Лазовская Валерия: другие произведения.

Весна возвращается love.mail.ru 3

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 8.20*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    НЕВЫЧИТАНКА,есть ошибки... много. Закончено.

  
   Родион поискал глазами на табло свой рейс. 'Задержка на полчаса. Нормально, без спешки все успею'. Еще нужно сделать пару звонков, встретиться с человеком у информационной стойки и обменяться пакетами документов. Не торопясь, покатил свой чемодан к условленному месту, обходя группы туристов, которые организованно кучковались на его пути, по привычке краем глаза посматривал по сторонам. Миновал женщину с ребенком, шага через три осознал, что она ему смутно знакома. Сейчас нет ни времени, ни желания общаться со знакомыми, поэтому, не оборачиваясь, стараясь не привлечь лишнего внимания к себе, кинул взгляд через плечо, чтобы просто до конца узнать кто это... - не поверил, посмотрел снова и..... растерялся. Остановился, развернулся всем корпусом к женщине, остановившейся и разглядывающей табло. Она кивнула своим мыслям и направилась в его сторону. Быстро справился с удивлением, растерянностью, сейчас просто очень внимательно изучал приближающуюся фигуру, решая для себя: заговорить с ней или не привлекать внимания и пойти по своим делам.
   Раньше - в другой жизни, когда они были знакомы - она запомнилась стройной, подтянутой, цветущей, искрящейся, а сейчас... тощий, изможденный призрак: вроде и одета хорошо со вкусом и прическа свежая, и макияж умело сделан, но... именно призрак - не было огня, жизни, интереса. Она поравнялась с ним и, не глядя не Родиона, попыталась его обойти, ведя одной рукой ребенка, другой катя чемодан.
   - Привет, - окликнул он, поворачиваясь вслед за ней.
   Она чуть помедлила, неуверенно обернулась, с усилием подняла на него глаза.
   - Добрый день, - поздоровалась Валерия, словно с незнакомым человеком.
   - Как живешь?
   Она только утвердительно кивнула головой - 'живу'. За руку ее подергал ребенок, опустила к нему глаза, улыбнулась одними губами ребенку.
   'И что у тебя произошло?' - хмыкнул про себя Родион.
   - Что? Семейная жизнь с прекрасным принцем совсем не сказка в реальной жизни? - процедил сквозь зубы, и тут же про себя чертыхнулся, что не сдержался.
   Валерия снова подняла на него глаза, и Родион едва не отшатнулся - столько в них было безысходной тоски - молча, посмотрела на него.
   - Удачи тебе, - безразлично прошелестела, развернулась и медленно стала удаляться.
   Через пару шагов ребенок очень звонко, не выговаривая еще всех звуков, сказал.
   - Мам, а дядя совсем не злой!
   - Почему ты так решила? - спросила Валерия.
   - Может он обиделся на что-то.
   - Он по жизни обиженный на саму жизнь... - конец фразы Родион уже не слышал, стоял, как оплеванный - ничего обидного Валерия ему не сказала, а ощущение, словно опустили ниже некуда.
   - Чёрт, - и, наконец-то, выдохнул.
  
   Самолет начал набирать высоту, Родион посматривал в окно иллюминатора, а внутри гаденько так, обломанными грязными когтями, поскребывали битые жизнью кошки. С последней встречи с Валерией прошло года четыре, для Родиона это оказалась целая жизнь - столько всего произошло за это время... Вспомнил себя после последнего разговора с Валерией - на тот момент ни малейшего сомнения не было в том, что они будут вместе - интуиция ни разу не подводила - был уверен в себе, в Валерии, в совместном будущем, и спокоен. Планы не строил, просто спокойно ждал, когда они встретятся и решат, как и где будут жить дальше. Через неделю он получил от нее СМС-ку с одним коротким словом: 'Нет'. В это время обедал у матери, за столом прочитал и впал в легкий ступор. Такого просто не могло быть - в себе и своей интуиции он уверен до сих пор. Это ошибка, она могла ошибиться адресатом. 'Нужно перезвонить. Нет, звонить не стоит' - струсил он. Следом отправил: 'Нет' предназначалось мне?'. В ответ тут же пришло короткое: 'Да'. Вот и поговорили.
   - Родион, что случилось? - это мама, - На тебе лица нет.
   Он медленно поднял глаза на мать, все еще не веря в происходящее:
   - Меня только что кинули, - тихо ответил, - я выйду, покурю.
   Вышел на балкон, затянулся сигаретой, злости почему-то не было, накатила усталость, хотелось на манер страуса сунуть голову в песок и какое-то время вообще ни о чем не думать. Прислушивался к себе - внутри по-прежнему сидела уверенность, что будущее будет только с Валерией рядом. Черт, да как же так? Доверие к собственному чутью было безграничным - Родион очень уважительно относился к этому своему шестому чувству. Если в чем-то приходила внутренняя уверенность, то, не задумываясь, не рассуждая, не ища причин, верил и действовал, полностью полагаясь на это качество. 'Ну, вот тебе и первый прокол с твоей хваленой интуицией и третьим глазом, видимо отсутствие постоянной практики дает о себе знать'.
   Одно время Родион увлекался психоэнергетикой различных направлений: и по работе необходимость часто возникала, да и самому интересно. Даже какое-то время прожил в тибетском монастыре, но последние три года жил не в ладах сам собой - в жизни творилось чёрте что и все наработанные практики, весь опыт.... выходит - похерил. 'Чёрт! Да какого хрена! Что она о себе возомнила! Можно было сказать это при личной встрече, ну хотя бы позвонила!' Представил себя на ее месте... Неее, сам он никогда не удосуживался вообще ставить в известность девушек, что встречаться больше не намерен, он просто игнорировал по принципу: 'Если не дура, сама догадается...' Тут главное было принять решение для себя, что все! баста! Больше не встречаюсь с той или с другой женщиной! И наплевать, что кто-то может не понять, переживать, рыдать в подушку, всех клемить 'козлами' - до объяснений он не опускался никогда, считал пустой тратой времени - он не обязан что-либо кому-либо объяснить по поводу своих решений, своей жизни. Но тут-то!!! Тут все серьезно, тут не просто перепих на ночь, мы же вроде как отношения строим, тогда нахера так поступать!!!
  
   Сейчас, спустя четыре года, вспоминая это, Родион более спокойно и философски смотрит на их не сложившуюся совместную будущность, уже прошла злость, обида, раздражение, тихая скулящая жалость к самому себе - весь этот коктейль выжег тогда его изнутри до глухой пустоты.
  
   ... Родион вернулся к матери в комнату.
   - Что случилось? - повторила она свой вопрос.
   - Все! Теперь будет все по-старому.
   Через неделю все же не вытерпел и устроил слежку за Валерией, возле ее подъезда увидел ее вдвоем с поляком. 'С меня хватит!' - завел машину и уехал домой. Еще пару месяцев просматривал новости о поляке - о нем писали мало, Полянский предпочитал не светится, но о его свадьбе с русской, пару заметок все же в прессе проскользнуло. Но Родиону было уже все равно - с Валерией он распрощался окончательно. Полностью ушел в работу с собаками, загрузил себя дополнительными контрактами с Японией.
   Где-то через год, в начале лета в разговоре с Лешеком Родион неожиданно для себя спросил о Валерии, оправдав свой интерес тем, что это просто праздное любопытство - так... для поддержания разговора.
   - Видел их неделю назад... - Лешек замялся.
   Родион молчал.
   - Скоро будет рожать, - выдавил из себя Лешек.
   - Понятно, - безразлично ответил Родион и разъединился.
   И тут снова накрыло: бешенная злость на нее за то, чего она его лишила. Это мог быть его ребенок, а не польского ублюдка, его - Родиона любимый ребенок. У него могла быть семья, дети, жена, а вместо этого она трахается с другим, и рожает от него детей! Ему! Ему нужен был этот ребенок! Ну и кто она после этого?
   В ближайшую неделю успокоился и, как ему тогда, казалось, пересмотрел своё отношение и к Валерии, и к собственной жизни. Окончательно! У него будут дети! будет семья! будет жена! Дети, а значит, и семья точно будут. Цель поставлена - цели нужно добиваться. За месяц познакомился с тремя подходящими кандидатурами на роль матери собственных детей, осталось только выбрать.
  Повезло Ксении - девчонка молода, амбициозна, и их цели на данный момент совпали. Ксении нужен муж, чтобы смог достойно ее содержать, Родиону женщина, которая могла бы родить здорового ребенка. Три недели приглядываний, прощупываний и в начале июля Родион положил перед ней брачный контракт. Это было своеобразной формой предложения руки и 'чего еще ты там хотела'? Статуса? Обеспеченности? Здесь все.
   Ксения в первый момент возликовала, не ожидала, что так быстро получится завоевать богатого, успешного и такого недоступного Родиона. Таким его впервые увидела, и этот образ накрепко зафиксировался у нее в голове. Если вначале и была корысть, то потому все же примешались и только что зарождающиеся чувства, которые начала испытывать к нему. И вот теперь он у ее ног! Да она счастлива до поросячьего визга! Теперь он будет только ее, и она станет ему самой лучшей женой!
   - Прочитай внимательно и подпишись, на каждом листе, желательно, под каждым пунктом, - нейтральным тоном оповестил он ее.
   Первый лист Ксения пробежала глазами, не вчитываясь - о все еще находясь в эйфории от предстоящих событий в ее жизни, хотелось позвонить всем подругам, родителям, поделиться счастьем со всем миром.
   - Тебе нужно внимательно прочитать, - прервал ее радостно-искрящиеся мысли Родион. - Бумаги тебе оставлю до завтра, чтобы ты смогла осознанно подойти к принятию решения. После подписания отмазки типо 'Я не увидела, я не поняла, я не прочитала' не прокатят. Либо ты соглашаешься на все условия, либо мы расстаемся.
   И тут Ксения насторожилась, в ее далеко не глупой головке зародились подозрения, что от нее требуется не только большое и чистое сердце, но и еще что-то. Уже более внимательно стала читать оставленные бумаги. На девятом пункте она споткнулась, не понимая сути (в терминах юриспруденции оказалась не сильна) и вынуждена была позвонить тетке по материнской линии, которая работала юристом.
   В течении нескольких часов тетя, возмущенная до предела кипения, отговаривала племянницу от подписания 'кабалы' как она выразилась, пытаясь привлечь мать Ксении на свою сторону. По договору, Ксении вменялось в течение года забеременеть и родить здорового ребенка, после его рождения и подтверждения тестом отцовства, Родион брал на себя обязанности по обеспечению достойного образа жизни ей и их ребенка. Но даже не это возмутило тетку-юриста, а абсолютные домостроевские пунктики как то, после подтверждения беременности: запрет работать, общаться с мужчинами, перевод на заочное отделение, и прочий бред. Если будет нарушен хоть один из пунктов, то Родион имеет полное право в любое время расторгнуть договор, а после рождения ребенка забрать его к себе.
   Ксения думала три дня, она не была меркантильной, но хорошей жизни хотелось, о ребенке так рано не задумывалась, но почему бы и нет, если любимый мужчина так на этом настаивает. Да и люди меняются, живя вместе, а то, что Родион, отныне и во веки веков теперь свет в ее окошке, сможет поменяться - она ни на секунду не сомневалась. Она сможет его поменять! Здравомыслящая тетка пыталась образумить, но мать встала на сторону Ксении. Будучи не знакома с потенциальным зятем, из слов дочери поняла, что Родион это козырная карта, почти принц! Да, со странностями, да, с заскоками, но он вроде неплохо относится к дочери и хочет детей, семью, а это в наше время такая редкость. Только Ксении надо правильно себя повести с ним: влюбить, родить - и все будут довольны. Тетке все же удалось впихнуть пару пунктиков в контракт, чтобы подстраховать племянницу, как то - обеспечения благосостояния молодой жены в течение ближайшего года и обязательная регистрация ячейки общества в ближайшее время.
   Мама Родиона, узнав о предстоящем событии, почему-то слегла с давлением. После знакомства с будущей невесткой попыталась отговорить сына от этого шага, или хотя бы подождать пару месяцев, но Родион уперся не на шутку. Мать видела, что с сыном происходит что-то неладное, но достучаться до него не получалось. Тот совсем закрылся, отстранился, ушел в себя, на все расспросы-вопросы-увещевания матери отвечал односложно: 'Все будет у меня хорошо'. Но на сердце у матери было ой как не спокойно: и девочка вроде неплохая, и сына видно, что любит, но Родион не походил на влюбленного, скорее на безнадежно отчаявшегося, больного человека. Не пара они, совсем не пара.
   - Сын, не ломай ни себе, ни этой девочке жизнь, ты же как танк прешь? Зачем тебе это надо?
   - Мам, не переживай, я знаю, что делаю. У меня все будет хорошо. Мне нужен ребенок, она здоровая, молодая - выносит и родит его легко.
   - И что ты потом будешь делать с этим ребенком?
   - Любить. Растить, Заботится.
   - Господи, Родион. Любимые дети получаются только от любимой женщины, а не от суррогатной матери, ты отдаешь себе отчет в том, что ты сейчас творишь?
   - Мам, не волнуйся, все у меня будет хорошо.
   - Родион, найди другую, ты же сломаешь Ксюшу. Выбери себе ровню по силам...
   - Не волнуйся, у меня все будет хорошо.
   - Посмотри на мою соседку. Алина - умница, красавица, по возрасту, характеру тебе подходит и дочка у нее хорошенькая, воспитанная.
   - Мне не нужны чужие дети, - резко бросил он и тут же взял себя в руки, с матерью он подобный тон не допускал, - Извини, но чужих детей у меня не будет.
  
   Медицинские справки о здоровом организме будущей матери собраны, контракт подписан, расписались молодожены через пару недель.
   Родион снял небольшую квартиру, куда и перебралась молодая семья. Ксения расцвела, порхала на крыльях любви, не замечая очевидных вещей: Родиона не интересовала жизнь молодой жены, он не всегда жил в 'их доме', мотивируя это тем, что ему надо заботиться о собаках, часто бывал в командировках. Но супружеский долг выполнял с маниакальной регулярностью, причем, зачастую выполнит его и к собакам, выполнит и в командировку, выполнит и ... еще куда-нибудь. Родиона в Ксении интересовали только медицинские показатели: здорова ли, что она кушает, не курит ли, есть ли задержка, при простуде лечится только народными методами - иные могут повредить будущему ребенку, спиртное вообще не обсуждалось даже не праздники.
   Родион считал, что он четко выполняет свои обязательства. До появления ребенка он вообще свободен: с мнением и интересами будущей матери считаться не обязательно. Да, Ксения была ему.... вообщем, она подходила на роль матери его ребенка, он обеспечивал ее материально, не лез к ней в душу, предоставлял некую свободу. Большее ни к чему. Ксения несколько раз просила, чтобы они съездили куда-нибудь отдохнуть вдвоем ненадолго, Родион вроде и не против, но всегда находились какие-то дела: командировка, проект, собаки, выставки. Максимум, что удавалось это вырваться на пару дней в ближайший санаторий, но там он тоже не расставался с компом, постоянно контролируя финансовый поток своей жизни.
   Новый год получилось провести вместе в 'их квартире', 1 января Родиону нужно лететь в Токио. Ближе к утру, лежа в кровати после бурного секса, Ксения влюбленными глазами смотрела на свое божество, которое выходило из душа. Родион лег рядом с ней, она потянулась к нему губами.
   - Ксюш, - остановил ее Родион, - в чем дело?
   - В смысле? - удивилась девушка.
   - Уже пять месяцев прошло, можно было раз десять забеременеть... - и вопросительно-инквизиторским взглядом уставился на нее.
   - Родион, - смешалась она.
   - ...
   - Ты на что намекаешь? Я не меньше твоего хочу ребенка и хочу его только от тебя.
   - Тогда в чем дело? - Родион был спокоен, слишком спокоен.
   - Не знаю, может время наше не пришло, нужно немного подождать, расслабиться.
   Ксению подобный вопрос тоже начал в последнее время беспокоить, она прошерстила литературу в интернете, сходила несколько раз к разным гинекологам - все врачи в один голос утверждали: 'Рано волноваться начали, вот если в течении года беременность не наступит, тогда нужно принимать меры, а пока организм привыкает к новому партнеру, пока настроитесь, пока...' Только не было у нее этого года, надо поговорить с Родионом, подсунуть ему литературу по этому вопросу, чтобы контракт еще на полгода-год продлил. Он же нормальный человек - должен понять.
   - А ты случайно контрацептивы не принимаешь? - равнодушно спросил ее.
   - Что? - аж задохнулась от обиды. - Да как ты можешь?! Я тоже хочу этого ребенка!
   - Помнится, вначале ты говорила, что лет пять хочешь просто пожить в свое удовольствие, - перебил ее Родион.
   - Но ты мне поставил условие! И чтобы быть с тобою рядом я на него согласилась.
   - Тогда в чем дело?
   - Я не знаю, может проблема в тебе, - сорвалась на визг.
   - Нет, - анализы у меня все в норме. - Может как-то гормонально тебя простимулировать?
   - И тебя заодно, - начала огрызаться.
   - Не проблема. Я готов. Сходи сначала к гинекологу.
   - Я ходила, врачи не видят серьезной проблемы, года еще не прошло.
   - Ну-ну, - Родион скривил губу и поднялся с кровати.
   - Ты куда? - заволновалась Ксения
   - Собираться.
   - Так ведь еще рано.
   - Заеду домой перед вылетом, - и вышел из комнаты.
   - А я думала, что твой дом тут, - тихо сказала Ксения сама себе, глядя заблестевшими от неожиданных слез глазами на закрытую за мужем дверь.
   Это была их первая ссора. Ксения потихоньку начала понимать, что что-то в их семейной жизни идет не так, как ей мечталось, что-то принципиально неправильное происходит между ними. Так не должно быть. Делиться своими проблемами Ксения ни с кем не хотела - это значило признать свое поражение, поэтому она в одиночку продолжала борьбу за их с Родионом счастье.
   По истечению условленного года долгожданной беременность не наступила, взаимоотношения накалились до предела. Оба были здоровы, врачи подтвердили Родиону - нужно еще время, он согласился на три месяца при условии ЭКО. Нервная обстановка не способствовала благоприятному климату для зарождения новой жизни. ЭКО не помогла, по истечению трех месяцев взаимоотношения молодоженов закончились.
  
   А в декабре Родион вдруг собрался и надолго уехал в Тибет. Какие-то дела завершил, по японским контрактам оставил пару человек для наблюдения, часть собак продал, а за шестью попросил позаботиться в период его отсутствия все того же помощника. И за этот год с хвостиком наконец-таки пришел в себя. Все, что не отболело - пережил и отпустил. Бережно собрал по кусочкам, то, что осталось еще не разбитым, не тронутым обидами, злостью. Вспомнил все хорошее, светлое, которое давало раньше силы и свободу. Он неторопливо склеивал себя по фрагментам, отшлифовал все неровности, которые нет-нет, да всплывали. И когда почувствовал, что может двигаться дальше в спокойном, умиротворенном состоянии - снова шагнул во внешний мир.
   И понеслось: новые контракты, новые интересы, новая жизнь - все било ключом. Идеи множились, как кролики по весне - он снова был в цейтноте: вежливый, сдержанный, расчетливый, в меру циничный - в мире с самим собой.
  
   И вот сегодня встреча с Валерией... И он первый раз за последние два года не сдержался - сказал гадость, а чувство такое, что это его облили помоями. 'Даааа, видимо, жизнь с Полянским не радует. Счастливые женщины так не выглядят!' Давно ушел из души негатив на Валерию, Родион думал, что выплеснул его весь. И не только плохое, но и все хорошее, связанное с ней, кануло в лету. А сейчас... Сейчас не понятно... 'Ты хоть себе не ври', - вынужден был самому себе признаться Родион. Он чувствовал связь с ней, оказывается, все это время чувствовал. Это казалось настолько привычным - ощущать совсем легкую звенящую радость, когда мысли вольно или невольно касались любой мелочи, косвенно связанной с Валерией, что мозг уже не фиксировал это, как нечто новое. Да, их отношения закончились, можно сказать, банально, так и не начавшись, но чем-то они близки друг другу, словно родные люди, родственные души. Ладно, это все в прошлом! Нельзя позволить себе снова застрять в серой приграничной полосе. Нельзя позволить себе снова надеяться. Там все кончено. Кончено. Ну и что, что родные и родственные? С родными тоже расстаются. Отец же ушел из его жизни, но Родион его до сих пор ощущает и это дает силы. И непонятная связь с Валерией тоже зачем-то нужна. Нужна до сих пор. То что, эта тонкая, непрочная ниточка дает ему силы он признал и научился пользоваться этим во благо себе. На этом все. Точка. Не надо ждать большего. Живи сегодняшним. Иду дальше.
   По приезду Родион неделю был занят очень плотным графиком, более-менее свободно стало в выходные: проснулся, погулял с собаками, сделал домашние накопившиеся дела и после обеда вдруг понял, что совершенно нечем заняться - даааавно такого не было. Залез в нет, проверил котировки, почту и потом как-то... случайно... совершенно случайно... набрал фамилию 'Полянский' и высыпалась целая куча статей. 'Ого, чего ж там такого произошло на радость прессе?' Обычно, чтобы найти даже небольшую заметку о нем, надо постараться и потратить кучу времени на поиски.
   Родион сначала пробежал газами все имеющиеся заголовки газетных статей, на лице у него сменялись удивление, недоверие, страх, злость.
   - Идиот, - губы скривились в презрении. Резко оттолкнулся от стола, кресло отскочило на метр. - Чёрт! - был зол на себя. Давно не испытывал подобные сильные эмоции.
   Встал со стула, прошелся от угла до угла, его лихорадило от злости. Как можно быть таким непрошибаемым муд*ком! Жизнь тебя ничему не учит! И снова уселся к монитору и начал вчитываться в каждую статью. Суть сводилась к следующему:
   '5 марта на трассе Варшава-Краков в результате неблагоприятных атмосферных условий, водитель цистерны с бензином не справился с управлением, в результате чего произошла крупнейшая за последние 50 лет авария, унесшая на данный момент, 23 жизни. Среди погибших видные политические и деловые люди Польши. Из выживших в больницу доставлена и жена Ежи Полянского на пятом месяце беременности, сам Полянский погиб мгновенно.'
   'Сегодня на всех кладбищах Варшавы и Кракова состоятся погребальные церемонии. На данный момент выжила только русская жена Ежи Полянского. Она потеряла ребенка и находится в коме, врачи ничего не обещают, обозначив ее состояние, как нестабильно тяжелое. Рядом с ней дежурят ее родные. У Ежи и Валерии Полянских осталась дочь двух с половиной лет, девочке пока не сообщили о смерти отца и состоянии матери'.
   Родион просмотрел еще пару документальных видео очевидцев с места происшествия - выжить там было не реально, машина, где находилась Валерия, превратилась в консервную банку. Как говорилось в одной из заметок, Ежи просто выпихнул Валерию из машины, видимо, когда понял, что столкновения не избежать.
   Родион откинулся на спинку кресла, глядя на экран монитора с фотографиями с места аварии. Все еще не веря в случившееся, покачал головой. 'Господи, спасибо! Спасибо, что сохранил ее' - губы сами произнесли подходящие слова.
  
   Валерия после аварии приходила в себя долго, лучшие врачи разводили руками и просили родственников уповать только на Бога, медицина уже все, что могла, а могла она, в случае с Валерией, не много, сделала. Визуальным признаком, что Валерия еще жива были слезы, которые постоянно катились из закрытых глаз. Два дня от нее не отходила Иоанна, потом приехали родители Валерии. Кира в это время находилась в горном походе (лезла на какой-то очередной пик) - дозвониться не смогли, но она сама почувствовала что-то неладное - прервала свое восхождение, добралась в низине до телефона и узнала подробности о сестре и Ежи, приехать удалось ей только через неделю после аварии. Увидев траурную картину в палате сестры, разозлилась не на шутку - вытолкала всех взашеи, наорала на докторов, сказала, чтобы ей не мешали, и закрылась вместе с сестрой в палате.
   Кира на тот момент являлась очень неплохим специалистом по психологии и энергетике (как классической, так и популярной, последнее время активно интересовалась целительскими направлениями), владея разными серьезными техниками. Сестру она вытягивала две недели, не подпуская никого из родственников. Исключение сделала только для Анджея - никто так и не понял почему - он сменял ее, когда ей требовалось поспать, поесть, привести себя в порядок. Поначалу Кира Анджею что-то объясняла, показывала, а потом они начали понимать друг друга без слов. Через три недели после аварии Валерия открыла глаза, увидев сестру, поздоровалась:
   - Привет.
   - С возвращением, милая, - улыбнулась Кира.
   - Как я?
   Кира решила, что честность сейчас важнее бесполезных отговорок и упований на светлое будущее.
   - Ходить пока не сможешь: сломана нога, травмирован позвоночник. Восстанавливаться будешь долго.
   - Как долго?
   - Врачи говорят...
   - Кир, - прервала ее Валерия, - мне твое мнение важно, а не врачей.
   - Я останусь тут на какое-то время, поработаем, ускорим с тобой процесс как сможем, но..., - она развела руками. - Сама понимаешь, сроки я никакие гарантировать не могу. Все будет зависеть только от тебя.
   - Значит, физику быстро залатаем, - уверенно заверила Валерия, - А в остальном как мои дела?
   - Нужно время, - немного помолчала, - Про сына ты сама знаешь.
   - Да, - спокойно ответила Валерия.
   - Попрощалась?
   Валерия кивнула, с сестрой они понимали друг друга с полу взгляда. Валерия помнила, что только благодаря Кире она все еще на этой земле. Кира удерживала ее, когда боль утраты тянула ее к Ежи и сыну. Кира уговаривала не торопиться с выбором, напоминая ей о дочери и родных. Кира объясняла, что еще не время для ухода. Кира выдергивала несколько раз из блаженства и спокойствия, когда она уже смирялась и уходила к мужу и сыну. Кира вернула ее в эту действительность, продираясь вместе с ней через боль, отчаяние, безнадежность, безразличие и снова боль.
   - Отпустила?
   - Да, они присмотрят друг за дружкой. А у меня от Ежи осталась Каролинка. Ей не говорили?
   - Я сказала.
   - Спасибо.
   Процесс восстановления шел долго - по меркам Валерии долго - врачи же сходились во мнении, что чудеса не оставляют Валерию, ну не возможно с такими травмами через два месяца перейти в реабилитационную палату.
   Кира уехала домой после того, как сестра покинула больницу - через три месяца - перед отъездом собрала всех, кто так или иначе в ближайший месяц будет поддерживать Валерию, народу набралось не много: мама, Иоанна, Хеленка, Анджей. Сама планировала вернуться как можно скорее, но пару недель ее точно не будет.
   - Народ, - начала она инструктаж, - из всех проблем, которые мы имеет на данный момент в отношении Лерки, первостепенная - это растормошить ее. Она не отгоревала, не отплакала, и в таком замороженном состоянии может находиться очень долго, поэтому, если вы видите, что она готова поплакать, ни в коем случае ее не утешать, не успокаивать. Нужно сесть и поплакать рядом, а еще лучше что-нибудь разбить, покричать, побиться головой о стену. Извините, если грубо, но сейчас, ни в коем случае нельзя ее жалеть, хотя, если вы видите, что жалостью вы ее подтолкнете к слезам - тоже хорошо.
   Все смотрели на Кирку, как на Бога и внимали каждому звуку. Близкие видели в действии насколько она компетентна и сильна, а Иоанна с Хеленой так еще и на себе ощутили - Кире удалось и с ними поработать - выдернуть из того состояния, в котором сейчас находилась Валерия. Про Анджея и говорить не приходилось - он все видел и чувствовал в палате у Валерии, когда они вдвоем с Кирой ее удерживали.
   У Валерии действительно эмоций никаких не было. Удивлялась сама себе - раньше могла рыдать над книжкой или сентиментальной мелодрамой, а тут... даже просто пустить слезу не тянет - Кирка только развела руками, после получаса, когда пыталась вывести сестру на эмоции.
   - Кирюш, я простилась с ними в тот месяц, что лежала в коме.
   - Лерка, надо, чтобы ты начала чувствовать мир снова, а в этом сомнамбульном состоянии ты не пробьешься в мир. Я тебя очень прошу, не сдерживай эмоции, когда они пойдут. Вот смотри - год нужно, чтобы отгоревать и отпустить от себя человека или событие, и плюс два года, чтобы организм физически перестроился на существование без любимого человека. Это физика и это тот минимум, который проходят все, но у многих они затягивается на года. Лер, даже три года - это очень много. Ты готова его впустую потратить?
   Валерия молчала, все слышала, все понимала, но ничего с собой поделать не могла - внутри все замерзло, превратившись в глыбу льда. Ни эмоций, ни чувств не было. Жила на автомате и только эта внутренняя глыба льда держала ее на плаву, не позволяла эмоционально реагировать на нестабильные факторы в ее жизни, не давала рассыпаться в ледяные осколки. Валерия подсознательно оберегала это свое стабильное состояние, опасаясь, чтобы никакая случайность не могла повредить айсбергу - сейчас он оберегал ее, заботился о ней. Понимала, что всегда это продолжаться не сможет, но сейчас не готова была к еще большим изменениям в своей жизни.
   - Ты знаешь, - тихо начала говорить Валерия, - я так много счастья получила за то время, что была с Ежи, наверное, я просто исчерпала положенный мне лимит счастья на всю жизнь, - слова давались тяжело и причиняли физическую боль внутреннему ледяному стражу. - Не было ни одного дня, чтобы я не чувствовала, что меня любят..., обо мне забоятся..., во мне нуждаются..., меня ценят..., балуют...
   - Все правильно, все так и должно быть. - Кира видела, что сестра старается, но так же понимала, что торопить иногда не следует, надо только чуть-чуть подтолкнуть, чтобы она сама вывела себя, сама захотела. - Сейчас самая черная полоса, потом будет легче, ты только сама себя выдергивай потихоньку из этого болота, помаленьку, по граммулечке ищи и находи эти пока еще маленькие лучики счастья в своей жизни.
   'Плотину' прорвало только через пару месяцев. Валерия с Каролинкой сейчас жили у Иоанны, мама уехала домой вскоре после отъезда Кирки, предлагала увезти с собой и внучку, но Валерия оставила рядом с собой.
   Иоанна в тот день, словно случайно, забыла на окне фотоальбом с детскими снимками Ежи. Валерия перевернула пару страниц и, тут же комок слез, который плотно сидел в горле, последнюю неделю, подкатил к глазам, и неудержимыми струйками побежал. С фотографий смотрел маленький Ежи трех, пяти, семи лет. Валерия смотрела на него, а видела перед собой собственного сына, он выглядел именно так, как на этих фотографиях, когда она прощалась с ним и его отцом по ту сторону реальности.
   Иоанна зашла в комнату и увидела Валерию, держащую в руках фотоальбом и молча заливающую его слезами. Глядя на нее, Иоанна сама разревелась, подошла к Валерии, взяла из рук ее альбом. И тут Валерия завыла по-звериному - просто в полный голос, уселась на пол прям тут же, где и стояла, обхватила себя руками и, раскачиваясь из стороны в сторону, продолжала на одной ноте выть. Иоанна устроилась рядом и, не мешая Валерии, сама тихонько плакала. Минут через двадцать, когда вой начал переходить во всхлипывания она сходила на кухню за стаканом воды для Валерии. Вернулась, обняла невестку, та словно очнулась, увидела, что Иоанна рядом.
   - Иоанна, мне их не хватает, мне их физически не хватает. Мне не хватает запаха Ежи, его смеха, его голоса, его слов, его шуток. Мне не хватает присутствия Алекса.
   - Мне тоже.
   Валерия отпила немного воды и стала постепенно успокаиваться.
   - Ты знаешь, Алекс очень похож на Ежи.
   С того момента Валерия стала медленно, но верно вливаться в жизнь. До конца еще не получалось быть в реальности постоянно, бывало выпадала посреди разговора с людьми - и все усилия уходили на то, чтобы контролировать только физику: как правильно перейти дорогу (очень долго не садилась именно поэтому за руль - опасалась, что на дороге может потеряться между реальностями), проснуться, покушать, отвезти Каролинку на детские занятия, сводить в бассейн.
   Чуть позже Кирка настояла, чтобы Валерия приехала домой, сама она сейчас вырвать не могла, но раз у Валерии пошел скачок, то нужно этим воспользоваться и подтолкнуть еще. Осенью Валерия решила до новогодних праздников уехать в Иркутск.
  
   В ноябре Родион вдруг решил ни с того ни с сего купить квартиру в Варшаве, вот просто так... И даже сам себе не мог объяснить зачем это ему надо, действовал просто по наитию, за время, проведшее в Тибете, он укрепил интуитивный канал и теперь этим активно пользоваться: 'Раз хочу, значит так надо!' Сразу подвернулся очень удачный вариант, дорогова-то, но квартира того стоила: старый двухэтажный особняк на четыре хозяина с большой огороженной территорией, засаженной деревьями. Заручился согласием соседей на размещение в вольерах собак на заднем дворе. С парковкой правда проблемно, но это везде в Европе, соседи иногда во двор машины загоняют, надо будет эту тему обсудить и сделать приличный заезд и автоматические ворота. Мама напросилась помогать с ремонтом, Родион с благодарностью вообще все хлопоты по этому вопросу на нее переложил и полетел дальше совершать подвиги - близилось две собачьих выставки, завершение пары сделок. И еще... было одно дело, на которое давно зуб горел, вот теперь он готов им заняться - проект долгоиграющий, руки уже просто чесались взяться за него.
   Новогодние праздники Родион решил встречать в новой квартире в Варшаве, надо успеть до католического рождества - мама очень уважала этот праздник. Билеты получилось взять только в эконом-класс - раньше надо было думать - на праздники все хотят праздников. Разместившись в кресле самолета, посмотрел на часы, еще пару минут и будут закрывать двери, потянулся к карману впередистоящего кресла достать журнал, бросил взгляд на два свободных в его ряду кресла у окна: 'Хорошо, если один полечу' - помечтал он и уткнулся в журнал, интересного ничего не нашел, вернул его в карман и прикрыл глаза. Народ потихоньку расселся, успокоился, в салоне стало значительно тише. Последние пассажиры взошли на борт, под креслом завозился Карло - кряхтя, высунулся из-под кресла и положил морду Родиону на колено. И тут рядом раздался неожиданно звонкий детский восторженный голосок:
   - Мама, мама, смотри, у дяди волк между ног!
   Вокруг грянул ржач, Родион открыл глаза, посмотрел на маленького юмориста и замер, мгновенно поняв чей ребенок стоит перед ним. На него смотрела мордашка маленькой Валерии с восторженными глазами Полянского.
   - Нет, солнышко, это всего лишь маламут, - раздался сверху спокойный голос Валерии. - Волка у дяди между ног быть никак не может.
   Вторичный хохот перекрыл ее последние слова. Родион посмотрел на Валерию, секунды хватило, чтобы оценить - выглядела значительно лучше, чем в последний раз, в глазах уже появился блеск, но они по-прежнему смотрели безучастными.
   - Ваши места? - кивнул он рядом с собой.
   Валерия посмотрела на номера, потом в хвост самолета, перевела взгляд на Родиона.
   - Нет, наши места будут дальше, - и уже дочери, - Пойдем милая, там есть свободные места.
   А мелкая уже трепала Карло за ухо - тот стоически терпел - не любил он подобное своеволие. Родион проводил взглядом Валерию - свободные места оказались почти в самом хвосте, потом откинулся на спинку кресла и усмехнулся: 'Дежавю'. Часа через три - уже все отобедали и большая половина салоны дремала - Родион поднялся со своего кресла и пошел вроде как в туалет. Дочь Полянского и Валерии спала, укрывшись маминой дубленкой, сама Валерия читала, почувствовав взгляд, подняла на него глаза, посмотрела, словно на пустое место и прикрыла их. Родион это расценил, как нежелание общаться, вернулся из туалета в свое кресло. Постарался покинуть самолет пораньше, чтобы не пересечься с Валерией. Понимал, что она не хочет его видеть, сейчас ей и так тяжело, год траура еще не закончился, да и он в прошлый раз отличился: 'Вот нафига было про неудавшуюся счастливую жизнь говорить? А она, случайно не в Варшаву летит? По логике она живет там'. И губы сами растянулись в улыбке.
   Валерия в Москве пересела на Мюнхенский рейс, договорились, что новогодние праздники будут отмечать вместе с Хеленкой в Германии. Сейчас все дела Ежи вела она - у Хелены оказалась недюжая хватка бизнесмена - потому и проживала большую часть времени в Германии, Анджей тоже подключился, иначе бы не вывезли ту махину, которую построил Ежи. От Валерии было мало толку, она только-только начала приходить в себя, да и не рвалась никогда заправлять большими делами, хотя Ежи и настоял, чтобы она закончила экономическую школу и постоянно вводил в курс своих дел, но заниматься сейчас этим? Нет. К тому же, Валерии тяжело жить в их мюнхенской квартире, по договоренности туда почти сразу же перебралась Хеленка, да и Анджей там жил, когда прилетал в Мюнхене. Сейчас Валерия настраивалась на встречу с местом, где было ее семейное счастливое гнездо, где все будет напоминать о том, как она была счастлива, но дальше жилищный вопрос откладывать нельзя. Для себя решила перебраться в варшавскую квартиру, которую они с Ежи использовали, когда приезжали в Польшу - там уже сделали ремонт по проекту Хеленки. Та, до трагедии с братом, являлась довольно известным практикующим архитектором-дизайнором. Сейчас времени на это не оставалось, но иногда она выкраивала часы для любимого дела, которое перешло в разряд хобби. Хелена уговорила Валерию перестроить варшавскую квартиру Ежи. Та со скрипом, но приняла ее предложение. Надо, надо учиться жить без Ежи, и обустроенное под новую жизнь пространство должно помочь в этом.
  
   15 марта Родион был в Иркутске на юбилее своего партнера по последнему проекту. Народу собралось много, весь ресторан откупили две компании, в одной именинником выступал Егор, а в другой смутно знакомый парень - где-то Родион его уже видел - сильно приглядываться к соседней компании не стал.
   Народ уже порядком расслабился и дело пошло к танцам, Родион посмотрел на часы - пора отчаливать, надо выспаться, завтра важная встреча с утра. Нашел глазами Егора, тот приглашал на танец эффектную брюнетку с соседней компании, Родион улыбнулся, а когда брюнетка дала согласие, и пошла танцевать с Егором, удивился, узнав ее. Кира. И тут же быстро пробежал глазами более внимательно по остальным членам соседней компании. Не увидел или не узнал, кого искал, прикрыл глаза и почувствовал. Да, она здесь. Открыл глаза - Валерия стояла к нему спиной в длинном голубом платье с высокой строгой прической. Он не видел ее лица, но чувствовал, что это она. Обошел по дальней дуге, чтобы не попасться на глаза и посмотрел сбоку на нее. Валерия разговаривала с парнем из гостей Егора, тот ей очень активно что-то говорил, она на него спокойно смотрела и изредка кивала головой. Он попытался ее приобнять, она, словно, невзначай отклонилась, попытался преградить дорогу и прижать к стене, она плавно отошла в сторону и с улыбкой позвала своего именинника. Родион тут же его вспомнил - это тот амбал, что забирал Валерию в последний день их знакомства, тогда четыре, почти пять лет назад.
   Родион вышел на улицу и вздохнул полной грудью морозный воздух: 'Ээээх, хорошо', - и улыбнулся. Следом вывалился мужик, пристававший к Валерии.
   - Ты чего такой вздрюченный? - спросил Родион.
   - Да ну ее, - отмахнулся тот.
   - А чего так? Девчонка вроде красивая? - старался, чтобы вопрос прозвучал искренне, без издевки. Как умела отшивать Валерия, Родион помнил.
   - Красивая, - согласился отшитый, - Сексуальная, но какая-то..., - закурил парень, тем временем подбирая слова, - Замороженная, как снежная королева, - затянулся сигаретой, - Нафиг. Там такие тараканы у нее в голове, - быстро докурил, - Ну ее, найду кого попроще. Ну, бывай, - бросил недокуренную сигарету в урну и зашел обратно.
   - И тебе удачи, - кивнул, не поворачиваясь Родион. Вдохнул полной грудью побольше воздуха.
   - Куришь? - раздался женский голос за его спиной.
   Родион обернулся. Кира. Удивился, что она подошла, и неожиданно обрадовался, что она это сделала.
   - Нет. Бросил.
   - Значит, просто мозг проветриваешь?
   - Домой собираюсь, - по-доброму усмехнулся.
   Кира внимательно смотрела на него, он тоже пристально глядел ей в глаза.
   - Что? - спокойно поинтересовался, не отводя взгляда.
   - Ты изменился, - немного улыбнулась, высматривая что-то в нем, констатировала она.
   - Жизнь идет.
   - И как оно?
   - Налаживается.
   - Вижу.
   Постояли, молча, посмотрели друг на друга.
   - Как Лерка? - не выдержал Родион.
   - Уже лучше.
   - Она станет прежней? - помимо воли вырвалось у него.
   - Думаю да, всего год прошел, а она уже многого достигла, работает над собой. Вот даже в ресторан выбралась.
   Родион замялся, пытаясь собраться с мыслями и сформулировать в вопрос, то, что его волнует с их предпоследней встречи.
   - Что?
   - Да... я... тут... косякнулся... столкнулись как-то в аэропорту и... я ей гадостей наговорил про семейную жизнь, про Полянского... теперь она вообще в черный список меня запихала.
   - Когда это было? - удивилась Кира, сестра ей не говорила про встречу.
   Родион немного задумался.
   - В сентябре прошлого года.
   - Не бери в голову, скорее всего, она вообще не помнит этого.
   - ?
   - Лерка тогда в тяжелом состоянии была, у нее все силы уходили на контроль своих действий, эмоционально часто отключалась.
   - Думаешь, не помнит? - с надеждой переспросил он.
   - Пока не лезь к ней, рановато еще.
   - Я помню про три года, - усмехнулся Родион.
   - Ну, это ты хватил, Лерка семимильными шагами преодолевает этот рубеж, я думаю, еще полгода, максимум год и все у нее разложится по полочкам.
   А Родион в это время вспомнил ту сцену в аэропорту, безысходную тоску в ее глазах, фотографии аварии.
   - Вот ты скажи, нафига ей нужен был этот Полянский? - вспылил он.
   Кира неожиданно разозлилась и зло бросила:
   - Да ты тоже, знаешь ли, не в целибате жил все это время!
   - Чего? - не понял Родион.
   - А что, твоя жена уже не в счет?
   - Какая жена? - он, казалось, не понимал о чем речь. Медленно стало доходить о ком речь. - А-а-а.
   - Ага.
   - Пойдем внутрь, холодно, - уже спокойно предложил Родион и открыл дверь.
  
   Майские праздники Родион проводил в Варшаве - и весна здесь пораньше начинается, да и компания подбиралась хорошая, можно на несколько дней куда-нибудь рвануть, но неожиданно решили с Лешеком провести их на пару, вспомнить босоногое детство - где-нибудь в палатке на берегу реки или озера. Родион сначала был против, а потом, загорелся этой идеей. Только надо купить палатку, спальники, примус, удочки, наживку и еще всякой всячины, но вся эта суета его веселила, разделили с Лешеком обязанности по покупкам и каждый занялся своим делом.
   Родион смог уложиться с покупками в полдня, и теперь ехал домой, чтобы все это упаковать, крутил головой, ища место для парковки и сначала почувствовал, а потом увидел Валерию, та с ребенком перебегала пешеходник, Родион вытянул шею, чтобы увидеть в каком направлении они пошли. Настроение вообще зашкалило от радости: 'Есть контакт'. Если она с ребенком, значит, где-то живет поблизости: 'Столкнеееемся, не минуемо столкнемся. Можно сказать рыбалка удалась'.
   После майских праздников побывать в Варшаве у Родиона получилось только в сентябре. Обычно в это время года в Варшаве очень хорошо, но в приезд Родиона зарядили дожди, погодники обещали, что дня четыре на солнечные дни можно не рассчитывать. Родион стоял на крыльце дома под козырьком и размышлял: вернуться за зонтом или не сахарный и так до машины добежит. Дождь только моросил, но ему сегодня весь день мотаться по городу, может и под ливень попасть, две важные встречи, а он при параде, не хотелось бы мокрой курицей, вернее петухом выглядеть. 'А ладно, была не была, авось повезет'. И было шагнул уже из-под козырька, тут подъездная дверь открылась, Родион обернулся, чтобы поздороваться с соседями и растерялся. Валерия. Она на автомате кивком головы поздоровалась с ним и быстрыми шагами пошла мимо, к выходу.
   - Валерия, - окликнул ее.
   Остановилась, обернулась, он неуверенно сошел с пары ступенек, медленно приближался к ней, всматриваясь в каждую черточку лица. 'Выглядит очень хорошо. Набрала несколько килограмм, что только красит ее. А глаза по-прежнему равнодушные. Чужие'. Не отрывая от них свой взгляд, подошел вплотную. Молча, смотрел на нее сверху вниз.
   - ? - прочитал в ее глазах, и не смело улыбнулся, словно заново знакомился.
   Она приподняла одну бровь, это должно было означать вопрос. А Родион по-прежнему молчал и просто впитывал ее такую незнакомую и новую. Она развернулась и медленно пошла от него.
   - Лера, стой, - пришел в себя Родион.
   Снова остановилась, повернулась.
   - Что?
   Он решился:
   - Прости за ту сцену в аэропорту, - сказал и наблюдает за ее реакцией - никакой, - Я не знал тогда об аварии, - в ответ опять равнодушие, - Не хотел тебя обидеть.
   В ее глазах промелькнула боль.
   - Нет, хотел, - упрямо вздернула нос. - Именно ЭТОГО ты и хотел, - развернулась к нему спиной и ушла под моросящим дождем.
   - Ты рано или поздно все равно перестанешь на меня дуться, - тихо сказал он в тишину.
  
   Для Валерии сегодняшняя встреча с Родионом была, как ушат холодной воды. На улице и так мерзко, а тут еще и Гурский, откуда он вообще взялся?!! Увидела его на крыльце дома Иоанны, и чуть не заорала - думала, начались галлюцинации, ноги сами на автомате понесли к выходу. Родион был призраком другой жизни - далекой и почти позабытой. Всего пару месяцев прошло с тех пор, как она перестала выпадать из реальности, заново научилась быть здесь и сейчас, и начала в полной мере контролировать свою жизнь, получать маленькие радости от нее, и Гурский с его сволочным характером сейчас совсем тут не нужен. Откуда он вообще там взялся? Аа-а-а-а, чёрт, так это же новый сосед Иоанны, вот блин.... Как же я раньше не подумала, не ну все можно было ожидать, но чтобы такое свинство собственная судьба уготовила, это же беспредел!!! Что там Иоанна про нового соседа говорила, что очень милый, как же м-и-и-и-и-лый! Что познакомилась с его мамой - она просто чудо какая доброжелательная и отзывчивая, это вполне допускаю, но елки-иголки... теперь буду шарахаться от дома Иоанны. Хорошо хоть лето закончилась, Каролинка в садик пойдет, Иоанну будем к себе звать. А лучше у его мамы узнать график посещаемости Гурским Варшавы.
   В следующий раз пришлось столкнуться в конце октябре, на Варшаву выпал первый снег: против обыкновения очень рано и необычайно много - дороги стояли в заторах, на тротуарах каша. Валерия прилетела от Хеленки на день раньше оговоренного срока, еле дотащила чемодан до подъездной двери и пыталась ее открыть.
   - Что за черт! - возмутилась она после 10-минутного уговаривания замка, ее ключ не подходил, из соседей никого нет. - Вот черт. - К себе чемодан тащить не имело смысла, да и на счет Каролинки договаривались, что заберет ее домой.
   Родион подошел почти сразу после ее прихода и от души забавлялся, видя, как Валерия пытается открыть старым ключом замок на двери. Сегодня у него не очень удачно сложился день, все планы поменяла погода, возвращался домой раздраженный. Но, увидя Валерию, губы сами расползлись в благодушной улыбке.
   - Зараза, - пнула та с досадой дверь.
   - Замок сломался пару дней назад, пришлось поменять, - произнес он нейтрально за ее спиной.
   Она распрямилась, положила руку на ручку двери, постучала по ней замерзшими пальцами и потом соизволила повернуться к нему.
   - Добрый день, - очень вежливо поздоровалась.
   - Привет, ты не возражаешь, если я своим ключом немного помогу тебе? - по-доброму улыбнулся ей.
   Она театральные жестом, указала рукой на замок, приглашая заняться им. Родион открыл дверь, подхватил чемодан, слегка крякнув при этом, и отстранился немного назад, пропуская ее вперед.
   - Ты его для балласта что ли нагрузила так?
   - Для поддержания физической формы, - ответила она, заходя в подъезд.
   - Ручка отвалится у твоей физической формы, - проводил ее оценивающим взглядом.
   Взгляд она почувствовала.
   Родион занес чемодан на второй этаж, поставил у дверей Иоанны спустился на пару ступенек, и с интересом стал наблюдать за Валерией, она недовольно пыхтела у двери, чувствуя присутствие Родиона, пытаясь сосредоточится на том, куда она только что засунула ключи от двери. Ой, как он ее раздражал. Не выдержала, развернулась к нему и опять предельно вежливо поблагодарила.
   - Спасибо огромное за затаскивание тяжести, можешь заняться своими делами.
   - Не волнуйся за меня, я тут постою, посмотрю, как ты в квартиру попадешь, - очень так добродушно ответил он.
   Это ее вообще выбесило, сдержав рычание, она таки нашла ключи и вставила в замок, вернее попыталась вставить. Ключ не подходил. Замок давно барахлил, и Иоанна его грозилась поменять уже с полгода, видимо пришло время, но как же не во время! Валерия подняла глаза к потолку, сосчитала до десяти, попыталась успокоиться - не вышло, вдохнула-выдохнула, потом повернулась к Гурскому.
   - Что с замком на сей раз? - сдерживаясь, чтобы не попинать упрямую дверь, тяжелый чемодан, а заодно и довольного Гурского, поинтересовалась.
   - Сломался, - радостно подтвердил Родион, - я лично пару дней назад помогал его взламывать, чтобы Иоанна смогла попасть в квартиру.
   И стоит весь из себя такой пушисто-добродушный, как Леопольд. 'Прибить его, что ли? Чего так радуется-то?'
   - Хорошо, я поняла. Теперь ты можешь быть свободен? - старалась быть вежливой.
   Валерия достала телефон, набрала Иоанну, поинтересовалась, когда они с Каролинкой будут дома, оказалось, что только завтра - уехали в Краков, сегодня Валерию не ждали. Ситуация усложнялась. Тащить тяжеленный чемодан к себе на четвертый этаж без лифта вообще нет смысла, его все равно возвращать сюда (Хелена напихала мамочке подарочков килограмм 20). Можно дождаться соседей по этажу и у них оставить, но они будут часа через четыре, а может просто оставить его у двери, а Зигмунту позвонить, попросить, чтобы затащил к себе и приютил на сутки, а завтра Иоанна его заберет. Только телефона Загмунта у нее нет, может у Иоанны есть?
   - Тебе ночевать негде? - проявил себя Родион.
   Валерия уже успела забыть о его присутствии.
   - Не дождешься.
   - Тогда в чем проблема?
   - У тебя случайно телефона Зигмунта нет?
   - Зачем он тебе?
   - Хочу оставить у него багаж до завтра, - терпеливо объяснила, стараясь не кипеть от злости.
   - Можешь оставить его у меня, я мирный, - Родион внимательно всматривался в Валерию, что-то у нее там происходило в голове, мысли-то как шевелятся и мысли не совсем хорошие.
   Она на мгновение задумалась. В принципе это вариант, надо только оттуда вытащить свой пакет, опять же... вон бицепсы накачал, значит и дотащит легко. Присела у чемодана, раскрыла, быстро вытащила пакет со своими вещами, защелкнула замки.
   - Прошу, - великодушно разрешила она, - он с радостью приголубится под вашим крылышком, Сударь.
   Родион чуть не растекся по стенке, когда услышал и знакомую интонацию, и знакомые словечки - Лерка возвращается.
   - И надолго он ко мне на постой?
   - Думаю до завтра, но может и чуть дольше, там скоропортящегося ничего нет, так что не волнуйся если он у тебя загоститься.
   Родион легко поднял его и спустил на один этаж вниз к своей квартире.
   - Зайдешь? - совсем уж по-дружески пригласил Валерию, чем неимоверно удивил ее.
   - Нет, - покачала головой, - Не смею злоупотреблять Вашим гостеприимством. Одного чемодана с Вас хватит. Спасибо.
   Чемодан забрала Иоанна на третий день, как только вернулась домой. Валерию Родион увидел через неделю. Столкнулись во дворе.
   - Привет, - перегородил ей дорогу в воротах.
   - Привет, - почти дружески поздоровалась она.
   - Как жизнь?
   - ?
   ' С чего бы это ему интересоваться чужой жизнью?!' - равнодушно спросил мозг Валерии.
   - Слушайте, девушка, я вам просто удивляюсь, - скопировал он ее интонации.
   - ?
   - Ну, элементарное чувство благодарности у вас должно же быть развито!
   - ? - 'перегрелся' - подумала Валерия.
   - Зайти просто в гости и поблагодарить за то, что ваши вещи захламляли мой коридор на два дня дольше оговоренного, ведь можно?
   Валерию Гурский напрягал, она не могла понять, что именно вызывает у нее раздражение при встрече с ним, но злил он ее порядочно. Поэтому постаралась как можно побыстрее избавиться от него.
   - Ну, хочешь я тебе цветы подарю, в качестве благодарности, - протянула ему букет.
   - Нахрена мне твой веник? - обалдел Родион.
   - Хорошо, куплю тебе зайчика шоколадного, - быстро проскользнула у него под рукой и побежала к подъезду.
   Догонять ее не стал, только усмехнулся. А через пару дней раздался звонок в дверь, Родион удивился, гостей у него не бывало, открыл дверь, на пороге стоит Иоанна и держит в матерчатом пакете что-то объемное с трехлитровую банку величиной.
   - Доброе утро, Родион.
   - Доброе, - насторожился тот.
   - Тебе, - и протягивает ему пакет.
   - Что это? - осторожно спрашивает, и даже руки не протягивает, чтобы взять его.
   - Лера просила передать.
   - А что там?
   - Она сказала, что ты поймешь.
   Родион с опаской взял пакет.
   - Спасибо, - поблагодарил Иоанну, закрыл дверь и только потом аккуратно ощупал мешок, после чего заглянул в него.
   Иоанна услышала, поднимаясь к себе, его хохот и улыбнулась сама.
   В мешке был пластмассовый заяц для упаковки новогодних подарков, Родион отвинтил зайцу голову и заржал вторично - полость оказалась заполнена маленькими шоколадными зайчиками разного размера.
   - Вот зараза, - Родион расплылся в улыбке.
  
   Зима потихоньку вступала в свои права, в Польше не зима, а какое-то межсезонье, Валерия до сих пор не могла привыкнуть к постоянной холодрыге на улице: с неба непонятно - то ли льется, то ли сыплется, под ногами чавкает, ветер пронизывает. Раньше старались на зиму куда-нибудь уехать хотя бы пару раз на две-три недели, в этом году решили отмечать в Варшаве и новый год и оба рождества. В начале декабря среди дня забежала к Иоанне, пересекла дворик, копаясь в сумочке в поисках ключей и чуть не споткнулась обо что-то, что находилось на крыльце. Там оказалась пожилая женщина прилично одетая, ухоженная, но лицо..., да с лицом что-то определенно не так, бледное, перекошенное от ... боли?
   - Что с Вами? - присела рядом Валерия.
   - Нога..., надеюсь, что только подвернула.
   - А вы пришли или уходили отсюда? - раньше ее Валерия не видела.
   Дом, в котором жила Иоанна был всего на четыре квартиры и со временем соседи успели перезнакомиться со всеми гостями друг дружки.
   - Я живу в первой квартире.
   - А фамилия ваша как? - удивилась она.
   - Гурская.
   - Понятно, пару минуток подождите, я закину пакет к Иоанне и отвезу вас в травмпункт, - по-русски обнадежила она.
   - Спасибо, сама, я боюсь, не справлюсь.
   В больнице, после обезболивающего укола, когда стало легче дышать, и можно было сосредоточиться на чем-то ином, нежели острая боль в ноге, расходящаяся волнами по всему телу Александра Феликсовна, наконец, смогла внимательно взглянуть на свою спасительницу. Валерия разговаривая с хирургом, сняла кепку, тряхнула головой, рассыпая волосы по плечам. 'А я ее знаю', - удивилась травмированная, - 'Откуда? Раньше не встречались, но я ее точно знаю'. В памяти всплыла встреча с сыном у него дома и фотографии, которые она просматривала у него на компе. Там была девушка, рядом со счастливым, улыбающимся Родионом сидела еще несколько ее фотографий . И Валерия очень сильно походила на ту девушку из прошлого ее сына. 'Маловероятно. Это же сколько лет прошло'. Лица той девушки не помнила отчетливо, но слабая уверенность, что прошлая девушка и Валерия одно лицо потихоньку набирала силу.
   После снимка в травмпункте жизнерадостный молодой хирург 'порадовал':
   - Всего лишь перелом, радуйтесь, что удачно упали и не сломали шейку бедра. Месяц-полтора придется в гипсе попрыгать, - все это он выговаривал Валерии, - учтите, в этом возрасте подобные травмы заживают очень плохо, так что, побольше кальция, студенца. И скоро снова попрыгаете на обоих.
   - Чего-нибудь стоит ожидать непредвиденного в подобной ситуации.
   - Нет, все как обычно, может быть небольшая температура, но это в пределах нормы, ее сбивать не желательно, так организм борется с инфекцией, - радостно заверил доктор.
   - Ясно, какие обезболивающие можно принимать? И таблетки, пилюли, микстуру - что-нибудь выпишите для убыстрения заживления. И дайте ваш телефон, на всякий случай.
   В машине усадив Александру Феликсовну со всеми удобствами на переднее сиденье, Валерия уселась за руль.
   - Где Родион? - по-деловому спросила она.
   - Он только как неделю уехал, месяца три его не будет.
   - Давайте вызывать, сами вы не справитесь.
   - Нет, - Александра Феликсовна отрицательно замотала головой, - у него серьезная сделка, готовил ее полгода, сейчас завершающий этап, в лучшем случае, в конце января сможет вернуться.
   - А ВЫ почему в Иркутск не поехали?
   - За собаками же надо кому-то присматривать.
   'О, Гоооосподи, еще и собаки', - мысленно простонала Валерия, 'ну собаки-то мне на что?'
   По пути заехали в аптеку, возле дома вышли из машины.
   - Ну что, попрыгали, Серая шейка.
   Александра Феликсовна тихонько рассмеялась. Допрыгать получилось только до скамейки, Шейка выдохлась еще на подлете.
   - Подождите, передохните, - Валерия заглянула на соседские окна, потом сбегала за Зигмунтом, и уже он занес Александру Феликсовну домой.
   Спасательница набрала по телефону Иоанну, та спустилась и вдвоем они устраивала пострадавшую.
   - Значитца так, - постановила Валерия, - Я так понимаю, в Варшаве у вас близких друзей-знакомых нет?
   - Нет.
   - Хорошо, как самочувствие?
   - Как и сказал доктор - все в пределах нормы, - прошелестела пострадавшая.
   - То есть? температура поднялась? - обеспокоилась Валерия, дотронулась до лба - так и есть, нашла в аптечке градусник, замерила - 38С.
   - Тааак, Александра Феликсовна, умереть мы вам так просто не дадим, на это даже не рассчитывайте.
   Валерия позвонила шутнику-хирургу, повеселила его высокой температурой, он опять же заверил, что все в норме и до пяти дней она может держаться, 38 - это норма.
   Накачав Александру Феликсовну обезболивающими, уложили в постель, время на часах показывало девять вечера.
   - Я переночую у Александры Феликсовны, только приму душ и Каролинку засыплю, - договаривалась она с Иоанной, поднимаясь по лестнице.
   - Мы сами уложимся, не волнуйся.
   У Иоанны быстро залезла под душ, выбрала книжку, захватила пару булочек и спустилась снова в квартиру Родиона. Почитала книжку, устроившись на диване, через пару часов замерила температуру - перевалила за 39. Валерия снова набрала хирурга. Он удивился цифре 39, но, посмеиваясь, разрешил, если совсем будет плохо, сбить не ниже 38. Валерия пошла на кухню, провести ревизию продуктов на ближайшие несколько дней. Обнаружила сушенный шиповник, тут же засыпала его в термос и залила кипятком - завтра может пригодиться, попался каркаде, заварила маленько и его. Выдвинула ящик в поисках ложки для чая и увидела своих шоколадных зайцев - невольно улыбнулась, порадовавшись сильно убывшему количеству. 'Скажи спасибо, что я тебе живого в коробочке не прислала'.
   Принесла немного остывший каркаде Александре Феликсовне, разбудила, уговорила ее выпить, помогла дойти до туалета и снова уложила, опять водрузила загипсованную ногу на подушки, замерила температуру, дала небольшую дозу жаропонижающего и закутала вторым одеялом. Пациентка была слаба, как новорожденный котенок и со всем соглашалась. Ночь прошла тревожно, температура упорно ползла за сорок и Валерия заводила будильник каждые три часа. А утром все-таки вызвала скорую. И пациентку увезли лечить инфекцию, сказали на пару недель. Эти пару недель Валерию окончательно привели в чувства. Постоянные поездки в больницу к Александре Феликсовне, благо хоть кормили там прилично, и не надо еще и дома у плиты стоять. Кормежку собак никто не отменял, а кормиться они привыкли строго сбалансированным питанием, чем Валерия по-честному и занималась три дня, потом махнула на все это рукой, стала просто готовить раз в день какую-нибудь кашу на мясе с овощами. Маламутов еще требовалось и выгуливать, с этим тоже довольно быстро разобралась - раз в день брала с собой Каролинку, совмещая сразу выгул дочери и собак. И Каролинка и псы получали от этого обоюдное удовольствие. Вечером же просила Зигмунда их выпустить. И еще дочь никто не отменял, каждый день оставались то занятия, то бассейн.
   Через две недели Александра Феликсовна вернулась домой, по-прежнему в гипсе, но зато бодра и весела, а энергии ее хватало и на уборку, и на готовку для собак (Валерия первый раз, когда увидела, как та цаплей скачет на одной ноге ловко по кухне ухохоталась). Но, выгул собак и закуп продуктов оставался на Валерии.
   Каролинка сильно задружилась с бабушкой Сашей, вторая же просто млела рядом с ребенком: то они журавликов из бумаги делают, то снеговиков из ваты, то вместе кашеварят, если пару дней не было ребенка в гостях, то Александра Феликсовна настойчиво просила:
   - Лер, пусть Каролинка спустится.
   - Вы же устали!
   - Мы отдохнем с ней вместе.
   - Даааа, внуков вам, Александра Феликсовна, надо, - неосторожно вырвалось у Валерии.
   - Давно надо, - согласилась она, - но Родион у меня один, я с внуками сестры одно время нянчилась - мне очень нравилось, сейчас они уже выросли. А вот с Каролинкой одно удовольствие. Она на тебя сильно похожа.
   - Да, - согласилась Валерия, - а характер отцовский, - грустно добавила.
   Немного помолчали.
   - Прости, я знаю о вашей трагедии, Иоанна рассказывала. Лерочка, время лечит.
   - Я знаю, мне уже легче, но иногда...., - на глаза набежали слезы.
   - Все пройдет, - Александра Феликсовна взяла ее за руки.
   Предполагая, что Родион часто звонит матери, Валерия еще в первый день попросила Александру Феликсовну не говорить ему, что она как-то причастна ко всей этой истории. Поначалу пациентка просто не смогла удивиться - находилась в полусне, а теперь нет-нет, да все порывалась рассказать сыну и о переломе, и об осложнении, и о Валерии. Останавливало только то, что сделка действительно была важной, а зная Родиона, мать была уверена, что узнав о ее беспомощности, он все бросит и вернется.
  
   После выписки Александра Феликсовна открыла старый ноутбук сына, который тот оставил для нее, чтобы держать связь. Долго тыкалась по разным файлам, пытаясь найти папку с фотографиями. Нашла, там все размечено по датам, поэтому не составило большого труда обнаружить искомое: Родион рядом... все-таки с Валерией. Она, конечно, изменилась, внешне, но это один человек, пришла она к выводу, рассматривая ее на фотографиях с разного ракурса.
   Между травмированной и спасательницей сразу же, еще на крыльце возникла доверительная симпатия. Все родственники и подруги Александры Феликсовны остались в Иркутске. В Польше ей нравилось, но даже приятелями пока не успела обзавестись и тут сразу такой подарок: и Валерия, взявшая на себя опеку о ней и собаках; и ее смышленая дочка, к которой Александра Феликсовна привязалась; и Иоанна, тактичная, не навязчивая, всегда готовая помочь; и Збышек заботливый. Оказавшись в сложной для себя ситуации, она приобрела сразу симпатии стольких людей.
   Иоанна, разоткровенничавшись, рассказала историю Ежи и Валерии. Как все неудачно у них сложилось. Валерия нравилась Александре Феликсовне, очень, еще в тот - первый раз пять лет назад, когда она увидела ее на фото рядом со счастливым Родей, поняла, что готова полюбить эту девушку. Времени прошло много и много чего изменилось в жизни обоих: и сына, и Валерии. А что будет сейчас между ними? Сильно хотелось, чтобы они сошлись. Валерия подходит Родиону и чем дальше Александра Феликсовна с ней общалась, тем больше утверждалась в этом. Именно такая девушка нужна сыну, Валерия сможет сгладить острые углы в его характере и привязать к себе. Родион не подарок, но... мать видела, как изменился сын за то время, что провел в Тибете: стал более цельным, спокойным. Ему бы сейчас попытаться с Валерией сойтись. Так он, наверное, поэтому постоянно рвется в Варшаву, даже собак сюда перевез. А мать все удивлялась, что сын все больше и больше времени проводит не в Иркутске, а здесь. Сначала думала, что Родион, наконец, нашел свое место, где ему хорошо и спокойно, а после того, как сблизилась с Валерией, догадалась, что сын рвется сюда именно ради нее.
  
   Католическое Рождество отмечали в квартире у Иоанны большой компанией, приехала Хелена, Анджей, Кира, помогли допрыгать Александре Феликсовне.
   Весь день шел снег, который, возможно завтра уже растает, поэтому народ старался воспользоваться таким шикарным случаем и в католическую ночь слепить ангелов, загадать желания, выпустили маламутов, слепили снеговика, вывалялись в снегу. Больше всех радовалась Каролинка у которой было гораздо больше поводов для счастья, чем у взрослых: и поносится с собаками, и поездить на дяде Анджее, и посидеть в маааленькой, но все равно ледяной избушке. Запустили фейерверки в полночь и вернулись в тепло.
   После часу ночи Александра Феликсовна настояла, чтобы ее транспортировали обратно, и захватила с собой Каролинку, чтобы ребенок спокойно выспался и не мешал остальным гулять. Гулянья особого не было, просто сидели, разговаривали, старались обходить острые углы, еще слишком тяжело вспоминать Ежи - всего второй Новый год будет без него, еще рано о нем говорить, как о живом в прошедшем времени.
   Все начали расходиться по комнатам, Валерия последняя заняла душ, привела себя в сонный порядок, потом зашла на кухню выключить свет, захотелось чаю, налила, взяла кружку в руки, подошла к окну: падал снег большими хлопьями, где-то небо освещалось фейерверками. Хорошо встретили Рождество! И тут накатила такая тоска: о Ежи, Алексе, Каролинке без отца, о ней самой без Ежи и сына. Стояла и сглатывала комок в горле. На плечи легли большие теплые заботливые мужские ладони, и она не выдержала и разревелась.
   Анджей подхватил ее на руки, и усадил к себе на колени, а она, как маленькая девочка рыдала ему в футболку. Он не останавливал, не утешал, просто прижимал ее голову к своей щеке и был рядом. Наревевшись, Валерия попыталась встать с колен Анджея.
   - Тшшш, посиди еще маленько, - прижал ее к себе.
   Она поудобнее устроилась, притихла и, не заметила как, уснула, Анджей еще покачал ее для надежности, а потом на руках отнес в спальню. Кира оторвала сонную голову от подушки, увидев входящего Анджея с ношей, встала, расстелила Леркину постель, подождала пока он ее положит, и накрыла одеялом.
   - Спасибо, - повернулась к Анджею.
   А он, молча, притянул ее к себе, просто прижал, на объятия это не походило, скорее на дружеский жест. Ему тоже тяжело - потерял близкого друга, самого давнего, видит, как страдает его любимая, наверное, бывшая любимая, но все же переживает еще и за нее. И помочь-то ему некому.
   На следующее утро Валерия увидела Анджея на кухне сидящим за столом с чашкой кофе, подошла, присела рядом на корточки и заглянула ему в глаза. Он смотрел на нее с теплотой и заботой во взгляде.
   - Спасибо, - шепотом поблагодарила его и, чмокнув в щеку, быстро ретировалась с кухни, пошла за Каролинкой.
   - Вставайте, сони, - с порога крикнула она, войдя в квартиру Родиона.
   Сони уже сидели за столом и чинно завтракали, ведя светские беседы.
   - Мама, - повернулась дочь к Валерии, - а когда приедет дядя Родион, мне уже нельзя будет с его собаками играть?
   - Наверное, нет, Солнышко. Но мы найдем чем заняться, - и, обернувшись к Александре Феликсовне спросила, - Когда Родион приезжает?
   - Не знаю, а ты чего так всполошилась?
   - Да подумалось... вдруг он на Новый год возьмет и заявится.
   - Так это же хорошо, - обрадовалась мать.
   - Ну да, а гипс вы куда спрячете? Я с ним объясняться не намерена, я по-прежнему настаиваю, чтобы мое имя не упоминалось в этой истории.
   - Лерочка, все равно рано или поздно всплывет правда.
   - Лучше поздно и когда мы будем на разных континентах. Он, кстати, когда звонил?
   - Вчера поздравлял.
   - Какие-нибудь признаки были, что он собирается на Новый год в Варшаву?
   - Нет, но он любит сюрпризы.
   - Да уж, - взгрустнула Валерия. - Я вас, кстати, на завтрак пришла звать, а вы уже, вижу, отзавтракали.
   - Мам, можно я сегодня у бабушки Саши останусь. Мы с ней играть будем.
   - Лерочка, я не против, - торопливо заверила та.
   Валерия только усмехнулась, заговор был шит белыми нитками.
   Дня через три она забежала навестить 'свою пациентку'. Иоанна внучку увела на Новогодние утренники - у них на сегодня целая программа расписана. Валерия с утра бегала по офисам, собирала недостающие бумаги, которые нужны были Хеленке.
   - Устала? - спросила ее бабушка Саша, накладывая аппетитную рыбку с рисом.
   - Да, суета такая на улицах, везде пробки.
   - Родион сегодня звонил.
   - Чего хотел? - насторожилась Валерия.
   - Сказал, что приехать раньше 20 января не получится.
   - Уф, успеем вам гипс снять.
   Александра Феликсовна рассмеялась.
   - Лер, ты его чего так боишься?
   - Да я не его боюсь, а последствий того, что он может устроить. Его же если несет, то это все - крантец всем - только успевай где-нибудь хорониться.
   - Не преувеличивая, с тобой, почему-то мне кажется, он совсем другой.
   - Да-да, до поры до времени, - отмахнулась она.
   - Он поменялся. Сильно.
   - Люди не меняются.
   - Меняются, если этого сами хотят, - мягко настаивала мать.
   - Нет, Александра Феликсовна, суть человека остается всегда неизменной, что в 15 лет, что в 40, что в 60, меняется только оболочка, которой он прикрывается. А случись какая-нибудь критическая ситуация и все возвращается, - Валерия была категорична.
   - Лер, я знаю своего сына, в нем много есть того, что даже мне не нравится, но истина, душа у него добрая, он, когда любит, горы сворачивает.
   Валерия задумалась.
   - А он разве любил когда-нибудь? - серьезно спросила она и вопросительно посмотрела на собеседницу.
   Та помедлила немного.
   - Мне кажется - да. Просто его любовь это и его сила, и его слабость. И он пока до конца с этим не может разобраться.
   Валерия промолчала.
   - Ты присмотрись к нему, - попросила Александра Феликсовна. - Он больше года прожил в Тибете, вернулся оттуда совсем другим. Может ты и права в том, что хватит его ненадолго, но... только понимаешь - это все-таки мой сын и я очень хочу, чтобы он был счастлив. Очень хочу внуков.
   Валерия не совсем понимала, куда клонит ее собеседница: то ли она оправдывает сына, то ли защищает от нападок Валерии. Зря завели этот разговор.
   - Я понимаю, может вы и правы, и у него что-нибудь получится. Подыщите ему хорошую девушку, помоложе - может и сладится. У меня в Варшаве много приятельниц не замужних, и все хорошие. Может познакомим?
   - Была у него такая уже, - вырвалось у Александры Феликсовны.
   - И что, - Валерия не сильно интересовалась судьбой Родиона.
   - Он однолюб, и сдается мне, что он уже сделал свой выбор, - хитро блеснула глазами мать.
  
   Гипс сняли 15 января, а 20-го приезжал Родион. Валерия за день до его приезда провела тщательнейший обыск в его квартире, пытаясь уничтожить все следы пребывания свои и Каролинкины - за пару месяцев там неожиданно много всего скопилось, начиная от соков в детских тетрапаках, заканчивая детскими поделками. Александра Феликсовна смотрела на все это грустными глазами.
   - Лерочка, вы словно на веки со мной прощаетесь.
   - Вот еще, через пару недель Родион отчалит, и снова могу вернуть вам все это добро, - кивнула она на большую коробку с собранными 'уликами', - в придачу с ребенком.
   - Все равно Родион узнает, что вы тут были.
   - Если Вы ему ничего не скажете, то не узнает, главное пару недель продержать, вот если бы он на пару месяцев приезжал, тогда - да, тогда - я согласна - смысла в этом не было бы. Вот еще, что, - Валерия обернулась к 'своей пациентке', - Каролинка какое-то время не сможет у вас бывать, пока Родион здесь.
   - Почему? - дрогнул голос у Александры Феликсовны.
   Валерия присела рядом с ней, взяла ее руки в свои и мягко начала объяснять своё решение.
   - Я не хочу, чтобы Родион раздражался на мою дочь, он чужих детей терпеть не может. А я за нее ему глаза могу выцарапать. Мне очень дорого ваше отношение к моей дочери. Не хочу, чтобы из-за Каролинки между вами и Родионом начались какие-то трения. Потерпите маленько, он же не все две недели будет безвылазно дома сидеть, я понимаю, что вы привязались к ребенку - постараюсь пару раз привести ее в его отсутствие. Договорились? - улыбнулась.
   Александра Феликсовна тяжело вздохнула.
   - Лерочка, это не правильно, что мы как преступники.
   - Это временно.
  
   Родион Болеславович, приехал ровно в назначенный им самим срок, счастливый от проделанной работы, в предвкушении долгожданного отдыха.
   - Мам, ну рассказывай, как ты тут одна справлялась с псами?
   'Ой, про собак-то мы не продумали, что говорить, я только еду им готовила, а выгулом и уборкой за ними по-прежнему Валерия занималась'.
   - Хорошо, - уверенно заверила его, - аппетит отменный, - дала полную раскладку по рациону, чтобы увести от щекотливой темы. - Как у тебя? Ты такой счастливый!
   - Жизнь - интересная штука. ЗдОрово, мама, - наклонился и обнял ее. Отстранился, уселся за стол. - Что у вас интересного произошло? Как соседи?
   - Соседи - милейшие люди, Родион, я таких отзывчивых людей давно не встречала.
   Родион с интересом посмотрел на нее, собираясь что-то спросить, но остановил себя.
   - Ладно, пойду попроведаю собак.
   Родион вышел на улицу, вздохнул полной грудью морозный воздух: 'Хорошо как. Пару недель передохнуть, потом еще пара-тройка месяцев разъездов и можно осесть тут на полгодика'. Подошел к вольеру, собаки соскучившись, лезли к нему. Сразу же заметил перестановку, чашки стояли не на месте, лежанки сдвинуты, слегка удивился - мать обычно подобные вольности с собаками себе не позволяет. Через полчаса зашел домой.
   - Мам, что за перестановка в вольере?
   - Э? - мать была не в курсе, к собакам она не подходила почти два месяца, и что там поменялось, не знала - Валерия не говорила. - Тебе не нравится?
   - ? - Родион в недоумении смотрел на нее, мать врать не умела, что-то происходит...
   - Я сегодня им добавлю в кашу...., - пыталась сменить тему.
   Родион усмехнулся, собаки здоровы - это главное, а с остальным позже разберемся.
   Вечером Родион выпустил собак, чтобы поносились по двору. 'Надо бы вывезти их за город, да прогнать километров десять, а то застоялись'. Посмотрел на окна Иоанны, и теплая волна тихого счастья заполнила его всего - очень хотелось увидеть Валерию. Встретиться с ней получилось не сразу, только на третий день после приезда. Валерия выходила с подъезда и быстрыми шажками шла к воротам, Родион в это время возвращался от собак, увидел ее и легкой трусцой бросился на перехват. Неожиданно для Валерии, возник прямо перед ней в воротах, перегородив выход на улицу.
   - Привет, - лампочка Ильича отдыхает.
   Валерия от неожиданности вздрогнула, хорошо хоть не заорала, перепугавшись не на шутку.
   - Привет, - удивилась его реакции - стоит с улыбкой от уха до уха и высматривает что-то в ней.
   - Я приехал, - а сам словно впитывал, как губка, те ощущения, которые испытывал, находясь рядом с ней.
  Всякий раз, вглядываясь в каждую черточку ее лица, старательно запоминал и фиксировал у себя изменения, которые видел в ней. Вот сейчас она уже более живая и в глазах нет-нет да проблеснет маленький огонек интереса, хотя настроена несколько враждебно по отношению к нему. А он такой счастливый, что хочется поделиться с ней и своим настроением, и солнечным днем.
   - Я вижу, - по-доброму, но без улыбки ответила ему. - И светишься весь, как новогодняя елка.
   - Так заметно? - притворно смутился он.
   Валерия положила ему руку на грудь и слегка надавила, отодвигая его в сторону, освобождая себе путь.
   - Счастливо, - попрощалась, не глядя в глаза.
   - До встречи, - а его сейчас не прошибешь никаким равнодушием.
   Родион смотрел ей вслед и был таааааким счастливым, как ребенок, заполучивший долгожданную шоколадку, тут же вспомнились шоколадные зайцы, и он опять расхохотался. 'Валерия, Лееееера', - что-то поменялось в его отношении к ней, той бешенной безумной страсти, от которой срывало крышу, и бросало из крайности в крайность, не было. Сейчас собственные чувства давали уверенность, силу, и этой силой можно было сдвигать горы - только что проделанная сделка этому реальное подтверждение, народ на бирже до сих пор в ауте. Прав был Лама - сексуальную энергию можно использовать не только в постели. Если с умом и творчески к этому подойти. Родион еще не понимал до конца, что именно дает ему все эти силы: само чувство к Лере, которое он испытывает или просто ее присутствие на этой земле. Но пока этого было достаточно - сейчас большего не требовал - ловил кайф от мимолетных встреч, собственных ощущений.
   Через пару дней Валерии позвонила Хеленка и попросила приехать на пару дней в Мюнхен, нужна ее подпись на документах. 'Здорово, заодно и на север прокачусь, Марио давно хотел что-то 'потрясающее' показать'. Валерия решила утром заскочить к Иоанне, забрать кое-какие Хеленкины вещи. Чуть ли не по-пластунски пробрались с дочерью в подъезд, зашли к Иоанне, выпили чайку, Иоанна собрала пакет нужный дочери. Валерия выглянула в окно на задний двор, где стояли вольеры с маламутами - Родион был там.
   - Каролинка, быстренько собирайся, забежим еще к бабушке Саше.
   - Уряяя, я ее уже скучаю.
   - По ней скучаю, - поправила Валерия.
   У ребенка в голове было несколько языков одновременно, поэтому она иногда путалась в формах, склонениях, падежах.
   - Лер, - окликнула ее Иоанна, - я чего-то не пойму, ты от Родиона, что ли скрываешься?
   - Почему это скрываюсь? - искренне возмутилась она.
   - Бегаешь от него? - допытывалась свекровка.
   - Я не бегаю, - начала категорично отпираться.
   - Ну-ну, - улыбнулась Иоанна, - а мне со стороны кажется, что очень-очень избегаешь встреч с ним.
   - Иоанна, - опять возмутилась Валерия, - Мне не зачем с ним встречаться. Каролинка, ты готова?
   - Да, мам, а я у бабушки Саши до вечера останусь?
   - Здрасти, у нас же самолет после обеда, мы только поздороваемся и побежим домой собираться.
   Иоанна улыбалась, глядя, как суетится Валерия.
   - Давайте, удачи, - обняла внучку, потом Валерию, на ухо ей шепнула, - От судьбы не убежишь.
   Валерия недовольно фыркнула, заскочила еще раз в спальню, выглянула в окно, чтобы убедиться, что Маламутчик с маламутами, и быстренько спустившись этажом ниже, позвонила в дверь Родиона.
   - Бабушка Саша, - с порога закричала Каролинка, - мы с мамой в Мюнхен летим сегодня.
   Александра Феликсовна подхватила ребенка на руки, прижала к себе, от радости на ее глазах даже слезы выступили.
   - Солнышко, я по тебе так соскучилась.
   - Я тоже, мама, сказала, что мы всего на несколько дней, а потом вернемся и я приду к тебе в гости. Можно? - серьезно спросила.
   - Конечно, ягодка моя.
   Отпустила Каролинку, обняла Валерию.
   - Здравствуй. Чаем напоить вас?
   - Здравствуйте, в другой раз Александра Феликсовна, мы только поздороваться и побежали дальше. Собираться надо.
   - Ну, давайте, легкой дорожки вам, - еще раз обняла ребенка и закрыла за ними дверь, подошла к окну проводить их взглядом.
   Иоанна тоже стояла у окна, ждала, когда они выйдут из подъезда. Валерия сначала высунула нос разведать обстановку во дворе - траектория их пути была чиста.
   - Каролинка, сейчас быстро выходим на улицу, нигде не задерживаемся, ни на что не отвлекаемся - идем очень быстро к воротам, - по-деловому инструктировала дочь.
   - Хорошо, мам, я готова.
   Вышли на улицу, прошли уже одну треть пути, и тут из-за угла выскочила четверка маламутов, увидев Валерию с Каролинкой, соскучившись, бросились со всех лап к ним.
   - Карло, фу, - грозно, но не громко приказала Валерия.
   Какое там.
   - Каролина, быстро на улицу.
   Но ребенок на всех парах уже несся к собакам. Из-за угла выскочил Родион, увидел, как маленький ребенок несется к своре здоровых псов.
   - Карло стоять, - грозный приказ. Нууу, Карло-то остановился, а другие даже скорости не снизили.
   Валерия поняла, что они погорели. Зная по прошлым совместным выгулам, сейчас дочь с собаками вообще невозможно разлепить, вываляются все в мокром снегу и минут через 10-15 успокоятся, только тогда уже можно будет попытаться их растащить. Родион о подобной традиции не догадывался, он перепугался за ребенка, своих собак он знал - укусить не укусят, но придавать могут запросто, ему здоровому мужику и то тяжеловато в играх с ними приходится, а маленького ребенка просто переломают, не говоря уже о том, что напугать могут до заикания. Поэтому он несся на всех парах, но понимал, что опаздывает, ребенок уже был между собаками и вся эта куча-мала каталась по двору. Девчонка верещала от испуга. Валерия знала, что от восторга. Родион подлетел к живой куче и одним рывком вытащил оттуда ребенка, высоко поднял над сворой и на вытянутой руке начал с испугом его осматривать.
   Каролинка болталась, как щенок, неуклюже мотая ногами, шапка налезла на глаза, наконец, рассмотрев кто ее держит, возмутилась:
   - Дядя Родион поставь меня, я еще с Карло не поздоровалась.
   Валерия вообще готова была завыть в полный голос, биться головой о дерево рядом стоящее, но лучше всего быстренько унести ноги вместе с дочей. Родион растерялся и на автомате поставил ее на землю, собаки опять кинулись к ней, а она припустила к смирно сидящему, поскуливающему от досады, Карло. С разбегу бухнулась в грязное месиво, на колени перед ним, обняла за шею, тот принялся радостно вылизывать ей лицо. 'Господи', - Валерия одной рукой прикрыла глаза, слегка поморщившись, - 'Придется возвращаться к Иоанне'. Родион был ошарашен. Тут он, в двух шагах, увидел Валерию - понял, чей это ребенок.
   - Это ЧТО? - сдержанно и серьезно спросил он, указав пальцем на дружную компанию.
   Валерия молча, развела руками, сжав губы, чтобы не рассмеяться, такой он был потешный сейчас.
   - Лера? - твердо спросил он.
   - У своих собак поинтересуйся, - прошла мимо него, выдернула грязную Каролинку из своры. Собаки, вспомнив, кто их кормил-поил последние полтора месяца, принялись радостно тыкаться в нее носами.
   - Тш, тихо, фу, Карло, фу, - тихо выговаривала она им.
   Родион со стороны, уже с любопытством наблюдал за этим. Валерия быстрым шагом с вымазюканой дочерью возвращалась в подъезд. Увидела в окне смеющуюся бабушку Сашу, скорчила ей страшную рожу и зашла в дом. Иоанна тоже хохотала до слез, окно было открыто, поэтому весь диалог она слышала. Хихикая, переодела Каролинку, помогла обтереть светлую дубленку Валерии.
   - Лер, а чего происходит? - между собственных хихиканьем, спрашивала она невестку.
   - В смысле?
   - Чего Родион так перепугался?
   - Это ты у меня спрашиваешь? Откуда же я знаю, что ему в голову взбрело, в это время собакам вообще положено находиться вполудреме в вольере.
   - Что-то тут не так, - констатировала бабушка, подмигнув Каролинке.
   Валерия прошлась в спальню, посмотрела на задний двор: собаки на месте, Родиона не видно, прошла к другому окну - у ворот тоже его нет. Будем надеяться, что дома чай с вареньем пьет, главное, чтобы Александра Феликсовна под его пытками не раскололась, а то он мне и не правильную кормежку, и не правильное воспитание припомнит. Собралась с духом и вышла в подъезд. Блин, да что же это такое, скоро собственной тени буду бояться.
   - Каролина, - наставляла Валерия опять строгим голосом дочь, - Идем очень быстро, не отвлекаемся ни на каких собак-кошек, главное выйти на улицу. Понятно.
   - Да, мама, - звонко заверила дочь.
   - Иначе опоздаем на самолет, - пригрозила она.
   Лестница была пройдена благополучно, двор тоже.
  
   - Мам, а что у нас тут происходит, - за ужином поинтересовался Родион.
   Мама сделала вид, что не расслышала.
   - Мааам, - позвал громче.
   - Что?
   - Ты с Валерией как близко знакома? - пристально смотрел Родион на нее, помешивая ложкой суп.
   Мать замялась, сама знала, что врать не умеет, да и не любила она этого дела, но слово Валерии дала, а тут сын пристал... И, наконец, решилась.
   - Родион, я попрошу тебя об одном одолжении, - и вопросительно посмотрела на него. Он удивился: 'К чему такие церемонии?'
   - Давай я не буду отвечать на вопросы о Валерии.
   - Это еще почему? - обалдел Родион, - Что у вас за тайны-секретики?
   - Давай не сейчас, - попросила мать, и он не стал настаивать, только подивился. Еще удивился тому, что мать решила полностью перебраться в Варшаву, раньше о таком даже речи не заходило - пожить пару недель, месяц - это да, но постоянное место менять не хотела, как бы ей Родион не предлагал.
   - Ну ладно, - не стал выпытывать он, - если тебе тут лучше, то перебирайся, я и сам планирую в ближайшее время осесть здесь.
  
   Снова оказаться в Варшаве у Родиона получилось только в марте. Он стоял у окна с кружкой чая, глядя во двор. Там бегала дочь Валерии, какой-то мужчина догонял ее и подбрасывал вверх, сама Валерия стояла немного в стороне и с улыбкой смотрела на их возню. К Родиону подошла мама, тоже выглянула в окно. Первый не выдержал Родион.
   - Не знаешь, что это за парень? - кивнул головой на улицу.
   - Это Анджей.
   - Анджей - это кто?
   - Крестный Каролинки и друг Ежи.
   - М-м-м-м, - отпил из кружки и снова вернулся глазами к картинке за окном. - Непонятные у них какие-то отношения, - поводил он кружкой, указывая на парня и Валерию.
   Александра Феликсовна перевела взгляд с Валерии на Анджея, первая за последнее время стала для нее настолько своей, что созвониться несколько раз в неделю было обычным делом, да и Каролинка всегда радовала своим приходом. С Валерией о сыне и отношениях между ними, Александра Феликсовна не рискнула говорить, считая это не тактичным, могла только сильно желать, чтобы у Родиона с Валерией все сложилось, но Анджей ей тоже нравился, она видела с какой теплотой тот относится и к самой Валерии, и к ее дочери.
   - Хорошие у них отношения. У Валерии со всеми хорошие отношения.
   Родион усмехнулся: 'Кроме меня' - подумал про себя.
   - Родя, - тихо позвала мать.
   - М-м-м? - не отводя глаз от улицы, спросил он.
   - Ты же любишь ее, - мать не была уверена в истинных чувствах сына, но только какими-то струнами души чувствовала, что что-то есть у сына к этой девушке.
   - Нееет, - тихо усмехнулся он, - Это не любовь. Это какая-то болезнь, - неожиданно для обоих Родион разговорился, - И сейчас хроническая стадия. Иногда достаточно видеть ее вот так, - кивнул головой на улицу, - Знать, что она где-то рядом и уже от этого хорошо.
   Помолчали.
   - Ты попробуй ей об этом сказать, - предложила мать.
   - Да я иногда близко подходить к ней опасаюсь, ближе чем два метра... и тогда может накрыть острая стадия - тогда я сам себя боюсь. Лучше не провоцировать себя. Да и она пока не готова. Она все еще жена Полянского.
   - Вдова, - тихо поправила его мать.
   - Жена! Пока еще жена.
   Родион действительно в последнее время чувствовал, что ему мало становится мимолетных взглядов на Валерию, к ней тянуло со страшной силой, в такие моменты ощущал себя маленькой металлической стружкой, стоило подумать о ней, и визуальный магнит начинал притягивать.
   Первый раз ощутил это в последнюю их встречу недели полторы назад. Вечерело, он выпустил собак, сам стоял у ворот, караулил, чтобы они не выбежали на улицу. Через ограду увидел Валерию, та шла под руку по улице с Анджеем: о чем-то интересном беседовали. Родион отклонился в тень ограды, чтобы его не заметили. Парочка подошла к воротам, попрощались. Парень на мгновенье коснулся губами ее щеки, прижал к себе - всего несколько секунд, но Родиону было неприятно это видеть.
   - Пока, - в ее голосе слышалась улыбка.
   - Давай. Увидимся еще. Привет, Каролинке.
   - Обязательно, - Родион чувствовал, как она улыбнулась.
   Валерия закрыла за собой ворота и направилась к подъезду.
   - Привет, - обнаружил себя Родион.
   Он внимательно, как делал это все последние встречи, всматривался в ее лицо, словно пытаясь найти ответ.
   - Привет, - почти дружески откликнулась она и пошла дальше.
   И тут Родион почувствовал, что прежняя легкость в общении с ней куда-то делать, он зажался, как подросток. Она бы так и ушла, но тут выручила собака. Пес ткнулся носом ей в колени - было уже темно, и Валерия не сразу узнала собаку.
   - Карло, не слюнявь меня, - тихо попросила она.
   Родион усмехнулся.
   - Ой, - удивилась вслух Валерия. - Найк? - еще больше удивилась, - Найкуша, ты что ли! - обрадовалась. - Ты какими судьбами тут, старичок? - чесала ему за ушами.
   - Решил перевести его поближе к себе, - подал о себе знать Родион, подходя вплотную к лобзающейся парочке.
   Валерия присела на крыльце и разглаживала седые волоски у глаз Найка, тот положил ей морду на колени.
   - Рада видеть тебя, чертяка, - потрепала по холке, поднялась и оказалась лицом к лицу с Родионом.
   Его охватило жаром, сбилось дыхание, вот тогда он и понял, что ему мало, очень мало Валерии, она нужна вся: пусть иногда отстраненная, замороженная, не живая, далекая. Он сможет ее растормошить. Вот прям сейчас захотелось прижать ее к себе.
   А Валерия тоже, в первый раз так близко оказавшись с Родионом, ощущала, как воздух вокруг напряжен, что-то внутри нее самой происходило, но она еще далека от того, чтобы заострять на этом внимание. Она даже теоретически не задумывалась о новой любви: на всех мужчин смотрела только, как на друзей, приятелей. Отступила к двери и услышала, как облегченно выдохнул Родион.
   - Доброй ночи, - пожелала ему и зашла в подъезд.
   Задумчивая, поднялась к Иоанне, чтобы забрать Каролинку домой. Помогла одеться дочери, попрощалась со свекровью, вышли на улицу и тихо побрели к дому. Родион смотрел им вслед, а самого потрясывало, от неожиданной близости.
   Сейчас, стоя у окна, он вспомнил разницу между собственными чувствами месячной давности, когда в душе была весна, солнце и достаточно только увидеть ее, и сейчас - совсем другим, внутри начала подниматься агрессия, давно уже ее не испытывал. 'Съезжу-ка я в Тибет на месяц' - решил он.
  
   Весна для Валерии пролетела быстро, съездила с Киркой и дочерью во Францию на пару неделек, купаться в конце апреля еще прохладно, но Каролинку не выгнать из воды. Загорали, отдыхали, потом зарулили к Хеленке, и уже после майских праздников оказались дома.
   Иоанна выпросила внучку к себе на пару неделек и там уже делила ее с бабушкой Сашей, даже в зоопарк втроем ходили. Часть дня Каролинка проводила у одной бабушка, часть у другой. Перед приездом Родиона Валерия, как обычно провела пристальный досмотр помещения на предмет обнаружения компроматов присутствия себя и ребенка. Александра Феликсовна уже не спорила, помогать не помогала, но и не мешала.
  
   Родион вернулся снова умиротворенный, счастливый, светящийся и тут же окунулся в дела: через три недели сразу две выставки, надо еще съездить в Иркутск, проверить, как там дела идут.
   Май вступил в свои права полновластно: все было в цвету, люди добрее, солнце теплее, небо голубее. Мать затеяла генеральную уборку, перепало и Родиону - что-то похлопать, что-то передвинуть. Передвинул пианино на пол метр и, чтобы проверить не расстроился ли звук, открыл крышку, не глядя, нажал пару клавиш, палец попал на что-то бумажное, опустил глаза - маленькая фигурка оригами жирафика. Удивился, детей в его доме не водилось.
   - Мам, это откуда? - без задней мысли спросил он.
   Мать неожиданно стушевалась.
   - Это, наверное, с Нового года еще лежит, когда мы с соседями поздравляли друг друга, кто-нибудь из Зигмундовских племянников оставил, - и скрылась на кухне.
   Родион покрутил фигурку, задумался на мгновение, и опустил ее в карман брюк. А вечером вынося большой мешок с мусором, заметил на качельке дочь Валерии, Иоанна стояла поблизости - на расстоянии контролирую процесс безопасности раскачивания. Родион приблизился к качеле, как общаться с детьми он имел смутное представление, с племянниками он только дурачился-играл, а тут чужой, незнакомый ребенок. Присел рядом на корточки и, молча, посмотрел на девочку, она в ответ тоже молчала, качелька поскрипывала. Каролинка активно раскачивала сама себя, не отрывая глаз от Родиона, тот продумывал как начать с ней общение. Качелька поскрипывала.
   - Дядя Родион, ты поздороваться пришел? - первой не выдержала девчонка, - Здравствуй.
   Родион усмехнулся:
   - Привет.
   Иоанна тихонько подошла поближе. Родион что-то вспомнив, полез в карман брюк и извлек оттуда найденного жирафика.
   - Это мое, - уверенно протянула ручку девочка, - где ты его нашел?
   - На клавишах пианино, - Родиону очень интересно стало, куда это может его вывести.
   - Да, - согласилась девочка, - там он мог спрятаться, когда мы с бабушкой Сашей играли на пианино, я его туда посадила.
   - Ага, - ооочень удивился он, - и как часто ты бываешь у бабушки Саши?
   - Когда тебя нет почти каждый день.
   Родион поднял изумленные глаза на Иоанну, она быстро развела руками 'меня не спрашивая' указательным пальцем потыкала сверху вниз на Каролинку, типо она все скажет.
   - А как давно ты с бабушкой Сашей дружишь? - вернулся к девчушке.
   - Я зимой с ней познакомилась, она тогда ногу сломала и не могла ходить, только прыгала, как цапля, - делилась она охотно информацией.
   - Что??? - он опять поднял глаза на Иоанну.
   Она жестом показала, что закрыла рот на замок, но на его взгляд утвердительно кивнула. Родион задумался, в голове быстро стали складываться все неувязочки, которые происходили в его отсутствие: перестановка в вольере, иной набор продуктов в холодильнике, реакция матери на некоторые его вопросы и, кстати, шоколадных зайцев значительно стало меньше после нового года, а мать шоколад не очень любит. Родион усмехнулся, теперь понятно, что за сладкоежка завелась у него дома. Качелька перестала скрипеть - остановилась, девчушка внимательно большими детскими глазами смотрела на него.
   - А как же она тогда справлялась? Если не могла ходить?
   - А мы ей все помогали, сначала мама в больницу к ней ездила, а меня попросила с маламутами гулять, а потом, когда бабушку Сашу выписали, то мы с мамой каждый день к ней в гости приходили, а на новый год я даже ночевала у нее.
   Родион во все глаза смотрел на этот кладезь информации, чего ж он раньше не догадался спросить у нее, а все к матери приставал.
   - Значит, когда меня нет, то ты очень часто бываешь у бабушки Саши, а когда я дома, почему не приходишь к ней в гости?
   - Не знаю, - по-детски удивилась девчушка, - у нас с мамой сразу много дел появляется, и мы их стараемся все переделать. Когда ты приезжаешь, мы только поздороваться к бабушке Саше заходим.
   - Цирк какой-то, - нервно рассмеялся Родион и повернулся к Иоанне, - Что за балаган вы тут устроили?!
   А про себя подумал: 'Хорошо хоть ребенка мной не пугали'.
   - Все вопросы к Валерии.
   - Да уж я спрошу, - рыкнул он.
   - Ой, - испугалась Каролинка, - ты будешь ругать маму?
   - Твою маму бы отшлепать хорошо!
   - Ты что!!! - возмутился ребенок, - Мою маму только любить можно!
   Родион по-доброму тихонько рассмеялся.
   - Хорошо, - взял маленькую ладошку в свою руку, заглянул в глаза ребенка, - Обещаю, что обижать не буду - только любить.
   - Ну ладно, тогда я и к тебе буду приходить в гости, - великодушно разрешила маленькая королева.
   - А пойдем прям сейчас? - подмигнул ей.
   - Родион, это не очень хорошая идея, - напомнила о себе Иоанна.
   - Раньше надо было вмешиваться, - усмехнулся он. - Ну, пойдем, принцесса?
   Принцесса спрыгнула с качели.
   - Бабушка, ты не переживая, я вечером вернусь.
   - Мама тебя будет возвращать, - и выразительно посмотрел на Иоанну.
  
   - Бабушка Саша, - елейным голоском позвал Родион, когда они ступила на порог его квартиры.
   Девчушка в это время по-хозяйски разувалась, присев на низенький стульчик. Кстати, и стульчик-то появился как раз после нового года.
   - Да, - на автомате отозвалась мама, выглянув в коридор, и, увидев эту парочку, немного спала с лица.
   - А я и не знал, что ты с Нового года у нас бабушкой сделалась, - немного с укором, но по-доброму поддел Родион. Настроение, не смотря ни на что, было очень хорошим.
   - Привет, Солнышко, - подхватила та ребенка на руки.
   - Чаю дашь? - спросило Солнышко.
   - Конечно, и твои любимые печенюшки есть.
   - Хорошо, - девчушка кивнула головой, - Пойдем, - повела за собой на кухню.
   Потом по-деловому сходила в гостиную, вернулась с подушкой, положила на стул и взгромоздилась.
   Иоанна, разлила чай, остудила его ребенку, поставила перед ней кружку и блюдце с печеньем, Каролинка хитро посмотрела на Иоанну:
   - А зайчика можно? Одного!
   - Конечно, - улыбнулась мать.
   Девчушка слезла со стула, подошла к ящику, где лежали зайцы, по-свойски его открыла, посмотрела внутрь, маленько пошарила там рукой и вытащила одного.
   - Это мои зайцы, - с улыбкой возмутился Родион.
   - Жадничаешь? - удивился ребенок, - Ты же большой!
   - Тебе? Нет, тебе не жалко!
   Каролинка взгромоздилась снова на стул и принялась трапезничать. Родион видел, что она тут частый гость, между матерью и ребенком установлен очень хороший контакт, мать не суетилась, как с маленькими незнакомыми детьми, а относилась к ней как ко взрослой, помогая чуть-чуть. Ребенок неудачно пролил чай, мать подала той тряпку, Каролинка сама вытерла и вернула ее бабушке Саше, потом слезла со стула, унесла чашку в раковину, выбросила фантик в мусор, вытерла руки.
   - Играть пойдем? - спросила.
   - Конечно, - ответила хозяйка.
   Перешли в гостиную, ребенок прошел в спальню бабушки Саши и тут же вернулся оттуда с какой-то вырезалкой, дал всем задание, сам уселся и старательно принялся вырезать фигурки.
   - Как твоя нога? - спросил Родион мать, орудуя ножницами наравне со всеми.
   - Уже лучше.
   - А почему я об этом ничего не знал? - спокойно спросил Родион и посмотрел пристально на мать.
   - У тебя завершалась сделка, я не хотела тебя беспокоить, - пожала плечами Александра Феликсовна.
   - Что за осложнения были?
   - Началось заражение, но Валерия вовремя спохватилась.
   - Мммм, - задумчиво, - значит, она у тебя частый гость, - констатировал сын.
   - Иногда заходит, - уклончиво ответила мать.
   - Да, Каролина сказала, что почти каждый день, когда меня нет, - отложил в сторону ножницы и пристально посмотрел на мать, - Что происходит?!
   - Все нормально.
   - Мам, мы же друг другу никогда не врали.
   - Я тебе уже объяснила, у тебя была сделка, я не хотела тебя отвлекать.
   - Май на дворе, - слегка повысил голос Родион, - сделку я завершил в январе.
   Каролинка обернулась на его повышенный тон и командным голоском бросила:
   - Дядя Родион, вырезай!
   Дядя Родион послушно взял ножницы. Александра Феликсовна немного помолчала, словно собираясь с силами:
   - Вот что, Родион... - тихо, но уверенно начала она, - Валерия очень близкий мне человек и вот этот ребенок, - показала она глазами на Каролинку, - тоже. И нравится тебе или не нравится, я буду с ними общаться. Это мои друзья. А ты можешь НИКАКОГО отношения к ним не иметь.
   Родион опешил.
   - Мам, ты чего? Я не против, чтобы ты с ними общалась, только я не понял с чего такие тайны?
   - У тебя..., - она тщательно подбирала слова, - непонятные отношения с Валерией, - понизила голос, чтобы Каролинка не слышала, - а чужих детей ты вообще не любишь...
   Родион, молча, смотрел на мать.
   - Я не понял, откуда такие выводы?
   - Ты же сам мне говорил, - удивилась мать.
   - Не помню, чтобы я тебе что-то подобное говорил применимо к Лерке.
   - Ты это говорил в целом о женщинах и чужих детях.
   - Но к ней-то это никакого отношения не имеет.
   Мать внимательно посмотрела в глаза сына - там была только спокойная уверенность. Каждый занялся своим делом, Каролинка, молча, сопела над вырезалкой, Родион склеивал уже вырезанные фигурки, бабушка Саша доклеивала сцену. Через полчаса театр был готов. Александра Феликсовна посмотрела на часы.
   - Каролинка, уже поздно. Давай завтра доиграем, а сейчас пойдем до мамы.
   - Время еще есть, мама и сама придет, - Родион активно начал расставлять фигурки по сцене.
   Как раз успели выдернуть репку, когда раздался звонок в дверь.
   - Это мама, Каролинка, собирайся, - засуетилась бабушка Саша.
   - Сидеть, - спокойно и даже весело прервал Родион излишнюю активность, - Каролина, еще раз отрепетируй роли, а бабушка Саша тебе поможет.
   Вышел из комнаты и плотно прикрыл за собой дверь, прошел к выходу, распахнул - на пороге Валерия.
   - Привет, - как ни в чем не бывало, поздоровалась она, - Ребенок готов?
   'Вот зараза!' - Родион подивился такой наглости, правда, веселья от этого только прибавилось. Он же не знал, что Валерия минут тридцать настраивалась на этот непринужденный тон, когда узнала, что заговор раскрыт.
   - Иоанна, как ты вообще отдала ему ребенка? - предъявляла претензии она этажом выше.
   - Там же Александра Феликсовна.
   - Иоанна, ну ты-то почему потворствовала этому? - возмущалась она.
   - А что я могла сделать? - развела удивленно руками та. - Каролинка сама ему все рассказала.
   - Но это же ребенок. Ее можно отвлечь, заинтересовать чем-нибудь, домой послать за игрушкой, перевести разговор в другое русло.
   - Ты что, Родиона не знаешь? - оправдывалась Иоанна. - Он же, как клещ, вцепился в нее, когда узнал, что она бывает у него в квартире.
   - О, Господи, - простонала Валерия, помассировав виски.
   - Лер, ну что случилось-то? Он бы все равно рано или поздно узнал.
   - Иоанна, ты не понимаешь, - зажмурилась Валерия, - у него тараканы в голове размером с кошку. Сейчас, он, возможно, каленым железом пытает Александру Феликсовну.
   - Я думаю, что она справиться, - усмехнулась Иоанна и ушла в кухню.
   Валерия постояла еще немного в коридоре, настраиваясь на встречу с монстром. 'А может, Каролинку там оставить, а через пару дней сам прибежит и еще умолять будет, чтобы я ребенка забрала. Неее, он упертый - запасется валерьянкой и будет ждать меня. Черт! Ну ладно, критичного ничего не произошло, съесть он меня не съест, ну поскандалит, ну претензиями покидается'. Сама не понимала до конца, чего так трусит, но мандраж пробирал до костей, и чем дольше собиралась, тем сильнее била дрожь. 'Так... Выдохнула. Успокойся. Гурский сегодня добрый, Гурский сегодня сытый, Гурский сегодня не скандальный. Он с превеликой радостью сразу же отдаст ребенка - без объяснений, без выяснений отношений - прям сразу, с порога вручит ребенка ни словом не обмолвясь'. Прислушалась к себе. Хорошо, паника улеглась. 'Ну, вперед', - и шагнула в подъезд.
  
   - Проходи, - немного с ленцой распахнул дверь пошире Родион, пряча улыбку.
   - Мы торопимся, я ее тут подожду.
   Родион откинулся на стенку, сплел руки на груди и усмехнулся.
   - Ты же не в гостях, проходи.
   Ну, вот и что прикажете делать? Звать дочь отсюда? Вот Гурский повеселиться-то. Развернуться и уйти - вообще абсурд. А говорить о чем? Вернулся мандраж. Валерия скрипя зубами, вошла в квартиру, закрыла за собой дверь, прошла на пару шагов дальше Родиона, остановилась и развернулась к нему:
   - ?
   - На кухню, - довольный, отдал распоряжение он.
   Валерия скинула туфли, поставила сумочку и прошла на кухню, Родион зашел следом, плотно прикрыл за собой дверь.
   - Чаю? - приторно вежливо поинтересовался.
   Валерия посмотрела на него внимательно: 'А чего такой довольный-то?' Сама налила чаю, слегка трясущимися руками. Достала конфеты, покосилась на ящик с зайцами, но лезть туда не рискнула, Родион усмехнулся. Устроилась за столом, выбирая самое безопасное, по ее мнению место, и отхлебнула чаю, пытаясь быстро успокоиться. Ей казалось, что она внешне очень спокойна. А Родион чувствовал исходящие от нее вибрации небольшой паники. Сел напротив - глаза в глаза. Валерия подняла на него взгляд, а Родиону было весело, бесшабашно весело.
   - Излагай, - весело велел он.
   Она, молча, с вызовом глядела на него. 'Даже и не подумаю. Ты что на оправдания рассчитываешь?' Валерия смотрела на Родиона и только сейчас увидела, как он изменился, раньше не приглядывалась так внимательно: во взгляде ровная доброжелательность, поза расслабленная, энергия какая-то спокойная и умиротворенная.
   Он смотрел как она попивает чаек, хрумкает конфеты, сидя на его кухне, бросает любопытные взгляды не него своими большими глазищами... Чувствовал, что паника у нее улеглась, сейчас она испытывала к нему только любопытство, хотелось бы, чтобы гораздо большее, но на данный момент, наверное, и это неплохо. 'Даааа, в его отсутствие в рекордные сроки она успела: поспать в его кровати, покушать на его кухне, влиться в его семью, только... Почему его от всего этого отстранили по умолчанию!!!' - на глаза набежала легкая грусть.
   Валерия видела изменения в настроении Родиона: 'Ой, однако, пора'.
   - Ну, я пойду, - отставила от себя пустую чашку. Встала, обошла стол, направилась к двери.
   Родион преградил ей дорогу.
   - Лерка, надо поговорить, - принял он шутливый тон.
   Она смотрела на него чуть с любопытством - не более, интереса к нему не было совсем, словно он чужой. Родион сделал шаг к ней, взял за руку, почувствовал, что между ними пробежал разряд, его опять бросило в жар - слишком приблизился, посмотрел на нее. 'Неужели не чувствует?' Нет. Валерия, действительно, ничего этого не ощущала. Родион собрался: 'Как-то плохо с ней срабатывает моя самозащита. Да и границы ни к черту, если она их не замечая, сметает'.
   - Ты чего из меня какого-то монстра лепишь? - постарался, чтобы голос звучал весело и по-дружески.
   - ?
   А магнит притягивал все сильнее, сил у Родиона сопротивляться не оставалось. Глядя в глаза, заправил ей прядь волос за ухо, она слегка отстранилась равнодушно и спокойно, только во взгляде читался небольшой интерес, рука Родиона зависла с локоном ее волос у головы. 'Неужели правда ничего не чувствует? Или умеет хорошо закрываться? Нет, не похоже. А со мной-то опять что?' Где-то на периферии мозга пронеслась мысль: 'Что, нахрен, происходит! Она меня зомбирует?' - мысли путались. Родион перевел взгляд от ее глаз ниже, на губы и... сдался. Шагнул еще на пол шага и наклонился к ее губам.
   Вот тут она удивилась... так удивилась... сильно, 'Значит, не притворяется' - отметил про себя Родион. Попыталась на автомате отстраниться, но Родион только крепче прижал к себе.
   'Он с ума сошел!' - наконец, сумела отпихнуться его от себя и зашипела:
   - Ты что творишь? - и в глазах огнем злость горит.
   Родион, сдерживая себя, отступил еще на шаг назад, чтобы опять не впасть в зависимое состояние, которое пока не знал, как контролировать.
   - Целую тебя, - спокойно с улыбкой.
   - Не смей приближаться ко мне ближе, чем на полтора метра, - рывком открыла дверь, и пошла искать дочь.
   - Щассссс, - расплылся довольной улыбкой.
  
   Родион встреч не искал: 'Куда она уже денется?' Валерия же в ближайшие две недели вообще прекратила приходить к Иоанне, и даже подумывала куда-нибудь уехать с Каролинкой. Не знала, как быть с тем, что произошло, как после этого общаться с Родионом - в душе поначалу был просто раздрай, а потом решила не обращать внимание. Ко всему прочему Хелена настойчиво просила взять на себя хотя бы мизерную часть проекта, касаемого России. Валерия против не была, поэтому отвезла дочь погостить к родителям и окунулась в рабочие моменты.
   На день Ивана Купалы объявили общий сбор.
   ... Эта традиция появилась ни так давно, через год после переезда в Варшаву (Валерия была уже на приличном месяце беременности), Кира с Валерией при активном участии Хелены, решили устроить ночь Ивана Купалы во дворе у Иоанны, Ежи с радостью дал добро на это мероприятие. Заручились поддержкой соседей, на удивление все благосклонно отнеслись к подобному мероприятию, дружно поддержав, и наприглашали еще и своих друзей - вечеринка получилась знатная - человек на двести. С тех пор это вошло в традицию: во дворе размещался бассейн для детей с небольшой горкой, разжигали костер до небес, музыка, танцы - веселились знатно, с тех пор каждый год все участника старались не пропускать сие мероприятие. До аварии...
   В этом году Валерия с Иоанной решили, что собрать друзей Ежи в одну компанию уже можно - боль постепенно уступало место грустной ностальгии.
   На деревьях развесили фонарики, снова установили детский бассейн. Жарили мясо на углях, пили вино, кто-то танцевал, но в основном народ общался - некоторые давно не виделись, поэтому обменивались сведениями о своих и чужих изменениях в жизни. Время приближалось к двенадцати ночи, скоро пора разжигать костер.
   Родион вылез из такси и удивился: на улице ночь, а у него во дворе дома иллюминация, музыка. Достал чемодан из багажника, расплатился с водителей и вошел через ворота. Удивление переросло в медленное столбенение. Праздника местного разлива с таким размахом он пока не видел. Во дворе толпа народа. Он покатил чемодан по дорожке к подъезду, по мере продвижения, с ним здоровались, попадавшие навстречу люди, причем здоровались все - и знакомые, которых было считанные единицы и около сотни незнакомых. Под впечатлением зашел к себе в квартиру - дверь нараспашку, словно тут проходной двор. Со все больше возрастающим интересом поставил чемодан в гостиной и двинулся на кухню: там что-то грохотало, шкварчало.
   Увидев Валерию у духовки, тыкающую недовольно вилкой какое-то животное на противне, просто растекся у косяка двери, приятная слабость охватило все тело. Она совсем по-домашнему, повязав материн фартук, надев рукавицы, пыталась справиться с неповоротливой запекаемой птицей. Чертыхнулась, потом все же развернула противень другой стороной и снова вернула его в духовку. Родиона не заметила, повернулась к столу, налила себе воды, краем глаза поглядывая в духовку.
   - Александра Феликсовна, - крикнула в открытое окно, чем привела Родиона в чувства, - она сейчас обуглится, - и уже к печке. - Да как же ты убавляешься?
   Родион неслышно подошел.
   - Можно я помогу? - быстро убавил температуру, поменял режим и развернулся к Валерии.
   - Привет, - и глаза улыбаются.
   - Привет, - неожиданно для Родиона обрадовалась Валерия. Хотелось бы надеяться, что обрадовалась именно ему, а не спасенной птице. - А твоя мама сказала, что вернешься только через неделю.
   - Встреча перенеслась, - а глазами уже по привычке искал изменений, которые могли бы произойти с Валерией с последней их встречи. - Что за сборище?
   - Иван Купала, - отмахнулась Валерия, глянув в духовку, попросила. - Слушай, выключи ваш агрегат, по-моему, и так дойдет.
   Родион послушно выключили все режимы, Валерия в это время переставила тарелки с закусками на раздаточный стол, потом резко развернулась к Родиону, он в это время шагнул ей навстречу. Почувствовал, что расстояние слишком критично для него.
   - Мой руки и айда за стол, накормим тебя фирменными блюдАми.
   А он голодными глазами смотрел на НЕЕ. Сделал еще пол-шага и притянул Валерия к себе. Та замерла, но освобождаться не стала - попросту подвисла, через пару секунд ее мозг стал лихорадочно искать выход из этой ситуации. Родион тем временем прикрыл глаза и впитывал в себя ее запах, ее тепло - и с каждой секундой этого становилось не достаточно.
   - Гурский, я ощущаю себя Валерьянкой рядом с тобой, - тихо произнесла Валерия.
   Родион только фыркнул.
   - То глазами поедом поедаешь, то обнюхаваешь, то трешься, как кот.
   Он еще крепче обнял. 'Ой, блииин, лучше бы этого не делал. Да почему же система самоконтроля не работает с ней!'
   Валерия еще немного потерпела.
   - Ну, все, я могу идти? - спросила она, почувствовал в нем непонятные ей изменения.
   - Вот теперь тебе лучше очень быстро уйти, - и почти оттолкнул от себя.
   Валерия не стала вдаваться в подробности, мышкой выскочила с кухни. Родион шумно выдохнул и начал по-быстрому собирать себя в кучу. Через минуту зашла мать, увидев сына, порадовалась, что он успел на такое мероприятие - все неделю готовились к нему, забрала птицу и попросила его не задерживаться, а выходить к ним. Родион заскочил в душ, привел себя в порядок и вышел получить свою долю праздника.
   Место нашлось среди Зигмундовской компании, его приняли сразу и начали угощать, чуть позже пошел поздороваться с Иоанной, которая сидела за одним столом с матерью. Рядом оказалась и Кира. Ему освободили место, Кира наложила деликатесов в тарелку и вернулась к разговору с соседями по столу. Подлетела мокрая Каролинка - со стороны бассейна ее тут же стали звать обратно. Бабушка Саша крикнула, что она вернется чуть позже, накинула на нее полотенце и усадила на коленки к себе.
   - Дядя Родион, привет. А я не знала, что ты есть.
   Он усмехнулся.
   - Как у тебя дела? - спросил.
   - Хорошо, сейчас тортик съем и еще пойду плавать, там знаешь какая горка. А бабушка еще сказала, что салюты будут, и мне можно долго-долго спать не ложиться, я хотела, чтобы хвост остался на всю ночь, но почему-то не получается с ним ходить, а плавать тоже не удобно и мне не жалко было отдать его Агате, он ей все равно маленький, - по-детски сумбурно делилась она своими историями.
   Родион выслушивал ее последние новости, глядел в ее светлые глаза и видел в них Полянского, и внутри неожиданно закипала злость, сначала удивился, потом постарался себя вывести из этого состоянии, в остатке было глухое раздражение, причем не понятно на кого? На ребенка? А чего на нее раздражаться и уж тем более злиться. Чего-то, видимо срикошетило.
   Подошла Валерия.
   - Привет, русалыш, ты не замерзла? - присела у ног ребенка, проверила ноги-руки, видимо оказались теплыми, - Еще пойдешь русалить?
   - Даааа.
   - Только как замерзнешь, сразу греться.
   - Я помню, - важно ответила та и прыжком перебралась к матери на руки. Валерия охнула от тяжести и пересела на стул.
   Каролинка ковырялась вилкой в тарелке с тортом, в перерывах прижимаясь к матери, Валерия же с ребенком на руках млела, щекой касаясь головки дочери, закутывая потеплее ее в полотенце, шепча что-то той на ухо, Каролинка в ответ хитро смотрела на мать. Родион пытался успокоиться, поглядывая на них, внутри кололась забытая уже обида. Это могла быть его семья и его ребенок. Ребенок тем временен, не доковыряв торт, убежала снова русалить. Валерия увлеклась разговором с какой-то Казей, периодически посматривая по сторонам, кто-то постоянно подходил к ней, перекидывался шутками. Бросив очередной взгляд на ворота, она замерла и потом вместе с Казей сорвались с места. Родион проследил взглядом за ними. Только что приехали Анджей с Хеленой - с ними-то Валерия и обнималась и даже целовалась, повиснув на шее у Анджея, тот подхватил ее, ответил поцелуем в щеку. Родион про себя опять отметил, что отношения странные, как-то очень дружеские.
   Кира внимательно наблюдала за Родионом. Только что прибывшие скрылись в доме, Валерия пошла в сторону бассейна, Родион снова 'вернулся' ко всем за стол и встретился взглядом с Киркой.
   - Ревнуешь? - тихо спросила она.
   Он ответил подчеркнуто-удивленным взглядом.
   - Не надо, у них свои отношения.
   Родион усмехнулся, повнимательнее приглядываясь к сестре Валерии. Очень странная у нее сестра - уже не первый раз удивлялся, что Кира очень точно видит саму суть. Даже как-то не по себе рядом с таким человеком. Та, словно прочитав его мысли, многозначительно усмехнулась. Родиона позвали из Зигмундовской компании, он поблагодарил за гостеприимство присутствующих за столом и ушел. Уже со своего места видел, как там, где он только что сидел, рассаживаются Хелена с Анджеем, перемещается к ним поближе Кира справа от Анджея, да и Валерия тут же появилась и уселась между Хеленой и Анджеем. Родион нет-нет, да поглядывал в их сторону - бдил.
   В два часа ночи запустили фейерверки к бурному восторгу детворы, которой набралось человек 20, потом их погнали из бассейна. Валерия сходила с дочерью в дом, переодела ее, и снова вернулись к гостям. Видел, как Каролинка шумно обрадовалась Анджею, сразу же залезла к нему на коленки: сначала что-то обсуждала вместе со всеми, потом сон сморил ее, Анджей аккуратно переложил ее поудобнее у себя на руках и еще с полчаса просидел так. Потом понес ее в квартиру Иоанны, и Валерия ушла вместе с ними.
   Валерия быстро расстелила постель дочери. 'Хорошо, что успела под душем ополоснуть ее', уложила ее в кровать, а потом тут же у постели дочери разговорились с Анджеем.
   С тех пор, как они познакомились, Анджей сильно изменился, а Валерия заметила это всего пару месяцев назад - он словно ушел в себя: вроде и здесь, но смотрит как-то отстраненно, словно со стороны. Хелена говорит, что живет на работе. Это, в принципе, не мудрено, работы действительно много. Как Ежи ухитрялся справляться со всем один до сих пор не понятно. Да, Ежи был помимо всего прочего, еще и хороший управленец, но он как-то не заметно для окружающих проделывать огромный объем работы словно играючи. Только год спустя после гибели Ежи, ребята вышли на прежние обороты. Хеленка как-то обмолвилась, что Анджей стал меньше шутить, улыбаться, разговаривать - ушел в себя. И сейчас Валерия это увидела.
   - Анджей, хотела у тебя спросить. Мы собрались съездить куда-нибудь в санаторий на недельку-другую, ты сможешь с нами?
   - А я там нужен? - немного задумался он.
   - Да, - заверила его Валерия.
   - Не знаю, может, не получится.
   - Анджей, - взяла его большие ладони в свои руки и заглянула ему в глаза, - Ты чего? - тихо спросила.
   Он пожал плечами.
   - Что происходит?
   - Да вроде ничего, - и тут же горько усмехнулся. - Вот именно, Лерка, - ни-че-го. Все серо.
   - И давно? Ты прости меня, мне не до чего дела не было, я только сейчас более-менее пришла в себя.
   - Ну что ты, - обнял он ее почти по-дружески. - Просто превосходно, что сейчас ты уже в норме.
   Валерия отстранилась и снова посмотрела в глаза.
   - Анджей, поехали? Там и тебя вытащим.
   - Не знаю, - помотал он головой.
   - Хелена сказала, что справится.
   Он снова прижал ее к себе и задумался, Валерия не мешала, через какое-то время оторвал ее от себя.
   - Хорошо, поедем, когда скажешь.
   - Здорово, - и расплылась улыбкой.
  
   Родион все чаще и чаще поглядывал на подъездную дверь? 'Как-то подзадержались они там на пару.' Поймал усмешку в глазам мимо проходившей Кирки, которая яснее ясного говорила: 'Не ревнуй.' И не думал, делать больше не чего. Вскоре из подъезда вышла задумчиво-счастливая парочка, Валерия почти сразу начала шептаться с Хеленкой, потом с Кирой. 'И что там такого важного произошло между этими двумя, что сразу надо с родней поделиться?!' Вроде и спокоен, вроде и расслаблен, и улыбается очень часто собеседникам, а мыслями все равно возвращается к Валерии и Анджею.
   Разошлись-разъехались только с рассветом.
   Ближе к полудню, проживающие спустились во двор, чтобы отзавтракать-обедать, нанятый персонал уже привел все в порядок, лишние столы убрали, накрыв один большой. Присутствующие по-домашнему разместились за ним в тени деревьев. Субботний день выдался не жаркий и располагал к долгому застолью. Подошла еще одна семья, присутствующая на вчерашнем мероприятии, потеснилась. Родион огляделся - идиллия, хоть картину пиши. Дети, быстро справившись с едой, побежали к бассейну.
   - Самовар-то царских времен откуда? - поинтересовался Родион у Зигмунда.
   - Валерия с Ежи привезли из России, раньше у нас такие посиделки часто были, даже зимой как-то устраивали, а с самоваром очень удобно, да и греет он по-сибирски.
   - И компания у вас дружная такая собирается.
   - Это все Валерия с Ежи придумали, вчера первый раз собрались после его смерти.
   Вернулась от бассейна жена Зигмунда и попросила того присмотреть за детьми.
   Хелена нет-нет, да и бросала заинтересованные взгляды в сторону Родиона. То, что это новый сосед она поняла, мама упоминала несколько раз что-то связанное с их семьей, с Александрой Феликсовной она успела познакомиться еще в Новый год, а вот ее сына видела впервые. Во-первых, сын казался ей смутно знакомым - где-то она уже его встречала, а во-вторых, сын был оооочень интересным мужчиной. Правда она несколько раз заметила, что он кидал внимательные взгляды на Валерию и вчера, и сегодня. Но Валерии сейчас еще не до мужчин, а вот ей он очень понравился - любила она сложности во всем, а то, что сосед ой как непрост стало понятно сразу.
   Чуть позже перебралась к нему поближе и начала непринужденный разговор. 'Да, интересно!' - подтвердилось первоначальное мнение о нем. Сначала кокетничала, просто как женщина, но видела, что серьезно он ее не воспринимает: 'Да - красивая, да - блондинка. Уделю немного своего драгоценного времени и забуду' - она просто чувствовала это его отношение к себе. Не хамил, не игнорировал, был предельно вежлив. Но... Интереса к себе она не чувствовала. 'Это как так?' - заусило ее. Попыталась вскользь поумничать, только прощупывая почву, что его может заинтересовать, когда затронула японскую тему, у него промелькнул интерес в глазах. Да, она по-прежнему была ему не интересна, как женщина, но как источник информации заинтересовала - хорошо, теперь уже он аккуратно начал прощупывать на предмет серьезности ее знаний, информации и интереса к японской теме.
   С японцами начинал налаживать контакты еще Ежи, но как-то вяло шла эта ветка, вплотную получилось заняться уже Хелене с Анджеем всего полгода назад, взаимовыгодный интерес нашли быстро с ними, но дело застопорилось на переговорах, и переговаривали они их уже месяца четыре - пробуксовка шла по всем направлениям. Совет директоров голову сломал, ища причину этому странному факту. Хелена сама слетала в Токио, японцы заверяли: 'Да, ваше предложение очень интересное и мы согласны дальше вести переговоры', но опять начинались проволочки, утряски, обмен длинными письмами...
   А сейчас перед ней сидит человек, который давно работает на японском рынке и может быть, сможет хоть как-то пролить свет на внутреннюю политику японской фирмы. Как мужчина он для нее отошел на второй план, 'мужиков много', а подобная сделка у нее впервые. На серьезную помощь Хелена не рассчитывала, но хотя бы информацию попытаться выудить, может что-то, касаемо именно их фирмы этот парень знает. Надо знакомиться вплотную с ним.
   - Я - Хелена, - протянула она ему руку.
   - Родион, - ответил он на рукопожатие.
   И тут ее осенило, откуда он ей казался знакомым.
   - Стоп, - кольнула его неприятным взглядом, - а ты случайно не тот русский, который не поделил Валерию с моим братом?
   Родион удивленно усмехнулся.
   - Ты-то откуда знаешь?
   - Значит, он самый.
   В душе неожиданно пронеслась обида на Валерию, ревность за Ежи... Она сверлила Родиона взглядом, он казался спокойным, уверенным в себе. Хелена бросила взгляд на Валерию, та о чем-то живлено болтала с Анджеем, Родион заметил траекторию ее взгляда, усмехнулся.
   - Я случайно купил квартиру в этом доме, с Валерией видимся редко.
   - Но намерения имеешь?
   - А вот в этом я не намерен отчитываться, - оборвал ее.
   'Дааа, Лера, намучишься ты с ним'
   Подбежала Каролинка и звонко, привлек к себе всеобщее внимание, спросила:
   - Дядя Родион, а ты завтра с нами поедешь?
   - Куда, - в один голос спросили Хелена и Родион.
   - Мама сказала, что завтра едем к дяде Павлу, Хелена, а ты тоже едешь?
   - Ну, я-то, скорее всего, поеду.
   И тут с другого края стола раздался голос Иоанны:
   - Каролинка, хорошая идея, Родион, может, и правда съездишь?
   Одновременно раздалось:
   - Мама, - возмущенное Хеленкино.
   - Иоанна, - ошарашенное Валерино.
   Иоанна проигнорировав реплики, продолжала.
   - Родион, там очень хорошая компания должна собраться, народ приедет с детьми, парами, - доброжелательно уговаривала Иоанна, - некоторые были вчера у нас.
   Родион перевел взгляд с Иоанны на Валерию, которая смотрела на него с растерянностью, Кира - откровенно наслаждалась ситуацией и даже подмигнула ему, Хеленка - зло прожигала глазами и снова вернулся к Валерии.
   - Если честная компания не будет против, то я, пожалуй, съезжу.
   Валерия отвела взгляд и слегка задумалась.
   - Нафига ты туда поедешь? - зашипела рядом Хелена.
   - Хочу познакомиться с хорошей компанией.
   Хеленка оценивающе снова присмотрелась к нему и заинтересовалась: 'И какой, интересно, у него план? А он у Родиона точно есть'.
   Решили ехать двумя машинами: в Леркину сел Анджей за руль, сама хозяйка с Каролинкой на заднее сиденье и присоседилась на переднем сиденье Казя. А Родион повез Хеленку на переднем сиденье и Киру сзади.
   Перед тем, как сесть в машину отозвал немного в сторону первую.
   - Давай договоримся... Я понимаю, что по каким-то параметрам я тебя могу раздражать, но спокойнее для всех будет, если заключим перемирие на этот день.
   - Согласна.
   И напряжение между ними само собой растаяло. Ехать всего пару часов, Кира сразу с комфортом устроилась с книжкой на заднем сиденье, воткнула в уши наушники. Хеленка первые полчаса искоса рассматривала Родиона, он никак не реагировал.
   - А ты всегда такой непрошибаемый? - наконец не выдержала.
   - Последнее время всегда, - и сразу поправил скорее для себя, чем для собеседницы, - за исключением некоторых людей.
   - У японцев научился?
   Он бросил на нее взгляд.
   - Спрашивай уже, чего хотела?
   Хеленка раздумывала, как бы половчее выяснить у него интересующую ее информацию о японцах, но спрашивать в лоб не решилась. 'Ладно, прощупаю пока почву'.
   - Давно с японцами работаешь?
   - Да уж больше десяти лет.
   - А почему именно японский рынок?
   - Во-первых - это ближе к нам, чем Европа, во-вторых - мне нравится, как они ведут дела.
   - Да уж, - скрипнула она зубами.
   - В-третьих, мне просто сама страна нравится.
   - А сюда тогда зачем перебрался? Переехал бы в Японию.
   - Я люблю эту страну, но менталитет у меня больше европейский, в Японии хорошо работать, а отдыхать, в особенности, мозгом лучше здесь или в Иркутске.
   За подобными разговорами добрались до дома некого Павла. Из соседней машины вышли веселый Анджей с девушками.
   - Пойдем, будем тебя со всеми знакомить, - позвала во двор Хеленка.
   Территория большая, народу собралось много, но как-то не заметно толпы, каждый был занят чем-то. Анджей увлек Родиона к пруду, Хеленка с Каролинкой ушли на задний двор, где оборудована детская площадка, там сдала племянницу присматривающей за детьми хозяйке дома и присоединилась к общей компании. Девушки не торопясь накрывали на стол, Валерия достала пару бутылок вина. На лицах у всех синхронно расплылась улыбка, Агата озвучила мысли всех:
   - Лерка вернулась. Ура.
   Не прерывая своего занятия (кто-то крошил салатик, кто-то раскладывал закуску, протирал тарелки...) разлили по фужерам вино, пригубили.
   - Еще бы гитару сюда, - оторвав бокал от губ, помечтала Ольга и быстро взглянула на Валерию, - Можно?
   - Почему бы нет, - согласилась та, - Казя, ты как? Не против?
   - Девы! - возмутилась та. - Это когда было-то! Я уже забыла, когда струны щипала.
  
   Парни оказались дружелюбными и быстро приняли Родиона в компанию. Родион со своей польской компанией не общался давно - интересы постепенно разошлись и темы, которые раньше сплачивали, более не появлялись, остался один друг Лешек, но он последний год пропадал в Америке, а в Иркутске и вовсе близких друзей не было, скорее приятели. Было понятно, что мужики в сегодняшней компании по жизни заняты в принципе разным делом, но так или иначе бизнес соприкасается с бизнесом друг друга. Большинство он запомнил с пятницы, но познакомился только сейчас. Между заплывами и рыбалкой парни выясняли новости. Некоторые, обращались сразу ко всем, типо: 'Парни, не знаете, где найти.... Или как выйти на ...' остальные с охотой помогали информацией. Родион некоторую информацию тоже, что называется, мотал себе на ус. Одна тема его очень даже заинтересовала, 'надо будет у Анджея поразузнать позже'.
  
   Возвращались часа через три, подходя к большой беседке, услышали нестройное пение под гитару. Родион ощутил некую перемену в настроении мужиков: разговоры среди них прекратились и замедлили шаг. Потихоньку подошли к беседке, Родион шел сзади, услышал, как Дарек сказал недоверчиво:
   - У меня дежавю?
   - Лерка вернулась, - радостно констатировал Павел и шагнул к ней с объятиями.
   Ребята, кто не успел поздороваться, обнимали Валерию, Хелену, Казю, Киру. Детвору только что усыпили в приказном порядке, так что можно пару часиков просто спокойно посидеть, начали рассаживаться: Кира оказалась рядом с Анджеем, а Родион с Хеленкой напротив Валерии. Пока занимали места, делили тарелки, наливали вина, успели представить Родиона. Примерно с час гул стоял за столом, все обсуждали новости друг с другом, Родион разговорился с тем самым Дареком, краем глаза посматривая за Валерией, она была живой, веселой, общительной и на него не смотрела.
   В целом Родиону понравилась компания - адекватные, дружные ребята. Отдыхали очень организованно: поели, походили, устроили мини-праздник для детворы с подарками, некоторые из взрослых с радостью сами в него включились. Потом разбрелись по интересам - кто загорать, кто в лес, кто с детворой, кто с книжкой в шезлонг.
   Каролннка попыталась и Родиона завлечь.
   - Дядя Родион, ты цветочки любишь?
   - М-м-м-м, - задумался дядя.
   - Они красивые, - соблазняла она, - только идти надо долго. Сначала будет лес, а они на полянке живут.
   Родион присел перед ней на корточки.
   - Ты предлагаешь с тобой сходить? - смотрел он в глаза ребенку.
   - Да, а дорогу я знаю.
   - А мама знает, что ты со мной собралась идти?
   Она задумалась.
   - Мы можем и ее с собой взять. Тогда она точно будет знать.
   - Как-то я не уверен, может лучше к пруду?
   Смотрел в глаза ребенку и видел Полянского и внутри начало скапливаться раздражение - это мог быть его ребенок.
   - Может лучше к пруду? - повторил вопрос, пытаясь не поддаться этому чувству.
   Каролинка театрально вздохнула.
   - Сейчас нельзя, вода еще не теплая, а она меня заманивает.
   Раздражение потихоньку начало переходить в злость.
   - Беги к маме и с ней договорись, - быстро попросил он, а сам не дожидаясь ответа, встал, отвернулся и быстрым шагом отошел за детскую площадку. Минут через пять снова пришел в себя. 'Этого еще не хватало', - задумался он.
   Кира увлекла всю детвору в лес поиграть в прятки, Родион порадовался тому, что отпала необходимость куда-то идти с Каролиной. Анджей позвал играть в биллиард, и до вечера катали шары.
   К ужину опять собралась вся компания. Кто-то не смело предложил потанцевать, Кира первая поддержала и уже играла музыка. Хелена вытащила Дарека, Анджей пошел с Валерией, Кира тоже не осталась в стороне, Родион проводил Леру взглядом - за сегодняшний день они едва перекинулись пару слов. Ему было спокойно, когда она вот так рядом на глазах, только Анджей постоянно крутится рядом. Согласен, - он хороший мужик, но лучше бы его с ней не было. Минут через десять пара Валерия-Анджей возвращались на место мимо Родиона, он встал ей навстречу, взял за руку:
   - Потанцуй со мной.
   Она смотрит ему в глаза, что-то внутренне решая. Он терпеливо ждет, не торопя ее, просто держа за руку. Анджей прошел на свое место, его тут же перехватила Кира.
   - Идем, - согласилась Валерия.
   Родион обнял ее в танце, потерся щекой о ее волосы и вспомнил свой прошлый танец с ней - вздохнул: не было того накала, не было страсти, не было той Валерии. Ноооо... прижал ближе к себе, вдохнул ее запах. Да все равно ближе и роднее ее никого нет. 'Черт, как же достучаться до тебя?!' А внутри самого себя снова почувствовал, как поднимается желание. Прикрыл глаза.
   А Валерия, словно, во сне сейчас - слишком много Гурского стало в ее жизни, она не готова его снова принять ни хорошего, ни плохого. И вообще как Иоанна могла ему подобное предложить? Это не его компания. Зачем согласилась на этот танец? Ко всему прочему со вчерашнего вечера она чувствует себя скованной с ним настолько, что и двух слов сказать не может. И уже начинает просто бесить то, что он всегда такой доброжелательный, расслабленный, улыбается, всем нравится. Успел даже с Анджеем сойтись и Хелена на него странно смотрит, а Кирка... Кирка, та вообще... ах он изменился, он теперь такой трансформированный. Но, честно себе призналась, что больше всего выбивала собственная реакция, то ступор, полная заморозка, когда он рядом - вот как сейчас, то ли механизм самозащиты включался, то ли еще что, но Валерия себе в таком состоянии не нравилась... Она была в себе, в своих мыслях и не чувствовала, что происходит с Родионом.
   - Я скучал по тебе, - хрипло прошептал ей на ухо.
   Валерия слегка вздрогнула, возвращаясь в действительность, он понял - услышала. А желание накатывало сильнее, сделал пару глубоких вдохов-выдохов, расслабился, стало полегче.
   - Лер, милая, - голос Родиона срывался, - ну не шарахайся ты от меня, как от чумного.
   Она слегка отстранилась 'и когда только успел так ловко заграбастать?' посмотрела ему в глаза, а там сумасшедший огонь. 'Ой, вот это его колбасит. Это от меня что ли? Блин, а почему я-то ничего не чувствую, ни его жара, ни собственные чувства?'
   Они остановились мгновение назад, и танцующие пары обходили их, посматривая с интересом на происходящее. Родион мысленно пытался растормошить Леру, бессовестно пользуясь наработанными практиками - бесполезно, вокруг нее такая стена... Валерия прислушивалась к себе, как-то очень смазано - не четко вспоминались какие-то отзвуки их прошлых отношений. Нет, это уже не ее.
   - Пойдем за стол, - отняла руки от его плеч.
   Родион расцепил свои, и она ушла от него. Глубоко вздохнул, скрипнул зубами: 'Да что же это за наказание такое? А оно вообще ему надо? Да, черт возьми, надо!'.
  
   Уже стемнело, когда Родион вышел на улицу, небо с вечера затянуло облаками, вздохнул полной грудью, потянулся, разминая затекшие от долгого сидения мышцы, народ стоял, сидел кучками по интересам. Рядом оказался Анджей, завязался непринужденный разговор, незаметно подошла Хелена, постояла, послушала.
   - Родион, у меня к тебе пару вопросов, - издалека начала она.
   - Ну, давай свою пару, - усмехнулся.
   - Мы тут с Анджеем столкнулись с японским менталитетом, который тебе так импонирует, не просветишь нас?
   Оба парня с интересом смотрели на Хеленку, потом Анджей перевел удивленный взгляд на Родиона.
   - А что конкретно хотели узнать? - спросил второй, переводя взгляд с одного на другого собеседника.
   - Какие особенности партнерских отношений с японцами, - осторожно продолжила Хелена.
   Родион задумался.
   - Мне сейчас тяжело сравнивать с русскими или европейцами их, японцы просто другие. Я уже свыкся с ними, для меня они почти, как открытая книга, поэтому что-то конкретное выделить не смогу, именно потому, что для меня отношения с японцами сейчас обыденность.
   Анджей с возрастающим удивлением смотрел на Родиона.
   - Хотя бы ситуацию опишите.
   - С полгода назад договорились на взаимовыгодных условиях о сотрудничестве с одной японской фирмой, их все устраивает, но на подписание договора не идут, - выдала сухую информацию Хелена.
   Родион на секунду задумался.
   - Ребят, нужно смотреть общую картину, это может быть и более выгодное предложение, поступившее от иной фирмы, может быть, ждут интересного предложения от вас, а может и банально... японская народная примета не дает им дальше с вами работать, либо ждут, когда действие этой приметы закончится.... Там много всего.
   - Тарико Мииуно, - вступил в разговор Анджей, назвав фирму.
   Родион задумался. Хелена чувствовала, что название ему знакомо, хотя и не показал это ни единой черточкой на лице. Анджей тоже внимательно пытался считать его.
   - Только не говори, что ты туда влез? - прервала его задумчивость Хелена.
   - У меня есть некоторые отношения с этой фирмой.
   - Какого рода? - это уже Анджей.
   - Я оказываю им услуги, иногда консультирую по русским вопросам.
   Хеленка не смогла скрыть своего удивления - давно так не удивлялась, Анджей тоже не верил в такую удачу.
   Японцы - закрытая нация, которая в принципе, не допускает к себе иные расы. И чтобы понять, что там у них на уме... они как с другой планеты. Анджей даже представить не мог, чем можно заслужить подобное доверие. Японцы работали с иностранцами и в свои филиалы нанимали активно иностранцев, но Тарико Мииуно, закрытая фирма, она очень редко выходит на иной рынок.
   - Переговоры начали вести в начале марте, первый раз договор попытались подписать 14 марта, в мае я к ним приехала, мне подтвердили, что все замечательно и будем работать и опять тишина.
   Родион усмехнулся, покачав головой.
   - Тут много всего: сакура еще не отцвела к 14 марту и первого человека от партнера они должны были увидеть мужчину, - снисходительно объяснял он.
   Парочка ошарашено взирала на него.
   - Чего? - возмутилась Хеленка.
   - Плюс, как ты была одета в первую встречу - это мелочи, но японцы народ традиций, а Тарико Мииуно в особенности, потому европейцам с ними практически невозможно сработаться.
   - Но у тебя получилось, - утверждал Анджей.
   - Я давно на том рынке, сначала оказывал мелкие услуги, они присматривались, потом осторожно согласились на пару моих предложений, сейчас иногда сами обращаются. Давить на них бесполезно, даже мягко, они сразу воспринимают это как агрессию.
   - А как-то на них повлиять можно? - Хеленка
   Родион поморщился.
   - А какие у тебя планы на ближайшее время, - поинтересовался Анджей.
   - У меня две сделки и через пару месяцев думаю отдохнуть с полгодика.
   - А давай ты отдохнешь в нашей корпорации, - Анджей.
   - Я работаю один или только со своей командой, - покачал отрицательно головой Родион.
   - А просто развернутую консультацию дашь?
   - Вы изначально не просчитали их, сейчас для вас будет лучше отступиться. Насколько я понимаю предложение касалось .... , - он назвал предмет обсуждаемого договора.
   Две пары глаз опять уставились на него...
   - Ты не перестаешь удивлять, - выдавила из себя Хеленка.
   - Я так понимаю, что консультировал по нашему вопросу их ты, - это Анджей.
   - Нет, но я в курсе, - уклончиво ответил он и добавил, - у них аналогичное предложение.
   - Как?!!!
   - Кто?!!
   - Москвичи.
   - То есть? Нас обошли русские? - Хеленка разгневанная развернулась к Анджею.
   Анджей был сбит с толку.
   - Там нет подобных технологий, ты же знаешь.
   - А может, мы чего-то не знаем?!! - Хеленка.
   - Договор подписан? - Анджей.
   - Ребят, - усмехнулся Родион, - это закрытая информация. - Я и так вам слил ценную инфу за бесплатно.
   - Да ладно, какие могут быть торги между родственниками? - возмутилась Хелена.
   - Я что-то пропустил? - не понял Анджей.
   - Он сватается к нашей Лерке, - отмахнулась она, погружаясь в грустные думы.
   - Да? - удивился Анджей.
   - Слушай, - вернулась к действительности Хелена, - а может, ты нам просто по-родственному поможешь, за приличное вознаграждение, а я поспособствую вашим отношениям.
   - Хелена, я удивлен, - учительским тоном произнес Родион, - Ты же мать родную продашь!
   - Мать? - подумала. - Мать - нет, да и Лерку жалко, но... - не хотела она сдаваться, не привыкла.
   - Давайте так, - решил за всех Родион, - Пару месяцев погоды не сделают, уж для японцев это точно не срок. Вернемся к этому разговору, как я освобожусь, - увидев радость на лице будущей родственницы, охладил, - Я ничего не обещаю.
  
   По машинам рассаживались уже потемну. Каролинка устроилась на заднем сиденье в машине Родиона, забрав из маминой машины сиденье под попу, и даже сама пристегнулась. Родион пытался помочь, но она девочка уже большая, самостоятельная и все сделала сама.
   Валерия обнаружила дочь после пятнадцатиминутной пробежки по всему участку Павла в поисках дочери.
   - Каролина, ты чего удумала? - спросила у дочери.
   - Мам, я подумала и решила, что мы поедем с дядей Родионом!
   - Это почему еще?
   - А я в его машине еще не ездила.
   - Его машина ничем не лучше нашей. Мы сейчас поедем домой, а дядя Родион к себе домой каждый в своей машине.
   - А почему мы не можем поехать к нему домой?
   - Потому что у нас есть свой дом. Все. Меняй диспозицию.
   Каролинка обреченно вздохнула и начала отстегиваться.
   Валерия вынулась из машины, оказавшись лицом к лицу с Родионом, который, облокатясь на открытую дверь слышал весь диалог.
   - Можно было и со мной уехать, я тоже могу довезти до дома, - тихо сказал он.
   Она, молча, дождалась, пока Каролинка вылезет из машины с креслом в руках.
   - Пока дядя Родион, - грустно сказал ребенок и побрел к маминой машине.
   - До свидания, дядя Родион, - это уже Валерия.
   Родион дождался Анджея с Хеленой, на обратном пути поменялись пассажирами, Кира ехала домой к Лерке, поэтому было удобнее, чтобы сразу уселись.
   Утро понедельника порадовало дождем, Валерия смотрела задумчиво в окно кухни, ждала пока приготовится в духовке омлет. Каролинка уже проснулась, но кушать захочет еще не скоро, поэтому можно не торопиться. На душе почему-то скребли кошки, может погода так влияет, но было так тоскливо, так тоскливо, что хотелось повыть во весь голос. Может кофе себя встряхнуть? Ради Кирки держала его дома. Сестра, легка на помине, вышла из душа, прямиком прошла к кофе-машине, засыпала двойную дозу и уселась дожидаться бодрящего результата.
   - Кир, поработаешь сегодня со мной, - попросила Валерия.
   - Давай. Чем на этот раз порадуешь? - обрадовалась сестрица.
   - Не знаю, - растерянно пожала плечами, - просто выворачивает на изнанку.
   - Ну, это я вижу, - встала, взяла свою порцию кофеина и вернулась нм место. - До причины докопалась?
   - Нет, просто тошно. Хотя, - задумалась. - Гурский.
   - Опять Маламутище вылез?
   - Мне после пятницы уже тоскливо стало.
   - Знаешь, что, дорогая... Мне вот эти твои сопли уже надоели, что ты амебой прикидываешься каждый раз, когда оказываешься с ним рядом.
   Кира с сестрой работала долго, скрупулезно, но последнее время она видела, что Лерка сама себе придумывает проблемы с Родионом. Нет, они, конечно, возникали не на пустом месте, копаться можно много и каждый раз будет что-то новое, но тут надо ее просто жестко выдернуть, нужен стресс.
   - Злая ты, уйду я от тебя, - беззлобно ответила Валерия.
   - Ты боишься-то чего?
   - Перемен.
   - И причина тому Гурский?
   - Да. И еще... он какой-то не настоящий.
   - Он-то как раз настоящий. А если ты была влюблена в другого, то... ширма это была.
   - Кир, я вообще ничего к нему не чувствую, очень редко бывают какие-то проблески, но... Более того, я не чувствую, что с ним происходит, иногда посмотрю и увижу по его глазам, а телом, как раньше не ощущаю. У меня, наверное, нервные окончания выборочно, отмерли и восстановлению не подлежат.
   - Бедный Гурский, - Кира вышла, закрыла дверь в комнату, где играла Каролинка, прикрыла кухонную дверь плотно.
   - А он-то почему бедный?
   - Да что ж ему с тобой такой убогой-то делать?
   - Ну, так пусть найдет себе другую, - начала потихоньку заводится Валерия.
   - Не может, - можно было сказать, что просто любит он ее, дуру эдакую, но Кира сказала другое, - жалеет он тебя, потому и ведет себя, как с больной.
   - Что?!! С чего бы это ему меня жалеть?!!
   - К себе не подпускаешь, шарахаешься от одной только его улыбки, как праведная монашка, остается только пожалеть. Потерпи маленько, он сейчас наиграется в благородство и уметелит опять со своими маламутами.
   - Что?!! Ах, он гаденыш, да я его вообще за версту к себе не подпущу.
   - Да за ради Бога, - потянулась за печенюшкой Кирка, - Монашка, я же говорю. Ты что решала обед безбрачия дать? И ради какой такой святой миссии? Ради Ежи? Так он это сейчас уже не оценит.
   - Да как ты смеешь, - Валерия себя уже плохо контролировала.
   - Лучше памятник себе поставить при жизни - 'я умерла для всех мужчин ради Ежи', правда ему уже все равно. Ты бы лучше ему все накипевшее высказала, а не возводила его в ранг святых, перекладывая всю вину и ответственность на окружающих тебя людей!
   Валерия схватила сахарницу со стола и запустила ею в рядом стоящую стенку.
   - Нееет.
   Большой осколок отскочил от металлической трубы и рассек ей руку повыше локтя. Боль отрезвила Валерию, она зажала порез рукой, из которого активно поступала кровь, упала на колени и завыла в голос.
   Кира смотрела на нее, у самой сердце рвалось в клочья, но понимала, что еще рано даже приближаться. Незаметно для Валерии достала аптечку с полки, нашла бинт, антисептик, отметила для себя, что крови слишком много, прислушивалась, что делается в соседней комнате - не хотелось бы, чтобы Каролинка увидела мать в таком состоянии. А Валерия уже тихо подвывала, раскачиваясь из стороны в сторону. Минут через пять раздавались только всхлипы - она выдохлась, сил не оставалось даже на боль. Подошла Кира, отняла аккуратно ладонь Валерии от раны, которой та на автомате зажимала ее. 'Черт, рана глубокая, придется зашивать ехать, как не вовремя'. Промыла и перемотала рану, заставила Валерию умыться и переодеться в чистую одежду. Попросила соседку присмотреть за ребенком и повезла сестру в травмпункт.
   Наложили шесть швов, вкололи обезболивающего, хотя на взгляд Киры, без этого сейчас можно было и обойтись. Кира еще по дороге позвонила Иоанне, попросила забрать Каролинку к себе на пару дней. Иоанна почувствовала что-то и вопросы задавать не стала. Когда сестры вернулись, квартира была пуста. Кира практически затащила на себе Валерию - обезболивающее срубило ее еще в машине, сказалась и эмоциональная встряска. Свалила ее на диван, он был ближе всего от двери, стянула обувь, пощупала лоб, посчитала пульс. 'Черт, зря все-таки, вкололи ей эту дрянь'. Достала танометр, замерила ей давление. Немного струхнула: пульс, давление, температура были очень низкими. Не хотелось никому звонить: чтобы видели Лерку в таком состоянии, объясняться. 'Ладно, справимся, в крайнем случае, Анджей в городе, ему позвоню'.
   На кухне Кира нашла бутылку с соком, заменила его на воду, вернулась в комнату, присела рядом с Валерией, взяла ее руку в свою, прислушалась к ее дыханию, отпила из бутылки воды, прикрыла глаза и начала вытягивать сестрицу. Где-то через час сползла обессиленная на пол, выпустив Леркину руку из своей, рядом стояла пустая бутылка. Вроде все. Открыла глаза, посмотрела на сестру - той стало визуально значительно лучше, значит и вправду пошла на поправку. Тут же, на ковре у дивана свернулась калачиком и уснула - сил не было даже, чтобы подняться, последнее, что удалось подумать: 'Надо было все же Анджея позвать'. И мысленно потянулась к нему.
   Анджей приехал часа через два, позвонил в дверь, постучал, позвонил на оба номера сестер, звонки раздавались в квартире - никто не открывал. Сорвался к Иоанне за ключом, узнал у нее, что Кира попросила неожиданно забрать к себе внучку, соседка что-то невнятно говорила Иоанне про травмпункт. Через полчаса был уже в квартире Валерии. Чертыхнулся, увидев обоих сестер без сознания - Кира в более тяжелом. Перенес ее на кровать. 'Что тут вообще произошло?' Внимательно осмотрел сначала Киру - вроде цела, но истощена сильно - он это чувствовал. Лерка с повязкой на руке, плюс накачана лекарством, плюс .... Этот плюс он помнил хорошо... В прошлый раз, после аварии вместе с Кирой вытягивал Лерку из подобного состояния. Обошел квартиру - все нормально, только на кухне осколки чашки и слишком много крови. 'Черт! Что произошло?! Так... 'Надо первым делом Киру вытянуть, один с Леркой я не справлюсь, просто не знаю что делать'. А как подпитывать Кирку он знал, она объяснила, показала у больничной кровати сестры.
   Поднял бутылку у дивана, налил воды - вспомнил, как хотелось пить в прошлый раз, нашел еще пару бутылок, заполнил и их водой. Прислушался к себе, помниться Кирка его несколько раз еще в душ гоняла, объясняя это тем, что так энергия быстрее накапливается. Вышел из душа, проверил Леру - вроде ничего и пошел к Кире. Выпил воды, взял ее руку в свою ладонь и прикрыл глаза, открываясь ей.
   Ближе к вечеру Кира открыла глаза - помнила все и даже то, что Анджей рядом, увидела его сидящего на полу рядом с кроватью, улыбнулась:
   - Привет, спаситель ты наш.
   - Ты почему мне не позвонила сразу? - устало спросил он.
   - Мы бы сами справились, времени бы только дольше понадобилось.
   Он как-то странно на нее посмотрел, потом наклонился очень близко, и жестко ей сказал:
   - Давай договоримся на берегу. Больше, без подстраховки ты подобным не занимаешься.
   Кира с интересом смотрела на этого нового для нее Анджея. 'Ого, как он может повелевать!'
   - Иначе я сам придавлю тебя, - продолжал он, - чтобы впредь быть спокойным за твою жизнь.
   'Ой, волнуется что ли? За меня или за Лерку?' К Анджею у Киры были очень теплые приятельские отношения, он младше ее на четыре года, уже одно это отметало всякую возможность каких-либо иных отношений между ними по ее мнению.
   Анджей нагнулся ближе и прижался губами к ее лбу. Она почувствовала, как он перетрусил и сейчас внутри его всего трясет. Но какой же он молодец, не растерялся, вспомнил что и как делать. Она бы и рада сейчас ему помочь, но сил совершенно нет.
   - Ты как? - спросила она.
   - Подтряхивает, - подтвердил уже то, что она знала, - но продержусь еще.
   - Давай под душ, потом я. И проверь, как там Лерка, - попросила она, прикрывая глаза.
   'Так, сначала позвонить в ресторан, заказать еды, потом душ, потом Лерку глянуть, ужин, дальше посмотрим'. Потянулась до телефона, чтобы выполнить пункт первый, но на экране высветился номер Иоанны. 'Надо ответить, она же там, наверное, с ума сходит'.
   - Как вы, - сразу же спросила Иоанна.
   - Жить будем, - заверила ее Кира.
   - Еды нести?
   Кира улыбнулась - жизнь начинала налаживаться.
   - Иоанна, ты - чудо. Еды и побольше.
   - Кир, может, я Родиона отправлю с контейнерами? Он вроде у себя.
   Кира задумалась, это было соблазнительно, с его-то энергетикой и знанием техник они быстро справятся, как у специалиста соблазн был велик. Но она была еще и сестрой.
   - Нет, не надо, сами справимся, лучше попроси его за Каролинкой приглядеть, пока будешь ходить.
   - Я Александру Феликсовну попрошу, да ее и просить не надо.
   Кира услышала, что Анджей вышел из душа, подняла себя с кровати, нашла сменку в шкафу и чуть ли не по стеночке начала передвигаться в сторону заветной ванной комнаты, в зале мельком глянула на сестру - выглядела стабильно, а как на самом деле сейчас сил просто не было проверять.
   - Иоанна должна еды привезти, - сказала Анджею и скрылась в душе.
   Минут через сорок, почувствовав, что вода сделала все, что на нее возлагали и вышла из душа, высушилась полотенцем, переоделась в чистые вещи и пошла с мыслями о еде на кухню. Анджей уже сидел за накрытым столом.
   Поели, посидели, помолчали.
   - Ну что, пойдем, посмотрим, что там удумала моя сестрица?
   - Этого все равно не избежать.
   Минут через тридцать, когда Кира открыла глаза, Анджей спросил:
   - Что мне делать?
   - Пока ничего, справляется сама. Сейчас она гораздо сильнее, чем была в прошлый раз и сможет вытянуть себя сама, но подежурить надо будет. Можно завести будильник каждый час, а можно устроить дежурства.
   - Иди ложись, я с ней посижу. Как начну кемарить - разбужу тебя.
   Кира с благодарностью приняла помощь, правда решила подстраховаться и завела будильник через три часа. Проснулась за пять минут до звонка будильника, выключила звонок, вышла в зал. Анджей тут же оторвался от книги, вопросительно посмотрел на нее.
   - Ну как вы тут? - спросила она.
   - Пока нормально. В себя не приходила. Но злится.
   - Тебя сменить?
   - Нет, не надо пока. Книжка интересная - не усну.
   Кира присела рядом с сестрой и проверила как она. Все без изменений, как и говорил Анджей.
   - Удачного дежурства.
   Анджей разбудил ее ближе к шести утра. Кира осмотрела сестру, та спала глубоким сном - значит все в порядке, вздохнула с облегчением и отправилась спать на пару с Анджеем.
   Проснулась только после обеда. Еще не открывая глаз, потянула носом - пахло кофе. 'Здорово'. Открыла глаза, Анджей спал рядом. 'Значит, Лерка очухалась! Ай, молодца!' Аккуратно сползла с кровати, чтобы не разбудить Анджея, пусть отсыпается. Вышла на кухню и раскрыла рот от удивления: кухня сияла стерильной чистотой, на столе стояли цветы, из духовки раздавались умопомрачительные запахи, которые смешивались с кофе. Лерка сидела за столом с кружкой этого самого напитка. Кира не торопясь прошла к столу, уселась напротив сестры, внимательно посмотрела на нее. Валерия ответила ей чистым, сияющим взглядом.
   - Как ты? - спросила она
   - Пару дней и приду в норму, - ответила Кира. - Кофе сделаешь мне?
   - Конечно.
   - Давно проснулась?
   - Часа три назад.
   - Ну, ты звееееерь, мать. И за три часа успела и себя в порядок привести, и квартиру, и в магазин сходить, и кушать приготовить.
   - Твоими молитвами, - поставила чашку перед Кирой, достала тарелку из холодильника с сырно-мясной нарезкой. - Что случилось-то?
   Такого глубокого провала Валерия не помнила со времен больницы.
   - В травмпункте тебе вкололи успокоительное и обезболтвающее, оно тебе в принципе не нужно было, а тут и доза была убойная, и сам препарат не пошел.
   Валерия серьезно смотрела на сестру.
   - Опять кома?
   - Все обошлось, но чистку я бы на твоем месте сделала, причем на всех уровнях.
   Кира нет-нет да и поглядывала на духовой шкаф.
   - Слушай, там еще долго до готовности? - не выдержала она, сглотнув слюну.
   Валерия, выдвинула противень, развернула аккуратно фольгу, потыкала вилкой.
   - Я бы еще минут на двадцать оставила.
   - Потерплю. Ты-то вообще как?
   - Как Кай в конце сказки, странное ощущение, словно краски, запахи вернулись ко мне, в кои-то веки захотела отведать вкусной еды. У меня изнутри просто распирает. Кирка, я такая сейчас счастливая.
   - Значит, все не зря было. Как с Ежи? - невзначай спросила она.
   - Нормально, сказала все, что хотела. Потом поговорили. Проснулась и поняла - мне его уже меньше не хватает, скучаю еще, но на физическом уровне прошла зависимость, и внутри все отпустило, оттаяло.
   - Этот этап ты должна была пройти год назад, а ты проскочила его, не заметив, поэтому сейчас и обострилось. Дальше все будет хорошо.
   Валерия светилась вся изнутри, улыбка не сходила с ее губ.
   - Меня просто распирает из нутрии, - рассмеялась она, - Хочешь, с тобой поделюсь?
   - Обойдусь, - отмахнулась сестра, - сама восстановлюсь.
   - Ну, что? Будим Анджея? Мясо готово.
   - Давай минут через десять, я пока в душ, потом его туда загоню. И сразу сядем за стол. Пошла я отсюда, а то рефлекс Павлова вообще ни на чем сосредоточиться не дает.
   Вечером Валерия пошла за дочерью, во дворе дома Иоанны увидела Родиона, тот только приехал и выгружал из машины собак, видимо, загородом были на пробежке.
   - Привет, - подошла к машине она.
   Найк тут же ткнулся носом ей в ладони, Карло крутился рядом, выпрашивая свою долю ласки. Валерии не жалко, сегодня готова делиться со всеми.
   - Привет-привет, - Родион с удивлением рассматривал ее.
   - Карло не наглей, уронишь меня.
   - Найк, Карло домой и остальные тоже.
   Те послушно потрусили в вольер. Родион подошел к ней вплотную и задохнулся от радости: 'Лерка вернулась'. Она улыбалась ему всем своим существом, и в глазах снова увидел зеленые искорки смеха.
   - Нагулялись? - спросила она.
   - Да, пробежались немного.
   - Ну, бывай, - и пошла к подъезду.
   Родион смотрел ей вслед и губы сами собой растянулись в улыбке - был рад за нее.
   Валерия поболтала немного с Иоанной, перекусили вместе, собрала Каролинку и, спускаясь по лестнице, предложила дочери:
   - Пойдем через парк, прогуляемся?
   - Давай и голубей покормим там.
   - Возьмите меня с собой, - попросил выходящий из своей квартиры Родион.
   - Если только ты справишься с покормкой голубей, - согласилась Валерия.
   - А мне Каролинка покажет.
   - Мам ты что? У него же маламуты есть.
   - И что?
   - Значит, он уже знает, как их кормить.
   - Эх, Каролинка, Каролинка, наличие маламутов еще не означает, что дядя Родион все знает и умеет.
   - Не, ну ты зря так! - усмехнулся Родион, придерживая входную дверь, пропуская их вперед, - Дети, как правило, видят саму суть.
   - Ты все-таки по-прежнему, считаешь себя Богом?
   - Попутала ты меня с кем-то, я только стремлюсь к этому.
   - КАААК?! Ты НЕ БОГ? - возмутилась Валерия, поворачиваясь к нему лицом.
   А в глазах смешинки, Родион просто млел от той, прежней, которую он помнил Валерии. Посмотрел ей в глаза и потерялся там, затягивало, как в воронку.
   - Родион Болеславович, придите в себя, - пощелкала она у него пальцами перед носом. - НеБоги это тоже не плохо, голубей они точно кормить могут.
   К дому Валерии подошли только часа через полтора, за сто метров столкнувшись с Кирой. Каролинка начала сразу же хвастаться шариками и бегемотом необъятных размеров, выигранным дядей Родионом в тире. Валерия настойчиво отказывалась от приза, предлагала заменить его на более мелкий, но хозяин тира с радостью вручил его, незаметно стряхнув пыль с игрушки.
   - Гурский, ну вот ты скажи, ну на кой мне эта животина дома? - ворчала Валерия, выйдя из тира. - Только пыль собирать, играть с ним не возможно. Ты бы мог хотя бы пару раз промахнуться? Я подозреваю, что умные люди так и делали, потому он и оброс пылью.
   - Не привык я промахиваться, - расплылся в который раз за вечер в улыбке.
   - Ну, естееееественно, тебе же непременно медаль на грудь за заслуги. Слушай, а давай ты его Александре Феликсовне подаришь. Вот порадуешь-то ее.
   - На фига он мне дома сдался?
   - Мама, дядя Родион сказал, что приз мой, поэтому он будет жить у нас.
   - Кто будет жить? - не поняла Валерия, резко остановившись.
   Родион расхохотался, перекинул серого монстра через плечо, тот в сумерках напоминал куль с картошкой и тихонько шепнул ей на ухо.
   - Могу и я перебраться, если ты это имела ввиду, - и пошел вслед за Каролинкой.
   - Гурский, ты - сволочь.
  
   У подъезда передал бегемота Кире, придержав дверь, чтобы та смогла протиснуться, и прикрыл ее перед Валерией.
   - Пригласи меня в гости, - попросил он.
   Валерия отвела глаза и прислушалась к себе, потом снова посмотрела на него.
   - Нет, - серьезно ответила она.
   - Почему?
   - Нет, - добавила твердости в голосе.
   - Ну ладно.
   - Дорогу найдешь обратно? - глаза снова смеялись.
   Он глубоко вздохнул, сконцентрировался, отвел взгляд, сделал пару шагов мимо нее, спустился на пару ступенек с крыльца, обернулся и снова увидел в глазах напротив веселых чертенят. Не сдержался, шагнул навстречу, обнял, зарывшись лицом в ее волосы. Валерия какое-то время никак не реагировала, потом попыталась отстраниться, без агрессии, но настойчиво. Родион почувствовал ее сопротивление. Прижал еще крепче к себе.
   - Черт возьми, Лерка, доверяй мне хоть немножко, - отстранился, все еще держа ее в объятьях, чтобы заглянуть в ее глаза, - Доверяй мне, - настойчиво попросил он, слегка встряхнув за плечи.
   - Ты ждешь, что я прям вот тут это сделаю? - слегка прикусила губу, чтобы не рассмеяться - настроение было чудесное и даже выходка Гурского нисколько это не испортило.
   - Зараза, - быстро поцеловал ее в губы и пошел домой.
  
   Родион столкнулся с Кирой, выходя из офисного здания, поздоровались, вместе дошли до дороги и молча направились в одну сторону.
   - Может тебя подвести? - махнул он рукой с ключом в сторону машины.
   - Может, - согласилась Кира. - Мне к Иоанне.
   - И я домой.
   Уселись в машину, девушка бросила сумку на заднее сиденье, ехали молча, Кира чувствовала со стороны Родиона некое напряжение, но заводить разговор не спешила. Родион припарковал машину, напомнил соседке:
   - Про сумку не забудь, - открыл дверь со своей стороны.
   Дошли до подъезда, Родион открыл дверь и немного замялся, преграждая путь Кире. Она с доброжелательным вопросом посмотрела на него. Спросить не решился, прошли в подъезд, Кира сделала уже пару шагов по лестнице вверх, Родион открывал свою дверь и тут обернулся и окликнул ее. Она обернулась.
   - У меня к тебе небольшая тема есть.
   - Говори.
   - Давай лучше ко мне зайдем, - пригласил он.
   Прошли в квартиру, Кира сразу направилась на кухню.
   - Кофе есть? - спросила она.
   - Кофе у меня нет.
   - Да вы два сапога пара с Леркой, - усмехнулась та.
   - Чай?
   - Неее, горячий чай в такую жару... Налей лучше воды.
   Родион поставил перед обоими стаканы с водой и уселся напротив Киры. Кирка видела, что ему тяжело начать разговор, поэтому легко начала сама, поболтали на нейтральные темы, потом как бы невзначай спросила:
   - Ну а как у тебя?
   Родион на пару секунд задумался и потом решился.
   - Ты же психолог?
   - Нуууу, можно и так сказать, начинала когда-то с психологии.
   - По отзывам, творишь невероятные вещи.
   Она улыбнулась в тридцать два зуба, в своих силах Кира была уверена давно, а в чем не была сильна туда и не лезла.
   Родион немного ушел в себя, словно размышляя, как начать и стоит ли вообще поднимать этот вопрос.
   - Ты спроси, а я скажу, смогу ли чем помочь, если не по моей части, то может кого посоветую.
   - Ну... Наверное... не для кого уже не секрет..., - непривычно мялся Родион, глядя в стакан с остатками воды, который крутил на столе, Кира терпеливо ждала, - вообщем я... думаю... надеюсь... Короче, - наконец, решился он, - попробую с Лерой возобновить отношения.
   - Нууу, - Кира неопределенно пожала плечами - в этом помогать ему не хотелось.
   - Со временем, я думаю, все выясним между нами... А вот что делать с Каролинкой, я не знаю, - поднял глаза на Киру.
   - Ааа.., - та растерялась, - а что с ней не так?
   - С ней-то все так, у МЕНЯ к ней странное отношение.
   - Удивил, - вынуждена была признать она.
   - Я сам до конца не могу разобраться... Понимаю, что чудесный, безпроблемный ребенок, которого можно только любить и баловать, но иногда смотрю на нее - вижу маленькую Лерку, но взгляд Полянского, его суть в ней меня просто вымораживает иногда.
   - Дважды удивил.
   - Я уже по-разному с собой - все равно не прошибаемо.
   - А что конкретно тебя напрягает? С чего начинается и чем заканчивается.
   - Только начинаем общаться с ней - все нормально, мне интересно, забавно - она же милый ребенок, но потом минут через пять я начинаю видеть в ней Полянского, и меня перекрывает в один момент: появляется неприязнь, потом раздражение и заканчивается злостью. Я, если честно, опасаюсь, этого момента, поэтому стараюсь уйти на первом этапе.
   Кира внимательно, с интересом смотрела на Родиона.
   - Ты какими практиками, техниками в последнее время увлекся?
   Родион перечислил. Кира с уважением и даже с завистью смерила его взглядом, на секунду задумалась, словно взвешивая свои и его силы.
   - Давай сделаем кое-что. Я чувствую, что ты хорошо подкован, но мне нужно понять, как тебе помочь.
   - Давай, - с готовностью согласился он.
   - Руку дай и расслабься, будет небольшое вторжение, не пугайся - это я.
   Минут через десять выпустила его ладонь, практически незаметным жестом разъединилась и с интересом посмотрела на него.
   - Ну, ты даешь, - Родион был под впечатлением. - А ты крута, мать.
   Кира снисходительна улыбнулась.
   - На самом деле, ты сам разберешься с этим, просто тебе нужно время.
   - Кир, мне жалко терять этого времени.
   Кира отвела взгляд, взвешивала свои сомнения и нашла компромисс.
   - Давай я тебе только направлю, остальную работу будешь сам делать. У тебя идет очень мощный процесс, я не хочу вмешиваться, это может затормозить.
   - А давай прям сейчас, - предложил он.
   Кира посмотрела на часы, отключила телефон.
   - Хорошо, телефоны выключи.
   Родион стал серьезно готовиться.
   - Слушай, не напрягайся ты так, все на самом деле просто. У тебя в арсенале есть пару техник (назвала каких), сейчас будешь пользоваться только ими, больше никакие не задействуй, иначе уйдем в дебри.
   - Готов, - кинулся в бой Родион, надеясь на очень крутой сеанс.
   Кира, видя его приготовления, рассмеялась. Все. Настроились. Стала серьезной.
   - Тебя до сих бесит Ежи, ты на него зол и пытаешься постоянно мстить. И всему этому причина Валерия. Так?
   - Да, до этого я сам дошел.
   - Замечательно, половина дела сделана.
   - А теперь представь, что Ежи в принципе не существовало никогда, не столкнулся ты с ним в этой жизни, не было его на Земле.
   Родион утвердительно кивнул.
   - Ну и как оно на сегодняшний момент?
   - Замечательно, мы с Леркой живем вместе и растим наших детей.
   - Хорошо.
   - Теперь я тебя попрошу вспомнить свое состояние пять-шесть лет назад, а лучше вернись в него, - увидев, что у Родиона изменился взгляд и он слегка сжался, продолжила, - теперь вспомни встречу с Валерией, здесь в Польше, еще до того момента, когда ты узнал о Ежи в ее жизни. Ты с ней встречаешься, общаешься, ругаешься, расстаешься... и что? Что у тебя там творится внутри? Мне можешь не рассказывать, просто себе честно фиксируй все.
   Родион вспомнил: и себя, и Валерия, и то, что после их встреч он просто хотел уйти, и забыть все, и опять вернуться, нет, лучше уйти.
   - Мечешься, - констатировала Кира.
   - Да, - удивился он, оторвав взгляд от стакана с водой.
   - А теперь появляется Ежи, вспомни самый первый момент, когда ты понял, что он есть в жизни Валерии?
   'Злость на Валерию, позже - идти напролом, но добиться своей цели'.
   - Второй раз, когда ты опять понял, что он снова есть?
   'Неприязнь, раздражение, злость'.
   - Похоже на то, что ты чувствуешь к Каролинке?
   - Даже последовательность та же, - согласился он.
   - Теперь ты с Валерией в Иркутске, Ежи далеко и ты про него вообще забыл. Встречи с ней и свои ощущения, чувства после них.
   'Все замечательно, Лерка рядом, хочется секса, она его дразнит, глухое раздражение, но с ней лучше, нет, все же бесит, нахрен она ему не нужна...'
   - А теперь снова появился Ежи.
   Тут же вспомнилось, как Лешек сказал ему об их помолвке. 'Злость, которой можно крушить все на расстоянии' и эта же злость заставила его пройти труднейший участок непроходимой тайги. Потом внутри наступило умиротворение и он танком попер, уверенный в своем решении.
   - Ну и, когда в последний раз опять в твоей жизни появился он и твои действия после этого.
   В хронологическом порядке выпадала женитьба, но он даже не обратил на нее внимания - потом был Тибет. Родион поднял на Киру недоверчиво-удивленный взгляд.
   - Ты хочешь сказать, что Полянский был для меня только благом?
   Кира развела руками.
   - Так получается. Ежи тебе нужен был, чтобы ты к сегодняшнему дню стал именно таким, как сейчас.
   У Родиона мозги начинали потихоньку закипать, медленно, нехотя, с пробуксовкой просилась перезагрузка. Он сопоставлял факты из своей жизни и каждый раз его поступки подтверждали этот вывод, но внутренне зрел протест, начинался саботаж проделанной работы. Кира это видела.
   - Родион, пять лет назад, ты был очень не стабилен, если до конца быть честной, то вскорости, тебе бы понадобился специалист посерьезнее психолога.
   Родион недоверчиво смотрел на нее.
   - Еще раз вернись в то состояние, когда с Леркой познакомился, - попросила Кира.
   Родион снова вспомнил внутреннюю неустроенность, недовольство всем миром, постоянное бегство. Словно издалека услышал голос Киры.
   - А теперь вернись в здесь и сейчас.
   Он попытался и открыл глаза, Кирка сразу увидела прошлого Маламутчика.
   - Закрой глаза и еще раз, до конца выведи себя из него.
   Родион глубоко вдохнул, сосредоточился на технике, которую Кира разрешила использовать. И открыл уже более ясные глаза, плечи сразу же расслабились.
   - Как-то все сложно, - все еще не верил Родион.
   - Все как раз очень просто. Ежи был тем 'пинком', который заставлял тебя действовать и идти в нужном ТЕБЕ направлении.
   - Ну, хорошо, он мог меня 'попинать' и не соваться в Иркутск, к Валерии.
   - Нет, не мог, ты не понимал до конца, что пришло время меняться. Поэтому все случилось так, как и должно было быть.
   - Кир, - отрицательно покачал он головой, поморщившись. - Лерка почти согласилась тогда выйти за меня замуж, я на тот момент успокоился, поменялся, - усмехнулся он, - и мы бы, со мной хорошим, стали жить в мире и согласии. А так, появился Полянский и Лерка не оставила мне ни единого шанса быть счастливым. Быть вместе с ней. Понимаешь, она решила за нас обоих.
   - Родион, она решала только свою судьбу. У каждого человека есть выбор, она воспользовалась своим правом выбора.
   - Да мы бы нормально жили.
   - Ой ли, - развеселилась Кира. - Надолго бы вас хватило? На пару месяцев ругани, обид, примирений... а потом бы разбежались - и это в лучшем случае. А в худшем - трепали бы нервы и душу друг дружке до сих пор. Причем, первая бы ушла Лерка, а ты бы психовал, накручивал себя, дергал постоянно ее и при том раскладе ты не отпустил бы ее в никуда. Вы не готовы были тогда жить вместе, оба не готовы были принять друг друга. Сейчас вы поменялись. И появился шанс.
   До Родиона медленно, но верно доходила истина.
   - Такие люди, как Ежи, специально приходят в наш мир, чтобы менять к лучшему окружающих себя людей, направлять их к истинному предназначению.
   - Подожди, со мной я отчасти согласен, понимаю, по каким принципам идет отбор, но Лерка.
   - В твоем конкретном случае Лерка нужна была, чтобы быстрее свести тебя с Ежи. Ты все равно бы столкнулся с ним, ни в личной жизни, так в бизнесе, друзьями, скорее всего, не стали бы, а вот конкурентами, стимулирующие друг друга запросто. Да и для Валерии Ежи сделал очень много. С ним она стала другой: более женственной, мягкой, понимающей, терпимой. То, что Ежи 'забрал' у тебя Валерию, он, таким образом, сохранил ее... может быть, для тебя.
   - Она же чуть не погибла, когда была рядом с ним!
   - А для того, чтобы выжить, Лерка должна была родиться моей сестрой. Я бы не дала ей умереть в любом случае. Ну что тебе объяснять устройство мира? Все, что должно случиться - случиться, но есть некоторые, посланные на нашу землю для определенной миссии, пока ты ее не выполнишь...
   - Я знаю...
   Помолчали.
   - Не могу я принять Ежи в учителя, - упрямо мотнул головой Родион.
   - А и не надо, у тебя все само уляжется. Постарайся сейчас просто с благодарностью принять факт того, что он был в твоей жизни. На это тоже понадобиться какое-то время, но ты справишься сам. А теперь давай вернемся к Каролинке.
   Родион уже подзабыл о первопричине их разговора.
   - А ты знаешь..., - удивился Родион, - а ведь она мне тоже 'пинков' нехилых дает, я бы даже сказал, что открывает глаза на какие-то вещи.
   - Процесс пошел, - широко улыбнулась Кира.
   Родион 'переваривал' информацию, голова гудела, словно при сотрясении, но он знал, что через пару часов все пройдет.
   Кира встала, налила себе еще воды, вернулась за стол.
   - Слушай, а то, что Валерия меня никак не хочет впускать в свою жизнь... с этой темой как-то пересекается.
   - Все пересекается, если на бытовом уровне, то отчасти причина может быть и в этом - она подкоркой ощущает, что ты можешь причинить вред ее дочери, что ты не отдаешь дань уважения ее мужу, а значит, не можешь уважать ее, ну и как после этого тебе доверять?
   Родион грустно усмехнулся
   - Но у Лерки там еще и свои динамики задействованы. Сейчас постарайся принять Ежи, тогда примешь и Каролинку, а там посмотришь, как будет меняться и Лерка, и ваши отношения.
   Родион задумчиво переваривал информацию, глядя вдаль, Кира не торопила, видела, что изменения идут, сейчас главное, чтобы он до конца принял Ежи. Родион перевел взгляд на нее.
   - Кир, снимаю шляпу.
   Кирка поморщилась:
   - На самом деле, я ничего сверхестественного не сделала, если бы ты поговорил с любым близким тебе человеком, при условии, что он знает все аспекты истории, то результат был бы тот же - тут все очевидно. Как там с Каролинкой?
   Родион прислушался к себе.
   - Злости точно нет, как при встрече будет, - задумался, - пока не понятно, надо с ней пообщаться.
  
   Родион несколько раз прокладывал маршрут так, чтобы оказаться у дома Валерии, это было не совсем удобно - движение по улицам одностороннее, но встретиться до его отъезда еще не помешает. В последнюю встречу, Валерия, как ему казалось, негласно дала зеленый свет их отношениям. Теперь он чувствовал от нее отдачу. И еще какую отдачу - прилетело в прошлый раз нехило. Зараза, завела его по самое не хочу, а потом в кусты.
   И таки дождался. Сначала увидел ее припаркованную машину, а через секунду и ее в летнем (каком-то очень фривольном платье) в задумчивости взирающей на спущенное колесо. Родион нашел место для парковки, если честно, повезло, что втиснулся, отчасти нарушив правила, и вернулся к ее машине.
   Валерия по-прежнему взирала на столь нерадостную картину - два колеса проткнуты, но она почему-то похихикивала.
   - Тебе помочь? - решил обозначить свое присутствие.
   Валерия обернулась на голос и слегка удивилась.
   - И какие варианты помощи ты мне можешь предложить?
   - Типо колеса поменять...
   - А ты умеешь это делать? - мультяшно округлила глаза.
   Родион только хмыкнул. Вот ведь, вернулась, Язва, уж лучше бы молча кивала, как раньше.
   - Нуууу, так-то я вроде мужик, - немного резковатый тон, чтобы охладить ее пыл.
   - Даааа? - с ног до головы оглядела его, - Родион Болеславович, вы меня прям удивляете с каждым разом все больше и больше своими заявлениями. Я даже боюсь представить, кем вы можете оказаться в следующий раз.
   Родион хмыкнул, шагнул к ней, уже как-то привычно обнял за плечи, коснулся быстрым поцелуем губ, и спросил, направляясь к багажнику:
   - У тебя запаска-то есть, ПрЫнцесса? - открыл багажник.
   - Интересно, а чем это она мне сейчас может помочь?
   - Так... я не понял, ты каким образом собиралась устранять это? - кивнул он на спущенные колеса, глядя на нее поверх крышки открытого багажника.
   - Расслабься, позвоню в шиномонтажку, приедут и сразу все решат, - и тут же опять начала ехидничать, - нет, ну если ты настаиваешь продемонстрировать свое мужское достоинство, ой, простите... мужское начало... мужские признаки... короче, побыть мужчиной...
   - Звони, - перебил ее Родион, - а то я могу начать демонстрацию прям сейчас.
   'Ой, чего это я. Парень хотел помочь, а я тут изголяюсь...' Достала телефон, договорилась.
   - Ну, все, мужчина, вы выполнили свой долг, - тут же прикусила язычок, - в смысле оказали посильную помощь. Больше не смею вас задерживать.
   - Чего сказали-то? - закрыл багажник.
   - Смогут подъехать часа через четыре. Я сегодня у них не первая с подобным.
   - Так может ... немного потрахаться и заменить колёса. Это по-любому быстрее получится.
   Валерия не выдержала и рассмеялась.
   - Очень ценно ваше предложение, но как-то я не включила сегодня в планы случайный секс ради смены колес.
   Родион растерялся.
   - Это намек?
   - Не сейчас. Вообщем, обойдусь сегодня без машины. Спасибо за участие.
   - Ты обедала?
   Она с интересом посмотрела на него.
   - Пойдем, посидим где-нибудь, - предложил он.
   Ресторан выбрала Валерия, итальянский, недавно открывшийся, и большим преимуществом было то, что он находился у реки, столики стояли под деревьями. Сегодня очень жарко, а тут этого не чувствовалось. Начали выбирать по меню.
   - Что пить будешь? - спросил Родион.
   - Воду, - ответила Валерия, не отрываясь от списка вторых блюд.
   - Боишься, что напьешься и приставать начнешь? - будничным голосом поинтересовался он и вот только после произнесения фразы посмотрел на нее.
   Она подняла на него глаза.
   - Боюсь, что отказать не сможешь, - и невинно улыбнулась. - Я помню, что у тебя и без спиртного дури полно.
   Родион не ответил, слегка развалясь в удобном кресле, наслаждался сидящей перед ним женщиной, ловил кайф от всего: тембра ее голоса; смеющихся глаз; энергетики, которая пьянила; открытых плеч, которые манили... Как он жил до сих пор без всего этого? А главное, благодаря этому, внутри себя каждый день обнаруживал скрытые доселе ресурсы, которые давали пищу новым идеям, планам, а еще пришла твердая уверенность, что он на своем пути - ощущал крылья за спиной, временные рамки раздвинулись, сил стало гораздо больше. Дело, может быть и не в Валерии, и даже, скорее всего, не в ней, ноооо... с ней, как ни крути, горааааздо приятнее, да и веселее.
   Валерия смотрела на сидящего перед ней уверенного в себе мужчину и чувствовала, что он ее притягивает, что-то в нем было очень знакомое и нечто ново-интересное, которое хотелось узнать, ощутить, попробовать. Где-то на периферии сознания нет-нет, да возникала мысль, что на месте Родиона мог оказаться любой другой человек, просто в последнюю неделю она такая счастливая, радуется любой мелочи, даже Гурскому. Говоря бытовым языком - весна пришли, гормоны требовали выхода.
   Достаточно скоро принесли часть заказа, и беседа приняла нейтральные оттенки, темы находились очень быстро, проговорили до вечера. Валерия осознала, что соскучилась по Гурскому-собеседнику.
   Прогулялись, как школьники вдоль берега реки, не переставая говорить и так же, не умолкая, поехали домой. Вышли у дома Валерии, у подъезда Родион спросил:
   - Лерка, я сейчас спрашиваю без задней мысли...
   - А ты и так умеешь?
   - Чаем напоишь?
   - Нет, - покачала головой.
   - Слушай, ты у меня практически живешь, знаешь меня, что называется, с изнанки.
   - Ну, извини, я не буду никому рассказывать о твоем исподнем.
   Родион вздохнул: 'Ее не переспоришь'.
   - Мне по большому счету все равно на что похожа твоя берлога: аскетизм кельи или ты скупила весь восточный базар, но чисто исследовательский интерес присутствует. Любопытно, чем ты живешь. Иногда общаешься с человеком пол жизни, а приходишь к нему домой и понимаешь, что совсем не знаешь его. У меня, например, один приятель, мы с ним на охоту уже лет пятнадцать ходим - уж лучше человека, чем в лесу узнать сложно, а оказалось, что парень серьезно увлекается балетом.
   - В смысле? ТЫ дома у него балетную пачку нашел? Или обнаженных балерин в пуантах?
   'Ой, чего-то меня не на ту кривую вывело'.
   - Да нет, просто любит парень балет, на все мировые премьеры ездит.
   - У меня ничего подобного нет: ни пачек, ни пуантов, - быстро заверила она его.
   Родион замолчал и выжидательно смотрел на нее. Она прислушалась к себе: 'Нет, это не правильно. Сейчас не правильно'.
   - Родион, это дом моей семьи, моя крепость. И сюда вхожи только члены моей семьи и близкие друзья.
   Родион задумался, словно решая спросить или нет.
   - Я понял, - серьезно ответил он и снова принял шутливый тон, - А у меня, значит, проходной двор?
   - Кх, - Валерия потупила глазки, - Ну извини. Нечего бы все выспрашивать у ребенка - ничего бы и не узнал.
   - Ты серьезно полагаешь, что подобное удалось бы скрыть от меня? - искренне изумился он.
   - Ну, как-то же удавалось.
   - Только потому, что я приезжал на пару-тройку дней - не до того было.
   - Ну да, согласна, - поморщилась Валерия.
   Помолчали, Родион с теплотой смотрел на Валерию. Шагнул к ней, положил руку сзади на голову, быстро поцеловал в губы, отстранился, заглянул в глаза, и опять наклонился к губам.
   У Валерии закружилась голова. Где-то далеко в сознании бегала с красным флажком наперевес: 'Весна пришла, весне дорогу' мысль, что к Гурскому все эти ее эмоции и чувства могут и вовсе не иметь отношения. 'Но, черт побери, как же хорошо он целуется. Так, девушка, транспорантщик прав, сначала разберись с собой, а потом морочь парню голову'.
   - До встречи, - отпустил ее. - Я завтра уезжаю на пару месяцев. Рад, что мы сегодня встретились.
   - Удачи, - пожелала ему.
  
   Настырная Хелена позвонила Родиону в середине августа, напомнив, что два месяца 'его отсрочки' вот-вот истекут.
   - Хелен, как там вообще ситуация с этим договором?
   - Да никак, ты же сказал, что к ним лучше не соваться. Вот мы и.... Ждем тебя.
   - Ну, информация-то какая-то есть свежая?
   - Мало, но есть.
   - Давай встречаться. Я в Европе смогу быть недели через две, максимум три.
   - Хорошо, у нас тут тоже..., если честно, сейчас не до мозговых штурмов.
   - Ладно, дней за пять дам знать. Расценки вы мои знаете? - слегка улыбнулся Родион.
   - Да ужжжж, - заскрипела Хелена, - навели справки, но, как почти родственник, мог бы и скидку сделать.
   - К родственникам у меня специальный коэффициент... повышающий, - расхохотался он.
   - Ой, чувствую я, что дешевле тебя в нашу семью не принимать.
   - Разберемся, - фыркнул в трубку. - До связи.
  
   По приезду в Варшаву, узнал все местные новости от матери, слегка расстроился, что Лерка только вчера уехала на пару недель. С прошлой встречи даже не созванивались, поэтому планов ее не знал. Позвонил Хеленке, договорился, что прилетит в ближайшее время в Мюнхен и как будет готов встретиться, перезвонит. По прилету в Германию решил дать себе отдохнуть - день-два просто походить по Мюнхену, а уж потом сесть за переговоры.
   Часа в три организм настойчиво потребовал вкусного обеда, потому направился в любимый ресторан. Плюсы этого заведения были очевидны: столики в летний период выставляют на улицу, сама же улочка не очень людная. Метров за двести неожиданно почувствовал присутствие Валерии рядом, удивился: видимо, просто давно не виделись, потому и лезут в голову навязчивые мысли, ну и чувства тут же подключаются. Но ощущение, что она близко только усиливалось. Удивился еще больше, когда за одним из столиков, куда он собственно и направлялся, увидел знакомый силуэт. 'Опа, сам себя иногда начинаю бояться'. Родион притормозил. Валерия была не одна - с Анджеем. Заинтересовался.
   По диагонали от этой парочки находился другой ресторан, быстро прошел внутрь и уселся за столиком у окна, заказал себе пока воды и вина. Видеть они его не могли - оба сидели в пол оборота к нему, да и, судя по всему, были заняты исключительно только собой. Родиону же было видно хорошо, слишком хорошо. Внутри неприятно заныло. 'Что за отношения у этих двоих?' Ну, уж всяко не дружеские - продолжал он оценивающе наблюдать. Видно, что вместе им хорошо и очень интересно. Но еще, так же видно, что отношения очень близкие: делились едой с тарелок друг друга, потом Анджей поговорил по телефону и передал его Валерии, вернее, руки у нее были жирные, поэтому он поднес трубку к ее уху - так не ведут себя просто с друзьями, только с очень близкими людьми. И главное как они смотрели тепло друг на друга, как прикасались друг к другу. Да не может быть там только дружба! У него, по крайней мере, подобных отношений - дружеских - с женщинами нет. Не дружат так.
   Родион видел, как Анджей расплатился, спросил что-то у Валерии, та посмотрела на часы и, видимо, решила остаться в ресторане, он наклонился и на прощанье поцеловал, куда именно Родион не увидел - заслонил официант, убирающий за соседним столиком. 'Черт. И чего теперь делать?' Чувствовал себя странно: мозг понимал, что Валерия свободная женщина и вольна вести себя как хочет, а вот чувства... Чувства категорично не желали это принимать, причем сильных эмоций не было, но так... Неприятненький червячок обиды внутри ворочался, чувствовал себя обманутым, но обида была не на Валерию, а больше на себя - по сути, он же сам заменил реальность на желаемое, позволил думать, что между ним и Валерией что-то возможно. Два месяца никак не общались, а за это время столько могло произойти. На автомате 'заземлился' и стало легче. Сейчас просто хотелось не только ее почувствовать, ее и заглянуть в глаза, поговорить, прикоснуться. Достал телефон, набрал ее номер. Видел, как она посмотрела на экран, сняла трубку. Родиона потянуло к ней сильнее, но остался на месте, продолжая наблюдать.
   - Привет, - поздоровался с неожиданной для себя теплотой в голосе.
   Валерия сначала удивилась, улыбнулась и, только потом, ответила.
   - Привет.
   - Ты где? - почувствовал, что день не так уж и плох.
   - Ну, - слегка растерялась, - в Польше-то точно меня нет.
   - Да я тут в Мюнхен заехал, думал, может ты где рядом?
   Видел, как она еще шире улыбнулась. А ведь она ему рада.
   - Рядом. Но завтра уезжаю утром.
   - Ты где?
   Валерия назвала ресторан.
   - Дождись меня, я рядом, минут через пять буду.
   Вышел через второй вход, прошел по параллельной улице и подошел к ресторану с другой стороны. Валерия в это время прощалась по телефону с Каролинкой. Родион замедлил шаг, залюбовавшись ею, рядом оказался, когда она положила телефон на стол.
   - Привет, - нагнулся, коснулся быстрым поцелуем губ.
   Уселся напротив нее, где недавно сидел Анджей. С минуту молча рассматривали друг друга, Родион заметил, как она изменилась, внешне понятно - молодая красивая женщина, но она внутренне очень изменилась, и отношение к нему тоже поменялось: совсем ушло напряжение, скрытность.
  
   В Мюнхен Валерия приехала с севера страны всего на один день - потребовалось ее личное присутствие на встрече акционеров, удалось перекинуться только парой слов с Хеленкой, Анджей должен был утром прилететь из командировки и сейчас, скорее всего, отсыпается. Выходя после официальной встречи из офиса, столкнулась с ним на лестнице. Соскучились друг по другу страшно, не виделись пару месяцев.
   - Здорово, что ты приехал, у тебя какие-то дела сейчас есть? - тормошила его Валерия.
   - Дел нет, надеялся тебя перехватить, пойдем пообедаем.
   'Господи, как же здорово, что в ее жизни есть Анджей'. Их отношения и вправду были странными, не до конца прояснившимися, но очень душевными и близкими. Валерия относилась к нему как любимому брату, при этом рядом с ним чувствовала себя красивой женщиной. Анджей очень много сделал в ее жизни, она ценила его, прислушивалась. Не могла даже себе дать точно определения их взаимоотношений, но Анджей был... просто Анджей, само это слово 'Анджей' определяло то, что чувствует Валерия - любовь, благодарность к интересному человеку, не мужчине, а личности как таковой.
   За обедом обсудили последние сплетни, Анджея интересовало все: и как его крестница, и как родители, намного дольше разговаривали о Кирке, при этом Валерия с интересом поглядывала на собеседника - Анджей в последнее время стала интересовать больше эта тема.
   А вот сейчас сидит перед ней Родион. И тут совсем другое. Мужчина, а уже потом все остальное. Она всматривалась в серые глаза, которые смотрели на нее с теплотой, отметила морщинки у глаз, раньше их почему-то не замечала, которые удивительно ему шли.
   Подошел администратор, поставил перед Валерией бокал белого вина:
   - Это вам, подарок.
   - Ого, - удивился Родион.
   - Ну, я же не знала, что ты придешь. Теперь придется тебе за меня ответственность нести.
   Администратор снова обратился к Валерии.
   - Хозяин извинился, его задерживают поставщики, подъехать сегодня не сможет. Просил передать, - положил перед ней большой конверт, - Сказал, что через пару дней созвониться с Вами.
   - Я удивлен, тебя поят-кормят, и еще денег дают, - усмехнулся Родион.
   Валерия улыбнулась в ответ, без объяснений, убрала, не глядя, конверт в сумку.
   - А ты знаешь, я пожалуй, тоже выпью.
   - Ой, ой.
   - И разделим ответственность пополам, - подмигнул он Валерии, и заказал себе еще и морепродуктов к вину. - Ты что-то будешь?
   - Нет, только отобедала.
   'Все, дорогая, ты попала. Как муха в меду - таааак сладко и даже лапками лень шевелить. Растеклась тут по столу от одного его присутствия. Ну и пусть. Хорошо-то каааак.' Валерия отпила вина.
   - Радуешься? - заинтересовался Родион. - Чему?
   Валерия помедлила, прислушалась к себе.
   - День хороший, опять же тебя увидела.
   - Мне ты тоже рада? - уточнил Родион.
   - Да-а-а, - а глаза смеялись.
   Глядя на нее, Родион чувствовал, что соскучился, до детского восторженного визга соскучился по ней. Просто посидеть рядом, поговорить, дотронуться до нее - и все, большего не надо, сейчас не надо.
  
   ... Возле ее гостиницы оказались часов в девять вечера. Весь день легкий ветерок гонял по небу тучи, сейчас нет-нет да и капал мелкий дождик. Валерия замедлила шаг в небольшом скверике недалеко у своей гостиницы - пора прощаться.
   - Здорово, что ты сегодня обнаружился, - повернулась к нему лицом, - мне...
   И тут громыхнуло, дождь заметно усилился, Валерия посмотрела на небо и рассмеялась, вернулась глазами к Родиону, он смотрел на нее с улыбкой, но в глазах появился плотоядный блеск, как окрестила его Валерия. Она сама чувствовала сейчас - то же самое. Родион взял в руки ее лицо и медленно, не отрывая взгляда от ее глаз, наклонился совсем близко, рассматривая в очередной раз что-то там в ней. Дыхание у него было не ровное, она и сама забывала дышать. 'Черт, гормоны. Да и черт с ними, она хотела его. Разберусь с этим завтра. А сейчас...'
   Родион медлил, сдерживался из последних сил. Чувствовал, что если сейчас сделает еще движение, то остановиться не сможет.
   Валерия сама прижалась к нему, слегка коснулась губами его шеи, мокрой от дождя щеки, глаз, другой щеки, шеи. 'Все! Я долго был праведником. Баста'. И требовательно поймал губами ее губы. Валерия едва сдержала стон, ее словно обожгло - вот теперь это страсть.
   Мимо пробегали запоздавшие прохожие, старавшиеся побыстрее укрыться от дождя, обходили их, оглядываясь на целующуюся пару. Валерия почувствовала свою руку на груди Родиона..., голой груди, почему голой? И каким образом она там очутилась? 'О, Господи!' - ужаснулась она, не отрываясь от губ Родиона, и тут же отключилась от самобичевания: 'Завтра, все завтра'.
   - Моя гостиница... - попытался Родион оторваться от ее губ. - В десяти... - опять попытался, - минутах ходьбы.
   - Ко мне ближе, - выдохнула она, не прекращая целоваться.
   Как дошли до гостиницы, до номера, до кровати потом вспоминалось отрывками. Валерия по дороге, между губами Родиона и выбором ориентиров до гостиницы, успела порадоваться, что в этот раз в связи с ремонтом в квартире у Хелены, пришлось остановиться в гостинице.
  
   Валерия проснулась от того, что замерзла, глянула в открытое окно - там серое небо, дождь стучит, и настучал так прилично - возле окна даже лужа скопилась. 'А где одеяло?' Повернула голову. Родион спал рядом, лежа на спине. Глядя на его расслабленное лицо, Валерия улыбнулась, ощутив внутри себя теплый комочек счастья, захотелось поцеловать его, нет - зацеловать всего. 'А сколько время? Черт, надо собираться иначе на поезд не успею'. Потихоньку встала с кровати, накрыв легким одеялом Родиона и пошла в душ. Привела себя в порядок, подкрашиваясь у зеркала, строила план ближайших действий: собрать сумку, про которую вчера вообще забыла, позавтракать, вызвать такси, с вокзала позвонить Хелене и Анджею'. И все это время губы застыли в блаженной улыбке, внутри все улыбалось от счастья.
   Вышла из ванной комнаты. Родион в той же позе, что и полчаса назад спокойно спал, посмотрела на часы. 'Будить или так уйти?' Прикинула оба варианта. Если разбудить, то запросто может опоздать на поезд, к Родиону по-прежнему тянуло, хотелось и просто голого секса и самого Родиона: его запаха, его глаз, его губ, его голоса, его объятий, его присутствия. Уйти не прощавшись можно - потихоньку собраться и выскользнуть, нооооо.... Она закусила губу, сдерживая улыбку не сходящую с лица, сильно зажмурила глаза, тряхнула головой, пытаясь прогнать свое кошачье настроение.
   - Гурский, - тихонько окликнула его с другой стороны комнаты.
   Он тут же открыл глаза, словно и не спал. Увидел ее, улыбнулся, сладко потянулся.
   - Привет.
   - Привет. Вставать думаешь?
   - Ну, кто ж так будит? - начал скрипеть он, потягиваясь в постели. - А нежненько поцеловать? На ушко ласковости сказать? Кофе в постель, ладно, нет кофе, согласен на женщину, - и в одно мгновение оказался рядом, сграбастал и, Валерия не успела понять как, очутился вместе с ней на кровати.
   - Да кто ж тебя знает, - не стала она вырываться, - в каком настроении ты обычно просыпаешься, вдруг у тебя привычка чем-нибудь тяжелым кидаться.
   А сама нежилась в его руках, в его глазах.
   - Теперь ты знаешь, - коснулся губами ее шеи.
   - Сударь, - старалась, чтобы голос не дрожал, - у меня поезд через четыре часа, - последние частички здравого смысла пытались держать оборону.
   - Жаль, - искренне вздохнул он, разжимая объятья и перекатываясь на спину.
   - Жааааль, - медленно протянула она, усевшись на него сверху и закрепив своё сожаление долгим поцелуем, сжимая ногами его тело.
   - Такими темпами..., - выдохнул Родион, - ты на поезд..... точно не успеваешь.
   Валерия силком оторвала себя от него и отошла подальше к окну, чтобы не соблазняться. И уже оттуда наблюдала, как он легко поднялся и пружинящей походкой ушел в ванну. Начала собирать сумку. Вскоре появился Родион в гостиничном халате.
   - Ты не помнишь где мои вещи? - озадачился он.
   - Видимо, там же, где и мои, - она тоже была в задумчивости по этому поводу.
   Обнаружились оные в коридоре.
   - Слушай, а чего они такие мокрые? - удивился Родион.
   - Мдаааа, - озадачилась Валерия, - Вроде дождик начинал накрапывать, - припомнила она.
   Родион поднял потяжелевшие от воды брюки и рубашку.
   - Накрапывать? А похоже, словно из шланга окатили или в бассейне выкупали, - и вопросительно посмотрел на Валерия.
   - Я не помню, - пожала она плечами, слегка смутившись.
   - Я вот думаю, - Родион в задумчивости разглядывал мокрую кучу, - Меня из твоей гостиницы быстрее в гостиничном халате отпустят или голым?
   - Я бы предложила тебе свои вещи, но из них на тебя только топик налезет, но в нем, мне кажется, что ты вообще дальше пятидесяти метров не пройдешь, - потупила глазки Валерия.
   - Да? - по-прежнему в задумчивом состоянии, - это почему?
   - В соседнем доме гостиница для секс меньшинств.
   - ? - поднял он на нее глаза.
   - Ну, плавки-то мы тебе высушим, натянем с мылом мой топик... Ой, - она вовремя успела вывернуться из его загребущих лап, избегая скорой расправы. - Родионушка, ты только не нервничай, - уговаривала она, бегая от него по комнате. - В семь откроется прачечная там тебя и обстирают, и обласкают, ой..., - увернулась, - высушат, и погладят, ой..., - не успела увернуться, оказавшись в его объятьях, - в смысле вещи погладят.
   Родион потерся носом о ее волосы.
   - Опять нюхаешь?
   - Дышу, - шепнул он ей на ухо.
   - И трешься, как кот, - дотянулась до его губ своими.
   - Слушай, - слегка отстранился он, чтобы увидеть ее глаза. - А ты можешь задержаться на пару дней в Мюнхене?
   Странно, но Валерии такая мысль даже в голову не приходила. 'А почему бы нет?'
   - Хочешь сэкономить на прачечной? - подозрительно посмотрела на него.
   - Да, - зажмурился он довольным котом, - будем валяться в постели, пока вещи не высохнут. А то, получается, что я тебе мальчик на одну ночь, поматросила и бросила, - на мгновение задумался, - А ведь ты меня вчера соблазнила!
   - Я??? - удивилась Валерия, - Но ты ведь согласился!
   - Я просто не отказался, - скромно потупил глазки. - Пойдем еще пособлазняемся? - потянул в сторону кровати.
  
   За завтраком в номере обсуждали планы на ближайшие дни, дожидаясь, когда принесут высушенные вещи Родиона.
   - Только давай переберемся ко мне в гостиницу, - постановил он.
   - А чем тебя моя не устраивает?
   - Нууу, - замялся, - в моем номере кровать значительно удобнее, - и мечтательно закатил глазки, - да и завтрак поприличнее, - ткнул вилкой в жалкий тостер с джемом.
   За окном по-прежнему шел дождь. После двенадцати перебрались в номер к Родиону. Валерия тут же потребовала приличного обеда, спустились в ресторан. Пока ждали свой заказ, Родион заказал вина.
   - Сударь, Вы на мне скоро живого места не оставите - всю сожжете взглядом, - Валерия взяла свой бокал с вином.
   А Родион ничего не мог с собой поделать, да и не хотел. Внутри урчащим котенком свернулось спокойное удовлетворение. Не пытался анализировать, искать причины, просто наслаждался каждую минуту. Бонусом шла уверенность, что сейчас все правильно, как и должно быть. В ответ, взяв ее руку в свою, молча, прижал к своей щеке.
   Валерия удивлялась: удивлялась новому Родиону - спокойному, нежному, ласковому, внимательному и что больше всего удивляло, это его ровное отношение к ней, без негативных всплесков; удивлялась себе - она впервые за долгое время была расслабленной и самой собой, а в общении с Родионом, это было вообще на грани фантастики.
   - Давай в номере сегодня останемся, поваляемся, книжку почитаем, - предложила Валерия.
   - Давай, - согласился он, хитро блеснув глазами, - и не только почитаем.
   После сытного обеда сон все же сморил обоих, Валерия проснулась часа через три, Родион уютно посапывал рядом, обняв ее. Она лежала и смотрела на него: его лицо, его запах, почему-то не казались чужими, странными, наоборот все было знакомо, близко, словно она его всю жизнь знает. Его существование рядом воспринималось не то что обыкновенной ситуацией, а словно иначе и быть не может. И вообще, все как-то странно, сейчас Родиона она чувствовала, как самого близкого человека, и еще удивительнее - эта близость была сродни родству - казалось, что знает Родиона, как саму себя. Хотяяя, может быть, это все гормоны, осенняя весна)), в период влюбленности все глупеют, обзаведясь розовыми очками. 'Черт, все-таки влюбилась. Хорошо-то как!' Через полчаса любования объекта своей влюбленности устала лежать, попыталась высвободиться из объятий этого самого объекта. Родион быстро открыл разом проснувшиеся глаза, увидел ее лицо рядом.
   - Лежать, - тихо, но твердо скомандовал, притянул теснее к себе и снова уснул.
   - ? - у Валерии вытянулось лицо. - Есть товарищ командир, - шепотом ответила, змейкой дотянулась до сумки - хватка у Родиона ого-го даже во сне - достала конверт, полученный вчера в ресторане, прочитала его содержимое несколько раз, довольно улыбнулась, убрала в сумку, вынула книжку, устроилась поудобнее повыше, Родион что-то протестующее промычал не просыпаясь. Валерия вспомнила, что не позвонила Хелене. 'Ладно, потом'. И довольная, погрузилась в чтение. За окном уныло шел мелкий дождик.
   Родион проснулся часа через два, полежал пару минут с закрытыми глазами ориентируясь где он есть, втянул носом знакомый запах, почувствовал рядом знакомое тепло. Знакомое тепло не спало, а что-то хрумкало над ухом. Открыл глаза - Валерия читала книжку и вкусно откусывала яблоко.
   - Опять ешь, - как-то обреченно констатировал, словно надеялся на нечто другое.
   - Я давно проснулась, к тому же у меня большой расход энергии, - состроила хитрые глазки, - сексуальной. Надо же ее как-то восполнять.
   - Что? - 'ужаснулся' Родион. - Пока я тут спал и набирался сил, ты надо мной снасильничала?
   - Жалко?
   - Нет, жалко нету.
   - Тогда не жадничай.
   - Вот еще, и не думал - забирай все, - вытащил из ее рук книгу и утянул Валерию под одеяло.
  
   Родион после душа, еще мокрый, устроился довольный рядом с Валерией, она из-под прикрытых ресниц втихушку наблюдала за ним. Тот потянулся эффектно, чувствуя, что Лерка смотрит на него. 'Позер', - с нежностью провела по его груди и животу рукой.
   - Ты чего? - удивился он ее задумчивому выражению лица.
   - Ты красивый, - с улыбкой прошептала она.
   Родион довольно усмехнулся.
   - Тебе понадобилось столько лет, чтобы это понять?
   - Хотя и глупый, - с сожалением поджала губы.
   Зазвонил телефон Валерии, она увернулась от рук красивого и глупого, сняла трубку.
   - Привет, Хелена, прости, что не позвонила, - краем глаза увидела, что Родион изображает пантомиму, пытаясь привлечь беззвучно ее внимание, повернулась к нему.
   'Меня нет', - одними губами сказал он и начал одеваться - время для позднего ужина.
   - Ты где? - осведомилась Хелена.
   - Еще в Мюнхене.
   - С чего бы это? - почему-то не удивилась она.
   - Планы поменялись.
   - Э-э-э-э..., - Хеленка явно что-то замышляла, - Может, поужинаем сегодня? - предложила невинным голоском.
   - Уже, - выдавила из себя Валерия, наблюдая за Родионом.
   - Завтра пообедаем?
   - Хелена, не юли, это на тебя не похоже. Чего хочешь?
   - Ты с кем?
   - Хеленаааа...
   - С Родионом?
   'Блин, мне и моей сестрицы хватает за глаза, еще и Хеленка вдобавок', - проскрежетала зубами Валерия.
   - Дорогая, если у тебя нет ничего конкретного, а просто так поболтать позвонила, то давай я тебя чуть позже наберу и мы поболтаем, сейчас я немного занята. Хорошо? - вполне дружелюбно предложила Валерия.
   'Ага, Щасссс'. У Хеленки хватка покруче Киркиной.
   - Мне бы с Родионом переговорить.
   - Э-э-э-э...
   Тактичностью золовка никогда не отличалась.
   - Так и звони Родиону, я-то тут причем?
   Родион, уже одетый, вальяжно развалился в кресле, иронично поглядывая на потуги Валерии.
   - И звонила, и сообщения отправляла - не доступен.
   - Как появится возможность - перезвонит.
   - Лер, - Хеленка стала серьезной. - Мне он по делу нужен. Анджею срочно надо завтра отъехать на неделю, а при нашей встрече я бы хотела, чтобы он присутствовал. Передай Родиону, чтобы созвонился со мной как можно скорее, встретиться нужно завтра.
   - Подожди, - Валерия виновато вздохнула и передала трубку Родиону, он помедлил, с немым укором раненного лося, долгим взглядом одарил Валерию.
   - Да, Хелена, - недовольно ответил в трубку.
   - Родион, я все понимаю, но встретиться нужно завтра до четырех.
   - Хелен, - равнодушно протянул он. - У меня отпуск. Еще два дня.
   - У нас предложение...., - поморщилась Хелена в трубку недовольно, - от москвичей..., - заскрежетала зубами. - Сегодня выслали... И Анджею нужно завтра уехать срочно.
   Родион задумался, посмотрел на Валерию, та успела уже натянуть на себя облегающее платье до колен, подкрашивала ресницы.
   - Хорошо, завтра в двенадцать у вас в офисе.
   - До завтра, - Хелена быстро отключилась.
   Родион подошел сзади к Валерии, обнял за талию, положил подбородок ей на плечо.
   - Отпустишь меня завтра часика на три? - посмотрел на ее отражение в зеркале.
   - Не проблема, - улыбнулась ему в зеркало, - найду, чем себя занять.
   - Пойдем?
   - Я готова.
  
   В кабинет Родион зашел за две минуты до назначенного времени, поздоровался с Хеленкой, пожал руку Анджею, отказался от кофе, чая, воды, сигары, обеда...
   - Хелена, у нас у всех мало времени, давайте к делу.
   Та положила перед ним две папки с документами. Родион поудобнее устроился в кресле и углубился в изучение цифр. Минут чрез сорок, закончив просмотр, спросил:
   - Еще что-то есть?
   Хелена наманикюренными тонкими пальчиками придвинула к нему тоненькую папку с остатками. Родион пробежал глазами и ее, пару раз хмыкнул, потом достал своей комп и начал сверять кое-какие неувязки. Откинулся на спинку стула, задумался, проигрывая возможные варианты развития вероятных событий. Посмотрел на Анджея, потом на Хелену.
   - Еще что-то есть?
   - Нет, - Хелена пожала плечами.
   Родион снова посмотрел на Анджея
   - Я так понимаю, что начинал все это еще самолично Полянский.
   - Да, - кивнул Анджей.
   - Не может быть, чтобы он не подстраховался, - уверенно заявил он.
   Хелена с Анджеем непонимающе переглянулись.
   - Мне нужна вся картина, весь начальный расчет Полянского.
   Хелена подошла к своему компьютеру, зашла в ежедневник брата того времени. Бегло просмотрела его записи.
   - Тут много всего, я вряд ли смогу определить, что может относиться к этой сделке.
   - Можно я гляну? - предложил Гурский.
   Хелена бросила взгляд на Анджея, тот задумался, внимательно посмотрел на Родиона и, наконец, утвердительно кивнул, она развернула монитор к Гурскому. Он, просмотрев все записи, покачал досадно головой.
   - Когда началась готовиться сделка?
   Оба пожали плечами.
   - Записи хотя бы за год сохранилась до этих?
   Хелена начала пролистывать архив.
   - Да.
   Родион развернул опять монитор к себе и минут через пять слегка удивленно улыбнулся.
   - Риа нара, - посмотрел на обоих собеседником. - Кому-нибудь это о чем-то говорит?
   - Нет, - Хелена покачала головой, - я взялась за сделку, когда основной материал был уже собран и проверен.
   - Подними, пожалуйста, все перелеты Полянского за два года. Это возможно?
   - Не проблема.
   Через десять минут перед Родионом лежала полная распечатка передвижения Полянского. Пробежал глазами названия городов, где тот бывал, задумался, выделил для себя пару пунктов, опять обратился к своему компу, что-то сверяя, перепроверяя.
   - Господа, кто-нибудь знает, почему Полянский остановился именно на Тарико Мииуно?
   - Нет.
   - Из вас кто с Полянским работал плотно?
   Отозвался Анджей.
   - У меня с ним пару-тройку раз интересы совпадали, вместе вели сделки.
   Родион внимательно присмотрелся к нему.
   - Что за человек был Полянский? Какой у него стиль работы?
   Анджей задумался, анализируя совместную работу.
   - Все продуманно, перепроверено, подстраховано, конечный результат виден еще на начальном этапе.
   По лицу Родиона пробежала тень разочарования: 'Черт, чего-то не хватает, чего-то они не знают... Слишком рискованно для Полянского. Не полез бы он в подобную авантюру, не его стиль работы'.
   - Хотяяяя, - Анджей замолчал, припоминая подробности их самой первой сделки с Ежи. У Родиона зажегся огонек надежды. - По самой первой совместной сделке у нас изначально была информация только от одного довольно сомнительного источника, проверить ее не получилось. Ежи тогда недолго сомневался, доверился своему чутью... и разыграл партию.
   - Тогда все сходится, - хлопнул в ладоши Родион.
   - Ты возьмешься? - уточнила Хелена.
   - Пожалуй, да. Я попробую довести эту сделку до конца. Мне нужна вся информация, которую смогут ваши аналитики собрать по Риа нара и, - он написал на бумаге название фирмы по-английски и японски, - вот этой.
   - Какие сроки? - Хелена была реалисткой и хотела знать на что рассчитывать, они и так много вложили в разработку этой ветки, а результата никакого.
   - Не знаю, - развел руками Родион. - С японцами наверняка ничего знать не возможно, минимум пару месяцев, при условии, что быстро соберется вся нужная информация, но может и на год растянуться.
   - Черт, года у нас нет. Месяцев десять от силы.
   - А потом что?
   - А потом придется сворачивать производство, иначе вылетим в трубу.
   - Вообщем, созвон через три дня. Ну, все, - он легко поднялся, убрал комп в сумку, - до встречи, - и вышел из кабинета.
   - И что ты думаешь? - Хелена перевела взгляд от закрытой двери, за которой только что скрылся Родион, на Анджея.
   - А ты знаешь, он мне нравится. Что-то в нем..., - замялся.
   - Что?
   - У меня с Ежи было всего три сделки, но...
   - ?
   - Сейчас у меня были те же самые ощущения: драйв, бесшабашность, которые тогда испытал с Ежи, поддавшись на его авантюру. Они разные, но мальчишеская уверенность одинаковая у обоих.
  
   Родион вышел со встречи уже с задумками как, с чего начать новую сделку. И за двадцать минут, что шел до ресторана, где договорился пообедать с Валерией, настолько ушел в просчет вариантов первого шага, что не заметил, как дорогу перегородила женская фигура, на автомате попытался отклониться и обойти, но не тут-то было.
   - Родион, как здорово, что я тебя встретила.
   'Черт, Агнешка, вот совсем сейчас не вовремя...' Бывшая любовница, с которой не виделся уже... очень давно и Лешек вроде говорил, что она в очередной раз удачно вышла замуж.
   - Привет, - вежливо поздоровался, ресторан уже вот он, осталось только зайти внутрь, посмотрел на часы - Валерия должна быть на месте. - Агнешка, я тороплюсь.
   - Ты таааак изменился, - радостно пыталась потискать его девушка.
   - Прости, у меня встреча.
   - Ну, минут десять-то есть для меня? - кокетничала, прижимаясь одним боком и беря его под руку.
   - Слышал, ты удачно вышла замуж, - Родион пытался аккуратно, но однозначно высвободиться из тисков бывшей любовницы.
   - Это все в прошлом, - засмеялась та, - Мы просто с тобой давно не виделись. Я скучала.
   - Агнес, мне пора.
   - Я тебя провожу, - снова мертвой хваткой повисла у него на руке.
   Пока Родион перепирался с любовницей, не увидел как ко входу подошла Валерия, и теперь стояла и с интересом ждала дальнейшего развития сцены. Слов не слышно, но видно все прекрасно. Девушка достаточно высокая, плюс каблуки, ростом почти с Родиона. То положит голову ему на плечо, заглядывая в глаза, то прижмется всем телом, возьмет под локоток, засмеется - в бой была пушена тяжелая артиллерия. И Родион как-то не сильно сопротивлялся: периодически убирал, стряхивал ее руки с себя, немного отклонялся от приветственных поцелуев, попытки которых слишком часто повторялись для простого приветствия.
   Тут, наконец, Родион увидел ее: взгляд метнулся от Валерии к виснувшей на его локте девушки, которая медленно, но верно тащила его в сторону Валерии, видимо, в этот же ресторан.
   - Агнесс, мне нужно уже идти, - услышала Валерия.
   - Ну не будь бякой, напои девушку кофе, - прикинулась она ребенком.
   Валерия откровенно развлекалась. Поймала раздраженный взгляд Родиона, сладко ему улыбнулась и быстро похлопала глазками. Сделала полшага назад, пропуская эту парочку внутрь. Странно, но ревности не было, сдерживалась, чтобы не расхохотаться в полный голос. Родион резко тормознулся, обернулся к Валерии и, по-русски ее спросил:
   - Ты со мной?
   - Прости, 'сладенький', но я пока морально не готова увидеть это чудо за нашим столиком, я уж молчу про постель.
   Агнесс в это время, не переставая щебетать по-польски с администратором, обратилась к Родиону.
   - Милый, ты не против, если мы немного подождем, все столики заняты, - и тут же обращаясь к администратору заведения, - но вы же нам нальете вашей фирменной наливки. Дорогой, пойдем, присядем.
   - Агнесс, - он слегка встряхнул ее за плечи, смотря колючим взглядом в ее глаза. - У меня сейчас встреча, - сказал он, рубя каждое слово. - Увидимся в другой раз.
   Девушка как-то сразу сдулась, словно шарик.
   - Но ты не отвечаешь на мои звонки, - театрально надула губки.
   - Даааа, - медленно согласился Родион, - Можно уже давно перестать это делать.
   Валерия стояла всего в шаге от них, наблюдая за сценой. Агнесс развернулась к ней раздраженная.
   - Вы что-то хотели?
   - Нет, - пожала она плечами и просочилась между ними, бросив Родиону по-русски. - Я проголодалась, пойду закажу себе что-нибудь.
   Минут через десять за столик уселся злой Родион, Валерия не поднимала глаза от меню - боялась расхохотаться.
   - А что, второго меню не дали? - спросил он.
   - Я не знала как долго ты задержишься со своей принцессой, - и подняла на него полные смеха глаза.
   Родион рыкнул.
   - Забыли это.
   - Как скажешь, 'сладенький'.
   - Могла бы и помочь.
   Принесли второе меню, Родион начал его просматривать.
   - Могла бы, - согласилась Валерия. - Но я не знаю в каких вы отношениях, вдруг попортила бы тебе всю малину и дальнейшие планы.
   - Мои планы лежат в другой сфере.
   - Да ладно, не дуйся. Все уже, расслабься, потом помиритесь.
   Родион опять рыкнул и сразу же взял себя в руки.
   - Лера, - серьезно сказал. - С этой женщиной у меня давно нет никаких отношений.
   - Все уже, забудь. Передо мной можно не отчитываться о своей личной жизни.
   Его это покоробило. Валерия от него отмахивалась сейчас, словно не имеет к нему никакого отношения, так... кофеёк зашли по-приятельски попить.
   - Лер, - снова привлек ее взгляд к себе, - я не хочу недомолвок между нами.
   Она иронично вздернула одну бровь, во взгляде добавилась отчужденность.
   - Выбрал? - немного отстраненно поинтересовалась.
   'Черт. Снова здорово!' За последние сутки он как-то быстро привык к другой Валерии, а сейчас она опять закрылась - это как удар под дых, ему нужен надежный тыл, маяк, свет в окошке - и все это она ему может дать. 'Что, черт возьми, опять происходит?!'
   Валерия, да, почувствовала отстраненность, но это ее нисколько не напрягало. У нее своя жизнь, у Родиона своя. Да, провели замечательно время, да, влюбилась. Но... они все же слишком разные, и в очереди стоять из его пассий, любовниц и иже с ними она не будет - утомительно это, уж больно очередь длинная.
   Остаток дня так и прошел в холодном суверенитете: вроде и не ссорились, но и мириться почему-то желания у обоих не было. Родион все больше уходил мыслями в новую сделку, Валерия планировала следующую неделю. Наконец, он оторвался от монитора, Валерия читала книгу, по-домашнему устроившись с ногами в кресле, накрывшись пледом, на столике рядом стояла кружка с чаем и пару конфет. 'Я бы то же выпил'. Обнаружил рядом с собой такую же кружку. 'Странно, не помню, как она ее приносила'. Последние пару часов с головой ушел в просмотр более подробной информации по обоим японским фирмам и за Валерией не наблюдал, но чувствовал постоянное ее присутствие рядом с собой, ее передвижения по комнате. Родион засмотрелся на нее: улыбается прочитанному, пролистывает листы, грызет конфету. Идиллия - тихо, уютно и они вдвоем.
   - Лер, - тихонько позвал.
   - М-м-м? - оторвалась от книги.
   - Мне надо будет уехать.
   - Прямо сейчас?
   - Нет, - улыбнулся, - не сейчас, думаю, что через неделю, месяца на два, на три.
   - Хорошо, - и снова вернулась к книге.
   Если честно, то не поняла, зачем об этом говорить. Раньше не считал нужным отчитываться ей о своих планах. Родион тяжело вздохнул, завтра Лерке с утра на поезд. Не хотел он так расставаться. Ему нужен маячок в окошке. Компьютер пискнул, сообщив о получении почты - Хелена прислала новую информацию, Родион снова переключился на документы.
   Валерия дочитала книжку, приняла ванну и все несколько отстраненно. 'Что-то не правильное сейчас происходит'. Не могла понять что именно, но... что-то категорически не правильно, внутри поселилось мелкое недовольство от сегодняшнего дня, от своего настроя, от занятого Гурского. Хотя нет, с ним все в порядке, не довольна собой, а чем именно недовольна не могла понять. Вышла из ванны, Родион сидел по-прежнему уткнувшись в комп. Залюбовалась им, сейчас он собранный, сосредоточенный и очень сексуальный. Внутри что-то тренькнуло, словно лопнула тонкая льдистая корочка отчужденности, и теплый комочек влюбленности благодарно заурчал, заполнив враз ее теплом и светом.
   Родион почувствовал волну тепла исходящую от Валерии, поднял голову от монитора. Она стояла в проеме ванной комнаты, облокотившись о косяк, глядя на него глазами полными нежности. 'Вернулась', - понял он, и перехватило дыхание от того, что Валерия сейчас с ним, внутри поднималась волна желания.
  
   Утром Валерия уехала к дочери и Иоанне в Карловы Вары, а Родион отправился на встречу с Хеленой, а через пару дней улетел в Японию. Сделка, которую начал Полянский полностью его захватила. Через пару недель поставил Анджея и Хелену в известность, что паровозом пойдет еще один контракт с Риа Нара и спрогнозировать сейчас какой из них будет более выгодным не получалось - обе сделки на стадии переговоров.
   Посовещавшись, решили, что Хелена временно переключится от самих переговоров на производственную часть, передав все полномочия Родиону в Японии и Анджею в Мюнхене. Хелена полностью ушла в производство, необходимо продержаться вместо прогнозируемых девяти месяцев хотя бы год. А для этого нужно, чтобы бы один из предполагаемых японских партнеров подписал контракт и сделал первый платеж.
   Попытались встрять москвичи, но Родион на тот момент контролировал весь процесс уже полностью. Из-за разницы во времени спать получалось урывками. Родион подключил своих парней, но было понятно, что все равно не успеют по срокам. Анджей с Родионом сошлись очень быстро, понимали друг друга с полуслова, и чувствовалось, что в такой команде им нравится работать.
   С Валерией у Родиона пару раз получилось поговорить по телефону, но разговор не складывался, то она на ходу, то у него времени в обрез. А вот СМСками и короткими письмами обменивались часто, но они были по большей части шуточного содержания, но Родиону и это давало ощущение, что его ждут, о нем помнят.
   У Валерии же начался очень активный период в жизни, пришлось полностью взять на себя российские контракты, Хелена пообещала, что это всего на пару месяцев, пока не будет более-менее ясной картины с японцами, потом снова сама займется этим. Ко всему этому добавились благотворительные масштабные проекты, которые давно прорабатывались и вот сейчас требовали активного внимания, так как подходили к завершающей стадии. Сентябрь-октябрь каждый год требовали ее присутствия на севере Германии, но там Валерия могла расслабиться, отдохнуть, совместив приятное с необходимым, своему управляющему Марио она доверяла полностью, но как любого творческого человека его надо поощрять, хвалить и тогда он творит поистине потрясающе. Каролина практически полностью была на Иоанне и Александре Феликсовне.
   Предварительный договор на пробную поставку Риа Нара заключили в конце октября, Родион лично повез его в Мюнхен, чтобы подписать, благодаря этому получилось на пару дней вырваться в Варшаву. Самолет прилетел рано утром, сразу поехал домой и вот теперь, завтракая на кухне, расспрашивал мать: 'Как дела, как собаки, как здоровье'.
   - Валерия в Варшаве?
   - Не знаю, Родион. У нее в последнее время очень напряженный график, вроде должна приехать на этой неделе, но пока ее не видела.
   - Вы общаетесь?
   - Мало, с лета всего раза три видела. У нее сейчас открытие школы для детей-инвалидов. И реабилитационный центр на подходе. В Германию часто ездит.
   - Да? - удивился Родион всему сказанному. - Она мне не говорила.
   После завтрака набрал Валерию:
   - Привет, ты где?
   - Привет, - обрадовалась Валерия. - Дня четыре буду в Варшаве.
   - Давай сегодня встретимся.
   - Слушай, сегодня не смогу, уже встречаюсь. А вот завтра с удовольствием.
   - Завтра вечером я улетаю.
   - Давай в обед.
   - Км, да я не только пообедать с тобой хотел, - усмехнулся он.
   - А-а-а-а, да? - как показалось ему, слегка растерялась. - Сегодня я поздно освобожусь.
   Валерия только въехала в город, тут же попала в пробку. Родиону, вроде и обрадовалась, но в последнее время сильно уставала физически, к тому же, на сегодня запланирована встреча с Анджеем, собственно говоря, именно поэтому она и приехала на день раньше, чтобы состыковаться с ним. Анджей сильно настаивал, да и она по нему соскучилась.
   - Давай созвонимся часов в десять-одиннадцать, - предложила она.
   - Лады.
  
   - Привет, - Анджей расцеловал ее в обе щеки.
   - Привет, - Валерия рада его видеть, соскучилась.
   Заказали ужин, вина, обсудили последние новости.
   - Что у Марио?
   - В этом году он превзошел сам себя, думаю, что года через три урожай этого года разойдется по баснословной цене, интрига уже завертелась и заказчиков более чем достаточно. Склад вынесли полностью и прошлого, и позапрошлого года. Марио пока придержал трехлетнюю выдержку, надеется, в этом году на выставке занять все призовые места, а на следующий год блеснуть на аукционе, сорвав крупный куш.
   - Попробовать-то дашь?
   - Приезжай, - пригласила Валерия.
   - Договорились, как только станет полегче со временем, - заверил ее Анджей, - Лер..., у меня тут..., - замялся он, - несколько неожиданная тема к тебе.
   - ? - удивилась Валерия, с Анджеем они стали очень близкими людьми, эта связь напоминала их связь с Киркой, только с сестрой все было предельно просто, а вот с Анджеем ясности не было до сих пор.
   - Мне давно нравится одна девушка, - немного смутился.
   Валерия слегка растерялась - отсутствие ясности это одно, и подобное положение ее даже в чем-то устраивало, а вот....
   - Но она не воспринимает меня..., - замялся.
   'Что-то тут не так. В прошлый раз, когда Анджей якобы делал ей предложение, он был горааааааздо смелее'.
   - Анджей, давай напрямую.
   - Она мне очень нравиться, и иногда кажется, что и я ей не безразличен, но потом все как-то само собой сходится снова к обычной дружбе.
   - Нуууу, дружба это очень даже не мало.
   - Лер, я хочу семью, жену, детей. Даже не так, я хочу, чтобы только она стала моей женой, моей семьей.
  
   Родион возвращался пешком домой, разглядывая освещенные окна-витрины магазинов, кафе, ресторанов. День прошел практически впустую: да, вывез собак за город, да, прогенералил их вольер, да, пообщался с матерью. Но рассчитывал-то на другое, после разговора с Валерией остался неприятный осадочек, который нет-нет да взболтнется. Понятно, что у нее своя жизнь и как выяснилось сегодня очень насыщенная - надо было заранее позвонить и состыковать встречу, но, черт возьми, он специально выкроил день, пролетел пол земного шара, чтобы увидеть ее, а она как чужая. Опять же... определенности вообще никакой нет. Она ни разу не сказала, как к нему относится, что чувствует. Родион, правда, тоже не привык говорить на подобные темы, но он - это другое дело, а она - женщина, более эмоциональна. Устал, как собака за эти два месяца, японцы до конца не определились, приходилось постоянно быть начеку, отслеживать свои слова, эмоции. Еще и сроки давили, Хеленка, конечно, молодец, делала больше, чем можно было ожидать, но...
   В освещенном окне небольшого ресторанчика увидел Валерию. 'Опа! Время восемь, время ужина. И ужина в компании... с Анджеем. Приоритетнее на сегодня оказался другой'. Осадочек внутри принял форму червячка, который за мгновение вырос до приличной гадюки, та сомнительно хмыкнула, и затрещала хвостом. 'Вот значит как! Эти двое меня вообще за идиота держат?!' - удивленно и все еще не веря в увиденное обозлился Родион. За месяцы работы в паре с Анджеем, Родион успел сдружиться с ним. И ведь, засранец, ни разу не упомянул Валерию, но, честно сказать, общались исключительно на рабочие темы. И все равно, если между ними серьезные отношения, мог хотя бы намекнуть, хотя сам Родион старался не обсуждать свои отношения ни с кем. Черт! Злости не было, скорее досада, сожаление. Постоял еще немного, понаблюдав за ними. Разговор, судя по напряженным лицам обоих был не из самых приятных, но важных для обоих.
  
   - Анджей, а ты ей говорил об этом? - выдавила из себя Валерия.
   Он отрицательно покачал головой, поджав губу.
   - Она сразу переводит разговор в дружеское русло.
   'Нет, ну может быть, я и дура не пробиваемая, но в наши встречи, которые были очень редки с Анджеем в последнее время, я подобных разговоров не помню. Намеков тоже не было. Или все-таки дура? Так, надо, наконец, внести определенность в наши отношения!'
   - А я тебе чем могу помочь? - мягко спросила она.
   Анджей задумался.
   - Может поговоришь с ней, как-то выяснишь, что у нее ко мне есть. Вроде она с кем-то встречается.
   'Э-э-э-э, как-то не очень ловко у меня с выяснением...'
   - Анджей, а ты уверен в своем выборе?
   - Да, - твердо сказал он. - Она давно мне не безразлично. Лерка, я люблю ее, - грустно закончил он.
   'Ой, мама!'
   - А я какое отношение имею ко всей этой истории? - осторожно, словно по минному полю продвигаясь, спросила Валерия.
   Анджей удивленно посмотрел на нее. У Валерии все ухнуло вниз.
   - Я люблю Киру.
   'Ооооох!' - Валерия чуть не задохнулась от облегчения. 'Господи, ну разве можно так меня пугать?! Уфффф'. От неожиданной слабости даже голова закружилась. И сразу все точки над I были расставлены. Валерия поняла, что Анджей ей нужен, дорог, близок, как друг, брат. На Анджея мужчину, любовника, мужа, она не согласна. 'Господи, спасибо, СПАСИБО!'
   А Кирка-то, Кирка!!! Ведь ни разу не сказала, что Анджей к ней неровно дышит, вот коза камышовая. Так, стоп, она вроде встречается с Николаем. Или уже не встречается. Их роману около пяти лет, но он странно у них протекает. Валерия, припомнила, что в последние пару лет, Кира все больше появлялась одна на семенных мероприятиях, отшучиваясь, что Николай занят.
   - Если честно, то удивил, - Валерия отпила воды, встряска последних десяти минут была все же сильная.
   - Лер, поговори с ней, - попросил он. - Я бы никогда не привлек к подобному никого, но ты мне близка и Кире тоже. Мне просто нужно знать... Если у нее ко мне вообще никаких чувств, то...
   - Анджей, ничего сказать не могу. Кирка может быть иногда очень скрытной. В последнее время мы с ней редко общаемся. Тебе-то она что говорит?
   - Просто отшучивается.
   - А ты что?
   Анджей ухмыльнулся.
   - Я что? Я как кролик за удавом введусь за ней.
   - Ну, хоть какие-то предположения у тебя есть?
   Анджей в грусти задумался.
   - Она как-то обмолвилась, что мужчин младше себя не воспринимает, как партнеров, - недовольно повел он плечами.
   - Да, это так. Можно считать это ее пунктиком.
   - Но это же чушь!
   - Согласна.
   Теперь Валерия задумалась.
   - Ты знаешь, насколько я знаю свою сестру, она ценит всегда поступки, а не слова. А поступков за тобой уже и не пересчитать, - улыбнулась обнадеживающе. - Попробуй по этому пути и дальше идти. Вам надо встретиться.
   - Сейчас, сама знаешь, не получится. Я сам еще не знаю, где я буду завтра вечером.
   - Попробуй спланировать, прилети к ней в Иркутск.
   - Вот прям так? - возмутился благовоспитанный и оробевший Анджей.
   - Ну, хорошо, можешь, как предлог взять Каролинку и увезти ее к бабушке. Я сейчас никак не вырвусь, а ребенок соскучился.
   - Лер, сейчас не реально. Пока первая поставка в Японию не уйдет...
   - Хорошо, могу я ее попросить под каким-нибудь предлогом приехать, но меня самой в Варшаве не бывает.
   Задумались оба.
   - Давай так, - предложила Валерия, - я ей позвоню, прощупаю почву. Ты в свою очередь тоже звони, находи любые предлоги. А еще лучше стучись в аську, она там более активно общается.
   - Привет, - раздалось сверху.
   Анджей и Валерия одновременно вскинули головы и оба радостно заулыбались. Это немного не укладывалось в ту картинку, которую успел нарисовать себе Родион.
   - Привет, - Анджей встал, протянул руку. - Рад тебя видеть.
   'А ведь и правда, рад', - отметил про себя Родион, отвечая на рукопожатие.
   - Не ожидал тебя здесь увидеть, - Анджей.
   - Да и ты вроде должен быть в Мюнхене, времени в обрез, - Родион внимательно всматривался в его лицо. 'Искренен'.
   - Да, через два часа выезжаю.
   Родион перевел взгляд на Валерию, та сияла глазами.
   - Привет, - поздоровалось сияние. - Удивил.
   - А уж как я удивился, - сухо с претензией.
   Валерия усмехнулась:
   - Ты просто зашел поздороваться или присядешь с нами?
   Родион перевел взгляд с одного на другого. 'Что-то не вяжется. Не может Лерка так откровенно врать, да и с Анджеем мы в хороших отношениях. Разве... Разве только, что Валерия не воспринимает отношения со мной, как нечто серьезное'.
   - Пожалуй, присяду, - принял решение разобраться с этой ситуацией, сел рядом с Анджеем напротив Валерии.
   Поговорили минут десять ни о чем и Анджей начал собираться, пора ехать.
   - До встречи, - наклонился к Валерии и поцеловал в щеку.
   - Удачи, - обняла его в ответ, потом заглянула в глаза, - Звони, обязательно.
   - Хорошо, - пообещал он.
   - Я тоже позвоню. И состыкуемся, - загадочно, как показалось Родиону, улыбнулась Анджею.
   Принесли заказ Родиона, он, молча, ковырялся вилкой в тарелке, переваривая только что увиденное - эти двое договаривались при нем о встрече? Валерия видела, что Родион чем-то недоволен, но выяснять не спешила. Сейчас была в эйфории, что: во-первых, с Анджеем наконец-то прояснили отношения, во-вторых, Анджей и Кира, на взгляд Валерии, очень подходили друг другу. И тут же начала разрабатывать план телефонного разговора с сестрой, смакую маленькими глоточками вино. Сегодня еще успеет позвонить.
   - Лер, - окликнул ее Родион, - а что собственно происходит? - в его голосе Валерия услышала претензию.
   - Ты о чем? - постаралась, чтобы тон был нейтральным, претензии от него не хотела принимать ни в каком виде.
   - Какие отношения у тебя с Анджеем?
   Она под впечатлением от недавно разрешившегося этого же вопроса, непроизвольно улыбнулась счастливой улыбкой.
   - Замечательные, - и даже зажмурилась от счастья.
   Родион был в замешательстве, не должна себя, по логике, так вести женщина, которую застали с другим мужчиной. Или? Или, действительно, Родион для нее ничего не значит. Нет, проще, все же спросить, чем ломать мозг над женской логикой.
   - А ты с какой-то целью интересуешься?
   - Пытаюсь, кое-что для себя прояснить, - пристально посмотрел на Валерию и снова вернулся к тарелке.
   Валерия усмехнулась.
   - Как-то не очень хорошо у тебя это получается. Может, спросишь напрямую, что тебя беспокоит?
   Родион раздумывал, потом, наконец, решился:
   - А со мной у тебя какие отношения?
   Теперь задумалась Валерия.
   - С тобой - пока непонятные.
   Помолчали.
   - Лер, я уже вышел из подросткового возраста, чтобы играть в подобные игры.
   Валерия вздохнула:
   - Гурский, просто поговори со мной. О том, что тебя волнует, что не устраивает?
   - Меня не устраивает неустроенность с тобой.
   Валерия слегка опешила.
   - Аа-а-а-а, что со мной не так.
   - С НАМИ что-то 'не так'!
   Валерия опустила глаза, тут крыть было не чем. 'Не так' это слабо сказано, между ними всегда, везде, все 'не так'.
   - Лер, ты - единственная женщина, - медленно начал Родион, - которой я доверяю больше, чем себе, - она чувствовала, что он на нее смотрит. - А получается, что ты меня кидаешь.
   Валерия удивленно подняла на глаза.
   - Первый раз с Полянским, сейчас с Анджеем, - в недоумении повел плечами.
   Она внимательно всматривалась в него. 'Чушь, какую-то он тут несет! При чем тут Ежи, при чем тут Анджей?! Ревнует? Так к Ежи глупо ревновать. А Анджей... К Анджею тем более'.
   - Дурак ты, Гурский, - вынесла она вердикт.
   Он смотрел на нее и каждой своей клеточкой чувствовал, что эта женщина ему, дорога, нужна. Только парадокс состоял в том, что ей хорошо одной, а ему без нее гораздо хуже, чем с ней.
   - Лер, ты мне очень дорога, - осторожно подбирал слова, - Я не знаю, как тебе об этом еще сказать, чтобы ты меня услышала.
   И она поверила ему.
   - Если доверяешь, то не смей меня ревновать.
   - Лерка, - усмехнулся, - ты отказалась сегодня со мной встретиться, мотивируя это тем, что у тебя встреча с другим мужчиной. И я же еще виноват в том, что ревную?
   - Не с мужчиной, а с Анджеем, - автоматически поправила.
   - Потому я и спрашиваю, какие у вас отношения.
   - У него отношения к Кире, а со мной просто близко-дружеские, - кинула ему слишком резко.
   Родион сначала опешил, потом почувствовал, как наступает расслабление. Откинулся на спинку дивана, усмехнулся. 'Да твою ж в Бога душу мать, а раньше нельзя было меня в известность поставить?!' Захотелось прижать ее к себе и придушить, а потом зацеловать.
   - Дорогая, - елейным голосом начал, - у меня к тебе большая просьба, ставь меня в известность заранее о всех своих друзьях.
   - Ты обалдел? - возмутилась Валерия. - С какой стати я буду перед тобой отчитываться?!
   - Так, стоп, - возмутился он, резко повысив голос, увидев ее недоуменный взгляд, немного смягчил тон и даже попытался пошутить. - А как Полянский все это терпел?
   - Что 'все'?
   - Всех Анджеев, Павлов, Славеков, остальных.
   - Гурский, у тебя параноя! - тихо, но верно начала заводиться Валерия.
   'Ну, Анджей, ладно, а остальные при чем? Кто-то на вечеринку успел байки порассказывать?'
   Подошел официант.
   - Счет мне принесите, пожалуйста, - попросила Валерия.
   - Молодой человек расплатился, - кивнул он на выход, имея в виду ушедшего Анджея.
   Валерия, молча, посидела, рассматривая ночную улицу за окном, потом перевела взгляд на него - он ждал от нее ответа.
   - Родион, мне не шестнадцать лет и ты не мой папа, чтобы выслушивать от тебя подобные нравоучения. Спрашивать у тебя разрешения с кем мне можно общаться, а с кем нет, чем мне можно заниматься, а чем нет, я не буду, в силу того, что у меня есть свой жизненный опыт, на который я опираюсь. И только я решаю, что для меня является правильным, нужным, необходимым в данную минуту. Если ты чего-то не знаешь, недопонимаешь, то лучше спросить об этом прямо, а не кидаться пошлыми обвинениями. Я, почему-то в твою личную жизнь не лезу с нелепыми нападками.
   Родион тоже начал закипать и от ее тона, и от обидных фраз.
   - В том-то и дело, что ты не пускаешь меня в свою жизнь. Я сегодня от матери случайно узнал, что открываешь школу, в случайном разговоре с Хеленой, что ты ведешь русский сектор на фирме, опять же случайно Каролинка проговаривается, что ты дружишь с моей матерью.
   - Баста. Гурский, ты сегодня с цепи сорвался? Чего все в одну кучу сваливаешь?
   - Лера, у тебя тайн от меня на несколько листов мелким шрифтом и ты еще говоришь о доверии?
   'Блин', - Валерия прикрыла глаза: 'Как слепой с глухим'.
   - Давай успокоимся оба, - предложила она, собирая сумочку. - Как остынем, так и переговорим. Если еще будет желание вообще разговаривать.
   Подхватила шарф, сумку и ушла, Родион еще какое-то время сидел в прострации. Откинулся на спинку дивана, сбросил на стол нож с вилкой. Эмоций никаких не было. Совсем. Пусто. Ссора на пустом месте. Лучше бы не приезжал вовсе, а если и приехал, посидел бы дома разгребая почту, надо успокоиться, права Лерка.
   А Валерия раздраконилась сильно. 'Ладно, ревность, это еще можно понять, объяснить, но остальное? Это как он себе представляет? Привет, дорогой, ты знаешь, я сегодня чихнула три раза, думаю, что тебе это будет интересно. А еще я планирую посплетничать с .... мужчиной, но ты не волнуйся, он недавно сменил ориентацию и теперь будет только нетрадиционной... Гурский - сволочь, испоганил такой день! А я еще Анджею обещала, что позвоню Кирке. О, Кира, позвоню, она еще должна быть на работе'. Валерия пешком возвращалась домой, идти было недалеко, медленным шагом минут тридцать, через скверик и тихие улочки - одно удовольствие.
   - Привет, старушка, - поздоровалась Валерия.
   - Ты чего такая злая? - вместо приветствия припечатала сестра.
   - Да есть старатели.
   - Я стесняюсь спросить, кто бы это мог быть, но, кажется, догадываюсь. Маламутчик проявился?
   Валерия только зашипела в ответ.
   - У вас же вроде все нормально было в последнее время.
   - Это потому что большое расстояние все гасит.
   - Лер, пора бы уже успокоиться, - отмахнулась Кира.
   - Да я успокоилась, я такая злая, что надолго на счет него успокоилась.
   - Слушай, я боюсь даже спрашивать, что вы на этот раз отчудили.
   Валерия 'споткнулась' на Киркиных словах. 'А ведь, действительно, ничего не случилось. Ничего нового. Ну, приревновал немного, но это в его репертуаре, чего разозлилась-то? Ну, права попытался качать. Так это тоже не в первый раз'. И как-то сразу успокоилась.
   - Все нормально, слона из мухи раздули.
   - Это потому что давно не виделись. Обычная семейная сцена после командировки.
   - Кир, - поморщилась Валерия в трубку, - Не мели ерунды. Кстати, сегодня с Анджеем виделась, с него-то все и началось.
   - Да? - напряглась Кира. - А что с Анджеем не так?
   - Да с ним все в порядке, Гурский к нему приревновал.
   - А что был повод? - поинтересовалась старшая, стараясь быть равнодушной.
   Валерия отметила, что сестра задержала дыхание.
   - У Гурского всегда найдется повод, - отмахнулась она, ожидая следующей реплики сестры.
   - А Анджей как?
   - Анджей? - выдержала задумчивую паузу. - Анджей хорошо. Выглядит шикарно, хотя и замотанный. Ему бы отдохнуть выбраться, но один не поедет. Я компанию ему сейчас не могу составить. Слушай, а может, ты приедешь в Мюнхен?
   - Я? Э-э-э, а я-то с какой стати буду его развлекать?
   - Не развлекать, а отдохнуть. Ты же давно никуда не выезжала. Ну вот, недельку в Мюнхене, недельку я для тебя выкрою, кутнем где-нибудь.
   - А Анджей что об этом думает.
   - Кир, - не выдержала Валерия, - прости, но ты непроходимая тупица.
   - Это еще почему? - обалдела сестра.
   - Просто поверь мне на слово!
   Повисла пауза, каждая переваривала полученную информацию.
   - Как там Николай? - неожиданно спросила Валерия.
   - А? Николай? - удивилась сестра, - Вроде нормально...
   - В смысле 'вроде нормально'? Вы что не общаетесь?
   - Давно уже, - безразлично ответила Кира и неуверенно продолжила, - Слушай, мне тут Анджей иногда звонит и последнее время он какой-то странный.
   Валерия растянулась в довольной улыбке.
   - А что странного-то?
   - Точно сказать не могу, но как-то он невнятно формулирует свои мысли.
   'Сестра точно дура у меня', - взгрустнула Валерия.
   - Кир, может он влюбился?
   Та помедлила с ответом.
   - А что, есть в кого? - голос слегка дрогнул.
   - Ну, не знаю. Анджей - мужчина видный, - начала рассуждать Валерия, - У него, правда, загруз сейчас на работе полный, может кто в офисе? Да нет, маловероятно, он все больше в разъездах. Вот я ж тебе говорю, приехала бы и посмотрела сама. Остановишься у Хеленки, погуляешь по Мюнхену, может Анджея удастся вытащить куда-нибудь на экскурсию в замок.
   - Даже не знаю, - начала сомневаться сестрица. - У меня весь месяц вперед расписан.
   - Ничего, с клиентами сейчас можно и по скайпу заниматься.
   - А Анджей..., - и замялась.
   Такого Валерия за сестрой вообще не помнила.
   - Что Анджей?
   - Ничего, я подумаю.
   - Долго только не думай, а то в дожди попадешь, а сейчас в Европе очень хорошо.
   - Ладно, подумаю, - пообещала Кира.
   Валерия тут же отправила сообщение Анджею: 'Позвонила, зови Киру в Мюнхен'. Не заметила, как прошла весь сквер и вышла на свою улицу. Телефон зазвонил. Вообще-то, поздновато для звонков. Это была помощница, сердитая на строителей, потому что грубят и отказываются подписывать финальную смету, их видите ли, сумма не устраивает, а сдать объект нужно через неделю. Валерия чертыхнулась, еще утром все было нормально, но делать нечего, придется ехать и самой все решать. Договорились на завтра, помощница тут же перезвонила повторно, подтвердив, что время встречи состыковано и все недовольные стороны прибудут.
  
   Родион позвонил в девять утра на следующий день.
   - Привет, - как ни в чем не бывало, поздоровался.
   - Привет, - примерно так же ответила Валерия.
   - Мы сегодня пообедать хотели, все в силе?
   - Э-э-м-н, я уже из города уехала.
   - Вот так, значит? - неприятно удивился Родион.
   - Да. У меня встреча с подрядчиками, обратно вернусь после четырех.
   - У меня самолет в восемь.
   - Родион, ну что встречаться на полчаса. Оба будем опять нервные, злые.
   - Я отдохнул, - усмехнулся он.
   Валерия не хотела с ним сейчас встречаться, сама не могла понять почему, но внутренний протест был очень сильный.
   - У тебя на ближайший месяц какие планы? - немного помолчав, спросил он.
   - В начале ноября едем в Иркутск, у отца юбилей.
   Родион быстро прикинул возможность выезда в Иркутск, может и получится на пару дней вырваться.
   - А давай я вас там встречу, - неожиданно предложил он.
   Валерия растерялась, даже дышать в трубку перестала.
   - Что? - напомнил о себе Родион.
   - У вас же вроде в течении двух месяцев совсем без продыху будет.
   - Я смогу на пару дней вырваться.
   - Тогда к тому времени определимся, получится - получится, если нет, то нет.
   - А вы надолго в Иркутск?
   - Хотелось бы недели на две-три. Билеты взяла пока в одну сторону, если школу успею запустить, то получится передохнуть пару неделек, если нет, то съездим на юбилей и я вернусь обратно.
   - Ты мне все-таки дату и номер рейса кинь, постараюсь приехать на пару дней.
   Валерия улыбнулась.
   - Леер? - мурлыкнул Родион.
   - Да?
   - А почему ты мне никогда не звонишь?
   Валерия растерялась, а ведь действительно, сама она ни разу ему не звонила, вообще никогда. Странно. Вот написать могла СМС-ку, письмо, в аську стукнуть - не проблема, а набрать номер телефона и поговорить с Родионом... Раньше почему-то не задумывалась почему так. Анджею могла запросто позвонить в любое время просто поболтать, да и с остальными друзьями и своими, и с друзьями Ежи, если надо было, то набирала любой номер, не задумываясь.
   - Да как-то... повода нет.
   - А просто без повода?
   - Давай лучше я с тобой эпистолярно общаться буду.
   - Зараза, ты, Лерка, - с теплотой сказал Родион.
   Валерия улыбнулась.
   - Я тебя тоже очень ценю, - немного язвительно отблагодарила.
   - Ладно. Давай. Удачи.
   - И тебе.
  
   С японцами расчет Родиона оказался точным, после того, как на японский рынок 'просочилась' информация, что Риа Нара заключили договор с мюнхенскими поляками, Тарико Мииуно сама вышла на Родиона с просьбой о консультации по данному вопросу. А потом события начали развиваться, как снежный ком. Риа Нара получив пробную партию, подписала контракт на десять лет, Тарико Мииуно попыталась перехватить этот контракт, но Родион убедил, что их фирма в состоянии осуществлять поставки для обоих фирм, а Тарико Мииуно польская корпорация может еще и дополнительное предложение сделать. Москвичи, как и ожидалось, данных технологий не имели и обратились опять же к Родиону, как к подрядчику их предполагаемой поставки. Хелена ночевала на производстве, просчитывая с немецкими инженерами, польскими программистами, экономистами, как в максимальные сроки увеличить поставки. Родион со своей командой и Анджей корпели по обе стороны земного шара над бумагами, отчетами, оценками. Родиону еще приходилось встречаться с японцами, москвичи так же настаивали на личной встрече с Родионом, но со скрипом согласись встретиться с Анджеем. Валерия продолжала курировать русский сектор, поэтому присутствовать на встрече с москвичами пришлось еще и ей.
   - Мы бы хотели лично встретиться с Гурским, - безапелляционным тоном предъявил претензию представитель московской стороны.
   - Вы можете все вопросы решить с нами, Гурский занимается только японской стороной по этому вопросу, - неторопливо разъяснял Анджей.
   - Мы все-таки настаиваем на личной встрече с ним, - начинал кипятиться представитель.
   - Нет, - спокойно отвечал Анджей. - У меня полномочий по самому продукту больше, чем у него. Если не хотите обсуждать вопрос с нами, то мы не настаиваем на сотрудничестве.
   - Нам нужна консультация Гурского по некоторым пунктам, которые имеют прямое отношение к японской стороне, - как заведенный повторял по пятому кругу одну и ту же мысль представитель.
   Анджей закрыл папку с подготовленными документами, встал.
   - У нас нет времени на пустые разговоры. Извините, вы и так слишком много заняли нашего времени.
   Валерия была солидарна с Анджеем, два японских контракта по новой технологии - это больше, чем они могут в данный момент осилить, просто технологически по времени не получалось, нужно расширять производство, а это время и деньги. Анджей, да и Родион сказали москвичам открытым текстом, что смогут вернуться к этому разговору примерно через год, сейчас их это предложение не интересует. Но москвичи все же настояли на встрече, и вот теперь выясняется, что и Анджей, и Валерия впустую скатались в Москву на один день, вечером нужно лететь обратно - потратив время, которого ни у того, ни у другого не было.
   - Господа, - попыталась Валерия смягчить резкий отказ Анджея. - Гурский, действительно, безвыездно находится в Японии. У нас сейчас очень напряженный момент. И он нужен там, отвлекаться на сторонние дела он не будет.
   - Нам просто нужна его консультация, - пошли на попятную москвичи, смягчив тон. Сильно Родион понадобился москвичам, очень сильно.
   - Вся информация есть у Анджея.
   - Господа, - вмешался Анджей, - давайте до конца проясним ситуацию. Гурский, с некоторых пор, не является наемным работником по разовым сделкам. - Обвел всех выразительным взглядом. - Он член нашей семьи и работать на сторону не намерен.
   Валерия сдержала удивление.
   - До этого же работал, - вырвалось у одного из представителей московской стороны.
   - До этого он не принадлежал к нашей семье. А СЕЙЧАС он заинтересован, прежде всего, в интересах нашей, а значит своей корпорации.
   Москвичи переглянулась.
   - Ладно, - неохотно смирились они. - Присаживайтесь.
  
   Уже в самолете Валерия поинтересовалась у Анджея.
   - А Родион-то чего сам не захотел встречаться?
   - Ты не представляешь, как он зашивается, - устало ответил Анджей. - Я еще в таком темпе не работал, а у него нагрузка раза в два больше.
   Ей была очень приятна и оценка Анджея, и москвичей, и даже ощутила гордость за него. 'Маламучище Гурское' - с нежностью вспомнила Родиона. И по прилету в Мюнхен первый раз сама позвонила Родиону.
   - Привет тебе, Родион Болеславович.
   - Привет, - удивился он.
   - Ну, доложу, мы таки с боем отбили тебя у москалей.
   - Да я понял, что вы там костьми легли, они уже отписались, - усмехнулся он, - с новыми пунктами по договору. Чего наговорили-то?
   - Лучше не спрашивай, - вспомнила Валерия про дружную семью. - Анджей просто грудью встал, чтобы не допустить их до твоего тела.
   - Слушай, а ты меня через неделю допустишь до своего? - устало спросил он.
   Валерия чувствовала, что он устал, она своим звонком то ли разбудила его, то ли наоборот не дала уснуть.
   - А у тебя получиться приехать в Иркутск?
   - Да, я уже билеты взял, на пару дней вырвусь. Я же пообещал тебя встретить.
   - Тогда до встречи в аэропорту.
   - Пока.
  
   Школу Валерия запустила вовремя, обучение началось по программе со второй четверти, работы по реабилитационному центру укладывались в график и на этом этапе ее присутствие не требовалось. Оставалось договориться с Хеленой, чтобы подменила на пару-тройку недель ее по русской ветке, но там вроде тоже все спокойно, а после переговоров с москвичами затыков вообще никаких не предвидится.
   Через пару дней получилось встретиться с Хеленой, та по прежнему дневала и ночевала на работе, Валерия одна жила в ее квартире, но в этот вечер все же удалось ее вытащить домой.
   - Ну, ты сильна, - приветствовала ее уставшая Хелена.
   - Привет, - Валерия приняла у нее пальто. - В чем?
   - Давай, я сначала в душ, а то усну на ходу, потом покорми меня, пожалуйста, - попросила Хеленка.
   Через полчаса, более-менее вменяемая Хелена, села за стол. Душ взбодрил и вернул ей прежнюю язвительность.
   - Вот ты мне скажи, - жуя, начала предъявлять она претензии, - нафига ты москвичей уговорила?
   - Я???
   - Анджей сказал, что только благодаря тебе они сели за стол переговоров.
   Валерия в изумлении от такой подставы даже рот открыла.
   - Поклеп! - открестилась Валерия. - Я пыталась просто сгладить острые углы при прощании, а на переговоры они пошли только после того, как он им сказал, что Гурский член нашей семьи и на сторону работать не пойдет.
   - Да? - слегка удивилась Хелена, тщательно пережевывая салатик. - Вы все-таки решили официально оформиться?
   У Валерии салатик моментом встал поперек горла.
   - Не, я-то буду только 'за'. Тогда Гурский точно никуда не денется от нас, - увидев удивленно-осуждающий взгляд Валерии, продолжила, - Лер, ты пойми, сейчас не до сантиментов, я бы сама за него вышла, чтобы привязать к корпорации. Ты просто не представляешь, насколько он ценен для нас. То, что он смог провернуть, - Хелена поводила вилкой перед носом Валерии для пущей убедительности, - мы даже на треть не рассчитывали, потому и производство не готово, и гонки сейчас бешенные.
   - Так надо было ему просто рамки приличия обозначить.
   - Да ты что! - возмутилась Хелена. - Мы с ним далеко пойдем.
   - А вы с ним говорили на эту тему, он сам-то этого хочет?
   - Да куда он денется? - ухмыльнулась довольно Хелена. - У нас ты-ы-ы-ы есть. А ты с него, как я поняла, можешь и веревки вить.
   - А Анджей тоже так считает?
   - Анджей натура романтическая, он считает, что вы отличная пара. Но одно другому не мешает, правда?
   - Хелена, - жестко оборвала ее Валерия. - Боюсь, у тебя не совсем верное представление о наших отношениях. Я на Гурского вообще никакого давления оказывать никак не могу, в силу того, что он самодостаточная личность. А уж о том, что он может запросто послать меня я и спорить не буду, потому что он может это сделать на раз-два.
   - Лерка, не злись, - смягчилась Хелена. - Ты же знаешь, что иначе я не могу разговаривать, а тем более, сейчас кого-то приторно вежливого, из себя строить, сил совсем нет.
   - Хелен, ты все же иногда думай, что и кому говоришь.
   - Ну, не дуйся, - попросила она.
   Валерия молча, допивала чай, Хелена молча, доедала остатки на своей тарелке.
   - Ты сама-то веришь, что он сможет тебя послать? - устало поинтересовалась Хелена.
   Валерия усмехнулась: 'Горбатого могила исправит'.
   - На счет меня я не уверена, а вот ВАС пошлет и не подумает.
   - Тут я с тобой согласна, - взгрустнула Хелена. - Ты же можешь уговорить?
   - И не подумаю, - твердо отмела это предложение.
   - Лер, он на самом деле неплохой парень, не бортуй его, - попросила она.
   - Давай мы между собой сами разберемся, - уже более примирительно ответила Валерия.
   - Разберетесь вы, как же. Пособачетесь, а он опять загонит всех в шею, - взгрустнула она.
   - Хелен, мне тут на пару неделек надо будет уехать. Я все по своему отделу подчистила, все подписано, оговорено. Срочного ничего нет, если что буду на связи. Подстрахуешь?
   - Да. Анджей говорил, что у вас там какое-то торжество, - проворчала она. - Он вроде тоже собрался ехать.
   - Да ты что? - обрадовалась Валерия.
   - Одну меня нигде не ждут, никто не любит, - жалобно запричитала она.
   - Ну, поехали с нами.
   - Не, это я так... Устала просто. Подстрахую, конечно. Анджея, правда, надолго отпустить не получиться, максимум на пару дней, к тому же если и Гурский туда собирается, - и выразительно посмотрела на Валерию, - а ведь он туда собирается, - утвердилась в своем предположении. - Сама понимаешь, вроде как затишье, но руку на пульсе держать надо.
  
   Иркутский рейс вылетал с небольшой задержкой, но все же полетели. Валерия прикрыла глаза, пытаясь расслабиться и немного вздремнуть. С одной стороны возилась неугомонная дочь, с другой просматривала журнал соседка. Полчаса взлета и набора высоты хватило, чтобы немного отдохнуть. Каролинка обеда не дождалась, уснула, Валерия отпробовала самолетной еды, запила чаем, и начала устраиваться на ночлег: подправила дочери одеяло, укрылась сама. Соседка - молодая девушка, посматривая на Валерию с дочерью, улыбалась.
   - Хорошая у вас дочка.
   - Да, - улыбнулась в ответ Валерия.
   - Я тоже одно время сильно хотела ребенка, только мальчика.
   Валерия из вежливости повернулась к ней.
   - Не сложилось?
   - Да, - резко ответила соседка.
   - Может еще все и получится.
   - Теперь не хочу. Если честно, я и раньше не особенно хотела...
   Валерия поняла, что у соседки накипело, а поговорить, судя по тому, что она жалуется на свои проблемы первому встречному, не с кем.
   - Так тоже бывает, - нейтрально поддержала беседу Валерия.
   Соседка - красивая, молодая, помладше Валерии. В этом возрасте, с такой внешностью и вести подобные разговоры... Валерии казалось странным. А может просто разные у них интересы.
   - Давай на 'ты', - предложила соседка.
   - Давай, - согласилась Валерия.
   - Ксения.
   - Валерия.
   - Вот ты скажи, в твоей жизни хоть один нормальный мужик был?
   Валерия слегка озадачилась.
   - Да вроде все нормальные были.
   - Ты серьезно? - искренне удивилась Ксения.
   - Да, абсолютно. У меня их немного было, но все очень хорошие.
   Соседка смотрела на нее, словно увидела... живого мамонта.
   - А если они все такие хорошие, то зачем расставалась? - пыталась найти подвох.
   - Отношения исчерпывают себя, - пожала плечами Валерия.
   - Почему исчерпывают?
   Валерия внимательнее присмотрелась к своей собеседнице, на вид ей двадцать три - двадцать пять, а вопросы задает восемнадцатилетней девушки. 'Может, влюблялась неудачно?'
   - Если люди перестают радоваться друг другу, а начинают раздражать, то смысл находиться дальше рядом.
   - Нет, ну если он тебя обеспечивает, выполняет свою часть обязательств, то зачем его бросать?!
   - Почему обязательно бросать? Можно просто расстаться и при этом сохранить теплые отношения.
   - Да не бывает такого в обычной жизни.
   - Ксень, я не знаю, что у тебя произошло, но пройдет время, и ты на эту ситуацию будешь смотреть по-другому.
   - Да?! - девушка разозлилась, но не на Валерия, а на сами обстоятельства или человека, а может и на саму себя. - А сколько надо этого самого времени?
   - Смотря для чего, да и от самого человека многое зависит. Кому-то надо полгода, чтобы забыть бывшую любовь, кому-то гораздо больше, а кто-то через пару месяцев находит уже новую.
   - Пару месяцев? - не поверила Ксения.
   - Ну, - пожала плечами Валерия, - в этом случае, наверное, глупо говорить, вообще о том, что любовь была.
   - Мы с мужем прожили полтора года, а он меня потом вышвырнул, как блохастого щенка.
   - В смысле? На улицу выставил?
   - Да нет, - поморщилась Ксения, - квартиру он за год вперед оплатил, поэтому полгода я в ней после его ухода прожила. Он меня просто из своей жизни выкинул. Как оказалось, я не подхожу ему.
   - А раньше он этого понять не мог? Вы сколько до женитьбы были знакомы?
   - Месяц, может, чуть больше.
   - Ксения, за месяц, иногда не можешь понять, нравится ли тебе новая работа или нет. Но полтора года вы все же прожили.
   - Прожили, - скривилась она. - А ты знаешь, ты права. Нужно время. Это тогда мне казалось, что мы живем, а сейчас понимаю, что и не жили-то вместе. Он у себя, а я в нашей, как мне казалось, общей квартире.
   Валерии стало интересно.
   - Это как? Он у себя, а ты у вас...
   - Он квартиру нам снял, но у него еще дом есть. Вот там он и жил, а может еще где-то.
   - А зачем снимать квартиру, если есть где жить?
   - Не знаю, - покачала головой Ксения. - Он не хотел, чтобы я жила у него, - увидела, как вытянулось лицо у Валерии, объяснила, - у него были постоянные командировки, бизнес, какие-то кошки, собаки, коровы...
   - Коровы? - не поверила та.
   - Не знаю, может, и не было коров.
   - Ксень, извини за прямоту, а жена-то ему тогда зачем нужна была? Хваткий мужик жениться еще и из соображений экономии на домработнице.
   - Да ты что? - ужаснулась наивной девочкой она.
   Валерия тихо рассмеялась.
   - Так как ты его описала: и бизнесмен, и командировки, и коровы. А чего так испугалась? - Валерия не могла удержаться от смеха, увидев испуганные глаза Ксении. - Посадил бы под замок тебя на своем хуторе посреди тайги, а кругом в радиусе двадцати верст ни одного соседа. Ты корову доить умеешь?
   Ксения вообще замерла от ужаса.
   - А огород копать?
   Та только бегала большими глазами по лицу Валерии, пытаясь понять, шутит или она всерьез.
   - Ксения, отомри.
   Понаблюдала, как та постепенно приходила в себя.
   - Если с этой точки зрения рассматривать, то тебе еще повезло. И опять же, вы развелись, в этом тоже есть большие плюсы.
   Собеседница сидела по-прежнему потрясенная.
   - Валер, я даже представить не могла, что такое возможно со мной. По телевизору показывают, как это называется, бытовое рабство. Ноооо...
   - Так, все. Ксень, успокойся. Чего-то меня занесло, - видя, что девушки слишком близко восприняла ее фантазию, Валерия, пыталась привести ее в чувства. - С тобой такого не случилось.
   Ксения скосила подозрительный взгляд на успокоительницу.
   - Ну, знаешь ли, моему муженьку тоже нужна была женщина для определенных целей.
   - А ну их нафиг, этих мужиков, - попыталась перевести тему в другое русло.
   - Зачем же 'нафиг'? Я все же добьюсь и получу своего принца, а муж еще на коленях приползет и попросит вернуться обратно.
   - Зачем он тебе нужен? - искренне удивилась Валерия.
   - А чтобы понял, чего он лишился, и умолял вернуться.
   - Ксень, он, скорее всего, живет своей жизнью: коров доит, деньги печатает и не вспоминает о том времени, что прожил с тобой.
   - Вспоминает! - была уверенна она.
   - Откуда знаешь.
   - Я же помню.
   - Женщины - это другое, женщины и плохое и хорошее помнят дольше. А мужчина, если его до печенки что-либо не зацепило, забывает быстро. Они просто устроены по-другому.
   - Думаешь, я его не зацепила? - а в глазах боль и обида.
   Валерии стало жаль эту девочку, сейчас она именно так и выглядела - обиженный на весь мир ребенок.
   - Не знаю, - честно ответила она. - Думаю, что когда вы женились, ты его чем-то зацепила, он же именно тебя выбрал, значит, именно ты ему чем-то импонировала.
   - Тем, что я могу родить ему ребенка, - вырвалось у той, хотя не хотела поднимать именно эту тему.
   - Да, может быть. Некоторым мужчинам очень важно продолжение рода и они выбирают красивых, сильных, молодых.
   Ксения подняла на Валерию глаза полные слез. Валерия, сама того не ожидая, попала в цель, которую Ксения долгое время старательно избегала, обходя очень неприятные для нее моменты своей жизни. Было очень больно и противно осознавать, что тебя банально использовали.
   Все это она рассказывала маленькими порциями, глотая в промежутках слезы. В том, что ее использовали, и на ее месте могла оказаться другая она никому не признавалась, даже на сеансах у психолога, к которому ходила после развода с мужем полгода, не смогла СЕБЕ в этом тогда признаться. А сейчас прорвало, рассказала и про брачный договор, в котором черным по белому прописывалось, что ему нужно суррогатная мать его детей и все это понимали кроме нее, а тетя, умница, единственная, кто пытался отговорить. И про то, какая была дура и верила, что он ее полюбит. А он вообще не способен любить. И как любила его, не смотря ни на что, и как ждала еще целый год, что он позвонит, вернется. И что сейчас все еще нет-нет, да и вспоминает, представляет, как они случайно встретятся, и он поймет, что был не прав, что она самая классная девушка на свете. Но на самом деле, у нее сейчас все хорошо и уже полгода, как она встречается с умным, надежным, богатым мужчиной, ну и что, что он старше ее, зато именно такой, как она хотела с самого начала. И он ей со дня на день должен сделать предложение, и она на него согласится, потому что она достойна любви, заботы, уважения. Смотрела на Валерию мокрыми глазами, обиженной девочки и ждала помощи.
   А Валерия не знала, что ей сказать, как помочь. Ей бы к Кире сходить, та быстро умеет все по полочкам в запыленном, захламленном чердачке расставить. А Валерия может дать совет только, и то, исходя из собственного опыта и своих личностных характеристик, а это не есть хорошо.
   - Ксень, о каком предложении, о каком замужестве ты сейчас говоришь? Ты все еще замужем за своим мужем. Вы расстались более четырех лет, а тебе твоя обида и жалость не дают жить полноценной жизнью. Ты все еще мечтаешь сразить его наповал.
   - Так может это любовь? - робко поинтересовалась она.
   - Не знаю, - искренне ответила Валерия. - Может любовь, а может месть?
   В глазах Ксении мелькнул испуг.
   - Месть это нормально. Обида, месть, злость, жалость к себе. Ты ему хочешь отомстить? Замечательно, но только ты четыре года потратила на это чувство, а за это время можно горы свернуть. Ксень, ему может, самому тяжко, оттого, что он не способен любить, быть счастливым, что мимо него прошла такая потрясающе красивая, умная, любящая женщина, а он не смог быть с ней рядом. Не смог оценить ее.
   - И чего делать? - все еще всхлипывала она.
   - Отпусти его от себя и сама освободись. Найди нормального психолога, а то ты ходила полгода, а воз и ныне там.
   - У меня хороший был психолог, - встрепенулась она, бросившись на защиту своего специалиста, - плечи снова поникли, - наверное, я тогда не готова была ко всему этому.
   - Значит, сходи еще к нему. Тем более, если сейчас ты готова, то он поможет тебе очень быстро.
   - А с замужество-то чего делать?
   - Ксень, - оторопела Валерия, - это только тебе решать. На мой взгляд, в новые отношения лучше вступать, закончив старые. Сначала разберись в себе, чего ты хочешь.
   - Я хочу, чтобы меня любили, - всхлипнула.
   - Нормальное желание любого человека, - согласилась Валерия.
   Ксения покачала головой, словно не веря в его осуществление.
   - Ты посмотри на себя со стороны. Ты же красавица! Ты же умница. Любой мужчина будет гордиться такой женой. А если ты говоришь, что мужчина гораздо старше тебя, то и ценить должен больше, - в последнем Валерия засомневалась, но постаралась не показать это собеседнице.
   - Я сейчас уже не знаю, - вытерла покрасневший нос Ксения. - Как думаешь двадцать три года это сильно большая разница?
   - Это должна для себя ты сама решить, - развела руками Валерия, - Ни мое мнение, ни мнение окружающих людей не должно никак влиять на принятия этого решения. Тебе жить с этим человеком. Жить сейчас и жить через десять лет, через двадцать.
   Ксения вдруг резко 'протрезвела'.
   - А через десять лет ему будет пятьдесят шесть, - прошептала она.
   - Да. А тебе тридцать три. Но это нормально, если вы живете в любви.
   Ксения впала в глубокую задумчивость. Валерия не стала ей мешать, может, у нее, как раз сейчас все и расставиться по местам. Незаметно для себя Валерия задремала и проснулась тогда, когда попросили пристегнуть ремни - самолет начал заходит на посадку. А Ксения так и сидела: сна ни в одном глазу, мозг грузил новую информацию. И только когда шасси коснулось полотна аэродрома, Ксения немного пришла в себя, посмотрела на Валерию.
   - Ты как? - спросила та.
   - Не знаю.
   - Сходи к психологу, - слегка испугалась за нее Валерия, черт его знает, что они тут нарыли и какие выводы Ксения может из всего этого сделать.
   - Да.
   - И побыстрее.
   - Да.
  
   Валерия с Каролинкой вошли в аэропорт и почти сразу обе оказались в объятьях Родиона.
   - Привет, - зарылся по привычке носом в Леркины волосы.
   Валерия прижалась к нему. 'Соскучилась'.
   - Дядя Родион, а ты где так долго был? - допытывалась Каролинка, сидя у него на одной руке.
   - Работал.
   - А ты почему так много работаешь?
   - Спусти дитятку на пол, - попросила Валерия.
   - Вот вы где, - подошла сестра.
   - Кираааа, - Каролинка бросилась к ней на шею.
   Кира потискала племянницу, поздоровалась с Родионом, обняла сестру.
   - Лер, я в машину с Каролинкой, вы получайте багаж, потом разберемся кто куда и с кем едет.
   - Хорошо, - пообещала она, не отлипая от Родиона.
   Тот смотрел на нее улыбающимися, но уставшими глазами, впитывая ее всю в себя.
   - Лерка, - прижался он губами к ее губам.
   'Соскучилась по нему, по его глазам, по его губам'. Целовались долго, уже подали багаж, и часть народа бодрой трусцой успела его разобрать и разойтись, когда Валерия сообразила, что целоваться можно и в более удобном месте.
   - Пойдем за багажом.
   Родион снял чемодан, покатил его к выходу, другой рукой прижимая к себе Лерку. Вышли на улицу, Валерия сориентировалась, где машина сестры, метрах в десяти от машины Киры ее окликнул женский голос
   - Валера.
   Оторвалась от Родиона, поискала глазами, кто бы мог ее звать, навстречу шла Ксения.
   - Спасибо тебе, - тепло поблагодарила, подойдя вплотную к ней.
   - По большому счету, не за что.
   Ксения кинула взгляд на Родиона, вернулась глазами к Валерии, потом удивленно снова посмотрела на него. Он стоял в пол оборота к ней, посмотрел на часы, а потом снова на Валерию.
   - Здравствуй, Родион.
   - Добрый день, - на автомате кивнул он Ксении, не отрывая глаз от Валерии.
   - А ты изменился, - с завистью произнесла Ксения, оценивающе оглядывая его. Вроде тот же самый Родион, но совсем другой человек. Стал еще красивее, нет, что-то другое, человечнее что ли, а это еще больше притягивает.
   Родион посмотрел, наконец, на нее.
   - Ксения? - удивился, но самую малость. - Привет, - нейтральный тон без единой эмоции.
   Валерия переводила взгляд с одного на другого, а внутри уже тревожно забилось неприятное предчувствие. Ксения, сделав над собой усилие, оторвала взгляд от Родиона, посмотрела на Валерию и представила его ей, пытаясь быть спокойной.
   - Это мой муж, - через пару секунд добавила. - Бывший.
   Валерия за секунду до этого уже и сама поняла, о ком Ксения рыдала в самолете. Враз перекрыло дыхание, но оно и не требовалось ей сейчас, реальность слегка подернулась, и вернулся давно забытый вакуум, словно щитом закрыв от окружающего небезопасного мира. Время растянулось, она видела, как Родион равнодушно смотрит на Ксению, как та сдерживает свои эмоции.
   - Ксения, у тебя все будет хорошо, - наклонившись к ней поближе, прошептала, - Постарайся быть счастливой, - отстранилась, посмотрела в глаза бывшей собеседнице. - Удачи тебе, большой удачи.
   - Тебе тоже, хотя с ним, - метнула она взгляд на Родиона. - Она тебя не спасет.
   Валерия в ответ только жалко улыбнулась, как отошла Ксения она уже не видела, смотрела на Родиона, пытаясь найти.... понять... А он видел, чувствовал, что Валерия стремительно удаляется от него, закрывается... 'Нет! Нееет, черт возьми!' Что случилось-то?
   - Лера, - одними губами позвал он, моля глазами, чтобы она вернулась.
   Но она была уже далеко, равнодушно протянула руку за чемоданом.
   - Лер, не уходи так.
   Она подняла на него равнодушные глаза.
   - Черт, Лерка, - тряхнул он ее за плечи, - не уходи так!!! Давай поговорим.
   - Не сейчас, - равнодушно, тихо, но твердо ответила она.
   - Лер, не надо, - не отпускал он ее взгляд, пытаясь достучаться до нее всеми своими чувствами.
   - Родион, - медленно, отстраненно начала говорить она. - Сейчас, лучше не стоит этого делать. Я просто не в состоянии сейчас реально воспринимать действительность. Давай я приду в себя..., - попыталась нормально дышать, но воздуха не хватало. - А потом... может быть, поговорим о скрытности и честности.
   - Я позвоню.
   Она, молча, посмотрела на него, взяла из рук чемодан и покатила к машине сестры.
   Кира сидела притихшая за рулем, Каролинка, на заднем сиденье, тоже примолкла, тревожно поглядывая на мать.
   - Домой? - спросила Кира.
   Валерия развернулась к дочери, натянуто улыбнулась ей.
   - Солнышко, ты домой или к бабушке с дедушкой тебя отвезти?
   - К бабушке и дедушке, - звонко оповестила она.
   И Валерия, наконец, смогла дышать.
   - Давай сначала меня дома высадите, а потом езжайте к родителям. Я пока ванну приму, приду в себя, ближе к вечеру у вас появлюсь.
   Кира внимательно посмотрела на сестру.
   - Справишься?
   - Да что мне уже сделается? Поехали.
   - Может, завтра к родителям поедешь?
   - Ты им скажи, что приеду завтра, - согласилась с ней Валерия, - а там посмотрим.
  
   Родион, проводил в аэропорту взглядом Валерию до машины сестры, все еще надеясь... Их машина отъехала, подошел к своей, уселся за руль, кинул сумку на соседнее сиденье, увидел букет, который покупал специально для Валерии. Откинулся на спинку сиденья и несколько минут просидел, глядя в прострацию. Усмехнулся.
   - Ну почему у нас все через жопу?!
   'Так. Что делать? Сейчас можно смело возвращаться в Японию, в течении недели Лерку лучше не трогать. Нахрена вообще приезжал? Откуда Ксения взялась? И по какому поводу Лерка взбрыкнула? Что там могла Ксюша наговорить ей? Так. Ладно. С лирикой закончили, поменять билеты, вернуться, как можно скорее, в Японию. И ведь, зараза, сама ни за что не позвонит! Еще бы знать, нахрена мне это надо?' - беззлобно ворчал он, заводя машину.
  
   Зайдя в квартиру, Валерия прошлась по комнатам, налила воду в чайник, включила его. Пришла в себя, когда пар из чайника обжег ее. 'Черт', - обнаружила, что стоит вплотную к чайнику. Терпеть не могла это свое никчемное состояние. 'Ладно, разберемся с этим позже'. Выпила чаю, сходила в душ, распаковала чемодан, пообедала и решила ехать к родителям. Вызвала такси и к семи вечера прибыла к торжественному ужину, посвященному приезду внучки.
   Кира сначала внимательно поглядывала на сестру, но потом успокоилась, и пустила ее в 'свободное плаванье'. Часов в одиннадцать Валерия вернулась домой, а утром нарисовалась сестрица. Разница во времени была приличной, Валерия в десять утра по иркутскому была еще в глубоком каматозе. Кира терпеливо ждала, когда она сходит в душ, выпьет свой чай, съест свой бутерброд, и наконец, проснется.
   - Ты, как будто не родная, - ворчала Валерия, - ну что стоило тебе после обеда заявиться, ведь знаешь, что пару дней меня лучше до обеда не трогать.
   - Да не буду я тебя трогать, - возмутилась Кира. - Мне нужно до двенадцати подтвердить место на семинаре и все, я могу оставить тебя.
   Валерия уставилась на сестрицу, безуспешно пытаясь найти логику в ее словах и поступках.
   - На следующей неделе начинается семинар, ты вроде говорила, что хотела сходить.
   - М-м-м-м, - промычала в ответ та, все еще пытаясь проснуться. - А по времени сколько?
   - Три полных дня.
   - Записывай.
   Кира тут же достала свой ноутбук и подтвердила место, потом налила себе кофе.
   - Ты как? - спросила у Валерии.
   - Еще не проснулась, нейроны мозга борются за свою часть отдыха.
   Валерия заметила, что сестрица немного мается, примеряется с какого боку начать разговор.
   - Говори уж, - усмехнулась Валерия.
   - Тут.... Анджей собирается приехать.
   - Я знаю, он билеты-то взял?
   - Еще нет, что-то там должно срастись. Пообещал, что к папе на юбилей успеет.
   - Чтобы познакомиться с остальными твоими родственниками? - не сдержалась Валерия от шпильки.
   - Да он вроде со всеми НАШИМИ родственниками знаком, - недоумевая, пожала плечами сестра.
   Валерия спрятала ухмылку в чашке с чаем. Кира мусолила свой круасан, не зная, с какого боку подлезть к сестре с вопросами.
   - Леееер, - заискивающе позвала она.
   - М-м-м-м, - все-таки иногда приятно почувствовать себя старшей, Валерия догадывалась о чем хочет поговорить Кира, но помогать с началом разговора не спешила.
   - А он зачем приезжает? - и глаза, как у провинившегося котенка.
   - Кир, - напустила на себя важности Валерия, - а как ты думаешь, зачем мужчине ехать за тридевять земель к женщине?
   - Нуууу, - потупила она глазки, - он Байкал давно хотел посмотреть.
   - Ну да, на тебя-то он уже успел насмотреться.
   Валерия едва не рассмеялась, глядя на притихшую всегда такую боевую сестру. А вот когда касалось ее личных чувств, Кира терялась.
   - Кирюш, ну чего ты как маленькая! Я прям вам, девушка, удивляюсь. Чего ты от него шарахаешься?
   - Я не шарахаюсь! - излишне экспрессивно возмутилась та. - Просто... Просто в последнее время, он как-то поменялся.
   - Да? Не заметила.
   Кира тщательно кромсала ножом кусочек сыра, оставшийся на тарелке, превратив его уже в кучку для посыпания пиццы.
   - Я могу, конечно, ошибаться, - глядя на кучку сыра, констатировала Валерия, - но такой непроходимой дурой я помню тебя только один раз.
   Кира покусывала губу, не поднимая глаза на сестру, приминая в квадратик сырную кучку.
   - Так заметно? - наконец выдавила она из себя.
   - Кииир, Анджей не кусается, - задумалась, - по крайней мере, на людях.
   Сестра подняла на нее глаза.
   - Поговори с ним, - попросила Валерия.
   Обе понимали какой именно разговор нужен. Кира тяжело вздохнула, сжав губы.
   - Ладно, - стряхнула она с себя 'такую дуру', - поехала я, у тебя на вечер какие планы.
   - Вообще ничего не планировала.
   Кира собрала сумку, направилась в прихожую, застегнула сапоги, потянулась за пальто. Окинула сестру внимательным взглядом, словно сомневаясь говорить или нет.
   - Ты с Родионом не очень жестко?
   Валерия приподняла одну бровь. Кира это выражение знала прекрасно, типо 'сами разберемся'.
   - Ну-ну, - усмехнулась она. - Только ты дай еще сказать и самому Родиону, а не только Ксении.
   Леркино выражение лица сменилось на удивление.
   - А ты откуда про Ксению заешь?
   - Она ко мне на консультацию после развода приходила, - нехотя объяснила Кира.
   - Что?!!!
   Первое - Валерия была удивлена, что сестра знала об этой ситуации и ничего ей не сказала, нууу, в принципе, Кирка не всегда все рассказывает, но... почему тут ничего не сказала? Второе - Кира никогда не работает со знакомыми. С родными - да, с очень близкими людьми - да, но не по всем темам, а тут...
   Кира хорошо знала свою сестру, все это она прочитала по ее лицу.
   - Со второй консультации, когда я поняла, чья она жена, передала ее Никите.
   - Значит, плохо твой Никита с ней работал, если девчонка до сих пор в депрессии.
   - Ты не видела в каком она тогда была состоянии, он полгода ее удерживал, чтобы она руки на себя не наложила. Она вообще ничего не слышала и не видела.
   - Хреновые вы специалисты, - начала заводиться Валерия. - Меня ты быстро из подобного выдергиваешь.
   - Ты в 'подобном' состоянии не бываешь! - обиделась профессиональная гордость Киры.
   - Слава Богу, до 'подобного состояния' меня Гурский не довел.
   - Лера, - поморщилась Кира. - Ну, чушь же говоришь и сама это понимаешь. Давай уж всех собак на него повесим. Родион честно ей все обрисовал, в контракте все прописал. А то, что она в силу своей молодости, неопытности не восприняла его всерьез, ну за это его винить уж никак нельзя.
   - Кира! - возмутилась сестра. - Он сломал ее, как куклу: грубо, жестоко. Сколько ей тогда было? Восемнадцать? Двадцать? Барби с открытой душой и радужными надеждами. И он - тиран с неустойчивой психикой диктатора. Выбрал самого слабого щенка в помете, чтобы не сильно сопротивлялся. И давай его топить медленно, наблюдая, как он захлебывается. А чего ж он не выбрал ровню себе? Побоялся, что ровня может послать по извилистому адресу?
   - Дура ты, Лерка, - беззлобно констатировала сестра.
   У Валерии тут же угас весь запал.
   - Ты сроки сопоставь, он женился за месяц до рождения Каролинки. А теперь представь: у него была любимая женщина, с которой он хотел воспитывать детей, она ему предпочла другого. И другому родила ребенка. Я его не оправдываю, нет. Но, в том состоянии, в котором он находился тогда, он вел себе вполне логично. Он хотел детей, нашел женщину, которая могла бы их родить, объяснил ей, что от нее требуется, что готов дать сам - чисто деловое предложение, сделка. То, что Ксения себя нафантазировала, это проблемы Ксении, и если она с ними не разберется, то и следующий ее муж будет действовать по этому же сценарию. На месте Родиона в ее жизни мог оказаться любой другой мужчина. И ей еще повезло, что Родион оказался не извращенцем.
   'Ну, это как сказать', - подумала Валерия.
   - Кир, - тихим голосом пыталась довести она до сестры свою мысль. - На ее месте могла быть Я.
   - Ты на ее месте никогда бы не оказалась, - уверенно отсекла это направление мысли.
   На лице Валерии промелькнуло удивление.
   - Ты представь, вот просто вообрази, если бы он тебе тогда подсунул брачный контракт, пусть иного содержания, пусть без жестких сроков, но все равно с условиями.
   - Пусть бы рискнул, - кровожадно ответила та.
   - Ну, вот видишь, - развела руками сестра.
   - Кир, - покачала головой Валерия. - Ты его оправдываешь.
   - Нет, - спокойно возразила. - То, что произошло с Ксенией и Родионом - это их история, для чего-то им это было нужно. Более того, для Родиона все это в прошлом. Он смог измениться.
   - Дааа, конечно. Только ты мне сама доказывала, что суть человеческая не меняется.
   - Я и сейчас с этим согласна. Только у Родиона суть сегодняшняя, он сегодня настоящий. Я не спорю, он далеко не ангел и тебе его не раз захочется прибить, но на подлость, предательство он не способен. А тогда его штормило, ты же сама помнишь, он за десять минут мог впасть из благодушия в ярость. Тогда он был не стабильным.
   Кира видела, что сестра настроена решительно против Родиона, помимо женской солидарности, у Валерии еще есть одна причина держать дистанцию с ним, а после того, как она узнала о его попытки приобретения суррогатной матери, дистанцию хотелось, если не увеличить, то удержать на прежних позициях. Но сомнения все же появились. Сестра у нее хоть и вспыльчивая, но если дать ей время разобраться, то примет верное решение.
   - Не пори горячку, - попросила Кира, внимательно вглядываясь в лицо сестры. - Ты же любишь его.
   А вот это удар под дых. Валерия и сама понимала, что Гурский любой - ей дорог, нужен, но, черт возьми, подобной жестокости она от него не ожидала. Нет, разговоры, помнится, он вел в этом русле, но Валерия на это смотрела, как на браваду вперемешку с неуверенностью в будущей супруге. Представить себя запертой в четырех стенах, дожидаясь, когда он придет выполнять супружеский долг прописанный контрактом, готовя ему при этом котлетки, она не могла. Месяц, ну два... даже если это время помножить на большую влюбленность. Если объект твоей влюбленности находится рядом, то да.... Можно и котлетки, и рубашки погладить, но Валерии все равно нужна самореализация. Да, есть женщины с другими убеждениями, настроенные только на семью, и им она иногда завидовала, но сама иначе не могла. Кира в чем-то была права, но и Валерия считала, что Родион заведомо выбирал слабую женщину, чтобы подавлять.
   Сестра уже давно ушла, а Валерия все копалась в себе.
   'Черт, Гурский!!! Какая же ты все-таки сволочь!!!'
  
   Дня через три Валерии позвонила Хелена и без приветствия сразу потребовала.
   - Лерка, уйми Гурского! - рычала родственница в трубку.
   - И тебе доброго дня, - опешила Валерия.
   - Ты мне зубы не заговаривай. Что хочешь делай, но успокой его.
   - Хелен, - осторожно начала Валерия, - А что собственно случилось?
   - Этот засссссранец, - шипела в трубку, - еще два подряда взял.
   - Упс.
   Валерия согласна с гневом родственницы: через год, пожалуйста, можно и больше, но сейчас, выше головы не прыгнешь - просто сорвут поставки.
   - Подожди, он же знает, что мы не потянем, - в здравомыслии бизнесмена Гурского Валерия уверена.
   - Да что ты?! - Хелена в бешенстве, потом елейным голосом оповестила - А Риа Нара первая захотела получить пробную партию чипов, разработка которых только началась после полугодовой заморозки проекта. Как этот, подлец, вообще о ней узнал?
   - Хелен, ты чего? Технологически это не возможно раньше чем через год. Японцы не дураки, подождут.
   - Да? - бушевала золовка. - Они подождут, но только полгода максимум и готовы даже начать инвестировать.
   Валерия расхохоталась в трубку - 'Вот же, черт маламутный!' Хелена терпеливо ждала, гася по ту сторону 'провода' раздражение.
   - Хелен, ты же сама говорила, что в принципе в полгода реально уложиться, а тем более, если будут инвестиции.
   - Только это было до того, как мы подрядились на три контракта и один подряд. Я вам, где людей возьму?! Я в отпуск, в конце концов, хочу. Я личную жизнь хочу. Я маму родную уже не помню когда видела. Я с племянницей не общаюсь, она замуж выйдет, а я все пропущу.
   - Не, ну ты что? - ужаснулась Валерия. - Замуж-то мы тебя обязательно пригласим.
   Та грустно усмехнулась в трубку.
   - Я просто не ожидала такого темпа.
   - А ты еще замуж за него хотела.
   - А хрен он теперь от нас куда денется! - зло развеселилась Хелена.
   - Хелена!!! Ты же не выражаешься, - напомнила Валерия.
   - Пообщаешься с твоим Гурским и не такому научишься.
   - Чего делать-то будем? Я, в принципе, могу вернуться уже завтра. Но сама знаешь, от меня мало толку.
   - Ну не скажи, - и смилостливилась. - Завтра не надо, отдыхай, как планировала. Мы вон даже Анджея на пару дней отпускаем.
   - Приедет все-таки? - обрадовалась Валерия.
   - Он был категоричен на счет обустройства семейного очага. У всех, понимаешь ли, личная жизнь, одна я, как проклятая, ночую в кабинете.
   - С персоналом-то чего делать будем?
   - Не знаю, - застонала в трубку Хелена.
   - Ты мне кинь требования и условия, я начну поиск прямо сейчас.
   - Правда? - обрадовалась Хелена. - Лер, если получится, хоть кого-то найти...
   - Я поняла, высылай. Только ты высылай с учетом того, будем ли заниматься новыми контрактами Гурского.
   - А куда ж мы денемся? - искренне удивилась та.
  
   Родион выждал дней пять, дав Валерии 'успокоиться', звонить не рискнул, да и времени на разговоры, если честно, не было. Отправил СМСку: 'Ты как?' На ответ сильно не рассчитывал, но очень хотелось получить от нее хотя бы смайлик. Ответ пришел минут через десять: 'Думаю'. Прочитал и улыбнулся этому короткому слову. Шутит - это хорошо. Еще через пару дней пришла СМСка от Киры: 'Уже можно))'. Тут же достал ноутбук, выкупил билеты на первый рейс в сторону Иркутска. Звонить Валерии начал еще с аэропортов, где были пересадки. Телефон был отключен. 'Что за хрень?' Настойчиво продолжал дозваниваться, результат тот же. Приехав в Иркутск, утром опять позвонил на номер Валерии - тот же результат, набрал Киру.
   - Привет, слушай, я до Лерки не могу дозвониться уже который день.
   - Да? - удивилась она
   Родион насторожился, неужели эта зараза его в черный список запихала.
   - А-а-а, - вспомнила Кира, - так у нее же семинар с утра до вечера, сегодня, по-моему, последний день.
   Родион уточнил, где и во сколько заканчивается, за полчаса до его окончания подъехал к дверям.
  
   Полноценный отпуск у Валерии не получался. Ладно, семинар, это все-таки расслабление и новые знания, опять же кое-какие проблемы свои можно порешать, но она вплотную взялась за подбор кадров и, чтобы не отвлекаться на сторонние разговоры, телефон включала на пару часов в день: пока ехала с семинара домой, ужинала и утром. Остальное время проводила у компа, рассылая запросы и проверяя резюме кандидатов. И даже на семинаре умудрялась в перерывах проверять почту и отвечать на срочные письма. Дня за три удалось найти всего пару человек с подходящей квалификацией и опытом, последнее слово, конечно, будет за службой безопасности компании, но и им Хелена с Анджеем обрадовались. Со следующего месяца могли приступить к работе еще пять человек - у Хелены открылось второе дыхание.
   Звонки от Родиона Валерия видела, но перезванивать не спешила. Во-первых, времени не было (по его же безумной инициативе, кстати), а во-вторых, однозначно еще не определилась в своем отношении к нему. Оставались сомнения, решила временно махнуть рукой на все свои переживания, неуверенности, касаемые Гурского - будет свободное время там и решит.
   Анджей все-таки успел на юбилей к отцу, Кирка ходила сияющая и плохо соображающая, по душам поговорить с ней не получалось, не было опять же времени. Отбив у сестры Анджея, Валерия на пару часов заперлась с ним, чтобы узнать последние новости, планы и прогнозы на ближайшее будущее. По телефону о некоторых вещах не говорили. Анджей сейчас сильно напоминал плохо соображающую сестру, но кое-что вытянуть все же получилось. После услышанного, Валерия впервые оценила масштаб проделанной работы за последние три месяца. Все, включая совет директоров, понимали, что заслуга в этом на девяносто процентов Гурского. Да, остальная команда, работала в усиленном режиме, в корпорации отменились все отпуска и упразднились выходные, но без Гурского это было бы вообще невозможно провернуть. Валерии неожиданно приятно это было услышать, причем она-то к его успеху, к его знаниям, к его связям отношения никакого не имела, но тихонько млела от счастья и гордости, когда Анджей или Хелена давали свою оценку его работе.
  
   Валерия, в компании трех парней и пары девушек (вместе были на семинаре) вышла на улицу уже в сумерках, небо заволокло тучами, и оно вот-вот собиралось 'порадовать' то ли дождем, то ли мокрым снегом. Решили отметить окончание семинара ужином где-нибудь в ресторане и сейчас обсуждали, в какую сторону направиться. Валерия в обсуждении не участвовала, копалась в сумке в поисках отключенного телефона. Без нее все решили, и Михаил осторожно взял ее под руку, указывая направление, а заодно и поддерживая - было скользко, мокро и зябко. Она только кивнула головой, активируя свой мобильник.
   Родион увидел эту компанию, почувствовал, что Валерия там, вышел из машины, увидел ее, и его затопило радостью до самых ушей. 'Лееерка'. Видел, как какой-то парень крутился вокруг нее, то руку подаст, то за локоток поддержит, то в лицо заглянет - вообщем, привлекал ее внимание к себе. Та же в ответ только кивала, сосредоточившись на своих мыслях и сумке. Толпа направилась мимо него, парень, придерживал Валерию за локоток, она что-то искала в телефоне, прошли мимо Родиона.
   - Лера! - окликнул он.
   Она оторвалась от 'важного' занятия, покрутила головой, увидела его и, Родион почувствовал, что улыбнулась, улыбнулась всем своим существом. Что-то тихо сказала своей компании, парень, который поддерживал ее, пытался то ли возразить, то ли упросить, она не стала спорить, медленно направилась к Родиону.
  
   Валерия увидела его и обрадовалась, неожиданно для себя, до чертиков. Задохнулась от теплой волны счастья, которая накрыла ее при виде Родиона. И даже выбирать не пришлось между воспоминаниями о всхлипываниях Ксении и собственными чувствами. Она любит его, для нее сейчас он самый важный и самый лучший. Подошла к машине и за пару секунд рассмотрела всего его - уставший, очень; спокойный; уверенный; расслабленный. Он, тоже внимательно всматривался, пока не мог понять, чего ожидать сейчас, уловив в ее вибрациях, что воевать не намерена, открыл дверь машины с ее стороны, она, молча села на кресло, он захлопнул дверь, обошел машину и уселся со своей стороны. Валерия сидела в пол оборота к нему, ожидая дальнейшего развития событий.
   - Привет, - улыбнулся, нагнулся к ней и зарылся носом в ее запах, быстро поцеловал в щеку.
   - Привет, - она непроизвольно потерлась носом о его щеку - от его близости слегка закружилась голова. 'Маламучише', - с нежностью подумала о нем.
   У Валерии зазвонил телефон, она только с пятого звонка вернулась на землю.
   - Извини, надо ответить.
   Родион не стал ждать окончания разговора, завел машину и покатил по вечернему городу. А у Валерии начались 'приемные часы': не успеет закончить разговор, тут же другой звонок, с этим поговорила, третий звонит. Минут за сорок успела наобщаться и с мамой, и с Хеленой, и со своей польской помощницей, и с директором школы. Родион ее все это время куда-то вез, помнила, что останавливались один раз, он сказал:
   - Посиди в машине, я быстро, - и минут через пятнадцать вернулся с пакетом, Валерия потянула носом, вкусной еды.
   Потом между телефонными разговорами удалось у него спросить.
   - Куда ты меня везешь?
   - Домой к себе, - бросил быстрый взгляд на нее и снова вернулся к дороге - пятница, пробки. - Хочу, чтобы ты посмотрела, как я живу.
   - Да я вроде видела. В Варшаве.
   - То квартира, а это Дом. Мой дом.
   Снова зазвонил телефон. Минут через двадцать выехали за город, Валерия не переставая разговаривать, удивилась метели за окном, которая разошлась не на шутку, минут через сорок Родион притормозил у глухих хозяйских ворот, нажал пульт, ворота пропустили машину внутрь и медленно закрылись. Валерия все еще говорила по мобильному, Родион вышел из машины, занес пакеты в дом, вернулся за гостьей, открыл дверь с ее стороны и терпеливо ждал, пока она не положит трубку.
   - У тебя чего сегодня? Пятница прорвалась?
   - Извини, последнюю неделю телефон включаю всего на пару часов, поэтому народ просто озверел, а сегодня, как ты успел заметить, пятница. Впереди выходные - людям надо непременно сегодня все выяснить, решить, сделать.
   Она огляделась, стоя на крыльце. Метель разыгралась зимняя: с сильным ветром и большими хлопьями мокрого снега. Зашли в дом, Валерия скинула дубленку, сняла сапоги, прошла в гостиную, опять зазвонил телефон.
   - Да. Здравствуйте, - улыбнулась она в трубку, увидев слегка недовольный взгляд Родиона, потупилась.
   - У меня все хорошо, на семинаре была всю неделю, да и работы много. Да, я знаю, - снова улыбнулась в трубку, бросив косой взгляд на Родиона. - Он у вас молодец, трудится, аки пчелка. Каролинка нормально. Давайте завтра-послезавтра наберу Вас, поговорите с ней. Ей скучать сильно не дают, но про Вас вспоминала. Александра Феликсовна, мы скоро уже вернемся, - рассмеялась Валерия в трубку. - Да. Хорошо. До встречи. Я позвоню еще до отъезда.
   Положила трубку, обернулась к Родиону.
   - Слушай, где у тебя руки можно помыть?
   Тот смотрел на нее внимательно и слегка удивленно.
   - Кх, по-моему, я с собственной матерю меньше общаюсь, чем ты с ней.
   'Упс'
   - Она к Каролинке сильно привязалась, - постаралась оправдаться Валерия.
   Родион развернул Валерию за плечи к прихожей.
   - Первая дверь.
   - Спасибо.
   - Телефон-то оставь.
   Родион достал из пакетов контейнеры с ужином, поставил разогреваться в духовой шкаф, нарезал огурцы, открыл оливки. Вернулась Валерия.
   - М-м-м-м, какой ты хозяйка.
   Опять зазвонил телефон.
   - И как долго это будет продолжаться? - нахмурился Родион.
   Валерия посмотрела на определившийся номер.
   - Его надо просто выключить, всем кому сильно надо, уже дозвонились, остальные могут и подождать.
   Телефон зазвонил опять.
   - Извини, - поморщилась она, - это уже мне надо. Да, я слушаю.
   Родион отошел к духовому шкафу проверить температуру еды, достал из винного шкафа бутылку вина, открыл ее, прихватил фужеры, повернулся к столу, около которого стояла Валерия, она по-прежнему разговаривала и что-то уже жевала. Посмотрел на эту идилистическую картину и понял, что вот сейчас он абсолютно счастлив. Любимая женщина в его доме на кухне, говорящая по телефону и таскающая с тарелки оливки с огурцами. Налил вина в бокалы, поставил две тарелки, приборы, вынул подогретый ужин. Валерия закончила разговор и отключила телефон - все работа на сегодня закончена.
   - М-м-м? - удивилась она, взяла фужер, отпила.
   Увидела аппетитное мясо и овощи, удивилась еще больше.
   - Ты когда успел? - спросила, мостясь на барный стул.
   - В ресторан же заезжали.
   - И так быстро тебе все это приготовили? - не поверила Валерия.
   - Я заказал заранее.
   Валерия поставила бокал на стол, развернулась к нему на стуле, оказавшись на одном уровне.
   - Ты хочешь сказать, что заранее все это спланировал?
   - Нуууу...
   - Аа-а-а-а, если бы я отказалась ехать с тобой?
   Он смотрел на нее с доброй улыбкой, подошел поближе, слишком близко.
   - Ну, куда бы ты делась? - тихо спросил он.
   И Валерия поняла: 'Он прав, никуда она от него уже не денется'. И руки сами легли на его плечи, а губы нашли его губы. Родион подхватил ее на руки и понес наверх.
   - Мы далеко?
   - Сначала спальня, потом еда, - между поцелуями разъяснил он.
  
   Через какое-то время все же спустились в гостиную, и Родион опять поставил разогреваться ужин. Валерия устроилась за столом, наблюдая за ним с улыбкой. Свет моргнул и погас.
   - Ты не против романтики? - услышала Валерия.
   - А ты еще и романтик!
   - С тобой поведешься...
   - Слушай, а чего это у тебя воет так?
   Без света звук вообще был сильным, стихийно-неуправляемым.
   - Метель же.
   - Это такая слышимость?
   - Дом деревянный, подветренная сторона. А ты боишься неуправляемых стихий? - попытался поддеть.
   - Нет, мне нравиться.
   Родион еще немного повозился и достал коробку со свечами.
   - И надолго это? - спросила Валерия, зажигая свечи.
   - Если общий обрыв, то в течении двух суток починят, а если только у меня, то надо будет идти завтра смотреть. Можно дизель завести, но не хочу сегодня с ним возиться.
   - Не переживай, я тебя наощупь найду, - успокоила его Валерия.
   Родион усмехнулся.
   - Я так и подумал, что свет нам не понадобиться.
   - Гурский, - позвала его.
   - Даааа, - вынырнул из темноты с тарелкой мяса.
   - А ты надолго в Иркутск?
   - Думаю, дня три можно будет спокойно отдохнуть, - положил ей на тарелку сочный кусок, устраиваясь рядом.
   - Расскажи, как ты там, в своей Японии живешь? - попросила она.
   - В Японии я не живу, в Японии я работаю. Живу я в Европе или здесь.
   А про себя добавил: 'Там, где ты есть'.
   - И как работается?
   - Ты знаешь, - задумался, - сейчас, это уже лавина, которая сметает все на своем пути. Процесс запустился и от меня уже мало что зависит, надо только вовремя быть в нужных местах, общаться с нужными людьми - немного корректируя траекторию этой самой лавины.
   - Устал?
   - Нет. Выспаться бы, конечно, не помешало, а в остальном все нормально. У тебя-то как?
   Валерия отпила вина.
   - Твоими молитвами. Погрязла в поисках персонала, а с квалифицированным персоналом труба. Восемь человек нашла, но, сам понимаешь, для такой махины... Еще и отсеются после проверок.
   - Посмотри корейцев, - посоветовал он.
   Валерия задумалась, идея неплохая, она и сама помышляла об этом, но не была знакома ни с их шкалой квалификации, ни с менталитетом.
   Проговорили на рабочие темы долго, незаметно переселились, с остаткам вина, на диван. Валерия постепенно и вовсе вся перебралась на Родиона - ей физически не хватало тактильного контакта с ним. Родион только довольно улыбнулся, прижимаясь к ее голове щекой, вдыхая ее запах, привлекая к себе. Вот оно, непознанное счастье, и только что не урчал от удовольствия.
   - Анджей, кстати в Иркутске.
   - Я в курсе, что ваша семейка всех приличных мужиков разобрала.
   - А вы с ним такими закадычными друзьями стали? - подняла голову Валерия с груди Родиона, чтобы посмотреть на него.
   - Нуууу, общаемся же. Иногда по нескольку раз на дню. Он сообщил, что едет в Иркутск. А зачем едет, догадаться не трудно.
  
   Утром Валерия проснулась часов в одиннадцать, но в спальне еще сумеречно, тихонько выскользнула из-под руки Родиона, подошла к окну и глаза расширились на манер совиных.
   - Обалдеть, - поразилась она вслух.
   За окном лежал пол метровый слой снега и, судя по затянутому небу, столько же еще обещало высыпать. Родион на ее тихий возглас легко поднялся с кровати, сна ни в одном глазу - Валерия опять позавидовала такой привычке быстро просыпаться - подошел сзади и тоже выглянул в окно.
   - Даааа, - обнял сзади ее за плечи. - Ты куда-то торопишься?
   - Вообщем-то нет, - довольно нежилась в его руках. - Но интернет мне необходим, - посмотрела снизу вверх на него, - Сделаешь?
   - Конечно, - коснулся поцелуем ее губ. - Дизель запустить пару минут делов. За тобой завтрак.
   - Зааавтрак, - задумчиво почесала Валерия нос. - Бутерброд с колбасой тебя устроит. У тебя колбаса есть?
   - Все что угодно из твоих рук, - пропел он, дурным голосом, удаляясь из комнаты.
   Позавтракать получилось не скоро в силу физиологической притягательности двух объектов. После завтрака уселись друг напротив друга за широким кухонным столом каждый со своим ноутбуком. К Валерии в скайп тут же нахально постучалась Хелнка. Видео Валерия не включала принципиально, а вот поговорить нужно было.
   - Привет, и как тебе отдыхается? - осторожно начала Хелена.
   - Привет, ты вчерашних кандидатов посмотрела?
   - Еще нет, мне бы с Гурским поговорить и желательно не в аське, кивни ему, чтобы скайп включил или подошел к твоему компу.
   Родион, с кривой улыбкой смотрел на Валерию поверх обоих мониторов, Валерия вопросительно на него.
   - Хелен, ты в гадалки у нас записалась?
   - Да тут и к гадалке ходить не надо. Вы в он-лайн одновременно вышли.
   - Давай ты сама с Родионом общаться будешь, - скорчила рожицу ему.
   - Гурский, - заорала она, - у нас нестыковка с японцами по пунктам восемь и двадцать четыре. Твои орлы вчера мне переслали их претензии, да и на твою почту, наверняка, тоже.
   Родион быстро нырнул в свой комп, открывать документы.
   - Хелен, ну чего ты впустую тут глотку дерешь. Напиши, укажи, обоснуй, - пыталась образумить Валерия родственницу.
   - Гурский, - снова раздался требовательный рев из динамик компа, - решить надо до понедельника.
   - Хелен, я понял, сделаю, - по-деловому бросил он со своего места, повысив голос, чтобы она его услышала.
   - Ценю, - довольно ответила та.
   - Я посмотрю, что ты скажешь, когда я тебе ценник выкачу, - повредничал Родион.
   - А я рассрочку у тебя попрошу, - расхохоталась Хеленка.
   - Тогда уж кредит под приличный процент.
   - Лерка, как ты с ним живешь! - очень натурально возмутилась та. - Он же так и норовит нас без штанов оставить.
   'Ты же замуж за него хотела' - напечатала Валерия.
   - Кх, кх, - раздалось с Валериного компа. - Это было мимолетное желание. Я пересмотрела его.
   Родион вскинул глаза на Валерию, та удивленно пожала плечами.
  
   Часа через два, прочитав, ответив, написав, сделав все, что можно было, Валерия, с чистой совестью легла на диван и включила книжку. Родион подтянулся минут через сорок, прилег рядом, притянул к себе Валерию, накрыл обоих пледом.
   - Я посплю немного, ладно?
   Она в знак согласия коснулась губами его лба. А через пару секунд мозг выдал завистливо с нотками ехидства: 'Идиллия, просто семейная идиллия'. Валерия посмотрела на уже спящего Родиона и все внутри ее улыбалось: 'Маламучище моё'.
   Родион тоже наслаждался каждым мгновением этих часов: и когда видел ее глаза, наполненные нежностью, и когда разгребал утром снег, а она была внутри ЕГО дома и готовила ЕМУ завтрак, и когда сидела в метре от него и работала, и сейчас, обняв Валерию, чувствуя ее заботу, ее безмятежность, ее доверие к нему. Все это вместе окрыляло, умиротворяло и давало силы. Он вообще, последнее время, Лерку чувствовал, даже на большом расстоянии, именно чувствовал и понимал, что от нее ожидать в следующий момент, даже если она сердилась, бунтовала, отталкивала - он был уверен в ней, в ее отношении к себе, знал, что не предаст.
  
   После ужина полусидя, друг напротив друга, все на том же диване, в позе сытых удавов, каждый почитывал свою книжку. Валерия еще успевала, ухмыляясь, отвечать по аське на ехидные замечание Хелены: 'Личной жизни должно быть в меру! Не стоит перенапрягать Гурского...', и заботливые вопросы сестрицы: 'Тепло ли тебе, девица? Будешь теперь мламутить, пока сугробы не растают?' За окном по-прежнему бушевала метель. Почувствовав на себе взгляд Родиона, подняла от монитора глаза с вопросом. Он несколько задумчиво, словно решая для себя спросить или нет, смотрел на нее, увидев, что привлек внимание, все же решился:
   - А ты Полянского все еще любишь?
   Валерия удивилась, помедлила с ответом.
   - Да. Мне кажется, что я всегда буду его любить, - спокойно, с теплотой, честно ответила она. - Он отец моей дочери, - улыбка коснулась ее губ. - И он необыкновенный человек, я больше таких людей не встречала. Ежи словно из другого мира...Я была с ним очень счастлива. Все это до сих пор дает мне силы.
   У Родиона по телу пробежал неприятный холодок. Он смотрел в ее глаза, а внутри начинала подниматься ревность. Смотрел и не знал, что спросить: 'Что она тогда делает здесь, на его диване, если до сих пор любит мужа? Зачем тогда вообще все это? И как он, снова во все это влез?!'
   Валерия видела, как уголки его губ поползли вниз, формируясь в презрительную усмешку, чувствовала, что он борется сам с собою. Родион справился и спокойно, даже, с интересом спросил:
   - А ко мне у тебя что? - слегка сузились глаза, задержал выдох, страшился получить ответ.
   - А тебя я люблю, как мужчину, - очень просто ответила она. И сама удивилась, как оказывается все легко, когда принято для себя решение.
   Валерия увидела, как расслабились его плечи, разгладились напряженные мышцы лица, взгляд потеплел, губы слегка дрогнули в улыбке.
   - Я понял, - еще несколько секунд смотрел в ее глаза, потом вернулся к книге.
  
   Родион лежал без сна - выспался днем. Валерия почти сразу уснула, прижавшись к нему, ветер по-прежнему бился в окно спальни. Пролежал с открытыми глазами еще пол часа и, неохотно вылез из кровати - надо проверить почту и доделать доп. соглашения, чтобы лингвисты успели поправить ко вторнику. Спустился вниз, открыл ноут и, пока кипятил чайник, заваривал чай, успел просмотреть новые письма. Налил себе большую кружку горячего напитка, уселся за стол и начал разбираться с документами.
   Сосредоточиться полностью не получалось, что-то мешало, потеряв минут сорок на попытки вникнуть в лингвистические формы пунктов договора, отодвинулся от стола и прислушался к себе. Перебрав мысленно несколько причин, которые могли ему мешать, начиная от непогоды и до срыва контрактов. Тревоги не было, просто не комфортно. 'Ладно, еще раз попробуем!' - снова придвинул стул к столу. Минут десять блуждал глазами по документу, внимание рассеивалось, мысли отвлекались на что угодно, кроме него. 'Лерка' - наконец всплыла причина. 'Да ну?' - удивился он. 'А проверю!'
   Подхватил ноут и поднялся в спальню. Валерия спала. Родион присел на кровать, бросив взгляд на Валерию, улыбнулся, открыл ноут и, не заметив как, полностью ушел в правку, дополнения, сверку, калькуляцию. Через какое-то время от неудобной позы затекла шея, оторвался от монитора, потянулся и с удивлением нашел подтверждение своей малоправдоподобной догадки - вот она, сладко посапывает на его кровати. 'Тоже мне, батарейка энерджайзер, но работать рядом с ней почему-то получалось горааааздо продуктивнее'. Хотя условий для комфортного труда в спальне не было.
   Бесшумно вышел из спальни, вернулся почти сразу с креслом из библиотеки и маленьким столиком. Устроился с комфортом напротив 'батарейки' и, на этот раз, мгновенно погрузился в работу.
   Ближе к утру, почти полностью переписав основные пункты, все больше и больше стал отвлекаться - основное сделал, осталось по мелочи, немного подустал, мысли все чаще возвращались к своей батарейке. Сначала мимолетно посматривал на нее, потом все чаще. И мысли-то почему-то были совсем не радужные. 'Послезавтра разлетимся в разные полушария, и когда снова встретимся непонятно, да и в каком настроении встретимся?' Родион усмехнулся: 'Как-то слишком быстро ты стал домашним, да еще и зависимым от ее присутствия рядом'.
   С другой стороны, Родион спокойно принимал то, что так для него лучше. Сейчас лучше и так правильно. Может быть, позже что-то и измениться, но сейчас он нуждался в Валерии. Нет, он сможет обойтись и без нее, но зачем идти против неких невидимых, но очень ощутимых законов мироздания? Ладно, с этим разобрались и признали. Только вот заковырочка... Родион еще месяц, как минимум, месяц нужен в Японии, а Лерка должна быть в Варшаве и Мюнхене. Месяц, конечно, не срок, но как показывает опыт их взаимоотношений, за этот месяц может черте что произойти. Надо что-то придумать, как обезопасить их отношения.
   - Ты чего монашишь по ночам? - спросила Валерия, которая пару минут назад проснулась.
   - Выспал весь лимит днем.
   - Слабак, - по-доброму усмехнулась она, повозилась, удобнее устраиваясь под одеялом.
   А Родиона снова теплая волна счастья затопила до самых берегов: 'Леееерка', отложил ноутбук и залез к ней под одеяло, она прижалась к нему: теплая, расслабленная. Удобно устроив голову у Родиона на плече, уже сонно прошептала: 'Побудь со мной пару часиков' и уснула.
  
   Освоившись на чужой кухне, завтрак Валерия готовила на раз-два. Родион, спустившись сверху, наблюдал втихушку за ней. Она что-то подпевала радиостанции, по ходу комментируя собственную готовку.
   - Замечательно, - обрадовалась она, - первый блин комом. Все как надо, - выбросила блин в мусорное ведро.
   Родион незаметно подошел к ней сзади, обнял, зарылся носом в волосы, поцеловал в шею.
   - Ты так эротично смотришься на моей кухне.
   - Удивительно от тебя было бы услышать что-то иное, - ответила на его поцелуй, контролируя степень готовности блина, - Женщина со сковородкой на кухне, в твоем понимании, всегда эротична.
   Родион уселся за стол, подперев подбородок кулаком, продолжал наблюдать за ней. Было что-то нереальное в том, что они вот так по-семейному общаются, Лерка готовит ему блины, ночует в его доме, просыпается в его постели. И немного страшно, как долго это продлиться? Через три-четыре дня он проснется в съемной квартире в Японии и ничего этого уже не будет в его жизни. Всплыли мысли, бродившие в голове ночью. Гарантии. Нужны гарантии.
   - Лер, - позвал.
   - Я-я-я-я, - пропела та, нарезая огурец.
   - Давай распишемся.
   Увидел, как она напряглась, движения стали медленными, огурец кончился, взялась за помидор.
   - Ты сторонник условностей? - сделала слабую попытку отшутиться, отдав все свое внимание помидору.
   Родион, заинтересованно, подошел к ней.
   - Ты мне отказываешь?
   Валерия старательно нарезала: 'Черт, помидоров больше нет' в мелкое месиво несчастный овощ.
   - Мне ни одна женщина не отказывала, - как показалось Валерии, уж слишком потрясенно пытался выглядеть Родион.
   - Это потому что у тебя опыта мало, - подняла на него кукольные глазки, усиленно хлопая ресницами.
   - Твоя правда. Ты единственная женщина, которую я замуж зову, - слегка возмутился Родион.
   - Да что-то? - к маханию ресниц присоединила идиотско-счастливую улыбку. - А что, первый брак не в счет?
   - Ксении я предложение не делал, - тихо, спокойно ответил, - там была чистая сделка, ее родственники настояли на регистрации.
   - А может одного раза достаточно? - серьезно спросила.
   - А ты мне причину скажешь? - заинтересованно прищурился.
   Валерия вздохнула, похмурила складочками лоб, настраиваясь.
   - У нас у каждого своя жизнь: ты месяцами мотаешься по миру, я в последнее время со своим графиком собственного ребенка несколько часов в месяце вижу. Зачем усложнять и без того сумасшедший ритм? Можно же просто жить в своем темпе, своей жизнью и встречаться друг с другом.
   Вроде все, что хотела, сказала. Родион молчал, глядя ей в глаза, ожидая продолжения. У нее продолжения не было.
   - А теперь давай я скажу, - помолчал, собираясь с мыслями. - Я не хочу, чтобы мы порознь жили каждый своей жизнью, в своем темпе. После нескольких дней, недель 'своей жизни' мы очень сильно отдаляемся друг от друга, и я, если честно, уже зарекся прогнозировать, что можно ожидать от наших встреч: или ты меня пошлешь, или дело закончится бурным сексом.
   Валерия смотрела удивленно.
   - Я не хочу узнавать от Анджея, Хелены, собственной матери о важных событиях в твоей жизни. Я хочу принимать в них участие, я хочу быть в курсе того, что у тебя происходит.
   - Я же ничего не скрываю, - опешила Валерия.
   - Лер, дело в другом, - отмахнулся Родион. - У нас две разные жизни, все, что нас связывает это отношения девочка-мальчик, застрявшие на первичной стадии. Но этого уже мало. Я хочу стабильности. Хочу, чтобы ты звонила мне в любое время, хочу сам тебе звонить без останавливающих мыслей: 'А вдруг не вовремя, вдруг помешаю', - Родион пристально смотрел на Валерии. - Лерка, ты мне позвонила всего раз. Раз! За все наше многолетнее знакомство. Словно тебе все равно, что со мной. Почему ты мне не звонишь?
   - Нууу, - растерялась она, - мы не настолько близки, чтобы я тебе звонила по любому поводу и в любой час дня и ночи.
   - И я о том же, - грустно усмехнулся. - Между нами очень большая дистанция. Меня иногда просто вымораживает эта пропасть, которую ты старательно поддерживаешь. Ты чего боишься?
   - Родион, - 'ну как ему все объяснить?' - Я сейчас не настроена что-либо кардинально менять в своей жизни.
   - Но впустить-то меня ты в свою жизнь можешь?
   Валерия старалась не отвести глаз, но взгляда его серых глаз не выдержала - не хотела сейчас говорить о причине, которая не давала ей полностью отдаться собственным чувствам и обнадеживать Родиона.
   - Лерка, - слегка тряхнул ее за плечи, возвращая, таким образом, к себе, - ты мне нужна, нужна везде, постоянно. Мне нужна уверенность, что ты будешь со мной всегда.
   - Я не могу тебе дать подобных гарантий, - тихо ответила она, не поднимая глаз от стола, - Да и ты тоже.
   Он поджал губы, прищурился, не отводя взгляда от ее опущенных глаз, словно прислушивался то ли к ней, то ли к себе.
   - Я готов рискнуть.
   Родион видел, чувствовал, что она не договаривает.
   - Слушай, может проще мне все рассказать? Чего ты так упираешься? А я уж решу, насколько твоя причина весома для отказа.
   Валерия непроизвольно усмехнулась: 'Можешь не сомневаться, более весомой причины для тебя на свете не существует. Может и правда сказать, чтобы не подпитывать его надежду? Нет. Сейчас попробую обойтись и без этого'.
   - Родион, у нас у каждого есть свои тайны, секреты. Я же в твои не лезу.
   - Ты о чем?
   - Ты мне тоже далеко не все рассказываешь о своей бурной жизни.
   Родион немного смутился.
   - Ты что имеешь в виду?
   'Моя жизнь? Работа? Все, что касается корпорации Полянского..., она все это знает лучше меня. Собственные проекты? Вряд ли. Может, где-то мои интересы пересеклись с их корпорацией? Нет, только косвенно. Что еще может быть? Отношения с женщинами? Ксения!'
   - Если ты о Ксении, то наши отношения закончились и остались в прошлом.
   - Иногда след из прошлого тянется, - кисло пробормотала Валерия себе под нос, имея ввиду, больше свое прошлое, чем его.
   - Лер, - серьезно смотрел ей в глаза. - Я хочу с тобой иметь семью, детей.
   Уловил, что она напряглась на его последней фразе.
   - Я не смогу родить тебе детей, - медленно деревянным голосом произнесла она, наконец, решившись посвятить его в свою причину.
   - Не понял, - опешил он.
   - По медицинским заключениям, - надеялась обойтись краткой информацией.
   - Да твою ж в Бога душу мать, - разозлился Родион, но Валерия видела, что злиться не на нее. Резким движением руки случайно смахнул со стола тарелку на пол. Это немного отрезвило его, возвращая в реальность, на собственную кухню.
   - Нет, вот ты мне скажи, - усмехнулся он, - почему у нас с тобой все ни как у людей?!
   Валерия смотрела на Родиона и понимала, что любит его, безнадежно любит. Но, надо было именно сейчас расставить все точки над I, проговорить все, чтобы между ними, наконец, появилась ясность. Родион прав, так вечно продолжаться не может. Конфетно-цветочный период - это всегда приятно, но... но... но... нужна определенность, чтобы обоим стало понятно куда двигаться дальше.
   - Что врачи говорят?
   - Забеременеть и родить сама я не смогу, с первым придется повозиться... там целый список показателей к отрицательному результату, а на счет родить - кесарево. Главная проблема - это выносить здорового ребенка хотя бы до шести месяцев, - все это она говорила без эмоций, сухо, но Родион понимал, что этим она прикрывает и боль, и горечь, но было еще что-то.
   - Как-то ты не слишком убиваешься? - присмотрелся к ней.
   - У меня есть Кирка, - усмехнулась она.
   - И какие прогнозы у нее?
   - Более оптимистичные.
   - Значит, надежда, все же есть? - не верил, что все так безнадежно.
   - Родион, я хочу, чтобы ты предельно четко понимал: во время аварии у меня были серьезные внутренние повреждения: это и по женские, это и травма позвоночника, это еще парочка менее серьезных. Помимо того, что забеременеть мне, по мнению врачей, не возможно. Так и сама беременность, по мнению тех же врачей, опасна для жизни обоих: и матери, и плода.
   - Так ты поэтому упираешься?
   - На мой взгляд, это весомая причина.
   - И что нам делать?
   - Ты хочешь семью, детей?
   Родион, молча, смотрел на нее.
   - У тебя есть все шансы это осуществить..., - помолчала, отключаясь от собственных эмоций, которые били острыми иголками изнутри, - с другой женщиной, - старалась, чтобы голос не дрожал. - Начать встречаться, строить отношения. Мне кажется, что проблем с этим у тебя не должно быть, - Валерия по живому рвала ниточки, связывающие себя с ним.
   - У меня только с тобой нет проблем, как показывает собственный опыт, - немного резко вырвалось у него.
   Валерия натянуто улыбнулась.
   - Если со мной у тебя нет проблем, то я даже страшусь представить, как строятся отношения с остальными женщинами. Но, - улыбка стала грустной, - с другими женщинами у тебя гораздо больше шансов стать отцом.
   - Ты как-то, - растерянно пожал он плечами, - решила уже все за нас обоих.
   Она смотрела на него, такого родного и близкого, любила каждую его черточку, каждую клеточку, любила его любого и научилась постепенно принимать и понимать его, но... но... свои проблемы вешать на него не честно. Не правильно.
   - Ты же реалист. Я тебе дала полную раскладку в отношении себя. Посмотри трезво на вещи.
   Родион в упор смотрел на нее, не желая отступать. Валерия понимала, что он просто уперся и сейчас что-то говорить ему бесполезно - все равно не услышит.
   - Давай пока оставим все как есть, пусть пройдет немного времени: неделя, месяц..., - предложила она.
   - И что это решит?
   - Это позволит взглянуть более трезво на наши отношения...
   - Да уж куда 'более трезво'.
   - Ну, не ворчи. Сейчас все равно не до серьезных отношений ни мне, ни тебе. У тебя японцы, у меня - запуск центра.
   - Это все отговорки. Время можно найти всегда, было бы желание.
   - Родион, - категорично прервала его Валерия, - давай вернемся к этому разговору чуть позже, - немного смягчила том, - если будет к чему возвращаться. Сейчас ты знаешь все, на досуге просчитаешь и решишь.
   День только начался, а настроение у обоих было ни к черту. Валерия жалела о том, что сказала, но тянуть дальше с этим было нельзя. Хотела попросить Родиона, чтобы отвез ее в город уже сегодня, но понимала, что по лесной дороге сейчас не проехать. Снег прекратился, но намело его столько, что нужно время пока он, самотеком растает, либо надеяться на грейдер. Специально никто никого не игнорировала, но молчание накаляло пространство. Родион работал за ноутбуком, Валерия читала книжки, иногда ловила на себе его задумчивые взгляды, часто сама посматривала на него.
   Передвигались по дому странными маршрутами: Валерия после завтрака переместилась на диван с книжкой, Родион остался за столом, проверяя информацию. Через какое-то время, видя, что он поглощен работой, тихонько поднялась в спальню, где и заснула. Проснулась через пару часов - Родион работает, сидя рядом в кресле, которое появилось этой ночью в спальне. Увидел, что она проснулась, оторвался от монитора.
   - Я тебе тут корейцев нашел, кинул ссылки на них, поглядишь?
   - Спасибо.
   Валерия спустилась вниз, Родион с компом минут чрез двадцать тоже появился, устроился за столом. Она выпила чаю, думала пойти во двор помахать лопатой для разнообразия, но неутихающий ветер быстро отговорил от этой затеи. Вспомнила, что у Родиона есть неплохая библиотека, пошла поискать себе нового чтива, там увлеклась просматриванием корешков, а когда выбрала книгу, то увидела, что Родион сидит тут же, на диванчике уткнувшись в комп. Удивилась. В комнате, где располагалась библиотека прохладно, поэтому прихватив пару книжек, вернулась в гостиную, налила в два фужера вина, один поставила рядом с собой, и с комфортом устроилась на диване, обложившись подушками, закусывая вино мандаринами, погрузилась в чтение. Вскоре появился Родион, пришел, уселся с другого конца дивана - все это не отрывая взгляда от монитора. Валерия с удивлением посмотрела на это.
   - Гурский, - наконец не выдержала, - ты чего мечешься?
   - А? - через пару секунд до Родиона дошло, что от него что-то хотят.
   - Ты чего по дому мигрируешь загадочными маршрутами?
   - Лерка, ты бы прижала попу, - посмотрел на нее и снова вернулся к монитору, продолжая говорить, но мыслями был весь в работе, - мне ответить на пару писем надо, а я не могу сосредоточиться. Тут двойной перевод, пока до сути докопаешься, пока ответишь. У меня к тебе просьба, посиди минут сорок на одном месте, а то у меня уже от тебя голова кружиться.
   - Не поняла? Ты меня бдишь что ли?
   - Если бы, - немного с досадой ответил Родион, - Просто с тобой у меня быстрее получается.
   Валерия не нашлась, что на это ответить, сначала посчитала это комплиментом, но видя, что Родиону сейчас не до них, решила удостовериться экспериментально. Минут через двадцать потихоньку сползла с дивана и на мягких лапах пробралась к лестнице на второй этаж, между этажами было окно и батарея, там и пристроилась с книжкой на ступеньке. Читать не получалось, с любопытством наблюдала за Родионом, через какое-то время он начал маяться: поморщился недовольно, почесал в задумчивости переносицу, скривился, поднял голову от компа, поискал глазами Валерию, не нашел, прикрыл на мгновение глаза, после чего уверенно направился прямиком к лестнице, где и обнаружил пропажу.
   - И давно это у тебя?
   - Еще десять-пятнадцать минут, отправлю и потом буду в состоянии думать о чем-то другом, - попросил он, присаживаясь на автомате, на ступеньку в паре метрах от нее, быстро набирая текст.
   Валерия была под впечатлением. К Киркиным 'странностям' она привыкла давно, но вот то, что и Родион на расстоянии ее чувствует, это сюрприз. Он, тем временем, закрыл крышку ноутбука и подмигнул Валерии.
   - И давно это у тебя? - спросила она.
   - Что именно?
   - Вот это, - обвела руками то место, где он устроился.
   Родион скривил губы, не хотел, чтобы об этом кто-нибудь знал и тем более Лерка. Не привык зависеть.
   - Вчера обнаружил.
   - И как это работает? - домогалась Валерия.
   - Нуууу, если ты в радиусе двух-трех метров, то у меня концентрация сильно возрастает.
   - А если меньше? - заинтересовалась она этим феноменом.
   Родион усмехнулся.
   - Тогда концентрация с мозгов стекает гораздо ниже.
   Валерия смотрела на него с интересом маниакального ученого, препарирующего подопытного кролика.
   - А ты что-то специально для этого делаешь?
   Родион на мгновение задумался.
   - Нет, просто впускаю тебя в свое пространство. И пользуюсь этим, - кровожадно добавил он, - экономя свои силы.
   - А почему я тогда не чувствую вмешательства?
   - У нас с тобой энергии дополняют друг друга, потому тебе тоже комфортно в моем обществе, - немного снисходительно улыбнулся он.
   - То есть ты можешь любого человека использовать в качестве ресурса?
   - Нет, работа с пространством очень энергозатратный процесс, проще выставить щиты и никого не пускать, рассчитывая только на себя.
   - Тогда не понимаю, зачем ты тратишься на то, чтобы меня протащить в свое пространство, потом нужно восстановиться, а уж потом можно и подпитываться.
   Теперь Родион смотрел на нее с интересом.
   - Ты неужели, правда, ничего не чувствуешь?
   Валерия прислушалась к себе.
   - Нет, - искренне ответила.
   - Ты сметаешь все мои щиты, не глядя, без напряга проходишь мои границы в обе стороны. Причем без напряга и для меня, и для себя.
   - То есть? Дело во мне?
   - Думаю, дело, как обычно, в НАС.
   - Это все твои тибетские штучки?
   - Нет, - Родион задумался. - Между нами это с самого начала было, сейчас стабильности больше, поэтому все более ровно, спокойно.
   Валерия в теории все это знала, но сама так тонко чувствовать не умела.
   - Лер, мы на самом деле, очень подходим друг другу.
   - Если бы подходили, тогда бы все было просто и легко, - грустно констатировала она.
   Родион развел руками.
   - Видимо, что-то мы не так делаем...
   - Слушай, а ты и раньше говорил, что умеешь считывать эмоции, - припомнила она.
   - Умею, - прикинулся скромнягой, но довольными глазами посверкивал.
   - И меня умеешь?
   - Тебя в особенности умеешь, - усмехнулся он.
   - А как тогда объясняются твои выпады ревности?
   Родион поморщился, почесал переносицу. В своих слабостях по-прежнему признавался не охотно.
   - Я же не святой. Интуиция интуицией, чувства чувствами, но у меня есть еще и голова, а когда она начинает думать и сопоставлять то, что видит, то бывают косяки и меня заносит. И вообще, не чего давать повод! - припечатал он.
  
   Родион улетел к своим японцам, Валерия вернулась в Варшаву. Жизнь пыталась войти в привычную колею. Получалось это не совсем продуктивно. У Валерии неожиданно начал пробуксовывать реабилитационный центр, правительство приняло новый закон, и теперь юристы фонда пытались урегулировать противоречия между старой трактовкой и новой. Ситуация рано или поздно разрешиться, но денег в проект вложено не мало, сроки отодвигались, инвесторы начинали возмущаться, Валерия потихоньку нервничать.
   В корпорации то же все шло не гладко. Обнаружилась утечка информации по новым разработкам - о них знала только узкая группа давно работавших, проверенных специалистов. Выявилось это случайно, Хелена решила отправить Родиону минимум информации с пробными тестами, чтобы он прикинул кому и как это можно предложить. Переправка, как обычно, проходила по закодированному каналу. В ответ пришло сообщение: 'Буду в пятницу, организуй встречу с начальником безопасности и парой толковых программистов по безопасности'. Хелена вызвала еще Анджея.
   В пятницу Родион выложил перед Хеленой и Анджеем аналогичное предложение с краткими выкладками от тех же москвичей. В приемной ждали сотрудники собственной безопасности. После напряженного вчитывания Хелена с Анджеем задумались, Родион отошел к окну, попивая чаек с конфетой.
   - Мы опоздали? - спросила Хелена.
   Анджей молчал, потом развернулся к Родиону:
   - Что скажешь?
   - У них нет конечного результата, иначе была бы полная информация.
   Хелена с Анджеем переглянулись, потом уставились на Родиона.
   - Ищите откуда утечка. Это уже второй раз за год. Куда смотрит ваша безопасность не понятно.
   - Они в приемной, поприсутствуешь? - Хелена выглядела расстроенной.
   - Вы поговорите, а я послушаю.
   Разговор продлился около часа, все вместе (за исключением Родиона) прикидывали, на каком участке могла сливаться информация, кого из людей надо проверить, где сменить коды доступа в программы. Родион все это время сидел в стороне, отвечая на почту.
   - Ну что скажешь? - окликнула его Хелена, когда народ оставил их втроем.
   - Тот, который Ральф нервничал сильно, не знаю по какому поводу, но проверить его не помешало бы. А начальника пора менять, подотстал он от жизни, сейчас столько всего нового, а он ни сном ни духом. Всю информацию по всем новым проектам передаем только лично, пробные партии переправляем тоже лично, либо от вас человек едет, либо пусть японцы сами приезжают и сопровождают. Сократить круг доверенных лиц до минимума. Всех новичков перепроверять по нескольку раз, если есть малейшее подозрение, то провоцировать, - быстро, сухо давал он рекомендации.
   - Родион, это нереально, - покачала головой уставшая Хеленка.
   - Значит, будете терять деньги, шпионаж в большой организации неизбежен, нужно пресекать его на корню, чтобы другим было неповадно, - Родион посмотрел на часы. - Мне пора.
  
   Родион торопился в аэропорт, через час должен приземлиться Леркин самолет, сам Родион улетал вечером. Времени, чтобы нормально пообщаться у них сегодня не будет, но хоть увидеться, поговорить, поэтому решили часа три-четыре просто посидеть в ресторане аэропорта в зоне отлета. Родион встретит Валерию, она проводит его.
   Рейс Валерии немного задерживался, но не критично, Родион не торопясь зарегистрировался, прошел в зону вылета, уселся за столиком заранее оговоренного с ней ресторана и заказал себя чаю, пообедают позже вместе. Увидел ее минут через сорок, катила перед собой тележку с ручной кладью и говорила по телефону. Подошла ближе, улыбается, заканчивает разговор, Родион поднимается ей навстречу.
   - Привет, - прижимается к нему всем телом.
   По привычке, зарывается носом в ее волосы, ее запах. 'Леееерка, родная', Чувствует ее радость, ее мягкость, ее нежность, но есть еще что-то... на физическом уровне - боль. Немного отстраняется, заглядывает в глаза.
   - Ты как?
   - Соскучилась, - в ее глазах сейчас только радость.
   'Опять тайны, что-то же болит и сильно'. Но времени слишком мало, чтобы тратить его на разборки.
   - Пообедаешь со мной?
   - Даааа, - и потянулась к нему губами.
   Через какое-то время все же попросили меню.
   - Пить будешь? - спросил Родион.
   - Да, ээээ, - на мгновение задумалась, - нет, сегодня, нет.
   Родиону это тоже показалось странным, но в подробности не полез. Определились с меню, Родион достал комп.
   - Давай состыкуем наш с тобой график на ближайший месяц, - предложил он.
   - Я пару неделек смогу выкроить только ближе к марту, - взгрустнула Валерия.
   - Пару неделек, это знаешь ли роскошь, на данный момент не доступная никому. Я могу пару дней разгрузить в сам новый год. Может, ты ко мне приедешь?
   Валерия грустно улыбнулась.
   - А что? Тогда можно будет и недельку выкроить, - уговаривал Родион.
   - Прости, я бы рада, но... через неделю уезжаю в Китай на пару недель.
   - Чего там делать? - по-деловому удивился Родион.
   - Надо немного подлечиться, расслабиться, отвлечься, - к концу фразы перешла на шутливый тон.
   - Что случилось? - Родион стал вмиг серьезным.
   Валерия поморщила носик, не хотела посвящать его в свои проблемы, но все равно же узнает.
   - Надо спину подлечить.
   - Что? Случилось? - повторил свой вопрос Родион, пристально вглядываясь в ее глаза. Отметил, что сам начинает волноваться. Зная в каком темпе в последнее время живет Валерия, понимал, что пара недель в санатории - для это должно случиться что-то очень серьезное.
   - Родион, - устало улыбнулась она, - давай не будем о болячках, словно парочка в геронтологическом центре.
   - Все так плохо? - губы изогнулись легкой улыбкой, а глаза серьезные.
   - Наоборот, - излишне бодро опровергла Валерия, - все очень неплохо, чтобы на этом заострять внимание.
   - Просто скажи, - серьезно попросил он.
   Валерия вздохнула: 'Вот ведь дотошный'.
   - Позвоночник устал, требуется стимуляция, а может просто отдых, а может и то и другое. Съезжу, специалисты посмотрят, помогут.
   - А давай в Японию, там специалисты лучше.
   - Нет, у меня китайцы больше доверия вызывают. К тому же рекомендации очень хорошие, Кирка специально наводила справки.
   - Ясно, значит, о дальнейших твоих планах можно будет узнать только после возвращения из Китая, - закрыл он ноутбук.
   Валерия рассмеялась.
   - Родька, на самом деле, все не так смертельно.
   В ответ улыбнулся, а сам сканировал ее, его волнение перешло в тревогу. 'Ладно, тут осталось-то меньше месяца'.
   Принесли заказанную еду. Оба голодные, поэтому уничтожили ее быстро, Валерия попросила себе еще сладкого и пока ждала, нырнула под крылышко к Родиону, он с готовностью, уже привычным для нее жестом распахнул объятия. Посидели, молча, наслаждаясь близостью.
   - Как ты справляешься? - спросила Валерия, оторвав голову от его плеча и заглядывая в глаза.
   Родиона просто распирала изнутри нежность, смешанная с тоской по Валерии. Он коснулся губами ее лба, щеки, глаз, губ. Нацеловавшись до головокружения, Валерия снова вернула свою голову ему на плечо, еще теснее прижимаясь к нему. Помолчали, млея друг от друга. Принесли десерт с чаем, Валерия не торопилась отрываться от Родиона, чувствуя успокаивающую волну безмятежности, которая исходила от него, подпитываясь ею. Раньше почему-то не замечала этого. Потом все же потянулась к чайнику.
   - Ну, так, как ты справляешься? - наливая в его кружку зеленого кипятка, поинтересовалась.
   - Пока справляюсь, но если честно, потихоньку начинает задалбливать такой режим. К марту, думаю, будет полегче.
   Валерия удивилась первой части его фразы.
   - Ты же сам взял такой темп. Можно было с чипами вообще не завязываться до весны.
   - Ну, - усмехнулся Родион, - сейчас уж чего. Я рассчитывал, что у такой крупной корпорации есть сплоченная команда. Как все это вытягивал Полянский один, не знаю.
   - Вы справитесь? - бросила она взгляд на Родиона, отламывая кусочек торта.
   - Да куда ж мы денемся? Ноооо, - Родион недовольно покачал головой, - нужна команда, кадровую политику надо в корне менять и подбирать нормальную команду и начинать с управленцев. Это, в общем-то не мое дело, но..., вдвоем они не вытянут будущие объемы. Я доведу свою часть до стабильности, но это не решит основной проблемы.
   - Ты, знаешь, это год, наверное, такой. Сейчас он закончится и будет полегче. Всем полегче. Персонал подберется, нервотрепка с контрактами уляжется. Москвичи наконец отваляться.
   Родион притянул к себе Валерию, заглянул близко-близко в глаза, слегка прищурился.
   - Лерка, выходи за меня замуж, - сказал как-то обыденно, с легкой улыбкой, словно это уже давно решенное дело, осталось только напомнить Валерии, чтобы не забыла.
   Валерия утонула в его глазах, плыла на волнах блаженства и готова была на веки вечные остаться с ним на этом диване в аэропорту, через какое-то время стряхнула с себя наваждение.
   - Я прям сейчас не могу.
   Родион не отпускал ее, молча, ждал ответа, нужного ему ответа.
   - Почему для тебя так важен штамп в паспорте?
   - Не знаю, - уголки губ слегка дрогнул, поджались губы, - так правильно будет.
   - Я хочу понять, зачем тебе этот официоз нужен.
   - Мне ты нужна, можем не устраивать ни платья со шлейфом, ни оркестра. Давай просто распишемся.
   - Слушай, - у Валерии мелькнула мыслЯ, - а давай сделаем долгую помолвку. Как раньше было... Объявим, что отныне мы жених с невестой, - слегка поморщилась от своих слов. - Это прокатит?
   Родион на секунду задумался.
   - Не-а, - рассмеялся он. - Ты чего торгуешься?
   - Ты просто масштаба изменений не представляешь. Нужно определяться и со страной проживания, и с квартирным вопросом, и Каролинке в школу в этом году.
   - Хорошо, - коснулся поцелуем ее губ, - давай в марте об этом поговорим.
   У Валерии непроизвольно вырвался вздох облегчения.
   - Извини, - смутилась она, - но сейчас, правда, не до замужества.
  
   Проводив Родиона до выхода в самолет, Валерия взяла такси и покатила на квартиру к Хелене, их бывшую с Ежи квартиру, сама там жить после аварии так и не смогла, поэтому поселилась Хеленка, со временем перестроив все по своему вкусу, и после ремонта, Валерия смогла там нормально себя ощущать.
   Плохо стало еще в машине. Последние четыре дня Валерия была на обезболивающих, расслабляющих медикаментах. Укол поставила перед выездом в аэропорт, после посадки приняла таблетку. Боль вернулась и начала требовать своей дозы еще при Родионе, но Валерия крепилась, удалось, не привлекая его внимания, выпить таблетку, но это была слабая мера, хватило всего на час и вот сейчас придавило. Валерия скрипела зубами, чтобы не закричать от боли. Рассчиталась с водителем, выползла из машины, по стеночке дошла от лифта до квартиры Хелены, нажала кнопку звонка, впрочем, без особой надежды, хозяйка обычно приходило поздно, если вообще приходила. Стиснув зубы, ждала, когда очередной спазм закончится, ключ от двери достала еще в машине, но даже вставить его в замочную скважину не было сил, перед глазами все плыло. Дверь открылась сама, Хеленка, увидела бледную скрюченную Валерию, подхватила ее под руки, затащила в квартиру.
   - Я сейчас могу отрубиться, - быстро, сквозь зубы говорила Валерия, - в сумке ампулы (назвала лекарство), вколи, пожалуйста, внутримышечно половину дозы, - и сорвалась на крик.
   - До кровати, дивана дойдешь? - Хелена быстро нашла лекарство и шприц.
   - Нет, коли тут, - боль не давала сделать ни шага.
   Хеленка быстро вымыла руки, набрала лекарства, вколола. Минут через пятнадцать Валерия смогла разогнуться и подскоком, волоча ногу, ушла на кухню - она была ближе всех, рухнула там на диван. Хелена принесла подушку, плед, увидела, что Валерия вцепившись в край дивана, стиснув зубы, терпит очередной спазм, от боли бежали слезы. Что делать она не знала, просто ждала дальнейших указаний. Минут через пять Валерия отдышалась, достала из другой коробки еще одну ампула. Отдала Хелене.
   - Это обезболивающее, его можно всю дозу, тоже внутримышечно. Минут через двадцать.
   - А до этого я что колола?
   - Что-то расслабляющее-расширяющее. Можно только в таком порядке.
   - Слушай, может, скорую вызовем?
   - Думаешь, поможет? - скривилась Валерия, пытаясь шутить.
   - Да я же только стакан воды смогу подать, - начала паниковать Хелена.
   - Не трусь, - усмехнулась Валерия, - это уже не мало. Следующий спазм должен быть слабее, я надеюсь.
   Через час Валерия более-менее пришла в себя, а Хеленку, наоборот, начало подтряхивать. Пришлось теперь приводить в чувства ее. В чувства приводили по средствам коньяка, который удалось силком в нее влить, вторую порцию та приняла уже сама и, наконец, немного расслабилась.
   - Лерка, ты дуррррра, да? - допытывалась она, пьяной не была, просто сказывался пережитый стресс, и напряжение последнего времени.
   - Хелен, лимончиком занюхай, огурчиком закуси.
   - Ты почему до такого состояния себя довела? - со всхлипом кричала она.
   - Так случилось.
   - Так было же все нормально, - Хелена отпила еще коньяка.
   - Ну, не совсем нормально, просто жизнь поспокойнее, режим более щадящий, йогой не три раза в неделю занималась, а два раза в день.
   - Все, нахрен. Я тебя отстраняю от всех дел в корпорации.
   - Да я бы с радостью, но кого на мое место возьмете?
   - Я не знаю, - и тут Хеленка разревелась, словно маленькая девочка - дошел алкоголь. - Я вообще не знаю, что дальше делать, я не справлюсь, я уже не справляюсь с этой махиной. Меня любая мелочь производственная, непредвиденная ситуация вышибает из колеи. У меня не хватает знаний, не хватает опыта, банально сил не хватает. Лееееркааааа, я не могу больше, - рыдала она во весь голос.
   Валерия ее понимала, не женское это дело ворочить такой махиной, да, некоторым женщинам это под силу, но Хеленка была Женщиной, сильной, умной, но Женщиной, и истинная природная сила Хеленки была в ее слабости. А то, что делала она последние несколько лет, не любому мужику под силу. Валерия подлила еще коньячку. Сейчас главное расслабить нервную систему.
   - Может ты со мной, чего же я в одиночку? - хлюпнула носом Хелена.
   - Ты мне дозу расслабляющего уже вколола, обойдусь.
  
   Утром подруги встретились на кухне.
   - Лер, ты как?
   - Нормально, обкололась.
   - Чего делать думаешь?
   - Кира нашла санаторий в Китае профилирующий по моей теме. Надеюсь, что поможет. Даже больше чем уверена, что поможет.
   - Одна поедешь?
   - Хочешь со мной?
   - Хочу, но, - грустно улыбнулась, поведя обреченно плечами.
   - С Кирой собрались, Каролинку родителям закину на пару недель.
   Валерия поставила перед невесткой чашку с кофе.
   - Хелен, надо что-то делать с корпорацией.
   Та только на манер болванчика, обреченно утвердительно закивала головой.
   - Лер, я не знаю, что делать. Вернее знаю, нужен хороший управленец, руководитель, но где взять такого человека?
   - А Анджей?
   Отрицательно покачала головой.
   - Анджею это не интересно. Он очень хороший исполнитель, он просто не заменим на этой должности, но нужен человек, который бы все ниточки держал в руках, и в нужный момент знал за какую именно дергать. Нужен такой, как Ежи, - немного помолчала, что-то вспомнив. - Я не знаю как было при Ежи, но почему я об утечке информации узнаю ни от собственной очень хорошей службы безопасности, а от Гурского - наемного работника, который через десять минут после получения документов знал, что у нас крыса, причем с точностью до недели, когда произошла утечка, а начальник безопасности и его лучшие специалисты удивленно хлопали глазами?
   - Нууу, может быть, если бы у них была та же информация, что и у Гурского, они бы тоже очень быстро сообразили что к чему.
   - Да не в этом дело, - отмахнулась Хелена. - Дело в принципе.
   - Хелен, команду можно подобрать новую, не сразу, а постепенно.
   - Можно, но это все время. У нас новых специалистов тестируют, - она начала загибать пальцы на руке, - специалисты по профилю, психолог, проверяет безопасность. И после всех проверок, допусков пятьдесят процентов отсеиваются уже через месяц. Каааак? Как можно так тестировать, проверять?
   - Отсеиваются по какой причине?
   - Разные, - равнодушно пожала плечами Хелена, не отрывая взгляда от пустой чашки.
   - Хелен, ты сломаешься, ищи человека на свое место.
   Она с надеждой подняла на Валерию глаза.
   - Гурский. Идеальный вариант.
   - Ты с ним говорила на эту тему?
   Хелена поморщилась, словно от головной боли.
   - Я закидывала пару раз удочки...
   - Условия озвучивала?
   - Да, - обреченно пожала плечами, - Лер, поговори ты с ним.
   - Я не уверена, что ему это надо. После вчерашнего разговора... как я поняла... у него другие планы, он доведет свои контракты, договора до стабильных поставок и все.
   - Может он, хотя бы, японский сегмент на себя полностью возьмет?
   - Это проблемы все не решит. Ты же сама сказала, что нужен в принципе управленец, который бы руководил всем.
   - Вот он бы и руководил, не вдаваясь в подробности, а плотно занимался только Японией.
   Валерия рассмеялась.
   - Да ты мечтательница. На счет персонала, переговори с Кирой. Она иногда, очень редко, но подбирает персонал в крупные организации, может быть у нее получиться сработать дистанционно, либо сюда приедет.
   - Да? - оживилась Хелена. - Слушай, а ведь и правда, она же может свести всю информацию воедино и сказать подходит нам этот человек или нет.
   - Договаривайся.
  
   Перелеты до Китая Валерии запомнились плохо, Иоанна, видя в каком состоянии невестка, предложила свою помощь в сопровождении, где-то подстраховать Валерию, где-то за внучкой присмотреть, да и Новый год в Сибири не встречала. Дня за три до вылета Валерии пришлось перейти на более сильное обезболивающее, оно притупляло внимание и клонило в сон, но она хотя бы передвигаться могла. Еще был люфт в пару-тройку часов между приступами, когда действие прошлой дозы заканчивалось, и мозг резко светлел, но этого хватало ненадолго, постепенно боль возвращалась, можно было еще терпеть с часик, а потом боль наваливалась по новой. Валерия, исходя из этого, постаралась рассчитать время уколов и дозу так, чтобы хотя бы в аэропортах быть в адекватном состоянии.
   А в Иркутске, с благодарностью переложила заботу о собственном теле на сестру, та увидев Валерию, слегка струхнула, Кира знала, что боли сильные, но и представить не могла, что настолько все плохо. Перелет из Иркутска в Шеньян осложнился еще и тем, что препарат, назначенный лечащим врачом Валерии, был запрещен в Китае. С кучей справок и всевозможных разрешений пронесли в самолет пару инъекций, чтобы перед самой посадкой в Китае обезболиться. Паспортный контроль, таможня, получение багажа - один час. От аэропорта до санатория дорога занимала четыре часа, водитель уложился в три, но все равно этого слишком много. В санаторий, посреди ночи, Валерию вносили на носилках, идти сама не могла - боль отключила сознание. Сразу же что-то вкололи, поставили капельницу, проспала до утра.
   А с самого утра понеслось: анализы, рентгены, замеры, МРТ и прочие процедуры, связанные с собиранием анамнеза. Серьезных процедур пока не назначали. Дня через два в коридоре лечебницы к ней подошла китаянка в возрасте, внимательно заглянула Валерии в глаза и поманила рукой за собой в кабинет. Посадила на стул, посчитала пульс, осмотрела горло, уши, ногти, потом показала несколько упражнений, которые Валерия за ней повторила, задумалась на несколько минут и что-то начала медленно говорить. Валерия в ответ только улыбалась - ничего не понимала. Китайское лекарство оказалось намного приятнее, не было резких перепадов от спазма до спазма, боль притупилась, уйдя в тугое напряжение, голова оставалась светлой, и настроение было радостно-приподнятое.
   Женщина, видя, что собеседница хоть и приятная, но на вид глуповатая - по-китайски не говорит, понимать не понимает, поэтому кому-то позвонила и минут чрез пятнадцать в кабинет зашла девушка переводчица. Она все выслушала, слегка удивилась и обратилась к Валерии.
   - Это СиуЛинь, теперь вы будете проходить лечение под ее присмотром.
   - Что это значит?
   У китайцев устроено все своеобразно: как такового лечащего доктора не было, который бы корректировал весь процесс, есть куча врачей, отвечающих за свой сектор. В серьезных случаях, собиралась комиссия, и совместно принимали решение, что делать с пациентом. Валерии подобная комиссия вынесла свой вердикт вчера, когда доктора решили, что видна вся картина заболевания, прописав очень плотный график дальнейшего ее излечения. Валерия еще не успела попасть ни на одну серьезную процедуру, можно сказать только настроилась, урегулировала расписание посещения процедур и специалистов - на это ушло половина сегодняшнего дня и тут снова...
   - СиуЛинь составит вам план реконструкции вашего организма.
   Валерия улыбнулась, переводчица китаянка и объяснялась дословно. 'Реконструкция, так реконструкция... Может, что-то заменят, может что-то новое добавят'.
   - Большую часть процедур будете проходить у нее, под ее присмотром. Это вам мой телефон, если будет нужна помощь, просто позвоните.
   - Хорошо, сейчас вы сможете остаться, чтобы я поняла, что от меня потребуется?
   СиуЛинь оказалась забавной теткой, маленькая, сильная, всегда улыбающаяся, она даже не стала смотреть, что прописала Валерии комиссия из главных светил санатория, все лечение назначила сама, расписав график пациентки до минуты. Валерия под диктовку переводчицы переписала себе памятку. Почему-то СиуЛинь она доверилась сразу и без боязни отдала свое измученное болью тело в ее руки. Ближе к вечеру вернулась боль, но какая-то притупленная, Валерия терпела, утром жестами показала своей врачевательнице, что больно.
   - Холёсё, больнё - это холёсё, - радостно в ответ закивала головой и что-то поправила в своих записях.
   Процедуры СиуЛинь все делала сама: и иголками тыкала, и массаж, и капельницы, и уколы, самый простой электрофорез не доверяла сестрам санатория, и даже лекарство варила сама. Дней через пять Валерии стало совсем хорошо - в тело вернулась детская легкость.
   Кира проходила лечение по своей программе, их пути с сестрой пересекались только в номере, где отдыхали после обеда и ночью, но сил на разговоры в первые дни не было. Столкнувшись как-то в коридоре с Кирой, у дверей СиуЛинь сестры делились мнениями о методах особо изощренных пыток у китайских целителей. Дверь в кабинет открылась и СиуЛинь, жестом пригласила Валерию внутрь, задержала взгляд на Кире, слегка удивилась, присмотрелась внимательнее и пригласила еще и ее зайти. Пока врачевательница крутила, массировала, делала примочки, закалывала иголками, и прочее Валерии, Кира молча, сидела рядом. СиуЛинь только улыбалась ей, потом замочила Валерию в очень вонючую ванну и, наконец, приглашающим жестом позвала Киру на кушетку. Что она делала с сестрой, Валерия не видела, слышала только, что СиуЛинь монотонно что-то пела. С того дня еще и Кира стала забегать к СиуЛинь на пару часиков.
   Киру СиуЛинь отпустила в срок, проговорив с ней напоследок через переводчика пару часов, а с Валерией была категорична - она должна остаться минимум на неделю, а лучше две. Кира была полностью на стороне врача.
   - Если она скажет, что ты должна полгода тут прожить, будешь жить полгода!
   Валерия попыталась еще раз переговорить через переводчика с ней, но СиуЛинь только улыбалась и отрицательно кивала головой. Выйдя из кабинета, переводчица поделилась:
   - За последние три года вы у СиуЛинь единственная пациентка за которую она взялась.
   - Почему? Она же вроде неплохой врач? Или нет? - с подозрением посмотрела на китаянку.
   - Говорят, она самый лучший лекарь, но она со странностями. Не всех берется лечить.
   - Почему?
   - Не знаю. Говорят, что может подойти к кому-нибудь на улице и взять его в пациенты, и говорят, что очень больным за большие деньги может отказать.
   - А в санатории тогда как она работает? - удивилась Валерия.
   - Она очень умная, пишет много науки, много знает, некоторые ее за это не любят, некоторые бояться. И это очень престижно иметь ее в санатории.
   - А мне кажется, что она очень хороший человек.
   Китаянка посмотрела на нее как на человека не от мира сего, быстро попрощалась и ушла.
   Кира уехала в свое время, а у Валерии дней через пять началось обострение, которому очень обрадовалась СиуЛинь. Утром пациентка не смогла сползти со своей кровати - ног не чувствовала, спина тоже онемела. Испугалась до жути, лучше уж боль, чем парализация, потом успокоила себя как сумела и попыталась дотянуться до мобильника, чтобы позвонить переводчице и сообщить о своей проблеме. Не-а, никак - ночью душно, Валерия вставала открыть форточку и улеглась головой в другую сторону, телефон стоял на тумбочке, в ногах, руки действовали, но все ниже ребер было неподвижно. 'Как русалка с мертвым хвостом. Хорошо, что не уехала'. Началось обострение, о котором предупреждала СиуЛинь. Остается только кричать, в надежде, что соседи-китайцы ее правильно поймут. Но тут дверь открыли, и в комнату вошла улыбающаяся СиуЛинь.
   - Холёсё, больнё - это холёсё.
   - Нет, - замотала головой Валерия. - Боли нет.
   - Холёсё, холёсё, - улыбалась врачевательница, а сама в это время слушала пульс, внимательно заглядывала в глаза, щупала ноги.
   Потом позвонила кому-то и развернула бурную деятельность по поднятию на ноги пациентки. Ближе к вечеру Валерия смогла шевелить конечностями и вздохнула с облегчением - жизнь начала налаживаться.
   За день до отъезда, Валерия попросила переводчицу, подойти в кабинет к ЛиуСинь, чтобы поблагодарить чудесницу, та на все Валерины благодарности только улыбалась и кивала головой.
   - Холёсё, холёсё, все холёсё.
   Валерия собралась уже уходить, как СиуЛинь бросила какую-то фразу, переводчица переспросила. Та в ответ только улыбнулась.
   - СиуЛинь сказала, что в этом году хорошо иметь ребенка.
   - Что она имела в виду? - уже в коридоре спросила Валерия.
   - Не знаю, - равнодушно ответила китаянка, - она всегда странная.
  
   С запланированным мартовским отдыхом неувязки начались с самого начала.
   - Родион, давай числа с десятого марта, - просила Валерия по телефону, - Я ребенка за последний месяц видела раза четыре и весь январь без меня у нее прошел. Она меня скоро даже на фотографии перестанет узнавать.
   - Так бери ее с собой. И покупается, и с нами побудет.
   - Уговорил, - удивилась Валерия такому простому решению.
   - А давай я еще и с матерью переговорю, может у нее тоже желание возникнет съездить?
   - Если ты обозначишь, что поедет Каролинка, то Александра Феликсовна чемоданы уже завтра начнет паковать, - усмехнулась Валерия. - У них с Иоанной тихая конкуренция идет в отношении ребенка, а тут Каролина будет в полном ее ведении целых две-три недели. Можно я сама ее порадую?
   - Хорошо, гостиницу я выберу, билеты куплю, тебе переправлю.
   - Лучше, если билеты мы сами на себя возьмем, мне стыковки надо посмотреть. Ты скажи к какому числу мы там должны быть. И как будем обратно возвращаться? Ты с нами или порознь.
   Родион задумался.
   - Думаю, что я с вами. За пару недель я все закончу, мои парни останутся еще на недельку на случай непредвиденностей. Так что, с седьмого-восьмого марта я буду уже свободен.
   - Ок, тогда жду от тебя дату и место где нам приземляться.
   К вечеру Родион скинул всю информацию по отпуску. Валерия на следующий день забежала к Александре Феликсовне заполучить ее согласие, была свидетелем счастливейшего лица, и пятнадцатиминутных метаний от шкафа к чемодану. Чуть позже выкупила билеты, и начала подготавливаться к отъезду. Времени две недели, но если отдохнуть хочешь без напрягов со стороны Хелены, инвесторов, строителей и прочих, как то Марио, у которого каждый год после замы случалась хандра и ему требовалось поговорить за жизнь и уверения в его гениальности, нужно все заранее сделать.
   За неделю до отъезда Родион без внятных объяснений поменял один остров на другой, мотивируя: 'Так будет лучше для всех', Валерия не стала допытываться об истинной причине, дел без этого невпроворот, к тому же билеты менять не пришлось, так как лететь все равно до одного города, только ехать в противоположную сторону, разница между двумя курортами 400 километров. А за три дня до вылета, Родион предупредил, что ему придется задержаться.
   Валерия с семейством разместилась в отдаленном бунгало с огороженной территорией и небольшим бассейном, на две спальни. Плюсом было то, что чистейшее море плескалось в десяти метрах от дверей, а отдыхающие тусовались на территории самой гостиницы, тут же тихо, спокойно и ночью слышен шум волн. Пару дней провели на море, не отходя далеко с территории отеля, Валерия соскучившись по ребенку, все время проводила с ней. Александра Феликсовна нашла турагенство и начала соблазнять Валерию с дочерью куда-нибудь съездить. Валерия сама ехать наотрез отказалась, но Каролинку с бабушкой Сашей благословила на все безумства в разумных пределах, решив, в их отсутствие, ответить на письма, которые скопились за время отъезда.
   В первый же вечер за ужином в отеле к ним за столик подсел мужчина, услышал русскую речь, и взыграло любопытство - русские здесь редкие гости. Сейчас в отеле отдыхали только Валерия с семьей и Вадим, так звали мужчину. Он был приятный, обходительный, даже слишком, постарше Валерии, лет на семь-восемь. Валерия понимала, что ему тут откровенно скучно, но становиться его развлечением желания не возникало. Вадим, казалось, этого не замечал. Девушка его заинтересовала, и он всеми доступными ему способами, старался привлечь не только ее внимание к собственной персоне, но и заполучить на время отпуска ее всю.
   - А поначалу он мне не показался таким назойливым, - покачала головой тактичная Александра Феликсовна, когда в очередной раз, Валерия отказалась куда-то идти, ехать, плыть, смотреть, бог еще знает чем заниматься с Вадимом. За последние пару дней Вадим успел ее достать по самое 'не хочу' и своим вниманием, и своей обходительностью, и своим обаянием, и своей харизмой. Он действовал без нахрапа, пошлости, был очень обходительным, вежливым, изобретательным на идеи, но оооочень настойчиво. Валерия хотела просто валяться на пляже, играть с Каролинкой, читать книжки, молчать, не желала сейчас кого бы то ни было развлекать. И где, в конце концов, Гурский застрял?
   Утром, провожая Александру Феликсовну с Каролинкой в двухдневное путешествие, зашла на рецепшен, попросить фруктов в дорогу дочери, получила пакет с провизией, вышла к микроавтобусу, который собирал желающих увидеть животных в их естественной среде обитания, и, нос к носу, опять столкнулась с Вадимом. Поймала себя на мысли, что хорошо бы и его в тур по сафари отправить.
   - Валерия, вот ты где? - весь из себя такой искренне-радостный.
   - Доброе утро, Вадим, - растянула губы в улыбке Горгоны.
   - Ты готова? Я взял напрокат мотоцикл, как договаривались, покажу тебе самые красивые места этого чудного острова, - попытался взять ее под локоток и направить в сторону стоянки.
   - Я с тобой не о чем не договаривалась, - с улыбкой отвечала, высвобождаясь от его рук.
   - Как так? - растерялся он, - Ты же сказала, что это хорошая идея.
   - А еще сказала, что один ты получишь гораздо больше удовольствия.
   - Лер, да брось ты, - включил он на всю мощность силу своего обаяния. - Хватай сумку и поехали.
   - Я никуда не поеду, - по-прежнему с улыбкой, но твердо ответила она.
   Вадим с интересом смотрел на нее, словно прокручивая варианты, на что она может 'купиться'.
   - Лер, ну что так как ребенок? - усмехнулся он. - Ты же в отпуске, ну так отпусти и отдохни на всю катушку.
   - Именно этим я планирую заняться, - улыбнулась она дежурной улыбкой, выискивая глазами зоопарковцев.
   - Лер, посмотри, какая ты зажатая, - он приобнял ее за плечи, привлекая внимание к себе, - Не съем же я тебя, в самом деле? Я вина хорошего купил.
   Валерия попыталась убрать его руки со своих плеч, но мужчина оказался упрямо настойчивым, сжав их сильнее, демонстрируя силу. Она подняла на него холодный взгляд, добавив по максимум стали.
   - Вадим, - твердо, немного повысив голос, произнесла она. - Я с тобой никуда не поеду. Меня это не интересует.
   Вадим, видимо, не привык получать отказы, а уж на отдыхе тем более, рук не убрал, только силу поумерил, в глазах появилась злая раздражительность.
   - Пошли ко мне в номер, у меня потрясающий вид, джакузи, - голос был веселый, а глаза не добрые, его руки начали жечь плечи.
   - Спасибо, у меня тоже все это есть, - жестко ответила она, не отводя холодного взгляда от его глаз, - не порти себе отдых, не трать на меня время.
   Он еще какое-то время бегал глазами по ее лицу, пытаясь понять, она всерьез или кокетничает, стряхнул пылинки с ее плеч и убрал руки.
   Валерия несколькими минутами раньше почувствовала, словно ее ласкает чей-то взгляд, ощущение необычное и непривычное - раньше такого за собой не замечала. С удивлением обернулась, чтобы посмотреть на кого это она так реагирует, и дыхание перехватило от заполняющей все ее существо нежности - Гурский. Губы сами растянулись в улыбке от уха до уха. 'Гурский, маламучище мое'.
  
   Родион только приехал, оставив чемодан на улице, легко поднялся по трем ступенькам в холл и увидел, что с другой стороны Валерия вышла на улицу. При виде ее уже привычно затопило тихим счастьем до самых ушей. Направился в ее сторону. Весь диалог Валерии с 'павлином', так окрестил Вадима, слышал с самого начала. Сначала хотел вмешаться, но потом расслабился, наблюдая с улыбкой за ней. Через какое-то время Валерия развернулась и, увидев его, ушла вся в улыбку. 'Лерка', - шагнул к ней.
   Валерия с готовностью нырнула к нему в объятья, и мир вокруг перестал существовать. Не виделись месяца три, она только сейчас поняла, как сильно соскучилась по нему, что скучала каждый день, каждую минуту не хватало его. Вдыхала его запах, чувствовала тепло знакомых рук, а в ушах стоял звон пьянящего головокружения от его близости.
   Родион мазнул острым взглядом по 'павлину' и вернулся к Валерии, зарылся носом в ее волосы, дотянулся губами до ее шей и замер, впитывая ее пьянящие чувства в себя.
   Вадим смотрел на замершую пару, чувствуя неожиданную зависть, нет ни к этому парню, он нисколько не лучше его, зависть от того, что сам не испытывал никогда подобных чувств. Раздражение, что отпуск скоро закончится, а у него так и не получилось нормально отдохнуть от проблем. Злость на Валерию, что она даже не постаралась быть с ним милой, злость на этого парня, с которым она милая. Развернулся от счастливой пары и ушел к своему мотоциклу.
   Каролинка первая увидела мать, выходящую из гостиницы с пакетом, сначала терпеливо ждала ее в микроавтобусе, пока она разговаривала с Вадимом, но когда увидела дядю Родиона, то ракетой выскочила наружу, Александра Феликсовна успела перехватить ее в дверях, иначе бы навернулась. Она тоже увидела сына, но чувствовала, что сейчас они там лишние.
   - Каролинка, подожди хоть немного, пусть сначала мама с ним поздоровается.
   И две фигуры терпеливо замерли в пяти метрах от Валерии с Родионом. У Александры Феликсовны слезы на глаза навернулись, когда она увидела этих двоих вместе. Знала, что Родион начал сближаться с Валерией, но с сыном поговорить на эту тему дистанционно не получалось, а с Валерией считала не корректно, поэтому могла только надеяться, что все будет хорошо, а сейчас увидела их вместе и чуть не расплакалась от счастья. Валерия первая отлипла от Родиона, подняла на него сияющие глаза.
   - Привет.
   - Привет, - слегка коснулся он ее губ.
   - Дядя Родион, - налетел смерч в лице уже не мелкой Каролинки.
   - И тебе привет, - поднял высоко на руки, прижал на несколько секунд к себе, потом потерлись носами и завершили только им знакомый ритуал пожатием рук.
   - Ты теперь с нами жить будешь? - сразу приступила к выяснению дальнейших отношений Каролинка.
   - Да. Ты рада?
   - А маламуты с тобой? - так просто ее не купишь.
   - А без маламутов ты со мной жить не будешь? - улыбнулся он детской простоте.
   Каролинка задумалась, Родион в это время обнял мать, поздоровался.
   - С маламутами все же лучше, - с сожалением сказала Каролинка, - но, наверное, здесь им очень жарко будет, а вот когда приедем домой, то тогда ты к нам только с ними переезжай.
   Валерия впала в легкий ступор, Александра Феликсовна стеснительно отвела глаза, поджав нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, Родион протянул ладонь девчонке.
   - Договорились, - закрепил договор рукопожатием, - переезжаю к вам или вы ко мне.
   - Может, останетесь? - спросила Валерия Александру Феликсовну, - перенесем вашу экскурсию.
   - Вот еще. Мы же ненадолго, завтра к вечеру уже вернемся.
   Валерия повернулась к Родиону.
   - Держи ключ, я провожу и вернусь в домик, - посмотрела на часы, - Еще успеешь позавтракать.
   Родион прошел через холл за своим багажом, завтракать не пошел, просто заказал его в номер. Валерия подождала пока рассядутся путешественники, помахала отъезжающей с ними машине и чуть ли не вприпрыжку понеслась в номер. Соскучилась по Гурскому жутко, хотелось затормошить, затискать, просто прижаться, почувствовать его. Вошла в номер, Родион был в душе, принесли завтрак, накрыли стол на веранде. Валерия поправила цветы на сервированном столе, выпрямилась, прислушиваясь - вода в душе не бежит, обернулась. Родион стоял в проеме двери в легком халате с капельками воды на лице и шее, и любовался Леркой. 'Билииин, как же хорошо, когда тебя любят, тебя желают и смотрят вот так', - почувствовала себя очень счастливой.
   - Голодный? - спросила его.
   - Да, соскучился.
   - Я про еду, - улыбнулась глазами.
   Родион усмехнулся.
   - Никакой в тебе романтики, - сказал он.
   - Зато я заботливая.
   - Почему тогда это меня минует? - приподнял одну бровь в скептическом вопросе.
   - У тебя просто не хватает времени это увидеть.
   - Ничего, - шагнул к ней на встречу, - теперь его будет предостаточно.
   Полноценного завтрака с видом на море не получилось, сказалась длительность разлуки. В этот день вообще мало говорили, только на незначительные темы или шутили, больше чувствовали друг друга, нежились в тепле друг друга: и когда лежали в постели после первого страстного секса, и продолжительного второго, и нежного третьего. И когда неторопливо второй раз завтракали, обедали и ужинали на веранде своего бунгало, у Валерии сначала сбивалось дыхание при взгляде на Родиона: 'И вот это чудо - мое'. Их тянуло друг к другу - была физическая необходимость в прикосновении, легких поцелуях, прозрачных улыбках. Не хотелось ни о чем думать, ни о чем говорить, только чувствовать, ощущать, любить. На закате Валерия повела Родиона к морю, купаться не стали, забрались в гамак и тихонько любовались большой луной, морем с лунными бликами, плесканием волн.
   Валерия давно дремала на плече Родиона, он прижался губами к ее лбу, чувствуя безграничную благодарность ко вселенной, к Богу, к Валерии, за то, что она в его объятьях, за свое внутреннее счастливое спокойствие. Чувствовал сегодня ее безграничное доверие к себе, дело не только в сексе, дело в ощущениях - если женщина полностью открылась, так тебе доверяет, то она признала тебя своим мужчиной. Наконец-то! Валерия пошевелилась, не просыпаясь, дотронулась губами до его голой груди, прижалась теснее. Родион улыбнулся: 'Господи, спасибо'.
   Утро, серые сумерки. Валерия давно не спала, но просыпаться не хотелось. Чувствовала ровное дыхание Родиона - еще спит. Улыбнулась: 'Маламучище, мое'. Открыла глаза, посмотрела на причину своего умиротворения, перевела взгляд на окно. Обе спальни находились на втором этаже. Из этой спальне было видно море, часть пальмы и предрассветное небо. 'Пора вставать, вчера вечером йогу пропустила, надо идти заниматься, пока еще ветер с моря'. Валерия нежно поцеловала Родиона в висок, стараясь не разбудить, отняла руку от его груди, аккуратно начала снимать свою ногу с его живота. Он открыл ясные глаза, посмотрела на Валерию, одной рукой, которая лежала на ее ноге, вернул ее конечность на прежнее место, второй слегка сдавил ее плечо и снова ушел в сон. 'Приятно, черт побери, но занятие отменять нельзя'. СиуЛинь предупредила, что в течении года мышцы спины нагружать два раза в день и даже показала, какими именно упражнениями. Валерия подождала какое-то время, решив, что Родион заснул покрепче, попыталась проделать ту же процедуру.
   - Тебе чего не спиться? - снова открыл он глаза, и голос такой бодренький.
   - Я пойду зарядку сделаю, - предупредила его, высвобождая свои конечности из его рук.
   - Ну, пошли, я тоже сделаю, - и резво, словно на пружине поднялся с кровати.
   - А ты делаешь зарядку? - удивилась Валерия, одевая свободные штаны из тонкого хлопка.
   - Ну а как бы я иначе был таким красивым? - развел руками, поворачиваясь всем корпусом, демонстрируя себя во всей своей нагой красе.
   Валерия рассмеялась.
   - Одевайся, красавЕц, у моря прохладно.
   Сама натянула облегающую майку, сверху тонкую кофту, завязала внизу широкие штаны и повернулась к Родиону. Тот стоял в длинных пляжных шортах, ожидая ее.
   - Там прохладно, - удивилась она его легкой экипировке.
   - Я морозоустойчивый.
   - И у меня всего один коврик, - предупредила она.
   - Песок меня вполне устраивает.
   Дошли до берега, Валерия расстелила коврик на травке, подальше от песочка, и попросила:
   - КрасавЕц, стань где-нибудь, чтобы я тебя не видела.
   - Это еще почему? - не понял Родион.
   - Чтобы не отвлекаться на тебя, мне около часа надо.
   - Ну ладно, - слегка удивился Родион 'отвлечением', - я тоже постараюсь успеть.
   Валерия сделала обычную разминку, несколько силовых упражнений, все это сочетая с дыхательной гимнастикой, потом принялась за те крендели, которые показала СиуЛинь - силовой нагрузки особо они не несли - растяжка, расслабление, но тут была еще особая система дыхания. Пару раз кидала взгляды на Родиона, интересно же чем он там тренируется. Странная у него система тренировок, не иначе, как тибетские монахи обучили: постоял на голове, в прямом смысле на голове, воткнув макушку в песок, сложил ноги лотосом и каким-то образом закинул их на ствол пальмы для опоры. 'Ой', - удивилась Валерия. Было бы интересно посмотреть, в какой последовательности он это все делал. После третьего просмотра, 'чем это он там интересным занимается?' решила больше не глядеть в его сторону, так как мысли бессовестно отвлекались, игнорировав собственный процесс оздоровления и расслабления. Завершила занятие медитацией, улыбнулась напоследок всеми внутренностями и в блаженном настрое открыла глаза. Родион стоял метрах в десяти от нее, у кромки пенной воды, мокрый от купания, ожидая, когда она закончит.
   - И как часто ты делаешь подобную зарядку? - скептически спросил, когда она открыла глаза.
   - Дважды в день.
   - Что-то раньше я не замечал за тобой подобного.
   Валерия легко поднялась с коврика, свернула его, подождала пока подойдет к ней.
   - А ты как часто подобным занимаешься?
   - Хотя бы через день.
   - Я тоже за тобой этого не замечала.
   - Это потому, что мы больше трех дней вместе не бываем.
   - Вот и наверстаем на острове, - поцеловала его.
   Родион ответил на поцелуй, потом отстранился и внимательно посмотрел Валерии в глаза. Она в удивлении приподняла одну бровь.
   - Как на счет завтрака? - спросил он.
   - Все повара ресторана к твоим услугам.
   - Женщина должна готовить, жен-щи-на, и кормить своего мужчину, - назидательно разъяснил он.
   - Дааа? - удивилась Валерия, - а мужчина в то время, когда она готовит, чем будет занят?
   - Мамонта убивать, - удивился он тому, что она не знает таких простых истин.
   - А если женщина сама мамонта умеет добывать?
   - Ну не должна она этим заниматься, - поморщился он, - это мужское занятие.
   Валерия присмотрелась к нему. 'Шутит что ли? Да нет, серьезен. Та-а-а-ак, опять домострой шовинистский полез', - неприятно отметила про себя.
   - Ну хоть чай по чашкам разольешь?
   - Вообще-то, за столом, по этикету, мужчина ухаживает за женщиной. Но если ты считаешь, что это заменит готовку у плиты трижды в день, то могу и чай разлить.
   - Мы это с тобой обсудим, - пообещал он, обнял за плечи и повел ее в дом.
   Пока принимали душ, пока занимались разными непристойностями, пока Лерка привела себя в порядок, завтракать сели в начале десятого. Валерия демонстративно разлила кипяток по кружкам, демонстративно покидала в каждую по пакетику чая, демонстративно помакала пакетиком в чашке Родиона, демонстративно, под усмешливые комментарии Родиона поставила жирную галочку с датой в блокноте напротив пункта, написанного парой минут назад 'поработать женщиной'.
   - Лерка, женская суть, сама женская природа требует, чтобы женщина сидела дома, сохраняя, обустраивая семейный очаг, она от этого черпает энергию земли. Ну вот скажи мне, какая может быть энергия от вот этого? - он поплюхал чайным пакетиком у себя в кружке.
   - Не привередничай, тут нет нормального чая.
   - Да я в принципе.
   - Гурский, тебя чего опять на домостроевщину понесло?
   - Нууууу, март месяц...
   - Ты про мартовских котов намекаешь? - усмехнулась Валерия.
   - Я про нашу с тобой договоренность на счет марта.
   'Та-а-ак, шутить он не намерен', - тяжело вздохнула она, уткнувшись в свою чашку.
   - Леер, - позвал Родион.
   Она подняла на него глаза.
   - Родион, надо решить сначала с фирмой, что делать.
   Он недовольно скривился.
   - Пусть сначала Хелена определиться, что она хочет с ней делать.
   - Она хочет, чтобы ты ее возглавил, - с напряженным ожиданием посмотрела на него.
   С одной стороны Валерия понимала, что Родион идеальный кандидат, но что-то внутри не давало спокойной уверенности, что это лучший вариант. С другой стороны было просто жалко корпорацию, которую создал Ежи, с массой возможностей на сегодняшний день. Плохой управленец все это быстро превратит в ноль.
   - А нахрена мне это надо? Я Хелене объяснил, что не намерен 24 часа в сутки вкалывать.
   - Помоги найти человека.
   - Лер, это основной проблемы не решит. Вы определитесь чего хотите, развивать корпорацию, либо просто спокойно жить в свое удовольствие и получать дивиденды.
   Валерия в раздумье смотрела на голубую полоску моря: 'Блин, чего же делать-то?'
   - Ты-то чего переживаешь так? - удивился Родион.
   - В смысле? Это фирма моего мужа...
   На 'муже', Родион поморщился.
   - И мне не все равно, что станет с делом всей его жизни, и Хеленке тоже.
   - Лер, - серьезным тоном отвлек от самобичевания Родион, - Ты сама сейчас сказала, что это ЕГО дело, оно было ЕГО жизнью, оно ЕМУ приносило удовольствие, потому у НЕГО все на фирме легко и просто получалось, потому, что это было ЕГО!!! Ни Хеленкино, ни твое, ни Анджея, и уж тем более не мое.
   Валерия в молчании смотрела на него. Да, да, да, он сто раз прав, Валерия и сама это понимает, но что-то не дает отпустить эту тему.
   - Глупо класть свои жизни на алтарь, который вы создали посредством корпорации Полянского.
   Последнее больно резануло Валерию по сердцу, Родион это увидел.
   - Полянскому бы понравилось, что ты и его сестра не живут в полную силу, наслаждаясь жизнью, а мучаются угрызениями совести, на последнем издыхании волоча ЕГО дело? Лер, - он дотянулся на столе до ее руки, - Полянский создавал корпорацию под себя... чтобы радовать любимых людей прибылью от дела, которое он любил. Это не ваше дело. Если его не развивать постоянно, оно загнется, а на развитие у Хеленки нет энергии, потому, что это не ее дело, оно не приносит ей удовольствие.
   - И чего делать?
   Родион пожал плечами. Валерия сжала его руку, требуя ответа.
   - Решение принимаете вы.
   - Продавать?
   - Для Хеленки это наилучший вариант, второго Полянского она не найдет.
   - Ты с ней говорил об этом?
   - Нет.
   Валерия задумалась, продать такую махину грамотно, у Хеленки нет ни опыта, ни знаний, Анджей тоже не поможет, специалистов брать со стороны - не выход.
   - Тебя что напрягает? - спросил Родион.
   - Родион ты не представляешь какая эта махина. Там секретки только больше двадцати направлений, большая часть находится в разработке.
   - Откуда столько? - удивился.
   - Ежи был гений, - тепло улыбнулась Валерия, - дорабатываются еще его идеи, нового начали всего ничего.
   - Ну вы девочки и попали, - задумался на какое-то время Родион. - Давай так, я прощупаю почву как это можно с большей выгодой сделать, а ты поговори с Хеленой, если она даст добро, то можно будет попытаться продать если не целиком, то частями.
   - Хорошо, - размышляя, как все это провернуть, согласилась Валерия.
   - Лер, - позвал Родион, - давай с нами, что-нибудь решать.
   'Э-э-э-эмммм. Легко сказать, а как это сделать?'
   - Родион, сейчас я привязана к Варшаве и Кракову, частично к Германии. Летом смогу передать управление в руки нанятых людей по медцентру и школе, с корпорацией, сам понимаешь, никаких сроков нет. Через месяц нужно определяться с Каролинкой, в этом году начинается школа, можно, конечно первый класс обойтись частными преподавателями, но не хотелось бы.
   - Хорошо, до лета остаемся в Польше, решаем вопрос с корпорацией Полянского, покладисто согласился Родион. - Где будем жить в Варшаве?
   Тут тоже не все ровно-гладко. Можно купить общую жилплощадь, но смысл ее покупать, делать месяц-два ремонт, прожить лето, а потом продавать и переезжать в другую страну. Можно снять хорошую квартиру, но это вообще лишено смысла, так как жить вроде есть где: у Родиона трехкомнатная квартира с двумя спальнями, у Валерии та же ситуация, но у Родиона Александра Феликсовна живет, с ней Валерия ладила отлично, но жить привыкла одна. Можно съехаться к Валерии, но там надо будет немного перестроить квартиру. Будет тесновато, нет кабинета, но полгода, как временный вариант потерпеть можно.
   - Збышек хотел продавать квартиру, - подал голос Родион, видя великую задумчивость Валерии.
   Тут ситуация такая, дом в котором жили Иоанна и Родион с матерью, раньше был большим особняком на одну семью, с приходом советов на польскую территорию, его изъяли из частной собственности и поделили на четыре не равные по площади квартиры для начальников города. Квартиры получились неплохие: две больше по диагонали (их и занимали обе бабушки, площадь побольше у Иоаннины), и две поменьше. Збышек сосед Иоанны по этажу, квартирка у него самых скромных размеров. Соседка Александры Феликсовны молодая энергичная женщина в Варшаве жила редко, все больше во Франции.
   - А мы там не поместимся, - возразила Валерия, - или ты предпочитаешь ночевать этажом ниже?
   - Не дождешься, - заверил он ее.
   - На полгода сможем обосноваться у меня, - решилась Валерия, - но, имей ввиду, что Каролинка супер энергичная девица временами, и кабинета там не получиться сделать.
   - Слушай, а если к Збышеку мать переселить, я думаю, она будет не против, а в мою квартиру мы переедем. Меня район очень устраивает, с парковкой не так напряженно, как у тебя, и вольер под боком.
   Тут он прав, Родион после переезда смог договориться с администрацией района, о трех парковочных местах во дворе дома и специально переоборудовал для этого внутренний двор. Места поделили поровну: Родиону, Збышеку, Иоанне. Если Збышек переедет, то освободиться его парковочное место.
   - Давай сначала с Александрой Феликсовной, потом со Збышеком и дальше посмотрим, на первое время можно у нас остановиться будет.
   Вроде все пока гладко и без напрягов, Валерия даже удивилась, что так быстро нашлись решения.
   - Хорошо, с жильем решили, - подвел черту Родион. - На территории гостиницы, - как бы между прочим, продолжил он, попивая сок, глядя в стакан, - есть православная часовня, пожениться можно в ближайшую субботу, - и поднял на Валерию глаза.
   'Черт, черт', - запаниковала она, поерзала на стуле, немного отодвинулась от стола.
   - Си-деть, - спокойно скомандовал Родион, видя, что она на низком старте, - я чего-то не пойму, - усмехнулся. - Ты готова жить со мной под одной крышей во грехе, без венчания? - страшным голосом прокомментировал он.
   - Да, - быстро подтвердила Валерия, утвердительно несколько раз кивнув головой.
   - Не выйдет, - довооольный, как кот после крынки сметаны, - Я - мужчина честных правил, не грешу.
   'Ну вот еще и издевается!' Валерия мельком глянула на него и снова перевела взгляд на пальму, море, бугенвелию, краусан... 'Точно издевается!'
   - В моем случае можешь сделать исключение, - разрешила она.
   - И не подумаю. Мне резона нет.
   У Валерии внутри завозился червяк недоверия к этому довольному субъекту напротив. 'Что-то тут не так...' Она подняла на него глаза, внимательно присмотрелась, усмехнулась.
   - Так ты поэтому поменял гостиницу?
   - Ну, знаешь ли, ехать за 400 км, чтобы обвенчаться... Я не настолько романтичен.
   - Давай без регистрации обойдемся, - предложила.
   - Снова по новой. И чего мы без регистрации будем с тобой делать? - поинтересничал Родион.
   - То же самое, что и с регистрацией.
   - Лер, - устав от бесполезной дискуссии на эту тему, Родион потихоньку начал раздражиться, - разберись со своими нежеланиями до субботы, пожалуйста.
   'Чего?!! А не пойти ли вам... за более покладистой невестой?' - встала в позу Валерия, демонстративно развернув от него кресло в сторону моря и положив ноги на соседний стул.
   - Лерка-а-а-а, - позвал еще не жених.
   'Нет ее'.
   - Леееер. Ну чего ты, как маленькая.
   - Зато ты большенький, - огрызнулась в ответ.
   Родион рассмеялся.
   - Ты чего боишься?
   - Слушай, - повернулась к нему. - У нас сейчас хорошие отношения, без перепадов, без нервов. Ну... почти без нервов. Зачем все портить официозом? Потом начнется выяснение отношений, потом дележка кто, что кому должен, а потом нервотрепка с официальным разводом.
   - Лерка, ну бред же. Мы уже все с тобой выяснили.
   - У меня знакомые 18 лет живут БЕЗ регистрации душа в душу с тремя детьми.
   - А у меня знакомые 25 лет вместе живут, и счастливы В БРАКЕ.
   - Гурский, мы с тобой, как слепой с глухим.
   - Лерка, - усмехнулся Родион, - а я тебя не выпущу с острова, пока не распишемся.
   - Для тебя это так важно? - тихо спросила она, выпустив пар.
   Родион вмиг стал серьезным.
   - Да.
   Валерия смотрела на него, пытаясь что-то прочитать в его лице, найти ответы на невыясненные для себя вопросы.
   - Я подумаю, - пообещала она.
   - Нуууу, пять дней-то у тебя есть. Следующее венчание через месяц, - начал снова дурачиться.
   - Пойдем поплаваем, - позвала она, решив отвлечься от неприятных дум.
   Часов до двенадцати плавали, валялись на лежаках, Родион устроил себе пробежку в обе стороны острова. А Валерия размышляла. Толку от этого было чуть, с места она не продвинулась, замуж по-прежнему не хотелось. Догадывалась, в чем могла быть причина, но это скорее поверхность айсберга. Если переступить? Валерия знала хорошо это свое протестующее состояние, сразу же после свадьбы начнутся скандалы на ровном месте и инициатором будет она сама. Да что же за фигня такая?
   Она опасалась диктаторских наклонностей Родиона, его домостроевщины. Опять же дети... Если вдруг появится ребенок... ЕСЛИ... будем надеяться... Родион будет сумасшедшим отцом: у него накопился отцовский потенциал и ему не на кого его выплеснуть. Каролинку видит редко, с ней быстро нашел общий язык и общие интересы, но это чужой ребенок. А если после рождения ребенка пойдет что-то между ними не так, он же не отдаст ей ребенка, а если съедет с катушек, то еще и видеться запретит. Закон законом, но он просто физически сильнее. Да и не хочется тратить время, нервы, жизнь на ругань и выяснения отношений. Вот и стоит она горемычная (вернее лежит враздумьи), словно на развилке из трех дорог: и Гурского любит, и ребенка хочет, и не верит в совместное светлое будущее. Нет, оно, безусловно, есть это самое совместное и даже светлое, но без штампа, тогда никто ничего друг другу не должен.
   Родион вернулся с очередного заплыва, увидел Валерию в глубоком каматозе задумчивости. Удивился: 'Все так серьезно?' Обсох стоя, улегся на соседний гамак - она никак не прореагировала, только мазнула задумчивым взглядом по нему.
   - Лер, - позвал, привлекая ее внимание.
   - Да, - вернулась она в реальность.
   - А как ты за Полянского замуж вышла?
   - В смысле? - ошарашилась.
   - Ты же очень быстро за него вышла, не раздумывала, не металась, условия, скорее всего, не ставила.
   А ведь и правда, Валерия задумалась, мысленно вернувшись в то время. Она была другая, да и Ежи совершенно иной человек.
   - С ним все проще, - медленно ответила она, - тогда была уверенность в нашем будущем, в том, что мы подходим друг к другу, в нем.
   - А со мной что не так? - спокойно, пытаясь казаться равнодушным, спросил Родион, но потемнел глазами.
   - Не знаю, - искренне призналась, - я... я не вижу нашего будущего, у меня нет конечной точки куда двигаться.
   - Не понял, - удивился.
   - Это как..., - задумалась она. - Вот если мы с тобой порознь живем, тогда я свое будущее вижу на много лет вперед очень четко и до малейших деталей. Я его вижу, если мы живем вместе, но без штампа, тогда будущее немного нестабильно, возможны вариации, но в пределах терпимого: у меня свои цели, у тебя свои цели и мы, живя вместе, их достигаем, помогая друг другу. И полный мрак, если мы живем, как все - официально, тогда просто черная железобетонная стена вокруг и не знаешь где искать выход, от этого появляется напряжение, раздражение, паника.
   Помолчали.
   - А если просто не загадывать?
   - Да я не загадываю, я просто вижу какие-то картинки и мне так спокойнее, ну и еще... я уже привыкла жить одна.
   - А ты с Кирой не пробовала эту проблему решить?
   Валерия с удивлением воззрилась на него. К сестре она все меньше и меньше обращалась с подобными вопросами, научилась их разгадывать, решать сама.
   - Кира?
   - Она же хороший психолог.
   - А ты откуда знаешь?
   - Имел опыт, - слегка смутился он.
   - Тыыы? - не поверила Валерия.
   - Ну что я не человек?
   - Ты был на консультации у Кирки?
   - Короче, позвони сестре, и решите твою проблему на пару, - поднялся он с гамака, - пять дней, - показал он на пальцах и просто сбежал в правую часть острова.
   Повод, по которому он был у Кирки, Валерию не интересовал. А вот почему сестра взялась помогать решать его проблему - это уже может быть интересным. 'Нееее, нафиг чужих тараканов, со своими бы разобраться. Интересно, он контракт подготовил? Почему тогда не показал, я не Ксения, я каждую буковку на несколько раз перечитаю и переделаю в своих интересах, прежде чем подпишу. Сделаю-ка я его сама. Запросто, выдернуть болванку с нета, и прописать под себя пунктики'. И начала прикидывать с разных сторон, чего можно прописать и как себя обезопасить. Все-таки свое будущее Валерия до конца не доверяла Родиону. Посмотрела на часы, пора в тенек. Захватила полотенца, сумку с пляжа и направилась к домику. Увидела чью-то быстро удаляющуюся спину, спина мужская и кажется Вадима. 'Хорошо, что не пересеклись', быстрым гуськом дошла до домика. Приняла душ, устроилась в тенечке на веранде с компом, скоренько набросала договор.
   Появился Родион.
   - Привет, - поцеловал и отправился в душ.
   Валерия еще раз прошлась по брачному контракту, вставила туда свои и его данные, включая паспортные, внесла пару изменений и довольная отправила Родиону на почту.
   Снова нарисовался почти жених.
   - Обедать пойдем или сюда закажем? - спросила довольная собой Валерия.
   Гостиница располагала четырьмя хорошими ресторанами, плюс пару ресторанчиков на сваях в десятиминутной шаговой доступности.
   - Давай пройдемся, - предложил Родион, удивленный позитивным настроем почти жены.
   В ресторанчике над водой оказалось прохладно и вкусно, заказали вина под морепродукты, наслаждались трапезой и друг другом. Единственный неприятный фактор - это Вадим, бросающий взгляды в их сторону. Родион пару раз одарил его очень внимательными взглядами, хватило ненадолго. Начинает напрягать этот павлин. Вчера, когда ужинали, Родион слышал, что кто-то ходил вокруг их территории, сегодня за завтраком тоже кто-то ошивался рядом. Во время их купания-загорания, чувствовал, что за ними следят, причем это был один и тот же человек, и этот человек вот этот павлин. Под конец обеда спросил у Валерии.
   - Это кто? - показав глазами в сторону, где сидел раздражитель.
   - Неудачный поклонник, - тяжело вздохнула она.
   - Чего хочет?
   - Поклоняться. Что еще поклонники могут хотеть?
   Родион внимательно сканировал Валерию на предмет увиливания, обмана, недоговоренности. Нет. Доверял ей на сто процентов. Специально повода не давала.
   - Скучно просто мужчине, хочется развлечься, - отмахнулась Валерия от неприятной ей темы.
   - Ну так и развлекался бы, вон две девицы все глаза проглядели, причем на них большими буквами написано: 'Открыто'.
   - Вот и пообщайся, раскрой ему глаза.
   Родион бросил еще одни взгляд на него, Вадим медленно, но верно напивался, приканчивая в одиночку бутылку виски.
   - А где проживает поклонничек? - спросил на всякий случай, вдруг их бунгало рядом, потому и ошивается от безделья около них.
   - В основном корпусе.
   Позвонила Александра Феликсовна, поинтересовалась как их дела, как погода, как настроение.
   - Бабушка Саша, выход из-за печки не зачтен, говорите уже, чего хотели.
   - Лерочка, мы вчера останавливались в гостинице на речке, там у них такой зоопарк хороший на территории, прям по дорожкам ходят утки и павлины, а на завтрак приводят слоненка, а мартышек наоборот отгоняют. Можно мы еще останемся на одну ночь?
   - Александра Феликсовна, вы сильно не идите на поводу у Каролинки, если она у вас живого жирафа домой попросит, вы ей тоже его привезете?
   - Я бы привезла, - вздохнула она, - но он не влезет. Да мне самой понравилось.
   - Я не против, если вам это не в тягость. Если считаете нужным и возможным - оставайтесь.
   - Хорошо, - обрадовалась та.
   - Как она вообще там?
   - Хорошо, завтра договорилась, отвести ее в слоновью школу, слоны будут учить ее рисовать.
   - Понятно, - усмехнулась Валерия, - главное с собой учителя не привезите.
   - У тебя с моей матерью отношения лучше, чем у меня с ней, - прокомментировал Родион, когда Валерия положила трубку.
   - Приятельствуем, - согласилась она, - наши девушки задерживаются, обещались быть завтра.
   - Ну что? В номер? И поинтимничаем!
   - Мужчина я прям в растерянности, вам долгое воздержание в плюс или в минус пошло.
   - А ты еще не поняла?
  
   На закате Валерия опять отправилась к морю на зарядку, а Родион делать заплыв, после комплекса упражнений, Валерия зашла в море искупаться, как раз вернулся с дальнего заплыва Родион, уставший, но в хорошем настроении. Подплыл к ней и начал потихоньку приставать. Немного поцеловались.
   - Гурский, тут медуз много, не боишься? Вдруг они к тебе приставать начнут?
   - Ну что же делать? - грустно вздохнул он, - все клюют на мою привлекательность. Но лучше бы русалки, чем медузы.
   - Поплыли к берегу, всеобщая привлекательность.
   Пока ждали ужин, заказанный к себе на веранду, просматривали почту.
   - От тебя письмо, - прокомментировал вслух Родион, не отрываясь от компа.
   - Да-а-а-а, - довольно пропела Валерия, уткнувшись в свой.
   - Сегодняшним числом, обеденное время.
   - Да-а-а-а, все так и было.
   - А на словах сказать не можешь? - посмотрел поверх ноутбука на Валерию.
   - Я тебе брачный контракт отправила, - ответила она, быстро печатая ответ на Хеленкин запрос.
   - Чего? - обалдел Родион и через несколько мгновения расхохотался в полный голос.
   Валерия подняла на него глаза. Странно, не такой реакции она ждала.
   - Над чем смеемся? - уточнила.
   - Обойдешься без контракта, лучше о свадебном платье подумай.
   У Валерии вытянулось лицо, опешила сразу по нескольким поводам. Первое - он ей уже начал диктовать чем ей ЛУЧШЕ заниматься!!! Второе - была уверенна, что он составил свой контракт и только ждал удобного случая его подсунуть. Третье - он не воспринимает ее всерьез.
   - Что, даже читать не будешь?
   - И не подумаю, - развеселился Родион. - Нет, конечно, любопытно, чего ты там написала, но вряд ли меня это может заинтересовать настолько, чтобы я его подписал.
   - Я час своего времени потратила! - возмутилась.
   - Так я же не просил, - хитро усмехнулся он.
   - Ладно, не проблема, кидай мне свой, я ознакомлюсь, внесу свое видение, - пошла на мировую Валерия.
   - Обойдешься, - повторил он.
   Валерия зависла, переваривая информацию.
   - Ты вообще что ли его не будешь заключать? - через минуту спросила она, справившись с удивлением.
   - Лер, - Родион стал серьезным, - я с тобой разводиться не собираюсь ни при каких обстоятельствах, поэтому мне договор не нужен.
   - С Ксенией же развелся, - вырвалось у нее.
   - А при чем тут Ксения? - искренне удивился Родион.
   - А раньше ты настаивал на договоре, это у тебя называлось соломкой подстраховаться.
   - Не передергивай, - слегка поморщился он
   - Гурский, ты меня пугаешь.
   - Это пройдет, - пообещал он, - не сразу, но пройдет, запасись терпением.
   'Во, гаденыш, еще и издевается!'
   - Гурский, этот договор моя страховка, - почему-то разговор серьезным не получатся.
   - Придется без нее, - пожал плечами сочувственно.
   - Это мой спасательный круг на случай аварийной ситуации.
   - Учись плавать.
   - Я серьезно.
   - Я тоже. Я с тобой разводиться не буду, - чеканя каждое слово, повторил он.
   - Но мне-то с тобой можно будет развестись, - медленно, по словам с утвердительной интонацией произнесла Валерия.
   - Да кто ж тебе позволит это сделать? - искренне изумился он.
   'Пипец какой-то, то ли его, то ли меня переклинило. Вообще ничего не понимаю'.
   - Лер, зачем создавать семью, если ты заранее настраиваешься на развод?
   - Я не настраиваюсь. Я просчитываю все варианты и думаю, по твоему совету, заранее о соломке.
   Родион прикрыл крышку ноутбука и все внимание переключил на Валерию.
   - Ты знаешь, почему во время атаки, когда идешь в бой, нужно хоть что-то орать?
   Валерия удивилась аллегоричной перемене темы.
   - Чтобы не страшно было.
   - В том числе, - согласился он, - когда уже вылез из траншеи и пошел под пули, то главное видеть цель ради чего ты идешь и не отвлекаться ни на боль, ни на подкошенных рядом, потому что если отвлечешься, то все - тебе хана. А крик позволяет перейти на иную частоту мозгу и он тогда действительность фиксирует так, как надо тебе, как ты сам себя запрограммировал до атаки - дойти, победить. Главное, настрой и уверенность, про соломку это хорошо, но если ты уверен в своей цели, то ты ее достигнешь...
   Валерия почувствовала, как воздух вокруг нее напрягся, внутри появилась дрожь и сомнение в себе.
   - Поэтому, у нас в субботу свадьба, и после этого мы живем долго и счастливо и умираем в один день. Это цель. Можешь покричать.
   Валерия смотрела на него и видела другого человека: жесткого, беспощадного, не признающего слабости. 'Ой, мамочки, зачем мне это надо?' Скорее всего, это отразилось крупными буквами на ее лице уже с переводом для глухих, слепых и убогих, потому что Родион обо всем прочитал очень быстро и начал успокаивать.
   - Лер, у нас все будет хорошо, мы подходим друг другу. У тебя сейчас идет банальный саботаж, я о причинах догадываюсь, но лучше тебе поговорить с Кирой. И чем скорее, тем лучше, а то платье не успеешь сшить.
   Валерия опустила глаза к ноуту. Родион еще какое-то время смотрел на нее, потом вернулся к своему компу. Минут через пятнадцать оторвался от монитора, прислушался.
   - Нет, я все же ему ноги повыдергиваю, чтобы дорожку забыл, а заодно и всю поклонку отобью.
   - Кому?
   - Поклонничку твоему, уже минут тридцать поклоны бьет.
   - Может не он.
   - Больше некому, я надеюсь на это, - усмехнулся и вышел из гостиной.
   Валерия прислушалась: сначала было тихо, потом возня, разговор с неприличными выражениями, пара чмокающий ударов и тишина.
   - Лерка, ужин принесли, - донеслось веселое с веранды.
   Валерия вышли на воздух.
   - Так ты официанта буцкал? - удивилась она.
   - Нет, поклоняющегося.
   - Живой?
   - Чего ему сделается? Пару раз об изгородь приложил, может, дойдет, наконец, до мужика и охотка собьется.
   - Так ты ему охотку сбивал? - хрюкнула Валерия.
   - Я ему объяснил, чтобы больше к нам не совался.
   - Так он не к нам, он ко мне, - под нос себе проворчала Валерия, устраиваясь за столом.
   - Злишься, - прокомментировал он, - Вина? - предложил.
   - Нет, после вина я делаюсь добрая и опять буду тебя любить.
   - Ты в любом случае будешь это делать, - поцеловал ее в губы.
   - Тогда наливай, - подобрела Валерия.
   Утро началось уже привычной зарядкой на берегу моря, Родион устроил себе пробежку с последующим купанием, потом сходили позавтракать в ресторан. И сели за работу, Родион проверял японскую переписку, Валерия ушла к морю разговаривать с Хеленой. Та была на последнем издыхании, хотя старалась держаться бодрячком. Валерия осторожно подвела разговор под продажу корпорации, Хелена разрыдалась в трубку.
   - Лер, я не могу так поступить с Ежи.
   - Хелен, я тебе всего правильно сказать не смогу, договорись с Кирой на сеанс по скайпу, вы уберете это гипертрофированное чувство вины, оно тебя сожрет изнутри. Когда ты последний раз делала что-то в удовольствие? В Мюнхене только день начался, а ты уже в истерике. Не хочешь продавать сейчас, не надо, но найди хорошего психолога, чтобы для начала стресс снял.
   - Где я его буду искать? - икала в трубку Хелена, - может ты и права, Кира в прошлый раз мне хорошо помогла.
   - Хелен, не затягивай, ты сорвешься. Сделай себе пару дней отдыха. Отдохни, расслабься.
   - Не-мо-гу, в воскресенье уехала за город, специально, где не берет мобильная связь, нет интернета. Никак, больше вымоталась от старания отдохнуть.
   - У-у-у-у, девушка, срочно к специалистам, спроси у Кирки, какие таблеточки попринимать, если отправит к неврологу, топай к нему.
   - Я постараюсь.
   - Хелена, ты старалась, ты очень хорошо старалась, и у тебя здорово получалось, но ты выдохлась. Сейчас тебе нужна помощь.
   Можно было договориться самой с Киркой, но Валерия знала, что нужна готовность Хелены, она сама должна позвонить, сама должна пойти на контакт, сама должна захотеть что-то менять.
   - Я поняла, я позвоню. Как Гурский?
   - У оперативного руководства он не встанет, но помочь продать может попытаться. Я ему, правда, не всю информацию дала, - поморщилась Валерия, представив на секунду его реакцию на собственную скрытность. - Главное, чтобы он взялся за продажу, а там порадуем полнотой картины, тогда уж никуда не денется, его парни и Анджей помогут.
   Хелена опять захлюпала носом.
   - У меня ощущение, что я предаю Ежи, его мечты, его идеалы, его детище.
   - Хелен, это все ЕГО, не твое, ты за это ответственности не несешь, ты взвалила на себя не свою ношу и она тебя сломает. Звони Кире! - разозлилась Валерия.
   Хеленке сейчас нужен был хороший пинок, а уж потом поддержка.
   - Хорошо, - хрюкнула сопливым носом в трубку и отключилась.
   Валерия погуляла по берегу, выждала полчаса и набрала сестру.
   - Привет. Как личная жизнь? - спросила у нее.
   - Стабильно развивается, - похвасталась довольная Кирка, - а как ваше логическое продвижение?
   - Вроде все логично. У Хеленки стресс.
   - Я в курсе, она звонила.
   - Когда договорились?
   - Через сорок минут уже, ты чего за нее так трясешься?
   - Кир, она на последнем издыхании, сильно сдала за два месяца. Предлагает Гурского в генеральные, он не хочет, зато хочет поучаствовать в продаже корпорации и пока он этого хочет, надо ее продавать. Мы ее сами не продадим выгодно.
   - Все понятно.
   - Ты поработай с ней от души, чтобы хотя бы из стресса выдернуть и чувство вины с долгом перед Ежи ушло.
   - Если пойдет на контакт, то все сделаем, иначе, сама знаешь, бесполезно.
   - Кир, если не получится, хотя бы скажи, какие таблетки ей можно принимать.
   - Ты чего такая сердобольная?
   - Да чего-то переживаю за нее.
   - Справиться, она сильная. Просто сейчас звезды не тем углом легли, у всех обострения. В голову черте что лезет, у меня сегодня две здравомыслящие клиентки были с таки-и-и-им бредом в голове, сами после сеанса удивились.
   - Да-а-а-а? - задумалась Валерия, - и когда это безобразие закончиться?
   - Через пару недель, а у тебя-то что? - удивилась Кира.
   - У меня все нормально, - быстро ответила Валерия.
   - Ну-ну, - хмыкнула в трубку сестрица. - Как Родион?
   - Замечательно.
   - Когда свадьба?
   Валерия немного помедлила.
   - Пока решаю.
   - Чего решаешь?
   - Хочу ли я ее.
   - Очень здравомыслище и главное вовремя, - хмыкнула сестрица в трубку. - Надо хотеть.
   - Кому надо?
   - В первую очередь - тебе.
   - Я постою в очереди.
   - Лерка, не тяни уже, - рявкнула в трубку старшенькая. - Что происходит?
   - Я не хочу замууууууж, - театрально завыла Валерия, сама понимая всю абсурдность ситуации.
   - М-м-м-м, - пофилософствовала Кира, - имеешь право не хотеть.
   - И я о том же, а его как переклинило: в субботу свадьба, в субботу свадьба, в субботу свадьба, иначе не отпущу с острова, никаких контрактов, никаких разводов.
   - Тирааааан, - порадовалась сестра.
   - Как-то я испугалась такого натиска. Мне выбора-то не предоставили.
   - Это ты ему выбора не оставила, ты сколько лет мужику голову морочишь? Он уже далеко не мальчик, седина в полголовы, даром, что пацаном выглядит. Семью он хочет, нормальную семью.
   - Так он развода мне не даст, - закричала возмущенная Валерия в трубку.
   - А зачем тебе развод? Ты сначала замуж выйди.
   - Не хочу я замуж на таких условиях. Знакома я с одной его женой. Довел ее до психиатра.
   - Ну и дура же у меня сестра, - завыла в трубку Кира.
   - Я не дура, я думаю, - опровергла инсинуации Валерия.
   - Дорогая, - елейным голосом пропела сестра в трубку, - ты уже определись чего хочешь от жизни.
   - Я определилась, хочу жить с ним, но не хочу за него замуж.
   - Этот вариант не подходит. Либо все, как у людей, либо ищешь себе нового принца.
   - Я не хочу нового, - возмутилась она.
   - Тогда выходи замуж за старого.
   - И не такой уж он старый, просто седой, тиран и деспот, - а про себя еще добавила 'зато меня любит'.
   - Ты тоже, знаешь ли, не ангел пятнадцатилетний. Все, пока, сейчас у меня с Хеленой сеанс, если сама не сможешь настроиться на свадьба-не свадьба, позвони вечером, покопаемся, где у тебя что зарыто.
   Валерия улыбнулась: 'Хорошая, у меня сестрица'. Позвонила маме, Иоанне, Анджею, и довольная вернулась к Родиону, тот лежал у бассейна на шезлонге, принимая солнечные ванны, читая книжку. За пару дней слегка подзагорел, когда успел? Валерия в солнечном настроении легла на него сверху с поцелуем.
   - Я смущаюсь спросить, чем ты таким возбуждающим была занята?
   - Смущайся дальше, - разрешала она, развязывая свою длинную юбку местной моды.
   - Вот этим лучше заниматься дома, - предостерег Родион.
   - Почему?
   - Попа у тебя обгорит, - расхохотался и потащил Валерию в спальню.
   Через какое-то время, лёжа в обнимку, Валерия вдыхая его горьковатый после секса запах, жмурилась от счастья. Сейчас она любила всех и вся.
   - Знаешь Гурский, - уползла она с его груди повыше, чтобы видеть его глаза, - я, пожалуй, выйду за тебя замуж.
   И услышала еле слышный, сдерживаемый вздох его облегчение.
   - С одним условием. Если я попрошу развода, ты мне его сразу дашь.
   Родион слегка прищурился, помедлил, потом отрицательно слегка качнул головой.
   - Я не смогу.
   Валерия, молча, смотрела на него. 'Ну за что все это мне?'
   - Родион, может произойти всякое, я не хочу жить рядом с человеком только потому, что когда-то мы поклялись друг другу в вечной любви. Ее не бывает вечной.
   - Бывает, - тихо ответил он.
   - Гурский, ты романтик, - с нежностью улыбнулась Валерия, коснулась губами его губ. - Реалистично посмотри на жизнь.
   - Я реалистично смотрю на нас с тобой. Мы дополняем друг друга, обеспечивая другому сильный тыл. Лирика лирикой, но если смотреть на вещи трезво, то мы с тобой физиологически, психологически, энергетически, генетически подходим друг другу, закрываем базовые потребности друг друга, не обращая внимания на мелкие шероховатости характера другого.
   - Если ты так в этом уверен, то почему, не хочешь пойти мне на такую маааааааленькую уступку. Все же будет хорошо, и мы будем жить долго и счастливо, а пунктик о безоговорочном разводе, в случае непредвиденностей, можно списать на женскую блажь.
   - Я хочу, чтобы ты вкладывалась в наши отношения, так же как и я. Чтобы не думала при малейшей размолвке о запасном аэродроме, чтобы не бросила все сразу, когда возникнет первая напряженная ситуация.
   - Поверь, я буду вкладываться, но с этим пунктом мне спокойно, это словно открытая дверца, и я знаю, что меня тут не заперли, а нахожусь по доброй воле и сильному желанию быть с тобой. И потом, ты же уверен, что мы идеально подходим, и размолвок с напряжением не будет.
   Родион долго смотрел на нее, словно взвешивая сомнение, доверие, чувства свои и ее.
   - Лер, ты мне очень дорога, - медленно продолжил он, подбирая каждое слово. - Самое ценное, что у меня есть в этой жизни - это ты, - сделал паузу. - В тебе моя сила, и моя слабость. Я не знаю, как объяснить это словами, ты сама поймешь, - поцеловал в губы. - Просто помни об этом, - тихо попросил он и уверенно произнес дальше. - Я обещаю тебе, что если ты захочешь от меня уйти, я не буду тебе мешать... но помогать тебе в этом не стану.
   - Гурский, я люблю тебя, - растрогалась Валерия, прижавшись губами к его губам.
  
   К вечеру вернулись Каролинка и бабушка Саша с кучей восторгов и идей. Ужинать решили в узком кругу, заказав праздничный стол к себе на веранду, где Родион, как бы, между прочим поделился:
   - В субботу ничего не планируйте, вы приглашены на свадебную церемонию.
   Александра Феликсовна затаила дыхание, боясь поверить в услышанное.
   - А кто невеста? - решила внести определенность Каролинка.
   Почему-то девочек всех возрастов интересует именно этот вопрос.
   - Твоя мама, - ответил Родион.
   - Да ты что? - не поверила мелкая, и даже немного испугалась, - а жених тогда кто?
   - Я.
   - Так это у нас что ли свадьба? - обрадовалась Каролина. - Ой, мама, ты снова будешь невестой в красивом платье.
   - С платьем я не уверена, остались считанные дни, купить его тут негде.
   - Что-нибудь придумаем.
   Александра Феликсовна предпочла разрыдаться на радостях.
   - Мама? - удивился Родион ее реакции.
   - Я уж боялась, что вы никогда не договоритесь, - всхлипнула она.
   - Сударь, - спохватилась Валерия, - а вы до сих пор не знакомы с моими родителями. И даже дозволения на руку и сердца у них не спрашАли.
   - Виновен, - с легкостью согласился жених, - но они же приедут на свадьбу, пусть приезжают пораньше, я и спрошу.
   - Да куда уж раньше, хоть бы к субботе успели, - возмутилась Валерия.
   - Тогда я своих парней еще приглашу, - решил Родион.
   - Кстати, а среди них есть молодые, красивые, не женатые, перспективные? - вспомнив о холостой Хеленке, поинтересовалась Валерия.
   - Парочку найдем, - пообещал он, - а тебе меня мало?
   - Не-не-не, тебя за глаза.
   Ужин пришлось в скором порядке. Доедать, допивать и звонить, писать родным и близким, расположились офисом тут же, за обеденным столом. Гостей неожиданно набралось около пятнадцати человек. Со стороны невесты: родители, сестра с Анджеем, Хелена с Иоанной, со стороны жениха: мама, пятеро парней, трое из них с женами или подругами. Все обещали успеть прибыть до субботы. Уговаривать разумными доводами пришлось только Хелену, но заполучив ее согласие прилететь уже в четверг, Валерия сразу же стала звонить сестре, чтобы и она прилетела в этот же день. Тут же перезвонила сама Хеленка:
   - Лерка, а как с платьем?
   - Никак.
   - Это хорошо, билеты Анджей уже купил, - радостно тараторила она в трубку, - платье завтра схожу посмотрю, постараюсь что-нибудь потрясающее купить.
   - Только не белое, в белом я к Гурскому не выйду!
   - Ты за кого меня считаешь? - возмутилась золовка.
   - Голубое, зеленое, вечернее, но только не белое. И не свадебное.
   - Не переживай, все будет хорошо.
   - Заодно уж и туфли, и про себя не забудь с Иоанной. И Каролинке Иоанна пусть что-нибудь понаряднее выберет у нее в шкафу.
   - Все, расслабься, невеста. Сделаем все в лучшем виде.
   Хеленка в приподнятом настроении, видимо хорошо поработала с Кирой. Но саму Валерию начало подтряхивать, уже послезавтра приедут родители с Киркой и польская сторона, надо договориться о номерах, о праздничном ужине. 'Гурский, сволочь, убить мало! Накрылся спокойный отдых!'
   - Лерка, а давай еще и по местным традициям поженимся, тут очень красиво проводят свадьбу, - между переговорами по телефону предложил Родион.
   - Ты считаешь, что мне одной свадьбы в экстремальном режиме мало? - рыкнула на него Валерия, хлопнув крышкой своего ноутбука.
   - Лерочка, не переживая ты так, все успеем, - Александра Феликсовна что-то записывала у себя в блокноте.
   - Номера я забронировал, с рестораном завтра договорюсь, - отчитывался Родион.
   - Мам, а тебя в каком платье нарисовать? - не отставала от других дочь.
   'А-а-а-а-а, мир сошел с ума за каких-то полчаса'. Еще час назад начинался спокойный ужин в тихом семейном кругу.
   - Гурский, может, перенесем на неделю? - взмолилась Валерия.
   - Церемонии проводятся раз в месяц.
   - Замечательно, отметим сначала свадебным месяцем, а потом уж и свадьбой наше с тобой решение.
   - Я похож на доверчивого дурачка? - скривился он в улыбке.
   - Это я, похоже, сглупила.
   Следующие дни пролетели очень быстро, запомнившись несколькими яркими фрагментами: вот приехали ребята Родиона, знакомство с ними. Все пятеро с нескрываемым интересом рассматривают невесту и поздравляют жениха. Вот хлопоты по организации свадебного ужина. Сама церемония назначена на пять вечера, уже темнеет в это время, это надо было учесть. А еще составить меню, договориться, чтобы оформили соответственно их стол. Его решили поставить на открытой террасе над морем, поэтому пришлось заниматься оформление всей террасы. Валерия захотела много живых цветов, белые занавески, много свечей и живой оркестр. В отеле только свечи оказались в нужном количестве. Цветы привезут с соседнего острова, там у какого-то любителя целая плантация, занавески-балдахины, по счастью оказались в соседней гостинице, а оркестр пришлось заказывать с того острова, на который первоначально собирались ехать. 'Гурский, сволочь!'
   В четверг, после обеда приехала Кирка с родителями, а с ними вторые половины парней Родиона. Вторые половины сразу разобрались первыми половинами, и почти новобрачные остались в семейном кругу. Мама Леры почему-то сразу решила влюбиться в Родиона, папа более сдержанно отнесся, но тоже симпатизировал ему, Родион первое время был немного зажатым, но через пару часов уже оживленно общался с отцом на тему бокса и восточных единоборств. Мама купалась в море с Александрой Феликсовной и внучкой.
   Потом приехали Хеленка, Анджей и Иоанна. И все понеслось по новой. Девочки срочно уединились мерить наряд невесты. Увидев себя в голубом до колена платье и серебристых туфлях на высоком каблуке, Валерия немного успокоилась - одна проблема решилась.
   - Хленка, все здорово, но я не смогу передвигаться на таких каблуках.
   - Главное тебе на них выстоять церемонию, потом оденешь вот эти, - вытащила она другие из чемодана.
   - Тогда зачем такие мучения, ради одной церемонии.
   - Ну ты даешь, - посмотрела, как на блаженную Хеленка, - а фотографии, а видео? Я потом себе не прощу, если ты будешь в тапочках.
   - Хелен, чтобы я без тебя делала.
   - Ну все, девочки, я побежала, меня Анджей ждет, - торопливо вскочила Кира.
   Компания разбилась по интересам. Старшее поколение проводило время на море, забрав с собой Каролинку. Причем поменяли даже дислокацию. Александра Феликсовна с Каролинкой перебралась в бунгало по соседству, где обосновались Леркины родители и Иоанна, а Хелена заселилась на ее место.
   Кира неразлучна с Анджеем, парни с женами, у кого они были. Хелена с Родионом и Валерией решали рабочие моменты, на пару часов удалось вырвать к себе Анджея с придатком в виде Киры. Хелена и Иоанна дали добро на продажу корпорации, все свободно вздохнули и начали рисовать план работы на ближайшие месяцы.
   Хелена сначала заручилась официальным участием Гурского в сделке, и чуть позже предоставила ему сводку о всех направлениях, которыми занимается корпорация. Пока он бегло просматривал содержание отчетов, Хелена тихонько решала рабочие моменты с Анджеем, поглядывая в сторону Гурского. Валерия тоже внимательно наблюдала за его реакцией. Родион сначала с интересом просматривал, потом с очень большим интересом, потом с недоверием, потом с удивлением и, наконец, выдал:
   - Вы охренели?
   Девушки синхронно улыбнулись легкими улыбками, ответив открытым взглядом. Гордиться было чем: корпорация крупная, очень крупная, но это верхушка айсберга. Только филиалов четырнадцать, занимающихся разработками, которые известны узкому кругу специалистов. При Ежи все работало, как часы.
   Родион посмотрел на Хелену, Валерию, Анджея.
   - Ну ты-то понимаешь, - обратился он к последнему, - что это все продать не реально?
   - Потому я против продажи всей корпорации, - ответил Анджей, - я могу взять на себя оперативное руководство нескольких, интересных мне направлений, которые мы начинали с Ежи.
   Родион пробежался быстро глазами по остаткам.
   - Лер, ты о масштабах знала? - спросил, не отрываясь от бумаг.
   - Я не участвую в делах корпорации, у меня есть свой сегмент. Но общую картину я обязана знать.
   - Еще какие-то тайны по корпорации от меня есть? - поднял он глаза.
   Все трое молча, честными глазами, смотрела на него, первая не выдержала Хелена, метнув взгляд сначала на Анджея, потом перевела его на Валерию. Та отрицательно качнула головой:
   - Это не имеет отношения к фирме.
   - Согласен, - поддержал ее Анджей.
   Хелена посмотрела на Гурского, уверенно ответив.
   - Тогда это все.
   Родион смерил всех тяжелым взглядом, остановив его на невесте.
   - Леееер!?
   - По корпорации все! - слегка, одними губами, улыбнулась она.
   И Родион неприятно удивился тому, что у Валерии есть тайны, которыми она не намерена с ним делиться. А еще сегодня утром думал, что читает Лерку, словно открытую книгу, полагая, что договориться с ней у него-то всегда получится, пусть даже по средствам мелких уступок со своей стороны.
   - Анджей? - Родион обратился к приятелю.
   - По корпорации все, - подтвердил тот.
   'Надо же, спелись! Сюрпризов мне не надо'.
   - Господа, - голос был хлесткий, - в чем дело?
   Все трое с одинаковым выражением нейтральности взирали на него. 'Ну и кто ее тянул за язык' - с досадой подумала Валерия про Хелену.
   - Я не хочу оказаться в жопе на финишной прямой, благодаря вашим семейным тайнам. Мне нужна вся картина.
   - У тебя есть вся картина, касаемая корпорации, подробные документы подготовят позже, - вполне дружелюбно, но выставив нехилые щиты на защиту своих интересов, произнесла Валерия, чем снова удивила 'почти мужа'.
   До сих пор Родион плохо представлял Валерию в роли руководителя, где необходимы твердость, жесткость, сочетаемые с гибкостью и чутьем. А сейчас поверил. Она сможет отстоять свои интересы. Может быть, там действительно нет ничего, что имеет связь с фирмой, но Родиона уже заусило - чем она таким занимается, о чем знать ему не положено? Хелена знает, Анджей в курсе, а он за бортом? Примешалось собственническое чувство 'хочу все знать'.
   - Господа, - перешел на официальный тон Родион, - я в праве по договору в течение 24 часов отказаться от сделки, у меня для отказа, - он посмотрел на часы, - еще 12 часов.
   Хелена затаила дыхание, Анджей смотрел равнодушно, Валерия скривила губы в усмешке. Кира получала от всего этого театрально удовольствие.
   - Всю секретку вы мне слили, какой вам резон умалчивать о мелочах?
   Хелена кинула быстрый взгляд на Валерию и вернулась к Гурскому.
   - Ну, родственничек, - прошипела она в его адрес.
   - Не преувеличивай, - растянулась в змеиной улыбке Валерия, - на руках у тебя только перечень. Доступ ко всей информации ты получишь через 12 часов, - помедлила, наблюдая за его реакцией, невольно любуясь им. - И за этим 12 часов мы подумаем, давать ли тебе этот доступ.
   Родион окинул ее недоверчивым взглядом, неторопливо нажал кнопки клавиатуры ноутбука, открывая имеющийся у него файл. Просматривал до этого документ в он-лайн режиме и действительно, пробежался только по содержанию, решив, что с каждым пункту ознакомиться позже. Сейчас, попытавшись войти в этот перечень, программа давала сбой. В принципе, это не проблема, скан документа должен сохраниться. Но рыться дальше не стал.
   Удивился, опять удивился. А он их держал... не то, что за простачков, которым досталась дорогая игрушка, а они не знают чего с ней делать, но не за акул это уж точно. Уровень Анджея он прощупал, и даже общие интересы успели образоваться за полгода, что вместе работали, а вот от Валерии и Хелены не ожидал.
   - И что будем делать? - спросил он всех троих.
   - Дробим фирму, и продаем частями, но не все, - вынесла вердикт Хелена.
   - Вы мне не доверяете? - не верил в происходящее Родион.
   - Да, - слаженный в три голоса последовал ответ.
   Родион расхохотался.
   - Пипец. Господа, я знаю о вашей корпорации все...
   Валерия снисходительно улыбнулась.
   - Ты все еще знаешь о нашей корпорации меньше, чем четвертина. Ты знаешь общую картину, но не ведаешь мелочей, а мелочей там как раз наберется на три четверти. Если мы работаем в связке, то каждый делает свою работу, не встревая туда, куда ему не надо.
   - Все интереснее и интереснее, - ухмыльнулся Родион.
   - Давайте все успокоимся, - предложил Анджей, - у нас есть еще 12 часов, чтобы принять решение.
   Родион в упор смотрел на Валерию, та не отводила любопытного взгляда от него, чувствуя, что воздух вокруг нее стал плотнее и превратился в мелкие холодные иголки.
   - Гурский, ты обалдел? - с интересом и ленцой негромко подала голос Кира со своего места.
   - Нет, Кира, он просто очень уверен в собственной неотразимости, - губы улыбались, глаза смотрели по-прежнему с интересом на 'почти мужа'.
   - Зараза, - произнес он одним выдохом.
   И Валерия почувствовала, что стало теплее.
   - Кто куда, а я купаться, у меня еще целых 12 часов, - мило улыбнулась Родиону и поднялась в спальню переодеваться.
   Хелена встала следом, Анджей вышел на веранду. Кира, по-прежнему, сидела в своем уголке, а Родион стоял посреди гостиной, враздумии по поводу своих дальнейших действий.
   'Не понял... Меня только что послали? Что это было? Нет, они и в правду охренели. Каким образом я буду мониторить рынок, не владея полной информацией. И Лерка... Нет, ну Лерка, не ожидал!'
   Кира наблюдала за Родионом, поднялась, направилась к выходу, остановилась рядом с раздумием посреди комнаты.
   - Ты чего творишь? - не громко спросила она, с усмешкой глядя на него.
   - ???
   - Гурский, если еще раз, ты, хотя бы помыслишь, нечто подобное в отношении моей сестры, заблокирую нафиг, - ласково, с улыбочкой пообещала она.
   - Не действует этот 'нафиг' на твою сестру, - отмахнулся он.
   - Ну так...., - Кира выразительно посмотрела на него, пожав в легком недоумении плечами, - можно было бы уже и догадаться почему, - и вышла на улицу.
   Он еще некоторое время постоял в задумчивости и отправился в спальню переодеваться. Подошел к спальне, Валерия в это время покидала ее, он присел, нырнул под нее, перекинул через плечо и занес обратно в комнату. Сгрузил на кровать, и с немым вопросом, с та-а-а-а-аким вопросом, уставился на почти жену. Валерия приняла более эффектную позу, оголив ногу, нацепила дежурную улыбку, и захлопала в недоумении ресницами. Родион наклонился к ней, оперся руками о кровать и захлопал глазами в ответ, передразнивая.
   - У тебя нет практики, надо тренироваться, - посоветовала она.
   - Зато, как я узнаю, у тебя ее, хоть отбавляй.
   - Купаться идем? - как ни в чем не бывало, спросила она.
   - У меня минимум 12 часов на отдых, а максимум не ограничен.
   - Ну так собирайся, - проскользнула под ним ящеркой и сделала пару шагов к двери.
   Родион опередил, захлопнув дверь, придавив для верности еще своей спиной, и хитро посмотрел на 'почти жену'.
   - Дорогая, - дурным голосом пропел он, - а как же в радости, и в горе... да убоится жена мужа своего....
   - Много чести 'убояться мужа', ты же не такой страшный, как хочешь казаться.
   - Ну ладно, - посерьезнел он, - рассказывай, чего вы там прячете от меня.
   - Нуууу, - с придыханием ответила Валерия, расстегивая его рубашку, и неторопливыми поцелуями начала подбираться от живота к шее.
   У Родиона сбилось дыхание, Валерия добралась до шеи, потом начала спускаться ниже, минуя губы. 'Почти муж' рыкнул, поднял невесту, и оба очутились на кровати, Валерия проворно забралась сверху, завладев губами жениха. Через какое-то время отстранилась, чтобы заглянуть веселыми глазами на Родиона, он весь из себя такой возбужденно-сексуальный, но ситуацию бдил.
   - Я же все равно узнаю, - пригрозил совсем не грозно.
   Она, поцеловав его долгим чувственным поцелуем, чтобы наверняка все ненужные мысли стереть, соскочила на пол.
   - Только если я это сделать позволю, - быстро поцеловала напоследок, и вышла из комнаты.
   Родион потянулся довольным котом на кровати.
   - Вот ведь, зараза.
   Чего-то он упустил, про корпорацию всю информацию, тем более закрытую, собрать сейчас не реально. Можно, конечно покопаться и восстановить файл, который он успел просмотреть, а лучше дать Лешке, тот все, что можно выжмет, и без потери данных, но смысла нет, так как доступ получит от Хелены через 12 часов. С другой стороны они правы, нахрена ему лишняя информация, если она не касается продажи? Но к этому имеет прямое отношение Лерка, а вот тут уже интересно. Чего она там такого может скрывать? Кое-что он о ней и Полянском пробивал, когда узнал об аварии, но ничего интересного не нашел, потом еще раз серьезно узнавал уже о самой Валерии, когда мать рассказала о центре и школе, которые курирует она. Но там тоже пусто. Узнать бы, с какого именно периода копать, либо в каком направлении и тогда его парни быстро повытаскивают все секреты наружу. Но парней привлекать не хотелось, вопросы они задавать не будут, но это все же Лерка, мало ли какие тайны вздумалось ей хранить. 'Ладно, потихоньку сам накопаю, либо Лерка расскажет'.
  
   В пятницу после обеда приехал последний гость - Лешек. Приехал сам, от него не было подтверждения: телефон отключен, на связь не выходил. Родион написал на почту без особой надежды. Но вот он заявился. Обнялся с Родионом, удивился Хеленке.
   - Все-таки добился своего, - кинул он другу, поднося руку Валерии для поцелуя, - я почему-то не сомневался. Валерия, у меня нет слов.
   - Как? Опять? - рассмеялась она.
   - Я вновь сражен вашими достоинствами.
   После знакомства Лешека с уже присутствующими, Родион с другом удалились на берег.
   - А чем он занимается? - спросила Хеленка, глядя в след Лешеку.
   - Не представляю, - пожала плечами Валерия, - я его видела всего пару раз.
   - А он стал другим, - задумалось о своем, о девичьем Хелена.
   Родион не видел приятеля давно, да и не слышались тоже больше года. Оба с интересом посматривали друга на друга.
   - А ты изменился, - сообщил Лешек.
   - Да, я знаю, - отмахнулся тот.
   - Ну и как она эта семейная жизнь?
   - Не имею представления, мы еще и не жили вместе.
   - Ну ты и упертый, - неожиданно расхохотался Лешек, - это ж сколько ты ждал?
   - Долго, но она того стоит.
   - Уверен?
   - В ней - да.
   - А в себе? - уточнил друг.
   - В себе давно уверен, еще до Полянского был уверен.
  
   Лешеку все обрадовались, он легко вошел в компанию, начал сразу балагурить и говорить девушкам любого возраста комплименты. Но с размещением возникли некоторые проблемы - мест в гостинице нет, зато есть свободная кровать в комнате, где сейчас живет Хелена.
   - Хелен, мы можем его поселить у парней в номере третьим или в нашей гостиной, но она проходная.
   - Лер, не переживай, мы с ним не маленькие, договоримся, - загадочно блеснула она глазами.
   'Наконец-то', - удивилась Валерия, - 'Хелена снова начала интересоваться мужчинами, а то в последнее время ее единственным мужчиной был офис'.
   В пятницу, накануне свадьбы, неожиданно получился праздничный вечер: заказанный на завтра оркестр смог приехать раньше и вот он развлекал гостей живой музыкой. Компания Родиона и Валерии собралась за одним столом, и дело уже дошло до танцев.
   К Родиону подошел управляющий гостиницы, попросил уточнить кое-какие детали завтрашнего мероприятия, музыка играла громко, они ушли в основной корпус гостиницы. С моря дул прохладный ветер, Валерия ушла в родительское бунгало за кофтой для Каролинки, заодно прихватила и несколько палантинов для озябших дам. Возвращаясь к общему столу по аллее, заметила мужской силуэт впереди.
   - Лера-Лера-Лера, - раскинув руки для приветственного объятия, напевал громко Вадим.
   Валерия за последние дни успела подзабыть о нем, не до Вадима, да и повода не было, чтобы вспоминать, сейчас встречаться тоже не хотелось. Попыталась уйти по боковой аллее, но Вадим оказался проворным, хоть и изрядно выпившим.
   - Лерочка, ну что же ты меня игнорируешь? - преградил дорогу на узкой тропинке, засаженной с обеих сторон плотной живой изгородью.
   - Добрый вечер, Вадим.
   - Лер, ты такая красавица, у тебя столько гостей, а меня и не вспоминаешь.
   Вадим был очень пьян. 'Черт, как все некстати!'
   - А пойдем к нам за столик. У нас хорошая, дружная компания, - с доброжелательными нотками пригласила Валерия.
   - Мне приятнее с тобой, так сказать тет-а-тет пообщаться, - подошел вплотную.
   Она сделала пару шагов назад.
   - Вадим, я сейчас не могу, - 'огорчилась' Валерия, - я как-никак хозяйка и этикет обязывает быть за столом, пойдем к нам, - уговаривала, - я познакомлю тебя с парочкой замечательных девушек.
   Валерия уперлась в пальму спиной - все, отступать дальше некуда. Тропинка, как оказалась, вела к небольшой беседке из живой изгороди с одной лавочкой, при входе две пальмы, в одну из них и уперлась Валерия. 'Как же не вовремя он тут прогуливался, черт'.
   - Лерочка, ты же уделишь мне полчасика своего времени? - настаивал с пьяной улыбкой Вадим.
   - С удовольствием, - спокойно соглашалась, улыбаясь в ответ, - пойдем к нам за стол, там и поговорим, меня потеряли уже.
   - Мы не долго, - смотрел на нее уже стеклянными глазами.
   - Вадим, пойдем-пойдем, - приговаривая, попыталась проскользнуть мимо в небольшое пространство между Вадимом и изгородью.
   Не вышло, пьяный-то он пьяный, но реакция оказалась хорошей даже у пьяного. Толкнул Валерию в сторону лавочки, и начал медленно приближаться. Она быстро переместилась снова к входу, но он прижал ее все к той же пальме.
   - А чем я тебе не угодил? - зло спросил, проведя рукой по ее щеке, второй рукой уперся в пальму, отрезая возможность уйти. - Я тоже могу быть и ласковым, и нежным.
   Вадим был злым, но не агрессивным. 'Только бы не спровоцировать, надо как-то выбираться'.
   - Убери руки, - спокойно, но твердо велела Валерия.
   Он неохотно убрал одну от ее лица, но пропускать не собирался, стоя вплотную к ней.
   Родион возвращался к своим за столик, когда почувствовал, что с Леркой что-то не так. За последние дни Валерия была разная, и иногда к ней опасно подходить, чтобы не спровоцировать пустой скандал, но сейчас... что-то случилось. Он прикрыл глаза и уже привычно потянулся к ней. 'И чего ее понесло к морю ночью?' Прибавил шага, вскоре услышал ее голос.
   - Убери руки.
   - Чем он лучше меня? - зло бросил павлин.
   'Опять он!' - не поверил Родион. 'Прибью же, сукина сына!'
   - Вадим, ты очень хороший, самый лучший, - медленно с расстановкой, спокойно уговаривала Валерия, - и тебя очень ценит, любит твоя жена, доверяет тебе. Она у тебя замечательная и ты любишь ее.
   - Я сам решаю, кого и когда мне любить, - прорычал он.
   'Блин, зря о жене сказала'.
   Вадим положил руку Валерии на затылок, второй притянул к себе и наклонился для поцелуя.
   - Убери руки от меня, - Валерия добавила льда в голос.
   Он поднял взгляд от ее губ и увидел холодное презрение в глазах Валерии. Это немного отрезвила, но Вадима уже несло. Он по-прежнему зол на Валерию и ее парня за то, что они могут быть счастливыми, а ему это не дано. Его несколько дней тянет к ним, подглядеть за их счастьем, за их любовью, за их секретом. Снова опустил глаза к ее губам, шее, наклонился ближе, втянул в себя аромат ее тела.
   - Вадим, иди проспись.
   - Только с тобой, не хочешь ко мне в номер, ничего, тут тоже романтично, - потащил ее к лавочке.
   - Вадим, прекрати, - разозлилась Валерия по настоящему, это придало ей силы. 'Надо его чем-нибудь огреть, чтобы боль привела в чувства'.
   - Валерия, кажется, попросила, - раздался сзади спокойный до ледяной дрожи голос Родиона.
   И тут она испугалась и Вадим тоже. Он медленно развернулся к говорившему. Родион стоял в пяти метрах от них: расслабленная поза, руки в карманах брюк, голова слегка наклонена в бок, прищурены глаза. Валерия в сумерках его плохо видела, но физически, до мурашков на коже, чувствовала опасность, которая исходила от Родиона, ей захотелось податься первобытному инстинкту и бежать-бежать. Родион на пол головы ниже Вадима и килограмм на 20 легче, но сейчас был сильнее, опытнее, опаснее. И Вадим это почувствовал, отпустил Валерию и медленно прошел мимо соперника, Родион даже не обернулся, подождал пока тот скроется, потом подошел к Валерии.
   - Испугалась?
   - Только, когда ты появился, - отрицательно покачала головой. - У меня до сих пор все внутри трясется от страха.
   - Прости, - с сожаление выдохнул Родион, - вы стояли на одной линии, тебе перепала малая часть. Прости, - прижал ее к себе.
   - Так ты это осознанно сделал? - не поверила она.
   - Прости, родная.
   Валерия чувствовала, исходящие от него успокаивающие флюиды, прижалась теснее. Ноги стали ватными, голова закружилась, во рту все пересохло - напряжение волнами покидает ее.
   - Тшшш, - Родион поддержал ее, - сейчас все пройдет.
   Успокоилась быстро и даже расслабилась, вернувшись в свое обычное состояние.
   - Как ты это делаешь? - отстранилась, чтобы заглянуть в глаза.
   - Это не сложно, - неохотно поделился он.
   Валерия наклонилась, подобрала с земли упавшие палантины и кофточку.
   - В нем не было агрессии, он просто зол на самого себя и пытается найти виноватых, - отряхивая вещи, произнесла она.
   - Я знаю, но с пьяным ты бы не справилась, он тебя не слышал, а физически любой мужик сильнее женщины.
   - А ко мне ты тоже подобные техники применял? - тихо спросила Валерия и внимательно посмотрела на него.
   Родион усмехнулся.
   - Не тебя, к сожалению, мои техники не действуют.
   - Сейчас же подействовала.
   - Сейчас просто срикошетила от него.
   - А какие техники ты на мне опробовал?
   Родион неожиданно для Валерии смутился.
   - Пойдем, - потянул он ее в сторону музыки, - там, наверное, потеряли нас.
   - Гурский, какие техники ты на мне пробовал? - уперлась.
   - Некоторые, - нехотя отмахнулся он.
   - Мне бы в деталях.
   - Расслабься, с тобой они не работают.
   - Почему?
   - Да кто бы знал. Если бы работали, то все было бы гораздо проще.
   Медленно побрели по тропинке в сторону раздающейся музыки.
   - Гурский, давай колись, а то у меня вся ночь впереди, чтобы передумать становиться женой, - пошла на пошлый шантаж Валерия.
   Родион остановился. Развернулся к ней.
   - Не шути так, - серьезно попросил он.
   - Прости, - смутилась.
   - Да и ночью у тебя вряд ли получиться отказаться, - хитро улыбнулся он.
   - Расскажи, - попросила Валерия.
   - Дело, наверное, во мне, - неохотно признался он. - Я не могу на тебя адекватно воздействовать, у меня в голове постоянно включен предохранитель, что тебе вреда причинить нельзя.
   - А ты пытался? - неприятно удивилась Валерия.
   - Вреда нет, даже и в мыслях не было.
   - А что тогда?
   - Пару раз пытался повлиять на твое решение, - нехотя сознался, соврав о количестве попыток.
   - И что произошло?
   - Да ничего, просто рассеивается заряд, так что это лишняя трата энергии. И это в лучшем случае.
   - А в худшем? - заинтересовалась подобным феноменом Валерия.
   Родион закусил нижнюю губу, сдерживая улыбку.
   - А в худшем прилетает обратно.
   - И что именно прилетало?
   Родион постарался сделать невинное лицо.
   - Ничего серьезного.
   - Даааа?
   - С бумерангом мне одного раза хватило, больше не пытаюсь.
   - Нет, Гурский, стой. Чего ты на меня насылал?
   - Пошли уже, любопытная ты моя.
   - Ну хорошо, не хочешь говорить что применял, скажи хоть какая была отдача.
   - Сексуальная была отдача, такая, знаешь ли, не хилая. Дня на три в бараний рог себя пришлось свернуть, потому как ничего не помогало.
   - Ах, ты засранец! - разозлилась Валерия и остановилась от гнева праведного, в ускоренном темпе пытаясь придумать, как же отомстить, чтобы не так больно (все же родное и уже почти свое), но очень уж обидно (а чтобы впредь неповадно было).
   - Все-все-все, - расхохотался Родион, глядя на ее воинственное выражение лица. - Поверь, мне хватило того раза.
   - А я думала, что ты весь из себя натуральный. И девушки на тебя сами гроздьями обвешиваются, исключительно из-за твоей природной сексуальной харизмы. Мошенник!
   - Ну ты-то почему-то не повесилась, - смеялся он.
   - Да потому, что ты гад редкостный, - бушевала Валерия.
   - Но на контакт же пошла.
   - Дура была, потому и влюбилась.
   Родион удивился.
   - Сразу влюбилась? - поинтересовался он шепотом, наклоняясь к ней.
   Валерия покачала обреченно головой.
   - Можно сказать с первой же строчки.
   Нацеловавшись вволю, к гостям решили не возвращаться, быстро отнесли теплые вещи не сильно замерзшим гостям и вернулись к себе в домик. Родион оказался прав, передумать за ночь у Валерии не получилось, спать хотелось жутко, но с первыми лучами солнца отправились на пляж за зарядкой.
   За завтраком собрались все вместе в ресторане. Хелена выглядела отдохнувшей и, как показалось Валерии, опять влюбленной, и скорее всего, в Лешека. Последний так точно, смотрел на Хелену, как кот на сало, только что не мурлыкал. Сразу после завтрака Родион собрал своих парней на совещание в гостиной у себя в бунгало, Хелена с Анджеем тоже присутствовали.
   - Давай пароли, - сразу приступил к делу Родион.
   - То есть, мы договорились? - уточнила на всякий случай она.
   - Мы ж почти родственники, - философски ответил он.
   Хелена подошла к его компу, набрала затребованный программой пароль, началась закачка информации.
   - Это краткая версия, так сказать быстрый вариант, более полная информация будет позже, - предупредила она и, почти сразу, убежала довольная к Лешеку на пляж. Анджей остался до самого конца.
   Валерия с Кирой и Каролинкой занимались последними приготовлениями в ресторане, старшее поколение отдыхало на пляже. Вторые половины, что-то затеяли в номере, периодически привлекая к этому, то Каролинку, то родителей.
   Ребята прозаседали долго, даже обед в номер заказывали. В три часа, наконец, освободили гостиную и Хелена с Кирой принялись наряжать невесту, наряжать особенно не чего, но Хелена потребовала, чтобы у Валерии была приличная прическа, и приличный макияж, чем и занялась сама, потихонечку подтянулись и жены парней поглазеть на процесс подготовки, а потом и старшее поколение. Всем весело, кроме невесты, которую Хелена сначала заплетала в мудреную прическу, потом штукатурила, иначе и не скажешь.
   - Хелен, я понимаю у тебя архитектурное образование, и душа дизайнера требует хоть какой-то отдушины, но не надо на мне руку набивать, - взмолилась невеста, когда архитектор четвертым слоем нанесла финишный слой рассыпной пудры, - С меня же все это стечет, ты про влажность помнишь на улице...
   - Не возмущайся, я сделала поправку и на влажность, и на ветер, и на затуманенный взгляд жениха. Так что продержится лицо долго.
   - Да мне не надо долго, мне надо красиво.
   - Главное, чтобы жених узнал, - прокомментировала Кирка, крася себе ногти.
   - Так..., - прорычала Валерия, - еще чуть-чуть, и пойду натуральной. У меня уже платье помялось, и спина устала.
   - Ну что ты как маленькая.
   - Лер, хорошо получается, - успокоила ее Саша, жена Василия, - но Кира права, Родион вряд ли узнает.
   - И тебе спасибо, Александра Батьковна, - с закрытыми глазами отвечала Валерия, - и за поддержку, и за защиту... Иоанна, ну хоть ты повлияй на свою дочь.
   - Мамочка, ты не переживай, - поддержала Каролина, - ты сейчас еще не очень красивая, но когда Хелена закончит, то будешь очень-очень красоткой, помнишь у меня кукла Марийка была, будешь такая же красивая.
   - Это та, которая с одним глазом!!! И без ресниц!!! Хелена, верни все на место!
   С хохотом и шутками собрались, снарядились и отправились на представление с собственным участием. На удивление, все прошло очень быстро, и без накладок. Валерия даже не успела понять, как стала женой. Никакой перемены 'не жена' и 'уже жена' не почувствовала. Словно ничего не поменялось в ее жизни. Думать об этом было сейчас некогда. Но вспомнилось свое ощущение после первой своей свадьбы. Там была четкая черта: до свадьбы - это просто любовь, а после свадьбы - одно целое и навсегда, Валерия чувствовала, что принадлежит Ежи, а Ежи ей. С Родионом ничего подобного не было, более того, до сих пор не верилось, что они муж и жена, словно это все понарошку: вот сейчас наиграются в общей песочнице, и разбегутся по домам. Валерия, словно со стороны наблюдала за всем этим, сама не участвуя в действии. Гурского она любила, любила глубоко, была уверенна в собственных чувствах и выборе, но будущего с ним, по-прежнему, не видела. Это не давало полностью расслабиться и отдаться торжеству, может дальше будет по-другому? Придет уверенность не только в себе, своих чувствах, Родионе, но и уверенность в их семье.
   Вечером повеселились на славу, так умеют только русские и поляки. Вторые половины нарисовали большую стенгазету, как в старые времена с фотографиями и стишками. Марина еще и с нотами для танцев подсуетилась, скачав в нете русско-польские народные хиты, раздала еще вчера нашему мини оркестру и сегодня они вовсю радовали не только свадьбу, но и всех гостей, которые отплясывали на пляже под Калинку.
   Разошлись только под утро не очень пьяные, но довольные. Проспали до обеда, а на завтрак старшее поколение пригласило всех участников к себе, и порадовало блинами всех видов, пекя их в шесть рук целое утро. Было шумно, весело, не хватало самовара.
   Вернувшись после завтрака к себе во двор, Валерия обнаружила большой букет цветов на уличном столе. Удивилась, достала карточку: 'Счастья вам обоим. Вадим'. И номер телефона. К-хх. Вдвойне удивилась.
   - Нет. Ну каков... у него мозги напрочь отбиты? - Родион из-за ее плеча заглядывал в карточку, - Еще и телефон написал.
   Валерия передала ему за плечо карточку.
   - А мне-то зачем? - взял ее.
   - Вдруг пригодиться, он же нам обоим желал, - усмехнулась она и забрала с собой букет внутрь.
   Достала вазу, налила воды, поставила цветы на низенький столик.
   - Нет, ну вот ты мне скажи, в дом-то зачем это тащить? - осведомился Родион.
   - Предлагаешь вернуть хозяину?
   - Хозяин выписался из гостиницы.
   'Надо же, какая осведомленность', - улыбнулась Валерия.
   После завтрака Родион снова всех собрал в гостиной, на этот раз присоединилась еще и Валерия. Минут пятнадцать народ просматривал почту.
   - Ну что? У кого что интересного? - начал Родион.
   - Отчеты по срокам будут готовы только завтра к вечеру, отправлю тебе их уже с Мюнхена, новые разработки заморозить получиться к началу следующего месяца, со специалистами пока решаем что делать, я думаю, что можно будет перекинуть их на те разработки, которые почти доведены до конца, - отчиталась Хелена.
   Родион посмотрел на своих парней.
   - Инфу запустил в трех источниках, народ просматривает активно, завтра-послезавтра еще пару строк добавлю, - это Игорь.
   - С Риа Нара, сам знаешь, все идет тяжело, - это японец русского происхождения Алексей.
   - Хорошо, переключайся на других, с ними я сам попробую, - Родион, - Лер, как с русским сектором?
   - Могу сдать в любой момент, есть пару предварительных договоренностей в стадии разработки. Либо мы их доводим, либо передаем будущим владельцам.
   - Анджей, что с аудитом?
   - Подготовим, месяца через два все будет в ажуре.
   - Ставим срок в три месяца, к этому времени все должно быть подчищено, завершено, Хелена, особенно по закрытому сектору. Нам утечка не нужна. Через три месяца начинаем запускать в открытую инфу о продуктах. Сергей, Игорь, решили кто остается в Японии, кто возвращается домой?
   - Я и Лешка остаемся, остальные возвращаются, - это Игорь.
   - Сами справитесь?
   - Все нормально, мы же только ради подстраховки.
   - Я тогда на пару-тройку недель тут остаюсь.
   Все понимающе улыбнулись. Народ начал расходиться. Родион уединился с Анджеем на пару часов, вырабатывая план на неделю. Валерия за рабочим столом отвечала на почту, проверяла договора, присланные помощницей, краем глаза поглядывала на Родиона с Анджеем. 'Надо же, сдружились, и отношения у них равные'. Родион что-то рассказывал Анджею, потом выслушивал его объяснения или предложения, соглашался. Пришла после купания Кирка, увидела, что парни заняты, позвала сестру поболтать. Валерия тихонько заварила чай, достала остатки утренних блинов, джем, поставила все на поднос и поднялись в спальню. Расположились с подносом на кровати, каждый взял по кружке. Поговорить сестрам наедине не удавалось.
   - Как ты? - спросила Кира, отпивая чай.
   - Странно, - призналась Валерия, - до сих пор не верю, что мы поженились. Даже не так... не верю, что теперь мы семья. С Ежи ощущение семьи и единого целого было сразу, а тут такого нет.
   - С Ежи сразу общий быт сложился, подожди появиться и с Родионом.
   - Не скоро он у нас появиться, начали готовить корпорацию на продажу, а это минимум полгода, а то и надольше затянется. Родион, скорей всего, будет мотаться между Японией и Мюнхеном, а мне нужно Каролину в школу определять и, наконец, мамой побыть.
   - Расстроилась, что фирму решили продать?
   - Ты, знаешь, да. Понимаю, что иного варианта нет, но чувствую себя не благодарной по отношению к Ежи.
   - Вы правильное приняли решение, все так и должно быть.
   - Со свадьбой тоже, как-то сумбурно, ни с тобой толком не пообщались, ни с родителями, ни с Хеленкой, сама свадьба суматошная. И Гурский отказался даже читать брачный договор.
   - Чего? - не поняла Кира.
   - Я составила брачный контракт, а он его даже читать не стал. 'Обойдешься', - передразнила она теперь уже мужа.
   Кирка расхохоталась. Поставила кружку на поднос, продолжая смеяться.
   - Чего смешного?
   Кира не реагировала, хохотала до слез. Валерия улыбнулась, глядя на хохочущую сестру, подождала пока та успокоиться.
   - Лерка, вы друг друга стоите. То ты против брачного контракта в принципе, то сама его составляешь, представляю, как Гурский обалдел.
   - Он ржал так же, как и ты.
   - Как же ты тогда согласилась, если он не подписал?
   - Я его вынудила пообещать на словах, что если я попрошу, то он даст мне развод.
   Кира грустно усмехнулась.
   - Лер, ни сейчас, ни позже, ты не захочешь от него уходить.
   - Да ну тебя, вы как сговорились с ним.
   - Он это чувствует, я это вижу, скоро и ты поймешь.
   - Кир, знаешь, что странно, - грустно поделилась Валерия. - Я не вижу нашего будущего с ним. Я уверена в Родионе, уверена в себе, но я не вижу нашего с ним общего будущего, - подняла глаза на сестру.
   Кира сжала губы в прямую полоску, смотрела с сочувствием на сестру. Валерия знала это ее выражение на лице.
   - Все так плохо? - уточнила она.
   - Я не знаю, надеюсь, что нет. Ваше будущее пока не стабильно, потому ты его и не видишь. Думаю, что и Родион его еще не видит.
   - А когда проясниться? - осторожно спросила Валерия.
   - Уже скоро.
   - Девчонки, купаться пойдем? - крикнул снизу Анджей.
   - Да-а-а, - в один голос ответили сестры.
   - Ты иди, я переоденусь и спущусь, - предупредила Валерия.
   Быстро переоделась в купальник, завернулась в парео, достала шляпу с широкими полями и глянула на себя в зеркало. В проеме двери стоял Родион, наблюдая за ней. Она через зеркало рассматривала его. Изменился, стал мягче, черты лица разгладились, и уголки губ чуть-чуть всегда приподняты. Непривычно видеть его таким, и еще более непривычным видеть у него золотое кольцо на безымянной пальце. Родион подошел сзади, снял с нее шляпу, обнял, прижался щекой к Леркиным волосам.
   - Привет, жена, - сказал он ее отражению.
   Валерия улыбнулась.
   - Никогда не подумала, что блестящее золотом кольцо так красит мужчину.
   - Женщине оно тоже идет, не снимай его, ладно?
   Она утвердительно пару раз качнула головой. Да нет же, он другой, может зеркало искажает, повернулась к Родиону, подтолкнула его к кровати, усадила, сама уселась сверху и пристально осмотрела.
   - Гурский ты изменился, - констатировала уже увиденные перемены.
   Он удивился. Валерия закрыла глаза и вдохнула запах его тела, запах тот же, разве только более легкий. Прошлась, почти не касаясь губами, а только дыханием по его шее, потом по щеке, подбородку, перешла на другую щеку.
   - Ты что именно хочешь проверить? - выдохнул он.
   - У тебя и тут эрогенные зоны? - притворно удивилась она, расстегивая его рубашку.
   - Ты - моя одна большая эрогенная зона.
   Купаться вышли не скоро, солнце уже катилось к закату, быстро сделали пару заплывов и вернулись в домик переодеваться на ужин.
   Сегодня последний ужин вместе, завтра уезжают первые и вторые половины и все поляки. Валерия попросила снова накрыть большой стол на террасе, зажгли оставшиеся свечи. Поужинали, немного потанцевали и разошлись по кучкам. Тихо играла музыка, догорали свечи, допивалось вино.
   Удивительно, но за три-четыре дня из абсолютно разных по возрасту, интересам людей получилась очень дружная, теплая компания. Вторые половины, образовав сейчас свой междусобойчик, о чем-то секретничали с Кирой и Хеленкой, вовлекая в свой разговор маму сестер, которая вскоре стала центром этого кружка. Валерия улыбнулась, к маме всегда тянулись подружки и ее, и Кирюшины. Еще в школе жаловаться на несчастную любовь девчонки с обоих классов, где учились сестры, приходили к ней.
   Александра Феликсовна, Иоанна и отец Валерии что-то бурно обсуждали на другом конце стола, эта троица интеллигентов, знала мировую историю от а до я - им всегда есть о чем поспорить и отстоять свою правоту.
   Парни ушли в дальний угол веранды и там решали, судя по всему, новые стратегические задачи, а может просто бокс обсуждали или биллиард. Серьезный Игорь спорил с улыбающимся японским Алексеем, Родион что-то спокойно обсуждал с Анджеем и Лешеком. Василий, Илья и Митя, судя по их голым торсам, подбивали всех поплавать. С Анджеем парни познакомились только на последних сделках, общались мало, сейчас, наверстывали упущенное. А Лешек - это Лешек, он вообще, словно давний друг вошел в свадебную компанию, за то время, что Валерия его не видела, он раздался в плечах и стал более весомым что ли. Хелена быстро запустила в него свои коготки, и он даже как-то с радостью с этим согласился, балуя ее, и потакая малейшей прихоти. Хеленка сказала, что она не ждет от этого романа ничего серьезного, но развлечение себе нашла на какое-то время, а там видно будет.
   Валерия сидела одна, с умаявшейся за день и уснувшей на руках Каролиной, затекла рука, на которую приходился основной вес дочери, нужно отнести ее в кровать, но уходить не хотелось. Смотрела на своих гостей и радовалась их присутствию. Видела Родиона, худощавого, подтянутого, веселого и очень милого. 'Маламучище мое' - с нежностью улыбнулась Валерия. 'Господи, как хорошо!' Родион почувствовал ее вибрации, обернулся, улыбнулся. Анджей проследил за его взглядом.
   - Пойду заберу Каролинку, она тяжелая, - обронил он, и направился в сторону Валерии.
   Родион догнал его, хлопнул по плечу.
   - Подожди, я сам.
   Подошел к Валерии.
   - Понесли? - спросил ее.
   - Давай маленько еще посидим.
   - Тебе не тяжело ее держать?
   - Тяжело, - призналась Валерия.
   - Мне доверишь?
   - Забирай.
   Родион взял на руки Каролину, и уселся рядом на кресло. Валерия встала, размяла ноги и спину, долила в фужеры вина, обернулась к Родиону. Он с улыбкой смотрел на Каролинку, стянул со спинки стула Валерии тонкий палантин и накрыл сверху ребенка. Женское сердце, глядя не это, сразу же наполнилось нежностью. Сделала полшага к ним, наклонилась и поцеловала его в губы. Родион немного удивился, но спрашивать ничего не стал. Валерия устроилась рядом с ним, протянула фужер.
   - Посмотри на все это, - Валерия обвела фужером картинку, которая была создана на веранде. Мне сейчас пришло в голову, что это картинка из Чеховских рассказов.
   Родион улыбнулся, картинка ему нравилась. Тихий говорок, легкий веселый смех раздавался с разных сторон веранды - людям сейчас хорошо. У него вообще картина в жизни, за последние несколько лет, поменялась разительно.
   - Спасибо тебе, - негромко сказал ей на ухо.
   - За что? - не поняла Валерия.
   - За все это, - показал он глазами на окружение.
   Валерия удивилась.
   - Помнишь, мы с тобой, еще в самом начале говорили о друзьях, их количестве и посиделках с ними. Ты сказала, что у тебя много друзей-приятелей, и вы приятно проводите время. А я не понимал, как может быть их много и считал пустой тратой времени подобные мероприятия.
   Валерия кивнула головой.
   - А с появлением тебя в моей жизни все изменилось. Я со своими-то парнями так близко сошелся, чтобы пригласить их на собственную свадьбу, только за последний год.
   - У тебя просто появилось время на разные приятности.
   - Ты появилась в моей жизни, - поцеловал ее.
   Подошла Иоанна.
   - Ребята, рада за вас. Вы молодцы.
   - Спасибо, Иоанна. И спасибо, что приехала, для меня это было важно, чтобы именно ты была на нашей свадьбе.
   Иоанна растрогалась.
   - Родион, донесешь Каролинку до кровати?
   - Конечно.
   Молодожены занесли ребенка в соседний домик, где она проживала со всеми бабушками и вернулись к себе, сразу же нарисовались Кира с Анджеем и Хеленка с Лешеком. Решила напоследок напиться чая и разойтись по комнатам. Хеленка с Лешеком суетилась с чаем, Валерия, обнятая Родионом, разговаривала с Анджеем, который сидел с другого ее бока. Новоиспеченный муж наслаждался мгновениями: Лерка, которая теперь по праву и до самого конца, его и только его, вокруг приятели, которые за короткое время стали близкими людьми, эта ночь в бунгало под пальмами с шумом моря.
   - Счастлив? - тихо спросила его Кира.
   Он утвердительно кивнул головой:
   - Даже берегов не видно, - посмотрел на нее пьянющими от тихого счастья глазами.
   Кира улыбнулась ему мудрой улыбкой, словно зная все о нем, его будущем, а в глазах промелькнула грусть.
   - Что? - спросил Родион, заметив это.
   Она отрицательно покачала головой.
   - Говори уж.
   Кира помолчала, присматриваясь к нему, словно взвешивая, что можно сказать.
   - Ты только палку не перегни, - тихо, то ли попросила, то ли предупредила она.
   - Кир, я люблю Лерку, - произнес он просто, без пафоса, словно это уже привычный и давно свершившийся факт, подведя черту под ее опасениями.
   - Я знаю.
   - Ты, знаешь странное ощущение, - решил поделиться он, - я ее так долго добивался, теперь она моя...
   - ?
   - И я не знаю, что дальше делать, как выстраивать отношения. У меня была цель, уговорить Лерку выйти за меня замуж. Уговорил. Вышла. А дальше что? И я, поймал себя на мысли, что не знаю, как это жить семьей. Я все время жил один. Сейчас я хочу, чтобы Лерка жила со мной, но как это будет не знаю.
   - Ставь новую цель в отношениях и несколько промежуточных, - предложила Кира.
   - Надо, - согласился он, притянул к себе поплотнее жену, уткнувшись носом в ее затылок, вдохнув ее запах.
  
   Медовый месяц почему-то быстро закончился, уезжать не хотелось. На острове жизнь текла размеренно, без суеты и счастье ощущалось чаще и острее. В Варшаву возвращались вчетвером. Сначала завезли Александру Феликсовну домой и Каролинку Иоанне, которая не видела ее две недели и поехали вдвоем в квартиру Валерии.
   - Волнуешься? - спросил ее Родион в такси.
   - Есть немного.
   Валерия открыла дверь квартиры, прошла первая, Родион зашел следом с чемоданами.
   - Ты, знаешь, я тоже волнуюсь, - признался ей.
   - Ну здорово, сейчас встанем оба на пороге и будем волноваться до вечера, - взяла его за руку и провела в гостиную.
   - Ого, - удивился он, - слушай, классная идея, - поразился он интерьерному решению.
   Пока еще не смело заглянул в обе спальни и прошел на кухню.
   - Ты знаешь, а мне нравиться, я, если честно, даже не ожидал, что у тебя так здорово.
   Валерия улыбнулась.
   - Телефончик дизайнера не дашь? - попросил он.
   - А тебе зачем?
   - В ближайшее время, думаю понадобиться, - враздумии, ответил он и тут же принял шутовской тон. - Я же тут семьей обзавелся, со временем надо будет расширяться, так что телефончик пригодиться.
   - Я думаю, что она тебе выставит примерно те же расценки, что и ты ей, чисто по-родственному, - усмехнулась Валерия.
   - Это кто это у меня в родственники затесался?
   - Хелена.
   Родион недоверчиво посмотрел на нее.
   - Серьезно?
   - Она в Лондоне лет пять назад была очень востребована, - заверила его.
   - Ну так это же ее... Это же... настолько продуманно и со вкусом.
   - Ты в нашей мюнхенской квартире не был. Она там упражняется примерно раз в три года.
   Валерия, пока болтали, заварила чай, разогрела привезенный обед от Иоанны. Сели за стол.
   - А я бы ничего тут менять не стал, - предложил Родион. Максимум через полгода будем съезжать, надо только определиться с городом.
   - Ты сначала со своей работой определись. Мне всего пару месяцев понадобиться, чтобы отойти от дел, и я могу быть свободной.
   - Здорово, - обрадовался Родион, - будешь мне варить борщи, вязать носки и гладить по головке.
   - Ну-ну, - усмехнулась будущая домохозяйка с воображаемым половником и спицами.
   - Чем займемся сегодня?
   - Борщами и носками, будешь показывать как варить, как вязать.
   - Каааак?!! Ты не умеешь? Не ну я так не играю, ну что за жена мне досталась.
   - Научишь, - грозно пообещала Валерия.
   Вечером разбирали каждый свою почту, сидя в гостиной на диване напротив друг друга.
   - Лер, мне надо будет на пару дней уехать в Мюнхен.
   - Когда?
   - Послезавтра.
   - Ну вот, у меня борщ прокиснет, пока ты будешь разъезжать по своим Мюнхенам, - печатая текст, посетовал она.
   - А ты носками в это время займись, - доброжелательно фыркнул Родион, вернувшись в комп.
   - Надолго?
   - Не знаю, скорее всего, пару дней.
   - Ладно, буду тренироваться на полуфабрикатах в кулинарном умении.
   - Какая ты у меня хозяйственная, - позавидовал себе Родион.
  
   Три дня растянулись на неопределенный срок, новоиспеченный муж, заскочил на день домой, собрать вещи, и укатил в Японию. Тарико Мииуно запросила личную встречу. Валерия надеялась, что это займет максимум неделю, но больше месяца Родиона не было дома, и еще неизвестно на сколько это затянется. Первое: москвичи все же нашли чем заинтересовать Тарико Мииуно, а те в свою очередь настаивали, чтобы переговоры с русскими вел он. Родион попытался ограничиться только консультацией, но свой человек в японской фирме слил информацию, что фирма активно интересуется новинками в нано-технологиях, а это уже прямой интерес корпорации Полянского. Родион встретился с Анджеем и Хеленой, вместе решили, что Тарико Мииуно нужно мягко начать заинтересовывать незаконченными разработками. Встречались на срединной территории - в Малазии была выставка, где участвовала фирма Полянского, там и приняли решение - если что-то и отдавать москвичам, то только за очень большие деньги. Родиону пришлось возвращаться в Японию и вызывать своих парней.
   А у Валерии началась спокойная жизнь. С ролью директора мед. центра прекрасно справлялся действующий, поэтому она переложила полностью все полномочия, кроме отдельных вопросов, на него. Со школой тоже более-менее, надо будет летом поменять кое-кого из учителей и найти хорошего директора, тот, который сейчас на посту, перестраховывается по любому поводу.
   По русскому сектору получилось быстро подписать один из двух договоров, которые находились в стадии договоренностей, вторая договоренность тоже приближалась к финальной стадии.
   Появилось время на ребенка и себя. От спокойной жизни, Валерия даже, потихоньку начала прибавлять в весе - не критично, но удивительно, за последнее время с постоянной нервотрепкой вес никак не хотел набираться. А тут расслабилась, борщи стала готовить (шутка, но на кухне больше времени проводит - Каролинка сейчас постоянно жила дома, поэтому приходилось готовить), похорошела, настроение замечательное, весна опять же. Кра-со-та!!!
   Забегала на днях к бабушкам, обе закидали комплиментами.
   - Лерочка, у тебя что-то хорошее случилось? - Александра Феликсовна, - у тебя глаза светятся.
   - Лерочка, ты такая красивая, - восхищалась Иоанна.
   Стала больше встречаться с польскими приятельницами-подругами. Те тоже наперебой комплиментировали. У Валерии, действительно, все внутри пело - так приятно чувствовать, что тебя любят и любить самой. С Родионом разговаривала каждый день, иногда подолгу, не о работе, а все больше о друг друге или выборе дальнейшего места проживания. Валерия закидывала ему на почту красивые места и дома, он ответом слал свои хотелки. Не жизнь, а сказка. А тут еще и Кирка приезжает. Сестра едет к Анджею в Мюнхен, но на пару дней остановится у Валерии.
   Раздался звонок в дверь.
   - Кииираааа, - Каролинка вихрем полетела к входной двери.
   Расцеловались, наобнимались, племянница получила все свои законные подарки и ушла с Иоанной в подготовительную школу. Сестры остались вдвоем, наконец, можно спокойно, без намеков и недомолвок поговорить.
   - Как там у Хелены с Лешеком? - интересовалась Валерия.
   - Любовь в самом расцвете, он даже думает перебраться обратно, но Хелена еще не решила, чем будет заниматься после продажи, а главное где она будет это делать.
   - Это, наверное, самая модная тема на сегодня. У нас тоже это активно обсуждается, - поделилась Валерия.
   - Вот пока они этим и занимаются, разглядывая друг друга через океан.
   - В вы с Анджеем дату свадьбы назначили.
   - Даааа, - зарделась сестрица.
   - Ну, и-и-и-и???
   - Сентябрь, - скромно потупила глазки старшенькая.
   - Господи, спасибо тебе, - Валерия закатила глазки к потолку, - моя сестра позволила любимому человеку уговорить себя выйти за него замуж. И как он бедный до сентября дотерпит.
   - Ему выхода нет, - рассмеялась Кира.
   Валерия подхватилась с места, к шкафу за чашками. Нацедила Кире кофе, себе чая, поставила их на стол, достала варенье, разлила в креманки.
   - Ты Родиону-то сказала? - спросила Кира, любуясь красавицей-сестрой.
   - О чем? - Валерия при одном его имени расплывалась последнее время в улыбке и на щеках появлялись ямочки, раньше не подозревала об их наличии на собственном лице.
   Кира с интересом воззарилась на сестру, и улыбнулась ей самой широкой улыбкой.
   - Ты на шестой неделе.
   На кухне замерла тишина. Звякнула ложка, которой Лерка набирала варенье, стукнулась банка о стол, в открытое окно донесся детский спор от подъезда, где-то пробили часы и сигналит машина...
   - Что? - не поверила Валерия, но счастье десятибалльной волной уже накрыло ее, - Кира!
   - Я рада, что первая тебе об этом сообщила.
   - Кира, это правда? - Валерия, прикрыла рот ладонью, и на глазах неожиданно от радости выступили слезы.
   Валерия перенесла руку ко лбу, пытаясь успокоиться,
   Посмотрела за окном на майскую весну, немного встревожилась, перевела взгляд на сестру.
   - Пока все хорошо? - спросила ее.
   - Пока все очень хорошо, - успокоила она ее, - Даже и не думай о плохом.
   Минут двадцать с Валерией ни о чем говорить не получалось, она ходила по кухне, переваривая новость, присаживалась за стол, смотрела в одну точку, наконец, пришла в себя.
   - Родиону когда скажешь? - спросила Кира.
   - До его приезда точно не скажу. Он же посадит под домашний арест: этого нельзя, туда не ходи, сюда не смотри, тут не дыши.
   - Мне кажется, что ему стоит об этом узнать пораньше.
   - Через пару недель и так приедет, - отмахнулась Валерия. - Господи, Кирюш... То-то я такая счастливая в последнее время хожу, просто, как чумная хожу и улыбаюсь всему и всем.
   - Лерка, поздравляю.
   - Кир, не говори никому пока. Ладно? Хотя бы пару неделек, до приезда Гурского.
   - Хорошо, - улыбнулась сестра, - только, - замялась сестра, - с переездом пока не торопитесь.
   - Почему? Наоборот надо успеть до рождения ребенка переехать в новую квартиру.
   - Квартиру можно менять, из Варшавы главное не уезжайте.
   Валерия внимательно заглянула в глаза сестре. Кира тревожилась, вряд ли что-нибудь расскажет, но Валерия привыкла доверять сестре.
   - Хорошо, - пообещала.
  
   Родион заявился неожиданно, на три дня раньше. Открыл дверь ключом, который дала ему Валерия, тихонько прошел в прихожую, услышал, что Лерка с кем-то разговаривает на кухне... по-итальянски или испански. 'Не знал, что она умеет' - удивился он. Заглянул в кухню. Лерка стояла у окна, разговаривая по телефону, то ли уговаривала, то ли объясняла. Залюбовался ею, она слегка поправилась и очень похорошела. Попрощалась, положила телефон на стол и увидела его, улыбнулась счастливой улыбкой. Родион сейчас видел только ее искрящиеся радостью глаза, медленно подошел к ней. Что-то в ней изменилось, что-то... 'Быть не может!' - не поверил он, сделал последние пару шагов, заключил ее в объятья. 'Лееерка'. Тут же отстранил.
   - Ты беременна? - и верил, и не верил.
   Она счастливо закивала головой.
   - Восьмая неделя, - улыбка не сходила с ее лица.
   Родион забыл как дышать. Ребенок? Ребенок! Он хотел ребенка, он хочет ребенка. Но так быстро! Люди годами пытаются родить этого самого ребенка. И Родион настроился уже на долгую борьбу с природой за своего долгожданного ребенка. И тут, как обухом по голове. Ребенок! Это сравнимо с детскими ничем не замутненными эмоциями, когда ты очень хочешь какую-то игрушку, ты хорошо себя ведешь, делаешь зарядку, приносишь пятерки - делаешь все, чтобы только заслужить долгожданную игрушку. Ты предвкушаешь ее появление у себя и боишься, что тебе ее не подарят. И вот когда она у тебя уже в руках, а ты все еще боишься поверить в свое счастье. Она моя? Она, правда, моя? И подвисаешь: хочется кричать от радости, а в то же время боишься, что она может исчезнуть. Ре-бе-нок. Мой ребенок.
   Он выдохнул. Притянул к себе Валерию, спрятав ее у себя на груди, огораживая от всего мира своими объятьями.
   - Спасибо, - голос стал хриплым.
   Постоял в обнимку с Леркой, привыкая к новым своим ощущениям. Оторвался от нее, заглянул в глаза.
   - Лер, мне иногда страшно.
   - ?
   - С тобой у меня все задуманное свершается очень быстро. Каким бы сумасшедшим мое желание не было, оно воплощается в реальность без титанических усилий с моей стороны. И это начинает пугать.
   - Ты просто не был никогда счастливым, привыкнешь, - пообещала она.
   Родион снова прижал ее к себе. Хотелось сделать, сказать что-то очень приятное Валерии, но таких слов не было, чтобы описать, рассказать о том, что он чувствует к ней. Просто ходил хвостиком, когда она готовила ему завтрак, когда ушла принимать душ, несколько раз проходил мимо ванны, останавливался, прислушиваясь к ней, когда решала рабочие моменты по телефону, когда бегала от компьютера из гостиной на кухню, проверяя готовку мяса. Хеленка стукнула ей в скайп:
   - У Гурского все нормально?
   - Вроде да, а ты почему спрашиваешь?
   - Да странный он какой-то...
   - Это пройдет))
   За обедом Родион спросил:
   - Кто-нибудь еще знает?
   - Только Кира, она-то мне и сказала, так бы я до сих пор не поняла.
   - Все хорошо? - осторожно поинтересовался он.
   - Ты же видишь сам, все хорошо.
   - Я отменил свои поездки на ближайший месяц.
   - Да? - удивилась Валерия, - а я ничего не отменяла.
   - А куда ты собралась? - насторожился.
   - Мне надо в Краков съездить, мне надо в Германию съездить, мне надо в Иркутск съездить..., - перечисляла она.
   - Нет, - категорично возмутился муж и будущий отец.
   - А почему? - поинтересовалась Валерия, сверкнув на него веселыми глазами.
   - Ты беременна! - не понял ее веселья.
   - И-и-и-и? - развела она руками. - Я же не при смерти.... И даже не больна....
   - Это опасно, - отрезал он.
   - Родион, - запаслась терпением, - опасность она повсюду, если всего бояться, то не нужно тогда вообще рожать детей.
   Родион и сам понимал, что это смешно, но ничего не мог с собой поделать, он и раньше-то, после аварии с Полянским, боялся за Лерку, а сейчас страх за ее здоровье, за ее жизнь парализовал.
   Валерия села к нему на колени, обняла, зацеловала.
   - Не трусь, все хорошо.
   Почувствовал, что напряжение начинает уходить.
   - Пойдем, поинтимничаем, - предложил он.
   - А я уж боялась, что ты решил воздержаться до совершеннолетия будущего ребенка.
  
   День Ивана Купалы задумали отмечать, как обычно. Валерия, жизнерадостная и энергичная, почти всю подготовку взяла на себя, бабушки решили порадовать гостей парой фирменных блюд, остальное доверили ресторану, к услугам которого прибегали в подобных случаях. Съехаться обещала вся родня, друзей особо не приглашали, кто знает, тот сам придет.
   Валерия с утра бегала по городу, надо забрать сюрпризы детям, цветочные украшения для столов и присмотренный давно подарок для Киры. Около двенадцати на улице столкнулась с Алексом. Бурно обрадовались друг другу, виделись последний раз год назад. Решили вместе пообедать.
   Алекс человек интересный, много чего знающий, жизнерадостный, творческий, влюбчивый до безумия, но непостоянный в своей влюбленности. Если видит красивую девушку, голову теряет напрочь, и начинает свершать подвиги во имя нее, девушка правда об этом может даже не догадываться, но ему зачастую это и не важно - у него есть стимул и это главное. Правда влюбляется он всегда в одних и тех же. Есть список избранных Муз, около пяти прелестниц, ходит он по этому кругу, если одна из Муз ему благоволит в определенный этап его влюбленности, то он ставит перед собой сразу же нереальные цели и очень быстро их достигает.
   Сейчас увидев цветущую Валерию, он вдруг решил снова влюбиться в нее, на Леркиной памяти это третий или четвертый раз. Она его тут же поставила в известность, что Музой быть согласна, но дама она теперь замужняя, поэтому будет по-прежнему Музой недостижимой. Алекс посетовал, поуговаривал, но согласился. Уж очень она светилась от счастья, грех не воспользоваться благосклонностью Музы, и он, сидя напротив нее, впитывал в себя ее сияние, в голове зрели новые подвиги.
   Лерка хохотала над ним, вспоминая, как он метался между сразу двумя Музами, завладевшими его сердцем: Лерой и Казей. Девчонки начали в шутливой форме требовать, чтобы он определился с пьедесталом, потому как толкаться на одной ступеньке двум Музам не пристало. Алекс, человек очень серьезный, но когда впадает в подобное зависимое состояние влюбленности, то становиться маленьким ребенком: метался из угла в угол, рыча раненным зверем, не смея сделать выбор. В тот раз все закончилась благоприятнейшим для него образом, всплеском новых идей, на которые он полностью переключился. И вот сейчас он сидит, и снова смотрит влюбленными глазами на Валерию.
   И тут появляется Гурский собственной персоной, вежливый, но однозначно демонстрирующий изумление, недоверие, претензию к жене и скрытую угрозу к Алексу.
   - Привет, - обрадовалась ему Валерия, освобождая место рядом с собой.
   - Привет, - нейтрально отвечает он, пристально осматривая ее.
   Алексу протянул руку и кивнул головой. Тот, после приветствия снова вернулся к предмету своего обожания, засыпая комплиментами и поедая глазами этот самый предмет. Родион взял стул, который ему освободила Лера, поставил его с торца стола, уселся и стал, как в театре наблюдать за женой и Алексам. Валерия несколько раз пыталась вовлечь мужа в разговор, но он только хмурился и неопределенно пожимал плечами.
   - Ну все, мне пора, - поднялся Алекс, - спасибо тебе за поддержку, вечером постараюсь вырваться к вам, - расцеловал Валерию в обе щеки попрощался с Родионом, и счастливый ушел.
   Она вернулась на свое место, попросила у подошедшего официанта чая, муж по-прежнему сидел даже не ежом, а дикобразом, растопырив колючие иголки вокруг себя. Валерия краем глаза глянула на него: 'Ого! Ну и злой же'. Давно таким не видела, если честно подзабыла даже, что может быть и злым, и агрессивным.
  Настроение было хорошее, посмотрела на улицу - дождь все же начался, но сегодняшний праздник отменять никто и нее думает: 'Натянем тенты'. Перевела взгляд на мужа - злой, ершистый, но чертовски привлекательный.
   Родион был очень серьезный, и с большооооой претензией к жене. И он абсолютно прав, какого хрена она тут утраивает! А она сидит вся светится, нисколько не чувствуя себя виноватой.
   Завелся, если честно, он еще до того, как увидел, что его жена тут развела интим с Алексом. Все те же москвичи пытаются встрять между Риа Нара и налаженными поставками, придется ехать в Токио. Анджей уже взял билеты в одну сторону на послезавтра, надо встретиться с советом директоров, это займет пару-тройку дней, может затянуться и дольше, с японцами никогда прогнозировать сроки не возможно. Не хотел бросать Лерку, уже перестроил почти весь свой график, чтобы быть рядом с ней, больше проводить времени вместе, строить семейные отношения, только она ничего перестраивать не хочет под него, живет в свое удовольствие. Вон с Алексом миндальничала у всех на глазах. И как ее оставлять одну? Нет, доверять он ей доверял, уверен в ней на все причитающиеся ему проценты, если она любит, то любит преданно. Только вот совсем ни к чему тут крутиться разным Алексам вокруг нее, тем более, когда его нет рядом. 'Черт! Как же все не вовремя! А может Лерку с собой забрать?' А что? Как вариант вовсе даже не плохой. Не, не будет он рисковать своим ребенком. А если в санаторий отправить? Точно! Вместе с Каролинкой и матерью. А гарантии? На острове и ребенок был при ней, и на глазах у матери, а все равно нашла на свою задницу приключений. Пипец. Вообщем, за пятнадцать минут, что находился за столом, накрутил себя здорово.
   А жена смотрела на него с еле заметной улыбкой.
   - Лер, ты чего опять творишь?
   Жена изогнула в удивлении одну бровь.
   - И не надо изображать из себя тут святую, - недовольно поморщился он.
   - Что-то случилось? - спросила Валерия имея ввиду основную причину из-за которой он так разошелся, а не Алекса.
   - Лерка, - устало вздохнул Родион, - вот ей Богу мне проще тебя под замок посадить, чем отгонять всех кобелей, которые вертятся вокруг тебя.
   - Ты злишься-то чего? И не надо сейчас мне рассказывать, что в тебе проснулась ревность к Алексу.
   - Я не ревную, - рыкнул.
   - И не рычи на меня, - усмехнулась она.
   'Ах, ты ж... зараза' - внутри начала подниматься волна бессильной злобы, он привык, что люди подчиняются ему, либо считаются с ним, учитывают его интересы, потому что, так или иначе, зависят от него, но не Лерка.
   - Лер, ты моя жена, - напомнил тихим хриплым голосом.
   - Да, - с улыбкой подтвердила.
   - Недопустимо, чтобы ты давала повод...
   - Какой повод? - забавлялась она.
   - Чтобы чужие мужики пускали на тебя слюни...
   Валерия, все же рассмеялась.
   - Родион, откуда у тебя такая неуверенность в себе, недоверие ко мне? Ты еще к собственной тени начни ревновать. Ты чего? Это же Алекс.
   - Ну да, - процедил он себе под нос, - сначала Полянский, потом Анджей, Славек, Павел, Алекс...
   'Понесло Остапа, Полянского он мне никогда не простит, с Анджеем вроде разобрались, Славек вообще ни при чем, Павел... ну это Павел, Алекс - к нему вообще глупо ревновать. Ладно, попробую объяснить'.
   - Родион, к Алексу ревновать глупо. Он уже полгода, по словам знакомых, в творческой депрессии, увидел меня сегодня первый раз за год, влюбился опять, в третий, нет, четвертый раз, и у него крылья расправились, он полетел доделывать уже оплаченный заказ, наверняка еще возьмет парочку. Ему не я нужна, а собственное чувство влюбленности. Это же Алекс, он без этого творить не может. А сегодня вечером, его, наверняка, приревнует Казя, которая демонстративно решит обидеться, что на пьедестале в этот раз оказалась я, а не она, а Кирка маслица в огонь с удовольствием подольет, потому как тоже официально признана его Музой. Я Алекса знаю лет восемь, он всегда был таким. За это время у него было две жены, которые никак не способствовали его творческому продвижению, не способен он творить, будучи влюбленным в обычную женщину. Ему нужно божество, которое может вдохновлять. Я тебя могу заверить, что стоит только новоприобретенной Музе с ним хотя бы поцеловаться, как она тут же теряет свой статус и становиться обыкновенной, простой любовницей, спускаясь с Олимпа в его постель. Это уже не Богиня, а просто женщина.
   - Лер, - у тебя на каждого мужика находится оправдание: поклоняющийся на острове, несчастен в семейной жизни, Алексу нужна мотивации для творчества в роли тебя. Есть еще кто-то, о ком я не догадываюсь.
   - Родион, мы уже говорили об этом. У меня много приятелей, знакомых мужчин с которыми я поддерживаю хорошие отношения, мне нравиться с ними общаться. Со Славеком просто приятельствуем, с Павлом общаемся редко, с Алексом только платонически, с Анджеем у меня очень теплые хорошие отношения.
   - Да, я в курсе, он даже жениться на тебе хотел, - усмехнулся он.
   - О, Господи, ты чего все в одну кучу валишь, он практически муж моей сестры. Предложение он мне делал в шутку, и было это лет десять назад.
   - Мне не-при-ят-но, что вокруг тебя постоянно вертятся мужики.
   - Ты тоже не в мужском монастыре живешь, - спокойно ответила она.
   - Лер, постарайся понять, - уже мягче попросил Родион, - ты моя... и я не хочу ни с кем тебя делить.
   - Подожди, а с женщинами ты меня делить можешь?
   - Ну передергивай. Подружки - это подружки.
   - Нууу, - слегка поморщилась она, - это же не серьезно. Я не могу держать на расстоянии приятелей, знакомых мужского пола объясняя это тем, что теперь я жена, и муж у меня дикий ревнивец. Родион, я большинство из них знаю по десять лет.
   - Лер, - устало вздохнул он, - мне это не-при-ят-но. Постарайся понять, и пойди мне на встречу. Как ты себя будешь чувствовать, если я стану обниматься-целоваться с моими знакомыми женщинами?
   - Если это Кирка или Хеленка, то абсолютно нормально.
   - А если это бывшая любовница?
   - Женился-то ты на мне, а не на ней, - Валерия хитро блеснула глазами, - значит, любишь меня, а не ее.
   - Логично, - вынужден был согласиться муж.
   И инцидент вроде был исчерпан.
  
   Погода немного подвела послеобеденным дождем и затянутым небом. Бассейн детям запретили, а все остальное было как всегда: большие круглые столы под белыми скатертями, запеченный поросенок, самовар, фейерверки, музыка и неожиданно много народу. Кто не успел поздравить Валерию с Родионом с законным браком, требовали 'горько'. Было несколько незнакомых человек, но это либо родственники присутствующих, либо близкие друзья. Казя с Кирой устроили, как и предполагалось демонстрацию своих божественных претензий в виде ревности на предмет отсутствия их на пьедестале. Алекс виновато прятал глаза, пожимал плечами, и не выпускал Валерию из виду. Родиона это немного раздражало, но он видел, что вовлеченные в этот процесс люди просто веселятся.
   К Валерии сегодня какое-то особенно повышенное внимание, она ни на минуту не оставалась одна, то подружки хотели посекретничать, то Славек, будь он не ладен, получить свою долю внимания, то детвора подбегала о чем-то спросить, то знакомые мужчины о чем-то шептались, Павел заинтересовал чем-то, Алекс опять же постоянно крутился рядом. Но на счет него Родион успокоился, парня действительно интересовало только собственное вдохновение, он, словно, запасался им впрок - ему достаточно на нее смотреть, перекидываться улыбочками. Родион поначалу пытался держаться рядом с Леркой, но после того, как очередная приятельница жены, извинившись перед ним, увлекла Валерию подальше от его ушей, махнул на это рукой и отдался празднику, издали наблюдая за женой. В очереди за поросенком он оказался рядом с Кирой, взяли свои сочные кусочки и уселись за ближайший стол. Родион, по привычке, нашел глазами жену: 'Вот она, разговаривает с Иоанной, все в порядке'.
   - Ты чего такой нервный? - поинтересовалась Кирка.
   - Я? Нет!
   Кира усмехнулась.
   - Ну да, и Лерку не пасешь на коротком поводке.
   Родион помолчал, прожевывая поросенка.
   - Так заметно? - неприятно удивился.
   - Переживаешь за нее?
   Блин, с Киркой, иногда опасно общаться, Родион себе не хотел признаваться, что боится оставлять беременную Лерку одну, мало ли что, потому и дергается, и поводы находит для придирок. Посмотрел в глаза Кире, чуть-чуть приподняв завесу невозмутимости.
   - О-о-о, - удивилась она интенсивности страха, который плескался у него внутри.
   - Ага, - согласился он, - еще эта поездка. Не хочу оставлять ее одну.
   - Ну ты же понимаешь, что сам себя накрутил, к реальности и Лерке твой страх никакого отношения не имеет.
   - Кир, я боюсь за нее, убрать этот страх не получается, иногда так накроет...
   - Родион, это твое, с настоящим это не связанно.
   - Думаешь? - с надеждой посмотрел на нее.
   Кира помолчала, не отрывая взгляда от его глаз.
   - Сам справишься?
   Родион задумался, перебирая разные техники, пользования которыми довел до автоматизма.
   - В отношении Лерки вряд ли. Поможешь?
   - Давай, - взяла его руку в свою ладонь.
   Пять минут, может быть, чуть больше, и Родион почувствовал, как напряжение ушло, беспокойство за Лерку осталось, но дикого страха, что с ней случиться непоправимое не было. Он выдохнул с облегчением.
   - Надо было раньше к тебе прийти, меня целый месяц так колбасит, как узнал о беременности. Уффф.
   - Посмотри на Лерку сейчас, - попросила Кира.
   Родион нашел глазами жену, улыбнулся.
   - Ревновать, может быть не стоит? - осторожно предложила она.
   - Кииир, - возмутился Родион, - ей мужики прохода не дают, как пчелы на мед слетаются целым ульем, я понимаю, что она повода не дает, но я ведь тоже живой человек и она моя.
   Кира улыбнулась.
   - Родион, она просто беременна, Лерка относится к тому типу женщин, которые во время беременности расцветают, привлекая своей энергетикой окружающих. Вокруг нее не только мужики жужжат, ты разве не заметил?
   Родион скептически смотрел на собеседницу.
   - Не напортачь сегодня, - напоследок улыбнулась Кира, поднимаясь со своего места.
   - В смысле? - кинул он ей вслед.
   Кира обернулась.
   - Помни, что ты любишь свою жену, и такой как она больше нет.
   'Забудешь тут. Лееерка. Нет, ну что за... вокруг нее опять крутится какой-то мужик и она... Кокетничает с ним? А какого ляда она с ним кокетничает? Нет, ну что за хрень? Сегодня же днем только все с ней решили!' Родион понаблюдал еще какое-то время за женой: кокетничает, но больше по делу, что-то ей от этого мужика надо, но ему от Лерки тоже. Обоюдный интерес. 'Ооооочень интересно. И чем интересуемся?' Валерия взяла протянутую визитку. Родион направился в сторону жены, когда дорогу преградила девушка, раньше ее не видел, наверное, привел кто-то из гостей.
   - Не поможете с огоньком? - достала длинную дамскую сигарету.
   - Нет, обратитесь к официантам, у них все есть, - улыбнулся дежурной улыбкой, не меняя траектории. В шаге от жены, услышал окончание разговора.
   - Значит, договорились? - мужик поднес руку Валерии к своим губам.
   - Я подумаю, - сверкнула она на него глазами из-под опущенных ресниц, - но у меня есть более интересное предложение.
   - Я готов предложить больше, мы можем встретиться и обсудить, - не возвращая руку владелице, мягко настаивал он.
   - Я подумаю, - повторила Валерия, - большего сейчас пообещать не могу.
   Мужик приложился опять губами к руке Лерки и, наконец, отошел. Валерия развернулась с довольной улыбкой и уткнулась в грудь мужа.
   - О чем подумаешь? - сразу же уточнил он.
   - О делах, - отмахнулась, подставляя губы для поцелуя.
   - О каких делах? - муж попался въедливый и попытался завладеть оставленной визиткой, которую Валерия крутила в руках, не зная куда ее пристроить.
   - Пока только разговоры, - упрятала визитку в боковой карман длинной широкой юбки.
   Родион нахмурился, информацию на визитке он в любом случае прочтет, кто мужик и чем занимается, выяснит, но... Опять тайны, а это не приятно.
   - А чем таким ты секретным занимаешься, о чем твоему мужу знать не положено? - серьезно спросил.
   - Ты такой сексуальный, когда сердишься, - поделилась с ним наблюдением Валерия.
   - Лерка, - налетела сзади Хелена, - о, привет, Гурский. Я жену у тебя похищу, мне надо посекретничать между нами девочками.
   Родион посмотрел в честные глаза Валерии и в не менее честные Хеленки.
   - Что-то много сегодня секретов от меня, - хмыкнул он.
   Подошел к фуршетному столу, взял бокал с вином, обернулся туда, где только что оставил секретную парочку, те направились в дом, Хелена что-то бурно рассказывала, Валерия вытащила из кармана маленький прямоугольник визитки, показала его Хелене. Она, удивившись, остановилась, что-то сказала Лерке, та, довольно, несколько раз кивнула утвердительно головой. 'Надо все же покопаться в ее тайнах. Их, правда, многовато развелось'.
   - Не подскажете, какое здесь полусладкое вино?
   Родиона слегка тронули за локоть, он перевел взгляд с подъездной двери на говорившую. Опять эта девица, только теперь без сигареты, но с желанием выпить. Нет, желание у нее иного рода, сигарета и вино только предлог.
   - К официантам, - снова отправил.
   - Я - Мария, - представилась она, улыбнувшись, проигнорировав.
   - Хорошо, - кивнул головой и отошел в сторону дома.
   Девица досадливо поморщилась. Родион вошел в подъезд и услышал только последние фразы:
   - Я до сих пор под впечатлением, - Хелена.
   - Я умею ждать, - это довольная Валерия, - почти год прошел, пока он решился. Теперь он мой с потрохами.
   - Умеешь ты взять за мягкое место.
   Дверь в квартиру Иоанны закрылась. 'Что это было?' - задумался Родион. 'А на что это похоже? Да черт знает на что!' Разозлился на Лерку за тайны, недоверие, отстраненность. 'Все равно же докопаюсь!' Вышел из подъезда, допил вино, которое держал в руке, вернул бокал на стол. Подошли Анджей с Кирой, Родион поздоровался с ним.
   - Я тебе все переслал, - Анджей.
   - Спасибо, еще не видел.
   - Кинул еще пару ссылок, может быть они помогут.
   - Хорошо.
   - Анджей, - раздалось сбоку, - привет.
   - Мария? - неприятно удивился тот.
   - Удивлен? - кокетливо повела плечиком.
   - А ты-то тут что делаешь? - нахмурился.
   - Я с Марианной, - махнула рукой в сторону основного веселья.
   - Вы помирились? - не поверил Анджей.
   - Да мы... собственно... и не ссорились...
   'Ну да, ну да', - скривился он.
   Кира оглядывала девушку: молодая, красивая, даже очень красивая, холодная. Анджею она неприятна, Родиону безразлична, тот все больше поглядывал на окна квартиры Иоанны, а не на открытые плечи Марии. А вот ее он интересовал, но Родион не маленький, справиться сам.
   - Анджей, ты нас не познакомишь? - девица шла напролом.
   - С кем? - включил 'дурочку' тот, - кто тот счастливец с кем ты еще не знакома?
   - Вот с этим молодым человеком, - Мария взяла под локоть Родиона, обворожительно улыбаясь ему.
   Родион сделал движение, чтобы отстраниться, но тут увидел Валерию с Хеленкой, выходящих из подъезда и развернулся к Марии, чувствуя, что Валерия заметила, и направилась к их компании.
   - Человек он уже давно не молодой, а личность его столь значима, что в представлении не нуждается, - улыбнулся Родион холодной улыбкой красавице.
   Та сверкнула глазами, слегка сжав его руку.
   - Анджей, привет, - Валерия обнялась с ним, - выдели мне полчасика до своего отъезда, - попросила его. - Кира, обещаю, всего 30 минут.
   - Завтра, - постановила старшенькая.
   - Хорошо.
   Валерия развернулась к мужу, стройную девицу рядом с ним она увидела еще от подъездной двери, сначала показалось, что обозналась в личности девиц, а вот теперь утвердилась, а так же узрела еще и то, что она повисла на Родионе.
   - Ты не занят? - улыбнулась она мужу, - пойдем потанцуем, - протянула руку.
   - Идем, - Родион небрежно стряхнул с себя Марию.
   Валерия с мужем ушли, Кира взглянула на девицу, та под ее взглядом быстро ретировалась.
   - Что за неприятная особь, - поинтересовалась она у Анджея.
   - Сестра Марианны, - поморщился он.
   - Надо же, никогда бы не подумала. А чем тебе она неприятна?
   - Да..., - поморщился он, - от нее только неприятности. Не хочу говорить. Удивлен, что Марианна ее сюда привела.
  
   Родион привлек к себе жену, чувствуя знакомые волны нежности исходящие от нее. 'Леееерка'.
   - Может, уже сбежим? - предложил ей на ухо.
   Валерия ответила страстным поцелуем.
   - Я только предупрежу маму, что Каролинка на ней. Не вздумай ни с кем уходить, только со мной, - поцеловала еще раз, и упорхнула.
   Родион окинул взглядом праздник, многих присутствующих он знал, но сейчас хотелось домой, с Леркой. Уж там-то он ее прощупает на предмет тайн и таинственностей. Отошел в сторону, поболтал с парой гостей. Валерия опять зацепилась с кем-то из парней. 'Да что ж она медом сегодня для всех помазана?!' Потом нашла Иоанну, переговорила с ней, направилась в сторону, где играла детвора, к ней опять прилип Алекс, поговорила и с ним, подбежала Каролинка. Валерия попрощалась с Алексом, обнявшись напоследок, потом поговорила с дочерью, а Алекс в это время стоял немного в стороне, заворожено глядя на свою Музу. Потом была Марианна и Славек. 'А вот он точно неровно дышит к Лерке, чтобы она там не говорила!' Родиона заняла разговором Казя, и он на какое-то время потерял Валерию из вида. Завибрировал телефон в кармане брюк, извинился перед собеседницей, и направился за дом, к вольеру с собаками, там значительно тише и можно поговорить. Краем глаза заметил, как Лерка опять с кем-то из парней любезничает. 'Нет, все. Под замок и паранжу в два слоя. Ведь русским языком сказано - не нравится мне это. Сама-то как дернулась, когда Мария рядом крутилась. Нихрена не боиться', - посетовал он, заворачивая за угол дома, отвечая на звонок. Переговорил с Алексеем, обнадежил, что через пару дней будет уже в Токио, отключился от оппонента. Постоял немного лицом к небольшому саду, спиной к шумному празднику, вдыхая прохладный воздух.
   - А ты не боишься темноты? - раздалось за его спиной.
   Родион усмехнулся - 'Мария'. Надо было сразу послать ее, подобных девиц видит насквозь сразу.
   - Я не боюсь даже надоедливых женщин, - не оборачиваясь, ответил он.
   Почувствовал, что девица смешалась, но отступать и не думала.
   - А я вот боюсь таких мужчин, как ты.
   - Тогда не стоит приближаться, - лениво растягивая слова, предупредил он, играть в подобные игры стало скучно давно, пора посылать ее. Почувствовал приближение Валерии, задумался на секунду: 'А пусть поревнует, поймет на своей шкуре, как это, когда тот, кто принадлежит тебе...'
   - А я все же рискну, - Мария приблизилась вплотную.
   Родион развернулся, оказавшись лицом к лицу с ней. 'А ведь красивая чертовка, и, наверняка, всегда добивается своего', - оценивал ее, с ленивой снисходительной улыбкой глядя в глаза девушки. Она растерялась, не такого ожидала, но отступать сейчас стыдно.
   - И что ты будешь делать, такая смелая? - пренебрежительно поинтересовался, скривив губы в пренебрежительной усмешке.
   - А что ты хочешь? - с придыханием спросила.
   'Послать тебя к чертям собачим', - равнодушно решил Родион. 'И где Лерка шляется, когда тут ее мужа совращают?'
   - А у тебя такая убогая фантазия, что не можешь ничего придумать сама? - процедил он, не меняя позы: руки в карманах брюк, голова слегка наклонена и холодное пренебрежение на лице.
   - Отчего же, - провела рукой по его бедру вверх к животу и груди. Второй по ёжику волос, спустила ее на затылок, прижавшись в это время к Родиону всем телом, глядя в его глаза. Тот стоял равнодушный, на губах презрительная улыбка.
   - Не помешаю? - поинтересовалась Валерия.
   'Ну, наконец-то', - порадовался Родион, еще пара секунд и Мария бы умчалась сама от него, ломая каблуки на грядках матери. Соблазнительница досадливо поджала губы, соблазнительно взмахнула ресницами, облизала губы, и развернулась к Валерии.
   - Помешала, - с вызовом ответила.
   Валерия спокойно смотрела на нее. О Марии она слишком хорошо информирована, удивилась, как Марианна опять пустила эту дрянь в свою жизнь, да еще и сюда привела. Но это у Марианны такта больше, чем нужно, а Валерия с ней церемониться не будет.
   В Родионе была уверенна. С одной стороны понимала, что он просто захотел отомстить за сегодня: и за Алекса, и за Роберта с его визиткой, и за Славека. Не повелся бы он на Марию. Той еще крупно повезло, что не успела достать его своими домоганиями, а то уносила бы ноги, еще быстрее Вадима. А с другой стороны, ну как-то по-детски, глупо выглядела эта его месть. Получай, фашист, гранату, поревнуй меня.
   - Быстро собрала свою куриную жопку в кучку, и потыкала прямиком на выход, - сказала Валерия спокойно, но презрение просачивалось через каждое слово. Мария с вызовом посмотрела на Валерию.
   - Вызвать охрану?
   - А на каком основании? - развязно поинтересовалась она.
   - А мне основание не нужно, чтобы выставить такую дрянь, как ты со своего праздника.
   Мария повернулась к Родиону.
   - И не сомневайся, - кивнул он головой, - пошла вон.
   Марию сдуло, цокот каблучков указал направление к воротам, Валерия даже не посмотрела ей вслед, все свое внимание переведя на Родиона. Тот с интересом и легкой улыбкой, смотрел на нее.
   - Что? - невинно похлопал он глазками, гротескно пародируя Валерию, - я ничего не делал, она просто моя знакомая. Мы только разговаривали.
   - Либо ты не умеешь выбирать себе знакомых, либо тебе начало отказывать твое хваленое чутье, - недоуменно пожала плечами Валерия.
   'Ах ты ж, засранец. Решил повоспитывать!'
   - Она милая девушка, ты просто предвзято к ней отнеслась. Да, у меня есть знакомые девушка, с которыми я приятельствую, - продолжал клоунадничать Родион.
   Валерия на мгновение прикрыла глаза. 'Мы как слепой с глухим. Он же сам общался и с тем же Алексом, и с Павлом, и со Славеком, я про Анджея молчу - лучшие друзья в последнее время'. Вдруг сделалось обидно за подобное недоверие. Открыла глаза, на его упрямом лице играла легкая усмешка.
   - Дурак ты, Гурский, - тихо констатировала она, - если не чувствуешь таких простых вещей, - грустно улыбнулась и отвернулась к нему спиной, намереваясь выйти к общему празднику.
   Родион, внезапно оглох, словно по ушам прошлась звуковая волна, и задохнулся он нехватки воздуха. Ощущение не сильное, но неприятное. 'Что за хрень', - растерялся, наблюдая, как Валерия удаляется от него. 'Стоп. Это я уже где-то видел или проживал. Точно. В лесу. Во сне. Когда сорвался с собаками в тайгу, злой на Лерку'.
   - Лера, стой, - окликнул он ее, догнал в несколько шагов, развернул, прижал к себе. - Прости, - прошептал.
   Валерия молчала. Родион немного отстранил ее от себя, присел, чтобы заглянуть в глаза, она была спокойна и равнодушна, он испугался.
   - Прости, заигрался, - автоматом включились все внутренние поисковики, чтобы нащупать тропинку к ней.
   - Я подумаю, - обычным тоном, без малейшего негатива, пообещала она, а вокруг непробиваемая, железобетонная стена отчуждения.
   - Лер, не надо, - тихо попросил.
   - А ты чего добивался? - пожала она плечами.
   Родион со вздохом сожаления снял руки с нее. Остаток праздника он намертво прилип к Валерии, но не чувствовал ее, это пугало и почему-то ослабляло. Не понимал, что происходит, но силы заканчивались: вроде ничего плохого, а дышать полной грудью не получалось, реальность воспринималась в слегка затуманенном виде, требовались непривычные усилия, чтобы быть здесь и сейчас. При всем при этом все системы организма работали нормально. Валерия была веселой, доброжелательной со всеми, внимательной к нему, но... 'Господи, как же хреново...' Домой вернулись только под утро, Лерка быстро приняла душ и свернулась калачиком на кровати, Родион вошел в спальню, когда она уже спала. Присел рядом на кровать, всматриваясь в жену, пытаясь почувствовать ее. Та же самая Лерка, что и всегда, щемящее чувство нежности и любви к ней ворочалось внутри, но он не чувствовал ее. Не чувствовал ее тепла, ее близость, ее нежность, ее доверия, ее любви - она отгородилась, вышвырнув его из своего пространства. А он к этому успел привыкнуть настолько, что воспринимал, как должное, как свое. Как же люди живут не чувствуя друг друга? Они же по сути чужие.
   Родион лег сзади жены, прижался к ее спине, притянул к себе. Она развернулась сонная, привычно устроив голову на его плече, закинув ногу ему на живот. Прижался губами к ее лбу. 'Дурак, кому ты что доказал? Прости'.
   Валерия проснулась ближе к полудню, потянулась сладко - заспалась. В последнее время началась бессонница, даже не бессонница, а просто спать не хотелось, поначалу добросовестно всю ночь лежала в кровати, считая до бесконечности все, что приходило в голову, но очень быстро пришла к заключению, что это бесполезная трата времени, спать по ночам перестала и сразу стала успевать очень много. Немного сменился график жизни - спать стала ложиться в одиннадцать-двеннадцать дня, чтобы выспаться и чувствовать себя хорошо хватало всего пару часов.
   Пора вставать, в полдень, по традиции надо присутствовать за семейным завтраком. Сегодня будут только родные. Решили с Родионом поставить близких в известность на счет своего интересного положения. Валерия перевернулась, муж спал тревожно. 'Чего-то его мучает. Маламутище мое', - с нежностью провела рукой по его голове. Родион открыл глаза, словно и не спал.
   - Просыпайся, соня, - Валерия весело смотрела на мужа, - завтрак, наверное, уже подали.
   Родион смотрел на жену, видел в ее глазах искорки счастья, нежности, но по-прежнему, НЕ ЧУВСТВОВАЛ этого. Прижал к себе, пытаясь пробиться опять через ее границы - бесполезно. Значит, сильно обиделась.
  
   За большим круглым столом под яблонями собрались все бабушки, отец Валерии, Хелена и Анджей с Кирой. Накрывали на стол сами, наконец, все расселись и принялись трапезничать. Завтра Анджей с Родионом уезжают, потому старшее поколение, по одним им ведомым соображениям, старалось повкуснее и посытнее их накормить. Лерка поговорила с отцом, потом поспорила с сестрой, вовлекая во все разговоры мужа, постоянно касаясь его, нежась в его объятьях. Со стороны, окружающие видели, что они любящие, близкие люди, а Родиону было муторно. Он постоянно долбился к Лерке, но она, словно не чувствовала. Поймал сочувственный Киркин взгляд. Валерия сжала его руку, привлекая к себе внимание.
   - Сам скажешь? - прошептала ему на ухо, потом коснулась поцелуем щеки.
   Родион с немым отчаяние заглянул ей в глаза.
   - Мне плохо без тебя.
   Глаза жены вмиг стали серьезными.
   - Я люблю тебя, - заверила его, - но ты пренебрег моим доверием.
   - Прости, сглупил.
   - Я понимаю это. И что заигрался, и что сглупил, но довериться сейчас тебе, как раньше, не могу. У меня, словно, система защиты включилась, - пожала они плечами, - я ничего с этим не могу сделать.
   Родион смотрел ей в глаза и видел, что говорит искренне, видел, что любит, видел, что переживает, но НЕ ЧУВСТВОВАЛ. Это было настолько не привычным, словно лишился одного из семи своих чувств. Да, у обычных людей их всего пять, но у него-то есть еще интуиция, и он умел чувствовать Лерку, чувствовать ее эмоции, чувства, боль. А сейчас шесть чувств сохранились, но то, что давало глубину, насыщенность - этого нет.
   Обнял Валерию, прижавшись щекой к ее щеке. Слышал, как бьется ее сердце, но не чувствовал этого. Словно ты смотришь фильм, а не участвуешь в нем. Все слышишь, все видишь, на все реагируешь, но ты только зритель. Раньше же он обходился без этого седьмого чувства, но, черт побери, как же хреново, оказывается, без него. Поцеловал жену в губы и обратился к общественности.
   - Уважаемые, - привлек внимание к себе, - у нас есть новость.
   Все внимательно воззарились на него. Родион выдержал театральную паузу, чтобы все осознали важность момента.
   - Лера на третьем месяце, - окинул быстро всех взглядом: мать обрадовалась, Кира с Анджеем улыбнулись, Иоанна и родители Валерии испугались. Испугались? Пытались улыбнуться, но в глазах плескался страх, и улыбки получились очень жалкими. Посмотрели на Лерку, потом быстро на Киру, снова на Леру. Мать Валерии спрятала трясущиеся руки под стол, пытаясь справиться с волнением.
   - Ты с ума сошла? - Хелена, как всегда очень дословно излагает свои мысли.
   Валерия закатила глаза.
   - Это же хорошо? - неуверенно спросила Александра Феликсовна, не понимая реакции окружающих.
   - Это замечательно, - заверила ее будущая дважды мать, - Мама, папа, Иоанна. Пока все очень хорошо, поводов делать мрачные прогнозы нет никаких.
   Троица дружно перевела взгляд на Киру.
   - Подтверди, компетентная инстанция, - улыбнулась она сестре.
   - Лера права, волноваться не стоит. Все успокаиваемся и начинаем активно радоваться за нее и Родиона.
   - Вы ничего не скрываете? - уточнила Иоанна.
   - Иоанна, плод развивается нормально, анализы хорошие, чувствую себя замечательно.
   Последовал шумный выдох общего облегчения, и трое бабушек накинулись с подкормкой беременной.
   - Лерочка, возьми еще блин с творогом.
   - Чаю давай горячего.
   - Мясо, главное ешь.
   - Слушайте, бабушки, я уже сытая, - взмолилась Валерия, - а у парней длинная дорога, лучше их покормить, - переключила внимание от своей тарелки.
   Разговор снова полился легко и непринужденно, только старшее поколение бросало внимательные взгляды на Лерку.
   - Я чего-то не знаю? - тихо спросил Родион жену.
   - По поводу? - не поняла она.
   - Вот это, - он обвел взглядом присутствующих, - что сейчас было?
   - Я же тебе про мнение врачей рассказывала, - удивилась Валерия.
   - Ну да, - согласился он, - только я не думал, что все так серьезно.
   - Они очень испугались после аварии, страх за меня до сих пор остался.
   - М-м-м-м.
   Что-то Лерка недоговаривает, либо Родион недопонимает.
   - Анджей, - громким шепотом позвала Валерия, - и махнула головой в сторону дома. Тот кивнул в согласии.
   - Родион, мне с Анджеем посекретничать надо, я ненадолго.
   - А мне поприсутствовать можно при ваших секретах? - невинно захлопал он глазами.
   - Успокой, пожалуйста, бабушек, на пару с Кирой. Мы быстро, - вышла из-за стола, кивнула головой Хелене, приглашая с собой, Анджей поднялся, подхватил под руку Валерию. Троица зашла в подъезд.
   За столом повисла тишина, все кроме Александры Феликсовны смотрели на Киру.
   - Дорогие, - взмолилась мать Родиона, - что происходит?
   Иоанна тяжело вздохнула.
   - Нельзя Валерии беременеть, это опасно для ее жизни и жизни ребенка.
   - Почему? - испугалась теперь и она.
   - Потому что после аварии ее собирали по частям, у нее не стабильный позвоночник, врачи прогнозировали полную парализацию.
   - Ой, - прикрыла рукой рот Александра Феликсовна, перевела взгляд на сына, - Родион, ты это знал?
   - В принципе да, но не так драматично себе это представлял. Кииир?
   - Товарищи, давайте успокоимся, - предложила она, - вы слышали однозначные прогнозы врачей, когда Лерка попала в больницу. Что-нибудь из них подтвердилось? Она ходит, она очень в здравом уме, она в хорошей физической форме, она еще умудрилась забеременеть.
   - Кирюш, она справиться? - дрогнувшим голосом спросила мать Валерии.
   - Мам, конечно, она справиться. Лерка сильная, упертая. Умеет рассчитывать свои силы. Успокаиваемся все, и не надо нагнетать обстановку постоянными вопросами о ее самочувствии.
  
   Родион собирал чемодан, Лерка сидела рядом, наблюдая за действиями мужа. 'Какой-то он дерганный, рассеянный...'
   - Гурский, ты чего нервный такой?
   Муж в сердцах бросил стопку глаженной одежды в чемодан и стряхнул руки.
   - Э-э-э-э, коньячка? - предложила Валерия.
   Родион отрицательно качнул головой.
   - Дай мне пять минут, - и вышел из комнаты, на кухне быстро привел себя в спокойное состояние, но тревожность осталась. Уезжать не хотелось, раньше он срывался с места легко, а сейчас его держала Лерка, ее беременность. После утреннего разговора с бабушками за круглым столом опять начал трусить: 'А вдруг что случится? А вдруг рядом никого не окажется? А вдруг...' Ну и еще выматывало каматозное состояние со вчерашнего дня. Он не хотел с ним мириться, не хотел к нему привыкать. Несколько раз в час пытался пробиться к Лерке. 'Ну и как ее оставить, когда не чувствую совсем. Я же изведусь... Ладно, будем надеяться, что все будет хорошо'.
   Родион вернулся в гостиную, Валерия по-прежнему сидела рядом с чемоданом, складывая аккуратно те вещи, которые он побросал. Подошел к жене, присел рядом на корточки у ее колен, взял ее руки в свои ладони, заглянул в глаза.
   - Лер, я волнуюсь.
   - По поводу? - не поняла она.
   - Не знаю, - пожал плечами, - мало ли что с тобой может случиться, а я даже не почувствую этого.
   Валерия улыбнулась.
   - Я приложу все усилия, чтобы быть здоровой и счастливой в твое отсутствие.
   - Час от часу не легче, - бросил в сердцах Родион.
   Валерия рассмеялась.
   - Все будет хорошо, - пообещала она.
   - Прижми попу, посиди в Варшаве эту неделю, - попросил.
   - Я не могу, - растерялась, слегка возмутилась, - мне надо в Германию.
   - А почему я об этом ничего не знаю? - повысил голос неприятно удивленный муж.
   - Родион, мне надо всего на пару-тройку дней съездить, я к твоему приезду уже вернусь, - объясняла Валерия.
   - А ты когда приняла решение поехать? - прищурил серые с холодком глаза Родион, смотря снизу вверх на нее.
   - Я периодически езжу в Германию. Иногда по нескольку раз за месяц.
   - Я на счет этой поездки спрашиваю, - глаза по-прежнему слегка отстраненные.
   - Мне надо съездить, когда точно поеду, завтра или послезавтра, еще не знаю. Пока тебя нет, хочу по максиму решить со всеми выездными делами, чтобы к твоему возвращению мы были вместе.
   - С кем едешь? - Родион поднялся с колен.
   - Не знаю, может с Кирой, может с Каролинкой, может с Иоанной, может одна.
   - А по каким делам ты туда едешь?
   - Это допрос? Тебя что волнует?
   - Вот сейчас меня волнует то, что ты мне по-прежнему не доверяешь. Моя беременная жена собралась куда-то ехать не понятно с кем, и не понятно зачем и мне об этом знать не надо, по ее мнению, - начал заходиться в праведном гневе муж.
   Валерия опустила глаза, повторяя про себя то, что только что услышала, снова подняла их на Родиона.
   - Все дело в беременности? - тихо спросила она, - а если бы я не была беременна, то тебя это бы так не задевало?
   - Лер меня бесят твои секреты от меня, неважно в каком ты состоянии, сейчас ты уже отвечаешь не только за себя, но и за частичку меня, и по-прежнему, ты не считаешь нужным ставить меня в известность о своих действиях, планах. Словно я ничего в твоей жизни не значу, постоянные недомолвки, постоянные, как бы случайные, встречи с чужими мужчинами, постоянные секреты..., - Родион замолчал, вглядываясь в глаза жены, параллельно пытаясь проломиться через ее границы, - Какие отношения у тебя с Робертом Ольшанским?
   Валерия тихонько фыркнула: 'Быстро он все раскопал, связи и профессионализм только крепчают с годами'.
   - Деловые, - снисходительно успокоила.
   - Лер?
   - Я с ним пытаюсь начать сотрудничать.
   - О каком сотрудничестве идет речь? Твои и его интересы лежат в разных плоскостях?
   Валерия непроизвольно скривила губы, что было расценено, как: 'Нууу, как знать'.
   - Я опять о чем-то не знаю?
   - Родька, по-моему, ты просто цепляешься сейчас, без повода.
   - Цепляюсь??? Без повода??? А что в твоем понимании есть 'повод'? - Родион не повышал голоса, но рубил слова жестко. - Для меня повод, когда моя жена в тайне встречается с ресторанным воротилой столицы, обещая при этом подумать над его предложением. Для меня повод, когда моя жена скрывает свои планы на момент моего отсутствия. Для меня повод, когда моя жена не считается с моими просьбами. Для меня повод, когда моя жена постоянно дает повод для моей ревности. Для меня повод, что она все это продолжает делать даже будучи беременной, зная опасения врачей, не считаясь ни со своим положением, ни с будущим ребенком, ни с мнением мужа.
   Валерия была спокойна, за ее эмоциональный фон сейчас полностью отвечали гормоны, а они, несмотря ни на что, были счастливы, спокойны, настроены миролюбиво ко всему окружающему. Раньше, при подобных претензиях от Гурского, она давно бы послала его со всеми имеющимися поводами полечить голову и нервы. А сейчас... сейчас это была другая Валерия. Отчасти Родион прав, но она не чувствовала необходимости отчитываться, может быть, и нужно поставить в известность о своей поездке, но в известность ставят тех, с кем живешь бок о бок, кто от тебя зависит в бытовом плане. Александре Феликсовне и Иоанне скажет, когда решит с ребенком едет или нет. Тут сказать необходимо, потому как они планируют свой день под Каролинку. Своим родителям? Анджею и Хелене? Если к слову придется, то скажет, но, скорее всего, нет, поездка-то пустяковая. Родиона в это время вообще не будет в городе, а если он окажется где-то в дороге, то даже созваниваться вряд ли получится. Хотя нет, сейчас он по два-три раза в день звонит или пишет. Волнуется.
   Муж ждал ответа.
   - Родион, я не привыкла спрашивать разрешения куда мне поехать, когда это сделать, с кем мне встречаться и какие предложения принимать, - мягко начала объяснять она, - и я не буду этого делать. Я могу поставить в известность, чтобы за меня не волновались где я и с кем я, но не более того.
   Он уставился на нее с тааакой претензией.
   - Слушай, у нас с тобой не отношения, а бардак. Я думал, что ты беременная будешь сидеть дома и... и вышивать чепчики..., вить гнездо..., создавать семейный уют...
   - Ты сам себя сейчас слышишь? ТЫ ДУМАЛ, что я буду делать так, как ТЫ думал, как ТЫ хотел.
   - И что в этом противоестественного? - в недоумении развел он руками.
   - Я же тебе сразу сказала, что не соответствую твоим домостроевским пунктикам. Говорила? - по-хорошему надо было разозлиться, небеременная Валерия так бы и сделала, но сейчас почему-то не злилось.
   - Я думал, что мы с тобой договорились.
   - А ты хоть раз подумал о том чего хочу я, какие у меня планы? - слегка повысила голос, чтобы достучаться до мужа.
   Родион уселся в кресло напротив.
   - Хорошо! Какие у тебя планы?
   - Мне нужно все свои дела успеть закончить до третьего триместра.
   - Почему такой срок? - не понял он.
   - Потому что с седьмого месяца я вынужденная буду прижать попу, на радость тебе и сидеть на одном месте в зоне видимости больницы, где буду рожать.
   Родион переваривал информацию, постепенно сдуваясь, уходило раздражение, злость, уступая место беспокойству за здоровье жены и ребенка, но эта тема уже оговорена по нескольку раз. И все должно быть хорошо. А с прочим... Лерку не переделаешь, все равно сделает так, как решила. Усмехнулся.
   - Как Полянский все это терпел?
   - Что 'это'?
   - Все твои секреты и тайны.
   Валерия задумалась, сравнивая жизнь с Ежи и сегодняшнюю. Гормоны все же сильная штука, особенно гормоны, настроенные положительно к своей хозяйке. Они позволяют спокойно относиться к щекотливым вопросам, равнодушно взирать на ранее раздражающие факторы, в данном случае - претензии Гурского.
   - Мы всегда жили вместе, максимум разлучались на четыре-шесть часов. Все остальное время были вместе, вместе планировали, вместе решали, вместе ездили. Когда с человеком находишься 24 часа в сутки 30 дней в месяце, то все секреты рано или поздно заканчиваются.
   Родиона окончательно добил этот ледяной душ, Лерка только что открытым текстом сказала, что не принимает их отношения за семью. У них до сих пор нет семьи. Да, по сути, она и права. За то время что поженились, только первый месяц и были вместе. А все остальное время - три-четыре дня и снова ему надо ехать. Но, твою ж в Бога душу мать, он же старается, рвется каждую свободную минуту провести рядом с ней. Рядом, но не вместе. До сих пор нет общего дома, их дома, который бы они вместе создали. Мужик должен приводить женщину в свой дом, а не наоборот, потому не хрена у них и не получается.
   - Лер, давай определяться уже с постоянным местом жительства. Нужно купить в Варшаве жилье, а после рождения ребенка, продажи компании переедем, если захочется.
   - Иоанна говорит, что Анна (соседка Александры Феликсовны) приезжает продавать свою квартиру.
   - Здорово, - обрадовался он, - и Збышек тоже что-то себе присмотрел побольше, можно будет обе квартиры купить, мама переедет на второй этаж в квартиру Збышека, а мы займем весь первый.
   - Гурский, у тебя мысли скачут с пятого на десятое, такое ощущение, что это ты беременный, а не я, - улыбнулась Валерия.
  
   Родион прилетел в Токио, злой, как сто тысяч чертей. Все шло из рук вон плохо. В уже отлаженные поставки с японцами снова попытались встрять москвичи, причем предложив в открытую Гурскому процент от сделок. Риа Нара на подобные сомнительные вещи не ведется, ответила русским, что договор уже заключен, и менять партнера она не намерена, а всегда сомневающаяся Тарико Мииуно потребовала особого внимания и времени. Чтобы снова убедить их в надлежащей компетентности Родион угрохал неделю.
   Со дня на день надо заявлять о продаже корпорации Полянского, все было готово, но Родион не доволен, что-то они упускали: то ли время не пришло, то ли нет ясности всей картины. Переговорил с Хеленой - у той просто мандраж, и с Анджеем - он предложил пару недель подождать с заявлением о продаже, ему тоже не все нравилось. На пару с Гурским стали искать причину с разных концов.
   Москвичи продолжали плотным кольцом давить на Гурского, пытаясь перетащить его на свою сторону, но Родион общих интересов с ними не обнаружил о чем и сообщил при личной встрече. Алексей доложил, что их базу попытались взломать, и это окончательно выбесило Гурского. В том, что это были все те же, набившие уже оскомину москали, он не сомневался. При разговоре с Анджеем одновременно пришли к мысли, а может, москвичам и предложить купить часть корпорации? И все сразу встало на свои места. Конкурентами москвичи не были, не хватало размаха, но очень стремились к этому самому размаху. Материальная база у них очень даже не плохая, а вот с интеллектуальной и индустриальной - провисали, а корпорация Полянского все это может им предложить. Но, тогда игру строить нужно немного по иному, так, чтобы москвичи сами вышли на корпорацию, а именно на Родиона, как представителя, с предложением купить - все предпосылки к этому есть, нужно только подтолкнуть их к этой мысли. Анджей с Родионом загорелись этой идеей и принялись сразу же воплощать в жизнь.
   Все бы ни чего, но у Родиона куча времени уходила на анализ: людей, их слов, поступков, взглядов; ситуаций. Раньше он сразу чувствовал суть, чтобы человек не говорил, каким бы не хотел казаться - Гурский сразу понимал, что за человек и что этот человек от него хочет. Действовал, что называется, по наитию - как бы ситуация не складывалась, он точно знал в каком направлении двигаться, чтобы оказаться в наилучшей для себя точке конечного назначения, просто знал и все. А теперь приходилось по старинке подключать логику и психологию, а это помимо времени еще и выматывает сильно. Ощущал постоянный информационный перегруз. И дело не в интуиции, она работала, с напрягом, но работала. Дело в том, что Родион перестал чувствовать не только Лерку, но и самого себя. Не чувствовал какое направление верное, подключал голову, отсюда и перегруз - все приходилось пропускать через голову. С непривычки (за последние два-три года он уже давно микроскопом гвозди не забивал) это было тяжело - ушли краски, острота восприятия, реальность виделась в приглушенном, размытом, затертом варианте, словно в каматозе.
   И еще сильно тосковал по Лерке, не скучал, тосковал - появилась глухая ноющая боль внутри, не хватало физически ее присутствия. Созванивались по два раза на дню, Лерка - всегда милая, веселая, нежная, все это понимал из ее интонаций, но не чувствовал. Она делилась с ним: 'Определилась со школой для Каролинки, Анна согласилась продать им свою квартиру, Збышек тоже нашел для себя хороший вариант, Александра Феликсовна сама предложила переехать в его квартиру. Германия? Да съездила, все хорошо. Ольшанский? С ним тоже вроде все хорошо. Чувствую себя замечательно. Скучаю? Да скучаю'. А ему не хватало ее, до конца не мог понять, чего больше не хватает... именно ее или же тех внутренних резервов, которые она ему давала. 'Все, пипец, Гурский, ты окончательно превратился в паразита, зависящего от наличия женщины в твоей жизни. Хотя ничего плохого в этом и нет. Родственные души они на то и существуют, чтобы поддерживать и раскрывать потенциал друг друга. А сейчас спячка, муторная, выматывающая спячка'. И больше всего страшила мысль, что у Лерки не получится снова быть прежней с ним, снова впустить его и давать ему самого себя, и дело не в том, что она не захочет, а просто их этого могли лишить, потому что не ценили, не берегли. Он не ценил. Он не берег.
   Возвращался в Варшаву уставший, вымотанный, злой - давно не было подобного состояния. О своем приезде никого не предупредил, билеты покупал в последний момент, точное время прилета сам не знал. Открыл дверь в Леркину квартиру, тихонько прошел внутрь, прислушался - никого. 'И где ее опять черти носят? Ведь попросил же чепчиков навышивать...' Привел себя в порядок и отправился к матери, но пришлось дать кругаля (ремонтники перегородили пару улиц), крался потихоньку по узкой улочке - время обеденное, кругом народ, клял себя на чем свет стоит, что взял машину, пешком бы получилось гораздо быстрее. 'Оп-па. Вот тебе и чепчики. Может, обознался?' Показалось, что увидел Лерку за уличным столиком одного из ресторанов, а с ней Ольшанского. 'Да что же за... Мне что теперь... пасти ее постоянно!!! Ведь русским языком сказано! Повыдергивать нахрен ее красивые ноги, чтобы задницу прижала и не шлялась с мужиками по кабакам!'
   Парковку найти не получилось, сунул машину в неразрешенном месте и направился к ресторану, где только что видел жену. Парочка, к тому моменту, что он пришел, уже прощалась. Ольшанский голодным многообещающим взглядом пожирал его жену, она загадочно интересничала, одаривая его томной улыбкой. Родион притормозился на входе, наблюдая за происходящим, Ольшанский приложился губами к руке жены. 'Убью же гада, я сегодня злой, даже особого повода не надо'. Лерка в ответ пообещала в следующий раз приятного удивить гада. 'А ей точно ноги повыдергиваю, чтобы желания не было кого-то кроме мужа удивлять. Но дистанцию держит - это она умеет. Все равно повыдергиваю!' Ольшанский скрылся внутри ресторана, Валерия направилась из ресторана через второй выход, не видя мужа. Родион неторопливо вышел за женой. Та завернув за угол, на ходу подпрыгнула. 'Никогда бы не подумал, что беременные такие резвушки'.
   - Yes, - не сдержала своих эмоций, ее просто распирало от желания с кем-нибудь поделиться, полезла в сумку за телефоном, пританцовывая от нетерпения на месте. Нашла, вытащила, подняла голову и уперлась в негодующую грудь хмурого мужа.
   - Родька, - заверещала она, повиснув на шее, - я его сделала!!! - завертела его от переполняющей радости, - он теперь мой с потрохами!!!
   Хмурый муж перешел в категорию недоумевающего, сканируя пританцовывающую жену. 'Зоопарк. Обычно мужу не сообщают так радостно о любовнике'.
   - Милая, я понимаю, что у тебя гормоны бушуют, - слегка отстранился Родион, взяв за плечи жену, - но Ольшанский, хоть и разведенный на данный момент, однако имеет трех жен и пятерых малолетних детей. Оно тебе надо? - серьезно спросил ее.
   Валерия, наконец, 'спустилась на землю'.
   - Родька, привет, - снова кинулась к нему на шею, - ты откуда? Почему не предупредил?
   - Соскучился по сюрпризам, - проворчал он, глядя с укором Лерке в глаза, она улыбнулась ему счастливой улыбкой.
   И тут его тряхануло, ощутимо так, ее глаза удивились, наблюдая это состояние. По барабанным перепонкам ударила звуковая волна обычной жизни, за последние пару недель привык слышать окружающие себя звуки приглушенно, смазано, а сейчас просто оглох. Грудь просила сделать глубокий вдох-выдох, но опять же привык почти не дышать, а сейчас через боль пробивался первый полноценный, долгожданный вдох. Он почувствовал Лерку! Его почти отшвырнуло от нее - так все было остро, глубоко. Сделал шаг от Валерии, уперся в стену дома.
   - Что? - испугалась она, вглядываясь в него.
   Родион протянул к ней руку, она взяла в свою ладонь, Гурский резко притянул Лерку к себе, она почувствовала, что его бьет крупная дрожь.
   - Гурский, - испуганно прошептала на ухо, - ты как?
   Он крепче прижал к себе, впитывая подзабывшееся чувство чувствовать Лерку, себя, мир. 'Да ужжж, с непривычки это может и напугать'.
   - Теперь все хорошо, - шепотом ответил, вместе со слабостью пропуская через себя ее запах, ее эмоции, ее чувства.
   'Как же хорошо быть снова живым!' Усталость последних недель, словно рукой сняло, в теле снова поселилась звенящая энергия, требующая выхода. Родион оторвался от Лерки, заглянул в ее глаза.
   - Спасибо, - искренне поблагодарил.
   Валерия в удивлении вскинула одну бровь.
   - И ты находишь ЭТО нормальным?
   Родион растянул губы в улыбке.
   - Теперь более чем нормально.
   - Тебя каждый раз так колбасит? Ты же говорил, что все проходит более мягко, я, если честно, испугалась и уже хотела за врачом бежать.
   Муж усмехнулся.
   - Пойдем пообедаем, - предложил он, - или ты уже... сытая?
   - Да я чего-то в последнее время без еды хорошо себя чувствую, но с тобой посижу.
   Дождалась, когда Родион закажет себе обед и приступила к допросу.
   - Ты же говорил, что мои границы проходишь незаметно для себя?
   - Лееерка, - зарылся носом в ее волосы, нежась в ее поле.
   - Гурский, не отвлекайся, - неохотно чуть отстранилась, посмотрев в его затуманенные глаза.
   Невменяемый муж полез целоваться, против она не была, но память, не смотря на беременность и гормоны, требующие секса, все же осталась при ней, поэтому нацеловавшись вволю, с вопросом посмотрела на одурманившегося мужа. Тот тяжело вздохнул:
   - Ну вот ты представь, что ты едешь на скоростном лифте и постепенно заканчивается кислород, то есть дышать ты можешь, но с трудом, соображаешь то же с трудом, двигаешься так же с трудом... И тут этот скоростной лифт выносит тебя на горную вершину с чистейшим кислородом. Ослабленный организм попросту грохнется в обморок. Примерно то же самое произошло сейчас и со мной.
   - А раньше почему все шло нормально?
   - Ты меня постепенно, дозировано подпускала к себе. А сейчас открылась сразу, после нескольких недель каматоза, я не ожидал этого, пожадничал и хапнул все, поэтому тряхнуло не хило.
   - Ты чокнутый, - дала оценку мужу, глядя на него влюбленными глазами.
   'Лееерка', - млел Родион.
   - Так что там с Ольшанским? - вспомнил муж про то, что надо повыдергивать стройные конечности жене.
   - Билиннн, Гурский, надо что-то делать с твоей ревностью, - озаботилась жена. - Ты же себя так в гроб вгонишь, - начала причитать.
   - Ничего, - хохотнул он, - сначала я всех твоих поклоняющихся разгоню, а потом можно и расслабиться.
   - Ну ни какой фантазии, - посетовала Валерия, - что тебе повсюду соперники мерещатся? - вздохнула непорочной девой. - Начал сомневаться в своей неотразимости?
   'Вот, ззззараза!'
   - Девушка, а вам не кажется, что не очень честно использовать мужчин? - серьезно спросил он.
   - Это как?
   - Они же бедные не догадываются, что в тебе гормоны бушуют, и слетаются к тебе, как мотыльки на огонь. И тут ты их используешь по полной.
   - Я стараюсь, взаимовыгодно использоваться, - гордо вскинула нос обвиняемая.
   - Ну-ну, - усмехнулся муж, - и какая у тебя обоюдка с Ольшанский?
   - Не переживая, там все по-честному, - попыталась свести к шутке.
   Родион смотрел серьезно. Валерия слегка поморщилась, не хотелось так просто раскрывать ему свои небольшие секреты.
   - Лерка, у меня сейчас просто времени нет в этом копаться, - объяснил он снисходительно.
   - Ну так... и нечего тогда отвлекаться. Вон, ешь свою пасту, - кивнула ему на тарелку, - а то остынет.
   - Заботливая ты моя, - умилился муж, - чего ты от Ольшанского хотела?
   Валерия обреченно вздохнула.
   - Ну чего может хотеть современная женщина от разведенного мужчины?
   Родион замер с пастой намотанной на вилку.
   - Денег хочет современная женщина.
   Муж скривил скептически губы.
   - И много она хочет?
   - Да ужжжжж, не прогадала..., жена у тебя жадная до эНтих денег.
   - То есть, ты его раздела, разула и по миру пустила?
   - Не-е-е-е, как ты мог такое подумать о собственной жене?! У него же малолетние дети и их количество он намерен увеличивать.
   - Лерка, - рыкнул Родион.
   - Да, милый, - надула губки бантиком.
   - Мне из тебя все клещами тащить?
   - Ну, честное слово, для тебя нет ничего интересного.
   - А ты расскажи, а я решу.
   Валерия задумалась. Интересного для Родиона действительно нет, но объяснить все на словах не получится, не оценит он масштаба. Захотелось похвастаться.
   - Ты надолго приехал?
   - Еще не знаю, может неделя.
   - Давай слетаем в Германию, - предложила Валерия.
   - Зачем?
   - Я там на месте посекретничаю, - многообещающе улыбнулась она.
   - Да неужели? - удивился, - и что? Все секреты поведаешь?
   Она с интересом смотрела на него, прикидывая, что можно ему поведать, а что стоит придержать.
   - Ты кушай-кушай, - так и не решила, достоин ли он полного доверия, - к матери заходил?
   - Не успел, пришлось отлавливать жену, - развел руками.
   - Тогда я билеты возьму на завтра.
   - Интригуешь?
   - Тебе полезно, - кровожадно ответила жена.
  
   Выйдя из здания аэропорта, Валерия направилась к своей машине.
   - Ты хотя бы обозначь наши планы, - попросил Родион.
   - Загружаемся в машину и едем, к вечеру должны быть на месте.
   - Все интереснее и интереснее, - хмыкнул муж, катя небольшой чемодан.
   Уселись в машину, Родион, видя, что Лерка моститься за руль, забрал у нее ключи, оттеснив от водительского кресла.
   - Женщина, может, все же я поведу?
   Валерия засомневалась на мгновение, потом тяжело вздохнула и нехотя отдала ключи со словами:
   - Только ты с ней поласковее, это моя любимица.
   - Поверь, я знаю, как с женщинами обращаться.
   - Наслышана, - многозначительно посмотрела на мужа.
   - Садись в машину, - усмехнулся Родион, - Куда едем?
   Валерия настраивала навигатор, муж терпеливо ждал, с улыбкой глядя на красавицу жену, у той даже кожа светилась, так Лерке шла беременность.
   - Ну все, поехали, - передала мужу маленький экран, чтобы он приделал его к лобовому стеклу.
   - Ты может уже скажешь куда везешь меня.
   - Не-а, - растянулась довольной улыбкой.
   К вечеру доехали до севера государства, стемнело, а навигатор упрямо вел в горы. Валерия хранила космодемьянское молчание, Родион поначалу строил предположения, но потом смирился. Вдалеке, среди деревьев показался старый замок с грамотной подсветкой, благодаря которой, смотрелся словно праздничная открытка.
   - Нам туда?
   - Угу-м, - по-прежнему загадочно кивнула жена, - ты жил когда-нибудь в замке?
   - В замке нет, во дворце жил.
   - Вот у тебя и появилась отличная возможность сравнить комфорт проживания, - кокетничала она.
   Въехали во двор, припарковались. Из машины вышла довольная Валерия, и тут кинулся к ней, непонятно откуда взявшийся, восторженный итальянец. Расцеловал трижды и не прекращая тараторить на итальянском, пожирал ее горящими глазами. Родион за всем этим наблюдал из машины. И чего делать? Вот честно не знал, как на это реагировать. На Лерку злиться по-серьезному не получалось, на ситуацию тоже - уж больно все комично выглядит, но и чувствовать себя клоуном не хотелось.
   - Родион, знакомься, - Лера подвела пожилого итальянца к машине, из которой вышел муж, - это Марио - профессиональный энолог с душою винодела. Марио, а это мой муж - Родион.
   Мужчины обменялись сдержанными кивками, и итальянец опять что-то залопотал, обращаясь к Лерке, та одарила его щедрой улыбкой.
   - Комплементы тебе говорит, - перевела мужу.
   - Ты уверена? По-моему все комплементы для тебя.
   - Ты знаешь итальянский? - вскинула удивленно бровь.
   - Я вижу это по его блеску в глазах.
   - Пойдем, покажу тебе замок, - взяла его под руку и увлекла вовнутрь.
   Минут через тридцать, когда устроились в маленькой гостиной в ожидании позднего ужина, Родион подпер подбородок кулаком, выстроил на лице знак большого вопроса с претензией и, не мигая, уставился на жену.
   А Валерия задумалась, с чего бы начать, чтобы коротко, веско и интригующе вышло.
   - Что ты слышал об Ис...... винах? - наконец начала разговор.
   - Ничего конкретного, - удивился Родион, - только название и что редкие.
   - Давай я потороплю с ужином, а ты пока прогугли. Так быстрее будет.
   - Все скрытничаешь, - проворчал муж, но в поисковике телефона набрал запрос.
   И выходило, что Ис.... Вина не просто редкие, но еще и очень дорогие. Около семи лет назад, один богатый энтузиаст вздумал возродить былую славу полусладких вин севера Германии. На первый взгляд задача казалась непосильной, так как сухие вина давно завладели мировым рынком, удерживая пальму первенства по продажам. Родиону стало интересно, как с нуля за столь короткий срок можно полусладкое вино вывести в эксклюзив, который у всех на слуху, но держать его у себя в погребах могут позволить лишь некоторые дорогие рестораны Европы. Пробежав глазами информацию, которая первой вывалилась на странице, тут же разглядел грамотно составленную интригу, просчитанную до мелочей. А вот это уже почерк Полянского - просчитать все мелочи, заранее спрогнозировав возможные форс-мажоры и выйти на итоговый результат задолго до него.
   Вернулась Валерия с подносом, на котором стояла бутылка с этим самым вином и два стакана.
   - Попробуешь? - улыбнулась ему.
   - Естественно, любопытно ради чего такая интрига.
   Родион разлил вино, попробовали.
   - Хорошее, - согласился он с мнением большинства, - даже очень хорошее. А теперь рассказывай какое это отношение имеет к тебе.
   Валерия театрально похмурила лобик, покусала губу, трагически вздохнула и довольно произнесла:
   - Это мой замок, - не торопилась доводила до сведения мужа всю информацию о себе, - мои виноградники, - снова пауза, взяла бокал с вином, отпила и чарующе улыбнулась, - мое вино.
   - ? - не смог сдержать немого удивления.
   Валерия довольно зажмурилась, глядя на его реакцию.
   - То есть... - замолчал, - в смысле..., - не мог решить, о чем сначала спрашивать, - это...
   Жена довольно улыбалась.
   - Давай с самого начала, - налил себе еще вина, - а я пока приду в себя.
   Пожилая женщина, по виду итальянка итальянкой принесла тушеные овощи и мясо аппетитно пахнущее. Валерия с готовностью накинулась на овощи, а Родион в задумчивости смотрел на нее. Удивляло даже не то, что шикарный замок является собственностью Валерии. То, что она занимается производством вина, он мог допустить, но... 'Как? Как у нее получается со всем справляться? Это же не подпольный заводик по розливу спирта. Тут и содержание замка - он хоть и не огромный, но достаточно большой. И виноградники, и виноделие, и сбыт...'
   - Лер, начинай уже вещать, - напомнил ей.
   - Сам замок Ежи подарил мне на свадьбу, - торопливо объясняла между жеванием цветной капусты и баклажан.
   'Нихрена себе подарочек!' - уткнулся взглядом в тарелку, вмиг почувствовав себя голодранцем.
   - На тот момент от замка мало что осталось, - недовольно покачала головой, вспоминая эти самые остатки, - но панорама была потрясающая. Последние ремонтные работы закончили делать пару лет назад, уже без Ежи, - и теплая улыбка на губах.
   - А вино? - загасил ревность в зародыше, до сих пор дико ревновал к Полянскому.
   - Когда мы только познакомились с Ежи, я интересовалась виноделием, историей вина, процессом, марками. Увлекла и его. А когда мы первый раз сюда приехали, то сразу возникло ощущение, что некогда тут выращивали виноград. Навели справки, собрали информацию и решили возродить былую славу северных вин Германии. И как-то все сразу получилось, почва оказалась идеально подходящей, закупили лозы, нашил Марио - он итальянец, но всю жизнь прожил во Франции, работая энологом, но мечтал выращивать виноград сам. Параллельно отстраивали замок, собирали виноград. Хорошее было время, - и в глазах грусть.
   Все-таки Родион собственник и дело даже не в ревности, а в желании быть в ее жизни всегда, знать обо всем. Да, скорее всего, это контроль, но когда Лерка под контролем, постоянно в поле видимости - так спокойнее и так можно управлять ситуацией. Понимал, что это перебор, боролся с собой, но вот в такие моменты, как сейчас, когда она с любовью рассказывает о Полянском... хочется рвать и метать... ррры-ы-ы-ы... Старался вообще не думать о том, что было бы, если бы Полянский был жив. Может Кира отчасти и права, когда убеждала, что в прошлый раз их отношения были обречены на провал. Но Родион все еще не мог простить Полянскому, что он встрял в их с Леркой отношения. Больше всего ревновал к нему, может потому что она была с ним счастлива, в то время как он...
   - Гурский, - мягко окликнула его жена.
   Поднял на нее глаза, Валерия улыбнулась, встала со стула, сделала пару шагов к нему и уселась на колени.
   - Опять ревнуешь, - обняла ладонями его лицо.
   - Прости, - зарылся носом в ее волосы.
   - Родька, ты мне не доверяешь? - негромко уточнила Валерия, прижав его голову к себе.
   Вывернулся из ее объятий и заглянул в глаза.
   - Тебе доверяю, - взгляд стал серьезным, - больше, чем кому-либо в своей жизни.
   - Тогда почему?
   Родион смотрел на Лерку и понимал, что ближе ее нет никого, но иногда этого мало, ему мало. А что бывает больше, он не знал.
   - Прости, - опять повинился, - на меня иногда находит. Тяжело тебя делить с кем-то еще... - помолчал и решился, - скажи, а если бы не появился Полянский, ты бы ответила мне 'да' в прошлый раз.
   Валерия задумалась, уйдя в воспоминания того времени, а Родион уже жалел, что спросил.
   - Вряд ли, - медленно ответила она, - я же девушка прагматичная, - состроила строгие глазки. - Чтобы жить с человеком вместе, мне нужно уверенность в этом человеке. А тогда была только моя влюбленность и никакого доверия к тебе.
   - Почему? Я был уверен в нас.
   - Ты в себе-то не всегда был уверен, - мягко попеняла ему жена, и, видя, что Родион готов возразить, продолжила. - В моем понимании, семья - это ответственность, помноженная на количество членов этой семьи. И если кто-то из супругов не может по каким-то причинам принять решение, то за него это сделает вторая половина. А для этого он должен очень хорошо знать своего супруга, слышать его. И, принимая это решение, супруг, прежде всего, будет руководствоваться заботой о своей половинке, а не о себе. А ты тогда ни меня не слышал, ни себя.
   - А сейчас ты мне доверяешь? - скептический смешок.
   - Родион, в прошлый раз, я не знала, чего от тебя ожидать через минуту, через день, - Валерия была серьезна, ей важно, чтобы он ее услышал и понял, - А сейчас я тебе доверю не только себя, но и своего ребенка.
   - Лерка, - голос неожиданно дрогнул.
   Валерия указательным пальцем прикрыла ему рот.
   - Поэтому, трави своих тараканов, чтобы они не мешали нам жить, - и закрепила наставление легким поцелуем.
   Начала вставать с его колен, но Родион удержал.
   - Куда? А теперь вернемся к твоим тайнам, - снова усадил на себя.
   - Ну откуда тайны еще возьмутся?
   - С Ольшанским, я догадался: ты ему вино, он тебе деньги.
   - Какой умный у меня муж, - заговорщески подмигнула ему и снова попыталась встать.
   - Что за тайны были при дележе компании? На острове, когда я подписывал договор.
   Валерия вздохнула и закатила глазки к потолку.
   - Въедливый у меня муж, и память такая хорошая... в семейной жизни это явно лишняя деталь.
   - Ле-е-ер. Давай колись.
   Валерия демонстративно поморщилась, почесала переносицу, поджала губки и решилась.
   - Этот замок Ежи покупал от фирмы, на частное лицо мы его смогли оформить только по весне.
   - Зачем такие сложности?
   - По старым законам государственная собственность не должна выкупаться частными лицами. Ежи нашел лазейку и смог оформить все на фирму. Официально - это был актив фирмы, реально же - собственность семьи.
   - Ну да, не совсем законно, но мне почему об этом сказать нельзя было?
   - На фирме никто об этом не знал кроме Анджея и меня. После смерти Ежи, когда остро встал вопрос о выведении Замка из активов, сказали Хелене. Это было недоделанное дело, которое мы довели до конца. Как раз в марте подписывались последние бумаги, потому к тому времени он даже юридически уже фирме не принадлежал. Зачем тебе об этом было знать?
   - Лерка, я с вашей дружной компашки иногда просто охреневаю. Еще что-то есть? О чем мне по каким-то причинам не сказали?
   Валерия в недоумении пожала плечами.
   - Если что-то и осталось, то всплывет позже, - развела руками.
  
   А потом была свадьба Киры и Анджея, в замке на горе над виноградниками. В приглашенные попали только самые близкие и родные, но гостей все же набралось прилично. Стояла теплая осень с желто-красными листьями виноградников, накрытые столы под белыми скатертями смотрелись празднично. Венчались молодые тут же, оба счастливые и плохосоображающие от своего счастья.
   - Гурский, - тихонько позвала Валерия мужа, стоя на церемонии венчания среди гостей, - скажи честно, я была такая же невменяемая на свадьбе?
   Родион, стоя за ее спиной, прижимал жену к себе, положив обе ладони на ее живот.
   - Честно? - на ухо спросил ее.
   - М-м-м.
   - Я тогда был сосредоточен только на том, чтобы ты не сбежала в последний момент.
   - Даже так? - удивилась она, обернувшись к нему в пол оборота.
   - Надо признать, что невеста ты проблемная, сначала поймай, потом уговори, потом удержи.
   - Как здорово, что ты это все выдержал.
   - Имейте совесть, - вклинилась Хелена громким шепотом, - у вас свадьба уже была! Не отвлекайте внимание от молодоженов!
   Родион поцеловал в губы жену и весело подмигнул ей. Валерия снова развернулась к торжеству, прижалась спиной к мужу, удерживая его ладони на своем животе. С полом ребенка пока не ясно - стеснительный оказался, но Родион заверял, что сын. Ей же было все равно, Валерия просто плавилась в состоянии радости и счастья. В подобном состояние она и прошлые беременности ходила. И ни одной негативной мысли - с беременностью пришло ощущение, что все будет хорошо в ее семье.
   Врачи настоятельно рекомендовали лечь на сохранение, но им дай волю они бы вообще не выпустят из больницы. И так под их особым контролем жила, то анализы, то осмотры.
   Каждый день старательно делала упражнения для спины, показанные Сиу-Линь, но каждый вечер спина напоминала о себе тугой ноющей болью. Это ничего, к этому можно привыкнуть, главное ребенок развивался хорошо. Был один момент с неделю назад, когда проснулась и ни спины, ни ног не почувствовала, совсем, но даже тогда не смогла испугаться, была уверенна, что все пройдет. Порадовалась, что Родион с парнями укатил с ночевой на рыбалку-мальчишник, а в соседней комнате спит Кира, она-то и вызвала мануальщика, у которого наблюдалась в последнее время Валерия и он иголками все поправил. Если бы при всем этом присутствовал Родион, ой, что бы было. Запереть может и не запер дома, но в больницу бы точно упек и сам сел рядом, пристегнув к себе жену на булавку.
   Валерия чувствовала, что и Родион с ее беременностью оттаивает, совсем пропадают колючки, более терпимым становится. Откуда ни возьмись, появилась гипер забота. Еще бы про ревность забыл, а то пару недель назад узнал, что Валерия встречается с Ольшанским и опять воспитывал домостроевским уставом, напоминая о не вышитых чепчиках, не связанных носках и не сваренных борщах. Вроде и шутил, но Валерия чувствовала его напряжение. 'Гурский, маламутище, мое', - потерлась головой о его щеку.
   Валерия отвлеклась от своих мыслей и улыбнулась красавице сестре. Все-таки жизнь забавная штука, если бы Лерка не познакомилась на сайте знакомств с Родионом, то вряд ли бы поехала в Польшу, не познакомилась с Ежи, с Анджеем. И Кирка бы не выходила сейчас замуж. Опять же, если бы Валерия не поехала в Польшу, то и Родиона бы не узнала. И кого за все это благодарить? Выходит, что сайт знакомств, на котором хоть и общалась не долго, но изменения по прошествии лет смотрятся впечатляюще.
   После свадьбы молодожены уехали на пару недель к морю, потом был напряженный период вывода некоторых отделов из корпорации, которые семья Ежи оставляла за собой. И неожиданно все пришло в спокойное равновесие. Сделка шла к завершению, к концу года планировалось подписать все бумаги и передать фирму москвичам.
   Посреди осени Кира вдруг осчастливила сестру своим визитом. Пара деньков вылилась в неделю, потом приехал Анджей, плюс еще несколько дней. Запланировали совместные выходные, а в пятницу вечером Кира неожиданно, в срочном порядке засобиралась домой.
   Валерия глядела в задумчивости на то, как сестра сосредоточенно собирает чемодан, отговорить или узнать причину смены планов не получалось. Кира молчала, избегая взгляда Лерки.
   - Дорогая, - младшенькая лежала на кровати, поглаживая расшалившегося эмбриона, - а ты случаем не беременна?
   Кира в первый раз за вечер подняла глаза на сестру.
   - Вроде нет, - озадачилась, - а с чего такие предположения?
   - Отсутствие логики - прерогатива беременных женщин.
   - А влюбленные и блондинки не в счет? - усмехнулась старшая, прикрывая крышку собранного чемодана.
   - Кирюш, я вообще-то беременная и мне лучше знать. И мне вредно волноваться, скажи уже чего стряслось?
   - Мне просто нужно ехать, - повторила фразу, набившую уже сегодня всем оскомину.
   - Все хорошо? - Валерия пристально всматривалась в сестру.
   - Да, да, да, все хорошо, - кивала в ответ сестра, а сама была не понятно где.
  
   - Лер, может, не поедешь? Родион один нас отвезет, - предложила Кира на следующее утро, равнодушно глядя на непогоду за окном.
   - Вот еще, прогуляюсь, тут же недолго. Быстро посадим вас и обратно. Каролинку по пути к бабушкам закинем.
   - Поехали? - зашел на кухню Родион.
   - Да, мы готовы.
   Завезли внучку, Валерия с Родионом подниматься не стали, Кира с мужем сдали Каролинку с рук на руки бабушкам, Иоанной, на прощанье обняла Анджея, который сразу же ушел в машину, потом поцеловала Киру.
   - Кир, тебя всю трясёт, - удивилась, - замерзла? Возьми мой шарф, - сняла с вешалки теплый широкий шарф, протянула Кире.
   - Нет-нет, это так... пройдет.
   Иоанна заглянула в глаза родственницы и испугалась.
   - Кира? - трясущимися губами позвала ее.
   Та только пожала плечами.
   - Я пойду, - глубоко вдохнула и шагнула из квартиры в подъезд.
   Иоанну саму затрясло, она почувствовала, как что-то плохое подступило к ее семье. Хелена? Нет, тут спокойно. 'Каролинка!' - почти бегом кинулась в гостиную, нет, сидит, уже что-то рисует с Александрой. Кира? Нет. Лера? И задохнулась, сердце бешено колотилась. 'Лера, Лерочка, нееет', - ушла в ванну, чтобы не волновать ни Александру, ни внучку. Постаралась успокоиться: пила из-под крана холодную воду, умывала лицо ледяной водой, достала сердечные капли с полочки, накапала себе щедрую дозу. А страх за невестку все не уходил. Надо было ее оставить у себя. Но там же Кира. И тут совсем сделалось страшно, если уж Киру трясло... 'Но, может, все обойдется, все должно обойтись, все обойдется, все обойдется'. Шептала она, как мантру, когда вытирала лицо. 'Все обойдется, все обойдется, все обойдется, все обойдется', - когда зажигала непослушной рукой свечку Богородице у себя в спальне.
   - Иоанна, ты как? - заглянула к ней Александра.
   - Побудь, пожалуйста, с Каролинкой, мне надо успокоиться, - попросила она, не оборачиваясь.
   'Все обойдется, все обойдется, все обойдется, все обойдется', когда удары сердца отсчитывали минуты, Иоанна знала, что машина подъезжает к аэропорту и чувствовала, что все еще хорошо.
  
   До аэропорта добирались долго: дорогу развезло, видимости никакой, непогода разошлась не на шутку, машины двигались осторожно, аварий много. Доехали. Все вздохнули с облегчением. Зашли в здание, до вылета оставалось два часа, решили выпить кто чай, кто кофе в кафе. Общий разговор не клеился, Кира была напряжена, ушла в себя. Родион договаривался с Анджеем о следующей встрече, Валерия, разговаривала по телефону с мамой, убеждая ее, что чувствует себя хорошо, кушает хорошо, хотя мало и не все. Спит? Почему-то не спится. Нет, не тошнит и голова не кружится.
   - Нам пора, - подала глосс Кира.
   Все поднялись, дошли до зоны вылета, еще раз обнялись, попрощались. Кира надолго прижила к себе круглую сестру и, наконец, решилась, хоть что-то напоследок сказать:
   - Очень внимательно прислушивайся к себе, - шепотом попросила ее, - в течении часа слушай только свою интуицию, - прижалась губами, на правах старшей, к ее лбу.
   И тут же эстафету принял с обниманием Валерии Анджей.
   - Пока, - протянула Кира руку Родиону.
   Он взял ее руку в свою ладонь, Кира отвела глаза. Но он почувствовал... почувствовал ее напряжение, еще когда они выезжали из дома. Сделал пару шагов в сторону от обнимающейся жены и Анджея, увлекая за собой Киру.
   - Что? - одними губами спросил он, с утра кошки на душе скребли, давно подобного не испытывал, успел даже подзабыть тянущее, тоскливое безнадежье. Раньше это было предвестником беды. Но сейчас все хорошо, может просто от того, что хорошо, начинает сам себе придумывать.
   Но когда заглянул в глаза Киры, его отшатнуло. Собрал все свои чувство, все свои знания и умения, чтобы понять.... что, черт возьми, происходит. Кира в свое пространство не пустила - делиться своим знанием не стала.
   - Скажи! - тихо потребовал он.
   - Я не могу, - прикрыла глаза в тихом отчаянии.
   - Хоть что-то скажи, - шепотом попросил.
   Кира посмотрела на него, сквозь него, прикрыла глаза, еле заметный вдох-выдох, вдох-выдох, открыла глаза и решилась.
   - Езжай очень, очень, очень медленно.
   Родион прищурился, закусил губу, пару мгновений на размышление.
   - А если мы никуда не поедем? - попытался сразу просчитать варианты.
   - Это не поможет, - тихо ответила.
   Родион долго смотрел ей в глаза, пытаясь понять, угадать, что можно сделать, как обезопасить себя и Валерию от той беды, которая сейчас нависла над ними.
   - Что бы мы не сделали, этого не избежать? - тихо спросил ее.
   Она прикрыла глаза в утвердительном кивке.
   - Уже все закрутилось, делать надо было раньше, - шепотом ответила она ему, - Иди.
   Родион выпустил ее руку. Как ни странно, но растерянности он не испытывал, наоборот собрался, обострились все чувства.
   - Уводи Лерку, не ждите, пока мы зайдем.
   Он почувствовал, что и Кира собралась. Проводив сестру взглядом, Кира, взяв Анджея за руку, вернулась в то кафе, откуда они только ушли.
   - Кирюш, ты чего? - не понял муж, - У нас посадку скоро объявят.
   - Давай подождем.
   Пришла СМС от мамы: 'Я волнуюсь за Леру', ответила: 'Я тоже'. И стала ждать.
  
   Родион, собранный, внимательный, выезжал с аэропорта.
   - Мы чего крадемся? - уточнила Валерия.
   - Ты посмотри, что на улице твориться, нифига не видать же.
   А за окном... сильный порывистый ветер и мокрый снег вперемешку с дождем. Валерия строила планы на сегодняшний день, Каролинку можно забрать вечером, а днем спокойно поработать. Позвонить Марио, чтобы подготовил несколько ящиков вина прошлого года, посмотреть Хеленкины эскизы, надо еще заехать, купить новые прописи для первоклассницы. Валерия снова обратила внимание на то, что творилось за окном.
  И реальность слегка подернулась, возвращая ее в прошлое, замедляя кадры: был точно такой же слякотный, промозглый день, только 5 марта, мокрый снег с дождем, битком забитая трасса, несколько небольших аварий по мере их движения, потом удар, взрыв...
   Посмотрела по сторонам - день другой, дорога другая, машина другая, мужчина другой, тогда почему ощущение, что это все уже было? Все это уже проживала. 'Слушай только себя', - услышала голос Киры.
   Валерия, спокойно, без спешки, отстегнула свой ремень безопасности, посмотрела на Родиона, отстегнула и его ремень.
   - Ты чего делаешь? - спокойно спросил он, не отрывая глаз от дороги, и боковым зрением увидел, что с второстепенной дороги выезжает фура, - Лер, пристегнись, пожалуйста, - все так же спокойно и сосредоточенно.
   Фура, как фура и едет нормально, без превышения, аккуратно выезжая впереди их машины на соседнюю полосу. Но Родион уже понял, почувствовал, что это именно их фура, бросил взгляд в зеркало заднего вида, боковые - деться некуда, попытался притормозить, чтобы уйти от 'их фуры'. Наверное, это и имела ввиду Кира. Фуру занесло и потащило на встречку. Впередиидущие машины, не успев среагировать, неслись прямо под переворачивающийся груженый прицеп.
  
   'Все обойдется, все обойдется, все обойдется!' - шептала Иоанна, глядя ничего не видящими глазами на догорающее пламя свечи. 'Все обойдется, все обойдется, все обойдется!', - посмотрела на часы, самолет с Кирой и Анджеем уже должен взлететь. 'Все обойдется, все обойдется, все обойдется!', - прикрыла глаза.
   Внутри все оборвалось до судорожного хрипа, рвущегося наружу. 'Не обошлось', - прикрыла рот рукой, чтобы не закричать.
   Кира, держала Анджея за руку, крепко сжав его ладонь, смотрела в одну точку уже давно. Он несколько раз пытался привести ее в чувство, но она только отрицательно качала головой. Их рейс, в связи с непогодой, отменили на три часа, торопиться уже не куда, но Анджея волновало состояние жены. Кира резко сжала его ладонь и открыла глаза.
   - Все, - выдохнула она.
   - Что 'все'?
   - Сидим, ждем звонка и едем обратно, - немного расслабилась, выпустила его руку, откинулась на спинку кресла.
  
   Родион крутанул резко руль, ушел на крайнюю полосу, кажется, проскочили. Вывернул на второстепенную, боковым зрением увидел, что такой же умник, как и он, проделал тот же маневр, только умник, не рассчитав траектории, на хорошей скорости вылетел на занесенную снежной кашей кромку дороги, пошел юзом. Удар пришелся по касательной в бочину со стороны Родиона, он успел вытянуть руку, и придавить Валерию к креслу. Машина полетела в кювет и там перевернулась.
   Родион почти сразу начал высвобождаться от сработавшей подушки безопасности. Лерки видно не было, подушка с ее стороны раздувалась, как снежный ком.
   - Лера, - позвал он негромко, - Лерка, - моментом запаниковал, все спокойствие испарилось.
   Вылез из машины, огляделся. На трассе черте что твориться, но вроде без огня. Из машины, влетевшей в них, выбралось три человека и направилось в их сторону.
   - Лееееер.
   Она обнаружилась в трех метрах от машины, лежала неподвижно на боку, закинув голову назад, неестественно вывернув правую руку.
   - Лерка, - прошептал он, все еще не веря в произошедшее, бухнулся рядом на колени, - Лер, - сипло позвал, боясь к ней прикоснуться, осторожно откинул мокрые от снега и грязи волосы с ее лица.
   Подбежали двое парней и девушка.
   - Как она? - быстро спросил женский голос.
   - Не знаю, - растерялся Родион, гоня мысли о непоправимом.
   И время потекло очень медленно: растягивались произнесенные вслух слова, движения прокручивались в замедленном кадре, мысли вязли в тихой панике, которая билась рядом с сердцем.
   - Марек, несу свою сумку, Антон одеяло, - опять женский голос.
   Девушка присела рядом с ним, нащупала пульс на шее Валерии, проверила зрачки.
   - Жива, - увидела круглый живо, чертыхнулась, - на каком сроке?
   - Семь месяцев, - голос дрогнул, - надо вызвать скорую, - полез в карман за телефоном.
   - Скорую долго будем ждать. Надо самим везти, - быстрые руки осматривали Валерию, - Как Ваша машина? На ходу?
   - Не знаю, надо пробовать, - оглянулся на свой внедорожник, - вряд ли мы ее вытолкаем по такой грязищи, - зло рубил он слова, а мысленно звал Лерку.
   Прибежали парни с медицинской сумкой и одеялом.
   - Вы медики? - бросил им Родион.
   - Студенты, на практику ехали, - быстро ответила девушка, - Марек, как машина?
   - Не проверял.
   - Проверяй, если ехать может, то ищи ближайший медпункт, больницу.
   Тот убежал выполнять инструкции.
   - Как вас зовут? - быстро спросила девушка.
   - Родион.
   - Я Марианна, - представилась студентка, - позвоночник вроде не поврежден, грузим сейчас ее аккуратно на одеяло, ждем Марека и там решаем в какую машину несем.
   - О, Господи, - Родиона прошиб холодный пот, который его вернул на какое-то время в действительность, - это вторая у нее авария. После первой: травма позвоночника, переломы ребер, мертвый четырехмесячный плод и кома.
   Марианна внимательно взглянула на бледное, с грязными разводами, лицо Валерии.
   - Тогда должна выдержать и это, - успокоила она.
   Валерии повезло, если за везение можно принять сноп сена, который неведомо как тут очутился, он самортизировал падение. Вернулся Марек.
   - Машина на ходу, ближайшая больница до которой без помех можно проехать, минуя это, - он махнул в сторону основной дороги, - 15 километров.
   - Хорошо, грузим.
   - Я ее так донесу, - поднялся Родион.
   - Нет, - резко остановила его Марианна, и уже более мягко, - не понятно какие травмы у вас, а ее нужно аккуратно в горизонтальном положение. В машине послушаю плод. Антон, остаешься в машине Родиона и гонишь ее в сервис.
   - Да Бог с ней, с машиной, поехали уже, - рыкнул Родион.
   - Мы все в нашу не войдем. Захватите аптечку из своей машины, воду и все, что есть из вещей.
   Пока транспортировали Валерию, она пришла в себя, мутным взглядом нашла мужа, дождалась, пока погрузят на заднее сиденье, потом позвала:
   - Родька.
   Марианна запрыгнула рядом, устроившись на полу машины, Марек завел машину и погнал, ориентируясь на навигатор.
   - Как ты? - рядом скрючился Родион.
   - Звони Кире, - взгляд поплыл, отключилась.
   - Перебирайтесь на переднее, я здесь сама. Марек, печку на всю включи.
   Начала расстегивать грязную дубленку, достала из своей сумки ножницы, разрезала одежду.
   - Ух, - вырвалось у Марианны.
   - Что? - обернулся Родион, увидел обнаженную жену, в районе диафрагмы расползалась большая гематома, под самой Валерией лужа крови.
   - Перелом ребер и крови полно. Черт, не должно быть столько!
   Студентка, быстро обработала руки антисептиком, достала перевязочный материал и стетоскоп.
   Родион полез за телефоном, набрал Киру.
   - Вы где? - сразу спросила она.
   - Едем в объезд, к ближайшей больнице.
   - Как Лерка?
   - Я не знаю, - голос осип от напряжения, руки предательски дрожали, Родион понимал, что еще чуть-чуть и сорвется в панику, - я не чувствую ее совсем, словно ее нет.
   - А сына чувствуешь?
   Он сразу собрался.
   - Да.
   - Как он?
   - Не знаю.
   - Ему больно?
   - Нет, но он слабый.
   - Он напуган, постарайся его успокоить. На Лерку не отвлекайся, я ее держу. Дай трубку врачу.
   Родион протянул студентке.
   - Мне некогда, - зло отмахнулась она.
   - Возьми трубу, - приказной тон, не повышая голоса.
   Парень за рулем вжался в сиденье от его тона. Марианна показала, что у нее стерильные руки, Родион подсунул ей телефон под ухо. Выслушала молча, ответила по состоянию Валерии, возразила:
   - Она истечет кровью пока мы до туда доедем. Уверены? Хорошо. Родион, возьми трубку у меня.
   Марианна стала давать новые указания по конечной точке, Марек чертыхнулся и немного прибавил скорости, но сильно гнать было опасно, мело по-прежнему. Кира инструктировала Гурского.
   - Поддерживай связь с сыном постоянно. Вам нужно попасть в госпиталь, что на улице...
   - Я знаю, где это.
   - Анджей, сколько нам туда ехать?
   - По такой дороге минут тридцать.
   - Как фамилия доктора, что в прошлый раз возился с Леркой?
   - Харунский, - это Анджей.
   - Родион, тебе там нужно найти доктора Харунского, Лера должна попасть именно к нему на стол.
   - А если он уже там не работает.
   - Работает, - устало ответила она, - Никому другому ее не отдавай. Мы уже едем.
   Кира отключилась.
   - Как она, - обернулся на заднее сиденье Родион.
   - Держится, - хмуро ответила Марианна, укрывая всеми теплыми вещами Валерию, - мне не нравиться серцебиение у плода.
   - С ним пока все в порядке, - почти спокойно ответил он, глядя в окно, пытаясь полностью сосредоточиться только на сыне, и не паниковать, не отвлекаться на Лерку. Ее не чувствовал совсем, словно и нет ее.
   - Да кто вы такие? - вырвалось у студентки.
   Родион резко обернулся, заглянул ей в глаза, Марианну слегка встряхнуло.
   - Марианн, сделай все, что зависит от тебя, - попросил он.
   - Ее нужно системой капать, у меня нет ни капельницы, ни препаратов, - послышалось отчаяние.
   Родион сжал и без того плотно сжатые губы. 'Черт. Лерка, держись'. Взгляд упал на аптечку, которую держал все это время у себя на коленях, открыл ее, скорее для того, чтобы успокоиться, отвлечься - ничего подобного из того, что перечислила студентка, там быть не могло.
   - Как ты сказала называется препарат? - не отрывая удивленного взгляда от собственной аптечки переспросил он.
   Протянул ей всю коробку, Марианна заглянула, и тут же схватила ее жадными руками.
   - До больницы я ее дотяну, - взбодрилась студентка, доставая систему, - Марек, мне надо, чтобы ты остановился на пару минут, я не смогу на ходу попасть в вену.
   - Скажешь, когда будешь готова.
  
   В госпитале, Валерию сразу повезли в операционную, оставив в коридоре участников аварии.
   - Где доктор Харунский? - спросил Родион.
   - Его смена закончилась, мог уже уйти домой, - ответила медсестра, обрабатывая ему рану на голове.
   - Мне нужен доктор Харунский.
   - Вам он не нужен, он хирург.
   - Он нужен моей жене.
   - А ее уже оперируют. Вы не волнуйтесь, у нас очень хорошие врачи.
   Родион рванул в операционную, его попытались не пустить, но злого Гурского удержать не возможно.
   - Не трогайте ее, - ворвался в стерильный отсек, - где Харунский?
   - Он уже закончил, - ответил недовольно главный в операционный, - выйдите, мы приступаем.
   - Не трожьте ее, не смейте даже прикасаться к ней. Я подпущу к ней только Харунского.
   - Да кто вы такой, чтобы распоряжаться здесь! Это не частная лавочка.
   - Если кто-нибудь хоть пальцем, - почти шепотом в тишине произнес он, - прикоснется к моей жене...
   Воздух в комнате уплотнился, температура резко упала, дышать стало всем тяжело. Медсестры в испуге аккуратно положили инструменты на салфетки, анестезиолог, отодвинул от себя аппарат. Народ в белых халатах начал выходить через другую дверь из операционной.
   - Вы только что вынесли ей смертный приговор, она и так-то с такими травмами не жилец, - произнес главный и покинул последним комнату.
   Родион стоял мокрый, в грязи и крови посреди стерильной операционной, смотрел на Валерию под простыней, с кислородными трубками, торчащими из носа и горла.
   - Надеюсь, что нет, - тихо ответил он в тишину.
   - Что за беспридел? - возмущался приближающийся мужской голос, - где охрана? Позовите немедленно, пусть выставят дебошира, и приступайте к операции.
   Мужчина средних лет, с накинутым на плечи халатом, вошел в бокс.
   - Кому я тут понадобился? - раздраженно спросил он.
   - Ей, - кивнул Родион в сторону Валерии.
   Харунский подошел ближе, посмотрел на нее.
   - А зачем именно я нужен?
   - Потому что она Валерия Лазовская.
   Доктор медленно недоверчиво развернулся снова к операционному столу.
   - А вы кто?
   - Муж.
   - Новый, - уточнил Харунский.
   - Скорее старый, - устало ответил муж.
   Доктор чертыхнулся про себя, у этой Валерии ничего простого не бывает. Задумался на несколько секунд. Эту пациентку он помнил слишком хорошо. В прошлый раз она была обречена, он это понял, как только увидел ее всю в крови в приемном покое. Но она жива до сих пор и даже собралась рожать. Взял карту с анамнезом, покусал губу, просматривая все результаты, что удалось собрать за несколько минут, внимательно еще раз окинул взглядом пациентку.
   - Где ее сестра?
   - Должна уже быть здесь. Доктор, Кира сказала, чтобы никто к ней кроме вас не приближался.
   Харунский усмехнулся, закусил губу, принимая решения.
   - Хорошо. Сестра, - позвал он.
   Но вместо 'сестры' ворвалась сестра в лице Киры.
   - Здравствуйте, доктор.
   - Кира? - переспросил он, бросив заинтересованный взгляд на нее.
   Зашла настоящая сестра.
   - Всех обратно, оперировать буду я. Ее, - показал он на Киру, переодеть и пропустить в операционную.
   - Доктор, - Кира кивнула головой в сторону Родиона, - его можно тоже?
   - Вы же знаете, что это нарушение.
   - Неприятностей постараемся избежать, - пообещала Кира.
   - Хорошо, мужа вымыть и запустить тоже, - дал он распоряжения сестре.
   Родион посмотрел на время. С момента аварии прошло всего 20 минут. Родственников привели в надлежащий для операционной вид, и попросили подождать доктора в предоперационной. Вышел Харунский.
   - Ситуация, сами знаете, сложная, - обратился он к Кире, - случиться может разное... мне нужно, чтобы вы сейчас определились с выбором.
   Кира слегка пожала плечами и показала глазами на мужа. Доктор перевел взгляд на него в ожидании ответа.
   - Я не понял, - признался Родион.
   - Если ситуация повернется так, что нужно будет выбирать кому оставлять жизнь, кого мне выбрать? - разъяснил он реалии операционного стола.
   Муж посмотрел на Киру, та задержала дыхание, боясь повлиять на его решение, отвела глаза в сторону, и даже сделал незаметный шаг за спину доктора, а Родион продолжал смотреть на то место, где только что была Киркина поддержка, пустыми глазами. Харунский глянул на настенные часы, еще пара минут есть, чтобы он принял решение, правильное решение.
   Как можно выбрать? Времени нет, совсем нет. Лерка и сын. Сын, которого всегда хотел. Он слышит, как бьется его сердце, чувствует его настроение...
   Родион перевел взгляд на доктора.
   - Оставьте мне Лерку, - тихо попросил он.
   Кира несмело выглянула из-за спины Харунского.
   - Ты уверен?
   - Да, - твердо сказал он.
   У Кирки даже голова закружилась от облегчения.
   - Хорошо, идемте, - доктор развернулся, оставив их вдвоем.
   - Еще есть время передумать, - дрогнувшим голосом предупредила она.
   - Нет. Это правильное решение. Они нужны мне оба, а без Лерки не было бы и сына.
   Кира расслабилась, улыбнулась.
   - Пошли, - позвала она, - теперь все должно быть хорошо.
   Зашли в операционную. Народ в халатах стоял вокруг стола.
   - Коллеги, - привлек внимание к себе Харунский, - прошу не удивляться всему, что сегодня тут произойдет, а делать внимательно свою работу. Это, - кивнул он на Валерию, - вдова Ежи Полянского, теперь жена вот этого, - указал подбородком на Родиона, - человека. Я думаю комментарии излишне. Приступим. Кира?
   - Я готова, только о серьезных шагах проговаривайте вслух, я могу чего-то не понять.
   - Я помню.
   Кира встала рядом с Родионом и шепотом начала его инструктировать.
   - Ты держишь сына, ни на что больше не отвлекайся, старайся с моими волнами не пересекаться, если будет совсем тяжело, дай мне знать.
   Операция началась. Родион плохо, что запомнил, сосредоточив все свои силы на ребенке. Доктор переговаривался иногда с Кирой, пару раз произошло, что-то серьезное с Леркой (за сына он был уверен), в первый раз, когда народ вокруг стола засуетился, Родион дернулся было на помощь.
   - Не отвлекайся, - одернула его Кира, вернув все его внимание маленькому человечку.
   Она подошла почти вплотную к столу и начала давать четкие указания, подавив в корне возмущения специалистов, что-то запретив делать, все белые халаты, кроме одного, на полшага отошли от стола. Через какое-то время по комнате пронесся общий вздох облегчения, и врачи снова принялись за дело, Кира вернулась на свое, рядом с Родионом, место.
   Когда подобное произошло во второй раз, белые халаты уже без ропота отдали на несколько мгновений пациентку Кире, подождали пока она справиться, и снова вернулись к своей работе.
   Где-то через час, в коридоре раздались громкие, раздраженные голоса и, через пару минут в операционную ввалилось три человека.
   - Харунский, я вас отстраню, - толстый мужик грозно посмотрел на доктора.
   - Работаем, - тихо отдал тот распоряжение своим помощникам и уже грозящему мужику, не отвлекаясь от пациентки, - я сейчас не могу это обсуждать, покиньте помещение.
   - Чего? - завопил тот, - ты уже отстранен, сдай пациентку Брыльскому, а завтра на комиссию.
   - Работаем, - повторил Харунской своей команде.
   - Гурский, я подержу мелкого, - не громко предложила Кира, - а ты сделай так, чтобы в комнате не было посторонних, только без последствий для присутствующий, пожалуйста.
   Родион передал сына, встряхнулся и спокойно развернулся к орущему. С ним был доктор, которого он не допустил до Валерии и еще какой-то хлыщ, по виду юрист. Улыбнулся всем троим, отгородил эту троицу от остальных людей, находящихся в боксе.
   - Господа, а не пошли бы вы нахер, - и ментально спустил на них весь негатив, который испытал сегодня.
   Испугались, еще бы не испугаться. Подленько, но зато действенно и проверено.
   - Двери за собой закройте, - напомнил им, и, не дожидаясь их действий, развернулся к столу.
   - Ну как тут? - тихо спросил у Киры.
   - Все нормально, еще полчаса и мы с тобой будем не нужны. Если устал, можешь уже сейчас идти, я справлюсь теперь одна.
   - Я с вами.
   Минут через сорок.
   - Доктор, - негромко позвала Кира, - мы в коридоре, если что зовите.
   - Спасибо, - искренне поблагодарил он.
  
   В коридоре ждал Анджей с бутылками воды, чуть поодаль студенты, привезшие сюда. Марианна подождала, пока напьются жаждающие, потом несмело подошла.
   - Вы нас простите, - обратилась она к Родиону с виноватыми нотами в голосе.
   - За что?
   - Что мы въехала в вас, - закусила она губу, сдерживая слезы.
   - Марианна, вы тут не причем, - устало ответил, еще и ее успокаивать сил не было, - день был такой, ни вы так другая машина была бы. Нам, наоборот, с вами повезло. Скорой мы бы там не дождались.
   - Как она? - все же всхлипнула студентка.
   - Уже все хорошо, - ответила за Родиона Кира, - и Валерия, и ребенок живы, плод удалось сохранить в утробе матери.
   - Да вы что? - не поверила она, - это невозможно, я же сама видела...
   - Не всему, что видишь, можно доверять, - перебила ее Кира, улыбнувшись доброжелательно.
   - А вы Кира? - догадалась она.
   Та согласно кивнула.
   - Можно Вас на минутку, - попросила студентка, и они отошли.
   - Чего хотела? - устало спросил Родион, когда Кира вернулась.
   - Посоветоваться, куда ей двигаться в медицине.
   - Родион, - вернулась Марианна, - Антон пригнал Вашу машину, она на госпитальной парковке, - протянула ему ключи.
   - Она сама приехала? - удивился.
   - Да, извините нас еще раз, - виновато пожала плечами и отошла.
   Посидели, помолчали, Родион потянулся к сыну.
   - Побереги силы, - посоветовала Кира.
   Родион прикрыл глаза, откинул голову на стенку и потихоньку начал восстанавливать свой баланс.
   - Что у тебя, - спросила Кира у Анджея.
   - Маму вашу успокоил как мог, но она покупает билеты и летит вместе с отцом. Иоанну с Александрой Феликсовной долго на месте не удастся удержать, обе рвутся в больницу, но Каролину не хотят сюда тащить, вообщем, как договорятся, кто сидит с ребенком...
   - Понятно.
   - Хелена тоже немного порыдала в трубку.
   - Ты справился, - устало похвалила Кира мужа.
   - Знаешь, как страшно успокаивать людей, говорить, что все будет хорошо, а самому находиться в неведении.
   - Ты справился, - повторила она.
   - Как она?
   - Физически мы Лерку с пацаном вытащили: переломы заживут, раны затянутся. Надо будет стресс у ребенка еще снять, но это чуть позже.
   - А в целом выдержит?
   - У нее сейчас очень большой стимул - ребенок, живой ребенок. Она будет бороться за него.
   - Устала? - прижал Анджей голову жены к себе.
   - Нам бы с Гурским поспать где-нибудь, - прикрыла глаза.
   - Палат свободных нет, по городу много аварий, госпиталь битком.
   - Сколько еще операция будет идти? - Родион дал о себе знать.
   - Часа три-четыре.
   - Иди, поспи в машине, - протянул он ключи Кире, - а я тут посижу.
   - Я обойдусь, сейчас присосусь к мужу, как пиявка...
   - Кира, - из операционной в коридор выскочила медсестра с перепуганным лицом.
   Родион первый влетел в бокс:
   - Что?
   - Схватки начались.
   Кира подошла ближе к столу, прикрыла глаза минуты на три. В это время врачи готовились к родам. Она открыла глаза. Харунский ждал от нее ответа.
   Кира отрицательно покачала головой.
   - Рано, еще хотя бы дней десять.
   Доктор перевел взгляд на Валерию, на показатели приборов, снова на пациентку. Ситуация повторялась один к одному. В прошлый раз серцебиение плода перестало прослушиваться. Сейчас срок приличный и ребенок выживет, и не на таких сроках выхаживают, надо кесарить. Харунский посмотрел на Киру.
   - Кира, мы его выходим, и Валерии будет полегче.
   Она отвела глаза.
   - Решать Вам, но я бы не стала трогать.
   В операционной повисла тишина, нарушаемая писком аппаратуры.
   - Как плод? - спросил доктор у педиатра.
   - Нормально.
   - Схватки участились, - это медсестра.
   - Вы сможете повлиять? - спросил Харунский у Киры.
   Та с облегчением вздохнула, доктор удивился. Вот это ее выражение лица, он уже наблюдал в коридоре, когда разговаривал с мужем.
   - Дайте мне минут десять, без моего разрешения не подходите к Лерке.
   Кира прикрыла глаза, глубоко вдохнула и начала творить, Родион только видел тонкую энергетическую нить, которую она плела вокруг плода. Пару раз усмехнулась, показала кулак в сторону, где стоял Родион, и вскоре открыла глаза.
   Народ в белых халатах подошел к столу и, с удивлением уставился на показания приборов.
   - Ложные схватки? - не поверила медсестра.
   Харунский внимательно посмотрел на Киру, та слегка улыбнулась, взяла Родиона за локоть и вышла с ним в коридор.
   - Я тебя просила успокоить пацана! - накинулась она на Гурского, - а ты чего ему наговорил?
   - Я успокоил, - не понял он претензии.
   - Да уж, ты его УСПОКОИЛ! 'Ты большой, ты сильный, ты мужик. Мама твоя слабая женщина, ее нужно защищать и беречь...'
   Родион в искреннем недоумении смотрел на Киру.
   - И в чем проблема?
   - Вот он и решил позаботиться о маме уже сейчас. У него еще легкие не до конца раскрылись, я не говорю о желудке и печени. Рано ему еще появляться. А Лерка десять дней потерпит.
   - Кир, - устало откинулся он на спинку жесткого кресла, - а что я ему должен был сказать?
   - Что мама и папа рядом, они о нем позаботятся, они сильные, они его защитят.
   - Он мужик, чего я буду сопли розовые тут разводить?
   - Он ребенок, маленький, испуганный ребенок, который больше всего на свете боится остаться без матери, - сбросила пар. - Почитай хоть что-нибудь из психологии раннего развития.
   - Сейчас-то все нормально?
   - Я его на две недели уговорила, но он упертый, как папа. Больше двух недель ждать не станет. Так что готовься стать родителем в скором времени.
   Вышел Харунский.
   - Состояние стабильное у обоих, но у матери наркоз, далее будут обезболивающие и антибиотики, на плоде это естественно отразиться. Я бы прокесарил: организм Валерия тогда все силы бросит на собственное восстановление, а ребенок избежит действия сильных препаратов, которые скажутся, прежде всего, на мозге.
   Кира помолчала некоторое время, доктор переводил взгляд с мужа на сестру пациентки.
   - Доктор, - это Кира, - Валерия на грани, и сейчас держится только за ребенка. И матери, и ребенку нужно всего пару недель, потом смело можете кесарить.
   Доктор Харунский внимательно всматривался в Кирины глаза, пытаясь с каждым словом проникнуть в саму суть, фраз, которые она произносила. 'В прошлый раз он все сделал правильно, вариантов особо не было: спасали добросовестно обоих, травмы были очень серьезные у обоих. То, что спасли мать, уже чудо, плод оказался слабым. Угрызений совести или вины не испытывал, никаких врачебных ошибок или человеческого негативного фактора не было'. Но тогда он не знал, на что способна стоящая перед ним женщина. После выписки Лазовской иногда размышлял, если бы тогда сестра пациентки была рядом с самого начала, все могло бы закончиться иначе? Чудеса в его практике встречались, но все были объяснимы, как то: внутренний резерв организма, тяга к жизни.
   Его пациентка в прошлый раз была мертва, в том смысле, что жить не хотела, сил не было, и врачи были бессильны заставить ее захотеть. После того случая доктор понял, что есть нечто, что он не умеет делать в медицине, не потому что плохой специалист, а просто подобное ему не доступно. А сейчас она ставила его перед выбором, Харунский пристально вглядывался в Киру: 'Может быть, это выбор во искупление того раза. А если и мать и ребенок не выдержат? Сейчас все показания к кесареву и 80%, что выдержат оба, а так две недели неизвестности и постоянного мониторинга, положительный же результат может гарантировать только сестра пациентки, не хирург, не врач'.
   Кира нейтрально смотрела на доктора без малейшей эмоции на лице. Сейчас его выбор, влиять на его решение она не имеет права.
   Дело даже не в ответственности, которую он несет за жизнь и здоровье своих пациентов, а в его личном кодексе спасателя жизни. Старался учитывать будущее пациента, делал все, что считал возможным для наилучшего исхода. Любую неудачу, любой промах свой или медперсонала, приведший к ухудшению состояния пациента, он воспринимал, как личную неудачу. Две недели срок очень большой, довериться заверениям не специалиста, все его знания, весь опыт бунтовали против, но... Кире он доверял, помнил, что она сделала в прошлый раз и какие чудеса творила сегодня на операционном столе. Можно рискнуть. Две недели он лично будет наблюдать обоих и все обойдется. Лазовская крепкая, сильная, Кира сказала, что она за сына держится, значит, спасем обоих. Решение было принято, и сразу расслабились, расправились плечи, словно невидимая рука сняла тяжелый груз, подбородок ушел выше. Плевать на то, что могут отстранить без права восстановления, что придется отписать целую гору объяснительных. Решение принято и оно верное, сейчас Харунский это отчетливо понял, сомнений вообще никаких не было.
   - Спасибо, что остановили, - тихо, но уверенно произнес он.
   - Вы сами сделали свой выбор, - Кира слегка прикрыла глаза от усталости.
   - Да, - задумался доктор, - после общения с вами становлюсь мистиком, - усмехнулся, - Вы именно поэтому настаивали на моем участии в операции?
   Кира устало улыбнулась.
   - Но Вам же легче сейчас?
   - Вы знаете, да, - удивился он, - не хотите к нам в штат? - пошутил.
   - Спасибо, - усмехнулась Кира, - обойдусь.
   Валерия, неожиданно для всех, пришла в себя уже через сутки. За эти сутки на нее успели посмотреть все местные светила, дивясь быстрому восстановлению организма. Пациентка открыла глаза, обвела палату взглядом, пристально посмотрела на людей в белых халатах, вздохнула и снова ушла в забытье.
   Второй раз она проснулась уже будучи в палате интенсивной терапии, куда ее перевели после первого пробуждения.
   Рядом с кроватью сидел Родион, осунувшийся, небритый. Муж держал ее за руку и невидящим взглядом пялился в стену, судя по его расфокусированному взгляду, сидит так давно. Валерия чуть сжала его руку, Родион перевел взгляд на нее.
   - Ле-е-ерка, - прошептал, прижав ее ладонь к своей колючей щеке.
   Она улыбнулась одними глазами, говорить мешали трубки во рту.
   - Прости меня, - хрипло повинился Родион.
   'За что?' - хотела спросить. 'Что успел начудить?'
   - Лер, теперь все будет хорошо, - уверенно пообещал муж.
   И Валерия поверила ему, наверное, первый раз за все их знакомство доверилась полностью, не опасаясь ни за жизнь свою и сына, ни за будущее.
  
   - Кир, ты сказала в аэропорту, что уже поздно что-то менять, что раньше надо было это делать..., - спросил Родион вчера, когда они вышли из Леркиной палаты в коридор.
   Та только усмехнулась и ироничным взглядом одарила.
   - Я что-то сделал ни так? - цепко держал ее взгляд.
   - Гурский, ты же знаешь правила, - неторопливо отвечала Кира, - критичные ситуации создаются не на пустом месте... Ты личность сильная, труднопробиваемая...
   - Дело во мне?
   - Ты так и не понял? - удивленная улыбка.
   Родион смотрит молча, пытаясь проанализировать аварию, свое отношение к этому.
   - Кир, мне нужна Лерка, я это понял и принял. Что ни так?
   - Ты как к женщинам до встречи с Леркой относился? - кидает ему подсказку.
   - ?? - немой вопрос.
   - Как ко второму сорту, - помогает Кира.
   - Да ладно, - возмущается.
   - А ты вспомни... Для тебя женщины всегда были только средством. Для секса, для рождения ребенка. Так?
   - Просто женщины попадались не те, - рубит фразы.
   - Возможно ты прав, - миролюбиво соглашается Кира, - и Лерка могла то же оказаться 'не той', потому кто-то свыше, - усмехается, - решил зацепить тебя Леркой.
   - Не совсем понимаю о чем ты. К ней изначально было другое отношение.
   - Конечно, только ты все равно воспринимал ее, как средство к достижению собственных целей, но ни как равную себе.
   - Нет, - сопротивляется, - если бы я был не уверен в своем выборе, то не стал бы выстраивать отношения.
   - Уверенности у тебя хоть отбавляй, - соглашается с ним, - только я сейчас про твое отношение говорю.
   - Ты хочешь сказать, что мы с ней прошли всю эту заковыристую дорожку только ради того, чтобы я признал в ней ровню себе?
   - Чтобы ты через отношение к Лерку начал воспринимать женщин, как равных.
   Родион уходит взглядом в себя, Кира продолжает негромким голосом, чтобы не сбить его с тропинки.
   - Ты вспомни, что происходило с тобой, когда Лерка тебе отказывала.
   Он помнил, сначала недоумение, потом злость на то, что не подчинилась, чуть позже злость начала меняться на раздражение, но всегда после этого он с каким-то новым интересом смотрел на нее.
   - Когда она отказала тебе в первый раз, ты взбеленился и отомстил тем, что женился на Ксении.
   Так и было, он возмутился ее отказом, не принял его. Как могла какая-то женщина ему отказать?
   - Ты, конечно, собрал себя, серьезно поработал над собой, изменил чуть отношение к женщинам, но они по-прежнему оставались ниже тебя.
   - Ты хочешь сказать, что Лера опять появилась, чтобы Я изменился.
   - Да. Через твое сопротивление, через твое неприятие она каждый раз заставляла тебя чуть больше уважать себя, а через себя и остальных женщин.
   Так по сути и было. Сначала притянет, а потом чем-нибудь ошарашит, заставит по-иному взглянуть на собственное отношение к ней, как к человеку, как к личности. Вспомнились ключевые моменты: переписка на сайте знакомств, встреча в самолете (заинтриговала и ушла в никуда), потом в Варшаве (там много всего было, но после злости и раздражения снова тянуло к ней), перелом у матери (и Валерия ухаживала за ней и его питомником не требуя ничего взамен), первая ночь (а утром она собиралась уехать от него без малейшего сожаления), сделал ей предложение и ее отказ. Но переломным моментом было, когда на острове при передаче документов он понял, что у нее есть тайны от него и она жестко к своей границе его не подпускает. Вот, наверное, тогда он вместо того, чтобы раздражаться удивился. А потом была какая-то девица на вечеринке и Лерка закрылась от него. Потом Ольшанский и замок в виноградниками, уже тогда он понимал, что она достойна не только восхищения, но и уважения.
   Воспринимал ли он ее тогда, как равную себе? Трудно сказать.
   - Скажи, - медленно подбирая слова, спрашивает Родион, - а если бы тогда... я Харунскому ответил, что хочу оставить сына...
   - ?? - Кира спрятала усмешку во взгляде.
   - Лерка бы умерла?
   - Нет, - уверенный ответ, - но ты бы ее потерял, и..., - чуть медлит с ответом, - скорее всего, потерял бы и сына.
   - ??
   - Все на самом деле просто, - улыбается чуть снисходительнее, - ты признал в Лерке равную себе, партнера. Ты же знаком с этой истиной, только равные могут быть вместе и гармонично развиваться. Одна из твоих задач в этой жизни - признать женщину равной себе и за счет этого сильно продвинуться в своем развитии.
   - Хм, - недоверчивая усмешка.
   - Хм, - передразнивает Кира, - если бы Ксения родила тебе ребенка... - многозначительная пауза, - и где бы ты сейчас был?
   Провокационный вопрос быстро подстегнул воображение. Ксюша с ребенком дома, но из чувств, только то, что он должен заботится и обеспечивать и этот долг гирей висит на нем. Даже уезжая в командировку в Японию, не получается расслабиться и полностью отдаться работе, потому что он должен. Должен быть дома, должен заботиться, должен растить. И дома невмоготу, потому что всегда 'должен'. Должен этому ребенку, должен самому себе.
   Родион смотрит на собеседницу без какого-либо выражения. Она поднимает обе ладони на манер весов.
   - Ты признал женщину равную себе, - весы выровнялись, - значит, признал женское начало в себе, а значит стал цельным, только у цельной личности вырастают крылья и она может парить до бесконечных высот. Все просто, - улыбается Кира очень мудрой улыбкой.
   Господи, это так просто, почему же раньше он этого не понимал?
  
  
  
Оценка: 8.20*10  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) Е.Белильщикова "Иной. Время древнего Пророчества."(Боевое фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Черчень "Все хотят меня. В жены"(Любовное фэнтези) Л.Малюдка "Монк"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"