Изменение
Журнал "Самиздат":
[Регистрация]
[Найти]
[Рейтинги]
[Обсуждения]
[Новинки]
[Обзоры]
[Помощь]
|
|
|
|
Аннотация:
это странный рассказ,но мне нравится. тем кто против крови и выбитых мозгов не читать.. может я слишком много мочу монстров на компе =^_^= (название может и не подходит)
|
-Куда нам идти? спросила я у больших старинных часов.
-А мне откуда знать? Спросила бы лучше у кролика.
-Но кролик каждый четверг уходит обедать. До самой пятницы.
-Тогда тебе придется его подождать. И беги скорее, девочка, у него семь пятниц на неделе, а значит он вернется с минуты на минуту.
Я перезарядила оружие. Я плохо разбиралась в огнестрельном, не отличила бы и гранатомет от макарова, но сменить обойму и передернуть ствол у тяжелого, словно отливающего черной смертью в ладони пистолета, меня хватило. Меня научил этому безымянный и промелькнувший в моей жизни одной короткой осенней ночью хмурый путник. Я не помнила ни его лица, ни его имени, в памяти только остались желтые от сигарет, с содранными, потрескавшимися ногтями пальцы, грубые руки, почти уродливые мощные кисти. Нажмешь здесь, обойма выпадет, вставишь новую, потом нажмешь сюда... эти руки учили меня убивать.
Я перезарядила оружие и отпрянула к стене, прислонилась затылком к ее холодной шероховатой поверхности. По потолку шли трещины, сквозь выбитые стекла смотрела осень. В коридоре дальше послышались медленные, спотыкающиеся шаги. Много шагов, и все идущие приволакивали ноги, словно им досталась обувь не по размеру. Я позволила себе вдохнуть и выдохнуть ровно три раза, смотря на облетающие листья за мертвенным проемом окна. Уцелевшие деревья казались черными и будто обгоревшими. Короткая молитва, ты меня слышишь, господи? Конечно, нет, иначе я не была бы здесь. А потом передернуть затвор и вывернуть из-за угла, делая сюрприз для зомби.
Пистолет был старый, но отлаженный и переделанный местным умельцем из Пустых Земель во что-то смертоносное. И убойное, разносящее в клочки. Даже такое оружие его владельцу не сильно помогло, если судить по растерзанному трупу, у которого я позаимствовала ствол. Но лучше это, чем ничего.
Выстрел. Сильная отдача болезненно отдается в плече, но зомби явно больнее. Их головы одна за другой разносятся в клочья с противным хлюпающим звуком. На белых, таких холодных шероховатых стенах желтоватые потеки от их сгнивших мозгов. Тела еще некоторое время стоят, а потом начинают падать. Я дую на дымящийся ствол артистичным, надуманным движением, подсмотренным в каком-то старом боевике. Тем же чуть охрипшим голосом героини дешевого фильма я говорю, не ждали ребята? Я единственная живая на многие километры вокруг. Окончательно мертвые зомби не считаются. Не считаются даже не добитые. Убийственно артистичным жестом я поднимаю свой рюкзак с земли и иду на выход. Мертвяки искренне считали, что сумели загнать меня в ловушку. Но мой друг-пистолет умеет переубеждать даже самых упертых.
-Что будет, если упасть в черную дыру?
-Не знаю. Но ты, наверно, проснешься, - ответил кролик.
Я заглядываю в черный провал с опаской. Туннель ведет куда-то, но куда... Судя по направлению и глубине, подальше отсюда и это меня устраивает, но недостаточно чтобы торопиться. В местности изменения можно ожидать чего угодно, особенно мне не нравятся гигантские пауки, свисающие со стен. В темноте их не видно, и я прислушиваюсь. Я не слышу мягкого, противного скрежета шевелящихся жвал и шороха метровых лап. Значит, их там нет. Я позволяю себе в это верить. В любом случае это единственный выход.
Я ступаю внутрь. Мягко, бесшумно. Рюкзак греет спину. Интересно, кто вырыл этот ход? Почему-то представляются большелобые безглазые мутанты Полуночи с широкими когтистыми руками. Им не нужен свет. Они кроты, как бы себя не называли, глупые, глупые кроты. Ненавижу их. Под ногами хрустит мусор. То и дело я жду, что на шею и плечи опустится липкая паутина и громадный изуродованный рот паука прошепчет, я шшшдал тебя, детка... Хотя кажется, они давно разучились разговаривать. Теперь пауки только жрут. Но пока все тихо. Я иду дальше. Это единственное, что мне остается.
-А если в дыру упасть с фонариком?
-Тогда, когда ты проснешься, у тебя будут светиться глаза, - усмехнулся кролик.
Две светящиеся точки вдали приблизились, и я наконец-то могу разглядеть их обладателя. Человек-тигр, тигр, а не человек. Кошак, облезлый, помоечный с вывернутыми после драки конечностями. Что не помогли тебе твои девять жизней? -усмехаюсь я. Я не знаю, делаю это мысленно или вслух, я слишком долго путешествую одна, чтобы различать.
-Я же жив, разве это не считается? -шелестит он. Я смотрю, как шевелится его хвост, как потрепанная змея, надумавшая сбросить кожу, но так и остановившаяся на половине. Голое розовое мясо выглядывает из-под клочков шерсти.
-Кто это тебя? - на этот раз произношу я полностью вслух.
-Конкуренты. Ты не поверишь, но такой обаятельный парень, как я, не всем нравится. - он кашляет. На губы выплескивается темная густая кровь, стекает по подбородку. Глаза на секунду гаснут, и я пинаю его носком сапога.
-Ты еще жив?
Он смотрит на меня с грустью.
-Ну вот, еще одна жизнь псу под хвост. Шестая кажется. Не поможешь мне выбраться отсюда? Там дальше лабиринт, и я знаю, как идти. - весело спрашивает он и нагло подмигивает.
-И как же такой обаятельный парень нашел в Пустой земле конкурентов? Я здесь уже.. давно, и никого кроме зомби не встречала.
-Наверно мне повезло. - решает он с кривой ухмылкой. -Что ты делаешь?
Я втыкаю в дыру в стене импровизированный факел из палки и намотанного тряпья и начинаю оглядываться в поисках чего-нибудь, из чего можно соорудить носилки. Это просто, мусора здесь навалом. Осталось только выбрать.
-А ты не разговорчива.
-На твоем месте, я бы лучше радовалась, что я осталась тут, а не прошла мимо. Или не пристукнула тебя и не обыскала. -голосовые связки быстро устали, и последние слова вышли слишком тихо. Как же давно я не разговаривала.
-Обыскивай хоть сейчас, милашка. Мрр...
Он явно издевается. С торчащими наружу ребрами, пробитым телом, содранной до костей кожей даже кошки не могут об этом думать.
-Извини, милый, но ты далеко не красавчик.
-О, дайте мне зеркало, о нет лучше не давайте, а то я разочаруюсь и мне станет незачем жить.
Тоннель пуст и темен, но я на всякий случай долго вслушиваюсь и вглядываюсь.
-Здесь никого нет, -говорит Кот.
-Думаю, ты ошибаешься. Двое бедолаг здесь точно есть. Ты, я.
-Как умно.
Я протягиваю ему флягу с водой.
-Пей давай. Я намешала обезболивающего.
Принюхивается и драматически сообщает. -Истинный воин может и потерпеть.
-Только истинный дурак отказывается, когда предлагают.
Он усмехается, кошачьи глаза блестят.
-Это я хотел сказать следующим.
-Но здесь ничего нет!
-Глупышка, разве ты не видишь? Здесь есть пустота, а это уже кое-что.
-Ну и куда дальше? - спрашиваю я. Человек-кот не по-кошачьи тяжел. У меня болят руки и плечи, но я продолжаю его тащить на отдаленном подобии волокуши. Снадобья, которыми я накачалась еще действуют, а значит я сильная. Очень сильная, или мне только так кажется. Я слышала долгое употребление вызывает галлюцинации, отупение, диарею, сыпь и смерть. Возможно, немного в другом порядке.
-Направо, налево и выход.
-Лабиринт, говоришь? - мрачно спрашиваю я.
-Маленький лабиринт. Но ты ведь не бросишь меня на полдороги. Тогда получится, ты все это время меня тащила зря.
-Однажды тебе попадется кто-нибудь не настолько практичный.
-Уже попались, - сообщает он мне в спину.
-И много их сейчас в живых?
-Ну это смотря как считать. По головам или сколько получится целых, если сложить что осталось.
Я останавливаюсь передохнуть, вытираю пот. Его почему-то очень много и он холодный, все волосы мокрые, и он стекает по виску тонкими струйками. Щупаю себе лоб. Хоть бы не лихорадка, что угодно только не лихорадка.
-Что с тобой? - ну надо же как заволновался. Если не будет меня, ему придется ползти самому, переставляя сломанными конечностями. Если сможет.
-Ничего, говорю я и прижимаю к себе покрепче рюкзак.
-А в нем что?
-Ты слишком любопытен для живого.
-Мне это тоже уже говорили.
-Может, они хотели на что-то намекнуть?
Вздохнув, я снова берусь за волокушу. Ладони потные, пот стекает за воротник, течет по лицу как слезы и щиплет глаза. Только не лихорадка, я что угодно отдам, мне нужно время, ты слышишь, господи? Нет, если б он слышал, я бы точно была в другом месте. Скорее всего, из нас двоих если он кого и слушает, то только Кота. На секунду оборачиваюсь. Благословенный кошак тихо постанывает, снова потеряв сознание.
-Хочешь я тебе открою секрет, детка? - таинственно спрашивает кролик.
Я прекращаю двигать стрелки часов и отряхиваю ладони от пыли.
-Какой?
-Каждый выход это еще и вход.
Светлое пятно выхода приближается быстро, и мы наконец оказываемся с другой стороны стены, окружавшей Серый район. Я ослепшими от яркого солнца глазами смотрю вдаль и ничего не вижу. Ноздри жадно раздуваются, и я глотаю свежий, лишь чуть-чуть пропитанный смертью воздух, настолько чуть-чуть, что это почти не раздражает. Я увлекаюсь и хоть ненадолго расслабляюсь.
И из-за этого пропускаю момент, когда нас обнаруживают. Оказывается, полуослепшие после темноты подземелья путники представляют отличную мишень на фоне светлой стены.
-Как тесен мир! Ты посмотри, наш старый живучий приятель заявился. Да еще и девка какая-то его тащит.
Еще не оборачиваясь на голос, слепо щурясь воспаленными глазами, я выхватываю пистолет и делаю несколько выстрелов. Срываюсь с места, куда бьет короткая очередь, уворачиваюсь от брошенного ножа. Я сильна, но снадобья меня явно скоро добьют, у слабости тоже есть куча преимуществ. Когда вернусь я... патроны в обойме заканчиваются, сменить нечем, но это и не нужно. Голоса затихли, да и все звуки вообще. Некоторое время моргаю, щурюсь, привыкая к свету, и иду вперед. Волокуша остается лежать там, где я ее бросила, начав стрелять.
-Твои конкуренты?
-То, что от них осталось. Мррр... неплохое оружие. И ты меткая. Даже я бы не смог лучше.
-Ты бы точно не смог лучше. У тебя руки к чертям вывернуты. - меланхолично замечаю я, разглядывая трупы. Будь у них хоть немного кошачья реакция, и паровозик в мир мертвых увозил бы уже других.
-Но в другое время... - обидчиво пытается возразить Кот. Потом замолкает и уже другим голосом спрашивает. -а если серьезно. Почему ты меня не убила?
Я задумываюсь. Я слишком долго была одна и совсем разучилась разговаривать. Если бы я умела объяснять как следует, я бы сказала, что он не представлял для меня никакой опасности, к тому же я тоже однажды оказалась в похожем дерьме и когда мне помогли была очень благодарна. И может меня уже достало одинокое путешествие по мертвой пустоши.
-Наверно, тебе опять повезло, - говорю я. - к тому же я не люблю, когда со мной не здороваются. А если серьезно. Я отлично чувствую, когда меня собираются мочить. И начинаю первой.
-Эмпат?
-Идиот.
-Это новый вид эмпата? - не поморщившись, спрашивает он и улыбается. Я наконец разглядываю его на свету. Правильно, я вначале определила. Он тигр. Волосы в черно-желтую полоску, клыки, желтые, мягко мерцающие глаза. Мощное, даже сейчас грациозное, но слишком изувеченное тело.
-Пораскинь мозгами, такое с тобой могли сделать только очень плохие дяденьки. Я с такими дел не имею.
-И какие же дела и с кем ты ведешь?
Я обшариваю свеженьких покойников, и хорошо, что маловато времени для того, чтобы они встали. И одному из них это похоже не впервой. У него дубленная, посиневшая кожа и глаза-навыкате. Трупоед, мертвяк с разумом, который правда сейчас размазан по земле удачным выстрелом. Своими мозгами он уже пораскинул. Второй на вид почти самый обычный человек. Вооружение неплохое, забираю себе, роюсь в сумках.
-Их тут только двое. Где остальные?
Кот снова заходится кашлем. - не волнуйся, не здесь. Им тут нечего делать, им бы до ближайшего лекаря добраться. А эти видно остались путников пощипать, да по развалинам полазить.
-И шалашик уже даже соорудили. И место для костра. Может, я и ошибалась. Милые были парни.
-Широкой души, только о ближнем заботились, - фыркнул Кот.
Я раздираю их шмотки на повязки, достаю из рюкзака заживляющую мазь и иду к нему. Говорят, кошек чертовски сложно убить. Сейчас я в этом убеждаюсь. Даже самый сильный из измененных с такими ранами бы и часа не прожил.
Мех у него оказывается на плечах, груди и запястьях. Окровавленный, черно-желтый, слипшийся в темные сосульки. Я подумала, что если б его вымыть, из него бы вышел отличный коврик. Вправление суставов, костей и перевязку он терпит молча. Один из редких моментов, когда он вообще молчит. Закончив, долго любуюсь закатом и зеленоватую пыль, поднимающуюся над развалинами. Сам Кот под конец потерял сознание от боли. Тихо.
-Все стремятся только забрать и обмануть, так щедро, как я, больше никто не делится знаниями. Пригодится, когда меня не будет рядом. - сказал кролик.
-Ты разве уходишь? - спросила я, испугавшись.
-Все когда-то уходят. Но тссс... это еще один секрет.
-Как думаешь, мы достаточно хорошо друг друга знаем? - говорит Кот, мягко посверкивая глазами. Стянутые повязками раны заживают поразительно быстро.
-А что? - спрашиваю я.
-Вот, может, поделишься со старым другом, а что ты искала в Пустой земле?
Я прижимаю к себе рюкзак, и он видит это движение. Усмехается.
-В любом случае, похоже ты это нашла.
Я шевелю палкой костер, вверх взлетают искры, как бабочки или маленькие светлячки. Вокруг темнота и зеленая, чуть светящаяся пыль. Мертвяки похоже остались в Сером районе, где еще сохранилось подобие города. Они не любят открытых пространств.
-Это лекарство? - спрашивает он. Я задумываюсь.
-Нет. Это избавление.
-От чего?
Я молчу. Меня трясет. Лихорадка, значит, все-таки началась. Значит, мне все-таки не повезло.
-Мы ведь хорошо друг друга знаем? - повторяю я его вопрос. Я не смотрю на Кота, избегаю.
-Что-то случилось? - он снова беспокоится. Нет уж, в любом случае я его больше на себе не потащу. Через пару дней он и сам будет как новенький.
-Если я... не смогу... Отнеси рюкзак в Приреченск. Услуга за услугу. Там тебе будут рады и даже заплатят. Героем станешь.
Призрачная перспектива стать героем его не привлекает. Даже пугает по-моему.
-Приреченск? Там, где живут сумасшедшие колдуны? Ты одна из них?
-Колдовства не существует, - объясняю я ему как маленькому котенку. - есть знахари, целители. Психованные химики, которые смешивают реагенты. И есть лихорадка. Не волнуйся, для тебя она не заразна.
-Ты так уверена? - преувеличенно озабоченно спрашивает он. - О, я так молод чтобы умирать. И так красив.
На счет красоты не знаю, но есть в нем какая-то кошачья привлекательность.
-Уверена. - я думаю рассказывать или нет, но меня уже несет. Я слишком давно ни с кем не разговаривала. - лихорадке подвержены только чистые люди. Без примеси мутации. Последнее поселение неизмененных вымрет к чертовой матери.
-Но ты... это разве не удачная мутация? -Его хвост обвивает мою руку, щупает кровоток на запястье, шершавым содранным мехом ластится к коже. Я его не сбрасываю, даже наоборот задумчиво глажу, стараясь делать это по шерсти, а не против.
-Просто снадобья, увеличивающие силу и реакции. Наверно, снизили иммунитет. Я умираю. Скоро.
-Я думал, вы чистокровки ненавидите мутантов. - он неуверенно поскреб хвостом за ухом.
-Может, раньше. А сейчас нас и так осталось мало. В поселке осталось много наследия Первых, тебе тоже что-нибудь перепадет в награду. Скажешь, я просила.
-Так значит, ты нашла противоядие?
-Не совсем. Мне оно не поможет. Долго объяснять.
-Не успеешь? - ухмыляется он. -мне бежать за лопатой?
-Я не собираюсь подыхать прямо сейчас. Можешь, не волноваться. Может, тебе вообще не придется ничего делать. Я постараюсь растянуть свое время подольше. Мы пойдем вместе, а потом ты просто если что закончишь путь. В одиночестве.
Он задумчиво окидывает меня мягким золотистым взглядом. Первый мутант, которого я увидела, вызвал у меня шок и отвращение, хотя по сравнению с Котом, он вообще казался чистокровным человеком.
-Говорят, вдали от своего Приреченска вы совсем беспомощны. Как ты сумела забраться так далеко?
-Сама не знаю. Но научиться убивать.. на самом деле это очень быстро. А все эти твари, в зараженной пустоши, в Сером районе. Привыкаешь к ним еще быстрее.
-Говорят, у вас в поселении колдунов, нет никаких измененных тварей?
-Там их и вправду нет. Раньше стоял купол, но потом разрушился, но земля все равно осталась прежней.
Лихорадка трясет меня за плечи, лихорадка жжет и глядит на меня безглазой ночью. Так вот, что чувствовали все они. Не очень приятные ощущения. Я сгорю за несколько недель, если повезет. Я даже не буду молить о том, чтобы повезло. Но ведь Кот, эта благословенная зверюга...
-Ты согласен? Ты донесешь? Награда будет щедрой...
-Награда.. мррр.. Одно условие, - говорит он.
Я молчу.
-Ложись рядом. Здесь холодные ночи.
Нет, я ошибалась, кошки могут думать об этом даже с вывернутыми ребрами. Даже способные пошевелить только одним несчастным хвостом.
-Эй, ничего такого! Мне правда холодно! - он выглядит возмущенным.
Я ложусь рядом и засыпаю. Лихорадка понемногу разжимает свои когти, словно одно присутствие нечеловека рядом может ее усмирить. У него потрясающий мех.
-Поторопись, - посоветовали старинные часы.
-Но я ведь отмотала вам стрелки назад! - возразила я.
-Разве кролик тебе не сказал, что время очень странная штука?
Как назло лихорадка протекала стремительно. Хоть мы с хромающим Котом вышли уже через сутки, мне катастрофически не хватало нескольких дней пути. Я не говорила об этом, я молчала, но смерть уже все равно стыла в воздухе, подбираясь ко мне. Не знаю, послал ли совет других гонцов, но отлично знаю, что стало с первыми. Я часто встречала по дороге, в пустыне, в темных закоулках Белого города черепушки идеально правильной человеческой формы моих предшественников. Они смотрелись почти пошло среди цветастого буйства мутации.
Пришлось раздобыть палку-посох и теперь я иду, опираясь на него. Боль разрывает тело в клочья. У нас под ногами покрытая трещинами оранжевая земля. Впереди бесконечный фиолетовый горизонт. Пейзаж свихнувшийся. Позади... позади еще несколько трупов, почему-то в пустыне спросивших, как пройти в библиотеку. И зря они так размахивали теми ножами, хотя мочил их в основном Кот. Тигр-молния, молниеносный убийца со смертельной реакцией.
-Хочешь, я тебя понесу? - лениво предлагает Кот.
Мне пришлось срочно научиться ему доверять, потому что выбора не было, да и прикончить он мог меня в любой момент. Но я все-таки плюнула и растоптала что-то внутри, что мешало этому, и за последнее время успела отдать ему все свое оружие, аптечку и под конец даже саму основу для противоядия от лихорадки. Все это теперь тащил он. А я тащила посох, чтобы тащить свое тело. И даже этого мне казалось много.
-Да ладно, я сама.
Он падает на колени прямо передо мной. Усмехается.
-Кидай это не выросшее дерево, и залезай на спину.
-А я-то надеялась на предложение руки и сердца.
-А я тебе что не нравлюсь целиком?
Я разжимаю ладонь и посох с глухим стуком падает на землю, обнимаю его за шею, с трудом устраиваюсь на закорках. После помывки в каком-то ручье, его шерсть стала мягкой и теплой. В нее приятно уткнуться лицом.
-Нравишься, - говорю я.
Хоть он несет меня несколько часов, Кот не устает совсем. Мощному, измененному телу откровенно плевать на тот вес, что висит у него на плечах. Второе чувство, которое я испытала после отвращения, когда выбралась из чистого, не зараженного Приреченска, была зависть. К сильным, быстрым нелюдям, не нуждающимся ни в каких убивающих здоровья реагентам, чтобы такими быть. Они уже родились такими, и чтобы ни говорили об испоганенном геноме человека, сейчас они и вправду венец творения, короли мира, такого же измененного, как и они сами. Выживать было трудно, но я это сделала. Я даже не представляю, как буду существовать дальше, если лихорадка меня не добьет. Если противоядие сумеют найти. Среди людей, знакомых с детства, правильных, знающих секреты прошлого, не умеющих летать, читать мысли, почесывать голову хвостом, не оживающих после смерти в виде зомби... В месте, где пауки-убийцы не нападают со стен. Наверно, я тоже изменилась. Смерть не пугала. Скорее приносила облегчение от отсутствия выбора.
-Тебе стало лучше? - через несколько часов ходьбы интересуется Кот.
-С чего ты взял? - спрашиваю я в его меховой затылок.
-Ты уже не так хрипишь. И не дергаешься.
-Я не дергаюсь! А немного дрожу от холода.
-В такой жаре?
-У меня нет твоего меха.
-Биение сердца тоже выровнялось, - довольно заключает он. - и раз ты возражаешь, значит тебе действительно лучше.
-Что предлагаешь мне снова идти пешком?
-Я не устал. - смеется он. - когда надоешь, я тебя сам скину.
Он просто забавляется, -шепчет кто-то внутри голосом наставника. -Нелюди не умеют испытывать настоящих чувств, они лишь звери с примитивным набором реакций. Мы последние чистые люди, хранители Знания того мира, который навсегда ушел. Это уже мертвая Земля, но мы ее последняя надежда. А значит, когда ты ему надоешь, он тебя бросит. Он может тебя просто убить ночью. Сейчас, пока ты в сознании он опасается, он видел на что ты способна...
Заткнись, говорю я этому голосу.
От него лучше избавиться. Когда он не ожидает... Неужели ты и вправду веришь, что он выполнит обещание? Лучше спрятать рюкзак по дороге, поставить знак. Когда Совет пошлет нового гонца, он его обнаружит. Убей его...
Заткнись!!
-Да я вроде молчу.
-Извини, Кот... Это я не тебе. - неужели я сказала это вслух? Неужели я настолько потеряла над собой контроль? -Просто приснилось...
-Кот? -повторяет он.
Я не вижу его лица. Но чувствую довольную ухмылку во весь рот. -так вот, как ты меня про себя называешь!
-А ты?
-Ладно, раскусила. Маленькая ведьмочка из города колдунов.
-Я не...
-Это ничего не меняет. Ты ведь тоже называешь меня котом не из-за того, что я лакаю молоко из миски. На самом деле меня Каэр-сартом зовут. А по характеру ты сущая ведьма. - добавляет он, усмехнувшись.
-Иногда сон бывает совсем не сон, - напоследок сказал кролик.
-Это как?
-Ну вот например ты сейчас спишь, но там, оставшаяся ты в это не верит. Много ошибок можно сделать, детка, когда ты живешь там сама без себя. Поэтому время от времени ну просто очень нужно просыпаться.
Я просыпаюсь от того, что кто-то меня душит. Нет, не душит, а просто крепко сжимает шею и запястья. Несколько секунд я невидяще шарю взглядом, но потом зрение проясняется.
-Каэр? Ты чего? - в отблесках костра его морда и вправду кажется демонической, почти звериной, по-настоящему нечеловеческой и сумасшедшей.
-Я чего?? Это ты чего?? - обиженно орет он. - хватаешь пистолет, шипишь что-то про нелюдей и про то, что вас всех нечистых уничтожить нужно, а потом пытаешься вышибить мне мозги. Я в начале удивился, а потом еле отскочил. И только потом заметил, что ты спишь с открытыми глазами.
-Из-звини..
-Извини?? Да знаешь, какого труда мне стоило тебя схватить и при этом уворачиваться от пуль и не повредить тебе? У меня ж когда охотничьи инстинкты врубаются, я себя не контролирую.
-И как? Вышло? - тело я не чувствовала, кроме ноющих запястий и жесткого захвата на шее, поэтому ни в чем не была уверена.
-Вышло, вышло, - усмехается он и наконец отпускает.
Мы долго молчим. Я растираю занемевшие руки и ноги. Я не помню ни как засыпала, ни как мы добрались до этого странного леса из кривых, словно погнутых ветром к земле деревьев. Стволы у них абсолютно черные, что отталкивающе смотрится при белесых листьях, с набухшими будто от крови жилками.
-Ты только затем со мной и связывалась? Чтобы использовать?
-Нет. - я обхватываю голову руками и прикрываю глаза, чтобы не видеть. Мне больно от лихорадки и от его взгляда. Не могут звери так обижаться, а я его ведь считаю почти другом. Вот возьмет и уйдет теперь, а может и вправду прикончит.
-Ты думаешь, я теперь уйду? -разгадывает Кот мои мысли. - брошу тебя прямо посреди леса белых заглотов?
-Кого? - отвлекаюсь я.
-Лучше тебе их не видеть.. Ты действительно думаешь, что нелюди и в подметки не годятся вам чистым людям? Недостойны жить?
-Нет. - я скрываюсь в ладонях, в этой черной ночи, дремлющей, страшной, беззвездной психованной ночи. Судя по признакам, мне уже недолго осталось, а ведь днем мне стало немного лучше. И я даже начала надеяться.
-Что это значит?- спрашивает он. Устало. Уже совсем другим, до смерти выжатым голосом.
-Галлюцинации. Еще немного и одной "колдуньей" станет меньше. И нет, я не думаю, что ты хуже меня. Ну может тупее, некрасивее, но не хуже. - я тоже устала. Я умираю черт возьми. Это не так просто, как кажется со стороны.
Кот все также серьезен. Серьезный тигр это странное зрелище. Сосредоточенный, зловещий. Он умеет улыбаться так, что клыков не видно и все нечеловеческие черты лица сглаживаются, их просто не замечаешь. Но сейчас.. он неподвижен, зол, у него слишком высокие и резкие скулы. Острые уши, чуть выше, чем положено у нормального человека, словно пытаются взобраться на макушку. И еще выражение лица. Хищник.
-Еще немного это сколько?
-У лихорадки три стадии. Сама лихорадка, дрожь, температура. Потом галлюцинации. Это ты уже знаешь, что такое. Ну и третья, бред, потеря сознания. Тогда я совсем не смогу передвигаться. Обычно это занимает несколько недель, но у меня почему-то болезнь развивается с гигантской скоростью. Пара дней не больше до третьей стадии. Неделя до конца. Ты ведь..
-Да, да, - рассеянно отвечает он и закидывает руки за голову. Черно-желтый мех кажется кровавым в отраженном пламени костра. -да, да. Я все сделаю. Иди сюда. Мне будет спокойнее, если я буду чувствовать, что ты спишь рядом, а не нависаешь надо мной с ножом или пытаешься придушить меня голыми руками.
Я подхожу ближе и сворачиваюсь клубочком на лежанке из белесых листьев рядом. На ощупь они шелковистые и будто неживые.
-Извини. Я так не думаю. - говорю я.
-Но какая-то твоя часть с этим не согласна. Постарайся дожить до города колдунов. Мне почему-то уже не хочется заходить внутрь.
Я приподнимаюсь на локтях и прикасаюсь губами к его горячей, словно воспаленной щеке.
-Что делают, когда во сне кто-то нападает?
-Просыпаются, детка, и кричат мама, - флегматично ответили часы.
-А если...?
-Никаких если. - сердито застучали они стрелками. -Эти правила были придуманы задолго до тебя.
Следующие дни я почти не помню. Они запомнились мне только липкой, гнетущей бездной, обернувшейся вокруг меня черным полотном. И разбавленной лишь мягкими прикосновениями Кота и сладко пахнущей водой с целебными травами, которые он пытался мне влить в рот на привале.
Мы шли, шли и шли. Точнее он нес меня на спине. Иногда Кот кидал меня и с кем-то дрался, текла разноцветная кровь, то желтая, то зеленая, то почти нормальная красная, но она попадалась чертовски редко. Хотя я об этом не жалела.
Иногда на нас нападали двухметровые скорпионы, иногда мухи с человеческими лицами. Иногда к нам тянулись руки из-под земли.
Мы шли, Кот дрался, я спала.
-Приречье уже завтра. Ты слышишь? - он расталкивает меня то ли в середине дня, то ли глубокой ночью. Занятая проваливанием в больную дрему и своим умиранием я как-то не придавала этому значения. - Доживи до завтра и все будет в порядке. Ты слышишь?
Он тормошит меня еще немного. Я обхватываю его за шею и шепчу, слышу. И еще, спасибо Кот.
Когда восходит солнце, мы идем дальше. Кот все время меня тормошит и насильно вталкивает воздух в намертво сжатые губы. Дыхание у него горячее, и я резкими отрывистыми рывками то прихожу в себя, то теряю себя вновь. Кажется, он еще и что-то говорит. Непрерывно, непрестанно. Он вообще болтливый этот кот-молния, кот-мутант, потомок тех, кого катастрофа и мутация сделала настоящими хозяевами планеты. Только об этом уже никто не помнит, кроме "настоящих" людей.
Мы медленно входим в аккуратные и непривычные после развалин домики Приреченска. Чистые, правильные, как текущая в наших венах кровь. Синие крыши, белые стены, зеленые деревья. Странный вид.
-Тихо у вас тут. - говорит Кот.
Я приподнимаю голову, до этого безжизненно свисающую с его плеча. Мне на мгновение становится легче.
-Туда, - хриплю я. - там лаборатории.
Мы входим в пустое и притихшее здание. Я разочарована, я думала, меня будут встречать, но тут никого нет. Кот прислоняет меня к стенке и уходит искать хоть кого-нибудь. Куда же они все делись, чертовы сукины дети? -думаю я. Куда же они все...
Меня снова обволакивает темнота. Неужели я так и умру, уже дома, но так далеко, бесконечно далеко ото всех. Даже от Каэра-сарта, мутанта, которому здесь не место.
-Я их нашел. - он снова тормошит меня. - но у нас одна проблема.
-Какая к черту проблема? - я разлепляю помертвевшие губы.
-Ты последняя.
-Чт..
-Они.. там одни мертвецы, ведьмочка. В домах, в этих ваших лабораториях.
От того, что я сейчас сдохну мне становится легче. Это поистине везение, что я щас сдохну.. Я не успела. Я зря столько искала. Впрочем я просто ничего не могла бы сделать все равно, у меня было слишком мало времени.
Я закрываю глаза. Кот трясет меня, орет что-то, но меня больше ничто не заставит их открыть. Та ответственность, что еще держала меня в этом мире, заставляла дышать, наконец отпустила. Я последняя. Последняя чистокровка и даже лучше, что нас больше нет. Для этого изменившегося нового мира.
Я больше не слышу даже криков Кота. Темнота. Все.
-А если умираешь во сне?
-По всем приметам будешь долго жить, детка, - мудро протикали часы.
Мр.. мр.. мр.. мурлыкает кто-то под боком. Я протягиваю ладонь, чтобы погладить, но вместо маленькой зверюшки наталкиваюсь на громадного Кота. Я почему-то дрыхну у него на плече. Он приоткрывает желтые с вертикальной полоской глаза.
-Очнулась? Я не сомневался.
Судя по белым стенам с жалюзями на окнах, мы все еще в Приреченске.
-Как?
Он усмехается, хитро, заговорщически подмигивает.
-Переливание крови. Я не сразу догадался, но когда ты потеряла сознание и почти перестала дышать, соображалка сразу заработала. Эта ваша болезнь она поражала только вас, чистокровных и была абсолютно безопасна для нас. Пока я искал людей, я увидел много оборудования. Действительно много оборудования и работающего. Столько всего, о чем можно только мечтать. И при таких возможностях вы все равно не могли найти лекарство. Вывод напрашивался только один. Вы не там искали. Вы такие гордящиеся своей неизменной кровью, доставшейся прямиком от Первых, от папочки с мамочкой, которые вам все уши прожужжали, что только вы настоящие люди, а остальные нечистые звери. Да, да, я знаю, ты так не считаешь, но когда тебя мучила лихорадка, я уже наслушался этого бреда. Тебе это похоже повторяли постоянно, но учитывая, что ты забралась так далеко от своего стерильного дома, не очень-то слушала. Поэтому чтобы вести поиски лекарства у нас, вы даже не думали. А тем более использовать нашу кровь.
Только сейчас я обращаю внимание, что из моей руки торчит прозрачная трубка-капельницы, а по ней течет фиалетово-багровая кровь, переливаясь из вены Каэра.
-Вы поиски основы для противоядия вели даже в Пустой земле, где еще оставались старые города и наследие Первых. К нам вы даже не обратились. И вот когда ты хлопнулась в обморок, бац, и до меня дошло. Где ваши колдуны могли не искать, почему не болеем мы? Нашел пару капельниц, устроил переливание. В начале ты и вправду не дышала, но потом пошла на поправку.
Я припомнила непримиримость старейшин и подумала, что сообщи я о таком способе раньше, немногие бы согласились. А те кто последовал бы совету, были бы изгнаны. Тупо с их стороны. Но чего уж думать. Я все равно не успела.
-Спасибо, Каэр-сарт. Они.. - я медлю, но все же задаю вопрос. - точно.. уме.. их нет?
-Все. Не советую смотреть. Это случилось уже давно. Неприятное зрелище.
После зомби?? После всех мертвяков, что я видела?
-Вот дерьмо.
-Да, бывает. - соглашается он.
А потом думаю, что я их знала, и лучше их запомнить такими, какими они в тот день всей толпой высыпали на главную улицу провожать меня в Великий Поиск. Старики совета, друзья, знакомые, молодые, старые. Родителей не было. Они умерли уже давно. Одни из первых жертв лихорадки.
-Значит, я все равно бы не успела. - я задумываюсь над тем, что мне делать дальше. Маячить одиноким призраком на останках Приречья мне не хочется.
-Переливание крови тебе может понадобиться часто, -говорит Кот.