Лагунов Сергей: другие произведения.

Без следа

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Первое упоминание о методах, которые впоследствии назовут нанотехнологией, сделал Ричард Фейнман в 1959 в своей речи "Там внизу много места".

  
  Темнота, сжимающая сердце детскими голосами.
  
  - Это было давным-давно. Один из районов страны был захвачен демонами без лица...
  - Как это - без лица?
  - Вот так. Без носа, без глаз, безо рта...
  - А как же они ели?
  - Они ели людей. А как, никто не знает. Некому рассказать. Все исчезали.
  - А что дальше?
  - И вот однажды один из путников заехал в такой район. Демоны погнались за ним. Полночи продолжалась погоня. И вот, когда лошадь совсем выбилась из сил, он увидел огонек... Надежда придала силы его ударам, и он смог заставить лошадь преодолеть усталость. Огонек оказался костром. Путник добрался до людей! Его усадили в круг. А когда он отдышался, главный на становище спросил, что заставило его так спешить...
  - Он не знал про демонов?
  - За ним же не гнались!
  - Тихо, вы! Максим, продолжай!
  - За мной гнались демоны без лица. 'Такие?' - спросил вожак и провел рукой перед лицом... И лицо исчезло!
  
  Яркая вспышка света. Кто-то вскрикнул от неожиданности. Один из детей приподнял дверь схрона, только что охранявшую мрак.
   - Зачем? - вскинулся худенький мальчик, лет двенадцати.
   - Максим, прости, я хотел увидеть лица, - оправдывается провинившийся погодок.
  - Ну. И что, видишь чего-нибудь?
  - Не-а...
   - Глаза привыкнуть должны, дупель. Кто следующий?
  - А что случилось с путником?
  - Никто не знает. Он не оставил никаких следов.
  
  Дверца опускается. Вновь воцаряется темнота.
  - Готовы? - раздается девичий голос.
  - Давай, - разрешает Максим.
  - Это глаз мертвеца, передай дальше!
  
  Детский крик. Через мгновение он становится многоголосым. И снова врывается яркая вспышка света, она выхватывает разбегающиеся в разные стороны детские фигурки.
  В подвале жилого дома под конусом света остаются Максим и его сверстница, Лена. Они смотрят друг на друга. Максим отводит глаза вниз. На полу лежит что-то округлое, слизкое и зеленое.
  - Что это?
  - Слива без кожуры.
  Максим плюет на сливу и вылезает наружу.
  
  А снаружи - раннее лето. Пахнет полынью. Полуденный стандартный двор недавно построенной панельной девятиэтажки: стол за скамейкой, где уже сидят мужики и играют в домино, несколько стоек для сушки белья, редкие хилые саженцы.. Одиноко сверкает новым лаком 'Жигуль'. Водитель читает газету. В открытое окно авто распространяется речитатив диктора радиостанции 'Маяк':
  - Спустя два года после исторического Двадцать шестого съезда Коммунистической партии Советского союза, как никогда, прозорливо выглядят его решения в области разрядки международных отношений. Отказ от политики, основанной на недоверии, соперничестве и напряженности, отказ от использования силы, накопления вооружений или угрозы силой явился средством воздействия на политику государств, укрепления взаимного доверия и взаимопонимания...
  
  Из подъезда выходит очень красивая женщина чуть за тридцать, держа за руку своего сына. Автовладелец, откладывает газету. Мать оглядывается, замечает щурящих на солнце глаза мальчика с девочкой и ведет сына к ним:
  - Здравствуйте, дети! А как вас зовут?
  - Максим, - нехотя откликается подросток.
  - Миледи, - склоняется в реверансе девочка.
  - А это мой сын - Петя. Пусть он поиграет с вами.
  
  Женщина отпускает руку Петра и отходит к 'Жигулям'. Водитель выбегает из машины, открывает дверь, помогает усесться пассажирке... После нескольких ритуальных манипуляций автомобиль отъезжает.
  
  - Это ты вчера переехал?- интересуется новоявленная аристократка.
  Петр утвердительно кивает головой.
  - Это ваша машина?
  - А что?
  - У меня еще не было знакомых с машиной.
  - Нет, не наша.
  - Мамкиного хахаля? - Максим вмешивается в разговор.
  
  Петр неловко замахивается на Максима. Начинается потасовка. Ленка со смесью испуга и наслаждения смотрит за этой кутерьмой.
  
  - Ты чего? - прерывисто выхрипывает Максим в паузе стычки.
  - Еще хочешь? - не утихает 'новенький'.
  - Ты случайно не больной?
  Петр замахивается снова. Максим отскакивает.
  - Ну, ты, хрен с горы. Сначала объяви войну. Причину назови.
  Лена не выдерживает долгого невнимания:
  - Это он из-за меня.
  - Да, пошли вы, - Петр отворачивается
  - Ну вот, а казался рыцарем, - не отдает инициативу девочка.
  
  Занятые своими разговорами дети не замечают, что они уже не одни. За их телодвижениями внимательно наблюдают трое подростков чуть постарше с непременными папиросами в зубах. Парни достигли той степени социализации, при которой весь двор знал их по кличкам.
   - Что, паря, прописку новенькому даешь? - вступает низковатый, крепко сколоченный главарь, Хрип.
  - Не ссы, в натуре. Всем прописка нужна,- поддакивает толстоватый здоровяк, Жбан.
  - Мы играли, - первой приходит в себя Ленка.
  - А-а, играли, а почему нас не позвали? - вмешивается маленький и вертлявый Парша.
  - Ну, что, дева, поиграем? - басит Жбан
   - Мы сами разберемся, - пытаясь твердо выдавить согласные звуки, загораживает девочку Максим.
  - А, ты уже... А делиться? - суетливо хихикает Парша.
  Жбан подходит к Петру и пускает табачный дым ему в лицо. Лица тройки теряют отличительные черты и оборачиваются в одну гадкую харю хрипожбанапарши. Максим безрассудно бросается в ноги Хрипу и сбивает его. Завязывается потасовка. Сверху на Максима наваливается Жбан, Хрип в это время избивает Петра.
  И тут раздается девичий крик:
  - А-а-а. Насилуют!
  Драка замирает.
  - Беги! - хрипит Максим
  
  Мужики, сидевшие за столом, поднимают головы.
  - Дядя Паша! Держите их! - не смолкает набатный крик.
  
  Хрип принимает решение:
  - Пацаны. Уходим по-тихому. А ты, красотка, подрасти. Тогда и орать будешь. Ладно. Не прощаюсь. По одному двору ходим.
  Троица медленно уходит с поля брани. Подскочивший было к ним мужчина, останавливается и провожает их взглядом. Петр и Максим встают с земли.
  
  - Ну вот. Теперь и во двор не выйдешь, - Максим трясет головой, стряхивая пыль.
  - Кто это? - спрашивает Петр.
   - Хрип с компанией. Тот, что потолще - Жбан. А маленький - Парша,- вводит в курс дворовой иерархии Максим.
  Лена, кокетливо поправляет прядь:
  - Ну, мальчики. Вы теперь мои пажи до гроба.
  - Ненадолго. До следующей встречи, - уточняет "старожил".
  
  Ленка обиженно поджимает губы. А Петр допытывается у Максима:
  - И что же делать?
  - Не знаю. Пистолет бы достать.
  - А как же в школу ходить?
  - Выйдешь минут за сорок.
  - Зачем?
  - Обходной путь покажу.
  
  "Спасительница" вновь привлекает к себе внимание:
  - А кто меня будет защищать?
  - Ходи с бабушкой. Хотя пока не подрастешь, никто и не будет, - парирует Максим.
  - Фи, вот и благодарности от спасенных, - Лена убегает в сторону подъезда.
  
  *
  Темное пятно.
  
  Когда появляется свет, мальчики стоят уже в школьной форме с портфелями возле того же подвала.
  - Пошли, - командует Максим.
  - Куда?
  - В подвал.
  - А почему сюда?
  - Выйдем через торец. Со двора не заметят.
  - А дальше?
  - А дальше через Бруски пойдем.
  - Какие Бруски?
  - Там, где бараки.
  - А что, там Хрип не ходит?
  - У нас с ними война. Они - аборигены. А мы - пришлые. Главное - ни звука. И не оставлять следов.
  Беглецы лезут в подвал. Вскоре подвал становится сырым и темным, но впереди уже пробивается полоска дня. Вот и лаз. Решетка заботливо сдвинута.
  Максим с Петром быстро идут через район, где большинство домов - это небольшие двухэтажные бараки.
  - А почему ты за меня вступился? - нарушает молчание Петр.
  - У них лица исчезли.
  - Как?
  
   Друзья поворачивают за одну из построек и натыкаются на группу подростков, в которой находится Хрип. На удивление Хрип настроен благожелательно:
  - О, не ждал. Как узнали? Ладно, потом... Пока ломайте штакетник. Некогда.
  Петр с Максимом оглянулись. Два десятка разнокалиберных подростков с палками, ремнями и прочими подручными средствами, переминаясь с ноги на ногу, томились в тревожном ожидании. После некоторой заминки они подошли к небольшому изрядно поредевшему забору и стали выламывать оружие и себе.
  - Не дрейфь, малолетки. Всем прописку сделаем, - ободрял Хрип.
  Из дальнего угла вывалилась толпа точно таких же подростков, только одетых, несмотря на погоду, в телогрейки.
  - Мужики, не ссать. Бить в морды, - скомандовал Хрип.
  Две подростковые кучи смешались в безликую массу.
  
  *
  
  Нескончаемо яркая вспышка света. Сухость выдавливает шершавый язык изо рта.
  
  - Хр-р-р..
  - Максим Петрович, как вы себя чувствуете?
  - Пить.
  
  Прохлада смягчает язык. Можно открыть глаза. Свет приглушили или привык?
  
  - Максим Петрович, подождите несколько минут. Сейчас все придет в норму. И вы сможете ходить. А пока я могу ответить на Ваши вопросы.
  
  Высокий сутулый блондин с рельефными мышцами склонился к лицу. Сутулый атлет? Сутулый? Переделанный - пробирку его ети. Дожили, каждый урод может стать мадонной Боттичели. Дорого, но может. Вторая половина века, глазам доверять не следует.
   Н-да, можно шевелить только ожившим языком. Или ушами, если бы раньше потренировался, как следует.
  
  - Сеанс закончен?
  - Да, все супер. Продукт получился экстракласса. Вы - уникум, Максим Петрович.
  - А что получилось?
  - Вы что, не знали, на что шли?
  - Знал только, что это немного противозаконно и хорошо оплачивается.
  - Ну, если вкратце, вы создали психоэмоциональную эндорфиннную симфонию.
  - А что, все увидят то же, что и я?
  - Это в принципе невозможно, Максим Петрович. Но все почувствуют то же, что и вы. Ваши страхи, надежды, азарт, радость освобождения станут достоянием человечества.
  - Памятник заработал?
  - Такой партитуры чувств я еще не встречал. Вы станете знаменитостью.
  
  Вот разжужался. А-а, пусть. Надо вернуть контроль над телом. Пальцы сжать. Время тянуть.
  
  - И как все это работает?
  - Вы слышали про классические опыты Пенфилда, Максим Петрович? Он раздражал участки коры. При раздражении электрическим током коры головного мозга его пациенты на операционном столе переносились в прошлое - конечно, не физически, а эмоционально. Причем воспоминания были вполне конкретны. Люди, находящиеся в клинике, вдруг начинали заново переживать события, о которых давно вроде бы забыли. Переживать во всех подробностях: ощущать вкус орехового мороженого, которое они ели 20 или 30 лет назад; обонять терпкий запах травы, в настоящее время уже не растущей в данной местности; слышать мелодии, давно не звучащие на радио и по телевизору... Люди переживали заново радость первой любви, ужас смерти родителей, гнев детской обиды...Причем события всегда приходили вместе с чувствами...
  
  Э-э, надо останавливать, а то он мне университетский курс прочитает.
  
  - Вы мне череп вскрыли, что ли?
  - Зачем? В наш-то век нанотехнологии! Вам ввели нанофлики. Они достигли вашей гликейной системы, стимулировали определенные участки коры. Были введены и нанореки. Они записали всю вашу химическую последовательность переживаний, инициированную вашей лимбической системой. Теперь после нанореконструции любой человек сможет пережить ваши чувства...
  
  О, господи! Нано, био, кибер, супер... Множим сущности ради какой такой необходимости? Чтобы какой-нибудь идиот почувствовал чужой кайф как свой?
  
  - Почему действие шло отрывками?
  - Вспомните сны. Всегда какие-то обрывки, отдельные куски... Так и тут. Запись идет только при эмоциональном сопровождении.
  - Вы мне скажите, почему, если я вспоминал, я себя со стороны видел? Третьим глазом, что ли?
  - Максим Петрович, локализация 'я', инициированная в эксперименте, не совпадает с локализацией обыденного сознания...
  - А эти наношпики так во мне и останутся?
  - Ни один наноробот не может функционировать больше 48 часов в человеческом организме. Первая поправка Дрекслера к Конституции.
  - Даже в подпольных лабораториях?
  
  Дожили. Даже нелегалы чтут конституцию. Ого, Сутулый дернулся, замер и завибрировал.
  
  - Прегуманам трудно мыслить вне категорий примитивной этики.
  - Ладно, я - прегуман, а ты кто?
  - Я - постгуманист. Мои ментальные и биологические структуры оптимизированы, в отличие от Ваших.
  - И что?
  - Я мыслю в сотню раз быстрее, чем Вы.
  - Зачем?
  - Что зачем?
  - Зачем мыслить быстрее в сто раз?
  
  Ого, закраснелся. Быстрее раз в сто, чем обычный человек. Так, в комнату входит еще один атлет. Брат-близнец. Только рыжий и с прямой спиной. Впрочем, что-то знакомое... Где я видел эти суетливые, почти броуновские, движения? А он руки раскрыл, обниматься лезет.
  
  - Классно сыграл!
  - Пар...Парша, ты, что ли?
  - Узнал, узнал.
  - Да, тебя трудно узнать. Если бы не ожидал тебя здесь увидеть...
  - Трудно, трудно. Ты посмотри: какой рельеф!
  
  Парша явно собирается продемонстрировать все свои стати. А вот какой прикид от Версачи! Хм-м, кто-нибудь помнит сейчас о Версаче?
  
  - Хорош, хорош, силиконовый ты наш.
  - Какой силикон, Макс? Нанопластика! Эх, сколько я бабок отвалил!
  - А мозги ускорил?
  - Нет, зачем зря деньги переводить? Мне моих хватает.
  - И то правда, зачем думать идиотские мысли в сто раз быстрее.
  - Слушай, это ты меня искал, а не я тебя. Кто заработать по-быстрому захотел? Да если бы сейчас не была мода на переживания 'совков', я бы на тебя время не тратил.
  
  Обиделся! Но не так быстро. Парша всегда ценил только внешнее проявление силы. О-па, первый атлет, постгуман вышел из зависания.
  
  - Психоэмоциональные состояния так называемых 'советских' людей просто не знают аналогов в современной истории. Имперский комплекс превосходства в сочетании с поистине туземным копированием всего заграничного, стандарты 'двойной' морали, запредельный национализм вместе с ...-
  
  Блондина надо остановить, а то Парша сейчас заснет.
  
  - Прервитесь, молодой человек, я уже слишком оклемался, чтобы выслушивать пространные лекции. Время - деньги.
  - Вот твои деньги,- пробурчал обиженный рыжий и протянул пластинку,
  
  Да, когда речь идет о деньгах Паршу оптимизировать не надо. Включается на раз. Хм-м, что это он мне сует? Жевательную резинку?
  
  - Что это?
  - Что, в первый раз наличные видишь? - Парша довольно хохотнул. - Бери, что дают. Учти, если не хочешь, чтобы тебя с ними повязали, плюнь на них. Наны быстро самоуничтожатся.
  
  Мы рождены, чтоб былью сделать... Плевать на деньги?
  
  - Смотри, Парша, ты меня с детства знаешь.
  - Я бы в этом бизнесе не был, если бы делиться не научился.
  
  Все, Парша восстановился. Куда он меня тянет?
  
  - Пойдем, я тебя выведу, - Парша зашагал к выходу.
  
  Ну, надо сделать первый шаг, затем размять ноги... В новых технологиях то хорошо, что не надо надевать больничную пижаму. И соответственно, не надо тратить время на переодевание после процедур.
  
  Все. Прощай, операционный бокс, теперь через анфиладу шлюзовых камер пройдемся к выходу. Солидно все устроено, солидно. Да и неудивительно. Наркобизнес уже столетие прочно держит первенство по норме прибыли наравне с продукцией 'Майкрософт'. Но наркобизнес возник чуть раньше. И почему только последние сто лет? А раньше соревнования не проводили - судей не было.
  Вот, кажется и пришли к последнему барьеру. Последним был ... Ух ты, это создание уже не тянет назвать атлетом. Охранник отличается повышенной устойчивостью во всех трех обычных измерениях. Эдакий куб с ребром около 180 сантиметров. Селекция или конструкция?
  
  - Подойдите к магнитоскопу и справьте малую нужду в это отверстие, - монотонно протягивает человекокуб.
  - Может, вы хоть отвернетесь?
  -Я должен пресекать все предусмотренные формы фальсификации проб, -следует кубический ответ.
  - Делай, что говорят, - советует Парша. - Чего ты мнешься? Стандартная процедура, во всех аэропортах используется. Вдруг ты нанороботов в себе выносишь?
  - И депутаты такое проходят?
  - Все проходят. Макс, не выпендривайся.
  
  Ладно, придется подчиниться. Вот не думал, не гадал, что в спортсмены я попал. Пись, пись, откройся... Мы рождены, чтоб сказку... После процедуры пропуска приходится ждать. Чем бы заняться? На закрытом люке намалеван самый известный лозунг нанотехнологов "Там внизу много места". Н-да, а вот лозунги повторять - психику не жалеть.
  
  - Парша, а почему ты не продал свои чувства, ты ведь со мной жизнь начинал?
  - Продавал. Слишком примитивный набор получился. Тут нужны тонкие натуры, придурковатые. Как ты с Ленкой. Да, я не жалуюсь, всех бабок не заработаешь.
  - А Хрип с тобой работает?
  
  Парша мнется. Снятся ли ему детские страхи?
  
  - Да ладно, не хочешь, не говори.
  - Да не знаю я, где сейчас Хрип. Слухи только темные ходят.
  
  Должен в тебе остаться ребенок, Парша. Должен!
  
  - Проба протестирована успешно, выход свободен - просыпается охранник и открывает люк.
  - Давай, Парша, не спи возле параши.
  
  Ответа дожидаться не стал. Позлись, позлись. Злость - быстрый советчик. А скорость, ой, как нужна. Какое же узкое отверстие этот ваш ход! А я-то хвалил за солидность.
  
  Ага, вот и холл гостиницы. Парадный вход-выход в подпольную лабораторию! Услужливый портье протягивает оставленные ранее металлические и пластмассовые вещи.
   А ведь я сейчас мог бы дать на чай. Давно забытый навык. Жалко, пластинка одна. Н-да, с буржуйством надо было завязывать.
  
  Так, выходим на улицу, вставляем мобилклипсу в ухо. Интересно куда делась полынь после постиндустриализма? Почему не пахнет полынью после победы нанотехнологии во всем мире, я Вас спрашиваю?
  Ну вот, не успел полюбоваться вечерним летним видом, как клипса по-виповски жужжит.
  
  - Макс, нам нужно срочно встретиться!
  
  О, друг детства прорезался. А откуда у тебя телефончик? А если знал, чего раньше не звонил?
  
  - Петя? Сколько лет, сколько зим. Извини, брат, я связан словом. Можно перенести встречу на завтра? Обещаю самый лучший...
  - Макс, ты прекрасно знаешь, что сейчас совершаешь федеральное преступление первого ранга.
  - Петь, ты о чем?
  - У тебя в кармане наличные. Я должен тебя арестовать, Макс.
  - И сколько у меня есть времени на поиски адвоката?
  - Макс, у тебя нет выхода. Ты должен встретится со мной в Центральном Парке через десять минут или...
  - Всегда не любил вариантов по имени 'или'. Встречаемся, брат. На том же месте?
  -Да где с Леной последний раз...
  
  *
  
  Н-да, центральный парк не менялся со времен захвата накробизнесом первенства по нормам прибыли. Конечно, есть новые аттракционы и кафе. Но деревья и скамейки такие же. Или реконструированные? Нет, недавно подкрасили...
  
  Ну вот и он. Конечно же, сидит на 'Ленкиной' скамейке. Давненько не виделись, н-да, постарел. Что запрещают чиновникам омалаживаться? Или сами боятся потерять вышколенность лица? Вдруг начнет выдавать в свет неразрешенную мимику с непривычки.
  Дает понять, что увидел. И нам пора.
  
  - На чьей машине подъехал, Петя? Хахаля?
  - Не смешно, Макс. Но если ты интересуешься: за нами не следят. Это частный разговор.
  - По поводу федерального преступления первого ранга?
  - Макс, брось хорохориться.
  - Петь, ты в своем ведомстве теперь какой комитет возглавляешь?
  - По контролю за распространением 'черной топи'. Расшифровывать?
  - Военное применение нано...
  - Слушай, давай введем запрет на эти два слога... А то и так скоро любое слово будет на букву 'н'.
  - Не-неприличная буква.
  - Вот-вот. Помнишь, когда мы школу заканчивали, все вокруг слова были с окончанием на 'инг' и на 'шен'?
  - Лизинг с франшизой пиарят синдикейшен, пока консалтинг мониторит маркетинг. Значит, вечер воспоминаний?
  - Макс, ты должен пойти и сдаться. Явка с повинной...
  - Слушай, а как ты меня вычислил? Ведь меня обнюхали с ног до головы. Я лишней молекулы с собой не занес.
  - Оперативные методы, Макс, состоят не только из технических спецсредств. Следы оставляют все.
  - Парша - твой агент?
  - Тогда бы, Макс, я перехватил бы тебя на входе. Зачем тебе наличные, Макс?
  - Деньги всегда нужны, Петя.
  - Наличные нужны только, если собираешься купить нечто противозаконное. Ты же не маленький, Макс, понимаешь, что любые деньги вне федерального контроля - бомба замедленного действия. Деньги в кармане - это предпосылка и пособничество террористам...
  - Я с собой покончить хочу, Петя.
  - В чем дело? Идешь в криптоцентр...
  - Я совсем хочу... Без каких было реконструкций. Вот ты скажи. Зачем этим постгуманистам наши чувства?
  - Понимаешь, Макс, когда ускоряешь проводимость нейронов...
  
  Им что мысли не только ускоряют, но и подтесывают? Что за страсть читать лекции?
  
  - Им наши чувства нужны, потому что своих нет, Петя?
  - В общем, да. У них все слишком просто, без нюансов...
  - Так вот, Петя, я хочу, чтобы мои надежды и страхи были связаны только со мной и ни с кем больше, ни с какой технологией. Полежишь в анабиозе, а там новый бум начнется на совков. И будут наши саркофаги вскрывать и сладкое себе добывать... Мою проблему не отложишь, ее надо решать сегодня, пока не поздно.
  - Что ты им сегодня продал, Макс?
  - Наш первый день знакомства. Помнишь?
  - Помню.
  - Может, отпустишь меня, Петя? Слежки же нет. Никто не узнает.
  - Государственный чиновник моего ранга раз в году проходит ту же процедуру, что проделывали с тобой сегодня. Вся динамика эмоций всплывет. А карту на меня давно завели. И сразу станет ясно, что близкий мне человек совершил преступление, а я ему помог. Моя жена в анабиозе. Думаешь, у меня много близких? Вычислят на раз.
  - Хреново.
  - Хреново. Зачем тебе деньги, Макс?
  - Не знаю. Пистолет бы достать.
  - Сейчас - лучше огнемет. И то никакой гарантии. По атомам соберут. У нас же гуманное государство: ни одному телу не дадут пропасть. Каждому обеспечена малейшая возможность на жизнь. Пусть в будущем.
  - А "серая топь"?
  - Страшилка это для детей. На фига кому-то маленькое говно, которое способно только на то, чтобы из всего сделать только такое же говно? Нет в этом никакой выгоды. История ядерного оружия доказала, что никто не решится сделать миру окончательный 'кирдык'. Никто не будет выпускать джинна, способного через несколько дней съесть всю планету, в том числе и хозяина.
  
  - Оп-па! Друг детства переводит дыхание и подбирает другие интонации.
  
  - Значит так, Макс, сейчас мы пойдем к ближайшему участку, и ты напишешь явку с повинной. Думаю, в качестве наказания можно попросить анабиоз. Ляжешь в тот же криптоцентр, где она лежит. Я составлю завещание, вас разбудят только вместе. Может, через пару столетий вам удастся вместе побороть ваши суицидальные натуры. Любители страшилок, мать вашу.
  - Жизнью после смерти меня соблазняешь?
  - А как еще можно соблазнить самоубийцу?
  - А помнишь, как здесь она выбрала тебя? Хреновыми мы оказались пажами, Петя.
  
  Давай-ка обнимемся, брат? Как в старое доброе время... Теперь самое время.
  А вот здесь следует тысячу раз отрепетированным движением нажать на нужный позвонок... И секретный чиновник второго федерального ранга обмякает стремительно, будто всю жизнь этого ждал.
  Физические методы самые действенные среди оперативных, кроме мыслительных, разумеется. Против лома нет приема, особенно когда его не ждешь. Слишком хорошо мы знаем своих друзей детства. А не надо было полагаться на старые знания...
  Так, даже если друг детства под завязку напичкан на... (черт, слово дал) маленькими помощниками - реаниматорами, выведут они его из прострации только минут через пятнадцать.
  
  А ведь не соврал Петенька: никто из кустов не ломанулся к новому федеральному преступнику. И звезды не закрыла шумная винтокрылая машина, разгоняя мрак дубинкой прожектора и приминая листву окриком: 'Не двигаться! Внимание!'.
  Так, двенадцать минут в запасе точно есть. Теперь вытащим все вещи, так заботливо сохраненные услужливым портье, выбросим их на листву, сверху кинем мобилклипсу. Ну, где тут это дерево? Люди более постоянны в своих чувствах, чем думают. А ведь просчитал я тебя, Петенька. Так, кто у нас профи? Вот, достанем моторолики из заранее приготовленного тайника. Н-да, мертвецов мы оживлять научились, а вот с дорожными пробками совладать...
  Так, двенадцать минут, семь километров. В самый раз.
  
  *
  
  Хрип не изменил своей крепкосколоченности. Кряжистый мужик. Даже время не берет, или наны помогают? На встречу с таким Петя без прикрытия не пришел бы ни при каких обстоятельствах. А я бы и с прикрытием не рискнул. Почему хочется сделать все, чтобы он улыбнулся?
  
  - Не наследил? Чист? - поприветствовал Хрип.
  - Чист. Сначала Парша обследовал по полной программе. Затем Петя снял наружку.
  - Как ты его уговорил?
  - Это он сам себя уговорил. Какой был бы удар по его репутации, если бы его лучший друг оказался преступником. Вдобавок к самоубийству жены. 'Кирдык' бы его карьере. Вот, он сам и пошел решать эту проблему. Он не предвидел, что это проблема решала его. Обычная практика. Хочешь стать охотником, прикинься жертвой. И никакого штакетника!
  - Ну, братан, растешь!
  - Главное не ссать, когда имеешь дело с профессионалами.
  - Ну, молодца. Всех знакомых повязал.
  - Ага, только Жбана не хватает.
  - Нет Жбана, Макс. Давно нет. Сгинул в девяностые. Поехал у 'чехов' оружие покупать и сгинул.
  
  Достать пластинку и протянуть его Хрипу...
  
  - Зачем? - Хрип насупился. - Я бы и так все сделал. По знакомству.
  - Побочный продукт 'заметания следов'. Да и вообще, Харону принято платить за последнюю перевозку.
  - Тебя наслушаешься, погоняло сменишь, - оскалился Хрип.
  - А ты не прислушивайся, а то пример захочешь брать.
  - Ну что, все или еще что делать захочешь? - Хрип стал мрачнеть.
  - Все. Только ответь мне на последний вопрос. Зачем тебе 'серая топь'?
  - Запас карман не тянет. Вот, например, кое-кто очень сильно хочет быть недоступным любой молекулярной реконструкции.
  - Каких слов нахватался, Хрип.
  - Опыт.
  - А изменений немного...
  - Я всегда буду делать то, что запрещено. Судьба, понял?
  - А не страшно?
  - Нет, тут главное меру знать. Не перекормить. А так, до меня не так просто добраться. Ты-то вон какого туману напустил. Ну? Все понял?
  - Понял.
  - Ну, а если все понял, иди в тот конец коридора и ложись. Если будешь стоять, можешь головой треснуться. Испортишь последнее мгновение. У тебя минута. Понял?
  - Понял.
  
  Длинный коридор, упертый в массивный люк. Внизу небольшое углубление. Там внизу много места. Хватит и на меня.
  Так, опуститься на пол. Сейчас Хрип нажмет кнопку.
  
  Это глаз мертвеца, чур, дальше не передавать.
  
  *
  
  И темнота приняла путника. И мрак стер его лицо.
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Зимовец "Чернолесье"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Т.Ильясов "Знамение. Вертиго"(Постапокалипсис) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) Г.Елена "Душа в подарок"(Любовное фэнтези) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 4, Вторжение"(ЛитРПГ) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"