Лазаренко Ирина Вадимовна: другие произведения.

Последняя осень

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Что может быть в лесу или за лесом? Кто знает. Хотя бы ягодный кустарник или грибница. А может быть, съедобный жучок. Или (Эшла задохнулась от собственной смелости) одуревшая от одиночества курица, чудом сбежавшая из какого-нибудь сгоревшего посёлка. Слабенькая, тощенькая, грустная курочка, из которой можно сварить изумительный суп в котелке под навесом.

  Этот лес выглядел так, словно война до него не добралась. Что было невозможно, разумеется.
  Ведь лес начинался в какой-нибудь полусотне шагов от дома Эшлы - единственного дома в деревне, который не разграбили и не сожгли месяц назад. Дом был крайним и стоял стороне от главной деревенской улицы, в низинке. Его просто не заметили в тот смурной осенний вечер.
  - С краю твоя хата, да? - подшучивали в мирное время соседи.
  Дошутились.
  Кое-то, наверное, всё же успел убежать от бойни и пожарища. Многих, многих не было в числе односельчан, которых Эшле пришлось похоронить. Но никто и не вернулся обратно.
  Она остановилась, опершись на смолистый бок соснового ствола, холодный и влажный, как всё вокруг. У Эшлы кружилась голова и плясали перед глазами мелкие чёрные мошки. Она шла долго, но удалилась от дома вглубь леса едва ли на версту.
  Голод давно уже не мучил её. Он стал таким же привычным, как холодный воздух, сочившийся в щели дома. Как страх, из-за которого она не топила печь, хотя рядом был целый лес, и сухостоя в нем хватало.
  Но кто знает, что творится нынче вокруг? Чьё внимание может привлечь взвившийся над трубой дымок, который наверняка будет виден за несколько вёрст?
  Нет, она не страдала от голода. Но была очень слаба. А ей нужны были силы, ведь в этой мертвой деревне, в этой грязной серой мороси, во всей этой несчастной стране, терзаемой войной, только от Эшлы зависела жизнь четырехлетнего ребёнка.
  Её малыш. Её сокровище. Когда Кирам уходил на войну, сыну сравнялся год. Он был весёлым и розовощеким, смешно топал пухлыми ножками, неумолчно лопотал и очень любил во всё совать свой крошечный курносый нос. Ничего общего с нынешним тощим созданием, которое норовит забиться в угол потемнее и неподвижно, молча сидит там часами. Только лихорадочно поблёскивают глаза, вечно полные животного ужаса.
  Хотя Эшла очень старалась оградить его от всех тех вещей, которые неизбежно сопровождают любые войны.
  Первый набег на деревню случился в самом начале осени, чуть больше двух лет назад. Тогда ни дом Эшлы, ни её саму не обошли вниманием. Но она успела затолкать сына на чердак и велеть сидеть тихо.
  В тот раз в деревне ничего не сожгли и никого не убили. Но весь скудный урожай, жалкие заготовки и немногую уцелевшую живность вымели подчистую.
  Эшла прорыдала весь день и всю ночь. Сын, маленьким уютным комочком пристроившийся рядом на кровати, осторожно гладил мать по щеке крошечной теплой ладошкой, тыкался в шею лбом, тихонько сопел над ухом и неловко пытался подоткнуть ей под бок одеяло.
  Наутро, щурясь на солнечный свет опухшими глазами и слегка пошатываясь, Эшла отправилась искать еду по соседним селениям. Можно сказать, ей повезло: вторую из посещенных ею деревень налётчики обошли стороной, а у тамошнего старосты удалось сменять мешок муки и куль гречихи.
  С обручальным кольцом пришлось расстаться. Всего за неделю до того дня Эшла думала, что скорее умрёт, чем расстанется с памятью о Кираме. Но война и голодные детские глаза удивительно меняют приоритеты.
  Однако что такое мешок муки и куль гречихи, когда впереди - целая осень и зима, а по весне нечем засадить огород?
  Каждая ложка водянистой болтушки, которую Эшла отправляла в рот, заставляла её страдать. Эшла была бы счастлива разучиться есть, но ей необходимо было как-то поддерживать собственные силы, чтобы заботиться о сыне.
  Другим людям зачастую приходилось ещё хуже. После того первого налёта все глаза, с которыми встречалась взглядом Эшла, были голодными. Её собственные - тоже. Наверняка.
  Месяц назад, в ту ночь, когда горела деревня, они с сыном отсиживались в лесу. Она надеялась, что он ничего не понимает. И что их дом не сгорит, потому что куда же им тогда идти?
  А потом Эшла, шатаясь от слабости и сухо всхлипывая, хоронила односельчан. Тех, чьи изуродованные трупы лежали на улицах. Тех, кто не сгорел в головешки в своих домах. Тех, кто не успел убежать, как она. Тех, кого она знала всю свою жизнь, кто делил с ней эти жуткие времена и как мог подбадривал её и ребёнка, даже если сам едва держался на ногах.
  После того дня она осталась совершенно одна. У неё был только сын. И ещё где-то там, далеко-далеко - муж, которому она обещала беречь ребёнка. Как будто материнскую любовь нужно подкреплять обещаниями!
  Эшла с тихим стоном выпрямилась, держась за шершавый прохладный ствол сосны. Удивленно посмотрела на свои руки.
  Как страшно они выглядят! Сморщенная кожа, пятна, грязь - ладони словно принадлежали старухе, а ведь Эшле не было и двадцати пяти! Сколько дней она провела, копаясь в земле в поисках съедобного корешка? Разрывая огороды соседних, тоже сожженных и разграбленных деревень - иногда на грядках, изрытых копытами вражеских коней, удавалось найти сморщенную картофелину или чахлую морковь. В такие дни у них с сыном был настоящий праздник - горячая похлёбка. В другое время приходилось довольствоваться отваром из укропа, который буйно, словно насмехаясь над людскими бедами, разросся на бесплодных заброшенных огородах.
  Она не позволит ребёнку умереть от голода. Она всё сделает и всё отдаст ради него. Когда-то ей казалось, что жертвой, положенной на этот алтарь, было обручальное кольцо. Теперь она понимала: кольцо - сущие мелочи.
  Ещё Эшла понимала, что у неё ничего больше нет, поэтому весьма смутно представляла, что же такое это "всё", которое она может отдать. Но её сын не умрёт от голода. Она не допустит. И Кирам вернётся. И война закончится.
  Эшла не понимала, зачем идет в эту сторону. За лесом не было никаких селений - во всяком случае, так близко, чтобы её измученное тело могло туда добраться. Но все другие направления Эшла уже обшарила.
  Что может быть в лесу или за лесом? Кто знает. Хотя бы ягодный кустарник или грибница. А может быть, съедобный жучок. Или (Эшла задохнулась от собственной смелости) одуревшая от одиночества курица, чудом сбежавшая из какого-нибудь сгоревшего посёлка. Слабенькая, тощенькая, грустная курочка, из которой можно сварить изумительный суп в котелке под навесом.
  Когда её сын в последний раз ел мясо? Когда он вообще в последний раз ел?
  Его глаза, прозрачно-серые, вечно испуганные и голодные, всё ещё стояли перед мысленным взором Эшлы, когда она вышла на опушку леса и застыла, изумленная.
  В какой-нибудь сотне шагов, у берега шустрой речушки, стояла-крутилась меленка. Из трубы просторного дома, притулившегося неподалеку, деловито валил сытый густо-белый дымок. Крышу курятника, похоже, недавно перестелили. У низенького плетня стояла телега с впряжённой лошадкой. Гладенькой, довольной, молодой лошадкой, которая бодро мотала головой и хвостом, гоняя мух.
  Откуда здесь взялось всё это богатство? Ещё весной за лесом был пустырь! И как это место мог миновать весь тот ужас, что прокатился по округе месяц назад?
  Эшла сглотнула и зажмурилась. Потом сжала слабые грязные пальцы в кулаки и открыла глаза. Меленка, домик, подворье - всё было на месте.
  Сто шагов. Сколько времени ей бы понадобилось раньше, чтобы преодолеть такое расстояние? Сейчас она еле шла. И не сводила глаз с аккуратного деревянного дома. Эшла боялась, что он всё-таки исчезнет, если она отвернется хотя бы на миг.
  Она уже различала наличники с тонкой резьбой, непривычно пышной в очелье. И видела, что крыша дома укрыта чем-то диковинным, не дерном и не соломой. И не узнавала, что за цветы растут в палисаднике - по виду ромашки, но лепестки у них розовые.
  До телеги оставалось каких-нибудь пять шагов, когда из дома вышли двое мужчин. Они выглядели удивительно: никаких голодных глаз, трижды залатанной одежды и звериной настороженности, которая появилась у всех в округе к концу первого года войны.
  Эшла остановилась. Один мужчина, темноволосый, смотрел на неё изумленно. Второй, светлоголовый, - с грустью и жалостью.
  - Я... - голос был похож на воронье карканье, и Эшла удивилась: как чуждо он звучит! Слова приходилось выталкивать из горла, словно оно забыло, как это делается. - У меня ребёнок. Деревню сожгли. Еды нет.
  Темноволосый вытаращился совсем уж растерянно. Блондин вздохнул, подошёл (Эшла сделала слабую попытку отшатнуться), легко подсадил её в телегу, на аккуратно сложенные мешки.
  Эшла недоверчиво погладила один из них. Сглотнула. Какое богатство! Как, откуда?
  - Отвезу тебя домой, - сообщил светловолосый. - Муки дам.
  - У меня ничего нет, - отчаянно пискнула Эшла.
  - Мне ничего и не надо, - был ответ. - Ты погоди минутку, сейчас поедем. Отдохни пока.
  Мужчина отошел. Эшла ещё раз недоверчиво оглянулась и всхлипнула, привалилась к тугому, вкусно пахнущему мешку, чуть присыпанному белым облаком, обняла его и замерла, глотая слёзы.
  - Ты её знаешь? - тихонько спросил темноволосый мужчина у блондина.
  Тот кивнул, осторожно вытянул шею, заглянул в телегу.
  - Задремала. Это Эшла, наша блаженная. У неё ребёнок умер во время войны, тогда она умом и повредилась. И муж тоже сгинул, не вернулся.
  - Несчастная, - вздохнул темноволосый. Помолчал. - Так что ж, все сорок лет после окончания войны она так и бродит по округе?
  - Не, - блондин помотал головой и полез в телегу. - Так-то она нормальная старушка, коврики плетёт, а мы её подкармливаем. А вот после сбора урожая на неё временами находит - ребёнок-то ейный как раз осенью умер. В последнюю осень войны.
  - От голода? - зачем-то спросил темноволосый.
  - От легочной горячки. Застудился... Н-но, пошла, лошадка!
  Эшла сладко посапывала во сне, обнимая мешок муки. Доброе морщинистое лицо освещала осенним солнышком счастливая доверчивая улыбка.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Черчень "Дом на двоих"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) И.Громов "Андердог - 2"(Боевое фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) П.Роман "Искатель ветра"(ЛитРПГ) В.Василенко "Стальные псы 5: Янтарный единорог"(ЛитРПГ) М.Тайгер "Выжившие"(Постапокалипсис) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"