Аннотация: Рец. на: Neil S. Prise. The Viking way: religion and war in late Iron Age Scandinasvia. Uppsala, 2002. Опубл.: Археологические вести. 2006. Вып. 13. С. 348-350.
Екатерина Лурье
С чем проходили свой путь викинги
Neil S. Prise. The Viking way: religion and war in late Iron Age Scandinasvia. Uppsala, 2002. 435 pages, 159 figures, 3 tables.
Исследование Нила Прайса представляет собой существенный вклад в изучение эпохи викингов за последние годы. Автор делает попытку реконструировать восприятие реальности людьми эпохи викингов, различные аспекты их сознания и мироощущения. Эта попытка во многом представляется удачной. Мэтью Тауненд в своей электронной рецензии пишет, что "метод Прайса логичен, убедителен и теоретически проработан" (Тауненд, 2003). Автор оперирует огромным количеством примеров из письменных источников, иллюстрирующих и подтверждающих его теоретические построения.
Книга состоит из семи глав, последняя из которых - "Путь викингов" ("The Viking Way", одноименная самой монографии) может быть названа заключением. Основной текст предваряется введением. Оно включает в себя краткие справки по всем основным вопросам, ставшими объектами исследования в этом труде.
Структура текста своеобразна: сначала Н. Прайс движется от целого к частностям, от общей проблематики изучения эпохи викингов, которой посвящена первая глава, к вопросам исследования сакральной сферы (во второй главе), затем переходит к одному из аспектов древнесеверной религии - магической системе сейд - seiðr (этой теме посвящена третья глава, центральная в монографии). В четвертой главе автор переходит к описанию и разбору саамского шаманизма - noaidevuohta (как религии и как магической системы). В следующей главе он еще более расширяет круг своих аналогий, включая в него религиозные представления многих северных народов. Наконец, возвращаясь в шестой главе к скандинавскому материалу, Нил Прайс переходит к агрессии, вернее, к теме войны, проходящей через сферу сейда и других сакральных представлений древних скандинавов. Глава седьмая подводит итоги исследования. В ней автор предлагает несколько схематических вариантов (более простых и более сложных) модели мировоззрения эпохи викингов, а так же резюмирует основные тезисы своей работы.
Эти модели, внешне похожие на карты девяти миров ясеня Иггдрасиль из эзотерических книг, призваны наглядно передать переход (как эволюционный, так и произошедший под чужим влиянием) от шаманского мира к обществу эпохи викингов. Значимыми координатами при этом оказываются сейд и оборотничество (как род боевой магии) со стороны духовной культуры, а со стороны материальной - сферы войны и культа.
Центральное место занимает Один - и как верховный бог скандинавского политеизма (интерпретация роли которого важна для исследования социальной структуры древнескандинавского общества), и как бог войны (предводитель Дикого Гона), и как колдун (seiðmaðr), и как бог мудрости. В образе этого одноглазого бога пересекаются все аспекты скандинавской мифологии и культуры, как относящейся к мидгардским (т.е. земным, человеческим) делам, так и к асгардским.
Автор досконально разбирает скандинавскую мифологию. Анализирует степень достоверности саг и эддических песен, историю изучения, возможности применения этой информации для самых разных научных целей (от сравнительной теологии до реконструкции экономического устройства общества). Н. Прайс обрисовывает перспективы изучения скандинавского язычества - например, реконструкцию восприятия богов и прочих мифологических сущностей самими адептами этой религии. Он выделяет две категории археологических источников, способных пролить свет на духовную культуру - это различные амулеты и прочие предметы, связанные с культом, с одной стороны, и данные погребального обряда - с другой.
Пытаясь упорядочить, но не упростить представления древних скандинавов, Нил Прайс выделяет шесть категорий невидимого народа (кроме богов в узком смысле этого слова):
1. Слуги богов (вороны и волки Одина и тому подобные спутники)
2. Великаны (едва ли неравнозначные богам существа, часто находящиеся с ними в конфронтации)
3. Духи (дисы как духи земли или дома, ночные мары)
4. Космогонические существа (Норны, дисы как пророчицы, валькирии (частично))
5. Сверхъестественные природные существа (дварфы, огры, тролли и альвы, в т.ч. и Ньерд с Фрейром и Фрейей).
6. Проекции человеческой души (призраки)
Возникает закономерный вопрос, а что же есть боги в узком смысле? Подразумевается, что Асы. Но с точки зрения логики можно предположить, что Асы - это все население Асгарда, включая заложников-ванов (то есть Ньерда и его детей), Локи и даже постоянно живущих там великанов, например, Скади или Герд. Другого общего отличительного признака проследить не удается, хотя и этот весьма спорен. Все Асы, и даже сам Один, - дети великанов. Родителями Одина были Бер и Бестла, дочь етуна Бёльторна.
Но, отметив нестатичность языческой веры во времени и пространстве, а так же вспомнив, что мы знаем мифологию от средневековых ученых, бывших знакомыми и с Библией, и с древнегреческим мифами, проследим мысль Н. Прайса дальше.
Ведь вышеперечисленные сверхъестественные существа жили, с точки зрения человека изучаемой эпохи, в непосредственной близости от него. Вступление в контакт было возможно по инициативе любой из сторон. Ритуальная сторона древнескандинавской религии была достаточно далека от известных нам литературных мифов и не они лежали в ее основе (если не считать руническую магию, которой Н. Прайс касается лишь косвено). Даже в известных нам по сагам случаях обращения к магии в них, как и в Эддах, заметны архаичные черты, но не будем вдаваться в рассуждения о первичности мифа или ритуала.
Археологические источники, имеющие отношение к сейду, делятся на две категории. Во-первых, к ним относятся индивидуальные находки, интерпретируемые как инструменты колдунов или как-то иначе связанные с магической практикой. В эту категорию попадают широко известные амулеты в форме Мьелльнира - молота Тора.
Вторая категория - это погребения колдунов и колдуний. Они выделяются по особому погребальному обряду. Во многих захоронениях такого рода находятся особые жезлы. Обычно он лежит вдоль или поверх ног погребенного, в сидячих погребениях (например, в Бирке) может быть прислонен к стене камеры за спиной умершего.
Этот жезл представляет собою железный стержень длиною до метра, с выделенным фигурным навершием (иногда - в форме миниатюрного здания), разделенный коленцами наподобие бамбука. Н. Прайс приводит их подробную классификацию и карту распространения.
Большая часть погребений, инвентарь которых включает в себя такой жезл, - женские. Само древнеисландского слово "ведьма" - "völva" происходит, вероятно, от одного из названий этой "волшебной палочки" - "völr". Необходимо отметить, что к концу эпохи викингов сейд стал считаться исключительно женской магией, характерный пример чему - оскорбительное именование Одина "женовидным мужем" в эддической песне "Перебранка Локи".
Вторым признаком причастности погребенной(-ого) к сейду считается подвеска в форме миниатюрного кресла. В числе многих других амулетов и мелких предметов они привешивались к поясу или снизывались с бусинами в ожерелье. Также не было редкостью среди чародеев и ношение вещей финского происхождения - утиных лапок и т.д. В одном из подобных захоронений Бирки был найден железный коготь.
Так же находят остатки личин и войлочных масок, изображающих звериные морды. Подобные находки были сделаны, например, в Хедебю.
Нил Прайс собрал огромное количество данных о сейде. Для понимания их и для расширения возможностей интерпретации ему потребовались транскультурные аналогии. Обходя, что удивительно, любые кельтские параллели (даже в вопросе о Диком Гоне), он обратился к этнографическим и археологическим данным северных народов, и прежде всего - саамов. Этот народ сосуществовал со скандинавами на севере полуострова. Н. Прайс подробно разбирает его духовную культуру, так как в сейде прослеживаются черты северного шаманизма, характерного для саамов.
Впрочем, эта часть работы кажется вполне самостоятельной. Автор подробно разбирает мифологию и иеархическую структуру пантеона. Подчеркивается дуальность саамской веры - различные религии для мужчин и для женщин. Эта двойственность, типичная и для скандинавского сейда, отражалась на социальном статусе ноаиди (шамана), у которого чаще всего был помощник противоположного пола. Женщина-шаманка была важна для охотников, так как, по-поверьям, имела прямую связь со всеми животными своей округи. В этом контексте вспоминается яга - "хозяйка леса" по В.Я. Проппу. "Яга представляет стадию, когда плодородие мыслилось через женщину без участия мужчин" (Пропп, 1986. С. 75).
Но функции ноаиди не сводились к помощи на охоте. Также в них входили предсказание будущего, целительство, управление погодой, вредительство врагам и др.
В связи с вопросом о степени влияния саамского шаманизма на сейд рассматривается характер саамско-скандинавских связей (чересполосное проживание, ассимиляция). Для этой цели привлекается археологический материал. Например, во многих погребениях эпохи викингов встречаются саамские вещи. Вендальские трупоположения в ладьях неоднократно сопровождают кости оленя (в саамских погребениях они подчеркивают высокое положение умершего). С антиропологической точки зрения некоторые из погребенных в ладьях имеют сходство с саамами.
Погребальный обряд саамов отличается от скандинавского. Это кремации, расположенные чаще всего вокруг лесных озер. По крайней мере многие такие памятники интерпретируются как саамские.
Шестая глава, где автор возвращается к скандинавским материалам, является, видимо, итоговой. Н. Прайс разбирает в ней связь сакральной и военной сфер в жизни древнескандинавского общества. Он подробно останавливается на боевых сверхъестественных существах - валькириях, а так же троллях и прочих агрессивных существах. Немалое внимание уделено и различным оборотням, сочетавших антропоморфные и зооморфные черты, в первую очередь - волколакам (ulfheðnar) и берсеркам (berserkr). Автор считает их равноправными сущеностями и приводит распространенную этимологию слова berserkr - от ber - медведь и serk(i)r - рубашка, тогда как М.И. Стеблин-Каменский считал слово "берсерк" общим обозначением для всех воинов, впадавших в боевое безумие (в т.ч. вывших по-волчьи или рычавших по-медвежьи), и возводил этимологию этого понятия к berr - голый и serkr - рубашка, что объясняется обычаем берсерков идти в бой по пояс голыми (упоминаний о межвежьих шкурах мы нигде не встречаем) (Стеблин-Каменский, 2002. С. 224).
Н. Прайс размышляет над вопросом о природе берсеркерского боевого безумия, приводит широчайшие аналонгии по этому вопросу.
По тематике и методам работы (анализ письменных источников, в том числе и статистический) эта глава кажется продолжением третьей.
Итак, перед нами уникальной опыт реконструкции цельной системы мировоззрения архаичного общества. Автор воссоздает путь этого общества. Путь общества как одного человека. Дао.
В начале книги автор рассуждает об аналитической археологии. "Археология направляет поток информации от прошлого к настоящему, от создания чего-либо к осмыслению его существования, форм и назначения". По мнению автора, археология должна вырваться из границ практики и методики на уровень анализа и интерпретаций. В последующих главах этот принцип с успехом претворяется в жизнь.