Ландышева Ксения: другие произведения.

Сказка о потерянном короле. Глава 9. Есть контакт

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Глава серьезно так поправлена, несколько смысловых вставок, кому интересны такие подробности - угощайтесь))) обновление от 9.10.10


Глава 9. Есть контакт.

  
   Домой ехать все же пришлось на такси. Скажи кто неделю назад, что я так запросто буду пользоваться столь дорогостоящим видом транспорта, повертела бы у виска пальцем. А, тем не менее, выбора сейчас не было. Пока я спускалась в гардероб, меня поодиночке выловило большинство народа из группы, и каждый, смущаясь и переминаясь с ноги на ногу, извинялся на свой лад. Приходилось каждому объяснять, что я жутко тороплюсь, что я не сержусь, что все могут жить спокойно и так далее. К первому этажу я уже кипела. Дэн перегнул палку! На кой черт было так их пугать?
   В гардеробе на меня напала Танька. Со слезами в глазах она повисла у меня на шее, и принялась причитать и всхлипывать:
   - Прости меня, дуру безмозглую! Машка, это все из-за меня! Мало в детстве лупили за длинный язык, кто бы щас по шее надавал? Просто меня так поразило, что я в твоей постели увидела мужика, что аж распирало! Так я ж за тебя рада была! Ну, одной сказала, другой, так ведь все обещали молчать! А он молодец! Как всех построил! Ты бы это видела! На меня так глянул, такое ощущение, что всю душу и все грехи насквозь... - голос Таньки пресекся, она уже откровенно зарыдала. Я напрасно пыталась освободиться из ее объятий. Однако моя весовая категория явно не подходит на роль опоры для упитанной Таньки, а посему я законно возмутилась:
   - Герасимова, ты меня уронишь или раздавишь, - подруга немного ослабила хватку. - Отпусти же ты меня, я опаздываю!
   - Маш, ну прости.
   - Да простила я уже всех!
   - Это ты так просто говоришь.
   - Некогда мне сейчас ваши извинения слушать! Слушай, Танька, раз уж ты так горюешь. Так может, ты мне поможешь? - подруга с надеждой подняла на меня глаза. - Не знаешь, есть у кого свободное место в комнате? Подругу надо пристроить.
   - Я сегодня узнаю, а завтра позвоню, давай?
   - Завтра мне поздно будет. Она сейчас приедет, а я тут с тобой стою.
   - Ну тогда я сейчас повылавливаю наших общаговских, поспрошаю. Маш, а к вам завтра нельзя приехать, помыться? - я изумленно воззрилась на Таньку, а потом, не выдержав, расхохоталась. Представила картинку: вереница девчонок, прохаживающихся перед королем в халатиках. Его удар хватит. Я-то знаю, в чем они после мытья ходят. ЭТО он точно приличным не сочтет. Прикрыв ладонью рот, махнула на подругу рукой:
   - Нет, Таня, лучше не надо.
   - Ты на меня не сердишься?
   - Вот как найдешь, где подружке моей пожить, тогда и поговорим.
   Выскочив из здания, я метнулась наискосок, к торговому центру. Там должна быть стоянка такси. На крыльце меня попытались перехватить еще двое одногруппников, стоящие в кучке курящих парней. Но я лишь отмахнулась, проскочив между ними: опааааздываю! Подскочив к первой же машине, ввалилась в салон, выпалила адрес, и добавила, что мне надо быстро. Водитель, рыжий упитанный мужик с усиками, хмыкнул, велел пристегнуться и сказал, что как в Голливуде не получится, но вывернул на бульвар живенько так. На центральных улицах были пробки. Я нервно ерзала.
   - На свидание опаздываешь? - полюбопытствовал мужик.
   - Почти. Подруга у подъезда, наверное, ждет, мерзнет.
   - А-а. Что ж ты так оплошала?
   - Да одногруппники задержали, всем извиняться приспичило, - водила удивленно глянул на меня, но успел улучить момент и проскочить в тихий переулок, по которому мы с приличной скоростью двинулись к мосту.
   - А за что? - спросил он, переварив сказанное мной.
   - Было за что, не сомневайтесь, - отозвалась я.
   - А с чего им так приспичило? - попробовал тот зайти с другой стороны.
   - Совесть проснулась.
   - У всех разом?
   - Ага.
   - Так не бывает.
   - Бывает, если помочь слегка.
   - Какая загадочная девушка, - водитель кинул на меня заинтересованный взгляд. - Прямо заинтриговала.
   - Ничего загадочного. По морде настучали, кому надо было, вот и вся интрига. Вы на дорогу смотрите, - напомнила я. Куда-то разговор у нас свернул не туда.
   Все полчаса до дома мужик донимал меня расспросами: а кто настучал, а кому, а за что? Я уже пожалела, что вначале поддержала разговор. Уж лучше сидеть, молчать, хотя это тоже тягостно. Пришлось выкручиваться так и этак. Меня спас телефонный звонок. Незнакомый номер.
   - Маша, все в порядке?
   - Дэн, ты?! - изумленно выдохнула я. Голос короля спутать с другим невозможно.
   - Я. Купил телефон, проверяю связь. Надеюсь, ты не стоишь на морозе у подъезда?
   - Нет. Я еще не приехала. Еле сбежала от группы. Ты малость перестарался.
   - Ничего, им полезно. Не жди подругу на улице, она уже в квартире.
   - Что? Откуда ты знаешь? - сердце екнуло.
   - Я ее впустил. Случайно вышло.
   - Ты дома?
   - Нет. Я уехал. Иллюзию временно снял, а то со стороны ты будешь странно смотреться, передвигаясь среди невидимой мебели. Мне переночевать в другом месте? Она с сумками. - Я помолчала:
   - Не надо, приезжай домой.
   - Уверена? Почему ты не сказала, что у тебя проблема?
   - Потому что нет никакой проблемы. Она только в гости, вечером уйдет, - я постаралась сказать это уверенным голосом.
   - Хорошо. У меня нет причин тебе не верить. До вечера.
   - Пока, Дэн.
   Я отключила связь, и закусила губу. Больше всего на свете не люблю врать. И не умею. Кажется, он все понял. Но раз сказал "до вечера", значит, приедет. Водитель кидал многозначительные взгляды, но молчал. Наконец, мы у моего подъезда. Я расплатилась, пожелала удачи на дороге, и бегом рванула домой.
   Руки подрагивали, когда я открывала дверь. Внутри тишина. Старый скучный интерьер.
   - Наташа, ты тут? - молчание в ответ. Где же она? Ушла? Заглянула в комнату. Подруга спит на кровати. Я подошла, тронула ее за плечо:
   - Наташка, вставай, засоня.
   - Привет, Машка. Ты пришла? - приподнялась та.
   - Привет. Прости, опоздала я. Долго ждала? Там, у подъезда.
   - Да нет. Ой, Маш, кто это был-то? - подруга окончательно проснулась, и с любопытством вгляделась в мое лицо. Ну вот, понеслось. Как же так вышло, что они встретились? Плохой их меня конспиратор. Видя, что я смущенно молчу, Наташка прищурила глаза и лукаво улыбнулась. - Маш, ну мне-то ты можешь довериться, когда я тебя подводила? - это правда, никогда.
   - Наташ, не знаю даже, что и сказать, - подруга, глядя на мой несчастный вид, кинулась обниматься.
   - Маша, мы же с тобой с детсада знакомы. Рассказывай, что, где и как. Это твой парень? И живете вместе? Рада за тебя, - я только печально вздохнула:
   - Нет, Наташ, все не так. Живет-то он тут, но у нас ничего нет.
   - Совсем-совсем ничего? Как же это?
   - Вот так.
   - Ну, тогда рассказывай сначала. Кто такой, откуда взялся?
   - Эээ... он из другого города, случайно встретились. Знакомых никого нет.
   - А что он тут делает? - что же ей сказать? Врать жутко не хочется:
   - Наташ. Давай я сразу оговорюсь. Не хочу сочинять. И не могу сказать, кто он и откуда. Это не моя тайна, - удивленные подружкины глаза стали шире. - Не расспрашивай, пожалуйста. Я расскажу только то, что можно. Его зовут Данил, и он приезжий. У нас занимается изучением обрядов, шаманских и прочих, местного населения. Сегодня вот ездил к нам на истфак, искал профессора Кротова.
   - А почему он у тебя живет? Ну, приехал в командировку, иди в гостиницу.
   - Понимаешь, он издалека, из другой страны. Нашей жизни не знает и часто не понимает. Ему трудно жить одному. Я помогаю, чем могу.
   - Иностранец?! - Наташкины глаза окончательно покруглели. - Откуда, интересно? Говорит чисто, даже акцента нет.
   - Наташ, ну не спрашивай, пожалуйста. Не могу я сказать. Не обижайся. Я сама почти ничего не знаю, - помолчали. - А хочешь, его письменность покажу? Очень красивая.
   Я встала, подошла к секретеру. Это же не считается копанием в чужих бумагах? Мы там все равно ни словечка не поймем. И я только один листик возьму. Ой! Я уставилась на лист бумаги, исписанный вязью, и почувствовала, что краснею. Да не просто краснею, а прямо становлюсь как замечательно ошпаренный рак. Этот лист не годится! Я взяла следующий. Да что же это такое? Еще один. Тааак! Просто замечательно! Брат, говорите? Ну, кто-то сегодня огребет сестринских матов. Я мельком просмотрела стопку исписанных листов, и на каждом, НА КАЖДОМ, кроме текста, были замечательные иллюстрации. Мастерски и со вкусом выполненные!
   - Машка, - выдохнула над моим плечом подруга. - Это что, он рисовал?!
   Я попыталась запихать бумаги обратно в шкаф. Куда там! Наташка с изумленно-восхищенным лицом всматривалась в женские фигурки и лица, изображенные на полях, в уголках листов. И везде, везде это была я. Кое-где, правда, присутствовали только некоторые, м-мм, части тела, так скажем. Но почему-то никаких сомнений в том, кому они принадлежат, у меня не было. Я не скажу, что это была откровенная порнуха, но, согласитесь, увидеть себя в обнаженном виде на картинке не каждому в жизни дано. Я была просто в шоке! Нашел себе модель! Изгиб спины, бедра. Голая грудь и живот. Шея и овал лица. Отдельно глаза. Мои глаза, доложу я вам! Вновь шея и ухо, прядь волос. Кисть руки. Лицо. Фигура в целом, задрапированная полупрозрачной тканью. Как интересно! А вот и я, в том самом белом платье из сна. А еще отпирался, с таким честным лицом! Черт, черт, ЧЕРТ!!! И этот человек читает мне морали?! Рассказывает о невозможности отношений и чувств? Какие же надо испытывать чувства, чтобы рисовать ТАКОЕ?!! Р-р-р-ррррр! Убью! Р-растерзаю! Подруга подняла на меня веселые глаза:
   - Расскажешь?
   - Наташа! Мамой тебе клянусь! Ничего не было! Это все он, скотина такая! Слышала бы ты, что он мне говорил! "Ты, милая девушка, ждешь других отношений и чувств. С моей стороны их не будет!" - передразнила я терзавшие меня слова короля. - Да я ж его убью вечером! Ты только посмотри на это! Гад! Скотина! Урод несчастный! Я тут бегаю, трясусь, куда бы тебя пристроить, чтобы только этому козлу уходить не пришлось, а он!!! - Воздух в груди кончился. Пришлось сделать паузу. Я просто задыхалась от возмущения. Невозможно словами выразить все чувства, что переполняли меня в тот момент. Будь король рядом, точно бы вцепилась ему в физиономию! Снова набрала воздуха и открыла рот, но Наташка меня опередила.
   - И где он тебя видел в таком пикантном виде? В ванной подглядывал? - я выдохнула, взглянула исподлобья:
   - Я болела. Сильно. Была в бреду больше суток. А он за мной ухаживал. Раздевал. Лечил. Вот только говорил при этом, что я ему как сестра. - Как же просится рассказать ей все: и про то, как он вдохнул в меня жизненную силу через поцелуй, и как водил руками по голой спине, чтобы вылечить пневмонию. Ведь это все было только позавчера.
   - Весело живете, ребята, - отозвалась Наташка, потом пытливо взглянула в мое лицо. - Он тебе нравится, да?
   - Не знаю.
   - Да брось. Все ты знаешь. Влюблена по уши. Я же вижу, - щеки снова начали гореть. - Бедняжка моя. - Подруга обняла меня и погладила по голове. - Чем же тебе помочь?
   - Ничем ты мне не поможешь. Я ему совсем не нравлюсь. - Наташка рассмеялась:
   - Маша. Ты что? Глянь на эти рисунки! Он же каждую твою черточку прорисовал!
   - Да это хобби у него такое - рисовать на полях. Я еще в первый день заметила. Сидит и в задумчивости чертит. Как будто рука сама, понимаешь?
   - Нет, мила моя. Это ты себя уговариваешь. Есть между вами искра. Как он вообще-то к тебе относится?
   - В том-то и дело, что никак. Вежливый, отстраненный. Постоянно подчеркивает, что я ему даром не упала.
   - И никогда комплиментов не делает?
   - Нет, может, пару раз, походя.
   - А спите как?
   - Да вот тут и спим.
   - Вместе, на одной кровати? - изумилась Наташка. - И ничего не было?
   - Не вместе, а каждый на своей половине.
   - И никогда никаких поползновений?
   - Нет, - ну как я ей про меч расскажу? - он там, я здесь. Границу не нарушаем.
   - Да-а, - протянула подруга. - Железный мужик. А если бы нарушил, ты как? Согласилась? - я схватилась за голову двумя руками:
   - Ничего не спрашивай. Не знаю я. Ничего не знаю!
   - Прости, Маш, - подруга обняла меня. - Это все еще больная тема для тебя? А все из-за этого урода, Эдьки. Ты после того случая такая зажатая стала. Даже взглядов боишься. Зря тогда не написала на него заяву.
   - Кому бы от этого легче стало? Мне? Он пьяный был. Зачем портить жизнь человеку?
   - А то, что он тебе жизнь испортил, ничего? - возмутилась Наташка.
   - Ага, а что бы я матери сказала? Правду? Что ее дочь чуть не изнасиловали в день пятнадцатилетия? Да я бы потом ей в глаза смотреть не смогла.
   - Машка, дурочка. Ты-то не причем! Никто бы тебя не винил!
   - Ладно, хватит об этом. Не хочу вспоминать.
   - И то верно. Что с этим делать будешь? - кивнула подруга на листочки.
   - Я ему их предъявлю. Вот пусть попробует еще хоть слово о приличиях мне сказать!
   - Притормози, подруга. Ты хочешь поругаться с ним или объясниться?
   - Поругаться! Это факт.
   - Тяжелый случай. Ну и чего ты добьешься? Наорете друг на друга, наговорите гадостей, и кому от этого будет лучше? Маш, хочешь совет? - я угрюмо молчала. - Не говори ему об этом. Будь умнее. Это будет твой козырь в крайнем случае.
   - О чем ты говоришь? У нас ничего нет, и не будет. Посмотри на меня: кому я такая нужна?
   - Не говори глупостей. Ты очень славная девчонка.
   - Да-да. Очень славная! И девчонка, сразу видно. Мне об этом не устают напоминать. Вечно за ребенка принимают.
   - Ну так и хорошо. У мужчины такая девушка сразу вызывает желание заботиться и защищать. А фигурка у тебя очень ладная, аккуратная. Все при тебе, не наговаривай на себя. Сама посмотри, - подруга подвела меня к зеркалу в прихожей. - Тоненькая и стройная. Я тебе откровенно завидую. Есть можешь, что угодно и в любых количествах.
   - Метр с кепкой. На всех снизу вверх смотрю.
   - Во-первых, не такая уж ты и маленькая. А во-вторых, уж лучше снизу смотреть, некоторые себе парня из-за роста найти не могут, все ниже их оказываются. Каблуки можешь любые носить.
   - Заморыш.
   - Прекрати, Машка! При твоем росте худоба смотрится как хрупкость. Это высоких девок называют тощими, а к тебе этот термин неприменим никак. Убедила?
   - Ну, про волосы-то ты ничего не сможешь сказать.
   - А что волосы? Хорошие, густые, а если тебе цвет не нравится, так кто мешает покраситься? И стрижку покороче, тебе пойдет.
   - А лицо? Совершенно невыразительное.
   - Нормальное лицо. Славянские черты. А выразительность тебе эмоции придают. Ты же впечатлительная, все близко к сердцу принимаешь, и отражается это на лице. А если накрасить нормально, вообще красавицей будешь. Думаешь, звезды все поголовно красотки? Фигня! С них макияж смыть - такие страшилы, показывали как-то по телеку передачу. Так что делаем вывод: ты очень привлекательная девушка!
   - Хитра ты, Наташка! Все мои недостатки расписала как величайшие достоинства.
   - Так и есть. А тем, кто говорит обратное - не верь. Они завидуют, - я засмеялась:
   - Вот за что я тебя люблю, это за твой оптимизм! Ты в любой ситуации найдешь светлую сторону. Пошли на кухню, обе голодные, ты вообще с дороги, а я тебя гружу тут своими проблемами.
   Вот черт! И зажевать нечего! Король со своими замашками и помешанностью на здоровом питании все повыкидывал! Я предложила подруге пока чаю и фруктов, а сама взялась почистить картошку. А мясо разморозить еще надо.
   - Не суетись, - отозвалась та, копаясь в своих сумках. - У меня куча съестного, родственники нагрузили. Собирали, как в голодный край.
   Наташка выставила на стол какие-то соленья, варенья, домашнюю колбасу. Все упаковано, запаковано и перевязано веревочками. Сердце заныло от тоски по дому и умершей бабушке.
   Пока не сели за стол, я решила позвонить Ольге, смущенно объяснив Наташке, что ищу ей место жительства. Та улыбнулась и сказала, что и сама не хочет устраивать мне подлянку, отсвечивая здесь.
   Ольга порадовала меня сообщением, что ее соседки съезжают, и она готова принять Наташку к себе на постоянное жительство. Следом раздался звонок Таньки, которая, гордясь собственной изворотливостью, выпалила, что есть место в общаге. Хоть сейчас заезжай.
   - Ну вот, а ты переживала. Где наша не пропадала?
   - Куда пойдешь? В общаге платить почти ничего не надо. Я и сама подумывала, не уйти ли к девчонкам, да мама категорически против. Говорит, хоть на последние деньги снимай квартиру, у меня на душе спокойнее будет. Кто-то ей порассказал, что сейчас в общагах делается: пьянство и разврат. Не переубедишь.
   - Не, я лучше к Ольге. Одноклассница все же, а в общаге я никого не знаю.
   Мы перезвонили Ольге, сообщили об окончательном решении. Наташка сама поговорила с ней, и сказала, что та предложила нам вместе приезжать на репетицию к ней в училище, а оттуда они поедут на квартиру.
   Я помогла подруге отобрать самые необходимые вещи, чтобы сегодня переночевать на новом месте, а завтра забрать все остальное.
   - Вот я завтра приеду и посмотрю на вас вместе, - хитро улыбнулась Наташка. - Рано утром не буду, чтобы не поднимать с постели. Во сколько вы встаете? - Я задумалась:
   - Ну, поздно мы точно не встаем. Каждый день дела. Дэн целыми днями пропадает где-то, по своим делам мотается.
   - Так выходной же?
   - Он выходных не признает. У них это не принято.
   - У них! - многозначительно повторила подруга из комнаты. - Судя по письменности, он явно не европеец. Заинтриговала ты меня. Он не араб какой-нибудь? А то, может, у него дома гарем. Возьмет тебя любимой женой, - весело закончила она. Я насупилась:
   - Не смешно, - а сама подумала, что у него там все что угодно может быть. Я, к слову сказать, даже не в курсе, а не женат ли он. То, что он не упоминал о жене, еще ничего не значит. А может, у него фавориток полный дворец. Да о чем мы говорим вообще? Он король! А я кто?
   Последнюю фразу я, кажется, сказала вслух, потому что Наташка выглянула из комнаты и, прищурив глаза, спросила:
   - Что ты сказала? Мне послышалось...
   - Ничего, - поспешно отозвалась я, отворачиваясь и закусывая побелевшие костяшки пальцев.
   - Маша, - подошла подруга ко мне. - Повтори еще раз, что ты сейчас сказала? Он... кто?
   - Да ничего я не говорила, так, подумала. Расскажи лучше, как вы умудрились встретиться? - она подозрительно покосилась на меня, но рассказала, что она нашла адрес и подъезд, а попасть внутрь, конечно, не смогла. Попыталась набрать номер квартиры, в надежде на то, что я дома, но безрезультатно (особенно, если учесть, что домофон в квартиру не проведен). И тут подходит молодой человек, открывает дверь подъезда и вежливо предлагает проходить. В лифте выясняется, что обоим на девятый этаж, а когда оба двинулись к одним дверям, парень поинтересовался, не та ли это подруга, которую ждет Маша. Ошалевшая Наташка только и смогла, что кивнуть. Парень по-хозяйски распахнул дверь квартиры, сказал, что зашел на пять минут - переодеться, и предложил подождать меня. Едва сняв верхнюю одежду (дубленку ей вежливо помогли снять) и пройдя в комнату, Наташка почувствовала, что смертельно устала и немедля уснула. Разбудила ее уже я. Мдя, опять штучки короля. Понятненько. Ему надо было спокойно переодеться, снять иллюзию с квартиры, чтобы не пройти при Наташке насквозь какую-нибудь мебель или стеночку, и, по-возможности, избежать расспросов. А погрузить человека в сон, это он запросто, я уже на себе испытала подобный трюк.
   Пора было выезжать к Ольге. Мы подхватили по пакету с вещами и двинулись к остановке. Пока добирались на автобусе до центра, Наташка опять завела разговор про мои отношения с Дэном, а я вяло отбивалась от предложенной помощи на любовном поприще. Подружка не отставала, заходила с разных сторон, спрашивала, а как мы ложимся спать, раздеваемся друг перед другом, а ходим ли мы куда-то вместе, а кто покупает продукты и т. д. Через пятнадцать минут непрерывной бомбардировки, Наташка наконец-то умолкла, минут пять молчала, а потом вдруг хлопнула себя по лбу:
   - Машка, да ведь шикарный случай представляется!
   - Что еще ты придумала? - вздохнула я. От откровенных расспросов и свободных рассуждений на тему моих и Дэновых чувств было как-то не по себе.
   - Позови его на свадьбу к Маринке! - торжественно выдала подруга.
   - Рехнулась? Как ты предлагаешь это сделать? Да и не пойдет он, не зная никого, даже жениха с невестой.
   - А ты его как брата позови, чтобы он за тобой присмотрел, мол, мало ли чего, пьяные все будут, возвращаться среди ночи придется. И вообще, не интересно ему, что ли, посмотреть на наш праздник, раз он иностранец? - я подумала, что рациональное зерно в этом есть. - А уж мы тебя приоденем и соберем по высшему разряду, не хуже невесты будешь. Точно тебе говорю, не устоит. Где еще показать себя во всей красе, как не на празднике, тем более ты там петь будешь, - закончила она, блестя на меня хитрющими глазами.
   - Наташка, ты сводница! - выдала я вердикт, а в голове уже прокручивались варианты. Попробовать-то можно.
   - Ага, - радостно согласилась подруга. - Тебя не подтолкни, так останешься старой девой. Он же не навечно приехал? Когда-нибудь уедет. Так что успевать надо.
   Я помрачнела:
   - Вот именно, что уедет. А я останусь. Нафиг мне такое счастье?
   - А это уж от тебя зависит, будет ли счастье. Сумеешь завоевать его сердце, так он предложит с собой уехать, или уедет, но вернется. За свою любовь надо бороться! Будешь сидеть на месте, так и останешься одна, да с сердечной раной. Ты же ему тоже нравишься, так надо подтолкнуть вас немножко. Раз уж вы такие оба. Это же надо, спят на одной постели, и делают вид, что никого рядом нет, - фыркнула под конец Наташка.
   - Ты не вздумай об этом Ольге проговориться! - предупредила я. - У нее там Мишка часто бывает, не хватало еще, чтобы до него это дошло.
   - Успокойся, не буду я болтать. Ты же меня знаешь. А что тебе Мишка? - удивилась подруга.
   - Ничего. Мне еще петь с ним на свадьбе, а мы в понедельник напились до поросячьего визга - встречу решили обмыть. Не знаю, как сейчас встречусь с ним, вспоминая, что мы вытворяли...
   - Ну-ка, поподробнее!
   - Все тебе расскажи. Целовались мы с ним!
   - Неплохо! - обалдела Наташка. - Так, может, я тебя не с тем парнем пытаюсь свести? И часто ты с ним видишься?
   - То-то и оно, что первый раз встретились за четыре года. И такая фигня.
   - Прогресс, однако! Чтобы ты с кем-то целовалась! Он тебе понравился?
   - Наташка, прекрати мне всех подряд сватать! Сама знаешь, мы с ним сто лет знакомы. Что я ему сейчас скажу? Так стыдно! Я сильно пьяная была. И еще на Дэна злая.
   - Почему злая?
   - С библиотекаршей увидела. Ему надо было ускорить в библиотеке свои дела, вот и пошел знакомиться. Буквально за пару часов девицу из редкого фонда склеил.
   - Обалдеть! Машка, я уже в полной прострации от твоих дел. Даже не знаю, что и сказать.
   - Вот и не говори ничего. Дай я настроюсь на разговор с Мишкой. Мне еще с ним разбираться.
   - Ладно, молчу. Посмотрю сейчас на вас с Мишкой, а завтра с Дэном твоим.
   - Наташ, только ты его Данилом зови, пожалуйста. Это он мне разрешил его Дэном звать.
   - Во, а говоришь, что ему нет до тебя дела, - устало махнула рукой подруга.
   Наконец, прорвавшись через все пробки, автобус доставил нас до театрального училища. Ольга, вышедшая в холл, расцеловала нас обеих, и спокойно провела мимо вахтера, заявив, что мы артисты. Тот только кивнул, видимо, такое тут в порядке вещей. Я шла с колотящимся сердцем. Что мне сейчас скажет Мишка, и что я ему скажу?
   Мы зашли в какую-то аудиторию, где был небольшой помост с микрофонами, колонки и другая техника. Ольга по-быстрому вытурила оттуда кучку студентов, заявив, что у нас серьезная репетиция. Едва мы разделись, подошел Мишка. Я настороженно покосилась в его сторону. Парень серьезно рассматривал меня.
   - Привет, - неуверенно произнесла я. Может, пронесет? Спишется на пьянку? Не тут-то было. Мишка сразу решил взять быка за рога:
   - Привет честной компании! Девчонки, мне Маше надо пару слов сказать, вы не против? - и почему-то посмотрел на Ольгу. Та дернула плечом:
   - Говорите, только недолго, ага? И так времени в обрез. Сюда после нас еще придут на репетицию. А мы с Наташей пока жилищный вопрос обсудим.
   Едва девчонки вышли, парень без слов попытался прижать меня к стенке и поцеловать.
   - Миш, не надо, - с трудом уклонилась я от его губ. Руки задрожали, пришлось их спрятать под мышки.
   - А в понедельник ты была не против, - разочарованно произнес он, опершись руками о стенку по обе стороны от моих плеч и внимательно вглядываясь в мое лицо.
   - Я сильно пьяная была, и практически больная, как домой пришла, сразу температура поднялась, - отвела я глаза, избегая настойчивого взгляда. И с трудом выдавила необходимые слова:
   - Прости, давай будем считать, что ничего не было. Иначе нам трудно будет встречаться и петь вместе.
   - Значит, ничего не было? - во взгляде Мишки была горечь. - Ты что, не помнишь, о чем мы с тобой говорили? Что я тебе сказал?
   - Нет, вообще не помню, - я испуганно попыталась пробудить свою память. Пусто. Когда мы успели с ним поговорить? Парень одарил меня долгим взглядом, потом усмехнулся:
   - Эх ты, кнопка! Пить меньше надо! - легонько щелкнул по моему носу и, наконец, опустил руки. Я с облегчением выдохнула и сразу отошла, села.
   - Что за мужик-то был? Ты обещала рассказать. Из-за него ведь все. Или это ты тоже не помнишь? - Мишка сел напротив, подперев кулаком лицо.
   - Это помню. Я же говорила - брат.
   - Что ты заливаешь? Какой брат? Я что, твоих братьев не знаю?
   - Так те родные, а этот названный, - от сердца немного отлегло, кажется, самый острый момент позади.
   - Это новость! А родители в курсе о новом сыне? - я чуть не покраснела.
   - Нет, конечно. Но он меня опекает не хуже Юрки.
   - Ага. Женихов гоняет? Меня чуть взглядом не убил. Сам благодарит, а в глазах - смертный приговор. Я подумал - муж, никак не меньше, - говорил Мишка шутливым тоном, но смотрел ой как серьезно.
   - Он просто мой друг, причем на морали помешанный.
   - На чьей морали, твоей? Сильно беспокоится? Ну-ну.
   - Миш, не надо, пожалуйста! Я не хочу с тобой ссориться. Мы же дружим с детских лет, - я уже чуть не плакала.
   - Ладно, не реви, - пробурчал он. - Дружим, значит дружим.
   - Правда? Не держи на меня зла. Я просто была очень рада тебя видеть.
   - И я был рад, и сейчас рад.
   - Пока не забыла. Давай, деньги отдам, за машину, - я полезла в сумочку.
   - Ну ты вообще, Машка! Не надо мне твоих денег!
   - И мне не надо. Я долгов не люблю, душа не на месте.
   - Эй, вы поговорили? - с коротким стуком вошли девчонки. Ольга увидела, что сидим мы через стол, а я еще и с кошельком в руке, и удовлетворенно улыбнулась. - Репетировать будем?
   Пришлось вставать и идти на сцену. Во время репетиции душевное равновесие окончательно вернулось ко мне. Когда поешь, слова не нужны. Просто чувствуешь партнера и стараешься быть с ним заодно. Мне всегда нравилось петь. И в ансамбле с девчонками, и потом дуэтом с Мишкой. В такие моменты я бывала по-настоящему счастлива. И вовсе не аплодисменты зрителей главная награда для меня, а чувство единения душ с тем, с кем ты поешь. А потому к концу репетиции наши улыбки были абсолютно искренними, и я бы ушла с легким сердцем. Если бы не одно "но"! Мишка ушел с девчонками - в обнимку с Ольгой. Вот не понимаю я парней, хоть убейте! Сначала чуть ли не сцену ревности мне устроил, а через полчаса уже многозначительно шептался с Ольгой. Когда я спросила ее мнения, нормально ли будет выглядеть, если я приду на свадьбу с другом, она просияла и сказала, что это же здорово, конечно, приходите. Тем более что пригласительные на две персоны рассчитаны. С Наташкой мы договорились, что она приедет завтра часам к одиннадцати.
   Домой я возвращалась в одиночку, и была этому рада. Подумать мне не помешает. Наташкино появление взбаламутило тщательно подавляемые в душе чувства. Неужели я, правда, влюбилась? И опять в кого не надо. Тогда мне все говорили, что Эдька не подходящая пара, от такого как он надо держаться подальше, но я не слушала. И закончилось все самым неприятным и трагическим образом. Кошмары о том моем Дне Рождения до сих пор мучили меня. А сейчас я сама прекрасно понимаю, что с королем мне ничего не светит. Наташка права по-своему, но она не в курсе, кто он. Да не, ерунда. Не могу я вот так взять и влюбиться. Я же разумный человек, зачем мне терзаться из-за мужчины, который демонстрирует свое равнодушие. Да и с чего бы ему быть неравнодушным ко мне? Уж он-то, наверное, повидал при королевском дворе (при своем собственном дворе, надо заметить) сотни красавиц. Ага, а зачем он меня рисовал? Да еще в таком виде! Привычка изображать, что видит? Прихоть? Или...
   До квартиры я добиралась на автомате. Сильно замерзла. Морозище страшный. И автобус был холодный. На подходе к дому уже напоминала Снегурочку! Ага, такая же холодненькая и такая же синенькая, в обрамлении снежных надышанных кружев. Войдя в прихожую, оглядела королевские палаты тоскливым взглядом, и поняла, что никаких разборок и отношений не желаю, а желания мои банальны и совсем не возвышенны. Хочу поскорее согреться, чтобы ледяные руки и ноги оттаяли и сковывающий все тело холод, наконец, отпустил меня. Подошедший Дэн внимательно оглядел меня, ахнул, и принялся бегом помогать раздеться. Я непослушными пальцами попыталась расстегнуть пуговицы, он мягко отстранил мою руку и сам снял с меня шубу, одновременно выговаривая:
   - Замерзла как ледышка! С остановки что ли? С ума сошла? В такой мороз тебе ездить можно только на машине! Ты же после болезни, переохлаждаться нельзя!
   Молнию на сапогах расстегивать пришлось тоже ему. Как и стягивать сами сапоги.
   - Сейчас под горячую воду руки суну и все.
   - Я тебе дам горячую воду! Бегом снимай одежду, носки и приходи к камину. Будем греть! А то опять заболеешь, - и подтолкнул меня в комнату. - Да быстрее, а то сейчас я помогу.
   Мне ничего не оставалось, как послушаться и поспешить с раздеванием. Дэн развил бурную деятельность на кухне. Переодевшись в домашнее, пошла к нему. Ой, сейчас ледяные конечности оттаивать начнут - больно будет! Камин жарко полыхал, перед ним лежала какая-то пушистая шкура с толстым, но даже на вид мягким белым с черными пятнышками мехом. Раньше ее в кухне не было. Впрочем, теперь это была не та кухня, что раньше. Большого обеденного стола не было, на его месте стояли два кресла, развернутые к огню, в одно из которых меня и усадили. Парень опустился рядом на шкуру:
   - Первым делом надо согреть ноги. Я не могу сделать как тогда, на улице, помнишь, грел тебе руку? Тогда у тебя замерзли только пальцы, и восстановить кровообращение было легко, а сейчас все тело холодное. Нужно, чтобы прогревалось все одновременно. Поэтому будем потихоньку, осторожно.
   С этими словами он принялся растирать и массировать мне стопу и пальцы. Вам когда-нибудь делали массаж ног? Приятно, не правда ли? А замерзших ног? Нет? Довожу до сведения - приятного мало! Я взвыла:
   - Дэн! Не надо, больно же! - и попыталась отпихнуть его руки. С нулевым результатом.
   - Терпи, сейчас немножко разотру и сниму болевые ощущения. Сразу нельзя.
   Я закусила губу, и сама принялась растирать замерзшие пальцы на руках. О-о! Заныло все сразу и везде, да так, что аж слезу прошибло. Сразу вслед за этим Дэн прекратил терзать мои ноги, и мягкими прикосновениями унял боль по очереди в стопах ног и кистях рук. Я почувствовала, что согреваюсь. Парень со вздохом поднялся, накинул на меня плед и подал в руки кружку с чем-то горячим. Я опасливо отхлебнула - опять трава, небось. Ох! Недооценила я короля. Не трава это, а вино с какими-то добавками. Разогретое. Как-то это называется? Глинтвейн, во! Необычно, но вкусно. Дэн уселся в соседнее кресло и поглядывал в мою сторону, потягивая вино из бокала.
   - Спасибо, Дэн! Согрел меня!
   - На здоровье. А я ведь еще хотел тебе позвонить, да сказать, чтобы ехала на такси.
   - Это ты можешь кататься целыми днями на такси, а у меня столько денег нет.
   - Я бы заплатил, - я покосилась в его сторону. - Ах, да, ты же гордая. Сохранить свое здоровье за мой счет для тебя за гранью приличия.
   Я хотела ехидно добавить, что для меня за гранью еще некие иллюстрированные письмена, но промолчала. А вместо этого решила перевести тему, от греха подальше:
   - Дэн, спасибо за сегодняшнее. Твоя лекция о морали и совести произвела неизгладимое впечатление на моих одногруппников.
   - Дети. Испорченные, дурно воспитанные дети! Они извинились? - парень бросил на меня странный взгляд.
   - Не то слово! Из-за них я опоздала Наташку встретить.
   - Где она сейчас? - мягкий тон голоса меня не обманет. Король меня проверяет.
   - Как где? Дома, - сделала я удивленное лицо.
   - А почему ее сумки здесь? - Это уже допрос.
   - Завтра заберет. Тебе места жалко?
   - Да нет, места мне как раз не жалко. Но с друзьями так не поступают, - взгляд уже откровенно неприязненный. - Она ведь ехала сюда жить? А ты ее выставила.
   Ну, все, сейчас он заговорит о приличиях, и я не сдержусь.
   - Завтра Наташа заедет, спроси сам, имеет ли она ко мне претензии, - мой последний довод. Следующий будет уже о художественных талантах короля.
   - Спрошу непременно, - усталый взгляд. - Маша, я не хочу ссориться. У меня к тебе дело, а я не знаю, как к тебе с ним обратиться.
   - Что за дело? Обращайся. Разве я когда отказывала? - Вздох и опущенные глаза в ответ. Пауза.
   - Слушай, помоги мне с телефоном. Я в нем окончательно запутался. Не смог позвонить.
   - Телефоном? Который ты купил?
   - С ним, - Дэн вытащил из кармана аккуратный новенький мобильник. Навороченный.
   - И в чем проблема? Ты же уже звонил днем.
   - Так это я в магазине был, тогда продавец помог. А сам я потом... в-общем, не получилось. Кнопки нажимаю - никакой реакции. Не пойму, набирается номер или нет?
   - Э, да у тебя блокировка клавиатуры поставлена. А как ее отключить я не знаю, в каждой модели по-своему. Паспорт давай.
   - Зачем тебе мой паспорт? - изумился парень.
   - Да не твой, его, - кивнула на телефон.
   - Его?! И у телефона он есть? Ну, вы вообще!
   Я засмеялась:
   - Дэн, всякая техника имеет документ, надо же как-то людям понять, как ей пользоваться. Любой нормальный человек сначала почитает, что как включается, а уж потом будет пальцами тыкать. Так что ты не одинок. Я со своим телефоном тоже долго разбиралась.
   Утешив таким образом парня, взялась за руководство по эксплуатации нового королевского средства связи. Книжечка оказалась толстой, и разбираться пришлось долго. Мудреные термины ставили в тупик нас обоих. Я смотрела на короля, морща лоб и пытаясь сообразить, что хотел сказать автор. Тот задумчиво поглядывал в ответ. И было у меня подозрение, что думает он не только о телефоне. Это нервировало.
   - А мы ужинать будем? Я голодная! - Дэн слегка поморщился. Ну да, хорошо ему, раз в день наелся и можно не беспокоиться.
   - Хочешь, чтобы я тебя накормил? - теперь пришел мой черед морщиться.
   - Неа. Извини уж, но королевские блюда мне приелись. - Изумленно приподнятая бровь в ответ. - Если тебя постоянно так кормили, сочувствую. Хотя... вкусно, не спорю. И ешь ты редко, может и ничего.
   - И чего желает ваше высочество? - ехидно осведомился король.
   - Мое высочество желает жареной картошечки с соленой рыбкой, - мило улыбнулась я в ответ. - Куда ты дел начищенную картошку? Я на плите ее оставляла, сварить не успела.
   - Только не рыба! Не сегодня! - вдруг запротестовал Дэн.
   - Почему? - захлопала я глазами.
   - Ааа... потом поймешь. Давай заменим рыбу птицей, а? - Я подозрительно уставилась на короля. Что за оно? - И картофель жарить не будем.
   - Нет уж, лучше сама сделаю. Где тут моя плита? - Я сосредоточилась, чтобы увидеть старую обстановку - пусто. Подошла к тому месту вплотную, провела рукой. Нет, как нет. Дэн, посмеиваясь, наблюдал за моими манипуляциями. - Верни мою плиту! Почему я ее не вижу, ведь утром смогла? - обернулась я. Парень уже откровенно смеялся:
   - Ой, Маша, ты такая смешная! Всерьез думала, что можешь видеть сквозь мою иллюзию? Утром я ослабил заклинание, чтобы ты могла приготовить завтрак.
   - А кто-то наслаждается своей властью?! - ласково поинтересовалась я. - Всемогущий?
   - Нет, не всемогущий. Был бы сильнее, давно ушел в свой мир, - грустно ответил он и отвернулся. Обиделся. - Готовь на здоровье свой ужин. Если хочешь, могу совсем снять иллюзию.
   - Извини, - покаялась я. Зачем ляпнула? Это же для него больной вопрос. Подошла сзади, робко коснулась плеча. Дэн полуобернулся. Я заглянула ему в глаза. - Не надо. Мне здесь очень нравится. Плиту покажи и все, - у камина проявились очертания плиты. - Спасибо. Ты будешь ужинать?
   - Не хочется. Лучше посмотрю новости и поработаю.
   - Ну, хоть за компанию посидишь? Пожалуйста. Я не люблю кушать одна. Особенно если кто-то в доме есть.
   - Раз ты так просишь, посижу.
   Парень ушел в комнату и включил телевизор. Скоро вечерние новости. Интересно, как смотрится телик в обстановке королевских покоев? Заглянула в комнату: сидящий в удобном кресле король скептически всматривался в висящее прямо в воздухе чуть подрагивающее изображение скверного качества. Однако! Новое слово в технологии.
   - А г-где же телевизор? - чуть заикнувшись, спросила я.
   - Должен сказать, что качество передаваемого по вашему телевидению изображения оставляет желать лучшего, - обернулся он.
   - Да ну? - усмехнулась я. - У тебя во дворце телевидение идеального качества?
   - Зря иронизируешь. Передача изображения на расстояние магическими способами дает лучший результат. Но... улучшить изображение с твоего телевизора мне не удалось. Исходная картина-то мне не видна.
   - Да телевизор старенький. И антенна. Новые намного лучше показывают. Но вообще интересно получилось. Как ты это сделал?
   - Спроецировал изображение в воздух. И только. Мне самому интересно. С использованием технологии магические затраты почти неощутимы. Если ты говоришь, что есть более совершенная техника... может получиться замечательный результат.
   Парень глубоко задумался о чем-то. Я тихонько посидела еще пару минут, и пошла обратно на кухню.
   За ужином я ела жареную картошку, и запивала ее молоком. Дэн после новостей пришел в хорошем настроении: упоминаний о его ночных делах больше не было, что не могло не радовать. Парень пил вино и смешил меня рассказами о "магических приемах", которые применяют гадалки и колдуны в нашем городе. От вещих голосов за ширмой, до движущихся предметов и театра теней. А больше действуют просто убеждением, пользуясь наивностью клиентов. И как ему сегодня нагадали, что его ждет великое будущее - стать во главе страны!
   - Я был изумлен! Смотрю на нее: ведь нет ни единой искры магии. А говорит так уверенно! Сижу, усиленно проверяю: ну где же канал? А она мне называет дату и говорит: "Ты будешь президентом России".
   Я так хохотала, что чуть не подавилась картошкой. Король смеялся вместе со мной. В общем, было весело. Но странные взгляды все не прекращались. Потом он перестал шутить, как будто пришел сам с собой к какому-то решению, и завел речь о сегодняшнем воспитании моих одногруппников и о том, что был вынужден применить магию.
   - Я это поняла.
   - Да. И еще. Во время этого действия я получил кое-что, принадлежащее тебе. И считаю своим долгом вернуть это.
   - Получил? От моих одногруппников?
   - Да. Через Павла.
   - У Пашки была моя вещь?! Что это?
   - Не у него, а через него. И это не вещь.
   - Не понимаю.
   - Когда я рассказывал тебе о Черной магии, то не упомянул, что магическая сила человека определяет срок его жизни. Кончается сила - человек умирает. Выпивая чью-то природную магию, я значительно укорачиваю ему жизнь. - Во взгляде короля была тоска. - У нас Черная магия вне закона.
   Я перестала жевать и уставилась на парня. Хорошее признаниьице. Осторожно спросила:
   - А... причем здесь я?
   - Люди и сами теряют свою силу, когда пугаются, скандалят, горюют - понемногу, но обратно ее вернуть не могут. Испытывающий сильные эмоции человек - открытый кладезь, я ведь уже говорил это. Сегодня тебе было так плохо, что ты потеряла не менее трех-четырех лет жизни. Я собрал твою силу, всю, какую смог. И не только твою. У вас там много было всего намешано. Но твои одногруппники виноваты сами. И совершенно не заслуживают возвращения своей силы. Она теперь моя, я возместил потраченное на их "переубеждение". А вот тебе твою силу хотел бы вернуть. Ты ведь не откажешься от лишних трех лет жизни? - Дэн смотрел на меня очень серьезно. Я бы даже сказала, что он напряженно ожидал моего ответа. Неужели не уверен в моем решении? Какие же тут могут быть сомнения? Я помотала головой. Ничего себе - новости! Пашины приколы отняли у меня несколько лет жизни! А скольких он донимает каждый день?
   - Разумеется, я согласна. Что для этого нужно?
   - Самая малость. Я должен поцеловать тебя.
   - Что-о?!
   - Я должен тебя поцеловать, - раздельно повторил Дэн, пристально глядя мне в глаза. - Таков внешний ритуал.
   Не успел он еще договорить, как в один миг все свечи в комнате погасли, и вокруг нас воцарилась тьма. Даже камин перестал гореть.
   - Дэн, это ты нарочно?
   - Нет.
   - А почему тогда свечи погасли?
   - Это не свечи погасли, а твои электрические лампочки. Откуда мне знать - почему?
   - Так зажги их вновь. Ты же умеешь?
   - Я умею зажигать свечи, а вырабатывать электричество как-то не обучен. Свечи же были частью иллюзии.
   - Ну, зажги настоящую свечу!
   - Понятия не имею, где они лежат. Перестань паниковать и иди сюда. Будем считать, что это знак свыше.
   Я почувствовала, что парень тянет меня за руку. Пульс у меня, наверное, сразу удвоился. Он серьезно собрался меня целовать?
   - Может не надо? Сейчас? - я хотела упереться рукой в стол, чтобы затормозить движение вперед. Но под рукой вместо стола оказался Дэн, который тут же перехватил меня покрепче. Очевидно, чтобы не сбежала. В темноте раздался его тихий голос:
   - Ты боишься, что ли? Не нервничай! Давай я уже передам тебе силу, и будем спокойны оба. Мне ведь тяжело держать ее при себе, так, не переработав. И самому не использовать и не отпускать.
   Я почувствовала дыхание парня на своей щеке, судорожно сглотнула и невольно перешла на шепот:
   - А мне что делать?
   - Да почти ничего. Расслабься для начала, а когда скажу, смотри мне в глаза.
   - Как? Темно же? Не видно ничего.
   Рядом раздался смешок Дэна:
   - Не переживай, мои глаза ты увидишь. - И не теряя больше времени, парень приступил к делу. Его губы ласково коснулись моих губ: одного уголка, другого. Я потянулась навстречу... А потом просто уплыла в волне нахлынувшего наваждения. Чувствовала, что отвечаю на все более смелый и откровенный поцелуй. Руки Дэна поднялись с талии по спине на шею, потом одна зарылась в моих волосах, перебирая пряди и щекоча ухо. А вторая... вторая много где побывала. Я сама не заметила, как оказалась прижатой к стене. Держать меня не было необходимости. Никуда сбегать мне уже не хотелось. То, чем я грезила после того волшебного сна, мечтая вновь испытать, неожиданно сбылось наяву. Неужели это происходит со мной? Под моей рукой было сильное плечо, в которое я судорожно вцепилась. Вторая рука оказалась на шее парня, а потом в его волосах, неожиданно мягких и шелковистых. В тишине стук сердца отбивал торжествующий ритм. Где-то на грани слышимости я воспринимала шумное дыхание Дэна. Поцелуй все длился, губ мы не размыкали. Может, я пропустила его команду? Попыталась отстраниться и уперлась головой в стену:
   - Дэн, а сила уже была?
   - Что? - его руки замерли - одна у меня за спиной, а вторая - на груди. Моей, конечно. - Да, сейчас. Прости, я увлекся. Зато ты расслабилась, так будет даже лучше. - Рука медленно и как будто неохотно сползла с моей груди.
   Вот как? Мы, оказывается, еще и не приступали к тому, ради чего начинали поцелуй. Дэн вновь нашел мои губы и властно взял мое лицо в свои ладони. Сделал глубокий вдох и жадно приник ко мне. А разница-то есть! Если вначале поцелуй нес тепло, нежность и желание, то теперь он не был ни тем, ни другим, ни третьим. Он был жестким и бесстрастным.
   - Открой глаза и смотри, не отрываясь, - раздался голос парня у меня в голове. Я распахнула ресницы и увидела перед собой глаза, горящие насыщенным глубоким светом. Чем-то похожие на кошачьи, светящиеся в темноте, вот только цветом они были не желтые, а темно-темно синие. И очень холодные. Я заворожено, не мигая, смотрела в них. По спине снизу вверх поползла мурашками змейка страха. Медленный выдох мне в рот длился уже с минуту, когда вдруг загорелся яркий свет. Я зажмурилась и часто-часто заморгала. Руки Дэна разжались, и я чуть не упала, неожиданно оказавшись без опоры. Оперлась о стену.
   - Ты зачем разорвала контакт?! - сердито спросил парень.
   - Что?
   - Зажмурилась зачем? Я же сказал не закрывать глаза!
   - Так свет яркий, я рефлекторно.
   - Свет? Причем тут свет? А, да, ты же смотришь обычным зрением. Рраэнн! Как не вовремя! - Дэн закрыл глаза, а когда открыл, они вновь стали черными, обычными человеческими. Оглядел мои раскрасневшиеся щеки и растрепанные волосы, покосился на смятое платье. Смущенно потер кончик своего носа и показал мне на грудь:
   - Пуговицу застегни, - я схватилась за края ворота и лихорадочно принялась застегиваться. - Придется начинать сначала.
   Вторая попытка была более удачной, и сюрпризов не принесла. Как и удовольствия. Все строго по делу и ничего кроме. После того как Дэн отпустил меня, я замерла в ожидании.
   - Ну вот, - произнес он нарочито бодрым голосом. - Дело сделано.
   - Дело? И больше ты ничего мне не хочешь сказать?
   - О чем ты? - глядя на меня невинными глазами, парень поправил на себе одежду, пригладил волосы.
   - Ты и теперь будешь отпираться?! - я была поражена таким нахальством.
   - Мне не от чего отпираться. Я вернул твою силу, теперь моя совесть чиста.
   - Силу? А то, что было до того?
   Парень помолчал, поднял на меня твердый взгляд.
   - Маша, тебя нужно было раскрепостить, и я это сделал. Иначе не смог бы вдохнуть силу. Это была часть необходимой работы.
   - Ты врешь!
   - Что значит, врешь?!
   - То и значит! Ты целовал меня по-настоящему! Я почувствовала разницу!
   - Я уже признал, что увлекся. Ну, я же не каменный. Извини меня. Больше такого не будет, - мои кулаки сжались сами собой. Он не просто отпирается, а еще извинился! За поцелуй, которого я так ждала! Убью! - Я тебя оскорбил?! - заглянул мне в глаза наглый тип. - Можешь меня ударить.
   Вот этого он мог бы и не говорить. Я размахнулась и влепила ему звонкую пощечину. Первую пощечину в своей жизни. Аж руку отбила, а этот гад даже не пошатнулся. Стоит, как стоял, только закрыл глаза и опустил руки.
   - Ты, король Даанэль, самый большой негодяй и лицемер, какого я только встречала в своей жизни! - крикнула я ему в лицо и кинулась в комнату. На пороге обернулась. Король прислонился лбом к стене и что-то шептал, не открывая глаз. В комнате я распустила завязки, которыми поддерживался полог, едва не оборвав их, закрыла кровать со всех сторон, повалилась на нее и беззвучно заплакала. Не хватало еще, чтобы мои рыдания увидел или услышал этот подлец. Пусть только попробует явиться на ночь. Зарежу его же собственным мечом!

Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"