половина судна оказалась загазована горчичным дымом. В носовой половине он только сильно чувствовался, а в задней без маски-противогаза можно было и коней двинуть. Как бы там ни было, Катя таки сперва убедилась, что площадка с р-башнями совершенно цела, и сало быть, Скисорь ещё цокает. С Грибодуром не всё было так однозначно, потому как "томалай" попал близко к его установке, проделав рваную дыру диаметром три метра, задевавшую внешний борт и поплавки, имевшиеся между наружней обшивкой и внутренними отсеками. По крайней мере, детонации не случилосиха - саму установку снесло пустой, а бронированый стакан под ней вроде бы не пострадал.

Грибодуру таки показалосиха, что перед ним шаракал. Грызь попытался отмахнуться от навязчивого сна, однако ощутил гудение головы и понял, что натурально перед ним шаракал.

- Ааааа индюшки налево остальные прямо!! - цокнул он, пытаясь дать дёру.

- Спокойно, Грибодур, - рыкнула Линда, продолжая тащить его наверх, - Тебя слегка приложило, вот и всё.

- Но мне кажется, что меня тащит шаракал, - сообщил грызь, не до конца пришедший в здравый ум.

- Тут ты прав, как никогда, - заржала шаракалиха, - Добавлю только, что ты далеко не белочка-пушинка, а довольно-таки отъевшийся сурок!

- Так это в пух, а не мимо, - не особо здраво рассудил Гриб.

Далее он особо не расцокивался, потому как его накрыло сильной болью в голове и в зубах - во всех сразу, причём! Такая штука была ему известна со времени ловли тунцов на чекоте, и убельчённый опытом грызь знал, что лучше лежать овощным образом и не рыпаться, а то хуже будет. Линда вынула его из отсека просто за шкирку спецовки - кто другой бы так не сумел сделать даже с натуги, потому как Гриб натурально был довольно упитаный сурчина. Наверху грызь увидел яркое солнце и зажмурился, хотя и словил приятное ощущение от того факта, что он ещё может видеть солнце. Попади торпеда метров на пять в сторону, и песок был бы другим.

- Уберите белку на правый борт! - послышалосиха рычание шаракалихи.

- Так точно! - отфыркались куни.

Линда полезла доставать из глубокого "стакана"-отсека остальных зверей, а куни подхватили Гриба вдвоём и шустро потащили по проходу между надстройками на правый борт. Их явно натаскивали, потому как умение быстро таскать раненых - одно из наиболее полезных в долгосрочной перспективе, а без привычки сразу никак не сообразишь, как взяться... Грибодур только после некоторого времени сообразил, что вполне сможет доковылять и своими лапами, и от этого захихикал - но было поздно, куни уже притащили его на площадку, куда стаскивали пострадавших, положили на брезент на палубе, и бегом отправились обратно. Грызь впрочем не лежал как картохля, а применил яблоки и голову для осмысления обстановки; по результатам разведки вышло, что находящемуся рядом зверю не помешает помощь.

Судя по тому, что грызь был весь по уши в спудугольной пыли, этот попал сюда из машинного отделения. Грибодур, неслушая на удар по мозгам, сообразил достать из кармана спецовки свой ХП - Хвостовой Пакет, как это называлосиха. В пакете имелись самые необходимые материалы для горячей медицины, как то бинты, йод, и порошок для попыток обезболивания. Раненому грызю было почти невозможно дотянуться до своего бока, покоцаного толи огнём, толи осколком, так что Гриб насыпал порошка из пакетика куда-то в пропитанную кровью шерсть, и стал перевязывать рану бинтом, насколько умел. Само собой, умел он так себе, но на первое время, для того чтобы дотянуть до настоящих медицинщиков, сойдёт.

- Из машинного чтоли? - цокнул Грибодур, - Там сильно вдарило?

- Да не, терпимо, ой, - ответил грызь, стараясь не хихикать, - Кажется, выбило валы приводов возле той стенки, куда влетела торпеда. Так что пока мы без хода... А ты откуда?

- С залповой, - хмыкнул Гриб, - И похоже, с бывшей залповой, установку своротило.

- А вообще-то, что творится? - озадачился машинист, попытавшись оглядеться.

- Ты на палубе, и тебя пытаются перевязать, вот что творится, - фыркнул Грибодур.

Натурально, если бы была опасность, никто не стал бы умалчивать об этом. Сало быть, надо заниматься ликвидацией последствий...

- Гриб! Грибной суп!! - громко цявкала Катя, вращая ушами в поисках грызя.

- Тута, пух в ушах, - вяло отозвался тот.

- Гриб, ты цел? - схватилась за него грызуниха.

- Йа - да, а некоторые не очень, - ответил Гриб, - Похоже, нужна зел-вода в больших количествах.

- Сейчас принесу! - Катя метнулась в сторону медицинского отсека, так что только хвост мелькнул и полетели по воздуху пушинки.

В то время как одни помогали пострадавшим, другие забивали заглушками пробоины в поплавках, через которые хлестала вода. Периметр корпуса Рыкота был укреплён изолированными поплавками и двумя слоями броневой обшивки, но прямое попадание торпеды всё равно пробило дорогу воде к центральным объёмам судна. Ремонтным командам предстояло крутиться, как белки в колёсах, залатать сначала эти пробоины, а потом осушить и восстановить затопленые поплавки. Это без того, что с нулевую очередь спудяки бросились тушить возгорания, возникшие в местах взрывов. Горел корабль плохо, но если бросать на самотёк, всё равно выйдет боком. Технический персонал, более натасканый на противопожарные меры, сразу применил пожарные танки - те самые сферические фиговины, что стояли на крыше надстроек и вызывали удивление у всех, кто видел. Сейчас оттуда под давлением пошла холодная вода, заливая пламя; что немаловажно, дождь способствовал тому, чтобы убрать горчичный дым и сделать воздух пригодным к дыханию.

Покудова на одном корабле помогали пострадавшим, на другом их создавали ударными темпами. Эсминец, который попал под штурмлодки, оказался "Вральгелем" и соответственно, имел экипаж в основном из соедкапитальских кошцев. В отличие от одгорозков, те не выкрикивали ритуальных фраз длиной в три страницы, зато сразу бросились разбирать оружие и противогазы, как только запахло горчицей. Однако они не ожидали того, что на них набросятся шаракалы - а набросились на них именно шаракалы, которых десант пустил перед собой, как боевых собак. В достаточно густом дыму, созданом гранатами, звери сходились на расстояние удара лапой, и тут преимущество было далеко не у кошцев и кротоликов. Одного удара прикладом с шаракальей туши хватало, чтобы вывести бойца из строя, а то и из жизни. Уловив возможность поломать хоть кому-то кости, шарики озверели и полезли вперёд с большим рвением.

Драфи, как и остальные штурмовики из союзных, не лез в эту потасовку, потому как это совершенно неполезно - в раже шарики зашибут, не извинившись. Вместо этого он обходил по флангам, активно используя бронебойный молоток и гранаты-ляги, отлетавшие за углы. Собственно, бурый кошец работал как артустановка, при этом за ним, ныкаясь, шёл ещё один боец из кошцев, нагруженый как ишак боеприпасами, а второй в это время бегал на штурмлодку за новой партией.

Из-за угла в очередной раз показался вражеский кошец, отличавшийся яркой бело-голубой формой, отлично различимой в дымке, и увидев десантников, спрятался за угол. Драфи швырнул гранату в фальшборт, и механические рефлексы позволили швырнуть её точно так, чтобы оттуда "ляга" отлетела точно за этот угол. Бахнул взрыв, выбросивший тучку сизого дыма, и на палубу свалилосиха окровавленное тело. Расстреливать кошцев было далеко не самым приятным занятием, так что бурый вспомнил о том, что можно и попробовать предложить остолопам сдаться. Тем более, даже захваченый корабль скорее всего придётся потом утопить, потому как соедкапиталы потребуют вернуть его. Вслуху таких соображений Драфи вскарабкался по вертикальной лестнице на крышу надстройки, предварительно закинул туда гранату, потом вдарил молотком по закрытому люку, чтобы оттуда никто не вылез. После этих подготовительных работ кошец нашёл в углу площадки рупор, через который удобно орать - такие везде висели на кораблях, чтобы эт-самое.

- Крю оф юнайтед кэпиталз шип! - заорал он на пинглише, стараясь попасть в целевую аудиторию звуковым конусом, - Суррендер, санз оф бичез!... Окей, джаст суррендер! Ви гьюран...

На этом месте Драфи, который не закрывал глаза, уловил некошерность и метнулся в другой угол, а по металлу ограждения хлестанули очереди с пулемёта, высекая искры и дырявя тонкие листы.

- Ви гьюранти ю лайф! - продолжил бурый, - Энд факин фридом! Ви хэв нот аттакед ю, ю хэв аттакед аз, моронз! Соу дроп ё вёпонз энд пут ё хэндз ап ин зе эир!

Это однако не особо подействовало, если не сказать, что вообще не подействовало. Разве что несколько трусливых матросов подняли лапы и сдались чисто из страха за свой хвост, но остальные продолжали упираться. Ну, хотите сыграть в героев, так это без особого труда, подумал Драфи. Бодаться с натасканными штурмовиками, у которых бесконечное количество гранат, довольно бесперспективное занятие. Хотя и попробовать можно...

- Драф, они тащат шашки в снарядный погреб! - цокнул сбоку грызь, придерживая повреждённую лапу, - Боюсь, придётся линять отсюда, пока они не пальнули огонька!

- Шиш, - мотнул ухом кошец.

Слинять вряд ли можно успеть, когда звери рассыпаны по внутренним помещениям корабля, и чтобы только достучаться до них, потребуются минуты. А шнур от шашки горит секунды, если обрезать. Вслуху этого Драфи рванул вперёд, обходя дохлые туловища и те места, где ещё стреляли, пробираясь к снарядному погребу, насколько он мог представлять себе его расположение. Без привычки и на своём корабле трудно ориентироваться, а с привычкой можно и на чужом - а уж привычка у кошца имелась. Прикидывая, как проложены переборки, бурый бегом пронёсся по отсекам, швыряя гранаты во все проходы без разбора - тут уже не до осторожностей, лучше задеть своего, чем опоздать. Из отсека слева послышались крики и ругань, так что Драфи заглянул туда и дострелил тех, кого глушанула граната. После этого он прислушался, опустив уши к металлическому полу, и как раз услышал, что хотел - звон тяжёлых чушек, чокающихся друг об друга. Умники разваливали штабель снарядов, чтобы подорвать шашками получившуюся кучу.

Вот вам два, подумал кошец, заряжая бронебойный молоток и с размаху впечатывая его в пол. В узком корридоре оглушительно грохнуло, и в листе стали появилась довольно аккуратная дыра. Драфи, не медля ни секунды, вынул из карманов тонкие динамитные шашки, для того и предназначенные, поджёг фитили и одну за другой отправил в отверстие. Есть конечно шанс самому подорвать боеприпасы, но небольшой - шашка даёт относительно слабую ударную волну, опасную для тушек на близком расстоянии, но плохо подходящую для детонации снарядов. Когда уши оправились от грохота, кошец услышал, что дверь погреба выбивают теми же методами, фигача молотками по замку, а затем вломившиеся штурмовики короткими очередями убрали остатки угрозы.

Так себе, фыркнул под нос Драфи, проходя по задымлённым корридорам и перешагивая через дохлые тушки соедкапитальских кошцев, коих тут лежало достаточно - теперь кротолики конечно подымут страшенный вой по поводу того, что их эсминину взяли за жабры. С другой стороны, что ещё было делать, не идти же на дно самим? Бурый кошец скрипнул зубами от сознания того, что кротолики сумели так подло подставить сотню его сородичей. Отчасти тут была и расовая гордость, потому как обычно это кошцы кого-либо подставляли, а не наоборот, но более была просто жалость в отношении молодых дураков с промытыми мозгами. Теперь было полностью ясно, что они никак не представляли себе возможностей Рыкота, иначе не полезли бы так близко к нему и в клешни к штурмлодкам. Игранула роль и хитрость Катерпиларисы, десант с пяти штурмлодок сразу не дал эсминцу ни единого шанса, а будь их только три, пища могла бы ещё порыпаться.

После очистки судна от соедкапитальцев его предстояло очистить от собственных шариков, что зачастую было не легче! Идейные воины тройных гвоздей разбредались по кораблю, правда не без системы - они концентрировались к каютам экипажа и грузовым отсекам, где можно огрести трофеев, тупо переворачивали всё вверх дном в поисках золота, а найдя золото, долго радовались и бросались его прятать. Мыслей насчёт того, что сам корабль стоит пухову тучу спудолларов, как и торпеды в его трюмах, их не особо посещала, тут действовал примитивный сорочий механизм. Как бы там ни бывало, десантники уже привыкли к такому и загоняли шариков обратно в лодки в спокойном режиме...

- Ать а ну пошли гуси клыкастые!! Налево шурина вашего, гусака в уключину, пух в ушах!!

По всему судну стоял перелай, усугублённый тем, что судно было не такое уж большое, а шариков на него попало в два раза больше, чем обычно. Драфи без особого интереса заглянул и в рубку - помещение было обгоревшее от попаданий реактивных гранат, следы от разрывов коих ясно чернели на стенках. Сдесь же валялись главные клоуны этого цирка, легко отличимые по разлапистым шапкам и мундирам. Штурмовики расстреляли рубку с палубы из гранатомётов, отправив их всех в нежилую зону. Драфи пошарил по карманам трупов, отыскал документы, и прочитав, присвистнул. А после и захихикал, собственно.

- А что такого ты там прочитал? - осведомился грызь, потому как тоже хотел поржать.

- Да это животные из тех, что гадили нам ещё в Канавии, - пояснил Драфи, - Не те лично, так их щенки, наверное. Паскудные говнюки! Я просто крайне доволен увидеть их в дохлом виде, и непременно напишу в Шкурт, там тоже порадуются.

- Это злорадство? - слегка удивившись, уточнил грызь.

- Ещё какое! - подтвердил кошец, - Предки вот этих ребят жгли наши сёла и убивали мирных кошцев воимя свои высоких идеалов. А сейчас эта падаль выполняет приказы кротоличьих империалистов, лишь бы кому нагадить... ну и получили, что заработали.

- А, тогда в пух, - хмыкнул грызь, которому стало всё понятно.

Поскольку дело происходило в окне ОДГ, и появления других соедкапитальских кораблей в скором времени не ожидалосиха, штурмовики сбрасывали дохлые туши просто за борт, чтобы избавиться от них. Погода стояла вполне тёплая для того, чтобы очень быстро превратить каждый труп в зловонный рассадник заразы, и этого следовало избегать. Гузлинъ прошёл кругом возле эсминины, чтобы удостовериться, что всё в пух, и откочевал обратно к Рыкоту, послушать, что можно сделать с повреждениями. Корабли разнесло уже довольно далеко друг от друга, потому как Рыкот потерял ход и не мог маневрировать. Пятно плавучих обломков, оставшееся от второго эсминца, вообще потерялосиха где-то сзади.

Бой с соедкапитальской группой был закончен, как и сама группа, однако песок только начинался. Хотя негодяи и потеряли оба эсминца, по сути они достигли той цели, которую ставили - сбить ход Рыкоту, чтобы не позволить ему выполнять его задачу. Кротолики не могли знать эту задачу точно, но они легко могли прикинуть и вычислить, что именно Рыкот окучил "ключа", а следовательно, будет окучивать и дальше. Это было крайне невыгодно соедкапиталам, так как рушило всю их мировую стратегию, потому они и упирались, стараясь остановить флот ГКС. Кроме того, потеря хода в окне, контролируемом ОДГ, была чревата понятно чем, и следовало срочно решать возникшую загвоздку. Как знал любой организатор, начинать следует с составления картины происшествия, этим и занялись тактики сразу после того, как над "Вральгелем" взлетела зелёная ракета, сообщая о его захвате.

После недолгого расследования было выяснено, что Рыкот получил три полновесные торпеды, причём все три в разные части корпуса, что отчасти уменьшало разрушения. Убедившись, что корабль не горит и не тонет, а в зоне видимости нет противника, тактики собрались уже на производственное совещание, так сказать.

- Огласите весь спесок, пожалуйста, - цокнул Хем.

- Кло, - кивнул Рудыш, натурально посматривая на планшет с бумажкой, - Сало быть, уничтожена кормовая левая залповая установка вместе с боеприпасами, выведена из строя бомбомётная установка там же, в остальном конструктивные разрушения, не угрожающие затоплением основных отсеков.

- А почему нет хода с кормовой машины? - осведомился Слафра.

- Да посидите вы, - отмахнулся Хенс, - Дальше?

- Также сильно разрушена залповая установка с носа и повреждён бомбомёт, боеприпасы остались в целости. Повреждены приводы паровой машины носового отсека, угрозы затопления нет. Потом, - фыркнул грызь, - Попадание обычной торпеды в центральную площадку швартовки штурмлодок, в среднюю часть корпуса. Выведена из строя система заправки лодок с левого борта, и кроме того, заклинило привод гребного колеса, которое крутится от кормовой машины.

- Это не особо в пух, - мотнул ухом Хем, - Значит, выбило одну машину и одно колесо, но с разных сторон, и хода нету вообще?

- Пока нету, - цокнул Рудыш.

- Как насчёт восстановления, - напомнил Хенс.

- Ну, как цокает главмех, можно рассчитывать на то, чтобы в течении нескольких часов восстановить привод одного колеса от целой машины, получим соответственно...

- Пух в ушах, считать все умеют! - не удержалась Катерпилариса, и звери скатились в смех.

- Да. Со вторым сложнее, может потребоваться несколько суток. Также, если всё пойдёт по шерсти, ремонтники смогут восстановить подачу пара в систему левого борта, чтобы заправлять лодки, и достаточно быстро.

- Тоесть, из шаракалятника выбраться сможем, - выдохнул Куффи.

- Выбраться? - усмехнулся Хенс, - Кто собирается выбираться? У нас есть боевая задача.

- С такими повреждениями?? - мотнул мордой кошец, - Всмысле, повреждения пусть и не массовые, но у нас в лучшем случае будет половина хода. Мы не сможем маневрировать, чтобы окучить свои овощи.

- Йа думаю, у нас будет ход, - цокнула Катя, и все уставились на неё; грызуниха усмехнулась и продолжила, - У нас есть полностью целый Гузлинъ, и ещё - быстроходный соедкапитальский эсминец.

- И чо? - не дошло даже так до Рудыша.

- Ааа, вот в чём песок порылся, - потёр лапы Хем, хихикая, - Это да, можно попробовать!

- Необходимо попробовать, - поправил Слафра, отрываясь от перископа, - Одгорозки на горизонте.

Флот ОДГ не мог не видеть прорвы дыма и проигнорить канонаду от разрывов торпед и снарядов, так что взрыгнул, и теперь к месту боя тащились по меньшей мере три десятка "углов" со всех станций в окне. Иметь полемику с ними было мимо пуха, так как увеличивало расход боеприпасов, и без того чрезмерный из-за соедкапитальских инициатив. Тактики срочно закрутились, претворяя в жЫзнь то самое, что цокнула Катя... Уже через пятнадцать минут Рыкот шёл вперёд со скоростью в две трети обычной, хотя его колёса и продолжали стоять на месте. Корабль тащили на буксире Гузлинъ и "Вральгель", впрягшись с двух сторон и волоча немного под углом от курса, чтобы не тормозить прицеп реактивной струёй воды. Даже такого хода было достаточно, чтобы уйти от встречи с "углами", а если починить хотя бы одну машину - вопросов вообще не будет.

Само собой, эти успехи не давались даром, на Рыкоте во время обстрела погибли по меньшей мере пятнадцать спудяков, и в два раза больше вышли из строя хотя бы временно. Десант израсходовал примерно треть шариков из общих запасов, и понёс, сухо цокая, санитарные потери в двадцать процентов. Такие потери можно было держать только из-за применения шариков, без них процент оказывался в районе восьмидесяти. Тем не менее, проведя инвентаризацию наличных ресурсов, тактики сошлись во мнении, что есть все основания продолжать балет. С дополнительной тягой эсминца корабли всё также могли перехватить "ключей" и окучить их, а стало быть, так и нужно сделать.

- Что касаемо залповых ракетниц, - цокал Рудыш, показывая на искорёженые остатки оных, - Есть комплект для одной на Гузлине, вторую думаем снять оттуда же, готовую, и два "девольвера" с эсминины.

- Кстати, что ещё есть на эсминине? - уточнила Катя, послухивая туда.

- Практически, больше ничего, - развёл лапами грызь, - Торпеды предназначены только для ихних пусковых, и как ими пользоваться, сразу не разберёшься. А башенные пушки все посносили наши же р-башни.

- В кашу? - хихикнула грызуниха.

- В кашенцию!

- Узнаю почерк, пух в ушах.

- Пух-то пух, а уши ушами, - подёрнул её за хвост Скисорь, незаметно подкравшись.

На самом деле, р-башни, и он в частности, действительно положили немало ракет точно по орудийкам эсминины, что резко снизило возможные осложнения. Контрольно вспушившись и не забывая про чай, грызи приступили к разбору образовавшихся завалов. Возиться приходилосиха почти всем по очереди, чтобы не убивать ремонтников в ноль, так что тактики тоже таскали швеллеры и инструменты, когда не сидели на вахте. По всем трём кораблям стоял довольно спокойный звук трясущихся ушей, как это называли сами грызи. На Рыкоте непосредственно латали судно, на Гузлине обрабатывали раненых и изготовляли отдельные детали, на "Вральгеле", напротив, разламывали корабль, вытаскивая оттуда всё, что может быть использовано для дела. При этом вся эта возничка неизбежно проходила прямо на ходу, потому как группа не имела возможностей останавливаться. Грузы и зверей помещали в шлюпки, которые канатом перетаскивали между идущими кораблями, так и выкручивались.

- Проходим вот это окно, - показывал по карте Хем, тыкая когтем в бумагу, - Следующее уже считай наше, там и должны быть уключины для отлова.

- Дай-то пух, - фыркнула Катерпилариса, оглядывая мутный горизонт.

Окна в спуду ОДГ отличались повышеной тёмностью... короче цокнуть, тут присутствовало какое-то мрачное ощущение, и ни у кого не вызывало бы удивления, что религия двойных гвоздей появилась именно сдесь. Следующее окно после Севес Гена называлосиха не иначе как Чёрная Гудь и вполне соответствовало. Из всех спудяков только немногие видали более глубокие окна-колодцы в спуду, когда высота стенки приближается к диаметру самого окна! Само собой, что в столь закрытом пространстве всё время стояла полутьма, и спудосока не росла вообще. Тем не менее, по жиденькой отмели вдоль стенки колодца наблюдались какие-то темнолистные растения, ухитрявшиеся существовать в таких условиях. Сдесь также имелись плавстанции ОДГ, охраняемые довольно большой кучей "углов", и группа снова прошла мимо, не выплатив им нисколько больше внимания, чем следовало. Впрочем, чисто из любопытств многие звери поинтересовались, что это такое.

- Вы меня спрашиваете? - фыркнула Линда на вопросы куниц, - Когда я могла там побывать, такие вещи не уместились бы мне в голову. Пойдёмте спросим у Драфи.

- А ему-то откуда знать? - фыркнул кунь.

- Кот знает, - хмыкнула шаракалиха, уверенная в этом на сто пухов.

- Ну, это плавстанции, - сообщил потрясающую новость кот, - На самом деле, это весьма серьёзные заводы, вероятно из тех, что производят орудия и боеприпасы.

- И они так плохо охраняются? - усомнился кунь.

- А ты подойди на расстояние выстрела и проверь, как они охраняются, - предложил кошец, - Думаю, мало не покажется. Просто для защиты плавстанций используются не тяжёлые корабли, а более дешёвые и эффективные бронекатера, каковых там наверняка много десятков. Плюс артиллерия на самих станциях.

- Оружейные заводы? - почесала уши Линда, - Но почему именно тут? Ведь сюда не так сложно притащить не два корабля, а сто два, и всё макнуть.

- В предыдущем окне большая топливная база, - показал за спину Драфи, - С другой стороны недалеко до наземного порта, откуда поставляется рабочая сила. А сдесь... вон смотрите на эти круглые штуки, как думаете, что это?

В оптику, даже в хилом освещении, было видно, что по краям плавстанций находится множество одинаковых сооружений, похожих на колодезные срубы с огромными вОротами.

- Похоже на колодезные вороты, но зачем они...

- Почти так и есть, - кивнул кошец, - Это якорные цепи. Когда происходит прилив, станция поднимается, якоря тянут за цепи и вращают механизмы заместо паровых машин, чтобы экономить топливо. А прилив тут, судя по форме окна, высоченный. Вот тебе и ответ, почему заводы именно сдесь.

- Сссобака! - хлопнула серая по ограждению борта, - Мы проходим мимо такого центра индустрии одгорозков, и не можем ничего сделать! Драфыч, может быть, удастся разобраться с "томалаями"?

- Наверняка, - кивнул тот, - Но их зажимают. Они могут понадобиться для тех целей, которые встанут у нас на пути, а эти не стоят.

- Товарищ Линда, - фыркнул кунь, - Чисто из академического интереса... а почему вообще мы должны с ними что-то делать?

Шаракалиха уставилась на него и слегка оскалила пасть, но подумала, и пояснила более понятно:

- Ну, например того факта, что одгорозки едва не захватили всё ваше Межспудье, достаточно?

- Да, но это было в Межспудье, а это ихняя земля... - кунь хихикнул, - Ну всмысле, ихний спуд. Разве это правильно, вторгаться на чужую территорию?

- А ты знаешь, что там происходит? - кивнула на дымящие трубами станции Линда, и уши её непроизвольно передёрнулись, - А я знаю. Поэтому пошли они в задницу...

- Я вам дам почитать на досуге одгорозовский кодекс, - мявкнул Драфи, - Примерно поймёте, о чем речь.

- Очень примерно, - рыкнула шаракалиха, - Одно дело читать кодекс, а другое...

Огромная серая зверюга издала воющий звук и вцепилась когтями в ограждение. Кошец приобнял её и гладил по ушам, успокаивая.

- Линочка, я тебе обещаю, что мы освежуем все уключины, какие найдём, и сделаем из них чучела.

Куням из спудпехов ненависть Линды к ОДГ была всё ещё непонятна и казалась чрезмерной, однако чем больше они узнавали всяких фактов, тем более ясным становилосиха, что все поводы у шаракалихи есть. Пока звери перетирали в подобных ключах, "ключи" по идее должны были подходить к окну Сивар, следующему за Чёрной Гудью. Никто из союзных не видел их глазами, однако по всем данным разведки и чётким вычислениям тактиков, цели должны были быть именно там; соль в частности состояла в том, что они пойдут туда как по обычному расписанию, так и в случае, если их затронет мобилизация в связи с нападениями Рыкота. Один корабль мог бы и изменить маршрут в связи с какими-либо случайностями, но для двух шанс на это стремился к нулю.

Когда три корабля, соединённые толщенными буксирными канатами, уже подходили к устью потока, случилосиха несколько событий сразу. В нулевых, ремонтники сумели запустить половину хода Рыкота, приладив целую машину крутить целое же гребное колесо, что повысило скорость до девяноста процентов от рассчётной. Во-первых же, команда, перебравшаяся на "Вральгель" изучить летающие торпеды, закончила предварительное ознакомление с инструкциями и оборудованием, и не долго думая, дала пробный выстрел в сторону плавстанций. Окно было малого диаметра, так что от устья до того места, где стояли станции, "томалай" вполне долетал, ну а уж целиться особо нечего, когда вся стенка закрыта станциями.

Темень окна-колодца рассветилась огненым хвостом от ракеты, когда та вылетела с пусковой установки, и обдав эсминец пламенем, с нарастающей скоростью понеслась низко над водой. Крылатая торпеда поднимала за собой тонкую высокую стену из водяной пыли, постепенно опадавшую вниз, так что со стороны её полёт выглядел весьма красочно. В воздухе загуляло эхо реактивного рокота, отражающееся от стенок. Одгорозкам на станциях, думается, представление понравилосиха куда как меньше. Обычная торпеда не могла причинить серьёзного вреда плавстанции, состоящей из сотен отдельных понтонов, потому как врезалась в край; "томалай" отлично подходил для того, чтобы перелететь по воздуху пустые понтоны и врезаться непосредственно в завод, док, или какое другое сооружение на плавстанции. Судя по огненно-паровому грибу, который поднялся с того места, куда улетела торпеда, она угодила в одну из спудилиумных литейных печей.

- Ну, кот мявкнул, кот сделал, - заржал Драфи, подмигивая шаракалихе.

Та улыбнулась во все зубы, потому как натурально была довольна. На станциях поднялся сущий кошмар в плане аврала, и наверняка через пол-часа окно будет кишеть "углами", но толку немного, потому как группа уже расцепляла буксировку и корабли быстро втягивались в поток, исчезая в тёмном глубоченном ущелье.

На самом деле, окна по спудотории ОДГ назывались по жабским картам, и как их называют сами одгорозки, никто даже не интересовался. Поржать конечно можно, но и мозг подламывает что-нибудь вроде "Великого Столпа Великой Великости, Попирающей Мир своим Величием" - а такое у них на каждом шагу. Из-за этого глубокое окно-колодец, где находились военные заводы, называли просто и понятно Чёрная Гудь, а следующее - Сивар, что просто, но не особо понятно. Это следующее окно уже представляло из себя совсем другой песок, нежели узкие и задымлённые, оставшиеся сзади по маршруту. Тут водная гладь раскинулась на много десятков километров, и как следствие, засрать такой большой водоём сразу не могли даже одгорозки. По западной стенке тоже торчала пухова туча плавстанций, чадивших трубами, но с Рыкота их не было видно из-за дальности, и вокруг идущих кораблей простиралась чистая голубая вода, плескавшаяся лёгкой зыбью.

Немало лет одгорозки чувствовали тут себя, как гвоздь в доске, кропотливо выстраивая идеальное существование, основанное на работорговле, насилии и безбашенных "традициях". Полномасштабной войны с ОДГ никто не вёл, а пираты не полезут так далеко в спудоторию, потому как щипать отдельные транспорта можно и по краям оной. Вслуху этого, сопровождавшие танкер "углы" даже мысли не держали, что прилижающиеся большие корабли - не ихние. А они были совсем не ихние... Когда надвигающиеся бронированые носы оказались совсем рядом, шаракалы забегали, но было поздно. Обойдя танкер с двух сторон, Рыкот и Гузлин просто смяли носами бронекатера охранения, чтобы не тратить на них боеприпасы. Когда корабли уже удалялись, по танкеру дал пару выстрелов бомбомёт, враз запалив неуклюжую посудину, так что вскоре она полыхала ярким пламенем, выбрасывая огромный столб чёрного дыма.

- А скупость? - пожал ушами Скисорь, глядя за борт на барахтающихся одгорозков, - Углы, они тоже песок?

- Мы не сможем их утащить с собой из-за хода, - пояснила Катя, - Как и танкер. Было бы отлично вести его с собой и топить нефтью котлы, чтобы сэкономить спудуголь, но нет возможности.

- А, тогда в пух, - легко согласился грызь, мотая хвостом.

- В пух ли вот это? - кивнул на столбище дыма Грибодур, - Слышно на всё окно, даже такое большое.

- В, - кивнула Катерпилариса, - Пусть думают, что дело в танкере, и отвлекаются от основной темы. Кстати, как твоё беличье?

- Моё беличье кое-как, - поворочался в шкуре Гриб, - Думаю, шмалять смогу, а вот раков...

- Ни в разе, - мотнула ухом грызуниха, - Раков есть кому погрузить, твоё дело именно шмалять.

- Зубы ноют, собаки, - пожаловался грызь, держась за челюсть, - Башка бы тоже болела, но на неё действует зел-вода, а вот на зубы она что-то не очень.

- На управление установкой это окажет? - риторически спросил Скисорь.

- Нет, не окажет. В длительной перспективе окажет на всё, потому как йа буду неотсурковавшийся и вялый, как песок.

- В длительной мы уже должны отсюда утечь... - пробормотала Катя, послухивая на водный простор.

- Утечь?? - возмутился Гриб, - А уключины? Их ещё полно!

- Уключины это не тунцы, - покачал ушами Скис, - Каждого следующего будет всё более тяжело окучить, а йа вовсе не горю желанием присутствовать при том, как Рыкот получит залп с основного калибра.

- Эх, такие прибыли пропадут, - квакнул грызь.

- Не забывай, что основная цель в том, чтобы насадить на крюк соедкапиталы, - цокнула Катя, - Пусть дальше они бодаются с уключинами и одгорозками, а мы посидим и похихикаем.

- Раньше что-то они не особо насаживались на этот крюк. Кротолики не настолько тупые.

- Есть мнение, что настолько. Сейчас будут давить несколько факторов сразу, в частности, подвернувшаяся возможность, которую использует Люс. Главное, чтобы они поверили, что скоро мы без проблем переловим все уключины и уничтожим флот ОДГ.

- Да, тут они взрыгнут по страшному, - заржал Скисорь, представив.

- Сильнее, чем из-за двух потеряных эсминин?

- Сильнее, - кивнула Катя, - Про эсминины, скорее всего, вообще больше нигде не будет ни слова. Кстати, мы только что получили образцы "томалаев" и сможем срисовать все спецификации, что тоже в пух.

- Это не так быстро сделать, - заметил Скис, - Ты уверена в сохранности эсминца?

- Само собой, нет. Ремонтники просто снимут пусковую установку и пару торпед, и спрячут далеко в трюмы Гузлина.

- Да, ещё трясти и трясти, - хмыкнул Скисорь, слушая на возящихся спудяков, - А кто сейчас на эсминине?

- Ховак, кошец из первой спудпехотной, и егонова рота, - цокнула грызуниха, - Есть подозрение, что эту калошу тоже придётся задействовать в маневрах.

- Это да, - квохтнул Гриб. - При правильном раскладе и Гузлинъ эсминину макнул.

Грызи ещё поторчали на крыше р-башни, пырючись на голубую воду и далёкую стенку спуда, поржали, вспушились, и вернулись к той самой тряске, которая была упомянута. По кораблю предстояло ещё много восстановительных работ, главное - ввести в строй вторую ходовую машину и успеть восстановить залповые установки, пока они не понадобились. Массивные ремонтные работы требовали перетаскивания кучи вещей, и тут были полезны любые рабочие лапы. Настолько любые, что на палубу выгнали даже шариков из десанта и десяток соедкапитальских кошцев, захваченых на эсминине. Опасаться, что те взрыгнут, было лишним, потому как взрыгивать в присутствии огромных зубастых шариков желающих мало.

Для тактиков время проходило отнюдь не в благостном ожидании, когда им в лапы сами приплывут уключины. Со станций в окне постоянно выходили группы бронекатеров, намеревавшихся перехватить корабли, и приходилосиха маневрировать по всей доступной воде, уклоняясь от них. Часто "углы" оказывались едва не на расстоянии выстрела и гвоздили из орудий, но всё в недолёт, а затем дистанция неизменно начинала увеличиваться, ибо ход у кораблей был куда больше. Слафра и Рудыш, которые в основном занимались маневрами, рассчитывали точно и тролили одгорозков, чтобы те зазря тратили снаряды и топливо. Учитывая такой песок, все одгорозки будут знать, что по окну гуляет группа, и уключины действительно могут приплыть сами.

Единственное, что вызывало беспокойство, так это запас спудугля. Для прогулок по окну корабли постоянно жгли тонны топлива, и если такая обстановка затянется надолго, запасов может и не хватить даже на Гузлине, где их изрядно. Пока же приходилосиха перегружать часть спудугля на ходу, что далеко не просто сделать, учитывая надобность подталкивать Рыкота буксиром. Некоторые осложнения происходили и с разведкой, потому как за "сучками" постоянно увязывались "райки" соедкапитальского выпуска, имевшиеся у одгорозков на охране этих плавстанций. Чтобы уверено сбросить такой хвост, разведчику приходилосиха возвращаться к флоту, а это требовало времени и уменьшало эффективность разведки, что мимо пуха.

- Кать, ты что-то забиваешь себе голову, - цокнул Скисорь, поглаживая ушки грызунихи.

- Да, - легко согласилась та, - Забиваю.

- А что именно тебя грызёт?

- В данный момент - топливо, - цокнула Катя, привспушившись, - Тут ведь никак нельзя определить, сколько хватит.

- Это как? - не вгрыз грызь.

- Просто. Ведь если мы успешно ловим уключины, то идём не в порт, а на соединение с чекотами. А что там будет происходить, одному пуху известно.

- Там должно найтись топливо, - пожал ушами Скис, - Поэтому надо рассчитывать, чтобы хватило до чекотов, плюс немного. А Гузлинъ, думается, пойдёт к жабам за новой порцией?

- Да, Гузлинъ планировалосиха отправить к жабцам за спудуглем, - кивнула Катя, задумавшись, - Слышимо, так и придётся сделать. Хенс тоже склонялся к такому варианту, да и остальные.

- Так потому что в пух, - резонно сообщил грызь, - Там достаточно большой флот, если уж совсем крайняк будет - возьмём штурмом топливную станцию, там и нагребём.

- Разогнался, - хихикнула Катя, - Сначала переживи ловлю уключин, пух-голова.

- А что тут такого, с уключинами? - пожал ушами Скис, - Отработаный на сто пухов маневр, ибо не зря цокнуто, что пухня война, главное маневры. Рыкот почти в полной готовности, как и раньше, а запаса спудпехов у нас теперь куда как больше, так что всё в пух, погрызушко.

- Дай-то пух, - в очередной раз за последние сутки цокнула Катя.

Корабли сбавили ход, потому как и одгорозки пока что бросили плавать следом, спрятавшись обратно на станции. По голубому небу плыли ватно-белые летние облака, порядочно припекало солнышко, в довольно прозрачной воде казали бока рыбины и креветки. Тёплый ветер приятно колыхал опушение на зверях, создавая ощущения, как в родном Лесу под ёлками. Вдали волочил за собой дымный след очередной "райк", обходивший группу по дуге и пырившийся на её действия. Действия же по сути были всё те же, что и по входу в окно - корабли готовились к бою. На Рыкоте восстановили залповые установки, а вместо одной своей поставили аж две соедкапитальские, снятые с эсминины. Это конечно было не совсем то, потому как наскоро поставленные станки имели узкий сектор обстрела и могли бы оперативно дать только один залп, но сдесь большего не требовалосиха. И уж понятно, что шишовая установка лучше, чем ничего.

Команда, отряжённая задействовать эсминец и хоть кое-как применить его в бою, вытаскивала из погребов торпеды и заряжала установки, ликвидируя на ходу мелкие повреждения. За вычетом всего, корабль мог дать полный залп с одного борта, что тоже далеко не подарок - шесть "томалаев" и шесть тяжёлых обычных торпед представляли серьёзную угрозу для любой цели... хотя "ключа" они вряд ли возьмут, даже если влетят туда всем скопом. Массированый обстрел разворотит только первый периметр поплавков, а главный калибр и большая часть батарей останутся целыми - не зря "ключ", неслушая на архаичность, пользовался авторитетом среди больших кораблей. Тем не менее, кошцы и грызи усиленно работали над приведением судна в боеготовность, ибо бережёного хвост бережёт.

К вечерам ближе от искомого потока, который оказался южным, подошёл разведчик под номером дести двадцать три, на который возлагались задачи непосредственно обнаружить цель, абы таковая войдёт в радиус досягаемости. Когда "сучок" подгрёб ближе, стало слышно, что катер сильно покоцан - лопатки колёс были все в дырах, разлохмачена задняя часть рубки, почти под ноль снесена труба. Не требовалосиха особых усмений, чтобы догадаться, что его обстреливали сзади, вероятно, сразу несколько "райков". Из решета металлических и деревянных конструкций, в которое местами превратился корпус, ещё струился сизый дымок. Вслуху этого Катерпилариса, находившаяся на вахте в башне, поёжилась всей белкой, представляя себе, что могло случиться с грызями на этом судёнышке.

По крайней мере один залез на борт Рыкота своим ходом и поднялся на башню. Само собой, слыша такие дела, Катя подняла бы хвост и спустилась сама, принять донесение по разведке, но она сидела на вахте и не имела права покидать башню без совсем крайней надобности, так что грызунихе пришлосиха сжать зубы и ждать. Как она и опасалась, разведчик был не в лучшем виде, с опалённой шерстью на одном ухе и перебинтованой лапой, однако цокал достаточно бодро.

- Катерпилариса-пуш, - поднял грызь лапу буквой "га", - Двести двадцать третий с задания прибыл. За южным потоком обнаружена флотская группа одгорозков в составе двух броненосцев "ключ" и несушки тип "яков". Цель движется в Сивар с превышением крейсерской скорости, оценочное время выхода из потока - три часа.

Грызь отдал листки, где это всё было изложено более бюрократически, на бланках.

- Я поняла, - цокнула Катя, - Что с командой?

- Так себе, - поморщился грызь, - Сильно приложило разрывными, боюсь третий номер останется без ноги, остальные в санчасть... но жмуров нету!

Катерпилариса не удержалась захихикать, потому как её и отпустило тягостное ожидание, и грызь цокнул про жмуров так, словно боялся её расстроить.

- Подо что вы попали, это "райки"?

- Так точно. Два этих суслика стартанули прямо с несушки, а ещё два заходили от станций, вот они нас и пожамкали малость... Многость, - поправился грызь, - Но куда лучше, чем если бы пропал ход.

- Сучина, он такой... - усмехнулась Катя, - Кхм! Передай грызятам, что вы большие огурцы и доставили действительно необходимые данные. Ну, тебе лично цокаю, что ты большой огурец.

- Служим ГрызеКошскому Союзу! - бодро кивнул разведчик, мотнув ушами, - Можно идти?

- Нужно, - прямо цокнула грызуниха, - Сейчас нам предстоит схомячить ваши разведданные и сварить из них подобающий суп для кормления шаракалов... образно цокая. А вы отправляйтесь на Гузлинъ, на восстановление.

- Чисто цокнуто! - квохтнул грызь, и только хвост мотыльнулся в дверном проёме.

- Ззззараза! - с чувством пнула стул Катя, поглядывая на листки бумаги, потом подошла к звуковой трубе и цокнула туда, - Ходовой пост! Курс к южному потоку, ход полный!

- Бубубу бубубу, - ответила труба, что означало "чисто цокнуто".

Как ответственной ушами за группу кораблей, Катерпиларисе пришлосиха тут же забыть о волнении за судьбу разведчиков, и загрузиться новыми данными и вопросами. В донесении чётко значилось, что вместе с двумя "ключами" идёт ещё и несушка типа "яков". По сути это единственный тяжёлый корабль ОДГ помимо уключины, не считая всяких левых купленых на барахолках эсминин и катеров. Несушек у них, по данным общей разведки, штук шесть... и вот, собака, одной из них непременно надо было впереться сюда! Грызуниха пробежала круг по отсеку, мотыляя хвостом по стенам, дабы успокоиться, потом вспушилась, и высунула уши в окно:

- Дежурный!! Поднимай всю смену, у нас песок!

Пусть враги запомнят это,

Не грозим, а говорим -

Мы прошли, прошли с тобой пол-света,

Если надо - повторим!

- изъ песни

Окно десятое - Атракцион невиданной Жадности

Потребовалось лишь цоканье одной грызунихи и две минуты, чтобы основной состав команды Рыкота пришёл в полную готовность. Разбрыливая в стороны остатки сна, в помещение командного отсека ввалились Хем и Рудыш, как рыжие пуховые шары с хвостами, и Хенс с Куффи, тоже далеко не лысые; Слафра пока продолжал усиленно хрючить, готовясь к активным действиям. Катерпилариса без лишних слов показала схему, нарисованную разведчиками.

- Ду-ху-ху-хууу... - закашлялся Рудыш, когда сообразил, что это значит.

- Это не настолько ду-ху-ху, как могло бы быть, - поправила грызуниха, полностью упокоившись, - Да, вместе с уключинами идёт несушка. Однако это всего лишь несушка, а не что-то ещё. Кроме того, она выпустила на перехват нашего разведчика только два "райка", что даёт повод для оптимизмов.

- Ну, по идее, - почесал уши Хенс, - Если не выпустила то да, скорее всего, выпускать нечего.

- Вслуху этого, - продолжила Катя, - Йа развернула группу к потоку. Считаю целесообразным атаковать её сразу по выходу в окно, на волне. Это будет менее чем через три часа, если что.

- Прикидки? - сощурился кошец, сам начиная валять мысли по мозгу.

- Прикидки в том, что у нас есть эсминец, - цокнул за грызуниху Хем, - Пусть отработает свои орехи и макнёт несушку, а дальше нам остаются два чистых "ключа", как оно и задумывалосиха.

- Макнуть несушку?? - фыркнул Куффи, - Вы знаете, какая у неё прочность?

- У этой - так себе, - показал справочник Хенс, - К тому же, никто не требует раскрошить её на мелкие куски. Нам нужно только, чтобы этот тунец не мешал нам беседовать с уключинами. Для этой цели залп из дюжины торпед вполне годная штука.

- Несушка типа "яков" вообще та ещё дрянь, - заметил Хем, - Если "ключи" строили соедкапитальские верфи, то это посудина самих одгорозков, сами понимаете, какое там будет качество.

- Сало быть, будем песочить возле устья, на волне? - оглядел сотрапов Хенс, - Ладно. Как именно вы предполагаете атаковать несушку этой эсмининой?

- Выходят из-за Рыкота на предельной скорости, - цокнула Катерпилариса, - Прикрываются от орудий несушки правым бортом, где ничего нет, сближаются, поворачиваются левым и дают залп с увереной дистанции.

- У Ховака хватит зверей для такого маневра? - осведомился Рудыш.

- Думаю, хватит. Выцеливать ничего не будут, поставят все пусковые установки на один угол, а дальше можно и верёвкой механизмы сдёрнуть на спуск. Прицеливание корпусом, небольшая дистанция, и песок.

- И песок, - кивнул Хем, - Надо пойти подготовить пушный состав... Да, а как будем располагать Гузлина?

- Гузлинъ по ранним планам, - пожала ушами Катя, - Ходит на границе досягаемости и троллит уключины, в случае острой необходимости - подходит ближе и поддерживает огнём.

- Он может и не успеть подойти, - покачал головой Хенс, - Даже наверняка.

- Вслуху?

- Вслуху вот этого, - кошец показал лапами расширяющийся конус, имея вслуху приливную волну, выходящую из потока.

- Кстати, а напух атаковать их именно на волне?

- Из-за возможных осложнений с несушкой, - пояснила Катя. - Если там есть катера, они не смогут их выпустить в потоке, и после выхода быстро тоже не смогут. Макать несушку надо до выхода катеров, а не после, как понимаешь.

- Да. Тогда пущай Гузлинъ маневрирует за нашей спиной, с эсмининами вон прокатило на ура.

- Сто пухов.

Тактики немедленно сели на хвосты и записали эти соображухи, чтобы перекинуть по тросам на эсминец и Гузлина. На полную подготовку к операции оставалосиха менее трёх часов, так что спудяки забегали, и даже кошцы крутились, как белки в колёсах. Постепенно из возни выключали тех, кому предстояло напрягаться - штурмовиков, артиллеристов, ремонтников. Линду с её куницами таки освободили достаточно рано, и серая погнала зверей в штурмлодку, чтобы они посидели на хвостах и поднакопили дури перед эт-самым. Правда, в данном случае они могли поднакопить и нервозности от ожидания: куни мяли хвосты и ворочали головами, пофыркивая.

- Эдак вы накопите нервозности, - рыкнула шаракалиха, - Ну-ка лупаните по колпачку из фляги.

- Но это же дурь? - удивился кунь.

- Ничего, до времени развеется, а лишнего напряжения не будет.

Приведя таким образом в порядок своих зверей, Линда хмыкнула от сознания того, что натурально сейчас у неё есть свои звери, которых она может приводить в порядок. Дожила, называется. Собственно, так оно и было - неслушая на все старания служителей культа, этих оголтелых упырей в шаракальском обличье, дожила. И не просто убежала подальше от одгорозков, как это делают другие, а помогла союзным отобрать у них уключину, и даст пух, не последнюю.... Однако, Линда уже умела не погружаться в мысли так, чтобы перестать замечать обстановку, потому как Драфи натаскивал весьма жёстко. Вслуху этого она сразу увидела кошца, который спускался по лестнице с центральной надстройки. Теперь спуститься там было не так просто, после взрыва лестница стала винтовая, или точнее, соплевидная.

- Ну как, куницы сыты? - осведомился Драфи.

- Вполне, - кивнула серая, - Я вкатила им немного дури, чтобы прочистить головы перед эт-самым.

- М, это разумно, - подумав, согласился кошец, - Кто знает, может, эти олуши не пойдут в поток на этот раз, сидеть на измене всё время это неправильно. Да, вот тебе схема.

- А я уж думала так, без схемы, - засмеялась Линда, изучая листок, приколотый на картонку.

- Без схемы шарики друг друга перестреляют за пять мин, - хмыкнул бурый.

- Эй, а почему носовой отсек? - фыркнула Линда.

- А чем тебе не нравится носовой отсек?

- А то ты не знаешь, что там почти ничего нету!

- Лин, - пихнул её лапой Драфи, - Мы тут занимаемся не спортом, кто больше одгорозков подстрелит. Нам нужны уключины, это основная цель, понимаешь?

- Да, само собой, - поправилась она.

- И кроме того, мы обещали не бросать куниц в самое пекло. Война войной, но если через неделю им начнут поступать жмуры в массовом порядке, это может иметь плохие последствия. Поэтому постарайся сделать так, чтобы твои остались как можно более целыми.

- Я постараюсь, - пообещала шаракалиха.

Штурмовики, у которых всё и так было готово, сели на хвосты и стали ждать. Впереди по курсу выросла стенка спуда и ущелье потока, из которого доносился мерный гул текущей воды. Сейчас волна шла в другую сторону, но вскорости повернёт обратно, и тогда держись за уши. Прямо перед группой в поток ушли несколько грузовых катеров ОДГ, сопровождаемые "углом" - толи из наглости, толи опять не прочухали, в чём соль. По крайней мере, их трогать не стали, потому как не стоит отвлекаться на такую мелочь. Солнце начало заваливаться за спуд, фигача оранжевым светом примерно в нос Рыкоту, который дрейфовал недалеко от устья потока.

- В глаза лупит, - показал на солнце один из грызей, зайдя на башню, - Может, лучше зайти с той стороны?

- Неа, - хмыкнул Хем, - Сейчас сядет ниже, лупить будет меньше. А вот через дымку не видно с той стороны, откуда тень.

- А, тогда чисто цокнуто, - заржал спудяк над своим косяком.

Натурально, это по чистому воздуху солнечный свет озарял воду и корабли свободно, а когда пойдут залпы дымовых снарядов, лучи упрутся в дым и создадут непроглядную стенку, причём гораздо больше с освещённой стороны, чем с теневой.

Скисорь в это время зевал и ослушивал свою р-башню, которая теперь стала как родная. Он и просидел в ней немало времени, но главное, её броня закрывала от вражеских снарядов, а орудия давали песка по настоящим целям. После такого любая консервная банка покажется уютным укрытием и будет вызывать ощущение куска Родины. Грызь, полностью пройдясь носом по всем механизмам, вылез наружу и погладил лапой бока башни. Ящик из спудилиумной стали был цельнолитой, с шершавыми боками, во вмятинах которых оставались довольно большие куски литейной земли - это тебе не коммерческий катер, тут башню отливали не для красоты, а подешевле да понадёжнее. Даже с виду башня производила впечатление тяжёлого, прочного утюга, как оно и было в натуре. Два ствола ракетомётов, вычищенные после прошлого боя, пырились вперёд по курсу, и оттуда заметно несло порохом и горчичным дымом.

- Хруродарствую, грызята, - тихо цокнул Скисорь.

Он имел вслуху тех грызят, что своим трудом создали этот мощный корабль, теперь ввереный спудякам. И самое главное, что никто их даже не просил об этом, сами сделали. А уж о том, чтобы заставить грызей, не стоило и мечтать. Уключинам придётся туго, решил для себя грызь, вспушился, и пошёл пить чай.

Когда солнце уже совсем закатилось со смеху за спуд, и плотная тень накрыла большую часть окна Сивар, из потока вышли корабли одгорозков. Мощная приливная волна выталкивала из ущелья громадные объёмы воды, и на этой волне, покачиваясь словно небольшие лодочки, вылетели "ключи" и несушка... Но это по факту, а на самом деле, тяжёлые корабли не могли идти гуськом друг за другом, и после выхода первого "ключа" прошло минут пять, прежде чем подгрёб второй, а потом и несушка. К этому времени Рыкот уже рванул на перехват, направляя за собой остальные суда... ну как рванул, пошёл половинным ходом, а дополнительное ускорение ему обеспечивал эсминец, всё ещё тягавший за трос спереди.

- Десанту полный товсь!! Зарядка штурмлодок на сто!! Пух в ушах!! - разносились громкие крики по отсекам и трубам.

Слафра рулил спокойно, как у себя дома. Рыкот заходил по дуге от самой стенки, так чтобы оседлать ту же волну и оказаться на нужной дистанции в кратчайшее время. Как только мощное течение подхватило корабль, кошец развернул его на другой курс, более поворачиваясь к врагу носом. "Ключи" уже пронесло дальше от устья, и ближе всего к группе оказалась несушка, только вышедшая из потока. Все, у кого имелась оптика, могли расслушать этот большой плавучий шкаф - именно на этажерку он и был похож. По сути, одгорозки строили всё тот же "ключ", только без верхней броневой части - вместо неё там располагалось пространство для катеров и огромные понтоны. Корабль имел П-образную форму, и внутрь него могли швартоваться бронекатера, после чего ворота закрывались для увеличения скорости. Вся эта ерундовина, выкрашеная в серо-чёрные разводы, качалась на волнах и быстро удалялась от устья.

Именно с несушки полетели первые подарки: на чёрном корпусе ярко вспыхивали огненные сполохи, когда очередное орудие делало выстрел. Светящиеся точки снарядов полетели по дуге в сторону Рыкота, и уже привычным образом вода начала столбиться.

- Внимание, р-башни! - цокнула Катерпилариса в трубу, - По несушке, дымом!

- Ааа-атцепляй буксир!!

Р-башни повернулись на цель, а заряжающие быстро запихнули в затворы нужный тип снарядов. Цель была большая, но корабли сильно качало на волнах - течение всегда вызывает завихрения, которые и вызывают качку. Башни отстреливались одиночными, посылая снаряды как можно точнее, ведь эсминцу предстояло атаковать несушку вблизи, а для этого лучше как можно сильнее задымить её. По крайней мере несколько снарядов удачно попали в носовую часть, так что дым стелился по всему кораблю, мешая одгорозкам видеть цели.

- Всё, теперь дело эсминины, мы не достанем, - мявкнул Хенс, - Кстати, этот таз открывает ворота.

Несушка полным ходом уматывала в сторону, чтобы не оставаться в зоне досягаемости трёх кораблей, а эсминина шла за ней курсом перехвата. Рыкот и Гузлинъ на волне быстро удалялись в сторону "ключей". Те уже соскочили с течения и ворочались медленно, поворачивая в ту же сторону, что и несушка. Одгорозки всё ещё не допёрли, что целью являются броненосцы, а не несушка. Если посмотреть на картину перемещения судов, то получалосиха именно так, и Слафра держал такой курс, чтобы впечатление оставалосиха до последнего момента. Из открывшихся ворот "шкафа" довольно резво вылетели два "райка", расходясь в стороны и обгоняя несушку; слышимо, они стояли под парами, и одгорозки планировали запустить их сразу по выходу в окно.

Теперь артиллерия несушки фигачила по эсминцу, приближавшемуся в хорошем темпе. Было отлично слышно, как огненные точки снарядов перелетают от одного судна к другому. Большая часть просто столбили воду, но стали заметны и попадания по "Вральгелю"; издали это выслушило так себе, но спудяки соображали, что сейчас там разрывные снаряды рвут в клочья металл бортов и переборок. Надежда была только на то, что эсминец прикрывался дохлым бортом, где нечего дырявить, кроме пустого металла.

Спудякам с Рыкота, однако, было уже недосуг следить за тем, как бодается с несушкой эсминец, потому как они вовсю приближались к уключинам. Чёрные низкие туши броненосцев теперь были повёрнуты бортами, им-то опасаться нечего. Оба "ключа" начали обстрел из бортовых батарей, и навстречу Рыкоту понеслись десятки горящих точек. Несколько их чиркнули по носовому утюгу, высекая фонтаны искр.

- Пристреливаются, - пояснил Хенс, - Не такие дурни, чтобы сразу с главного ложить.

Корабли тем временем всё ближе подходили к уключинам, где шанс на попадание с главного калибра всё более возрастал. Низкие цилиндрические башни, расположеные по три штуки на каждом "ключе", начали неторопливо поворачиваться на правый борт, готовясь влепить залпы в цель. Дальше всё по разнарядке - дымовая завеса, пуск штурмлодок, опять дымовая завеса, отход. Катерпилариса таки сидела у перископа и следила за расстоянием по сетке, и это было уже не совсем так, как раньше - в башню пару раз конкретно вдарило восемьдесят восьмым калибром, отчего подпрыгивал пол и в ушах образовывался гул. Наконец грызуниха отметила, что цель дошла до нужной линии.

- Залповые, первый, дымом! - громко цявкнула она в трубу.

Через три секунды заскрежетала РСами установка Грибодура, та что была восстановленная. Этот, сало быть, не дожидался команды, а мерял расстояние сам - за три секунды команда не дойдёт. Доходит где-то за семь, когда сработали остальные пять установок, выбрасывая впереди корабля сразу целую тучу снарядов. Ещё несколько секунд РСы летели, потом засверкали разрывы на воде, и начали подниматься сизые тучи заграждения.

- Лодки, пуск!! - скомандовал Хенс, убедившись в том, что дым поднялся как следует.

Слафра с полной спокухой стал смотреть в боковое окошко, потому как ждал, пока лодки обгонят корабль, чтобы начать разворот.

- Ветер, - фыркнул Хем, - Слишком сильный, сдувает дым. Гузлину надо бы подбавить.

- Да вроде норм, - пожал ушами Хенс, глянув, - Ладно, давайте дальше.

Гузлинъ уже разворачивался, чтобы не оказаться спереди Рыкота, и с него действительно дали два залпа дымовыми - им тоже показалось, что ветер. После постановки дыма град снарядов с батарей прекратился. Корабли перекрыли заслонки дымовых труб, так что и по следу их не стало видно, и одгорозки не стали тратить боеприпасы, пуляя в никуда. Тут наступало время точного маневра, потому как нужно дать второй залп дымовыми, чтобы прикрыть атаку лодок, а цели при этом не видны вообще... Благо, у залпа из установки область покрытия достаточная, чтобы промазать было трудно.

В положеное время Рыкот и Гузлинъ выпустили второй залп, продвинув завесу так, чтобы она почти накрывала уключины. Одгорозки дали ответный залп с батарей по месту запуска, наделав ещё дырок в обшивке. Теперь большие корабли отходили на относительно безопасное расстояние, чтобы в них не влепили главным калибром. По лодкам тяжёлыми орудиями стрелять бесполезно, и через какое-то время десант должен вывести их из строя, но пока-то они действовали.

Лодки же полным ходом неслись через дым, подпрыгивая на волнушках и выдерживая направление натурально по приборам. Сейчас их осталосиха только три штуки на каждую уключину, что дополнительно усложняло задачу. Одгорозки будут иметь больше времени для организации отпора, что мимо пуха... Однако штурмовики не сомневались, что дело будет сделано, только бы добраться до жирной тушки. Этим этапом заведовали водители лодок, и Драфи например был спокоен, как сто сурков. Причём как за свою лодку, так и за третью, на которой шла Линда с куницами; у него водителем была всё та же физериха Тася, а на третьей - её брат Фес, так что и. Оставалосиха только крепче держаться, когда судёнышко нещадно мотыляло по воде, и ждать команды на высадку... Как раз в это время штурмлодка заложила крайне крутой вираж, потому как вылетела из дыма.

- Всем держаться!! - дала ценные указания Тася из своей бронекапсулы.

Лодка неслась уже между тучей дыма и бортом броненосца, тобишь на неё смотрели десятка два орудий. Лодочники применяли такую тактику, что выйдя из-под дымовой завесы, частично ставили свою, частично - поворачивали на параллельный с целью курс, чтобы их было труднее выцелить. Орудия кораблей, как правило, предназначены для стрельбы на большие дистанции, и быструю цель вблизи окучить весьма непросто, особенно из обычной артиллерии. Штурмлодка таким образом проходила в одну сторону вдоль цели, разворачивалась, и подходила уже вплотную. Чаще всего, даже целая батарея на "ключе" не могла попасть в мелькающую среди дыма лодку, однако случаются и исключения.

Сзади оглушительно грохнуло, и лодку чуть не перевернуло, так что она пошла зигзагом, бешено раскачиваясь. Драфи соображал, что это такое - попало в один из танков с перегретой водой, благо почти пустой. Помимо прочего, маневр имел и те последствия, что они сейчас не уподоблялись пареной репе в чугунке. Если бы снаряд прилетел спереди, он проделал бы дырку в десантном отсеке, в которую и пошёл бы пар под страшным давлением; сейчас струи пара фигачили во все стороны, но стенка была цела, и штурмовики оставались не варёными. Потеря одного танка могла бы кого и сбить с толку, но не Тасю - физериха выправила движение и продолжила сближаться с целью, двигаясь не по кратчайшей, но по самой правильной дороге. Ещё одна болванка гулко вдарила по верхней части, снося всякие выступы.

- Да что ты собака, всё в нас да в нас! - выругался кошец рядом.

Драфи хмыкнул, и кошец, подумав, кивнул - раз уж в них, так нечего жаловаться и желать, чтобы фигачили в кого другого. Сами полезли, сами и огребут... Событие не заставило себя ждать, следующий снаряд влетел уже конкретно в борт лодки и взорвался на силовой балке, проделав рваную дыру в корпусе. Того самого кошца, что возмутился такой избирательностью, и двух шариков рядом с ним, разорвало почти в куски. Сдесь "почти" ещё как считалось, потому как тушке нет особой разницы, разорвало её на два или на двадцать частей. Эти самые тушки, особенно шаракальские, вслуху их массы, сильно защитили от взрывной волны и осколков остальных, набитых в отсек.

Очнувшись, Драфи обнаружил большое гудение в голове и боль по нескольким местам организма, сухо мявкая. Глаза почти нишиша не видели из-за залившей морду крови, так что даже на самоинвентаризацию кошцу потребовалосиха немало времени. Настолько, что отвлекла его только Тася, тормошившая за шкирку:

- Драф! Кот Драфи, очнись!

- Долбаный кусок... - отфыркался тот, - Мы схватились за тунца?

- Да, но не в этом... - начала физериха.

- Гуси клыкастые там, где надо? - настойчиво спрашивал кошец.

- Да, они и сами полезли! - отмахнулась Тася, - Драф, ты вообще знаешь, что тебя покоцало неслабо?

- Ну если мявкаю, то ещё недостаточно, правда? - резонно ответил Драфи, - Помоги достать ХП, а потом садись к пулемёту.

- Драф... - закусила губу физериха.

Даже кое-как различая её морду в полутёмном отсеке, кошец подумал, что состояние его и правда так себе. С другой стороны, натурально, если он мявкает, значит голова по крайней мере на месте, а это уже хорошая база для начала. Да и врядли физериха много видала раненых, так что может, не всё так шишово. Бурый кошец с трудом приподнялся, словив сильную боль в боку и ноге, и посмотрел на Тасю.

- Таюська, иди к пулемёту, - попросил он, - Иначе нас тут всех гренами закидают, и всё.

Физериха всхлипнула, но закивала и поспешно полезла через завалы к пулемётной турели, которая не давала подходить к лодке. Там ничего сложного, кто высунулся - дави гашетку, всунулся - отпускай, на узкой полоске палубы промахиваться некуда. Драфи же начал потрошить хвостпакеты и применять зел-воду для обеззараживания и обезболивания, насколько это возможно. За этим занятием он почти не слышал постоянной канонады, доносившейся с обеих сторон за стенками лодки - лупили из винтовок и пулемётов, целыми сериями рвались гранаты, заглушая жуткие вопли шаракалов.

Не слышал он и того, что "ключ" продолжал фигарить из орудий, пока до них не добрались штурмовики. Одгорозки попались более настырные, чем ранее, и не желали быстро сливаться. Бортовая батарея броненосца начала лупить по борту второго, пытаясь попасть в прицепившиеся штурмлодки - шаракалы сообразили, что своим они вреда так не причинят, а вот противнику могут. Флот однако не сидел на хвостах, и как только стала понятна такая штука, Рыкот повернул и выпустил ещё дымовых снарядов, отрезая видимость. Теперь, когда "ключи" были обвешаны лодками и потеряли из-за этого ход, их можно было загнать в тучи дыма целиком, воизбежание.

В то время, пока штурмлодки цеплялись за цели, а Рыкот и Гузлинъ подбавляли дыму, эсминец догнал несушку. Выждав момент, когда все орудия одгорозков отстреляются, эсминина резко повернула, выставляя на цель левый борт с целыми пусковыми установками. Били со значительно меньшей дистанции, чем это делали соедкапитальцы при атаке на Рыкота, так что вероятно, все торпеды пошли по назначению. Корабль окутался дымно-огненым облаком от полного залпа, и из этой тучи с рёвом вылетели "томалаи", стремительно преодолевая путь до высокого борта несушки. Левый борт эсминины тут же получил несколько снарядов, но они легли в уже пустые установки, не вызвав больших разрушений.

А вот три летающие торпеды да шестёрка обычных, которые впендюрились в несушку, ещё как вызвали. Раскачивание корабля привело к тому, что половина запущеных "томалаев" перевернулась и не достигла цели, но и оставшихся хватило. Подарки влетели между палубами судна, и от каждого взрыва заметную часть корпуса корёжило, выгибая дугой; вбок вылетали огромные облака огня и дыма. Обычные, купающиеся, торпеды завершили дело, размочалив всю подводную часть. Вдобавок, на несушке произошла массивная детонация, окончательно превратившая в хлам половину судна. Что уж там рвануло, осталосиха неизвестным, потому как "шкаф", лишившись более чем половины водоизмещения, начал быстро погружаться.

Эсминина однако не отделалась только попаданиями восемьдесят восьмых. Ворочающиеся в дымовых тучах уключины не хотели сдаваться, и как только представлялась возможность, били из орудий главного калибра. Почти на границе досягаемости один из снарядов вкатал и во "Вральгеля", попав в самую хвостовую точку корпуса, а может быть, даже дальше неё. Тем не менее, эсминине начисто оторвало всю корму, а сам корабль, и без того летевший на всех парах, получил дополнительного пинка, лишившись при этом всякого управления. Пока штурмовики выбивали одгорозков с уключин, а несушка ныряла, выбрасывая в небо жирный столб чёрного дыма, эсминец пролетел по прямой несколько километров, и так как дело происходило возле устья потока, неизбежно клюнул в стенку спуда.

Заранее видя такое дело, а также сообразив, что не удастся вовремя остановить повреждённую машину, эрзац-экипаж в самом быстром темпе сгрузился в шлюпки... они бы и просто попрыгали за борт, но нужно было ещё вытаскивать раненых. Сгрузившись прямо на полном ходу, спудпехи наблюдали, как ихний, он же совсем недавно соедкапитальский, эсминец "Вральгель" налетел на выступ спудной стенки, так что нос пошёл вверх по ней, размочаливаясь об неровности. Корабль переломился пополам, выбросив паровое облако из пробитых котлов, и свалившись обратно со спудяной скалы, пошёл на дно.

Гузлинъ, наблюдая за такой ситуацией, немедленно пошёл подбирать спудяков, обходя по дуге опасную зону вокруг уключин. В нулевых, подбирать зверей вообще следует сразу, потому как сухопутные звери плохо предназначены для длительного вымачивания в воде. Во первых же, вокруг всё ещё вились два "райка", успевшие выйти с несушки, и они не замедлили бы расстрелять шлюпки, дай им такую возможность. На этот раз одгорозки поступили нехарактерно, и катера подошли к тонущей несушке, снимать своих оттуда. Гузлинъ, проходя мимо, вполне мог бы их пустить на дно, но не стал, потому как это было бы бессмысленное убийство. В данном случае, к тому же, куча одгорозков, которые будут постоянно болтать о потере двух "ключей", куда как полезнее кучи трупов.

Для спудяков Рыкота последовали довольно многие минуты напряжённого ожидания, потому как больше от них ничего не зависело. Уключины то и дело били из орудий куда попало, и попало довольно близко к борту корабля. Как и подозревали, даже для натасканых штурмовиков задача взять уключину силами трёх отрядов оказалась довольно сложной, и им требовалось значительно больше времени, чтобы просто добраться до всех отсеков и выбить оттуда одгорозков. Катерпилариса чуть не начинала грызть когти, слушая в перископ - но вовремя останавливалась, потому как таким образом очень легко остаться без когтей. И наконец, почти одновременно взлетели две зелёные ракеты.

- Есть! Есть, пух в ушах!! - заорал Хем, - ...Кхм!

- В пух, в пух, - кивнула Катя, вспушившись, - Давайте швартоваться, там наверняка полно раненых.

- Как скажете, - мявкнул Слафра, - Кто-нибудь, таращьтесь вокруг, чтобы никто ещё не пожаловал.

Рыкот, ворочая боками, развернулся и пошёл к чёрной туше броненосца с прицеплеными по бокам лодками. В окне наступала полная темнота, потому как солнце садилось уже за настоящий горизонт.

Окучив два броненосца и макнув несушку, группа продолжила движение, как только стало возможно, тобишь немедленно. Стоять на месте было никак нельзя, нужно соединяться с чекотовым флотом и продолжать операцию, иначе одгорозки могли взять инициативу в свои лапы. Тем из кошцев и грызей, что не пострадали на эсминце, пришлосиха сразу же переходить на один из "ключей" и приводить его по крайней мере в движимое состояние; были задействованы все резервы спудпехов с Гузлина, и кое-как этого должно было хватить, чтобы придать кораблям минимальную боеспособность. Что оказалось не слишком в пух, так это то, что запасы топлива на судах ОДГ были небольшие, и особо на них не расплаваешься. По крайней мере, до окна Безем, где предполагалась встреча, должно хватить, и то орехи.

- Как штурмовики? - осведомилась Катерпилариса, удерживаясь от зевоты во все резцы.

- В рамках нормы, - фыркнул грызь Шушен, - В целом, потери около половины, включая санитарные. Для такого расклада это, можно цокнуть, просто опушненчик.

- А что с Драфи? - слегка поёжившись, уточнила грызуниха.

Обычно штурмовиками заведовал именно бурый кошец, так что не заметить его отсутствие было трудно.

- Серьёзные ранения, - покачал ушами грызь, - В ихнюю лодку вкатало восемьдесят восьмой, причём прямо в десантный отсек.

- Пух мой пух.

- Пух твой пух, - подтвердил Шушен, - Не знаю, сейчас горячая медицина на Гузлине работает вовсю, потом слышно будет, как оно.

- Что с кунями? - в очередной раз мысленно поджимая лапы, цокнула Катя.

- Ничего особенного, пошли нормально, - кивнул грызь, - Шаракалиха огурцом...

Грызи слегка проржались, представив себе шаракалиху огурцом.

- ... да. Всмысле, там ведь с этой лодки, которая под обстрел попала, дай пух треть шариков вылезла, остальных пришлосиха выносить. Так серая со своими куньтяями и носовую часть взяла, и машинное, и башню главного калибра... Причём подозреваю, что больше она сама, чем с куньтяями.

- Даёт стране песка, - вспушилась Катя, - Тогда слушай, не забудь эт-самое.

- Как разгребём завалы, непременно, - заверил Шушен.

Грызь пошёл таки разбирать завалы, а Катерпилариса зажмурилась и помотала ушами. Всё-таки ей было вовсе не привычно, что на её ушах погибает столько зверей. Годы до этого они со Скисорем, Грибодуром и Тектрисой плавали на катерах, а там много зверей вообще не бывает, не то что. Сейчас же ей приходилосиха писать длиннющие списки и ставить уйму крестиков, а жилые помещения на Гузлине все были забиты ранеными разной степени тяжести. Логика цокала, что всё по шерсти - эти сотни спудяков, что сейчас сражались с одгорозками, прикрывали собой сотни тысяч других зверей, а в перспективе, влияли на жЫзнь всего Мира исключительно в лучшую сторону. Кроме того, жмуриков могло бы быть несоизмеримо больше, не проводи флот столь длительную подготовительную работу... Однако это мало помогало спокойно слушать на неживые тушки.

По крайней мере, Скисорь и Гриб чувствовали себя хоть и выжато, но вполне живо. В ушах всё ещё гудело от выстрелов тяжёлых ракетомётов, да и стволы их дымились, не успев остыть как следует. А при этом вся группа уже разворачивалась, чтобы уходить в поток, в том числе и уключины. На торчащий из воды огузок от несушки и обломки от эсминца, мотыляющиеся около стенки, не было времени - подобрали только спудяков, а барахло пришлосиха бросить. Через час флот уже вовсю бултыхал колёсами по следующему окну, двигаясь среди ночной темноты под яркими звёздами на чистом небе. Цепочка станций ОДГ, имевшаяся и сдесь, вовсю светила огнями, оставлявшими яркие дорожки на зыби, так что полной темноты не находилось. Только к полуночи грызи смогли собраться на своей любимой крыше - артиллеристы натаскались снарядов, а Катя набегалась по всему кораблю, так что разжижение белок присутствовало.

- Ну, йа поздравляю, - цокнула Катя, пихнув грызей, - Уже три уключины есть.

- Это в пух, - квохтнул Грибодур, - А сколько их всего, десятка четыре?

- Это да, первая шпала, - захихикал Скисорь.

- Как у вас с матчастью? - не подумала забыть спросить грызуниха.

- У меня так себе, - мотнул ухом Гриб, - Времянка после первого же залпа развалилась, придётся собирать заново. Да и раков осталосиха на полтора раза, потом - всё.

- Такая же пухня, - кивнул Скисорь, - Мы втащили себе раков на семь залпов, а у других башен только на пять. На гузле больше точно ничего нет?

- Впух, - фыркнула Катя, - Как ты думаешь, эр-эсы наваливают, как картохлю? Сколько погрузили, столько и выгрузили, пух в пух. Мы уже и так выпустили пухти сколько тонн снарядов.

- Сало быть, ещё один заход возможен, - цокнул Скис, - А потом надо ближе к базам.

- Дурь-то есть ещё? - осведомилась Катя.

- Допуха! - заверил грызь, - Нам-то что, жми себе гашетку. Это вон у штурмачей песок так песок.

- Да, Драфи пострадал, - мотнула ухом грызуниха, - Мимо пуха как само по себе, так и то, что он отлично умел брать уключины и гонять шариков.

- Ну, сама знаешь, что бы он мявкнул. Мол, что, гонять шариков больше некому? Найдутся ещё. Вон, шаракалиху свою натаскал до эталонного уровня, чо.

- Чо, - согласилась Катя.

Чо или не чо, а спудуголь продолжал гореть в топках, вырабатывал пар, и поршни крутили гребные колёса; таким образом корабли двигались, следуя заданному маршруту. Теперь двигались медленнее, потому как ход ограничивали тяжёлые и неуклюжие уключины, но зато уже не стоило бояться перехвата со стороны местных бронекатеров. Подходить к двум броненосцам есть сущий суицид, пока у тех действуют бортовые батареи. На Рыкоте не полностью восстановили вторую машину, так что судно выдавало около трёх четвертей хода. Механики, вспушившись, цокнули, что дальше ковырять до возвращения в порт не следует, воизбежание. И то орехи, подумали с облегчением все - ведь после торпедных попаданий могло бы вообще не быть хода.

В то время как Рыкот шёл впереди всей группы, тараща на левую сторону значительно обкусаный взрывами борт, Линда таки села в одну из лодок, которые перетягивали по тросу на Гузлина. По порядку, ей следовало сидеть возле своей штурмлодки, вместе с куницами, абы случится какой аврал. Однако Шушен, теперь занимавшийся организацией штурмовиков, никак не мог запретить шаракалихе повидать кошца - ну тоесть мог, но не счёл нужным. Пока того не требовала обстановка, можно было потаскать лодки между кораблями и позволить встретиться всем, кому хотелосиха встретиться. Это только увеличивало Дурь бойцов, а грызь прекрасно знал, что это основной фактор для любых действий, тем более боевых.

Шаракалиха с немалым содраганием прошла по корридорам медицинского лагеря, развёрнутого во многих отсеках Гузлина, и аж зажала нос, настолько шарашил густой запах крови и пропитаной ею шерсти. На самом деле воняли скорее препараты, но для впечатления роли сие не играло. Линда предусмотрительно закуталась в плащпалатку и прятала морду, потому как помнила,что даже грызь в не совсем трезвом уме будет далеко не рад увидеть шаракала. Драфи она обнаружила в бывшей кухне, где навешали полок для размещения тушек в горизонтальном положении; как и в остальных помещениях, тут было крайне сумрачно, но по крайней мере не слишком душно, из-за работающей вентиляции. Накачаный растительными средствами кошец находился в полу-овощном состоянии, однако едва его ушей коснулись длинные когти, сумел продрать глаза и оскалил пасть в улыбке. Огромная серая шаракалиха с большой нежностью потёрлась носом о горячий нос кошца, и лизнула его в щёку.

- Лииночка... - проскулил Драфи, - Кхм! Слушай, Линочка. Если вдруг что, найди Люс, она тебе мявкнет... ну, эт-самое...

Дальше ему было трудно ворочать языком, и даже неслушая на то, что Линда не отрываясь сидела рядом, кошец через некоторое время провалился в безсознательное состояние. Шаракалиха стала подгрызать когти, прикидывая, что имел ввиду кот - а он подсказывал, куда ей податься, если он сыграет в жмурика. Едва сдерживая слёзы, она побрела по тёмным корридорам, то и дело пропуская очередные носилки, но лапы сами несли её обратно к погрузочной площадке. Она должна быть со своими зверями, которые вверены её ответственности, и не подводить их.

Не подводили и спудяки из чекотовой группы, оставшейся в окне Мутная Гудь. По мере того как Рыкот со своими подходил туда через спудоторию, всё ещё занятую одгорозками, становились слышны все признаки массовой ощипки. Тут уже никак не получилосиха бы ловить шаракальские транспортники тёплыми, подходя к ним с "ключами" - все они разбежались по станциям и сидели тихо, как впрочем и боевые посудины. В двух окнах наблюдались столбы дыма, и судя по всему, горели топливные станции. Спудяки из ГКС знали, что поджечь топливки ОДГ не так сложно, так что и пользовались. В самой Мутной Гуди группа учинила полный погром - что не утопили, то сжадили. Чекоты высадили десант на тамошнюю топливку и взяли её, ради пополнения запасов, а остальные девять станций как минимум привели в негодность.

Над обширной полосой возле стенки спуда, где располагались плавстанции, висели высоченные хвосты чёрного дыма. Спрятанная за топливкой, стояла основная группа и посудная лавка, добытая чекотами - десятка четыре разнокалиберных посудин, в основном стандартные торговцы ОДГ и "углы". С дальнего конца станционной цепи ещё постреливали, но вблизи не осталосиха ни одного боеспособного одгорозка. Вслуху этого корабли могли относительно спокойно грузиться трофейным спудуглем... Относительно, потому как качество его было так себе, а погрузочные механизмы оставляли желать намного лучшего. К причалам топливки встали Рыкот, Гузлинъ и две уключины, и командам предстояло в основном своими силами накидать горючки.

Грызи и прочие звери, оказавшиеся на плавстанции ОДГ, офигевали от количества всяких ритуальных фенечек, повешеных на любую поверхность этих сооружений - от этого станция походила на барахолку. В то же время, там не было самых элементарных приспособлений для облегчения труда или удобства, что вообще характерно для одгорозков. По сути вся огромная станция представляла из себя "ромашку" из понтонов, на которых практически больше ничего не имелосиха. Шаракалы просто черпали плавучие куски спуда длинными вёслами, вытаскивали на сухую площадь, и далее перерабатывали, избивая лапными молотками и кирками. Вслуху этого, куча готовой продукции, тупо наваленая на площадь понтонов, была не такая уж большая - но, для флота пока что хватит, если забрать под ноль.

- Уголёк дерьмище, - с научной точностью цокнул Скисорь, тягая тележку.

- Да не знаю, на вид вроде ничего, - пожала ушами Катерпилариса, тягавшая ту же тележку.

- Да ну? - заржал грызь, и достал кусок спудугля, - Вот куний, сравни-ка.

Кусок спудугля из тех, что добывали на своей топливке куницы у берегов Межспудья, был гораздо чернее, и на его фоне сдешний материал казался серым, как оно и было в натуре.

- Пух мой пух, - пробормотала Катя, - Повезёт на такой пухне дойти куда надо...

- Возможно, у них есть специальные станции для военных судов, - размыслил грызь, - Если бы уключины топились этим, они бы вообще никогда никуда не доходили.

- Или это вообще не спудуголь, - скатилась в смех грызуниха.

На башне Рыкота, куда она постоянно послухивала, замигал красный огонь.

Оу, - цокнула Катя, - Скис, йа бы ещё потрясла тут, но охламоны зовут, не справляются.

- Да ты и так потрясла, - пихнул её в пушной бок Скисорь.

Грызуниха убежала - бегом! - на корабль, а грызю пришлосиха далее тягать телегу в одну морду, что впрочем нисколько его не тяготило. Занимаясь этим делом, он мог обозревать повреждённый борт судна, который получил минимум три торпедных попадания. С борта или вблизи этого не увидеть, а чуть издали сразу отмечались окружности, по которым прошла ударная волна, деформируя корпус. В центре каждой из трёх окружностей чернела пробоина, где конструкции оказались разрушены и опалены огнём. Даже на длинном корпусе корабля эти раны выслушили весьма заметно, так что Скисорь поёжился всей белкой и подумал, что легко отделались.

Катерпилариса же взлетела на борт и далее на башню, как обычно, словно белка на ёлку, только рыжий хвост мелькал по переходам. Стоило поспешить, потому как могла быть и боевая тревога - однако, судя по спокойному цоканью и звуку трясущихся ушей, пока была не боевая.

- В чём песок? - осведомилась грызуниха, плюхаясь на табурет и быстро открывая флягу с чаем.

- Разведка, - фыркнул Хем, потерев уши, - Часа через четыре тут будут три уключины и четыре десятка катеров.

- Это было вполне ожидаемо, - сообщила Катя, - Вы же не думали, что одгорозки будут сидеть на...

Грызи покатилсь в смех, потому как она хотела цокнуть "на хвостах", а у одгорозков нет хвостов.

- ... на огузках, и наблюдать, как мы их ощипываем?

- Нет, но Раждак с Ратикой цокали нам в своё время, - мотнул ухом Хем, - Они считали, что одгорозкам потребуется довольно много времени, чтобы организовать контратаку.

- Как слышно, рассчёт не оправдался.

- Скорее, одгорозки просто двинули вперёд не настолько большую группу, как думали наши.

- Но они уже должны были прочухать, что происходит, - заметила грызуниха, - Вплане тактики и возможностей наших скуператоров и штурмлодок.

- Есть надежда, что не до конца, - хмыкнул Хем, - Вполне возможно, что они думают, будто уключины взбунтовались и перешли на нашу сторону сами... или ещё какую фигню. Это же одгорозки, в конце концов.

- Но лучше надеяться на худшее, - заметила Катя, - Воизбежание. Сало быть, три уключины?

- Да. Одна, ещё одна, и ещё одна, три.

- Теперь понятно. Значит, можем ударить их комбинированым штурмом из наших лодок и чекотов, и окучить.

- У нас пять лодок, - напомнил грызь, - И ты собираешься окучивать эт-самое?

- А что ты предлагаешь? - фыркнула Катя, - С бортовыми восемьдесят восьмыми спудпехи справятся, но пулять из главного калибра будет почти бесполезно, потому как это специфическое орудие и нужны знания и натасканность, чтобы хоть как-то его использовать. А без главного калибра утопить "ключи" будет почти невозможно, поэтому придётся окучивать.

- Чекотовские цокают, что у них тоже не самое лучшее состояние, - потёр уши грызь, - Всмысле, спудяки сомневаются, следует ли вообще устраивать бой, или правильнее будет утечь. Команды всё время занимались восстановлением боеспособности кораблей, поэтому у пушного состава присутствует усталость.

- Значит, надо немедленно прекратить погрузку топлива, и дать зверям отдохнуть, - цокнула Катерпилариса, - И выводить флот к устью, само собой.

- Опять к устью? - хмыкнул Хенс, ввалившись в отсек, - Думаешь, и второй раз прокатит?

- Посидите, - цокнул Хем, - Йа не в том плане, что эт-самое, но вы учитываете, что там не только три уключины?

- Ну да, - почесал челюсть кошец, - Четыре десятка "углов" обычной модификации, получается эдак восемь десятков стволов. Больше в залпе, чем с уключин.

- Необходимо что? - сообщила Катя, - Правильно, отрезать катера от броненосцев и окучить по отдельности. У нас теперь есть свои уключины, которые отлично справятся с катерами.

- С четырьмя десятками?... Впрочем да, с четырьмя десятками.

- А если они не сделают глупостей? - прищурился Хенс, - Обмажут уключины мелочью, как гуся перьями?

- Тогда сложнее, но тоже терпимо, - цокнула Катя, - Мы ведь расслушивали такой вариант, помните? Это вообще был стандартный вариант, а очищеные уключины - это нам крупно повезло.

Тактики заворочали ушами, вороша мысли под ними. Каша рисовалась страшенная, потому как предстояло непосредственно в процессе чистить большие овощи от сорняков, сопровождающих их, и делать это под огнём одгорозков. Отрезать броненосцы дымом, чтобы они не смогли применять главные калибры, подвести свои уключины на небольшое расстояние, и макнуть все "углы"... И только потом начинать то, что делали прошлый раз, тобишь обвешивать цели штурмлодками. Прикинув всю картину в развитии, Катерпилариса сильно засомневалась. Имевшихся ресурсов вроде хватало, но только совершенно в обрез, что мимо пуха...

- Не совсем, - мотнул ухом Хем, - Не забывайте, что мы собираемся атаковать их по выходу из потока. Сало быть, вся толпа не сможет появиться сразу, вот вам и зацепка для лазанья.

- Это да, - кивнул Хенс, - Особенно несколько десятков катеров шиш быстро пройдут, им нужно держать дистанцию не меньше, чем тяжёлым судам. Есть шанс успеть обработать их по отдельности, чо.

С катерами это был известный факт, большая группа не могла идти по потоку борт к борту, потому как корабли побило бы друг об друга. В частности для этого делались несушки, способные разом вытащить из потока кучу катеров и выпустить их на открытую воду.

- Это будет довольно тупо со стороны одгорозков, лезть в такую ловушку, - заметил Хем.

- Тупо поклоняться двойным гвоздям, - засмеялась Катя, - Так что, это в рамках. Кроме того, они могут не успеть получить данные по нашей группе.

- Да не, данные-то они получат, - поправил Хенс, - Но могут недооценить боеспособность уключин.

- Ну что, впесок? - уточнила грызуниха.

- Впесок, - подтвердили остальные.

Тактики разбрыливали быстро, буквально за две минуты, так что сразу после этого была прекращена погрузка топлива, команды возвращались на корабли и по возможности отдыхали, а сами суда отходили от топливной станции и тянулись к устью южного потока, причём все, какие имелись - чекоты, "язи" поддержки, две уключины, и вся посудная лавка, добытая чекотами. Прикрывать их от возможных атак с другой стороны будет некому, так что лучше поставить за боевой группой сзади. Кроме того, даже тупые торговые калоши пригодятся на случай подбирать спудяков из воды, абы они в ней окажутся, на самый крайняк их можно использовать для тарана. Посудную лавку прикрывали также восемь штук "углов" - на них имелось только по два спудяка на каждом, но чтобы задействовать одну пушку, хватит.

Среди спудяков такой аврал не вызвал большой радости, потому как имелись те же сомнения, что и у тактиков. Однако же, ни один водитель корабля не отказался следовать общим курсом - а мог бы, при большом желании. Во флоту ГКС не имелосиха принудительного выполнения команд, и уж точно никто не обязывал чекотов следовать за Рыкотом. Зато там имелась традиция думать головами, а головы подсказывали, что если Рыкот уже окучил три уключины, то и ещё три окучит, тем более имея весомую поддержку. Идея уйти от флота среди растревоженного улья одгорозков была крайне плохая, так что даже те спудяки, кто не горел желанием ввязываться в новый бой, теперь ввязывались.

Длинная вереница разномастных кораблей прошла вдоль покоцаных и местами горящих плавстанций; чтобы полностью макнуть их, требовалось много боеприпасов, и это могло подождать. От крайней станции начал пуляться "угол", застрявший на полузатопленном причале; в ответ довольно лениво дали залпы ракетомёты с чекотов, у которых осталось больше всех снарядов. Накренённая станция получила ещё пару десятков попаданий, окутавшись дымом и пылью от разлетающегося спудилиумного "цемента", и стойкий одгорозок заткнулся. Флот разделялся на две части, чтобы удобнее заходить на цели с двух сторон, и становился на позицию возле устья. Предстояло отработать по старой схеме, хотя теперь и в больших объёмах.

Некоторые затруднения возникли у артиллеристов, потому как они не успевали ввести в строй все залповые установки, пришедшие в негодность после прошлого применения, а выпускать следовало ещё больше снарядов, чем прошлый раз. Вслуху этого предстояла весьма непопулярная операция, а именно - авральная перезарядка, когда нужно вытащить с погреба шерстьнадцать ракет по полусотне кило каждая, зарядить их в пусковые трубы и вкрутить взрыватели. По крайней мере, установки Рыкота для этого отлично подходили, так как погреб располагался под станком в бронированом стакане, поделённом на две части. В верхней распоагалосиха жЫлое помещение, из которого рассчёт наводил оружие, пользуясь перископом, в нижней - лежали рядами раки, тараща вверх "хвостики" стабилизаторов. Спудяк цеплял крючки за отверстия в стабилизаторах, и при помощи подъёмника другие хвосты вытаскивали снаряд наверх, к станку. Соль состояла в том, что снаряды подавались по узкой шахте, наглухо закрываемой, что снижало риск детонации погреба. Кроме того, между ним и станком находился отсек с бронированой крышей и ещё одна переборка, которая пол жылого отсека - это и спасло от полного погрызца, когда взрыв "томалая" своротил установку.

Грибодуру теперь предстояло вертеться, как белка в колесе, и ставить рекорды скорости по заряжанию другой залповой установки, так как егонова была разбита. Грызь находился не в лучшей форме из-за удара по тушке, но по крайней мере, вытаскивать раков с укладки сможет, тут особых усилий не нужно, а помощь значительная. Грызи же вообще цокали и мотали ушами, потому как знали, что корабль не получил практически никаких повреждений от уключин - все повреждения были получены при атаке соедкапитальских эсминин. Это выселяло пессимизьм, как они выражались - выселяло просто на улицу, на мороз. Ну и ржали потом, естественно.

Также не особо просто шли дела у Линды, даже не учитывая, что она постоянно грызла когти, думая о том, что с котом. Среди ввереных ей куньих спудпехов выбыло больше половины, и хорошо ещё, что не все они выбыли в жмуриков. Это однако не прибавляло рвения остальным, и когда шаракалиха спросила, сколько есть добровольцев на штурм новых уключин, набралосиха далеко не так много, как требовал лось. Куни не то чтобы испугались, однако штурм уключины, когда они отстреливали одгороженых шаракалов в тёмных корридорах, ввёл их в шоковое состояние, из которого быстро не выйдешь. Линда чётко знала, что брать в дело следует только добровольцев... ну, или расходных шариков, так что и не подумала заставлять куньтяев. Пришлосиха мотать лодки между кораблями, собирая спудпехов из кошцев и грызей, чтобы заменить куней и набрать полный штурмовой отряд.

- Ну, теперь норм, - фыркнул Седаль, глядючи на то, как звери разбирают снаряжение.

- Да не, до норм далеко, - мотнула мордой Линда, - Сейчас нам надо за два часа запомнить, кто за кем идёт и как действовать. Кашица получится...

Серый кунь повёл ушами, потому как по всем идеям, это он должен был так сказать, а не шаракалиха.

- Сед, а ты вообще какого рожна туда лезешь? - спросила серая, - На подвиги потянуло?

- Ну, хвост-то трясётся, - без тени сомнений сообщил кунь, - Но я ведь из Кунки, если что.

Линда кивнула, потому как помнила, что в Кунке именно одгорозки учинили безобразную резню, когда пострадало допуха совершенно непричастных зверей. Как и всегда в подобных случаях, это выходило им большим боком, потому как они получили десятки тысяч идейных врагов, готовых перегрызть им глотки. А если есть большая тяга, так и возможности найдутся, типа как сейчас.

- Хвост хвостом, - хмыкнула шаракалиха, - А фигарил ты всё время в головы. А не как некоторые, куда попало.

- Натаскивали, - пожал плечами кунь, - Десять лет в войсках.

Оба зверя поёжились, припоминая, что получалосиха, если пулять в шаракала "куда попало". А получалась совершенно бешеная зверюга, от которой следовало уже бежать, чтобы не превращаться в отбивную. Благо, укуреные горчичным дымом одгорозки плохо соображали, куда именно бежать, и всё время попадали под огонь или гранаты. Вздохнувши по поводу неизбежной кашицы, каковая была упомянута, Линда пошла взять моток белой ленты. По одной ленте на хвост - в прямом смысле, на хвост! - будет первая группа, по две - вторая, и так далее, известное дело.

Средь бела дня, а точнее за пару часов после обеда, началосиха таки. На небе мотылялись белые облака, создавая иногда тень, солнце висело ещё высоко, равномерно поливая светом всё окно. Что было не точно в пух, так это довольно сильный ветер, который затруднит постановку дымовых завес, и придётся более рассчитывать на прямые попадания, а не на огонь по площадям. Флот, занимавший позицию по обе стороны от устья потока, делился на две группы: вторую и третью, смеха ради... кхм! В одну входили Рыкот, Гузлинъ и чекоты, и они должны были окучивать "ключей", загоняя их в плотные дымовые облака и не давая прицельно стрелять. Вторая группа состояла из трофейных уключин в количестве две штуки и четырёх броненосцев типа "Котёмкинъ", каковые поддерживали чекотов в их операциях. Благодаря тому, что спудяки держали себя в лапах и не расстреляли весь боезапас по станциям, теперь они могли расстреливать его по "углам". Броненосцам ставилась понятная задача - немедленно по выходу из потока "углов" уничтожить их, чтобы не мешали окучивать уключины.

Расклад получался вполне приемлемый, потому как броненосцы против катеров действовали наиболее успешно. Что цокать, если восемьдесят восьмая, имевшаяся на "угле" в количестве от двух до четырёх, никак не пробивала броню "Котёмкина" или "ключа". На каждый броненосец таким образом приходилосиха менее десятка бронекатеров, и у них имелись все возможности справиться. Выкидывать такие номера с соедкапитальским флотом было бы куда как сложнее, потому как ихние катера почти все имели и артиллерийское, и торпедное вооружение - но это были одгорозки, плохо дружившие с торпедами вслуху относительной сложности.

Спудяки испытали время довольно нервного ожидания, когда пошла приливная волна из потока, потому как можно лишь примерно рассчитать, когда вылезет первый корабль - ведь неизвестно, ломанулся он в поток сразу, или неспеша, или вообще умышленно подождал. Из ущелья изливались громадные объёмы воды, повышая её уровень в окне на некоторые сантиметры, а флот грёб носами в стенку против течения, стоя таким образом на месте. На кораблях заранее кочегарили на полную, повышая давление в котлах до максимума, чтобы потом иметь возможность закрыть выброс дыма и идти на запасе кипятка. Рыкот дымил особенно нещадно, заряжая резервуары штурмлодок - даже когда их осталосиха пять, это требовало изрядных затрат топлива.

Грызи при этом не то чтобы не особо волновались, а вообще не утруждали себя этим, потому как им было чем заняться. Дл этого у любого грызя были две вещи: собственная шкура и чай, так что можно вспушиться, и испить... а потом опять вспушиться. Так что, ресурс тут был очень большой, и Скисорь с Грибодуром таки использовали его на сто пухов. Тесная бронированая башня заполнялась пока не пороховым дымом, а хвойным запахом от заварки, помещаемой в кружки.

- Не, ну пока идёт просто точно в пух, - цокнул Ратыш, заряжающий р-башни.

- А ты в голову пей, тогда не будет идти в пух, - посоветовал Курень, и грызи прокатились по смеху.

- Йа имел вслуху отлов уключин, - уточнил грызь, - У них пока вообще нет противогазов для защиты от горчицы, которую используют штурмовики. А это практически полная гарантия успешного зОхвата.

- Когда-нибудь они появятся, - почесал уши Скисорь, хлебая горячий чай.

- Несомненно, - кивнул Ратыш, - Но к тому времени, возможно, у одгорозков не останется уключин.

- Прибыль наморду, - вспушился Курень.

- По большому счёту, да, - цокнул Скисорь, - Вы знаете, что первоначальный план состоял в том, чтобы протроллить соедкапиталы и напустить их на одгорозков? А теперь дело начинает попахивать тем, чтобы мы в одну морду их растрепали. Если кротолы не пошевелятся в ближайшее время, так и будет.

- Было бы в пух, - правдиво цокнул Ратыш, - Хотя, если выгнать одгорозков из спуда, на их земле начнётся ещё более лютое втирание в мозги двойных гвоздей, что мимо пуха.

- Более лютое уже некуда, - хмыкнул Скис, - Поэтому гвозди вполне могут сломаться, не выдержав такого давления. Это уже дело агентурной работы, чтобы потом доломать их.

- Ты так заботишься о шариках? - хихикнул Курень.

- Ну, а почему бы не позаботиться о шариках? - пожал ушами Ратыш, - Да и шаракалихи такие симпатичные самки, хоть и клыкастые гусыни, так что и.

- И, - согласились остальные, припомнив Линду.

В это время Катерпилариса слегка мотала ушами туда-сюда, ожидая, когда наконец уключины соизволят вынести свои тушки из потока. Хем так вообще хрючил, заметно всхрапывая. Непривычных к повадкам грызей тут не имелосиха, так что кошцы не обращали внимания. По ходу шерсти, делом занимался пока только Слафра, контролируя ход судна и периодически выкрикивая команды в звуковые трубы. Хенс, чёрно-белый кот, посматривал на гладь воды с полнейшей философичностью, ровно также, как это делают бессловесные коты, сидючи на подоконниках и заборах. Этот был укошачен опытом достаточно, чтобы не иметь никакого волнения вообще. Грызуниха же слегка волновалась, потому как знала, что косяки в таком деле приводят к перерасходу зверей, что крайне мимо пуха...

- Пааехали! - сообщил Слафра.

Катерпилариса повернула перископ на поток и убедилась, что оттуда вывалилась первая уключина - точно такая же, как все остальные, пух в пух. Одгорозок не стал делать никаких глупостей типа попыток немедленно начать палить из главного калибра или метаться поперёк течения. Ясное дело, что шаракалы знали, что возле устья потока стоит флот, но опять не учли его возможностей. Для них не составило бы никакого труда подождать с другой стороны потока, получить подкрепление, и далее по всем правилам стратегии - но в ОДГ главными правилами были двойные гвозди, которые требовали немедленно устроить мясорубку с неверными. Вслуху этого три броненосца сейчас выходили в Мутную Гудь один за другим, предоставляя работу для скуператоров.

Сдесь требовалосиха точно маневрировать, причём не на стоящей воде, а на быстром течении из потока. Кораблю следовало оказаться на нужной дистанции от цели, при этом не приближаясь к другим целям, откуда могли бы полететь подарки. Вслуху большой критичности этого вопроса, Катя, Хенс и Хем навели по перископу на каждую уключину, и постоянно контролировали расстояние и взаимные скорости, чтобы давать данные Слафре. Остальные скуператоры ориентировались в маневрах на Рыкота, и косячить было нельзя вообще.

- Сто шесть, идёт параллельно, - цокнула Катя.

- Восемьдесят три, две кисти к нам, - сообщил Хенс.

- Семьдесят два, три кисти к нам, - хихикнул Хем, - Кто больше?

- Пух в ушах больше! На расстоянии пятьдесят даём дым.

Скуператоры занимались уключинами, заходя к ним с флангов и двигаясь примерно параллельно, так как их всех тащило течением. Чёрные низкие туши броненосцев, извергающие столбы чёрного дыма, медленно перемещались по слегка взволнованой воде - картина была уже известна, только теперь таких тунцов было три. В то же время, вслед за большими тушами из потока начали выходить бронекатера "угол", державшие минимальную дистанцию. На их перехват полным ходом пошли корабли боевой группы, и тут опять-таки следовало не ошибиться с маневром, чтобы не подставляться под главные калибры и не упустить свои цели из зоны обстрела. В отличие от "ключей", одгорозки на катерах оказались куда как менее подготовленными, чтобы вывалить их потока и увидеть десятки вражеских судов. "Углы" пошли вразнобой, кто куда и как пух на уши положит, даже не пытаясь сомкнуть строй. Впереди они попадали под две захваченые уключины, повёрнутые бортами, а с флангов поджимали "Котёмкины", сужая кольцо.

Уключина, на которую шёл Рыкот, повернулась как раз к нему носом, и прежде чем успела встать дымовая завеса, выдал полный залп с башен. Издали казалосиха, что он весь взорвался, настолько огромные огненные тучи выбрасывали орудия огроменного калибра, стоящие в его башнях.

- Держаться!! - как обычно вовремя крикнул Хенс, и все пригнули головы.

Этого никто особо не видел, но здоровенный снаряд, как бочка с огненным хвостом, пролетел над кораблём, выбив кусок из дымовой трубы и тем скособочив её. Второй снаряд попал более точно, что ощутили все спудяки, когда пол вылетел из-под ног, а в ушах зазвенело. Первое, что стало слышно, когда уши отпустило - это шум воды, тонны которой падали сверху на корабль, обливая его, словно он проходил под водопадом.

- Куда попало? - осведомился Слафра, глянул на грызей и поправился, - В какую часть корабля?

- В левую переднюю скулу, - цокнул Хем, метнувшись между амбразурами и позырив, - Удача, чо. Там кроме топливных бункеров, ничего нету.

Катерпилариса очень хотела позырить, но она следила за расползанием дымовой завесы, и когда та стала достаточно плотной, крикнула в трубу

- Лодки, пух в ушах и гусь в уключине, пуск!!

Из серой пелены дыма летели светящиеся точки восемьдесят восьмых снарядов, но толку от этого не имелосиха, кроме как создания красочных эффектов и столбов воды. В штурмлодку попасть нереально, а Рыкоту такой калибр попуху. Снаряды то и дело рвались на броне, слегка проминая листы и делая небольшие дырки, но это была натурально слону дробина, не доставлявшая даже особых неудобств.

- Шмаляют разрывными, - заметил Хем, теребя заложеное ухо, - Прочухали, что болванки не берут?

- Или просто у них кончились болванки, - пожал плечами Хенс.

- У нас нос слегка горит, - сообщил Хем, - Слаф, если можно, разворачивайся так, чтобы нас не крыло этим дымом.

- Понял, учту, - мявкнул Слафра, глянув в амбразуру.

Как и цокнул грызь, снаряд с уключины разворотил один из топливных бункеров и сильно измял поплавки. Впрочем, это натурально было лучшее место для попадания, потому как вся мощь взрыва тратилась на раскидывание тонн спудугля и деформацию толщенных броневых плит. Вслуху этого повреждения не добрались до отсеков р-башен и машинного отделения, что в пух. Правда, теперь из искорёженых пробоин на скуле корабля валил дым с несильным пламенем, потому как загорелся разбросаный спудуголь. Без поддува да на открытом месте гореть как следует он не будет, но дым создаст, а чтобы затушить, нужно выводить спудяков из-под брони на палубу. А это лучше делать после боя, а не когда корабль посыпают снарядами, как батон мукой.

Сидящий в своей башне Скисорь привалился к звуковой трубе, как он это всегда делал, если не стрелял, и в итоге услышал оттуда

- Первый есть, лодки на месте. Дым по второму!

- Песок на месте, - цокнул себе под нос Скисорь и похихикал, одновременно разворачивая башню в указанном направлении.

Штурмлодки успешно взяли своего тунца, теперь следовало поддерживать чекотов, шедших на остальных. Соль состояла в том, что чекот по скорости отставал от лодки раз в пять, и соответственно, держать цель в дыму приходилосиха гораздо дольше. К тому же, довольно сильный ветер мешал ставить завесы, снося серые тучи в сторону, и башни с установками снова выпускали снаряды со спецначинкой.

- Опоследованные! - предупредил Ратыш, отправляя в затвор реактивные снаряды.

- Ничего, в ушах уже пух! - заверил Скисорь.

Последние эр-эсы с горчицей пошли по уключине, чтобы как можно больше облегчить задачу штурмовикам. Грызь тут выцеливал особо неспеша, потому как куда спешить, если нечем перезаряжать. Ракеты пошли по дуге, вычерчивая серые дымные следы в небе, и обе клюнули точно по цели.

- Воздуху! - потребовал Скис, задерживая дыхание.

Чтобы работать точнее, он не надевал противогаз, а после выстрела спецснаряда из затвора валил дым, напитаный горчицей в достаточной степени, чтобы вызвать долгий кашель и выделение слёз из яблок. Курень повернул рычаг, давая в башню сжатого воздуху, каковой выдул дым наружу - теперь можно дышать, более-менее.

- Фуги давай! - цокнул Скисорь, и не думая складывать лапы.

- Тампон, скальпель, огурец, - заржал Ратыш, тягая снаряд.

"Углы" нестройной толпой наваливались на несвои уключины, при этом с катеров постоянно летели светящиеся точки снарядов. На небольшом расстоянии да в такую тушу было сложно промазать, но толку от попаданий случалосиха крайне мало, болванки отскакивали, а фугасы рвались, не причиняя никакого вреда. "Ключи" отвечали медленно, потому как у них было только по одному спудяку на каждое бортовое орудие, зато и орудий имелосиха два десятка. Все эти "грабли" фигарили не как попало, а точно по выбраной цели и по очереди, так что выбраный катер засыпало градом точно выпущеных подарков, и после первого же залпа он приходил в полную негодность. За этим некогда было наблюдать самим стрелкам, но с Рыкота в оптику хорошо различалосиха, как снаряды рвут в клочья надстройки и борта "углов", сносят орудийные башни, мачты и трубы.

Как и предполагали сначала крысторожные грызи, среди четырёх десятков катеров ОДГ, что сопровождали броненосцы, оказалосиха по меньшей мере шесть новых "углов", вооружённых в том числе торпедами. Такой песок мог представлять угрозу для больших кораблей, но это в том случае, если бы одгорозки действовали согласованно - а тут и речи об этом не было, так что почти все они попёрлись на "ключи", предоставляя "Котёмкиным" расстреливать их с обеих сторон. Возможно, одгорозки считали, что те не осилят стрельбу по перпендикулярно идущей цели, но они ошибались. С каждого из броненосцев ГКС работали по четыре тяжёлых ракетомёта, и одной чушки было предостаточно, чтобы макнуть "угол". Вслуху всех этих опций, собраных в одно место и время, группа бронекатеров попала как куры в ощип, не получив возможности использовать торпеды. Пока штурмовики зачищали уключины, шестёрка броненосцев макнула большую часть этой группы; оставшиеся в количестве около дюжины сумели пройти вдоль стенки и уматывали, не обращая внимание на происходящее.

Собственно, от всей группы ОДГ только и осталосиха, что эти умотавшие "углы". Остальные отправились на дно, а все три уключины, как оно и предполагалосиха, окучили штурмовики. Из флота ГКС больше всего досталось чекотам, вынужденым штурмовать уключины, а ведь они не были на это рассчитаны. Прицепившийся клешнями чекот был гораздо длиннее штурмлодки, отчего бортовая батарея могла расстреливать его хвостовую часть. Это не могло помочь избавиться от штурмовиков, потому как те лезли как раз с передней части, однако задало прорву ремонта. У пяти кораблей из семи, задействованых в операции, были разбиты в разной степени задние поплавки, а два получили к тому же большие повреждения передних поплавков и не смогли добраться до целей.

Это однако были сущие мелочи в сравнении с полученой Прибылью, и тактики не скрывали своей радости по поводу того, что удалосиха так легко отделаться. Потери спудяков на чекотах были небольшие, а сами корабли нет особой проблемы отремонтировать. Проблемы всегда возникали с ремонтом капитальных кораблей типа броненосцев, а из них ни один не получил никаких серьёзных повреждений. Теперь во флоту имелосиха аж пять "ключей" - с такой прорвой пушек можно хоть на Морволк снова идти. Само собой, глупостей тут никто делать не стал, и сразу после того, как закончилась оперативная ликвидация последствий боя, флот двинулся в направлении границ владений ОДГ, в сторону Межспудья.

Скисорю и Кате пришлосиха ещё тушить огонь на собственном корабле, чтобы не ждать, пока сгорят тонны спудугля в разбитом носовом отсеке. Грибодур с ними не побежал, потому как на пожаре нужна повышеная сноровка, а у него таковой пока не наблюдалосиха, и грызь пошёл себе допивать чай. "Допил-таки" - подумал он, хлебая жидкость. Собственно, трудно с этим поспорить - если бы снаряд прилетел куда не надо, пух чего допьёшь. Хлебая чаи, грызь таращился в открытое уже окно на флот, дымивший из десятков труб и разворачивающийся в походное положение. Даже полузатопленые чекоты можно утащить уключинами, почти не теряя в скорости, и возвращать им мобильность прямо на ходу, пользуясь возможностями "язей". Как слышно, спудяки не собирались давать одгорозкам никаких возможностей для нанесения ответного ущерба, и это внушало.

В городе Фальшингтон, столице соединённых капиталов, где-то в районе центра находился Бледный Дом, как называли резиденцию правительства - огромное, фантастически унылое здание действительно бледного белого цвета, увенчаное пологим куполом с пумпоном, напоминавшим точь в точь шляпку бледной поганки. Соль состояла в том, что правительство соедкапиталов никто не выбирал, а правительством много лет назад стала корпорация, задавившая всех конкурентов; эта фирма изначально специализировалась на отраве для тараканов и клопов, в ознаменование чего бледная поганка была на гербе фирмы, а на флаге соедкапиталов было пятьдесят маленьких поганок, обозначавших отдельные капиталы из соединённых. По этой причине гигантская бледнятина нависала и над Фальшингтоном, устроившись на крыше дома правительства.

Если бы кротолики не имели плотной чёрной шубы, то многие из них тоже имели бы бледный вид, когда им пришлось докладывать президенту Гушу о ситуации, сложившейся в спуду. Особенно нервничал военный министр, третий за последний год. Предыдущие полетели со своих кресел после того, как неизвестный флот учинил погром морских коммуникаций у Странглефорнии, обрушив всю экономику региона, и нанёс большой ущерб базе в Морволке. Со временем соедкапитальцы уверились, что это был флот ГКС, а никакие не адепты тройных гвоздей - однако, время поднимать вой было упущено. У кротоликов очень короткая память, и электорат никак не отреагирует на вброс по теме годичной давности.

- Также разведка докладывает, - продолжал генерал, почёсывая толстый бок, - Что в порт Печкин в Межспудье, подконтрольный про-беличьим сепаратистам из куниц, прибыло огромное количество судов, захваченых у ОДГ.

- Сколько? - скучающе уточнил шаракал, советник президента по обороне... ну как по обороне, в основном по нападениям, если точнее.

- Сто десять единиц, - выдавил генерал, тяжело сглотнув.

Кротолики и шаракал округлили глаза - это было совсем не то, что они ожидали услышать.

- Продолжайте, - повёл пятачком президент.

- Из них... шесть броненосцев типа "ключ", бронекатеров "угол" - тридцать пять, транспортов тяжёлых - тринадцать, танкеров - восемь, остальные - стандартные торговые катера ОДГ.

- Холу фуск! - грохнул кулаком по столу шаракал, - Они не только захватили пять окон, но и ухитрились захватить в целости такую прорву кораблей! Как это возможно?!

- Наши эксперты говорят, - с пафосом сообщил министр, - Что это возможно из-за специального оборудования кораблей ГКС, действующих в этом районе.

- Асс, - прошипел Гуш, - У них есть такие технологии?!

- Есть, и мы уже встречались с ними, - сглотнув, сообщил министр. - Те корабли, которые захватывали торговые суда у наших берегов, это они и есть.

Кротолик перелистнул бумагу на большой доске, открыв схему корабля с подписью "предполагаемый абордажный корабль флота ГКС". Само собой, это был чекот собственной персоной.

- Но они захватывали торговые суда! - зарычал шаракал, - И ударили по базе, чтобы избегать встреч с военными. А там они ловят "ключей", как бычков в пруду!

- Вероятнее всего, операция у Странглефорнии была пробной...

- Хрена себе "пробной"! - не удержался Гуш, - Там пропало больше сотни кораблей, мистер!

- Как бы там ни было, против ОДГ они задействовали гораздо более мощные корабли, - кротолик перевернул лист на схему Рыкота, составленную по внешним описаниям, - И по результатам совершенно ясно, что такие уже могут действовать против военных кораблей.

- Грызуны начали войну против Ордена, - задумался президент, - Не будет ли это удачным моментом, чтобы что-нибудь оттяпать у них? Невзначай вернуть Канавию, например...

- К сожалению, не могу порадовать, - мотнул головой министр, - Все флоты ГКС находятся на прежних позициях...

- Все?

- Все. Даже новые корабли и те, что возвращаются с ремонта, идут обратно в свои места базирования. Флот ГКС щиплет ОДГ одними только спецсилами, - вздохнул кротолик, - Следовательно, они практически не ослабляют другие направления. Атаковать их будет ничуть не проще, чем ранее.

- Но вы же понимаете, что мы не можем сидеть и смотреть на это, сложа лапы! У чёртова ГКС больше земли, чем у всех соединённых капиталов, а если они подомнут под себя и шаракалов, это будет совсем плохо. Мы можем опередить этих негодяев, и высадиться на земли ОДГ?

- Это мы можем, - кивнул министр, - Это будет не так просто, но всё же... У ОДГ не особо хорошо оснащённый, но весьма многочисленный спудный флот, и даже совместными усилиями сразу его не ликвидировать.

- Совместными... - фыркнул Гуш, похрюкивая, - А что ваша база в Межспудье, они не могут помешать этим подлецам?

- К сожалению, это вряд ли удастся, учитывая наличие шести "ключей" в непосредственной близости. Похоже, они всё просчитали достаточно точно.

- Отвратительно... Скоро выборы, мы сможем подгадать так, чтобы кампания не вызвала обвала рейтинга?

- Разумеется, сэр, не первый раз поди.

- Охей... Гес, как с жабьём?

- Жабы поддержат, - с уверенностью кивнул шаракал, - Союз наверняка подбивает их к тому же, так что они не откажутся отхватить куски от ОДГ. К тому же, сэр, эта история с захвачеными самками на кораблях ОДГ... Если сыграть правильно, кампания пойдёт только на пользу рейтингу, по крайней мере, если удастся избежать серьёзных проблем.

Президент взял на себя труд поднять огузок с кресла, упёрся лапами в стол и обвёл остальных животных маленькими глазками, после чего изрёк с тонной пафоса:

- Кроспода и сэры! Пока прошу вас не поднимать ненужной шумихи, однако же скорее всего, мы начинаем войну.

Лишь после того, как Рыкот встал к причалу в Печкине, грызи явственно почувствовали большую усталость, накопившуюся за время похода на уключины. Вслуху этого, имея все возможности, звери были отправлены в лагерь на берегу, отсурковываться, а судно принял технический экипаж, на всякий случай и продолжать ремонт. Если грызи и кошцы вполне себе хрючили, то сам корабль выглядел весьма побито, особенно левый борт, где имелись минимум три здоровенные пробоины. С другой стороны, все эти повреждения мало влияли на функциональность - немного убавился ход и не действовала одна штурмлодка, но в остальном Рыкот был готов грести, как новый. Впрочем, ремонтники всё равно уделили больше всего внимания именно этому судну, чтобы эт-самое.

Печкин же представлял из себя огромную посудную лавку - вдоль всего песчаного пляжа, который тянулся на север от бухты, стояли посуды, привязаные к наскоро вколоченым сваям. По краям всё это добрище охраняли шесть "ключей", недвусмысленно чернея на воде прямоугольными тушами. На берегу происходило более чем активное копошение зверей, потому как куницы строили дополнительные причалы, чтобы обслуживать корабли, и справиться быстро им не особо светило вслуху объёмов. Впрочем, посуды могли стоять на приколе хоть до посинения, ничего с ними не будет. Согласно данным разведки, соедкапитальские корабли ушли из Кунки, чтобы присоединиться к своим для ощипа одгорозков, и теперь не угрожали Печкину. Сами одгорозки также вряд ли могли дотянуться сюда, так как начиналосиха давление со всех сторон разом.

В частности, по всем ушам с весьма радостным настроением разносилась весть, что жабцы вторглись в одно из окон ОДГ и взяли его. Само собой, это было не просто окно, а Лужанка, большое по диаметру и при этом очень мелкое, имевшее огромные заросли спудосоки. Что там цокать, запасы спудосоки там были бесконечные, применительно к практике, и жабцы не собирались отказываться от халявы, раз ею запахло. На выброшеный в мировой эфир стараниями Рыкота и компании запах халявы вообще появилосиха множество желающих оторвать куски от ОДГ - были замечены маневры флота лиситов и боярышей, собирали боевые группы и отдельные корпорации, работавшие в спуду. Кто-то намеревался сильно взгреть лапы, захватывая корабли и станции, кто-то просто хотел убрать одгорозков, чтобы они не мешали работать в дальнейшем. Короче цокнуть, волна оказалась поднята.

Что же до Катерпиларисы, Скисоря и Грибодура, так они катались по смеху так, как пожалуй ещё никогда ранее. Полное осознание того, что все снаряды пролетели мимо, свалилось на уши и заставило ржать аки кони в течении нескольких суток. После отсурковывания они бы и шмыгнули в лесок, что примыкал к порту, прополоскать пух, но не стали этого делать вслуху того, что такая куча грызей в одном леске это явный перебор. Кроме того, не было уверености на сто пухов, что вокруг не шарят соедкапитальские агенты из куниц, а бережёного как известно хвост бережёт.

- Ну что, пух-голова, - цокнула Катя, сидючи на скамейке и мотая хвостом, - Медицину проходил?

- Было, - кивнул Грибодур, - Цокнули, стоит ещё посмотреть за состоянием белки, но жЫть буду.

- Сало быть, лучше тебе эт-самое, - прямо цокнула грызуниха, - Не в пух проверять на боевом посту, всё ли в пух.

- Буэ, - фыркнул Гриб, теребя уши лапами, как белочь.

- Что буэ, подари бобра, что ещё вообще цокаешь, - хмыкнул Скисорь, - По кораблю немало кто уже не цокает и не мявкает.

- Да йа дарю бобра, чо, не жалко, - пожал ушами Грибодур.

- К тому же, может так статься песком, - цокнула Катя, - Что и мы соскочим.

- Кэ?

- Кэ. Йа имею вслуху, все соскочат, - пояснила она, - Сейчас снова выходить на ловлю тунцов нельзя, потому как нужно отремонировать кучу кораблей, а это впух долго. Пока будет происходить вся эта возня, одгорозков уже могут разорвать на куски, так что нам ничего не останется.

- Это и напрягает, что нам ничего не останется, - заржал Гриб. - Слишком жирные куски достанутся кротолам и жабью.

- В том, что куски достанутся жабью, нет ничего страшного. А кротолы не смогут использовать куски для усиления себя, у них с этим плохо. Как только запахнет большой халявой, они передерутся между собой, и как обычно, потратят больше, чем получат.

- Ладно, допустим, нет ничего плохого в том, что одгорозков порвём не мы, - рассудил Скисорь, - Однако лично мне крайне не хочется, чтобы на приспудную полосу шаракальской земли сели соедкапиталы.

- Это да, - мотнула ухом Катя, - Если они будут контролировать выход ОДГ в спуд, это будет мимо пуха.

- Вслуху чего? - не совсем вгрыз Грибодур.

- Вслуху того, что кротолы не будут освобождать шариков от дойных гвоздей, - пояснил Скис, - А будут снова раскармливать Орден, чтобы загребать жар его лапами.

- Ладно, подождём развития песка, - цокнула грызуниха, хрумая орехом, - Кротолы тоже ещё попотеют, чтобы подгрызть шариков достаточно.

- Да, без развития и песок не песок, - покатился по смеху Скисорь.

Грызи слухнули на надстройки Рыкота, слышимые над мачтами малых судов, и вспушились. Скорее всего, корабль предстояло возвращать в Канавию - или в Текфонск, где он и был построен, или в какой другой порт с мощным ремонтным заводом, способным исправить повреждения. Без сбитых ракетных установок можно обойтись, но вот ненадёжная работа паровой машины - совсем мимо пуха, так что придётся перебирать приводные механизмы.

Пока грызи вспушались и всё такое, не особо далеко от них продолжал работать большой госпиталь, развёрнутый силами Армии ГКС для приёма раненых из флота. При планировании операции звери не думали, что среди идущих на абордаж не будет раненых, поэтому теперь за небольшим леском на околице Печкина стоял лагерь из нескольких рядов больших основательных палаток, куда и доставляли зверей.

Что там поцокивать, если целая палатка-баррак была заполнена одними только невольницами, вынутыми из трюмов "ключей". Там были шаракалихи и кротолихи, но в конце концов, не сбрасывать же их за борт, как ненужное барахло. Многие так бы и сделали, но звери из ГКС знали, что так делать не стоит по многим причинам. Не следовало думать, что особождённые рабыни будут благодарны, особенно шаракалихи с начисто выбитыми мозгами. Однако среди них наверняка и найдётся кто-нибудь, чья благодарность с лихвой окупит затраты на лечение остальных животных. Вслуху этих соображений отделение и работало, а вслуху медицинских соображений - палатка стояла подальше от других и имела повышеный инфекционный карантин.

Почти все остальные отделения были хирургические, тобишь лечили от механических повреждений организма. Во флоту медицина работала вполне удовлетворительно, поэтому в большинстве случаев удавалосиха избегать каких-либо осложнений, связаных с инфекциями. Впрочем, тут нельзя прыгнуть выше ушей, и если уж зверю оторвало лапу взрывом гранаты - как минимум он останется без лапы, никто ещё не придумал, как справиться с задачей замены лап. По поводу лап невольно много мыслей издумал Драфи, потому как, судя по визуальным наблюдениям, одной у него не хватало. Конкретно той ноги, что оказалась наименее закрытой от взрыва снаряда, и которую, вероятно, ниже колена разнесло в куски осколками спудилуимной стали. Когда у кошца уменьшилось количество лап, он не помнил, потому как его постоянно поливали растительными препаратами, вгонявшими в бессознательное около-овощное состояние.

Возможно, какой другой кошец и впал бы в унынье - ясное дело, теперь по уключинам не побегаешь, да и собственно, вообще не побегаешь, дай пух если ходить удастся кое-как. Однако Драфи имел привычку думать головой, и поэтому прекрасно представлял себе такой вариант до того, как мордозрел его лично. С одной стороны, невезение, с другой - Хесп, тот бело-рыжий кошец, что сидел в штурмлодке рядом, вообще не мявкает. Кстати, частично закрыл своей тушкой - не специально, но всё же, стоит и подарить бобра, как цокают грызи. Да, грызи... как там Фира, подумал кошец, надо бы проведать пушную грызуниху, теперь для этого есть все возможности... далее он захихикал от получающейся картины - оторвать ногу, чтобы получить возможность съездить в Землянику.

Они с Фирой очень много чего сделали вместе в Межспудье, и не раз рисковали хвостами. И также не раз грызуниха вылапчала его, как и наоборот, так что кошец никак не мог забыть её. По ходу шерсти, они заложили основу для революции в Северокунье, причём практически вот так, на две морды. Драфи же просто хотелосиха погладить шёлковую шёрстку белки, пушные рыжие уши с разлапистыми кисточками, послушать её цоканье и смех. "Мягкая плюха!" - подумал кот, и рецидивно захихикал. Он например обожал свою шаракалиху, но та не была мягкой, и уж тем более плюхой - белки вызывали другое ощущение, чо.

Раскинуть мыслями по поводу белок и ощущений ему не дал прекрасно знакомый звук порыкивания, издаваемый Линдой. Драфи повернулся на кушетке, вытаращив глаз в нужную сторону, и обнаружил таки серую вместе с другой серой - вторая была серая кошциха Кшима, из северных народностей Канавии, отличавшихся сходством с барсами. Кшиму он знал ещё тогда, когда она заведовала медчастью на Гузлине, а теперь кошциха занималась ремонтом зверей на суше. У кота аж слёзы на яблоки навернулись, настолько он был рад видеть Линду живой и здоровой - а ведь к тому не было никаких гарантий! Шаракалиха улыбалась, оскаливая острые зубья, глядючи на него, и не говорила ничего лишнего, чем тоже была дорога сердцу.

- Ну, как ощущения по тушке? - осведомилась Кшима, потрогав нос кота подушечкой лапы, чтобы проверить температуру.

- Овощные, - прямо мявкнул Драфи, - Правда, болит довольно терпимо.

- А...эм, а? - клацнула пастью Линда, потому как врачиха стала листать бумажки на планшете.

- А, всмысле как кот в целом? - поняла та, - Думаю, куда лучше, чем могло бы быть. Был отёк в лёгком, и вот это совсем опасно для жизни. Сейчас уже нету, так что мявкать будет.

- Это я уже догадался, - хихикнул Драфи, - А что с ногой, Кшим?

- Ну, тут опять-таки лучше, чем могло быть, - мявкнула она, - Ампутировали чисто, сустав целый, так что можно будет поставить протез... ну деревяшку, проще мявкая.

- Йарр! - рыкнул Драфи, - Якорь мне в огузок. И крюк вместо лапы...

- Драф... - не удержалась захихикать Линда.

- Что? Драф доволен. Я боялся, только с костылём ковылять придётся. А с деревянной лапой спудяков полно плавают, и не разваливаются.

- Ну, плавать ты отложи на годок-другой, - хмыкнула Кшима, - Не всё так просто, учти, привыкать придётся довольно долго. Но если всё делать по шерсти, то да, подвижность будет вполне приемлемая.

- Дарю бобра! - мявкнул кошец, пожав лапку врачихи, - Вот такенного, жирного!

- Дари бобра этим, на Гузлине, - уточнила она, - Давай, отлёживайся, котофелина.

- Так точно, есть отлёживаться! - немедленно приступил Драфи.

Линда опустилась на пол возле кушетки, обняв котофелину, отчего произошло двухстороннее урчание, как обычно.

- Линда, поехали к моим? - предложил кошец, - Не прям сейчас, а в принципе.

- С удовольствием, Драф, - вполне правдиво ответила она, - Но, пока ты отлёживаешься... котофелина, я ещё могу поднатаскать куньтяев, это им пригодится.

- Это отлично, - оскалился бурый, - Да ты просто огурцом, чо.

- А, это да, - смущённо мотнула мордой шаракалиха, и достала из кармана значок "огурцом", скатив кошца в смех.

Знаки "огурцом" выдавались в ГКС за заслуги, соответствующие названию знака - ежели зверь проявлял большое рвение и достигал прорывных результатов в каком-либо деле. Имелись различия в "огурцах" за труд и за военное дело; у Линды был значок с чёрно-оранжевой лентой, военный. Эти "огурцы" давали определённые льготы в Союзе, но главное, что отмеченного знаком звери будут слушать с куда большим вниманием, чем остальных. Драфи был просто донельзя счастлив, хотя и остался без ноги, да и шаракалиха отнюдь не горевала.

Флот стоял в Печкине, постепенно восстанавливая боеспособность, и никуда не двигался в течении двух недель. Штаб считал, что на всякий случай не следует распылять силы, так как одгорозки были растревожены в крайней степени, и более чем вероятно их наступление. Не особо тяготясь тем, что возможно, придётся снова вступать в бой, спудяки отдыхали в лагерях на суше, лечились, и хаживали на корабль ремонтировать его, когда была Дурь. На этот раз ситуация уже была разогнана в нужном направлении и дальше катилась сама, докатившись до нужной точки. В то время как ясным солнечным днём Катерпилариса со Скисорем колымили на Рыкоте, забивая заклёпки в листовой металл, их оцокнул Грибодур. Хитрое выражение его морды, а также то, что он притащился сюда, намекали на событие.

- Ну, пух в ушах? - фыркнула Катя, чтобы грызь не затягивал.

- Вы ещё не слышали, - сдерживая ржач, цокнул Гриб, - Но атаки одгорозков не будет!

- Точно? - прищурился Скисорь.

- Сто пухов. Помните такое окошко, Мутная Гудь?

- Его забудешь, бррр...

- Так вот, в Мутной Гуди двое суток назад встретились флоты ОДГ и соедкапиталов. По всем данным, одгорозки потеряли не менее девяти "ключей"!

Катерпилариса и Скисорь переслухнулись, отставили молотки, и хлопнули друг друга по лапам. Ну и скатились в смех, естественно. Следует отметить, что хлопать по лапам им предстояло ещё несколько раз.

- Кротолы сумели взять только две уключины, остальные макнули, - продолжил Гриб, - Сами при этом потеряли несколько эсминин... ну там совсем точных данных нет, но примерно так. Короче цокая, весь стратегический резерв ОДГ уничтожен. Им теперь не до взрыгивания, а как бы удержать прибрежную полосу и основные окна.

- Это вообще в пух, - компетентно цокнула Катя, - Только вот, как они вообще взяли уключины?

- Предполагают, что с использовнием отравляющих газов, - пояснил грызь, - Потом просто высаживались с лодок, как овощи. Одгорозкам досталосиха, что уж цокнуть.

- Сами напрашивались, долго и настойчиво, - хмыкнул Скисорь, - Пойдёмте цокнем всем нашим, чо.

- А заклёпки?

- Впух заклёпки, всё равно в доке переделывать будут.

Через некоторое время обычный звук трясущихся ушей, поцокивание и помявкивание сменилосиха на такое же, но с ещё более высоким содержанием ржи, когда новость распространилась по ушам. Тут никому не требовалосиха расшифровывать, что означают такие новости - успешное завершение операции и возможность как следует восстановить силы. Как прополоскать пух для зверей, так и привести в полную годность истрёпанную матчасть. Пока одгорозки развлекались с кротолами, образовывалось много времени на подготовку дальнейших действий. Конечно, работу никто не побросал на радостях, однако сразу же началась корректировка планов, чтобы не делать лишнего.

После обеда, когда у грызей закончилась смена и они просто прогуливались вдоль гавани, любуясь на море и посудную лавку, они повстречали Линду и кота - но не бурого кота, потому как тот отлёживался в госпитале, а рыжего; оба ржали впокат ничуть не хуже грызей. Рыжим оказался Фелфи, тот спудпеховец, с которым они ещё как следует дали песка возле Странглефорнии, и который учавствовал в захвате первой уключины. После этого захвата он вплотную занялся тем, чтобы привести броненосец в боеспособное состояние, и сейчас провёл зверей по кораблю, показывая успехи.

"Ключ" уже даже не был чёрным, его покрасили в серо-синие разводы, кое-как маскирующие тушу на фоне воды. На мачте полоскался по ветру флаг северокуньского флота, потому как корабли предполагалосиха оставить в ведение куниц для защиты Межспудья, да и экипажи набрать больше не из кого. На борту перекрасили название, написав его на спудофене, а не шаракальской - "Аглибатт".

- Это название шаракальского города, - пояснил Фелфи, - Мы же ничего не имеем против шаракалов как таковых...

Кошец пихнул локтем Линду, и та захихикала, прикрывая лапой зубастую пасть.

- ...поэтому и не стали ничего выдумывать. Да и у одгорозков мозги скипят, если они увидят.

- Кроме того, точнёхонько подходит, - покатилась по смеху Катя, - На пинглише это значит "уродливая задница".

- Ну да, - проржавшись, подтвердил Фелфи, - А второй, вон он стоит, "Мувёрасс".

- Это ладно, - цокнул Скисорь, - А вот что вы сделали с пушками? Йа слышал, как отсюда снимали восемьдесят восьмые.

- Почти половину сняли, - кивнул кошец, - Нереально, чтобы столько огневых точек работали на этом корабле. Всмысле, Разеш, который кунь, сам предложил что? Снимаем пушки с одного борта, на их место кладём припасы. Ну, четыре штуки оставили для замены, итого - шерстьнадцать для оснащения сухопутных войск. Когда будет надо, развернёмся пушечным бортом. Тем более, кто об этом узнает... Ну, дурынды в башнях пока не трогали, в планах - замена на наши тяжёлые ракетомёты для увеличения дальности. Также устроили пост для принятия координат по стрельбе с внешнего источника, чтобы с нами не пошутили также, как мы с одгорозками. Оснащаем весь экипаж средствами защиты от газов... пока маски с маслом и мхом, когда подвезут - будут дыхприборы.

- На мой слух, всё равно громоздкая калоша, - пожал ушами Скисорь, - Лучше было бы продать их жабью, а на эти средства построить кораблей больше и эффективнее.

- Так и планируется, - подтвердил Фелфи, - Но на это нужно время, а пока пусть купаются возле Межспудья и охраняют его, для этого они сойдут.

- Ладно, пусть купаются, - милостиво разрешили грызи, и опять катнулись в смех.

Однако смех с мехом, а зверей начинало всё сильнее тащить домой. До этого, окунутые с ушами в возню, они не замечали этого, но теперь, слыша более чем ясные перспективы, начинали сучить лапами и мотать ушами от нетерпения. Главные слова по этому поводу всё же должен был сказать штаб, как оно будет более в пух - отваливаться сейчас, или ещё подождать у моря песка. Вслуху этих опций, Катерпилариса слегка елозила хвостом, направляясь на совещание - она уж знала, какие могут повылезать новости, хоть не грызи. Штаб по прежнему располагался в старых штольнях, защищённый скальными породами, но ради перецокивания пуши просто собирались где-нибудь в условленном месте в порту, чтобы не таскаться лишний раз. Таким образом грызуниха оказалась в столовке, где как обычно харчевалось большое количество куньих рабочих, а сбоку сидели небезызвестные Раждак и Ратика, глуша чаи и ковыряясь в бумагах.

- Катерпилариса-пущище-ухомоталище, - цокнул Раждак, поклонившись ушами, - Думаю ты понимаешь, что вы наделали.

- Ну, ещё не полностью ясно, что, - хмыкнула Катя, плюхаясь на скамейку и наливая чаю из огромного чайника, - Но общие черты понятны, и они в пух.

- В пух?? - возопил грызь, на него вытаращились куницы, и он, прикусив язык, продолжил тише, - В пух это цокнуто настолько мягко, что считай вообще не цокнуто! Йа буду трясти за уши грызей, чтобы "огурцов" получили вообще все, кто ходил на Рыкоте и Гузлине.

- А строители? - фыркнула Катя.

- У них свои уши, там тоже никого не забудут, наше дело - копать свой песок, - цокнул Раждак, и на всякий случай вспушился, - Думаю, ты хочешь узнать, как продвигаются дела?

- Нет, йа пришла выпить чаю, - цокнула Катя, сделав церемонную морду, - Ведь чаю, окромя как тут, нигде нету.

- Сало быть, - сообщила Ратика, когда грызи проржались, - Обстановка тебя должна порадовать. Нет никаких оснований подозревать, что Межспудью угрожают большие силы одгорозков. У нас вполне есть чем удержать их, так что, вслуху всех обстоятельств, штаб считает нужным отправить Рыкота в Текфонск на капитальный ремонт.

- Как насчёт пушного состава? - уточнила Катерпилариса, подёргивая ухом.

- Прикинули, пушной состав может полоскать пух с кристально чистой совестью, - цокнул Раждак, - Зверям нужно восстановиться после значительного напряжения сил, в любом случае. Конечно, настаивать не могу, но вы все очень пригодились бы флоту и дальше, хотя бы на тренировках.

- Ну, совсем-то от нас вы пух избавитесь, - захихикала Катя, - Пороемся в зелени, и метнёмся обратно, известное дело.

- Это чрезвычайно в пух, - сообщила Ратика.

- Йа так понимаю, есть надобность отвести к Канавии и повреждённых чекотов?

- Сто пухов. Вся спудная промышленность, какая есть в Северокунье, ещё год будет разгребать только посудную лавку, потому как там немеряно возни. Так что чинить чекотов следует в Жидком Спуду, а Рыкота - в Текфонске. Мы с Ратикой подготовим вам данные по разведке, дальше формируйте походную группу, и...

- И валите, - захихикала Ратика, - Про осторожность не цокаю, потому как тупо тебе это цокать.

- О да, - вспушилась Катерпилариса, и опрокинула ещё кружку чаю.

- Ракета и еда, - хором продолжили грызи, вызвав очередную волну ржи.

Хруродарствуя тому, что грызи не расслаблялись, база в Морлучье успешно пережила взрыгивания в окрестном спуду. Одгорозки до неё так и не добрались, кротолов отпугнули мероприятия по созданию ложного флота. Отдельные же синячки, пытавшиеся щипать транспорта, отдыхали на дне. Таким образом, пока флоты маневрировали и макали друг друга, с ферм продолжали вывозить сотни тонн морлука. Вывозили в основном без какой-либо переработки, потому как овощи направлялись на соедкапитальский перегонный завод, где из них гнали пойло. Эта практика принесла уже огромные прибыли, и были основания полагать, что и ещё принесёт. При этом фермеры были спокойны, как январские сурки, так как могли переключиться и на рынок ГКС, если вдруг кротоликам надоест травиться пойлом. От причалов то и дело отходили "Котёмкины", толкающие перед собой большие грузовые баржи, забитые продуктом. В обширных чеках плавучих ферм угрожали созреванием новые луковицы.

Помимо морлуковых ферм, в Морлучье появилась и база ОТГ - Ордена Тройных Гвоздей. Местная спуд-литейка построила дюжину больших понтонов, на какие ставили станции, и на этой площади размещался лагерь для шариков. Сюда свозили захваченых одгорозков для усиленного промывания мозгов и дальнейшего использования в своих интересах. Захватить удавалосиха не так и много, за всё время кампании набралось около полутысячи шариков, однако сливать такой ресурс никто не собирался. Вполне вероятно, флоту ещё потребуются штурмовые звери. Расположили лагерь в Морлучье с тем, чтобы шарики не разбежались по суше - сдесь разбегаться некуда, вокруг спуд.

Этим зверосовхозом заведовал шаракал Хунгуз, оставленный налаживать планомерную работу - и никак нельзя сказать, чтобы он с этим не справился. Он полностью уяснил, что большинство этих ребят - примороженые фанатики, и выпускать из на вольный выпас просто преступление против Мира. Волшебными способами вправления мозгов никто не владел, поэтому самое лучшее, что можно было сделать в данном случае - использовать их для борьбы с такими же, только другими. Кроме того, среди одгорозков находились и такие, которым не до конца выбили мозги; Хунгуз отыскивал их, как в своё время его отыскала Люс, и пытался прокачивать этот ресурс.

Работа продвигалась вполне успешно по обоим направлюхам. Удалосиха найти нескольких зверей, готовых к осмысленному сотрудничеству, а остальные прекрасно съедали веру в тройные гвозди. Люс, обладая не поддающейся математическому анализу кошачьей интуицией, изобрела идеальный способ оболванивания оболваненых, на практике - получения подконтрольных фанатиков. Дело шло настолько хорошо, что ответственные уши начали задумываться о засылке своих агентов в ОДГ - так, глядишь, и всех можно прибрать к лапам...

Колонна кораблей во главе с Рыкотом, отправлявшаяся к дому ближе, встала к причалам базы для перегрузки кой-каких вещей и зверей. В частности, с одного из чекотов вохрушники из кошцев выгоняли десятка три шаракалих, закутаных в чёрные канонические простыни - но, по тушкосложению даже так видно, что это шаракалиха.

- Озозо, - мотнул мордой Шехем, чёрный шаракал из своих, - Надо бы это сделать тихо, иначе среди наших шариков поднимется ненужный ажиотаж.

- Это понятно, - фыркнул Хунгуз, - Непонятно, какого гвоздя они вообще тут делают?

- А куда их девать, гусынь клыкастых? Какие более-менее соображали, так их выпустили, а эти только и чирикают, что про величие халифата и гвоздей. Придётся пропесочивать, пока не одуплятся, ну или просто куда-нибудь использовать.

- Да, да, - прорычал Хунгуз.

Шаракал сел в тесной комнатке, заваленой бумагами, где была устроена контора, и заложил за воротник "спудтоплива" - того самого, что гнали из морлука. С предприятием всё вполне получалосиха, и даже гораздо лучше, чем кто-либо мог рассчитывать, однако Дурь у зверя всё время снижалась, и причину он прекрасно знал.

- Она просто не вернётся, - прорычал Хунгуз, врезав кулаком по столу, и слегка завыл.

Шаракал был уверен, что не вернётся. Какой кошке сдался шаракал? А Люс не просто какая-то кошка... От умопостроений, не приносивших никакой радости, его оторвал спокойный стук в окно.

- Эй, Хун-огузок! - мявкнуло оттуда со смешком, - Не хочешь вылезти?

Само собой, он очень захотел вылезти, так что с грохотом выбежал из помещения на палубу станции, скрежеща по доскам огромными когтями на всех четырёх лапах, и таки сгрёб в объятья свою любимую кошку. Люс скатилась в смех, почёсывая длинные шаракальи уши, так что некоторое время они ничего не замечали вокруг.

- Чтож, можешь меня поздравить, - мявкнула Люс, справившись с эмоциями.

- Да я и так мог тебя поздравить! - заржал Хунгуз, - С чем именно?

- Я сбагрила это дело с кротоличьими пленными одной из ихних партий, - мявкнула кошка, вполне довольная собой и не скрывающая этого, - Вышло просто прелесть что такое, соедкапиталы прочнее увязли в войне с одгорозками, а кое-кто и нагрел лапы на двадцать миллионов спудолларов!

- Пха... - поперхнулся шаракал, - И что ты собираешься сделать с ними?

- Поздно, - засмеялась Люс, - Уже ушли на постройку новых кораблей. Думаю, ты не удивишься этому.

Кошка грациозно взмахнула пушистым чёрно-рыжим хвостом, крутанулась вокруг себя, и незаметным глазу движением выхватила из ножен шампур. Острое лезвие с жужжанием разрезало воздух вокруг неё, сверкая на ярком солнце.

- Так что, кошка Люс свободна от предыдущего уровня, - сообщила она, - И готова вцепиться в следующий!

- Чисто из интересу, - рыкнул Хунгуз, любуясь ею, - У тебя вообще что-нибудь осталось?

- У меня остался шарик, - окалила клычки Люс, игриво кольнув шарика шампуром, - И я приглашаю шарика в Канавию.

- Зачем? - чисто риторически уточнил тот, растягивая морду в огромной лыбе.

- Ну, как мявкнуть... Помнишь Драфи и Линду? Они тоже собираются в Канавию, у кота родной дом недалеко от Шкурта. Так мы поразмыслили, и пришли к интересному выводу... - Люс захихикала, прикрывая мордочку лапкой, но всё таки продолжила, - Что нас как раз хватает для эт-самого.

- Для чего эт-самого? - не вхавронил шаракал, не до конца познавший особенности передачи мыслей.

- Ну, впух, - фыркнула кошка, - Это так просто! Кошец, кошциха. Шаракал, шаракалиха. Одуплился?

Хунгуз удивился столь простым выводам, почесал репу, окинул взглядом палубу станции, и только теперь заметил, что возле причала стоит Линда, прислонившись к швартовочной тумбе. Серая шаракалиха помахала ему длиннющими когтями, состроив при этом довольно хитрую морду.

- Ща, только чай допью, - тупо произнёс Хунгуз, скатив кошку глубоко в смех.

Катя может! Катя может всё, что угодно!

Плавать крилем, править килем, топтать гуся!

Катя может! Катя может всё, что угодно!

Катерпилариса, она такая вся!

- Пщу, грызуниха моя с ушками, - кое-как цокнул Скисорь, отдуваясь от ржи, - Не лопни!

Катерпилариса была недалека от того, чтобы лопнуть со смеху, когда она услышала приведённый выше фольклор. Причём это случилосиха, когда речной пароходик проходил мимо очередной пристани, а на ней целый класс грызунят разучивал новые частушки. Когда она представила себе официальное сообщение, заканчивающееся словами "...лопнула со смеху такого-то числа сего года", количество ржи реально стало угрожать её здоровью. Скисорю и Грибодуру пришлосиха схватить её за ноги и макнуть прямо ушами в воду, вывесив за борт - благо, недалеко. Только такие кардинальные меры спасли грызуниху от повреждений, хотя и вымочили уши.

- Фщууу... дарю бобра, грызята, - отдышалась она.

Однако уже через минуту все снова начали хихикать, причём безо всякой связи с предыдущими событиями. Грызей без того пёрло от происходящего, и каждая секунда осознания этого приносила желание цявкать от радости и мотать ушами. Уключины были окучены и стояли в Печкине, а Катерпилариса, приложившая лапу к этому самым непосредственным образом, сидела на скамейке речного трамвая, отряхивалась от воды, фыркала и хихикала. Дело утраивалось вслуху того, что рядом сидели согрызуны, не менее благополучно вернувшиеся из тех же краёв... подумав такое, пуши опять катились в смех, рассыпая рожь по глади реки. Причём это была не просто река, а Восточный Сток, или Востосток - та самая, рядом с которой находились родные места всех причастных грызей. Это приносило дополнительные сто процентов потехи от базового уровня, сухо цокая.

Попутные грызи, сидевшие на хвостах и на скамейках трамвайчика, с полным пониманием слушали на укатывающихся со смеху спудяков, и только старались не ржать столь же сильно, воизбежание раскачать и утопить судёнышко. Особенно всех пробивало на хаха, когда они вспоминали, что несколько таких лоханей действительно затонули оттого, что пассажиры ржали, как кони - получалосиха, натурально лопнуть со смеху. Причём такая реакция относилась и к обычному времени, а уж теперь грызи знали, что у спудяков есть даже повод поржать, и вполне обобряли это. То, что они спудяки, было написано у спудяков не то чтобы на мордах, но на спецовках точно. Эти спецухи из толстого клоха, хорошо защищавшие от порезов и ожогов, только в спуду приобретали характерный блёкло-зелёный цвет, подвергаясь действию солёного ветра и прямого солнечного света.

При этом грызонаселение натурально было осведомлено о спудных событиях, иначе школьники не распевали бы частушки про шерсть ключей и тому подобное. Не то чтобы кто-то специально сообщал, но и не утаивал, и близкая пуху новость быстро разносилась от ушей на уши. Настолько быстро, что пока грызи отгоняли Рыкота на ремонт в Канавию, в Землянике уже вся белочь знала об их песке. Не только грызи таращились на спудяков, будучи рады их видеть, но и Катерпилариса, Скисорь и Грибодур с удовольствием смотрели ушами на пушные морды своих сородичей. Те хоть и возились в Лесу в своё удовольствие, но всегда поддерживали их всеми возможными способами. Если бы понадобилосиха, они все отправились бы в спуд, но так как это излишнее, в спуд отправились те, кто проявил наибольшую натасканность в деле. Как показывала практика, такой подход принёс ничто иное как Прибыль.

По обеим сторонам реки колосился Лес, причём в широком смысле слова - для грызей поле тоже Лес, только с травой вместо деревьев. В прогалинах между мощными стенами кедровой тайги показывали бока разноцветные луга, на которых цвели разные растюхи - то жёлтые, то сиреневые, а то ещё какие. Зарывшись глубоко под зелёный мех, слегка высовывали жестяные крыши и промдворики, мерно курившие из кирпичных труб. По песчаным отмелям берега, под нависающими ветками огромных ив, легко можно было заметить косуль, лосей, кабанов, енотов... в общем, пухову тучу разных зверей, пришедших пить воду. То и дело выходя из-за белых ватных облаков, солнце ласково грело пушнину, и её же вспушал ветер, набитый запахами речной воды. Родина гладила грызей по ушам!


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"