# Первое письмо Володьке Путину от Саньки Ледащёва

Александр Валентинович Ледащёв

Первое письмо Володьке Путину от Саньки Ледащёва.

Здравствуй, Володька!

Как ты мне за всю жизню ни разу не писал, решил я сам тебе отписать, я человек не гордый. А сам я Санька Валентинов, сын Ледащёв, раб Божий, обшит кожей, прохожий.

Мекаю я, грешный, что ты, небось, не очень внимательно письмо мое читать будешь, так что длинные приветствия и случаю приличествующие обращения опущу.

Давно вопрос меня, Володь, терзает, ажник душу сосет, сердце щемит. И никто, окромя тебя, ответу мне не даст, оттого тебе, как ты уже, полагаю, скумекал, и пишу.

Вот скажи мне, Володька, начистоту - по какому праву властвуешь? Поделился бы секретом. Ну, что тебя по пьянке поставили, когда Ельцина смещали, то понятно, требовался мужчина видный, суровый, чтоб, значит, всей стране глянулся. Страна ить, она та же баба - слыхом любит, да на внешность глядит.

Ну, ладно, там все с перепою были, али, полагаю, не сколько с перепою, сколько "Гарвардский проект" исполнять надо было, а там вам велено, чтоб в третьей части, в "Завершении" уже третий президент стоял, так тебя и сунули, как куру в ощип.

А ты-то, сокол, чем сам думал-то? Ну, мысленное ли дело, тебе, простому полковнику, а хоть бы и генералу охранки, такою громадой ворочать? Ни образования соответствующего, ни опыту на такое у тебя, сам ведь знаешь, нетути.

А про выборы ты мне, значит, даже и не заикайся. В первый раз тебя на стол, как того кота из мешка вытряхнули, дескать вот тебе, Россия, и новая голова - два уха.

Народ у нас соображает долго, потому времени тебе поопомниться хватило. А пока страна радовалась, что непьющий, в кои веки, главный поставлен, да еще такой мужик решительный. Цельный КГБ-шник. Ну, за подвиги твои в Германии мы нимало не наслышаны, но то, понимаю, дело секретное, небось.

Речи тебе писали грозные, а читал ты их, не потаю, с выражением, чисто актерщик какой. И порядок сулил, и террористов всех под ноль свести, и страну поднять с колен, в общем, много наболтал.

Все это, конечно, работало, покудова годы шли, а там народишко и призадумываться начал - что-то гладко стелет, да спать жестковато. О ту пору ты с Чечней замирился, все в умиление впали, в общем, вроде как, чего-то содеял.

Ты мне, Володька, вот чего скажи. По какому-такому праву страной распоряжаешься, будто она тебе, труженик охранки, что токмо до полковника и дослужился, немного, то есть, преуспел, уж не обижайся, в наследство от дедов-прадедов досталась?

Ты подумай, Вовка, над тем само серьезно - ну, куда тебе, гунявому, такой махиной ворочать, да и красть не по чинам-погонам?

Перечислять я все, что ты натворить поспел, я в первом письме не стану, оно больше знакомству для и для налаживания переписки. Но кое-что, все же, скажу. Ты в курсе, воевода ты липовый, что с октябрю две тысячи четырнадцатого по май две тысячи семнадцатого снизились доходы россиян (слово-то до чего мерзкое, ну, да иного пока нет, русскими нам зваться покедова рано) на девятнадцать с лишним процентов снизились, а пенсии, о ту же примерно пору, на шесть процентов с лишним в реальном исчислении? И за тот же период рост цен потребительских на двадцать пять процентов и семь десятых процентов поднялся, как на дрожжах?

Ну, понимаю, что тут ты мне станешь на кризис сетовать, на бояр жалиться, да тому подобное. Нет, Володька. Назвался груздем - полезай в кузов. Коли уж таким альфа-самцом журавлиным, да таким мачо себя народу запродал по телевизору, то ты и соответствуй и отвечай. А одних заслуг спортивных маловато будет, Володь, хотя, конечно, часть твоей политики можно на спортивные травмы списать, головой-то, чай, об татами не раз бился, а то к добру не ведет.

Ты, Володь, с моего письма не отчаивайся. Нашел я для тебя средствие простое, на Руси отклик всегда ему найдешь, да и в памяти останешься, как самоценный президент всея Руси. А метода, значит, самая, что ни есть, простая. Ты, Володь, деньги все, что покрал, назад верни, в страну. Дочек, значит, в Россию сызнова выпиши. Деньги те, что покрал, положь в казну, али резко, немешкотно, вложи в какой ни есть угасающий (тут тебе на выбор, у нас все сектора угасающие), сектор. И, поверь мне, сразу тако тебе на душе легко станет, тако легко! Не раз меня добрым словом помянешь.

А так как тебя в церкви не раз видали с табачным митрополитом под ручку, то ты, несомненно, человек глубоко верующий. Тако тут и слушай, значит, вторую часть моего совета. Скинь костюмчик заграничный, одень мирскую одежу, посошок какой возьми, да и ступай с Богом по святым местам грехи замаливать. У тебя их, Володь, не во гнев скажу, накопилось столько, что поспеть бы тебе до смертного одра хоть малую толику замолить. А как обойдешь все места, подаяниями питаясь, то ступай в монастырь, мужской, натурально. Альбо сруби себе келейку где в лесу, на то народ тебе денег выпишет, чтобы от лесника откупиться, обет молчания дай и тамотко и живи себе, постом да бичеванием свои поступки искупаючи.

Ты, Володька, внимание обрати на то, что я тебе всю твою клику нынешнюю разорять, да твоему примеру следовать, офшоры в Россию переводить, не предлагаю, понимаю бо, что за то тебя враз, как незабудку, удавят, даром, что ты мужик спортивный и решительный. О кодле твоей разговор отдельный будет.

А ежели ты хозяев своих боишься, чтобы на тот шаг душеспасительный решиться, я тебя, Володя, успокою - в стране семьдесят пять процентов идиотов, говорят по статистике, что за тебя. Тут тебе и старухи полоумные, не гляди, что старухи, в очередях дерутся так, что впору в фонтане купаться на второе августа, тут тебе и помоложе народ, кто подурнее, да телевизору приклонен. Нешто ж они тебя такою оравою в обиду супостатам американским да нашим дадут? Сроду нет. Так что ты, Володь, даже не сумлевайся. Только, гляди, как деньги ворованные в Россию вернешь, сдуру в "АвтоВАЗ" не вложи, вы туда столько уже вбили, что там впору свое правительство собирать уже, а воз, то есть, ВАЗ, и ныне там. Обрати лучше внимание на медицину, да обучение. Твоих денег на серьезные сдвиги там хватит вполне.

И как ты моему совету немудрящему последуешь, так и знай - останешься ты в сердцах народных самоглавным президентом, любимым Россией.

На том письмо свое первое к тебе кончаю, поклонов и приветов тебе никто слать не велел, так что прощевай покедова.

Подумай, говорю, Володька, само серьезно - стыда-то аль вовсе нет?!


Санька Валентинов, сын Ледащёв. А писано в лето года две тысячи семнадцатого, в месяце августе, от числа второго.