Ледащёв Александр Валентинович: другие произведения.

Проповедь о православном и пастырях души его, попами именуемыми

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Проповедь о православном и пастырях души его, попами именуемыми.

  В прошлых "сказах" своих я все больше о брюхе русского лемминга толковал, оно доходчивее и очевиднее. А теперича поведу речь о его душе. А вернее сказать, об оной души пастырях.
   Кто на Руси, опосля Крещения, взялся души мирские пасти, ведомо всем. Святые отцы, а в просторечии, те, кто с народишком непосредственную связь имел и души их, значит, пас, попы.
   Народ русский завсегда к попам мирволил, относился с большим уважением, называл породой жеребячьей, сиводушьей, колуханами долгогривыми и безобидные поговорки про них сочинял, навроде вот этой, что первая на ум пришла: "А поповская порода на чужое добро завистлива, за чужим угощеньем обосраться рада". А также в сказках поминать не забывал, да и песенок-побасенок на их счет сочинено немало было. Очень всегда русский народ попа своего любил, кликал "батюшками". Ну и попы, натурально, к народу всегда были оченно близки, с рождения и до смерти самой каждую душу сопровождаючи, за грехи укорявшие, за добрые дела хвалившие.
   Тут опять, конечно, загадка русского народу, счету им нет - то поп у них "порода жеребячья", алчная, корыстолюбивая и на женский пол падкая, а то "батюшка" и со всеми почти сомнениями своими (за которые лоб не заклеймят) к попу народ шел. С другой-то стороны, идти-то им, собственно говоря, больше особо-то и некуда было, но про то сказ отдельный.
   Зря наговаривать не стану, поп попу рознь. Сам видал батюшек, которых "попом" как-то и язык назвать не повернется, но куда чаще попов иного рода.
   А вообще, братцы, сказ я этот повести хотел о жалости. О простой жалости человечьей, что и в мое сердце порой стучится. Хотя и редко.
   Вся жизнь христианина, каковой ей быть должно, расписана в "Новом Завете", все там предельно ясно, понятно и доступно. И что такое грех, и как отвечать придется, и чем вся эта свистопляска на планете Земля кончится, доходчиво в "Откровении Иоанна Богослова" прописано. А чтобы народ берегов не терял, на самое себя полагаясь в сложном деле христианской жизни, к ним, натурально, приставлены были пастыри. Овечек мирских пасти, вести прямиком на тучные пажити.
   Стоит в поселке Боголюбово, что в Суздальском районе Владимирской области, женский монастырь. Дело хорошее. И стоит прямо у дороги его колокольня - высокая и издаля приметная. А известна она в народе больше тем, что в девяностых годах повесилась на самом верху послушница монастыря. Грех незамолимый, а причина простая - заставляли девушку, что прибыла издалека откуда-то, ходить на панель. Чуть опосля хотели на его территории сауну ставить, но вот поставили или нет, точно не скажу, но идея такая озвучена была. О ту пору новость эта как-то не прогремела, не до того в девяностые было, да и попов, надо сказать, слегка опасались, одному знакомому моему в то смутное время некий поп предлагал с должника нерадивого крупный долг выбить. А что нерадивый должник в Германии спасался, нимало попа не смутило. Но процент запросил такой, что не сговорились они.
   О ту же пору епископом в одной такой епархии, была попытка предпринята, весьма своевременная, о чем выше писал. Попытался он подчиненных своих ввести в рамки церковные, с мирскими, а тем паче, криминальными и обогащению способствующим делами, не связанными. А в ответ, дело кулуарное, конечно, посулили батюшки епископу "братву" прислать, если в дела их, что вне церкви, лезть не перестанет. Само собой, широкой огласки делу не было, оно и понятно, такой сор из избы мести - юродивым надо быть. Это так, в качества примера и факта.
   Что есмь поп, братие? Или, во всяком случае, каким должно быть попу? Это, в русского лемминга, представлении, дородный, в летах, мужчина, в бороде во всю грудь, рясе, клобуке и с крестом на груди. А должен он, о чем задумываться русским вечно недосуг, помимо статей завидных, являть собой абсолютный пример христианских добродетелей. Во всем. Непросто, понятно, ой, как непросто, ан надо. Или неча в попах делать. Это ж насколько надо рисковым человеком быть и циничным, чтобы в попы податься устранения от мирских тревог и обогащения для?
   Понятное дело, что попроще тем попам, вроде того, с которым дружок мой в больнице познакомился. А попал туда пастырь, да не простой поп, а монастырский, то есть, по идее, образцовый поп, следующим образом. Сказ свой батюшка начал незатейливо, по-простецки: "Выхожу я из "Ветерка...". А "Ветерок" у нас, чтоб вы знали, забегаловка привокзальная, то есть, откуда батюшка при всем параде вышел, а пред тем взошел, представляете. А шел он с похорон, уже, по его словам, изрядно поддавши, в "Ветерке", плоти слабой поддавшись, накушался уже должным образом и, на выходе, разъехались ноженьки и пал батюшка головой об грунт. Народ сердобольный, попа павшего завидя, вызвал "скорую помощь", свезли батюшку в "Красный крест". Через пару дней батюшка там накидался так, что вопиял на весь свет белый, что отказывается от церкви и идет в мир. Кое-как его дружок мой урезонил и уговорил церкви не покидать, с тем батюшка и уснул. А на вопрос, что ему, в организации его, будет, отвечал поп спокойно, бестрепетно: "Отмолю как-нибудь. От служб отлучат на время, на проходную посадят, да, в общем, невелика беда. А ты, сын мой, рек поп дружку моему, как выпишешься, заходи ко мне туда в гости. С водкой и с бабами". Вот вам, братие, и весь сказ.
   Нет, лемминг ты мой русский, я не жареные факты собираю, специально беру, что постарее, для сказа оно в самый раз, а за жареным пущай щелкоперы бегают. Вопрос простой у меня, грешного - с такого попа мирянину пример брать? А почему бы и нет, коль сей поп со своим житием тако ко народу близок? Ответа вопрос не требует, а имеет он отношение к жалости, о коей я упоминал и о которой чуть позже речь поведу.
   О "мерседесных" попах говорить не стану, уже оскомину набили. Предвижу, что и с остальным уже оскомина, и что хороших попов не перечесть, да речь моя, повторю, не о том. Ты, лемминг мой, терпением слегка запасись, о жалости речь пойдет чуток опосля.
   А сейчас о часах, что с руки чудесным образом исчезли, да на столе отражаться остались, речь пойдет. Весь интернет тогда этим пестрел, надоело всем это смаковать до смерти - какие часы многотысячные на руке патриарха нашего, Кирилла, были, как потом исчезли с фото, да на столе в отражении остались, а потом и там пропали - надоело. Меня в нем, кроме того подвига, что он на себя весь позор церковный принял, с акцизами да льготами, табачным митрополитом ставши с легкой руки какого-то журналиста, иное заботит. И даже не столько его стремление к единению с католиками и прочими, которых в русских церковных трудах еретиками зовут, и общаться с ними не велят - по церковному, кстати, уставу, грозит такое дело отлучением. Что-то вдруг вспомнилось мне из фильма выражение: "Да кто же его посадит - он же памятник!". Вот и патриарха особо-то не отлучишь. Интересно мне другое. Каждый раз, как я его кортеж вижу, которому и президентский позавидует, приходит мне, братие, крамольная вещь в голову. А верует ли патриарх наш в Бога и в защиту Его, если с такой оравой по своей же земле ездит? Кого же он так, бедный, убоялся-то, а главное, почему? В конце концов, жизнь человеческая, прахотная, хоть даже и патриарха, дело, по сравнению с душой бессмертной, вторичное. Простой вопрос, братцы. Совсем простой. А вот и ответ. В Сербии был патриарх, Царство ему Небесное, Павел. С ним, поди, тоже фотки видали? Ходил себе в черной рясе с клобуком, да посошком, пешком, да на городском транспорте, сам себе обувку чинил и ни пожертвований не принимал, ни подарков. В Сербии, особенно в те же девяностые, поопаснее было, чем у нас. Тут тебе и война, и хорваты, и мусульмане, в общем, думаю, желающих его убить, хватило бы. А он не боялся. Значит, и в Бога верил, и в защиту его, что и обрел. А наш почему не так? Почему, вместо примера нестяжательства, такая броская реклама богатой мирской жизни? Как там, в Библии? "Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу войти в царствие небесное". Коротко и ясно. Это даже не просьба и не совет. Это, для любого попа, хоть для главпопа всея Руси, хоть для самого, что ни на есть, захудалого попа из глухомани какой, прямой указ. Приказ. А нашего патриарха он, видать, не касается. Да и не его одного.
   Вот только не надо, лемминг, о человеческой слабости, о вопросах престижа (перед кем? Перед мирянами, что ли?), о традициях (чьих? Кем и для чего заведенных?!) и о прочем. Идеала я взыскую, братие. Примера. Верного и в вере твердого. А уж коли в попы идти с целью пожить хорошо, то в Бога одновременно верить нельзя - не получится. Голова такой двойственности не выдержит. А если выдержит, то о вере говорить, пожалуй, что и рановато. А вот о цинизме и лицемерии - в самый раз.
   Да, братец ты мой лемминг, максималист я. Да, требую я от попов житья скромного, трудного, сложного, с одолением соблазнов мирских да искушений бесовских. Да и не я этого требую. Бог этого от пастырей требует.
   А у пастырей на сей предмет свое представление. Было мне как-то на душе тягостно, пошел я с другом в собор, самый большой во всем городе. Днем пришли, ни экскурсий там не было о ту пору, ничего. И заперт он был изнутри. Худо мне было настолько, что, обнаглевши, стучать я стал, думал войти, свечей поставить, да и идти своей дорогой. Открыла нам дверь какая-то старица, что вечно при церквах обретаются и молвила, что у них перерыв на обед, с чем велела идти вон и дверку сызнова заперла. И стою я, братие, перед собором, да мыслю. Ну, ладно, я. Я, как-никак, не в полном горе и беде, стерплю, хоть и тяжко было, повторю. А вот ну, как у меня в одном кармане мыло, в другом вервие, напоследок в церковь побежал, может, наставят на путь-то, может, присоветуют отцы духовные что такого, отчего легче дышаться мне станет, и греха смертного не сотворю? И попадаю я, с мылом и веревкой, на обед. В соборе. Где мое, по всем правилам, место спасения. Утешения. Вразумления. Ан нет, милок. Обед. Вешайся.
   В том же соборе какого-то служителя я чуть пострадавшим за веру не сделал. Подлез я, грешный, под канатик, которым рака со святым моим от народа огорожена, что, в общем, тоже дело странное, ну, да ладно. Кому бы от того моего пролезания убыло, коли в церкви не было никого?! Тут набежал на меня некто, иначе не скажешь. Бороды нет, волос по плечи нет, креста на груди нет, только значок к рясе приколот, крестик. Навроде, как адвентисты носят, или баптисты. Зашипел на меня, аки змий, плечи расправил, речь повел гордую, да смелую и повелел с ним из церкви святой на улицу идти. И тако мне, лемминг, горько на душе стало, что совсем я почти озверел. Вот тебе, думаю, и приложился к раке, что из церкви какое-то существо загадочное вывело. Ну, думаю, если в том же тоне продолжишь - будет твоя фамилия "горе", а имя - "беда". Ан нет. Спас его Господь. Подувял гонитель мой, на воздухе, посвежел, в ум вошел и попытался мне о соблазне речь повести. Кого я мог ввести в соблазн в пустой церкви? Это раз. К раке приложиться, даже если бы не пуста церковь была, тоже соблазн, что ли?! Ан нет, братцы. Соблазн, что я под канатик пролез. А что меня на то сподвигло, его, братие, не волновало ни капельки. Не тронул я его и с тем прочь пошел.
  Вот с тех двух историй в том соборе меня и видали. И сколько раз слышал, что переставали люди в церковь ходить, к нерадивому пастырю угодивши. А подчас все еще проще - чтоб паству привлечь, и венчают, кого ни попадя, и разводят даже. Так приятелю моему сюрприз в епархии его преподнесли, что разведен он с венчаной женой своей по ее требованию, бо он человек плохой и много, чего еще жена его наговорила. А был он постоянным прихожанином, оглашен был, крещен, само собой, постов держался да венчался, но - развенчали, его не вызываючи и не спросясь. Учитывая то, что развода церковь вообще не дает, разве что в самокрайнем случае. И то не допросишься. От така от, лемминг мой, история с ним вышла. Мучил его вопрос простой: "Как?!", а ответ был один токмо: "А вот так".
   Что, лемминг ты мой, скажешь, слишком уж гротескно? Ан нет. Обычное дело. О попах таких и прочих служителях писать можно долго, эта тема больная со времен Крещения Руси, о них еще Булгаков-писатель в "Белой гвардии" сказал просто: "Срам, а не попы". А на вопрос человека Жилина к Господу, что же он их не уволит, отвечал Господь, по словам Булгакова: "Жалко, Жилин".
   Вот и мне жалко. И добрались мы, наконец, через тернии проблем поповых, к жалости, которая меня и писать-то третий "Сказ" и сподвигла. Если я, человек грешный, в виде нынешнем, ну, никак, полагаю, на Царствие Небесное претендовать не могу, грехов у меня несчитано, не хвалюсь, а по факту, так мне на том свете достанется. Все верно. Я согласен с этим. Как мне жить было Господом велено и как я это сделал - мой грех, мой и ответ. Но мне страшно, братие, представить, каково отвечать придется на Страшном Суде митрополитам табашным, попам мерседесным, растлителям чад своих духовных и преступникам в рясах. И тут я уже не шучу. Если я, паршивая овца, которую в стадо загнать надо, то пастырь должен быть зело умел для сего действа. Настоящим должен быть, а не просто нацепил тулуп пастуший, кнут взял и в чисто поле. У такого все стадо разбежится по нивам, да пажитям. Где конец свой, грешный, конечно, и сыщет. От которого конца нас, овец заблудших, пастырь и должен был, живота не щадя, отводить.
   И не суть важно, братие, что проблемы во всех церквях есть с начала времен. Про походы крестовые, да инквизицию, да прочее говорить сейчас не станем. Говорим о том, о чем есть.
   А ты, лемминг мой, челом в пол, "грешен, батюшка", да и домой. Вот и все. Есть у тебя, чем головушку-то занять, есть. В стране этой завсегда леммингу предоставлен весь спектр забот о дне сегодняшнем, не то, что завтрашнем каком. А ты выбери, милок, минут пять, да и подумай. Кто тебя, кто душу твою единственную, окромя тебя, естественно, спасает, спасает ли, на что он сам похож и кем вся Церковь нынче руководствуется. К мощам-то стоять в очереди, да к иконам чудотворным прикладываться дело нужное, ничуть не иронизирую. Но тебя, лемминга грешного, да и меня, шута злого, к Царствию Небесному вести должен пастырь. А не тот поп, о котором я в начале сказа в поговорке упомянул.
   Жалко мне их, братие. Если уж овцам кнута не миновать, то о пастырях нерадивых, сребролюбивых, лицемерных да неверующих, и помыслить боязно.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Федотовская "Академия истинной магии"(Любовное фэнтези) С.Панченко "Ветер: Начало Времен"(Постапокалипсис) К.Федоров "Имперское наследство. Сержант Десанта."(Боевая фантастика) Н.Зика "Портал на тот свет. часть 2"(Любовное фэнтези) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) Н.Зика "Портал на тот свет"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Требуется невеста, или Охота на Светлую - 2"(Любовное фэнтези) А.Верт "Пекло"(Боевая фантастика) А.Емельянов "Тайный паладин"(Уся (Wuxia)) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"