Новый год. В квартире во всех комнатах ярко горят люстры. В зале посреди комнаты стоит праздничный стол. На нем возвышается начищенный самовар. Рядом еще неразрезанный торт Наполеон. Судя по этим признакам, праздник скоро кончится. Возле шкафа кучкой сидят дети. Они набегались, и сейчас играют в Тетрис. Открылась балконная дверь, и в комнату возвращаются красные от холода курильщики.
- Быстрее закрывайте дверь, - торопят их, - детей застудите.
Последний человек торопливо захлопывает дверь, веселье возобновляется.
- Дети, кто хочет торта? - перекрикивая шум, спрашивает кто-то.
Дети не обращают на вопрос никакого внимания. Они уже налопались конфет, кроме того, они поглощены игрой. Лишь один мальчишка лениво оторвал глapf от экрана. Нет, не хочется. Опуская глаза, он случайно схватил взглядом правый угол окна, и ему показалось... Нет, только показалось, и он снова сосредоточился на игре.
Смир облегченно вздохнул. Надо же, чуть не попался: мальчишка заметил его лицо в окне. Сам виноват, хотел яснее рассмотреть, что там у них. И увидел, только при этом себя в стекле показал. Ладно, учтем. Итак: праздничный торт, чай. Значит, скоро будут расходиться или укладываться. И тогда Смир сможет выполнить то, ради чего он сюда явился. Это его четвертый адрес, осталось еще столько же. Можно было, конечно, проскочить бесцветной тенью к елке, когда выключали свет и зажигали гирлянду. В череде вспышек и темноты его бы наверняка не увидели, но... Но он уже не молодой, неопытной метчик. К чему рисковать? К тому же, (в этом Смир неохотно признавался самому себе и никогда другим) ему была интересна жизнь людей, этих непонятных существ, главенствующих в мире животных. Он мог провести в квартире не один час, наблюдать за их поведением. Поэтому Смир предпочитал долгие комбинации, которые совмещали полезное и приятное...
Чуткий слух Смира уловил, что в комнате происходят изменения. Действительно, две пары решили уйти. В коридоре возникла толкотня: одни одевались, другие прощались; даже дети покинули комнату.
Этим моментом и воспользовался Смир. Он щелкнул пальцами, и засов на двери отодвинулся. Смир легонько толкнул дверь, так, что она не скрипнула, и проскочил в образовавшуюся щель к елке. Дело, ради которого он пришел, заняло всего несколько секунд.
Смир несся по воздуху среди холодных белых снежинок и смеялся. Приятно оказаться на свободе после стольких часов неподвижного ожидания! Поднявшись над крышей девятиэтажного дома, Смир сделал небольшое усилие и очутился в собственном мире. Зашел к Милу, взял очередной подарок.
- Долго ты, - посочувствовал Мил.
- Такая работа, - согласился Смир.
- На сколько переводить время?
Смир задумался. - На одиннадцать. - И полетел по следующему адресу. В этой квартире дома были одни дети. Два мальчика и две девочки. Один мальчик и одна девочка маленькие, лет пяти, а другая пара постарше, лет тринадцати.
Такая удача на долю Смира еще не выпадала. Дети, как создания, сильно его интересовали. Он сто раз уже мог бы положить подарок под елку, но не торопился, лежал под диваном, впитывая каждый звук.
Дети и впрямь забавные существа. Вот эти маленькие играют и резвятся совсем, как Смир, когда у него нет обязанностей. А эти постарше тоже играют. Но играют во взрослых.
В комнату, вошли старшие дети: мальчик Саша и девочка Настя. У мальчика был хмурый вид, да и девочка выглядела озабоченной. Девочка закрыла дверь, и дети сели на диван. - Саша, - начала девочка, но не успела закончить, из-за двери раздался крик:
- Саша! Крепость развалилась!
- Сейчас, Костя, - раздраженно крикнула девочка и опять повернулась к Саше.
- Саша, ну чего ты дуешься на меня?
- Я не дуюсь, - скривился Саша.
- Я же вижу, что дуешься. Ты с детьми возишься, на меня, как на стенку.
- Ну и что? - мальчик потянулся к столу, взял в руку синий стеклянный елочный шар.
- Ну правильно, ну и что. Ты обиделся на меня за что-то и не хочешь признаваться.
- Ничего я не обиделся.
- И стакан с Буратино тоже на меня случайно вылил, да?
- Тоже случайно.
- И в кино в субботу ты случайно рядом со мной оказался?
- Случайно.
- И Генку ты вчера случайно побил?
Крак! Стеклянный шар с треском раскололся в руке мальчишки, осколки впились в ладонь, сквозь крепко сжатый кулак проступили капли крови. Саша продолжал безучастно смотреть на свою руку.
- Ой, мамочки! - Настя испуганно вскочила и тут же села на корточки рядом с раненым. - Да ты... ты совсем рехнулся, Сашка! Ты, что... больно, да? Надо в ванную пройти.
- Не надо в ванную, - процедил мальчишка сквозь зубы.
- Тогда дай, я платком, - Настя всхлипнула и достала из кармана платок. - Ты, Сашка, совсем с ума сошел. Я же тебе тогда еще, в бассейне, сказала, что ты мне нравишься. А ты... чего ты Генку побил?
- Пусть не лезет.
- Не лезет. Нужна я ему, это он чтобы тебя позлить. А ты купился. Еще ревнуешь, - девочка подняла глаза на Сашу и улыбнулась. - Думаешь, мне легко было устроить так, чтобы мы сами Новый год встречали?
Мальчишка пожал плечами.
- Вот, не знаешь, - девочка снова опустила голову и возобновила первую помощь. Она уже успокоилась, в ее голосе появились назидательные нотки. - А дело так было: мама хотела, чтобы я с Машкой у бабушки встречала. А я уперлась - у бабушки скучно. Папа предложил, чтобы мы с ними пошли. Я опять не соглашаюсь - не хочу вам мешать.
Красные от крови осколки складывались на полу возле ножки дивана. Девочка аккуратно вытирала кровь с ладони, то и дело находя новые кусочки стекла.
- А мама говорит, что не хочет, чтобы мы сами встречали, что нам скучно будет. Я говорю: ну пригласим кого-то, Дашу, например. И сама же говорю: нет, Даша уехала. Думали, думали, никого не придумали. Тут папа не выдержал и говорит: ну, хоть Сашку с Костей пригласите, все равно мы с Чижиковыми идем, и дети вместе будут! А мама: не знаю, как Настя с Сашей будут, он такой нелюдимый. А я: зато Костя и Света его слушаются. Тут Светка: да, хочу, чтобы Саша пришел! Вот, - Настя закусила губу, и еще один осколок лег на пол, - стали мы твоим звонить. А они уже договорились, что вы к каким-то знакомым пойдете... А мой папа и говорит: ну, тогда мы не пойдем, нам не с кем детей оставить! И твои согласились.
Настя аккуратно перебинтовала платком порезанную руку и ласково посмотрела на Сашу. - Саша, ну, почему вы, мальчишки, такие глупые? Вот почему ты сам себе черт знает что, внушил?
Мальчишка неуверенно пожал плечами.
- Саш, хочешь, я поцелую тебя?
Саша молчит, смотрит в стену. Настя встает с пола, садится рядом. Губы девочки начинают тянуться к щеке мальчишки...
Грохот, как будто за стеной свалился платяной шкаф.
- Мама!! Ууу..!
- Что?! - вскакивает Настя.
- Настя, Костя меня с табуретки урониил!
- Горе ты мое, - девочка открывает дверь и берет на руки плачущую сестру. - Зачем вы полезли на табуретку?
- Я хотела, хотела дождик достать!
- А Костя тебя толкнул?
- Нет, он держал меня и не удержал!
- Ой, несчастье, ты мое, несчастье. Зачем вам дождик?
Саша становится на четвереньки, дети садятся сверху, и конь с гиканьем и свистом начинает носиться по комнатам. Мальчишка воспрянул духом, про раненую руку не вспоминает, грохот стоит, наверное, до первого этажа. Настя с улыбкой наблюдает за ним. Когда же конь, наконец, в изнеможении падает у ее ног, девочка наклоняется и нежно гладит его по потной щеке. - Все, вы его загнали, давайте во что-то мирное играть. Но они решили выпить чаю. Пользуясь случаем, Смир положил под елку подарок. Потом через балкон вылетел наружу. Он был потрясен. Нет, не напрасно человек имеет столь большое значение. В этом мальчике таилась такая волна чувств, Смира на миг даже оглушило. Он вонзил в свою руку острые осколки, а если бы был нож, то, наверное, и нож... А девочка? Как умело справилась она с этой ситуацией!
Следующий поход был несложным. Еще один отменился. Оставался последний подарок. Здесь все было по-другому, не как в остальных домах. Маленький стол с двумя приборами и всего два человека: мать и сынишка, лет шести. Они уже поели. Мать смотрела телевизор, а малыш играл в своей комнате. В зале стояла небольшая сосна, пахнущая хвоей и смолой, но целью Смира была не она.
В комнате малыша, в трехлитровой банке стояла большая ветка сосны, щедро усыпанная ватой. Вот к этой елке и нужно было Смиру. Беда была в том, что мальчишка еще не ложился, и мать не смогла положить под елку подарок. Значит, и Смир должен был ждать.
Он пробрался в комнату малыша, залег под кровать и стал слушать.
- Знаешь, - говорил малыш плюшевому медвежонку, - я не буду спать сегодня ночью. Мне нужно обязательно видеть, когда придет дед Мороз и принесет подарок. Мне нужно с ним поговорить.
Медвежонок молчал, но малыша это не смущало, он продолжал беседовать со своим другом.
- Знаешь, Миша, мне обязательно нужно побеседовать с ним. А то мама очень грустная и часто плачет.
Заверения мальчишки о том, что он не уснет, не мало не смутили Смира: он знал им цену и продолжал терпеливо ждать. Наконец, в какой-то момент он услышал тихое сопение, а, выглянув из своего укрытия, увидел, что мальчишка спит, уронив голову на верного медведя.
Вскоре в комнату зашла мать. Она перенесла сына на кровать, укрыла одеялом. Рядом с ним на подушку лег Михаил. Потом женщина вышла, вернулась, положила под елку подарок и выключила свет. Через некоторое время погас синий огонек телевизора, а вскоре раздался скрип кровати.
Выждав с полчаса для верности, Смир вылез из укрытия. Нельзя сказать, что в комнате было темно, напротив окна висел фонарь, его желтый свет проникал внутрь, освещая предметы. Смир подумал, что не мешало бы стать бесцветным, но потом махнул рукой: люди спят.
- Ты кто?
Смир замер и медленно повернул голову. Малыш сидел на койке. "Вот так, застукали тебя, Смир".
- Ты дед Мороз?
- Не совсем, - Смир уже успокоился: что ж, бывает и так.
- А кто?
- Я не дед Мороз, но я тоже разношу подарки в новогоднюю ночь.
- А можно я свет включу?
- Можно, только прикрой дверь, а то мама твоя проснется.
- Хорошо, - мальчик прошлепал босыми ногами по полу и закрыл дверь. В следующую секунду под потолком засверкала яркая лампочка, осветив комнату, малыша в трусах и странное существо, величиной с хомяка с бородкой и коричневой шерсткой. Кроме маленьких темных шорт, никакой одежды на нем не было.
- Знаешь, - малыш был радостно - возбужден, - я решил сегодня дождаться тебя, не спать. И не выдержал, уснул. И вдруг, как будто меня кто-то в бок толкнул, я проснулся. Смотрю - ты.
- Да, - кивнул головой Смир, - а зачем ты хотел меня видеть?
Малыш опустил голову:
- Поговорить.
- О чем?
- Знаешь, я не хочу подарок на Новый год. Сделай так, чтобы папа вернулся, а то мама очень скучает и я тоже.
Смир почесал кончик носа:
- Я не могу этого сделать. Во-первых, подарок тебе уже есть, вот эта ручка - фонарик. Тебе его мама подарила.
- А ты?
- Я же сказал тебе, что я не совсем дед Мороз.
- Кто же ты?
- Метчик. Смотри, - Смир разжал кулачок, и на его ладони засверкала маленькая звездочка. - Это метка. Когда она коснется твоего подарка, она станет невидимой, но не исчезнет. С этого момента эта вещь будет играть в твоей жизни важную роль.
- В моей?
- Конечно. Этот фонарь будет с тобой всегда. Ты будешь таскать его везде, как талисман. Ты забудешь его лишь три раза.
- И что будет?
- В первый раз тебя собьет машина, второй раз ты оступишься, поломаешь ногу, в третий раз разобьешься, упав с горы.
- Я... погибну?
- Это будет не скоро. Тебе будет пятьдесят восемь лет.
- Понятно, - малыш облегченно вздохнул: пятьдесят восемь лет казались далеким, недосягаемым рубежом. - Значит, ты не приносишь подарки?
- Нет, только метки. Когда-то люди знали кто мы, потом забыли и придумали сказку о деде Морозе.
- Жаль, - вздохнул малыш, - я думал, что ты сможешь вернуть папу.
- Нет, - Смир подошел ближе. - Я могу проследить твою жизнь по руке и посмотреть, не вернется ли он сам.
- А так можно?
- Да, жизнь человека написана на ладони от начала и до конца.
- Тогда смотри, - малыш доверчиво протянул Смиру ладошку.
- Так, - Смир внимательно разглядывал узоры линий, - ваши пути разошлись, но через два года снова сойдутся.
- Честно?
- Честно, я не умею врать.
- А почему он ушел?
- Кажется к другой женщине.
- Он больше не любит маму?
- Линии судьбы молчат об этом. А сейчас ложись спать.
- Ты точно видел, что он вернется?
- Точно, спи.
Малыш лег на кровать, укрылся и вскоре уснул. Смир улыбнулся и пошел в ванную к дырке дымохода.
Вернувшись к Милу, Смир вздохнул.
- Что случилось? - недовольно пробурчал Мил.
- Заметили меня, Мил.
- Кто?
- Мальчик Миша.
- Ты что разговаривал с ним?!
- Чтобы он не поднял шума. Придется тебе выходить, Мил.
- Ну правильно, вы портите, а исправляй Мил.
- Не все время же тебе здесь сидеть.
Мил вышел, что-то, раздраженно бурча себе под нос. Вскоре он был в комнате малыша. Прислушался: в доме тишина. Мил взмахнул рукой и осторожно провел ладонью по лбу ребенка.
- Мама! - Миша вбежал на кухню и прыгнул матери на колени.
- Что, радость моя?
- Мне такое снилось...
- Что?
- Я все не помню. Помню только, что дед Мороз мне сказал, что папа вернется!
Женщина прикусила губу и прижала голову сына к груди. Если бы это была правда! А вдруг? Ведь это Новогодний сон...