Лавров Вячеслав: другие произведения.

Адепт тьмы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 9.53*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Добавил
   В.Лавров
  
  Адепт тьмы
  
   Темнота - это действительно природная
   данность, которая существует всегда, а свет
   - нечто инородное и неестественное.
   Харуки Мураками.
  
  
   Пролог
   Никто из нас еще не родился бессмертным, и,
   если бы это с кем-нибудь случилось, он не был бы
   счастлив, как это кажется многим. /Платон/
  
   Лахар давно потерял счёт времени, собственно, и считать было нечего. В этом месте времени не было, как не было никаких других измерений. Не происходило событий, не было ни одного предмета, который мог бы стать точкой отсчёта. Только сплошная пелена серого тумана, сгущающаяся с двух сторон в густую тёмную массу, мягкую и податливую вначале, но упругую и непреодолимую при попытке проникнуть сквозь неё. Зато движению в четыре других направлениях ничто не мешало, но и путешествие вдоль этой бесконечной щели никуда не приводило.
   Небольшое разнообразие вносили быстрые и яркие серебристые молнии, пересекающие щель по вертикали, легко пробивая, непреодолимую для Лахара, пограничную субстанцию. Двигались они всегда только в одном направлении, поэтому ту сторону, из которой молнии вылетали, Лахар называл полом, а ту, в которой исчезали - потолком.
   Несколько раз это происходило сравнительно недалеко от него, и Лахар видел, что в тёмно-серой массе остаётся ненадолго светящийся канал, ведущий куда-то за пределы этого ужасного места, но добраться туда, пока он не затянулся серой плёнкой, было не реально.
   Много раз Лахар видел белесые бесформенные тени, (он и сам был такой же тенью) старающиеся успеть, но ему так и не довелось увидеть ни одной удачной попытки. Он тоже несколько раз дёргался, когда молнии пролетали совсем рядом, пока не понял тщетность подобных усилий.
   Старания установить контакт с другими узниками этой своеобразной тюрьмы ни к чему не привели. Беловатое облачко на сером фоне, с которым он себя идентифицировал, не подчинялось никаким его командам и усилиям, кроме исполнения желания лететь в заданном направлении.
   Единственным развлечением в этом бессрочном заточении оставались воспоминания, но и они уже начинали надоедать.
   Как раз такой очередной экскурс в прошлое чуть не подвёл Лахара, когда на его долю выпал совершенно невероятный шанс.
   Молния ударила практически в него, но всё окончилось бы опять безрезультатно, если бы она, не добравшись даже до середины пути к потолку, не вернулась обратно.
   Лахар рванулся за ней, с ужасом понимая, что опять не успевает, но тут серебряная полоса снова вырвалась из пола, пронизывая его эфемерную сущность и устремляясь к потолку, а Лахар уже падал в нестерпимо сияющий канал, даже не задумываясь, куда его это приведёт. Он был согласен на всё, лишь бы не это серое бессмертие.
   Резкий, как удар, яркий свет, а потом страшная разрывающая на части боль, снова кинувшая его в темноту.
   - Да, что это?! - только успел подумать Лахар и отключился.
  
   Глава 1
  
   Чудо
  
  Максим попробовал открыть глаза и у него ничего не получилось. Веки, как приклеились, и ни за что не хотели подниматься.
   Очнулся он давно, но потратил много времени, вспоминая, кто он и где находится. Потом перекинулся на мысли о родных и знакомых, а от них незаметно перешёл к подробной истории своей не очень долгой двадцатилетней жизни. А вот куда его занесло, понять так и не смог. После небольшого усилия вспомнил смеющегося Лёвку Паршина, открывающего перед ним и двумя девчонками, подцепленными на дискотеке, дверцы своей 'Мазды' и ярко светящуюся рекламу над входом в ночной клуб. Рядом с Лёвкой села брюнетка с пылающим от красной помады ртом, а Максим оказался на заднем сиденье около другой девицей (как она выглядела, начисто вылетела из головы), и всё.
   Наконец, левый глаз открылся полностью, а с правой стороны образовалась щёлка в несколько миллиметров. Его взору предстал белый давно не крашенный потолок, а не ожидаемые крытые жёлтым лаком доски Лёвкиной дачи. Прямо над ним по потолку проходила небольшая трещина со слегка отвисшими вдоль разлома краями, обещающая в скором времени осыпаться сероватыми хлопьями старой краски. Попытка повернуться или, хотя бы, скосить глаза, отозвалась такой острой болью, что Максим опять на некоторое время потерял сознание.
   Когда он очнулся во второй раз, над ним склонилась женщина, смотревшая на него с такой нежностью, что он сразу понял - это мама, а уже потом извлёк из глубин памяти воспоминания в подтверждение этому. Он хотел сказать, что узнал её, но губы и язык почему-то не шевелились.
   - Не надо, мой маленький, - улыбнулась ему мама. - Скоро будешь говорить, бегать и прыгать, а пока тебе необходим покой. Поспи, я буду рядом.
   Успокоенный её ласковым голосом, Максим снова закрыл глаза, но на этот раз просто уснул.
   Действительно, в какое бы время он не просыпался в дальнейшем, мама вскоре оказывалась рядом, смачивала ему губы влажной тряпочкой, взбивала подушку, меняла утку и другие гигиенические принадлежности. Максим просто не мог не оправдать её ожиданий и быстро пошёл на поправку.
   До 'бегать и прыгать' было ещё далеко, но уже через месяц он сделал первые самостоятельные шаги, опираясь на костыль, чем очень удивил своего доктора.
   - А говорили, не раньше чем через полгода, - с довольной улыбкой сказал отчим Максима, хитро глядя на молодого лечащего врача Романа Петровича, наблюдавшего за пациентом.
   - Если у человека сильна воля к жизни, то медицина бессильна, - отшутился тот и пошёл встречать очередную делегацию коллег.
   К тому, что на него приходят посмотреть разной яркости светилы, не говоря о рядовых кандидатах и докторах наук, Максим уже давно привык. Но на этот раз посетителей не интересовала история болезни и кипа рентгеновских снимков. Они принялись выспрашивать, что Максим видел и чувствовал в состоянии клинической смерти. Но тот ничем не мог порадовать последователей доктора Моуди. И опять пошли предположения, что же могло предотвратить декортикацию (гибель коры головного мозга) в условиях нормотермии (температура тела - 36,5®С) и продолжительности клинической смерти более тридцати минут. Их ничуть не смущало то, что предмет обсуждения находится рядом и слушает весь этот медицинский бред.
   Неизвестно сколько времени продолжался бы диспут, но отчим, подчиняясь кивку матери, не очень вежливо попросил всю компанию выйти в коридор, где они и продолжили свои высоконаучные споры.
   - Всё! - резко объявила Галина Семёновна, поворачиваясь к смущённому хирургу. - Хватит издеваться над ребёнком. Мы забираем его домой.
   Ошарашенный Роман Петрович пытался что-то лепетать о ценности наблюдения за Максимом для науки, об открывающихся возможностях спасения десятков, а то и сотен тысяч, человеческих жизней. Он лёгкой рысью кинулся к заведующему отделением, тот к главврачу, и скоро палата заполнилась местным начальством, благо, когда Максима начали посещать журналисты и академики, ему выделили отдельную помещение.
  В ход пошли угрозы и уговоры, но кто может совладать с матерью защищающей своё дитя? Короче, на следующий день Максимка (так его звали дома) кайфовал в своей неузнаваемо преобразившейся комнате.
   Ремонт и новая мебель его заинтересовали мало, но вот новейший комп со всевозможными прибамбасами, подарок старшего брата Никиты, превзошёл все ожидания. И тут в который раз Максим обратил внимание, что компьютер не обрадовал, а именно заинтересовал его. Да что говорить о какой-то железке, если он с родными людьми: родителями и братом до сих пор чувствовал себя, как с хорошими знакомыми, к которым приехал погостить. Максим, конечно, испытывал благодарность за заботу, но вот чувства куда-то пропали. И это, не то, чтобы угнетало, но настораживало. Он никому об этом не рассказывал, надеясь, что это временные последствия травмы, и скоро всё придёт в норму. Вот только, какова эта норма, Максим не помнил.
   С друзьями тоже приходилось знакомиться заново во время посещений, строго дозированных матерью. Но с этим было даже проще: Максим помнил о них всё, хотя и как будто с чужих слов.
   Он уже знал, что во время аварии погибла брюнетка, сидевшая на переднем сидение, серьёзно пострадал Максим, а вот его соседка и сам Лёвка отделались сравнительно легко. Водитель фуры не справился с управлением и выехал на встречную полосу, Лёвка попытался уйти от столкновения, но его машина пошла юзом и попала правой стороной под прицеп перегородивший дорогу. И хотя Паршин не был ни в чём виноват, для Галины Семёновны он стал персоной нон грата и к сыну не допускался.
   Скорая привезла Максима ещё живым, но сердце остановилось почти сразу, как пострадавшего доставили в операционную. Врач попытался запустить его дефибриллятором, но из этого ничего не вышло. Зафиксировав время смерти, бригада реаниматоров посчитала своё дело законченным.
   Его отключили от приборов, накрыли простынёй, и тихонько покатили к выходу из операционной. В длинном больничном коридоре и произошло то, что впоследствии назвали чудом. Тело шевельнулось, и санитар увидел, как под простынкой, там, где находилась грудь, материя натянулась и опала: сначала медленно, а потом быстрее и быстрее.
   На крик ошалевшего парня прибежали медсестра, сидевшая недалеко за письменным столом. Она позвала доктора, каталку вернули в операционную, и всё завертелось снова.
   По самым скромным подсчётам, состояние клинической смерти длилось более получаса. И хотя признаки мозговой активности были налицо, врачи не очень верили, что Максим выйдет из комы.
   - Даже если это и произойдёт, - сочувственно вздыхая, объяснял Роман Петрович матери, - на полноценную работу мозга рассчитывать не приходиться.
   - Вы уже один раз его похоронили, - не очень вежливо ответила Галина Семёновна. - Ошибаетесь и сейчас.
   Врач лишь пожал плечами, не решаясь возражать. Как впоследствии выяснилось, он опять не угадал.
   В результате всех событий, через полтора месяца после аварии Максим сидел в роскошном крутящемся кресле напротив экрана компьютера и с интересом разглядывал свои и в тоже время незнакомые вещи. Он точно знал их предназначение, как пользоваться, но начисто забыл движения рук и пальцев. Пропал автоматизм движений. Врачи объясняли нарушение психомоторики тем, что отдельные участки мозга всё же поражены, хотя при томографии ничего подобного обнаружено не было, и предлагали пройти восстановительный курс трудотерапии, но Максим почему-то был абсолютно уверен, что справится сам с несоответствием знаний и навыков. У него уже были похожие трудности с речью, когда каждое подходящее слово приходилось искать по закоулкам памяти, но сейчас он уже почти преодолел это и запинался только на новых понятиях, когда впервые сталкивался с незнакомым словом.
   Солнце пробивалось сквозь бордовые шторы, окрашивая ткань в складках густо-вишнёвым цветом и сияя розовым на ровных местах. От этой игры оттенков красного в голову стало пробиваться какое-то воспоминание, но отвлёк брат, незаметно вошедший в комнату и положивший руку ему на плечо.
   - Пойдём, все уже собрались, - улыбнувшись, сказал он.
   Никита повёл его в гостиную, где раздвинутый обеденный стол занимал всё свободное пространство. Во главе сидел патриарх семейства Катанский Семён Михайлович, известный адвокат. И хотя последнее время он от дел отошёл, его фирма продолжала успешно функционировать под руководством дочери: мамы Макса и Никиты.
   Галина Семёновна, заметив краем глаза сыновей, со счастливой улыбкой появилась в дверях кухни.
   - Давайте к столу, орлы, - широким приглашающим жестом махнул рукой отчим. - Наконец, вся семья в сборе. Мы, Максим, считай, второй твой день рождения сегодня празднуем.
   Сам Пётр Николаевич появился в семье семь лет назад.
  Выйдя в отставку сорокапятилетний подполковник оказался в однокомнатной квартире в спальном районе на окраине Москвы, доставшейся ему после развода, среди незнакомой раздолбанной мебели. Там раньше жил его более счастливый соперник, окрутивший жену Петра, пока глава семейства мотался по горячим точкам. Можно было, конечно, отсудить что-нибудь более пристойное, но Пётр пожалел сына, которому пришлось бы уехать с насиженного места и оставил трёх комнатные хоромы, доставшиеся ему от рано умерших родителей, своему наследнику.
  Адвокат, представлявший жену, и порекомендовал сорокапятилетнего отставника Катанскому. Семён Михайлович решил не возобновлять контракт с охранной фирмой, о которой до него дошли нехорошие слухи, а создать собственный отдел безопасности, и искал подходящего человека, способного возглавить его. Подполковник Сиротин подошёл на эту должность идеально.
  За несколько лет до описываемых событий произошёл трагический случай, больно ударивший по семье Катанских- Ерёминых.
  Жена Семёна Михайловича была родом из Иркутска. Сын её лучшей подруги учился на медицинском в Москве и как-то привёз ей посылку от матери с кедровыми орехами, познакомился с Галиной и больше с ней не расставался.
   В 1998 Костя Ерёмин, уже уважаемый хирург, муж Галины и отец двух замечательных сыновей, полетел с тёщей на юбилей своей матери. При посадке самолёт проскочил торец и врезался в гаражи. Из почти двухсот человек выжили сорок пять, но фамилий Ерёмин и Катанская среди них не было.
   Время лечит все раны, и когда, по юношески влюбившийся в свою начальницу, бравый отставник сделал Галине Семёновне предложение она дала своё согласие. Мальчишек появление отчима ничуть не смутило. Дядя Коля к тому времени уже был в их семье своим человеком. И сейчас он вместе со всеми радовался, что на этот раз горе обошло семью стороной.
   Максим смотрел на собравшихся, искренне радовавшихся его выздоровлению и не мог разобраться в своих чувствах, точнее, в отсутствии чувств. Он смотрел на самых близких ему людей, как на приезжих родственников, про которых всю жизнь слышал, но никогда не видел.
   Мать, чутко уловившая его смущение, кивнула мужу, чтобы заменил её на кухне, и поспешила к сыну.
   - Всё будет хорошо, - прошептала она ему на ухо, обняв за голову и прижав её к груди.
   И от этих немудрёных слов лёд отстранённости поселившейся где-то глубоко внутри Максима стал понемножку таять. Он уже без прежней насторожённости встретил объятья деда и отчима, а на дружеский тычок в плечо брата даже ответил. Праздник по случаю чудесного выздоровления удался.
   Максим ел новые для него блюда, о которых знал всё, кроме вкуса, и судя по маминым взглядам, новые предпочтения не всегда совпадали с прежними. После традиционного торта, изготовленного самой хозяйкой, все стали расползаться по своим местам. Дед ушёл в свою квартиру, расположенную этажом ниже. С ним пошёл и Никита, который постоянно жил в однушке подполковника, но когда приходил к матери, ночевал у деда. Семён Михайлович давно предлагал ему купить более приличное жильё, но Никита отказывался. Сейчас ему это было удобно: он работал следователем районной прокуратуры и жил в десяти минутах прогулочным шагом от места работы.
   - Не вечно же я там буду штаны протирать, - резонно возражал он на предложения деда, - вот когда определюсь окончательно, тогда и поговорим.
   Максим прошёл в свою комнату и, включив настольную лампу, уселся в кресло у рабочего стола. Через несколько минут в дверь тихонько постучали.
   - Можно войти, - сказал Максим, почти минуту просомневавшись, какая фраза лучше всего подходит, и сразу понял по выражению маминого лица (а это была она), что не угадал.
   - Ты не переживай, - почувствовав возникшее напряжение, сказала мать, усаживаясь на диване напротив сына, - доктор сказал, что восстановление всех функций возьмёт некоторое время, но в конце концов всё станет на свои места.
   - Я знаю, - тихо ответил Максим, - мне он тоже это объяснил.
   - Если беспокоишься об учёбе, то дед обо всём договорился: защиту дипломной работы можно перенести на будущий год.
   - Хорошо, - Максим опять помедлил, подбирая слова, - я учту такую возможность.
   - Тебе трудно даются отдельные фразы, - наконец, поняла Галина Семёновна. - Надо с доктором посоветоваться. А пока сделай вид, что не можешь говорить после травмы. Показывай пальцем на рот и молчи - поймут.
   Максим в который раз поразился насколько мать понимает его и согласно кивнул головой, ткнув пальцем в губы.
   - Точно, - рассмеялась мама, - иди умойся, а я пока тебе постелю.
   Через полчаса Максим уже тихо посапывал в чистой постели, прокручивая во сне свою недолгую жизнь чуть ли не с момента рождения.
  
   ***
  
  Лахар подводил итоги. С трудом, но он осваивался в новой жизни. Привыкнуть к чудесам технологий было не не так уж трудно. Механизмы и управляющая ими электроника были рассчитаны, на широкий круг пользователей, а потому не представляли особой сложности. Поражала удивительная беспечность людей при употреблении самых опасных изделий. Как он, например, мог выехать на дорогу в автомобиле, если там за рулём находились в то же самое время безбашенные юнцы, пьяницы и наркоманы. Порядочным людям запрещалось иметь при себе оружие, и в то же время его мог достать любой бандит или сумасшедший. Не всегда рядом оказывался вооружённый стражник, а если и присутствовал, то скорее сам вызывал чувство опасения или даже страха.
  В остальном люди мало отличались от тех, что жили в его время. Разве что удивляло полное отсутствие веры. Даже те, кто посещали те или иные храмы, делали это так, как будто исполняли немного обременительную, но необходимую обязанность. Ставили свечи, молились, но не открывали навстречу своему богу сердце и душу, и как следствие, ничего не получали взамен.
  Боги были из известной ему старой когорты, хотя и поданные в новой золотистой обёртке. В вот людей высоких уровней Лахор так и не увидел. Мелькали отдельные представители первой ступени, иногда чуть выше, но не более того. Возможно, ещё не попал в те круги, где вращаются подобные личности, да он и не стремился к подобным встречам.
  В случайности Лахар давно не верил, да чего там: он точно знал, что их не бывает. Для чего-то он тут появился. Наученный предыдущим опытом, Лахар не собирался искать и ждать предзнаменований или откровений, надо утраиваться в этом мире и просто жить, как он привык.
  
   Стажёр
  
   Май и июнь пролетели со скоростью экспресса. Подчистка хвостов и защита диплома прошли если не на ура, то не с таким уж сильным скрипом. Максим подозревал, что в учебный процесс вмешалась его, если так можно выразиться, слава человека вернувшегося с того света, а так же, как он понял по ободряющим намёкам матери, тряхнул своими старыми связями дед. Так или иначе, к концу июня он уже был дипломированным юристом.
   В юридических структурах всех стран не очень приветствуют, когда родственники работают вместе, но в России всё условно. Достаточно было Семёну Михайловичу немного поработать над этим вопросом, и тот решился. Более того Максим стал стажёром у родного брата. Правда, официально он был приписан к другому человеку, но кого волнуют подобные формальности?!
   - Старый лис Катанский определённо получит у меня отпущение грехов, - вместо приветствия пропела районный прокурор Костюшко, поднимаясь из-за стола навстречу братьям Ерёминым, и тут же добавила. - Конечно, если твой братец окажется таким же толковым, как и ты, Никита.
   Волосы, несмотря на увещевания секретарши Лидочки, Раиса Владимировна не красила, отчего выглядела даже чуть старше своих пятидесяти двух. Зато в сочетании со спортивной фигурой и волевым крупной лепки лицом седина придавала облику прокурорши настолько строгий вид, что все, кто видел её впервые, начинали чувствовать себя провинившимися школьниками.
   - Я смотрю, ты меня совсем не боишься, - с шутливой строгостью округлив глаза, обратилась Костюшко к Максиму.
   - Так у нас дом полон начальства, привык, - в тон ей ответил Максим, не объяснять же, что страх пропал вместе с другими эмоциями и пока не вернулся.
   Надо сказать, кое какие чувства, правда, в сильно разбавленном виде начали потихоньку возвращаться, да и в разговорной речи Максим за последнее время поднаторел. Он ещё ошибался, с кем в какой манере разговаривать, но такое случалось всё реже.
   Тут в разговор вклинилась по внутренней связи Лидочка.
   - Раиса Владимировна, - почему-то виноватым голосом сказала она, - звонят с проходной, Никиту Константиновича срочно ищут.
   - Переведи звонок ко мне, - сразу посерьёзнев, приказала прокурорша и включила громкую связь.
   - Тут женщина Ерёмина требует и плачет всё время, - доложил милиционер с проходной.
   - Дай ей трубку, - скомандовала начальница.
   - Никита! - прокричал в трубку женский голос. - Настя пропала.
   - Соседка моя, - шёпотом сообщил Ерёмин старший, слушая всхлипы идущие из телефона.
   - Сейчас за вами спустятся, - прервала её Костюшко, и приказала Никите встретить женщину и вернуться с ней в кабинет.
   Когда он вернулись со своей соседкой, Максим сразу понял по её виду, что случилось что-то ужасное. Раиса Владимировна с помощью секретарши, как-то быстро сумела успокоить рыдающую женщину и, слегка направляя вопросами, заставила её всё рассказать.
   А случилось следующее. Перед самым выходом в школу выяснилось, что сын Нели (так звали соседку Никиты), ещё с вечера жаловавшийся на горло, разболелся окончательно. Пришлось отпрашиваться с работы, чтобы отвезти Серёжку к врачу, а Настю в школу. Они все вместе вышли из подъезда сели в старенькую девятку и медленно двинулись вдоль дома. Когда длинная, как корабль, девятиэтажка кончилась, Неля притормозила. В поликлинику нужно было повернуть налево, к школе направо. До школы было совсем рядом, минуты три пешком даже для второклашки. У самой школы стояли несколько машин, и развернуться было абсолютно негде.
   - Ты уже большая, - сказала дочке Неля, - пойдёшь сегодня в школу самостоятельно.
   - У нас многие девчонки сами ходят, - обрадовалась девочка, выскочила из машины и бегом устремилась догонять своих подружек, уже подходивших к школьным воротам.
   Неля посмотрела ей вслед и, подгоняемая сердитыми гудками сзади повернула налево.
   Когда он выходили от врача, обнаружившего тривиальную ангину, на мобильник позвонила подружка Света. Она преподавала английский в старших классах и по Нелиной просьбе присматривала за Серёжкой, который последнее время повадился прогуливать занятия.
   - Чего-то не видно сегодня твоего шелопая, - сообщила подруга, без вступлений переходя к делу.
   - Со мной он, - вздохнула Неля, - заболел. От врача возвращаемся.
   - Настюха тоже болеет? - неожиданно спросила Света.
   - Нет, - тихо ответила Неля, и в груди у неё похолодело. - А почему ты спрашиваешь?
   - Я на переменке хотела спросить её, что с Серёжкой, но не нашла.
   - Еду, - крикнула Неля и бегом кинулась к машине, таща за руку ничего не понимающего сына.
   Она почему-то была уверена, что случилось что-то нехорошее.
   По дороге Неля заехала домой, чтобы убедиться, что Настя не вернулась по какой-то причине домой и не болтается сейчас возле подъезда или сидит на ступеньках около двери. Она оставила Серёжу дома и, бросив машину, бегом рванула к школе.
   Света уже провела предварительное расследование. Настя а школе не появлялась и никто из детей её сегодня не видел. Рассказав это Неле, она отвела подругу в кабинет директора, где уже находились завуч, Настина преподавательница и ещё несколько учителей.
   Неля рассказала, почему дочка пошла в школу одна.
   - Тут же идти всего ничего! - воскликнула она в конце и разрыдалось.
   Директриса объявила, что звонит в милицию, и стала набирать номер местного отделения.
   - Я за участковым, - крикнул физрук, подтянутый мужчина лет тридцати и, набирая скорость, выбежал из кабинета.
   - Почему ему тоже не позвонить? - пожала плечами полная женщина, учитель истории.
   - Он на телефон не отвечает, а номер мобильника в секрете держит, - тихо объяснила секретарша, робко заглядывающая в дверь. - Как дети в районе начали пропадать, они все на ушах стоят.
   Директор оторвалась от разговора и даже стукнула трубкой по столу. Секретарша округлила глаза и прикрыла рот ладошкой, но было поздно, роковые слова о пропавших детях уже были произнесены.
   Неля почувствовала, что пол под ногами качнулся, и медленно осела на, заботливо подставленный Светкой стул.
   - Из милиции сейчас приедут, - громко сообщила директриса. - И не надо паниковать, пока ничего не ясно.
   От того, как были сказаны эти слова, Неля поняла, что всё всем уже понятно. Надо было действовать.
   - Я к Никите в прокуратуру, - крикнула она Светке и выскочила за дверь.
   Потом был марш-бросок до дому, убедиться, что Настя каким-то чудом не объявилась там, и поездка до прокуратуры.
   - Нигде Насти нет, - простонала измученная женщина. - Сделай что-нибудь, Никита.
   - Кто у нас этой серией занимается? - повернулся Никита к Костюшко.
   - Сёмина, но она дома после дежурства, спит, наверное. Пока соберётся. Бери это дело на себя. А я пока в главк позвоню, от них майор Петелин задействован, - Раиса Владимировна повернулась к Неле. - Вы подождите пожалуйста в приёмной, буквально несколько минут.
   - Ни к чему ей слушать, как мы об этом деле с Петелиным говорить будем, - вздохнув сказала она, когда несчастная мать вышла из кабинета.
   - Если я вам не нужен, - неожиданно сказал Максим, - хочу ещё немного с потерпевшей поговорить.
   - Иди, - согласно кивнула прокурорша.
   Он вышел в приёмную, где сидели совершенно потухшая Неля и Лидочка, которая, закусив нижнюю губу, глядела жалостливыми глазами на бедную женщину.
   Максим взял свободный стул и, оседлав его верхом, уселся напротив Нели, положив подбородок на спинку стула. Та, удивлённая тем, что он делает, повернулась к стажёру, и глаза её оказались напротив лица Ерёмина- младшего.. Она застыла, глядя прямо на него.
   - Неля, извините, не знаю, как вас по отчеству, - начал говорить Максим, - я хочу восстановить момент, когда вы последний раз видели свою дочь.
   Та по-прежнему неотрывно смотрела на него, не говоря ни слова.
   - Попробуйте сосредоточиться, - голос Максима звучал ровно и чуть слышно. - Вот вы целуете дочку на прощанье. Вы же поцеловали её.
   - Да, - глухо отозвалась Неля.
   - Дальше, - чуть громче и требовательнее приказал Максим.
   - Дверь она захлопнула неплотно, - глубоко вздыхая после фраз, продолжила Неля, - пришлось перегнуться, открыть и хлопнуть посильнее. А Настя вприпрыжку бежит и ранец её по спине хлопает.
   - Смотри внимательно, - перебил её Максим. - Что ты видишь слева от дороги?
   - Сетка проволочная, за ней спортплощадка.
   - Кого-нибудь видишь за сеткой?
   - Никого.
   - Справа.
   - Дом, кусты. Опять кусты.
   - Что за кустами? - на этот раз голос Максима звучал громко и настойчиво.
   - Машина серая, металлик.
   - Марка.
   - Не видно, кусты мешают. Багажник есть.
   - Кто-то в машине или рядом.
   Неля задумалась, как будто вглядываясь.
   - Ничего не видно - кусты.
   - Дальше.
   - Сзади сигналят. Смотрю налево, поворачиваю.
   - Замечательно, - голос Максима стал снова приветливым и доброжелательным. - Видите, как много можно вспомнить, если хорошенько сосредоточиться.
   - Впечатляет, - покачав головой, сказала прокурор. - Это что гипноз?
   Они с Никитой уже давно стояли в дверях и с изумлением наблюдали за действиями Максима.
   - Точнее назвать это состояние трансом, - ответил Максим, - метод американского психиатра Милтона Эриксона. Нас на занятиях по судебной психиатрии учили.
   - Хорошо же сейчас учат в институтах, - недоверчиво протянула Костюшко и, повернувшись к Никите, приказала. - Быстро на место. Петелин будет там с минуты на минуту.
  
   По следу.
  
  Стас Петелин уже распоряжался на дороге между домом и школой, гоняя экспертов и местных милиционеров. Это был высокий, не меньше метр девяносто, мужчина лет тридцати пяти, с широкими плечами и громогласным голосом, похожим на рык какого-то экзотического хищника. Абсолютно голый череп только усиливал впечатление чего-то мощного и опасного.
   - Здорово, прокуратура, - Петелин пожал Никите руку и кивнул Максиму. - А где же Софочка?
   - Семёнова в отгуле, - объяснил Никита. - Придётся тебе с нами работать.
   - Мать? - тихо спросил Стас, кивнув в сторону стоявшей в отдалении Нели.
   Ерёмин лишь кивнул головой.
   - Допросили?
   - Никита рассказал о допросе, проведённом братом.
   - Молоток, - майор подошёл к Максиму, хлопнул его сбоку по плечу и тут же, развернувшись, отправился к Неле.
   О чём они говорили, Максим не слышал, но потому, как Неля решительно направилась к кустам за домом, понял, что о машине.
   Петелин своим громким голосом подозвал эксперта, и они склонились над подъездной дорогой. Максим подошёл ближе и увидел чёткие следа протектора на грязном, засыпанным землёй асфальте.
   - Есть! - Стас тряхнул сжатой в кулак правой рукой. - Наконец-то зацепка. Теперь я со следа не собьюсь.
   Никита тоже улыбался, заразившись энтузиазмом майора.
   - Какая машина, можешь сказать? - спросил тот эксперта, ползающего по асфальту.
   - Нет, - отрицательно махнул головой тот, - в лабораторию надо.
   - Так давай дуй, - Петелин показал на стоящего в стороне лейтенанта, - он тебя с сиреной домчит.
   - Тут и так пять минут ехать, - возразил эксперт, распрямляясь с видимым усилием.
   Вот тут это и произошло. Максим вдруг почувствовал страх. Но не такой, когда боишься ты сам, а как в кино: боится герой, а ты вместе с ним или за него. Сейчас он чувствовал, как страшно маленькой девочке лежать в тёмном багажнике. Страх этот был и здесь, где стояла машина, и через метр от неё, и через три. Выстраивалась сплошная линия, ведущая на дорогу, а потом к школе. Он прослеживал её метров на триста, а дальше она слабела и терялась.
   - Как собака с верхним чутьём, - подумал Максим.
   Тут он увидел, что Никита с Петелиным внимательно изучают след от шин, пытаясь определить, куда он ведёт. Его так и подмывало подсказать, но вновь приобретённое хладнокровие удержало.
  Грязный след заканчивался за поворотом к школе, то есть не вёл никуда.
  - Вся надежда на Василича, - разочарованно сказал Никита.
  - Ну, так звони ему, - со злостью выпалил Стас.
  - Было б чего, он сам позвонил.
  - Согласно статистике, девяносто девять процентов похищенных детей погибают в первые двадцать четыре часа, - громко произнёс Максим.
  - У тебя есть более конкретные предложения? - зло спросил Стас.
  - Если бы он хотел поехать в центр, то повернул бы налево, - медленно начал Макс, на ходу подгоняя логические построения под новые возможности. - Давайте двинем за ним, вглубь микрорайона и посмотрим, к чему это приведёт.
  Стас хмыкнул и пошёл к старшему лейтенанту, командовавшему местными милиционерами.
  - Они и сами знают, что делать, - сказал он вернувшись. - Поехали.
  Они сели в слегка помятый внедорожник Петелина и медленно двинули в сторону школы. На развилке Макс почувствовал, что ехать надо направо, но для убедительности вышел из машины и внимательно осмотрел дорогу.
  - Направо, - решительно скомандовал он, показав несколько бурых комочков похожих на грязь с того места, где стоял автомобиль похитителя.
  - Хе, - хмыкнул Стас в стиле бойца Сухова, но послушно повернул.
  Минуты через три они стояли на перекрёстке и Никита с майором вопросительно смотрели на своего Сусанина.
  - Карта района есть? - спросил Максим после небольшого раздумья.
  Он прекрасно знал, куда ехать, но не рассказывать же двум следакам о своём чутье, надо было придумать, что-то более реалистичное.
  Петелин, сделав кислую рожу, протянул ему лоснящуюся на сгибах карту. Максим нашёл их нынешнее местоположение, и у него тут же созрел план, как заморочить голову своим товарищам.
  - Держать ребёнка в городской квартире слишком сложно, - начал излагать он свою версию, подходящую к известному ему направлению, - я думаю, похититель поехал к кольцевой.
  Улица, по которой они двигались, описывая широкую дугу, упиралась в магистраль почти у самой кольцевой дороги.
  - По-моему, гадание на кофейной гуще будет всё-таки точнее, - отозвался на это умозаключение Стас.
  - Десять минут нас не устроят, - неожиданно поддержал брата Никита, и машина двинулась вперёд.
  Дорога заняла даже меньше десяти минут. Они добрались до места, где спокойная улочка вливалась в непрерывно жужжащую моторами магистраль. В этом бойком месте расположилась автозаправка. Максим попросил остановиться, немного не доезжая до неё, у грунтовой дороги уводившей куда-то в сторону. След детского страха обрывался у самого края дороги.
   - Они здесь были, - крикнул Макс, показав на знакомый отпечаток протектора.
   Стас ловко выпрыгнул из машины и внимательно осмотрел следы.
   - Тебе фантастически везёт, - процедил он, глядя на стажёра, и перевёл взгляд на Никиту, уже подходившего к бензоколонке.
   Следователь терпеливо дождался пока заправщик, молодой парень лет двадцати закроет бензобак белого 'Форда', передаст ключ водителю, получит деньги, отделив от них чаевые, и лишь тогда подошёл к нему.
   - Районная прокуратура, - представился Никита, предъявив удостоверение.
   - Это не со мной, - по-своему понял визит милиции заправщик, - там в конторке начальство - вы уж с ними.
   - Мы по другому поводу, - успокоил его подоспевший Петелин. - Вон там, где стоит наша машина, часа два назад останавливался седан серый металлик. Видел его?
   - KIA RIO седан, - бойко подтвердил парень, обрадованный тем, что прокуратуру интересуют не бензиновые дела. - Он ещё возился в багажнике. Я потом только понял, что щенка выбрасывал.
   - Какого ещё щенка? - удивился Никита.
   - Ну, такой чёрненький, - охотно объяснил тот. - Тот мужик потом заправился под завязку, а когда уехал Черныш и пришёл. Не иначе он выбросил, а откуда ему ещё взяться.
   - Где собака? - спросил Макс и, увидев вопросительный взгляд Стаса, коротко пояснил. - Приманка.
   Щенка по приказу приезжих заправщик запер в раздевалке, так и не поняв зачем тот понадобился прокуратуре, но спорить с органами не посмел.
   Камер слежения на станции не было, рассчитался водитель наличными, и номера машины парнишка не запомнил. Зато разыскал тысячную купюру, полученную от предполагаемого похитителя. Никита отдал ему взамен две пятисотки (писать бумаги для официального изъятия было некогда) и спрятал возможные пальчики в пакет для вещдоков. Стас, тем временем, вызвал по телефону на заправку экспертов и местных милиционеров.
   От словоохотливого заправщика они узнали, что машину эту он видит не впервые, так что, скорее всего, направляется похититель за город именно по этому направлению и, не дожидаясь поддержки, двинулись дальше.
   - Он, наверное, ребёнка чем-то усыпил. Для чего и останавливался. И щенка, которым девочку подманил, выбросил, чтобы шума не было. Ведь впереди заправка и пост ГИБДД, - высказал своё мнение Максим, когда они тронулись с места.
   - Рассуждения твои из пальца высосаны, - недовольно сказал Петелин, - а вот пост милицейский - это шанс.
  Молоденький, ещё не откормленный сержант выбежал к кромке, собираясь остановить несущийся на бешеной скорости джип, когда он сам, вдруг, затормозил и мягко подкатил к милицейской машине. Рука сержанта сама потянулась к козырьку, когда Петелин выскочил из автомобиля и полез в карман за удостоверением.
   - Камеры пишут? - спросил Стас представившись.
   - Так точно, товарищ майор, - отчеканил парнишка.
   На выручку к подчинённому лёгкой рысцой подбежал старший лейтенант. Снова пришлось представляться и объяснять, что им надо.
   - Так это ж, наверно, именинник, - радостно воскликнул сержант.
   - Что за именинник, - Стас повернулся к молодому.
   Но ответил старший по званию.
   - Я тут в конце апреля точно такую тачку тормознул, - сказал он. - Скорость я не мерил, но летел он очень уж шустро. Сказал, что день рожденья у него сегодня, спешит к гостям. Я в правах посмотрел, и правда, совпадает. Отпустил по такому случаю.
   - Какого числа это было? - резко спросил Петелин, доставая записную книжку в кожаном переплёте.
   - Кажется двадцать пятого, - неуверенно протянул старлей, немного подумал, и уже решительно произнёс. - Точно двадцать пятого.
   - Вспомнил, куда его деньги потратил? - зло сверкнул на него глазами майор и, обращаясь уже к напарникам, добавил. - Таня Опятина восьми лет пропала двадцать пятого апреля.
   Старший лейтенант хотел было возмутиться, но быстро сообразил, что никому нет дела до его мелких амбиций, и затих
   - Фамилию, имя, номер машины, можешь назвать? - снова спросил его Стас. - Давай, напрягись.
   Старлей действительно напрягся, вспоминая, и эта непривычная для него работа была отчётливо заметна на лице, но в итоге сдался и отрицательно помотал головой.
   - Ясно, - подытожил майор. - Макс, бери этого мыслителя и выясняйте через их контору владельца машины, родившегося двадцать пятого апреля, а мы с сержантом пойдём смотреть записи с камер наблюдения.
   - А чего смотреть, - неожиданно подал голос сержант, я его меньше часа назад видел, он в город возвращался. Теперь мимо поста еле крадётся, невольно внимание обращаешь.
   Петелин сам связался из машины гаишников с их диспетчерской и вскоре уже знал почти всё о владельце искомого автомобиля.
   Кретов Виктор Петрович, тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения, жил и работал в Москве, и ни дачи, ни загородного дома за ним не числилось. Дальше приводился домашний адрес и данные о месте работы.
   Стас позвонил своему начальству, и на дом к похитителю отправилась группа захвата. Вторая группа должна была ждать Петелина недалеко от магазина, где Кретов работал менеджером по продажам, а попросту продавцом.
   Старлей, получив приказ от начальства, домчал их с сиреной до нужного места минут за сорок. На подъезде к магазину сирену он выключил, но подкатил слишком близко к знакомой машине. Свои матюги от Петелина он получил позже, а пока Стас, не дожидаясь поддержки, рванул в магазин. Но опоздал.
   - Витя вдруг в лице изменился и кинулся в подсобку, - лепетала молоденькая продавщица, напуганная разъярённым видом нависшего над ней майора, показывая рукой куда-то за прилавок.
   Стас кинулся в указанном направлении, но обнаружил только запасной выход, выводящий в пустой двор. Пока он с бойцами из группы захвата пытался ещё что-то сделать, Старлей по приказу Никиты удивительно ловко вскрыл серую кайю. В багажнике было пусто, тогда гаишник, стараясь изо всех сил отработать свою апрельскую промашку, завёл машину похитителя без ключа. И опять Максим поразился его удивительному умению.
   - На заправку! - крикнул Никита, подоспевшему Петелину, садясь за руль кайи. - Есть идея.
   Снова была бешеная гонка по запруженной машинами Москве, но старлей не подкачал и на этот раз, они благополучно избежали пробок и минут через сорок уже подъезжали к давешней бензоколонке.
   - Заправляй до отказа, как в прошлый раз, - приказал Никита подбежавшему заправщику, и тут только до Максима начало доходить, что задумал брат.
   Пока автомобиль заправлялся, подкатил Стас.
   - Девять литров, - посмотрев на счётчик, сообщил заправщик.
   - Два литра мы истратили по дороге от магазина - отбрасываем четыре, - начал подсчёты Никита, остаётся пять.
   Быстро соображающий Стас уже взял у гаишника, карту.
   - Расход у этих автомобилей на шоссе 5,6 литра на сто километров,- продолжал Никита, - значит, преступник побывал в каком-то месте, находящемся на расстоянии примерно сорок пять, плюс-минус пять километров от бензоколонки.
   Никита откуда-то достал линейку и склонился над картой.
   - Подходят северная часть райцентра и деревня Выселки, - объявил он, закончив измерения.
   - Остался ли кто в этих Выселках? - засомневался старлей. - Там народ ещё в восмидесятых покупал дома под дачи, а как свалку в двух километрах открыли, все поразбежались.
   При этих словах Ерёмины и майор переглянулись и кинулись к машинам. - Показывай дорогу, - крикнул на ходу Стас оторопевшему гаишнику.
  
  
   В западне
  
   Когда Витя Кретов увидел через витрину знакомого пузатого гаишника, у него внизу живота появилось неприятно чувство. Он даже хотел бежать в туалет, опасаясь, что его сейчас вырвет посреди торгового зала. Но он сумел удержать себя в руках и быстрым, но спокойным шагом пошёл в раздевалку, где схватил ветровку, сумочку с деньгами и документами и уже не скрываясь выбежал через служебный вход во двор и дальше через арку на параллельную улицу. Влез в подошедший троллейбус, проехал одну остановку, вышел, не спеша перешёл улицу, нырнул в переулок , ускорил шаг стараясь, как можно дальше удалиться от магазина, где его подстерегала опасность. Хотел спуститься в метро, но вовремя вспомнил статью, в которой рассказывалось, что весь метрополитен напичкан камерами слежения. Проехал ещё несколько остановок на автобусе и, наконец, сел передохнуть в маленьком, слегка замусоренном скверике.
   Как-то его вычислили. Старший лейтенант появился неспроста. В конце апреля, этот самый милиционер остановил его на посту, а в это время в багажнике лежала девчонка, которую он подарил себе на день рожденья. Но день рожденья и спас, гаишник, глянув в права, взял бабки и, слегка пожурив, отпустил. После этой встряски Виктор так перепугался, что решил завязать. Он держался больше месяца, но сегодня не выдержал и раненько утром выехал на охоту. Похоже, спонтанность и подвела. Где-то допустил промашку и вот сейчас, как загнанный зверь, бродит по городу.
   Откуда им знать про дом, который он снял у совершенно незнакомого человека? С мужиком этим он познакомился в пивняке, услышав, как тот жалуется приятелям, что всего в пятидесяти километрах от Москвы у него пропадает дом в деревне, который остался ему от родителей.
   - Чуть-чуть Горбачёв со своей перестройкой опоздал, - рассказывал мужичок своим похожим на него, как родные братья, друзьям, - комуняки успели рядом деревней свалку устроить, а то был бы я сейчас олигархом.
   Неудавшийся олигарх допил пиво и с тоской в глазах огляделся, было очевидно - деньги кончились.
   Виктор поймал его взгляд и приглашающее указал на нетронутую кружку пива, стоящую рядом с солёными сухариками.
   Мужик поколебался, но подошёл.
   - Пей, - предложил Виктор, - поговорить надо.
   Приободрившийся домовладелец одним глотком осушил сразу половину кружки и тыльной стороной ладони вытер рот.
   - О чём говорить будем? - деловито спросил он.
   - Дом твой в деревне хочу снять. Услышав это, мужик сразу увял.
   - Со свалки ветер подует, сразу уехать захочешь, - мрачно сказал он, и деньги назад потребуешь.
  - У меня обоняние пониженное - болезнь такая , - Виктор импровизировал на ходу и у него это неплохо получалось. - Книгу я пишу, тишина нужна. А чтобы ты не беспокоился, деньги я вперёд дам и, если съеду, ничего требовать не буду. - Ну, если так, то пожалуйста, - мужик снова оживился и представился, протянув заскорузлую ладонь. - Виктор я.
  - Так мы тёзки, - улыбнулся Кретов, - это дело надо обмыть.
  Новый знакомый тут же представил Виктору своих друзей, и вскоре они вместе приговаривали купленную в честь знакомства бутылку водки. Так у Вити Кретова появилось убежище, о котором можно только мечтать.
   После смерти матери в январе, он как-то привёл к себе домой маленькую бродяжку, сбежавшую из шайки попрошаек. Он раздел её и повёл в ванну мыться, но девчонка поняла это по-своему и схватила рукой за вздыбившийся член. Вите сразу стало не до мытья, и он тут же в ванной жестоко изнасиловал её. А потом сразу же наступила реакция. Он испытал отвращение к себе и этой грязной шлюшке, примешалась злость на девчонку, которая испортила его план проделать всё красиво, и Виктор, уже не сознавая, что делает, схватил её за тоненькую шейку и придушил, как цыплёнка. Тут он испытал повторный оргазм и сразу понял, что это то, чего ему всегда хотелось. Новоиспечённый маньяк не испытывал к задушенному ребёнку ни сострадания, ни жалости, а только восторг от вновь и вновь прокручиваемого в мозгу нового ощущения.
  Надо было что-то делать с трупом. Маленькое тельце уместилось в коробку из-под телевизора, туда же убийца бросил все вещи жертвы и заклеил коробку клейкой лентой. Вот только вывезти этот страшный груз было не на чем. Старенький мотоцикл, на котором передвигался Виктор никак для этого не подходил. Тогда он решился на отчаянный шаг: решился продать картины из отцовской коллекции. Он уже понемногу начал преодолевать внушённый матерью запрет на неприкосновенность отцовского наследия . Загнал несколько гравюр, чтобы купить себе плоский телевизор и ноутбук, но, чтобы тронуть основной фонд пока даже не помышлял. А вот теперь решился.
  Он позвонил коллекционерам, которые уже приходили к нему сразу после похорон, чтобы проверить намеренья нового хозяина и оставили свои визитки. Двое договорились встретиться утром, зато третий не слушая возражений заявился в квартиру среди ночи с огромным, как шкаф охранником и полной сумкой наличности. В итоге, на стене кабинета появились три тёмных прямоугольника, а сумка с деньгами перешла в собственность Виктора. Назавтра он отпросился с работы и поехал покупать автомобиль, который давно уже приглядел. Потом среди бела дня вынес коробку и засунул её в багажник, и вовремя. Направляясь назад к подъезду, Виктор нос к носу столкнулся с сестрой.
  Валентина ушла из дома, как только окончила школу. Сестра отца, умершего от рака, когда они были ещё маленькими, устроила её работать к себе в бригаду проводницей. Работа не ахти какая, но после жизни со строгой до деспотичности матерью даже маленькое купе в вагоне казалось ей раем. Про смерть матери она узнала только что, вернувшись из рейса.
  Даже не поздоровавшись, сестра пропустила его вперёд и зашагала следом. В квартире она первым делом ринулась в кабинет и увидела то, чего больше всего опасалась. Самые лучшие картина уплыли.
  - Где запасной ключ? - спросила Валя брата, вернувшись в прихожую.
  - Зачем тебе? - перед напором сестры Витя оробел.
  - Жить тут буду, - зло выкрикнула та. - Надеюсь, не забыл, что я тут прописана. А коллекция, которую ты начал продавать, принадлежит и мне тоже.
  Даже сейчас, по прошествии почти полугода, Виктор вспомнил злобу и досаду охватившие его. Не удались тогда Валя вглубь квартиры для осмотра, неизвестно чем бы это кончилось. А так всплеск эмоций приняла на себя стенка, по которой он саданул кулаком.
  Об использовании для новой страсти квартиры можно было забыть, поэтому подвернувшийся дом в вонючей деревне был как нельзя кстати. Это было и к лучшему, городская квартира никак не подходила для него - слишком много глаз вокруг, не то что дом за забором в почти пустой деревеньке.
  Тут ему в голову пришла неожиданная мысль: 'Убрать девчонку из дома, и против меня у милиции ничего нет.''
   Виктор вскочил со скамейки, сгорая от желания что-то делать.
   - Моцл у Сашки в гараже, ключ у меня есть, - в голове у него уже выстраивался план действий.
   Через арку Виктор быстрым шагом делового человека вышел на улицу и поймал такси. Ехать было недалеко, минут через двадцать он стоял перед воротами гаражей.
   - А что с тачкой новой? - удивлённо спросил сторож дядя Миша.
   - Мотоцикл понадобился, не оставлять же её здесь, - легко отбрехался от любопытного охранника Виктор проходя через калитку.
   Дядя Миша ещё что-то сказал вслед, но Кретов его уже не слушал, он уже продумывал маршрут, по которому будет пробираться в Выселки. По центральным трассам пересекать окружную нельзя, менты могут уже знать о существовании моцла и теперь ждут его на постах. Но это не проблема, Виктор знал почти все просёлки вдоль окружной и был уверен, что доберётся до деревни незамеченным.
   Так и получилось. Железный конь не подвёл, и минут через сорок Кретов уже был около свалки. Можно было проехать и дальше, но рисковать он не мог, да и пару километров лёгким бегом - для молодого парня просто разминка. Виктор спрятал мотоцикл в лесочке и побежал по знакомой дороге.
   На краю Выселок залёг в траву и затаился. От деревни не доходило ни одного незнакомого звука. Он подполз ближе и огляделся. Всё было, как обычно. Нигде не было видно посторонних, точнее, вообще никого не было.
   - Успел! - радостно подумал Виктор и, не таясь, пошёл к дому.
   Пролез через дыру в заборе, открыл навесной замок и вошёл в предбанник. Через проём, ведущий в баню, вместо перепуганной девчонки он увидел здоровенного мужика, развалившегося на полке.
   - Заходи, Витёк, - сказал мужик, улыбнувшись, и поднялся во весь рост. -Дверь прикрой - дует.
   Виктор напрягся для рывка и повернулся к выходу, но там уже стоял молодой парень, а за спиной у него маячили двое в касках и с автоматами.
  
   Такая работа
  
  Виктор ещё предавался, размышлениям на скамеечке под тенью чахлых городских деревьев, а кортеж из трёх машин: гаишный автомобиль старлея, Стасов джип и подоспевший микроавтобус ОМОНа, уже заруливал на единственную улицу Выселок.
   - След ведёт вон к тому дому, - крикнул Макс, показывая на один из немногих домов с целыми стёклами и подлатанным забором.
   Никаких следов от автомобиля маньяка он не видел, его опять вело чувство детского страха, замеченное ещё на подъезде к деревне. Но знакомый отпечаток протектора, конечно же обнаружился около импровизированных ворот, сделанных их двух секций забора.
   Четверо омоновцев и гаишник встали по периметру забора, а двое под предводительством Стаса направились к дому.
  - Стойте, - негромко позвал их Максим. - Мне кажется, начать надо с бани. Там все ставни заколочены, и замок висит, очень тюрьму напоминает.
  Майор уже привыкший доверять мнению Максима, подозвал старлея.
  - Тачку ты ловко открыл, а замок этот осилишь, - спросил он, указывая на дверь бани.
   Гаишник молча, достал из кармана железку с загогулиной на конце и через несколько секунд замок, мягко щёлкнув, уже открытый висел на петлях.
   Стас осторожно высвободил его и, приоткрыв дверь, прошел сквозь предбанник и заглянул в парную. Света из дверного проёма и просачивающегося сквозь щели в ставнях было достаточно, чтобы увидеть, скорчившееся на нижней полке маленькое тельце. Петелин подошёл ближе, раздался всхлип и девочка, ещё больше съёжившись, снизу вверх взглянула на майора круглыми от страха глазами. Стас протянул к ней руку, но малышка, как-то боком по крабьи, отползла от него в дальний конец полки.
   - Ты слишком большой, - опять вмешался Максим. - дай я попробую.
   Петелин послушно сделал два шага назад и в сторону, освобождая дорогу.
   Макс тихо бормоча подошёл к девочке, и она сама протянула к нему руки. Он бережно взял её и вынес во двор, не переставая что-то тихо говорить.
   - Быстро со старлеем в город на его машине, - скомандовал стажёру Стас. - Сирену включите только на шоссе. По дороге вызовите скорую вам навстречу. А мы должны дождаться хозяина.
   - Пусть кто-нибудь из них едет, - сказал Макс, кивнув в сторону бойцов ОМОНа, и уложил девочку на заднее сиденье. - Настя спит и проснётся не скоро. А я тут нужен буду.
   Петелин хотел что-то сказать, но промолчал и только кивнул командиру отряда. Один из бойцов снял с себя всю амуницию, отнёс её в автобус и сел рядом с малышкой, положив её голову себе на колени.
   Когда гаишная машина скрылась из виду, Стас приказал двум бойцам отогнать оставшиеся автомобили на шоссе и ждать сигнала у ближайшей заправки.
   - Нас и так слишком много, для этого прыща, - объяснил он, хотя никто ему не возражал.
   Ждать пришлось не так уж и долго.
   - Макс, закрой дверь ты, если хозяин не хочет, - попросил Стас стажёра.
   А сам в два шага оказался около маньяка, развернул его лицом к стене и очень ловко обыскал.
   Никита, стоявший позади омоновцев, что-то негромко сказал, и те отступили назад, прикрыв за собой входную дверь.
   - Где остальные детишки? - почти дружелюбно спросил Петелин Виктора.
   Тот молчал, пытаясь осмыслить ситуацию. Тогда майор сгрёб его за волосы и с такой силой втолкнул во внутрь, что тот пролетел через всё помещение и врезался в противоположную стену. Стас стряхнул на пол клок волос, оставшийся в руке, вошёл следом взял из угла суковатую палку и с такой силой ударил себя по голове, что конец её обломился и повис на измочаленной коре.
   - Это ты напал на меня, - объяснил он слегка ошалевшему маньяку. - Если я через десять секунд не услышу вразумительного ответа, то начну защищаться.
   - Никаких других детей не знаю, - затараторил Виктор, продумав линию защиты, - девчонку похитил с целью выкупа. Готов сделать письменное признание.
   - Разведённая секретарша большой выкуп может заплатить. В крайнем случае пустую посуду сдаст, - скорчил гримасу Стас. - хочешь по сто двадцать шестой проехать. Знаешь, наверно,как у нас в тюрьмах педофилов не любят. Но сильно тебе это не поможет, я сейчас так защищаться стану, что всю оставшуюся жизнь ты кровью ссать будешь.
   Что-то хищное мелькнуло в глазах майора, а улыбка его стала похожа на волчий оскал. Тут маньяк не на шутку перепугался. Он побледнел и попытался, как Настя часом раньше, забиться в угол, подальше от озверевшего мента.
   - Никого не насиловал и не убивал, - орал Виктор. - Похитил, денег хотел срубить. Один раз.
   Максима вдруг почувствовал - дикий страх выплеснулся из тёмного угла бани, обжигая мозги, как крутой кипяток. Но на этот раз ощущение эмоций сопровождалось картинкой: глинистый откос, усыпанный мусором и проржавевшие ножки газовой плиты.
   - Стой, - крикнул он Стасу, - я догадываюсь, где их искать.
   Петелин неохотно остановился, потом сграбастал визжащего маньяка, и как следует, приложив его мордой о полку, надел на него наручники.
   Во дворе он сдал преступника омоновцам, которые засунули того в уже подъехавший микроавтобус, и повернулся к Максиму.
   - Куда идти? - буркнул он.
   - В сторону свалки, - ответил тот, не задумываясь.
   - Думаешь, он на себе два километра тела пёр? - с сомненьем покачал головой Петелин.
   - Куда-то они свой мусор выбрасывают? - спросил Максим, признавая его правоту.
   - А почему просто не прикопать в лесочке? - поинтересовался Стас и добавил. - Собак вызывать надо.
   Никита тем временем успел сбегать к дому, в котором он совсем недавно сидел в засаде и где успел познакомиться с пьяненькой старушонкой, хозяйкой этой хибары.
   - Свалка местного значения в овраге за соседним домом, - сообщил он вернувшись.
   Омоновцы с неохотой полезли в грязный, засыпанный мусором овраг, но раз начальство не брезгует самолично ковыряться в этой помойке, то что им остаётся. Максим быстро нашёл место из своего видения и попросил бойца, возившегося рядом со старым матрасом, помочь отодвинуть плиту. Они взялись за торчащие из глины ножки и с трудом выворотили её. Их глазам открылась яма, напоминающая маленькую пещеру. В глубине виднелись два свёртка из толстого полиэтилена.
   - Нашли! - крикнул омоновец, чрезвычайно гордый успехом.
   Все сгрудились возле ямы. Вперёд выступил Никита и рукой одетой в перчатку осторожно развернул свёрток, который лежал ближе. По тому, как исказилось его лицо, всё сразу стало ясно. Он вызвал по телефону экспертов и труповозку, а сам отошёл в сторону и присел на грязный пень, ничуть не заботясь о брюках.
   - К трупам привык, - тихо сказал он подошедшему Максиму, - а на детские тела до сих пор спокойно смотреть не могу. Любой из взрослых хоть немного, но виноват в своей смерти, только не ребёнок.
   Возвращались они очень поздно, даже длинный июльский день не может тянуться до бесконечности.
   - Заедем на заправку, - попросил Максим, завидев знакомую бензоколонку.
   - Зачем? - вяло поинтересовался Стас. - Тачку уже забрали, я проверял.
   - Есть одно дельце.
   Петелин огляделся по сторонам и прямо через сплошную свернул налево.
   Максим сбегал в помещение и вернулся с дрожащим чёрным щенком, то и дело зевающим от страха.
   - Вещдок забыли, - сказал Макс, садясь на заднее сиденье.
   - Да кому он теперь нужен, доказательств и так выше крыши, - Стас возражал скорее по привычке.
   - Я не об этом, - рассмеялся стажёр. - Знакомьтесь - моя собака. Зовут его - Вещдок, а коротко - Док.
   - Ох, и спустит тебя мать с лестницы вместе с этим твоим Вещдоком, - усмехнулся Никита.
   - А я и не собираюсь его туда везти, - спокойно ответил брат, - мы у тебя жить будем.
   У Никиты от такого нахальства даже горло перехватило. Он с минуту пытался что-то сказать, но в итоге только махнул рукой.
   Через несколько минут Стас высадил их около подъезда, попрощался и исчез в ночи.
   Назавтра Никита узнал, что дело забрала городская прокуратура.
   - На нём ещё один труп обнаружился, - Костюшко развела руками, - из другого района. Вот дела и объединили - в городе. Но ты, Никита шибко не расстраивайся, дело всё равно Семёнова вела. Главное ребёнка спасли и эту мразь поймали.
   Прошло несколько дней. Никита со стажёром мотались по району, работы следователям прокуратуры всегда хватает, Но нашли время, чтобы побывать на похоронах двух детей найденных в грязном овраге деревни Выселки. Контрастом к этому тяжёлому мероприятию стало выступление по телевизору майора Петелина, рассказавшего, как спасал ребёнка из рук злобного маньяка. Вместе с ним в студии грелся в лучах славы его начальник полковник Тарасов, как оказалось, чётко и безошибочно руководивший операцией, когда счёт шёл буквально на минуты.
   Выяснилось, что у майора есть совесть, на другой день он позвонил Никите на работу.
  - Ребята, вы же не верите, что это я всю эту хренотень сочинил, - извиняющимся тоном говорил он, - надо бы встретится.
  Договорились на субботу, но жизнь, как частенько бывает, внесла свои коррективы.
  
   Иная логика
  
  В тот же день, когда Петелин договаривался с братьями Ерёмиными о встрече, только значительно позже мать Тани Опятиной, похищенной в апреле девочки, куда-то засобиралась. Муж пытался её остановить, но у него ничего не вышло.
  - Всё в порядке, - спокойно, но твёрдо сказала она, - так надо. Я потом тебе объясню.
   Выйдя из дома, Опятина поймала такси и назвала адрес.
   Другая женщина, мать второй жертвы, поехала за рулём сама. Ей не пришлось ничего объяснять, она сумела ускользнуть из дома незамеченной. Мужа подкосили последние события, и он чисто по-русски борясь со стрессом, уснул тяжёлым пьяным сном.
   Они встретились около подъезда и, даже не посмотрев на лифт, пешком поднялись на четвёртый этаж. Дверь в квартиру была не заперта.
   Неля закрыла за ними дверь и провела в гостиную. Дети сегодня были у бабушки, поэтому им никто не мог помешать. Над круглым столом, за которым они расселись, висела на нитке грубое подобие человеческой фигуры, сшитое из двух половинок белой материи прямо через край. Внутри кукла была чем-то набита, для придания рельефности.
   Хозяйка задёрнула плотные шторы и погасила свет. Женщины взялись за руки и устремили взгляд на то место, где висела эта нелепая кукла. Видеть её они не могли, по крайней мере, до тех пор, пока глаза не привыкнут к темноте, но им это и не надо было. Каждая видела во мраке чудовище, которое надругалось над её ребёнком, и волны ненависти, исходившие из них, пересекались на том месте, где висела фигурка.
   Неожиданно там, в высоте затлел неяркий огонёк, высветляя белую материю. Почти сразу на примерно том месте, где должна быть люстра, появился контур человеческого лица с выпученными глазами и перекошенном в крике ртом. Но тут огонь добрался до человеческих волос, зашитых внутрь куклы, и пламя на несколько секунд стало нестерпимо ярким. И всё кончилось.
   Женщины встали из-за стола уже не такие напряжённые, как перед этим таинственным действом. Тихонько разговаривая, они вышли на улицу и ещё минут пять что-то так же тихо обсуждали. Потом две из них сели в машину, а Неля вернулась домой.
  
   ***
  
   Виктор лежал на кровати в одиночной камере, уставший от допросов и перегоревшего адреналина. Мысли его посещали самые неожиданные. Жалко было мотоцикл, брошенный в лесопосадке.
   - Нашли, наверно, бомжи со свалки, - вяло думал он, - и загнали, сволочи, за несколько пузырей.
   Остро позавидовал сестре, которая останется теперь единственной хозяйкой родительской квартиры и остатков коллекции картин. Потом, вдруг озаботился, что же будет с его новенькой тачкой?
   - Тоже Вальке достанется, - с неожиданной злостью решил Виктор. - Ну, почему так несправедливо: ей всё, а ему дурно пахнущий матрас и три шага от стенки до стенки.
   Мысли о похищенных им детях он старался гнать от себя. И не потому, что вдруг проснулась совесть, или посетило раскаянье. Нет, просто за этими мыслями приходили другие о предстоящем наказании, а от них становилось страшно.
   Неожиданно он почувствовал беспокойство. Ему показалось, что он в камере не один. Он даже не выдержал и огляделся. Ну, конечно, никто не мог появиться в одиночке среди ночи. Потом стало жарко, как будто посреди лета, вдруг включили отопление. Виктор поднялся и снял куртку от лыжного костюма.
  Прохладнее не стало. Жар шёл изнутри, и он с беспокойством подумал, что заболел. Хотел уже бежать к дверь, звать охрану, но в теле уже начался настоящий пожар. Виктор вытянул перед собой руки и с удивление обнаружил, что кожа чернеет, как тлеющая бумага, а секундой позже из-под неё начали прорываться языки пламени. От страха и ужасной боли он дико закричал. А потом мир взорвался. А перед самой смертью взор маньяка был направлен не на ворвавшихся после его крика в камеру вертухаев, а на три неясные фигуры, которые взявшись за руки, так что он оказался в центре этого хоровода, наблюдали за последними мгновениями его жизни.
  
   ***
  
   Стас явился на квартиру к братьям уже на следующий день, предупредив о своём появлении за час до прихода.
   - По себе знаю, что такое холостяцкая жизнь, - заявил он с порога, протягивая Никите два битком набитых пакета, - поэтому, как говорил один философ, всё, что надо, ношу с собой.
   Вещдок тявкнул для пробы на гостя, но видя, что хозяева его не поддерживают, засуетился и завилял хвостом.
   Накрыли на кухне. После пары рюмок Стас решил, что наступило время для разговора.
   - Ты чего не пьёшь? - спросил он Макса, чтобы завязать беседу.
   - Почему не пью? - возразил тот и показал свой бокал. - Вот квасок, а дури своей хватит.
   - Вы слышали, - перешёл к делу Петелин, - что у нас в СИЗО произошло?
   - Как же, - отозвался Никита, - маньяк наш счёты с жизнью свёл. Облил себя чем то и поджог.
   - Значит, не слышали, - заключил Стас, наливая себе и Никите. - Никакого самоубийства не было. Я специально с разрешения начальства одного профессора привёл в камеру и показал всё. Одежда цела, на полу никакого следа от огня, а вместо арестованного кучка пепла. Тот учёный сказал, что для такого результата нужна температура около тысячи градусов, причём в условиях ограниченного пространства, вроде печки крематория.
   - Вы уверены, что это не мистификация? - поинтересовался Никита. - А маньяк сейчас где-то чай пьёт и ждёт, пока у вас лапша на ушах высохнет.
   - В самой камере наблюдение не велось, а вот из коридора, когда охрана дверь открыла, несколько секунд записались. Сгорел он, причём одежда на нём была и цела осталась.
   - Ну, а профессор как-то объяснил это? - включился в разговор Максим.
   - Плёл чего-то о пирокинезе, - махнул рукой Стас, - я из всего этого понял, что ничего они не знают.
   Макс вышел в комнату и вернулся с включённым ноутбуком.
   - Похожий случай произошёл В 1998 году, - зачитал он, - житель Мадрида Роберто Гонсалес, слушая тост на собственной свадьбе, внезапно вспыхнул и меньше чем за минуту превратился в пепел. Очевидцами трагедии стали более сотни гостей. Никого и ничего другого огонь не тронул.
   - Если разобраться, туда ему и дорога. Жаль мало мучился, - заключил Стас, - но меня сейчас не меньше интересует другой вопрос. Как получилось, что я как салага бегал за стажёром, ничего не понимая в том, что он делает?
   - По моему, всё развивалось вполне логично, - неожиданно вступился за брата Никита. След указал нам направление. Держать ребёнка в многоквартирном доме очень опасно - слишком много глаз и ушей. Вдоль улицы ничего от частного сектора не осталось, а там - бензоколонка, пост ГИБДД. Обычная сыскная работа.
   -Как в деле о пропавшей корове, - поддакнул Петелин.
   - Что за дело? - поднял голову от компьютера Макс.
   - В суде слушалось дело, - Стас откинулся на стуле, с иронией глядя на братьев, - о пропавшей корове.
   '- Почему вы решили, что корову украл Васька Косой? - спрашивает судья истцов.
   - Папка утром разбудил и сказал, что какой-то пидор украл корову, - ответил старший брат.
   - Если пидор, значит маленький, - добавил младший.
   - А самый маленький у нас в деревне - Васька Косой, - заключил отец.
   Судья вздохнул, подумал и вытащил из стола коробку.
   - Раз вы такие умные, угадайте, что у меня в коробке.
   - Коробка квадратная, значит в ней круглое, - начал старший.
   - Если круглое, то оранжевое, - добавил младший.
   - Это, ясное дело, апельсин, - сказал отец.
  Судья заглянул в коробку, полюбовался на апельсин, повернулся и приказал: - Васька, отдай корову!'
   Ерёмины расхохотались, а майор, пользуясь паузой, налил ещё по рюмочке.
   - Правда, Стас, только логика. Ну, может немного интуиции и везения, - пытался убедить гостя Макс.
   - Конечно, - Петелин дурашливо развёл руками, - всё, как ты говоришь, и корова найдена. Кстати, маньяка могли поймать после первого же убийства.
   Братья с удивлением уставились на майора.
   - В районе плохо сработали, - продолжил Стас. - То, что за ним ещё один труп обнаружили, вы уже, конечно, в курсе. Так вот, умными маньяки бывают только в кино. Этот придурок выбросил труп в коробке от собственного телевизора. Отпечатки пробили - не нашли, а откуда коробка взялась никому и в голову не пришло искать.
   - Твою мать, - присвистнул Никита и покачал головой.
   Больше в это вечер к следствию не возвращались, нашлись и другие темы для разговора. Но майор, как выяснилось, данным ему объяснением не удовлетворился.
   - Не получилось у нас сегодня по душам, - с сожалением сказал Стас, когда ближе к ночи прощался с братьями в прихожей, - но имейте в виду - я упорный и не слезу с вас, пока не узнаю, в чём тут дело.
  
   ***
   - Мало мучился, - проворчал Лахар. - Поджарить тебе косточки изнутри, сразу переменил бы мнение. А то, что огонь ушёл из сердец несчастных матерей и не сожжёт теперь их самих, не разрушит семьи - этого мало. Теперь на месте пожара мести, ненависти и отчаянья поселилась тьма - залог покоя. Дело пропавшей коровы шуткой считают, как будто не ведают, что половина судей и следователей по такой же логике работают. Не смешно это - страшно.
  
   Глава 2
  
   Назначение
  
   - Это уже нахальство, - бушевала прокурор Костюшко.- Когда маньяка задержали, о нас даже полслова нигде не сказали, а теперь звонит Афанасьев, хвалит, что вырастила отличные кадры, которые переросли межмуниципальный уровень.
   - Хотят наградить? - сделав преданные глаза, спросил Никита.
   - Переводят тебя, - хмуро ответила начальница и, заметив, что подчинённый с трудом сдерживает улыбку, добавила. - А то ты не знаешь!? В следственном комитете какую-то новую группу собирают. Но особо не радуйся, туда таких зубров соберут, что тебе только и останется им чай носить.
   - А на что тогда Макс? - уже не скрываясь, улыбнулся Никита.
   - Ты это серьёзно? - прокурорша чуть не задохнулась от возмущения. - Если это правда, я до генерального дойду! Пусть сам тут работает.
   Неизвестно, реализовала Раиса Владимировна свои угрозы или нет, но через неделю, Ерёмины получили по столу в большой общей комнате здания на Бауманской улице. Они уже познакомились со своим начальником, сидевшим в той же комнате, но в выгороженном кабинете. Отгорожен был и угол с надписью: 'Техчасть', Максим дёрнул было за ручку, но дверь оказалась запертой. Ещё три стола стояли не занятые, не считая длинного стола в центре комнаты намертво прикреплённого к полу.
   - Что-то похожее я видел в фильмах про ФБР, - заметил Никита.
   Максим согласно кивнул. Столы свои они поставили у окна вплотную один к другому, так что оказались лицом к лицу.
   - Не удивлюсь, если в техчасти стоят мониторы, передающие сигнал прямо со спутников-шпионов. Вот только странно, что нам компы не поставили, - продолжал разглагольствовать Никита и, вдруг, замолк.
   В комнату вошёл Стас Петелин.
   - Компьютеры поставят, когда мы с местами для столов определимся, чтобы подводку сделать, - объяснил он, уловив конец разговора.
   - А ты каким краем в нашей епархии? - тоже не поздоровавшись, спросил Никита.
   - Группа наша объединённая, - весело ответил Стас, - я олицетворяю собой физическую силу и огневую мощь. Скоро появятся мой напарник и психолог группы, а в той будке будет сидеть крутой мен из ФАПСИ.
   - Откуда ты всё знаешь? - поинтересовался Ерёмин старший.
   - Так я вас Пал Сергеичу, - Петелин кивнул в сторону кабинета начальника, - и рекомендовал. Рассказал, как на самом деле на маньяка вышли, он и стал вас вызванивать. Так что поработаем вместе.
   - Слушай, Стас, - задал, наконец, Максим вопрос, интересовавший его ещё со времён их совместной работы в Выселках, - тебе не больно было, когда ты себя так палкой по голове шарахнул?
   - Это прикол, который частенько на показухах используют, - рассмеялся Петелин. - Время у меня было, палочку я ножиком подпилил, так что сильным только замах был. Ерунда это, лучше скажите, как там Вещдок?
   - У деда вместе со мной поселился, - улыбнулся Никита, вспомнив, как родня восприняла известие о новом жильце, - дед сначала артачился, а теперь привязался, хочет на дачу забрать.
   Они ещё поболтали, помогли Стасу перетащить стол в глухой угол, и вместе отправились по домам.
   На следующий день на работу явились все. Психологом оказалась приветливая полноватая женщина лет сорока с лишним, назвавшая себя Верой, крутой мен из ФАПСИ, который больше смахивал на бухгалтера, представился, как Коля, но самым неожиданным оказалось то, что в напарники Петелину дали женщину. Ей было не больше тридцати, и хотя подтянутая фигурка выглядела вполне спортивно, на олицетворение физической силы и огневой мощи она, явно, не тянула. Звали её Надежда.
   Наконец, из своего кабинета появился руководитель группы Прохоров Павел Сергеевич и встал во главе длинного стола. Народ погремел стульями и расселся.
   - Представлять вас друг другу я не собираюсь, познакомитесь в ходе работы, - Прохоров немного подумал и сел. - Группу нашу создали для тех случаев, когда народ на местах заходит в тупик, а ситуация не терпит отлагательств. Так что работа будет интересной, но придётся помотаться по стране. Вопросы есть?
   - А если и мы не справимся? - негромко спросил Стас.
   - Придётся постараться, иначе вас разгонят.
   - А вас? - не унимался Петелин.
   - Так я как раз и буду разгонять. У нас ещё три такие группы создаются.
   - Старшим в группе назначается подполковник Петелин, - Прохоров повернулся к Стасу. - Я твой кабинет временно оккупировал, пока в моём - ремонт. Ты не возражаешь?
   Петелин развёл руками как бы спрашивая: - А у меня есть выбор?
   - Через час получите первое дело, - сказав это, начальник удалился в, как оказалось, Стасов кабинет.
   - И ты молчал? - с деланным возмущением воскликнул Никита.
   - Её богу вместе с вами узнал, что меня в начальники определили, - попытался отбрехаться Стас
   - Да кого твоя карьера интересует, - продолжил Никита, - а звёздочку обмыть?!
   - Так всего три дня, как получил. Кто сказал, что я ухожу от ответственности!?
   Пока не прибыл таинственный гонец, по предложению Максима, Коля ознакомил их со своими апартаментами. Никакой связи с секретными спутниками там не было. Стоял стол, на нём компьютер и телефон с наушниками.
   Излагал дело не высоколобый аналитик, а немного заторможенная девица, которая лучше смотрелась бы за прилавком овощного магазина.
   - В Григорьевском районе Московской области по дороге в загородный дом пропала жена первого заместителя главы районной администрации Самарина Кира Александровна, - читала она монотонным голосом по отпечатанному тексту. - Произошло это вчера в девятнадцать тридцать. В девятнадцать двадцать четыре она позвонила мужу по мобильнику и сообщила, что поворачивает к дачному посёлку с магистрального шоссе. Разговор длился около трёх минут. А когда муж перезвонил ей через пятнадцать минут, считая что она уже на даче, телефон не отвечал. Он позвонил на пост охраны въездных ворот, но охранник сказал, что её машина там не проезжала.
   - Спасибо, - неожиданно прервал её Стас, воспользовавшись тем, что та приостановилась, набирая в лёгкие воздух, - дальше мы сами.
   Девица не спорила. Она вручила каждому по тоненькой прозрачной папочке с бумагами, отдала Петелину листок, по которому читала и медленно удалилась.
   Стас быстро пробежал глазами листочек и положил его на стол, прижав пятернёй.
   - Информация, присланная нам по факсу из Григорьевска, есть у каждого.
  Думаю, лучше ознакомится с ней самостоятельно, чем слушать этого электронного секретаря, - он кивнул в сторону двери, куда скрылась докладчица.
   Очень быстро стало ясно, что, несмотря на полтора десятка листов печатного текста, информации по делу ноль целых ноль десятых. Дочитав их, Стас даже не предложил начать обсуждение, встал и скрылся за дверями своего, чужого кабинета. Минуты три отсутствовал, после чего снова занял своё место за столом.
   - Отправляемся прямо сейчас, - объявил он, обведя взглядом свою команду. - Отсюда на машинах, а дальше на вертолёте. Николай остаётся и шерстит информацию по району за последний месяц, два... и так далее. Если что-то поймает - психологу на обработку.
   - Так я тоже остаюсь? - с некоторым облегчением произнесла Вера, и, заметив, что Петелин повернул к ней голову, объяснила. - У меня есть опыт полёта на вертолёте, поверьте не самое прекрасное воспоминание.
   До вертолётной площадки решили ехать на Стасовом джипе. И так получилось, что Никита и Надежда оказались вместе на заднем сиденье.
   - Про подполковника я наслышана, - как только машина тронулась, приступила к допросу соседка Никиты, - а вы каким образом оказались в группе?
   - Начальству виднее, - пожал плечам Ерёмин.
   - Вмешиваюсь в разговор, поскольку и являюсь тем самым начальством, - громогласно заявил Петелин. - Во-первых приказываю всему составу группы в рабочее время обращаться друг к другу только на 'ты'. Во-вторых юрист первого класса Ерёмин Никита Константинович, так же, как и капитан Фомина Надежда Сергеевна приняты в группу по моей рекомендации. Ещё вопросы есть?
   Тут Стас, обходя пробку, устроил такой слалом на двух сплошных разделительных, что у пассажиров на лицах явно виден был один вопрос, останутся ли они в живых. Потом он что-то сердито буркнул в рацию, и гаишник, спешивший на перехват джипа, сделал поворот на сто восемьдесят градусов и побежал обратно.
   - Вот так номер, - подала голос Фомина, когда автомобиль вырвался на свободу. - Как это я на твою рекомендацию сподобилась? Мы не то что не знакомы, но, по-моему, ни разу даже не пересекались.
   - Женщина нужна была, - объяснил Стас, - а мы с Мишкой Пантюхиным сто лет корешкуем.
   - Ну, Пантюха, - покачала головой Надя. - Ведь даже словом не обмолвился. Значит, меня отобрали по половому признаку?
   - Не только, - ухмыльнулся Стас, - но и за то, что пару раз на спарринге Мишке задницу надирала.
   - Пару раз! Да он у меня ни разу не выиграл.
   - Он говорит, тебе поддавался, но пару раз признаёт.
   - Ладно, - Надежда раскраснелась от возмущения, - в следующий раз он у меня на карачках в раздевалку поползёт.
   - А насчёт Ерёмина, - Петелин свернул на нейтральную тему, - точнее братьев Ерёминых. Так это они того маньяка поймали, за которого мне звёздочку добавили. А я, считай, по их команде бегал.
   - Так я же по телевизору видела, - растерялась девушка.
   - Такая большая, а всё в сказки веришь, - закруглил беседу Стас, так как они уже подъезжали к шлагбауму, который охранял парнишка в форме внутренних войск с автоматом наперевес.
   Вертолёт ГИБДД, на котором они летели, так трясся и грохотал, что было не до разговоров. Открывший рот рисковал откусить себе язык или половину губы. Так что, если рёв и завывание двигателей считать фоном, полёт прошёл в полном молчании.
   Приземлились прямо на шоссе, на это время перекрытое местной милицией, и на полусогнутых побежали к краю дороги. А вертолёт, дождавшись когда пассажиры отбегут подальше, медленно поднялся в воздух и, заваливаясь набок, улетел. Движение было восстановлено, но автомобили ползли медленно, стараясь понять, чем вызван наплыв милиции и штатских в этом месте.
   Шмыгающий носом капитан повёл группу к одиноко стоящей на обочине 'Тойоте', съехавшей на обочину буквально в нескольких метрах после поворота.
   Уже на подступах к машине жертвы, Максим почувствовал страх. Он, как и прежде принадлежал другому человеку, но это было новое ощущение: страх не перемещался в пространстве, он изменялся во времени. Чувство страха нарастало, по мере приближения к автомобилю, поднимаясь до уровня паники, и, вдруг пропало, когда Макс поравнялся с задней дверцей.
   - Стойте, - неожиданно для себя закричал он, - к машине никто не подходит.
   Все остановились, уставившись на стажёра.
   Тот подозвал к себе брата и стал что-то ему объяснять. Вместе они осмотрели корпус автомобиля, и землю около него. Потом подозвали остальных.
   - Тут он её ударил, - объяснил Никита Стасу, - видишь след от платья, как будто по корпусу провели тряпкой, это она падала, похоже, потеряв сознание.
   - Прямо Чингачгук какой-то, - попробовал пошутить капитан гундосым голосом и высморкался в салфетку.
   - Сопли подбери, - неожиданно вызверился на него Петелин и дал команду остальным. - Отойти на асфальт и не двигаться до следующей команды.
   Полноватый полковник хотел что-то возразить, чтобы не терять себя в глазах подчинённых, но тут неприметный человечек в штатском, что-то шепнул ему на ухо, и он послушно подчинился приказу.
   - Он понёс её в том направлении, - Максим махнул рукой в сторону шоссе. Его вела новая сильная чужая эмоция - что-то среднее между восторгом и ликованием.
   Но том месте, куда привёл Максим, их ждала первая зацепка . Преступник очень резко взял с места, его машину занесло, и на смеси песка с землёй сразу за обочиной остался чёткий след протектора. Им тут же занялись эксперты.
   - Преступник вооружён, - громко сказал Макс.
   - И катается на старом Форд Транзите, - добавил эксперт, продолжая возиться со следом.
   - Ты уверен? - повернулся Стас к эксперту.
   - С полгода назад такой же искали по другому делу. У меня эти отпечатки до сих пор перед глазами.
   - Почему вооружён? - на этот раз вопрос был направлен к Максу.
   - Жертва не пыталась убежать, пока он не подошёл к ней вплотную, хотя и было очень напугана.
   - Может быть, он его знала?
   - Ну, да, и стояла, как вкопанная, - проворчал Максим. - Мы знаем направление, в котором они поехали, надо двигаться.
   Стас колебался, глядя на полковника, активно раздающего по рации какие-то приказы и застывшего в позе ожидания Максима.
   - Никита будь с местными, - наконец принял он решение, и весело добавил, - а мы в погоню за неведомым.
   Загрузились в казённый жигуль простуженного капитана, причём Максима Петелин посадил на переднее сиденье, а сам с Фоминой расположился сзади.
   Чувство чужого восторга вело Максима вперёд, но оно было намного слабее, чем страх, поэтому пришлось ехать очень медленно, чтобы не пропустить места, где преступник свернёт. Это оказалось очень верным решением, съезд с шоссе был почти незаметен и на большой скорости они, почти наверняка проскочили бы мимо. Судя по всему, когда-то здесь была крытая бетонными плитами дорога. Плиты раскрошились, и капитан, матерясь, объезжал многочисленные выбоины.
   Вдруг, затрещала рация, и голос Никиты сообщил, что похититель вычислен, и они под предводительством чуть ли не всего местного милицейского начальства едут на задержание.
   Стас колебался не более минуты.
   - Разворачивайся, - зло приказал он капитану.
  
  
  
  ***
  
   - Обычный наблюдатель, - с сожалением сказал мужчина с внешностью состарившегося лорда, - ни малейшего касания сети основы.
   - Но его возвращение совпало с сотрясением, о каком упоминается только в легендах?! - собеседник был намного моложе и, когда горячился, его полные щёчки слегка розовели от возмущения.
   - Расхождение в несколько минут, это далеко не совпадение, - аристократ бросил на стол несколько напечатанных на принтере листочков, откинулся в кресле и устало прикрыл глаза.
   - Так что, закрываем это направление поисков? - молодой человек уже успокоился, говорил тихо и вежливо.
   - У меня не так много времени, чтобы расходовать его на пустяки. Оставьте за ним присмотр, а основные силы бросьте на поиск других вариантов.
  
   Рутина
  
  Не привык Петелин быть вторым, хотя и понимал, что проводимая операция целиком заслуга его группы. Он уточнил, куда направляется начальственная кавалькада. Это оказалась заброшенная исследовательская станция. Когда-то там учёные наблюдали за развитием торфяных болот, которыми изобиловала эта местность. Потом на неразбериху новых времён наложился сильнейший пожар на торфяниках и станцию закрыли, но по сведеньям администрации две семьи: братья Матюхины и их жёны, бывшие на станции рабочими, не захотели оттуда уезжать. У них было ружья для охоты и старенький Форд Транзит бежевого цвета.
  - Маловато для такого налёта, - с сомненьем сказал Стас.
  - С год назад на него пожаловалась проститутка, что Трофим Матюхин направил на неё ружьё и приказал поднять руки, - прохрипела рация голосом Никиты, - девица оказалась не робкого десятка, прыгнула в кусты и сумела убежать. Его помариновали в отделении, но ни свидетелей, ни доказательств. Только его слова против её слов. Пришлось отпустить.
  - Полковник, сволочуга, знал про всё и не сказал, - процедил сквозь зубы Стас, признавая, что его провели, и он почти на час опаздывает к месту основных событий.
  Исследовательская станция похожая, скорее, на небольшую ферму, сейчас напоминала выездное милицейское мероприятие. Создавалось впечатление, что все силы Григорьевского РУВД собрались на этом небольшом клочке земли, полуостровом врезающемся в начинающийся сразу за ним болотный край. Успех был частичным. Удалось задержать обоих братьев, но жертвы похищения на ферме не было. Эксперт обнаружил в Форде на полу серёжку жертвы, которую тут же опознал помощник пострадавшего чиновника, а позже и сам муж пропавшей женщины. Старший брат Матюхин, похоже, не понимал, что происходит, а младший просто молчал.
   Обыскали всю ферму, прихватив частично и окрестности. Привлекли для этого служебно-розыскных собак, но нашли только старую могилку с посеревшим от погоды крестом. Василий Матюхин охотно объяснил, что там покоится жена Трофима, умершая два года назад.
  Полковник ходил, как в воду опущенный. Предвкушаемый триумф обернулся полным фиаско. Даже того, что преступник или преступники задержаны было мало. С него требовали найти саму женщину, и на меньшее её муж, курировавший в числе других подразделений районную милицию, был не согласен.
   Максим тоже обошёл и осмотрел ферму, и всё время его преследовал, казалось, разлитый в воздухе дух. Он чем-то напоминал запах, но ощущался не носом, а его новыми органами чувств. И только зайдя в сарай, в котором стояли вдоль двух покрытых оцинкованным железом разделочных столов, в ряд три холодильных камеры набитых мясом, а на крюке над ними мёртвая свиная голова, он понял, что это запах смерти.
  На ферме больше делать было нечего, и группа Петелина по предложению штатского, уже запримеченного Стасом при несостоявшейся стычке с полковником, поехала в райцентр. От гостиницы они отказались, а направились прямиком в РУВД, где усилиями того же штатского получили в своё распоряжение два смежных кабинета и карт-бланш на привлечение к работе всех кого необходимо.
  Допрос братьев и женщины ничего не дал. Василий с супругой напрочь отрицали, что им что-то известно, а Трофим молчал, даже когда у него спрашивали паспортные данные.
  Максим тоже немного поприсутствовал на допросе, но быстро понял, что надежд на эмоциональный срыв, допрашиваемых, вроде того, что произошёл с Кретовым, надежды нет.
  Тем временем Никита связался с Николаем, оставшимся в Москве. Вере пришлось поработать не по специальности, но вместе они кое-что накопали. Нашли несколько рапортов о пропаже плечевых - дорожных проституток, и этот всплеск негативной статистики произошёл за последние два года.
  - Как раз после смерти жены Трофима, - заметил Стас.
  - Пойду, подниму всё, что есть по проституткам, - сказал Никита, вставая.
  - Я, пожалуй, с вами, - заметил Виталий Смирнов (так, как выяснилось, звали штатского, бывшего чем-то вроде порученца у пострадавшего чиновника), до этого тихонько сидевший в углу, с молчаливого согласия Петелина.
  Мысль оказалась очень удачной. Виталий навёл такого шороху, что вскоре в фойе управления стало не протолкнуться от накрашенных девиц, перекликающихся между собой и патрульных милиционеров, имеющими хоть какую-то информацию по интересующему, Никиту вопросу.
  На помощь Ерёмину пришли брат, Надя, уже заскучавшая от того, что, как-то незаметно оказалась не у дел, и два местных следователя. Они не отмахивались даже от слухов, отмечая всё флажками на карте района. Милиционеры упоминали об участившихся пропажах пьяниц и бомжей, но сейчас всем было не до этого. Отметки, которых набралось уже больше десятка, ложились кучно, очерчивая территорию около основного шоссе.
  Убедившись, что процесс пошёл, Никита куда-то пропал, и снова присоединился к ним, когда толпа в коридоре сильно поредела.
  Стас всё это время просидел в кабинете у начальника управления, и один бог знает, чем они там занимались. На ковёр, то и дело, вызывались разные люди, среди которых были, как вовлечённые в это дело, так и не очень. Наконец, туда вызвали Фомину. Минут через пять она вышла из кабинета, а следом за ней появился и Петелин.
  - Блестяще всё организовал, - громогласно объявил он, подойдя к Виталию и хлопнув его по плечу. - Буду просить начальство отметить твою работу.
  - Как же я мог остаться в стороне, - скромно заметил тот, но по зардевшемуся лицу и приглушённой улыбке было заметно, что похвала его очень обрадовала.
  - Вот теперь организуй нам гостиницу и небольшой ужин, - по-свойски подтолкнул Стас в бок порученца.
  - А как же Кира Александровна? - спросил тот, сразу перестав улыбаться.
  - Ты видел, сколько жертв бесследно исчезли? - Петелин показал на утыканную флажками карту. - Так что в вашем болотном краю найти кого-то надежды мало. Мы, конечно, проедемся по этим точкам, но это больше для формальности. Вся надежда на оперов, которые сейчас Трофима допрашивают.
  Смирнов понимающе покивал головой и горестно вздохнул.
  - Надежда, - Стас повернулся к Фоминой, - чего тебе с нами мотаться? Оставайся с Виталиком.
  Капитан тяжело вздохнула, но спорить не стала.
  На этот раз они отправились в дорогу на двух УАЗиках, называемых в народе козлами.
  В один автомобиль загрузились бравые ребята из местного ОМОНа, а в головную машину москвичи и тяжело пыхтевший полковник. Водителем у них, к удивлению Максима был всё тот же простуженный капитан, от которого ощутимо попахивало водочкой. Он кашлял и сморкался почти без перерыва, показывая, как не право начальство, выдернувшее его из дома посреди семейного ужина.
  - Бетонку, на которой мы были, найдёшь? - спросил его Стас.
  Капитан в ответ два раза громко кашлянул, и кивком дал понять, что найдёт.
  - Если ты не заткнёшься ..., - неожиданно взвился полковник, так и не уточнив, какая кара ожидает подчинённого.
  Однако капитан его, похоже, понял. Сморкаться и кашлять он не перестал, но делал это практически беззвучно.
  Фары освещали ночное шоссе, и хотя недавно они тут уже ездили, Максим даже приблизительно не смог бы назвать мест, которые мелькали за окном, хотя его по какой-то причине Стас усадил на переднее место рядом с водителем.
  - Я, конечно, не знаю всего, - неуверенно начал Макс, обернувшись назад, - но мне кажется, Виталий Смирнов имеет прямое отношение к похищению.
  Сзади, пока он говорил, стало тихо, зато потом грянул дружный смех.
  - Ты не обижайся, - ещё улыбаясь, сказал Стас, - закрутился и как-то выпустил из виду, что тебя тоже надо проинформировать. Я уже как-то говорил тебе, что преступники очень умными бывают только в кино и книгах. Вот и наш, решил воспользоваться моментом и подкинул серёжку в машину к Матюхиным. Но на его несчастье капитан Фомина обратила внимание на то, что замок на серьге застёгнут, и случайно он застегнуться не мог - не та конструкция. А когда эксперты определили, что след на обочине не подходит к колёсам найденного Форда, стало ясно - преступник среди тех, кто приехал на ферму в числе первых. Жалко, это поздно выяснилось, а то мы бы всех прямо на ферме и обшмонали.
  - Сразу начали искать другой Форд Транзит, - подхватил эстафету Никита. - Не так уж и много их в местных краях. И когда вы флажки втыкали, я его нашёл.
  - Дырку от бублика ты нашёл, - подначил его Петелин.
  - Вчера во второй половине дня пенсионер Гриценко Николай Фёдорович, посреди партии домино, получил звонок на мобильник и, не закончив игру, - тут Никита многозначительно поднял вверх палец, - отправился, как он сам объяснил товарищам, на очень выгодную халтуру на своём шоколадного цвета Форде Транзит и до сих пор не вернулся.
  - Кстати, - перебил Никиту Стас и указал на молчавшего полковника, - прошу любить и жаловать Толстопятов Игорь Степанович. Без его участия в этом деле ничего бы мы не раскопали.
  Полковник без ложного смущения кивнул головой, толи представляясь, толи подтверждая слова Петелина.
  - Короче, - снова вял на себя инициативу Стас, - выяснилось, что Виталий, оказался завзятым лудоманом (азартный игрок) и на данный момент по уши в долгах. Ну, и в таком небольшом городке от народа не укрылась его связь с женой шефа. Главное же, что на момент похищения, из тех, кто был на ферме, алиби нет только у него.
  - Тогда почему вы его до сих пор не арестовали? - удивился Максим.
  - Прямых улик нет. Упрётся, и не найдём мы гражданку Самарину никогда. На данный момент я верю в твою интуицию, но заготовили и план ''В''.
  Про план 'В' Петелину рассказать не удалось, капитан свернул на бетонку, и разговаривать стало невозможно.
  - Там дальше бывшая контора торфоразработок будет, - заговорил полковник, поймавший момент движения по относительно ровной дороге, - ничего особенного: пара домишек и подсобные сараи, но спрятать можно даже автобус.
  Толстопятов ещё не закончил своей речи, как откуда-то из леса на Максима дохнуло смертью. Он весь перекривился от этого, но ничего не сказал. А машины тем временем выкатили на небольшую улочку, поросшую травой и кустами. В свете фар дома с чёрными провалами вместо окон и дырами от прогнивших досок выглядели, как декорации к фильму ужасов. На здоровую психику милиционеров это не произвело никакого впечатления. Весело перекликаясь, они разошлись по сторонам, подсвечивая мощными фонарями, стараясь не терять друг друга из виду. Минут через двадцать стало ясно, что ничего тут нет и, похоже, не было.
  - Давайте вернёмся метров на сто назад и поищем просёлок, - решился, наконец, Максим. - Ведь логично предположить, что пенсионер и Виталий встретились раньше.
  - Логики никакой я не вижу, - почему-то обрадовался Стас, - но почему не предположить?!
  Петелин снова усадил Максима рядом с капитаном, и они медленно двинулись назад.
  - Где самое логичное место для встречи? - спросил Петелин совершенно серьёзно, когда они немного отъехали от разрушающихся домов.
  - Здесь, - показал вправо в глубину леса рукой Макс, уловив знакомый тошнотворный запах.
  И тут все заметили уходящую в сторону колею. Козёл проехал по ней метров пятьдесят и остановился - дорогу преграждал шоколадный Форд.
  Подчиняясь командам Стаса, омоновцы из второго УАЗика стали обходить машину похитителя с двух сторон, окружая её. Внутри мог находиться помощник Виталия. После этого Стас резким движением открыл боковую дверь, и их глазам предстал освещённый сразу несколькими фонарями труп пожилого мужчины.
  Медленно он перевёл луч в дальний угол и увидел кучу какого-то тряпья. Ловким движением Петелин запрыгнул в фургон и осторожно носком ботинка сдвинул тряпки в сторону. На него смотрели вытаращенные от испуга глаза.
  - Я подполковник милиции, - негромко, но чётко произнёс Стас. - Всё закончилось. Мы вам поможем.
  Глаза жертвы пришли в норму, она громко вздохнула и потеряла сознание.
  Полковник и Петелин практически одновременно стали куда-то названивать, а один из милиционеров стал освобождать руку женщины от наручника, пристёгнутого другим концом к какой-то железке. Потом женщину осторожно перенесли машину омоновцев и уложили на заднем сиденье. Место в автомобиле было свободно: двое из них с тоской в глазах оставались сторожить форд, труп пенсионера и место преступления. Рядом с ней полковник, не решаясь оставлять её без личного присмотра.
  И снова тряска на бетонке и гонка по шоссе с остановкой, чтобы передать женщину, так и не пришедшую в сознание бригаде скорой помощи, выехавшей навстречу. На этот раз Петелин посадил Макса рядом с собой.
  - Рассказывай, как ты это делаешь, - спросил он Макса, наклонившись к его уху. - Только не гони про интуицию.
  - После больницы я заметил, что чувствую чужие эмоции, если они достаточно сильны, - Максим решил приоткрыться, понимая, что рано или поздно сделать это придётся. - И по ним, как по следу, могу какое-то время идти.
  - Ни хрена себе, - качнул головой Стас. - Да тебе же цены нет. Мы ещё к этому разговору вернёмся, такое дело надо обмозговать.
  К ресторану, где ждали Виталий и Надя, обе машины подъехали одновременно, но Петелин приказал всем ждать снаружи, а сам решительно вошёл внутрь мимо шарахнувшегося от него швейцара.
  - Ну, как гуляем? - спросил Стас приподнявшегося ему навстречу порученца и тут же коротким резким ударом в челюсть послал Смирнова в нокаут.
  - Зачем так? - удивилась наблюдавшая за развитием событий Фомина.
  - Он вооружён, - улыбнулся ей в ответ Петелин и что-то тихо сказал в мобильник.
  - Тогда для чего я танцевала с этим выродком и щупала его жировые складки? Тебе ясно было сказано - он чист.
  Направившиеся к месту инцидента охранник и официант отступили назад, увидев входящего в зал полковника милиции в сопровождении двух омоновцев в полном боевом облачении. Подхватив с пола, так и не очнувшегося Виталия, они надели на него браслеты, и все вместе тут же двинулись к выходу. Официант, попытавшийся спросить у Фоминой, кто же будет платить, был остановлен более умудрённым жизнью метрдотелем, и на этом всё кончилось. Посетители ещё немного поговорили на эту темы, но за отсутствием достоверной информации она им вскоре наскучила. Заиграл притихший на время оркестр, и веселье покатилось дальше.
  - Вы что себе позволяете? - сделал попытку возмутиться Виталий, когда очнулся и увидел себя закованным в наручники. - Самарин этого так не оставит.
  - Он вас уволил по статье, - ухмыльнулся Стас, пристроившийся рядом.
  - По какой?
  - По мокрой, - с охотой ответил Петелин чем вызвал взрыв смеха, у сидевших в машине омоновцев.
  Опергруппа, посланная Толстопятовым с обыском в дом Смирнова ещё до ареста самого хозяина, легко обнаружила пистолет, из которого убили пенсионера, и оставшиеся драгоценности Самариной, в том числе и вторую серёжку. На известие о том, что Кира Александровна жива и скоро даст показания Виталий не отреагировал, но когда ему предъявили улики, найденные при обыске, разрыдался и сразу поплыл.
  Дело было раскрыто. Петелин оставил Никиту для выполнения формальностей, а точнее свалил на него всю бумажную работу и сообщил Толстопятову, что собирается отбыть восвояси.
  - Так я вам сейчас машину организую, - засуетился обрадованный тем, что назавтра ни с кем не надо делиться славой, полковник, - домчат до Москвы с ветерком. И сопровождение дам.
  - Через два часа поезд проходной до столицы, - прервал его Стас, - организуй купе отдельное. Устал как собака.
  Отдельное купе нашлось. И только рухнув на полку, Максим понял, насколько Петелин был прав, когда отказался от поездки на автомобиле. Поезд тихо тронулся, а Стас стал изучать содержимое двух пакетов, которые передал провожавший их предупредительный лейтенант.
  
   Эксперимент
  
   Совещание Прохоров назначил на два часа. Если слегка опухшие пассажиры поезда, прибывшего в столицу, в пять утра, смогли ещё немного добрать дома, то Никита, проработавший всю ночь и воспользовавшийся услугами лихачей полковника Толстопятова, выглядел как сама смерть. Но докладывать пришлось именно ему.
   Новым в докладе был только допрос Смирнова, на котором он полностью признался и рассказал, как всё было. Заигравшись, Виталик взял взаймы денег у очень опасных людей. Подошёл срок возвраты долга, но денег, понятно, не было Вот он и уговорил свою любовницу Самарину помочь ему, пообещав продать квартиру и всё вернуть. Когда выяснилось, что деньги вернуть не может, Кира дала ему два дня, и пригрозила обратиться к специалистам по возврату подобных кредитов. Дальше Виталик действовал в полной панике и, понятно, наломал дров. Он заманил в лес своего знакомого Гриценко, пообещав очень выгодную халтуру, и застрелил его из пистолета, купленного, для защиты от опасных кредиторов. А на его форде поехал на дело. Договорился с Самариной встретиться на даче, а сам стал поджидать её на шоссе. Увидев его у обочины, она остановилась, а дольше всё было, как рассказывал Максим: Пистолет, удар по голове рукояткой и похищение. Он отогнал форд в лес, пересел на свой автомобиль и вернулся в город, чтобы принять участие в поисках пропавшей жены шефа. А потом воспользовался ситуацией и подкинул серёжку в машину Трофима.
   - Странно, - заметил Максим, - я видел искреннюю злость на его лице, когда мы были на ферме.
   - Так у него по ходу дела возникла ещё одна идея, - объяснил Никита, - получить выкуп. Но возможность спихнуть всё на Трофима перевесила, вот он и злился.
   - Полный болван, - наконец подал голос Стас, - не дал нам развернуться во всё блеске.
   - Не скажите, - вмешался Прохоров и поднял указательный палец к потолку, - там получили такие хвалебные отзывы из Георгиевска, что уже докладывают во все инстанции о блестяще удавшемся эксперименте по созданию следственной спецгруппы. Так что объявляю вам благодарность и отпускаю домой отдыхать, а то на вас лица нет.
   - Но, я хотела обсудит данные по исчезновению проституток, - раздался голос психолога. - Не можем же мы просто отмахнуться от этого.
   - Ну, тётя Вера, - вырвалось у Максима, - может, завтра.
   - Но только обязательно, - Вера обвела глазами присутствующих. Никто не смеялся в открытую, но, как опытный психолог, по весёлому блеску в глазах, она поняла, что получила рабочий позывной, и решила взять инициативу в свои руки. - Кстати, я не против, всех вас записать в свои племянники.
   - Приглашаю продолжить совещание в домашней обстановке, - объявил Стас, как только начальник ушёл. - К пакетам из Георгиевска, я кое-что прикупил, пора обмыть звёздочку.
   Отказалась только тётя Вера.
   - Семья, племяннички, - развела она руками, - как-нибудь в другой раз.
   - Так ты наш сосед? - удивился Максим, когда они свернули на дорогу, ведущую в спальный район, где была квартира Никиты.
   По тому, как рассмеялись брат с Петелиным, он понял, что как раз туда они и направляются.
   - Стас с женой в разводе, но живут в одной квартире, - тихонечко объяснил Никита, отстав на лестнице. - Попросил человек, не мог же я отказать.
   - Мне то что, - пожал плечами Макс, - квартира твоя.
   Для кухни пять человек был через чур, поэтому кухонный стол переместили в комнату, добавили к нему письменный стол Никиты, накрыли получившуюся конструкцию простынёй, и сразу появилось ощущение праздника. - Водка не холодная, но приятная, - объявил Стас, выставляя на стол две литровых бутылки перцовой.
   - Да кто ж такую водку охлаждает, - тоном знатока заявил Николай, - весь букет пропадёт.
   - Первый раз слышу, что у водки есть букет, - удивилась Надя расставляя на столе банки, вскрытые на кухне Никитой.
   Накрывали по-походному: консервы и салаты подавались прямо в банках без крышек, правда, на одноразовых тарелочках. Никита опасался, что не хватит посуды, но у Стаса всё было учтено. Он даже о пластиковых стопочках не забыл, не говоря уж об остальном. Наконец, из кухни появился хозяин с исходящей паром кастрюлей, от которой распространялся запах варёной картошки, и Стас налил по первой.
   - Не пойдёт, - неожиданно остановил его Никита.
   Он поставил на середину стакан, кинул на дно большую погонную звёздочку и щедро налил водки. Все заулыбались, а Петелин притворно вздохнул. Потом он картинно медленно опустошил стакан и губами достал звёздочку. Все дружно зааплодировали.
   - А теперь, - даже не закусив, Стас поднял стопку, - на правах старшего по званию, хочу предложить тост. Судьба собрала нас вместе и выбор её оказался удачным. Хотя первое наше дело было коротким, все проявили себя, как серьёзные профессионалы, но главное, что я уже могу сказать про каждого - наш человек. За нас!
   Если Стас и не был прав, то совсем немного. Его слова, скорее, были авансом, в который хотелось верить. Потом ещё были тосты и пожелания, но главный настрой был задан.
   - Слышала я, что ты раньше всех практически на ровном месте разгадал Смирнова, - негромко спросила Максима Фомина, пользуясь тем, что остальные увлечены разговором. - Как тебе это удалось?
   - Интуиция, - развёл руками Макс.
   - Должна же она на чём-то основываться, - не отставала Надя.
   - Как показала практика, это вовсе не обязательно, - вмешался Стас, услышавший конец разговора, и попросил. - Макс выйди на кухню на минутку. И не входи, пока я тебя не позову.
   Максим послушно вышел из комнаты и стал ждать. Вдруг, там раздался страшный грохот, а потом Стас стал, что-то тихо говорить.
   - Заходи, - послышался голос Петелина.
   Макс вошёл в комнату, все сидели на прежних местах.
   - Я вас слегка напугал, неожиданно стукнув по столу. И сейчас Макс следуя вашему чувству страха скажет, кто где был прежде чем вернуться на своё место, - Стас сказал это с улыбкой поглядывая на компанию.
   Задачка была несложная. Испуг ещё не выветрился из участников опыта и Максу легко мысленно развёл их по углам, а потом рассказал о своих наблюдениях.
   - Бросьте, - резко оборвала его Фомина. - Даже не смешно. Мы с Колей можем этот опыт повторить, только сначала сговоримся о семафорах.
   - Ты, Надя, шла на место не по прямой, - сказал Макс, - а сначала подошла к двери, чтобы проверить, не подглядываю ли я.
   Насчёт проверки Макс сымпровизировал и угадал. Его замечание подействовало на всех, кроме Стаса, как удар валенком по голове: не больно, не смешно и не понятно, как реагировать. На несколько секунд повисла тишина. А потом заговорили все сразу. Но идея была одна: если всё это правда, во-первых надо помалкивать, а во-вторых - это ж можно таких дел наворочать, разные Шерлоки Холмсы и рядом не стояли.
   Никита отказался от помощи по приведению квартиры в порядок.
   - Пропадёт ощущение праздника, - с улыбкой объяснил он, - мы с Максом дома, на нас это не распространяется.
   Гости уехали, а братья занялись делом. Как оказалось, работы было не так уж много, и они управились меньше чем за час.
   - Почему родной брат узнаёт всё в последнюю очередь? - спросил Никита, усевшись верхом на стул напротив развалившегося на диване Максима.
   - Это ты мне объясни, почему я попадаю в дурацкое положение с Виталием Смирновым, когда все, кроме меня, уже в курсе дела? - перешёл в контратаку Макс. - Ты сегодня даже то, что едем к нам мне не сказал.
   - Один - один, - рассмеялся Никита, - но поверь, с моей стороны это было не нарочно. Просто закрутился. У тебя остались ещё какие-то тайны?
   Макс решился и рассказал брату о запахе смерти, в котором он пока не разобрался.
   - Почему ты уверен, что это новое чувство имеет отношение к смерти? - усомнился Никита.
   - Не знаю, - пожал плечами Макс, - но я получил уже тому подтверждение. Именно так я нашёл машину с убитым пенсионером.
   - Погоди, - остановил его Никита, - а не были это эмоции той женщины?
   - Нет, она была в полном ступоре. Испугалась только тогда, когда Стаса увидела, так что мне было с чем сравнивать. Это что-то совсем новое.
   - Поехали, - неожиданно сорвался с места Никита, - здесь недалеко онкологический центр. Вот там и проверим.
   - Поздно уже, - стал отнекиваться Макс, - да и выпили мы.
   - Не гони, - оборвал его Никита, - думаешь, я не видел, что ты одну видимость создавал, а сам и глотка не сделал. Вот ты за руль и сядешь.
   - Только руль этот около маминого подъезда остался, - торжествующе улыбнулся Максим, очень уж ему не хотелось завершать такой хороший вечер неприятными экспериментами.
   - Ничего, доберёмся до неё на такси. У нас вся ночь впереди.
   - Никита, - взмолился Макс, - давай завтра. У меня просто нет сил, а ты как держишься на ногах, я вообще не понимаю.
   - Ладно, - с явным сожалением согласился тот, - но завтра никаких отговорок. Давай спать.
   Назавтра работать оказалось невозможным. Пришли техники, начали ползать вдоль плинтуса и разбирать навесной потолок. Вели провода для телефонов компьютеров и хитрой охранной системы. Народ призадумался об отгулах за командировку: пятница неплохо пристегнулась бы к выходным. Но Прохоров объявил день спортивной подготовки, с обязательным посещением тира и спортзала.
   Коля остался проследить, а остальная спецгруппа направилась в тир, для чего пришлось спуститься в подвал. Ко всеобщему удивлению, Вера отстрелялась довольно прилично, показав второй результат, опередив Надежду и братьев Ерёминых. Но в спортзале переодеваться в спортивный костюм категорически отказалась.
   - Я судить буду, - сообщила она, усаживаясь на хлипком стуле из полых алюминиевых трубок около стенки, - вы мне только правила расскажите.
   - Уж как-нибудь сами, - хмыкнул Петелин, выходя против Никиты.
   Макс помнил, что брат в старших классах и в институте увлекался единоборствами, поэтому ничуть не удивился, когда Стасу, слишком уверенному в своём превосходстве, пришлось туго. Но сказались растренированность Никиты и физическое преимущество Петелина. Старший Ерёмин выдохся и пропустил серию, после которой рухнул на татами.
   Фомина расправилась с Максимом, которого брат силком таскал когда-то на занятия, буквально за пару минут. Да и то, он продержался так долго только из-за осторожности капитана, на примере Никиты убедившейся, что нельзя быть слишком самоуверенной.
   Финал не обещал быть очень интересным. Преимущество Стаса в росте, весе и силе, даже при прочих равных условиях, должны были сказаться. Опытный боец, Петелин, сразу перешёл в атаку, невзирая на то, что уже чуть не обжёгся на этом с Никитой. Фомина маневрировала, понимая, что во открытом бою у неё шансов нет. Решив поймать Стаса на встречном движении, она неожиданно присела и попыталась провести подсечку, но не достала буквально несколько сантиметров.
  - Вот сейчас всё и кончится , - подумал Макс, который болел за Надежду, хотя с самого начала умом понимал, что победа её маловероятна.
   Но случилось чудо. Уходя от удара по ногам, Стас зацепился левой ногой за правую, и со всего маху грохнулся лицом вниз. Надежда такого шанса не упустила. Через мгновенье она сидела верхом на поверженном противнике.
   - Как же это ты меня подловила? - сокрушался покрасневший от злости и смущения Петелин.
   - Она тебя не достала, - вмешался, ратуя за справедливость, Максим, - ты просто споткнулся.
   - Спасибо, конечно, - сказал Стас и хлопнул Максима по плечу, - но мне лишнего не надо. Удар по левой ноге она провела грамотно.
   - Но я же видел, - не сдавался Максим.
   - А я почувствовал, - через силу улыбнулся Петелин.
  
  
  
   ***
  
   - Вы были правы, шеф, типичный наблюдатель и не скрывает этого, - молодой человек стоял навытяжку около стола, хотя кресло было свободно. - Наш источник рассказал, что он показывал фокусы на вечеринке по случаю получения Петелиным звёздочки, а потом заметил, как при помощи магии приложили подполковника в спарринге. Никак не тянет на того, кого мы ищем.
   - Вот видишь, тебя он убедил. А сделать это не так просто. Значит, его действия либо правда, либо ложь высочайшего класса, - тот, кого назвали шефом, в задумчивости постучал по столу кончиками пальцев. - Вернуть в группу приоритетов. И давай продумаем, как спровоцировать на действие. Найди кого-то на стороне, постарайся сам не светиться.
   - А что делать с ним?
   - Пусть вывезут их и поспрашивают, когда отдадут деньги Сивому.
   - А кто такой Сивый?
   - Откуда я знаю, и какое это имеет значение. Ты же последи, как он себя вести будут. Издалека, конечно.
   - Будет сделано.
   - Да, и не калечить. Так, жути навести.
  
   ***
  
   После занятий Ерёмины решили провести задуманную ещё вчера проверку. Посещение больницы ничего не дало. Там умерло немало людей, но запаха смерти Максим не ощутил. Тогда Никита кому-то позвонил, и они поехали в судебный морг. Что удивительно, в морге на Максима повеяло покоем, который редко достижим в суетной повседневной жизни.
   - Ничего не путаешь? - Никита озабоченно посмотрел на брата. - Ты спросил - я сказал.
   - Хорошо, - Никита на минуту задумался, - есть идея.
  Он отошёл в сторону и стал с кем-то разговаривать по телефону. Слов Макс не слышал, но судя по жестикуляции, брат с кем-то спорил. Наконец разговор закончился, и Никита вернулся к машине.
   - Поехали, - сказал он, проверим ещё одну идею.
   - Какую ещё идею?
   - Объясню на месте.
   Ехали они минут двадцать. Никита повернул в арку, ведущую во двор, приостановился и решительно направился к крайнему подъезду пятиэтажного дома, стоящего посреди нескольких девятиэтажек. Тут он вылез из машины и махнул брату рукой.
   - Нам сюда.
   Подъезд был закрыт на кодовый замок, но Максу не требовалось заходить внутрь. Знакомый тяжёлый запах настиг его сразу, как только он вылез из автомобиля.
   - Достаточно, - сказал он, отключаясь от неприятного ощущения, - это оно.
   - Контрольный эксперимент, - объявил Никита, ничего не объясняя и снова садясь за руль.
   На этот раз путь занял ещё меньше времени. Они проехали шлагбаум, который мгновенно подняли, увидев удостоверение Никиты, и остановились в промежутке между старыми гаражами. - Твой выход, - брат показал Максиму рукой наружу.
  Слабенький запах смерти он почувствовал, как только открыл дверцу. Следуя за ним как по следу, Максим прошёл метров пятьдесят вперёд и свернул в довольно широкую щель между гаражами, ведущую к кое-как заделанной дыре в бетонном заборе.
  - Тут, - решительно сказал он, показав в проём, - но запах слабее, чем у подъезда. Есть ещё пару мест, но совсем чуть заметных.
   - Всё правильно, - развёл руками Никита. - В подъезде убийство произошло вчера вечером, а здесь четыре дня назад. Ты братишка чуешь не просто смерть, а насильственную. Проще говоря - убийство. А насчёт ещё пары мест специально потом поинтересуюсь.
   - Так что же творится на той ферме?! - воскликнул Максим. - Там этот запах стоит пеленой, как туман.
   - Похоже, накрылись выходные, - притворно вздохнул Никита. - Садись, поехали. Сейчас выберемся из этого гадюшника и позвоним Петелину.
   Развернуться на узкой раздолбанной дорогебыло не так-то просто.
   - Как на старом кладбище в будний день, - тихо сказал Никита, закончив маневрировать. - А после твоих открытий, даже мороз по коже продирает.
   Действительно, за всё время нахождения среди покрытых ржавчиной гаражей им не встретилось ни единой живой души, не считая сонного сторожа при въезде.
   - Вот мы и на воле, - удовлетворённо сказал Максим, когда они преодолели шлагбаум.
   Но оказалось, что радоваться рано.
  
   Провокация
  
   С тех пор, как Серёга Синяков вернулся из армии, прошёл уже почти год. Он мечтал, как на гражданке выбьется в крутые мены, используя своё боевое прошлое, но на деле оказалось не всё так просто. Таких бойцов бродило по Москве, как собак не резаных, поэтому можно считать за счастье, что сожитель матери пристроил его в ЧОП с простым, но звучным названием, 'Крепость'.
   Охранять ему досталось, в зависимости от смены, магазин рыболовных принадлежностей и офисное здание. Зарплата была ничего, но денег хронически не хватало. Поэтому, когда Жорка Веселовский, с которым они пересекались на работе по ночам в офисном здании, предложил заработать штуку баксов за то, чтобы развести какого-то лоха, Серёга без раздумий согласился.
   С ними на дело поехали ещё два парня, о которых Синяк знал только то, что они тоже работают в их охранной конторе. Часа два пришлось просто сидеть на заднем сиденье Жоркиной девятки рядом с туповатым толстяком, который представился, как Толик и разглядывать затылки Жоры и четвёртого парня по кличке Песок. Потом Жорке кто-то позвонил, и они двинулись на окраину Москвы в район заброшенных зданий и давно не крашеных гаражей.
   Они остановились на подъездной дороге, ведущей в гаражный кооператив. Разъехаться тут можно было только в отдельных местах и по обоюдному согласию, поэтому девятка, поставленная Жоркой посреди проезжей части, закупорила выезд, как пробка.
   На дороге показался белый Ниссан. Водитель мигал фарами, сигналил, но видя, что жигуль не реагирует, подъехал вплотную и остановился. Дверь Ниссана со стороны пассажира отворилась, и оттуда вышел молодой парень. Он подошел у девятке и жестом попросил Жору открыть окно. Тот вместо окна открыл дверцу и вышел из машины. Не успел парень ничего сказать, как уже скрючился от резкого жоркиного удара.
   - Песок и Синяк, присмотрите за этим, - кинул Веселовский через плечо, - а мы с Толстым со вторым разберёмся.
   - Мы работники прокуратуры, - чеканя слова, сообщил мужчина через опущенное окно, показывая левой рукой раскрытое удостоверение, а правой наведя на Жору пистолет.
   - Дуры и у нас есть, - ответил Жора, помахивая своим табельным макаром, - неизвестно ещё кто - кого. А вот твой приятель у моих друзей на мушке, выстрелишь - ему кранты.
   Мужчина, закусив губу, положил удостоверение и пистолет на торпеду.
   - Хороший мальчик, - дурашливым тоном пропел Жорка. - А теперь медленно вышел из машины и руки на крышу.
   Никита знал, что этих двух клоунов он уложил бы за несколько секунд, но добраться до охранников Максима, засевших внутри жигуля, конечно, не успеть. И хотя эти ребята не похожи на хладнокровных убийц, рисковать нельзя. Со страху человек может нагородить такое, что в нормальной обстановке ему и в голову не придёт.
   Толстый, по приказу предводителя, замотал пленнику руки за спиной скотчем и глянул на Жору, ожидая дальнейших приказов.
   - В багажник его, - приказал тот, копируя гангстера из голливудского боевика.
   - Места нет, - пожаловался Толстый открыв багажник и увидев, что он наполовину забит барахлом: сумками со спортивной формой и ящиком с инструментами, который Никита возил с собой на всякий случай.
   - Да чёрт с ним, - отозвался вожак. - Положи его на пол на заднем сиденье и прикрой чем-нибудь, тут ехать недалеко.
   - А чем я его прикрою? - опять заныл Толстый, выполнив первую часть приказа. - Тут никаких тряпок нет.
   - Ладно, - разозлился Жора на то, что в действительности не получалось так же красиво, как в кино: то багажник занят, то тряпок нет, - садись рядом и следи за ним.
   Потом он приказал Песку разворачиваться и ехать следом, а сам сел за руль машины пленников. Девятка немного сдала назад и в сторону, пропуская Ниссан, и с трудом развернувшись на узкой дороге, покатила следом.
   Максиму повезло меньше, чем брату. Багажник, правда, у девятки нет, но зато нашлась вонючая тряпка, которую подстилали на сиденье, и теперь ему пришлось вдыхать запахи десятков задниц, сидевших на ней. Да и парень, усевшийся на заднее сиденье, никак не мог устроиться и то и дело ёрзал, пиная при этом ногами Макса.
   Синяку не сиделось на месте, потому что ему не давала покоя фраза мужика из Ниссана, что они из прокуратуры.
   - Вы и правда из прокуратуры? - наконец не выдержал он.
   - Даже из спецгруппы следственного комитета, - донеслось дл него из-под тряпки, прикрывающей пленника.
   - Отставить базар, - приказал Песок, глянув на подельника в зеркало заднего вида.
   - Тоже мне командир нашёлся, - огрызнулся Синяк, - но расспросы прекратил.
   Тем временем машины заехали во двор новостройки, замороженной более двадцати лет назад, и остановились перед тем, что должно было сать парадным входом.
   - Заводи их внутрь, - приказал Жора, показав пистолетом в сторону входа.
   - Я на такое не подписывался, - неожиданно заявил Синяк своему предводителю, - эти два прокурорских на лохов никак не тянут.
   Жора и сам уже понял, что его втравили не совсем в то, что он себе представлял, но семь штук зелени, припрятанные дома (а ведь это только аванс!), не давали ему пойти на попятный.
   - Верни деньги и убирайся, - прошипел он, глядя, как Песок с Толстым заводят пленных в здание.
   - Перебьёшься, - Синяк плюнул себе под ноги и пошёл к выходу.
   Жору так и подмывало проучить Синяка. Он несколько раз перевёл взгляд с предателя на дом, кода вошли пленные под конвоем подельников, потом решил, что дело важнее, и двинулся за ними следом.
   Хотя он и отказался от участия в этом деле, всё равно уже замазан. Синяк это прекрасно понимал, и на душе было не спокойно. В последнюю минуту он решил посмотреть, во что всё выльется и после этого решить, как действовать дальше. Синяк обежал вокруг здания и, найдя другой вход, стал подниматься по узкой замусоренной лестнице. На втором этаже пару досок из тех, которыми был заколочен вход, висели на одном гвозде. Синяк протиснулся в образовавшуюся щель и стал искать место, откуда можно было увидеть, что происходит внизу. Самый подходящий наблюдательный пункт был занят. Какой-то парень, не жалея костюма, лежал прямо на замусоренном полу и через пролом в стене разглядывал в бинокль Жоркину команду и его пленников.
   Там у Жоры всё не ладилось. Нигде не нашлось ни одного стула, к которым в боевиках так удобно привязывают допрашиваемых, пришлось ограничиться пустым деревянным ящиком. А молоденького парнишку вообще пришлось посадить на бетонный пол. Обработку он начал со старшего, не мог простить ему неприятные минуты под дулом пистолета. Со всего маху ударил в лицо и разбил ему нижнюю губу. Но и костяшки пальцев на собственной руке тоже пострадали. Вид крови, текущей из губы, и боль в руке так завели жору , что он стал молотить пленного по рёбрам, вымещая злость и начисто позабыв, что надо спрашивать.
   Эту картину и разглядывал с интересом незнакомец.
   - Вот ты сука и втравил нас во всё, - с непонятной уверенностью пробормотал про себя Синяк.
   Дальше он действовал на рефлексах. Достал пистолет, на всякий случай снял его с предохранителя и стал подкрадываться к наблюдателю. Тот в последнюю секунду что-то почуял и обернулся, но было поздно: на голову ему обрушилась рукоятка пистолета. Пальцы Синяка от удара сжались, и раздался выстрел, прозвучавший в пустой коробке стройки, как орудийный.
   Внизу похитители решили, что стреляют по ним, и кинулись искать укрытия, забыв о пленных.
   - Песок, проверь второй этаж, - скомандовал Жорка, когда понял, что больше никто не стреляет.
   Бандит, которому адресовался этот приказ, посомневался, но стал подниматься по разбитой лестнице.
   Никита попробовал шевельнуть руками, и неожиданно лента порвалась, как бумажная. Он поднял попавшийся под руку кусок бетона, сделал шаг вперёд и от души врезал им по черепу Толстого. Жора обернулся на шум и увидел направленное ему в лоб дуло только что конфискованного пистолета.
   - Тихо, - Никита приложил к губам палец. - Отбросил оружие, морду вниз, ноги в стороны, руки назад.
   Жора в точности выполнил все команды. Тогда к нему приблизился Никита и связал руки брючным ремнём. Потом он освободил от пут Максима, и они вместе обездвижили Толстого. Вернувшийся Песок сдался сразу, увидев направленные на него два пистолета.
   - Что там наверху? - спросил Никита, укладывая Песка рядом с подельниками.
   - Мужик какой-то лежит с раскроенной черепушкой.
   - И кто ж его так?
   Песок только пожал плечами.
   - Я, - неожиданно раздался голос от парадного входа.
   Никита вздрогнул и обернулся. В проёме стоял четвёртый бандит.
   - Не дёргайтесь, - Синяк вытянул вперёд руки с растопыренными пальцами. - Думал разборки с братишками будут, а против власти выступать не намерен. Я уже и милицию вызвал.
   - Тогда оружие на землю, - скомандовал Никита, - а сам у стеночки посиди.
   Синяк в точности выполнил указания и уселся невдалеке на бетонный пол.
  Стукнув наблюдателя, он кинулся, было, бежать, но уже около машин решил, что это не выход и, прячась за автомобилями, позвонил в милицию.
  С трудом растолковал, где они находятся, потом подкрался к дверному проёму и заглянул внутрь. И тут с удивлением обнаружил, что ситуация в корне изменилась. Его прежние подельники лежат связанные на полу, а над ними два вооружённых бывших пленника.
   - Осторожненько достал мобильник и положил в сторонке, - приказал Никита неожиданному помощнику и обернулся к брату. - Макс, позвони Петелину, скажи, местные сюда едут, и могут подсказать, где мы находимся.
   Стас не подкачал, он чуть-чуть не опередил местную милицию. Таким возбуждённым Максим ещё его не видел. Милиционеры принесли со второго этажа наблюдателя и оцепили по периметру забора всю территорию долгостроя. Минут через сорок во двор въёхала целая кавалькада автомобилей.
   Среди приехавших были капитан Фомина, тётя Вера и целый отряд спецназа. Часть из них усилила оцепление, а остальные стали прочёсывать территорию. Кроме уже известных участников похищения, на стройке никого не нашли. Зато отыскалась очень интересная штучка, похожая на локатор. Она, видимо упала в пролом, когда Синяк отоварил наблюдателя, но один из сецназовцев отыскал её в куче мусора.
   - Значит, он не только наблюдал, но и слушал, - заметил Стас, выслушав объяснения эксперта, - а эта штучка не бинокль, её случайно с собой не прихватишь. Отвезём, пожалуй, этого субъекта в тюремную больничку, тамошним врачам вполне по силам оказать ему помощь.
   Скорая была всего одна. В неё положили наблюдателя, а рядом устроились Никита, который как ни хорохорился, вынужден был согласиться, что врачебная помощь ему не помешает. Сопровождать их поехали похожий на инопланетянина спецназовец и доброволец в лице Нади.
   Макса Петелин посадил в свою машину, но почему-то отказал тёте Вере, хотя она тоже ехала в отдел.
   - Извини, нам ещё в одно место заехать надо, - сказал он психологу с виноватой улыбкой. - А ты, если можешь, проследи, чтобы машину Никиты к управлению подогнали.
   -Куда ещё заезжать будем? - сразу, как только они отъехали, спросил Максим.
   - Никуда.
  - Так чего ты Веру не взял? Машину и без неё обещали доставить.
   - Чую я, что сегодняшнее приключение связано с твоими чудесами, - мрачно ответил Стас. - По отчётам у нас везде железная логика, получается, кто-то из своих о тебе растрепался.
   - Но тёти Веры не было с нами, когда ты заставил меня фокусы показывать.
   - Это не значит, что она не знает.
   - Если так вопрос ставить, то придётся всю родню наших с тобой товарищей подозревать.
   - Не думаю. Я специально просил ребят помалкивать. Кто-то сделал это целенаправленно. За такой короткий срок успеть, организовать похищение, основываясь на слухах - не реально.
   - Так что у нас засланный казачок?
   - Возможно.
   - Тогда почему они столько времени выжидали?
   - Вот тут и начинается самое интересное, - Стас остановился и всем корпусом повернулся к Максу. - Рассказывай, по каким таким делам вы с Никитой сегодня полдня мотались?
   - Появился новый запах. Я его называю запах - смерти. Вот мы с Никитой и уточняли, что же я чую.
   - И что?
   - Насильственную смерть.
   - Теперь понял в чём дело?
   Максим отрицательно помотал головой.
   - Способности у тебя появляются по мере надобности. Если направить тебя в другую сферу: ну, не знаю, биржу предсказывать, мысли у конкурентов читать, то это же золотое дно.
   - Но зачем для этого похищать и уж тем более бить? Куда естественнее попробовать договориться. Кто от денег откажется.
   - Тут ты прав, - согласился Стас, запуская двигатель. - Я об этом тоже думал. Нестыковка получается. Ладно, поехали в отдел, авось похитители твои или наблюдатель, который, скорее всего, за ними и стоит, чего прояснят.
   Но не проехали они и пары километров, как позвонила Фомина.
   - Стас, мы рядом с метро Автозаводская. Раненый сбежал.
   - Да, куда он денется? Наверно в отдел поехал.
   - Я не про Никиту говорю, - крикнула Надя, - наблюдатель скрылся.
   - Слышал? - Петелин, напугав с десяток водителей, развернулся через две сплошные и с грохотом поставил на крышу мигалку.
   - Как такое может быть? - Максим был просто поражён. - Кроме Нади и Никиты там ещё спецназовец был с автоматом.
   - Сейчас узнаем, - сквозь зубы процедил Стас. - Держись за воздух.
   Дальнейшую гонку Максим воспринимал, как страшный сон. Хорошо, что длилась она всего минут двадцать. Скорую помощь, стоявшую у обочины, они увидели издалека. Увидев, что все живы здоровы, Максим перевёл дух.
   - Докладывайте, капитан, - сурово приказал Петелин.
   - Вынуждены были остановиться из-за пробки перед светофором, - Фомина говорила так, как будто сама не верила своему рассказу. - И всё.
   - Что всё? - рявкнул Стас.
   - Мы все, как уснули. Очнулись, вокруг машины сигналят, а его нет. Даже не знаем сколько в отключке были.
   - Он что газ какой-то применил?
   - Не знаем, - вмешался Никита. - Мы уже это раз десять между собой обсуждали. Всё было, как рассказала Надя..., то есть капитан Фомина.
   - Все к нам в отдел, - оборвал его Стас. - И постарайтесь больше не спать, чтобы кто-нибудь ещё не исчез.
   Допросы затянулись за полночь. Сначала Стас убедился, что бригада Скорой не имеет никакого отношения к побегу наблюдателя, и отпустил их, предупредив, что возможно ещё раз вызовет для дачи показаний. Примерно в то же время пришла машина за спецназовцем. Похитителей он мариновал значительно дольше. Однако и тут ничего не добился. Сразу отпала троица: Толстый, Песок и Синяк. Они даже приблизительно не знали, на что шли. Жора рассказал чуть больше. Вчера к нему в пивной подошёл парень и предложил работёнку: попугать должников.
   - Где это видано, чтобы за такую работу платили пять штук баксов, да ещё вперёд? - саркастически поинтересовался Петелин.
   Жора только пожал плечами.
   - Я ребят позвал, - кивнул он в сторону подельников, - потом тот мне позвонил и сказал, где клиентов можно без шума взять. А дальше вы всё знаете.
   Коля попробовал пробить номер заказчика, но из этого ничего не вышло.
   - Парня того раньше видел? - на всякий случай спросил Стас, но, как и ожидал, получил отрицательный ответ.
   - Он в 'Карусель' не ходит, - мрачно ответил Жора.
   - Ладно, - вздохнул Стас, - иди и в камере хорошенько подумай, чем можешь следствию помочь. А завтра фоторобот заказчика составлять будем.
   Синяка Петелин отпустил под подписку о невыезде, а остальная троица отправилась в камеру.
  
   ***
  
   - Сбежав из Скорой помощи я вернулся на стройку, - Обстоятельно докладывал молодой, на голове которого не осталось и следа от удара Синяка, - гарантирую, что к сети никто не прикасался.
   - Тогда, как освободился пленник? - уголки губ у пожилого были опущены и говорил он медленно и чуть саркастически.
   - Вот, я принёс, - молодой положил на стол обрывок клейкой ленты. - Лента старая вся рассохлась, ну и не выдержала.
   Пожилой нажал кнопку на столе и передал появившейся женщине сморщенный кусочек ленты.
   - Валерию Павловичу, - он откинулся в кресле. - Скажите, жду.
   Женщина ушла, пожилой прикрыл глаза и, как показалось молодому, задремал. Тогда он тоже, покрутившись на стуле, принял более вольную позу, зная по опыту, что ожидание и есть ожидание, и оно не подразумевает разговоров или питья кофе.
   Через полчаса телефон на столе зазвонил. Пожилой снял трубку, выслушал собеседника, и осторожно положил её назад.
   - Напортачил ты сегодня изрядно, - он поднял руку, чтобы остановить молодого, собиравшегося оправдываться, - но за эту ленту тебе прощается всё. Валерий Павлович сказал, что ей не меньше сорока лет.
   - Вот видите, - всё-таки рискнул вставить слово молодой, - я же говорил она старая, потому и порвалась.
   - Не сказал бы эту глупость, я может тебя и похвалил, - рассмеялся пожилой, у которого заметно поднялось настроение. - Сорок лет назад таких лент не делали, а если бы чудом сохранился какой-нибудь образец, то он ссохся до такой степени, что размотать его было невозможно.
   - Тогда что это? - спросил молодой еле слышно.
   - Это значит, что ты нашёл его, - торжественно объявил пожилой. - А я объявляю большой сбор. Приказываю к братьям близко не подходить.
   - А как же агент?
   - Отзови. Ты просто не представляешь, с чем мы столкнулись, - голос пожилого дрогнул и молодой не понял от восторга или тревоги. - Если честно, я и сам не представляю.
  Молодой повернулся, чтобы уйти.
  - Концы зачисть, - донеслось ему вслед.
  
   Глава3
  
   Зачистка
  
   - До завтра, - Никита махнул Петелину левой рукой, а правой придержал дверь, пропуская вперёд Надю.
   - Куда ты собрался? - Стас надавил на плечо Максима, мешая ему встать.
   - Ну, мы с Никитой едем домой, - Макс махнул рукой в сторону двери, через которую только что вышли Надя и его старший брат.
   - Интуиция у тебя очень избирательная, - скривил губы Петелин. - В данном случае, даже пьяному ёжику понятно, что будет лучше, если ты останешься тут, со мной
   - Ты думаешь? - до Макса стал доходить смысл Петелинского красноречия.
   - Не думаю, - веско сказал Стас, - знаю. А ты давай лучше посмотри в компьютере, что мы знаем о тёте Вере.
   Макс сел к столу и повернулся к Петелину.
   - Давай мне её полные данные: фамилию, имя, отчество.
   - Погоди, а ты разве сам не знаешь?
   - Только частично.
   - В смысле?
   - Знаю, что Вера.
   - Так и я не больше. Надо было, конечно, с личными делами ознакомиться, но всё как-то руки не доходили.
   Минут пять Максим в полном молчании что-то мудрил на компе. Слышно было только его сосредоточенное сопенье.
   - Её личного дела нет ни у тебя, ни у Прохорова, ни в Управлении кадров.
   - Что значит, нет? - взревел Стас. - Оно там было. Я его не читал, но помню название файла - психолог.
   - Фамилии там случаем не было? - с затаённой надеждой спросил Макс.
   - Не было, - тяжело выдохнул Петелин. - Все были без фамилий, по должностям и званиям. Погоди, а как ты до Управления кадров добрался? Там же, наверняка, чёрт знает какая защита.
   - Была, - горделиво улыбнулся Максим. - И у тебя, и у Прохорова.
   - Ещё на что-то пробило? - догадался Стас.
   Максим только согласно качнул головой.
   - И как ты это делаешь?
   - Пишу что попало, а оказывается правильно.
   - Так мы можем сейчас в Интерполе и ФБР полазить?
   - Только следующую неделю придётся объяснительные писать, вместо того чтобы делом заниматься.
   - Понял, не дурак, - согласился сразу остывший Стас. - Поехали ко мне поздно уже, а я тут рядом живу.
   - Мне до дому минут пятнадцать в это время. Чего зря твоих беспокоить.
   - У меня только мать дома, Так она в это время уже спит без задних ног. А нам сюда надо раненько попасть, чтобы тётю Веру не пропустить.
   - Судя по тому, как всё подчищено, на службе она больше не появится.
   - Всё бывает, - глубокомысленно заметил Петелин, - я и не такое видал.
   На этот раз Стас не угадал. Тётя Вера исчезла без следа. Прохорову психолога рекомендовал Миронов его непосредственный начальник по звонку генерала Шагалина, который не поленился перезвонить непосредственно Павлу Сергеевичу. Когда Миронов узнал об исчезновении сотрудницы, посланной сверху, он стал искать Шагалина, но оказалось, что тот в отпуске со всей семьёй в Египте. Как позже выяснилось, там он был и во время своих якобы звонков по поводу психолога Веры, и уж точно никому не звонил.
   Этим тёмным делом занялась внутренняя безопасность, но тоже не сильно преуспела. Дальше составления фоторобота и попыток отыскать отпечатки пальцев пропавшей сотрудницы дело не пошло. Да и это ни к чему не привело. Не было такого человека ни в одной базе данных. Но самое интересное, что так и не нашлось никакого объяснения, для чего всё это было проделано. Ну, кому из серьёзных людей (а судя по проделанной работе по внедрению и грамотному отходу, занимались этим профи) нужен агент в группе, занятой чистой уголовщиной? Единственные, у кого была похожая на правду идея, Стас и Максим пока хранили соображения по этому поводу при себе.
   Петелин собрал группу и предложил каждому вспомнить хоть что-нибудь по этому поводу.
   - Она пропажами плечевых и бомжей в Григорьевске очень интересовалась, - заметил Коля, когда остальные предположения были исчерпаны.
   - Вот вы с Максом и займитесь этим вопросом. Может куда этот след и выведет, - приказал Стас, хотя и не очень надеялся.
   Ввиду всей этой кутерьмы с похищением Ерёминых, побегом из-под стражи наблюдателя, и пропажей тёти Веры, группу естественно отстранили от дел. Точнее им не предлагали нового задания, и Петелин решил, что самое время разобраться с Трофимом Матюхиным. Хотя и было доказано, что непосредственного отношения к делу о похищении, которое они расследовали, он не имеет, Стасу не давала покоя интуитивное чувство незавершённости дела. Где-то в мутной водичке этого дела скрывалась немалая щука. Конечно, можно было обрубить хвост, но тут ещё Макс с этим запахом смерти....
   - А ты, - Стас повернулся к Никите, - езжай к деду на дачу. Мне наш доктор звонил, настаивает, чтобы больничный был использован полностью.
   Никита не очень сопротивлялся, похоже, досталось ему крепко.
   - На дачу я, конечно, не поеду, - шепнул он Максу, - дома побуду. А ты держи меня в курсе.
   Никита уехал, Стас с Фоминой отправились допрашивать, отморозков, похитивших братьев Ерёминых, а Макс с Николаем засели в техническом отделе. На этот раз хозяину было что показать. Кабинет преобразился. Максу казалось, что он в рубке космического корабля, на меньшее не соглашалась юношеская восторженность, охватившая его при виде техники, которую он раньше считал вымыслом голливудских сценаристов.
   - Картинки со спутников у тебя тут тоже есть? - с замиранием сердца спросил Максим.
   - Есть, - подтвердил Коля и почему-то вздохнул, - но ограниченно. Доступны только картинки прошлого: от нескольких часов, до суток. Для просмотра в реальном времени нужен запрос начальства, и все мои действия будут под контролем.
   - Давай глянем куда-нибудь.
   - Позже, - по всему было заметно, что Николаю не терпится немножко похвастаться, но удерживала дисциплина. - Подполковник скоро вернётся, надо хоть что-то ему предъявить.
   Прошерстив всё по Григорьевску, ничего нового они не получили. Да и какая могла быть особая информация о тех слоях общества, которые их интересовали. Пропажи бомжей изредка упоминались участковыми, а вот насчёт уличных и плечевых проституток ситуация была немного лучше, потому что о них беспокоились подружки, сутенёры и изредка родственники. Но и это частенько оставалось в недоступном компьютерам мире устных разговоров и написанных на бумаге рапортов. Больше всего дал массовый допрос, проведённый самой группой в Григорьевске. Однако даже по этим крохам данных было очевидно, что количество этих случаев зашкаливает за среднестатистический уровень не только по стране, но и по Московской области.
   - Ничего нового, - уныло констатировал Коля.
   Они посидели, глядя на суперсовременную технику, которая могла рассказать почти обо всём в мире, но была бессильно заглянуть на самое дно, где и обитали интересующие следствие фигуранты.
   - Если мы имеем дело с маньяком, пользующимся каким-то транспортом, то почему мы ограничили себя только окрестностями Григорьевска? - голос Максима постепенно набирал уверенности, по мере того, как новая мысль завладевала им.
   - Как же мы раньше об этом не подумали?! - Колины пальцы быстро забегали по клавиатуре.
   Он работал минут десять, и постепенно радостная улыбка на его лице начала угасать.
   - Ничего нет, - наконец объявил Николай и повернулся к Максиму.
   - Ты знаешь, я подумал, а ведь и не должно быть. В маленьких городках стрёмно заниматься такими делами. Не знаешь ни обстановки, ни местности, да и каждый новый человек на виду. Другое дело - родной город, или такой монстр, как Москва. Пройдись по восточным окраинам нашей столицы.
   На этот раз Коля завис минут на двадцать с лишним, но ещё до того, как он закончил работать, стало ясно: что-то вытанцовывается.
   - Есть! - наконец удовлетворённо объявил он. - Пик за последний год. Причём примерно в то же время, когда в Григорьевске пошло на спад.
   - Есть какая-нибудь конкретика: кто-то что-то видел, слышал?
   - Этим я и собираюсь сейчас заняться.
   Его работу прервал Стас. Он был возбуждён от очередной неудачи, которых за последнее время было что-то слишком много.
   Жора, осознав, что влип по самое не могу, помогал следствию, как мог, но всё напрасно. Фоторобот заказчика подозрительно смахивал на одного актёра часто играющего в сериалах. Люди сразу заявляли, что видели его, но не могли вспомнить где. Фомина поехала в пивную, где Жора и заключил эту роковую сделку, а Петелин решил проверить компьютерных археологов.
   - Как успехи? - задал Стас не отличающийся особой оригинальностью вопрос
   - Кое-что есть, - с деланным равнодушием ответил Николай, - и если ближайшие полчаса мне никто не будет мешать, будет больше.
   - Пойдём, покурим, - предложил Петелин Максиму и направился к выходу.
   Понятно, что никто не собирался курить: Стас давно бросил, а Макс никогда и не начинал.
   - Что нарыли? - спросил Петелин, как только за ними закрылась дверь технического отдела.
   - Год назад в Григорьевске преступления против бомжей и проституток сошли на нет, точнее стали соответствовать всегдашней статистике, зато резко возросли в восточной части Москвы.
   - Какие-нибудь зацепки есть?
   - Коля их сейчас ищет.
   - Пойду наверху прокачаю, - потирая руки, промычал Петелин и быстрым шагом направился к начальнику.
   Прохоров проявил явное неудовольствие затеей Стаса.
   - Дались тебе эти бомжи, - проворчал он. - Тут на вас таких собак спустили. Впору группу распускать. Слава богу, Григорьевская верхушка грудью встала.
   - Нам как раз и надо авторитет поднимать, - не сдавался Стас, - а дело вырисовывается громкое.
   - Вот и я о том же, - Павла Сергеевича, явно не прельщала такая перспектива. - Тебе сейчас надо сидеть тихонько в уголке и пережидать грозу - авось пронесёт. А ты опять всех на уши ставишь.
   - Да что я себе орден выпрашиваю, что ли? - неожиданно вспылил Петелин. - Люди ведь пропадают.
   - Какие там люди? - Прохоров сделал резкий жест рукой, как будто отбрасывая что-то. - А насчёт ордена почти угадал. Наверху уже поговаривают, что ты до славы больно падок. Ладно, иди, когда договорюсь, сообщу.
   От начальства Стас вернулся красный и злой.
   - Может, и правда чёрт с ним с этим делом? - неуверенно спросил Макс, когда Петелин в общих чертах передал ему разговор с Прохоровым.
   - Нет, - неожиданно успокоившись, будничным тоном сказал Стас. - Тут нашла коса на камень. Как говорится: или грудь в крестах, или голова в кустах.
   - Почти ничего, - сокрушённо объявил Коля, выходя из своей комнаты. - Только одна проститутка видела, как её подруга садилась в тёмный фургон. И то это попало в сводку, потому что сожитель пропавшей подал заявление в милицию, и им пришлось провести следственные действия. Но решили, что она укатила с клиентом искать новую жизнь.
   - Тёмный фургон - это кое-что, - оживился Петелин и хотел ещё что-то сказать, но его прервала злая, как фурия, Надежда буквально ворвавшаяся в отдел, громко хлопнув дверью.
   - Как успехи? - спросил Стас, будто не замечая её настроения.
   - У нас больше нет ни дела, ни подозреваемых, - выкрикнула она. - Я беседовала с народом в пивном баре, кстати, он отсюда в десяти минутах прогулочным шагом, когда мне позвонили из собственной безопасности и сообщили, что это дело они у нас забирают.
   - С какой стати? - взвился Петелин.
   - Все трое подозреваемых убиты в тюрьме полчаса назад.
   - Синяк! - крикнул Макс.
   - Уже звоню, - Стас нервно набирал номер. - Не отвечает.
   - Ты можешь определить местоположение мобильника, - повернулся Максим к Коле.
   - Номер, - коротко сказал тот, направляясь в свою комнату.
   Следом побежал Стас, протягивая ему свой сотовый.
   Николай не подвёл, через несколько минут они уже знали адрес - это было одно из мест работы Синяка, магазин рыболовных принадлежностей.
   Добрались они до места за двадцать минут с небольшим, перепугав по дороге кучу водителей и пяток милиционеров. Но Синяка на месте не оказалось.
   - Попросил на минутку отлучиться, а самого уже полчаса нет, - раздражённым тоном сказал продавец, похожий на персонаж реклам для желающих похудеть, из раздела - 'до'.
   - К нему кто-нибудь заходил? - спросил Стас.
   - Позвонили, - до толстяка начало доходить, что всё не так просто, - он вышел через служебный ход во двор.
   - Где служебный выход, - резко спросил Петелин.
   - Я уже смотрел, толстяк совсем сник.
   - Выход! - рявкнул Стас.
   Продавец показал себе за спину и даже предложил проводить.
   - Не надо, - Петелин быстро прошёл в подсобку.
   - Закройте пока магазин, - изобразив вежливую улыбку, попросила Фомина, - вам сейчас не до торговли будет.
   Толстяк лёгкой трусцой побежал к входной двери, а Максим кинулся на крик Стаса. Тот стоял у мусорного бака и пытался, достать оттуда что-то тяжёлое.
   - Помогай, чего стоишь, - Петелин говорил хрипло, натужено.
   - Стойте, - к ним подбежала Надежда, - беритесь за края и осторожно опускай те вниз, а я завалю бак с другой стороны.
   Это разумное решение, не пришедшее по горячке в голову мужчинам, оказалось действенным. Через минуту тело Синяка, извлечённое из бака, лежало на асфальте. Голова его была повёрнута под неестественным углом, и то, что он мёртв, не вызывало сомнений.
   - Чёрт! Опоздали, - Стас в сердцах ударил кулаком по баку и звук, усиленный пустотой внутри этого пластикового барабана, прозвучал, как близкий удар грома.
   Из окон этого и соседнего домов с опаской стали выглядывать испуганные лица, привлечённые странным звуком, и замирали у стёкол, поражённые не менее странным зрелищем, лежащего на подъездной дорожке человека.
   - Надо бы их допросить, - Фомина показала пальцем на любопытствующих.
   - Пусть этим занимаются те, кому передали дело, - отрезал Петелин. - звони, вызывай их. Дождёшься, всё расскажешь, а у нас с Максом ещё есть дела.
   - Что скажешь на всё это? - спросил Стас, когда они отъехали от магазина.
   - Нам бы в морг попасть, - вместо ответа сказал Максим.
   - Научился мертвецов допрашивать?
   - Если мозг не повреждён, почему бы и нет?
   - Ближе к ночи, когда все угомонятся, устрою тебе встречу с Синяком, а сейчас встретимся с одним человечком из отдела розыска департамента угрозыска МВД РФ.
   - Там начальником, по-моему, женщина, - проявил осведомлённость Макс.
   - Встреча с ней нам как раз ник чему. Иначе придётся идти по официальным каналам, а на это у нас времени нет.
   Человечком из отдела розыска оказалась тоже женщина. Небольшого роста, худенькая, старший лейтенант Маша (именно так она представилась Максиму, слегка помедлив перед именем). На Петелина Маша смотрела с обожанием, но во взгляде этом была какая-то особая влюблённость, так смотрят фанатки на эстрадных кумиров.
   - Бомжи, конечно, гибнут в драках с собутыльниками, погибают от болезней, палёной водки и её заменителей, - рассказывала она, покусывая губки, - но остаются трупы. Бомжи частенько объединяются в небольшие группки по четыре-пять человек, потому что так легче прокормиться и отстоять свою территорию. Так вот, последний год они стали пропадать прямо такими группами, причём безо всяких следов.
   - Ну, уж и без следов, - улыбнулся ей Стас.
   - Вот об этом я и хотела вам рассказать. К нам обратился участковый, который утверждал, что у него есть свидетель, видевший похитителей. Но когда мы попросили привести его, то оказалось, что и этот бомж куда-то задевался. Поэтому делу не был дан ход. Вот тут на листочке я вам записала его координаты, - она передала Петелину листочек, их руки соприкоснулись, и Маша густо покраснела.
   - Как там насчёт списочка, о котором мы говорили? - Стас как будто и не замечал смущения девушки.
   - Да, да, конечно, - снова засуетилась Маша и протянула ему пластиковую папку с двумя листочками.
   - Вся наша группа, - Стас кивнул при этом в сторону Максима, - и я лично благодарны вам за помощь.
   - Ой, что вы говорите? - девушка снова зарделась. - Обращайтесь , когда нужно.
   После этого Петелин, расшаркавшись, как придворный при дворе французского короля, попрощался и потащил оторопевшего Макса к выходу.
   - Зачем ты морочишь девчонке голову? - Сердито спросил Макс, когда машина уже уносила их от подъезда с высокими дубовыми дверями.
   - Ты соседку Никиты Нелю Ларионову хорошее знаешь? - со смехом спросил Стас.
   - При чём здесь она?
   - Ты только что познакомился с её младшей сестрой, которая считает, что это я спас её любимую племянницу от маньяка.
   Макс крепко сжал зубы, стараясь не выдать своей злости. Но Петелин заметил это и понял по-своему.
   - Злишься, что мне вся слава досталась? - усмехнулся он.
   - Засунь эту славу себе знаешь куда...? - процедил сквозь зубы Макс. - Меня всегда возмущало, что настоящее чувство можно получить ложью и, даже, легче чем правдой и искренностью.
   - Сложно это всё, - покачал головой Петелин, ничуть не смущённый Максовой тирадой. - Я же не на девичью честь позарился, а лишь получил кое-какие данные в обход бюрократии, сэкономив при этом много времени, которого нам чертовски не хватает. А теперь, звони Фоминой, и двигаем к капитану Беспалову Алексею Николаевичу.
   - Кто это такой? - удивился Максим.
   - Участковый, у которого свидетель был.
   - Лучше бы сначала в морг. Тут каждая минута на счету.
   - Ну, что ж, так даже интереснее, - Петелин искоса посмотрел на собеседника и взялся за телефон.
  
  
   Допрос
  
   Сначала Стас позвонил Фоминой и отправил её к Беспалову, а потом стал договариваться насчёт посещения морга, в который отвезли труп Синяка.
   Переговоры оказались долгими. Петелин на кого-то орал в трубку, потом, матерясь сквозь зубы, звонил в другое место.
   - Нас ждут, - наконец, коротко сообщил он, положив мобильник на торпеду.
   - Почему такие проблемы? - удивился Макс, привыкший, что у Петелина всё получается быстро и легко.
   - Эти суки из собственной безопасности предупредили всех, чтобы нас к делу и телу близко не подпускали. Понятно, что народ опасается.
   - Тогда как тебе удалось кого-то уговорить?
   - Уговаривать ещё придётся, рядовых санитаров, а патологоанатом уйдёт на часок обедать за мой счёт вместе со своей помощницей. Тебе часа-то хватит?
   - Вполне.
   - А в магазин музыкальных инструментов не заедем?
   - Зачем?
   - Ну, не знаю, бубен купить.
   - Нам нужна будет горячая вода тазик и какие-нибудь тряпки: полотенца или простыни.
   - Всё это на месте достанем, - махнул рукой Стас и прибавил газу.
   На этот раз у него всё получилось, как обычно - легко и просто. Встретил их крепыш с низким лбом и повёрнутым вбок носом, похожий больше не на санитара, а опытного бандита - рецидивиста, хотя, одно другого не исключает. Они с Петелиным отошли в сторонку и о чём-то пошептались. Минут через десять сыщики стояли над обнажённым телом Синяка, а рядом закипал чайник.
   - Полотенца и тазик с холодной водой сейчас принесут, - сказал Петелин, а сам поглядывал на свёрнутую шею трупа.
   - Ничего не спрашивали? - поинтересовался Макс.
   - Почему ж ничего, денег спрашивали. Пришлось дать.
   В помещение вела единственная дверь с окошком в верхней части, разделённым на шесть прямоугольников. Дверь и окно были закрашены белой краской, из-под которой кое-где выглядывала предыдущая - салатная.
   - Тазик не нашёл, - угрюмо сообщил молодой, словно побитый молью санитар. - Ведро подойдёт?
   - Вполне, - согласился Максим, забирая у него видавшую виды посудину.
   Санитар заспешил на выход, не проявив никакого любопытства, видимо предстоящая трата Стасовых денег интересовала его куда больше.
   - Сделай воду очень тёплую, но не горячую, - приказал Максим Петелину, - и намочи полотенца.
   Стас выполнил всё, что ему было велено, и выжидательно посмотрел на Макса. Максим стал укладывать мокрые полотенца, от которых шёл пар, вокруг головы и шеи Синяка, а когда остывали, протягивал руку за следующей партией. Так продолжалось около получаса. Наконец Максим отложил тряпки в сторону, взял труп за голову и резко повернул её в нормальное положение. Что-то хряпнуло, зато выглядеть стало не так устрашающе.
   - Не могли, сволочи, просто пристрелить, - возмущался Макс, просунув руку под голову Синяка, - сколько времени и сил нам сэкономили бы.
   Тут Петелину показалось, что по мёртвому телу пробежало волной тень. Движение это было еле заметным и мимолётным.
   - Показалось, - шепнул он себе под нос, чтобы успокоится.
   Но, как показало дальнейшее, успокаиваться было рано. Глаза трупа открылись резко, как у куклы, да и по виду они напоминали фарфоровые - были вытаращены и смотрели, не двигаясь, в одну точку где-то на потолке. Стас шарахнулся в сторону, зацепил ведро, и оно с грохотом покатилось по кафельному полу, щедро поливая обидчику ноги.
   - Твою мать, - разозлился Петелин. - Предупреждать надо.
   - Ну что ж, - усмехнулся Макс, - предупреждаю.
   Стас кинул на него косой взгляд и застыл, позабыв о ведре и мокрых ногах. Синяк судорожно и как-то неумело начал открывать и закрывать рот, силясь что-то сказать.
   - Се...се... сует, - наконец, выдавил он из себя что-то похожее на слово.
   - Свет, - догадался Максим. - Тебе свет мешает?
   - Дхааа, - выдохнуло то, что недавно было Синяком.
   Максим погасил яркие лампы над прозекторским столом, оставив гореть только настольную лампу на тумбочке в углу и круглый плафон над дверью. В наступившем полумраке оживший труп выглядел не так жутко, и Петелин рискнул подойти ближе.
   - Он сейчас расскажет, кто его убил? - спросил тихонечко Стас, кивнув в сторону стола.
   - Не так всё просто. Он не в состоянии составлять предложения, поэтому допрос проведём, задавая вопросы на которые можно отвечать да или нет. И времени у нас в обрез: минут пятнадцать - двадцать.
   - Тебя вызвала во двор наша сотрудница, психолог? - сразу взял быка за рога Стас.
   - Дхаа...ах.
   - Она убила тебя?
   - Нее.
   - Мужчина?
   - Дха.
   - Ты его видел раньше?
   - Дха.
   - У нас? - чувствуя, что Синяк слабеет, Стас выпаливал вопросы, как из пулемёта.
   - Нее.
   - Наблюдатель? - вклинился Макс.
   - Да, - последнее слово допрашиваемый произнёс почти чисто.
   - Где нам их найти? - Максим понял, что остались последние секунды, и пошёл ва-банк.
   - Хас..., - выдохнул мертвец.
   - Ас, фас, раз, - стал перечислять Максим подходящие слова.
   - Да, - послышалось после того, как он сказал 'раз' и потом еле слышно, уже знакомое. - Сует.
   - Свет, - повторил Максим.
   - Раз и свет, - медленно произнёс Петелин. - Может быть, рассвет?
   - Да! - почти радостно прошептал Синяк, и тут же по его телу снова волной пробежала тень, он дёрнулся и застыл.
   - Всё, - вздохнув, объявил Максим. - Зови хозяев, а я пока поправлю кое-что.
   Он взялся двумя руками за голову Синяка и резко повернул. Снова что-то хрустнуло, и труп принял свой прежний вид. Осталось только закрыть глаза, что Макс и сделал плавным движением кисти в следующую секунду.
   На зов Стаса пришли двое: давешний малохольный и тот, что встречал их, крепкий мужик с перебитым носом.
   - Нашли, что искали? - спросил с ухмылкой битый.
   Петелин так посмотрел на него, что улыбка мгновенно растаяла, и он забубнил какие-то то ли оправдания, то ли извинения.
   - Ты прямо опытный патологоанатом, - заметил Стас, когда они отъехали от здания морга.
   - Только это тебя удивило? - усмехнулся Максим.
   - По части всякой мистики я уже начинаю привыкать, но то, как ты запросто с трупами управляешься, не ожидал.
   - Если разобраться, те же технологии, но принцип другой.
   - Так чего, мы теперь всех мертвецов будем допрашивать? Это ж как у нас раскрываемость подскочит. А там, глядишь, и в суде посмертные показания принимать начнут, тогда хана преступности.
   - Не торопись. Я тебе не зря про технологии говорил. На Синяка воздействовали при их помощи, а мы использовали остаточную энергию. Боюсь, такие жмурики слишком редко попадаются.
   - А с этого места подробнее пожалуйста.
   - То, что всплывает у меня в голове, самому плохо понятно. Но главная идея состоит в том, что вся вселенная погружена в многомерную сеть состоящую из различных полей. У неё есть узловые точки, где виды энергии превращаются один в другой. Способности человеческого мозга позволяют вмешиваться в эти процессы, получая нужный результат.
  Некоторые люди владеют этим: большинство на бессознательном уровне, но есть и профессионалы. Предполагаю, что Синяка, прежде чем убить, усмирили через сеть, поэтому мы смогли использовать энергию узловой точки, направленную на него, пока она была рядом.
   - Так ты мне сейчас про всяких колдунов и магов толкуешь?
   - Можно и так сказать. Хотя покажи ты Ивану Грозному его фотографию, в тот же миг тебя, как колдуна, в масле сварили, или живьём в землю закопали.
   - Понятно, - почему-то вздохнул Петелин, поднеся к уху мобильник.
   Фомина ответила сразу и стала что-то докладывать, но Стас оборвал её.
   - Потом успеешь всё рассказать. Выходи из управления, мы будем ждать за углом, у продуктового минут через пятнадцать.
   Надя выполнила инструкции и через двенадцать минут уже сидела на заднем сиденье.
   - Теперь докладывай, - разрешил Петелин, вливаясь в бесконечный поток машин, идущих по Садовому кольцу.
   - Свидетель нашёлся, - радостно, как будто отыскался давно пропавший родственник, выпалила Надя. - Пришлось нам, правда, по трущобам полазить, но мы его нашли. Алёша свой район, как пять пальцев знает.
   - Алёша - это капитан Беспалов, надо понимать? - уточнил Стас.
   - Так точно, - отрапортовала капитан Надежда Фомина и смутилась, а в Максиме почему-то проснулась ревность за брата, хотя ничего особенного в том, что два человека примерно одного возраста, три часа ползавшие вмести по развалинам стали называть друг друга по именам.
   - Ну и что поведал этот неуловимый свидетель?
   - Этот бомж по кличке Гриб, как личность свободолюбивая ни к одной семье не принадлежал, но со многими из них поддерживал дружеские отношения. В тот вечер (дата указана в протоколе) к семье Деревяшки прибились два приезжих мужика, которые и выставили к ужину несколько пузырей. Гриб тоже хотел сесть на хвост, но его прогнали. Делать было всё равно нечего, и он стал наблюдать за чужим счастьем. В ходе встречи, один из приезжих пошёл, что-то взять из машины, - тут Фомина подняла вверх палец, призывая к вниманию. - Это был коричневый микроавтобус без окон. Гриб от отчаянья решил покляньчить денег у мужика, но тот, услышав посторонний голос, выхватил здоровенный нож и кинулся к Грибу. Перепуганный бомж сумел удрать, а наутро решил проверить, чем всё кончилось, и увидел, что вся семья Деревяшки пропала. Конечно, они могли и просто уехать с этими мужиками, но никогда не бросили бы свои пожитки, среди которых были дорогие сердцу вещицы и просто ценные предметы. А главное, Гриб отыскал чью-то денежную заначку.
   - Примерно так я и предполагал, - скривив губы, процедил Петелин. - Вот только не пойму с кем мы имеем дело: с маньяками - садистами или работорговцами. Так или иначе, двигаем к операторам машинного доения.
   - Коровы-то тут при чём - спросил Максим.
   - Макс, ты что с луны свалился? - Фомина покачала головой. - Какие коровы? К гаишникам едем.
   - Увидишь наших доморощенных магов, которые при помощи своей полосатой волшебной палочки добываю деньги из воздуха, - рассмеялся Стас.
   Надя тоже посмеялась над этой немудрёной шуткой. Макс уже собирался обидеться, но Петелин, заложив крутой вираж, подъехал к дверям поста ГИБДД.
   Невдалеке стояли две служебных машины, что говорило о том, что внутри по крайней мере четыре человека. Так и оказалось, два сержанта, лейтенант и капитан, хотите верьте, хотите - нет, пили чай с сушками.
   - Привет честной компании, - громогласно поздоровался Петелин, показав удостоверение капитану. - Кто тут у вас самый главный?
   - Наверно, я, - отозвался капитан.
   - Извини, но мне нужен твой начальник, который командует всем этим направлением.
   - Подполковник Севостьянов, - снова отозвался капитан, - но он наверняка в такое время уже дома, и беспокоить его я вам не советовал бы.
   - Всё же я рискну, - весело ответил Стас и вышел из помещения.
   Нельзя сказать, что Прохоров был рад тому, что ему на ночь глядя надо решать непростые служебные вопросы.
   - Штук пятьдесят трупов я вам гарантирую, - убеждал его Петелин, - а возможно и больше.
   - Если результата не будет, - шипел в телефон полковник, стараясь соблюдать конспирацию, - пойдёшь к Севостьянову в подчинённые.
   - Так я ж не против, - хохотнул Стас, - хоть долги раздам.
   - Жди, - Прохоров грохнул трубку.
   С кем он говорил, история умалчивает, но через четверть часа на пост позвонил сам Севостьянов и, попросив к телефону подполковника Петелина, доложил о своей готовности приступить к работе немедленно.
   - Захватите с собой списки дежурств за последний год, - мягко попросил его Стас, не желая работать в конфликтной атмосфере.
   - В этом нет необходимости, - воспрял подполковник, почувствовав, что им не собираются помыкать на глазах у подчинённых, - всё есть в компьютере. Буду через полчаса.
   Севостьянов прибыл даже с опережением графика. Довольно ловко отыскал в компьютере всех, дежуривших в дни, совпадавшие с датами из списков Маши Ларионовой и капитана Фоминой. Народу набралось очень много. Если учесть, что гаишники никогда не отличались субтильной комплекцией, то в комнате буквально яблоку негде было упасть.
   Надя залезла на стул и, выкрикивая фамилии, раздавала копии списков с обведённым кружком даты, когда дежурил тот, кому вручался листок. Потом её сменил на стуле Петелин.
   - Внимание, - крикнул он перекрывая стоящий в помещении гомон, - два раза повторять не буду. Кто останавливал в указанные вам даты коричневый Форд - транзит и вспомнит это, получит поощрение по службе. Это гарантируем вам я и присутствующий здесь ваш начальник. Как вы разбирались с водителем, меня не интересует. Но если кто-то скроет этот факт, а когда мы поймаем преступников, а мы их обязательно поймаем, это выясниться, то пойдёте под суд.
  Итак: я вас слушаю.
   Присутствующие снова заговорили между собой, и, наконец, нашёлся желающий высказаться.
   - Вас только эти даты интересуют? - неуверенно спросил старший лейтенант.
   - Почему спрашиваешь? - Стас соскочил со стула и, раздвигая людей, подошёл к говорившему.
   - Мы с напарником, его сейчас тут нет, два дня тормознули похожую машину часа в четыре утра.
   - Где мы можем поговорить? - обернулся Петелин к подполковнику.
   - Да тут и поговорите, - ответил тот и повернулся к подчинённым. - Все на выход, не расходиться и напрягите извилины.
   Слегка толкаясь в дверях, милиционеры дружно покинули помещение поста и на воле с облегчением дружно задымили сигаретами.
   - Кто напарник? - первым делом спросил Стас.
   - Сержант Зуев, - ответил за своего подчинённого Севостьянов, проявив знание личного состава. - Его в списке не было он у нас всего месяц, но сейчас мы ему позвоним.
   - Вот спасибо! - выразив так свою благодарность подполковнику, Стас сел за стол и жестом показал на стул напротив старшему лейтенанту. - Садись и рассказывай всё подробно.
   - На этом самом посту мы и дежурили, - с неохотой начал рассказывать тот. - Я в помещение отлучился, пить захотел, и не знаю точно почему Зуев этот форд тормознул. Проверили документы. Фамилия ещё была простая, Манюхин, что ли.
   - Может, Матюхин? - спросил Петелин.
   - Точно, Матюхин! - с восторгом согласился старлей, глядя на Стаса, как на фокусника.
   - Молодец, - подбодрил его Петелин, - хорошая память в нашем деле очень важна.
   - Я внутрь заглянул, там ещё четыре человека спали.
   - Ты уверен, что спали?
   - Абсолютно. Храпели, как кони, и водкой разило. Я даже водителя попросил дыхнуть, но он точно не пил. Зато второй, что в кабине сидел, тоже датый был.
   - А как они выглядели?
   - Ну, мужики и мужики, ничего особенного. Можно, конечно, попробовать фоторобот составить, но особых примет не было.
   - Это потом, - нетерпеливо оборвал его Стас, - давай дальше.
   - Собственно и всё, - пожал плечами старлей. - Водитель объяснил, что односельчан из города везёт, мы его и отпустили.
   - Село называл.
   - Нет, - милиционер на секунду задумался и замотал головой, - точно, нет.
   - Сколько вы с них взяли? - резко спросил Петелин, самим тоном давая понять, что вранья не потерпит.
   - При мне ничего не было, - замялся старший лейтенант, - я сразу к машине пошёл.
   - Товарищ подполковник, - просительным тоном произнёс Стас, - вы там не узнаете, может ещё кто что-нибудь вспомнил.
   - Нет вопросов, - Севостьянов с готовность вышел из комнаты и через открытую форточку донёсся его командный голос.
   - Ну, так сколько? - ещё раз спросил Петелин.
   - Пятьсот, - выдавил милиционер.
   - Теперь вы всё это с капитаном Фоминой на бумаге оформите, - улыбнулся Стас. - Ну, а про деньги, как и обещал, забудем.
   Старший лейтенант, облегчённо вздохнув, с головой ушёл в работу, а подполковник с улицы привел ещё парочку. Они, правда, форд не останавливали, но клятвенно заверяли, что мимо них автомобиль проезжал и не один раз. Их показания тоже оформили, хотя это практически ничего не прибавило.
   - Отлично поработали, подполковник, - Стас от души пожал Севостьянову руку на прощанье.
   Они стояли на пустеющей площадке около поста.
   - Одно дело делаем, - скромно ответил тот и добавил со смешком. - Но вы Алексею Сергеевичу это не забудьте сказать.
   - А как же, завтра же и доложу.
   - Вы куда сейчас? - поинтересовался подполковник и кивнул в сторону давешнего старлея, ожидающего приказа. - Мои ребята проводят вас с ветерком.
   - Не надо, - великодушно отказался Стас, - мы в Григорьевск.
   - Нет проблем, - воодушевился Севостьянов, - проводят до Григорьевска.
   - Пусть отдыхают, - снова отказался Петелин. - Шоссе пустое, доедем.
   - Ну, как знаете, - подполковник ещё раз пожал Стасу руку, кивнул остальным и пошёл к своему автомобилю.
   - А мы в Григорьевск, - Петелин махнул в сторону шоссе ведущего в противоположном от Москвы направлении. - В нашем распоряжении, а значит и у похищенных бомжей, почти не остаётся времени.
   - Если вообще есть, - угрюмо заметила Фомина. - Может, стоит позвонить местным? Им всё же ближе.
   - Пока они раскачаются и соберутся, то ж - на то ж и выйдет, - возразил Стас. - А мы, бог даст, через пару часов будем уже на месте.
  
   Пожар на Лысой горе
  
   Стас глянул на часы, которые чёткими зелёными цифрами показывали, что в такое время все порядочные люди уже спят, тяжело вздохнул и стал искать в памяти мобильника телефонный номер.
   - Слушаю, - устало, но спокойно ответил на звонок, вырвавший его из объятий Морфея, Толстопятов.
   Если он и был раздражён, то виду не показывал. В такое время полковнику милиции мог позвонить, только человек сверху, и только по делу.
   - Здравствуйте, Игорь Степанович, - раздалось в трубке. - Это Петелин вас беспокоит. Извиняться не буду, дело слишком серьёзное.
   - Какие извинения, подполковник. О чём вы говорите. Я весь внимание.
   - Вышли мы на серию, в которой предположительно десяток трупов.
   - У меня в районе? - чувствовалось, что полковника проняло.
   - Помните братьев Матюхиных?
   - Конечно.
   - Так вот, вы и ваши подчинённые как раз и вывели нас на их след.
   - Чем могу помочь? - голос Толстопятова повеселел.
   - Мы по дороге в Григорьевск, точнее на ферму Матюхиных. Будем там, - Стас бросил взгляд на часы, - через час. Нужно постановление на обыск, эксперты и силовая поддержка.
   - Лично займусь этим, - голос полковника был бодр и свеж, куда делась недавняя сонливость. - А обыск можете начинать сразу. Живут они там незаконно, дома и хозяйственные постройки отошли к городу, после ликвидации торфоразработок. Я это ещё с прошлого раза помню.
   - Очень хорошо, - голос у Петелина был довольный. - Тогда, до встречи.
   - Собираю народ и за вами.
   - Чего доброго, он нас ещё и опередит, - весело выкрикнул Стас, прибавляя газу. - Не допущу!
   Летящее в свете фар навстречу шоссе, с периодически пробегающей по нему синей полосой от мигалки, создавало фантастическую картинку.
   - Я догадывалась, что ты ненормальный, но не до такой степени, - крикнула Надя, вцепившись в кресло двумя руками, когда стрелка спидометра приблизилась к цифре сто пятьдесят.
   - Хорошо, что полковник про Матюхиных знает, - заметил Макс.
   - Это почему, хорошо? - не выдержал и спросил после паузы Петелин.
   - Если мы не доедем, будет кому их остановить.
   - Ладно, уговорили, - рассмеялся Стас, сбрасывая скорость до ста двадцати.
   На ферме они были первыми. Василий их приезд воспринял спокойно, а Трофим был в отъезде на том самом коричневом форде. Надя осталась в доме с хозяевами, а Макс со Стасом обежали всю ферму в поисках похищенных людей. Но не нашли даже никакого намёка на их присутствие.
   - Ничего нет, - удручённо сказал Петелин, раскидав мешки с комбикормом в небольшой сараюшке у самых ворот.
   - Здесь убили много людей, - Макс говорил глухим голосом, как будто что-то перекрывало ему горло, мешая произносит слова.
   - Так где же их тела? - взорвался Стас.
   - Не знаю, но кого-то сильно напуганного вечером увезли отсюда в лес.
   - Чего же ты раньше молчал? Садись в машину. Я сейчас. Стас сбегал в дом, приказал Фоминой дожидаться милицию (им, мол, с Максом нужно отлучиться на минутку) и вернулся к напарнику.
   - Показывай, - скомандовал он, выводя машину за ворота.
   Макс указал в левую сторону, Петелин повернул и сразу остановился. Дороги не было. Приглядевшись, они увидели в свете фар чуть заметную колею, уходящую вдоль ограды. Ехать пришлось очень медленно, то и дело, отыскивая по запаху страха две едва видимые полоски. Был момент, когда они минут пятнадцать ездили по сосновому лесочку, не находя следа. - Где твой хвалёный нюх? - рычал Стас, стараясь хоть что-нибудь разглядеть на плотной подушке слежавшихся иголок. - Если пленник теряет сознание, он не испытывает страха, и след пропадает.
  Наконец колея нашлась и повела их на вершину холма, а вскоре вернулся и запах страха, подтверждающий правильность направления. Но настал момент, когда они разделились: следы форда вели прямо, а чувства Макса требовали свернуть направо. Петелин выругался, но повернул. Правда, ехать им пришлось недолго, метров через сто путь преградили два здоровенных валуна, которые невозможно было объехать, а сдвинуть их не смог бы даже трактор. Стас заглушил двигатель, подождал, пока Макс выберется наружу, выпрыгнул следом и кинулся следом, не забыв, несмотря на спешку запереть автомобиль и включить сигнализацию. Метрах в двухстах, на самой верхушке холма, почему-то совершенно свободного от растительности, стоял дом ветхий, как и всё в этих местах. Бежать было легко, из-за облаков выглянула луна настолько яркая, что фонарик Стаса стал совершенно бесполезен. Зато он очень пригодился внутри дома, где закрытые ставнями окна совсем не пропускали свет снаружи.
  - Куда? - хрипло спросил Петелин.
  Макс пожал плечами и показал вниз. Стас рывком отодвинул стол, стоящий посреди комнаты, и под ним обнаружился люк, ведущий в подпол. Сверху он был закрыт покрытой ржавчиной задвижкой, которую Макс не без труда отодвинул и взялся за металлическое кольцо. Петелин освещал пол фонарём, держа в другой руке пистолет и с опаской поглядывая по сторонам.
  - Охраняй, - приказал он Максу, когда люк со скрипом открылся и сунул ему невесть откуда появившийся ещё один пистолет чуть меньше первого.
  В подвал вела не лесенка с перекладинами, а полноценная деревянная лестница с неширокими ступеньками, сначала тянущаяся вдоль стенки, а потом под прямым углом поворачивающая вглубь подвала. И Стас, осторожно ступая, стал спускаться вниз по скользким прогнившим доскам. Он ощупывал ногой каждую ступень, прежде чем перенести на неё тяжесть всего тела, но тут луч фонарика, которым Петелин периодически обшаривал подвал, наткнулся на человека, закутанного в одеяло. Это событие притупило его осторожность, и как всегда бывает, именно та ступенька оказалась гнилой. Доска треснула, нога провалилась, и Стас кубарем покатился вниз. Этот шум привлёк Максима, он заглянул внутрь люка, пытаясь понять, что происходит, и тут же получил сильнейший пинок сапогом. Ботинок застрял между полом и откинутой крышкой люка, поэтомы Макс не нырнул рыбкой с трёхматровой высоты, а упал на лестницу. Последовал ещё один удар, ногу пронзила острая боль, ботинок соскочил и Максим покатился вниз следом за Петелиным. Спасло их то, что перила на повороте выдержали удар и остановили падение.
  - Твою мать, - выругался Петелин, когда Макс со всего маху рухнул на него. - Тебе-то чего здесь надо?
  - Я не сам, - пробормотал Максим.
   В подтверждение его слов крышка люка захлопнулась, и лязгнула задвижка. Стас подобрал фонарик и посветил вверх, но и так было ясно, что их заперли. Послышался какой-то булькающий звук, и в воздухе остро запахло бензином.
  - Вниз! - крикнул Петелин, схватил Максима за руку и, позабыв о всякой осторожности, потащил по лестнице в глубину подвала, прыгая по ступенькам.
  - Что это было? - задыхаясь от рывка, спросил Максим.
  - Нас хотят поджарить, - ведя фонариком вдоль стен, объяснил Стас. Почти в ту же секунду наверху затрещало, и через щели повалил белый удушливый дым.
   - Туда, - показал он фонариком в самый дальний угол подвала, где сидел закутанный в одеяло человек.
  При их приближении пленница (вблизи уже можно было разглядеть, что это женщина) испуганно отодвинулась в сторону. А пол политый бензином уже полыхал вовсю. Петелин снял куртку, отодрал подкладку и, разорвав её на две части, сунул одну Максу.
   - Дыши через материю, - сипло сказал он, - стены тут земляные, огонь может и не достать, а вот задохнуться мы можем.
  Тем временем загорелись брусья, подпирающие лестницу. Они, наверное, не успели ещё сгнить, а может, на них попало немного бензина сквозь щели люка. На этом костре гнилые ступеньки выдали столько дыма, что матерчатые фильтры перестали помогать. Стас ещё раз огляделся и увидел около женщины пластиковую бутыль с водой.
  - Смочить тряпку, - послышался его голос сквозь кашель.
  Этим объяснением он хотел успокоить пленницу, но та от страха уже ничего не понимала. Увидев метнувшуюся в её сторону огромную фигуру, она с диким воем кинулась в единственно свободную сторону - к лестнице. В то же мгновение обгоревшие брусья не выдержали, и всё пылающее сооружение рухнуло прямо на неё. Петелин хотел ринуться на помощь, но тут начал рушиться прогоревший пол, окончательно похоронив жертву в пылающем костре.
  На какое-то время дышать стало легче, зато жар стал почти непереносимым. Стас, а за ним и Максим, всё сильнее прижимались к холодной земляной стене, но и это уже не спасало. Тем временем, разраставшийся пожар выжег кислород из воздуха, и дышать стало просто нечем. Как ни странно, первым потерял сознание могучий опер.
  Долго ждать Григорьевских милиционеров Наде не пришлось. Два вездехода, прозванных в народе козлами, въехали в ворота фермы меньше чем через двадцать минут после отъезда Петелина и Макса. Толстопятов в последнюю минуту решил остаться в городе, послав вместо себя преданного человека: мужа племянницы, капитана Теплова. С ним приехали судмедэксперт, два водителя и четыре вооружённых калашами милиционера.
  Василий Матюхин к приезду новых людей отнёсся равнодушно: глянул в окно и вернулся к столу, на котором кипел самовар.
  - Опять Трошку ловите? - укоризненно покачав головой, Василий вздохнул. - Напрасно всё это, не виноватый он ни в чём.
  Жена его с шумом тянула чай из блюдечка и, кроме мужа, никого и ничего вокруг не замечала. Надежда вышла на крыльцо, не спуская глаз с мирной на вид парочки.
  - Капитан Теплов, - представился старший прибывшей группы и сходу показал, что признаёт старшинство столичной гостьи. - Поступаем под ваше начало, приказывайте, что делать.
  - Капитан Фомина, можно Надя, тем более что мы в одном звании, - решила снизить официальный градус Надежда. - Тогда зовите меня Матвеем, - улыбнулся в свою очередь капитан и протянул ладонь для рукопожатия.
  - Наша задача обыскать ферму и ближайшие окрестности в поисках похищенных людей, - перешла к делу Фомина. - И приставьте кого-нибудь к хозяевам, чтоб из дома ни ногой. - А где подполковник? - осторожно спросил Теплов и огляделся, словно ожидая, что тот сейчас выйдет из-за угла.
  - Они со стажёром отъехали проверить появившуюся новую информацию. Капитан удовлетворился этим объяснением и пошёл отдавать приказы своим людям, поджидавшим у автомобилей. Прибывшие разбились на пары, капитан отвёл им рабочие участки, а сам вернулся в дом.
  - А здесь нам с вами работать, - улыбнулся он Фоминой.
  Надежда и не надеялась найти что-нибудь в доме. Так и получилось. Куча старомодной, вытертой, но чистой одежды, в болгарском полированном платяном шкафу, которому было не меньше тридцати лет, разнокалиберная посуда в пузатом буфете и старенькие ковры и половички по всему дому, которые не скрывали никаких тайников.
  - Должно же хоть что-то быть! - Надя со злостью стукнула кулаком правой руки в раскрытую ладонь левой.
  - Пойдёмте, узнаем, что у остальных, - Теплов с сочувствием посмотрел на коллегу. - И не переживайте вы так, мы только начали.
  Но и его коллеги не могли похвастаться успехами. Фомина была уверена, что они не ошиблись, но убивать Матюхины могли в другом месте, найти его среди местных лесов и болот шансов было мало. Вся надежда была на то, что Стас не зря поехал куда-то со стажёром.
   - Пожар, - неожиданно сказал, стоящий в дверях дома молоденький милиционер с автоматом.
   - Что? - Его слова вывели Надю из задумчивости.
   - Пожар, говорю, - парень махнул рукой в дальний конец фермы. - Похоже, лес горит.
   Все, кто находились поблизости, посмотрели в том направлении и увидели чуть заметный отблеск разгорающегося пламени. Милиционеру с крыльца открывалась более широкая перспектива, поэтому он первым и заметил огонь.
   Сержант, поджарый мужчина лет пятидесяти с пышными усами, водитель одной из машин, неожиданно легко взбежал по ступенькам и стал вглядываться в темноту. Хотя и светила луна, Надя не могла понять, что он там мог разглядеть.
   - Это не лес горит, а сторожка на Лысой горе, - уверенно заявил водитель.
   У Надежды что-то оборвалось внутри.
   - Откуда вы знаете?
   - Так я ж охотник, - ухмыльнулся сержант. - Каждую кочку своими ногами попробовал.
   - На машине туда добираться долго?
   - В объезд далеко, а через лес дороги нет.
   - Короче, можете отвести нас туда? Мои друзья в беде.
   - Ночью..., лесом..., - водила с сомненьем покачал головой, - можно попробовать.
   - Почему вы так уверены, что подполковник там? - скептически спросил Теплов, когда Надя попросила выделить её машину с тем самым водителем.
   - Как надёжнее всего уничтожить улики? - ответила она вопросом на вопрос. - Здесь мы ничего не нашли, а вот Петелин, похоже нашёл.
   - Поедем на двух машинах, - скомандовал капитан, аргументация коллеги явно на него подействовала. - Калинин и Деревянко остаются приглядывать за хозяевами, остальные по местам.
   В головной машине вместе с сержантом - охотником поехали Надя и Теплов, во второй - эксперт и два милиционера. До холма, прозванного в народе Лысой горой за абсолютно голую каменистую верхушку, добрались легко. Помогла луна, освещавшая лес не хуже фонаря. Но тут везение кончилось: неожиданно резко задул ветер, принеся с собой облака, закрывшие наглухо ночное светило, и начал накрапывать мелкий дождик. Скорость резко упала, а вскоре головная машина и совсем остановилась.
   - Ничего не видно. Дождь мешает, - сокрушённо объяснил водитель. - Вы товарищ капитан садитесь за руль, а я вперёд пойду, буду дорогу показывать.
   Он достал откуда-то плащ - палатку, включил фонарь и выскочил из машины. Дело своё сержант знал, хоть и медленно, но они добрались-таки до вершины холма, и тут же наткнулись на запертый джип Петелина. Стало ясно, что искать их нужно возле горящей сторожки. Дождь припустил не на шутку, и Теплов предпочёл остаться в автомобиле.
   - Слесаренко, - скомандовал он водителю, - возьми кого-нибудь из ребят и проводи капитана к дому.
   Надя, не дожидаясь попутчиков, бегом устремилась к дому, ориентируясь на ещё не прибитые дождём огненные сполохи. Выбежав на свободное от растительности пространство, она резко остановилась. Вместо дома Фомина увидела кучу обгоревших досок вокруг чёрной, закопчённой печки. Пламя иногда ещё вырывалось откуда-то снизу, но тут же гасло под действием дождя и ветра. При одной из таких вспышек Надя разглядела тёмную фигуру, стоящую в стороне чуть ближе к дому.
   - Где они? - спросила Фомина хрипло, почему-то уверенная, что человек поймёт, о чём она спрашивает.
   Незнакомец ничего не ответил, только показал рукой на кучу тлеющих досок, а в следующую секунду резко повернулся, вскидывая вверх неестественно длинную руку. Надя даже не успела испугаться. Три выстрела слились в один, и тут она поняла, что всё ещё жива. Первым успел выстрелить сержант, на деле доказав, что он хороший охотник. Трофим, получив пулю в лоб, ещё успел нажать на оба курка обреза, но картечь ушла в землю.
   - Спасибо, - тихо сказала Надя.
   - Не за что, - улыбнулся милиционер, как - будто не спас ей только что жизнь, а оказал не стоящую внимания мелкую услугу.
   На выстрелы прибежали оставшиеся в машинах милиционеры во главе с капитаном.
   - Что здесь происходит? - строго спросил Теплов сержанта.
   - Вот этот, - водитель махнул в сторону Трофимова тела почти не заметного на тёмной земле, - подстрелить нас хотел. Пришлось... на поражение.
   - Вы целы? - обернулся капитан к Надежде.
   - Всё в порядке, - ответила та негромко, но уже уверенно.
   Один из милиционеров осторожно приблизился к Трофиму, откинул ногой в сторону обрез и попытался нащупать у него пульс на шее, но увидел, куда попала пуля, и оставил эти попытки.
   - Готов, - сказал он, выпрямляясь, - прямо промеж глаз.
   Надя подошла ближе к пожарищу и осветила его мощным фонарем, полученным от водителя. Среди обгоревших досок она увидела обгоревший ботинок.
   - Туда нельзя, - твёрдо сказал Слесаренко, добровольно взваливший на себя функции Надиного телохранителя, и придержал её за локоть, - пол сгорел, в любую секунду может обвалиться.
   Он поднял подгоревшую с одной стороны, но ещё крепкую доску, и ловко орудуя ею, подкатил ботинок почти к самым ногам Нади. Девушка подняла его, обтёрла ладонью и увидела две чёткие продольные простроченные полоски идущих к углам затупленного носка.
   - Максим, - охнула она, вспомнив, как стажёр недавно хвастался своим новым приобретением. - Это обувь Максима. Значит, их убийца говорил правду.
   Водитель только крякнул в ответ и шумно вздохнул. Надя повернулась на сто восемьдесят градусов и, никого не замечая, медленно пошла к машинам, прижима к груди покрытое сажей подтверждение слов Трофима Матюхина. В автомобиле она села на заднее сиденье и застыла, глядя прямо перед собой.
   Через несколько минут в ГАЗик заглянул капитан Теплов.
   - Я связался по рации с МЧС, они скоро подъедут и обследуют сгоревший дом. Только тогда мы сможем узнать, что случилось с вашими товарищами.
   После этих слов Надя закрыла лицо руками и тихо заплакала.
  
   Воскрешение
  
   Увидев, как Стас потерял сознание, Максим совсем растерялся. Он схватил друга одной рукой за шиворот и потащил в самый дальний тёмный угол подвала. Дело это было не простое, весу Петелин был не малого, а обмякшее безвольное тело, казалось вообще не подъёмным. Кое-как Макс осилил несколько метров и тут обнаружил, что в самом углу в стене есть довольно большая выемка. Он затащил туда Стаса, втиснулся сам и огляделся. Белый дым, как змея за добычей, полз за ними. Макс щедро полил из бутылки лицо Петелина, глотнул немного сам и намочил край куртки, чтобы дышать через неё, когда придёт время. Но всё пошло не так, как он предполагал. Непонятно откуда появилась чёрная пелена, закрывшая от него вид на горящий подвал. Почему-то Макс совсем не испугался, когда она подобралась к их убежищу, а наоборот улыбнулся. Так с улыбкой на лице он и отключился. Он уже не слышал, как подъехала милиция на двух машинах, как Трофим устроил перестрелку с Слесаренко, и не заметил, как весьма своевременно начавшийся ливень не дал пожару разгореться.
   Чёрная текучая масса проступила на срезе обрыва, начинавшегося сразу за забором сторожки. Она плавно скользнула вниз и замерла на огромном плоском валуне. Через некоторое время дождь прекратился, среди облаков блеснули звёзды, вдали на востоке заалело, и небо начало сереть, теряя ночную мрачность. И тут же чёрное пятно стало таять прямо на глазах. Сначала проявились четыре ноги в трёх ботинках, потом грязные джинсы, затем драные рубахи, и, наконец, в неверном утреннем свете забелели два лица.
   Первым очнулся Петелин, он потряс головой, повернулся на бок и с усилием сел. Стас огляделся, потёр рукой лоб, надеясь, что это хоть как-то прояснит мысли, но возвышающийся над ним обрыв и уходящая к ещё плохо видимому горизонту цепочка болот, перемежаемая редколесьем, не вызывали никакого отклика в памяти.
   - Где мы? - хрипло спросил он, заметив, что товарищ по несчастью открыл глаза.
   Макс приподнялся на локтях, глянул на болота, потом, запрокинув голову, посмотрел на обрыв. Светало быстро, и он умудрился рассмотреть разгоняемые ветерком клубы дыма на вершине холма.
   - Кто-то помог нам выбраться из подвала, - сказал он с натугой и закашлялся, потом повернулся к Петелину. - Случаем не ты?
   - Не...е, - прохрипел Стас, - я сам пару минут, как оклемался.
   Максим, вдруг, приложил палец к губам и прислушался.
   - Наверху люди! - воскликнул он и резво вскочил на ноги.
   - Тихо ты, - прикрикнул на него Петелин, - эти люди нас чуть не спалили.
   - Товарищ старший сержант, - послышалось сверху, - тут без специального снаряжения не спустишься.
   - Наши! - уже не скрываясь, крикнул Макс.
   - Похоже, - буркнул Стас, убирая в кобуру пистолет, неизвестно как появившийся у него в руке.
   - Мы здесь, внизу! - закричал Максим, приплясывая на камне и размахивая руками.
   Их заметили, и вскоре подоспела помощь. Две тёмные фигуры появились не сверху, а откуда-то сбоку.
   - А мы вас уже похоронили, - с не очень подходящим к словам весельем в голосе сказал усатый мужичок в милицейской форме, обутый не по уставу в резиновые сапоги.
   - Мы и сами так думали, - отозвался Петелин, - да вот, выбрались.
   - На обрыв не взобраться, - пояснил сержант (Макс, приглядевшись, смог рассмотреть лычки на погонах), - есть обходная тропка.
   Он пошёл впереди, следом оба москвича, а замыкал процессию, так и не сказавший пока ни слова, рядовой с автоматом.
   - Мы спасаемые или задержанные, - спросил Стас, оглянувшись на вооружённого замыкающего, и чуть не упал, поскользнувшись на мокрой траве.
   - Будешь много болтать вместо того, чтобы под ноги смотреть, тебя и правда спасать придётся, - добродушно усмехнулся в усы сержант. - А чего с вами делать сейчас капитан скажет.
   Круг пришлось дать приличный, зато идти было не тяжело. Конечно все, кроме сержанта, по паре раз упали в мокрую траву, но расстроило это только рядового милиционера, московским гостям испачкать одежду уже не грозило. И вышли они точнёхонько к автомашинам. Сержант деликатно постучал в дверцу крайней и что-то прошептал на ухо, выглянувшему оттуда человеку.
   Дальше, как взорвалось. Из машины вылетели незнакомый капитан и заплаканная Надя с головешкой в руке. Она безумным взглядом посмотрела вокруг и кинулась к стоящему ближе всех Максиму.
   - Господи, - воскликнула она, прижимая растерявшегося стажёра к груди, - я же думала, вы сгорели.
   - Вы испачкаетесь, - пробормотал Макс, пытаясь отстраниться.
   - Дурак ты, стажёр, - съехидничал подошедший Петелин, - есть возможность пообниматься с красивой женщиной, пользуйся. А вот я не против.
   - Перебьёшься, - пришедшая в себя Надя ткнула в грудь кулаком раскинувшего для объятий руки Стаса и протянула Максиму то, что недавно было его туфлей. - Не разбрасывай обувь где попало.
   - Разрешите представиться, - вклинился в разговор офицер, командовавший местными милиционерами, обращаясь к Петелину, - капитан Теплов, руководитель группы, присланной вам в помощь.
   - Очень вовремя, капитан. Тут где-то, - Стас кивнул в сторону леса, - преступник прячется, который поджарить нас хотел. Думаю, Трофим Матюхин....
   - Уже не прячется, - оборвала его Надя, - убит при задержании.
   - Лихо, - присвистнул Петелин. - И кто ж его?
   - Сержант Слесаренко, - отрапортовал усатый проводник, приложив ладонь к козырьку.
   - МЧС, думаю, можно домой завернуть? - снова заговорил Теплов. - Пожар почти закончился, а искать больше некого.
   - Есть кого, - сразу помрачнел Стас, вспомнив о погибшей под горящими обломками лестницы женщине, и махнул рукой. - Идём, посмотрим, что там осталось.
   Смотреть-то, как раз, было и не на что. Чёрные обгорелые брёвна и доски, образующие подобие скелета дома не скрывали ямы, заполненной углями, образовавшейся на месте пола. Иногда лёгкий ветерок сдувал с головешек пепел, и тогда по всему пути его дуновения вспыхивали бордовые огоньки, создавая впечатление предсмертной судороги раненного зверя.
   - Трофим где? - мрачно спросил Петелин, отвернувшись от пожарища.
   - В его же Форд и положили, - в тон подполковнику ответил Теплов и, предваряя следующий вопрос, добавил. - Кузов уже хозяином раньше вымыт был тщательно с хлоркой, улики не уничтожим.
   - Оставь, кого-нибудь МЧСников дождаться, там, в подвале труп женщины. Предположительно из последней партии похищенных. А мы на ферму, хозяев дожимать. Жена Василия вполне может расколоться. Грязные вот только, - Стас оглядел себя, - а сменку не прихватили - торопились очень.
   - Обратно через город придётся ехать, сквозь лес после дождя не пробиться, - заметил Теплов, - там что-нибудь придумаем.
   На обратном пути пришлось съехать с бетонки на обочину, чтобы пропустить тяжёлые грузовики МЧС. Тут они и получили подтверждение прогнозу Слесаренко, что лес стал непроходим даже для внедорожников. И если импортный джип Петелина выбрался назад на дорогу минут через пятнадцать, то милицейский УАЗик застрял капитально.
   - Может дёрнуть? - с сочувствием спросил Стас.
   - Сами справимся, - махнул рукой Теплов, наблюдая, как подчинённые рубят кусты и ветки. - Езжайте, мы вас догоним.
   Петелин поколебался несколько секунд, но решил, что дело не терпит, сел за руль и медленно двинулся вдоль просеки. Надо было очень внимательно следить за дорогой, каждая лужица могла обернуться огромной промоиной в разрушенной непогодой и временем бетонной плите покрытия. И тут уж не помогли бы даже чудеса зарубежного автомобилестроения. Бог помог, и до трассы добрались без приключений.
   - Я заслужил плотный высококалорийный завтрак, - объявил Стас, завидев придорожную шашлычную.
   - Перебьёшься, - без всякого почтения к начальству отрезала Надежда. - Ты когда на себя последний раз смотрел? Да вас с Максом даже на порог не пустят. Стас только тяжело вздохнул, признав тем самым справедливость её слов, и не снижая скорости, промчался мимо.
   Приоделись они в магазине, продающем спортивную одежду. Тренировочные костюмы с гордыми буквами СССР на груди местного производства сидели не очень ладно, зато были чистыми. Там же Петелин купил две пары солдатских носков и Максиму дешёвенькие тапочки. Выполнив это первоочерёдное дело, Стас прямо в дверях магазина начал крутить головой, отыскивая подходящую вывеску. Но его мечты снова развеяла Фомина, появившаяся из соседнего продуктового магазинчика с большим полиэтиленовым пакетом.
   - Быстренько в машину, - весело сказала она и подняла вверх пакет. - Всё здесь в дороге перекусим.
   Петелин явно рассчитывал на более существенный завтрак, но стерпел и молча уничтожал немудрёные бутерброды с варёной колбасой, запивая их Колой. Надежда уверенно вела машину, иногда с улыбкой искоса поглядывая на своего начальника.
   В воротах фермы их встретил милиционер с заспанной физиономией. Он, похоже, проснулся от шума двигателя и сейчас пытался привести себя в порядок, застёгивая пуговицы и лихорадочно засовывая в брюки выбившуюся рубашку. Эксперт, появившийся на крыльце дома, первым делом пожаловался, что старый, продранного в нескольких местах дивана - не самое лучшее место для отдыха, особенно в его возрасте.
   - А что-нибудь по делу вы можете нам сказать, - в голосе Петелина зазвучал металл. - Вы хоть что-то нашли?
   - Ничего тут нет, - решительным голосом объявил он, обращаясь к Петелину, которого помнил ещё прошлому посещению Григорьевска. - Всё обыскали, даже намёка на трупы не обнаружили. Если они кого и убивали, то делали это где-то в другом месте.
   - Может вы и правы, - не стал спорить Стас, - одну жертву мы обнаружили в сторожке, но, к сожалению, женщина погибла при пожаре.
   - Здесь было много смертей, - неожиданно вмешался в разговор Максим, - последних убили совсем недавно.
   - И на каком основании вы делаете такой неожиданный вывод? - саркастически ухмыльнулся эксперт.
   - Считайте это интуицией профессионала, - резко ответил за стажёра Петелин, - именно то чего вам так не хватает.
   - С такими материями я не привык работать, - криво улыбнулся эксперт.
   - Вас как зовут? - оборвал его Стас.
   - Масленников Евгений Петрович.
   - Так вот, Евгений Петрович, - тон Петелина не предвещал ничего хорошего, - будем землю носом пахать, но пока не найдём улики, отсюда не уедем, - Стас повернулся к милиционеру. - Где твой приятель?
   - В доме, за хозяевами присматривает.
   - Пристегните их наручниками понадёжней, и оба ко мне.
   Через пару минут весь небольшой отряд стоял перед подполковником, ожидая проказа. Но с самого начала всё пошло не по плану.
   - Осмотрите загон для свиней, - приказал Петелин милиционерам.
   - Я участвовал в осмотре, нас четверо было, и ничего не нашли, - заявил розовощёкий пацан, до этого охранявший чету Матюхиных.
   - Почему тогда ноги чистые? - строго спросил Стас.
   - Ну, мы в самое гавно не лезли, - пробормотал милиционер.
   - А сейчас полезем, - Петелин повысил голос. - У них тут должны быть резиновые сапоги.
   - Я видел в разделочном цеху, - вставил эксперт.
   - В каком цеху?
   - В разделочном. Вон тот сарай. Туши они там обрабатывают и хранят, а ещё фарш делают. Там сапоги я и видел.
   Стас с помощниками и эксперт направились в разделочный цех, а оба милиционера, посомневавшись, остались во дворе. В воротах, занимающих пол стены сарая, была небольшая дверь с навесным замком. Сейчас замок был не заперт, а просунут дужкой в петли, чтобы дверь не распахнулась от сквозняка. Эксперт вышел вперёд, вынул замок из петель и первым вошёл внутрь. Пошарив по стене, он щёлкнул выключателем и в сарае две сильных лампочки осветили нутро сарая.
   - Ни хрена себе, - присвистнул Петелин, оглядев помещение, - да тут с трупом что угодно можно сделать. А болота, вон они - под боком.
   Макс уже был в цеху в прошлый раз, когда искали жену городского бонзы, поэтому реагировал спокойно, но запах смерти тут был ощутим почти физически.
  Он поймал вопросительный взгляд Стаса и незаметно кивнул ему.
   - Вы трое, - приказал подполковник спутникам, - осмотрите всё здесь ещё раз. Обнюхайте каждый сантиметр, но чтобы был результат. А я с бравыми молодцами пойду навоз копать.
   Отдав приказ, Петелин взял две пары резиновых сапог, вилы и лопату, стоящие в углу, и вышел. По тому, что одна пара сапог осталась на месте, Максим сразу понял, кто пойдёт внутрь загона.
   Надежда с экспертом занялись холодильниками, выкладывая на стол пакеты с готовой продукцией, а Максим, начав от дальней стенки, добросовестно, сантиметр за сантиметром осматривал пол и стены. Мясорубку, разделочные столы и инструменты он оставил напоследок. Прошло около получаса, но результатов, пока, никаких не было. Делали всё молча, начиная злиться на Петелина за бессмысленную работу, когда в дверь буквально ворвался виновник всеобщего уныния.
   - На что это похоже? - торжествующим голосом произнёс он, поднеся к носу эксперта какую-то корягу всё в ошмётках налипшего навоза.
   - Мандибули, - тихо, почти шёпотом сказал Масленников.
   - Чего? - изумлённо переспросил Петелин.
   - Нижняя челюсть человека, - объяснил торопливо эксперт.
   - То-то, - назидательно сказал Стас и прополоскал кость в стоящем у двери ведре с водой.
   Только теперь Макс понял, почему не узнал столь приметную часть человеческого скелета: в челюсти не было ни одного зуба.
   - Айда, спросим доброго дяденьку, откуда у его хрюшек такая необычная игрушка? - азартно крикнул сыщик, выбегая из сараюшки.
   Как ни странно у Василия нашлось вполне правдоподобное объяснение.
   - Как у Трошки жена померла, - в голосе Матюхина не слышно было никакого беспокойства, - мы работника из бомжов взяли. Что там в загоне произошло, не знаю, может сердце прихватило у него, может ещё чего, только на живого человека свиньи не кидаются. Когда мы нашли его, одни ошмётки остались. Чего собрали - в болото покидали, а это, - Василий кивнул в сторону, зажатой в руке у Петелина кости, - видно не заметили.
   - Врёт зараза, - со злостью сказал Стас, выходя на крыльцо и укладывая челюсть в предупредительно подставленный экспертом пакет для улик.
   - И мы это докажем, - поддержал его Масленников.
   - Сможешь? - в первый раз Петелин посмотрел на эксперта с уважением.
   - Кость свежая. Не похоже, что валялась где-то почти два года, - с уверенностью ответил тот. - Дайте только до лаборатории добраться.
   - Так это они чего, свиней трупами кормили? - с брезгливой гримасой спросила Фомина.
   - Свинья, как и человек, животное всеядное, - охотно объяснил Масленников, - поэтому её органы ближе всех к человеческим.
   - А на вкус? - почти одновременно спросили Надя и Стас.
   - Тоже - ответил эксперт и побледнел, догадавшись, к чему был задан этот вопрос.
  
   Жесть
  
   - Пошли в цех, - лицо Петелина стало суровым, и на нём явственно проступила усталость, вот только непонятно от бессонной ночи или сволочной жизни, преподносящей подобные кошмарные сюрпризы.
   - Сколько свиней сейчас в загоне? - спросила Фомина, выкладывая на стол пакеты из холодильников.
   - Восемь, - быстро ответил Стас и с интересом поглядел на подчинённую.
   - А сколько было в прошлый раз?
   - Одиннадцать - на этот раз ответил Масленников, - я помогал опись имущества составлять, когда хозяев отсюда забирали. Вот только фарш, похоже, перемешали, без экспертизы не отличишь.
   - Тогда гляньте на это, - Надежда кинула на стол шесть пакетов с печенью.
   Эксперт разложил пакеты на две кучки и указал на ту, где куски были явно меньше размером: - Это свиные. А тут, он как бы нехотя показал на другую кучку, одной не хватает. Вы ведь четверых искали.
   - Четвёртая в пожаре погибла, - хмуро объяснил Стас.
   В помещении повисла напряжённая тишина, которую нарушил шум двигателя, донёсшийся снаружи. Это, наконец, подъехал Теплов со своими ребятами. Вид у них был усталый, но довольный, похоже, они тоже сделали остановку, чтобы перекусить.
   - Надо водолазов организовать, - сказал Петелин, коротко разъяснивший приезжим, что они успели раскопать, и показал на гладь болотца, раскинувшегося прямо за стенкой разделочного цеха. - Не думаю, что они кости и одежду далеко увозили.
   - А ведь в шалмане, в котором вы завтракали, Васькин зять с дочкой заправляет, - глядя куда-то в сторону, негромко сказал Слесаренко.
   Слова эти не сразу дошли до его товарищей. Но вот молоденький милиционер попытался отбежать в сторону, однако не успел. Его вырвало прямо посреди двора. Второй парень и Теплов сумели добраться до забора.
   - А ты что? - Стас с интересом посмотрел на проводника.
   - Я только дома питаюсь, - степенно ответил тот, - в этих гадюшниках ещё и не тем могут накормить.
   Петелин согласно кивнул головой, хотя судя по всему, так и не понял, что может быть ещё хуже.
   - Это не то ли придорожное заведение, мимо которого мы сегодня ехали? - невинным голосом спросила Надя.
   - Оно, - согласно кивнул Слесаренко, - шашлычная 'Подорожник'.
   Стас непроизвольно сглотнул, кадык волной пробежал по горлу.
   - Пулей туда, - скомандовал он Теплову, не обращая внимания на его бледный вид. - С тобой капитан Фомина поедет. Всё закрыть и опечатать. По дороге прихвати кого-нибудь из райотдела, чтобы взяли образцы на экспертизу. Оставить усиленный наряд, шофера народ серьёзный, если пронюхают, сожгут всё к чёртовой матери.
   Теплов кинулся к машине, отдавая на ходу приказания по рации, а Петелин тяжёлым шагом направился к дому. Пристёгнутые к газовой плите супруги Матюхины приспособились к положению и, передвинув в эту часть кухни стол и стулья, пили чай, управляясь одной рукой.
   - Ишь ты, - покачал головой Петелин, - нигде не пропадут. Это пригодится. На ближайшие сто лет тюрьма вам будет родным домом.
   - Трошка где? - не отрываясь от блюдца с чаем спросил Василий, игнорируя Стасов сарказм.
   - Братец твой в аду. Милиционеров убивать не так легко, как беззащитных людей. Но у нас зоны тоже не сахар, может ты ему ещё и позавидуешь.
   - Мы, можно сказать, за вас работали, - хозяин дома, наконец, отставил в сторону опустевшую чашку, - шваль всякую с улиц убирали. Скажи ты мне, всплакнёт хоть кто по одному из них? Да они уже мёртвые были.
   - И почему вся эта мразь, как только их за жопу возьмёшь, сразу в философов превращается? - Макс видел, что Петелин разозлён не на шутку. - Я ещё маньяков всяких понимаю, у них сдвиг по фазе, но когда за бабки людей свиньям скармливают...!
   - Посмотрим, что он запоёт, когда братки в СИЗО узнают про это. Они частенько сходки в этом шалмане устраивали: у дороги и от городской милиции далеко, - с усмешкой сказал Слесаренко, оставленный Тепловым на ферме по просьбе Стаса.
   - Не пугай, - спокойно ответил Василий, - я своё уже отбоялся.
   Фраза была, конечно, Конечно, красивая, но смысл её стал понятен немного позже, а пока Петелин, пользуясь словоохотливостью хозяина, продолжил допрос.
   - Кто ж из вас придумал человеческим мясом торговать? - Стас спросил это будничным тоном, как будто ему действительно было интересно, чья это светлая голова додумалась не переводить продукт на корм, а пустить его в дело.
   - Случайно. Трошка понёс мясо свиньям и несколько кусков уронил, а Ульянка этого не знала, и попутала. Тот вернулся и стал искать, что обронил, а найти не может. Ну и поняли тут, что разницы почти никакой.
   - Сами пробовали?
   - Как- то Ульяна печйнку перепутала. И точно, никакой разницы.
   - Много вы так народу порешили?
   - Кто ж их считал. Раз в две недели, примерно, ездили. Плюс Трошкины бабы. Говорил я ему, чтоб бросил это дело шлюх сильничать - так нет. Вот и спалил не только себя, но и нас.
   Василий говорил по-прежнему спокойно, то и дело поглядывая на часы. И тут до Макса дошло.
   - Что они пили? - крикнул он, подскакивая к столу и поднося к носу заварочный чайник.
   - Я давно уже всё понял, - хладнокровно сказал Петелин. - Не суетись. И поставь чайник на место, а то сам отравишься.
   Первой сомлела Ульяна. Глаза у неё закатились, и голова безвольно упала на стол, разбив при этом блюдце. Василий, увидев такое безобразие, осторожно отодвинул посуду в сторону, положил локти на стол, а удобно устроился на руках. Впечатление было такое, как будто нерадивый школьник уснул на уроке. Петелин подождал несколько минут и осторожно пощупал пульс у него на шее.
   - Сдох, - констатировал он смерть хозяина.
   - Как же теперь? - забеспокоился Максим. - Нам по шее за это не накостыляют?
   - А ты чайничек в пакетик заверни, - невесело улыбнулся Стас. - Чаёк-то они пить начали, когда еще мы только приехали. Когда на отраву перешли, теперь и не определишь. Власти только обрадуются, что суда не будет. Слушок, конечно пройдёт, но сплетни они и есть сплетни.
   Действительно, приехавший в сопровождении целой делегации, Толстопятов с облегчение вздохнул, когда узнал, что все людоеды погибли. Его одолевали сомнения: славу раскрытия большого дела вместе с бригадой из Москвы, или вздрючку от начальства, что проворонил у себя под носом банду серийных убийц. Так что шумиха в прессе полковнику была ни к чему в любом случае. Но это всё потом, а сейчас надо было проявит максимум инициативы.
   - Чем помочь? - деловито осведомился Толстопятов, когда Максим закончил вводить его в курс дела.
   - Дайверы нужны, - вмешался в разговор Стас.
   - В смысле? - было заметно, что полковник немного растерялся.
   - Одежду и кости жертв на территории фермы мы не нашли. Но не думаю, что они сильно мудрили. Скорее всего, топили в этом болоте, - Петелин кивнул головой в сторону пруда, находящегося прямо за стенкой разделочного цеха.
   По части организации в пределах родного города у полковника равных не было. Несколько сердитых команд по телефону, и районная административная машина пришла в движение. Где-то через час на ферму вкатил потрёпанный 'каблук' неясной марки. Из него вышли трое: два плотных парнишки лет под тридцать и неопределённого возраста мужчина очень худой с всклокоченными волосами и диким блуждающим взглядом. Стас сразу признал в нём старшего в компании драйверов и протянул руку.
   - Станислав Петелин, - представился подполковник.
   Худой с опаской посмотрел на его ладонь, но пожал её. Рукопожатие драйвера оказалось неожиданно крепким.
   - Акула, - негромко представился он.
   Стас немного оторопел от такого имени, но глянув в глаза собеседника, понял, что уточнять не стоит.
   - Пойдём, Акула, - как старому приятелю, сказал он худому и не оглядываясь направился к разделочному цеху.
   Драйвер махнул своим ребяткам, и вся троица пошла следом за подполковником.
   - Вот тут убивали людей, - Стас, не вдаваясь в подробности, показал рукой на оцинкованный стол. Потом открыл створки окна, выходящего на пруд. - А сюда, я думаю, выбрасывали останки.
   Худой, молча, отстранил Стаса, встал на расшатанную табуретку и почти по пояс высунулся в оконный проём. Что он там высматривал, одному богу известно, но минуты через две, легко спрыгнул на пол и решительно направился к выходу.
   - Как шансы? - спросил Стас
   - Зависит от того сколько тины на дне, - ответил Акула. - В Смоленской области целый танк немецкий под илом нашли.
   Троица драйверов, подошла к своему неказистому авто и стала переодеваться в чёрные резиновые костюмы, о чём-то тихонько переговариваясь.
   Во дворе стоял невообразимый шум: смесь мата и поросячьего визга. Это неопытные в этом деле милиционеры под руководством шоферов затаскивали по сходням в два грузовика упирающихся свиней. По контрасту с этим зрелищем у дома санитары абсолютно молча грузили а амбуланс носилки с закрытыми простынёй телами хозяев фермы.
   Максим засмотрелся на происходящее во дворе действо и чуть не пропустил начало подводных работ. Драйверы звонко прошлёпали по двору ластами к берегу пруда, при этом чёрная резина костюмов резко контрастировала с белым латексом медицинских перчаток, которые дал им медэксперт. Там худой и один из его парней почти бесшумно погрузились в зелёную воду, а третий остался на берегу, внимательно приглядываясь к всплывающим по мере их продвижения пузырькам.
   Через несколько минут на поверхности показался молодой парень. Он одним движением приблизился к берегу и с видимым усилием кинул под ноги Стасу большой чёрный пакет, какие обычно используют для мусора.
   Сначала Петелин попытался развязать набухший в воде шнурок, но нетерпение пересилило, он достал складной нож и перерезал его.
   Вместе с водой на землю плюхнулись намокшие тряпки и круглый каменный булыжник.
   - А я не мог понять, что за ремонт они затеяли, когда увидел кучку камней около ворот, - глухо сказал Стас, разглядывая грязное тряпьё.
   Его прервал Акула с шумом вынырнувший у самого берега. Парень, остававшийся на берегу, взял старшёго за протянутую левую руку и легко выдернул на прибрежную траву.
   - Вот, - коротко сказал дайвер и осторожно положил на землю круглый предмет, который держал в правой руке.
   Максим сразу не понял, что это. Только, когда предмет кувыркнувшись повернулся к нему другим боком, на стажёра глянуло мучнисто белое лицо, над которым уже поработали обитатели пруда, и стало ясно, что тёмный ком сверху не кусок тины, а волосы человеческой головы.
   - Ила не много, - будничным тоном сообщил Акула, - не больше полуметра. А навалено чуть не до поверхности.
   - Это сколько ж времени надо, чтобы всё вытащить? - Стас вопросительно посмотрел на старого дайвера.
   - Надо бредень поискать, - вместо ответа сказал тот, - не может быть, чтобы его тут не было.
   - Видел в кладовке, - уловив идею, откликнулся Стас, - сейчас принесу.
   Оказавшийся не удел Макс поспешил за ним, чтобы хоть чем-то помочь. Чтобы добраться до бредня, лежащего в самом углу кладовки, им пришлось передвинуть с десяток картонных коробок, наполненных разным барахлом. Наконец Стас ухватил бредень намотанный на две отполированных от частого употребления жердины. Сеть зацепилась за какой-то гвоздь в полу, Петелин дёрнул, тут обрезанный кусок половицы выскочил из пола и повис на бредне. Макс наклонился, чтобы отцепить гвоздь и остолбенел: проём в полу был забит пачками денег, это потом, когда пересчитали, оказалось, что их не так уж много - двести тысяч рублей, а в тот момент ему показалось - никак не меньше миллиона. Просто деньги были мелкие - от сотни и ниже.
   - Опа, - Стас, похоже, ничуть не удивился, - вот значит, где они свои кровавые капиталы хранили.
   Он наклонился, выбрал несколько пачек и рассовал по карманам. Тут Стас оглянулся на Макса и увидел, что стажёр смотрит на него даже не с укоризной, а с сожалением.
   - Ведь всё равно украдут, - тяжело вздохнул Петелин, но достал деньги и бросил их назад в общую кучу. - Зови полковника, пусть порадуется.
   Пока Макс с милиционером под присмотром Толстопятова считали деньги, на берегу пруда закипела работа. Милиционеры вместе с ребятами Акулы под руководством Слесаренко выломали лувую половину ворот разделочного цеха и положили её на берегу так, что нижний край утопал в воде. Потом дайверы завели бредень и вывели 'улов' точно на это место. Даже по доскам вытаскивать заполненную сеть из воды было очень тяжело. Все присутствующие на берегу тянули за жердины, а Акула с ребятами подталкивал из воды. Наконец бредень с огромным куском ила в своей раздувшейся мотне оказался на берегу. Полковник и Макс подоспели как раз вовремя: один из дайверов начал выкидывать из сети мусорные пакеты и куски тины, оказавшиеся человеческими головами разной степени сохранности. Зрелище было кошмарное, и Максим подумал, что Стас очень вовремя отослал Надю на другое задание. Хотя где-то внутри подозревал, что Фомина не побежала бы в кусты, как сделало большинство присутствующих, просто он считал, что подобные картины не для женщин. Существуют женщины и следователи и патологоанатомы, но это не норма и не должно быть нормой. Максим был уверен, что они при подобных зрелищах вянут и теряют главную красоту - женственность.
   Когда пространство под окном было вычищено, Акула отыскал место, где кучей лежали остальные останки жертв: в том же пруду около загона для свиней. И снова бредень тянет ил, перемешанный с навозом, среди которого белеют начисто обглоданные кости.
   - Всё, - неожиданно объявил Петелин, обращаясь к Толстопятову, - дальше вы сами, а мы домой.
   - Конечно, конечно, - засуетился тот - а может, задержитесь? Отдых мы вам сейчас устроим, сам губернатор распорядился. Ведь такое дело подняли, отметить надо.
   - Не обижайся, полковник, но сил нет не только физических, но и моральных. Да и есть что-то, кроме хлеба и овощей, смогу не скоро. А главное, дело нас неоконченное ждёт. Пару дней назад вон его с братом, - Стас кивнул в сторону Максима, - чуть не убили. Чудом уцелели.
   - Жаль, - вздохнул радушный хозяин, и было похоже, что он искренен.
   Как Петелин сумел выдержать дорогу до Москвы, для Максима осталось загадкой. Судя по выражению лица подполковника держался он исключительно на злости, но вот к кому было не понятно: были это братья-людоеды, провинциальная полиция, наплевавшей на пропавших проституток, или на всех людей, включая его самого, которым не было никакого дела до своих собратьев, потерявших всё, а в итоге и жизнь.
   - Как хорошо! - воскликнул он, когда попал в пробку, едва пересёк кольцевую. - Что за везенье последнее время?! Всё по деревням шастаем. Надоела спокойная жизнь.
   - Не каркай, - буркнула Надя. - Мало - чуть не погибли, ещё приключений на свою задницу ищешь? А ведь найдёшь.
   И не очень далёкое будущее подтвердило её слова.
  
  
  
  
  
Оценка: 9.53*7  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
В.Корн "Артуа.Звезда Горна" С.Бадей "Стремительный полет" О.Лукьянов "Лилис" Е.Гордеева "Закон притяжения" А.Тьма "Клинок Белого Пламени" В.Проскурин "Путь Феникса" Д.Казаков "Путешествие на Запад" В.Гвор "Поражающий фактор" Н.Бульба "Время перемен.Воплощенные" О.Филимонов "Уходя,гасите всех" Е.Никольская "Красавица и ее чудовище" М.Николаева "Фея любви,или Демон в юбке" А.Бобл "Мемория" А.Левицкий "Аномалы" А.Матвеева "Досадный случай" Е.Звездная "Катриона.Принцесса особого назначения" И.Петров "Повелитель войны" О.Демченко "Бремя удачи" А.Орлова "Любовь до гроба" Ю.Зонис "Боевой шлюп Арго" А.Кленов "Игра без правил" В.Поляков "Шаг за грань" О.Верещагин, А.Ефимов "Шаг за грань" А.Мегедь "Серый страж" Е.Белецкая, И.Эльтеррус "Лучшее место на земле" С.Лысак "Капитан Летающей Ведьмы" Ю.Новикова "Путь за грань" С.Гатаулин "Вирус" В.Кувшинов "Лэя" М.Михеев "Охота на невесту" Ю.Иванович "Отец Императоров-5.Демоны обмана"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"