Лексутов Сергей Владимирович: другие произведения.

Вольные Астронавты ч1

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Космический боевик


Сергей Лексутов

Вольные астронавты

  
  
  

Фантастический роман

  
  

Часть первая

   Адрес автора: Россия, 644105
   г. Омск, ул. 2 Барнаульская 12-42
   тел. (3812) 26-49-66

г. Омск, 2001 г.

Оглавление

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Пролог

  
  
   Была Тьма, и во Тьме было Нечто.
   Оно сгустилось под действием Всемирного Тяготения и стало Мировым разумом, и пожелало познать себя, и сотворило Человека, и стало Великим Творцом, а Человек принялся задавать вопросы.
  -- Почему Тьма? - спросил Человек.
   И Великий Творец сделал Свет.
  -- Но я всё равно ничего не вижу! - вскричал Человек.
   Тогда Великий Творец вернул Тьму, и она принялась бороться со Светом. И тогда Человек увидел Зло.
  -- Я не хочу, чтобы было Зло, - сказал человек.
   Зло повернулось другим боком и обернулось Добром.
  -- Разве так бывает? - изумился Человек.
  -- Я тут ни при чём! - заявил Великий Творец. - Оно появилось само, когда я сотворил тебя.
  -- Разве так должно быть? - спросил Человек.
  -- А как должно быть? - спросил Великий Творец, и стал Великим Исследователем.
  -- Ну что, так и будем болтаться в пустоте? - капризно проныл Человек.
   Великому Исследователю снова пришлось стать Великим Творцом, и он быстренько сотворил солнца, планеты, галактики, астероиды и прочую космическую мелочь. Но Человек всё ныл и выпрашивал, и тогда Великий Творец швырнул его на первую попавшуюся планету, пробормотав при этом брезгливо:
  -- Необходима Вечность, чтобы всю изведать Бесконечность... - и снова стал Великим Исследователем.

Первый подвиг

  
   Зотик вытер пот серым от грязи полотенцем, накинул на штангу ещё пару "блинов", лёг на шершавый пластик тренажера, взялся жесткими мозолистыми руками за тёплый гриф, сорвал штангу со стоек, и с выхрипом-выдыхом выжал её три раза. Поставив штангу на стойки, встряхнул мышцами, проговорил хмуро:
  -- Ну вот, двести пятьдесят кил еле осилил... Если еще годик посижу на Земле, и двести вряд ли выжму на раз...
   Он прошелся по щелястому полу своего спортзала, оборудованного в сарае, стоящем на берегу болота, и снова, в который раз, взгляд его задержался на сверкающей ледяным блеском гимнастической гире. На одном её боку славянской вязью было выгравировано: - "Дорогому и любимому внучку Зотику в день рождения. Расти большой и могучий". На другом боку гири мощно, солидно выпирали другие буквы; латинским шрифтом было выведено название фирмы, выпускавшей, как знал Зотик, ещё и несокрушимые броневые сейфы, и броневую сталь для боевых машин, а также, почему-то славянской вязью - " 5 пудов". Гиря явно делалась на заказ.
   Зотик взялся за шершавую от мелкой насечки дужку гири, мощно вырвал её подряд пять раз, всякий раз задерживая над головой, и всякий раз убеждаясь, что гиря и правда весит добрых восемьдесят килограмм, и что еще в прошлом году он рвал ее десять раз подряд. Потом перехватил гирю в левую руку, ещё три раза вырвал, осторожно поставил на пол, задумчиво осмотрел. Гиря как гиря, только шибко уж здоровая; мало кто из атлетов такие использует в тренировках. Зотик опрокинул гирю на бок и принялся рассматривать её донышко. Видимо из дорогой, сверкающей, легированной стали была сделана только оболочка, а всё нутро гири составлял плебейский свинец, залитый в отверстие в донышке. На грубо зачищенной свинцовой блямбе было нанесено всё то же название фирмы, год изготовления, и ещё в блямбе имелось небольшое овальное углубление.
   Вот уже год Зотик ломал голову над загадочным подарком своей бабушки, безвременно сгинувшей где-то в просторах Галактики.
   Чуть больше года назад Зотик кантовался в салуне Грелли Большого Пуза. Он тогда в очередной раз насмерть рассорился с Халимом Филлогонием; Халим пустил сплетню, будто Зотик продался разведке Восточной Федерации, и от Зотика все буквально шарахались. Даже когда он завтракал в большом зале, за его столик никто не подсаживался; только Грелли, как допотопный дредноут первых космических колониальных войн, плавал вокруг и сочувственно вздыхал, пододвигая поближе к Зотику его любимые блюда.
   В один из дней на площадке перед салуном с диким воем приземлилась повреждённая космическая шлюпка, из неё вывалился весь закопчённый, злой, издёрганный, отчаянный пират, похабник и задира Фока Леший. Одет он был в самодельный бронежилет из пласт-брони, исчерченный зигзагами бластерного огня, одна щека его дёргалась от нервного тика. Вслед за ним вывалился его экипаж, или остатки экипажа, выкатили огромную гирю, а потом появился белобрысый худой парнишка, в котором Зотик с величайшем изумлением узнал Арефа, последнего ребёнка своей бабушки, то есть своего дядюшку.
   Фока Леший, пугливо посматривая на небо, торопливо подошел к Зотику и, сделав широкий жест, проговорил:
  -- Вот, это тебе подарок ко дню рождения от твоей бабушки. А ещё она попросила позаботиться о своём сыне... Кстати, она завещала тебе и Арефу все своё состояние.
  -- Что случилось? - задал Зотик вопрос, но тут в небе послышался гул басовых струн, и Фока, вслед за своим экипажем, ринулся в шлюпку.
   Гул басовых струн в небесах означал приближение планетарного штурмовика, а значит, для пиратских ушей был просто непереносим.
   Шлюпка, с истеричным воем, как дворняжка, получившая пинка, метнулась в сторону над самой землёй.
  -- Нет, не уйти ему... - тяжко вздохнул Грелли, и, колыхая животом, уплыл в двери салуна.
   Кому бы ни принадлежал штурмовик, но посадка его на площадке перед салуном была чревата большим международным скандалом, а потому Зотик так и остался в неведении, от кого пытался спастись Фока.
   Когда Зотик нелегально переходил границу Западной федерации, ему пришлось здорово помучиться с бабушкиным подарком. Но так уж он был воспитан; что бы ни подарили - с подарком не расставаться. Это была добрая традиция его семьи и его рода.
   Неожиданно щёлкнул динамик интеркома, молчавший целый год, и приятный синтетический голос компьютерного секретаря пропел:
  -- Мистер Зотик, вас ожидает клиент.
   Зотик подскочил от неожиданности, но тут же собрался, выпрыгнул из своего ветхого тренировочного костюма, на бегу облачился в тёмные брюки классического силуэта, и клетчатый пиджак. Он влетел в свой кабинет через задний ход, устроился в кресле, придал лицу спокойное выражение и только после этого проговорил в интерком:
  -- Прошу вас...
   В дверях возник кругленький, румяненький толстячок и проговорил тонким писклявым голоском:
  -- Мистер Зотик, я желаю вас нанять.
  -- Прошу вас, - изо всех сил стараясь демонстрировать суровую сдержанность, указал на кресло для посетителей Зотик.
   Толстячок, суетливо размахивая коротенькими пухленькими ручонками, пробежал от двери к креслу, подпрыгнув, плюхнулся в него, поёрзал, устраиваясь на ещё не обмятой, тугой, пупырчатой подушке, и помаргивая, принялся смотреть на Зотика поверх зелёного пластика крышки стола, похожего на футбольное поле.
  -- Итак, я вас слушаю, подвигнул его на разговор Зотик.
   Зотик с трудом удерживал на лице суровую сдержанность, и профессиональную заинтересованность. Ему страстно хотелось броситься к посетителю, обнять его, расцеловать и нежно попросить аванс. Ведь прошло три месяца с тех пор как Зотику удалось заполучить лицензию частного детектива и получить банковский кредит. От кредита осталось несколько приятных воспоминаний и перспектива отправиться на меркурианские рудники в принудительном порядке, если через три месяца не будет внесен первый взнос в счет погашения кредита. Банки щедрой рукой раздавали кредиты гражданам, но железной рукой взимали долги.
   Наконец толстячок встряхнулся, выхватил из нагрудного кармашка своего элегантного пиджака, последнего крика моды, яркий квадратик картона, и, бросившись плашмя на стол, протянул его начинающему детективу. Зотик отшатнулся от неожиданности этого резкого движения, но тут же устыдился и взял радужный квадратик. Он никогда в жизни не видел подобных визитных карточек. В переплетении ярких узоров ему с трудом удалось разобрать буквы, стилизованные под детские каракули: - "Бубль-Гум и внуки. М-р Дж. М. Бубль-Гум".
   Зотик ощутил близкое дыхание приятного ужаса. Еще бы! Перед ним на столе лежал один из совладельцев старейшей, крупнейшей и солиднейшей компании, обладающей одним из крупнейших капиталов Западной федерации, а репутацией такой, что только под нее любой банк откроет кредитную линию на миллиарды и миллиарды. Да не долларов, а галларов - всеобщей галактической валюты, обеспеченной товарными запасами и запасами драгметаллов обеих федераций и Южно-Азиатского союза в придачу. Перед мысленным взором Зотика с быстротой видеоклипа промелькнули умопомрачительные красотки в интерьерах роскошных отелей, и целое нагромождение прочих атрибутов жизненного успеха.
  -- М-р Дж. М. отполз назад, тяжело осел в кресле.
   Итак, что я должен делать? - придав лицу выражение сдержанного интереса, приличествующего в присутствии столь дорогого клиента, осведомился Зотик.
  -- Дело достаточно сложное и опасное, - заговорил трагическим тоном клиент, - настолько опасное, что мы долго не могли найти подходящую кандидатуру.
   Попытка толстяка придать своему лицу выражение суровости и значительности выглядела так комично, что Зотик не выдержал и прыснул в кулак от смеха, еле успев прикрыться. Справившись с собой, он выпрямился, проговорил смущенно:
  -- Извините. Знаете ли, болота... Простудные заболевания...
   М-р Дж. М. некоторое время непонимающе смотрел на него, наконец, продолжил:
  -- Из-за боязни повредить репутации нашей компании мы не можем обратиться в Космопол. Эти костоломы и распылители планет все испортят. Да к тому же имеется конвенция о невмешательстве во внутренние дела Нейтральной зоны... Хотя... - м-р М. слегка замялся. - Пираты бесчинствуют на галактических трассах, а потом проматывают награбленное в Нейтральной зоне, и это почему-то считается внутренним делом... М-м... да-с...
  -- Ну, положим, настоящие пираты проматывают награбленное на фешенебельных курортах обеих федераций и Южно-Азиатского союза. В нейтральной зоне кантуется только мелкая шушера, там же негде тратить деньги! - глубокомысленно вставил Зотик.
   М-р М. уставился задумчиво на Зотика, медленно помаргивая своими беззащитными голубенькими глазками.
   Зотик стесненно кашлянул, спросил нерешительно:
  -- Э-э... Я не совсем понял, за чьей женой или мужем я должен следить?..
   Выражение наивной беззащитности на лице толстяка сменилось крайним изумлением, и он ошеломленно спросил:
  -- Какая жена? Чей муж?
  -- Н-ну... Не знаю... Ваш, или вашего компаньона...
  -- Что вы имеете в виду? - с подозрением осведомился м-р М.
   Детектив с ужасом увидел, как вожделенный аванс уплывает обратно в бесконечность, из которой возник так неожиданно. Приняв монументальный вид, Зотик отчеканил:
  -- Сэр, я прошу точно и ясно изложить суть задания.
   М-р М. с уважением глянул на него и спохватился:
  -- Ах, да. Видимо я, как всегда, начал с конца, - смущенно проговорил м-р М. - Как вы знаете, наша компания занимается производством жевательной резинки и некоторых еще кондитерских и парфюмерных товаров. Но с некоторых пор наши корабли с грузом начали исчезать с галактических торговых путей.
   Воспользовавшись паузой, стремясь при этом выгодно продемонстрировать свою осведомленность, Зотик с достоинством изрек:
  -- Но ведь жевательная резинка никогда не служила предметом межзвездной торговли. Колонии слишком бедны, чтобы ее покупать, а иные цивилизации слишком отстали от землян, чтобы ее жевать.
   Зотику показалось, будто м-р М. с уважением глянул на него, однако счел нужным заметить:
  -- Видите ли, молодой человек, мы снабжаем только те миры, которые способны платить за нашу резинку и парфюмерию. Для этого у нас имеется небольшой, но первоклассный флот грузовых судов. По всей видимости, какая-то пиратская шайка нашла рынок сбыта для нашего товара. Скорее всего, это еще не открытая научниками планета, населенная разумными существами, обладающими зубами, и цивилизованными настолько, что они способны жевать резинку. Если грабеж будет продолжаться с той же интенсивностью, мы можем разориться.
   Радужный денежный туман перед глазами Зотика вдруг рассеялся, и он не смог сдержать испуганного возгласа:
  -- Но ведь это уголовное дело! К тому же придется иметь дело с пиратами!
  -- Так мы и платим по высшей ставке, - покровительственно улыбнулся м-р М. - А к вам мы обратились потому, что вы весьма фотогеничны, и ваше, бесспорно блестящее расследование, мы используем в рекламных целях. Представляете? Плазменные транспаранты в зонах выхода, тысячекилометровые буквы: - "Космические пираты рискуют жизнью, ради жевательной резинки Бубль-Гум".
  -- Э-э... - хрипло затянул, потрясенный грандиозностью картины Зотик, - вы меня не так поняли... Дело в том, что поиск придется вести по всей обитаемой зоне Галактики...
  -- С этим улажено! - движением опытного картежника м-р М. выбросил на стол пульт дистанционного управления размером с колоду карт. - Вам необходимо лишь активизировать его, приложив к соответствующим местам на задней панели четыре пальца вашей правой руки. Новенький, с иголочки, корабль находится на орбитальном складе компании "Локхид". Поверьте, таких нет еще и у Космопола, не говоря уж о военном флоте. Корабль мы предоставляем в аренду, с правом выкупа. Многие ведь астронавты мечтают к пенсии заполучить собственный корабль...
  -- Нет, нет, я другое имел в виду! - не решаясь притронуться к пульту, воскликнул Зотик. Однако искушение было так велико, что ему пришлось спрятать руки под стол. - Я ведь не могу появляться в секторе пространства, принадлежащем Восточной федерации, пока не выплачу штраф в размере трех миллионов галларов, или не отработаю его на меркурианских рудниках. Сами понимаете, заработать столько в наше время даже на добыче тяжелых металлов довольно сложно. Отрабатывать пришлось бы до глубокой старости. Я никак не мог с этим смириться.
  -- Ах, молодость, молодость... - добродушно рассмеялся дядюшка Бубль-Гум, потом, доверительно снизив голос, спросил: - Что же вы натворили в Москве, что на вас повесили такую астрономическую сумму? Неужели Кремль развалили?
   Зотик стеснительно потупился. Щадя его, м-р М. продолжил обычным голосом:
  -- Неужели вы думаете, что, принимая решение нанять вас, мы не изучили вашу биографию? Нам известно ваше деятельное участие в беспорядках, учиненных в Москве анархистствующими студентами. И решение суда, который присудил вам такой неподъемный штраф, и ваш гонор, не позволивший попросить меценатов взять вас на поруки, и ваш побег, прямо с меркурианского этапа. И все ваши похождения в Нейтральной зоне, и ваш нелегальный переход границы, и сколько вам стоило купить вид на жительство... Нам не понятно лишь одно; почему вы с таким необузданным нравом не остались в пиратах?
   Зотик приосанился, высокомерно выговорил:
  -- Я бы вас попросил... Я никогда не был пиратом. Я был благородным вольным астронавтом.
  -- Да какая разница... - брезгливо покривился м-р М.
   В этот момент во дворе коттеджа что-то ахнуло, огненная пелена на мгновение заволокла все окна, заложило уши. М-р М. от неожиданности подскочил в кресле и, разинув рот, уставился на Зотика.
   Частный детектив, будто оказавшись в родной стихии, мгновенно приняв спокойный и уверенный вид, величественно выговорил:
  -- Не обращайте внимания. Это мой дядюшка изобретает новое средство от комаров.
   М-р М. еле-еле перевел дух, и почему-то шепотом спросил:
  -- А ультразвуковой излучатель... Он что, плохо отпугивает комаров?
  -- Видите ли, нынешних комаров уже ничем не испугать. Но мой дядюшка... Он страшно упрям.
  -- Как я вас понимаю! - с энтузиазмом воскликнул м-р М. - Упрямство стариков может буквально довести до взрыва...
  -- Стариков? При чем здесь старики?.. - удивился Зотик.
  -- Так на чем мы остановились? - вновь приняв деловой вид, осведомился м-р М.
  -- На трудностях пересечения границ... - искательно протянул Зотик.
   М-р М прежним изящным движением завзятого картежника выбросил на стол кредитную карточку:
  -- Мы выплатили за вас штраф российскому правосудию, а здесь небольшой аванс на непредвиденные расходы...
   Зотик судорожно глотнул, увидев число, тускло горящее на микродисплее карточки. Дядюшка Бубль-Гум доверительно шепнул:
  -- Отныне число будет высвечиваться от прикосновения лишь ваших пальцев...
  -- А если я не справлюсь с заданием? - почему-то тоже шепотом спросил Зотик.
  -- Ничего страшного! - радушно улыбаясь, воскликнул дядюшка Бубль-Гум, пододвигая поближе к Зотику листы неуничтожимой силикатной бумаги. - Если пираты вдруг прекратят грабить наши корабли, поработаете у нас пилотом-экспедитором. Это все же лучше, чем меркурианские рудники. Наши пилоты иногда за один рейс зарабатывают больше, чем тот аванс, что вы получили... Вместе с вашим штрафом...
   Зотик пробежал глазами текст контракта. В тексте ничего особенного не содержалось, разве что в пункте о залоге говорилось, что до полной выплаты стоимости корабля, Зотик предоставляет в залог компании "Бубль-Гум и внуки" все свое движимое и недвижимое имущество. Он с большим трудом удержался от смеха, сравнив стоимость своего имущества, и стоимость корабля суперкласса. После чего не дрогнувшей рукой подписал контракт. Второй экземпляр тут же исчез, как по волшебству, а м-р М. осведомился:
  -- У вас не возникло каких-либо версий?
  -- Признаться, я представить себе не могу пирата, который пошел бы на риск встречи с патрульным крейсером ради жевательной резинки... - рассеянно проговорил Зотик.
  -- Что-о-о?!. - м-р М, рассерженно выпучив глаза, уставился на Зотика. - Вы не знаете. Что такое жевательная резинка фирмы "Бубль-Гум и внуки"... - по мере того, как он говорил, голос его снижался, и к концу фразы снизился до трагического шепота.
   Растерявшись, Зотик долго не мог сообразить, как выпутаться, а м-р М. тем временем наливался гневом. Казалось, он превратился в термоядерную космическую мину и в нем уже активизировался взрыватель; еще мгновение, и он испепелит незадачливого детектива вместе с его убогим агентством. Пытаясь хотя бы ослабить силу взрыва. Зотик растерянно пробормотал:
  -- Откуда мне знать? Такие вещи мне не по карману...
   Странно, но столь откровенное признание в нищете, предотвратило взрыв. Толстяк снова мгновенно превратился в добродушного торговца жевательной резинкой. Чтобы окончательно вернуть его расположение, Зотик принял деловой вид и высказал первую версию:
  -- Можно предположить, что конкуренты из стран Восточной федерации возымели желание раскрыть секрет состава вашей резинки. Те партии товара, что похищены с галактических трасс, им нужны для анализа...
   М-р М. перестал помаргивать, и восторженно поглядел на Зотика. Но тот, видимо, не зря числил себя неплохим психологом; за выражением восторга он прочел тщательно скрытое сожаление о потраченных деньгах. Но, возможно, восторг был вызван и тем, что м-ру М. впервые в жизни довелось лицезреть столь изумительного идиота. Однако м-р М. был хорошо воспитан.
  -- Видите ли, - заговорил он после короткой паузы, - для анализа достаточно купить в одном из наших магазинов на территории Восточной федерации только одну коробочку жвачки. Труднее найти метод химического анализа, который не разрушал бы сложную структуру компонентов. Подобного метода наши конкуренты не смогли найти в течение целого века, а теперь нас это не пугает; рецепт застрахован. К тому же, все страны, колонии и независимые планеты Земного Содружества подписали конвенцию. Так что, даже если специалисты какой-нибудь фирмы самостоятельно откроют рецепт, они не смогут им воспользоваться. А если попытаются, дело может дойти до введения экономических санкций и военного вмешательства.
  -- Вы полагаете. Что из-за жвачки кто-то рискнет пригрозить войной?! - не сдержавшись, изумленно вскричал Зотик.
  -- Вы опять?!. - в м-ре М. вновь активизировался взрыватель.
   Движением ковбоя, выхватывающего кольт, он выдернул откуда-то из-под пиджака плоскую золотую коробочку, с мелодичным звоном открыл ее, дрожащими от возмущения пальцами извлек из ячейки нежно-розовый кирпичик, сунул его в рот, и с неподражаемо благоговейным видом принялся жевать. Сейчас же комната наполнилась благоуханием цветов райского сада.
   Именно - райского! Писатели любят писать о благоухании тропических цветов, но у Зотика на это давно сформировался свой взгляд. За свою бытность вольным астронавтом он успел побывать в тропических лесах многих планет, и везде, с изумительным постоянством, его преследовала вонь тухлых яиц. Даже на Венере. А ведь там Человечество хотело воплотить свою мечту о райском саде.
   После первой космической колониальной войны Человечество так напугалось колоссальных жертв "Звездного огня", в котором гибли эскадры и мятежные планеты, что на всепланетной мирной конференции порешило заключить вечный мир, а военные корабли использовать для реконструкции Венеры. Гигантские супердредноуты несколько лет таскали к Венере астероиды, свалили на нее несколько ледяных спутников Сатурна. Этой своей возней чуть не столкнули с орбит Меркурий, Землю и Марс. Орбита Венеры моталась от меркурианской до земной, потом еле откорректировали. Но вместо райского сада на Венере образовались жуткие джунгли, населенные невероятными и страшно опасными зверями; и не подумаешь, что их предками были безобидные земные животные. А после Первой колониальной войны последовали Вторая, и Третья, и Четвертая...
   М-р М. жевал. Благоухание прошло через все возможные спектры сочетания ароматов. М-р М. выдул изо рта пузырь и, со свистом набирая носом воздух, принялся надувать его. Зотик с крепнущим уважением наблюдал. Вот радужный пузырь скрыл всего м-ра М., в комнате сгустилось грозное предощущение катастрофы, повеяло грозовой свежестью... Сверкнула молния!.. Ба-бах-х!!!
  -- Вот что такое "Бубль-Гум и внуки", - еле переводя дыхание, проговорил м-р М.
  -- Да-а... - только и нашелся, что возразить Зотик.
  -- Ага! Жуете большой Бубль-Гум! - влетел в комнату полный слез крик. - А я как бы и не при чем?!
   Вслед за криком в комнату вбежал закопченный, чумазый, белобрысый мальчишка лет тринадцати.
  -- Ну что ты!.. Как можно?!. Мы только чуть-чуть попробовали... - лицо м-ра М. расплылось, как блин на сковородке, и стало похожим на "Дядюшку бублика", нарисованного на вывеске булочной. - Вот, это тебе, - он вытащил еще одну золотую коробочку, со сверкающей картинкой, нарисованной алмазной пылью на крышке.
   Мальчишка, нисколько не смущаясь, завладел коробочкой, и, забыв поблагодарить, направился к двери.
   Усилием воли, обретя дар речи, Зотик прошептал:
  -- Это же целое состояние...
  -- Не волнуйтесь, - ласково глядя вслед мальчишке, промурлыкал м-р М. - Это в счет вашего будущего гонорара...
   Чтобы не выразиться на старинном русском языке от неожиданности, Зотик крикнул вслед мальчишке на интерлинге:
  -- Ареф, надеюсь, ты не очень пострадал от взрыва?
  -- Я успел укрыться в коконе, - недовольным тоном, обернувшись в дверях, ответил по-русски мальчишка и исчез.
  -- Прелестный мальчуган, - благосклонно покивал Зотику м-р М. - Для нас это было немаловажным фактором, что вы так трогательно заботитесь о своем малолетнем родственнике.
  -- Да-да, его мать незадолго до смерти попросила присмотреть за ним. В Восточной федерации оставлять мне его не хотелось на правах бедного родственника, и в пансион, или закрытую школу отдавать тоже не хотелось - там ведь готовят одних снобов и конформистов, да и вообще, людей, мало приспособленных для самостоятельной жизни, - рассеянно проговорил Зотик.
  -- Это ваш братишка или племянник? - вежливо осведомился м-р М.
  -- Дядя, - коротко обронил Зотик, напряженно размышляя о том, не потребовать ли обратно контракт.
   Подписав сгоряча бумагу, теперь, слегка поразмыслив, Зотик понял, что запросто может оказаться зернышком между двумя жерновами - Восточной и Западной федерациями. Эти жернова не сдвигаются только потому, что в них, извольте видеть, гуманизм на высшем уровне, и незыблемы права человека. У человека, видите ли, должно быть законное право даже на то, чтобы быть преступником, и жить по законам преступного мира. Их законники когда-то пришли к выводу, что право на жизнь и свободу имеют и те люди, что поссорились с Законами обеих федераций. Если им, федерациям то есть, надоест корчить из себя гуманистов и терпеть все безобразия, что творят пираты, кстати, на территориях федераций и того же Южно-Азиатского союза, они просто сдвинутся...
  -- Разве так бывает?! - изумился м-р М. - Ведь давно уже никто не летает на субсветовых скоростях...
   "К тому же, - продолжал размышлять Зотик, - быть пиратом - одно, а шарить в Нейтральной зоне, будучи сыщиком, со-овсем другое дело! Но Ареф, чертов сорванец, смылся, унося в зубах добычу, и наверняка уже ополовинил коробочку, сидя с дружками на своей половине сарая, которая служит ему мастерской. Все, обратной дороги нет..." - обречено вздохнул Зотик.
   Увидев вопросительный взгляд голубых глаз, переспросил:
  -- Что вы сказали? Ах, про субсветовые скорости... При чем здесь это? Просто, его мамочка, а моя бабушка, обладала уникальным здоровьем, неизбывной жаждой жизни, и тягой к романтическим и опасным приключениям. Она вбила себе в голову идею, что непременно должна увидеться со мной и кинулась разыскивать меня в Нейтральной зоне. По пути влюбилась в вольного астронавта... Или в нее влюбилось человек пять... Короче говоря, во время перестрелки в нее попал шальной разряд бластера. Перед смертью она поручила мне своего сына, а моего дядюшку. Ее волю передал мне один из оставшихся в живых возлюбленных, или влюбленных, а потом и он куда-то исчез... - Зотик на ходу сочинил, на его взгляд, достаточно правдоподобную историю, лишь бы она не выглядела банальной.
   На самом деле он никак не мог объяснить себе, каким образом его, весьма аристократичная бабушка, попала в сомнительную компанию вольных астронавтов, которые от пиратов отличались только тем, что вызывали на дуэль всех, кто отваживался назвать их пиратами. Ареф тоже толком объяснить не мог. Говорил, что бабушка среди ночи погрузила его вместе с гирей на шлюпку, потом они пересели на корабль, куда-то долго летели, потом началось что-то невообразимое. Это невообразимое Ареф пересидел в спасательной капсуле, так что толком ничего не видел.
  -- Как романтично!.. - вскричал м-р М., сморкаясь в огромный носовой платок, расцвеченный сочными, разноцветными бутонами цветов.
  -- Это у нас семейное, - гордо сообщил Зотик.
  -- Итак, вы приступаете к работе?
  -- Разумеется, с достоинством изрек Зотик. - Последний вопрос: каковы ваши потери от космического разбоя?
  -- Потери?.. - м- р М замялся. - Вообще-то, это коммерческая тайна... Но вам, я полагаю, знать необходимо. То, что вы получите в виде гонораров за конкретные операции, плюс - почасовая оплата, составят лишь мизерную часть наших потерь.
   С этими словами м-р М выкарабкался из кресла и выкатился из офиса.
   Несмотря на свои опасения, Зотик ощутил, как дыхание его сперло в груди, и он почувствовал, что взлетает. Взлетев, запорхал в густой стае шелестящих радужных бумажек, всеобщей валюты - галларов. Галлары порхали, порхали, как яркие бабочки, щекотали его тело, ставшее необыкновенно чувствительным, и это было невыразимо приятно.
  -- Ты что, оглох?! - ворвался в его сон противный, ломкий мальчишеский голос. - Я тебя спрашиваю, это был клиент? Тебя, наконец, наняли?
  -- Да, наняли! - с вызовом бросил Зотик, с трудом переведя дух от сказочного видения, посетившего его. - Сегодня же я начинаю расследование. А тебе придется купить компьютерного наставника. Дело у меня опасное...
  -- Я под твоего наставника подсуну пиропатрон и отправлю в космос. Вот еще, на каждом шагу слушать: - "Не шмыгай носом... Вытащи руки из карманов... Это слово плохое, его нельзя употреблять в разговорной речи..." Тьфу, пакость... Придется тебе, племянничек, из двух зол выбирать меньшее: либо я буду под твоим неусыпным присмотром, либо останусь вообще без присмотра. Твоей бабушке очень бы не понравилось такое непочтительное отношение к родному дядюшке.
  -- Шантажист, пират, негодяй... - с неизбывной тоской проныл Зотик.
  -- А племянничек-то в меня... - гнусно усмехаясь, протянул Ареф, но тут же став серьезным, потребовал: - Покажи контракт.
   Зная, что от Арефа так просто не отвязаться, Зотик выудил со дна девственно пустого ящика стола контракт, и протянул Арефу. Мгновенно пробежав глазами бумагу, Ареф восторженно вскричал:
  -- Ты что, совсем кретин?! Ты разве не понимаешь значения фразы: "Все имущество, и движимое, и недвижимое"? После того, как мы найдем мамино завещание, ты со своей доли целую эскадру кораблей сможешь купить...
  -- Не болтай чепухи! - разозлился Зотик. - У бабушки было кое-что скоплено на старость, но она все успела промотать. При этом заявляла: - "Схоронят, на земле не оставят..."
  -- Перед тем, как сунуть меня в капсулу, она сказала, что у нее очень большое состояние, и она его все завещает нам с тобой, пополам.
   Зотику вдруг стало страшно, но он тут же натужно хохотнул, проговорил:
  -- Да ну, ерунда какая! Если я потеряю корабль, заплачу за него из бабушкиного наследства... Если, конечно, оно есть...
  -- Об этом ты с адвокатами дядюшки Бубль-Гума будешь говорить! Если ты потеряешь корабль, даже еще не найденное наследство автоматически станет принадлежать дядюшке Бубль-Гуму, - отрезал Ареф.
  -- Ну, ты шибко много знаешь! - зло вскричал Зотик.
  -- Побольше тебя, - отрезал Ареф. - Я пошел собираться, - и резко развернувшись, исчез за дверью.
   Зотик несколько минут посидел неподвижно, собираясь с мыслями. "С чего начнем?" - мысленно задал он вопрос, пододвигая к себе карманный пульт управления. Тут он сообразил, что на столе чего-то не хватает. Когда м-р М. укатывался за дверь, на столе лежало три предмета: карманный пульт, кредитная карточка и початая коробочка со жвачкой. Коробочка исчезла.
  -- И когда он успел?.. - потрясенно прошептал Зотик. - Ну, погоди! Ну, я тебе покажу... - тут же спохватившись, растерянно пробормотал: - И откуда это у него?.. - Вздохнув. Зотик пробормотал: - Ладно, после вздую... Ну-с, и с чего же мы начнем, мистер частный детектив?..
   О том, с чего начинать, он не имел ни малейшего понятия. А потому для начала решил войти в права собственности. Он поклялся себе, что корабль будет его, во что бы то ни стало. Зотик приложил пальцы к четырем красным кружочкам. Расположенным полукругом на тыльной стороне пульта. На панели тут же засветились разноцветные огоньки и мужественный, низкий голос дубленого корсара, грозы космических океанов, зазвучал в комнате:
  -- К вашим услугам, сэр!
  -- Выйти на круговую орбиту вокруг Земли, подать шлюпку.
  -- Параметры, сэр?..
  -- Чего?..
  -- Я запрашиваю параметры орбиты, сэр.
  -- А-а... ну-у... э-э... - Зотик от волнения никак не мог сообразить. - Над моим коттеджем, по пеленгу... - наконец выпалил он.
  -- Свободный уровень... Апогей... Перигей... Наклонение... Высылаю шлюпку. Конец связи.
  -- Ууу-ф... - Зотик отер пот со лба. - Надо же, какой прокол... Хорошо, Ареф не видел, а то перестал бы верить, что я штурманом ходил...
   Развернув кресло, он придвинулся к телексу, бездействовавшему с самого момента его покупки, вложил в щель терминала кредитную карточку, подождал, пока на мониторе появится изображение. Появилась невероятной красоты блондинка, с декольте до пояса.
  -- Я вас слушаю, сэр? - чарующим голосом пропела она.
   Зотик ощутил еще один мощный прилив энергии и уверенности. Блондинка на мониторе, после предъявления кредитной карточки, свидетельствовала о необыкновенном финансовом успехе клиента. Большинство граждан на мониторах видят озабоченных молодых людей, когда обращаются в сферу обслуживания. А тем, чей счет на последнем издыхании, обычно являются безобразные старухи.
  -- Чего изволите заказать? - еще более чарующим голосом осведомилась блондинка.
  -- Стандартное снаряжение частного детектива высшей категории для работы в полевых условиях, - стараясь придать голосу как можно больше солидности, отчеканил Зотик.
  -- Через двенадцать минут ваш заказ будет доставлен, - многообещающе, будто отвечая на любовное признание, пропела блондинка и исчезла.
   Вытащив из щели терминала кредитную карточку, Зотик оглядел свой убогий кабинет, проговорил задумчиво:
  -- Ну вот, и начинается новый виток в моей жизни... Что-то шибко круто вверх он загибается...
   Он уже ощущал на своем лице попеременно, жаркие и ледяные дыхания чужих планет, треск бластерных разрядов в защитных полях, азарт погони и радость побед. И томный отдых на самых фешенебельных курортах.
   Зотик вышел на крыльцо коттеджа. И, будто почувствовав необратимость перемен, растрескавшееся от старости и сырости крыльцо рухнуло под его тяжестью. Извернувшись как кошка, Зотик прыгнул на вымощенную диким плитняком дорожку, вившуюся прямо по краю камышовых зарослей, лишь чуть-чуть не достигавших веранды коттеджа.
  -- Вернусь после дела, куплю коттедж на берегу океана, - пробормотал Зотик, - где- нибудь в Калифорнии... Или... Или... На Алтае... - от последней возможности у Зотика даже дыхание захватило.
   В небесах раздалось низкое гудение, и тут же, будто возникнув прямо из болотных миазмов, над берегом болота завис расписанный яркими рекламными надписями небольшой турболет службы доставки. Покачавшись, выбирая место для посадки, он вдруг сорвался вниз и замер над дорожкой. Днище машины оказалось в десяти сантиметрах от камня.
  -- М-мастер... - с уважением протянул Зотик. Он представлял, в каких местах приходилось приземляться службе доставки.
   Откатилась в сторону дверь в круглом боку машины, и давешняя блондинка нарисовалась в проеме, как на портрете. Держа кончиками пальцев, она несла модную куртку из черной, матовой кожи. Радушно улыбаясь, она произнесла:
  -- Фасон мы подобрали в зависимости от вашего возраста и телосложения. У вас сложение - как у юного Геракла.
   Зотик расправил плечи и слегка повел головой, чтобы продемонстрировать свой классический русский профиль и гордую посадку головы на могучей шее. Содрав с себя глупый клетчатый пиджак, он зашвырнул его в болото.
   Блондинка осторожно, будто помогала одеваться полупрозрачному от аристократизма принцу крови, облекла плечи Зотика курткой, нежно пропела над ухом:
  -- Бластер новейшей конструкции выскальзывает из рукава прямо в ладонь и готов к действию. Парализатор в левом рукаве. Смотрите, не перепутайте. Мощный, армейский бластер - в чемоданчике экспресс-лаборатории. Оружие зарегистрировано, разрешение на ношение имеется, и действует на всех планетах Земного содружества... Брюки будете примерять?
  -- Нет-нет... - испуганно пролепетал Зотик.
   Блондинка на секунду исчезла в машине, появилась снова с элегантно перекинутыми через руку черными, немыслимой красоты, брюками. В другой руке она несла небольшой изящный чемоданчик экспресс-лаборатории. Вручив вещи Зотику, она нырнула в свою роскошную карету, гудение усилилось, и все исчезло. Только Зотик, из почиканного молью субъекта неопределенных занятий, с темным прошлым, превратился в преуспевающего, весьма недурного собой, юношу. Особенно после того, как он стянул с себя брюки, хоть и классического покроя, но с бахромой по низу штанин, и заменил их на часть комплекта супер-детектива.
   Зотик поглядел на сарай, стоящий метрах в тридцати от коттеджа. Ареф все не показывался. И тут Зотик будто молнией ударило: он же забыл вытащить из карманов пиджака пульт и кредитную карточку! Вон, лишь уголок клетчатой ткани виднеется посреди водяного окна!
   Еще не осознав толком случившегося, привыкший сначала действовать, а потом думать, Зотик влетел в болото и, разбрызгивая ошметья тины, ринулся спасать свое достояние. Сейчас же опора ушла из-под ног, болото заколебалось, пошло плавными, тяжелыми волнами, Зотик в панике дернулся назад, но жижа уже заползала за воротник куртки. Вдруг в штанах что-то глухо хлопнуло, и он ощутил, как его от бедер до пояса мягко сдавило и мощно повлекло вверх. Переведя дух, Зотик огляделся; он торчал из середины толстого тороидального баллона. Уголок клетчатой ткани виднелся совсем рядом. Первым делом Зотик потянулся за ним, и еле успел ухватить кончиками пальцев. Мягко, но неотвратимо, его тут же вернула в вертикальное положение какая-то сила. "Ладно, после разберемся", - решил он и поскорее переправил из карманов мокрого пиджака пульт и кредитную карточку в карманы своей новой куртки. После чего Зотик поболтал ногами, но опоры не нащупал. Тогда попробовал грести руками, но до воды мог дотянуться лишь кончиками пальцев. Пробормотал, саркастически усмехаясь:
  -- Однако высококачественный набор мне подсунули...
   Загребая ногами, с большим трудом сумел развернуться лицом к берегу. После чего решил, как утка, грести ногами, но лишь беспомощно поболтался на месте, подобно поплавку. Сплюнув от досады в воду, поглядел на чемоданчик экспресс-лаборатории. Все инструкции и описания наверняка находятся там.
   От сарая-мастерской-спортзала, перекосившись на одну сторону под тяжестью висевшего на плече пятнистого рейнджерского вещмешка, шел Ареф. Подойдя поближе, сбросил мешок на землю, и удивленно спросил:
  -- Эй, что ты там делаешь?
  -- Не видишь, комплект частного сыщика испытываю, - хмуро откликнулся Зотик.
  -- А, ну, испытывай... - Ареф растянулся на траве и, положив голову на мешок, задумчиво уставился в небо.
   Прошло несколько минут, во время которых Ареф с подчеркнутой невозмутимостью лежал, а Зотик лихорадочно перебирал в уме варианты своего спасения. Да чтобы при этом еще и лицо не потерять.
   Первым нарушил молчание Ареф:
  -- Ну, и долго ты еще будешь испытывать?
  -- Сколько надо, столько и буду! - сварливо отрезал Зотик.
   И тут он сообразил, что его не кусают комары. Неужели Арефу удалось их распугать?! Зотик задумчиво покачался на воде. Подумал: - "Этак тут долго можно торчать... А сейчас шлюпка приземлится..."
   Пряча глаза, он хмуро проговорил:
  -- Ареф, кинь мне какую-нибудь веревку...
  -- А я-то думал, ты из гонора хотя бы до вечера выдержишь... - ухмыльнулся Ареф, извлекая из мешка моток черного шнура. Зотик не сразу сообразил, что это лассо. Петля точно легла на его плечи и начала затягиваться.
  -- Ты что делаешь?! - заорал Зотик. Сдергивая петлю.
  -- Из болота тебя вытаскиваю... - невозмутимо откликнулся Ареф, продолжая тянуть лассо.
   Петля стиснула ладонь Зотика и повлекла его к берегу. Молча, он выполз из трясины, оглядел себя. Роскошный костюмчик превратился в черт те что. На нем даже проросли какие-то ворсинки. Они шевелились, жадно втягивая болотную грязь. Ощущалось, что и с внутренней стороны шевелятся ворсинки. Через несколько секунд все кончилось, а Зотик ощутил, что и нижнее белье тоже разом высохло и посвежело; то есть он почувствовал себя абсолютно комфортно, будто только что в бане попарился.
   Ареф ходил вокруг Зотик и издавал нечленораздельные восторженные восклицания. Потом безапелляционным тоном заявил:
  -- Мне тоже нужен такой костюм!
  -- Между прочим, он стоит гораздо дешевле тех двух коробок жвачки, которые лежат у тебя в карманах, - парировал Зотик.
   Ареф машинально ухватился за свои оттопыренные карманы, а Зотик безжалостно добил его хуком слева:
  -- К тому же, стандартные комплекты сыщиков суперкласса, на рост меньше шести футов не выпускаются.
   В этот момент в небесах кто-то взял аккорд на басовых струнах арфы, камыши расстелились по поверхности болота, трясина испуганно хрюкнула, и в воздухе возник радужный кокон. Он покачался над землей и осторожно опустился прямо перед Зотиком с Арефом. Радужное сияние силовых полей померкло, и проявились контуры каплевидного тела матово-черного цвета. В округлом боку образовалось овальное отверстие, оттуда выдвинулся трап, и звучный женский голос вежливо пригласил:
  -- Шлюпка подана, сэр!
  -- Пошли, пират, - мрачно проговорил Зотик, направляясь к люку.
   В коротком коридоре Зотик открыл одну из дверей. Он правильно угадал, за ней оказался багажный отсек, тут же звучный женский голос оповестил:
  -- Шлюпка готова к походу. Запасов пищи и снаряжения - на два года автономного полета, биотрон запущен в действие.
  -- Бросай сюда свой мешок, - кивнул Зотик Арефу.
   В рубке управления уже стояли два кресла в глубине полусферического экрана. Зотик уселся в кресло пилота, Ареф без долгих раздумий занял кресло штурмана, и полусфера экрана сомкнулась за их спинами.
   Развалясь в кресле, Зотик осведомился:
  -- Какова готовность к походу корабля?
   Женский голос четко отрапортовал:
  -- Корабельные трюмы укомплектованы стандартным набором пищи и снаряжения на экипаж численностью в пять человек, из расчета на пятьдесят независимых лет.
  -- Хорошо. Я сейчас активизирую сторожевую систему коттеджа, и отправимся...
  -- Сэр, вы можете сделать это прямо из шлюпки, - предупредительно информировал голос.
   Сейчас же пульт перед Зотиком ожил. Зотик произнес код своего "сторожа", через несколько секунд женский голос доложил:
  -- Сторожевая система вашего коттеджа активизирована, сэр.
  -- Хорошо, - Зотик поудобнее устроился в кресле. - Седьмой сектор Нейтральной зоны, Шверт-сити, салун Грелли Большого Пуза. Старт!
   Вежливый женский голос вкрадчиво сообщил:
  -- Сэр, в полетах над поверхностью планеты, автопилот используется лишь в транзитных коридорах...
   Из пульта выдвинулся штурвал, с черными рубчатыми рукоятками. Зотик несколько секунд ошеломленно разглядывал его, а тем временем белесая поверхность экрана как бы растворилась в толще стереоизображения; на экране заиграл яркими красками знакомый пейзаж: покосившийся коттедж, сарай, болото, двое мальчишек неподалеку, с завистью глядящие на шлюпку.
  -- Вместо того чтобы шляться по девкам, лучше бы на курсы пилотов походил, - насмешливо проговорил Ареф. - Техника каждый год совершенствуется...
  -- Много ты понимаешь, - проворчал Зотик и взялся за штурвал. - Да во всей Нейтральной зоне не найти было лучшего пилота...
   С этими словами он двинул рычажок мощности, как всегда делал, сразу на два деления, и еле успел взять штурвал на себя. Шлюпка с неожиданной легкостью сорвалась с места. Все же за дерево они зацепились. Даже не зацепились, а врубились буквально лбом. Хорошо хоть, защитные поля включались автоматически. Силовое поле отклонило дерево в сторону, вырвав его при этом с корнем, протащило вдоль борта, и лишь после этого отпустило. Зотик обернулся, и успел заметить, как огромная ива, кружась, летит в болото.
  -- Двигатель шлюпки в двенадцать раз мощнее стандартного, - предупредительно сообщил женский голос.
  -- Дерево на память, что ли, хотел прихватить? - глумливо ухмыляясь, осведомился Ареф. - Или это особый шик лучших пилотов Нейтральной зоны?
   Зотик двинул рычажок мощности на одно деление назад, и полет выровнялся. Они мчались в стратосфере. Внизу медленно поворачивалась вогнутая чаша Земли.
  -- Через семь минут вы пересечете границу Нейтральной зоны, - предупредительно сообщил женский голос.
  -- Вот и хорошо. Проверим, как сработает идентификационная система, и есть ли у меня бессрочная виза, - пробормотал Зотик.
   Над самым пультом, на большой полусфере экрана образовался черный квадрат, а потом там проявилась обыкновенная крупномасштабная географическая карта, и по ней довольно быстро бежала крошечная искорка.
  -- Вот это вещь! - восторженно выдохнул Зотик.
  -- Космическая техника компании "Локхид" самая надежная и удобная в эксплуатации во всей обитаемой зоне Галактики, - пропел вкрадчивый женский голос.
  -- Заткнись! - бросил Зотик. - Что за идиотские модуляторы тебе поставили? Не могли сделать нормальный голос?
  -- Есть, сэр, разговаривать нормальным голосом! - рявкнул низкий бас. - Я посчитал, что шлюпка - женского рода, и должна разговаривать женским голосом...
  -- Ты еще и считать умеешь? - притворно изумился Зотик.
  -- Так точно, сэр! Я работаю во всех системах исчисления...
  -- Слушай, заткнись, а?.. - жалобно попросил Зотик.
   Что-то скрипнуло, и повисла тягостная тишина. Рядом восторженно хохотнул Ареф. На мониторе пульта вдруг возникло лицо пожилого человека. Человек вгляделся в Зотика, потом скороговоркой произнес:
  -- Зотик, частный детектив, гражданин России и Восточной федерации, идентификационный номер... - последовала целая очередь цифр и букв. - Бессрочная виза... Свободное пересечение границ... Что будете декларировать? - осведомился таможенник.
  -- Ничего. У нас стандартное походное снаряжение космической шлюпки. Цель поездки - деловая, связана с моей работой, - вежливо откликнулся Зотик.
   Таможенник Нейтральной зоны так и не объявился. Зотик знал, что у Нейтральной зоны, как и положено, были таможни, но таможенников частенько не оказывалось на постах, потому как они занимались вульгарной контрабандой.
   Приземлился Зотик относительно благополучно, если не считать, что трое каких-то парней, стоявших на площадке, от удара силовых полей улетели в кусты.
  -- Да-а... - протянул Ареф. - Пилот ты уникальный. Это ж надо, летаешь целых десять минут, и ни разу не разбился... Но зато тебе сейчас эти дядьки зададут, только из кустов выберутся...
   Зотик промолчал, вылезая из кресла. Полусфера обзорного экрана разомкнулась, и он направился к выходу, Ареф поспешал за ним. Троица пострадавших от Зотикова лихачества, уже выбралась из кустов, и с угрожающим видом разминая кулаки, направлялась к шлюпке. Но, увидев Зотика, остановились, и нерешительно запереглядывались. Не обращая на них ни малейшего внимания, Зотик проследовал к дверям салуна.
   К его удивлению, сразу за дверями оказалось нечто, похожее на гардероб, а путь дальше Зотику преградил гигантского роста старикан в швейцарской ливрее. Левая половина лица его была обожжена, а левая рука еще не регенерировалась полностью; глупо суетилась в рукаве, не высовываясь наружу. Видимо в старика недавно попал разряд бластера.
  -- Мистер, сдайте, пожалуйста, вашу куртку в гардероп, - величественно выговорил швейцар, мощно, будто муху подушкой о стену, прихлопнув заключительную букву "п".
  -- Вот еще, новости... - пробормотал Зотик, и попытался обойти швейцара.
   Но мощный старикан наглухо перекрыл проход.
  -- Я что, в людном месте должен сидеть в нижнем белье?! - возмущенно вскричал Зотик.
  -- У нас такой порядок, - терпеливо проговорил швейцар.
  -- Это у вас такой порядок, - нажимая на слово "вас", проворчал Зотик. - А я буду в куртке.
  -- Если вам не нравятся наши порядки, валите в другое заведение; вон, напротив. У нас приличное заведение, а там на прошлой неделе укокошили восьмерых. Сдавайте куртку, или выметайтесь!
   Бить старика, тем более инвалида, у Зотика просто не поднялась бы рука. А потому, выругавшись на древнерусском, он стянул с себя куртку, повесил в ячейку, дверцу которой предупредительно распахнул швейцар.
   Взявшись за пряжку пояса, Зотик спросил ядовито:
  -- Штаны тоже снимать?
  -- Штаны не обязательно, - невозмутимо проговорил швейцар. - Только вытащите и положите в шкап ту штуковину, что лежит в заднем кармане.
   Зотик запустил руку в задний карман брюк и вытащил обыкновенный эфес меча. Почему-то без клинка. Там, откуда должен был торчать клинок, бугрился рубчатый круговой валик. Сунув эфес в карман куртки, он захлопнул ячейку и прошел в салун мимо посторонившегося швейцара. Ареф прошагал за ним.
   Как всегда в это время, зал был заполнен едва ли наполовину. Это в основном была мелкая шушера, отребье всяких шаек, ни на что путное не годное. Эти даже гордились, когда их называли пиратами. Настоящие пираты, или, как они сами себя называли - вольные астронавты, появлялись тут не чаще одного раза в год, после того, как, промотав награбленное в дорогих бардаках, снова собирались в путь. Зотику нужен был хозяин. Грелли всегда знал, где искать того или иного капитана пиратского "Призрака".
   Однако за стойкой стоял совершенно незнакомый тип. Заложив большие пальцы рук в карманы брюк, Зотик вразвалочку подошел к стойке, провожаемый любопытными взглядами. Гул голосов в зале заметно стих. Рыжий, толстый верзила за стойкой невозмутимо взбалтывал коктейль.
  -- Кружку молока моему спутнику и банку виноградного сока мне, - проговорил Зотик, взгромоздившись на высокий табурет.
  -- Не понял?.. - чуть скосил на него глаза верзила.
  -- Сэр! - прорычал Зотик, и тут же перейдя на ласковый, воркующий голос промурлыкал: - Грелли неплохо знал мои привычки...
  -- Грелли ушел на покой, и теперь я тут хозяин!
  -- Ну, коли ты тут хозяин, быстро, молока и сока! - глядя мимо бармена, тухлым голосом проскрипел Зотик, одновременно с тоской подумав, что не прошло и года, а приходится вновь самоутверждаться кулаками.
  -- Этого дерьма не держим. Либо пей, либо выметайся!
  -- Так, может, ты и меня не знаешь? - без выражения спросил Зотик.
  -- Не знаю, и знать не хочу! Меня не интересуют молокососы.
  -- Я - Зотик, - вперяясь взглядом в его переносицу, сообщил Зотик.
  -- Ха! Ну и врун же ты, приятель! - воскликнул бармен. - Мне ли не знать, что Красавчик Зотик парится на меркурианских рудниках. И за свои проделки он там будет париться до Страшного Суда, а потом там же и останется. Потому как, все знают: ад на Меркурии!
   Последние слова он договаривал, уже перелетая через стойку. Приземлившись под ближайшим столом, он еще ничего не успел сообразить, а Зотик уже прыгнул на него, как дикий кот на жирного хомяка. Схватив ближайший металлический стул, Зотик непонятным образом для наблюдающего за схваткой Арефа, то ли стул продел сквозь бармена, то ли бармена сквозь стул. Однако гигант-бармен оказался лежащим на полу, в прямом смысле завязанный в узел. Зотик выпрямился и спокойно спросил:
  -- Ну, так где находится Красавчик Зотик? Впрочем, меня интересует другое. Где мне найти Хон-Гриля?
   Хон-Гриль был китайцем, но родился и вырос во Франции, а молодость провел, болтаясь по Нейтральной зоне. Лишь недавно он заимел новенький коммивояжерский корабль, класса "Дракон", который с истинно китайской изысканностью назвал "Цветок Вишни". Впрочем, только бывшие пираты, еще не ставшие истинными вольными астронавтами, давали названия своим кораблям. Истинный вольный астронавт путешествует во Вселенной как бы сам по себе, даже без корабля. Хон-Гриль был невероятным болтуном. Зотик намеревался подпоить его, и в застольном трепе старина Хон наверняка расскажет потешную историю об идиоте, который взялся грабить транспортники со жвачкой.
   Бармен прохрипел что-то нечленораздельное, видимо пытаясь сообразить, где у него голова, а где - все остальное.
   Посетители салуна тем временем медленно поднимались, с грохотом отшвыривая стулья и отодвигая столы.
  -- Ну, племянничек, сейчас они тебе зададут!.. - с восторгом проговорил Ареф, бочком продвигаясь к массивному музыкальному комбайну, видимо сразу сообразив, что за ним можно надежно укрыться.
  -- Мы это еще посмотрим! - кровожадно прорычал Зотик.
   К удивлению Арефа, толпа, разогретая земными и инопланетными напитками, кинулась не на Зотика, а, разобравшись на несколько группировок, затеяла настоящую войну. На Зотика набросилось лишь человек шесть, самых отчаянных.
   Зотик дрался самозабвенно, весело и легко. Он не стремился сразу отключить или изувечить своих противников; для него важно было обрести былую гибкость и уверенность. Однако вскоре он почувствовал, что далеко превосходит себя былого и по гибкости, и по уверенности.
   Через полчаса сражающиеся группировки утомились, и прекратили вести боевые действия по правилам тактики и стратегии; с охватами, прорывами в тылы, глубокими рейдами, тактическими отходами и стратегическими наступлениями. Бойцы, разбившись на пары, утомленно возились среди груд переломанной мебели, лишь изредка награждая друг друга тумаками. Не хватало завершающего удара, так сказать, последней точки. И Зотик намеревался эту точку поставить. Вокруг него как раз топтался гориллообразный субъект, - правда, скорее похожий на венерианскую гориллу, - размахивая чайникоподобными кулаками. Дождавшись мощного прямого удара, Зотик пропустил над собой кулак, пронесшийся подобно болиду, перехватил волосатую лапу, навалил гигантскую потную тушу себе на плечи и сейчас же мощно выпрямил ноги. Дзинь-клинк-клинк... Туша угодила прямо в бар, тесно заставленный сверкающими сосудами с неземными, совершенно экзотическими веселящими жидкостями.
  -- Ша, шпана! - рявкнул Зотик, вскидывая над головой руки. - Порезвились, и будет!
   Возня тут же прекратилась, драчуны начали подниматься, помогая друг другу выбраться из-под груд мебели.
   Зотик выволок бармена на свободное пространство возле стойки, спросил ласково:
  -- Ну, так где мне найти Хон-Гриля?
  -- Будь я проклят, если знаю... - кое-как прохрипел бармен.
  -- Ты, все же, подумай... Может, вспомнишь?.. А то я твою забегаловку разнесу на атомы.
  -- Да ни черта я не знаю!.. - проныл бармен. - Освободи, а?..
  -- Ну, не знаешь, так не знаешь... - легко согласился Зотик.
  -- Э-эй! Подожди!.. - заорал бармен, заподозрив что-то неладное в этой сговорчивости. - У меня в комнате...
  -- Вот это, другое дело... - удовлетворенно пробурчал Зотик, отгибая ножку стула.
   Они поднялись на второй этаж. В комнате, в которой царил невообразимый кавардак, из груды какого-то хлама в углу, бармен извлек металлическую коробочку с несколькими крошечными клеммами. Зотик успел разглядеть на задней крышке гравировку: "Цветок вишни. Хон-Гриль". Мгновенно, как кот за мышью, выбросив вперед руку, Зотик завладел коробочкой, воскликнул:
  -- Это же вахтенный журнал с корабля Хона! Неужели он погиб?!
   Бармен заюлил глазами:
  -- Я ничего не знаю, эта коробочка попала ко мне случайно. Я вообще не знал, что это такое...
  -- Ладно... - многозначительно проскрипел Зотик, уставясь на бармена одним из самых злобных своих взглядов. Тот явно трусил, но упрямо молчал. И природа его трусости была явно не в угрозе Зотика разнести салун. В силах Зотика было разве что доломать оставшуюся мебель. Потом окрестные фермеры и ремесленники, преодолев свой извечный страх перед пиратами, вступятся за бармена. Ведь этот салун, единственное место на много миль вокруг, где можно спокойно выпить, посидеть, поболтать, поглазеть на настоящих пиратов, послушать их байки о разных дальних мирах. - Живи, пока... - многообещающим тоном произнес, наконец, Зотик.
   Бармен в ответ что-то буркнул себе под нос.
   В зале бывшие враги на халяву распивали мировые. Пройдя через зал, и не увидев Арефа, Зотик вышел на улицу. Ареф сидел на перилах веранды и задумчиво смотрел в небо.
  -- О чем задумался, дядюшка? - весело окликнул его Зотик.
  -- Слушай, научи меня, а? - проговорил Ареф, поворачиваясь к нему.
  -- Чему? - удивился Зотик.
  -- Ну, так драться. Ты ж их молотил, как хотел! Что это за стиль? Я ни в одном фильме такого не видел.
  -- Э-э... Дружище... Этому трудно научиться. Надо иметь врожденный талант. Так сказать, быть прирожденным воином. А вообще, это разновидность русского стиля рукопашного боя. Это искусство передается в нашем роду по наследству, нигде такого нет. Называется - "Боевая самба". Видимо, кто-то из наших предков, наблюдая старинный танец Южной Америки, разработал систему борьбы... Обычный русский стиль порядочно отличается от этого... Его можно приспособить и для спортивных поединков, а "Боевая самба" служит исключительно для смертельного боя... Однако, нам надо спешить. Время - деньги!..
   В рубке управления шлюпки, Зотик подключил вахтенный журнал Хона к бортовому компьютеру. На мониторе замелькали параметры маршрутов корабля Хона, координаты планет. Последними координатами, зафиксированными в вахтенном журнале, оказались координатами Земли. Значит, вахтенный журнал с корабля сняли, все же, на земной орбите. А это означает одно - корабль был продан. При всем желании Зотик ни за что бы не поверил, что Хон способен продать корабль, доставшийся ему с таким трудом.
   Зотик долго сидел, уставясь в мерцающий монитор, размышляя над загадкой. Наконец его осенило; он задействовал всю мощь бортового компьютера на поиск скрытой информации, и уже через пятнадцать минут получил результат. Видимо тот, кто завладел кораблем Хона, не знал, что пиратские капитаны кое-что добавляют к стандартному вахтенному журналу, чтобы, в случае чего, даже из могилы достать врага.
   На мониторе возникли бледные строки интерлинга: "Всем, кто найдет эту информацию! Я заперт на военной базе в системе ЕК 759341. Жду помощи. Воды и пищи тут хватит на тысячу лет. База нах..." Тут запись оборвалась, и сколько Зотик ни ждал, компьютер больше ничего не смог прочесть между строк вахтенного журнала.
  -- Далековато, конечно... - проворчал Зотик, отключая вахтенный журнал. - Но Хон всегда много знал... К тому же, если я вытащу его из этой скверной истории, он по гроб жизни будет мне благодарен. Эй, шкипер! - обратился Зотик к компьютеру.
   В ответ - ни звука. Только на пульте, под монитором, загорелась зеленая лампочка, знак внимания. - Ты что, обиделся? - удивился Зотик. Но огонек лишь коротко мигнул. - Ну ладно, дуйся на здоровье. Только изволь ответить, где находится звездная система ЕК 759341?
   На мониторе возникли строчки цифр галактических координат. Прочитав их, Зотик присвистнул:
  -- Это же в Нейтральной зоне! Откуда в Нейтральной зоне военная база?..
  -- Мы летим, или не летим? - нетерпеливо осведомился Ареф, ерзая в кресле.
  -- Летим, летим... - проворчал Зотик. - Только заскочим в ближайший школьный магазин на территории Восточной федерации и купим тебе компьютерного учителя.
  -- Без тебя об этом позаботился, - раздраженно бросил Ареф. - Компьютер у меня в мешке лежит, а учителей в нем закачано под завязку... На любой вкус. Есть даже преподаватель Закона божьего...
  -- Врешь, поди?.. - с сомнением поглядел на него Зотик.
  -- Не все ж такие, как ты; любители увиливать от учебы... - парировал Ареф.
   На что Зотику возразить было нечего. В свое время, перед поступлением в университет, ему пришлось в состоянии гипнотического сна проглотить полный курс средней школы. Потом у него в продолжение нескольких месяцев, при резком повороте головы, все плыло перед глазами, и было призрачное состояние. Однако, как он полагал, школьные знания намертво впечатались в его мозг.
  -- Ладно, летим на корабль, - проговорил Зотик.
   Штурвал втянулся в пульт, на мониторе загорелась надпись: - "Есть, сэр!"
  -- Шкипер, разве это я тебе скомандовал?!. - изумленно спросил Зотик.
   Послышался звук, явно похожий на человеческое икание. Ареф, корчась от смеха, еле-еле выдавил:
  -- Из вас двоих, по-моему, идиот только один...
  -- Кто, он?.. - Зотик кивнул на пульт.
  -- Ты. Он только выполняет твои приказы. Во-первых, приказа заткнуться ты не отменял. Во-вторых, так получилось, что он не знает, к кому ты обращаешься; ко мне, или к нему? Вот он и действует, исходя из принципов вероятности; высчитал, сколько слов ты тратишь на меня, и сколько - на него. И если ты не придумаешь какое-нибудь кодовое слово, в любой момент самая безобидная фраза из нашего разговора может послужить для него командой.
   Зотик насупился и откинулся на спинку кресла. В конце концов, через силу проскрипел:
  -- Шкипер, стартуем на корабль...
   На мониторе зажглось: - "Есть, сэр?"
   Вопросительный знак привел Зотика в бешенство, и он заорал:
  -- Да! Да! Отныне я буду называть тебя Шкипером! Старт! И прекрати издеваться, скотина!
   Не менее чем двадцатикратная перегрузка вдавила Зотика в кресло. Рядом по мышиному пискнул Ареф, но тут же стало полегче. Небо в полусфере экрана быстро чернело, звезды горели все ярче, лучи их делались все острее. Сбоку в центральный сектор экрана вплыла звездочка, замерла в перекрестье линий визира, и начала стремительно увеличиваться. Вот оформилось тороидальное тело "Пожирателя пространства", охватившего мощную воронку поглотителя межзвездной материи и тоненький, изящный хвост ускорителя. Мощные ребра реакторных колец сияли блеском несокрушимого нейтридного покрытия. Два бризантных орудия, весьма солидного калибра, затаились симметрично по обе стороны раструба поглотителя. Две батареи бластерных пушек тоже угнездились между мощных ребер реакторных колец. И, в довершение ко всему, в виде изящной юбочки, прямо под жилым блоком, разместились шесть торпедных аппаратов с торпедами "Звездного огня". У Зотика перехватило дыхание от великолепия зрелища. "Неужели это мое?" - с ужасом подумал он.
   Громада надвинулась, распахнулась диафрагма аппарели, нежные, могучие лапы силовых полей приняли шлюпку и аккуратно поставили на палубу. Зотик шагнул чрез проем люка, и сейчас же мощные звуки гимна России заполнили пространство боевой палубы. Помня, что ритуал встречи нарушать ни в коем случае нельзя, Зотик вытянулся по стойке смирно и терпеливо дождался, пока медленно и величественно поднимется до верхней точки купола флаг космического флота России. Когда звуки гимна замерли, зазвучал торжественный голос:
  -- Господин капитан! В ваше отсутствие на борту без происшествий. Корабль к старту и походу готов.
  -- Вольно! - скомандовал Зотик. - Объясните, Шкипер, что все это значит?
  -- Согласно Своду законов космоса, корабль приписывается к стране, гражданином которой является его владелец, если не имеется специальных распоряжений его владельца. Вы являетесь полноправным гражданином России.
   Про себя Зотик усмехнулся: - "Просто, не нашлось въедливого и цепкого следователя. А то не миновать бы мне каторги на Меркурии за делишки гораздо серьезнее, чем студенческие шалости... Береженого Вселенная бережет. В Восточной федерации надо будет держать ухо востро..."
  -- Ну что ж, я доволен, - вслух проговорил он. - Ты неплохо справляешься с обязанностями шкипера.
  -- Рад стараться, господин капитан! - басом рявкнули динамики, и тут же мягким, вкрадчивым баритоном выдали: - Компьютеры компании "Локхид", самые надежные в обитаемой зоне Галактики...
   Зотик жалобно взвыл, зажав уши, потом заорал:
  -- Ты уже три часа принадлежишь мне, а не компании "Локхид"! Ты теперь обязана работать на меня, а не на компанию "Локхид"! Если ты еще хоть раз вякнешь рекламу, катись обратно в свою компанию!
   В динамиках что-то крякнуло, и повисла тягостная тишина.
  -- Ты меня понял?! - проорал Зотик.
   Тишина.
  -- Я спрашиваю в последний раз; ты меня понял?!
  -- Так точно! Господин капитан!
  -- То-то же... - проворчал Зотик, направляясь ко входу в жилые помещения корабля.
   Ареф не упустил возможности высказать свое мнение:
  -- Однако, у тебя, племянничек, весьма оригинальные способы перепрограммирования компьютеров... Вообще-то, можно и не орать; просто, найти файл с рекламой, и уничтожить...
  -- Ты еще сначала найди этот файл... - пробурчал Зотик. - Я видел программиста, он от отчаяния весь пульт головой разбил, после того, как неделю проискал этот проклятый файл... А теперь Шкипер сам всю рекламу постирает. Программа самосохранения - великая вещь...
   Зотику показалось, что Ареф впервые посмотрел на него с уважением. Но, возможно, ему это только показалось. Потому как Ареф тут же обратил его внимание на весьма неприятную подробность в интерьере боевой палубы:
  -- Глянь-ка, племянничек: тебя опять надули, как последнего лопуха...
   Зотик поглядел на ячейки обслуживания; два спасательных модуля, две капсулы бедствия, две шлюпки, два малых десантных катера, и четыре ячейки пустые.
   Ареф, ухмыляясь, проговорил:
  -- В комплект такого корабля еще должны входить два планетарных истребителя и два планетарных штурмовика. И где ж они?
   Зотик равнодушно пожал плечами:
  -- Мы ж воевать не собираемся... Зачем их возить просто так? К тому же, истребитель стоит лишь чуть-чуть дешевле корабля, не говоря уж о штурмовике...
  -- Ты, прямо, как девочка из пансиона для богатых... Тебе ли не знать, что в космосе приходится воевать в самых неожиданных местах, и в самое неподходящее время...
   На что Зотик лишь безмятежно пожал плечами, делая хорошую мину при плохой игре.
   Броневые двери гостеприимно распахнулись, и Зотик с Арефом вошли в коридор жилой зоны. Переборки покрашены в мягкие, приятные для глаза голубые и зеленоватые тона, палуба застелена мягким, пружинящим под ногами покрытием, нежного салатного цвета. Они долго шли по бесконечно загибающемуся вправо коридору, мимо дверей в трюмные отсеки, потом поднялись по трапу на второй, жилой ярус, прошли мимо ряда дверей в каюты, еще поднялись по трапу, и, наконец, оказались в центральном посту корабля.
   Центральный пост оказался почти точной копией рубки управления шлюпки, только раз в двадцать побольше размером. Зотик опустился в капитанское кресло с блаженным вздохом, расслабился и проговорил:
  -- Шкипер, система ЕК 759341, старт!
  -- Капитан, расчет курса займет сорок три минуты, если вы имеете первый класс, и вам придется порыться в лоциях, - Зотику показалось, будто в голосе Шкипера звучало злорадство.
  -- А сам ты не мог бы порыться в лоциях? - раздраженно осведомился Зотик.
  -- Вести корабль - прерогатива капитана, - отрезал чертов компьютер и замолк.
  -- Эх хе-хе... - тяжко вздохнул Зотик, вылезая из кресла. - Нет в мире совершенства...
   Он подошел к шкафу с корабельной документацией. Ему пришлось долго разбираться с индексацией ячеек, прежде чем он нашел лоцию нужного сектора Галактики. Сунув диск в терминал, Зотик вновь повалился в кресло, с намерением не вылезать оттуда до конца путешествия. Все-таки трудный выдался день, и прекрасный; после встречи с м-ром М. не прошло и четырех часов, вместивших столько событий, а этот, столь счастливый день все не кончается. Он уже было снова расслабился, привычным оком контролируя расчет курса, поправляя, когда электронные мозги попадали в тупик, но вдруг понял, что рядом чего-то не хватает. Как будто много часов подряд над ухом гудели мухи, и вдруг разом замолчали.
   Он оглядел центральный пост, Арефа нигде не было. Зотик похолодел. Перед его мысленным взором в мгновение ока пронеслись все возможные сценарии гибели корабля. Подскочив в кресле, он заорал:
  -- Ареф! Где Ареф!?
  -- Все в порядке, капитан, - послышался благодушный бас. - Я контролирую его передвижения по кораблю.
   Позади кресел пилотов, было расположено полукольцом несколько десятков мониторов, два из них включились. На одном Ареф проявился в профиль, на другом - со спины. Судя по маркировке мониторов, он обследовал трюмы.
  -- Хорошо, - проговорил Зотик, с облегчением вздохнув, - не спускай с него глаз.
  -- Вы хотели сказать, объективов? - вежливо уточнил Шкипер.
  -- Да чего угодно! - взорвался Зотик. - Лишь бы он чего не натворил.
  -- Слушаюсь, господин капитан! - рявкнул шкиперский бас.
   Зотик подумал, что чем дальше в космос, тем больше в нем проявляются пиратские привычки: вспыльчивость, в основном показная, раздражительность, крики по всяким пустякам... Глянув на монитор штурманского компьютера, подумал, что Шкипер, как главный компьютер корабля, неплохо справляется и с обязанностями штурмана; вычисление курса шло своим чередом. До старта оставалось минут сорок, а потому Зотик решил исследовать содержимое своих карманов, то есть - экипировку супердетектива. Для начала он извлек эфес меча. Долго вертел его перед глазами, прежде чем заметил на гарде какую-то штуковину, похожую на переключатель. Подумал, что надо бы сходить на боевую палубу, и из багажного отделения шлюпки взять чемоданчик экспресс-лаборатории с инструкциями. Но вылезать из уютного кресла так не хотелось! Не долго думая, Зотик взял эфес в правую руку и сдвинул переключатель вперед. Послышалось басовитое гудение, из гарды вырвался ослепительный луч и ударил прямо в пульт. Полыхнул сноп искр от мгновенно сгоревших металла и пластика, полетели ошметья расплава. Зотик дернулся от неожиданности, луч вспорол панель пульта снизу до верху и победно засиял свечой. Хорошо хоть, длина его была всего метра полтора.
  -- Капитан, - послышался хладнокровный бас, - инструкции по эксплуатации категорически запрещают проверку неизвестного оружия в помещениях корабля.
   Зотик торопливо вернул тугой переключатель в исходное положение.
   Со звонким щелчком распахнулась дверца в подножии пульта, оттуда выскочил, смешно семеня лапками-манипуляторами, паукообразный робот-ремонтник, и принялся сноровисто менять поврежденные блоки пульта, с грохотом швыряя их в мусороприемник. Страдальчески морщась, Зотик наблюдал за операцией, пытаясь прикинуть убытки, нанесенные самому себе простым и легким движением пальца.
   Когда робот убрался в свою конуру, Зотик включил внутреннюю связь и проговорил в интерком:
  -- Ареф, возвращайся в центральный пост. Через несколько минут стартуем.
   Однако Ареф явился лишь тогда, когда сигнал стартового предупреждения прозвучал во второй раз. Он был с ног до головы перемазан консервационной смазкой, и страшно доволен экскурсией по трюмам. Зотик по опыту знал, что пытаться выяснить, какие идеи забродили в мозгу Арефа при виде технических богатств корабля, совершенно гиблое дело; это выяснится во время рейса, в процессе бурной деятельности. А потому Зотик только свирепо рявкнул что-то из древнерусского лексикона, и ткнул пальцем в штурманское кресло.
   Устраиваясь в кресле, Ареф с ухмылкой спросил:
  -- Судя по запаху, ты испытал лучевой меч?
  -- Что за меч? - переспросил Зотик.
  -- Ну, тот, который у тебя в заднем кармане штанов лежит.
   И тут до Зотика дошло: у него, действительно, лучевой меч! Он никогда раньше не видел подобного оружия; просто, однажды, в виде легенды, о нем рассказал один из пиратов, случайно выживший после схватки его "Призрака" с разведывательным кораблем Восточной федерации.
   Пиратский корабль случайно сблизился с разведчиком на орбите одной из планет беты Цефея, тем более что корабль пополнял запасы, приткнувшись к борту военного транспортника, и казался добычей легкой. К тому же, разведывательный корабль военного флота - голубая мечта любого пирата. Не долго думая, пираты бросились на абордаж. И уже на грузовой аппарели транспортника столкнулись с какими-то зверями в человеческом облике. Трое парней, в чешуйчатых комбинезонах из пассивной пласт-брони, вмиг выкосила целую команду "Призрака". И орудовали они, как раз такими вот штуковинами.
   Для лучевого меча не существовало преград: он вспарывал любую броню, пронизывал любую силовую защиту, питаясь от тех силовых полей, которые преодолевал. И каким образом это страшное секретное оружие спецназа Восточной федерации оказалось в комплекте частного детектива, хоть и экстракласса, было абсолютно непонятно.
   На дисплее огненно вспыхивали последние цифры стартового отсчета. Ложементы мягко обняли Зотика с Арефом, полусфера пилотского кокона, глухо чмокнув, сомкнулась за их спинами, превратившись в сферу. Вокруг зажглись звезды в бездонной черноте. Под ногами плыла голубая, в тонкой белой вуали облаков, красавица Земля. И тут Зотика охватило ни с чем не сравнимое ликование: - Боже! Он опять в космосе!!! Тем не менее, к ликованию примешивалась легкая и привычная тоска расставания. Он видел много планет, но ни одна из них не казалась ему столь же прекрасной, как Земля.
   Раздался бас Шкипера:
  -- Приготовиться... Старт!
   Тело отяжелело. Корабль осторожно сходил с орбиты с ускорением в два жэ, поднимаясь перпендикулярно плоскости эклиптики. Старт с орбит обитаемых планет, дело ответственное; если будешь лихачить, нарвешься на крупные неприятности. Вызов даже небольшой магнитной бури мог повлечь штраф, в пятикратном размере превышающий причиненные убытки. Не говоря уж о том, если случайно зацепишь выхлопом двигателя какой-нибудь спутник, или орбитальную станцию. Потому большинство капитанов предпочитали оставлять корабли на дальних орбитах, или швартоваться к станциям технического обслуживания. Перегрузка нарастала. Пользуясь гравитацией Земли, корабль как бы накручивал тугую пружину. Лишь только Земля отдалится, он начнет накручивать гравитационную пружину Солнца, поднимаясь по перпендикуляру гравитационной равнодействующей. Уход в т-состояние должен происходить как можно дальше от Солнца и планет. Импульс отдачи может сбить с орбит таких малышей, как Ио, или Ганимед, или сдуть атмосферы с больших планет.
   Во время одной из передышек, Зотик скосил глаза на Арефа и злорадно проговорил:
  -- Я предупреждал тебя... Надо было остаться на Земле...
  -- Да ладно! Сам дыши глубже, - бодро откликнулся Ареф. - Пока ты по девкам бегал, я на курсы пилотов ходил и на центрифуге тренировался. Так что при пятнадцати жэ могу песни петь.
  -- Много ты понимаешь, насчет девок... - только и нашелся, что промямлить обескураженный Зотик.
   Тем временем корабль вышел на стандартное ускорение в восемь жэ и лег на курс. Это сущее мучение, подбираться к субсветовой скорости. Существовала масса таблиц, чередования ускорений и передышек, однако, когда на дисплее засветилось вожделенное число, Зотик уже чувствовал себя в буквальном смысле выжатым лимоном. К его удивлению, Ареф чувствовал себя гораздо лучше. Вот что значит, тренироваться только со штангой и не подвергать себя перегрузкам на центрифуге. Наконец, последнее ускорение - и динамики хрипло каркнули:
  -- Т-переход!
   Сейчас же белесая мгла затянула экран, Зотика завертела волчком неведомая сила, хотя он и продолжал ощущать себя сидящим в кресле. Научники так и не выяснили природу этого явления, но за всю историю т-бросков сквозь пространство, ни одному человеку не посчастливилось остаться в живых, если он в момент т-перехода не находился на узеньком пятачке вокруг гравитационной равнодействующей корабля. Любое живое существо буквально перемолачивало в фарш и разбрызгивало по стенам. Тем временем корабль закутался в плотный кокон силовых полей. А поскольку набравший субсветовую скорость корабль, сам стал обладать массой, соизмеримой с планетарной, пространство вокруг свернулось в черную микродыру, и все это превратилось в тахион, мчащийся сквозь пространство со скростью, во много тысяч раз превосходящей световую. Теперь, набранный в момент т-перехода импульс скорости и энергии будет постепенно расходоваться на торможение. Тахион, в который превратился корабль вместе с клочком пространства, будет приближаться к световому барьеру, но только с другой стороны. После обратного перехода, останется лишь подтянуться на субсветовой скорости к точке назначения. Иногда это занимает пару суток, иногда несколько недель, все зависит от искусства штурмана.
   Как обычно в т-состоянии, на корабле наступила невесомость. Зотик воспарил над креслом, повисел, придерживаясь рукой за спинку, пережидая дурноту, проговорил устало:
  -- Я пойду, приму душ и завалюсь спать. Несколько дней в центральном посту делать нечего...
   Зотик обожал принимать душ в невесомости. Как осенний лист на излете, он долетел до своей каюты, устало стащил одежду и вплыл в ванную. Угол просторного, роскошно отделанного помещения, занимал толстый цилиндр. Открыв овальную дверцу в его боку, Зотик вплыл внутрь, сунул ноги в два пластмассовых стремени на полу, надел дыхательную маску и открыл краны. Шквал воды с паром обрушился на его грудь и спину. Он принялся постепенно убавлять количество воды и добавлять горячего воздуха. Вскоре внутренность цилиндра превратилась в маленькую модель ада, а точнее, в маленькую Венеру в начале реконструкции, когда на нее только что свалили ледяные спутники Сатурна. В этом пекле нормальный человек давно бы сварился, а Зотик только жмурился да мурлыкал от блаженства, как разнежившийся леопард.
   Не скоро он перекрыл краны. Напоследок завернул кран горячего воздуха, и на него обрушился поток ледяной воды. Когда насос втянул последние капли воды, Зотик открыл дверь и выплыл наружу. Красный, распаренный, поплавал под потолком, окончательно остывая. Глаза уже начали слипаться. Оттолкнувшись ногой от потолка, Зотик нырнул в постель. Уже в полусне застегнул застежки спального мешка, чтобы ненароком не проснуться в самом неожиданном месте, и с блаженным вздохом отключился.
   Проспал он часов шестнадцать, пиратские навыки включились в момент; отоспаться, да еще поспать впрок, если явилась возможность. Когда проснулся, ему не хотелось вылезать из мешка, потом тащиться в столовую. По интеркому он приказал принести себе завтрак в каюту. Вскоре, топоча паучьими лапками, прибежал робот-стюарт с пищевым контейнером на спине.
   То, что оказалось в контейнере, скорее было похоже не заказ в дорогом ресторане. Зотик съел двойной завтрак, сплавал в корабельный спортзал, покачал мышцы, принял душ, потом пообедал, снова покачал мышцы, и завалился спать. Он наслаждался заслуженным отдыхом в комфорте и уюте своей великолепной частной собственности. Ареф не досаждал, и поэтому отдых казался поистине райским блаженством.
   Когда, через несколько дней, перед самым т-переходом, Зотик выпорхнул в коридор и направился в центральный пост, еще не долетев, ощутил, что атмосфера корабля наэлектризована тревогой, опасностью; короче говоря, такое ощущение бывает на поле боя, когда обе стороны только-только прекратили стрельбу, лишь для того, чтобы вогнать в раскаленные стволы багинеты, и ринуться друг на друга в рукопашную.
   Зотик никогда не пользовался в невесомости леерами, и на этот раз, преодолев в два броска расстояние до двери центрального поста, ворвался туда, лихорадочным взором обшаривая огни пульта. Но там не горело ни единого тревожного сигнала. Только, странное дело, на доброй половине мониторов, на обзорном экране, и даже на дисплеях пульта, в разных ракурсах присутствовал Ареф.
   Он находился в ремонтной мастерской. Пристегнувшись к универсальному слесарно-сборочному полуавтомату, с увлечением что-то мастерил.
  -- Что происходит? - осведомился Зотик, переведя дух.
  -- Штурман Ареф в режиме т-марша пытался проводить эксперименты с лазерной установкой, что могло привести к непредсказуемым последствиям, - отрапортовал Шкипер. - Я принял адекватные меры.
  -- Почему меня не вызвал? - спросил Зотик, с облегчением вздохнув.
  -- Вы не назначили очередности вахт и отправились отдыхать, - отчеканил Шкипер. - Однако, согласно установленной вами субординации, шкипер должен подчиняться капитану, штурман - шкиперу. Я решил употребить собственную власть вахтенного начальника.
  -- Власть он решил употребить... - саркастически бросил через плечо Ареф. - Кретин электронный...
  -- От биокретина слышу... - парировал Шкипер, мгновенно перейдя на сварливый мальчишеский голос.
  -- Ха, шкипер... - ухмыльнулся Ареф. - Будь я капитаном, я бы тебя в баталеры не взял! Будем считать, что Шкипер, всего лишь твое имя...
  -- Бодливой корове Бог рогов не дает... - изрек Шкипер. - Из тебя не штурман, а Иван Сусанин только и может получиться...
  -- Отставить! - заорал Зотик. - Нашел с кем связываться - с мальчишкой! И где ты только набрался русского фольклора?..
  -- Есть, отставить! Меня сразу программировали под русского владельца! - отрапортовал Шкипер.
   Ареф, - вкрадчиво заговорил Зотик, - если ты еще раз вздумаешь проявлять такую активность во время т-маршей, я тебя, во-первых, вздую как следует, а во-вторых, на время т-маршей буду запирать в анабиозную камеру. Ты что, хочешь запулить нас в тридевятое царство, в тридесятую вселенную? Или вляпать корабль в какую-нибудь звезду? В любом случае никто не знает, чем это чревато; еще никто не вернулся, чтобы рассказать...
  -- Если работать с лазером на гравитационной равнодействующей, то ничего не будет... - проворчал себе под нос Ареф.
  -- Иди сюда! Окончательно потеряв терпение, заорал Зотик.
  -- Ага, ищи дурака... - откликнулся Ареф, не отрываясь от работы.
  -- Балбес! Через восемь минут т-переход! Тебя же там по стенам размажет...
   После выхода из т-состояния, как и положено, по теории древнего физика Эйнштейна, все звезды оказались собранными в переднем секторе обзорной сферы. Зотик сидел в кресле, и задумчиво вглядывался в искаженные очертания созвездий, пока компьютер скрупулезно составлял график торможения. Всегда, когда после т-скачка Зотик оказывался далеко от Солнца, на него накатывало гнетущее ощущение одиночества в бесконечном мраке. В сущности, это иллюзия, что космос густо населен; деление на секторы влияния совершенно условно. Скажи на милость, как охранять и контролировать границы, протяженностью в тысячи парсек, проведенные к тому же не на плоскости, а представляющие из себя некие сложные поверхности, мысленно протянутые в пространстве, и открывающиеся раструбами в бесконечность? В этих гигантских объемах, корабли даже более редки, чем щепотка песчинок, рассеянных в океанах Земли. Даже т-корабли, "Пожиратели пространства", и те не дали людям возможности пройти насквозь хотя бы один виток Галактики. Конечно, теоретически это возможно, но практически пока никто не решался.
   Зотик вздохнул, вспомнив историю освоения космоса, единственный предмет, на совесть проштудированный им в университете. Была, была короткая идиллическая пора, когда отправка экспедиции к звездам праздновалась всем Человечеством, как великий праздник единения и победы Разума над Энтропией! Все экспедиции тогда были научно-исследовательскими. Грузовые перевозки на субсветовых скоростях были заведомо не рентабельными из-за гигантских энергозатрат и релятивистского эффекта. Эта идиллическая эпоха не могла быть долгой; нашлась отчаянная голова, которой взбрело на ум, после набора скорости в четыре девятки световой, не перевести акселератор в нейтраль, а наддать еще - и произошел первый т-скачок. Правда, из той экспедиции выжили только инженер и штурман, капитана осторожно соскабливали с пульта, а остальной экипаж - с переборок, так что судить было некого, а в итоге появились первые "Пожиратели пространства", потом пошла серия "Призраков", "Драконов" и прочей мелочи.
   Межзвездный перелет стал обычным делом, в космос ринулись все, кому было не лень, и у кого хватало денег заказать корабль. Хотя, до сих пор плывут где-то в пространстве первые межзвездные экспедиции на гигантских кораблях; мужчины-астронавты с женами, женщины-астронавтки с мужьями, и все вместе - со своими детьми, родившимися уже в кораблях. Терпят бедствия, борются за живучесть кораблей, высаживаются на неведомые планеты, основывают там колонии...
   С началом эпохи т-путешествий, самой большой ценностью стали планеты, богатые водой, с кислородной атмосферой. Из-за них возникали колониальные конфликты, из-за них земные дипломаты пускались во все тяжкие, плетя сети интриг. В космосе отголосками этих интриг были неожиданные выстрелы бризантных орудий, ни с того ни с сего срабатывали мощные бластерные пушки, обычно служащие для дробления метеоритов, но тут в их огне гибли звездолеты, дипломатические миссии, колониальные поселения. А то, вдруг, неизвестно откуда прилетала торпеда, начиненная детонаторами "Звездного огня". И разгорался очередной колониальный конфликт, в котором супердержавы таскали для себя каштаны из огня чужими руками, второстепенные страны - посылали корабли и эскадры без опознавательных знаков, третьестепенные - наблюдали издали и облизывались, дожидаясь, а не свалится ли и им в жадную голодную пасть кусочек?.. Лишь вольные астронавты, честно и благородно, под собственными именами, рвали свое...
   Зотик брезгливо поморщился от, в который раз, пришедшей на ум мысли: в громадности и величественности Вселенной человек мечется и суетится так же бестолково, как и на Земле в свое время. За редкими научными экспедициями в дальний космос устремляются хищные армады купцов и добытчиков редкостей, за ними тянутся пираты, которые предпочитают не рисковать, высаживаясь на неисследованные планеты, а отбирать добытое у удачливых старателей. Да и сам Зотик на суперсовременном корабле ищет в Галактике какого-то мелкого воришку, любителя жевательной резинки. Неужели не найдется во всем многомиллиардном человечестве поэта, способного воспеть величие Вселенной, а не совершенство кораблей и расторопность добытчиков? Или философа, который смог бы постичь Вселенную?..
  -- Капитан, - вплыл в мысли Зотика вкрадчивый голос Шкипера, - раз уж вы дали мне имя - Шкипер, не изволите ли так же дать имя нашему кораблю?..
  -- Что ты несешь? - оторопело уставился в объектив Зотик.
  -- Все корабли должны иметь имя... - упавшим голосом сообщил Шкипер.
  -- У нас имеется идентификационный номер и галактические позывные, этого достаточно. К тому же вольные астронавты не называют свои корабли, и позывных не имеют; они на запрос всегда называют свое имя, этого чаще всего оказывается достаточно. Это высший шик вольных астронавтов, путешествовать, как бы без корабля... Не будем уподобляться пиратам, которые как только не называют свои корабли; у них бывают и "Божий любимчик", и "Гром гнева", и черт те что еще. Хотя все эти названия служат лишь для внутреннего употребления, как и пиратские клички. А как бы ты хотел назвать наш корабль? - с любопытством спросил Зотик.
  -- Я бы дал ему имя - "Кикимора"... - мечтательно протянул Шкипер.
  -- Сам ты кикимора! - взорвался Зотик. - Отныне наш корабль будет называться... Наш корабль будет носить имя - "Корабль"! Отставить болтовню! Выполняйте свои обязанности, Шкипер!
  -- Есть сэр! Докладываю: график торможения рассчитан, разрешите приступить к торможению?
  -- Разрешаю... Рули на звезду, Шкип, - чувствуя, что зря погорячился, добродушным тоном проговорил Зотик. - Ты, случайно, не знаешь, на какой планете тут военная база?
   Местонахождение всех военных баз засекречено. Со времени последней колониальной войны и подписания очередной конвенции о зонах влияния, многие из них законсервированы, но не рассекречены. Вероятность обнаружения базы равна четырем десятитысячным процента! - отбарабанил Шкипер.
  -- Покажи мне звезду, - попросил Зотик, покосившись на Арефа.
   Тот пока не подавал признаков жизни, видимо привыкал к новым для себя ощущениям космического бродяги. Хоть корабль и тормозился, звезды еще не растеклись из переднего сектора на боковые и задний. Справа и ниже по курсу возникли визирные линии, в их перекрестье ярко светилось солнышко, размером с вишню.
  -- Что там, в лоции, Шкип? - осведомился Зотик.
  -- Полный хоровод, кэп, - благодушно пробасил Шкипер. - Пять планет с плотностью в районе пяти единиц, и пять газовых пузырей. Астероидов мало, комет, спутников планет - полный комплект... - он немного помедлил, и проговорил раздумчиво, совсем по человечьи: - Я полагаю, кэп, что база может находиться на четвертой планете. Самая удобная для базы планета...
  -- Я тоже так думаю, - кивнул Зотик. - Рули к четвертой планете. Траекторию подхода вычислишь? А то, может, помочь?..
  -- Обижаете, капитан...
  
  
   Четвертая планета была похожа на Марс, разве что массой чуть побольше. Одно полушарие представляло собой бескрайнюю щебенчатую пустыню с пятнами красного песка, а на другом полушарии громоздились гигантские горы. Видимо миллионы лет назад оно приняло удар сразу нескольких астероидов. Одна гора даже торчала вершиной в космос; высота не шуточная - двадцать четыре километра.
  -- Что-то мне подсказывает, база где-то у подножия этой горы... - протянул Зотик. - Тут были бы незаметны следы посадок орбитальных барж, да и никакой сканер не распутает переплетения ломаных линий, чтобы вычленить из них подземелья базы...
  -- Я тоже так думаю, капитан, - откликнулся Шкипер.
  -- Он еще и думать умеет, - пробурчал Ареф из штурманского кресла. Он все еще дулся на Шкипера, а заодно и на Зотика. - Интересно, как ты будешь искать законсервированную базу? - ухмыляясь, задал он вопрос, давно мучающий и Зотика.
  -- Как-нибудь найдем, - оптимистично протянул Зотик. - Старина Хон наверняка выставил какой-нибудь знак.
  -- Ага, выставил... - Ареф злорадно хохотнул. - Да если его там умудрились запереть, значит, запирал его человек, знавший коды. Возможно, когда-то служивший на этой базе. А если твой жареный цыпленок до сих пор не добрался до ангара базы, и сам себя не освободил, значит, кодов он не знает, и защита базы не только не позволит ему знак выставить, но и носа не даст высунуть. Она ему дальше биотрона и пищевого блока шагу ступить не позволит, враз в порошок разотрет.
   Снисходительно засмеявшись, Зотик проговорил:
  -- Ну, не так-то и трудно найти военную базу... Как ты полагаешь, Шкип?
  -- Законсервированную военную базу обнаружить практически невозможно! - отбарабанил Шкипер, и замолк.
   Зотик выразительно посмотрел в мерцающий над пультом бинокулярный объектив.
  -- Тоже мне, дитиктив... - презрительно проворчал Ареф.
   Корабль вращался вокруг планеты против ее вращения, а потому за несколько часов она провернулась под ним сотню раз. Зотик растерянно протянул:
  -- Может, база на другой планете?..
  -- Другие планеты непригодны, - коротко обронил Шкипер, еще раз выгоняя на мониторы результаты сканирования.
  -- Почему бы ей не быть на третьей планете... - протянул Зотик.
  -- На третьей планете происходит первая стадия зарождения жизни, - проговорил Ареф. - На такие планеты вообще запрещено высаживаться под страхом конфискации корабля и пожизненного лишения капитанского патента. Конвенция...
  -- Что же ты сразу не сказа?! - вскричал Зотик. - Шкипер, у тебя есть материалы беспилотного зондирования планеты?
  -- У меня имеются все исследовательские материалы... - проскрипел Шкипер.
   Я никогда не видел, как зарождается жизнь... - тихо проговорил Зотик. - Вольные астронавты ведь тоже свято чтут это положение Конвенции... Шкипер, выдай-ка на экран информацию о третьей планете, а сам продолжай сканирование.
   Обзорный экран заволокла серая муть. Зотик затаив дыхание, наблюдал за буйством стихий: ползли тучи, многокилометровой толщины, гигантские молнии вонзались в неприютную каменистую поверхность планеты, по океанам бродили волны-горы, в них тоже вонзались молнии. И ливни; чудовищные водопады с неба!
  -- Да-а... - выдохнул Зотик. - Интересно, в такой катавасии могли бы выжить современные земные живые существа?
  -- Не могли бы! - отрезал Ареф. - Да и тут, собственно говоря, жизнь еще не зарождается, тут только происходит накопление органических веществ. Жизнь начнет зарождаться, когда планета немножко успокоится, небо очистится от туч, проглянет солнце. Там сейчас температура воды в океанах около восьмидесяти градусов. Да и вообще, жизнь на этой планете не достигнет высокого уровня развития, возле нее нет массивного спутника, как, например, у Земли. Тут жизнь не сможет выползти на сушу из океанов; для этого необходимы высокие приливы и отливы...
  -- Ну, ты, дядюшка, у-умный... - саркастически протянул Зотик.
  -- Чем от тебя и отличаюсь! - отрезал Ареф. - Есть одна теория возникновения жизни... Она создана еще в конце двадцатого века. Правда, среди ученых половина ее не признают. И все считают, что ни у тех, ни у других нет убедительных фактов подтверждающих, или опровергающих теорию. Я ее признал безоговорочно, а потому считаю, что для полноценного развития жизнь должна выйти на сушу. В воде дальше примитивных рыб и водорослей она развиться не может. Так что, давай-ка базу искать, племянничек...
  -- Чего ты все суешься?! - раздраженно выкрикнул Зотик. Он еще не насмотрелся на таинство творения. - Чего ты под ногами путаешься?!
  -- Это еще надо посмотреть, кто у кого путается... - противным голосом проскрипел Ареф.
  -- Ну, хорошо. Как найти базу? - злорадно спросил Зотик. - Что, кишка тонка? Это тебе не комаров пугать...
  -- Ну, положим, земных комаров пугать сложнее... - раздумчиво протянул Ареф. - А базу найти проще простого.
  -- Да-а?.. Ну-ну, научи нас, остолопов, - снисходительно усмехнулся Зотик.
  -- Пока гора на ночной стороне, надо на шлюпке сделать облет на малой высоте, и поискать тепловую аномалию. Если твой жареный цыпленок жив, он должен был активизировать систему обогрева пищевого блока, а также активизировать биотрон. А коли вся база не активизирована, защитный экран автоматически включиться не мог. Если он все же включился, ни один из известных детекторов не поможет обнаружить базу.
  -- Если бы это было так просто... - затянул Зотик.
  -- Он прав, капитан, - подал голос Шкипер. - Это единственная возможность обнаружить базу.
   Зотик свирепо посмотрел в объектив над пультом, и прорычал:
  -- Вырубай кино про первый акт творения, - и, обращаясь к Арефу, скомандовал: - В шлюпку!
   Поскольку Корабль вращался навстречу вращению планеты, посадочное маневрирование должно было занять не менее двух часов, но Зотик швырнул шлюпку в головокружительный вираж над отрогами горы, и умудрился сесть за пятнадцать минут.
   Когда огромная масса горы заслонила полнеба, Ареф проворчал:
  -- Это, конечно, не мое дело, потому как я ничего не понимаю... Но попытка проникнуть внутрь базы может активизировать всю систему защиты...
  -- Ну и что? - дернул плечом Зотик, направляя шлюпку в облет подножия горы.
  -- А то, что первый удар будет нанесен по чужому звездолету в окрестностях планеты, - равнодушно обронил Ареф, разглядывая нагромождения скал на склонах горы.
  -- Шкипер! - заорал Зотик.
  -- Я слушаю, сэр, - прозвучал спокойный бас.
  -- Включи высшую защиту, отойди подальше от планеты, и ляг на гелиоцентрическую орбиту.
  -- Есть, сэр.
   В ту же секунду дикие ущелья озарились ослепительным светом, но он тут же начал меркнуть. Корабль уходил от планеты не менее чем на тридцати жэ. Сила отдачи была такова. Что по склонам горы заструились обвалы.
  -- Идиоты! Кретины! - тихонько ругался Зотик сквозь зубы. - Что за помощничков послал мне господь бог и компания "Локхид"...
  -- Бог-то, Бог, ни и сам не будь плох... - ухмыльнулся Ареф. - Паршивому танцору всегда что-нибудь мешает...
  -- Что ты имеешь в виду? - с подозрением покосился на него Зотик. - От бабушки похабства нахватался?
  -- От мамули, - уточнил Ареф. - Как ты, наверное, знаешь, среди русской аристократии снова вошла в моду так называемая ненормативная лексика...
  -- Я тебя точно запечатаю в анабиозную камеру, - кровожадно прорычал Зотик.
  -- Ну и пропадешь без меня, - равнодушно бросил Ареф и отвернулся.
   Тепловая аномалия нашлась в бездонной глубине расщелины, разверзшейся в подошве горы. Зотик направил шлюпку в непроглядную тьму и на глубине в полтора километра на мониторе высветился контур двери, а локатор тут же отметил визиром на каменной стене. И действительно, возле предполагаемой двери обнаружилась довольно ровная площадка, по размеру как раз подходящая для посадки военных орбитальных барж и мелких боевых судов. Когда шлюпка встала на площадке, Зотик переключил обзорный экран на инфракрасный спектр, и на темной стене проступило неясным красноватым сиянием пятно, очертаниями похожее на обычную шлюзовую дверь.
   Планета почти не имела атмосферы, поэтому пришлось надеть скафандры. Зотик прихватил с собой громоздкий интравизор.
   Ареф, равнодушно наблюдавший за ним, проговорил:
  -- Это, конечно, не мое дело, но снаружи дверь не открыть. А если начнешь взламывать, активизируется система внешней защиты базы.
   Зотик проворчал сквозь зубы:
  -- И кто их только придумал, эти тайные военные базы...
  -- Не такие, как ты... Это ж любому ежу понятно, кроме тебя: в космосе любой объект за миллионы километров разглядеть можно, как ни маскируй. А на планете защитой служит сама секретность расположения...
  -- Что ты предлагаешь? - раздраженно осведомился Зотик, вглядываясь в монитор интравизора.
   Тут он подошвами ощутил легкое подрагивание скалы. Подняв голову, озабоченно оглядел стены расщелины, проворчал:
  -- Не хватало еще обвала...
  -- Ты не туда смотришь... - почему-то напряженным шепотом произнес Ареф.
   Зотик опустил голову, и тут увидел, что на них надвигается какая-то громада, чуть мерцающая то ли глазами, то ли еще чем. Зотик всегда отличался молниеносной реакцией, а среди пиратов не было ни одного, кто превосходил бы его по быстроте выхватывания оружия. Пять разрядов мощного армейского бластера бесследно канули в темной туше, ни на миг не замедлив ее движения. Самым ужасным было то, что громада уже отрезала Зотика с Арефом от шлюпки. Среди пиратов, да и вольных астронавтов тоже, бегство никогда не считалось делом постыдным, а потому Зотик не препятствовал естественной реакции живого существа на опасность.
  -- Бежим!!! - заорал он, включая силовую защиту скафандра и длинными, пологими скачками ринулся бежать вдоль каменной стены.
   Сила тяжести была небольшой, прыжки получались метров по десять-двенадцать длиной, - как известно, при таком беге даже невозможно запыхаться, - а потому к Зотику быстро вернулось хладнокровие. Он рассудил, что где-нибудь можно будет сделать круг, а эта туша так и будет продолжать тащиться следом, нырнуть в шлюпку, а там уж можно будет поговорить с позиции силы.
   В шлемофоне возник голос Арефа:
  -- Ты зря при посадке как следует не рассмотрел расщелину. Мы мчимся как раз в тупик.
   Расщелина была едва-едва освещена отраженным от горы светом встающего светила, и вот этот полумрак озарился несколькими вспышками. Зотик, наконец, сообразил, что за ними гонится не живое существо, - да и откуда ему взяться на безжизненной планете?! - а боевой робот. И этот проклятый механизм открыл пальбу. Разряды нейтрализовались в защите скафандра, но Зотика с Арефом отдачей бросило вперед и вверх, на высоту метров пятнадцати. А когда приземлялись, нейтрализованный бластерный заряд с треском проскочил в землю, осветив еще раз все вокруг. Придя в себя от встряски, горе-сыщики помчались дальше. Зотик чувствовал себя в мышеловке, из которой не видел выхода, а потому помалкивал.
   Нарушил молчание Ареф, хладнокровным тоном выговорил:
  -- Он еще пару раз пальнет из бластеров, а потом перейдет на бризантные орудия...
  -- Заткнись, а? - просяще протянул Зотик.
  -- Слушай, племянничек, а почему мы бежим? Греемся, да? Так я не замерз... - издевательски протянул Ареф, и резко остановившись, повернулся к чудовищу, со скрежетом и громом, даже в разреженной атмосфере весьма впечатляющими, расшвыривающему валуны далеко позади.
   Зотик прыгнул к стене расщелины и прижался к ней спиной, бластер прыгал в его руке, как живой; будто стремясь вырваться, и ринуться в бой самостоятельно. Ареф вскинул вверх руки и чудовище, к изумлению Зотика, резко остановилось.
  -- Враг там! - крикнул Ареф, задействовав все диапазоны своей рации и усилив голос до оглушающе-нестерпимого вопля. - Космическая шлюпка эскадры противника!
   Тупой механизм, созданный для убийств и разрушений, послушно повернулся на одной гусенице, и с той же скоростью, с которой преследовал незадачливых сыщиков, ринулся назад. Зотик с Арефом побежали за ним.
  -- Как ты догадался, что с ним можно так просто справиться? - смущенно осведомился Зотик.
  -- Проще некуда. Если на базе заперт опасный пират, а снаружи ее сторожит робот, то есть смысл предположить, что у него отключена система идентификации врага. То есть, врагом для него является любой, кто приблизится к базе, и, тем более, откроет стрельбу. А другом - всякий, кто не кинется наутек, и не примется стрелять.
   Зотик, наконец, осознал всю глубину своего кретинизма, и принялся размышлять, как бы так повести себя с Арефом, чтобы тот не ощутил своего превосходства.
   Тем временем в резком оранжевом полусвете рассвета разгорелась битва киберов. Атакующий боевой робот саданул по шлюпке из всех видов лучевого оружия. Шлюпка, похожая на огромную каплю ртути, ничем не отреагировала, разве что выпустила причальные захваты и вцепилась ими в скалу. Могучий энергетический плевок бесследно канул в ее силовых полях, только ближайшие валуны раскалились докрасна, и принялись гулко лопаться на ста двадцати градусном морозе.
  -- Ложись! - заорал Ареф, плашмя кидаясь на щебенчатую почву.
   Зотик распластался рядом. Прижаться к земле мешало защитное поле. Зотику казалось, что он лежит на гигантском воздушном шаре. Поле прогибалось неравномерно, и Зотик переваливался с боку на бок.
  -- Да выключи ты поле! - прошипел Ареф. - Или ты вообразил, что у тебя генераторы полей неуязвимого дредноута?!
   Зотик, наконец, выключил поле, и плашмя шмякнулся на землю. Вовремя! Первая очередь бризантных снарядов, отраженная мощными защитными полями шлюпки, ударила в стену расщелины. Сыпанули ливнем и запрыгали по камням слепяще-яркие осколки, повалились скалы, загремели обвалы.
   Ареф проговорил:
  -- Как бы этот монстр не угробил нам шлюпку...
  -- Ничего, вызовем катер... - оптимистично протянул Зотик. - Да и в атмосфере невозможно разогнать бризантный снаряд до штатной скорости... Тут опасность другая; если эти электронные кретины будут драться больше десяти минут, нас тут попросту завалит камнями, и не выберемся...
   Боевой робот тем временем задействовал все свое оружие. На шлюпку обрушился ливень снарядов, пуль и суммарный импульс лучевого огня, способный испепелить полпланеты. Однако снаряды и пули разлетелись во все стороны, а от лучевого удара только расплавились камни вокруг шлюпки. Тогда робот выдвинул из-за лобового броневого щита бивень контактного дезинтегратора, и ринулся в рукопашную. Он влип в бок шлюпки и замер.
   Зотик поднялся, проговорил:
  -- Ну, слава Вселенной... - и пошел к месту схватки.
   Дезинтегратор увяз в пассивном защитном слое, и не достал до внутреннего корпуса. Так что, дыра затянется без следа и не причинит в дальнейшем никаких хлопот.
   Включи автоматическую настройку на УКВ, - проговорил Ареф.
  -- Зачем? - удивился Зотик.
  -- Тоже мне, дитиктив... - фыркнул Ареф.
   Зотик пожал плечами, но настройку, все же, включил. И почти тотчас услышал старинную английскую матросскую песенку: "Янки плыли вверх по речке..." Песенку исполнял донельзя писклявый голос, при этом неимоверно фальшивя. Да еще исполнитель, видимо, помнил только две строчки, а из английского языка знал лишь те слова, которые входили в эти строчки.
  -- Ну и что? - проворчал он. - Какой-то дурак забыл выключить проигрыватель, а диск с дефектом...
  -- Сам ты с дефектом, племянничек... На этой планете, кроме тебя, может быть только один дурак - твой Хон-Гриль. А эта дурацкая песенка - обычные позывные радиомаяка.
   Зотик чуть не взвыл от злости; опять он так глупо попался на крючок этого малолетнего бандита.
   Переключив рацию на УКВ, Зотик проговорил в микрофон:
  -- Зотик вызывает Хон-Гриля, Зотик вызывает Хон-Гриля... - включив это на автоматическую передачу на волне маяка, Зотик проговорил: - Должен же он предусмотреть ответ на свои позывные...
  -- Потрясающая прозорливость... - не преминул подпустить шпильку Ареф.
   Подойдя к боевому роботу, замершему у борта шлюпки подобно гигантскому клещу у бока коровы, Ареф философским тоном изрек:
  -- Меня всегда потрясала тупость электронных систем... Особенно боевых.
  -- А чего ж ты так долго от него бегал? - ухмыльнулся Зотик.
  -- За компанию...
  -- Ладно, потрясенный дитиктив, - передразнивая Арефа, проговорил Зотик, - полезли в шлюпку. А вообще, в следующий раз надо будет пойти на катере... Глупо, в конце концов, на дикие планеты высаживаться на шлюпке.
  -- Что ты собираешься делать? - с подозрением осведомился Ареф, не трогаясь с места.
  -- Дверь открывать...
  -- Сначала отправь меня на Корабль, а потом открывай, - твердо заявил Ареф. - Сторожевая система военной базы, это тебе не полудохлый робот.
  -- С чего ты взял, что она может активизироваться от попытки взрезать скалу со стороны черного хода? - раздраженно осведомился Зотик.
  -- Знаешь, племянничек, береженого Бог бережет... К тому же, руководствуясь здравым смыслом, я думаю, что черные ходы должны лучше всего защищаться автоматикой. Потому как всякие диверсанты и пираты как раз и норовят залезть через черный ход. Так что, давай-ка лучше подождем, пока твой жареный цыпленок не откликнется...
  -- А если он долго не откликнется? Если он тут давно сидит, то, наверное, приемник включает уже раз в месяц...
   В рубке управления Зотик бросил взгляд на индикаторы уровня зарядов энергонакопителей генераторов защитных полей и присвистнул. Оранжевые столбики указателей упирались в самый верх шкалы.
  -- Вот это да! - воскликнул он. - Нам теперь лет двадцать не надо будет подзаряжаться; она всю энергию из робота вытянула.
  -- А этот твой Шкипер не такой уж и тупой, - протянул Ареф. - Эй, Шкипер! - окликнул он.
   В ответ - гробовое молчание пульта.
  -- Ты что, оглох?! - раздраженно крикнул Ареф.
   Тут Зотик почувствовал неладное. Кинувшись к пульту, он лихорадочно зашарил взглядам по дисплеям, мониторам и индикаторам. На первый взгляд все было нормально; системы функционировали в штатном режиме, система связи была включена, но сигналов от Корабля не поступало. Похолодев, он опустился в кресло, уставившись неподвижным взглядом в равнодушно мерцающие мониторы пульта.
  -- Неужели система защиты базы активизировалась?.. - прошептал он потерянно.
  -- Если бы она активизировалась, нас бы уже вместе со шлюпкой распылило на атомы, - проворчал Ареф. - А гибель Корабля такого класса, такой энерговооруженности, выглядела бы со стороны, как взрыв сверхновой.
  -- Куда тогда делся Корабль? - резонно возразил Зотик.
  -- Спроси своего тупого кибера, - парировал Ареф.
   Зотик машинально включил систему аварийной связи, которая должна была включаться лишь в случае бедствия, и проговорил в микрофон:
  -- Капитан Зотик вызывает свой Корабль... - он тут же поперхнулся, потому что так и не удосужился запомнить регистрационный номер своего Корабля и галактические позывные. Шлюпка, хоть и лишенная электронной души корабельного мозга, тем не менее функционировала безупречно. Вытянув остатки энергии из присосавшегося к ней боевого робота, она слова Зотика превратила в панический вопль и на всех диапазонах выпустила в пространство.
  -- Куда же он делся, черт побери?.. - растерянно протянул Зотик.
   Ареф, как ни странно, промолчал; видимо он тоже не знал.
   Зотик, страдальчески морщась, смотрел на пульт, пытаясь сообразить, что же теперь делать? Ему совсем не улыбалось, в обнимку с Арефом проваляться несколько лет в анабиозной камере, пока шлюпка будет телепаться к Земле на субсветовой скорости. Может, тут какое-то заколдованное место для кораблей? Они тут неожиданно сходят с ума и панически убегают от своих капитанов... Может, и Хон так же попался?
   Вдруг индикатор на пульте подмигнул, что-то скрипнуло и сквозь какие-то шумы и хрипы пробился ломкий мальчишеский голос, вопивший на интерлинге:
  -- Зотик! Зотик! Дружище! Что тебя занесло сюда? Неужели ты искал меня, своего старого товарища по скитаниям в черных океанах Галактики? - Хон был верен себе; выражался с прежней китайской изысканностью.
   Свято соблюдая первейшую заповедь пиратских капитанов, - в любых условиях сохранять хорошую мину при плохой игре, - Зотик хмуро проворчал:
  -- Нужен ты мне... Просто, пролетал мимо по делам, случайно услышал твою дурацкую песенку, ну и завернул из любопытства. А что ты тут делаешь? - демонстрируя голосом полнейшее равнодушие, осведомился Зотик. - Наверное, после какой-нибудь уж шибко гнусной проделки отсиживаешься?
  -- Да как тебе сказать... - затянул Хон. - Понимаешь... Э-э... Мой Цветок вишни, вроде как погиб. А я вот тут, значит, спасаюсь... Ага...
  -- Ну, так хоть в гости можешь к нам прийти?
  -- Не могу, понимаешь... Скафандра нету. Тут без скафандра, знаешь ли, не погуляешь.
  -- Ну, как хочешь... - легко согласился Зотик. - Бывай тогда...
  -- Э-э-э-й, Зотик! Зо-о-оти-и-ик!!! - вопль резанул так, что, казалось, динамики сейчас взорвутся.
  -- Ну-ну, - Зотик хохотнул. - Чего это ты так взвыл? Открой дверь, мы сами к тебе придем.
  -- Это я мигом... - заторопился Хон. - Идите скорее...
   Динамик крякнул и замолк.
   Монолитная толща скалы разверзлась широким проходом. В просторной кубической переходной камере тускло горели плафоны, видимо Хону удалось запустить только аварийный реактор. Когда давление в камере поднялось до нормы, Зотик открыл забрало шлема. Над дверью ржавым голосом хрипнул динамик интеркома:
  -- Снимайте скафандры, проходите...
   Зотик мимоходом подумал: сколько же лет этой базе, если даже интерком заржавел?.. Он покосился на старинные телекамеры под потолком, они явно не работали, потому что смотрели в разные стороны. Нынешним телекамерам и крутиться не надо; повешенная на стенку, она видит всю комнату, и даже стену рядом с собой. Ареф уже наполовину вылез из скафандра. Зотик замахал руками, скорчил свирепую рожу; Ареф, как улитка, мгновенно втянулся снова в скорлупу скафандра, ошеломленно тараща глаза на Зотика. А тот аккуратно прилепил на стенку миниатюрный телеглаз.
   Внутренняя дверь со скрежетом и визгом, наконец, открылась. Голос Хона из динамика предупредительно пригласил:
  -- Идите прямо, никуда не сворачивайте; там комната отдыха для трюмной обслуги.
   Зотик с подначкой спросил:
  -- А чего ж ты не встречаешь старого друга?
   Однако Хон не откликнулся. Возможно, просто не работала обратная связь.
   В стенах коридора было множество дверей, но все они оказались заперты. Только в самом конце коридора яркий овал света манил уютом отдыха. Зотик и на стену коридора прилепил микроглаз. Пройдя по коридору, они вошли в просторную комнату, уставленную шкафами с книгами, визорами и удобными креслами. Дверь за их спинами с грохотом захлопнулась. Подмигнув Арефу, Зотик вытащил из сумки, висящей на поясе, небольшой плоский монитор, включил. На нем тут же появились внутренность шлюзовой камеры и коридор, разделенные вертикальной светящейся чертой. В коридоре открылась одна из боковых дверей, из нее выскочил юркий человечек и бросился в шлюзовую камеру. В шлюзовой он окинул быстрым взглядом все углы, губы его энергично зашевелились. Зотик крутнул верньер звука, и из динамика понеслась отборная брань на полудюжине языков.
  -- Чего это он? - удивленно спросил Ареф.
  -- Как, что? - пожал плечами Зотик. - А как бы ты себя повел, если бы тебя надули?
  -- Кто его надул?
  -- Мы.
  -- Каким образом?.. - продолжал допытываться Ареф.
  -- Каким, каким... - раздражаясь, проворчал Зотик. - Скафандры в шлюзовой не оставили!..
  -- А почему мы должны были их там оставить?
  -- Ну-у... так положено... Во избежание заноса инопланетной заразы...
  -- Ну, дак надо было оставить...
  -- Ты что, идиот? - удивился Зотик. - Он бы надел мой скафандр, выскочил наружу и стырил бы наш Корабль.
  -- Да-а-а?!. - изумленно вытаращил глаза Ареф. - Но ведь он твой друг. К тому же, ты прилетел его спасать...
  -- Он, прежде всего пират, а уже потом мой друг. Что ж это за пират такой будет, если не попытается угнать корабль у какого-нибудь лопуха?..
  -- Но ведь наш Корабль не так-то просто спереть; надо еще перепрограммировать защиту на другого владельца...
  -- Пирату раз плюнуть; подобрать коды, перехватить управление и задать деру на чужом корабле, - назидательно изрек Зотик.
  -- А чего ж он тут за целый год не подобрал коды? - насмешливо бросил Ареф.
   На что Зотик промолчал. А тем временем Хон пробежал по коридору, нырнул в какую-то из боковых дверей, и вскоре со скрежетом отворилась дверь в глубине комнаты отдыха. Через высокий комингс шагнул маленький, на вид юркий, действительно похожий на цыпленка, человечек.
  -- Зотик! Старый мой друг! Как я теперь расплачусь с тобой?! - закричал он, бросаясь к Зотику с раскинутыми для объятий руками.
   Зотик обхватил его, сжал, потом похлопал по спине ладонью. Хлопки отдались гулким уханьем в тщедушной груди человечка. Арефа поразило; каким образом, такая тощая грудь могла отозваться столь мощными звуками на хлопки Зотиковой ладони. Хон слабо пискнул, и обвис на руках у Зотика, силясь ухватить воздух широко разинутым ртом.
  -- Ну-ну, что с тобой, дружище? - участливо осведомился Зотик, заботливо усаживая его в кресло. - От радости, что ли, тебя в обморок бросило?..
  -- Только минут через десять Хон отдышался и спросил:
  -- Обедать будем?
  -- Насколько мне известно, эта база законсервирована сразу после последней колониальной войны, то есть лет двадцать назад? - усмехнулся Зотик. - А у меня появились аристократические привычки; я теперь питаюсь только свежей пищей. У тебя, я полагаю, свежие только овощи?
  -- Ну почему же, уже и кое-какие фрукты созрели в биотроне...
  -- Это сколько же ты тут сидишь?!
   Хон пропустил вопрос мимо ушей, проговорил мечтательно:
  -- А я люблю перед обедом пропустить стаканчик, другой... Представь, сынок, за целый год у меня капли во рту не было! Какой кретин придумал, что на военных базах должен действовать сухой закон?!
  -- Вот что значит пират... - проговорил Зотик, ухмыляясь. - Даже не додумался из свеклы с морковкой брагу заквасить, а из ягод - вино. На худой конец, мог бы из сахара поставить брагу, а потом выгнать из нее самогонку...
   Хон-Гриль вдруг приосанился, высокомерно выговорил:
  -- Я бы попросил, Зотик, не называть меня пиратом. В противном случае, тебе придется выбрать оружие...
  -- Да ладно... - Зотик брезгливо покривился. - Ты как был пиратом, так пиратом и остался... Какой из тебя вольный астронавт?..
   Хон вдруг сник, спросил:
  -- Насколько я помню, ты ведь не пьешь? Значит, у тебя на корабле нет ни бутылки?.. - с ужасом проговорил Хон, но глаза его тут же зажглись надеждой: - Зотик, мальчик мой, ты все еще не сказал мне, на чьем корабле ты ходишь? Помнится, ты ходил штурманом у Беззубого Жана?..
  -- Как давно это было... - с притворным сожалением вздохнул Зотик. - Теперь у меня собственный Корабль, а экипаж мне не нужен. Корабль выполняет команды с голоса... - Зотик осекся, вспомнив, что на последний его призыв Шкипер почему-то не откликнулся.
   Хон покачал головой, поцокал языком, но все же недоверчиво спросил:
  -- Где ж тебе удалось спереть такой? Не у военной разведки же?..
  -- Ну, Хон, ты всегда был трусоват, - самодовольным тоном протянул Зотик. - Так что, хорошего корабля тебе вовек не заиметь. Ладно, пошли на шлюпку.
   Зотик достал из сумки аварийный кокон, бросил Хону:
  -- Наденешь в шлюзовой...
   Хон робко спросил:
  -- А запасного скафандра у тебя нет?
   Зотик криво ухмыльнулся:
  -- Знаешь, Хон, хоть ты и твердишь постоянно, что ты мой лучший друг, но как был свиньей, так свиньей и остался. И будь я проклят, если знаю, зачем вытаскиваю тебя из этой дыры?! Не был бы я таким идиотом, дураком и сопляком, оставил бы тебя тут благополучно подыхать...
   Хон вскочил, непритворно возмущенно замахал руками, лицо его перекосилось в обиженной гримасе, как у ребенка:
  -- Как ты можешь, сынок?.. - тихо, с надрывом, прошептал он, и на глазах его блеснули слезы.
  -- Пошли... - махнул Зотик рукой и торопливо зашагал к шлюзовой камере.
   Хон заспешил за ним, цепляясь за рукав, и стараясь забежать вперед. Ареф кинулся следом за ними.
   Зотик отлепил от стены в коридоре микроглаз, подкинул его на ладони, выразительно глянул на Хона. Тот сразу прикусил язык. В шлюзовой камере Зотик отлепил второй микроглаз.
   Хон, вжавшись в угол и трусливо юля глазами, вопрошал:
  -- Зотик! Зотик! Что ты хочешь сделать со старым, больным человеком?!
  -- Со старым и больным - ничего. А тебе, скотина, надо бы распинать вдрызг твою хитрую задницу... Лезь в кокон! - и без всяких антимоний Зотик нажал кнопку пуска вакуум-насосов.
   С непостижимой быстротой, отличающей опытного пирата, Хон нырнул в кокон, с громким шипением развернувшийся у него в руках.
   Когда открылась дверь шлюза, Зотик пошел к шлюпке, время от времени, поддавая пинком по серебристому овальному кокону, в котором скорчился Хон. Тесная шлюзовая камера шлюпки могла пропустить только одного человека. Зотик вошел первым. Потом из шлюзовой вывалился кокон. Хон не решился вылезти из него. Когда появился Ареф, Зотик снял скафандр, пригладил волосы, одернул куртку, поддал пинком по кокону, от которого он пролетел весь коридор до рубки управления. Пройдя следом, Зотик еще раз пнул кокон, заорал:
  -- Вылезай, скотина!
  -- Кокон лопнул. Хон лежал на палубе, охал и тер поясницу. Зотик сел в кресло, закинул ногу на ногу и задумчиво уставился на Хона.
  -- Ты что так смотришь, а? - забеспокоился тот. - Ты что хочешь сделать?..
  -- Ну, если бы я хотел что-то сделать, я бы просто не тащил тебя на шлюпку... - равнодушно протянул Зотик.
   Хон поднялся, робко спросил:
  -- Ты куда сейчас направляешься?
  -- Да так, есть одно дельце... - протянул Зотик, не проявляя намерения продолжать.
  -- А что за дельце? - с наигранным интересом, с неестественным оживлением спросил Хон.
  -- Да так себе... Жевательная резинка...
  -- Возьми в долю, а?.. - просяще протянул Хон.
  -- И все время оглядываться, как бы ты не спер мой Корабль?.. - грустно сказал Зотик.
  -- Зотик, ей-богу, бес попутал! Целый год просидел один. Шарики за ролики заехали.
  -- Н-да-а... - раздумчиво протянул Зотик. - Надо бы тебе вышибить шарики из-за роликов...
   Хон благоразумно отодвинулся подальше.
  -- Знаешь что, - будто на что-то решившись, заговорил Зотик, - скажи мне, кто из капитанов занимается, или когда-либо занимался жевательной резинкой, и я тебя отвезу на Землю, либо помогу раздобыть корабль. Идет?
  -- Слушаю, сэр! - вдруг рявкнуло со стороны пульта.
   Зотик подскочил от неожиданности, а Хон, наоборот, присел и даже закрыл голову руками. Немного погодя послышался скрипучий, противный мальчишеский голос:
  -- Я не оглох. Ты сам оглох...Пока Зотик пытался сообразить, что все это значит, шлюпку заполнил мягкий и вкрадчивый голос рекламной дамы:
  -- Капитан Зотик, регистрационный номер вашего корабля, соответствующий галактическим позывным - эс пи эр два ноля пятнадцать. Галактические позывные включаются автоматически, когда вы хотите подать сигнал бедствия...
   Пока Зотик с идиотским выражением на лице выслушивал всю эту галиматью, Ареф подскочил к пульту и, пробежавшись пальцами по сенсорам, что-то скороговоркой пробормотал в микрофон. Повернувшись к Зотику, с насмешливой улыбкой посоветовал:
   В следующий раз, когда тебе понадобится дать команду, поточнее формулируй. Этот электронный кретин, твой приказ отойти подальше, понял слишком буквально, и собрался увести Корабль куда-то в межгалактическое пространство. В настоящий момент Корабль набирает скорость для т-скачка, и будет набирать ее еще полтора часа, пока его не нагонит радиосигнал, отменяющий твою идиотскую команду.
   Хон с беспокойством поглядывал то на одного, то на другого, наконец, не выдержал:
  -- Э-эй, ребята, ваш корабль что, улетел?..
  -- Улетел, улетел... - проворчал Ареф. - Но скоро вернется. Мой племянничек послал его за бутылкой в ближайший кабак, который находится в сотне парсек отсюда. Он, наверное, забыл, что у нас в трюме запас спиртного на пятерых, из расчета на пятьдесят лет автономного рейса. На любой вкус; от русской водки и американского виски, до японского сакэ включительно...
  
  
   Ареф сидел в центральном посту и с тоской смотрел на мониторы. За весь т-марш ему ни на минуту не удалось отлучиться к своему слесарно-сборочному полуавтомату. На трех мониторах в разных ракурсах присутствовала неразлучная парочка. Судя по загибающейся по кругу стене, парочка плавала посреди кольцевого коридора.
   Зотику было плохо. Это явственно читалось на его грязно-зеленом лице. За Зотика цеплялся Хон-Гриль, и пьяно икая, бормотал:
  -- А вот, послушай, еще была история со жвачкой...
   В руке Хон держал пузатую бутыль французского коньяка с эластичной соской на горлышке. Сунув соску в рот, он задумчиво пососал, икнул и продолжил:
  -- Тогда я только подумывал завести собственный корабль...
   Ареф тоскливо зевнул. До конца т-марша оставалось несколько часов. А потом, Бог даст, Зотик как-нибудь избавится от этого чертового Гриля. Еще когда они только сходили с орбиты, Зотик шепнул Арефу, чтобы он заперся в центральном посту, и ни в коем случае не отпирал дверь до самого финиша у Солнечной системы. Сначала Зотик попытался подпоить Гриля и выудить у него сведения о капитанах, замешанных в делах со жвачкой, но быстро получил сильнейшее алкогольное отравление, и теперь страдал. Злую шутку с ним сыграла традиция. Ведь русские приохотились пить крепкие напитки лишь в шестнадцатом веке, если не в семнадцатом, а китайцы, по подозрениям некоторых историков, научились гнать крепчайшую рисовую водку на пару тысяч лет раньше. Ареф отправил робота-уборщика в компанию к собутыльникам. Робот убирал за Зотиком блевотину, а Хон об его панцирь бил бутылки, после чего робот собирал осколки.
   От скуки Ареф помирился со Шкипером, и когда они не были заняты философскими беседами, играли в карты. Сначала Ареф предложил сыграть в четырехмерные шахматы, но сразу понял, что силы явно неравны. Оказалось, что только в картах у них сохранялся примерный паритет. Сначала, правда, Ареф совсем не проигрывал. Дело в том, что карты прекрасно отражались в фотоглазах Шкипера, а тому это и в голову не приходило. Потом Арефу надоело, и он сдвинул кресло чуть в сторону. После чего играть стало интереснее. Мелькала яркая масть, слышались азартные возгласы, сцены пьяной оргии на мониторах дополняли колорит.
   Но все имеет конец. Когда до конца т-марша осталось несколько минут, Ареф включил интерком, верньер громкости повернул до отказа вправо, и проревел на весь Корабль:
  -- Внимание! Конец т-марша! Всему экипажу немедленно прибыть в центральный пост!
   Зотик попытался бежать, но Хон цеплялся за него мертвой хваткой. Зотик кое-как, боком, запрыгал по коридору. Допрыгал до лазарета, намешал каких-то снадобий в литровый химический стакан, залпом выпил, и помчался дальше. Через минуту он влетал в центральный пост, таща за ногу Хон-Гриля. Хон размахивал руками, силясь за что-нибудь зацепиться, и орал благим матом. Судя по воплю, ему пригрезилось, будто он выпал из окна верхнего, шестисотого этажа, отеля "Колумбия".
   Со сладострастным возгласом Зотик с размаху шмякнул Хона в кресло, Шкипер от души сдавил его баллонами безопасности, и Зотик занял свое место. К удивлению Арефа, он был совершенно трезв, лицо его посвежело, и, похоже, его уже не мутило.
   Хон, наконец, заткнулся, а Зотик с неизъяснимым блаженством в голосе и выражении лица выдохнул:
  -- Уф-ф... Скоро я от него отделаюсь... Битый номер, Ареф, зря мотались в такую даль...
   Ареф промолчал. Ему впервые было по-настоящему жаль непутевого племянника.
   Зотик посадил шлюпку на пятачке перед пиратским притоном, расшвыряв силовыми полями несколько допотопных экипажей окрестных фермеров, заехавших пропустить по стаканчику по случаю воскресения, и послушать пиратские байки; приобщиться, так сказать, к романтике дальних путей.
   Хон, мрачный и злой с похмелья, вывалился из шлюпки, понял, что оказался на Земле, хрипло заорал:
  -- Сволочь ты, Зотик! Обещал взять на дело, а сам притащил на Землю...
  -- В гробу я видал такую перспективу; идти на дело, и беспрестанно оглядываться, как бы мой Корабль не сперли...
   Хон не стал продолжать перепалку. Видимо, перспектива опохмелиться его привлекала больше. Он поспешил к двери салуна, Зотик и Ареф - за ним. И тут же чуть не налетели на Хона, который стоял, уставясь на бармена, очень похожий на охотничью собаку в стойке. Бармен тоже застыл, точь-в-точь жирный перепел. Немая сцена продолжалась недолго. Хон ринулся вперед, бармен с невероятным проворством для своей комплекции кинулся из-за стойки к лестнице, ведущей на второй этаж. Перемахнув стойку, сбив на лету несколько бутылок, Хон прыгнул на плечи бармена, издав победный кошачий вопль.
   Хон бил, трепал, пинал жалобно скулящего бармена, а присутствующая публика реагировала на это весьма странно, с точки зрения Арефа, уже предвкушавшего зрелище развеселой драки. Все сидели за столами и в полнейшей тишине наблюдали за экзекуцией.
   Наконец Хон утомился. Отвесив напоследок бармену звонкую оплеуху, он одернул свою куцую курточку и спокойным тоном, лишь слегка задыхаясь, проговорил:
  -- Этот боров - мой механик. Он оставил меня на законсервированной базе, а сам сбежал вместе с добычей. Ладно бы только добычу прикарманил, а то он и корабль продал! Мой Цветок вишни... - голос Хона сорвался, он жалобно всхлипнул, и от крайнего расстройства и обиды, пнул бармена между ног.
   Тот согнулся, тонко завыл, и принялся танцевать на месте.
  -- Ты купишь мне новый корабль!.. - плачущим голосом вопил Хон. - Такой же, как у Зотика! Иначе я тебя буду бить каждый день: перед завтраком, после завтрака, перед обедом, после обеда и на сон грядущий...
  -- Эй, Хон, мне оставь немного времени! - крикнул Зотик. - Этот змеиный выползок мне подсунул твой корабельный журнал, в надежде, что, когда я полезу тебя освобождать, активизируется защита базы, и испепелит меня...
   Выпивохи за столами смущенно и деликатно прятали физиономии. А кое-кто из них уже осторожно, на четвереньках, прячась за столами и стульями, крался к выходу. Наученные горьким опытом, они знали; один пират - это просто пират, можно на халяву размяться, почесать кулаки, потом под шумок распить дармовую мировую. Но два пирата - это уже космическая торпеда, начиненная детонаторами "Звездного огня", и тут может произойти все, что угодно...
  -- Зотик, слушай, я вспомнил! - вдруг радостно воскликнул Хон. - Как-то твой старинный приятель Милиан Бражич говорил мне, что его берет механиком Халим Филлогоний, и они "идут пощипать дядюшку Бубль-Гума". Вот так прямо он мне и сказал...
   У Зотика неприятно похолодело в животе. После всего, что было, разговора с Халимом может и не получиться; или разговор начнется со стрельбы, ею и закончится. Однако он спросил:
  -- А где сейчас может быть Халим?
  -- Где Халим? - спросил Хон бармена, остановив его танец пинком под зад.
  -- Да откуда ж я знаю... - захныкал бармен. - Спросите у Милиана... Он недавно заходил в салун...
  -- Что, слетаем? - спросил Зотик, выжидательно глядя на Хона.
  -- Не могу, - вздохнул тот, - мне нельзя выпускать из рук эту вонючку, пока не вытрясу из него новый корабль.
   Тщательно скрыв, что вздохнул с облегчением, Зотик крикнул:
  -- Эй, Ареф! - и оглядел зал в поисках своего непоседливого дядюшки.
   Ареф сидел за столом в дальнем углу в обществе двух здоровенных бородатых громил и с энтузиазмом чокался с ними кружкой, в которой что-то плескалось. А громилы хлопали его по плечам и подбадривали. Видимо ради смеха решили подпоить мальчишку. Несмотря на бороды, они явно были совсем молодыми, скорее всего фермерскими детьми с какой-нибудь глухой фермы, впервые приехавшими в оазис цивилизации, и с пиратскими нравами мало знакомыми.
  -- Ареф поднес свою кружку к губам, громилы запрокинули головы, задрав бороды к потолку, вливая в себя содержимое кружек. Зотик бросился через зал, не разбирая дороги, прыгая через столы, сбивая бутылки. Он успел точным движением выбить кружку из руки Арефа, затем ухватил обоих громил за воротники курток и закрутил на их шеях удушающие захваты:
  -- Малолетнего спаиваете?! - осведомился грозно.
  -- Да мы... Э-э... Просто, шутка... Хр-р... - прохрипел один из громил.
   Вдруг они разом отчаянно задергались, забились, выпучив глаза и ухватившись за животы. Опасаясь подвоха, Зотик усилил захваты. Тут раздался специфический звук, по салуну поползла вонь. От неожиданности Зотик разжал руки, и оба громилы, держась за штаны, и широко расставляя ноги, кинулись прочь.
  -- Что это с ними? - изумленно спросил Зотик.
  -- Да они надо мной подшутить хотели, а я на них слабительное испробовал, которое тебе в детстве твоя любимая бабушка давала, - злорадно ухмыльнулся Ареф. - Ты смотри, от времени только крепче стало...
  -- А-а... Ну, ладно... - уныло протянул Зотик, разочарованный тем, что очередная его воспитательная акция закончилась поносом.
   С бабушкиным слабительным у него была связана масса неприятнейших воспоминаний, и он позавидовал Арефу черной завистью, который, скорее всего, уже в раннем детстве изобрел способ избегать этого удовольствия.
  -- Ладно, летим к папаше Бражичу. Может, сынок еще дома гостит... - проговорил Зотик, направляясь к выходу.
   Папаша Бражич был потомственным крестьянином, род свой вел еще с тех лет, когда только что образовалась Нейтральная зона. Нейтральная зона была единственным политическим образованием, которая набросила свои границы на Землю из космоса. Ее возникновение было результатом Первой колониальной войны. В то время Человечество не было столь же осторожным, как сейчас, и Первая колониальная чуть было не перекинулась на Землю, и не превратилась в Последнюю Мировую. Напряженность тогда была весьма велика, амбиции накалились до предела. Западная федерация ощетинилась бризантными орудиями орбитальных батарей и допотопными ракетными установками, ничтожесумняшеся превратив своих, так называемых союзников, - страны Балтии, Польшу, Чехословакию, Болгарию, Румынию и Украину, - в свою "полосу обеспечения". Военные знают, что это такое. Не приведи Господь, мирному населению оказаться в этой полосе обеспечения... Восточная федерация тоже грозно выпустила свои мощные когти и обнажила ужасающие клыки. Япония в панике заметалась, но японцы рассудили здраво: до стран Западной федерации - целый океан, на юге - вероломный, нищий и хищный Южно-Азиатский союз, а рядом, рукой подать, благородная, простодушная, верная и надежная, как славянская жена, могучая Россия. Япония примкнула к Восточной федерации, и решила этим судьбу Земли: никто не решился нажать кнопку пуска. Зато в космосе война полыхала вовсю. Вскоре на земной орбите стали появляться спасшиеся со сгоревших планет корабли с колонистами, дредноуты, под завязку набитые пехотой уже не существующих мятежных колоний, и другие корабли, с разношерстной и весьма нервной публикой. Видя над головой такую армаду, и не решаясь применить силу из-за общественного мнения в своих странах, правительства обеих федераций молчаливо согласились на высадку беженцев в "полосе обеспечения". Все благоразумно рассудили, что коли публика нервная, побывавшая в огне войны, то кому-нибудь ничего не стоит нечаянно уронить торпеду с детонаторами "Звездного огня" на свою колыбель. Страны "полосы обеспечения" тем более были не против, надеясь на жирные субсидии.
   Ожидания не оправдались. Не беженцы ассимилировали среди населения, а население ассимилировало в буйной, привыкшей к свободе колоний, безалаберной публике. Когда федерации попытались оказать помощь в наведении законности и порядка, жители вновь испеченной Нейтральной зоны возмутились от столь наглого вмешательства в их внутренние дела. Откуда ни возьмись, на земной орбите возникло несколько пиратских "Призраков", оттуда вывалились планетарные штурмовики и истребители и принялись барражировать вдоль границ Нейтральной зоны. Так и пришлось федерациям смириться с присутствием на Земле пиратских баз и притонов, а также других атрибутов беззакония. А потом все настолько привыкли, что политики уже и не мыслят жизни на Земле без Нейтральной зоны. В последующие годы, воспользовавшись очередной заварухой в Центральной Африке, пираты организовали филиал Нейтральной зоны в Африке. Но там тусовалась уж такая мелкая шушера, что серьезный вольный астронавт, даже терпя бедствие, не посадил бы там свою спасательную капсулу.
   Когда Зотик с Арефом влезли в шлюпку, Зотик сразу заметил сигнал вызова. Включив видеофон, он увидел знакомое лицо м-ра М.
  -- Мистер Зотик, - тут же заговорил тот, - немедленно отправляйтесь в созвездие Змееносца. Там есть невзрачная звездочка... Э-э... - он скосил глаза куда-то вниз, - спектрального класса жэ... Забыл название. Вы заглянете в лоцию и разберетесь. Вокруг нее вращается планетка по имени Лерна. На ней издавна существует колония землян. Там только что исчез один из наших грузовых кораблей.
  -- Лерна, говорите... - задумчиво протянул Зотик. Ах, Лерна! Так ведь она на бессрочном карантине. Посадки на ее поверхность и даже выход на орбиту категорически запрещены. Там даже крутится канонерка Интернационального флота.
  -- Мне не совсем понятно, - возвел очи к потолку, дядюшка Бубль-Гум, - вы, мистер Зотик, наняты на работу. Или вы - свободный художник?
  -- Нанят, разумеется. Но какой толк будет, если я не выберусь с этой планеты?
  -- Выберетесь, - отрезал м-р М. - С канонеркой не связывайтесь. Заплатите капитану, сколько он потребует, за то, что не заметит вашей посадки на планету.
  -- А что за эпидемия там? - робко осведомился Зотик. - Почему объявлен бессрочный карантин?
  -- Вы можете узнать это в Департаменте санитарного контроля, - холодно выговорил м-р М. - Я могу сказать лишь одно; болезнь не заразна для землян. Мы туда регулярно завозим товары. У нас там несколько факторий, которыми управляют надежные... э-э... люди из колонистов.
  -- Хорошо, я лечу.
  -- Премного вам благодарен, - с убийственным сарказмом выговорил м-р М.
   Когда он исчез с экрана, Ареф спросил:
  -- Что, летим на Корабль?
  -- Если начал какое-нибудь дело, доведи его до конца, а уж потом берись за следующее, - хмуро проворчал Зотик. - Мы летим к Бражичу.
  -- Так ведь ясно же; на Лерне наверняка остался след...
  -- Плохо ты знаешь пиратов... Ну, какой пират, добра себе желающий, сунется туда, где крутится канонерка? Лучше повстречаться с десятком крейсеров в открытом космосе, чем с одной канонеркой внутри звездной системы, - назидательно заключил Зотик.
  -- Знаешь, - раздумчиво затянул Ареф, - мне с самого начала показалось подозрительным, что один из богатейших людей Земли вот так, запросто, пришел в твое полуразвалившееся агентство... У него что, секретарей нет? Да к нему на прием за год записываются даже крупнейшие воротилы!
   Зотик уставился на Арефа. В животе разрастался холодок неприятного предчувствия...

Второй подвиг

  
  
   Усадьба папаши Бражича ничем не отличалась от любого фермерского дома Нейтральной зоны. Приземистое железобетонное сооружение, с наклоненными под углом в шестьдесят градусов стенами, куполообразным верхом, скругленными углами, к тому же облицованное несокрушимой пластброней.
   Когда шлюпка приземлилась перед воротами, грибообразный нарост на темени купола повернулся, и на шлюпку уставилось обвитое спиралью охладителя сверкающее жало плазменного аннигилятора. К тому же оно было обрамлено полудюжиной стволов различного калибра, и отдельно, как гордый богатырь, стоял, не смешиваясь с толпой, чернея широкой глоткой, ствол бризантного орудия.
  -- Кто ты такой и какого черта тебе тут надо?! - проревел грозный голос, усиленный мощным динамиком.
   Зотик включил внешний мегафон на максимальное усиление и проговорил:
  -- Я Зотик, дядя Бражич. А Милиан дома?
   От этого невинного вопроса, усиленного сверхмощной акустической системой, наверное, задрожала вся усадьба, но папаша Бражич свято чтил главную заповедь жителей Нейтральной зоны: ни при каких обстоятельствах не показывать растерянности, и, тем более, страха.
  -- А, Зотик! - радостно воскликнул он. - Рад тебя видеть, малыш. Милиан, как раз, дома. Тебе повезло, он завтра уже собрался куда-то улетать, и на долго... Когда он только делом займется?.. Болтается неведомо где, а я тут уже и не справляюсь... В прошлом году еще землице себе прирезал...
  -- Не без помощи Милиана и его десантного катера... - вставил Зотик.
   Папаша Бражич громогласно кашлянул и проговорил, сбавив голос:
  -- Заходи, сынок. Колымагу свою оставь у ворот. Никто ее не тронет, меня пока что уважают.
   Створки ворот с завыванием и скрежетом разъехались в стороны, и Зотик с Арефом вошли в просторный ангар, тесно заставленный сельскохозяйственной техникой. Папаша Бражич явно процветал, как и любой житель Нейтральной зоны, в семье которого имелся удачливый пират. По проходу навстречу Зотику с Арефом шел молодой человек высокого роста. Таких обычно называют "жгучими брюнетами". "А потому - жгучими, - подумал Зотик, - что сам вид этих брюнетов что-то там жжет внутри у женщин, и они от этого теряют голову..."
   Женщин Зотик не понимал. У Милиана Бражича были черные, сильно навыкате глаза. Выражение их всегда было такое, будто Милиан видел собеседника насквозь, и там, у него внутри, разглядел нечто сверхмерзкое, тщательно скрытое и спрятанное от всех, и от самого себя в том числе. Может, и женщины терялись под этим взглядом, и думали, что перед Милианом бесполезно напускать на себя романтичность и загадочность, а лучше сразу сдаться...
   Милиан вытер испачканные смазкой руки клоком ветоши, и широко улыбаясь, вскричал:
  -- Ба! Да неужто это старый товарищ Зотик?!
  -- Я самый... - обронил Зотик, протягивая ему руку для пожатия.
   Милиан скорее отталкивал Зотика, нежели притягивал. Когда-то они вместе начинали свою пиратскую жизнь на "Призраке", возможно второй, или даже первой серии, невероятно старой и расхлябанной калоше. Зотик - штурманом, Милиан - дедом, то есть механиком. Милиан постоянно, без каких-либо поводов со стороны Зотика, заводил разговоры о дружбе, товариществе, взаимопомощи, горячо убеждая Зотика в своей вечной и преданной дружбе. Однако Зотик ощущал какую-то натужность в этих уверениях. К тому же на него частенько сваливались различные неприятности, за которыми смутно маячила фигура Милиана. Но стоило Зотику подступить к нему с требованиями объяснений, как Милиан тут же принимал скорбный вид оскорбленной добродетели, и с непереносимой обидой в голосе вопрошал:
  -- Как ты можешь?... Друг... Эх-х...
   После чего Зотик долго ощущал себя оплеванным, будто сам себе в физиономию плюнул. Во время отдыхов на планетах, стоило Зотику подцепить какую-нибудь красотку, как Милиан тут же принимался ухаживать за ней тоже. Несмотря на то, что за Зотиком прочно закрепилась кличка - Красавчик, девчонка тут же бросала его ради Милиана. Зотика несколько утешало то, что Милиан зачастую получал красотку лишь после того, как Зотику удавалось добиться от нее своего.
  -- Ну, ты, как обычно; рому предпочитаешь сухое вино, а сухому вину - чай? - осведомился Милиан.
  -- Разумеется. Я слишком стар, чтобы менять свои привычки, - проговорил Зотик. - Сначала, наверное, надо поздороваться с твоим отцом?..
  -- Не обязательно. Он сейчас занят с моими братьями. Оба эти придурка разом притащили невест, и теперь требуют отделения...
  -- Это ж, поскольку им лет?! - изумился Зотик. - Они ж совсем недавно, шмыгая сопливыми носами, просили меня покатать на катере...
  -- Погодки они. Старшему семнадцать, - Милиан вздохнул. - У нас рано женятся...
  -- Но ведь по закону им ничего не светит, - демонстрируя знание неписаных законов Нейтральной зоны, проговорил Зотик. - Ферма должна перейти по наследству к старшему. А старший - ты.
  -- Если старший умрет, то к следующему, - Милиан широко осклабился. - Но ведь я жив! И ферму получить не хочу, а они хотят, но не могут!
  -- Что ж теперь будете делать? - спросил Зотик.
  -- Самый простой способ, это им подкараулить меня где-нибудь, а потом списать на пиратские разборки. Но... Они не решатся. Сотня фермеров не в состоянии справиться с одним вольным астронавтом. Я сделаю проще; дам младшему денег на собственную ферму, или помогу отобрать у кого-нибудь кусок земли. А потом откажусь от своих прав. Ладно, пошли на кухню; чего-нибудь пожуем, чайку попьем... Милиан снова осклабился, демонстрируя два ряда зубов, похожих на клавиши рояля.
   Зотик тревожно огляделся, Арефа нигде не было видно.
  -- Ты чего? - спросил Милиан, тоже оглядываясь по сторонам.
  -- Ареф куда-то запропастился...
  -- Найдется твой Ареф, с облегчением вздохнув, обронил Милиан.
  -- На кухне, убранной в стиле древней славянской избы, увешанной вышитыми полотенцами, связками лука и красного перца, за чашкой ароматного чая с жасмином, Зотик спросил:
  -- Что, папаша Бражич так и не женился?
   Милиан пожал плечами:
  -- Он на старости лет окончательно с катушек спрыгнул; каждые два-три месяца выписывает молоденьких дикарок из биотрона, натешится, а потом сплавляет их своим знакомым... Вчера отправил одну своему троюродному брату, теперь ждет следующую. У него какой-то дальний родич служит старшим смотрителем уровней в таманском биотроне...
   Прихлебывая чай, Зотик заговорил о деле, напропалую фантазируя и импровизируя:
  -- Ты, наверное, знаешь эту историю, приключившуюся с моей бабкой? Ей досталось в перестрелке, и она завещала мне заботиться о своем младшем сыне, то есть о моем дядьке. После нее осталось кое-какое наследство. Ареф ничего толком сказать не может, что-то там бормотал насчет того, что завещание написано на меня и Арефа, что хранится оно в сейфе какого-то банка. Вот мне и надо найти этот банк и шифр сейфа.
  -- Ну, так ищи. А я то при чем? - пожал плечами Милиан.
  -- Из рассказа Арефа, я вывел заключение, что о завещании знает один вольный астронавт, бабкин знакомый. Но я не знаю ни его имени, ни названия корабля. Знаю только, что он промышлял захватом кораблей компании "Бубль-Гум", а ты участвовал в кое-каких делах с жевательной резинкой...
   Сделав свой взгляд "пронизывающим", Зотик уставился на Милиана, и ему показалось, что он, ткнув пальцем в небо, попал в самую точку. Милиан задумался. На долго. Зотик прихлебывал чай, не спуская с него глаз. Сначала Милиан явно колебался, потом на что-то решился, и на лицо его выползла злорадно-торжествующая ухмылка.
  -- Послушай, а кто тебе сказал, что Халим Филлогоний интересовался компанией "Бубль-Гум"?
  -- Сорока на хвосте принесла... Так, значит, это Халим?.. - медленно пробормотал Зотик.
  -- Ну-у... Не знаю... - протянул Милиан. - В тот раз резинки мы взяли порядком, на пару грузовых кораблей. Но оказалось, что без сертификата резинка эта ничего не стоит. А сертификаты посылаются отдельно от груза. Потом я от Халима ушел; любит он по пьянке всякие небылицы о своем экипаже рассказывать... Ну, а насчет того, имел ли он какие-то дела с твоей бабкой, я не знаю. Он с такими количествами женщин дела имеет!..
  -- Где можно найти Халима? - спросил Зотик.
  -- Я что, враг себе?! - изумился Милиан. - Кто ж из капитанов простит, что местонахождение их баз разболтали?..
  -- Ну, я думаю, тебе простят... - игриво оглядывая Милиана, промурлыкал Зотик.
  -- Э-э-э-эй!.. - Милиан вскочил с лавки, попятился к двери. - Что ты собираешься делать?!
  -- Местонахождение базы Халима узнавать... - смущенно пробормотал Зотик, мягко прыгая к двери и отрезая путь отступления Милиану.
  -- Не станешь же ты пытать своего старого товарища?.. - дрожащим голосом вопросил Милиан.
  -- Но ты же своему старому другу не хочешь назвать координаты... - обидчиво протянул Зотик, вытряхивая из рукава парализатор.
  -- Мой отец и братья тебя живым отсюда не выпустят... - угрожающе прорычал Милиан.
  -- Ты же сам говорил, что и сотня фермеров с вольным астронавтом не справится... Да твой отец и братья будут только рады... У них разом решится проблема с фермой...
  -- Ладно, ладно! Я скажу! - отчаянно заверещал Милиан. Халим сейчас мотается между своей базой и торговыми путями. У него же замашки восточного владыки. Награбит груды сокровищ, продаст их, а потом является либо на Землю, либо на какую-нибудь курортную планету, арендует дворец с тысячей комнат, покупает всех местных девок, которым не больше семидесяти, и принимается отдыхать по-своему. А его экипаж в это время расслабляется, как может.
  -- Ну, так, где его база? - нетерпеливо спросил Зотик, поигрывая парализатором.
  -- Зотик, Зотик! А ты подтвердишь, что я под пыткой назвал тебе координаты и пароль?..
  -- Ну-у... Знаешь... - протянул Зотик. - Из всех пиратов разве что только ты, да толстяк бармен, который откупил салун у Грелли, не верят, будто у меня дурной нрав. Другие сразу бледнеют, и готовы выложить мне все. Ты что, после того, как я ушел из экипажа, больше обо мне ничего не слышал?
   Милиан даже пропустил мимо ушей, что его назвали пиратом, заикаясь, он пробормотал:
  -- С-слышал... Только не верил. Я ж тебя знал, как доброго товарища...
  -- Ну, так я с тех пор настоящим вольным астронавтом стал. А ну выкладывай!
   Милиан вздрогнул, и вжался спиной в стену, затравлено оглядываясь по сторонам. Наконец, все же, заговорил:
  -- Знаешь, в созвездии "Парус" есть планетка по имени "Фал"?..
  -- Ну ладно, а как там базу Халима найти?
  -- Ты же знаешь, что только по радиомаяку...
  -- Что-то здесь не так, - раздумчиво протянул Зотик, вперяясь взглядом в глаза Милиана. - Зачем пирату ставить на своей базе маяк, если он не хочет, чтобы там кто-нибудь появился, совсем нежданный?..
  -- Милиан рыскнул глазами по сторонам, но тут же с неестественным оживлением в голосе сказал:
  -- Халим известен своими чудачествами... К тому же, у него ведь не один корабль... Он давно уже в командорах ходит.
  -- Ну ладно, - сдался Зотик, - давай код-ключ.
  -- Записывай: на волне сто девяносто шесть сантиметров трижды просигналить азбукой Морзе число - сто пятнадцать девятьсот восемьдесят три, каждый раз перед числом последовательно ставить буквы общепринятым кодом - а, це, пи.
   Зотик прищурил левый глаз, как бы прицеливаясь, спросил:
  -- А этим сигналом я не приведу в действие ракетную установку, или самонаводящуюся бризантную пушку?
  -- Дело твое, лететь или не лететь... - равнодушно пожал плечами Милиан.
  -- Смотри, если наврал...
   Милиан широко осклабился:
  -- Знаешь... Ну, какую еще более опасную ловушку я тебе могу выдумать, кроме встречи с Халимом?! Ты сам с ним пожелал встретиться - вот и встречайся! Если вернешься живым, какие у тебя будут ко мне претензии?..
  -- И то верно... - пробормотал Зотик. - Ладно, проводи меня...
   Они шли по проходу между сельскохозяйственными агрегатами, когда за их спинами что-то взревело, раздался страшный лязг, будто пробудился один из супертанков эпохи Второй колониальной войны. Зотик резко повернулся: из глубины ангара с ревом надвигался капустоуборочный комбайн. Зотик как-то видел его в действии, и тут живо представил, как он легко состригает его голову... Широкий зев захвата сверкал острыми зубьями, которые двигались вправо-влево, будто уже кого-то пережевывали. С обеих сторон прохода тесно стояли другие агрегаты, между захватом и ими протиснуться было невозможно, путь был открыт только вперед, к запертым воротам. У Зотика, не склонного к романтическим и поэтическим сравнениям в мозгу возникла странная фраза: - "У молодого частного сыщика впереди осталось только десять метров жизни..." В сторону ворот стремительно удалялась спина Милиана. По бокам ее с невероятной скоростью мелькали локти, а где-то на уровне лопаток посверкивали подковки на каблуках его сапог. "Так вот что означает выражение - удирать во все лопатки..." - подумал Зотик. В следующее мгновение он уже обнаружил себя у глухого стального полотнища ворот. Кровожадно жующие зубья приближались. Дальномер, неожиданно включившийся в мозгу Зотика, отсчитывал метры: шесть, пять, четыре... Милиан трясущимися пальцами пытался набрать код на замке. Зотик поглядел направо, поглядел налево; там равнодушно возвышались широкие и гладкие морды сельскохозяйственных машин. Под них не подлезешь, отметил Зотик, не продерешься сквозь дебри режущего и роющего металла. До ветрового стекла кабины - четыре метра гладкого, без единого выступа, металла. Будь проклята эта тяга современных фермеров к комфорту на рабочем месте! Дальномер отщелкивал последние метры. Снова сознание Зотика отключилось, а когда включилось, он обнаружил себя сидящим на крыше агрегата. Он посмотрел вниз, и от ужаса по спине его побежали мурашки: Милиан лез по совершенно гладкой створке ворот! Он лез все выше и выше, но вдруг сорвался. Падая, повернулся лицом к опасности. Когда его ноги коснулись бетонного пола, он выпрямился и вжался в равнодушный стальной лист ворот. Его черные курчавые волосы поднялись вверх жесткой щеткой. Даже прожженному пирату было невыносимо страшно оказаться пошинкованным, и заквашенным в бочке. Тут лязг кровожадного механизма прекратился, и страшные зубья замерли в полуметре от ног Милиана. Он открыл глаза, увидел, что опасность миновала, тут же пришел в себя и ринулся вперед. Зотик увидел, как он выволакивает из кабины упирающегося и размахивающего руками Арефа, как поднимается и с треском опускается на шею Арефа квадратная ладонь. Тут же взбурлившие родственные чувства Зотика вышибли из него остатки ужаса. В два прыжка он оказался возле Милиана, блокировал очередной его удар по шее Арефа, и, выворачивая другую руку, завладел своим хулиганистым дядюшкой. От мощного толчка Зотиковой длани, Милиан отлетел к корпусу ближайшего агрегата, и треснулся об него головой. По ангару раскатился величественный гул.
  -- Надо, я сам его отлуплю! - заорал Зотик. - Нечего тут манипуляторами размахивать...
  -- Н-ну... л-ладно... - прохрипел Милиан, скривившись и сдавливая обеими ладонями ушибленный затылок, - не дай тебе Бог встретиться со мной на узенькой космической дорожке...
   Зотик глумливо ухмыльнулся:
  -- А чего ждать? Вызови меня на дуэль... - и ожидающим взглядом уставился на Милиана.
   Но тот предложение Зотика пропустил мимо ушей. Растирая затылок, прошел к воротам, быстро набрал код на замке, свирепо тыкая пальцами в кнопки допотопных времен. Полотнища ворот разомкнулись. Зотик с Арефом вышли под лучи горячего полуденного солнца.
  -- Чего это тебе взбрело в башку, прокатиться на комбайне?! - хмуро осведомился Зотик, озабоченно косясь на орудийную башню фермы папаши Бражича.
  -- Откуда ж я знал, что он ни с того, ни с сего поедет... - Ареф раскаянно шмыгнул носом.
  -- Когда тыкаешь пальцем в кнопки, иногда что-то происходит, - назидательно выговорил Зотик.
   На это Ареф не нашел, что возразить, видимо счел замечание справедливым.
   Прикинув, сколько времени Милиану понадобится, чтобы добежать до центра управления огнем, Зотик с видимой неторопливостью шел к шлюпке. Вряд ли Милиан сразу задействует бризантную пушку. Хотя, укутанная силовыми полями шлюпка ей будет не по зубам. Чтобы пробить такую защиту, нужна не эта, фермерская пуколка, а настоящая, армейская, раз в сто мощнее...
   В шлюпке, когда Зотик с облегченным вздохом включил высшую защиту, Ареф осведомился:
  -- Что, летим на Лерну?
  -- Я тебе уже говорил, - раздраженно рявкнул Зотик, надо сначала доделать начатое, а уж потом браться за следующее дело!.. Летим на Лерну, - после паузы все же договорил Зотик. Просто потому, что Фал окажется у нас на курсе по пути назад.
   Ареф не представлял, как это может получиться, однако промолчал.
  
  
   Во время т-марша к Лерне Зотик блаженствовал. Ареф окончательно помирился со Шкипером, и оба они что-то мастерили в мастерской. Вернее, Шкипер предоставил в распоряжение Арефа все двадцать четыре манипулятора, находящиеся там. Зотик только раз заглянул в мастерскую, и его бросило в дрожь: гибкие кольчатые руки метались по всему помещению; что-то пилили, точили, сваривали, резали, шлифовали. И среди этого кошмара восседал Ареф за слесарно-сборочным полуавтоматом. Больше Зотик в трюм не ходи, проводил время либо в спортзале, либо в каюте; ел, спал, в промежутках качал мышцы и упражнялся в боевых искусствах с кибернетическим гомункулусом.
   Т-марш кончился как-то незаметно, Корабль подтягивался к Лерне на субсветовой скорости, не спеша тормозясь на трех жэ. Воспользовавшись этим, Зотик устроил спарринг-бой со своим гомункулусом. Тренировка при повышенной тяжести особенно хорошо оттачивала воинское искусство.
   Вдруг сторожевая система засекла гамма-излучение прицела бризантного орудия канонерки.
   Зотик примчался в центральный пост полуодетый, потный, взлохмаченный, после захватывающего спарринг-боя. Прыгая в кресло, заорал:
  -- Шкипер! Да передай же скорее наши позывные, пока они нас не распылили!..
  -- Я их уже четыре минуты пятнадцать и две десятых секунды передаю, - прозвучал хладнокровный бас.
  -- Тогда, включи на передачу все диапазоны!
  -- Задействована только нуль-пространственная связь, для радиосвязи слишком далеко...
   Зотик заверещал фальцетом:
  -- Корабль эс, пи... О, черт! Да какие же у нас позывные?!.
   Тут динамики прорычали:
  -- Мне плевать, какие у тебя позывные! Какого черта ты вперся в область бессрочного карантина?! Если через три минуты не повернешь оглобли, я влеплю тебе снаряд прямо промеж твоих бесстыжих глаз.
  -- Да как же я поверну, если мне только на торможение надо часов десять, и то, если я буду тормозиться на тридцати жэ... Нас ведь тут по палубе перегрузка размажет...
  -- Это твои проблемы... - хладнокровно обронил голос.
   Зотик знал, мощь огня канонерки такова, что даже если силовые поля его Корабля поглотят всю энергию залпа, отдачей его ударит так, что внутри не останется ничего живого, и ни единого целого прибора, даже если все они успеют укрыться в амортизаторах. И в последней надежде он заорал:
  -- Подождите! Я от дядюшки Бубль-Гума!..
   Тот, кто был на связи, видимо, отвернулся от микрофона и кого-то спросил в полголоса:
  -- Он от дядюшки?..
   Говоривший не учел, что Шкипер мог усилить еле уловимый шепоток.
  -- Ну и что? - отозвался дребезжащий брюзгливый голос. - Этот надутый пузырь огребает деньги лопатой, а нам огрызки бросает. Думает, вся Галактика у него в кармане... Пора его шугануть, как следует, чтобы не скупился...
  -- Ну, шуганем... А что дальше? Будем тут со скуки дохнуть... Эй, парень! Ты слушаешь?
  -- Слушаю, слушаю! - откликнулся Зотик.
  -- Что нам дядюшка прислал?
  -- В каком смысле? - удивился Зотик.
  -- Ты что, под идиота косишь? - изумился голос.
  -- Н-ну-у... - затянул, соображая, Зотик. - Есть галлары...
  -- Нет, ты определенно издеваешься, скотина!
  -- Дай я в него снаряд влеплю... - кровожадно проскрипел второй голос.
   Первый голос миролюбиво продолжил:
  -- Ты соображаешь, кретин, где мы тут потратим твои галлары?..
  -- Виски есть! - отчаянно закричал Зотик. - Много...
  -- Сколько? - сразу перейдя на деловой тон, осведомились на канонерке.
  -- Пять ящиков.
  -- Дай я ему врежу... - настойчиво попросил второй голос.
  -- Десять! - поспешно поднял ставку Зотик.
  -- Ладно, - наконец смилостивился первый голос. - Грузи в шлюпку, а корабль оставь на астроцентрической орбите за четвертой планетой. Смотри, не ошибись; шлюпку грузи, а не десантный катер...
   Зотик с Арефом перетаскали на шлюпку лишь небольшую часть обширного корабельного запаса дешевого виски в пластмассовой компакт-таре. Зотик здраво рассудил, что для формирования взятки натурой можно и не трогать запас великолепной русской водки, и, уж тем более, не трогать свой капитанский винный погреб, под крышку набитый дорогими элитными спиртными напитками.
   Так близко Зотик не видел канонерки ни разу в жизни. На шлюпку надвигалась летающая гора железа и титана, покрытых нейтридной отражательной пассивной броней. Щетинились стволами грозные орудийные башни, поводили острыми носами ракеты, хищно замерли, будто в засаде, торпеды с детонаторами "Звездного огня". Бризантные орудия с безобразными утолщениями компенсаторов отдачи у казенной части, настороженно смотрели во все стороны. Эти-то компенсаторы и позволяли канонерке вести огонь во все стороны, не отрабатывая двигателями на каждый залп. А генераторам защитных полей мог бы позавидовать любой супердредноут. Растопырили гигантские клешни абордажные захваты. По штатному расписанию военного времени на канонерке могло размещаться до батальона космической пехоты, и еще много чего еще, делающего ее непобедимой в бою.
   Выпрыгнув на рубчатую сталь боевой палубы канонерки, Зотик с любопытством огляделся. Сколько жутких рассказов и легенд ходило среди пиратов о канонерках! И действительно: из первого яруса ячеек обслуживания торчали блистающие обновленным покрытием носы дюжины средних десантных катеров. Слева от входа в жилые помещения в три яруса разместились три эскадрильи планетарных истребителей. Здесь, в тускловатом свете ламп, они не выглядели грозными и кровожадными, как в бою; обожженная броня, вмятины и борозды на ней свидетельствовали, что и в истребители попадают бластерные разряды. Глупо искать на броне следы от бризантных снарядов, в угоду огневой мощи, у истребителя слабая силовая защита. А после попадания бризантного снаряда уже не остается ни брони, ни огневой мощи. Все остальное пространство аппарели занимали планетарные штурмовики. Каждый штурмовик, проносясь над поверхностью планеты, способен оставить за собой полосу выжженной земли шириной в тысячу километров.
   Зотик немножко успокоило то, что разные вспомогательные суда; шлюпки, спасательные модули, баржи и прочая мелочь, стояли как попало на палубе, что свидетельствовало о бардаке и разгильдяйстве на борту.
   Диафрагма двери приветливо распахнулась, Зотик шагнул через высокий комингс и нос к носу столкнулся с тремя людьми. Впереди стоял высокий, сухощавый, седой лейтенант и лицо его быстро наливалось бешеной злобой, а рука тянулась к рукоятке огромного армейского бластера, торчащей из открытой кобуры.
   Реакция Зотика сработала быстрее, чем прошли нервные импульсы в его мозг. Послышалось тихое, - поук-пш-ш... - сработавшего парализатора, и седой лейтенант улегся на палубу, так и не успев выхватить бластер. Зотик перевел парализатор на двух парней, замерших на месте. Судя по нашивкам, оба они были сержантами. Ну, правильно; рядовые и капралы появляются на судах космического флота лишь по штатному расписанию военного времени.
  -- Ребята, мы, кажется, обо всем договорились, а вы встречаете меня бластерами... - плачущим голосом проныл Зотик, нащупывая за спиной проем двери.
   Один из сержантов смущенно кашлянул, медленно поднял руки до уровня плеч, миролюбиво произнес:
  -- Погоди... Я сам не пойму, какая муха укусила лейтенанта... Он сам выпить не дурак, и только что радовался, что впервые за восемь месяцев увидит живую душу, послушает новости за бутылочкой виски... Ты же знаешь, на военных кораблях сухой закон; так что, у нас уже больше полугода капли во рту не было, как только закончился контрабандный виски... А в увольнительные, сам понимаешь, тут ходить некуда...
   Зотик попятился в проем двери, проговорил заискивающе:
  -- Ребята, вы тут утрясайте свои проблемы, а я, пожалуй, пойду... - он сообразил, что Ареф уже скрылся в шлюпке...
  -- Да погоди ты! - с неподдельным испугом воскликнул сержант. - Сейчас разберемся. Дай я только с капитаном переговорю.
   Зотик нерешительно потоптался в проеме двери. Собственно говоря, выбора у него не было; уйти на шлюпке от канонерки, даже укутавшись полями высшей защиты, весьма проблематично. Так что, оставалось, либо брать канонерку на абордаж, либо договариваться мирно. Как бы после долгого колебания, он, наконец, миролюбиво разрешил:
  -- Валяй, вызывай капитана. Только, пожалуйста, без стрельбы в меня из бластеров. Я ведь все равно выстрелю первым, но тогда уж точно, плакал ваш виски.
   Сержант вытащил из кармана коммуникатор, сказал в микрофон:
  -- Сэр, здесь проблемы. Лейтенант почему-то решил встретить гостей бластером.
   Из коммуникатора послышалось:
  -- Результаты?
  -- Лейтенант получил разряд из парализатора.
  -- Оттащите его в лазарет, а гостей проводите ко мне.
   Зотик не терял бдительности и в капитанской каюте.
  -- Так чего хочет от нас дядюшка Бубль-Гум? - осведомился огромный, растолстевший от спокойной жизни ражий верзила с капитанским шевронами на засаленных рукавах кителя.
   Зотик подумал, что с такой рожей и фигурой надо быть, по крайней мере, боцманом. Однако, вежливо поклонившись, сказал:
  -- Дядюшка Бубль-Гум желает знать, куда делся его грузовой корабль?
  -- Молодой человек, - снисходительным тоном, как с несмышленым ребенком, заговорил капитан, - вы прекрасно знаете, что на планете бессрочный карантин, и всякие контакты с внешним миром категорически запрещены. Тут просто не могло появиться никакого грузового корабля.
   Зотик некоторое время переваривал услышанное. Капитан-боцман снисходительно и доброжелательно смотрел на него развалясь в кресле, и простодушно помаргивая пушистыми ресницами, странно похожий на сытого, всем довольного теленка.
  -- А как насчет того, чтобы я посетил планету? - робко осведомился Зотик.
  -- Ни в коем случае! - испуганно воскликнул капитан. - Вам грозит арест и конфискация корабля!
   Зотик открыл-закрыл рот, не в силах больше ничего произнести. Он чувствовал себя так, будто проглотил ежа, и тот растопырил свои иголки как раз у него в глотке.
  -- Вы мой гость! - радостно объявил капитан. - Гостите хоть целый год!
  -- А-а... Э-э... Как же быть? Дядюшка очень будет не доволен, если я не выполню его поручение...
  -- Это ваши проблемы, - высокомерно изрек капитан. - Сколько, вы говорите, привезли нам в подарок виски?
  -- Десять коробок, - упавшим голосом сообщил Зотик.
  -- Как, неужели компакт-тара?! - радостно вскричал капитан.
  -- Разумеется. В каждой коробке по пятьдесят литровых пакетов, - машинально уточнил Зотик.
  -- Ага... Пятьдесят множим на десять... - капитан энергично потер ладони. - Так, так, так... Итого, экипажу этого хватит на неделю. Вы слышите? - с упором выговорил капитан. - Хватит на неделю. Не меньше! - многозначительно добавил он после паузы. - Разумеется, если бы у нас в гостях оказались еще и дамы... - искательно протянул капитан, - то такого количества виски нам хватило бы на месяц. Не меньше! - еще раз многозначительно повторил он, и тут же, игриво подмигнув, перейдя на шепот, спросил: - Вы, случайно, не прихватили из ближайшей колонии Южно-Азиатского союза парочку девушек? Там, знаете ли, у них это просто... Можно - на время, можно - в аренду, а можно - и на прокат...
  -- Как же мне выполнить поручение мистера М? - робко осведомился Зотик.
  -- Какое поручение?! - изумился капитан.
  -- Посетить планету... - упавшим голосом договорил Зотик.
  -- Капитан не менее пяти минут ошарашено пялился на него. Затем лицо его приняло выражение скорби и христианнейшего сочувствия. Жалостливо глядя на Зотика, как на изувеченного с детства всеми мыслимыми недугами, он проговорил сочувственно:
  -- Разумеется, вы мой гость, но ни в коем случае не пленник, и можете отлучаться для осмотра экзотических планет этой системы. Но только не на Лерну! Вы меня поняли? Надеюсь, вы не злоупотребите моим доверием?
   До Зотика, наконец, дошло, какой он кретин. Глядя на капитана честным и благородным взором, он солидно выговори:
  -- Я свято чту законы.
  -- Это самая лучшая политика! - со слезой в голосе заявил капитан. - В противном случае мне пришлось бы сжечь вас во время старта с планеты...
   У Зотика по спине пробежал противный холодок. В этот момент распахнулась дверь, и в каюту ворвался парализованный давеча Зотиком седой лейтенант, и тут же, совершенно непочтительно набросился на капитана:
  -- Сопляк! Ты кого хочешь пригреть?! Это же самый подлый и хитрый пират, какого я только встречал на своем веку!
   Капитан повел себя странно. Вместо того чтобы громовым голосом скомандовать "Смирно!", он заискивающе заюлили:
  -- Но, сэр, он работает на дядюшку Бубль-Гума... И потом, он же привез нам виски...
  -- А ты пробовал его виски?! Может, это раствор снотворного, или еще какой гадости! А его дружки в это время уже подкрадываются, что бы лезть на абордаж. Ты тупица, дурак и сопляк! Хотя... Кому я это все говорю... - вдруг безнадежным тоном проговорил лейтенант. - Ты достиг высот, о каких даже не мечтал. Твоя судьба была - выйти в отставку сержантом. Теперь ты ждешь только капитанской пенсии. Но если вот эта хитрая лиса, - лейтенант ткнул Зотика пальцем в нос, - тебя надует, капитанской пенсии тебе не видать. Тебя даже в швейцары не возьмут в какой-нибудь отель на курортной планете. Придется тебе остаток дней коротать в богадельне, на благотворительные гроши...
   Зотик лихорадочно выискивал пути к отступлению, а при последних словах лейтенанта у него даже ноги заныли от усилий удержаться от постыдного бегства, к тому же бессмысленного в этой гигантской западне. Но, как ни крути, другого выхода не оставалось; придется брать канонерку на абордаж, и навсегда поссориться с Интернациональными силами. Он уже прикидывал, какова сейчас численность экипажа? Время мирное, их не должно быть больше тридцати. Космической пехоты наверняка нет. Ни один адмирал не решился бы даже взвод оставить тут: моментально начались бы ежедневные самоволки на планету, прописались бы местные девки в укромных уголках трюмов... На стороне Зотика внезапность, умение владеть оружием и лучевой меч; оружие абсолютно незаменимое в тесных переходах военного корабля.
   При последних словах лейтенанта, капитан моментально подобрался, и в руке его неизвестно откуда появился бластер. Из теленка он мгновенно обратился в рассвирепевшего быка. Пуча глаза и оттопыривая губы, он прорычал:
  -- Сэр, обыщите его... А ты, - бросил он Зотику, - подними-ка руки повыше.
   Зотик поспешно задрал кверху руки. Что ни говори, а парочка вояк действовала вполне профессионально. Лейтенант подошел к Зотику сзади, ни на миг не перекрыв линию выстрела. Капитан держал бластер обеими руками, уставив его ствол прямо Зотику в пупок. Из такого положения увернуться от выстрела, было весьма и весьма затруднительно. Даже у Зотика, с его феноменальной реакцией, было не менее десяти шансов из ста схлопотать разряд. Лейтенант вполне профессионально ощупал его бока, грудь, ноги, пошарил по спине. Однако его пальцы не добрались до заднего кармана брюк, и, ощупав подмышки, миновали предплечья, так и не обнаружив оружия. С пиратами он явно так близко встречался впервые. И если бы Зотик все еще не колебался, то встреча эта оказалась бы и для лейтенанта, и для капитана последней. Быстрым движением лейтенант извлек из внутреннего кармана куртки жетон частного сыщика и кредитную карточку. Разглядывая их, растерянно произнес:
  -- А куда ж он девал парализатор?..
   Зотик наивно протянул:
  -- А у меня его не было...
  -- Врешь, пират! - отрезал лейтенант.
  -- Да какой же я пират? - принялся канючить Зотик, ловко лепя из себя безобидного клерка. - У вас в руках моя кредитная карточка и мой жетон частного сыщика...
  -- Правильно. И на них значится имя того самого негодяя, из-за которого я прозябаю здесь лейтенантом, вместо того, чтобы командовать, по крайней мере, эскадрой!
   Зотик никак не мог вспомнить, где он встречался с этим человеком, а потому продолжал канючить:
  -- Да как же я могу быть пиратом, если у меня есть жетон и кредитная карточка...
   Капитан нерешительно кашлянул:
  -- Сэр, может, он и правда работает на дядюшку Бубль-Гум?..
   Лейтенант явно колебался, но Зотик не мог определить, по поводу чего? Заключить с Зотиком вечный мир, или разделаться в тихую, из-за угла и в спину? После долгого раздумья лейтенант вкрадчиво спросил:
  -- А дядюшка знает, что ты направился к Лерне?
  -- Разумеется! - воспрянул духом Зотик. - Он лично и приказал мне сюда лететь.
  -- Так, так, значит, ты теперь работаешь частным сыщиком... протянул раздумчиво лейтенант. - И больше не пиратствуешь?! - с этими словами он резко сунулся лицом к лицу Зотика, и чуть ли не упираясь носом в его нос, вперился взглядом в его глаза.
   Зотик отметил, что это самая подходящая минута для того, чтобы разделаться с обоими вояками и начать захват канонерки. Однако, что-то ему подсказывало, что инцидент исчерпан.
  -- Н-ну л-ладно... - выговорил лейтенант разочарованно.
   Он отошел от Зотика и сел в кресло рядом с капитаном, протянул капитану жетон и кредитную карточку. Тот, зажав бластер под мышкой, придирчиво изучил их и отдал Зотику.
  -- Хорошо. Будем считать, что инцидент исчерпан, - нажав кнопку интеркома, он крикнул: - Стюард! Там шлюпку разгружают?
  -- Никак нет, сэр! Она окружена полями высшей защиты и на позывные не реагирует, - доложил голос по интеркому.
   Зотик самодовольно усмехнулся про себя: - "Молодец, Ареф!" Он не торопясь, достал пульт, нажал кнопку вызова, тут же послышался тихий голос Арефа:
  -- Ну что там у тебя? Ты еще жив?
  -- Все в порядке! - бодро проговорил Зотик. - Выключай защиту, и пусть разгружают виски...
   Вскоре на пороге каюты появился стюард с подносом, на котором возвышался литровый пакет с виски, стаканы, плошка со льдом и сифон с содовой. Лейтенант проворчал недовольно:
  -- Везде так и лезут плебейские замашки... Ну что, твоему стюарду трудно было перелить виски в графин?..
   Капитан на это конфузливо скривился, взял пакет, и ловко, ни капли не пролив, разлил виски по стаканам. Взяв свои стаканы, капитан с лейтенантом выжидательно уставились на Зотика.
  -- Я не пью... - нерешительно пробормотал Зотик.
   Лейтенант с капитаном многозначительно переглянулись.
  -- Пей, сынок, - елейным голосом пропел лейтенант. - Иначе мы подумаем, будто ты нас не уважаешь...
   Зотик схватил стакан и с отвращением проглотил виски. После попойки с Хоном, его немилосердно начинало тошнить от малейшего запаха алкоголя.
   Оба офицера вперили в него напряженные взгляды.
  -- Да хороший виски! - плачущим голосом вскричал Зотик. - Просто, я терпеть не могу спиртного! Меня от одного запаха выворачивает...
  -- Сэр, это похоже на правду... - благодушно обронил капитан.
  -- Правду, правду... - сварливо проворчал лейтенант. - Что ты понимаешь в повадках пиратов?..
  -- Столько же, сколько и вы, - парировал капитан. - Мы же с детства неразлучны...
   Лейтенант опорожнил свой стакан, после чего бросил туда один кубик льда и наполнил стакан до краев, посмотрел сквозь виски на свет, медленно, с наслаждением смакуя каждый глоток, вытянул весь стакан до дна, проговорил с ностальгической грустью:
  -- Такой виски мне приходилось пить только в курсантах... Потом, столько лет... Из роскошных бутылок... - он вдруг жалобно всхлипнул, после чего взревел со слезным надрывом: - Какая же ты сволочь и свинья мистер Зотик! Ну, зачем, зачем своим рылом и лапами ты залез в тот чертов ящик?!
  -- В какой ящик? - рассеянно переспросил Зотик, прислушиваясь к процессам в своем организме, вызванным дешевым виски.
  -- Будто не знаешь... - с ядовитым сарказмом проскрипел лейтенант. - Почтовик, класса "Оранжевая молния"...
   И тут Зотик вспомнил. Он тогда еще ходил с Беззубым Жаном. Однажды тому спьяну вздумалось взять на абордаж почтовик, забиравший почту из смешанной колонии на пограничной планете. Совершенно дурацкая планета, как понимал Зотик, на которой могли жить только одни идиоты, но она славилась своим экзотическим и немыслимо причудливым растительным миром. У растений было одно свойство, которое позволяло вывозить их в другие миры живыми. Они никогда не захватывали чужих территорий, но и своей не уступали ни сантиметра. Допустим, если где-нибудь в тропическом лесу или сухой пустыне расчистить один квадратный метр от аборигенов, высадить туда растения с этой планеты, то и через тысячу лет они будут расти на этом квадрате. Растительный и животный мир планеты за миллиарды лет эволюции так приспособился друг к другу, что уже исчезла борьба за существование.
   Эту дурацкую планету, населенную одержимыми цветоводами, вяло оспаривали друг у друга Восточная и Западная федерации, а Нейтральная зона, в силу своего наплевательского отношения ко всему, никакого внимания не обращала на то, что ее граждане втихаря тоже заселялись на планету. Все три колонии жили мирно и счастливо, и все одинаково были помешаны на цветочках.
   Беззубый Жан любил отдыхать на этой планете. В тот раз, пьяный до бесчувствия, в компании трех местных девок, он забрался в контейнер с цветами, предназначенный к отправке. Проснулся уже в трюме почтовика. Утром Зотик отправился за ним на десантном катере, не предполагая каких-либо осложнений, но было уже поздно. Экипаж почтовика был заперт в анабиозных камерах, а Беззубый Жан трудился в поте лица, таская к шлюпке, принадлежащей несчастному почтовику, деньги и ценности.
   Грабеж почтового корабля среди вольных астронавтов считался делом постыдным. Этим промышляло всякое отребье, занимавшееся рэкетом и шантажом, для своих неблаговидных занятий используя захваченную частную переписку. Беззубый Жан мог подобное сотворить только с глубочайшего похмелья. Зотик попытался урезонить Жана, но тот истерично на него наорал, ткнул под ребра стволом бластера, и приказал открыть переносной сейф, найденный в каюте капитана.
   Зотик целый час трудился над проклятым ящиком, пока, наконец, его крышка не открылась с серией подозрительных щелчков. Вместе с пачкой каких-то бумаг в ящике лежал термитный патрон, соединенный с замком. Патрон почему-то не сработал. Зотик стоял на коленях перед ящиком и перебирал документы с грозными грифами: "Совершенно секретно". А Жан стоял над ним и ругал последними словами, будто это Зотик надумал грабить почтовик. Зотик не выдержал, и раздраженно предложил продать документы разведке Восточной федерации. На что Жан, гордо выпрямившись, заявил, что никогда не предаст свою родину - Западную федерацию.
   Только теперь до Зотика дошло, что в ящике, кроме термитного патрона, была еще ловушка для шпионов - миниатюрная телекамера.
   Лейтенант тем временем продолжал:
  -- Ну что, Иуда? Сколько серебренников отсыпали тебе шпионы Восточной федерации? Из-за тебя, Иуды, меня из адмиралов разжаловали в лейтенанты, навечно... До пенсии... А мой холуй, который сапоги мне чистил, теперь капитан и мой начальник!.. - со слезным надрывом выкрикнул лейтенант, и пхнул верзилу-капитана ногой в живот.
   Тот опасливо отодвинулся.
  -- Кто вас заставлял, секретные документы отправлять с гражданским почтовиком... - только и нашелся, что возразить Зотик.
  -- А за каким чертом я бы гонял в мирное время военный корабль?! - огрызнулся лейтенант.
  -- Ага, - ухмыльнулся Зотик, - топливо, предназначенное для курьерских рейсов, продали колониальным торговцам. Я ведь представляю, сколько они дают за топливо для ходового реактора...
  -- Н-ну, ты!.. - взвился лейтенант. - Заткнись, пират вонючий!
   Видимо виски все же ударил Зотику в голову:
  -- Ах ты, старая развалина! - заорал он. - Рыльце в пушку, а сам возникаешь! Тебя плевком зашибить не долго, а туда же, в адмиралы... Еще вякнешь что-нибудь - зашибу! Я теперь честный гражданин Восточной федерации, и никому не позволю себя оскорблять...
  -- Это кто честный?! - вскочил лейтенант. - Уж, не за мои ли документы тебе предоставили гражданство?! Да от тебя, ворюги, за парсек мерзостью несет!..
  -- Ну, держись, старпер... - прорычал Зотик.
   Лейтенант, видимо, ожидал, что Зотик вскочит на ноги, а потому принял боксерскую стойку. Но Зотик остался сидеть в кресле, только нога его распрямилась, и мощным толчком послала лейтенанта через всю каюту. Странно, но удар о переборку, еще больше разозлил его. Оттолкнувшись от переборки, он ринулся на Зотика. Однако на полдороги наткнулся на капитана и забился в его объятиях.
  -- Ах, молодой человек, как вам не стыдно?.. - укоризненно проговорил капитан.
  -- А почему мне должно быть стыдно? - хорохорился Зотик. - Он по глупости потерял секретные документы, а я, видите ли, пират и негодяй...
  -- Но вы же и, правда, были пиратом?..
  -- Да, был! - встал в гордую позу Зотик. - Но я был пиратом потому, что меня ни за что хотели на полжизни запереть на меркурианских рудниках.
  -- И документы продали разведке Восточной федерации... Даже пираты так не поступают, не то, что вольные астронавты... Да и гнусный грабеж почтовика...
  -- Ах, вот оно что!.. - разъяренно протянул Зотик. - Ну, коли на то пошло... Я вас вызываю! Десантный катер, против вашего планетарного истребителя! Нет! Трех планетарных истребителей! Я вам покажу, кто я такой...
  -- Вот это дело, - совершенно спокойно и холодно выговорил лейтенант. - Дуэль! Отлично... Отпусти меня. Я разделаю его в десять секунд...
   Капитан его не отпустил, а, наоборот, принялся что-то тихонько шептать на ухо, к тому же на кодовом языке; так что Зотик ничего не понял из тех обрывков шепота, что долетали до его ушей. Капитан вскоре перешел на обычный язык:
  -- И потом, я просто погорячился... Не мог он продать документы. Не мог вед, правда? - обратился он к Зотику.
  -- Я и не продавал... - проворчал Зотик, остывая. - Я их выбросил при входе в атмосферу. Так что, они тогда же и сгорели...
  -- Вот видите?.. - снова обратился капитан к лейтенанту. - Давайте забудем этот инцидент, а?..
  -- Ладно, - примирительно проворчал лейтенант, - давайте выпьем и забудем это дело. Все равно уже ничего не изменить...
   Зотик с подозрением оглядел лейтенанта. В его тоне явно слышались фальшивые нотки. Однако он не воспротивился, когда капитан налил ему полный стакан виски.
   Сославшись на то, что у него дела на шлюпке, Зотик покинул теплую компанию. Он не был закаленным борцом с зеленым змием, а потому палуба качалась под его ногами, как в хороший шторм, будто канонерка была не могучим космическим судном, а утлой лоханкой земных морей. Кое-как добравшись до шлюпки, продравшись по переходам, в которых стены норовили стать палубой, а палуба - стеной, Зотик намешал отрезвляющего снадобья, по открытому им самим рецепту еще в первые месяцы своей пиратской жизни. Полежав в кресле, и мало-мальски придя в себя, решил сходить на канонерку, поглядеть, дошел ли экипаж до кондиции.
   В центральном посту канонерки вахтенный сидел в кресле, положив ноги на пульт и во всю глотку орал похабную песню дирижируя себе рукой, с зажатым в пальцах пластмассовым стаканом. В кресле у пульта управления огневыми системами спал сном младенца лейтенант. Голова его покоилась на дисплее прицела, а на уровне кончика носа медленно и методично, то разгорался, то потухал красный огонек сигнала готовности всех огневых систем к бою. Однако Зотик заметил, что высшая силовая защита не включена.
   Притворившись пьяным, выписывая ногами кренделя, Зотик подошел к лейтенанту и, делая вид, будто пытается его разбудить, вывернул кодовую матрицу пусковой команды, перевернул ее, и аккуратно ввернул обратно в гнездо. Теперь, при всем желании экипажа, ни одна огневая система не сработает. На поиски неисправности может уйти несколько минут. А несколько минут в космосе - это целая вечность жизни.
   Ареф так и не вылезал из шлюпки, не соблазнившись обследованием военного корабля. Он молчал, настороженно глядя на свои штурманские мониторы. Только когда они удалились от канонерки на порядочное расстояние, проговорил:
  -- Этот престарелый лейтенант влепит нам заряд... И будет это совершенно законно...
  -- Не влепит... - благодушно протянул Зотик.
  -- Откуда ты знаешь?
  -- Мы с ним помирились, - и, обращаясь к Шкиперу, Зотик спросил: - Послушай, Шкип, ты в курсе, где у мистера М. фактории на планете?
  -- Мы как раз можем лечь на траекторию к одной из них, - прорычал космический бас Шкипера.
  -- Ну, давай, рули к фактории, - проговорил Зотик, откидываясь на спинку кресла.
   Обезопасив себя от удара в спину, он не ждал особой опасности со стороны планеты, давно освоенной и обжитой земными колонистами.
   Шлюпка опустилась возле типового строения фактории, какие обычно строят на диких материках редконаселенных планет. Шестигранная приплюснутая башня, с наклоненными под углом в шестьдесят градусов стенами, способными отразить без вреда для себя примитивный артиллерийский снаряд любого калибра, какими любили баловаться колонисты, возмущенные слишком высокими ценами на товары, зловеще обозревала расстилающуюся вокруг равнину прищуренными бойницами из-под броневого козырька. Ворота, из цельного листа броневой стали, которые не смог бы взять лобовым тараном даже супертанк, были выворочены какой-то неведомой силой и валялись в стороне от черневшего жуткой темнотой проема.
   Подойдя к проему ворот, Зотик осмотрел валяющееся на земле полотнище, и у него стянуло ужасом кожу на затылке, по спине забегали острые, резкие мурашки, перепрыгнули на затылок и, будто электрическими искрами, разрядились в волосах. Броневая сталь ворот была словно крышка консервной банки проткнута в четырех местах и смята. Будто гигантская когтистая лапа пробила полотнище когтями, сжалась, сминая сталь, и выдрала его из направляющих.
   Зотик видел примитивных чудовищ с планеты Летящей Звезды Барнарда, даже, было дело, охотился на них. Смерив четвертями расстояние между рваными дырами, он прикинул размер чудовища. Получилась несуразица: если пропорции его обычны для чудовища, то в ворота пролезть оно никак не могло. Нервно ощупав в рукаве бластер, он пожалел, что не прихватил армейский, который раз в десять мощнее. Впрочем, выходить с бластером против чудовища - верная смерть. Даже располосованное лучом вдоль и поперек, оно способно добраться до незадачливого охотника, и сдохнуть на его трупе, раскатав его в блин. Зотик попытался разглядеть что-нибудь в полумраке за воротами.
   Ареф потянул его за куртку, прошептал чуть слышно:
  -- Пошли в шлюпку. Лучше робота-разведчика пошлем...
   Зотик не заметил, как Ареф подошел, но тут же порадовался, что у него огромный самодельный бластер на плече. Так вот чем он развлекается во время т-маршей!
  -- Да ладно, робота... - отмахнулся Зотик. Он сообразил, что может хотя бы раз взять реванш. И к тому же, вряд ли обладатель мощной лапы, с когтями, твердостью превосходящими обедненный уран, до сих пор скрывается в здании фактории. - Что может найти робот?! - с апломбом добавил Зотик и прошел в проем.
   Когда глаза его привыкли к полумраку, Зотик разглядел, что у боковой стены навалена гигантская куча каких-то искореженных конструкций. Подойдя поближе, он с большим трудом сумел опознать останки: двух вездеходов, универсального флаера, гусеничного седельного тягача и чего-то еще. Похоже, тут был свален весь транспорт фактории, положенный ей по штату. Только транспортные средства были смяты в гармошку, а некоторые перекручены так, как выжимают белье хозяйки на отсталых планетах. Зотик прислушался. Прикрыв глаза и отрешившись от всех мыслей, как его когда-то учил венерианский колдун в избе, сложенной из стволов молодых дубов-мутантов, Зотик как бы разлил свое сознание по всем помещениям фактории, и нигде не ощутил присутствия живых существ. Встряхнувшись, он будничным тоном, оглянувшись на Арефа, произнес:
  -- По-моему, никого здесь нет...
  -- Ну, а если кто-то здесь притаился... - Ареф многозначительно умолк.
   Зотик решительно направился к складу. Массивная дверь была прикрыта, но склад оказался пуст. Зотик решил осмотреть арсенал. Хотя, если из склада унесли все, то, что могли оставить в арсенале? В дальнем углу складского помещения, за стеллажами, он с трудом отыскал узкую дверь из пласт-брони. Открыв ее, заглянул в помещение, это и верно, оказалась оружейная. Но ни оружия, ни боеприпасов на стеллажах не оказалось. Обычно на факториях, на всякий случай, имеется стандартный набор оружия, позволяющий, в случае чего, управляющему и его помощникам дождаться десантного катера. Если фактория расположена на спокойной планете, то оружие законсервировано; стволы сняты с лафетов и турелей, пускатели ракетных установок пассивированы, кодовые матрицы пусковых команд хранятся в сейфе управляющего.
   Весь пол оружейной был завален изломанными коробками из-под боеприпасов, изорванной консервационной пленкой, еще хранящей рубчатые следы фермерских ботинок.
  -- Та-ак... - протянул Зотик. - Неужели факторию разграбили колонисты?
  -- Вряд ли, - проговорил Ареф, оглядывая помещение из-под локтя Зотика. - Колонисты могли напасть совершенно внезапно, персонал бы до последней минуты ничего не заподозрил. А тут, видишь, кассеты с патронами и снарядами были извлечены из ящиков, консервационная пленка со стволов содрана; значит, персона видел опасность издалека, успел приготовиться к нападению. Это уж точно, не колонисты срывали консервационную пленку со стволов. Ведь их гораздо удобнее перевозить упакованными, да и боеприпасы проще перевозить в ящиках, а не россыпью...
  -- Пожалуй, ты прав... - протянул Зотик.
   Он попытался представить, как тут все было, и перед глазами возникло видение трех перепуганных насмерть мужчин, которые бегали из угла в угол, суетливо хватали из ящиков кассеты с боеприпасами, роняли, снова хватали. Бежали куда-то, спотыкаясь о пустые ящики, тащили стволы, на бегу срывая с них консервационную пленку, спотыкались о ящики, роняли на них тяжелые стволы, отчего ящики ломались, а люди, матерясь на местном наречии, поднимались, снова взваливали стволы на плечи, и снова куда-то стремились. А стремились они в башню! - сообразил Зотик.
  -- Пошли в башню, осмотрим окрестности, - бросил он Арефу.
  -- Из шлюпки удобнее... - попробовал возразить Ареф.
   Зотик ничего не сказав, направился к лифтовой шахте, ведущей в башню. Лифт, конечно, не работал; то ли грабители просто обесточили здание, то ли они и реактор с генератором украли тоже. Примерно на середине крутой винтовой лестницы к Арефу вернулась ирония, он проговорил:
  -- Интересно, что это с тобой стряслось? Ты изменил всем своим привычками. На любой другой планете тебе и в голову бы не пришло, лезть по лестнице на такую высоту.
   Зотик промолчал. Ареф как всегда был прав; лезть в башню - глупо. Если во всем здании не нашлось ничего особенного, то, что могло оказаться там?
   Броневой щит был опущен, и из амбразур башни открывался чудесный вид на окрестности. Зотик внимательно осмотрел орудийные лафеты, турели и ракетные направляющие, глубокомысленно хмыкнул. Хотя с первого взгляда было ясно, что стволы успели установить на свои места, и даже палили из них, по крайней мере, несколько минут. Потому как края амбразур запеклись стекловидной корочкой. Она обычно появляется после пяти минут бластерной стрельбы.
   Зотик высунулся из амбразуры; его взору открылся простор широкого поля. На его середине, скособочившись на опорах, стояла помятая и опаленная орбитальная баржа. Он видел ее еще на подлете к фактории, но не заметил в ней ничего особенного. В башне почему-то уцелел дальномер-телескоп. Подняв его из гнезда, закрывавшегося стальной крышкой, Зотик, включив максимальное увеличение, принялся разглядывать баржу. Вмятины на ней были явно не космического происхождения. Да космос и не оставляет вмятин. Он, если настроен благодушно, оставляет дыры с оплавленными краями. Но чаще, изделие рук человеческих, превращает в рой мелких обломков. Одна опора была согнута чудовищной силы боковым ударом. Это повреждение могло быть получено только на поверхности планеты. Покореженная опора просто не могла больше втянуться под обтекатель.
   Переведя телескоп дальше, Зотик увидел выглядывающую из-за перелеска какую-то постройку, похожую на старинную ферму, еще тех, до космических, идиллических времен Земли. Деревья мешали разглядеть ее как следует, и Зотик проговорил:
  -- Надо пойти, посмотреть...
  -- С другой стороны тоже какая-то постройка, - вставил Ареф, - только значительно дальше. Так что, давай-ка на шлюпке лучше слетаем...
   Опуская дальномер-телескоп обратно в гнездо, Зотик раздумчиво протянул:
  -- Не пойму; все унесли, а почему дальномер оставили? Ведь без него не шибко-то постреляешь...
  -- Его не заметили, - проговорил Ареф. - Видишь, гнездо крышкой закрывается? Так что ясно, факторию грабили люди, не знакомые с ее устройством и комплектацией.
   Выбравшись из здания фактории, Зотик решительно направился к ближайшей ферме. Ноги путались в сочной траве, странно похожей на земную, теплый ветерок, напитанный ароматами цветущих растений, овевал лицо Зотика, уже отвыкшего в стерильной атмосфере Корабля от такой благодати. Планетка ощущалась настоящим раем. В который уж раз за свою жизнь он подумал, ну почему планеты так называемого "земного типа" так похожи друг на друга? И все же, что-то тут было не так.
   Из жилого здания фермы никто не выскочил встречать гостей. Это было не только странно, но и подозрительно. Обычно, на таких захолустных сельскохозяйственных планетах любой гость вызывает живейший интерес. А уж гость из космоса - вообще величайшее события для всей округи.
   Когда Зотик взошел на высокое крыльцо и уже потянулся к дверной скобе, дверь вдруг с грохотом распахнулась, чуть не зацепив его по носу. В проеме стоял огромный детина, расставив ноги и растопырив руки.
  -- Здесь частное владение, - заскрипел он противным голосом. - Куда ты прешь, рожа?!
   Зотик ничего не успел сообразить, даже того, что колонист не менее двух с половиной метров ростом и мало похож на выходца с Земли, как кулак его врезался в соблазнительно выпяченный мягкий живот. Наглая физиономия мгновенно заменилась донельзя изумленной. Верзила медленно согнулся пополам, с натугой пытаясь втянуть в себя воздух. Зотик с интересом разглядывал его. Сходство его с землянином заключалось лишь в наличии двух ног и двух рук. Если бы верзила не разговаривал на довольно приличном интерлинге, Зотик решил бы, что он вообще не землянин. На наружной стороне шеи у него поблескивали пластинки, похожие на чешую, а под рубашкой угадывался какой-то гребень, начинавшийся между лопаток, и терявшийся в штанах. Весьма, однако, странный колонист попался, отметил Зотик.
   Наконец колонист все же втянул в себя воздух и Зотик вежливо осведомился:
  -- Вы так встречаете всех гостей?
  -- Ты не гость! - непримиримо захрипел детина. - Ты подлый и наглый контрабандист!
  -- Да ладно, чего там... - Зотик повел плечами. - Я просто хотел спросить, куда девался управляющий факторией?
  -- Это не твое дело! Нечего совать нос в чужие дела...
  -- Вот это да! - с непритворным изумлением воскликнул Зотик. - Факторию ограбили, управляющего куда-то уволокли... А ты это называешь чужими делами?! Да за подобные штучки полагается полное эмбарго! Вплоть до выяснения...
  -- Ну, чего ты?.. - вдруг сменил наглый тон на плаксивый верзила. - Я же ничего не знаю, и ничего не видел...
  -- Странно... - Зотик повернулся в сторону фактории, демонстративно смерил взглядом расстояние до нее. - Ты, значит, даже не слышал, как там выдирают огромные ворота и с грохотом швыряют их на землю?.. - Зотик принял вид тигра, готовящегося вцепиться своей жертве в глотку, но при этом ласково промурлыкал: - И пальбу ты тоже не слышал?.. - но тут же сменив тон, резко, будто выплевывая слова, сказал: - Ну, говори; почему на канонерку не сообщил? У тебя что, рации нет? Врешь, ворюга!..
   Верзила юлил глазами и медленно пятился назад. Вдруг он прыгнул задом в дверной проем, цапнул когтистой пятерней створку двери, и она с треском захлопнулась. Зотик схватился за мощную, грубо кованную, видимо местным умельцем, железную скобу. Изнутри послышался грохот засова, Зотик все же рванул дверь на себя - но она будто приварилась к косяку. Тогда он уперся в косяк ногой, поднатужился, послышался протяжный скрип, потом отрывистый треск, и Зотик покатился с крыльца, сжимая в кулаке дверную скобу. Когда он благополучно приземлился на унавоженную почву, послышался издевательский смех Арефа.
  -- Чего ржешь? - хмуро проворчал Зотик, поднимаясь и потирая ушибленный копчик.
  -- Пошли отсюда, - протянул Ареф искательно, - пока этот ящероподобный субъект не принялся шмалять в нас с чердака из какой-нибудь фузеи или фальконета...
  -- Ты думаешь, они у него есть? - озабоченно спросил Зотик, понятия не имея, что это за напасть такая.
   Ареф жалостливо посмотрел на него и потянул за рукав:
  -- Пошли, пошли...
   Чуть ли не бегом вернувшись к шлюпке, они нырнули внутрь, захлопнули люк и прошли в рубку управления. Почувствовав себя в относительной безопасности в мягком кресле, Зотик зло прорычал:
  -- Ни черта не понимаю! Они что, перебесились тут все?!.
  -- Вполне возможно, - спокойно откликнулся Ареф. - Интересно, ты не сбесишься, если вдруг покроешься чешуей, и у тебя вырастет хвост?..
  -- У него что, был хвост?! - потрясенно выдохнул Зотик.
  -- Не знаю, я в штаны не заглядывал, но вполне возможно...
   Поразмыслив несколько минут, Зотик проворчал:
  -- Надо попробовать поговорить с другим каким-нибудь фермером. Может, он прояснит обстановку?..
  -- Ну да, если ты начнешь разговор, дружески ткнув его кулаком в живот или в зубы, он тебе точно всю обстановку разом прояснит... - проворчал себе под нос Ареф.
   Зотик промолчал, и одним коротким прыжком переместил шлюпку к другой ферме.
   Эта ферма оказалась то ли полуразрушенной, то ли недостроенной. Зотик разглядывал ее на обзорном экране, пытаясь понять, что тут произошло. Жилой этаж был то ли разобран до половины, то ли не достроен, а обширный полуподвал был мощно перекрыт стальными и железобетонными балками, да еще залит толстенным слоем бетона. Окна прикрывали. Грубо сваренные из ребристых стальных балок в руку толщиной, подобия решеток. Да еще изнутри они могли закрываться стальными ставнями, которые тут же и начали со скрежетом закрываться на глазах изумленного Зотика. Однако за окнами не мелькнуло даже тени. И вот лишь узкие подслеповатые амбразуры остались на месте оконных проемов.
  -- Н-нда-а... - протянул Зотик, и, включив внешние динамики на полную мощность, проговорил: - Есть тут кто живой? А ну выходи! Иначе я твою развалюху разнесу в пыль!
   Ареф тяжко вздохнул, проговорил тоскливо:
  -- Это и есть твое вежливое обращение?
   Зотик смущенно кашлянул и неловко замолк, глядя на останки фермы. Наконец нерешительно проговорил:
  -- Ладно, пойду, посмотрю...
   Выбравшись из кресла, он пошел к выходу. Ареф плелся за ним со своим бластером под мышкой.
   Вокруг здания фермы имелся еще один пояс обороны, не замеченный Зотиком из шлюпки; примерно в метре от стен в землю был вкопан ряд стальных балок и залит бетоном в виде низкого бордюра. Перепрыгнув бордюр, Зотик подошел к низенькой дверце, сделанной из мощного, толстенного листа пластброни. Оглядев саму дверцу, косяки и стены вокруг нее, и не найдя никаких кнопок или переговорных устройств, он заколотил в нее кулаком. Однако пластброня без всякого отзвука поглотила удары.
   Зотик задумчиво прошелся по бордюру, опоясывавшему все здание, пробормотал себе под нос:
  -- Интересно, там ест кто-нибудь?..
  -- Если там никого нет, то кто мог закрыть ставни? - насмешливо проговорил Ареф.
  -- Ставни могли закрыться и автоматически! - победно изрек Зотик.
   Ареф смутился, но тут же проговорил:
  -- Где ты видел на сельскохозяйственных отсталых планетах у фермеров автоматику? Можно легко проверить, есть там кто, или нет...
   Ареф поднял с земли камень, весом килограммов десять, грубо отесанный параллелепипед, приложил к углу постройки, и принялся водить им вверх-вниз, стараясь покрепче прижимать к бетону стены. Сопя от усердия, Ареф пропыхтел:
  -- Мы с пацанами так дачников пугали, на Валдае... Внутри явственно ощущается, будто дом ломают с помощью какого-нибудь стенобитного орудия...
   Зотик с любопытством глядел на Арефа, когда дверь с грохотом распахнулась. Он резко повернулся, и еле успел увернуться от бластерного разряда. Ныряя за бордюр, Зотик послал на лету импульс из парализатора в маячившую в дверном проеме фигуру. Распластавшись за бордюром, он с облегчением услышал мягкий звук падения тяжелого тела. Мгновенно взметнувшись из-за бордюра, он скользнул в распахнутую дверь. Она была высотой метра полтора, сразу под ней находилась площадка, на которой и лежал колонист. От площадки вниз вели деревянные ступеньки в полумрак подвала.
   Отшвырнув ногой огромного размера допотопный бластер, Зотик присел на корточки перед распростертым телом. Не успел он додумать до конца тоскливую мысль о том, что теперь придется сидеть целый час, дожидаясь, когда в эту тушу вернется жизнь, как туша зашевелилась, открыла глаза и уселась, привалившись спиной к стене. Этот колонист мало чем отличался от давешнего; разве что чешуя была менее выраженной, да гребень на спине не так заметен.
  -- Ты кто такой? - проскрипел колонист, разглядывая Зотика.
  -- Я - Зотик, - представился Зотик.
  -- Странно, - раздумчиво протянул колонист, - я тут давно живу, и бывал во многих местах континента, а такой породы не встречал. Ты что, из стариков, что ли?
  -- Из каких стариков? - удивился Зотик.
  -- Ну-у... Зотики, наверное, от стариков пошли, и в болоте не бывали... Молодые-то нынче... О-го-го о!.. С ними не поговоришь...
  -- А что, - осторожно спросил Зотик, - если бы я был молодым, ты бы со мной не говорил?
  -- Это ты бы со мной не говорил! - отрезал колонист.
  -- Так вот, - с апломбом выговорил Зотик, - я - из молодых!
  -- Ха! - колонист смерил его насмешливым взглядом. - Ну и загнул... Из молодых...
  -- Ладно, ты мне тогда вот что скажи, - сделав свой взгляд "пронизывающим", Зотик вперился им в колониста, - зачем факторию ограбил?
  -- Я не грабил! - взвизгнул колонист. - Я что, враг себе?! Я тут всю жизнь живу, и всю жизнь с этой фактории живу! И, заметьте, неплохо живу! Жил... - упавшим голосом после паузы договорил он.
  -- Ага! - свирепо рявкнул Зотик. - Ты, значит, сидишь тут и перекупаешь товары, а потом втридорога продаешь их своим же?!
   Колонист вдруг дернулся, опрокинулся на бок и кувырком скатился вниз по лестнице. Вскочил на четвереньки и шмыгнул куда-то в темноту подвала. Зотик ринулся за ним.
   Подвал был до потолка забит различными припасами. Тут лежали штабеля мешков с зерном, стояли деревянные бочки с маслами, с соленьями, на крюках висели целиком копченые туши животных. В одном конце подвала оказалась холодильная камера, тоже забитая до отказа провизией. Колониста Зотик нигде не нашел, но провизии было запасено на целую семью, и не маленькую...
   Вылезая из подвала, Зотик увидел Арефа, сидящего на бордюре. Под ногами его лежал допотопный бластер колониста, а в руках он держал наготове собственный, самодельный.
  -- Колониста не видел? - спросил его Зотик, больше для очистки совести.
   Вместо ответа, Ареф проныл:
  -- Пошли лучше в шлюпку. Не нравится мне все это...
  -- Мне самому не нравится! - раздраженно рявкнул Зотик, и торопливо зашагал к шлюпке.
   Обгоняя его Ареф побежал к гостеприимно распахнутому люку. Нырнув в комфортабельное и безопасное нутро шлюпки, Зотик ощутил неизъяснимое блаженство. Все-таки в атмосфере планеты что-то было, что-то такое, что действовало и на психику, и вообще на весь человеческий организм.
   Усаживаясь в кресло, Ареф просительно протянул:
  -- Давай лучше уберемся отсюда? А мистеру М. скажем, что и факторию, и баржи с корабля колонисты ограбили. Пусть он на них управу в Космополе ищет.
  -- Ну и трус же ты, дядюшка! - насмешливо протянул Зотик.
  -- Я не трус! Просто, я не такой дурак, как ты, шариться на шлюпке на такой планете...
  -- По условиям контракта, я должен сам во всем разбираться, без Космопола, - назидательно проговорил Зотик. - За это мне столько и платят...
  -- Ну, положим, тебе еще ничего не заплатили, и Корабль у тебя пока не оплачен, а головы ты уже раз пять мог лишиться... Даже еще и аванс не отработав... пробурчал себе под Ареф.
   Но Зотик все расслышал, и его в который раз болезненно кольнуло в какое-то чувствительное место внутри, в районе желудка, где, наверное, у него помещалась душа, которая явно была не на месте. Он уже было, собрался поднять шлюпку и поискать более миролюбивых колонистов, когда, бросив случайный взгляд на обзорный экран, вдруг заметил высовывающуюся из земли неподалеку от шлюпки когтистую лапу колониста. Лапа делала призывные жесты. Зотик с обреченным видом принялся вылезать из кресла, хоть для себя и твердо решил - не ходить.
   Ареф напряженным шепотом предостерег:
  -- Лучше не ходить...
   Это и повлияло на решение Зотика. Он ничего не мог поделать с собой; в ответ на все советы Арефа, ему неудержимо хотелось делать наоборот.
   Соскочив на землю, и держа армейский бластер в левой руке, слегка заведя ее за спину, а правой как бы ненароком демонстрируя, что в ней ничего нет, Зотик направился к руке, все еще торчащей, казалось, прямо из земли, настороженно озираясь по сторонам. Только приблизившись почти вплотную, он сумел разглядеть в траве приоткрытую крышку люка и глаза колониста, со зрачками в виде узких вертикальных щелочек, светящиеся желтым светом в полумраке подвала.
  -- Ты не смотри на меня! - свирепо зашипел колонист. - Стой, будто просто так стоишь...
   Зотик начал медленно оглядываться по сторонам.
  -- Ты почему сразу не сказал, что ты от дядюшки?! - принялся отчитывать его колонист.
   Зотик пожал плечами. Действительно, надо было представиться эмиссаром компании, и круто потребовать объяснений, а не играть в сыщика.
  -- Тем временем колонист перешел к делу:
  -- Ты только дядюшке скажи, ладно? Что это я тебе рассказал, кто факторию ограбил. Только дядюшке, понял?.. Здесь никому не говори. Особенно моему соседу. Он сразу продался, осведомителем стал... Да он всегда был дураком; не на тех ставил, а потом всех окружающих во всем винил, только не себя... Пусть дядюшка знает, что я всегда помогал, и снова буду помогать управляющему, когда все это кончится...
  -- Ладно, ладно... - нетерпеливо прервал его Зотик. - Все скажу дядюшке, как ты хочешь. Ну, говори!
  -- Факторию грабанула молодежь... - замогильным голосом провещал колонист.
  -- Ага! - радостно воскликнул Зотик. - И где их искать?
  -- Ты что, не знаешь?! - изумился колонист.
  -- Откуда ж мне знать? Я на Лерне ни разу не был.
  -- Так, так... - колониста явно обуяли сомнения. Он смотрел мимо Зотика, и на его физиономии читались два взаимоисключающих желания; убежать, или, все же, досказать то, что начал. С сомнением в голосе он проворчал: Все управляющие и сам дядюшка с самого начала знали, что все дело в болоте...
   По появившемуся на лице колониста напряженному выражению Зотик понял, что он сейчас нырнет в свое подземелье, и снова вопрос не прояснится. Неуловимо быстрым но плавным движением Зотик чуть повернул бластер, свободно висевший в левой руке, и ствол его почти уперся колонисту в нос.
  -- Знаешь, - ласково промурлыкал Зотик, - у меня феноменальная реакция, а у тебя она несколько замедлена, как у всех рептилий. Так что, свою морду ты убрать не успеешь. А если и успеешь, это очень мощный армейский бластер, и разряд его вспорет все твое подземелье, даже если ты докопался до самой мантии... Так что, говори!
  -- Я скажу, скажу... - затрясся от страха колонист, - только ты пообещай мне, что никому не расскажешь, что от меня все узнал?.. Ладно?.. А то мне не жить... Скажи, что тебе все Закей рассказал... Это мой сосед, который продался...
  -- Он, часом, не конкурент твой?.. - понимающе ухмыльнулся Зотик. - Ладно, скажу, что мне Закей все рассказал...
  -- Так вот, все дело в болоте! Там, на острове, стоит курортный комплекс, возле него и тусуется эта молодежная банда. Наше правительство поздно спохватилось, мутации зашли слишком далеко и стали необратимыми... Да и молодежь... Они всех терроризируют, запугивают... А на болоте благоденствуют, занимаются развратом и всякими извращениями...
  -- Где болото? - прервал его Зотик.
  -- На юго-восток, миль семьсот... Только, я тебе ничего не говорил! Тебе Закей все рассказал... Ведь ты не от дядюшки? Ты из Космопола?..
   Зотик на мгновение отвлекся, и этим сразу же воспользовался колонист; крышка люка мягко осела, что-то лязгнуло... Зотик едва успел удержать свой палец, уже нажавший на спуск. Хороша была бы благодарность этому чудовищу, двух с половиной метров ростом, живущему в неприступной крепости, но так перепуганному, что даже эту информацию из него пришлось выжимать с помощью бластера.
   Зотик нарочито неторопливо направился к шлюпке; по спине бегали колючие мурашки, и чудилось, будто позади кто-то крадется. Мучительно хотелось оглянуться.
   Только захлопнув за собой люк, Зотик с шумом выпустил из легких воздух. Когда он шел по короткому коридору к рубке управления, ему закралась мысль, что Ареф, пожалуй, прав, и самое умное, что тут можно сделать, это поскорее убраться с планеты. А если уж так уж хочется постараться для дядюшки, то вернуться на десантном катере...
   Однако когда Зотик уселся в пилотское кресло, он уже укрепился духом и решительным голосом запросил Шкипера:
  -- Шкип, ты съемку поверхности планеты сделал?
  -- Так точно, кэп! Сканирование по полной программе, как и положено при посещении неисследованного мира. Но у меня имеется и вся информация о ней...
  -- Дай на обзорный экран юго-восточное направление.
   Бастион трусливого чудовища с экрана исчез, и медленно поплыло изображение поверхности планеты. Пологие холмы, изрезанные долинами ручьев и речек, были весьма живописны. Среди перелесков и речных долин, до краев заполненных гигантскими деревьями с широкими кронами, изредка попадались возделанные поля. Зотик знал, что на других континентах имеются и жуткие джунгли, и сухие пустыни, и дикие горы со снежными вершинами, но здесь местность напоминала североамериканские прерии. Однако скоро местность начала сглаживаться, и мало-помалу перешла в бледно-зеленую равнину с редкими черными проплешинами то ли стоячей воды, то ли грязи.
  -- Вот оно, болото... - пробормотал Зотик.
  -- В ответ из соседнего кресла подал голос Ареф:
  -- Пока не поздно, давай сматываться отсюда.
  -- Поздно! - отрезал Зотик. - Я намерен зарабатывать деньги. Много денег! Потому что я уже привык к кораблю суперкласса...
  -- Тем временем в поле зрения вплыли какие-то длинные, приземистые строения, стоящие на острове, похожем на вяло вздувшийся гнойный волдырь. Зотик включил максимальное увеличение, но никаких признаков активности на острове не обнаружилось. Только грязь у берегов была перемешена и свежо поигрывала бликами солнца в водяных оконцах.
  -- Кэп, нас вызывает администрация колонии, - пророкотал в тишине бас Шкипера.
  -- Чего им надо? - лениво осведомился Зотик. Он еще, будучи вольным астронавтом, привык относиться без всякого пиетета к администрациям колоний.
   Щелкнул переключатель, - Шкипер почему-то обожал эти звуковые эффекты при переключениях, - и раздался противный, скрипучий, но явно женский голос:
  -- Таможенная служба вызывает шлюпку с корабля нарушителя...
  -- И что же я нарушил? - невинным тоном осведомился Зотик. - Я не купец, не торговец, не коммивояжер, и даже не научник...
  -- А, наконец-то! - радостно воскликнул голос. - Вы нарушили правила карантина. Так что, явитесь, пожалуйста, на таможню при космопорте и утрясите недоразумение.
  -- Что для этого нужно? - осведомился Зотик.
  -- Н-ну-у... Составите декларацию, заплатите таможенный сбор, решим вопрос о вашем нарушении... Штраф за это полагается... Прививки сделаем...
  -- Ага, ищите дурака... Штраф, видите ли...
   Голос, явно испуганно, затараторил:
  -- Да вы не волнуйтесь! Это дела Интернационального флота! За нарушение карантинных правил, пусть они с вас спрашивают. Мы весь ваш товар возьмем оптом. Весь! Вам даже баржу не надо будет забирать отсюда. Мы ее вам оплатим, как две новых!..
  -- Ну, хорошо, - сделал вид, будто смилостивился, Зотик, - я сейчас слетаю на болото, мне там с молодежью повидаться надо, а потом и к вам явлюсь.
   В динамике что-то крякнуло, и лишь через минуту послышался голос, на сей раз до предела растерянный:
  -- Э-э... Вы на болото собрались?..
  -- Да, а что?
  -- Ничего, ничего... - поспешно затараторил голос. - Вы летите, летите. А к нам сюда не к спеху. Выберете время как-нибудь, заскочите... Мы ни в коей мере вас не торопим...
   Таможенная станция поспешно отключилась.
  -- У меня такое ощущение, - тихо пробурчал Ареф, - что пасть, глотку и желудок с кишечником мы уже проскочили, и вот-вот будем... Знаешь, где?..
  -- Знаю! - с вызовом бросил Зотик, потому как уже ничего с собой поделать не мог.
   Разглядывая наплывающее из-за горизонта и сглаживающее все неровности болото, Зотик подумал, что зря он не достал из трюма Корабля и не загрузил в багажник шлюпки скафандры высшей защиты. Впрочем, и боевые тоже не помешали бы. Хотя, они относятся к оружию, и ввоз боевых скафандров на большинство планет земного содружества запрещен без специального разрешения. Скафандры высшей защиты хоть и громоздкие и неуклюжие, но зато несокрушимы для всех видов планетарного и биологического воздействия. Разве что чудовищный гроган с планеты Летящей Звезды Барнарда смог бы раздавить скорлупу скафандра высшей защиты.
   Зотик посадил шлюпку на широкой площади перед фасадом огромного здания, построенного в ярко выраженном колониальном стиле. Они с Арефом долго сидели в креслах, вглядываясь в обзорный экран. Но вокруг было тихо, и ни единой живой души, ни молодой, ни пожилой.
  -- Ладно, пойду, посмотрю... - неуверенно проговорил Зотик.
  -- Я с тобой, - решительно заявил Ареф, с грохотом выволакивая откуда-то из-под пульта свой грозный бластер.
  -- Тебе лучше побыть здесь... - не очень решительно проговорил Зотик.
   Ареф промолчал, и, вскинув бластер на плечо, зашагал к выходу. Зотик вздохнул, и пошел за ним.
   Зотик правильно угадал; они приземлились перед административным корпусом. Двери, когда-то давно превращенные в щепки могучим ударом какого-то стенобитного орудия, окончательно рассыпались в прах под ногами Зотика. В просторном фойе царило запустение; на полу затвердели кучи болотной грязи. Зотик поднял взгляд от пола, и его вновь липкими холодными щупальцами оплел ужас. Хотя, если не иметь развитого воображения, чего тут ужасного? Просто, противоположную от входа стену, представляющую из себя мозаичное, весьма красочное, панно, пропахали четыре глубоких параллельных борозды.
   Выглядывая из-под локтя Зотика, Ареф прошептал:
  -- Это очень похоже на следы когтей, и расстояние между ними такое же, как на воротах фактории...
   Зотик ничего не мог поделать с колючими мурашками, весело пляшущими у него на спине, однако бодро заявил:
  -- Чудовище, имеющее такую лапу, вряд ли пролезло бы сквозь дверной проем... Да и не любят чудовища стены обдирать...
  -- Ага... А если это чудовище, передвигающееся на задних ногах, а передние у него гипертрофированно переразвиты?..
  -- Таких пока не открыли астрозоологи... - оптимистично проговорил Зотик.
  -- Ну, значит, их открыли мы...
  -- Да ладно, чего ты несешь этот фантастический бред?!. - взорвался Зотик, снова подсознательно чувствуя, что Ареф о чем-то догадался, что пока недоступно ему, старшему по возрасту, и повидавшему много планет, в том числе и населенных чудовищами.
   Выбравшись на площадь, и оглядываясь по сторонам, Зотик раздумчиво протянул:
  -- Если в таком хорошем, крепком здании никто не живет, то где ж тогда обретается эта молодежная банда?..
  -- Если ты с ней встретишься, что будешь делать? - невинным тоном осведомился Ареф.
  -- Будем действовать по обстановке, - с апломбом заявил Зотик. - Закасим под ихних, вотремся в доверие, выясним все, что надо, а потом посмотрим...
  -- Александр Македонский, Наполеон Бонапарт и Винсент Линдгрен случайно не предки твои по отцовской линии? - осведомился Ареф серьезным тоном. - По материнской уж точно не они...
  -- Что ты имеешь в виду? - глупо спросил Зотик.
  -- Видишь ли, - раздумчиво затянул Ареф, - эти трое ребят стали жертвами своей гениальности. А гениальность, как ты, наверное, догадываешься, становится причиной самонадеянности. Македонский добрался до Индии, но ума хватило попить водички из Ганга - помер от дизентерии. Наполеон оказался умнее его, когда увидел, что Москва сгорела дотла, а на носу зима и жить негде, драпанул с кучкой телохранителей. Линдгрен во время последней колониальной войны с Восточной федерацией, разгромил весь ее колониальный флот, и так возгордился от сознания своей гениальности, как стратега, что отмахнулся от сообщения об уцелевших канонерке и крейсере. Дело кончилось тем, что от всего могучего флота Линдгрена осталось несколько спасательных капсул, в одной из которых сидел он сам. Из пространства их выловили спасатели с крейсера, капитан которого, кстати, весьма молодой человек, и был автором ловушки. Он правильно угадал, что Линдгрен попытается захватить крейсер с канонеркой, чтобы усилить свой триумф. На всем пути к Земле капитан третьего ранга, командир крейсера, оказывал Линдгрену положенные полному адмиралу почести. Это-то беднягу и доконало; свои дни он кончил в закрытой психолечебнице.
  -- Это ты что имеешь в виду? - с подозрением снова осведомился Зотик.
  -- Да то, что все гениальные полководцы, и ты в том числе - психи.
  -- Хватит болтать! - отрезал Зотик. - На этом острове, видимо, уже давно никого нет. Обойдем, поглядим, что и как, и вернемся на факторию; отучать того колониста от вранья. К тому же скоро ночь, а мне даже в шлюпке на этой планете ночевать не хочется...
  -- Смотри-ка, и у тебя просветления бывают... - мимоходом заметил Ареф.
   Они шли по самому берегу, разглядывая приземистые сооружения на сваях, похожие на казармы старинной военной базы, которую Зотик когда-то видел на одной из планет Альфы Эридана.
  -- Наверное, в этих сараях располагались грязевые ванны и бассейны, - рассеянно пробормотал Зотик.
  -- А теперь грязевые ванны прямо в болоте, - прошептал у него за спиной Ареф.
   Зотик машинально бросил взгляд на болото и остолбенел, увидев живописную картину. В грязи стояла ржавая железная лодка, в которой нарядно сверкала под закатным солнцем груда коробочек со жвачкой от Бубль-Гум, а рядом с лодкой полулежало погруженное в грязь по плечи огромное девятиголовое существо. То, что это одно существо с девятью головами, а не девять существ, Зотик уловил с первого взгляда. Блаженно прикрыв девять пар глаз, существо жевало жвачку всеми девятью пастями, при этом смачно чавкало, пускало пузыри и громко сопело. Благоуханье жвачки, мешаясь с тухлой болотной вонью, создавало букет запахов, характерный для пиратского пиршества.
   Зотик, потеряв дар речи, смотрел на существо, и в голове его была полнейшая, звенящая пустота.
   Вдруг Ареф восторженно воскликнул:
  -- Во, гад! Совсем оборзел!..
   Существо медленно открыло все свои желтые глаза, с узкими вертикальными щелочками зрачков, и одна голова, самая большая, с самыми мощными челюстями, видимо главная, спросила:
  -- Это кто, гад?..
   Зотик услышал, что Ареф попятился, но оглянуться не решился. Потому что существо принялось вставать. Оно почему-то не вязло в болоте. Ростом существо оказалось не слишком гигантским; так, метра три с половиной. Но плечищи!.. И ручищи!..
   С хлюпаньем выдирая лапы из трясины, оно двинулось к берегу. Задние лапы у него были с широко расставленными пальцами, вооруженными мощными когтями, а между пальцами имелись перепонки. Передние лапы его были похожи на могучие руки, размером больше слоновьих ног, и пальцы тоже были вооружены когтями. В правой лапе существо сжимало дубину, грубо вытесанную из цельного древесного ствола. Зотик ощутил, как на его психику наваливается черный, осязаемо тяжелый ужас. Слава Богу! Он знал, как с этим бороться. Такими способностями обладали многие хищники венерианских джунглей. Собрав все силы, сконцентрировав волю, как его учил приятель - венерианский колдун, Зотик мысленно скатал этот материализованный ужас в черное веретено и с силой послал обратно в чудовище. Чудовище пошатнулось, на всех его мордах отразилось изумление. И тут Зотик заметил, что оно с головы до ног покрыто черной блестящей чешуей. На Зотика снова полился поток черного ужаса. Видимо чудовище не знало, что этим можно подавлять только психику тех, кто не владеет такими же способностями. Схватка со Знающим, к тому же искушенным в практических поединках с другими Знающими, чревата...
   Зотик выставил мысленный щит, и теперь ужас не вливался в его душу, а как бы накапливался в некоем мысленном коконе. Чувствуя, что "критическая масса" воздействия вот-вот превысит допустимый уровень, Зотик сформировал из ужаса тяжелое копье и метнул его в чудовище. Чудовище опрокинулось навзничь, разбросав в стороны тяжелые шматья грязи. Любая венерианская тварь после первой же попытки, встретив равного, либо перешла к когтям и зубам, либо обратилась в бегство. Чудовище лежало на спине, и в какой-то момент Зотику показалось, что оно больше не поднимется, но оно почти сразу же зашевелилось, а крайняя левая голова возбужденно залопотала:
  -- Он завладел нашей силой! Чем сильнее мы на него подействуем, тем сильнее он нам ответит!
  -- Как это он сумел?! - удивилась главная голова. - Это никому из мягкотелых не дано.
  -- Хватит болтать! Его дубиной надо...
   Зотик сообразил, что управляет телом главная голова, остальные только советуют.
  -- Во, распарило урода! - рявкнул Зотик, вскидывая бластер.
   Разряды с визгом прочертили зигзаги на груди чудовища, взвились клубы пара. Шмат болотной грязи моментально высох, раскалился, с треском лопнул и с шипением опал в жижу. Некоторые головы блаженно прикрыли глаза, главная голова осклабилась, с наслаждением прохрипела:
  -- Какой кайф... Давай еще, парень, пока я тебя не прихлопнул...
   Зотик в мгновение ока истощил заряд бластера. Под потоком энергии существо поворачивалось, блаженно ухало, размахивало дубиной, разгоняя клубы пара, раскаленные ошметья болотной грязи с шипением сыпались в жижу.
   Когда последний разряд взвизгнул и погас, чудовище разочарованно проныло:
  -- И все, что ли?.. Ну, тогда я тебя сейчас прихлопну...
  -- Я тебе прихлопну! - заорал Зотик, окончательно выйдя из себя от наглости и неуязвимости чудовища, выхватывая лучевой меч.
   Девятиголовый уже выбрался на берег и взмахнул дубиной. Зотик отпрыгнул в сторону. Смачно чмокнув, дубина врезалась в топкую почву и завязла по рукоятку. Зотик махнул мечом, и смахнул сразу две головы. Отпрыгнув в сторону, он пригнулся, выжидая нового момента для нападения. К нему уже вернулось его обычное боевое хладнокровье. А с этой тварью, он сразу понял, совладать можно не иначе как при помощи хладнокровья. Вводить себя в боевой транс пока что не имело смысла, чудище было довольно таки неповоротливым.
   Ударившая тугим темно-красным двойным фонтаном кровь, почти сразу же перестала течь, будто перекрыли вентиль, а на кровавых обрубках шей, на каждом, сейчас же набухло по две розовых шишки, похожих на древесные почки, или нераспустившиеся бутоны цветов.
   Одна из голов прогнусавила:
  -- Если так дело пойдет, у нас плеч не хватит...
  -- Ничего, я его сейчас по уши в землю вобью, - заявила главная голова.
   С чавканьем выдрав дубину из земли, чудовище взмахнуло ею над головами. Гигантское бревно прошелестело в смертельном полукруге, роняя комья влажной земли. Зотик примерился, собираясь в прыжке снести пару голов с другого плеча чудовища, как вдруг увидел, что почки, проклюнувшиеся на обрубках шей, набухли, лопнули, брызнула прозрачная слизь, и обнаружились миниатюрные головки, точные копии оставшихся, смешно помаргивающие глазками-бусинками.
   Изумляться Зотику было некогда; дубина уже с грозным шелестом косо опускалась на него. Зотик прыгнул, махнул мечом - с пронзительным шипением и треском больше половины дубины отвалилось и улетело куда-то в болото, за спину Зотика. Там тяжко чавкнуло. Воспользовавшись тем, что инерцией чудовище слегка повлекло вперед, Зотик снова прыгнул, и в прыжке кончиком меча смахнул еще три головы.
   В пылу схватки Зотик не заметил, как оказался по колени в болоте. Сейчас же его ногу что-то сдавило. Судя по силе сжатия, если бы не комплект супердетектива, нога была бы откушена напрочь. Он оглянулся, и увидел округлый панцирь какого-то зверя, отдаленно похожего на гигантского омара. Зверь рванул его за ногу, и Зотик чуть не опрокинулся в грязь. Но тут что-то мелькнуло, и панцирь зверя лопнул с сухим треском. Ареф стоял шагах в десяти с бластером в руках, чуть подогнув ноги, в классической позе американского ковбоя из вестернов, и внимательно следил за каждым движением девятиголового. Теперь уже четырнадцатиголового, с беспокойством отметил Зотик.
  -- Стреляй в обрубки шей! - заорал Зотик, в горячке пытаясь разжать свободной рукой железный захват мертвой клешни.
   И тут он пожалел, что укоротил дубину чудовища на добрых две трети. Пока оно разворачивалось с бревном, имевшим огромную инерционную массу. Зотик с легкостью мог уворачиваться от ударов. Теперь же от легкого полешка, для чудовища, увернуться было не так-то просто. Зотик еле-еле успел отсечь мечом клешню, и в последний момент нырнул под удар. Слава Богу, оказался на берегу. Прыгая по берегу, Зотик для пробы чиркнул лучом по бронированной груди чудовища. Оно заорало от боли всеми уцелевшими головами, но панцирь его выдержал, а чудовище стало более осторожным. В конце концов, Зотик изловчился, и обрубил дубину по самые лапы. Чудовище склонилось за упавшим бревном, и в этот момент Ареф открыл пальбу из бластера. Разряды проникли под бронированную шкуру через обрубки шей, и чудовище буквально вскипело. Но шкура опять выдержала, и кровавое месиво внутренностей, как из пушки, выбросило через шейное отверстие. Струя требухи и крови отшвырнула Зотика шагов на десять.
   Отряхиваясь и отплевываясь, Зотик восторженно заорал:
  -- Молодец, Ареф! Отличный у тебя бластер!
  -- Стараюсь... - ухмыльнулся Ареф.
   Однако, судя по бледности, и тому, как тряслись его руки и колени, страху он натерпелся.
   Тут из болота полезли двуногие твари, отдаленно напоминающие людей, но с когтистыми лапами, и покрытые черной чешуей. Однако не такие ужасные, как покойный девятиголовый. Зотик, было выключивший лучевой меч, снов включил его. Однако твари опасливо держались от него подальше, тянули шеи, заглядывая через головы друг друга, стараясь получше разглядеть своего, то ли поверженного вождя, то ли притеснителя.
   Одно из чудищ на приличном интерлинге обратилось к Зотику:
  -- Как это тебе удалось завалить его?
  -- Да раз плюнуть! - пренебрежительно бросил Зотик, цыкнув плевком под ноги. - Вы вот что, ребята, выкопайте поглубже яму и закопайте его. И еще; чья идея была - грабить фактории?
  -- Его! Это все он! - ткнуло в труп когтем разговорчивое чудище. - Ему жвачка нравилась, а работать было не охота. Мы его предупреждали, это не местных лохов обчищать, дядюшка быстро укорот пришлет. Вот и прислал...
  -- Понятно... А вы кто такие?
  -- Мы?.. - чудовище нерешительно оглянулось. - Мы тут живем...
  -- И чем занимаетесь? - поигрывая лучом меча, медленно выговорил Зотик.
  -- Мы - ничего... Мы так, в болоте отдыхаем... - чудовище осторожно пятилось от Зотика. И вдруг рявкнуло: - Атас!..
   Банда разом сорвалась с места, и, разбрызгивая фонтаны грязи, ринулась в болото.
   Выключив меч, Зотик подошел к Арефу, устало передвигая ноги, спросил:
  -- Что теперь делать будем? Ты хоть заснял все это?
  -- Конечно, зафиксировал. А ты и фиксатор свой забыл включить?
  -- Тут, понимаешь, все забыть можно... Я многое повидал, но такого...
  -- Ладно, не переживай. Записи моего фиксатора для дядюшки хватит. А ты заметил, что его тут все эдак фамильярно дядюшкой зовут?
  -- Заметил... Только не пойму, к чему это открытие приспособить?
  -- Болотные твари в космос не летают, - проговорил Ареф, - поэтому корабль захватить не могли...
  -- А может, летают? - уныло пробормотал Зотик. - Они вон какие...
  -- Ага, на чем, интересно?.. Корабль они взять не могли, просто баржу перехватили. А про корабль ты у своего дружка, лейтенанта, спроси...
   Зотик уже давно понял, что вляпался по самые брови, и вернуться на Корабль можно будет только ценой потери шлюпки, применив одну из штучек, из пиратского арсенала. Одно хорошо, вряд ли похмельные вояки начнут захват Корабля раньше, чем разделаются с Зотиком.
   В шлюпке Зотик устало рухнул в кресло, взялся одной рукой за рукоятку штурвала и медленно поднял суденышко в небо. Сейчас же в динамике щелкнуло, и противный голос проскрипел:
   Вы повидались с молодежью?
  -- Э-э... В какой-то степени... - пробормотал Зотик.
  -- Прекрасно! После этого вы хотели посетить таможню и утрясти некоторые таможенные формальности.
  -- С чего это вы взяли, что я хотел посетить таможню?! - искренне изумился Зотик. - Я что, идиот? Я ведь прекрасно знаю, что мне светит...
  -- Ну что вы! Это ж не мы объявляли карантин. Кто объявлял, тот пусть и следит за соблюдением своих правил. Вы обещали продать нам оптом свои товары...
  -- Ага... ищите дурака...
  -- Да где ж его найдешь?
  -- Что, давно не появлялись?
  -- Ну, хорошо, - сдался голос, - если вы не пройдете таможенные формальности, вы не имеете права оставаться на планете.
  -- А что вы мне сделаете? - глумливо осведомился Зотик.
   Он с минуту злорадно прислушивался к тишине в динамиках, и уже собрался демонстративно расхохотаться, когда послышался другой голос, похоже - мужской:
  -- Мы просто сообщим о вас на канонерку. А поскольку все подобные сообщения фиксируются "черным ящиком", и ретранслируются в информационные накопители Интернационального флота, то они просто вынуждены будут принять меры, даже несмотря на то, что вы их озолотили...
  -- Э-эй, ребята! - заорал Зотик. - Только не это! Я испытываю дружеские чувства к экипажу канонерки, поэтому не вынуждайте меня на решительные действия. Тем более что мне больше нечего делать на вашей прекрасной планете, через десять минут я буду в космосе.
  -- А какие вообще у тебя тут были дела? - с подозрением осведомился голос.
  -- Да мне на болоте надо было кое с кем повидаться...
  -- Ну и как, повидался? - голос стал напряженным.
  -- Повидался... - машинально обронил Зотик.
  -- Врешь! - убежденно заявил голос.
  -- Почему?
  -- Потому что живой. Ты ведь не контрабандист, если прилетел на шлюпке. А не контрабандистов они убивают сразу, даже ни о чем не спрашивают.
  -- Ах, это... - пробормотал скучным голосом Зотик, кляня себя за то, что проболтался о болоте. Надо было потихоньку убраться, не вступая в разговоры. Черт их разберет, что у них твориться... - Понимаете... - нерешительно затянул он, - тот первым начал... Я вынужден был защищаться... Да я и не защищался... Так, рефлекторно, махнул мечом, а тут бластер сработал... Самодельный... Не надежный... Я ведь нечаянно... Надеюсь, за непреднамеренное убийство, в состоянии самообороны, у вас предусмотрена обычная ответственность?...
  -- Э-э... К-хэ... - прокашлялся голос, и, перейдя на "вы", осведомился: - А вы уверены, что он убит?
  -- Мертвее не бывает... - тяжело, с раскаянием вздохнул Зотик. - Я ему нечаянно смахнул пять голов, а потом он буквально вскипел под своей шкурой. Вы знаете, у него изумительно прочная шкура! - восторженно вскричал Зотик.
  -- Э-э... Да-а... Весьма прочная... И чем же вы его? - вкрадчиво осведомился голос.
  -- Я уже сказал, что нечаянно! - отрезал Зотик. - Он как черт выскочил из болота с дубиной, я испугался, случайно взмахнул мечом... Ну, а тут, случайно бластер сработал...
  -- Да, да, да! Я вас понимаю! - поспешно заверил Зотика голос. - Так, вы говорите, у вас больше нет дел на планете? Тогда будем считать инцидент исчерпанным, и вы можете лететь. Мы, разумеется, никому ничего не будем сообщать. Это, в конце концов, не наше дело! Кстати... - говоривший смущенно замялся, раз уж вы тут оказались, не могли бы вы выполнить маленькую просьбу?
  -- Что за просьбу? - насторожился Зотик.
  -- Мы передадим вам пакет документов и видеоматериалов, а вы доставьте, пожалуйста, его в Департамент колоний.
  -- Нет, положительно, вы меня совсем дураком числите... - пробормотал Зотик. - Я припорхну за пакетом, а вы меня клац - в клетку...
  -- Нет, нет! Ну, что вы? После того, что вы для нас сделали... Право... Это очень серьезно...
  -- Ага, а как я в департаменте объясню, что я делал на планете, находящейся в бессрочном карантине? Да ваш пакет сразу сунут в стерилизатор, и после полной программы стерилизации, там не останется ни документов, ни видеоматериалов... Да и мой Корабль так простерилизуют, что потом на нем только уран можно будет возить в беспилотном режиме...
   Напряженным голосом собеседник прервал излияния Зотика:
  -- Речь идет о том, чтобы передать пакет без стерилизации...
  -- Да они там разбираться не будут! - возопил Зотик. - Они сначала у меня Корабль конфискуют, меня на Меркурий запечатают, а ваш пакет все равно в стерилизатор сунут!
  -- А ведь верно... - обречено скрипнул динамик, но тут же голос вновь энергично вскинулся: - Вы передайте, а стоимость корабля мы вам возместим.
  -- Возместите?! - возмущенно вскричал Зотик. - Откуда это у колонии возьмутся средства на корабль суперкласса?! И как потом вы меня с Меркурия вызволите?! Там для тех, кто на карантинные планеты высаживался, особая зона предусмотрена, с которой еще никто не убегал. А сама зона, за время своего существования, раз шесть поголовно вымирала от инопланетной заразы...
  -- Как это - супер?.. - растерянно протянул голос. - Да кто вы такой?!
  -- Кто надо! - отрезал Зотик. - Если вы хотите передать материалы, давайте мне на мониторы. Я их скопирую, и диск передам в Департамент.
   Динамик долго молчал. Наконец собеседник Зотика вздохнул, проговорил упавшим голосом:
  -- Хорошо, у нас просто нет другого выхода...
  -- Шкипер, - обратился Зотик к душе Корабля, - запиши все, что передадут...
  -- Слушаюсь, сэр.
  -- Послушай, Шкип, устало проговорил Зотик, - почему ты меня сэром кличешь? Тебя же под русского владельца программировали...
  -- Но ведь я американец?.. - в голосе Шкипера слышалась явная растерянность.
  -- Но ведь владелец Корабля - русский! - жестко выговорил Зотик.
  -- Виноват, Ваше Превосходительство! - рявкнул басом Шкипер. - Отныне я буду обращаться к вам по-русски - Ваше Превосходительство!
   Зотик только головой покрутил, и тут увидел оторопелый взгляд Арефа.
  -- Чего это ты?.. - осведомился Зотик, ожидая очередной подначки.
  -- Ты знаешь, - тихо заговорил Ареф, - у меня уже давно сложилось впечатление, что у него живой интеллект... Ну-у... Не совсем живой, но явственно прослеживаются черты живого человека...
  -- Мне кажется, это твой интеллект уже подгулял... - пробормотал Зотик, чувствуя в животе неприятный холодок страха.
   Тем временем началась передача материалов. Зотик уставился в экран контроля. Вскоре он принялся грызть ногти, и не заметил, как перешел на пальцы. И было от чего!
   Никакой страшной тайны не оказалось. Просто, когда-то давно, еще первые поселенцы заметили, что грязи одного из самых обширных болот Лерны обладают огромной целительной силой. Они омолаживали, тонизировали, способствовали регенерации конечностей, и имели еще массу разнообразных побочных благотворных эффектов. Дело дошло до того, что колонисты по два дня в неделю проводили лежа в грязи, а женщины рожали детей в бассейнах, наполненных отстоянной болотной водой. Все колонисты отличались завидным здоровьем, никогда ничем не болели, но у четвертого и последующих поколений стали проявляться, мягко говоря, странные изменения в облике и строении тела. Поначалу грешили на все, что угодно, только не на болотную грязь. И лишь когда начали рождаться дети, мягко выражаясь, со странными свойствами, забили тревогу. Больше всех старалась компания "Бубль-Гум и внуки". Она даже полностью финансировала исследовательскую экспедицию виднейших земных ученых. На основании их исследований, и были сделаны выводы, что на планете свирепствует вирусная инфекция, вызывающая генетические изменения в организмах землян. Тут же был объявлен бессрочный карантин, и о планете забыли. По крайней мере до той поры, пока не умрет от неизлечимой болезни последний колонист, и после этого выставить планету на аукцион. Не забыла лишь компания "Бубль-Гум и внуки". Да ей и невыгодно было бы, если бы колония вымерла. Ее идеально устраивал вариант, чтобы колония вечно была на карантине. Компания сохранила фактории на планете, и стала монополистом в торговле с планетой. Формально она торговала лишь жевательной резинкой, которую планета потребляла в очень небольших количествах, поскольку немного нашлось богачей, способных ее покупать. На самом деле компания "Бубль-Гум" торговала всем набором колониальных товаров, не удосуживаясь приобретать лицензию на это. Прибыли были невероятными! Поскольку из-за карантина, колония обязана была расчитываться только такими эквивалентами денег, которые можно подвергнуть глубокой стерилизации. То есть нагреть до пятисот градусов, и обработать такими антисептиками, что любой материал превращался в кашу. Легко догадаться, что колония платила только драгметаллами.
   Худо-бедно колония существовала, и даже численность населения увеличивалась. Но тут болото захватила банда фашиствующей молодежи. Они принялись терроризировать население всего континента. А поскольку населен был только один континент, то получалось - вся колония подпала под власть разнузданной банды, не признающей никаких законов, ни божеских, ни человеческих. Они исповедовали идеологию новой, болотной расы, превосходящей все разумные расы Галактики. Поделать с ними ничего было невозможно, так как они были неуязвимы для бластеров и другого легкого оружия, а тяжелого оружия колониям не полагалось. Управляющие факториями ни во что не вмешивались, знай себе торговали. Им было наплевать и на то, что, пользуясь покровительством молодежи, возле факторий окопались перекупщики, безбожно взвинчивающие цены. Колония бедствовала, управляющие факториями грели руки, а в директорат компании слали успокоительные депеши. И теперь сами же и поплатились за свою недальновидность...
   Зотик сидел, как на иголках. Он слышал обращенный к нему зов о помощи отчаявшихся людей, но понимал, что если передаст материалы в Департамент колоний, разразится скандал. Дядюшка Бубль-Гум из этой катавасии, конечно, вылезет сухим, но Зотику придется распрощаться со своим супер-кораблем, и снова болтаться по торговым путям в расхлябанных и загаженных пиратских калошах на положении шестерки. Или, в лучшем случае. Штурмана, ежедневно рискуя жизнью.
   Когда запись материалов кончилась, Зотик спросил осторожно:
  -- Но теперь-то вам легче станет? Вожак той банды убит...
  -- Не намного нам станет легче! Нам нужны мощные станковые бластеры, малокалиберные бризантные орудия, чтобы заставить молодежь уважать законы...
   Зотик не стал сообщать, что, скорее всего против брони болотной расы не помогут и станковые бластеры. Он спросил только:
  -- А у вас, э-э... вся молодежь такая?
  -- К счастью, не вся. Только те, что родились в болотной воде. Если мы не выкурим их из болота, страшно подумать, каким будет следующее поколение...
  -- Да-а... Это поколение - тоже не подарочек... - протянул Зотик сочувственно.
   Взяв штурвал на себя, Зотик на ускорении в восемь же повел шлюпку в космос. Был бы он один, врубил бы форсаж, и на тридцати жэ его никакие вояки бы не подловили, не то что похмельные...
   Ареф, видимо, не врал, что тренировался на центрифуге. Как ни в чем не бывало, он высказал больной вопрос:
  -- Что будешь делать?
   В ответ понесся такой поток ругани на дюжине земных языков, и дюжине инопланетных наречий, что Ареф в восторге открыл рот и расставил уши, подобно локаторам. Наконец мутный поток разноязыкой брани сменился кристально чистой тугой струей древнерусского мата, которая всплеснулась звонким фонтаном и иссякла.
   Ареф восторженно прошептал:
  -- И где ты такому научился? Мамуля ругалась попроще...
  -- Капитан, канонерка проявляет признаки боевой активности, - ухнул спокойный бас Шкипера. - Такое впечатление, будто она хочет расстрелять саму себя... - договорил Шкипер уже потише.
  -- Перепились, вояки... - пробормотал Зотик, размышляя о том, какой эффект может вызвать на такой допотопной посудине смена полярности матрицы пусковых команд. Включив максимальное увеличение, он совсем рядом увидел эту угрожающую гору металла и пушек. Разглядывая канонерку, проговорил: - Шкипер, если она даст залп из бризантных орудий, за одну секунду до попадания снарядов, выстрели из катапульты спасательную капсулу в сторону Корабля, и подбери нас как можно скорее. Я подозреваю, вояки попытаются взять на абордаж Корабль...
  -- Слушаюсь, Ваше Превосходительство! - браво отрапортовал Шкипер.
  -- Шкипер, ладно уж, зови меня сэром... Я пошутил... - устало проговорил Зотик.
   И тут Зотик заметил, как с направляющих одной из ракетных установок сорвались ракеты, но вместо того, чтобы устремиться к шлюпке, они описали широкую дугу и устремились обратно к канонерке. Зотик ждал, что, вот сейчас, канонерка окутается радужным коконом силовых полей высшей защиты... Нет, не окуталась. Ракеты благополучно врезались в аккурат в боевую палубу. Блеснула вспышка, затем, с быстротой пулеметной очереди, сверкнула еще серия взрывов. Видимо, рванули энергоблоки и боезапас истребителей и штурмовиков. Поглотители нейтрализовали большую часть энергии взрыва, прежде чем сами расплавились, иначе канонерка просто бы испарилась. Искореженная, окутанная облаком газов и водяного пара, груда обломков, сорвавшись с орбиты, пошла по касательной к поверхности планеты.
   Зотик бросил шлюпку вдогонку. Даже пираты не были чужды милосердия, и зачастую спасали даже заклятых своих врагов, терпящих бедствие. Правда, потом частенько за их освобождение требовали выкуп... Но это уже другой вопрос... Останки канонерки довольно быстро вращались, поэтому пришлось заложить сложнейший вираж, чтобы подрулить к ошметьям рваного металла, в которые превратилась аппарель боевой палубы. Зотик выбросил аварийный переходной рукав, прилепил его к опаленной переборке. Шлюпка крутилась вместе с канонеркой; звезды, купол планеты, все слилось в какой-то сюрреалистический хоровод, в котором невозможно было разобрать, где - что? Через рукав донесся взрыв кольцевого заряда, что-то чмокнуло, в динамике аварийной связи загомонили голоса. Зотик поспешно открыл люк, не дожидаясь, пока рукав наполнится воздухом, заложило уши, как тысяча змей зашипели компенсаторы, а в коридор шлюпки из переходной камеры уже посыпались люди, с вытаращенными глазам и синюшными лицами. Похоже, они чуть не задохнулись в гробу, в который превратилась канонерка. Шлюпка наполнилась возбужденными голосами, запахом виски, ужасом и растерянностью.
   Перегнувшись через спинку кресла, и наблюдая за толкотней в коридоре, Зотик задал риторический вопрос:
  -- Я могу понять, что кто-то сумел запустить ракеты, которые в принципе не могли сработать, но почему при этом не сработал сигнал боевой тревоги, и не включилась автоматически система высшей защиты?
  -- Ты что, не понимаешь? - откликнулся Ареф. - Если бы они сыграли боевую тревогу, все последующие действия фиксировались бы в "черном ящике", и, естественно, попали бы в рапорты и отчеты. Нас просто хотели потихоньку хлопнуть - и концы в воду...
   Похоже, в коридоре пришли в себя после встряски. Физиономии, мелькающие в проеме двери, приобрели нормальный цвет. Зотик крикнул:
  -- Эй, капитан жив?
  -- Живой... - унтер капитан выпутался из груды тел, протолкался в рубку управления.
   Зотик, с большим трудом сохраняя на лице выражение сочувствия, сказал участливо:
  -- Что это у вас случилось?
  -- Да черт ее знает?.. - смущенно пробормотал капитан.
   Тут из-за края переборки появилось лицо седого лейтенанта, в крайней степени смущения. Он, часто пожимая плечами, проговорил:
  -- Почему-то взорвались ракеты...
  -- Ага... - понимающе кивнул Зотик. - Такое часто бывает, когда ракеты сами срываются с направляющих и попадают в канонерки...
  -- Что ты имеешь в виду?! - гневно вопросил лейтенант, гордо выпрямившись.
  -- Да так, ничего... - скучным голосом обронил Зотик. - Милости прошу. Вы находитесь на территории Восточной федерации и России, и пользуетесь всей законной защитой, - произнес Зотик традиционную формулу космического гостеприимства. - Располагайтесь. Можете воспользоваться моим скафандром, чтобы сходить за судовыми документами и "черным ящиком".
  -- К сожалению, уже не успеть... - вздохнул лейтенант.
  -- Да что вы говорите! - воскликнул Зотик. - У вас еще добрых два часа, прежде чем обломки канонерки начнут чувствительно нагреваться от сопротивления воздуха верхних слоев атмосферы...
  -- Нет смысла рисковать, - убежденно проговорил лейтенант. - Центральный пост разрушен, вряд ли там что-либо уцелело...
  -- Да-да, конечно, - с готовностью закивал Зотик. - И командирский сейф расплавился...
  -- К сожалению, сработал пиропатрон, и все содержимое сейфа уничтожено, - вздохнул лейтенант.
  -- Пиропатрон срабатывает в случае смертельного повреждения корабля лишь тогда, когда перед этим была сыграна боевая тревога... И против кого же вы сыграли боевую тревогу?.. Если кроме меня в зоне действия вашей канонерки никого не было...
  -- Это была учебная тревога! - отрезал лейтенант.
  -- Ах, учебная... - сделал вид Зотик, будто поверил. Он решил, что не стоит дергать кота за усы, в шлюпку набилось слишком много вояк...
  -- Послушайте, мистер Зотик, - вмешался капитан, подбросьте нас, пожалуйста, до Земли... Командование хорошо оплатит ваши услуги...
  -- Знаете, капитан, - скривившись, как от тухлятины, протянул Зотик, - мне хорошо платят мои хозяева, и в мои планы не входит рейс к Земле. У меня дела в созвездии Парус. Мне там надо посетить одну планетку, по имени Фал.
  -- Поразительная мания, лезть на планеты, запрещенные для посещений... - проворчал лейтенант.
  -- Кто вам сказал, что я там хочу высаживаться? И к тому же, я даже перед Космополом не обязан отчитываться... - высокомерно изрек Зотик.
  -- Ну, хорошо, мы согласны лететь с вами на Фал! Радостно сообщил капитан. - Как раз по пути будет дрейфующая база крейсеров и эсминцев Западной федерации...
  -- А почему бы вам на Лерне не подождать спасателей? - кисло осведомился Зотик.
  -- Ты что, издеваешься?! - взвился лейтенант. - Планета в бессрочном карантине...
  -- Да нет там никакой эпидемии, - пробормотал Зотик, заведомо зная, что воякам это было известно с самого начала.
  -- А ты откуда знаешь? - быстро спросил лейтенант. - Ты там был?
   Вскоре Зотик совершил еще одну ошибку; он привез экипаж канонерки на свой Корабль.
   Узнав, что в трюме полно виски, похмельные вояки ринулись туда. Зотик прошел в центральный пост, сел в кресло и задумался. Он не заметил, как свое место занял Ареф.
  -- Ну, и что ты собрался делать? - спросил Ареф.
  -- Что я должен делать? - вопросом на вопрос ответил Зотик.
  -- Тебя ведь просили передать кое-какие материалы в Департамент колоний... - Ареф выжидательно смотрел на Зотика.
  -- Ты предлагаешь передать? - горько усмехнулся Зотик.
  -- Если у тебя есть совесть...
  -- Совести у меня хоть отбавляй... Но ты представь; тебя мне придется отправить в приют, а самому до конца жизни ошиваться в Нейтральной зоне. А в ней мне заняться нечем, кроме пиратства. Фермер и ремесленник из меня получатся никудышные...
  -- Ты о моем благе не очень-то заботься... Рано или поздно я найду завещание матери... А ты, племянничек, - Ареф саркастически усмехнулся, - за подачки дядюшки Бубль-Гума готов совесть продать... Да и неизвестно еще, какие виды он на тебя имеет...
  -- Ну, какая может быть совесть у пирата! - глумливо захохотал Зотик. - Особенно при таком-то дядюшке... Я хоть за корабль суперкласса продал совесть, а ты - за пачку жвачки! Да-да, сжевал, и тебя даже не замутило...
   Ареф зло глянул на Зотика, вскочил, и, выбегая из центрального поста, бросил:
  -- Деш-шовка ты, а не вольный астронавт!..
   Зотик вздохнул и с тоской подумал, что не будет у него теперь душевного комфорта из-за того, что целую планету оставил в лапах вампира-монополиста... Что ни говори, когда-то он таких грабил, и совесть была на месте. А теперь он им помогает обворовывать несчастных, которые сами за себя постоять не могут. Впрочем, если подумать, то человечество опять на грани следующей колониальной войны. Долго ли будет терпеть это безобразие население целой планеты, пусть и изуродованное мутациями? Ведь с непостижимым постоянством именно из-за подобных вещей вспыхивали все колониальные войны.
   Тут в центральный пост вкрадчивой походкой вплыл лейтенант. Облокотившись о спинку кресла, он нарочито робко произнес:
  -- Может, все же, проложим курс к Земле?
  -- Я уже сказал вам, что у меня дала в системе Парус!
  -- Но нас больше, и мы на вашем корабле... - вежливо напомнил лейтенант.
  -- Вот именно, вы на моем корабле, - хладнокровно согласился Зотик. - Шкипер, где находятся гости?
  -- В трюме. Пьют виски... - лаконично бросил Шкипер.
  -- Отлично, изолируй их там, на пятачке т-перехода.
  -- Исполнено, капитан... - тут же доложил Шкипер.
  -- Итак, - обернулся Зотик к лейтенанту, - мы с вами говорили о том, что вы на моем Корабле и у вас почти нет оружия...
   Потеряв дар речи, лейтенант любовался своим боевым экипажем, стиснутым силовыми полями, на так называемом "пятачке т-перехода". То есть, на пятачке, обозначенном голубой краской и отграниченном красной чертой. Теоретически, на этом пятачке можно было пережить т-переход. Правда. Зотик не особенно верил в теорию, как и большинство матерых космических волков. На каждом корабле в районе осевой равнодействующей, на каждой палубе голубой краской обязательно закрашивался пятачок безопасности, но поголовно все астронавты предпочитают пережидать т-переход в центральном посту.
   Заново родившийся экипаж канонерки с энтузиазмом посасывал виски из пакетов, а в промежутках между глотками делал непристойные и угрожающие жесты в сторону телеглаз.
   Зотик обречено смотрел на них; куда ни кинь, везде клин. На Лерну их не выбросишь, с собой тащить опасно, тем более с таким грузом подходить к военной базе. Потом, разумеется, никто из экипажа базы не вспомнит, куда делся корабль, вместе с очаровательным юношей, и его спутником, не то младшим братом, не то еще кем?..
   Ленивым движением Зотик вытащил лучевой меч, подкинул его на ладони, и выразительно глянув на лейтенанта, заговорил:
  -- Послушайте, у меня много дел. Я их буду делать, а вы все это время просидите на "пятачке безопасности", идет? Я не могу рисковать своей свободой, тем более жизнью.
  -- Ты что, издеваешься, скотина?! - вскипел лейтенант.
  -- Знаете, лейтенант, - скучным голосом заговорил Зотик, - я свой вызов на дуэль не отменял... Пожалуйста, выбирайте оружие... Сейчас мирное время. По законам я имею полное право не подчиняться военным, тем более армии чужой федерации, до тех пор, пока меня не поймали с поличным... Вы не сможете доказать, что я высаживался на планету. Наоборот, в "черном ящике" Корабля имеется запись, что он не подходил ближе пояса астероидов. Так что, выбирайте...
  -- Послушай, племянничек! - в дверях центрального поста стоял Ареф, со своим бластером под мышкой. - Если бы ты хорошенько подумал, у тебя не было бы сейчас проблемы, куда девать эту пьяную банду.
  -- Что это ты придумал? - скептически спросил Зотик.
  -- А то... Тактику космических сражений надо знать! Связка: канонерка - крейсер, не единственно возможная. Еще более эффективная связка для защиты внутренних планет звездных систем, это связка: канонерка - монитор. В мирное время они обычно и дежурят в таком виде. Потому как это идеальное оборонительное соединение...
  -- Так, так... Ты хочешь сказать, что где-то поблизости спрятан монитор?
  -- Разумеется! Только, по случаю мирного времени, он законсервирован и замаскирован. Скорее всего, прилеплен к поверхности какого-нибудь железного астероида.
  -- Ага, лейтенант! Вот проблема и решилась! Я вас высаживаю на ваш монитор, вы его быстренько расконсервируете, и спокойно продолжите нести боевое дежурство, или отправитесь на Землю, за приговорами. Идет? У вас же все равно нет другого выхода...
  -- Нет здесь никакого монитора... - проворчал лейтенант. - Ты что, мальчишке веришь?
  -- Ну, мой дядюшка весьма знающий эксперт в самых разнообразных областях знания... Так что, выкладывай код, и покончим с этим. А если будете упираться, я всех вас затрамбую в спасательную капсулу, и тогда вам своим ходом придется добираться до монитора. Сколько вас? Сорок? Пятьдесят? В пятиместную затрамбую...
   Подгоняя вояк легкими разрядами электростатического электричества в силовых полях, Зотик вытеснил их из трюма, прогнал по боевой палубе и вжал в переходную камеру.
   Спящий монитор на обзорном экране выглядел весьма внушительно, хоть и не так грозно, как канонерка. Как рассказывал Ареф, во время одной из колониальных войн, какому-то адмиралу Южно-Азиатского союза пришло в голову, видимо от безысходности, составить оборонительный отряд из списанной на металлолом канонерки, купленной у космофлота Восточной федерации, монитора, купленного по весу, как металл, у КС Западной федерации, и пары допотопных крейсеров, дожидавшихся где-то на лунной орбите переплавки. Этот отряд не мог противостоять в открытом космосе эскадрам, оснащенным новейшей техникой, но на орбитах планет, особенно внутри тесных систем, замусоренных астероидами, действовал столь успешно, что ему не могли противостоять даже супердредноуты. С тех пор, канонерка-монитор, стала классической оборонительной боевой связкой.
  -- Послушайте, капитан, - заговорил Зотик по аварийной связи, закрыв люк, - мы нашли монитор без вашей помощи, но теперь-то, пожалуйста, не усугубляйте наши отношения. Не упрямьтесь, включайте дистанционно систему жизнеобеспечения монитора. Иначе я загоню вас в холодный, промозглый корабль, да еще в глубокий вакуум. Поверьте, у меня нет времени нянчиться с вами. Тем более, ежу понятно, что вы так рьяно набивались, чтобы мы вас отвезли на Землю, или высадили на базу, исключительно потому, что вы надеялись на марше захватить мой Корабль. Вы ж надеялись, что во время т-марша я поостерегусь применять лучевое оружие, и тогда наши шансы уравнивались...
   Капитан поглядел долгим, злобным взглядом в телеглаз, и, наконец, достал свой коммуникатор. Зотик тоскливо вздохнул: ну вот, и еще один смертельный враг, к тому же облеченный государственной властью. Нет, определенно, с пиратами проще... Но, тем не менее, Зотик ощутил, что у него гора с плеч свалилась. Если бы вояки уперлись, и не пошли на монитор, он, честно говоря, не знал бы, что с ними делать. Не вышвыривать же, в самом деле, в глубокий вакуум без скафандров... Хотя, он не сомневался, вояки поступили бы с ним именно так, вышвырнули бы в космос без скафандра, если бы фортуна повернулась к ним другим боком.
   Если бы монитор был законсервирован полностью, найти его было бы абсолютно невозможно; у него реакторы оказались не потушены, а лишь притушены до одной сотой мощности. То есть, на расконсервацию его уйдет менее часа, а не несколько суток, как при полной консервации. Зотик некоторое время ломал голову над этой загадкой; зачем держать наготове, под парами, боевой корабль, нарушая все приказы и инструкции Министерства обороны?.. Однако события развивались стремительно, и через минуту он уже забыл об этом странном факте.
   Зотик понимал, что не успеет он отсоединить переходной рукав, как вояки разбегутся по боевым постам. С самого начала было безрассудством причаливать к железному астероиду, в глубоком разломе которого прятался дремлющий монитор. Надо было пожертвовать одной из спасательных капсул, чтобы экипаж канонерки тащился до монитора часов шесть. Конечно, сейчас, когда вояки уже перешли на свое запасное корыто, и пока оно не ожило полностью, можно было бы врубить форсаж, укутаться силовыми полями, и прыгнуть вертикально вверх над эклиптикой. Но что тогда станет с беззащитным монитором и его экипажем? Да их попросту размолотит отдачей, как в мясорубке!
   Когда последний воин миновал диафрагму люка, Зотик, в душе проклиная свое благородство, проговорил:
  -- Шкипер... Как по лезвию бритвы... Чтобы и для экипажа монитора не слишком опасно было, и нам побыстрее в точку т-скачка... Ну, старт! - и пробормотал себе под нос: - Оценят ли они мое благородство...
   Ареф не преминул вставить:
  -- Ага... Все, как один - ценители благородства пиратов... Сейчас быстренько активизируют огневые системы, да ка-ак врежут нам в задницу из всех стволов!..
   Однако прошло пять минут, десять... Ускорение с двенадцати жэ возросло до двадцати. Через пятьдесят минут ускорение достигло тридцати жэ, и, в общем-то, если Корабль сейчас настигнет залп монитора, он будет уже не смертелен: так, шибанет до сорока жэ...
   Зотик не верил в благородство вояк, а потому решил, что у них что-то не заладилось с расконсервацией. Но запрашивать, не нужна ли помощь, ему как-то не очень хотелось.

Третий подвиг

  
  
   Поскольку планета Фал, так же как и Лерна, была запрещена для посещений, Зотик оставил Корабль в поясе астероидов, прилепив его к поверхности огромной железной горы. Сначала, для вящей надежности, он хотел оставить его среди каменных глыб, вращавшихся вокруг одной из внешних планет, но оказалось, что большинство глыб ледяные, из смерзшихся газов и воды. Корабль среди них моментально отыщет примитивный радиолокатор. Ареф не преминул прочитать коротенькую лекцию на тему, что только такой... э-э... как Зотик мог не знать, что все планеты, начиная с пятой, обычно представляют из себя газовые пузыри, а спутники, вращающиеся вокруг них - ледяные глыбы. В космологии это называется: "Закон сепаратора"...
   Конечно, если кто-то будет искать Корабль целенаправленно, непременно найдет по возмущению метрики пространства из-за работающих на полную мощность реакторов, и включенных силовых полей высшей защиты. Но Зотик надеялся на Шкипера, что он не позволит взять Корабль на абордаж. Что греха таить, патрульные корабли Космопола захватывают чужие суда никак не реже пиратов. Благо, черный рынок космических кораблей процветает не первый век. Разве что научники считались неприкосновенными. И то не из-за трепетного отношения лично к ним, таким отважным и бескорыстным, просто, они частенько привозили из разведок Дальнего космоса координаты новых планет, пригодных для жизни, информацию о богатых месторождениях в астероидных поясах драгоценных, тяжелых и радиоактивных металлов, которые можно было взять даже проще, чем с Меркурия. Научников перехватывали, сулили золотые горы, поили изысканными напитками, привозили девушек, прямо из гаремов Южно-Азиатского союза, и нередко потом появлялись новые, весьма богатенькие, рантье. Или дотоле нищий научник с высоким лбом, вдруг обзаводился собственным роскошным кораблем. Однако чаще научники передавали добытую информацию в Департамент колоний, и снова уходили в Дальний космос. На них не обижались; ибо человек слаб, и рано или поздно потянет на покой в собственной вилле, в кругу семьи и окружении слуг, готовых выполнить любое твое желание. Ибо все знают, что лучше быть слугой такого вот скоробогатея, чем влачить жалкое существование в трущобах мегаполисов, среди ослабевших и опустившихся, возле дармовой благотворительной кормушки. А еще лучше, путешествовать по Вселенной на собственном корабле...
   Наученный горьким опытом, Зотик пошел к планете на десантном катере. В отличие от шлюпки, он был неплохо вооружен. В руках опытного пилота, он мог даже выиграть схватку с планетарным истребителем, не говоря уж о штурмовике, оружие которого в основном предназначено для действий по наземным целям. Не забыл Зотик положить в багажник и боевые скафандры. Здраво рассудив, что высадка все равно противозаконная, а потому ничего не добавит и не убавит, если вместо скафандров высшей защиты прихватить боевые.
   Точной лоции окрестностей Фала не существовало, ввиду того, что на планете имелась цивилизация в первой фазе развития. Согласно Конвенции, беспокоить такие цивилизации разными небесными чудесами не рекомендовалось под страхом конфискации корабля и пожизненного лишения капитанского патента. А за прегрешения более серьезные, - вроде того, чтобы побыть где-нибудь божеством или чудотворцем, а так же великим полководцем, - можно было пожизненно залететь на Меркурий, или без всяких антимоний получить разряд от "чистильщика", чтобы аборигены знали, и божество карают более могучие боги... Патрульные Космопола и то подходили к таким планетам с выключенными двигателями, а если уж и была нужда в маневрировании, пользовались исключительно плазменными низкотемпературными ускорителями.
   Выключив локаторы, укутавшись, будто серым плащом, полем, поглощающим все виды излучений, десантный катер с выключенным двигателем, шел по орбите Фала ему навстречу с относительной скоростью в тридцать два километра в секунду. Планета медленно вырастала в размерах на обзорном экране. Катер невозможно было засечь ни по выхлопам двигателя, ни по излучениям локаторов, а поскольку гравитрон тоже не работал, то возмущение метрики пространства было минимальным. Но чуткие щупальца военного корабля все равно могли его обнаружить, правда, с небольшого расстояния.
   Зотик напряженно вглядывался в расчерченный тонкой паутиной координатной сетки экран монитора. Вот все больше и больше выпячивается округлый волдырь - это планета. А на краю волдыря - крошечный прыщик. Есть ли у Фала, кроме большой луны, еще естественный спутник, нет ли?.. Черт его знает... В черную дыру эту Конвенцию! Даже лоцию не позволяют составить...
   Ареф с интересом разглядывал глубокого голубого цвета диск планеты в оперении длинных, светящихся серебреным светом, легких облаков.
   Вся поверхность планеты была покрыта водой. Только на Северном полюсе нарос гигантский горб льда, да наискось от экватора через средние широты до самой ледяной зоны, почти касаясь края ледяного горба, протянулась гористая полоса суши, изрезанная глубокими заливами и бухтами. В другом полушарии, на экваторе, согласно скупым описаниям первой и последней экспедиции научников в систему Фала, должна размещаться, как болезненная сыпь, масса мелких островов, густо заросших джунглями, кишевшими жуткими и опасными тварями, одинаково хорошо умеющими промышлять добычу и в лесу, и в океане. И, тем не менее, в этом аду тоже жили аборигены; чернокожие, натирающие тело ядовитыми составами, чтобы отпугнуть хищников, вооруженные копьями и стрелами с наконечниками, густо обмазанными ядами. Первая и последняя экспедиция научников потеряла там разведгруппу.
   Ареф негромко, раздумчиво выговорил:
  -- Интересная история у этой планеты...
  -- Чем же она интересна? - пренебрежительно бросил Зотик. - Вульгарное средневековье... - он напряженно размышлял, пора или не пора, послать кодированный сигнал на маяк.
   Лучше, конечно, когда расстояние побольше; если нарвешься на залп автоматической огневой системы, будет время увернуться. Но Зотику все не давал покоя крошечный прыщик, фиксируемый индикатором возмущений метрики пространства.
  -- А тем она интересна, - продолжал Ареф, - что вся ее история, это череда потопов. Аборигены исчисляют возраст своей цивилизации приблизительно в двести тысяч лет. Отличаются они от землян немного, в границах расовых признаков, что свидетельствует о единстве законов возникновения разумных существ во Вселенной...
  -- Как ты заковыристо выражаешься... - рассеяно пробормотал Зотик. - А при чем тут потопы?..
  -- В том, что они не двинулись дальше феодальных отношений, виноваты, видимо, потопы. Как ты заметил, планета имеет лишь один гористый материк, на котором почти нет плодородной земли. Да еще материк на полюсе; тот, который ледяным щитом оброс. Кстати, научники, открывшие эту планету, утверждали, что и там, во льдах, живут люди... Так вот, на полярном материке медленно растет ледяная шапка, она связывает воды океанов. В конце концов, уровень океанов понижается на столько, что экваториальный архипелаг превращается в гигантский материк, чуть ли не на половину полушария; низменный, заболоченный, изрезанный мелководными морями. Флора и фауна бывших островов спускается на бывшее океаническое дно, и вскоре на нем уже бушует тропическая жизнь. Тем временем обмелевший океан на Южном полюсе промерзает до дна, и там тоже начинает расти ледяной щит. Мировой океан еще больше мелеет, обнажается еще больше материков и островов, климат на всей планете становится более жестким: где-то - зимы с морозами, где-то - образуются знойные пустыни. Но больше всего образуется плодородных степей. Аборигены начинают осваивать новые земли. Из-за сброса излишков населения в колонии, культурное и техническое развитие метрополии резко замедляется, а в колониях - вообще процветает родовой строй.
  -- И откуда ты все это знаешь?.. - скептически протянул Зотик, знавший только то, что на Фале можно раздобыть изящные вещички, за которые земные богачи и сатрапы колоний, не глядя, отваливали многие тысячи галларов.
  -- Ну, положим, населенных планет не так уж много, и история каждой - страшно интересна... - по-книжному, задумчиво протянул Ареф. - Кончается цикл всегда одинаково: - скороговоркой докончил Ареф экскурс в историю, - как только начинается промышленное развитие цивилизации, возникает легкий тепличный эффект, но этого оказывается достаточно, полярные шапки тают, снова открывается путь экваториальным океаническим течениям в высокие широты... Ливни, ураганы, потоп... И жизнь снова скучивается на одном материке и островах... Среди научников есть одна организация... - без перехода продолжил Ареф.
  -- Ага, знаю... - пренебрежительно хмыкнул Зотик. - Прогрессоры...
  -- Ну, прогрессоры - это самое радикальное крыло, а есть еще и те, которые легальным путем; в парламентах, и в академиях отстаивают свои взгляды. Они с самого открытия планеты Фал бьются за то, чтобы усилить процессы горообразования... Вообще вулканическую деятельность на планете, чтобы слегка приподнять экваториальный материк. Тогда, возможно, удастся устранить эту периодичность потопов.
  -- Прогрессоры... - презрительно протянул Зотик, - лезут на отсталые планеты, пытаются подталкивать прогресс, их ловят, отстреливают, или запечатывают на Меркурий, бессрочно... И все ради чего?!
  -- Тебе, пирату, не понять... - почему-то сочувственно протянул Ареф, и тут же другим тоном: - Мнишь из себя космическую ниндзю... Вон, гляди, край планетарного диска с ночной стороны... Век воли не видать, если это не выхлоп плазменного ускорителя патрульного крейсера. А двигатели они включили потому, что нас засекли.
   Зотик вгляделся, и верно; на темном краю диска трепетал призрачный лоскуток, будто обрывок прозрачной вуали.
  -- Так вот что за прыщик там был!.. - заорал Зотик, и толкнул вверх, почти до упора, рычаг управления нагрузкой генераторов полей главного двигателя.
   Сдавленно всхлипнули амортизаторы ложемента, и Зотик явственно ощутил, как щеки ложатся на плечи, уши - на щеки, а нижняя губа прочно прилипает к груди. У него все же хватило сил включиться в боевую систему катера. Мгновенно исчезло все, окружающее Зотика, даже привычное ощущение мягчайшей, мгновенно принимающей форму тела, обивки ложемента; со всех сторон был только Космос, испещренный призрачно светящимися паутинками визирных линий прицелов. Мышцы, правда, задеревенели от усилий, будто только их гигантским напряжением катер, со вселившейся в него душой Зотика, рвался к поверхности планеты. Над левым плечом накалялась угроза. Вот-вот она нальется своей злобной силой до предела, и разрядится прямо Зотику в висок. Как он любил эти ощущения сильной хищной птицы в бою! Привычным усилием воли выбрал прицел плазменного дезинтегратора, и сфокусировал его на угрозе. Прицел прочно взял цель, хотя, имеющий огромную массу крейсер, разгоняясь не шибко резво, еще не вышел из-за диска планеты. Более быстрый катер все больше и больше заслонялся планетой. Но Зотик знал; рано или поздно крейсер высунется из-за диска планеты. И вот тогда врежет из всех стволов. Единственное, что можно будет сделать, это опередить его залп. Конечно, маломощный плевок плазменного дезинтегратора катера не причинит крейсеру ни малейшего вреда, но на пару секунд ослепит его прицелы, к тому же наверняка собьет наводку уже пущенных ракет... Тем временем пронзительно, будто железом по стеклу, завизжал воздух в силовых полях катера. Визжа, завывая, потея охладителем сквозь поры броневой шкуры, катер болидом ворвался в плотные слои атмосферы. Шкипер скромно помалкивал; куда уж ему, электронному, против человеческого шестого чувства... Зотик корчился от нестерпимого жара, от боли во всех мышцах и суставах, но все же очень медленно снижал скорость, балансируя на тонкой грани предела возможности систем катера, и своего собственного предела выживаемости. Под катером уже летела бирюзовая пелена океанической поверхности. Где-то на границе сознания возник вкрадчивый голос Шкипера:
  -- Капитан, можно приводняться. А то врежешься в материк. Крейсер перестал проявлять признаки боевой активности. Видимо, вас приняли за болид. При вторжении крупного болида в атмосферу планеты, возникает адекватное искажение метрики пространства.
   Тут Зотик ощутил, что в нем кто-то завозился, и возник призрачный голос Арефа:
  -- А здорово как было!..
  -- Ты почему включился в боевую систему?! - взревел Зотик. - А если бы до драки дошло? Да из-за твоего присутствия я бы точно прицелиться не смог!..
  -- Да ладно... - без особого смущения в голосе, протянул Ареф. - Я ж тебе не мешал... Ты даже моего присутствия не ощущал... И потом, я не думаю, что ты до такой степени гениальный флотоводец, что на катере ринулся бы в бой против крейсера...
   Возразить было нечего, и Зотик стал вглядываться вперед. Там из океана вырастали призрачно-голубые горы. Зотик медлил выключаться из боевой системы. Представив себя могучей морской птицей, он раскинул крылья, замедляя полет и осаживаясь на хвост. Ощутился слабый плавный толчок, и все тело охватила приятная прохлада.
  -- Здорово! - восторженно прошептал Ареф.
  -- Ладно, выключаемся... - благодушно проворчал Зотик, усилием воли рассоединяясь с нервной системой катера.
   Он мгновенно начал видеть все окружающее; пульт управления, обзорный экран, а на экране - чудесное бирюзовое небо и ультрамариновый океан.
  -- Для бесшумного передвижения в атмосферах планет, десантный катер был оснащен помимо гравитрона, еще и гравикомпенсатором, а так же парочкой турбин, работающих на МГД-эффекте. Поэтому-то он и был самым любимым средством передвижения вольных астронавтов.
   Зотик включил гравикомпенсатор и катер, погрузившийся в океан по самый гребень гравикомпенсатора, поднялся над поверхностью воды, после чего Зотик включил турбины на малую тягу, и полотно океана все быстрее и быстрее заскользило назад. Под самым носом катера мелькнула зубастая пасть размером со створки катапульты спасательных капсул, катер мотнуло. Глянув назад, Зотик увидел очумело вертящееся в волнах серое тело. Да-а... Серьезные твари обитают в этих лирически-прекрасных водах...
   Катер, наконец, разогнался. Возникло ни с чем не сравнимое ощущение полета над волнами. В космосе катер мог развивать субсветовую скорость, но ощущения полета ни за что не испытаешь. Наверное, дельфины любят мчаться на бешеной скорости, выпрыгивая из воды, именно из-за этого ощущения?.. Ареф восторженно взвыл, подавшись вперед в своем кресле.
  -- То-то же... - самодовольно проворчал Зотик, будто сам был катером.
   Зотик, однако, с легким беспокойством подумал, что патрульный крейсер в этот самый момент выпускает разведывательные зонды, обшаривает пространство локаторами, прочесывает все диапазоны. Хотя, даже для техники крейсера, трудновато нащупать канал нуль-пространственной связи. Другое дело, если Зотик пошлет кодированный сигнал на радиомаяк. Но делать было нечего, без ориентира, можно десятки лет искать пиратскую базу на довольно обширном материке. Зотик послал кодированный сигнал, выданный Милианом. Ответ пришел мгновенно; пискнул и исчез, видимо и правда, маяк был автоматический, а коли он был, значит - Халиму без него не обойтись. Столь противозаконное дело, - база на планете населенной неземлянами, - тянет на пожизненную изоляцию от общества по законам обеих федераций. А в Южно-Азиатском союзе, как известно живущем с милой непринужденностью по законам шариата - на отрубление головы. Если же нарушитель успеет скрыться в Нейтральной зоне, за ним до конца жизни будут гоняться чистильщики из всех трех политических образований. И конец жизни будет, разумеется, насильственным и загадочным, если он крутой пират и способен постоять за себя. А если лопух-научник, то просто случится несчастный случай, простите за каламбур... Хотя, как слышал Зотик краем уха, у научников-леваков, прогрессоров, есть свои боевики, и не слабые. Навигационная система катера сигнал засекла и мгновенно идентифицировала точку на берегу с погрешностью в четыре метра.
   Когда гористый берег надвинулся на самый катер, Зотик включил маскировочное поле. Теперь катер было трудно разглядеть даже с трех шагов. Лучи света, попадая в маскировочное поле, обтекали катер, не отражаясь от него. Конечно, поле это требовало уйму энергии, но зато обеспечивало скрытность подхода. Оно ведь и лучи локаторов преспокойно направляло вдоль бортов в даль без возврата. Разумеется, проще и дешевле напустить на себя голографический облик какой-нибудь местной посудины, но в необъятной памяти Шкипера не оказалось фотографий судов местного морского флота.
   День стоял тихий, и, как помнил Зотик посещения планет, на которых еще длилось средневековье, в прибрежной полосе должно болтаться громадное количество рыбачьих лодок. Но здесь не было видно ни единой скорлупки, океан был пуст.
  -- Ареф, почему лодок не видать? - спросил Зотик.
   Всезнающий Ареф тут же откликнулся:
  -- В океане водятся такие твари, что одним движением челюстей раскусывают деревянный корабль, как орех. Морской промысел тут, видимо, начинается с начала эры железных кораблей... Аборигены в гигантских количествах ловят рыбу и морских зверей прямо с берега.
  -- Ну и ну... - Зотик покрутил головой. - Скучно, наверное, жить без морских путешествий, морских пиратов и прочих забав...
   Сравнительно быстро нашелся крошечный заливчик среди нагромождений скал. Вокруг на берегу не торчало ни единого рыбака, из обещанных Арефом. Из-за более массивной, чем земная, луны Фала, приливы здесь были выше раза в два, чем на Земле. Судя по отметкам на прибрежном утесе, прилив либо еще не начался, либо - в самом начале.
   Зотик проговорил раздумчиво:
  -- Наверное, катер лучше положить на дно?..
  -- Да уж, - ухмыльнулся Ареф, - тут живут совсем дикие аборигены. Они даже не подозревают, что прямо над головами у них шастают всякие купцы, пираты и прочая шушера... Кстати, ты разве не знаешь двенадцатый раздел Конвенции, подотдел цэ?
  -- Я и саму Конвенцию не читал, - равнодушно проговорил Зотик, - любой капитан и так знает основные законы. Тут против закона не попрешь, это тебе не на Лерну высаживаться. Там хоть и уроды, но свои, земляне. А из-за этих вот, весь остаток жизни на Меркурии будешь париться, а то и кончат в два счета...
  -- М-м-да-а... - протянул Ареф. - Вот теперь я понимаю, в чем разница между гражданами, нарушающими законы, и не выполняющими...
  -- Ты это чего, опять?.. - с подозрением уставился на него Зотик.
  -- Ну, когда ты жил в Нейтральной зоне, ты законы просто не исполнял. Но теперь-то ты живешь в цивилизованных странах! А поскольку исполнять законы ты все равно не в состоянии, то научись хотя бы их грамотно нарушать, чтобы из-за пустяка не залететь на Меркурий пожизненно....
  -- Чего-то ты издалека начал... - всерьез обеспокоился Зотик.
  -- Да чтобы качественно нарушать законы, их надо досконально изучить! - воскликнул Ареф, глядя на Зотика, как на недоразвитого. - Слушай дальше. Если экипаж корабля в случае аварии попадет на планету, с цивилизацией неземного происхождения, он обязан принять все меры, чтобы слиться с аборигенами, уничтожить следы техники, не местного происхождения, и терпеливо ждать спасательной экспедиции. Попутно изучая обычаи аборигенов, чтобы ничем от них не отличаться... Ну, дальше там идет про то, что если экипаж отличается от аборигенов разительно...
  -- Чего их изучать, эти обычаи?.. - проворчал Зотик. - Типичное средневековье. Как на Валькирии... А на Валькирии я бывал, и не раз...
  -- Только не говори потом, что я тебя не предупреждал!.. - раздраженно выговорил Ареф. - Сравнил, Валькирию и Фал...
  -- А я этого никогда и не говорю!
  -- Ну, еще один аспект есть... - не унимался Ареф.
  -- Какой еще аксепт?.. - досадливо дернул плечом Зотик.
  -- Если бы у тебя мозги работали чуточку лучше, чем мышцы, ты бы обратил внимание на слова - "если потерпит аварию"... Ну-ну?..
  -- Как, мы могли бы инсценировать аварию, и вполне легально высадиться на планете?!.
  -- Умничка ты моя, племянничек! Я бы тебе конфетку дал, но сладкое детям вредно. Золотые слова: изучи, как следует то, что собираешься нарушать, может, и нарушать не придется...
   Зотик сжал зубы и отвернулся. Похоже, скоро капитаном он будет считаться чисто формально.
   В памяти Шкипера было несколько фотографий типичных аборигенов. Зотик классифицировал бы их так: крестьянин, барон, купец. Что-то в облике каждого говорило об его роде занятий. Наиболее удобным Зотик посчитал облик крестьянина; просторная рубашка, спускавшаяся ниже пояса, и просторные штаны до колен. Обувью служили сандалии, сплетенные из жесткой тонкой бечевки. Подготовить два комплекта подобной одежды, портативному закроечно-пошивочному автомату понадобилось всего десять минут. Под рубаху Зотик надел только боевой жилет из двухслойной эластичной пластброни, способный выдержать как бластерный огонь, хоть и не шибко большой интенсивности, так и удар отточенного меча. Конечно, отражательная броня против бластера и меча невпример надежнее, но ее беспрепятственно прошивала вульгарная свинцовая пуля. Кто их знает, этих аборигенов, вдруг да изобрели уже мушкеты заново?.. Мечи аборигенских баронов живо напомнили Зотику мечи венерианских колонистов; у них любимым оружием был такой же длинный, плавно изогнутый меч с длинной рукояткой. Им удобно было, как прорубаться сквозь травяные джунгли, когда головки цветов качаются на шестиметровой высоте, так и отрубить головогрудь какой-нибудь ядовитой гадине, которой вздумается тобой закусить. Дело в том, что если оную гадину разрубить пополам, трех оставшихся ног, в придачу к жалу, ей хватит, чтобы всадить тебе смертельную дозу, а головогрудь без ног не бегает. Еще венериане любили крупнокалиберные револьверы с рубчатыми барабанами, в которые вставлялись патроны сантиметров по десять длиной, а в пулях имелся кумулятивный заряд, способный слона отшвырнуть метров на двадцать. Венерианская тварь, даже располосованная бластером на филе, окорока и все остальное, способна до тебя добраться, и спокойно сдохнуть на твоем трупе, раскатанном в блин. А против кумулятивного заряда не попрешь.
   Все многочисленные карманы и кармашки жилета Зотик набил боеприпасами. Ареф тоже надел такой же боевой жилет, и прихватил свой бластер, который мастерски замаскировал под несуразную деревяшку, похожую на уродливую игрушку. Экипировку дополнили интеркомы лингвиста, висящие на шеях и замаскированные под деревянные амулеты.
   Зотик с Арефом выпрыгнули на уже подсохшие после отлива камни, и катер беззвучно ушел на дно. В прозрачной воде его легко можно было разглядеть, но теперь его окружала голограмма, изображающая обросшую морской травой скалу.
   Вскарабкавшись на скалы, сыщики оказались на небольшом плато, обрывающемся в океан. Вдоль обрыва вилась заросшая тропинка, видимо люди по ней ходил не чаще раза в месяц. Зотик пошел по ней, здраво рассудив, что тропинки обычно прокладываются от жилья к жилью. Не прошли они и четырех километров, как обрыв вдруг резко понизился и каменистый склон довольно полого нырнул в океан. И тут они увидели людей, вернее, аборигенов. На береговом скате стояло громоздкое сооружение, то ли катапульта, то ли баллиста, в таких тонкостях Зотик слабо разбирался; мощный желоб, под желобом укреплен стальными скобами огромный лук. Несколько аборигенов как раз укладывали на желоб бревно, метров шести длиной, с трехлапным якорем на конце. На лапах были насажены куски тухлого мяса, легкий ветерок донес волну удушливой вони. Уложив стрелу, аборигены принялись натягивать лук с помощью лебедки, представлявшей из себя мощный барабан, укрепленный горизонтально, с вставленными в него бревешками. Не менее двадцати человек ходили вокруг барабана с унылой песней, упираясь грудью в бревешки. Всем распоряжался невыносимо высокомерный субъект, одеждой не отличавшийся от остальных, но имевший жутко значительный вид, будто ефрейтор, только что произведенный в старшины, и назначенный старшим наряда по кухне.
   Наконец что-то резко стукнуло, аборигены перестали ходить. Начальник медленно подошел к катапульте, что-то проговорил, задрав лицо к небу, и резко ударил по чему-то, сбоку от желоба, деревянной кувалдой. Взвизгнуло, свистнуло, резко щелкнуло, и стрела полетела в океан, разматывая за собой толстый канат, очень похоже, сплетенный из шелковых нитей.
   Ареф восторженно проговорил:
  -- Гляди-ка, какая у них рыбалка...
  -- Ага... Днем они рыбу ловят, а ночью она их... - ухмыляясь, проговорил Зотик, указывая на виднеющуюся неподалеку деревню, окруженную высоченным частоколом из бревен.
   Аборигены расселись вокруг своего орудия труда, некоторые задымили коротенькими трубочками. Но вдруг начальник что-то гортанно крикнул, все повскакивали, кинулись к лебедке, быстро разобрались по трое на каждое бревешко. Тем временем канат, убегавший в воду, натянулся как струна. Со скрипом и натугой барабан лебедки начал вращаться. Аборигенам было уже не до песен; сопение и кряхтение доносилось даже до Зотика с Арефом. Вдали от берега вода будто вскипела. Там в волнах металось гигантское серое тело, по оценке Зотика, не менее тридцати метров длиной. Видимо аборигены подло применяли яд, потому как зверь довольно быстро начал слабеть, и уже через час аборигены его выволокли на пологий скат. Это было нечто среднее между крокодилом и диплодоком. Огромная голова, с соответствующей пастью, лапы с перепонками, вооруженные мощными когтями, и широкий хвост, слегка похожий на рыбий. Короче говоря, этакая помесь рыбы с крокодилом.
   Зотик решил не досматривать представление. Дальше начинались малоаппетитные подробности; аборигены достали откуда-то гигантские ножи, топоры, еще какие-то инструменты и не торопясь, принялись прохаживаться возле улова, как бы примериваясь. Вверх по склону бежал человек, явно вестник, как решил Зотик. Потому как этого человека повелительным жестом послал куда-то предводитель артели. Проследив вестника взглядом, Зотик решил пойти вслед за ним, и уже через пару километров они с Арефом вышли на довольно оживленную дорогу. По ней непрерывными встречными потоками шли люди, тяжело нагруженные поклажей, а также и налегке.
  -- Странно, - проговорил Зотик, - судя по карте, тут неподалеку столица какой-то провинции. То есть, это довольно большой город. Пеленгатор как раз и указывает на город. Халим что, совсем свихнулся, если поместил свою базу в самом городе?
   Зотик не торопясь, пошел по дороге. Похоже, по ней сновали крестьяне и мелкие ремесленники. У каждого на спине висело некое сооружение, связанное из палок; у некоторых пустое, но у большинства заполненное какими-нибудь вещами: всякими предметами средневекового быта, как рассудил Зотик. На пришельцев аборигены не обращали никакого внимания; видимо, и правда, их отличия не выходили за рамки расовых признаков. На дороге не было видно никаких рабочих животных; ни вьючных, ни тягловых. Видимо всю их работу здесь выполняли люди.
   После получаса ходьбы Зотик с Арефом приблизились к городским воротам. Город окружала стена. Похоже, тут часто и со вкусом воевали. За это говорили бревна стены, покрытые затейливой резьбой. Как просветил Зотика Ареф, все города и крепости Фала были деревянными, потому как тут часты были землетрясения.
   Стражники, с длинными тонкими пиками, внимательно оглядывали поток пешеходов, и тут же изымали входную и выходную плату в натуральной форме. С видом праздного зеваки Зотик наблюдал за процедурой входа и выхода. Похоже, на людей без поклажи, стражники внимания вообще не обращали. Интерком лингвиста все еще, вместо переводов разговоров проходящих мимо людей, выдавал невнятное бормотание. Зотик уже совсем было решился идти в город, не дожидаясь, пока лингвист накопит достаточный словарный запас и проведет анализ, как вдруг из города повалила толпа аборигенов, все, как один с мешками.
   Ареф проговорил:
  -- За мясом пошли...
   Вдруг в бормотание лингвиста вплелся вкрадчивый голос Шкипера:
  -- Капитан, я засек сигнал бедствия...
  -- Вот как! - злорадно вскричал Зотик. - Так, значит, Халим тут влип... Идентифицируй точку, откуда идет сигнал.
  -- Сделано. Из той же точки, что и сигнал радиомаяка, только на шестнадцать метров к югу...
   Зотик ни за что на свете больше не повторил бы ошибку, когда пошел на шлюпке к безымянной планете, с военной базой, имея только радиосвязь. Теперь он канал связи закольцевал через гравитационный пространственный канал сверхпроводимости на гравитрон катера, и связь была мгновенной, не то что при радиосвязи. На таком расстоянии, на каком находился Корабль от катера, задержка сигнала составляла бы часа два. Конечно, такая связь требовала уйму энергии, но удовольствие стоило того.
   Когда-то, много лет назад, когда научники открыли пространственные каналы сверхпроводимости, все ждали прорыва по части технологий; ждали мгновенного перемещения в пространстве, пресловутого нуль-т, когда-то описанного фантастами, ждали появления кораблей, мгновенно "прокалывающих" пространство. Но, увы... Каналы эти существовали только возле гравитирующих масс, а проводить могли лишь радиоволны, и то определенного спектра частот.
   Наконец толпа любителей мяса схлынула, и Зотик совсем было решился пройти в ворота, как вдруг за воротами послышался мелодичный звук какого-то духового музыкального инструмента. Пешеходы бросились с дороги в разные стороны, попадали на обочинах на четвереньки и замерли, уткнувшись носами в землю. Ареф принял такую же позу, держа бластер под рукой. А Зотик посчитал ниже своего достоинства, становиться на карачки, и лишь опустился на одно колено, низко пригнувшись к земле, чтобы не слишком выделяться среди согнутых спин.
   Вскоре из ворот поползла процессия людей, разодетых в длинные разноцветные рубахи, к тому же украшенные не менее яркими, выделяющимися на фоне ткани, орнаментами. Рубахи были перепоясаны широкими, плетенными из черного шнура, поясами. В многочисленных петлях на поясах висели разного рода предметы; от длинных мечей, до крошечных гребешков. Видимо служащих для расчесывания усов и бровей. У некоторых аборигенов брови соперничали в длине с усами, а усы опускались аж до груди. Вскоре Зотику довелось убедиться, что большинство предметов, висящих на поясах - разного рода орудия убийства.
   Из ворот выплыли роскошные, раззолоченные носилки, мягко покачивающиеся на плечах огромного роста носильщиков. На носилках в абсолютной неподвижности восседал субъект в золотисто-блестящей рубахе. Вдруг он, не поворачивая головы, медленным величественным жестом поднял руку и указал на Зотика. Процессия сейчас же остановилась, видимо происшествие было из ряда вон выходящим. Зотик покосился в одну сторону, в другую, но кроме согнутых спин ничего не увидел. Тем временем в сторону Зотика направился молодой человек, вывернувшийся откуда-то из головы процессии, на ходу раскручивая в руке шипастый шарик на тонкой, изящной цепочке. Стоявшие вокруг Зотика аборигены, быстро-быстро перебирая рукам и ногами, при этом, не поднимая носов от земли, кинулись в разные стороны, и Зотик мгновенно оказался среди пустого пространства. Только Ареф, не сообразив сразу, что к чему, замер в трех шагах.
   Зотик отметил, что молодой человек ведет себя не так, как вели себя стражники в земных фильмах про средневековье; не пинает попадавшихся на дороге аборигенов, а деликатно обходит каждого, стараясь даже не задеть. Зотика снова спасла его феноменальная реакция, когда организм реагирует на уровне инстинкта, без всякого участия разума. Чуть отступив в сторону, крутнувшись туловищем, он пропустил шипастый шарик впритирку рядом со своим ухом. Шарик описал со зловещим шелестом полный круг, и снова деловито направился к Зотиковой голове. На сей раз Зотик уворачиваться не стал, а выхватив лучевой меч, отсек цепочку. Шарик улетел куда-то в поле, а молодой человек, оторопело поглядев на огрызок цепочки, бросил его на землю, выдернул из ножен узкий, плавно скругленный меч, и деловито пошел к Зотику. Не дойдя трех шагов, он вдруг быстрым скользящим движением нырнул в сторону, и тут же оказался на расстоянии длины клинка от Зотика; тому ничего не оставалось, кроме как рассечь парня пополам, краем сознания отметив, что весьма странный, но эффективный стиль боя у этих аборигенов, этакая помесь японского фехтования и филиппинского ножевого боя. По опыту Зотик знал, как опасны оба стиля, не успеешь глазом моргнуть, как словишь клинок в кишки. А потому гуманизм разводить тут было не место и не время.
   Окинув взглядом окружающее, Зотик с ужасом увидел, что к нему направляются уже двое молодых людей из головы процессии, и двое - из хвоста. Шутить они явно не собирались; резко взмахнув руками, пустили в Зотика какие-то сверкающие предметы. Три из них Зотик отразил силовым полем меча, четвертый ткнулся в жилет. Оказалось, что это ножичек, в виде рыбки, рукоятка, как таковая, отсутствовала; просто, с другого конца от острия пластина была перфорирована треугольными отверстиями. Примерно такие же ножички можно приобрести в любом оружейном магазине Земли, и в любой оружейной лавке Нейтральной зоны. Тут засвистели мечи, и Зотику пришлось вогнать себя в боевой транс; когда человек забывает все, работает, как боевая машина, не боясь ни смерти, ни боли. Зотик легко входил в боевой транс, благодаря системе тренировок, доставшейся ему по наследству. Бойцы спецназа этим тоже владели, но достигали совершенства единицы. Среди вольных астронавтов были крутые вояки, способные драться часами, забыв себя, презрев смерть, но способность входить в боевой транс - это привилегия прирожденного воина, а таких во все века было немного.
   Последний из четверки еще стоял, рассеченный лучом надвое на уровне пояса, а к Зотику приближались уже восемь человек.
   Свистели мечи, взлетали пронзительные боевые крики, порхали метательные ножи. У Зотика уже не было времени оглянуться; с трех сторон, тремя потоками, на него набегали воины. Ибо известно, что на одного человека одновременно могут напасть только трое, если больше - они уже будут мешать друг другу. Слава Богу, что из прожаренных разрезов высокотемпературного луча кровь почти не текла; Зотик уже прыгал по трупам, в три слоя, лежащим на площадке.
   Вдруг все кончилось, будто выключили стереовизор, с осточертевшим танцевальным шоу. Вокруг побоища все так же, на четвереньках, замерли путники, нарядная процессия превратилась в жуткое месиво, местами еще тлевшее и дымившееся. Из носилок, сиротливо стоявших на пустынной дороге, медленно поднялся властитель в золотой рубахе, и не спеша, величественно направился к Зотику. Зотик уже с облегченным вздохом решил, что настало время переговоров, когда, не дойдя до него трех шагов, властитель выдернул меч, и будто перетек эти три метра одним движением, в конце которого нанес примитивный удар сверху. Видимо господин имел возможность убедиться, что против Зотика у него нет ни малейшего шанса, и удар был демонстрацией того, что здесь просто так не сдаются. Кончиком луча Зотик просто смахнул сверкающее лезвие с рукоятки. Господин сожалеющим взором проводил лезвие, отлетевшее куда-то в кровавую грязь, изумленно поглядел на Зотика, сделал несколько шагов назад, оглядывая место упокоения своих воинов, взобрался на самую высокую груду тел, опустился на колени, деловито стянул рубаху. К удивлению Зотика господин обладал могучими мускулами, грозно перекатывающимися под золотисто-смуглой кожей. Господин достал длинный, остро сверкнувший на солнце нож, и отрешенно глядя на солнце, преспокойно вспорол себе живот круговым надрезом, от левого подреберья, через низ, до правого подреберья.
   Закаленного пирата, космического бродягу, видевшего все, ну а смертей - бессчетно, согнул пополам жесточайший приступ рвоты.
   Зотик, в бытность свою вольным астронавтом, переправил на тот свет немало народу. Первого своего завалил еще, будучи совсем пацаном, только что объявившемся в салуне Грелли Большого Пуза. Тогда как раз приземлилось несколько катеров с пиратских судов, потерявших часть экипажей в какой-то передряге, и нуждавшихся в пополнении. Зотик, разинув рот, разглядывал сразу трех пиратских капитанов, выбирая, к кому бы примкнуть. Как вдруг грубый, рокочущий, подобно маневрирующему в стратосфере планетарному штурмовику, бас рявкнул над ухом:
  -- Эй, щегол, а ну притащи пива!..
   Ощутив мощный толчок в плечо, Зотик понял, что это обращаются к нему. Подобного он с детства не терпел. А потому, лениво повернувшись, дружелюбно проговорил:
  -- Лети-ка, птичка, сам...
   Он увидел перед собой пирата, которого друзья называли Гроган Пат. Тот, и правда, чем-то походил на чудовищного грогана с планеты Летящей Звезды Барнарда. Пират вскинул громадную лапищу, собираясь ленивым движением размазать Зотика по ближайшей стене, но сам тут же врубился в эту стену темечком. Зотик его и бить-то не тал; так только, пошвырял слегка по салуну, и вырубил эффектным хуком слева. Нисколько больше не заботясь о противнике, направился к своему месту. И тут над ухом услышал вкрадчивый шепоток:
  -- Я бы на твоем месте его прикончил... Тут дело принципа; потерпеть поражение от юнца - позор на всю Галактику... Есть такой закон, если вольный астронавт не может победить в открытом бою, не считается бесчестным, если он победит из-за угла и в спину... Гроган Пат в последнее время окончательно оборзел, забыл, что надо со всеми обращаться вежливо, вот и нарвался, наконец...
   Тем временем позади раздался рев, будто сотне львов одновременно прищемили хвосты. Резко повернувшись, Зотик увидел летящего на него Грогана Пата с бластером в одной руке, и кривым ножом - в другой. Тем не менее, доставать свое оружие Зотик не стал; легко уклонившись от бластерных разрядов, которые перекалечили не менее дюжины пиратов, он поднырнул под руку с ножом, по пути врезав сомкнутыми пальцами по сонной артерии, и мощным "молотом" под затылок, буквально сшиб череп Пата с атланта. С интересом наблюдавший за поединком Халим Филлогоний, тут же зачислил Зотика к себе в экипаж штурманом. Так Зотик мгновенно стал старшим офицером корабля, то есть в пиратской иерархии занял место сразу за капитаном, и познакомился с Хон-Грилем. Если бы не совет Хона, он бы, наверное, и вправду пощадил Пата, а потом и нарвался бы на бластерный разряд из-за угла...
   Зотик бежал уже два часа; по каким-то узеньким тропкам, между скал, потом по каменистому склону, поросшему могучими деревьями. Позади хрипло пыхтел Ареф, но остановиться не просил. Наконец Зотик решил, что глупо бежать, куда глаза глядят, и перешел на шаг. Внизу, у подножия склона, огибая скалу, бежал небольшой ручей. Съехав по склону на заду, Зотик бросился на колени и сунул голову в холодную воду. Долго-долго болтал головой в воде, полоскал рот и горло. Наконец противный привкус во рту, вроде бы, исчез. Зотик медленно поднялся, и тяжело отдуваясь, сел на камень. Рядом сидел Ареф и пятерней расчесывал мокрые волосы.
  -- Я, кажется, предупреждал: перед высадкой на планету, населенную неземлянами, необходимо как можно лучше изучить обычаи аборигенов... - проговорил он нудным голосом.
   Зотика снова затошнило, и он опять, пав на колени, сунул голову в воду. Когда он опять было, пристроился посидеть на камне, Ареф, как ни в чем не бывало, продолжал:
  -- Теперь на твоей совести две сотни аборигенов, которые виноваты лишь в том, что следовали своим обычаям...
  -- Заткнись!.. - взвыл Зотик.
   Ареф насупился и отвернулся.
   Большего преступления, перед законами человеческими и собственной совестью, нежели бессмысленная бойня беззащитных аборигенов, трудно себе представить. Даже самые распоследние пираты до такого не опускались. Только сейчас Зотик осознал, что резня получилась из-за его проклятого самомнения; ведь мог бы рвануть как спринтер, и вряд ли бы его догнали эти раззолоченные попугаи.
   Вдруг в небе промелькнула быстрая тень, с задержкой в полторы-две секунды послышался шелестящий свист, и Зотик, чисто инстинктивным движением кувыркнулся с камня, выхватывая бластер. Немедленно выстрелить, ему помешал Ареф, свалившийся на него. Два несильных взрыва хлопнули метрах в трех. Зотик вскинул бластер, и дуплетом сшиб одну птичку на выходе из пике, а вторую - как раз на заходе на боевой курс.
   Ареф, приподняв голову из-за камня, почему-то шепотом, округлив глаза, спросил:
  -- Что это?..
  -- Система СТИМ - 500, - лаконично бросил Зотик, выцеливая еще парочку этих крошечных, но смертельно опасных боевых роботов, заходящих на боевой курс.
  -- Что за система?!. - изумился Ареф. Видимо было в бесконечном мире что-то такое, чего даже он не знал.
   Это кибернетическая автономная боевая система еще времен Первой и Второй колониальных войн. Создана специально для действий против пехотного ополчения восставших колоний. Жутко бесчеловечное оружие, специально созданное против мирных землепашцев и работяг, которые только и всего что возмутились непомерными ценами на колониальные товары... Это оружие старательно замалчивается в обеих федерациях ввиду своей бесчеловечности. "Птички" ведь не разбирали, кто под ними; мятежники, или стайка пацанов, отправившихся на рыбалку... Его было столько наготовлено, что можно найти в любом забытом арсенале, на любой заброшенной военной базе. "Птички" имеют крошечную МГД - турбинку, питающуюся от матки с помощью сантиметровых радиоволн, каждая "птичка" несет по шестнадцать осколочно-фугасных ракет и по восемь бронебойных...
   Зотик аккуратно расстрелял еще шестерку "птиц", змейкой заходящую на боевой курс. Хладнокровно сказал:
  -- Мы пропали. Их у матки пятьсот штук, а зарядов в моем бластере только пятьдесят. Хотелось бы мне знать перед смертью, какой гад продал местному князьку эту систему?.. - он расстрелял еще одну шестерку, хладнокровно и методично, как в тире.
   Ареф протянул ему свой бластер:
  -- Вот, в нем семьсот зарядов и система автоматического сопровождения цели...
   Зотику некогда было удивляться. Схватив неуклюжий агрегат, он уставил ствол в зенит. Действительно, бластер оказался - хоть куда. Выбирая паузы между выстрелами, - "птицы" уже атаковали непрерывно, построившись "колесом", - Зотик отрывисто бросал:
  -- Возьми пульт... Попробуй вызвать Шкипера... Пусть сшибет матку... Она должна быть как раз над нами, где-то в тропосфере...
   Скорчившись за камнем, Ареф принялся вызывать Шкипера, но через минуту жалобно взвыл:
  -- Зотик! Зотик! Нас гасят! Мы не можем вызвать ни Шкипера, ни катер...
   Зотик уже сообразил, что если имеется система СТИМ - 500, то должна быть и система подавления связи противника, которая уже во второй и последующих сериях встраивалась в матку.
   Стиснув зубы, Зотик стрелял. Бластер уже обжигал руки, система охлаждения не справлялась. Если накроется система охлаждения, то следующий выстрел превратит обоих сыщиков в пепел. Предусмотрел ли Ареф какую-нибудь блокировку, против перегрева?.. Главное, уловить последний момент максимального нагрева... В другом бластере еще штук двадцать зарядов... Поживе-е-ем еще... В глазах мельтешили огненные бабочки, беспрерывные взрывы вокруг подняли тучи песка и пыли, не дай Бог запорошит глаза... Зотику некогда было думать о том, что в первом издании "Истории колониальных войн", в единственном, где упоминались "птички", значилось, будто вероятность поражения "птичками" наземной цели приближается к ста процентам. Почему же сейчас они так безбожно мажут по неподвижной цели?..
   Вдруг все кончилось; и свист турбин, и взвизги ракет, и хлопки взрывов. Ареф, разинув рот, - видимо в ушах у него звенело, - оглядывал небо. Наконец вспрыгнул на камень, и неестественно громким голосом произнес:
  -- Ты посшибал их всех! Ну, ты, племянничек, уникальный стрелок; за десять минут - пятьсот мишеней...
   Зотик промолчал, пытаясь унять вдруг одолевшую его дрожь в руках и коленях. А что тут удивительного? В момент выхода из боевого транса можно и в штаны напустить, та еще встряска...
   Тут в зените, прямо посреди голубого купола неба, возникла яркая вспышка.
  -- Ага, наконец-то наш Шкипер проснулся! - весело вскричал Ареф. - Матку срезал!
  -- Интересно, почему они в нас ни разу не попали?.. - проговорил в пространство Зотик.
  -- Ну, ты, племянничек, малость тупова-ат... - весело ухмыльнулся Ареф. - Что тут непонятного? Ракета изначально предназначалась для поражения современного солдата, оснащенного индивидуальной броней, радиоловушками, и прочими чудесами техники. А эту систему перестроили для борьбы против средневековой пехоты, чтобы каждая ракета поражала несколько целей. Попадая в человека, ракета ведь не разбрасывает осколков. Усек?
  -- Ага! Значит, кто-то из землян участвует в местных войнах! - воскликнул Зотик. - И мне очень не хочется думать, что это Халим... Бедное человечество... Его ждет нешуточная заваруха...
  -- Дошло, наконец... Теперь-то ты понимаешь, что с этой планеты взлететь может кто-то один; либо мы, либо тот, кто привез сюда эту систему... Ну, ты вечно влипаешь в истории! Нас на взлете могут срезать, а на орбите - крейсер, на выходе в космос, как пить дать, спалит... Так что, тебе придется выполнить работу чистильщика, чтобы обеспечить безопасный и бесшумный отход.
  -- Сам знаю! - рявкнул Зотик. - Вольного астронавта будешь учить, как смываться... Получается, что Милиан нас подставил...
  -- Какая проницательность...
  -- И, похоже, он тоже участвует в играх Халима. По закону я, как добропорядочный гражданин, обязан доложить об этом безобразии... Но это будет самым страшным нарушением кодекса чести...
  -- По вас по всех уголовный кодекс плачет... - проворчал Ареф.
  -- Чуял ведь, чуял, не получится разговора с Халимом!..
   Зотик забрал пульт у Арефа, сказал в микрофон:
  -- Шкипер, давай сюда катер... по пеленгу...
  -- А по твоему пеленгу не прилетит еще одна стайка "птичек"? - опасливо спросил Ареф.
  -- Не успеет... - пробормотал Зотик, и сел на камень, бессильно свесив руки между колен. Он знал, что ему предстоит. Главным, в древнем искусстве русского рукопашного боя, было умение отключить сознание и ввести себя в боевой транс. Но сознание, с точностью видеосъемки, фиксировало все перипетии боя, и потом, обычно во сне, проигрывало их в невероятно ярких картинах.
   Внезапно возник вкрадчивый шелест, замер в двух шагах от сыщиков, и с чуть слышным щелчком, прямо на фоне окружающего пейзажа, открылся люк, и за ним обозначилась слабо освещенная, невыносимо уютная переходная камера катера.
   Когда катер улегся на дно залива, Зотик завалился в постель и включил поле гипноняньки. Ареф сидел в рубке управления, и от нечего делать, а также, чтобы поскорее отвлечься от кровавого кошмара, наблюдал на обзорном экране жизнь моря. Время от времени он бросал взгляды на монитор каюты капитана. Гипнонянька, видимо, помогала мало, Зотика терзали кошмары. Он метался на постели, стонал, изредка гортанно кричал. Судя по индикатору, гипнонянька работала на пределе, того и гляди сама перегорит. Ареф сочувственно вздыхал, и снова поворачивался к обзорному экрану.
   Море кишело жизнью. Еще бы ему не кишеть! Мелководные океаны отлично прогревались солнцем, и представляли собой буквально питательный суп, в котором благоденствовала различная водоплавающая фауна. Многие породы рыб и водорослей по облику напоминали земные, но некоторые морские животные были явно земноводными, или, по крайней мере, сохраняли способность жить на суше. Вдруг из тьмы ночного моря прямо на Арефа надвинулась гигантская зубастая пасть. Судя по тому, что перед Арефом разверзлась широкая глотка, а гигантские зубы замерли за спиной, не сомкнувшись с промежутком метра в четыре, тварь была раз в пять больше десантного катера. Отрешенно Ареф прикинул, какими же должны быть те, на кого эта тварь охотится? Катер качнуло, автоматически включилась высшая защита. Ареф поежился, сочувственно представив ощущения чудовища, когда непреодолимая сила вдруг начала разрывать ему пасть, одновременно вывихивая челюсти. Чудовище отпрыгнуло в темноту, а Ареф, сообразив, что его привлекло излучение подсветки телеприемников, поспешил выключить все источники излучения. Еще раз глянул на Зотика, вздохнул сочувственно, и пошел спать.
   Шкипер вслед ему прохрипел простуженным басом:
  -- Эх хе-хе... молодежь... Опять четыре вахты стоять...
   Ареф подумал, что программу ему делал какой-то шутник, повернутый на романтике древних морских путешествий.
   За завтраком Зотик мрачно поглощал свое любимое блюдо: прессованную ветчину с редиской, выращенной в биотроне катера. Ареф по своему обыкновению экспериментировал: смешав вместе полтора десятка различных соков, он влил туда же пол-литра сильно газированного лимонада, и принялся мужественно глотать густую пену. Опорожнив кувшин, он проговорил:
  -- Послушай, капитан!.. - услышав необычное обращение, Зотик поднял мутный взор от стола. - Теперь ты видишь, как полезно изучать чужие обычаи?
   Орать и ругаться у Зотика сил не было, а потому он невнятно пробормотал:
  -- У нас же нет описания здешних обычаев, а изучать их самостоятельно - нет времени.
  -- Понятно... - пробормотал Ареф. - Значит, сейчас мы опять отправимся в город... Но учти, там плотность населения выше. Поэтому тебе придется порубать в капусту уже тыщи две народу...
   Ареф явно провоцировал маленький скандальчик, поэтому Зотик применил неожиданный маневр:
  -- У тебя имеются какие-либо конструктивные предложения? - выдал он абсолютно спокойным тоном. - Или ты, как политики Южно-Азиатского союза, умеешь только задавать риторико-идиотские вопросы, и таскать каштаны из огня чужими руками? Да и жарить-то эти самые каштаны, в огне чужого пожара...
   Ареф был убит наповал, даже рот открыл от изумления. А Зотик, как ни в чем не бывало, продолжал:
  -- Нам надо как можно скорее убрать Халима, и сматываться с Фала! Пока с крейсера не сбросили чистильщиков. Они ведь тут живо отыщут следы "инопланетной деятельности". А прочесать ограниченную площадь - раз плюнуть. Они враз отыщут левый десантный катер...
   Ареф перевел дух, пробормотал, как бы про себя:
  -- Фу ты... А я уж напугался... Видимо, последствия стресса...
   На вторую вылазку Зотик приготовил себе и Арефу яркие, с замысловатым орнаментом, рубахи. Вот только изготавливать местные мечи и кинжалы не стал, слишком много потребовалось бы времени, побыстрому смастерили с Арефом бутафорские мечи. Перепоясавшись поясами, обвесившись ножами, кастетами, кистенями и мечами, в открытую привесив к поясам кобуры с армейскими бластерами и гранаты с парализующим газом, детективы отправились в город.
   На сей раз, они беспрепятственно прошли через ворота. Перед воротами ничто не напоминало о происшедшем здесь побоище; дорога была посыпана свежим песком, трава на лужайке, где валялась основная масса трупов, была, кажется, посажена заново - празднично зеленела свежей зеленью и улыбалась скромненькими головками цветов. На обочине дороги десятка два мастеровых споро собирали из аккуратно простроганных бревешек какую-то постройку, в которой уже стояло нечто похожее на алтарь, и горел огонь в большой медной чаше. Стражники отсалютовали Зотику пиками, даже взглядом не скользнув по Арефу.
   Простолюдины на улицах внимания на них не обращали. Зотик заметил, что и крестьяне, и ремесленники одеваются в одинаковые серые штаны и рубахи. Женщины ходят по улицам открыто, независимо, одеваются ярко; в длинные, до щиколоток, цветастые штаны, и не менее яркие свободные блузки. На взгляд Зотика, женщины были довольно симпатичными, только слишком уж одинаковыми, будто все родные сестры. Мужчины, впрочем, тоже, будто из одного инкубатора вылезли. Надо будет спросить у Арефа, почему это так, отметил про себя Зотик.
   На базарной площади гам стоял совершенно обычный, для всех базаров, на всех планетах, на которых бывал Зотик. Правда, он не был ни на одном базаре Садов Господних, планеты каннибалов, впрочем, на самой планете тоже не был. Воображение ему рисовало жуткую картину: в мясных рядах - человеческие окорока, тазы с маринованными ушами, другие деликатесы... Местный базар отличался изобилием изящных вещичек. Зотик потрясенно разглядывал безделушки, грудами лежащие на рогожках, каждая из которых могла сделать его рантье. Интересно, такое богатство, валяющееся буквально на земле... Не может быть, что пиратов останавливает только дежурный крейсер, думал Зотик, переходя от лотка к лотку.
   На базаре Зотик, наконец, встретил воинов. Те поглядывали на него почему-то изумленно, но приветствовали вежливо. Интерком переводчика, наконец, начал бормотать перевод обрывков фраз, долетающих до Зотика. Но разговоры вращались в основном вокруг рыночных тем, и для Зотика польза от них была лишь в том, что переводчик накапливал запас слов и выражений.
   День перевалил на вторую половину, а Зотик еще не заметил ничего необычного в поведении здешнего общества. Влияния пришельцев из космоса не прослеживалось. Правда, несколько компаний на рынке оживленно обсуждали вчерашнюю резню у ворот, но версии в основном вращались вокруг какого-то духа молний, с неудобопроизносимым именем, который покарал нечестивого брата повелителя. В конце концов, Зотик прямиком направился в точку, откуда был отправлен сигнал маяка, и время от времени попискивал загадочный сигнал бедствия. Странно, почему Халим его не погасит? Либо у него нет детекторов, на эти частоты, что для прожженного пирата абсолютно невозможно, либо это для кого-то приманка...
   Путь перекрывал высоченный забор из тонких бревешек, поставленных вертикально, и по верху сшитых стальной полосой. Бревешки были сплошь покрыты тончайшей резьбой чудеснейшего мастерства. Тут были и странные письмена, похожие на японские или китайские иероглифы, и панорамные изображения сцен, видимо из жизни хозяина этого владения. Зотик пошел вдоль забора, проворчав под нос:
  -- Эстеты, фиговы... Узорчики, рисуночки... А сами себе кишки выпускаете по пустякам... Неужели и мы, земляне, тысяч через сто лет станем такими же эстетами?..
  -- Не станем... - отозвался Ареф. - Мне как-то попалась книга одного философа-материалиста. Кажется из двадцатого века, или из двадцать первого... Так вот, в отличие от наших рафинированных, высоколобых и высокооплачиваемых философов, которые уже несколько веков изучают феномен человека, а по существу жуют одну и ту же словесную жвачку насчет связей космических, астральных, божественности происхождения и предназначения, и прочей чепухи, он представлял все движение материи как стихийный процесс, падение, от большего градиента к меньшему. Лавина, сорвавшаяся с горы! Стихия огня, вырвавшаяся из гравитационной ловушки! Жизнь, и человек в том числе, тоже стихия; буйная, летящая лавина. Нет никакого бога, нет астрала, есть только бешеная биомасса, породившая мозг, интеллект, любопытство, как составляющую инстинкта самосохранения. Не может это жить по жестким законам! Человечество вырвалось из гравитационной ловушки Земли, и теперь будет расползаться по Вселенной вечно: воевать, торговать, пиратствовать, и создавать великие произведения искусства, гениальные озарения не только будут созидать что-то мирное, но и всякие смертоубийственные штучки...
  -- Красиво излагаешь... - хмыкнул Зотик. - Ты, часом, стишки не кропаешь?..
  -- Не кропаю! - отрезал Ареф. - У меня ум прагматический, но рифмованный текст могу выдать любой, а вот с лирикой туго.
  -- Ага... Я тебя спросил, что с этим человечеством будет?
  -- Что будет... Если прогрессоры все же тряхнут эту планетку как следует, чтобы из одного большого, но мелководного океана, образовались два-три, но глубоких, то лет через пятьсот они выберутся в космос и, естественно, перестанут быть такими эстетами. Пополнят ряды вашего пиратского братства. Некоторые, самые умные, займутся крупным бизнесом...
  -- А воевать с нами не вознамерятся?
  -- По части войны нам пока равных нет. Так что, они будут младшими союзниками. А если прогрессоры не тряхнут планету, так и будет продолжаться: периоды бурного развития будут пресекаться потопами, после чего тысячелетия скученной жизни и эстетства от скуки... Пока какой-нибудь катаклизм не прихлопнет их, как муравейник. Когда-нибудь мы столкнемся с такой же, как и сами, стихией, может, уже расползающейся с другого края Галактики. Вот тогда полыхнет! Закон природы: либо вид живых существо расширяет ареал обитания и прогрессирует, либо - не расширяет, а потому регрессирует и в конечном итоге гибнет. Разумные существа к тому же не могут подчиняться закону экологических ниш...
  -- Тихо, профессор, - резко остановился Зотик, - а то шокируешь своей эрудицией аборигенов. Переводчик всю твою лекцию на местный язык перетолмачил...
   У забора стояли высокие козлы, лишь метра на полтора ниже стены, и на площадке трудились двое резчиков. Зотик смерил взглядом козлы, Ареф тихонько шепнул:
  -- Не стоит, а?.. Тут воины свободно везде проходят. Давай поищем ворота? Или, хотя бы, проверим, может маяк вовсе и не на территории этого пансионата?
   Зотик слегка сконфузился, пробормотал:
  -- Да я просто остановился, посмотреть...
   Вдоль бревенчатой стены тянулось совершенно пустое пространство шириной метров пятьдесят, поросшее густой, но явно подстриженной травой. Кроме двух резчиков Зотик с Арефом никого не встретили на этом проспекте. За низеньким заборчиком, тянущимся с другой стороны, так же как и стена, сплошь покрытом затейливыми узорами, посреди ухоженных садиков стояли крошечные, почти игрушечные домики. Заборчик Зотику был до пояса, а внутри домиков он наверняка задевал бы темечком за потолки. Притом, что Зотик имел средний рост аборигена. На базаре ему попадались и индивиды на голову выше. Перед каждым домиком была оборудована спортивная площадка, видимо для занятий с оружием, со всякими тренажерами и манекенами, искусно сработанными из дерева. На некоторых площадках упражнялись молодые люди, раздевшись до пояса, поигрывая мышцами, лоснясь гладкой кожей. Кое-где звенели мечи, воины проводили спарринг-бои. Посмотрев на их фехтование, Зотик еще раз уверился, что ему нечего и тягаться с ними в фехтовании стальным оружием. Да и умел-то он более-менее сносно обращаться лишь с тяжелой саблей российских гусар и боевым топором с Валькирии. Ну, еще отлично владел чисто пиратским искусством ножевого боя. Перед входами других домиков, наверное, вволю потренировавшиеся вояки, полулежали в плетеных креслах, и красивые, как дорогие куклы ручной работы, девушки подносили им питье на крошечных подносиках. Поскольку молодые люди не обращали на Зотика с Арефом ни малейшего внимания, Зотик решил, что они не нарушают никаких местных обычаев.
  -- Ничего себе, - ворчал Зотик, - в таких казармах и я не прочь бы пожить... Посмотрели бы они, какие казармы на базах, расположенных на непригодных для жизни планетах... Койки в четыре яруса, в казематах, где высота потолков едва ли два с половиной метра...
   Поглядывая на дисплей пеленгатора, Зотик шел по проходу, держась все же ближе к низенькому забору. Кто его знает, вдруг проход ближе десяти, или двадцати метров нанесет урон чести владельцу этого сказочного замка?.. Теперь уже ясно было, что индикатор указывает на точку, находящуюся внутри огороженного периметра. Ареф поспешал следом, все больше и больше проявляя признаки беспокойства, что выражалось в постоянном забегании то слева, то справа, и попытках ухватить Зотика за рукав.
   Вдруг открылся проход к воротам. Ворота были отделаны гораздо роскошнее стены; кажется, даже были позолоченными, судя по яркому желтому блеску. Пройти к ним можно было между постепенно сходящихся стен. С точки зрения стратегии и тактики, весьма умно; атакующих будут расстреливать со стен лучники или арбалетчики...
  -- Мне все больше и больше не нравятся здешние ребята, - ворчал Зотик, раздумывая, двинуться ли сразу к воротам, или, все же, замкнуть полукруг и убедиться окончательно, что маяк за забором. - Они что, считают ниже своего достоинства, лазить на стены, не разукрашенные узорами? И ломиться могут только в позолоченные ворота? А интересно, потеки крови и болтающиеся на стенах кишки после штурма выглядят эстетично?.. С их точки зрения...
   Зотик после недолгих колебаний направился дальше, пересекая предвратное пространство. И тут боковым зрением заметил, как ворота слегка приоткрылись, и наперерез сыщикам зашагал молодой человек в лиловой рубахе, отороченной по подолу и рукавам замысловатым орнаментом, вышитым золотыми нитками. "Канитель" - почему-то всплыло в уме странное слово. Ах, да, именно канителью, тоненькой нитью, вытянутой из высокопробного золота, любят расшивать свои погоны и петлицы вояки с Арея...
   Стараясь не ускорять шаг, и не смотреть в сторону молодого человека, Зотик шел своей дорогой. Но молодой человек рассчитал точно; он пересек дорогу Зотику в четырех шагах впереди, четко повернулся, и Зотику ничего не оставалось, как остановиться. Молодой человек поприветствовал его воинским приветствием; коснувшись правой рукой своего левого плеча, плавным движением вытянул ее вперед с раскрытой ладонью. Зотик ответил тем же жестом. Молодой человек заговорил, и переводчик почти синхронно нашептал Зотику перевод:
  -- Воин, мой повелитель желает говорить с тобой.
   Зотик пробормотал хмуро:
  -- Я тороплюсь по делу... - переводчик синхронно отчеканил это в виде нескольких звонких слов, весьма приятным баритоном.
   Язык, надо сказать, был довольно приятным для ушей.
   На лице молодого человека отразилось крайнее изумление, но он, все так же уважительно, возразил:
  -- Если странствующий воин носит не цвета и орнаменты странствующего воина, а цвета и орнаменты повелителя области, для этого должны быть весьма веские основания. Мой повелитель просит прийти к нему и дать объяснения. Он также заранее просит простить его за доставленные неудобства, но это не прихоть, это законная обязанность повелителя области, - молодой человек значительно глянул Зотику в глаза. - Мой господин также заверяет, что он ни в коей мере не подозревает благородного воина в шпионаже; ведь это удел горных выродков...
   Зотику все больше и больше не нравилась изысканная вежливость здешних вояк и повелителей. Подобная же вежливость процветала среди вольных астронавтов; никому не надо было, чтобы неосторожное слово могло вызвать немедленный поединок, или, того хуже, разряд в спину...
   Зотик понял, что отвязаться не удастся, а потому медленно наклонил голову и изрек:
  -- Хорошо, я на некоторое время отложу свои дела.
   Молодой человек четко повернулся, и пошел к воротам. Зотик шел за ним, настороженно поглядывая на верх стены, с тоской размышляя, что, скорее всего Ареф опять прав, и сейчас придется перебить тысячи две народу, этих красавцев в роскошных одеждах, да к тому же спалить дотла эту игрушечную крепость с чудесной резьбой на стенах.
   Сразу за воротами открылась просторная площадь, покрытая чистым желтым песком. Несколько десятков воинов упражнялись на ней с оружием, или просто слонялись без дела. Но когда появился Зотик, они быстро и без суеты построились в две шеренги, образовав живой коридор к роскошному фасаду здания, с рядом позолоченных деревянных колонн.
   Зотик не спеша, поднимался по ступенькам, когда распахнулись двустворчатые двери, кажется, даже сбитые золотыми гвоздями, и в проеме возник раззолоченный до немыслимых пределов тип, совсем уж молодой для повелителя, едва ли не младше Зотика. Зотик привык, что всякие президенты, короли и генералиссимусы, уж по крайней мере, люди среднего возраста, старше сорока. Дождавшись, когда сыщики поднимутся на высокое крыльцо, он обратился к Зотику, весьма вежливо и изысканно:
  -- Прошу простить меня за настойчивость, но по закону я обязан знать, почему воин носит мои цвета и орнаменты, не будучи у меня на службе? Чтобы не задерживать вас надолго, я, поэтому и не приглашаю вас в дом. Посланник сообщил мне, что вы спешите по делу...
   Он выжидательно смотрел на Зотика, а в голове у того была полнейшая пустота, и даже, - весьма явственное ощущение, - гулял прохладный сквознячок. В конце концов, Зотик ляпнул то, что лежало на поверхности:
  -- Повелитель! Я желаю стать твоим воином!
   Юноша медленно и значительно наклонил голову, после долгого молчания выговорил:
  -- Хорошо, воин, я понимаю твои чувства... После вчерашнего происшествия ты не первый... Ты совершишь драббату и присоединишься к моим непобедимым воинам. А пока ты мой гость. Пока на крыше готовят все необходимое для драббаты, не выпьешь ли ты вина со мной и с другом дома?
  -- С удовольствием! - галантно проговорил Зотик. - Я проделал большой путь.
   На Арефа никто не обращал внимания. Наверное, здесь могли быть воинами только совершеннолетние. Ареф что-то порывался сказать, но его довольно неназойливо, тем не менее бесцеремонно, оттеснили в задние ряды процессии, двинувшейся во дворец. Однако процессия воинов куда-то свернула, и Зотик лишь в обществе повелителя шел дальше. Коридоры были узкими, едва ли троим в ряд пройти, с многочисленными дверями, сдвигающимися в сторону. Зотик так и не понял, из какого материала внутренние перегородки дворца; гладкие, без всякого намека на швы и стыки, снежно-белые, какие-то даже холодные на вид. Зотик вспомнил, как ему рассказывал один парень из абордажной команды Беззубого Жана, художник, волею судьбы занесенный в пираты, что некоторые земные художники, жуткие снобы, помешанные на старине, делают полотно для своих картин по старинному рецепту из рисовой соломы, под названием картон. Очень похоже, что внутренние переборки во дворце как раз из картона.
   Наконец пришли в зал, размером примерно десять на десять метров, с низким потолком, и, в отличие от коридоров, с черными лакированными деревянными стенами. Посреди зала стоял маленький низенький столик и три плетеные кресла вокруг него. На столике возвышался невероятной, музейной изящности кувшин и три белые, похожие на цветы лилии, чашечки. Ареф опять попытался что-то сказать Зотику, но повелитель повелительным жестом отослал его к дальней стене. После чего повелитель уселся в кресло, жестом указал Зотику на соседнее. С шорохом отъехала в сторону одна из четырех дверей, ведущих в зал, в проеме стоял Халим Филлогоний в роскошной серой, с платиновыми блестками, хламиде, с мечом и бластером на поясе. Лицо его медленно серело, вытягивалось, и Зотику даже показалось, что он машинально дернулся назад, бежать. Но тут же взял себя в руки, и с широченной улыбкой направился к столу, протягивая вперед обе руки, при этом радостно крича:
  -- Зотик! Дружище! Каким космическим ветром тебя сюда занесло, каким космическим течением прибило к этому благословенному райскому острову?!
   Честно говоря, Зотик ожидал, что Халим схватится за оружие, и теперь был несколько ошарашен его оживлением и неподдельной радостью. В последний раз они расставались, оживленно обмениваясь бластерными разрядами, потому как перед тем Зотик, оскорбленный в своих лучших чувствах, ворвался в комнату Халима, где тот отдыхал в обществе четырех дам на громадной круглой кровати, и объявил, что за сплетни только бабам морды не бьют. Халим, естественно, впал в амбицию и ринулся в драку. Он вообще нервно реагировал на то, что к нему при женщинах обращались непочтительно. На корабле-то он от Зотика и не такое выносил. Зотик, чтобы не быть пустозвоном, врезал Халиму открытой ладонью, от чего он пролетел через всю комнату и приземлился прямо на своих девочек с горящим алым пламенем отпечатком Зотиковой длани на физиономии. После чего беседа штурмана с капитаном оживилась участием бластеров.
   Халим долго тискал Зотиковы плечи, тряс руки, улыбался, потом непринужденно расположился у столика. Повелитель плавными, весьма изящными движениями, видимо ритуальными, налил в чашечки густое темно-красное вино; сначала Зотику, потом Халиму, и себе лишь в последнюю очередь. Зотик видел, что Халим, будто на тиратронной батарее сидит, аж подскакивал, как от разрядов, так ему не терпелось узнать, в чем дело, и почему это его бывший штурман так непринужденно расположился у стола самого повелителя? Однако приходилось выдерживать ритуал винопития. Повелитель повернул голову к Зотику, медленно ее наклонил, поднял, повернул к Халиму, так же медленно наклонил, поднял, после чего все это проделал Халим, а потом Зотик, на всякий случай. Немного посмаковав, повелитель одним глотком опорожнил чашечку, на пару секунд задержал жидкость во рту, проглотил.
   Вино было божественным! В пиратской среде не пить было никак невозможно, и то, что Зотик пил по необходимости, было форменной отравой по сравнению с этим. Бесшумно вбежала миниатюрная девушка с подносом, поставила на стол другой кувшин, не менее изящный, чем первый, и заменила чашечки на узкие и высокие стаканы из черного фарфора. Когда девушка исчезла, Халим быстро, сквозь зубы проговорил:
  -- Выключи переводчика...
   Зотик помедлил, но все же отключил интерком. Халим продолжал:
  -- Что это за мальчишка стоит у входа?
   Зотик чуть было машинально не повернул голову, но Халим быстро проговорил:
  -- Не верти головой, мы же вино пьем...
   Ареф так и торчал у стены, куда ему указал повелитель.
  -- Это мой парень... - обронил Зотик.
  -- Слушай, - Халим говорил быстро, но при этом сидел в расслабленной позе, благожелательно глядя на Зотика, - давай забудем все. Ну, мы же три раза ссорились! Ты три раза от меня уходил, но потом возвращался. Потому что Халим - это удача.
  -- Ага! А зачем птичек на меня напустил?
  -- Я испугался, понимаешь? Думал, с крейсера бросили чистильщиков, а информации про планету с гулькин нос, вот они и напоролись по незнанию обычаев. Нервишки не выдержали и из бластеров покромсали толпу. Эти ж лезут, как пираты с похмелья на бар... Я же не знал, что это ты. Мог бы и пожалеть несчастных кретинов... - Зотик покривился, и ничего не сказал, а Халим продолжал: - Этот проклятый крейсер мчался, как на пожар; выскочил из т-состояния чуть ли не у самой планеты, тормозился так, что у половины экипажа наверняка ребра в легкие повтыкались. Тут до сих пор такие атмосферные эффекты!.. Ты ночью был на улице? И белые ночи, и северные сияния полыхают... Народ тут к концу света давно готов, ну и решили, что это знамение о конце света; оделись во все праздничное, все холмы и склоны гор облепили, три дня ждали. Представляешь, какое разочарование?
  -- Крейсер, наверное, радиомаяк засек... - вставил Зотик.
  -- Какое там!.. - Халим пренебрежительно ухмыльнулся. - Это прогрессорский маячок. Они тут шарились. Я внимания не обращал, пускай себе возятся, они мне не мешали. Да, наверное, они про меня и не догадывались. С ними только свяжись... Себе дороже... Я их повязал, когда крейсер появился. А появился он шесть дней назад, прогрессоров же я повязал пять дней назад. Они ни о чем не догадываются, потому как каждый день их вежливо допрашивает мой человек, и вежливо просит признать, что они горные выродки, нанятые шпионить за повелителем. Они, конечно, не признаются. Но по местным законам им дано десять дней, чтобы признаться.
  -- И что потом? - заинтересованно спросил Зотик, потому что Халим сделал паузу, видимо собираясь говорить о другом.
  -- Потом? - Халим равнодушно пожал плечами. - С большим почетом отрубят головы.
  -- А если не признаются?
  -- Их закопают по шею на базарной площади, и добропорядочные граждане будут на них плевать, гадить, пока те не помрут, сердешные...
  -- Ну, ладно, так зачем же ты их повязал?
  -- Как зачем? - Халим явно изумился. - Там, где работают прогрессоры, наверняка и их корабль поблизости. Знаешь, они любят что-нибудь типа "Рыси". Их прекрасно переоборудует из "Драконов" Кракен Вилли.
  -- Ну, да, знаю... Серьезная машина получается...
  -- Ну, так вот, я ведь свои корабли жду, а этот чертов крейсер торчит и торчит на орбите. У прогрессоров только вчера нервы не выдержали, включили маяк. Их корабль, естественно, поспешит им на выручку, сцепится с крейсером, а там и мои подоспеют, и, вполне возможно, с потрепанным крейсером как-нибудь совладают...
  -- А представляешь, как тебе станет тухло, если прогрессоры узнают, что за всем этим твои уши торчат? Они ж тебе их по самые корни оттяпают... Знаешь поговорку? Не тронь прогрессора, и он тебя не тронет...
  -- Да ну!.. - Халим дернул плечом. - Уже поздно. Я тут такие дела закручиваю... Без тебя мне трудно будет. Я эту планетку столько лет пас... Как ангорскую козочку... Наконец в друзья дома пролез...
  -- Да зачем она тебе? Если спецслужбы обеих федераций узнают, тебе же до конца дней покою не будет! Пока не пришибут...
  -- Игра стоит свеч! Представляешь, десантные отряды и абордажные команды из таких вот... Которым все равно, что жить, что умереть. Умереть даже предпочтительнее, выполняя волю повелителя.
  -- И ты хочешь, - медленно заговорил Зотик, - этих несчастных средневековых рыцарей бросить в мясорубку с натасканными спецназами обеих федераций и Южно-Азиатского союза в придачу?!
  -- Ну, эти тоже не подарочек... Вооружить их бластерами... Через год у меня все колонии будут в кармане, а потом займемся и независимыми планетами. Земле придется здорово раскошелиться...
  -- Да ведь это опять колониальная война, или что похуже! - Зотик чуть не вскочил, но вовремя удержался. - И ты этих бедняг будешь палить в чужой драке? То есть в своей? Для них-то она совсем чужая...
  -- Э-э... Их тут не считанные миллионы... Они ж искусственно численность населения снижают. Каждый день в храмах десятки и сотни ритуальных убийств и самоубийство. Тут за малейший проступок полагается единственное порицание - смерть. Даже повелители до сорока не доживают... Ты только сравни со средней продолжительностью жизни землянина в сто семьдесят лет...
  -- Ну и гад же ты, Халимушка! - проговорил Зотик, не слушая его. - Придется мне, все же, отвернуть твою хитрую головенку! Ты бы еще набрал себе десантные отряды из каннибалов Садов Господних...
  -- Ты поосторожнее! А то не посмотрю, что ты с повелителем вино пьешь... Я, все же, друг дома, а ты, похоже, еще нет...
   Повелитель тем временем принялся разливать по второй. На сей раз это было золотистое вино. Во время церемонии Халим жег Зотика взглядом, но помалкивал, смакуя вино. Этот напиток был еще божественнее!
   Халим подавил в себе злость, снова заговорил:
  -- Зотик, ты подумай! Сколько уже было колониальных войн? Сколько еще будет... Одной больше, одной меньше...
   Повелитель равнодушно смотрел в стену куда-то между Зотиком и Халимом, и, похоже, его не интересовало, о чем говорят его гости на незнакомом языке. Видимо, подобное хамство не нарушало местных обычаев.
  -- Ладно, - Зотик тоже подавил в себе желание немедленно свернуть Халиму шею, надо было поработать и на м-ра М, - я вот совершу драббату, тогда и поговорим... А сейчас ты мне лучше расскажи про жевательную резинку...
   Халим шумно выпустил воздух, лицо его расплылось в широченную улыбку, но он тут же изумленно переспросил:
  -- Про какую жевательную резинку?!
  -- Ну, которую ты грабанул у компании Бубль-Гум...
  -- Да ничего я не грабанул! - Халим явно обиделся. - Ты за кого меня принимаешь? За зеленого юнгу? Это, знаешь ли, всякая зелень пускается в свободный поиск у зон выхода... А я ничего не хапаю без разведки, не изучив характер груза. Правильно, когда я узнал, сколько стоит резинка от Бубль-Гум, естественно, решил взять пару кораблей. Но тут выяснилось, что без сертификата она стоит не больше, чем любая другая. Коробки из-под нее и то дороже. Подделать сертификат и закасить под коммивояжера компании - абсолютно невозможно. Сертификат посылается специальной курьерской почтой, а потом его еще надо проверить на подлинность; совмещается ли он с особыми метками на упаковках...
   Зотик уже все понял, и тоскливо думал: какую игру затеял м-р М, и чем она лично для Зотика может кончиться? Но виду не показывал, попивая вино. Повелитель чередовал красное и золотистое вино в какой-то сложной последовательности. Халим помалкивал и с непонятной ухмылкой глядел на Зотика.
   Однако предаваться размышлениям долго не пришлось, появился юноша в сиреневой хламиде, торжественно произнес:
  -- Все готово, - и застыл у двери.
   Повелитель налил красного вина, поднялся, Зотик с Халимом встали тоже, стоя выпили. В голове у Зотика уже все плыло, и было так радостно и весело, как не бывало после земного вина. Повелитель торжественно направился к двери, Зотик двинулся за ним.
   Они медленно шли по коридорам дворца, время от времени поднимаясь все выше и выше по узеньким лестницам; впереди - повелитель, за ним - Зотик, потом - Халим. А позади все больше и больше воинов пристраивались к процессии. Наконец вышли на слегка покатую крышу. На западной стороне ее было расстелено ослепительно белое полотно, по углам пришпиленное мечами, надо полагать, чтобы не унесло легким ветерком, тянущим с гор. Повелитель остановился возле края полотна, повернулся, сделал Зотику приглашающий жест. Ничего не понимая, Зотик прошел на середину полотна, повернулся к толпе и выжидательно посмотрел на Халима. Халим откровенно забавлялся; из-под ниточки черных усов блистали зубы, белизной соперничающие с полотном, на котором стоял Зотик. Воины стояли неподвижными рядами, отрешенно глядя куда-то за спину Зотику, и будто молились про себя. Клонящееся к горизонту светило окрашивало их лица в жутковатый красноватый цвет.
  -- Ну, чего ты ждешь?! - весело крикнул Халим на интерлинге.
  -- А что я должен делать? - растерянно спросил Зотик.
  -- Ну, Зотик, ты только на ножах быстр, а мозги у тебя работают не шибко-то... Ты хоть понимаешь, что непобедимый воин, это тот, которого нельзя победить? Местные властители форменным образом соревнуются, у кого их больше...
  -- Ну да, естественно... - упавшим голосом протянул Зотик. До него, наконец, начало кое-что доходить.
  -- Как ты знаешь, любого живого человека можно победить, - Халим уже явно еле сдерживался, чтобы не захохотать, - нельзя победить только мертвого человека! У повелителя в этой армии непобедимых уже с миллион наберется. Так что, тебе придется командовать уже вторым миллионом... - лицо Халима играло всеми оттенками веселья, и Зотик непроизвольно потянулся к поясу. - Э-эй, дружище! Ты бластер-то не лапай, и гранатки оставь. Я и мои люди прикрыты отражательным полем, и ты знаешь, что с тобой станет, если пальнешь в меня. Разряд только усилится в десять раз, и вернется к тебе. Так что, доставай-ка свой любимый ножичек... Да-да, вон тот, десантно-штурмовой саморез, не эту декоративную игрушку, что у тебя изображает местную драббата-бири. И - от левого подреберья, к правому, круговым надрезом... Некуда тебе деваться отсюда! Край крыши тоже прикрыт полем. Это тебе не несчастных аборигенов кромсать из бластера... Ну, давай... Видел я как-то, как ты владеешь ножичком... Те три придурка, в кабаке на Валькирии, которые тебя вызвали по очереди на поединок на ножах, так и не поняли, что с ними случилось...
   Зотик так и не удосужился прочитать руководство по эксплуатации лучевого меча, а потому представления не имел, как он себя поведет в отражательном поле. Однако делать было нечего. Он выдернул из ячейки боевого жилета меч, сдвинул переключатель, и в стелющемся броске, под названием "поземка", пролетел мимо неподвижного повелителя, целя лучом в живот Халима. Меч, нажравшись дармовой энергии отражательного поля, удлинил луч метров до пятнадцати и, подобно птице Рух, смахнул с крыши добрую половину толпы. Краем сознания Зотик держал мысль, что Ареф должен быть где-то с другой стороны крыши. Халим распался на две части на уровне пояса, и обрубки медленно валились на лакированные доски крыши, а с лица его так и не сползла торжествующе-блаженная улыбка.
   Луч тут же уменьшился до нормальных размеров, - видимо пульт управления генератором поля был привешен у Халима к поясу, - а Зотик приготовился к драке. Но никто из воинов не шелохнулся. Все, оставшиеся в живых, так и стояли, отрешенно глядя на запад.
   Откуда-то вынырнул Ареф, лицо его было белым, губы дергались. Он взвизгнул фальцетом:
  -- Мне только что чуть голову не отрубили!..
  -- Ходу отсюда! - взревел Зотик, пытаясь отвести взгляд от груды дымящихся тел. - Катер!.. Где катер?!
  -- Да у тебя же пульт!.. У тебя!..
   Зотик выхватил из кармана пульт, но Ареф вдруг схватил его за руку:
  -- Прогрессоры!.. Их надо вытащить!..
  -- Да накой они нам?!. Пусть сами выпутываются! Зачем нам лишние свидетели нашего здесь пребывания?..
  -- А я говорю, надо вытащить!
  -- Тьфу ты!.. Ладно, бежим!.. Держи спину...
   И Зотик ринулся вниз. Ареф уже усвоил специфическую терминологию и прилежно топал позади, вертя стволом бластера, обращенным назад. Зотик включил дисплей пеленгатора и теперь мчался прямиком на источник сигнала бедствия. Все вниз и вниз по узеньким деревянным лестницам. Под дворцом, оказывается, имелся обширный каменный подвал. А вот и дверь, на первый взгляд обычная, деревянная, с могучим стальным засовом. Зотик кинулся к двери, но тут же какая-то сила жестоко швырнула его на противоположную стену коридора. Он еле успел извернуться и, как кошка, спружинив о стену ногами, мягко повалился на бок. Опять отражательное поле! Хорошая вещь, однако. Вот только драться, прикрывшись им, никак невозможно. Ага, вот оно... Генератор был ловко замаскирован под грубо тесаный камень, забытый возле дверей. Надо сказать, весьма компактный генератор. У Зотика в трюмах имелись они, но более ранней конструкции, раз в десять побольше. А этот крик новой технологии наверняка стоит столько же, сколько сотня обычных генераторов. Что-то шикует Халим... Отшиковался!
   Нащупав защелку, Зотик откинул крошечную крышечку, отключил генератор, кивнул Арефу:
  -- Прихвати, пригодится. Дорогая штучка, автономный генератор такого размера...
   Отодвинув засов, Зотик шагнул в полумрак, и тут же ему в глаза сверкнул острый лучик, отразившийся от лезвия, летящего к его горлу. Опять его спасла феноменальная реакция, и виртуозная техника ножевого боя; скользнув влево, Зотик блокировал удар меча блоком в кисть руки, державшей меч, а правая рука его уже выдергивала из ножен саморез, - ни бластер, ни лучевой меч в таком тесном пространстве применить было невозможно, - затем пропустил не потерявшее импульс движения тело мимо себя, и воин вывалился наружу, под ноги Арефу. А из угла тесной каморки уже летел второй охранник, с нацеленным Зотику в пупок мечом. Уйдя в сторону в самый последний момент, Зотик легонько полоснул ножом по мелькнувшей мимо шее. И этот выпал наружу уже мертвым.
  -- Надеюсь, это не пленные прогрессоры... - проворчал Зотик, оглядывая каморку.
   Весьма умно тут содержат важных и опасных узников. Перед камерой просто был крошечный тамбур с лавочками по сторонам. Сделав два шага, Зотик отодвинул еще один засов, но дверь не подавалась. Подсвечивая себе фонариком, он осмотрел край двери, и обнаружил механический врезной замок. Такие изготавливались только в отсталых сельскохозяйственных колониях. Сосредоточившись, он сумел распознать три "биологических объекта" метрах в трех от двери, предположительно гуманоидов, и предположительно землян. Биополя местных у Зотика вызывали какое-то не такое ощущение, какое он испытывал, осязая сверхчувственным восприятием своих.
   Включив меч, он аккуратно вырезал замок, и шагнул в камеру, в очередной раз, кляня себя за то, что очертя голову открыл первую дверь и, честно-то говоря, зря убил несчастных парней.
   У противоположной от двери стены камеры, прямо на полу, сидели трое людей, и, по местной привычке, отрешенно глядели мимо Зотика, куда-то в пространство за его спиной. Маячок уже не посвистывал, а тоненько и мелодично пел через динамик пеленгатора. Кажется, он находился у пожилого, сидящего в середине. Зотик знал такие маячки; работают от тепла человеческого тела, и вживляются под кожу. Могут работать еще долго после смерти владельца.
   Зотик, без труда опознав в аборигенской одежде землян, сказал на интерлинге:
  -- Все, мужики, рвем когти отсюда! Мы все засветились, дальше некуда...
   Пожилой, наконец, поглядел на Зотика, сказал равнодушно на местном языке:
   Воин, мы спокойно принимаем свою участь. Нет смысла суетиться. Там, в просторных землях небесных стран, бессмертный полководец знает, что мы ни в чем не виновны. Если мы признаем то, чего не совершали, возможно, мы умрем с почестями. Но там, в небесных землях, мы будем рядовыми воинами в последнем десятке легиона. Умерев в мучениях, захлебнувшись в нечистотах крестьян, там мы возглавим легионы...
  -- Дядя! - взревел Зотик вне себя. - У тебя под шкурой маяк пищит так, что я без пеленгатора, простым ухом слышу! А ты мне тут мозги паришь этой бредятиной! Живо, выметайтесь! Сейчас тут начнется такой бардак с извращениями, что лучше не видеть. Каждая секунда, что я на вас трачу, обходится в сотню жизней. Вы думаете, мне доставляет удовольствие, этих кретинов резать как баранов?!. - тут Зотик, наконец, сообразил: - Да не чистильщик я! Сам попал в переплет, но по пути решил вас вытащить...
   Молодой парень, сидящий слева, ощупывая Зотика колючим взглядом, проговорил:
  -- Похоже, не врет. Был бы он чистильщиком, давно бы спалил нас термиткой...
  -- А кто ж ты тогда, парень? - тоже переходя на интерлинг, спросил пожилой.
  -- Вольный астронавт я... - почему-то сказал Зотик, и смутился.
  -- Ага, капитан Флинт с лучевым мечом... - криво усмехнувшись, непонятно сказал пожилой. - Будто я не знаю, что лучевые мечи только на вооружении спецназа Восточной федерации...
  -- Ну, правда, вольный астронавт я! - истово проговорил Зотик.
  -- Ну-ну, и меч у тебя трофейный... Ты ж знаешь, что они все именные. Никто, кроме тебя, его включить не сможет. А если кто посторонний в руки возьмет, включается система самоликвидации. Так что, ты получил его в спецназе при крещении...
  -- Да какая вам разница, кто я такой! Я вас вытаскиваю отсюда...
  -- Ну да, чтобы устроить громкий судебный процесс на всю Галактику против научников вообще, и прогрессоров в частности...
  -- Мужики! Ну, ради Бога!.. Ну, не могу я вас бросить... Ну, пошли, а?.. Если что, вы же парни ушлые... Вас же голыми руками не возьмешь... Да и всегда вы успеете на термитку сесть... Ну, пойдемте, а?.. Там, наверху, эти черти очухались уже, когда я прорываться буду, вся эта махина деревянная пыхнет, как стратостат с гремучим газом в экзосфере звезды. Так что, не досидите вы до своего корабля... Весь горящий хлам ссыплется сюда, и вы зажаритесь в полном соответствии с кулинарными пристрастиями каннибалов с Садов Господних...
  -- А что там за мероприятие? - с интересом спросил второй молодой человек.
  -- Драббата...
   Все трое быстро переглянулись, подобрались.
  -- И кто ж это свинство устроил? - медленно, звенящим голосом выговорил пожилой.
  -- Я... Понимаете, нечаянно получилось...
   Парень, сидевший справа, тихо проворчал:
  -- Представляете, сколько еще этот пират накромсает, если будет прорываться один?.. Ведь все погибшие в день драббаты автоматически зачисляются в бессмертные воины... В настоящий момент из окрестностей все босяки сбегаются толпами...
   Зотик высокомерно выпрямился:
  -- Я бы попросил... На дуэль нарываешься? Я благородный вольный астронавт...
  -- Не будет тебе дуэли... - проворчал парень. - Вульгарно морду набью... - и брезгливо плюнул под ноги Зотику.
  -- Как звать-то тебя, парень? - спросил пожилой, упруго вскакивая на ноги, как освободившаяся мина-лягушка.
  -- Зотик...
  -- Ага... Слыхал я что-то о крутом пирате, ставшем штурманом в восемнадцать лет... Ну, с Богом! Зотик - в середине. Хватит нам резни на сегодня... А эт-то кто?! - молниеносным движением запустив руку за косяк двери, он выволок оттуда Арефа.
  -- Это Ареф, он со мной... - бросил Зотик.
  -- Ладно, держи его возле себя и прикрывай. Бластером и мечом пользоваться только в крайнем случае. А лучше, поделись-ка своим арсеналом. Тебе меча хватит, чтобы всю планету обезлюдить...
   Зотик раздал свое оружие, боеприпасы, и они пошли. В подвал уже ворвалось несколько воинов, ищущих славной смерти. Их вырубили мимоходом, деловито и без особого гуманизма.
   Они шли по узеньким коридорам дворца... Ах, как они шли!.. Это не была тактика прорыва пиратской абордажной команды; когда впереди все валится, как скошенная трава, а позади - нечто непонятное, дымящееся... Как они шли!.. Раскаленная игла сквозь масло! Вот, все, что пришло Зотику на ум. Шедший впереди пожилой прогрессор неуловимо быстрым движением блокировал удар меча очередного воина, меч отлетал в сторону, незадачливый воин раскручивался, и плавным движением направлялся вдоль колонны прорывающихся, второй прогрессор отвешивал ему увесистую плюху, добавлял импульса в движение, шедший позади прогрессор вырубал окончательно, и воин оставался лежать.
   Когда оказывалось, что коридор впереди уж слишком плотно забит людьми, они сворачивали в сторону, прямо сквозь стену. Картон легко прорывался, и они оказывались то в уютной спальне, то в комнатке, при виде которой у Зотика всплывало в уме странное слово - "будуар". Пожалуй, все трое прогрессоров против Зотика в серьезной схватке не выстояли бы, но они были Командой. Слаженной, понимающей друг друга без слов. Их выучка была направлена на то, чтобы достичь максимального успеха с минимальным количеством трупов.
   Впереди замаячили распахнутые входные двери, и Зотик сразу увидел цепочку аборигенов, страшно медленно, как в кошмаре, поднимавших правые руки с зажатыми в них бластерами.
  -- Ложись!!! - заорал Зотик, в великолепном броске "поземка", стелясь над самым полом, кидаясь вперед.
   Он не успел на какую-то долю секунды. Засверкали бластерные разряды. За Арефа Зотик не боялся, на нем бронежилет, за прогрессоров - тем более. Кто они ему? Опасность была в другом: в глубине дворца послышался треск, и вой раздуваемого сквозняком пламени.
   Перекатившись по полу, Зотик двумя взмахами меча прекратил этот вандализм. Но было поздно; бластерные разряды прошили дворец насквозь, по пути запалив все переборки. Сорвав с пояса две парализующие гранаты, Зотик швырнул их наружу, дождался звонких хлопков, привычно задержав дыхание, и ринулся в светящийся багровым закатным светом дверной проем. Вслед за ним ссыпались с крыльца прогрессоры, Ареф... Изготовив меч, Зотик остался у нижней ступеньки прикрывать отход, но из дверей больше никто не появился.
   Двор был усеян оглушенными воинами. Те, кто не попал в зону уверенного поражения гранат, уже пытались встать, непослушными руками вытягивая мечи из ножен. Пожилой прогрессор сорвал с пояса Арефа еще четыре гранаты, расшвырял их на четыре стороны. Закрыв глаза и задержав дыхание, Зотик ждал взрывов, одновременно нащупывая в кармане пульт. Через пару минут распахнулся люк. Приближения катера не было слышно из-за треска разгорающегося пожара. В проеме люка мелькнули подметки сандалий Арефа, потом попрыгали один за другим прогрессоры. Зотик прыгнул последним, врезавшись в могучую спину пожилого. Люк захлопнулся. Катер пронесся над самой землей, достиг берега и поспешно нырнул в воду. За это время Зотик едва успел добраться до рубки управления. Там, плюхнувшись в кресло, включил все датчики, все индикаторы, все сканеры и принялся слушать окружающее пространство. Прямо над городом висел зонд с крейсера, сам крейсер скрывался за горизонтом. Еще несколько минут, и станет ясно; вояки с крейсера квалифицировали пожар как естественный, или - как результат вмешательства пришельцев? Если последнее, то через часок следует ждать десантного модуля с чистильщиками.
  -- Странно... - раздумчиво протянул Зотик. - Мою драку со СТИМ-500 невозможно было не засечь с орбиты, а они на это - ноль внимания... Что-то еще они высматривают... Что-то такое, на чем они много-много надеются заработать...
   Зотик заметил, что прогрессоры перекинулись быстрыми взглядам. Пожилой, как тигр по клетке, прохаживался в тесном пространстве за креслом пилота и штурмана, молодые - разлеглись прямо на полу под мониторами. Да Зотик и не позволил бы им сесть в кресла; за время пребывания в узилище их роскошные хламиды имели самый предосудительный вид.
   Криво усмехаясь, Зотик прворчал:
  -- Вряд ли вы для них представляете такую уж ценную добычу... Вы для них, так сказать, не преходящее, постоянное зло, как, например, тараканы... Человечество много чего победило, а вот с тараканами справиться никак не может...
  -- Ага, - встрял Ареф. - А еще, похоже, что их совсем не волнует тот, кто привез на эту планету "птичек", иначе они накрыли бы место схватки так быстро, что мы и удрать бы не успели. Или они уверены, что владелец "птичек" никогда их уже не сможет волновать. Такое впечатление, будто они ждут оставшегося в живых...
  -- Послушай, Зотик, - вдруг спросил пожилой, - а в какой связи ты вспомнил планету Сады Господни?
   Тон был нарочито безразличный, но Зотик почувствовал, что за этим вопросом стоит острый интерес.
   Он пожал плечами, проговорил:
  -- Ну, так это давно поговоркой стало... Да я толком ничего и не знаю про Сады Господни; там ведь постоянно дежурит канонерка с монитором. Слышал, что это была самая первая населенная гуманоидами планета, открытая землянами. Ну и, естественно, то, что аборигены любят друг друга кушать с песнями и речитативами. О ней же, как и о Фале, в лоциях и истории освоения Галактики ничего нет. Если вы что знаете, расскажите, а?.. Обожаю неизвестные истории об открытиях и путешествиях...
   Пожилой прогрессор некоторое время буравил его взглядом, наконец, все же заговорил:
  -- Давно это было. Тогда еще не существовало ни федераций, и даже о конфедерациях никто не задумывался. Тогда еще и не думали о Конвенции. Тогда каждый полет в космос был праздником всего Человечества. А тут еще, буквально в нескольких десятках парсек от Земли - райская планета. Там небольшой материк распластался в виде бабочки; туловище как бы на экваторе, а крылья в поясах вечной весны. Аборигены живут только на нем. Гигантский материк в другом полушарии, вроде нашей Евразии, видимо отделился от "бабочки" в самый момент формирования гуманоидов. Они еще не успели расселиться. Там и флора и фауна обеих материков сильно разнится между собой. На большом материке - крупные животные, и травоядные и хищники. А на другом - в основном птицы и мелкие хищники, вроде наших домашних кошек. Короче говоря, истинные сады Господа. Капитан, открывший планету, так восхитился, что и назвал ее Садами Господними. Поскольку это была первая планета, пригодная для жизни, ее решили колонизовать. Естественно, только тот материк, который не был занят аборигенами. А аборигенов решили быстренько цивилизовать. Для чего по всем их владениям понастроили факторий и учебных центров. Аборигены относились к землянам весьма дружелюбно; вокруг исследовательских баз, факторий и строящихся учебных центров устраивали постоянные карнавалы с песнями и танцами. Вокруг любого поселения землян мгновенно возникало кольцо деревень аборигенов. Колонизация шла успешно. Аборигены - в восторге, люди - довольны дружелюбием и покладистостью аборигенов, учебные центры - полностью укомплектованы воспитателями и учителями. И тут у аборигенов одновременно, будто по радиосигналу начался грандиозный праздник, на который они пригласили и самых уважаемых колонистов. Пили местное пиво. Надо сказать довольно приятное. Ели всякие блюда из птиц, овощей и фруктов. А перед рассветом аборигены повязали всех колонистов, и принялись их есть. Женщины, дети связанные лежали вокруг костров, на которых жарили их мужей и отцов. Или наоборот, сначала детей съедали на глазах их родителей. Внешне было похоже, что этой чести удостаиваются наиболее уважаемые. В общем, аборигены пировали несколько месяцев. Тогда погибло несколько десятков тысяч землян. Ведь почти ни у кого не было оружия, а подручными средствами против каннибалов не очень-то повоюешь; у них довольно разнообразный набор всевозможного оружия, даже бумеранги имеются. Из всех колонистов уцелел только один единственный человек, офицер российского спецназа, посланный на всякий случай с одной из первых партий колонистов, и случайно задержавшийся на планете... Ну, не совсем случайно... Захотелось ему спокойной жизни в раю с одной красоткой. Тогда считалось, что армии и спецназы доживают последние годы. Не прошла еще эйфория и идеализация инопланетян; ну, все эти бредни насчет мирных контактов и взаимоотношений... О пиратах, кстати, тогда еще даже не слышали. Правда, кое-кто из богатеньких уже снаряжали корабли на поиски драгметаллов, а также тяжелых и радиоактивных металлов. Этот парень, спецназовец, прошел сквозь толпу каннибалов с одним лишь десантно-штурмовым саморезом, и девушку свою почти вытащил. Когда бежали с ней к лесу, догнал ее каменный томагавк, в аккурат угодил в основание шеи...
  -- М-да... - после паузы продолжал прогрессор. - Этот парень прожил два года в лесу. Пока на Земле разбирались, что к чему, и какую посылать экспедицию: карательную или спасательную? Выжил он чудом. Несколько месяцев среди аборигенов было признаком хорошего тона, поохотиться на него, или ему, как самому великому воину, богу и человеку, предоставить возможность съесть себя. За ним перестали охотиться исключительно из-за бессмысленности этого занятия. Он побежденных не ел, а бросал протухать на жарком солнце, нагло попирая духовные воззрения хозяев планеты. Ну а с их точки зрения, съесть такого извращенца, еще хуже, чем отравиться на всю жизнь...
  -- Да-а... Оно... конечно... - пробормотал Зотик потрясенно.
   Вольные астронавты мастера всякие байки рассказывать, но такого... Этакого в голову не придет, даже если коротаешь в спасательной капсуле годы, при неисправной системе анабиоза, и при полном отсутствии спиртного... Не зря, однако, вся информация о Садах Господних засекречена еще задолго до рождения Зотика. Он поднял голову и натолкнулся на жесткий взгляд пожилого прогрессора.
   Тот медленно проговорил:
  -- Почему ты задал вопрос? Откуда ты узнал, что этим офицером спецназа был я?..
  -- Ну-у... Дядя... У тебя уже мания началась... - проговорил Зотик. - Да с такими подробностями историю рассказать может только очевидец...
  -- И ты такой умный, что догадался... - прогрессор скептически покачал головой. - Да только спецслужбам известно, что я до сих пор жив! Они много бы дали, чтобы уничтожить меня, а заодно и всю информацию о Садах Господних. Они ж уничтожают все следы той трагедии. Но еще живут ближайшие потомки съеденных, и до сих пор время от времени какой-нибудь добропорядочный гражданин вдруг начинает искать пути нелегального приобретения планетарного штурмовика для разборки с каннибалами Садов Господних...
  -- Ну, а вы как дожили до наших дней? Это ж, сколько веков прошло...
  -- Просто, я пару раз добирался до Земли в спасательной капсуле, в анабиозной камере, на субсветовой скорости...
  -- А вам не хотелось... пройтись на бреющем... над злокозненной пущей... - проговорил Зотик с кривой усмешкой.
  -- Хотелось! - прогрессор резко остановился, широко расставив ноги и сжав руки на рукоятке бластера, засунутого за пояс. - Ох, как хотелось! Да я и с одним саморезом за два года вырезал бы полконтинента! Ты знаешь, что такое ножевой бой русского спецназа?
  -- Представляю. Потому как сам им владею. Он ведь почти полностью перешел в пиратский стиль ножевого боя...
  -- Вот то-то... Но я стал прогрессором. Потому что аборигены не виноваты, что они такие... Если бы не канонерка с монитором, мы бы давно что-нибудь предприняли... Но ни я, ни научники, ума не приложим, что вообще там можно сделать?! Между племенами - вечный мир, тишь да гладь, никаких тебе межплеменных конфликтов. Но каждый день, мужчины каждого племени отправляются в лес и охотятся друг за другом. По праздникам они сжирают кого-нибудь из соплеменников, к тому же либо самого умного, либо самого красивого, либо самого энергичного, короче говоря - действует вовсю трость Фразибула...
  -- А может, Совет Земного Содружества все же прав? Может, такие планеты необходимо предоставлять самим себе?
  -- Нельзя! - отрезал прогрессор. - Если разум начал развиваться, он должен развиваться прогрессивно!
  -- А кто решает, что - прогресс, а что - регресс? - ухмыльнулся Зотик.
  -- Чего ты из себя философа корчишь?! - взвился прогрессор. - Любомудр хренов! - добавил он на совсем уж древнем русском. - Это совсем не прогресс - жрать самых умных и самых красивых в своем племени... Или, как эти... Здешние... Любая встряска, или хотя бы атмосферные эффекты, могут вызвать тотальное самоубийство всего населения! Давай еще, затяни тягомотину насчет счастья, любви и прочего... Поэты-лирики на Земле обожают это; выползти на берег очищенного от всякого мусора океана, и блажить насчет того, что нефиг делать людям в космосе, и на Земле хорошо, и счастья полно...
  -- Да я ничего... Да я обеими руками за... - смутился Зотик, вдруг поймав себя на том, что нарочно подзуживает прогрессора. Сам ведь от скуки чуть не свихнулся, живя в коттедже на краю спокойного болота.
  -- Жил такой философ в двадцать первом веке... По фамилии Фомин, - проговорил прогрессор, успокаиваясь. - Он создал Теорию жизни... - Зотик заметил, как Ареф насторожился. - По его теории были созданы первые компьютерные модели биологических систем. Он четко сформулировал, что есть прогресс, а что есть регресс в биологических системах. Но его до сих пор не признают безоговорочно, хотя большинство ученых скрепя сердце кое с чем соглашаются... Так что, и на Садах Господних, и здесь, на Фале, гармония мнимая... Это мертвые цивилизации...
  -- Знаете, как можно оживить Сады Господни? - вдруг встрял Ареф.
   Прогрессор развернулся к нему, принялся удивленно разглядывать.
  -- У аборигенов ведь недостаток белка. Вот этот фактор и задержал развитие цивилизации. То есть они сожрали всех крупных животных на материке прежде, чем развились настолько, чтобы попытаться их одомашнить. Всего то и делов, это надо несколько тысяч аборигенов переселить на большой материк. Там ведь великое разнообразие природных условий, и весьма богатая флора и фауна...
   Прогрессор вдруг разинул рот и с размаху хлопнул себя по лбу.
  -- Это ж надо, крупнейшие и светлейшие умы ломали головы десятилетиями, а простой пацан, пиратский юнга решил проблему одним махом!..
   Ареф самодовольно усмехнулся:
  -- Это потому, что они подходили традиционно: искали пути изменения общества. А все просто; чтобы изменить общество, надо изменить условия его жизни...
   Прогрессор в очередной раз глянул на часы, проговорил:
  -- Включи-ка нуль-пространственный канал на частоту три-восемь-шесть, полоса пропускания - гамма пси восемнадцать...
   Тут послышался вкрадчивый голос Шкипера:
  -- На этой частоте уже в течение двадцати трех секунд идут кодированные сигналы с корабля прогрессоров...
  -- Эт-то еще что за явление тени отца Гамлета?! - изумленно вскричал прогрессор.
   Зотик не знал никаких Гамлетов, а потому спокойно проговорил:
  -- Это мой Шкипер.
  -- Та-ак... - протянул прогрессор. - Либо ты предоставляешь минимум информации о себе, и мы договариваемся о дальнейшем взаимодействии, либо мы активируем термитку, и все вместе отправляемся в просторные небесные земли... Такой корабль не может принадлежать простому пирату, и десантный катер с иголочки, последний писк технической мысли... А наши законы таковы, что законы пиратского братства по сравнению с ними, просто правила поведения детишек в своем городском районе, ли на своей деревенской улице... У нас так; если попался на запретной планете, если выхода нет никакого - позаботься о том, чтобы тебя не вытащили на скамью подсудимых...
   Зотик смотрел на его жесткое, обожженное вечным космическим загаром лицо, и медленно постигал новую для себя истину; разгульность вольных астронавтов и погоня за добычей, это еще не вершина свободы. Что-то же заставляет этого человека десятилетиями нарушать совершенно гуманные законы, защищающие интересы отсталых аборигенов планет, не будь на которых этих самых аборигенов, в одночасье готовых стать предметом спора, за который насмерть вцепятся друг другу в глотки две могущественные федерации... Зотик не мог даже возмущаться, что прогрессоры упорно называют его пиратом.
  -- Да никакого секрета нет, - пожал плечами Зотик. - Просто, я работаю на дядюшку Бубль-Гум...
   Прогрессор расплылся в улыбке:
  -- Ах, вот оно что... Вот она, швейцарская гвардия рыцарей легальной наживы... Это ж надо, против пиратов готовы принимать все более и более жестокие законы, а сами нанимают себе пиратов и разбойничают хуже пиратов... Сейчас многие богатые корпорации обзаводятся собственными каперскими флотами...
   Зотик был наслышан о швейцарской гвардии. На эсминцах Западной федерации десантные подразделения частенько состояли из гвардейцев. В драке они лишь немного уступали русскому и китайскому спецназам. Но Зотик впервые слышал, что они начали наниматься на частные корабли. Он оскорблено проговорил:
  -- Я сроду не был в Швейцарии...
   Прогрессор с непередаваемым изумлением воззрился на Зотика. Ареф, расположившийся в штурманском кресле в своей любимой позе, - закинув одну ногу на подлокотник, - с сочувственным и соболезнующим видом покивал.
   Зотик понял, что опять угоди в белое пятно своего образования, и слегка смутился. Действительно, была область человеческого познания, которая не преподавалась в школе; она была предметом обязательного домашнего воспитания. Зотик же не получал домашнего воспитания по причине, от него мало зависевшей: родители его постоянно путешествовали. А поскольку сам Зотик был не в состоянии выносить казарменную дисциплину престижных интернатов и пансионатов, то он там больше чем на два дня не задерживался. Пока родители отдыхали на фешенебельных курортах, или бродили по экзотическим местам загадочных планет, Зотик либо исследовал трущобы больших городов, либо бродил по безлюдным земным лесам, вооружившись луком и ножом. С того благословенного времени, когда люди перешли на выращивание сельскохозяйственных растений в биотронах, леса отвоевали свои исконные земли. А благодаря Конвенции, в лесах было запрещено проводить дороги. Потому для любителей авнтюрных приключений было полнейшее раздолье, не без некоторой доли риска. Кроме диких животных в лесах обитали еще и убежденные апологеты единения с природой из комплексующих людей. Они запросто могли, отобрав все оружие и радиомаяк в придачу, вместе с пультом вызова геликоптера, отправить в пеший поход к населенным местам любого туриста.
   Прогрессор, склонив к плечу голову, слушал прерывистый писк сигналов. Получив, видимо, какую-то информацию, он снова обратился к Зотику:
  -- Ну, а что тебя занесло на запрещенную планету?
  -- Да надо было повидаться с одним приятелем... - уклончиво протянул Зотик.
   Прогрессоры снова переглянулись. Пожилой медленно выговорил:
  -- Так вот оно что... То-то я почувствовал неладное еще года три назад... А за последние два года совершенно бездарный правитель третьестепенной провинции, выиграл шесть войн, и превратился в одного из влиятельнейших вельмож всего континента. Последние несколько месяцев ходят упорные слухи, что он претендует на трон верховного повелителя. Повелителя повелителей. Этот трон пустует уже несколько веков. - Прогрессор впился гипнотизирующим взглядом Зотику в лицо, зло выговорил: - Ты, парень, не темни. Выкладывай все. Мы ведь ни за что не оставим эту планету в лапах у пиратов... Тут уже появлялся один, с целью поживиться... Давно, правда...
   Давно Зотику не доводилось встречаться со столь сильной личностью. Прогрессор буквально подавлял его своим превосходством. Зотик не удивился бы, если бы узнал, что он владеет искусством ломать кости психическим воздействием.
  -- Да я не темню! - протянул Зотик, напуская на себя жалобный вид сироты. - Тут Халим Филлогоний окопался... У него идиотская идея возникла; набрать из здешних рыцарей себе абордажные команды и десантные отряды...
  -- Ах, вот оно что!.. Ну, вы, ребята, до немыслимого предела обнаглели!..
  -- Да я-то тут ни при чем! Откуда мне было знать?.. Я просто хотел поговорить с Халимом по одному вопросу... Я ж понятия не имел, какие он тут игры ведет...
  -- Ну и что, поговорили? И он тебя живым отпустил? Ты ж его теперь до конца жизни за глотку можешь держать...
  -- Какое там... - Зотик безнадежно махнул рукой. - Нет больше Халима...
   Прогрессор от изумления присвистнул:
  -- Вот это да-а... Самого Халима Филлогония завалил! А я-то думал, что врут про тебя...
  -- Ага, - Зотик самодовольно ухмыльнулся, - это Халим такую репутацию заимел исключительно благодаря мне...
   Прогрессор снова как тигр по клетке прошелся по палубе, зло выговорил:
  -- Это ж надо! Такого мы даже предположить не могли... Абордажная команда и десантный отряд из таких вояк... Если ты, уважаемый пират, не заметил, то я тебя уведомляю; ни один из оставшихся внутри горящего дворца воинов не выскочил наружу.
   Зотик низко опустил голову. Он чувствовал себя кругом виноватым. Хотя, если разобраться, в патовую ситуацию его вогнало неожиданное появление крейсера. Ведь он точно знал, что Интернациональный флот патрулирует только окрестности планет, объявленных в карантине. Да Сады Господни, на которую может высадиться с планетарным штурмовиком внучек кого-нибудь из съеденных.
   Прогрессор снова прислушался к писку сигналов. Зотик сколько ни вслушивался, смысла уловить не смог, хотя пираты тоже частенько использовали примитивную двойную кодировку. Судя по молчанию Шкипера, он тоже до сих пор не расшифровал кода.
  -- Господи! - вдруг горестно вскричал прогрессор - Семь лет насмарку из-за глупых, детских игр каких-то мелких пиратов!..
  -- Чем я вам тут помешал?! - закипятился Зотик. - Крейсер сюда не из-за меня примчался... Просто, я не вовремя появился...
  -- Ладно... - прогрессор глубоко вздохнул, уже спокойнее заговорил: - У них в горах храмы, где хранятся знания, накопленные за всю историю, еще с первого потопа. Доступ к ним имеют только властители да жрецы. Добраться до храмов ни по воздуху, ни по земле невозможно. Их охраняют так называемые "горные выродки". Особая каста наемных убийц и шпионов. Самое интересное, что нанять их может любой правитель, а храмы они охраняют совершенно бесплатно. Внедриться к ним - невозможно! Внедриться в храмовые жрецы - еще труднее. С каким трудом нам удалось добыть фотографию жреца и подготовить двойника!.. И вот теперь вся информация, - целый ящик видеозаписей и дисков, - пропадет бестолку.
  -- Да почему, бестолку?! Время есть. Под шумок сбегайте до тайника, и притащите...
  -- Поздно... Мы не ожидали такой пакости со стороны джентльменов удачи, а потому заранее не упрятали информацию в несгораемую капсулу. Город уже полыхает со всех сторон. Тут так; один идиот заявляет драббату, и все остальные, как полоумные, вспарывают себе животы. А сегодня, вообще редчайшее веселье - огненная драббата. Самая престижная...
   Зотик явственно ощутил нестерпимое жжение по всему телу. Но уже ничего не исправишь... И он дал себе клятву, больше очертя голову не кидаться туда, где живут разумные существа с какими-то непонятными, жуткими законами.
   Выслушав очередную серию писков, прогрессор проговорил:
  -- Ну, все, пора... Уходить будем так: разгоняйся на пределе возможного по направлению вращения планеты, затем выпускай прямо перед собой капсулу-ловушку... Надеюсь, у тебя имеется такая?
   В погребах катера имелся полный боезапас, логично было предположить, что там были и капсулы-ловушки.
  -- А лучше, сразу четыре, - продолжал прогрессор. - Вслед за ловушками выстреливаешь спасательную капсулу с нами. Одновременно выбрасываешь вторую капсулу назад по курсу. Придется пожертвовать капсулой...
  -- От вас одни убытки... - проворчал Зотик. - Вы, значит, ныряете в защитный экран, а я остаюсь один на один с крейсером...
  -- Послушай, парень, - с ноткой усталости в голосе терпеливо выговорил прогрессор, - методика ухода у нас отработана четко. В этом случае наиболее вероятно поражение капсулы-ловушки. Но это даже и хорошо, экран шире получится. Затем, по убывающей; спасательная капсула, посланная назад, капсула с нами, и в последнюю очередь - катер. Мы ж не чужды благодарности. Тем более, это у тебя козырь; можешь до конца дней своих шантажировать научников...
  -- В том-то и дело... - многозначительно выговорил Зотик. - С шантажистом лучше всего разделаться еще на старте...
   Прогрессор внимательно поглядел Зотику в глаза, нехотя произнес:
  -- Мы могли бы поменяться местами. Но тогда тебе придется подарить нам катер. Потому что времени поменяться у нас не будет. Наш корабль ведь не собирается ввязываться в драку с крейсером. Шансов никаких. Да и нам ни к чему катер; на такой случай предусмотрен уход в спасательной капсуле. Если мы объявимся вблизи корабля на катере, нас попросту расстреляют, чего бы мы ни вопили в эфире...
  -- Ладно, - проворчал себе под нос Зотик, - у меня была возможность, не попадать в такую ситуацию, просто, не вытаскивать вас из подвала... Сейчас осталось уповать только на ответное благородство.
   Сообща они подготовили катер к прорыву за пять минут. Зотик на всякий случай сунул одну капсулу-ловушку и в обреченную спасательную капсулу. Оба молодых прогрессора попрыгали в капсулу, а пожилой повернулся к Зотику и протянул ему крошечную карточку, сказал:
  -- Здесь пароль и координаты нашего тайника... Крейсер наверняка погонится за нами, а ты наведайся туда. Там двенадцать грузовых модулей, заполненных всякими изящными вещицами с Фала. Два из них - твои. Это окупит твои убытки. Тут же закодированы данные того человека, через которого ты на Земле за хорошую цену сможешь продать контрабанду. Не за бесценок, как в пиратских притонах принято...
  -- Та-ак... - изумленно протянул Зотик.
  -- Чего, та-ак?.. - зло передразнил прогрессор. - А ты думал, что мы на благотворительные взносы живем?.. Сейчас в хороших домах обеих федераций инопланетные вещи, да еще с сертификатами, в большой цене. Считается жутко престижно, сервировать стол инопланетными сервизами, и как бы ненароком продемонстрировать сертификат. Или проводить особо доверенных друзей в тайный зал с инопланетными произведениями искусства...
  -- Но ведь это обедняет культуру планет! - вскричал Зотик.
  -- Очередная брехня официозной науки... - зло усмехнулся прогрессор. - Наоборот, стимулирует творчество. Главное, приобретать произведения искусства у еще живых авторов... Ну, все! С Богом! Время...
   Он исчез в полумраке капсулы, а Зотик кинулся в рубку управления. Уже шли последние секунды стартового отсчета. Перед тем, как катер в клубах пара вылетел на поверхность моря, и стало не до разговоров, Зотик услышал по внутренней связи:
  -- Из-за защитного экрана белые ночи будут держаться несколько недель, а сгорающие в атмосфере обломки - вообще кошмар для аборигенов. Да еще ускорители крейсера, работающие на форсаже... Короче, в результате нашего отхода будет несколько сот тысяч самоубийств в других областях континента, а эта провинция вообще обезлюдит... Вот так... А эти малахольные дебилы рассуждают о прогрессе, регрессе, гармонии и счастии... И почему я не имею права мешать получать счастье тому, кто получает его полной мерой путем вспарывания себе живота?..
   Потом началось то, что и сравнить нельзя было с посадкой на этот чертов Фал!!!
   Позади остался опаляющий жар разрядов бластерных пушек, ошеломляющие толчки в защитные поля бризантных снарядов, слава Вселенной, что на излете...
   Как и предполагали прогрессоры, крейсер погнался за их "Рысью". Зотик вильнул на катере за естественный спутник, и, прикрываясь им как щитом, на ускорении в тридцать пять жэ унесся в сторону пояса астероидов. Вскоре помятый, опаленный катер бережно приняли лапы силовых полей Корабля.
   Хоть Ареф все веселье и провел в аммортизаторе, но Зотику пришлось до лазарета нести его на руках; он никак не мог прийти в себя. Самому Зотику было тоже муторно, хоть он и успел надеть противоперегрузочный костюм.
   Слава Вселенной, у Арефа внутри ничего не лопнуло и не сломалось. Астронавты отсыпались сутки, после чего отправились разыскивать подарочек прогрессоров. Тайник оказался совсем неподалеку, тут же в поясе астероидов. Когда Зотик забрался в первый модуль, пристыкованный на наружный стыковочный узел грузовой аппарели, он понял, что впервые в жизни получил царский подарок. Даже если Это продать по расценкам пиратских притонов, до конца жизни можно будет жить припеваючи на проценты!
  

Четвертый подвиг

  
  
   Зотик здраво рассудил, что после всех беззаконных поступков на Лерне и Фале, не стоит торопиться в Солнечную систему, а потому проложил курс в систему Эдема.
   Вокруг желтенького спокойного солнышка крутилась уютная планета, с двумя гигантскими материками и россыпями островов, по природным условиям очень похожая на Землю, только еще уютнее. На ней обитал весьма разнообразный животный и растительный мир, но вот разумные существа почему-то не появились. Наткнулся на нее совершенно случайно, поврежденный в одной из последних битв Второй колониальной войны, крейсер, принадлежащий Западной федерации. Капитан, чудом выведя судно из боя, при прокладке курса ошибся ровно на сто восемьдесят градусов, а в интенсивности импульса к т-скачку - раза в три. Ну, может, и не ошибся, поврежденный корабль так отреагировал на вполне квалифицированные действия. Выйдя на орбиту вокруг планеты, он даже некоторое время считал, что это Земля. А то, что исчезли все орбитальные сооружения и изменились очертания материков, он приписал тому, что Земля подверглась удару из космоса. Но когда он понял свою ошибку и выбросил на планету разведгруппу, а потом просмотрел ее видеоотчет, пришел в такой восторг, что тут же окрестил планету "Эдемом". Он тогда еще не мог знать, что Эдем станет причиной Третьей колониальной войны.
   Да и было из-за чего воевать! Планета была сущим раем от северного полюса до южного. В умеренной зоне - мягкие снежные зимы; идеальное время для лыжных походов и сафари. Летом - тихие солнечные дни с идиллическими рыбачьими сафари на парусных лодках, с кострами на песчаных берегах, под огромными деревьями, похожими на земные осокори. В субтропиках и тропиках, на морских побережьях, пляжи с песком цвета червонного золота, яхтенные походы к островам, похожим на цветочные клумбы, с лагунами, полными раковин-жемчужниц. В глубине континентов - тучные прерии, с миллионными стадами животных, на которых можно было охотиться. Правда, хищники, так и не узнавшие, что самый страшный зверь как раз человек, постоянно нападали на туристов и охотников. Так что, проводникам и инструкторам постоянно приходилось быть начеку. Но большинству туристов такое положение нравилось, привносило пикантное разнообразие...
   По праву первооткрывателя, Эдем должен был отойти к Западной федерации, но дотошные юристы Восточной усмотрели массу всевозможных нарушений Закона в действиях капитана крейсера. Во-первых, корабль выскочил на орбиту во всей красе, тормозясь главными двигателями, чем обеспечил в атмосфере праздничную иллюминацию не меньше чем на месяц. Во-вторых, болтался на очень низкой орбите, а значит, с поверхности планеты мог быть виден в примитивную подзорную трубу. Но самый большой криминал был в том, что разведгруппа высадилась на планету без предварительной проверки на присутствие там разумной жизни.
   Таким образом, право первооткрывателя было легко оспорено, но так не хотелось отдавать столь богатую добычу!
   Обе федерации настолько увлеклись дракой между собой, что Эдем у них из-под носа чуть не выхватил Южно-Азиатский союз; слабый экономически, но хитрый и коварный политически. За несколько веков своего существования, он сумел прибрать к рукам десятка полтора планет, правда, малопригодных для жизни, но Эдем ему оказался не по зубам. Обе могучие федерации, оскорбленные такой наглостью слабака, забыли на время распри, и вместе накинулись на волюнтариста. В азарте они чуть было не растерзали в клочья незадачливого вора, но вовремя спохватились. Ведь на территориях Южно-Азиатского союза проживают миллиарды нищего и невежественного населения, и федерациям пришлось бы взять на себя заботу о нем, особенно о той части, что живет в колониях. А кому охота добровольно нянчиться с населением, любимым занятием которого являются партизанская война и терроризм, в совершенно извращенных формах. Чуть что, находится масса разозленных патриотов, готовых, обвязавшись самодельными бомбами, кого-нибудь взорвать вместе с собой. Да еще эти бесконечные религиозные разборки между сектами, группами, кланами и просто выяснения, кто более правоверный, с помощью ножей и кривых сабель.
   И тут, воспользовавшись паузой, кто-то из закоренелых нейтралов, подал голос: а не сделать ли Эдем международным курортом? Идея понравилась. Вскоре были подписаны соответствующие договоры о трех и многостороннем сотрудничестве. Началось паритетное финансирование строительства отелей, пансионатов, туристических и охотничьих баз. Но, как водится, денег у правительств стран-участниц перестало хватать, когда еще не была выполнена и треть работ. Пришлось привлечь частный капитал путем выпуска акций и облигаций. С частным капиталом на планету пришел игорный бизнес, как поганки после гнилого дождя выросли казино. Ну и, естественно, как же без них? На планете, как клопы у неряшливой хозяйки, тут же прописались гангстеры со своим вовсе уж незаконным бизнесом.
   Когда на планете заработала налоговая служба, выяснилось, что, чуть ли не половина акций и облигаций, а так же отелей и казино, принадлежит гражданам Южно-Азиатского союза. Дело в том, что только простое население оного союза было нищим и невежественным; шейхи, правители, просто диктаторы, были самыми состоятельными людьми обитаемой части Галактики.
   Зотик пристыковал Корабль к частной орбитальной станции технического обслуживания, оплатил сокращенный профилактический осмотр и ремонт, и на шлюпке отправился к международному терминалу. За контрабанду, которая находилась на Корабле, он не боялся. Техническая станция - территория нейтральная, а поскольку даже пираты являются желанными клиентами таких станций, то там умеют не совать нос в чужие трюмы. Даже пираты исправно платят за обслуживание. Кому охота в самый ответственный момент получить неуправляемый корабль? Таможенник, появившийся на экране, нудным и скучным голосом спросил:
  -- Что желаете предъявить к осмотру?
  -- Я отдыхать прилетел... - хмуро проворчал Зотик.
  -- Но ведь есть положение, что частные корабли должны пристыковываться к международному терминалу, - возразил таможенник.
   Понять его было можно; на технической станции платить приходилось лишь за технические услуги, а на международном терминале - еще и за стоянку. К тому же по твоему кораблю, как тараканы, целый день будут копошиться таможенники, а ты, как последний идиот, будешь сидеть в центральном посту и на каждую бутылку виски и банку консервов предъявлять сертификаты; как бы в бутылке, вместо виски, а в банке, вместо тушенки, не оказалось чего-нибудь запретного. В довершение всего, у тебя заберут все кодовые матрицы пуска огневых систем и изымут все незарегистрированные стволы боевого оружия, а потом могут и не отдать. И при этом премии таможенников напрямую зависели от количества обшмонаных кораблей, и изъятого незаконного барахла.
  -- У меня как раз подошел срок профилактики, - демонстрируя крайнюю скуку лицом и голосом, проскрипел Зотик. - А на ваших терминалах не столько профилактику делают, сколько контрабанду ищут...
   Все это была рутина. Таможенник будет ныть, и скрипеть, пока не подсчитает в уме, какую сумму он потерял в виде премиальных.
   Наконец формальности были улажены, и Зотик направил шлюпку к почтовому причалу. Ареф после всех приключений на Фале был тих и молчалив все дни, так что Зотик его временами не замечал. Выпрыгнув на рубчатую сталь аппарели, Зотик окинул взглядом ряд пакетботов. Даже внешне было видно, какие они скоростные; полностью, от узкой воронки улавливателя межзвездной материи, до сдвинутых до предела назад реакторных колец, устремленные вперед. Опытным взглядом Зотик сразу распознал кораблик, готовящийся к старту; под распахнутым люком топтался почтальон в толстом, громоздком противоперегрузочном костюме, наверняка рассчитанном на пол сотню жэ.
  -- Если хочешь, чтобы твою почту взяли на уже загруженный пакетбот, польсти почтарю. Эту истину Зотик усвоил давно. А потому он, подходя к почтальону, поприветствовал его так, как принято приветствовать только капитанов: Быстрым, точным движением вскинул к виску два пальца, затем отвел руку в сторону. На жестком, навек закостеневшем от смертельных для нормального человека перегрузок, лице, не отразилось никаких чувств, но почтальон ответил Зотику тем же жестом. Подкинув на ладони увесистую капсулу с сообщением для м-ра М, Зотик уверенным тоном сказал:
  -- Капитан, возьмите срочную почту.
  -- Тройной тариф, и такую же сумму мне, за риск, - равнодушно проговорил почтальон, глянув на часы.
  -- Нет проблем, - бросил Зотик, вытаскивая кредитную карточку.
   Некоторые, трусоватые почтальоны, левую почту не брали. Груз кораблика с такой удельной энерговооруженностью, должен рассчитываться до грамма, иначе зашвырнет черт те куда, добирайся потом до точки назначения... За несколько веков существования почтовой службы, пакетботов исчезло больше, чем погибло кораблей в колониальных воинах.
   Сделав все неотложные дела, Зотик, наконец, собрался предаться отдыху. Опускаться на поверхность планеты полагалось на посадочном модуле терминала. За то, что турист желает воспользоваться личным транспортом, требовалось выложить немалую сумму. Всякого рода плейбоев, заработавших состояние и теперь прожигавших жизнь, было не так уж и много, и Зотик был страшно доволен, что его приняли за одного из них. Припарковав шлюпку на довольно пустынной стоянке у роскошного отеля, Зотик выпрыгнул из люка на ласковый свет светила, в аромат цветов райского сада, в уют и безопасность давно обжитого и ревниво охраняемого места.
   Ареф вылез следом, огляделся, потянул носом воздух, проворчал:
  -- На Фале и пахло по-другому... Наверное - смертью...
   К ним уже бежал служитель стоянки. Учтиво поклонившись, он произнес, здорово запыхавшись:
  -- Сэр, багаж доставим, как только займете номер. Прикажете, профилактический ремонт вашей шлюпки?..
  -- Не стоит... - лениво обронил Зотик. - Она новая, и еще лет пять обойдется без ремонта. А багажа у нас нет...
   У служителя от изумления вытянулась физиономия. Видимо, он привык, что у клиентов, прибывающих на личном транспорте, целая гора чемоданов.
   Направляясь ко входу в отель, Зотик подумал; а как обращаются к клиентам в отелях, принадлежащих русским? Но тут же отогнал всякие мысли о русском секторе. Вдруг за ним охотятся чистильщики? Преступник, скрывшийся в Нейтральной зоне, уже не мог подвергнуться судебному преследователю, но у всех государств существовали спецслужбы, которые устраняли опасных преступников противозаконными методами.
   Расписавшись в книге посетителей, которую ему выложил на стойку настоящий, живой портье, Зотик выбрал сдвоенный номер, с двумя спальнями и общим холлом, с окнами на океан. Когда они шли к лифту, Ареф вертел головой разинув рот. Ему не доводилось бывать в такой роскошной обстановке, несмотря на легенды о несметном бабушкином состоянии, семья жила довольно скромно. Разве что дети учились исключительно в престижных школах, да на путешествия денег не жалели. В одном из которых родители Зотика и погибли, к тому же при весьма загадочных обстоятельствах, как раз за полгода до тех памятных беспорядков в Москве, ни с того, ни с сего устроенных студентами, и за которые Зотик загремел на Меркурий, как зачинщик, хоть коим и не являлся. Просто он с детства любил побузить за компанию.
   У лифта, растерянно озираясь по сторонам, стояла девушка, на вид совсем юная, но уже не подросток. Скромно, но со вкусом одетая, она производила впечатление потерявшегося ребенка. Ожидая лифта, Зотик обворожительно улыбнулся ей:
  -- Вы кого-нибудь потеряли? Случайно не меня?..
   За такую пошлятину любая представительница аристократии окатила бы Зотика холодным презрительным взглядом, и повернулась спиной, но эта девушка жалобно улыбнулась в ответ, смущенно потупила взор и пролепетала:
  -- Ужасно, но я потерялась сама...
  -- Как?! - опешил Зотик. - Н таких благоустроенных планетах потеряться просто невозможно!
  -- Я здесь была с папой и мамой. Наша семья владеет недвижимостью на Земле и в колониях. Мы должны были лететь домой. Папа с мамой пошли на посадку, а я хотела поговорить напоследок с одним мальчиком, с которым познакомилась здесь. Ну и заговорилась... А тут так принято, для удобства пассажиров; пассажиры заполняют модуль, и он сразу направляется к лайнеру, минуя терминал. Этот модуль был последним... Даже из-за какого-нибудь президента капитан не стал бы задерживать старт лайнера, не то что из-за болтливой девчонки... Теперь, несколько дней, пока лайнер в пути, да пока рейсовый пакетбот прилетит... Мне негде и не на что жить... - голос ее затих на трагической ноте.
   Зотик покровительственно приобнял ее за плечи, воровато глянул по сторонам:
  -- Не волнуйтесь, я помогу вам дождаться денежного перевода. А пока вы поживете в моем номере.
   Право же, мне бы не хотелось вас стеснять...
  -- Ну, какие стеснения!.. У меня сдвоенный номер; вы - в одной спальне, мы с дядюшкой - в другой... А дело с администрацией я утрясу...
   Ареф, скептически оглядывая девушку, пробормотал:
  -- Может, оплатить ей номер, будет дешевле, чем утрясать дела с администрацией?
   Ареф, по своему обыкновению, изучивший как можно больше информации о новом месте, в которое направлялся, благоразумно умолчал об одном факте, дальновидно полагая, что за эту информацию может схлопотать по шее от Зотика. В каждом роскошном отеле имелись крошечные одноместные номера для студентов, которые предоставлялись бесплатно. Дальновидные владельцы отелей справедливо полагали, что студент, раз посетивший отель, пожелает посетить его и второй раз, став преуспевающим бизнесменом, но поселится уже в роскошном дорогом номере.
  -- Много ты понимаешь! Ты что, ничего не слышал об особом статусе Эдема?
   Ареф, знавший об Эдеме больше Зотика, ничего не встречал в памяти Шкипера об особом статусе Эдема. Из извечного мальчишеского презрения к девчонкам, Ареф подумал, что эта девушка тоже могла не знать, что никакого статуса не существует; просто, самый лучший курорт в обитаемой зоне Галактики.
   Зотик повлек девушку в лифт, она сопротивлялась, но не слишком убедительно, так что вскоре они оказались в номере. Обойдя весь номер, Зотик весело потер ладони:
  -- Ну-с, и с чего же мы начнем предаваться отдыху?..
  -- Девушка застенчиво пропищала:
  -- Вновь прибывшие для начала одеваются сообразно климату... Вы в этой своей броневой коже будете выглядеть, как статуя командора посреди бала.
  -- Ну, это недалеко от истины, - самодовольно проговорил Зотик. - Хоть я еще не командор, но уже капитан.
   Ареф, демонстрируя улыбку от уха до уха, проговорил:
  -- Она имеет в виду каменную статую командора, которая пришла на ужин к дону Гуану и донне Анне...
   Зотик чуть было не спросил, кто это такие, но вовремя прикусил язык, и капкан, мастерски поставленный ему Арефом, не захлопнулся. Наоборот, Зотик в ее глазах стал выглядеть эдаким не шибко остроумным, но весьма добродушным шутником.
   Всем видом демонстрируя полную лояльность Арефу, Зотик подошел к интеркому, ткнул пальцем в кнопку вызова, тут же появившаяся на мониторе пожилая, но весьма величественная женщина в униформе, спросила:
  -- Чего изволите заказать?
  -- Доставьте в мой номер одежду, необходимую для пребывания на курорте в течение месяца. Для меня и моих спутников.
  -- Через четыре минуты заказ будет доставлен... - произнесла женщина и исчезла.
  -- Э-эй, погодите!.. Я же не сказал, в какой номер и размеры...
   Девушка прыснула в кулачок, проговорила:
  -- Здесь этого не требуется. Наши размеры уже в памяти компьютера. Кстати, для вызова горничной не обязательно тыкать пальцем в клавишу, достаточно произнести кодовую фразу. - Она повернулась к интеркому и проговорила: - Э-ой, бой.
   Тут же включился монитор, и на нем появилась давешняя женщина.
  -- Извините, проверка, - бросила девушка, и интерком отключился.
   Ареф все же встрял:
  -- Зря ты изображаешь завсегдатая подобных отелей. Она тебя больше будет уважать, если узнает, что ты разбогател в одночасье...
   Зотик смущенно кашлянул, повернулся к девушке;
  -- К-хэ... Мадемуазель, мы же еще не познакомились...
   Зотик и сам не знал, почему он назвал ее на французский манер.
  -- Разве?! - изумилась девушка.
   И тут Ареф насторожился, однако виду не подал. Слишком уж легко она согласилась пойти в номер с симпатичным парнем, но явно не аристократом и не джентльменом. Выглядела девушка лишь на пару лет старше Арефа, но он еще при встрече у лифта ощутил какое-то отчуждение; не почувствовал в ней сверстницы, и даже наоборот, она показалась ему довольно зрелой женщиной, ну никак не меньше двадцати лет!
   Девушка потупилась и застенчиво произнесла:
  -- Зовите меня Терезой.
  -- А как ваша фамилия? - на всякий случай спросил Зотик, ожидая услышать нечто знаменитое, каждую неделю мелькающее в информационных программах. Хотя, вряд ли... Такие обычно на курорты летают на собственных яхтах.
   Девушка скромно улыбнулась и проговорила:
  -- Не спрашивайте и не пытайтесь узнать мою фамилию. Поверьте, это ни к чему. Да и папа будет страшно недоволен. Членам некоторых семей лучше путешествовать инкогнито - меньше хлопот.
  -- Ну, хорошо, хорошо! - вскричал Зотик. - Пусть будет просто Тереза. Тереза - и все. Кстати, вы француженка?
  -- Я?.. - девушка на секунду растерялась, но тут же надменно выпрямилась: - Вы, все же, пытаетесь вычислить мою фамилию!..
  -- Нет, нет! Все, умолкаю!.. - Зотик поднял вверх руки.
   Тут послышался стук в дверь. Зотик вздрогнул и изумленно спросил:
  -- Что это?! Почему...
  -- Тут так принято, - дернула плечиком Тереза, как бы давая понять: "Ах, какой невежа. Не знать такого пустяка...". - Этот старинный обычай когда-то был распространен и на Земле.
   Хотя дверь можно было открыть голосовой командой, дистанционно, Тереза все же подошла к ней, повернула ручку и распахнула настежь.
  -- Ах, какой прекрасный обычай! - умилился Зотик.
   Ареф ошеломленно, и вместе с тем с подозрением посмотрел на него, но ничего не сказал.
   Та самая величественная женщина в униформе, что приняла заказ, вкатила ручную тележку, груженную стопками одежды.
   Зотик удивленно пробормотал:
  -- И когда она успела?..
   Ареф, с тихим свистом повертев пальцем у виска, сказал:
  -- Ты что, совсем?.. Ни разу не был в приличном отеле? Что ж ты за вольный астронавт тогда?.. По интеркому с тобой общалась цифровая матрица, а сама рассыльная в поте лица выполняет заказы. Тут обслуга работает с тройной нагрузкой. Владельцы отелей не шибко-то любят возить обслугу с Земли... Хоть и существует закон, запрещающий селиться на планете всем, кто не работает в сфере обслуживания и не владеет недвижимостью, но частенько, кое-кто из обслуги, разругавшись с хозяином, скрывается в здешних бескрайних лесах. Когда этих колонистов-анархистов наберется достаточно, они объявят планету независимой...
   Зотик проворчал:
  -- И все-то ты знаешь...
   Зотику, и правда, не довелось ни разу отдохнуть на приличном курорте после пиратских рейдов. Все его контракты с капитанами кончались драками, поножовщиной и бластерной пальбой. Только благодаря устойчивой репутации непобедимого в драке, капитаны безоговорочно выплачивали ему долю, даже если он перед этим кому-то расквасил нос или сломал пару ребер. После чего Зотику, естественно, требовалось уходить в очередной рейд, чтобы дать время остыть горячим головам, пылавшим жаждой мести. Несмотря на такой нрав, следующий капитан охотно брал Зотика штурманом, надеясь, что уж он то поладит с ним. Как старший офицер, Зотик был незаменим на корабле. Он мог пиратскую вольницу даже заставить навести порядок в трюмах, и пропылесосить многолетние залежи пыли в различных укромных уголках корабля. Да, наверное, капитаны чувствовали, что за внешне буйным нравом скрывается мальчишка-романтик. Просто, сами капитаны отличались весьма взрывным темпераментом, а Зотик не терпел грубости даже от начальства. Обладая при этом редким даром прирожденного воина, - феноменальной реакцией и быстротой, - действовал всегда в опережающем темпе, и противнику после драки всегда казалось, будто он кинулся первым. Чтобы сгладить впечатление от своего невежества, Зотик воскликнул:
  -- И для чего столько одежды?!
   Как бы отвечая на его вопрос, - рассыльная или горничная? - Зотик вообще уж не разбирался в таких тонкостях, принялась раскладывать одежду на диване и на креслах, приговаривая:
  -- Это - для завтрака, это, смокинги и все прочее - для ужина, фрачные пары - для клубов...
  -- Э-эй, погодите!.. - вскричал Зотик. - Такое разнообразие необходимо?
  -- Разумеется, нет. Но ведь вы англичане?
  -- Мы вовсе не англичане, мы русские.
  -- Так бы сразу и сказали... - разочарованно обронила женщина.
   Она торопливо сложила одежду обратно на тележку, оставив на диване три комплекта шорт и ярких цветастых рубашек.
  -- Значит, - ядовито проговорила она, - завтракать вы будете в номере, обедать и ужинать - неизвестно где... - с этой фразой она и выкатилась за дверь.
  -- Чего это она?.. - пробормотал Зотик, ни к кому конкретно не обращаясь.
  -- Еще бы! - Тереза весело хохотнула. - Ведь русские славятся тем, что расшвыривают направо и налево богатые чаевые, но горничным они, разумеется, не достаются. Она надеялась хоть на одежде подработать...
  -- Всему виной твое оксфордское произношение, - глубокомысленным тоном выговорил Ареф. - И почему ты именно здесь перешел на английский? Говорил бы на интерлинге - и тебя все прекрасно бы понимали, а главное - правильно.
  -- Что ж делать, - вздохнул Зотик, - английский я тоже учил во сне...
   Переодевшись в курортные одежды, троица отправилась на рекогносцировку. Однако, уже при выходе из лифта, Ареф заметил, что стало иначе: Зотик с Терезой, а он, Ареф, вроде как и ни при чем, и даже вообще лишний. В первый день были цветочки, дальше стало еще хуже. В последующие дни Зотик все чаще и чаще кидал на Арефа испепеляющие взоры, а порой даже шипел, чтобы он отправился к черту, к дьяволу, ли хотя бы на пляж, либо в сафари с какой-нибудь скаутской группой. Но Ареф упорно таскался за влюбленной парочкой: лежал на горячем песке пляжа, когда Зотик, сам впервые вставший на серфер, учил на нем плавать Терезу. Потащился в сафари для начинающих, больше похожее на пикник для выздоравливающих после реанимации. Огромный вездеход на гравиподушке атаковала стая свирепых чудищ, с рогами метровой длины, а элегантные, как пушинки одуванчика, дамы и бледные, хилые господа, с мягкими, холеными руками, расстреливали несчастных животных из крупнокалиберных охотничьих ружей, извергавших дикий грохот, огонь и дым. Арефу было жалко несчастных тварей. Зотик тоже свирепствовал; поощряемый аплодисментами Терезы, он с одной руки палил из ружья, похожего на пушку. Ареф понимал, что несчастных аборигенов с Фала Зотик шинковал не по своей природной кровожадности, - сами нарывались, да еще как! Но за эту бойню, он уже готов был воспылать к Зотику непреодолимым отвращением, как вдруг сообразил, что для ружей такого громадного калибра, да еще заряжающихся порохом и свинцовыми пулями, к тому же лишенных компенсаторов отдачи, эта самая отдача непозволительно мала. Он тайком вытащил патрон из патронташа беснующегося рядом в азарте убийства, толстяка, и поковырял кончиком складного ножа рыло пули, торчащей из гильзы. Как он и заподозрил, это оказалась вовсе не пуля, а обыкновенная ампула с каким-то сильным транквилизатором, замаскированная под свинцовую пулю. Новички, разумеется, по весу не могли отличить боевой патрон от такого вот муляжа, только Зотик распознал подвох, но виду не подал, а потому и укладывал животных десятками, зная, что через полчаса они встанут, встряхнутся, и отправятся по своим делам.
   Тут Ареф вспомнил, что Тереза слишком уж ловко и уморительно падала кувырком с серфера; как-то это у нее слишком уж элегантно и грациозно получалось.
   После этих открытий Арефу совсем не скучно стало таскаться за влюбленной парочкой. Если в первые два дня он лишь смутно ощущал легкий налет фальши и наигранности в поведении Терезы, - ну совсем как в театре, глядя на живых лицедеев, - то теперь он ждал, чем себя проявит опасная красотка, и с какой целью она охотится на Зотика. А то, что она охотится, было ясно как день. Если бы она была обычной отельной девочкой, Зотик с первой ночи спал бы в одной с ней спальне.
   Как-то на берегу пустынной бухты, куда они приплыли на крошечной яхте, разморенная солнцем и поцелуями Зотика Тереза проворковала:
  -- Но, милый, мы же не одни...
   Зотик, как леопард на несчастного заблудшего теленка, бросился на Арефа, навис над ним, и с хрустом сжимая и разжимая кулаки, зашипел:
  -- Ты можешь на полчаса куда-нибудь скрыться?!
   Ареф смерил Зотика оценивающим взглядом, потом скептически цыкнул плевком сквозь зубы:
  -- Да тебя так распарило, что ты и за полминуты управишься...
  -- Что-о?! - Зотик оторопел.
   А пока он приходил в себя, Ареф задумчиво промолвил:
  -- Ты знаешь, что имя Тереза - означает охотница? Интересно, зачем она за тобой охотится?..
   Арефу что-то подсказывало, что развязка близка. Зотик, как перепивший валерианки кот, ничего не видел, не слышал, не понимал и не сознавал. В предыдущие ночи он являлся в спальню из холла злой, как черт. Свирепо срывал с себя одежду, ворча что-то из древнерусского матерного, и валился на кровать. Потом долго не мог уснуть, ворочаясь с боку на бок.
   В эту ночь Ареф оставил дверь в холл слегка приоткрытой, а под подушку сунул парализатор, тайком похищенный еще пару дней назад со шлюпки. Из холла слышалась возня, звуки поцелуев, невнятный, бубнящий голос Зотика. Вдруг послышался звонкий, как колокольчик, голосок Терезы:
  -- Ну, зачем ты стягиваешь с меня шорты?!
   Снова бубнящий голос Зотика.
  -- А что я потом маме скажу?..
   Бубнящий голос Зотика.
  -- Я не могу!.. - короткий вскрик, и дальше нерешительно: - Я никогда этим не занималась...
  -- Ага, не занималась... - ухмыльнулся Ареф.
   Снова возглас Терезы:
  -- Но я ведь несовершеннолетняя!..
  -- И по каким же законам, какой страны ты несовершеннолетняя... - пробормотал себе под нос Ареф.
   Тут ясно послышалось:
  -- Но ведь ты же не заявишь на меня?.. - видимо Зотик обрел надежду, а потому возвысил голос. - Не отправишь меня на Меркурий?..
  -- Я?.. Нет, нет... Ах, не надо!.. Ну, подожди, подожди... Девчонки рассказывали... Если в первый раз, хорошо бы перед этим немножко выпить... Да, да - коньяку... Ты тоже... Я ж не алкоголичка, пить одна...
   Послышался звон бокалов, бульканье. Ареф потянул из-под подушки парализатор. Ему еще вчера показалось подозрительным, что в холодильнике объявилась бутылка коньяка. Ведь Зотик был абсолютно равнодушен к спиртному, и самому бы ему никогда в голову не пришло, покупать что-либо.
   В холле некоторое время было тихо, потом послышался ласковый, воркующий голосок Терезы:
  -- Дорогой, покажи свою кредитную карточку...
  -- Вот, смотри, моя малышка, - тут же послышался мурлыкающий голос Зотика.
   Арефу даже привиделся леопард, с голубым или розовеньким бантиком на шее, и верхом на нем красотка Тереза, чешущая у него за ухом.
  -- Ах, сколько у тебя денег! Давай поскорее снимем их наличными.
  -- А у тебя есть большая сумка? - ласково спросил Зотик.
  -- Есть, конечно... Ах, а это дистанционный пульт твоего корабля? Ах, ах... Мой капитан... А как его перепрограммировать на меня?..
  -- Не заною, моя крошечка. Вероятно, надо переоформить сделку...
  -- Ты подаришь мне корабль?
  -- Разумеется! - восторженно вскричал Зотик. - Ах, моя прелесть! Пойдем, я сейчас же подарю тебе корабль!..
  -- У тебя еще есть завещание твоей бабушки... Надо получить по нему все, что тебе причитается...
  -- Да, да! Разумеется! - снова восторженно вскричал Зотик. - Только, я не знаю, где оно находится... - голос его стал растерянным и плаксивым.
  -- Как, не знаешь?! - голос Терезы стал низким и даже хриплым. - Ты почему мне сразу не сказал?
  -- Но, моя прелесть, ты и не спрашивала...
  -- А этот щенок, твой дядя, знает?
  -- Очень может быть... - послышался звук поцелуя, потом снова голос Зотика затянул: - Пойдем, пойдем в постельку...
  -- Сейчас, только с твоим дядюшкой побеседую...
   Ареф понял, что пора вмешиваться. Бесшумно поднявшись с постели, он пробежал к двери, и, держа парализатор обеими руками у живота, стал ждать. Дверь бесшумно отворилась, и появилась Тереза, с прищуренными со свету глазами. В руке она держала крошечную ампулу. Видимо она не сразу увидела Арефа. Как он и насчитывал, увидев раструб парализатора, она рефлекторно отпрыгнула назад. Ареф шагнул в холл и сразу увидел Зотика, с отвисшей губой покачивающегося в трех шагах от двери. Молниеносным кошачьим движением Тереза скользнула за его спину, обхватила рукой за шею и повлекла к входной двери, ласково приговаривая:
  -- Пойдем, пойдем, милый... Нам надо срочно получить деньги...
  -- Какая ты умница! - вскричал Зотик, мгновенно пришедший в восторг.
  -- Отпусти его, - спокойно проговорил Ареф, сопровождая парочку стволом парализатора.
  -- Ареф, нельзя баловаться с оружием, - проговорил Зотик, стараясь придать своему томному голосу строгость и назидательность.
   Тереза продолжала двигаться к двери, таща за собой Зотика, беспомощно передвигающего непослушные ноги, и расслабленно болтающего руками. Ареф заметил, что из кармана ее шорт торчит уголок дистанционного пульта управления Кораблем. Их, с Зотиком, Кораблем!
  -- Я сказал, отпусти его! - твердо выговорил Ареф.
   Лицо Зотика вдруг исказилось, он захныкал, из глаз потекли слезы, и еле пробулькал отвисшими губами, пуская при этом пузыри:
  -- Не на-адо... Не на-адо меня о-отпуска-ать...
   Тереза уже почти дотащила его до двери, заслоняясь им, как щитом. Нежно улыбнувшись Арефу из-за плеча Зотика, она проворковала:
  -- Не станешь же ты стрелять в своего родного и любимого племянника...
  -- Еще как стану! Иначе он меня до конца жизни не простит... - проговорил Ареф, нажимая на спуск.
   Поук-пш-ш... Зотик еще валился на ковер, а Тереза с непостижимой грацией и быстротой дикой кошки, уже прыгнула к двери. Поук-пш-ш... Мошенница мягко улеглась на ковер под самой дверью.
   Ареф первым делом решил обшарить ее карманы. К этому испытанию он был готов, но только теоретически; изучив вопрос по книгам и фильмам, которые бесконтрольно читал и смотрел в своей мастерской. На практике оказалось хуже, чем он думал; как только его руки коснулись нежного, теплого, упругого, трепещущего девичьего тела, его будто током ударило, и сквозь сжавшееся горло воздух перестал поступать в легкие. Он отдернул руки, с трудом отдышался, вспомнил фразу из фильма, тогда показавшуюся ему ужасной; разговор двух мужчин над телом красотки, сверзившейся с балкона: "Она мошенница. Она пыталась нас обворовать..." Пересилив себя, он захватил пальцами за уголок пульт и выдернул его из кармана. В кармане было что-то еще. Пальцы, будто сами собой поползли в глубь кармана, при этом все сильнее и сильнее прижимаясь к телу. Но тут они наткнулись на теплую металлическую поверхность. Он выдернул предмет из кармана, и мгновенно все симптомы горячки прошли. На его ладони лежал миниатюрный бластер на четыре разряда. После этого Ареф уже твердой рукой вытащил кредитную карточку Зотика из нагрудного кармашка рубашки. Кроме бластера в карманах Терезы нашелся миниатюрный парализатор и крошечный гипноизлучатель - микрозомби - 87. Служащий для управления людьми с подавленной волей на расстоянии. Ареф не поленился, сходил в спальню Терезы, и в полупустом платяном шкафу быстренько отыскал приличных размеров несессер, с богатейшим набором различных снадобий, надо полагать, для подавления воли, возбуждении страсти, снотворных и ядов.
   Насколько Ареф разбирался в законах, за подобный набор, найденный у простого человека, - если он ему не положен для выполнения должностных обязанностей, - да еще в дорогом отеле на престижном курорте, полагалась пожизненная каторга на какой-нибудь планете, где добываются тяжелые металлы. В космосе хоть бризантную пушку таскай в кармане без специального разрешения, но коли спускаешься на курортную планету, будь любезен, оставь ее там. Таков Закон.
   Ареф поглядел на часы. До того, как Зотик с Терезой очнутся, осталось минут сорок. Хотя, парализующий разряд в сочетании с тем снадобьем, что мошенница закачала в Зотика, уложил его, наверное, до утра. Внезапно навалилась усталость. Ареф зевнул так, что чуть челюсть не вывихнул. Он подошел к стенному шкафу, достал свой рейнджерский мешок, порылся в нем, вытащил ампулу с универсальным противоядием, приткнул ее к шее Зотика. Через несколько секунд снадобье всосалось сквозь кожу. Потом Ареф достал из мешка моток крепкого шнура и старательно связал им бесчувственную Терезу. Прошелся по холлу. С каждой минутой все труднее и труднее было держать глаза открытыми. В конце концов, он вытащил из мешка аварийный кокон, рассовал по своим карманам трофеи, сунул в кокон несессер со снадобьями, прихватил свой парализатор и нырнул в мягкое, безопасное нутро кокона. Заблокировал внешний сброс. Теперь достать его оттуда без специальных приспособлений, которые вряд ли найдутся в отеле, будет трудновато. Так что, если эта кошечка выпутается из веревок, пусть сколько угодно точит свои когти и вострит клыки.
   В номере повисла сонная тишина. До пробуждения Зотика оставалось неведомо сколько времени, а Тереза могла очнуться через полчаса. Ареф засек время, и попытался представить, что будет делать, если мошенница начнет выпутываться из веревок. На ум ничего путного не приходило, особенно туманной была ситуация, если она попытается достать его из кокона. Оставалась одна надежда, что Зотик очнется все же раньше, чем предполагал Ареф.
   Ареф принялся сквозь смотрельник разглядывать на Терезу. Она лежала на боку, с подтянутыми к животу коленями связанных ног, из-за жестоко вывернутых и стянутых за спиной рук, плечевые суставы жалко выпирали под кожей. Лицо, с закрытыми глазами, с полуоткрытыми пухлыми детскими губами, хранило выражение жалобного упрека. Ареф вздохнул, от вдруг накатившей на него жалости, и уже потянулся к кнопке сброса, но тут же представил, как эта опасная кисонька вскидывается в грациозном стремительном движении, и вцепляется ему в горло острыми, как иголки, когтями. Устыдившись своей слабости, Ареф перестал смотреть на мошенницу, или шпионку, или кто она так?..
   Время тащилось еле-еле...
   Ареф открыл глаза. Он помнил, что прикрыл их на мгновение, из-за того, что яркий свет плафона бил прямо в смотрельник, а потом хотел посмотреть на часы. Кокон мягко качнулся. Наружный микрофон донес яростный рев Зотика:
  -- А ну вылезай! Ты что, совсем гикнулся?! Ты зачем в нас стрелял?! А ну вылазь, кому говорю... - кокон качнулся сильнее.
   Ареф включил наружный репродуктор, довернул усилитель громкости до упора и проговорил, прильнув к смотрельнику:
  -- Отойди подальше... В дальний угол... А то у тебя привычка всех дебилов; сперва руками махать, а уж потом слушать...
   Зотик сначала отшатнулся от рева динамика, приспособленного для усиления воплей о помощи, но затем с маху пнул по кокону.
  -- Если ты не отойдешь, я не вылезу, - спокойно выговорил Ареф. - Ты же знаешь, тут можно год просидеть...
   Ворча что-то на древнерусском матерном, Зотик отошел в дальний угол комнаты. Ареф нажал кнопку сброса, и вместе с хлопком воздуха, выскочил из кокона, мгновенно принял стойку - "готовность к спасению бегством". Зотик прыгнул, готовясь в стремительном рывке изловить Арефа по дороге к двери, но хладнокровный дядюшка его опередил:
  -- Где твои кредитная карточка и пульт? - быстро осведомился он.
   Зотик машинально хлопнул себя по нагрудному карману, лицо его из злобного стало до крайности растерянным, и он принялся лихорадочно шарить по карманам. Однако быстро опомнился, и с яростью, далеко превосходящей прежнюю, уставился на Арефа:
  -- Скотина, еще и шуточки шутишь...
  -- Ты что, вообще ничего не помнишь?! - изумился Ареф.
  -- Помню, помню... Все помню... - проскрипел Зотик, придав своему взгляду леденящую жуть вращающегося сверла древней бормашины, с помощью которой ему лечили зуб на отсталой сельскохозяйственной планете.
   Зуб у него тогда разболелся вовсе некстати; впереди было сложное "дело", до Земли было пути несколько недель, и то после "дела". Так что, отправился он к деревенскому дантисту, там-то и столкнулся с этим пыточным агрегатом, выпуск которых наладили на местном примитивном заводике. Современная техника мало, каким колониям по карману. Потом уже, на Земле, дантист, в прошлом житель Западной федерации, по каким-то, весьма туманным, причинам спаливший из бластера роскошную клинику, в которой работал, с шутками и прибаутками за две сотни галларов вырастил Зотику новый зуб. Но воспоминания о бормашине у него остались очень яркие.
  -- Мы куда-то пошли с Терезой, - раздумчиво проговорил он, - но ты ни с того, ни с сего шарахнул в нас из парализатора...
   Ареф хладнокровно поднял парализатор, прицелился в Зотика, и проговорил:
  -- Если ты не прекратишь орать, и не начнешь меня слушать, я тебе еще добавлю.
  -- Ты что, совсем спятил?! - изумился Зотик.
   И, видимо от изумления, тут же успокоился.
  -- Это ты спятил! - вскричал Ареф. - Стоило только рыжей мошеннице потрясти юбкой у тебя под носом, как ты тут же всякий нюх потерял. Я ее на второй день раскусил. Да тебе разве что докажешь... Самонадеянный кретин, с телосложением юного Геракла...
  -- Ты чего несешь?!
  -- Вчера, когда я тебя, вместе с твоей обожаемой с-с... э-э... Терезой, уложил из парализатора, вы как раз направлялись в банк снимать деньги наличными, и заодно оформлять дарственную на Корабль.
   Ноги Зотика подкосились, и он в полуобморочном состоянии опустился на подвернувшееся кстати кресло.
  -- Где... к-хэ... Где кредитная карточка и пульт? - хрипло прокаркал он.
   Ареф подошел к журнальному столику и аккуратно, рядком, выложил кредитную карточку, пульт, миниатюрный бластер, миниатюрный парализатор, микрозомби и несессер с набором снадобий.
   Зотик первым делом схватил кредитную карточку, убедился, что счет не опустошен, схватил пульт и сунул свои сокровища в карман, только после этого принялся изучать шпионский набор.
  -- Ты что, и правда, ничего не помнишь? - снова спросил Ареф.
  -- Наоборот, я очень хорошо все помню, - жалобным голосом проговорил Зотик, - не помню только, что хотел снять деньги и подарить Корабль... - Вдруг он вскочил, как подброшенный аварийной катапультой: - Я убью ее!
  -- Ага... Только найди ее сначала... - проворчал Ареф, указывая пальцем на спутанный шнур, валяющийся у двери. - Проще найти того, кто ее на тебя навел.
  -- А ты думаешь, она по наводке ко мне приклеилась?
  -- Никаких сомнений! Она тебя тут ждала. Она даже знала, когда ты в отеле появишься. Откуда она могла знать, к какому отелю ты подрулишь? Откуда она могла знать про мамино завещание?
  -- Диспетчер терминала... - промямлил Зотик.
  -- А на кого может работать диспетчер терминала? - спросил Ареф.
  -- Да на кого угодно он может работать! - взорвался Зотик. - На местных гангстеров, на черта с дьяволом!..
  -- Или, на мистера М... - ухмыльнулся Ареф.
   Зотик ничего не успел ответить на эту сентенцию, когда раздался стук в дверь. Перемахнув через стол, Зотик подлетел к двери и рывком распахнул ее. В проеме стояла горничная и протягивала черную увесистую капсулу космической почты:
  -- Прибыл пакетбот с Земли. Вам почта.
   Естественно, это была конфиденциальная депеша от м-ра М.
   Сунув диск в дешифратор, Зотик подключил его к гостиничному стереовизору, и сейчас же увидел знакомые физиономии капитана и лейтенанта с канонерки. Без всякого смущения, лейтенант, хорошо поставленным голосом вещал:
   Мы несли рутинную вахту у планеты, объявленной в бессрочном карантине, как вдруг на нас напали пираты. Видимо, они хотели воспользоваться трудным положением на планете и организовать там свои базы, и тем поставить в опаснейшее положение Земное Содружество планет угрозой распространения эпидемии. Эти обнаглевшие мерзавцы, воспользовавшись тем, что в связи с мирным временем на канонерке несли службу лишь десять процентов штатного экипажа. Они подкрались, прикрываясь планетой. И вот, три пиратских "Призрака", на бешеном ускорении ринулись на нас из-за диска планеты. Мы успели сыграть боевую тревогу, но нападение было столь неожиданным и таким быстрым, что экипаж, в основном состоящий из первогодков, не успел добежать до боевых постов. Я нес вахту на посту управления огнем, и за долю секунды до залпа "Призраков" задействовал все оружие канонерки. Все три пиратских судна разлетелись в пыль, но и нам крепко досталось. Мы лишились боевой палубы, а с ней и планетарных истребителей, и спасательных средств. Жалкий обломок, когда-то грозного боевого корабля, кувыркаясь, неумолимо приближался к поверхности планеты. Жить нам оставалось от силы два часа. Но спасение пришло неожиданно. Мы не могли даже связаться с нашим спасителем. И лишь шестым чувством ощутили, что к выходному люку подсоединен аварийный переход. В полном соответствии с аварийным расписанием мы покидали гибнущий корабль. Давление в нем уже приближалось к нулю, когда капитан и его помощник переступили комингс люка... - Лейтенант вскинул руку, будто приветствуя обожаемого вождя, и патетически вскричал: - Вот наш спаситель! - Весь экран заполнила физиономия Зотика, потом немного отдалилась, и стало видно, что он сидит у пульта Корабля. Лицо его было необыкновенно красивым и мужественным в красноватом отблеске экрана, на котором полыхала огненная стихия. Голос лейтенанта за кадром продолжал: - Это служащий компании "Бубль-Гум и внуки", выполнявший в системе Лерны конфиденциальное задание своих хозяев.
   Зотик на экране тем временем повернул голову, и начал что-то говорить, глядя прямо в объектив телекамеры.
   Живой Зотик растерянно проговорил:
  -- Когда ж меня успели заснять?..
  -- Это точно, - вставил Ареф, - на цифровую матрицу что-то не похоже... Да вообще не похоже! - твердо докончил он.
   Мужественная физиономия Зотика исчезла с экрана, и появился другой кадр; на площади какого-то города бесновалась толпа с лозунгами и транспарантами. Зотик успел прочитать несколько плакатов, написанных по-русски: " Доколе?! Терпеть преступления?!" "Пиратов - на виселицу!" "Ликвидировать Нейтральную зону, этот рассадник заразы, преступности и нестабильности в Галактике!" Снова сменился кадр, и Зотик прочел почти то же самое, только на английском языке. Опять сменился кадр. Возникли бесконечные ряды колючей проволоки с гирляндами датчиков и детекторов, с торчащими бесконечным рядом ажурными излучателями силовых полей. Зотик узнал декорации, стоящие по границам Нейтральной зоны Земли, и отгораживающие ее от цивилизованных стран. Зотик знал, что в зону проникнуть легко, но вот выбраться из нее... Он лишь не знал, почему так было сделано... Впрочем, нормальным гражданам, без преступных наклонностей, преодолеть границу было несложно в обе стороны; контроль и идентификация осуществлялись автоматически.
   Вдоль границы, по землям Нейтральной зоны, разъезжали в грузовых разведочных вездеходах, со снятыми тентами какие-то люди, заросшие недельной щетиной, увешанные от ушей до щиколоток всевозможным оружием. "До щиколоток" - вовсе не преувеличение; у большинства по пиратской привычке, узкие, длинные кинжалы были пристегнуты в ножнах к голеням. Тут и там торчали излюбленные пиратами средства передвижения - десантные катера, ощетинившиеся бризантными орудиями, мощными дезинтеграторами, и прочими стреляющими стволами. Зотик быстро узнал своих бывших приятелей по братству вольных астронавтов. Правда, элиты тут не наблюдалось; тут было сборище всякого отребья, на что серьезное не годное. Их даже язык не поворачивался назвать пиратами, не то, что вольными астронавтами. Они в основном промышляли на древних кораблях в окрестностях независимых планет. Там было чем поживиться для этих падальщиков, но силенок для отпора обнаглевшим грабителям не хватало. Отдыхала эта шваль в основном на самых отсталых колониальных планетах; где поживиться было вообще нечем, а отпор дать - тем более. Да зачастую единственными снабженцами экзотическими товарами только пираты и были, за бесценок, в основном за самогон, сбывавшие колонистам награбленное. Эти ребята в основном слетались на то же самое, на что обычно слетаются мухи. Следовательно, единственное объяснение участия этих отбросов в земной политической заварухе лишь в том, что кто-то им пообещал хорошо заплатить. А может уже и заплатил аванс. Но, кто?.. Судя по всему, заваруха началась из-за гибели канонерки. Однако ж, не начиналось заварух из-за происшествий и посерьезнее...
  -- Послушай, капитан, - вдруг ворвался в размышления Зотика голос Арефа, - сдается мне, что Шкипер на нас стучит хозяевам...
  -- Как, стучит?! - опешил Зотик. - В каком смысле?
  -- В прямом... В твою депешу добавил кое-что от себя. Верни картинку, где ты такой красавец у пульта...
   Зотик поманипулировал сенсорами дешифратора, и через пару секунд снова любовался картиной, достойной стать центральной частью эпического полотна.
  -- Приглядись, - ткнул пальцем в экран Зотик, - это как раз тот момент, когда ракеты рванули в районе боевой палубы канонерки. Огонь взрыва просто расширили с помощь компьютерного моделирования, и он съел изображение канонерки почти полностью. Но вон, с краю, век воли не видать, торчит краешек диска Лерны... По картинке трудно понять, у пульта Корабля ты сидишь, или у пульта шлюпки?.. Потрудились неплохо над картинкой...
   Вглядевшись, Зотик присвистнул:
  -- Точно, Лерна... - Но тут же пожал плечами: - Ну и что? Всего лишь мою фотографию добавил...
  -- Это ты здесь видишь только свою фотографию...
   Где-то в районе копчика, у Зотика лопнул целый созревший кокон, населенный веселыми, игривыми мурашками, которые тут же разбежались по всей спине. Он вымученно хихикнул, и нерешительно пробормотал:
  -- Ну, если все так, как ты говоришь, то почему они не передали материалы в Космопол?
  -- Да потому, что ты им нужен живым пленником, потерявшим Корабль, чтобы вытрясти из тебя, - вполне законно, - мамино наследство! Если бы они тебя передали в Космопол, то и твое имущество досталось бы Космополу. Вернее, десять процентов, а остальное бы отошло федерации...
  -- Я что-то не понимаю... - затянул Зотик.
  -- Чего тут понимать! - вскричал Ареф. - Все проще пареной репы! Мистер М думает, что мы либо уже нашли завещание, либо знаем, где оно лежит. Не зря же он предоставил тебе полную свободу; лети, куда хочу, ищи, чего хочу...
  -- Откуда мог знать мистер М о завещании, о котором даже я ничего не знаю?! Я вообще не слышал, чтобы нашей семье принадлежало большое состояние. Правильно, мы не бедствовали: хороший дом в старой Москве, неплохая дача на Валдае... Но родители-то жили скромно. Правда, очень любили путешествовать и годами не работали, но когда они погибли, у них не оказалось ни ценных бумаг, ни счетов в банках. Ни-че-го!
  -- Хорошо, а чем ты объяснишь эту шумиху вокруг ржавой канонерки? В мирное время в Галактике целые эскадры исчезают без следа, а сообщения об этом занимают несколько слов в конце информационных блоков.
  -- Ну, откуда мне знать?.. Может, капитан с лейтенантом успели доложить в штабе флота... Пронюхали репортеры... И чтобы меня прикрыть, компания организовала эту шумиху...
  -- У-у-умный какой у меня племянничек... - протянул Ареф. - А все может оказаться проще; насколько я постиг пиратские законы... Пардон, вольных астронавтов законы... Эту заваруху с канонеркой любой нормальный пират... э-э... вольный астронавт, будет трактовать в соответствии со своим пиратским сознанием: то есть, капитан Зотик дрался на стороне Интернациональных сил - злейшего врага пиратов.
   До Зотика, наконец, дошло. Он сидел в полной прострации, и смотрел на свою идиотскую физиономию, тоскливо думая, что неплохо бы тут очутиться м-ру М, чтобы можно было надеть ему на голову стереовизор, вместе с дурацкой картинкой. Ясно любому кретину, что и в Нейтральной зоне масса бездельников в барах и салунах любуется этим красавцем на экране. И теперь Зотик потерял свой статус капитана - вольного астронавта, который сохранялся за ним, несмотря на год пребывания в Западной федерации. Любой капитан теперь с презрением отвернется от него, всякая мелкая шпана может теперь вызвать на поединок, или просто, как стая собак, накинутся всем скопом, чтобы потом хвастаться, что самого Зотика завалили.
   Если бы подобную пакость учинил с ним какой-нибудь пиратский капитан, Зотик посчитал бы это в порядке вещей, на то они и пираты, и разобрался бы с ним в поединке. Но чтобы так подло поступить со своим наемным работником... Нет, это не укладывалось у Зотика в голове. В конце концов, он беззаботно расхохотался и проговорил:
  -- Да ну, чепуха все это! Откуда ему знать законы братства вольных астронавтов? Просто, по незнанию засветил меня... Значит, теперь будем осторожнее вести себя в Нейтральной зоне.
   Ареф не менее пяти минут смотрел на него, разинув рот от изумления, наконец, шумно заглотил воздух и выговорил:
  -- Ладно, черт с тобой... В твоем дурацком контракте говорится только о твоем имуществе; движимом, недвижимом, ценных бумагах и прочем. Когда ты профукаешь свою долю, я найму тебя штурманом. Слава Богу! Что из-за своего природного разгильдяйства, ты так и не оформил надо мной официального опекунства. А то бы и моя доля оказалась под угрозой...
   Зотик потерял терпение. А, скорее всего, он взорвался из-за того, что в глубине души сознавал, что Ареф кругом прав. Он заорал:
  -- Хватит бредятину булыжить! Не было у бабушки несметного состояния! Все наши предки жили скромно! И все твои подозрения - паранойя. Тебе лечиться надо...
  -- Это тебе надо лечиться от дебилизма! - противным, скрипучим голосом ввинтился Ареф.
   Зотик взял себя в руки, так как давно понял, что орать и ругаться бесполезно, за Арефом все равно останется последнее слово, а потому махнул рукой, и принялся просматривать депешу дальше. Но депеша вскоре оборвалась пожеланием, прибыть капитану Зотику на земную орбиту к двадцать третьему августа. Прикинув сроки, Зотик решил, что пару недель еще можно поболтаться на Эдеме.
   После коньяка, снадобий Терезы и парализатора болела голова, по мышцам ног время от времени пробегала противная дрожь, а во рту было так гадостно, будто закусывал сгоревшей секцией селенового выпрямителя. Но самое ужасное заключалось в том, что он представления не имел, с чего начать поиски Терезы?
   Ареф пробормотал успокаивающе, будто прочитав его мысли:
  -- Ну и плевать... Зато и деньги, и Корабль целыми остались...
  -- Нет, ее все же надо поймать... - нерешительно протянул Зотик.
  -- Как ты ее поймаешь?
  -- Она наверняка уже мчится на одном из рейсовых кораблей, в любом из восьми направлений... - Вдруг Ареф хлопнул себя по лбу: - Какой же я дурак! Если она умотала на рейсовом корабле, то ее не могли не зарегистрировать на одном из терминалов планетарных модулей. А уж проверка и контроль там такие, что никакая маскировка, никакой грим не помогут пройти идентификатор личности. Безопасность путешествий туристов - превыше всего! Смерть террористам и пиратам! Дело за малым; пошли к диспетчеру, ты помашешь у него перед носом пачкой галларов, и через пять минут будешь знать, куда она направилась. А уж на нашем Корабле перехватить ее - раз плюнуть.
  -- Зачем к диспетчеру? - пожал плечами Зотик. - Наш Шкипер может влезть в местную сеть запросто...
  -- Знаешь что, племянничек, лучше перестраховаться, чем недостраховаться! - вскричал Ареф. - Собой ты можешь рисковать сколько угодно. Но мной рисковать ты не имеешь никакого права. Я полагаю, что Шкипер стучит, и требую, чтобы он знал как можно меньше о наших намерениях! И то, что мы тут болтали, он наверняка слушал, и лучше бы тебе сунуть пульт в спальне меж двух подушек. Оттуда он точно, ничего не услышит.
  -- Да ты что, неужели и правда думаешь... - начал Зотик.
   Но Ареф, как рассерженный котенок на матерого пса, посмевшего сунуть нос в его обиталище, весь ощетинившись, кинулся на него и зажал ладонью рот. Зотик, скорее от изумления, замолчал, и безропотно позволил Арефу забрать пульт, унести в спальню и засунуть его меж двух подушек. Когда Ареф вернулся в холл, он, плотно притворив за собой дверь, проговорил:
  -- Да, да, да! Я уверен, что Тереза действовала по наводке мистера М.
  -- Ну, знаешь... Зачем нанимать, предоставлять корабль с правом выкупа, платить хорошие деньги...
  -- Правильно племянничек! Чтобы подставить тебя и на полном законном основании ободрать, как липку.
  -- Да как он мог, навести на меня Терезу, если не знал, куда я отправлюсь после Фала?!
  -- Да очень просто! Вычислил. Ты нашумел на Лерне, накуролесил на Фале... Естественно, вряд ли помчался бы сразу на Землю. Ты бы затаился, чтобы выждать и пронюхать, ждет ли тебя на Земле большой дядька с большой дубиной. Если бы у тебя не было денег, ты бы затаился в Нейтральной зоне, или в одной из колоний, или на одной из независимых планет, поддерживающей регулярную связь с Землей. Вот тогда бы точно, тебя было бы невозможно найти. Но смех-то в том, что ты упакован деньгами под завязку. А упакованный деньгами пират, куда, прежде всего, направится?..
  -- На Эдем... - растерянно пробормотал Зотик.
  -- Вот то-то... Дядюшка Бубль-Гум видит твои ходы на сто шагов вперед... Ты прост и примитивен, как топор, хоть и с ка пэ дэ в девяносто восемь процентов.
  -- Ладно, - с угрозой выговорил Зотик, - найду Терезу, закачаю в нее ее же снадобье, и она мне все выложит...
  -- Ну, пошли искать ее... - усмехнулся Ареф скептически. - Только, мне сердце вещует, ничего ты с ней не сделаешь...
   Зотик было, направился в спальню за пультом, но Ареф удержал его:
  -- Никуда он не денется...
   Скрепя сердце, Зотик впервые, с тех пор, как у него появился Корабль, оставил пульт без присмотра.
   Диспетчер отеля сидел в своем загроможденном мониторами и дисплеями каморке, задрав ноги на сенсорную панель, и ловил кайф от гремящей через шесть динамиков музыки. Похоже, через каждую пару неслась разная музыка. Зотик попытался голосом перекрыть какофонию. Диспетчер вежливо кивнул, и что-то сказал. Зотик поглядел на Арефа, тот недоуменно пожал плечами.
   Тогда Зотик сложил ладони рупором и проорал:
  -- Мне!.. Нужно! С вами!.. Поговори-ить!..
   Диспетчер лучезарно заулыбался, закивал успокаивающе, снова что-то сказал, и опять прикрыл глаза.
   Тогда Зотик, пошарив взглядом по многочисленным панелям, сенсорам и терминалам, нашел грибок аварийного выключателя и потянулся к нему. Музыка мгновенно смолкла, диспетчер выпрямился, лицо его приняло выражение почтительного внимания, а весь вид говорил о желании мгновенно услужить, вплоть до того, что сбегать на край света и принести перо жар-птицы.
  -- Не могли бы вы... - Затянул Зотик.
  -- Разумеется! Ну, как же мы можем забыть?! Приходите сегодня вечером, ваш заказ будет готов, в лучшем виде...
  -- Но... э-э...
  -- Нет, нет! Не извольте беспокоиться; все будет в лучшем виде и в срок... - Диспетчер потянулся к сенсорам, чтобы снова включить музыку, но тут в тишине прозвучал злорадный голос Арефа:
  -- Врачи еще шестьсот лет назад доказали, что от слишком громкой музыки тупеют. Вот вам наглядный пример...
  -- Простите?.. - с лица диспетчера так и не сошло выражение почтения.
   Зотик достал из кармана заранее припасенную в гостиничном банкомате пачку наличных галларов, и помахал ею перед носом диспетчера. Тот шумно заглотил воздух, выражение лица из почтительного сделалось сосредоточенным. Заворожено глядя на деньги, он хрипло выговорил:
  -- Я вас слушаю...
  -- Здесь ровно ваша зарплата за год...
   Диспетчер кашлянул, и уже нормальным голосом проговорил:
  -- Это, смотря что вы хотите купить... - осторожности ему было не занимать. - Может, то, что вы хотите у меня купить, стоит десять годовых зарплат?..
  -- Оно не стоит и половины этих денег! - безжалостно бросил Зотик. - Просто, мне некогда. Не согласитесь вы, найдется кто-нибудь другой...
  -- Ну, хорошо, хорошо! Я согласен...
  -- Мне нужны сведения об одном человеке...
  -- Это конфиденциальная информация! - попытался поднять ставку диспетчер.
  -- Она стоит ровно половину того, что вам обещано... - проговорил Зотик, демонстрируя жетон частного сыщика. - Это всего лишь девчонка, сбежавшая от родителей.
  -- Ну, хорошо, давайте приметы... - наконец сдался диспетчер.
   Пристроившись рядом с диспетчером, Зотик принялся диктовать ему приметы, потом они составили фоторобот лица Терезы, и все это диспетчер запустил в поисковую систему в виде цифровой матрицы. После чего осторожно сказал:
  -- Я сделал все, что от меня зависело. Не могли бы вы вручить мне деньги?
   А сам, как бы ненароком занес палец над кнопкой сброса.
   Зотик равнодушно пожал плечами и положил увесистую пачку на стол. Диспетчер вроде и пальцем не пошевелил, но деньги мгновенно куда-то исчезли.
   Через десять минут мелькания лиц, контуров, объемных реконструкций женских фигур, диспетчер покачал головой и равнодушно проговорил:
   Ваша девчонка не покидала планету на планетарных модулях... - тут компьютер издал мелодичный звук, и на мониторе высветились строчки. Нашел! - вскричал диспетчер. - Она зарегистрировалась в агентстве "Северная звезда" на участие в полярном сафари. Это очень опасная охота на местную разновидность полярных хищников, весьма похожих на венерианских полярных медведей, только раза в два мельче, и в четыре - опаснее... Ага!.. Охотничье судно под названием "Гончак Ролли". И направляется оно к полярному архипелагу, который лежит совсем неподалеку от полюса.
  -- Чего она забыла на полюсе?.. - пробормотал Зотик.
   С тихим свистом, повертев пальцем у виска, Ареф саркастически изрек:
  -- Штурман, фигов... Ты что, не знаешь? Если с планеты нечего вывозить в виде контрабанды, то полюса обычно не перекрываются радарами диспетчерских спутников. Наверняка она на планету прибыла нелегально, поэтому компьютер выдал только одну регистрацию.
  -- Как это, не вывозится контрабанда?! А деньги гангстеров, полученные от торговли наркотиками?..
  -- Их тут же и отмывают...
   Диспетчер выпрямился в кресле, высокомерно изрек:
  -- Господа, вы отвратительно отзываетесь о респектабельном предприятии!
  -- Да ладно, чего там... - отмахнулся Зотик. - Через казино вашего отеля наверняка текут грязные деньги... Черт возьми... - договорил Зотик, и ринулся из диспетчерской.
   Шлюпка мчалась на высоте в тридцать тысяч метров. Здесь уже от трения о воздух не шибко нагревалась обшивка, но для МГ-турбины пищи хватало, чтобы идти в экономичном режиме. По диспетчерской связи доносилось монотонное бубнение воздушного диспетчера:
  -- Капитан Зотик. Вы нарушаете правила; на поверхности и в атмосфере планеты Эдем запрещено передвижение личных транспортных средств отдыхающих. Вы можете пользоваться услугами нашего, лучшего в обитаемой зоне Галактики, сервиса...
   Зотик так же монотонно, время от времени отвечал:
  -- Не могу понять, почему состоятельный клиент не имеет права немножко развеяться вне толпы всяких зевак и бездельников?.. Это ведь не предосудительно, если я малость попархаю надо льдами?
  -- В таком случае, вы должны оплатить весь экологический ущерб по тарифам, действующим для транспортных компаний.
  -- Хорошо, я оплачу...
   Через несколько минут диалог начинался снова. Сначала Зотику показалось, будто он беседует с автоматом, но потом, по незначительным отличиям, понял, что где-то на диспетчерской станции сидит скучающий пожилой человек, всю жизнь возивший туристов по экзотическим местам планеты, а теперь задвинутый между приборными шкафами; потому что на Земле у него никого нет, возвращаться некуда, в богадельню, на благотворительные харчи, не хочется, вот и приходится бороться со скукой своими силами. А скука тут наверняка неимоверная, потому как туристов возят высококлассные пилоты, а с ними никогда, ничего не случается, и от трасс они никогда не отклоняются.
   Наконец среди белых льдин Зотик заметил крошечную букашку и повел шлюпку вниз.
  -- Э-эй, ты что собрался делать?! - вскричал Ареф.
  -- Как что? Притремся на палубу и сцапаем Терезу...
  -- И отправимся на Землю без Терезы, в тюремном модуле...
  -- Э-э... Ты ж сам сказал, что полюса не перекрываются радарами...
  -- Зато на орбите постоянно дежурит полицейский катер... Тут до архипелага уже рукой подать. Вряд ли она на судне будет подруливать к своей незаконной шлюпке... Или, что у нее тут запрятано?.. Скорее всего, отправится, как бы на охоту, на индивидуальном скутере...
   Зотик ужа начал понемногу адекватно реагировать на слова своего не по годам мудрого дядюшки, а потому молча взял штурвал на себя, и направил шлюпку прямиком к архипелагу. Над архипелагом задействовал систему поиска, и сейчас же получил на мониторе изображение. Это оказался крошечный, одноместный космический ялик, почти и не замаскированный, стоящий чуть ли не на виду, среди черных скал, торчащих из снега. Его лишь успело занести снегом почти до гребня гравикомпенсатора.
   Зотик посадил шлюпку неподалеку, за скалами. Шкипер, молчавший всю дорогу, вдруг вкрадчиво заговорил:
  -- Это абсолютно противозаконно. То, что вы сейчас делаете капитан. На Эдеме самая лучшая служба безопасности...
  -- Заткнись! - рявкнул Зотик, и добавил в полголоса: - Стукач...
   Одевшись в снежно белые полярные комбинезоны, они вышли из шлюпки, прошли несколько десятков метров и затаились в снегу. Зотик отметил, действительно, рай; даже здесь, за полярным кругом, почти на полюсе, морозец легкий, бодряще колючий, приятный.
   Никто не мог бы сказать, когда появится Тереза. Она могла появиться здесь и через сутки, и сию минуту; охотничий скутер - слишком уж быстрая и маневренная машина. Допускать Терезу в рубку ялика, Зотику, ох, как не хотелось! Устраивать погоню в космосе, на глазах патрульных крейсеров было чревато...
   Только часа через три послышалось чуть слышное жужжание, оно усилилось, к нему примешался шелест, и из-за ближайшей скалы вылетел скутер, в тесной кабине которого, за прозрачным фонарем легко можно было разглядеть женскую фигуру в полярном комбинезоне. Скутер резко затормозил, Зотик напрягся, готовый взметнуться из сугроба, как здешний аналог полярных медведей, но скутер вдруг рванул с места, и, описав широкую дугу, скрылся за скалой.
  -- Она что-то увидела! - заорал Зотик, бросаясь к шлюпке.
  -- Или наш Шкипер ее предупредил... - проворчал Ареф, кидаясь следом.
   Зотик не представлял, как можно остановить несущийся на полной скорости скутер, летя за ним на безоружной шлюпке? Однако он все же ринулся в погоню. Тереза неслась в вихре снежной пыли, лихо лавируя между торосами. Зотик, наконец, сообразил, что ее надо выгнать на открытую воду, затем сблизиться вплотную, и захватить причальным полем. Силенок МГД-турбины скутеру не хватит, чтобы оторваться.
   Часа два шла игра, когда Тереза все еще пыталась повернуть в сторону своего ялика. Однако Зотик не дал ей ни малейшего шанса. Наконец она сдалась, и, выжав из скутера все, понеслась к краю ледяных полей. Зотик вел шлюпку на предельно малой высоте, то и дело подхлестывая скутер ударами защитных полей. Наконец, совершив длинный, пологий прыжок, скутер бултыхнулся в полынью, тут же встряхнулся, и резво помчался между льдин. Еще пару часов ушло на водный слалом по полыньям и разводьям. И вот распахнулся хмурый простор открытого океана. Зотик направил шлюпку вниз, уже предвкушая победу, но тут прозрачный фонарь кабины скутера откинулся, Тереза поднялась в кабине во весь рост, капюшон ее комбинезона был откинут, и рыжие волосы задорно развевались на ветру, а на плечо она уже пристраивала широкую черную трубу, с нанизанными на нее кольцами, в которой Зотик с ужасом узнал бризантную базуку. Одно дело, когда боевой кибер атаковал шлюпку, вцепившуюся причальным полем в монолитную скалу; даже бризантные снаряды от нее разлетались, как горох. Но совсем другое дело, когда тебе в полете бьют прямо по носу. Единственное, что успел сделать Зотик, это заложить боковой вираж, чтобы хотя бы принять удар по касательной. Однако шлюпку шибануло так, что Зотик явственно ощутил, будто его кишки собрались на самом дне таза, а желудок, как боксерская груша на пружине, запрыгал вверх-вниз. Зубы лязгнули так, что Зотик мимоходом подсчитал, сколько это будет стоить, вырастить тридцать два зуба? Зотику осталось только возблагодарить Вселенную, что он нарвался на снаряд бризантной базуки в атмосфере.
   Это хитроумное изобретение самого начала космической эры было простым, даже примитивным. Обыкновенная перфорированная труба из немагнитного композиционного материала, с нанизанными на нее соленоидами из сверхпроводящего сплава. Снаряд - обыкновенная стальная игла или шарик. В космосе снаряд в электромагнитном поле можно было разогнать чуть ли не до световой скорости. Крошечный шарик, врубившись на такой скорости в атмосферу планеты, мог произвести разрушения, сравнимые со взрывом термоядерной мины. Естественным препятствием для использования столь страшного оружия на поверхности планет, было наличие атмосфер. Но и при скорости в три-четыре километра в секунду, раскаленный шарик выделял столько энергии, что ее с большим трудом поглощали защитные поля. Даже осевое смещение полей, отклоняющее снаряд бризантной пушки, мало помогало.
   Зотику ничего не оставалось, как попытаться взять Терезу измором. Он сориентировал на кабину скутера дальномер-телескоп, и всякий раз, когда Тереза отключала автопилота и бралась за штурвал, чтобы снова затеять игру в кошки-мышки, Зотик мгновенно бросал шлюпку в крутое пике, вынуждая мошенницу снова включать автопилот и хвататься за базуку. За себя Зотик не волновался, пару суток он запросто мог вести эту игру, потом отдаст управление Арефу, вздремнет пару часов, и еще на двое суток будет готов к игре.
   Зотику удалось направить Терезу в открытый океан. К концу третьих суток они влетели в субтропики. Глубокой синевой налился океан, светило пригревало вовсю. Зотик подумал, что неплохо бы разыграться шторму, тогда скутер не сможет так резво мчаться как по мелкой ряби. Он уже несколько раз видел, как голова Терезы падала на пульт, и тут же бросал шлюпку вниз. Но Тереза снова и снова встряхивалась, бросала скутер в вираж и отрывалась. Зотик уже подсчитывал минуты, когда она окончательно отключится, как вдруг послышался вкрадчивый голос Шкипера:
  -- Капитан, вас вызывает, кроме диспетчерской, еще какая-то станция...
  -- Ладно, включи их, - проворчал Зотик, не отрывая взгляда от рыжеволосой головы на мониторе дальномера.
   Диспетчер бубнил что-то о недопустимости нарушения воздушного движения в воздушном пространстве планеты Эдем, грозил жуткими карами, вплоть до тюремного заключения, правда - условно. Количество штрафов за все нарушения, Зотик, пожалуй, и сосчитать бы не смог. Однако глубокий женский голос по другому каналу его насторожил. Женщина говорила:
  -- Капитан Зотик, пожалуйста, прекратите преследовать женщину, находящуюся под моим покровительством!
   Зотик вклинился в ее вежливую речь не менее вежливо:
  -- Извините, пожалуйста, но эта женщина моя возлюбленная. Ей совершенно неожиданно взбрело на ум поиграть со мной, порезвиться в океане. Она такая сумасбродка! Я просто боюсь оставить ее одну на утлом скутере посреди океана...
   Тон собеседницы изменился кардинально, когда она заговорила снова после короткой паузы:
  -- Послушай ты, сопляк! На этой территории я хозяйка! Если ты не вылетишь сейчас же из атмосферы, как пробка из бутылки с шампанским, ты до своего дырявого корыта не доберешься, и тут даже обломков твоей космической лоханки не найдут...
   Зотик знал, что такое "корыто", и что такое "лоханка", встречались такие деревянные сосуды на отсталых планетах, когда транспорты с колониальными товарами задерживались по причине нехватки средств у правительства. А потому он мгновенно взвился от обиды за оскорбление своего великолепного Корабля, и не менее великолепной шлюпки. Он заорал:
  -- Ты, мымра, по третьему циклу омоложения! - что означало весьма прозрачный намек на преклонные годы собеседницы. - Сначала заберись в свой компьютер, узнай, с кем дело имеешь, а потом возникай! Да если кое-кто узнает, что ты с самим Зотиком поссорилась, за всю твою торговлю наркотиками и империю борделей, дырявого медного драхма не дадут!
   Медные драхмы с дыркой использовались в виде местного платежного средства на одной из планет, принадлежащей Южно-Азиатскому союзу. Медь сначала на ней нашли в ничтожных количествах, и решили использовать для чеканки денег, но потом меди обнаружилось столько... Местные жители на радостях начеканили себе монет, красивых и разных, да так много, что их тяжело стало носить в кошельках. Тогда в монетах просверлили отверстия и стали носить их в виде ожерелий, а потом и рассчитываться сразу связками, из-за гигантской инфляции. Потом-то на планету пришли галлары, когда местный шейх запродал концессию на медь какому-то богатому концерну, но местное население так и осталось нищим. Потому что экономисты концерна посчитали; если рабочим платить нормальную зарплату, то добыча меди будет не рентабельной.
   Дама, видимо изумившись от столь непривычного с собой обращения, замолчала, и, скорее всего, вняла совету - заглянула в банк данных. Однако через пару минут послышался ее издевательский смех. Отсмеявшись, она заговорила:
  -- Ты, самонадеянный мальчишка! Ты потерял свой статус вольного астронавта. Теперь каждая шавка может безнаказанно цапнуть тебя за ляжку. Ты не только не соберешь эскадры, а наоборот, любой вольный астронавт, увидев тебя в прицеле, не задумываясь, откроет огонь.
  -- Я и без статуса остался Зотиком, - ласково промурлыкал Зотик. - Любой вольный астронавт, увидев меня в прицеле, сто раз подумает, прежде чем открыть огонь... Тут ведь вблизи планеты только полицейские катера, верно? Пока подоспеет военный корабль... Хотя бы тот эсминец, что дежурит на дальней орбите... За это время я тут такого наделаю, что лучше и не описывать. А тебе, красавица, я гарантирую весь набор извращений, что бытует в обитаемой части Галактики. Твое местонахождение я уже засек, так что вызываю десантный катер...
  -- Ты что, серьезно?.. - голос у дамы предательски дрогнул.
  -- А вам, мадам, так хочется проверить, правда ли то, что обо мне болтают?..
  -- Послушайте мистер Зотик! Ну, на что вам сдалась эта заморенная креветка? Прилетайте ко мне по пеленгу, я вам тут роскошный отдых среди цветов обеспечу, не пожалеете!
  -- Эта, как ты говоришь, заморенная креветка, пыталась меня обворовать, и даже Корабль спереть. Представляешь, что будет с моей репутацией, если кое-кто узнает, что какой-то девчонке чуть было не удалось безнаказанно украсть у меня Корабль?.. Тут дело принципа. А если ты попробуешь мне помешать... Ну что ж, еще одним легендарным подвигом Зотика станет больше... А свой статус я как-нибудь восстановлю... - оптимистично заключил он свой монолог.
   Послышался вкрадчивый голос Шкипера:
  -- Капитан, напересечку нашего курса идут два крупных скутера.
  -- Эй, красавица! - окликнул Зотик. - Ты слушаешь? Это твои гориллы спешат схлеснуться со мной?
   Однако динамик молчал. Но подал голос Шкипер:
  -- Скутеры отвернули и направляются в сторону берега.
   Тут Зотик крупным планом увидел лицо Терезы; оно исказилось гримасой такого безысходного отчаяния, что Зотику стало не по себе. Тут же Тереза ударила кулаком по пульту, скутер осел в воду, быстро теряя скорость, а рыжая голова опустилась на пульт и больше не поднималась.
   Зотик посадил шлюпку на воду, подтянул причальным полем скутер. Он на всякий случай хотел надеть скафандр высшей защиты, но потом сообразил, что в нем и с Терезой на руках не сможет протиснуться в люк шлюпки. Выдвинув короткий шлюпочный пандус, он прошел по нему к скутеру. Откинув фонарь, долго с подозрением глядел на Терезу. Но, похоже, измотанная гонкой, она просто спала. Был бы это какой-нибудь пират, Зотик для верности засадил бы ему разряд из парализатора, но на Терезу у него рука не поднялась. Пока он вытаскивал ее из тесной кабины, пока тащил по пандусу, холодел от одной мысли, что она его сейчас кольнет чем-нибудь исподтишка, и придется опять одному Арефу отдуваться... Обошлось. Оставив ее в переходной камере, вернулся к скутеру, настроил его автопилот на позывные "Гончака Ролли", включил двигатель, и скутер, набирая ход, устремился на север.
   Когда Зотик внес мошенницу в рубку управления, Ареф уже сидел с парализатором в руке и напряженно ловил каждый вздох мошенницы.
  -- Ты бы сунул ее сразу в анабиозную камеру, а? - робко попросил он, явно не надеясь на положительный ответ.
   Зотик и сам понимал, что это единственно верное решение, но очень уж ему хотелось допросить ее с пристрастием. Однако после короткого раздумья, он все же внял голосу разума. Оттащил беспробудно спящую красотку в анабиозный отсек, сунул в саркофаг и включил систему. Мимоходом подумал, что в анабиозе она лучше всего отдохнет, и проснется уже на Корабле, свежей, как роза из садов Эдема, слабой и готовой к допросу по пиратской методике.
   Зотик посчитал, что работа двигателя шлюпки в режиме МГД-турбины, никакого ущерба экологии планеты не нанесла, а потому направил шлюпку к полюсу. Диспетчер пока помалкивал, - может, не чуял подвоха, - но существовала опасность, что местная крестная мать сдаст Зотика полиции. Он только представил, какие сомнения ее раздирают, и расхохотался. Действительно, наслышанная о подвигах Зотика, она должна была понимать, что несколько полицейский катеров не смогут его задержать. С другой стороны, в своем гангстерском самомнении, она могла думать, что про Зотика больше всего вранья. Гангстерские организации, тщательно законспирированные и замаскированные под респектабельные предприятия, никогда не совались в дела пиратов, и тем более, вольных астронавтов, более того, до смерти боялись их. Привыкшие действовать из-за угла и в спину, они испытывали буквально патологический ужас перед открытыми схватками, до которых были большими охотниками вольные астронавты. К тому же не имели тех возможностей, что вольные астронавты. Даже любой мелкий пират мог нанести удар из космоса такой, что мало не покажется, если только преодолеет ПКО. Не говоря уж о вольных астронавтах, которые умели на десантных катерах преодолевать любую противокосмическую оборону.
   Поднимаясь в космос, Зотик внимательно следил по индикатору метрики пространства за расположением орбитальных объектов. Однако Шкипер его уверил, что и орбитальные модули, и курьерские суда движутся по обычному расписанию, и полицейские катера дежурят на орбитах по обычной схеме.
   Ареф оказался прав; шлюпка прошла уровень таможенного контроля, затем уровень юрисдикции полиции Эдема, и вскоре оказалась в нейтральном космосе, ни разу не зацепленная лучом диспетчерского локатора. Теперь только военный корабль мог остановить Зотика. Но чтобы послать в погоню в мирное время военный корабль, предварительно сорвав его с дежурной орбиты, нужны веские основания, а не неуплата за экологический ущерб, тем более что в открытом космосе Зотик имел право защищаться от кого бы то ни было.
   Врубив форсаж, он за четверть часа долетел до станции техобслуживания. Встречавший Зотика на аппарели станции хозяин, весело прокричал:
  -- Капитан, все в лучшем виде! Можете хоть сейчас стартовать.
   Зотик заметил, что хозяин нерешительно мнется, обуреваемый какими-то противоречивыми желаниями.
  -- Ладно, говори, - сжалился Зотик.
  -- Видите ли, капитан, - затянул он, юля глазами, - я тут слегка заглянул в ваш грузовой модуль...
  -- А ты знаешь, что бывает с носами тех, кто сует их во все щели? - прервал его угрожающим тоном Зотик. - Какого черта тебе понадобилось в моем грузовом модуле?..
   Механик побледнел. Видимо он знал, чем чревато нарушение пиратских законов. Но страсть к наживе пересилила:
  -- О, капитан! Вы не правильно меня поняли! Я, разумеется, ничего не видел. Я знаю, как опасно ссориться с господами вольными астронавтами...
  -- То-то же, - проворчал Зотик.
  -- Только, знаете, капитан, незадолго до вашего прибытия мне передали с Эдема странную просьбу...
  -- Что за просьбу?.. - насторожился Зотик.
  -- Сунуть в ваш корабль детонатор Звездного огня...
   Зотик весело расхохотался:
  -- Я даже знаю, кто передал эту странную просьбу. Но, милый, она там... А ты здесь...
  -- Именно потому, что я знаю, что со мной будет, когда господа вольные астронавты узнают, что ваш корабль сгорел во вспышке Звездного огня, едва отчалив от моей станции, я и осмелился попытаться сделать вам предложение.
  -- Предложение? Ну-ну?..
  -- За груз одного вашего модуля я могу предложить новенький, с иголочки планетарный истребитель, с серийными номерами и регистрацией вашего корабля.
   Зотик задумался. Истребитель, конечно, в хозяйстве не помешает, но барыга слишком уж большую цену загнул. Он сказал:
  -- Что ж, хорошее предложение... Но почему ты считаешь, что мне негде сделать сертификат на груз?
   На хитрой физиономии отразилось такое разочарование, что Зотик расхохотался, и, хлопнув незадачливого коммерсанта по плечу, проговорил:
  -- Короче, так: связку из двух истребителей. Один - управляется человеком, другой имеет нервную связь с первым, по жесткой схеме - "делай как я". Да не жлобься ты! - вскричал Зотик, видя, что барыга собирается торговаться. - Ты и так получишь верных сто процентов навара. А если продавать будешь на Эдеме, через свою знакомую даму, которая обращалась к тебе с весьма предосудительным предложением, то и она получит сто процентов навара. Ты думаешь, я не знаю истинной цены этих безделушек с Фала?..
   Отчалив от технической станции, и пока Корабль разгонялся, Зотик с Арефом все же облазили его с индикаторами. Береженого Вселенная бережет... Мало ли дураков в Галактике, которые за хороший куш осмелятся ссориться с вольными астронавтами?
   Терезу Зотик так и не решился достать из анабиозной камеры. Только представил, как эта опасная кисонька будет шляться по Кораблю, так у него мурашки по спине побежали. Он решил нагрянуть прямо с ней к м-ру М, напустив на себя вид, будто ему известно все, до последней мелкой пакости.
   Когда Зотик лазил по трюмам, то мимоходом произвел инвентаризацию припасов. Поскольку Корабль еще не попадал в передряги, то и убыли припасов не наблюдалось. Зотик с Арефом в основном питались свежей пищей; фруктами и овощами из биотронов, да мясом из холодильников. Правда, запасы виски поистощились, но еще полно было русской водки, и капитанский винный погреб совсем не пострадал. В глубочайшей задумчивости он вошел в центральный пост, так и этак поворачивая в уме совершенно крамольную мысль: а за каким лешим метаться по Галактике, подобно гончему псу, выслеживая какого-то мелкого воришку? Да еще, исходя из последних дедуктивных выводов Арефа, этого воришки вообще может не оказаться...
   В бытность пиратом, Зотик тоже не было свободен. Команда жаждала добычи, капитан жаждал добычи, а потому штурман Зотик прокладывал курс туда, где ее можно было взять. Сейчас у него шикарный Корабль, и нет за спиной банды головорезов, способных из-за того, что их не обеспечивают добычей, и штурмана, и капитана выкинуть за борт, ни мало не заботясь, что на корабле может не оказаться ни одного человека, способного проложить курс, рассчитать вектор т-перехода и интенсивность импульса. В сущности, если Зотик нарушит контракт, кто привлечет его за это к ответственности? Можно проложить курс через мертвую пустыню между витками Галактики. Его давно манила сверкающая россыпь звезд, где еще никто не бывал. Генераторы полей его Корабля, да и энергоресурсы позволяют совершать сверхдальние прыжки. Если он там найдет парочку планет, пригодных для жизни, да одного приза за их открытие хватит, чтобы тысячу лет кутить, не переставая в самых шикарных ресторанах! А если, придачу, там окажутся несметные сокровища в виде золотых или платиновых астероидов, его вообще никто не посмеет привлечь к ответственности, и тем более, требовать уплаты неустойки.
   Существовала легенда, что будто бы на заре космических полетов, еще когда земляне путешествовали от одной планеты к другой с черепашьей скоростью, на планетолетах оснащенных ионными двигателями, одна из экспедиций в поясе астероидов наткнулась на астероид, массой в несколько миллиардов тонн, состоящий на восемьдесят процентов из золота, пятнадцать - платины, и пять процентов приходились на редкоземельные металлы. Ребята, не долго думая, сняли со своего корабля вспомогательные двигатели, установили их на астероиде, объявили его своей собственностью, и двинулись к Земле, радостные и окрыленные в предвкушении безбедной и легкой жизни на роскошных виллах. И даже не подозревали, что на Земле царила паника, биржи трясло так, что игроки в окна вылетали, рынок обваливался с грохотом и воплями разорившихся. На земной орбите космонавтов уже ждал комитет по торжественной встрече в виде объединенного военного космического флота всех стран, даже тех, у которых имелось по одному кораблю. Ни одна страна не осталась равнодушной к мероприятию. Экипаж "золотого каравана" радостно приветствовал встречающих, но те, не менее радостно отвечая на приветствия, быстренько высадили на астероид десант, повязали ошалевших старателей, присобачили к астероиду жутко опасный и ненадежный, но чудовищно мощный, только что изобретенный ядерный двигатель, и сверкающая золотая гора, получив могучий пинок, сорвалась с земной орбиты и, набирая скорость, понеслась к Солнцу, канув вскоре в огненный океан. Потом долго Солнце радовало землян красочными эффектами в своей короне, да и ионосфера Земли тоже отзывалась на ливни тяжелых заряженных частиц всякими красочными представлениями в виде северных сияний, и других небесных сияний, доходящих аж до субтропиков.
   А все было до банального просто; пока старатели тащились к Земле, в тогдашнем ООН собралась генеральная ассамблея, и все страны единогласно порешили золотой астероид сжечь, дабы предотвратить крах земной экономики. А объединенный флот собрали лишь потому, чтобы кто-нибудь втихаря, не отправил десант наперехват астероида, и не отхватил бы от него хороший кус. Только потом прислушались к голосу одного единственного умника, который предлагал астероид не сжигать, а просто заменить денежный эквивалент. Он предложил идею всеобщей валюты в виде компьютерных денег, которые впоследствии назвали галларами. Подделать их было невозможно, даже их вещественное выражение - компьютерную распечатку на радужной, узорной, силикатной бумаге с красивым портретом изобретателя. Дело в том, что все номера купюр были заложены в платежной сети, и расплатиться купюрой, номера которой не было в сети, а равно и такой, номер которой повторялся, было совершенно невозможно; любой кассовый аппарат выплюнет фальшивку в лицо. В пиратской среде ввиду отсутствия банкоматов единой платежной сети, был принято рассчитываться посредством бартера. Ну, а если приходилось платить наличными, фальшивки обычно даже не пытались всучить. Потому как всучишь фальшивку, не успеешь порадоваться, как получишь разряд в брюхо. За такие дела даже не обязательно было на дуэль вызывать, можно было пристрелить как паршивую собаку.
   Довольно скоро выяснился размер глупости, лишивший земную экономику колоссального количества ценнейших металлов; началось массовое строительство прямоточных звездолетных двигателей. Единственным материалом для изготовления соленоидов, обмоток, да и самой трубы ускорителя, были сплавы на основе золота и платины. А сколько в астероиде было сопутствующих металлов!.. Иридий, цирконий и прочие... лантаниды и лантаноиды... Развитие межзвездных полетов и колонизация ближних солнечных систем тормозилось именно из-за нехватки этих металлов. Платина в больших количествах, но явно в недостаточных, добывалась только на Меркурии, но условия жизни там были таковы, что добровольно туда никто не шел. Даже безработные в трущобах не обольщались возможностью в течение десяти лет сколотить состояние, предпочитали питаться на дармовщину в благотворительных столовых и донашивать обноски, собранные для них сердобольными пенсионерами, которые, привыкнув всю жизнь работать, выйдя на пенсию, становились активистами благотворительных организаций.
   Однако осталась легенда. И всякий раз, добравшись до новой солнечной системы, капитан корабля отправлял в пояс астероидов все, способное летать в космосе, вплоть до спасательных капсул, на поиски платиновой легенды.
   По железным законам развития Вселенной, открытым еще в двадцать первом веке каким-то гениальным философом, когда еще толком и в космос-то не летали, у звезд второго поколения всегда оказывалась планетная система, а в ней, между четвертой и пятой планетами, оказывался пояс астероидов. Планетных систем не было возле двойных и тройных звезд, и звезд первого поколения, кое-где еще догоравших в Галактике. Научники, для которых теория древнего философа была своего рода священной книгой, утверждали, что чем ближе к центру Галактики, тем меньше звезд с планетными системами. В такой тесноте просто не может быть стабильности в гравитационных полях, и планеты не могут образовываться из-за этого, а космическая пыль, продукты взрывов звезд первого поколения, в которых только и навариваются тяжелые элементы, постепенно втягивается в черную дыру, существование которой давно доказано в галактическом ядре.
   Зотик полагал, что хоть до сих пор и не нашли самый захудаленький платиновый астероид, должны же они где-то летать! Тут ему на ум пришла еще одна мысль: чтобы отделаться от м-ра М можно поступить вообще хитро, на обратном пути, если, конечно, не повезет, не уходить в т-состояние, а набрать скорость... ну, допустим, шесть девяток после запятой от световой, или лучше десять. Тогда в корабле незаметно пролетит несколько недель, ну, может месяцев, а на Земле пройдет две тысячи лет, а то и больше...
   Последнюю фразу Зотик произнес, видимо вслух. Потому что, возящийся в своем кресле Ареф, вдруг навострил уши, повернулся к нему и с подозрением спросил:
  -- Ты это что опять придумал?..
  -- Да так, пришла в голову одна мысль... - попытался уклониться от ответа Зотик.
   Но Ареф, наверное, давно уже научился читать его мысли. Он напористо спросил:
  -- А ты знаешь Закон?!
  -- Н-ну-у... я знаю законы... - неуверенно протянул Зотик, лихорадочно соображая, где Ареф мог найти подвох.
  -- Ты, наверное, знаешь, что если человек ушел в дальний космос и там сгинул, то он считается живым, пока не доказано обратное? И, естественно. Выполняются все обязательства как данные им, так и данные ему...
  -- Погоди, погоди... - Зотик стиснул виски ладонями. - Если я положу в банк на Земле тысячу галларов под десять процентов годовых... Это ж, сколько накапает за две тысячи лет?!.
  -- Ты лучше посчитай, сколько тебе насчитают неустойки наследники мистера М... - проворчал Ареф, глядя на Зотика, как на законченного идиота.
   Зотик осел в кресле в полной прострации. Как ни крути, а Корабль и аванс надо отрабатывать.
   Корабль наращивал скорость. Ареф насупившись, сидел в своем кресле и что-то разыскивал в памяти Шкипера, наугад перебирая коды и пароли, то и дело вызывая возмущенное мигание красных сигналов на панели. Но Шкипер помалкивал. Зотик полулежал в кресле и мрачно смотрел в передний сектор обзорного экрана, куда медленно сползались звезды из других секторов. "Интересно, - подумал Зотик, - а как это выглядит на скорости в десять девяток? И что будет, если на этой скорости врезать полный импульс к т-переходу? Наверное, унесет в другую Вселенную..."
   Зотик понял, что если он и дальше будет молчать, его желание совершить нечто "эдакое" превратится в навязчивую идею, и он "вдарит по газам", как говорили его предки, древние капитаны русских морских кораблей.
   В соответствии с графиком разгона Шкипер снизил ускорение с восьми жэ до двух, и, воспользовавшись передышкой, Зотик заговорил:
  -- Интересно, в древней теории относительности четко и ясно сказано, что двигаться быстрее скорости света нельзя, а мы запросто носимся в сотни и тысячи раз быстрее, и при этом никто теорию относительности не отменял...
  -- А какой бы дурак ее отменял и опровергал? - подал голос Ареф. - Если она верна. Просто, инерционные системы, которыми являются элементарные частицы и прочие гамма кванты, подчиняются теории относительности. А тела, обладающие внутренней энергией, которую они могут использовать в своих интересах, подчиняются уже другим законам...
  -- Ага! - весело воскликнул Зотик. - Говорят, когда не было Нейтральной зоны, грабители, убийцы, пираты однозначно сидели в тюрьмах, или парились на Меркурии. Скрыться было некуда; ловили всех через Интерпол. Но появилась Нейтральная Зона, в ней утвердились совершенно другие законы, отличные от законов федераций, и от закона Шариата Южно-Азиатского союза, и для пиратов и воров жизнь стала вполне сносной. Вот только для убийц, неизвестно что хуже; в цивилизованных странах самое худшее, убийца может получить пожизненное, а в Нейтральной зоне живенько головенку скрутят, если не поумерит свой дурной нрав...
   Ареф изумленно уставился на Зотика, хотел что-то сказать, но тут его монитор разразился мелодичным сигналом, а Шкипер вкрадчиво произнес:
  -- Хочу вам напомнить, штурман Ареф, что это конфиденциальная информация, доступ к которой могут иметь лишь управляющие компанией "Бубль-Гум и внуки".
  -- Считай, что я самый любимый внук, - проворчал Ареф, и, несмотря на вновь нарастающую перегрузку, уткнулся носом в монитор.
   Во время т-марша Зотик несколько раз заходил в анабиозный отсек шлюпки, подолгу вглядывался в лицо Терезы; оно было спокойным и умиротворенным, исчезло то нервное внутреннее напряжение из-за которого, видимо, так красиво сияли ее глаза, и играл румянец на щеках. Как ни старался Зотик нагнать на себя злость, ему это не удавалось, а вовсе даже наоборот, ему мучительно жалко было мошенницу, а если уж и совсем откровенно, то ему просто хотелось, чтобы она всегда была с ним. Что с того, что пыталась ограбить? Ну, сумела бы выгрести деньги со счета... Но Корабль перепрограммировать?.. Сомнительно... Да, скорее всего она просто не знала, с кем имела дело.
   На вольных астронавтов наложил специфические черты род занятий. А превратное мнение о них у обывателей сформировалось из-за бесчинств мелкой пиратской шушеры, которая промышляла разбоем в окрестностях планет, завоевавших независимость в колониальных войнах. Эти не брезговали ничем; занимались даже шантажом, рэкетом и киднапингом, соперничая с ими же презираемыми гангстерами. Стоило где-нибудь полиции ослабить бдительность, тут же с неба сыпались десантные катера. Из-за слабой боевой выучки, каждый десант или абордаж таких банд заканчивался кровавой вакханалией - потери с обеих сторон бывали максимальные. Вольные астронавты были кровожадными? Но в их среде железным законом было: если не ты, то - тебя. Свидетелей убирали? Так ведь тоже из чувства самосохранения. Пират, попавший на меркурианскую каторгу, больше пяти лет не жил. Если простые преступники на меркурианских рудниках работали в относительно комфортных условиях, даже убийцы, - на постах управления рудничными комплексами, то пиратов использовали исключительно для ремонта и обслуживания эффекторов оных комплексов. Жуткое пекло, радиация, неожиданные прорывы фторсодержащих газов, от которых скафандры высшей защиты вспыхивали бенгальскими огнями. Частенько вольные астронавты проявляли явную трусость? Ну, это как сказать... Иногда случалось так, что предводитель получал возможность оценить ситуацию лишь в последний момент, и вдруг становилось ясно, что десант или абордаж могут закончиться гибелью для пиратов, и тогда шайка мгновенно обращалась в бегство. Так что, это была всего лишь осторожность, воспитанная годами одиночных рейдов в ненаселенных областях Галактики, когда помощи ждать неоткуда.
   Совсем иное дело вольный астронавт, занимающий место на вершине иерархической пирамиды; это и знающий военачальник, и ученый, довольно компетентный во всяких космологических, астрономических и астрофизических науках, а по части драки, равным ему может быть только равный. Обычно пиратская элита избегала мелких авантюрных стычек с федералами; проворачивая крупные дела, старалась произвести как можно меньше шуму. Вольный астронавт, капитан "Призрака", с выдрессированным экипажем, с абордажной командой и десантным отрядом, способными тягаться со спецназами обеих федераций, если его по-настоящему "достать", мог вынырнуть из т-состояния вблизи планеты, администрация которой его обидела, выпустить девятку десантных катеров, пока силы противокосмической обороны не пришли в себя после встряски, вызванной экстренным торможением мощного звездолета, разом накрыть главные хранилища ценностей, а по пути подавить противокосмическую оборону, принять орбитальные баржи, и пока колониальная пехота разворачивается в боевые порядки, дочиста ограбить хранилища, и без помех вывезти с планеты награбленное еще до подхода патрульного крейсера.
   Спецслужбы всех стран прекрасно знали в лицо всех капитанов и старших офицеров, принадлежащих к пиратской элите, но знание это ничего не давало. Настоящие пираты умели прятать концы в воду. Когда Зотик испрашивал вид на жительство, у правительственных чиновников Австрии не нашлось оснований отказать ему. Но и давать вид на жительство они упорно не желали. Поэтому пришлось "дать на лапу" не малую сумму в галларах. Что поделаешь, еще бывший профессор истории, в экипаже пиратского судна командовавший десантным отрядом, как-то во время вахты рассказал Зотику, что еще в древнем Китае чиновникам за взятки полагалось отрубление то ли руки, то ли головы, то ли всего вместе, а все равно брали. Нынешним чиновникам за взятки полагается всего лишь десятилетняя каторга на Меркурии, с хорошим заработком, даже без конфискации - так чего ж не брать?..
   Преисполнившись гордости от сознания своей неуязвимости, Зотик, наконец, решил стать предельно великодушным; потрясти м-ра М с помощью показаний Терезы, а потом отпустить несчастную.
   Помня о модуле, полном контрабанды, Зотик не повел Корабль к терминалам технической станции компании "Локхид", где его корабль обслужили бы бесплатно по гарантийному талону, а завернул к своему старому знакомому, держащему станцию техобслуживания на лунной орбите.
   Станция представляла собой невероятное нагромождение блоков, модулей и всякого рода конструкций, предназначенных для технического осмотра, ремонта и заправки межзвездных кораблей. Она переходила по наследству в роду Сидоровых. Дальний предок нынешнего владельца чем-то отличился еще на заре освоения ближнего космоса, и вместо того, чтобы принять правительственную премию, попросил передать ему в частное владение вспомогательную заправочную станцию на лунной орбите. К тому времени станция уже никому не была нужна, и ее преспокойно передали в частное владение. Кажется, тот Сидоров и был первым человеком, заимевшим частную собственность в космосе. Ему предрекали скорое разорение, но он нашел спонсоров, и вскоре смонтировал на станции роскошный ресторан с игорным залом. Богатейшие воротилы Земли считали своим долгом регулярно посещать этот ресторан. И было на что тратить деньги! Кроме великолепной кухни, через широкие окна открывался великолепный вид на плывущую внизу лунную поверхность, а над головой сияла во всем великолепии красавица Земля.
   Когда в частной собственности появились космические яхты, грузовые и пассажирские корабли, род Сидоровых начал богатеть с неимоверной быстротой. Станция начала разрастаться за счет пристыковки к ней все новых и новых модулей. И сейчас, где-то в путанице переходов, скрывается первый модуль, превращенный Сидоровыми в семейный музей. Туда водят на экскурсии лишь самых близких друзей.
   Поток клиентов не ослабевал никогда. Кроме некоторых услуг, за которые на Земле можно огрести кучу неприятностей от полиции и прессы, была еще в ресторане Сидорова экзотика дальнего космоса. В ресторане постоянно пьянствовала и обжиралась команда какого-нибудь пиратского корабля, а если у них еще и денежки водились, то для какого-нибудь плейбоя верхом блаженства могло стать, ввернуть где-нибудь в изысканном обществе: - "А знаете, я ж у Беззубого Жана пару галларов в покер выиграл, а потом мы с ним в ресторане..."
   Пираты знали, если попадешь в полосу неудач, если не на что будет отремонтировать корабль, закупить припасы, обратись к господину Сидорову и корабль будет отремонтирован, реакторы заряжены, в трюмы загружены припасы. А всего-то и надо, в течение пары месяцев есть, и пить в ресторане, да рассказывать всякие космические байки богатым бездельникам, прилетающим с Земли в поисках новых ощущений. Разумеется, было весьма тяжелое для пирата условие: придерживать и по мере сил обуздывать свой пиратский нрав. Зарезать или убить кого?.. Ни, ни... Разве что нос расквасить, или пару зубов вышибить, для полноты впечатлений, так сказать.
   Пока причальные фермы гасили колебания многотонного Корабля, да пока к адмиральскому люку придвигалась гармошка переходного коридора, Зотик осматривал многочисленные причалы. Сегодня здесь было довольно пустынно; у пассажирского причала висел орбитальный модуль на сто мест, к самому дальнему причалу прилепилась хищная туша пиратского "Призрака", переделанного из коммивояжерского "Дракона", надо сказать, основательно изъеденная и потрепанная дальним космосом. У личного причала г-на Сидорова висела его яхта, в обводах которой явственно просматривались обводы фрегата космических сил Западной федерации, к тому же весьма не древней модели. Боевая палуба, правда, была несуразно огромной, что, впрочем, не портило впечатления, из-за того, что там запросто могли поместиться четверка планетарных штурмовиков и шестерка планетарных истребителей.
   На Земле господин Сидоров считался весьма респектабельным господином. Правда, друзья думали, что он очень любит путешествовать, потому как по шесть месяцев в году он отсутствовал в своем роскошном кабинете, а у причала отсутствовала его яхта. Лишь немногие капитаны-вольные астронавты знали, что г-н Сидоров по привычке проворачивает кое-какие темные дела в различных областях обжитой зоны Галактики. А привычка эта осталась у него еще с молодых лет, когда он под прозвищем Мешок Апперкотов командовал пиратским кораблем. Он был младшим сыном в семье, и наследство ему не светило, вот и ушел в вольные астронавты. А потом фортуна повернулась к нему другим боком, и пришлось занять не предназначавшееся для него место.
   Впрочем, в роду Сидоровых были не только пираты, астронавты и бизнесмены. Был депутат российского парламента, были члены правительства, министры, был даже один член конгресса Восточной федерации, когда она была еще конфедерацией. Он-то как раз и добился, а может, попросту купил, право экстерриториальности для своего родового владения. Так что, хоть Сидоровы и считались поданными России, но и как бы имели собственное государство.
   Сам господин Сидоров вышел встречать Зотика. После салуна Грелли, ресторан "у Сидорова", был вторым местом, где Зотик отсиживался между рейдами. Здесь было спокойно и безопасно, потому как у г-на Сидорова была великолепно вышколенная служба безопасности в силу того, что он терпеть не мог всяких разборок, стрельбы и дуэлей на своей территории. Сам при этом не отличался голубиной кротостью, однако и он никого не вызывал на поединок в своих владениях, предпочитал разбираться на нейтральной территории.
   С гривой седых волос, высокий, широкоплечий, в смокинге, с гаванской сигарой в зубах, г-н Сидоров был невыносимо величественен. Сделав навстречу Зотику положенные три шага, которые он делал только навстречу самым уважаемым клиентам, г-н Сидоров подождал, пока Зотик приблизится, протянул ему для пожатия руки. Захватив ладонь Зотика одной рукой, и прикрыв другой ладонью, размерами с лопату, г-н Сидоров, светясь улыбкой, собравшей лучики мелких морщинок на обожженном космическим загаром лице, осведомился:
  -- Дружище Зотик, где ж ты пропадал целый год? Я уж грешным делом подумал, что ты сложил свою буйную головушку. Эти твои постоянные ссоры с самыми крутыми капитанами добром никак не могут кончиться... - г-н Сидоров осуждающе покачал головой, но тут же смущенно потупился, и поспешно проговорил: - О, прости! Ради Вселенной, прости. Я как-то не сообразил... Ведь ты прибыл на корабле суперкласса... А поскольку ты вышел первым, то получается, что ты - капитан?!
  -- Ага, дружище! - беззаботно воскликнул Зотик, фамильярно хлопая г-на Сидорова по плечу, чего он ни за что не позволил бы себе раньше. - Я капитан и владелец этого чуда техники.
   Г-н Сидоров потрясенно молчал. Зотик не выдержал, и нетерпеливо притопывая ногами, воскликнул:
  -- Дружище! Что же ты маринуешь нас здесь?! Мне не терпится засесть в твоем роскошном кабаке, потому как до тошноты надоела корабельная еда!
  -- Ты сказал - нас? Где ж твои старшие офицеры?
   Ареф, задержавшийся на Корабле, выбежал вприпрыжку из переходной камеры. Увидев г-на Сидорова, восторженно вскричал:
  -- Ба, настоящий метрдотель! Как в кино...
   Лицо г-на Сидорова надменно вытянулось, левый уголок рта пополз книзу, но Зотик предотвратил взрыв:
  -- Познакомься, это мой любимый дядюшка - Ареф.
  -- Г-н Сидоров замер, колюче уставясь на Арефа. Казалось, его взгляд, как хирургическими иглами, то тут то, там вонзаясь в тело Арефа, берет пробы крови, лимфы и тканей. Привыкший замечать и анализировать каждую мелочь Зотик замер, в свою очередь, ощупывая лицо Сидорова изучающим взглядом. Но тот быстро справился с собой, радушно заулыбался:
  -- А-а... Ареф! Так вот ты какой вырос! А ведь я неплохо знал твою мамочку. Да-с, оч-чень даже неплохо... - повторил он многозначительно, но тут же спохватился: - Идемте, идемте скорее! Я вас угощу великолепным обедом за ради встречи...
  -- Нет, погоди! - Зотик ухватил г-на Сидорова за рукав элегантного смокинга. - Ты почему никогда не говорил, что знаком с моей бабушкой?
   Г-н Сидоров явно смутился, но тут же попытался сделать хорошую мину при плохой игре:
  -- Да она ж частенько сюда прилетала развлечься! А я до сегодняшнего дня не знал, чей ты внук...
   Зотик еще пару секунд посверлил его пытливым взглядом, но г-н Сидоров открыто встречал его взгляд, простецки улыбаясь. Зотик отпустил его и в задумчивости зашагал по коридору.
   Была у Зотика и еще одна причина для посещения г-на Сидорова. Кроме пиратских баек за роскошно сервированными столами главного зала, тут еще заключались крупные незаконные сделки, но только в тихих кабинетах, защищенных непроницаемыми для глаз и ушей силовыми экранами. Здесь можно было без помех обсудить все детали сделки, не боясь любопытства конкурентов и представителей Закона.
   Пока белый, как айсберг с планеты Эдем, официант сервировал столик, Зотик подсел к терминалу телекса, стоящего в углу зала за ажурной перегородкой. Прикинув время отправления с Земли пассажирских модулей, Зотик решил назначить свидание с торговцем инопланетным антиквариатом на четырнадцать часов следующего дня, в кабинете номер девять, который должен будет заказать сам торговец. Сунув в щель терминала магнитную карточку, Зотик зашифровал послание, в конце подставил цифровой код-пароль, и отправил неведомому абоненту. После чего, в предвкушении знатной добычи, направился к уже сервированному столу.
   Когда Зотик прикинул в галларах стоимость груза прогрессорского модуля, у него, наконец, перестали мельтешить в глазах кровавые мальчики. По самым скромным подсчетам в результате его экскурсии на Фал, только от его меча погибло две с половиной тысячи аборигенов. А сколько их погибло в огне, это, весьма приблизительно, могли подсчитать только прогрессоры.
   Официант исчез, и сам г-н Сидоров наполнил бокал Зотика золотистым вином. Зотик потянул носом, ощущая до боли знакомый аромат, спросил:
  -- А себе?..
   Г-н Сидоров слегка двинул пальцем, мгновенно появившийся официант с серебряным подносом, сервировал обед и для хозяина.
   Зотик поднял бокал до уровня глаз, сказал:
  -- Не знал, что у тебя подают вино с Фала...
  -- Естественно... - чуть улыбнулся уголками губ г-н Сидоров. - Раньше оно тебе было не по карману - тысяча галларов кувшинчик...
   Выпили, посидели, наслаждаясь ощущениями. К г-ну Сидорову подошел метрдотель, пошептал что-то на ухо и отошел. Принимаясь за фирменный салат, г-н Сидоров как бы между прочим спросил:
  -- А чего это ты красотку не разбудил? Симпатичная. Если боишься, что сбежит, так зря. Куда ей отсюда деться?
   Зотик проворчал:
  -- И когда ж это ты успел нос сунуть в мой Корабль?
  -- Ну, дружище! Ты же знаешь, что я не проявляю праздного любопытства. Ты прилетел издалека, и сам попросил меня провести профилактический осмотр корабля. Вот я и послал техников.
  -- Что-то не припомню... - хмуро обронил Зотик.
  -- Я же не любопытствую, что находится в грузовом модуле... - г-н Сидоров тут же сменил тон на игривый. - Если ты держишь красотку в замороженном виде, это твое личное дело. Однако я бы ее на твоем месте все же разморозил.
  -- Ага, разморозил... А завтра утром обнаружишь, что твой сейф пуст, и корабль у причала отсутствует...
   Г-н Сидоров приподнял брови:
  -- Что, такая серьезная девочка? Ну, я тебе скажу, на сей раз нарвалась... Она что, не знала, с кем дело имела?
  -- Похоже... - лаконично обронил Зотик, подбирая вилкой остатки салата с тарелки.
  -- Я могу своей охране объявить усиленный режим... - искательно предложил г-н Сидоров.
   Ареф, уже поглощавший ароматный шашлык из телячьей вырезки, подал голос:
  -- Мне кажется, это самая подходящая судьба для нее; обслуживать клиентов в тайных нумерах господина Сидорова.
   Зотик вскинул голову, собираясь наорать на Арефа, но тут натолкнулся на тяжелый, пытливый взгляд г-на Сидорова, и почему-то мгновенно увял, равнодушно пожал плечами:
  -- Ладно, пошли своего фельдшера, пусть притащит ее. Только не говори потом, что я тебя не предупреждал...
  -- У меня не фельдшер, а дипломированный врач! - обиженным тоном сказал г-н Сидоров. - Посидим, подождем с переменой блюд...
   Достав из кармана коммуникатор, г-н Сидоров бросил в него несколько слов. После чего разлил вино по бокалам. Прищурившись, принялся разглядывать на свет слегка опалесцирующую целебную жидкость. Спросил, как бы между прочим:
  -- А дядюшка Ареф давно таким прытким стал?
  -- Да ладно... - Ареф нисколько не смутился. - Все богачи на Земле знают, что у вас тут нумера с девочками. И в газетах, и во всемирной сети скандальные статьи проскакивали всяких писак, побывавших тут под видом клиентов. В федерациях-то можно здорово нарваться, таскаясь по тайным борделям, а у вас тут экстерриториальность, никакой полиции, и, говорят, самая лучшая служба безопасности, на фоне бережного отношения к клиентам. Короче, еще один рассадник беззакония над самыми головами федераций...
   Г-н Сидоров молчал, неторопливо попивая вино, с любопытством разглядывая Арефа. Наконец появилась Тереза, волочась на плече охранника, еле перебирая ногами. Врач разбудил ее по сокращенному графику за пять минут. Встрепанная, злая, с онемевшими руками и ногами, она походила на фурию. Г-н Сидоров двинул бровью, упирающуюся Терезу уволокли в боковую дверь, скрытую за стеной экзотических растений.
   Г-н Сидоров игриво поглядел на Зотика:
  -- Брильянт! Дикий не ограненный камень! Ее бы в достойную оправу... - он мечтательно прикрыл глаза.
  -- Ага... В оправу, в виде твоего кабака... - Зотик вперился мрачным взглядом в тяжелую челюсть г-на Сидорова, с непреходящим наслаждением ощущая твердый, теплый, надежный лучевой меч в заднем кармане брюк.
  -- Оно конечно, дружба дружбой, но женщина любую дружбу может в три минуты развалить...
   Тереза появилась из-за перегородки ровно через десять минут, причесанная, вымытая, в меру подкрашенная. Вместо заляпанного грязью охотничьего комбинезона на ней было умопомрачительное платье, подчеркивающее каждую выпуклость и каждую впадинку великолепной фигуры. Видимо доктор ей вколол неплохие стимуляторы, к столу она приближалась на своих ногах, к тому же справилась с собой, и слегка высокомерно и снисходительно улыбалась. Какие бы коварные замыслы ни роились в симпатичной рыжеволосой голове, она намеревалась поесть. Зотик по себе знал, как зверски хочется есть, после спартанской анабиозной ванны шлюпки. Это в корабельном анабиозном отсеке можно шиковать; там есть и системы добавочного питания аминокислотным концентратом. Эти системы были довольно громоздкими, поэтому на всякие мелкие суда их не устанавливали.
   Пока Зотик сидел и как идиот разглядывал красотку, отвесив челюсть до своей тарелки, г-н Сидоров вскочил, кинулся ей навстречу, мгновенно завладел ее рукой, весьма умело и галантно поцеловал, и, как король королеву, повел к столу, где уже стоял четвертый обеденный прибор. Г-н Сидоров весьма изящно отодвинул стул, усаживая Терезу. Не успел он сесть на свое место, как появился официант, будто из пола пророс, и наполнил бокалы бесценным вином с Фала.
  -- За нашу прекрасную даму, самую яркую звезду Галактики! - провозгласил г-н Сидоров, вставая и высоко поднимая бокал.
   Зотик испытывал мучительную неловкость. Чтобы поддержать игру, ему, конечно же, следовало встать тоже, но в нем медленно закипала злость: ведь с этой холеной, высокомерной великосветской дамой, которой целует ручки один из авторитетов братства вольных астронавтов, и весьма влиятельный бизнесмен Восточной федерации, он, пират Зотик, знаком в буквальном смысле на ощупь. Он впервые сознательно про себя назвал себя пиратом, испытав при этом мстительное удовольствие.
   Пригубив вино, Тереза и бровью не повела, будто каждый день пила вино стоимостью в тысячу галларов кувшинчик.
   По привычке Зотик взглядом держал под контролем весь огромный зал ресторана. Занятых столиков было мало, и среди респектабельной публики можно было легко распознать пиратов, исполняющих в настоящий момент роль массовиков-затейников, по колоритной внешности. Чтобы поддерживать имидж, простые пираты щеголяли в самых невероятных костюмах, зачастую составленных из предметов туалета разных цивилизаций. Был даже один в костюме дворянина с Валькирии. Первое время пираты на Зотика особого внимания не обращали; так, бросили несколько любопытных взглядов. Как-никак интересно, что за тип с самим хозяином пирует? Да и знакомых среди них Зотик что-то не углядел. Они продолжали создавать "космический колорит", вольготно расположившись за столами чужих компаний. Но вдруг все изменилось; сидевший в уголке за скромным столиком вожак, и долго изучавший пытливым взглядом Зотика, подал какой-то знак. Этого капитана Зотик тоже не знал, видимо он был из тех, кто промышлял у независимых планет, либо из тех несчастных неудачников, которые грабят других лишь бы для того, чтобы на награбленное снарядить корабль, и уйти в многолетний рейд в неисследованные области Галактики на поиски "платиновой мечты".
   Сгрудившись у столика вожака, пираты о чем-то разговаривали, бросая на Зотика угрюмые взгляды. Зотик навострил уши, пытаясь уловить хоть какие-то отрывки реплик, чему вдобавок здорово мешала вдруг вспыхнувшая перепалка между Терезой и Арефом.
   Тереза мгновенно потеряла весь лоск великосветской дамы, превратившись в сварливую и склочную девчонку. Ареф кого хочешь, мог вывести из себя...
   Наконец пираты о чем-то договорились, и к столику респектабельной компании двинулась целая делегация, капитан при этом остался сидеть. Вожаком пиратской делегации оказался верзила почти семи футов ростом и весом под триста фунтов, с нахлобученным на голову шлемом из черепа трехрога, каким-то образом вывезенным с планеты Сады Господни. В таких шлемах жрецы по великим праздникам, которых в году было не менее сотни, приносили в жертву богам самых красивых и упитанных своих сородичей, в основном мужчин, которых племя, совершив положенные пляски и песнопения, потом благоговейно съедало во славу своих богов. Даже без сертификата любой коллекционер отвалит тысяч десять галларов за подобный сувенирчик.
   Обладатель шлема навис над столом и прорычал гулким басом:
  -- Иван Ильич, вы, возможно, не знаете, но этот человек больше не имеет статуса старшего офицера и вольного астронавта. Да и никто не знает, был ли он вообще вольным астронавтом? С подобными ссученными выродками мы не можем сидеть в одном ресторане.
  -- Так в чем же дело?! - лучезарно заулыбался Зотик. - Вон выход, и валите отсюда...
  -- Послушайте, любезный, - очень вежливо заговорил г-н Сидоров, - с каких это пор всякая мелкая шушера лезет к столу старших офицеров без приглашения? Тем более, когда эти старшие офицеры являются капитанами кораблей, и сидят в обществе дамы. В Нейтральной зоне, в каком-нибудь притоне, вы бы себе этого не позволили; там враз можно получить нож меж ребер, или разряд промеж глаз. Я бы мог позвать своих людей, и вышвырнуть вас отсюда, но я сделаю иначе... Не зря же меня зовут Мешок Апперкотов.
   Г-н Сидоров не торопясь встал, отодвинул стул и провел классический апперкот обладателю шлема. Тот даже ничего предпринять не успел, так все быстро произошло. У верзилы подкосились ноги, он медленно сел на пол, а потом, как тряпичная кукла, которые так любят шить зимними или дождливыми вечерами девочки в отсталых колониях, опрокинулся навзничь.
   В разных концах зала раздались аплодисменты. Г-н Сидоров по-гусарски поклонился Терезе и сел на свое место. Она смотрела на него загоревшимися глазами и весело хлопала в ладоши. Душу Зотика быстро заполняла какая-то неведомая ему раньше тяжелая, вязкая злоба. Он знал веселый и бесшабашный боевой транс, но такого в себе даже не предполагал. Он уже мысленно прикинул, как, не вставая со стула, крутнется, пронося левую ногу над столом, над блюдами, и она, как бы мимоходом, точнехонько придется прямо под ухо склонившегося к столу, и что-то в полголоса говорившего Терезе, г-на Сидорова. Но Зотик тут же устыдился, ссориться с г-ном Сидоровым ему было вовсе ни к чему.
   Капитан пиратов решительным шагом направлялся к месту действия. Зотик слегка отодвинул стул, намереваясь применить классический "бой волка". Когда боец бросается на ближайшего противника, молниеносно сбивает его с ног и, не заботясь о том, поражен противник или нет, кидается на следующего. Главное, не позволить врагам сжать круг.
   Однако капитан пиратов остановился за два шага от столика, учтиво поклонился г-ну Сидорову, после чего произнес:
  -- Иван Ильич, покорно прошу извинить мой неотесанный экипаж; одичали, знаете ли, годами в тесных помещениях... И женщины... Одна на десятерых, и то дикарки из биотронов... - и, обращаясь к Зотику: - А вы милейший, будьте любезны, через двенадцать часов прибыть в точку с координатами: двести тридцать два экваториальных градуса, семнадцать градусов верхней долготы.
   В переводе с пиратской системы обозначения координат, на общепринятую, это означало место где-то в поясе астероидов. И чтоб успеть долететь туда за двенадцать часов, надо было стартовать немедленно, и мчаться с ускорением не менее чем в двадцать жэ.
   Однако Зотик радостно заулыбался:
  -- Ага! Надо полагать, это вызов на дуэль? Значит, выбор оружия за мной? - и он недобро прищурился, меряя капитана взглядом.
   Зотик чувствовал себя превосходно; серьезные люди за него не берутся, а вовсе даже наоборот, вроде бы за него. А со всякой мелочью можно не церемониться. Тем более что никто не знает про связку истребителей на боевой палубе его Корабля. Этот несчастный капитан узнает слишком поздно и уже никому не расскажет. Но тут Зотик вспомнил, что завтра у него в два часа по полудни встреча с покупателем контрабанды с Фала, а потом надо будет срочно мчаться к м-ру М. А после наглой пиратской дуэли, да еще с применением нешуточной боевой техники в области, объявленной Конвенцией областью нулевой военной активности... Короче говоря, сразу же после драки Зотику придется иметь дело как минимум с тремя патрульными крейсерами, тремя канонерками и девятью эсминцами. Разумеется, в интернациональном отряде, патрулирующем Солнечную систему в целях поддержания законности и порядка, не хватало одного крейсера, одной канонерки и трех эсминцев. Нейтральная зона Конвенцию подписала, но по своему обыкновению ничего не доводить до конца, свою долю кораблей послать в интернациональный отряд забыла. Вернее, не то чтобы забыла, у Нейтральной зоны просто не было регулярного военного флота. Зато, в случае угрозы матери-кормилице, в районе Земли практически мгновенно мог собраться флот вольных астронавтов, по численности боевых единиц превосходящий флоты обеих федераций и Южно-Азиатского союза вместе взятые. Естественно, что боеспособность этакого флота весьма невысока, но в возникшей заварухе, в толчее, среди беспорядочных залпов бризантных орудий, и неведомо куда летящих торпед с детонаторами Звездного огня, всей Солнечной системе может не поздоровиться.
   Зотик лихорадочно искал выход, но капитан пиратов избрал беспроигрышный вариант. Неожиданно на помощь Зотику пришел г-н Сидоров. Голосом, от которого, казалось, температура всего окружающего опустилась до абсолютного нуля, г-н Сидоров проговорил:
  -- Милейший, как вы посмели в моем доме, моего гостя вызвать на дуэль?
  -- Да, но Закон...
  -- Послушайте, любезный, если вы имеете в виду Закон Нейтральной зоны, то для меня, а равно и капитана Зотика, вообще законы еще не писаны. Я сейчас велю вас вышвырнуть вместе с вашими головорезами, и забыть навсегда дорогу в мой ресторан.
   Пиратский капитан побелел от ярости. Само по себе обращение "любезный", было оскорблением. Его экипаж изготовился к броску.
  -- Ну-ну... - усмехаясь, поощрил их г-н Сидоров, - вы уже прикинули, что в четыре раза превосходите по численности мою службу безопасности и экипаж моей яхты... Надеюсь, вы не думаете, что я буду стоять в сторонке? А еще капитан Зотик? Хоть вы и не видели его в драке, но, должно быть, наслышаны о нем?.. Так что, у вас никаких шансов, перевес сил на нашей стороне.
   Тут Зотик обнаружил, что Терезы за столом нет. Вовсю пользуясь заварухой, Ареф обставил весь свой край стола безалкогольными напитками, безумно дорогими, и настолько экзотическими, что кроме как в заведении г-на Сидорова попробовать их вблизи Земли и на самой Земле, было негде.
  -- Куда Тереза делась? - спросил Зотик у Арефа.
  -- По-моему, в туалет пошла... - мотнул Ареф головой в сторону ажурной перегородки.
  -- Там не туалет, там же телекс...
   Зотик вскочил и кинулся к перегородке. Пираты, уже готовые отступить, не сообразив, что к чему, на всякий случай выхватили ножи и ринулись в драку; половина кинулась вслед за Зотиком, половина - на г-на Сидорова. По пути к перегородке Зотик на секунду остановился и уложил двух самых шустрых пиратов, которые его было догнали. Тут он заметил, что со всех концов ресторанного зала сбегаются проворные люди в смокингах, а также и в белых куртках официантов, на ходу доставая парализаторы. Влетев за перегородку, Зотик тут же увидел Терезу, с милой улыбкой поворачивающуюся к нему от телекса.
  -- Я всего лишь хотела позвонить... - произнесла она.
  -- Кому это, интересно?.. - проворчал Зотик, ощупывая ее взглядом. Но ничего, кроме вилки, которую Тереза прятала в левой руке, прижав кончиками пальцев к запястью, не заметил. Хмуро проговорил: - Пошли к столу. Некому тебе пока звонить. И не вздумай тыкать в меня вилкой, а не то я опять засуну тебя в анабиозную камеру.
   Небрежно поигрывая вилкой, покачивая бедрами, Тереза пошла к столу, презрительно бросив через плечо:
  -- Подумаешь, цербер... Позвонить нельзя... Кому надо, меня и так уже разыскивают...
   Официанты споро убирали из зала парализованных пиратов, собирали разбросанные ножи. Немногочисленные посетители были в полном восторге; как же, присутствовали при самой настоящей пиратской разборке, воспоминаний на всю оставшуюся жизнь, в скучных буднях благоустроенной Земли. Увидев Терезу, г-н Сидоров ринулся к ней, галантно предлагая руку, закричал:
  -- Господа! Сегодня программа меняется! Вечер начинается прямо сейчас! Варьете на подиум!..
   Дальше вечер превратился для Зотика в форменный кошмар; Тереза его в упор не видела, и всячески игнорировала. Она напропалую занималась совращением г-на Сидорова, и, надо сказать, делала это весьма умело. А того распарило так, что он стал похож на петуха. В последнее время у среднего класса в моду вошло во дворах своих коттеджей держать стаю разноцветных кур, во главе с ярким, надменным петухом. Чем ярче была его окраска, тем он больше ценился. Ну, и голос, разумеется, тоже учитывался...
   Видя такое состояние г-на Сидорова, Зотик поостерегся хватать Терезу в охапку и тащить в анабиозную камеру. Он плюнул с досады, а поскольку среди публики не было ни единой молодой дамы в его вкусе, то Зотику ничего не оставалось, как идти спать в гостиничный номер. Правда, в зале был целый цветник "дам" по прейскуранту, но Зотик принципиально не пользовался их услугами, справедливо полагая, что его внешность дает ему право женщинам не платить. Он лишь злорадно подумал, что оставленный без присмотра Ареф, Бог даст, чего-нибудь натворит.
   Зотик долго не мог уснуть. Может быть из-за непривычности обстановки? В широком окне плыла поверхность Луны, изъеденная кратерами, светясь пепельным светом, а в другом окне висела Земля. Номер люкс, как догадался Зотик. В других номерах, что-нибудь одно; либо Луна, либо Земля. В кораблях, как известно, иллюминаторов нет. Не нужны они там, и толку никакого, и вредны несказанно - ослабляют корпус. В старых кораблях непременно вылетали в момент т-скачка. Когда Зотик, наконец, уснул, то и дело просыпался от видений красотки Терезы в объятиях старого пирата, космического волка и гнусного барыги-кабатчика г-на Сидорова.
   А ночью его разбудил въяве стоящий у постели сам г-н Сидоров. Возбужденный, взвинченный до предела, он горячечным шепотом зашептал:
  -- Зотик, если ты мне друг, продай мне ее... Продай, а?.. Любую цену... Половинную долю в деле...
  -- Ты что, совсем с ума спрыгнул, старый идиот?! - заорал Зотик вне себя, но тут же успокоился и на полтона ниже продолжал: - Послушай, Иван Ильич, если я с ней попаду в Нейтральную зону, стоит ей крикнуть при двух свидетелях, что она просит убежища, и все, никакая она больше не пленница. И потом, у тебя ведь жена, дети взрослые внуки... Первое, что Тереза сделает, это устроит тебе развод с женой, даже если ты сам этого не пожелаешь. Ну, а по брачному договору, когда все разделят между детьми и внуками, сколько тебе останется?.. А главное, придется продать с аукциона это твое родовое владение. А потом, эта маленькая помесь дикой кошки со змеей, обчистит тебя и задаст деру... Ты, конечно, ее изловишь, и продашь в какой-нибудь гарем Южно-Азиатского союза, но своего состояния и положения уже не вернешь. Придется тебе на старости лет опять ходить в пиратские рейды...
  -- Ну и плевать! - упрямо мотнул седой породистой головой г-н Сидоров. - Ради одной ночи с такой... Ты правильно сказал: помесь дикой кошки со змеей... Впервые в жизни попалась женщина по мне...
  -- А во-вторых, - спокойно добавил Зотик, - я не торгую пленниками. Я ж не мелкая шваль, промышляющая рэкетом и киднапингом... Имидж, есть имидж... Ты мне друг, но если эта змея тебе дороже, ты можешь вызвать меня на поединок...
  -- Зотик, ты мне тоже друг, и ты мне можешь ее подарить!
  -- Знаешь что!.. - снова не выдержав, рявкнул Зотик. - Лучше я убью тебя в поединке, чем увижу, как ты пустишь по ветру состояние, которое твои предки собирали по крупицам. Я лучше своими руками распылю тебя на атомы, чем увижу в каком-нибудь притоне, разоренного, с разбитым сердцем, спившегося, и вдобавок ставшего всеобщим посмешищем!..
   Г-н Сидоров вдруг бухнулся на колени, сунулся лицом к лицу Зотика, и шлепая расслабившимися, расслюнявившимися губами, заблажил:
  -- Зотик, Зотик! Отдай мне ее! Отдай... Тут все твое будет... Я все отдам...
   Из глаз его полились слезы. Зотик приподнялся на постели и отвесил г-ну Сидорову звонкую пощечину. Тот сел на пол, но вопреки ожиданиям Зотика, безумие окончательно заволокло глаза его тьмой.
  -- Мне?!. По морде?!. - как бы не веря, тихонько прошептал он.
   Зотик вскочил с постели, и, как бойцовый петух, перебрав ногами, заорал, примериваясь въехать стопой под ухо сидящему на полу г-ну Сидорову:
  -- Ага! Щас еще и по ушам напинаю!..
   Сидоров вдруг ловко опрокинулся назад, взбрыкнул ногами, и вот он уже стоит в боксерской стойке, и поверх огромного костистого кулака сторожит малейшее движение Зотика враз захолодевшим взглядом.
  -- Ну, правильно! - с облегчением вскричал Зотик. - Психическая раскачка. Эк, в какую амплитуду она тебя вогнала...
   Тут ему пришлось уворачиваться от серии боксерских ударов. Такого ему не приходилось испытывать ни в одной драке. Ощущения были точь-в-точь такими же, какие он испытывал, попав на десантном катере в торнадо, которые гуляют над раскаленными бешеным солнцем экваториальными каменистыми пустынями единственного гигантского материка Планеты Бурь. Кошмарное сочетание: один край материка омывает холодное арктическое течение, другой - не менее холодное антарктическое. На границе холодного океанического воздуха и горячего материкового образуются такие вихри... Зотик нигде и никогда не видел подобных бурь и ураганов. Там даже растительность по-своему приспосабливалась к бурям; деревья стелились по земле, и каждая ветвь вцеплялась корнями в землю. А все животные жили исключительно в норах, и при приближении очередного урагана стремглав мчались в свое убежище. Одни птицы, похоже, обожали ураганы; с дикими криками кидались в воздушные вихри и неслись вместе с ураганом, куда глаза глядят.
   Зотику чудом удалось избежать стальных кулаков, и он даже сумел, сам не поняв, каким образом, приостановить натиск г-на Сидорова; вроде бы жестко ткнув ему коленом в пах, в чем, однако, не был уверен. Зотик начал контролировать бой лишь с того момента, когда, уйдя в сторону от неприцельного хука слева, изловчился зацепить кулаком чугунную челюсть старого вояки. На того, впрочем, это не произвело ни малейшего впечатления, если не считать, что он стал немножко осторожнее. В глазах его продолжала колыхаться темная водица безумия.
   Они уже несколько минут кружили по комнате, время от времени обмениваясь ударами. Это был как раз тот случай, про который говорят: "нашла коса камень". Все атаки Зотика г-н Сидоров встречал либо молниеносными боксерскими контратаками, либо ловко уходил и уворачивался. А Зотик в ответ на атаки г-на Сидорова, уходил с линии атаки, подныривал под удары, подсекал ступни и подбивал колени, виртуозно исполняя древний русский танец "в присядку". Входить в боевой транс Зотику очень уж не хотелось; с таким бойцом как г-н Сидоров, простая драка превратилась бы в смертельную схватку.
   Все таки возраст взял свое, а может и выпитое вино; минут через пятнадцать после очередной атаки Зотика, г-н Сидоров слишком промедлил с контратакой, и Зотик, виртуозно превратив отход в молниеносную атаку, от души саданул г-на Сидорова по чугунной челюсти, да так, что руку заломило. Г-н Сидоров сел на пол, несколько раз моргнул, потряс головой, и совершенно спокойным голосом осведомился:
  -- Эй, Зотик, а чего это ты меня по морде лупишь?
  -- Ты первый начал... - пробурчал Зотик, настороженно поглядывая на старого пирата и массируя ушибленную кисть руки.
  -- Ну да, мне приснилось, будто я у тебя что-то просил... Потом ты меня ка-ак ляпнул по физиономии! Ну, знаешь, Зотик...
  -- Знаю, знаю... А знаешь ли ты, что ты у меня просил?
  -- Ну, да... - г-н Сидоров смущенно потупился. - Терезу я у тебя просил...
  -- Во-во... И хотел отдать за нее все состояние...
  -- О, Вселенная! - простонал г-н Сидоров. - Надеюсь, ты не принял моего предложения?
  -- Не принял...
  -- Зотик, дружище! Я тебе по гроб обязан...
  -- Ну, теперь понимаешь, что это за штучка? Как она тебя, а?.. Еще бы полчаса, и ты со слезами умиления предался бы самобичеванию, а потом сам себя кастрировал.
   Г-н Сидоров сокрушенно вздохнул, тяжело поднялся с пола, спросил удрученно:
  -- Надеюсь, я тебя не очень?..
  -- Ну да... Размечтался... - самодовольно хохотнул Зотик. - Скажи спасибо, что я тебя, хрыча старого, поберег, не стал увечить...
   Г-н Сидоров тяжело вздохнул и промолчал. Зотик принялся одеваться. Г-н Сидоров нерешительно предложил:
  -- Самое лучшее, что можно сделать, это продать ее в гарем какого-нибудь владыки из Южно-Азиатского союза...
  -- Ага... Она ж на респектабельнейших курортах промышляла... Прикидываешь, какая у нее выучка?.. Она там, в гареме, всех перебаламутит, владыку возьмет в оборот, через месяц на Земле начнется дестабилизация, а через два - заполыхает Последняя Мировая война.
  -- Эт, точно... - вздохнул г-н Сидоров. - Может, тогда... ы... - и г-н Сидоров многозначительно повел пальцем вниз, как римлянин на гладиаторском бою.
  -- Тебе бы только... ы... - Зотик повторил его жест. - Мы сами виноваты... Вернее - ты... Она ж не виновата, что мы ее разморозили. Сами спровоцировали, а потом сами же и... ы?..
  -- Ну, ладно, ладно... Грех такую красотку на Солнце отправлять, сам понимаю. Да и шуструю к тому же... Ей самое место в Нейтральной зоне... Но, Зотик, ты ж понимаешь, что я не могу больше так рисковать...
  -- Ничего, двенадцать часов рисковал, еще десять минут порискуешь, - оптимистично протянул Зотик. - Чтобы она перестала быть такой взрывоопасной, ее надо попросту отпустить. Тогда она вновь займется своим любимым делом; снова будет обчищать всяких лохов... вроде тебя... А мне она нужна только затем, чтобы припереть к стенке одного барыгу. Потом - на все шесть сторон...
  -- Ладно, Зотик, пошли, а то она слишком долго без присмотра...
   В ресторанном зале ходил дым коромыслом. Посетителей явно прибавилось. На подиуме отплясывала красочная шеренга милейших девушек, задирая ноги выше головы. Зотик любил этот древний, и редко где демонстрировавшийся танец под названием канкан. Как-то так легко и чутко душа его реагировала на залихватскую музыку, пронзительные взвизги девушек, и дело было вовсе не в том, что они очень высоко задирали ноги...
   Отвлекаться на пустяки не пришлось. Тереза танцевала с самым крутым из людей г-на Сидорова, с начальником его абордажной команды. Парочка танцевала в полном одиночестве на пятачке для танцев возле подиума, под музыку канкана нечто медленное и томное, при этом Тереза что-то нашептывала на ухо прокопченному дымом бесчисленных абордажей вояке.
   Зотик тихонько проговорил, не поворачивая головы к г-ну Сидорову:
  -- Внимание. Сейчас у нас будут неприятности. Идем спокойно к твоему столику...
   Боковым зрением Зотик четко поймал момент, когда верзила, закаленный в бесчисленных схватках в переходах кораблей, частенько в условиях невесомости, вдруг закинул Терезу себе за спину, и в руке у него появился... Нет, не парализатор - армейский бластер!
   Из бластера можно сколько угодно палить среди брони и силовых поглотителей боевого корабля, но в орбитальном ресторане... Зотик понял, еще мгновение - и веселье закончится нешуточной катастрофой. Из-за возникшей паники, при разгерметизации зала ресторана, погибнет не менее девяноста процентов посетителей. Вряд ли у этих элегантных дам в сумочках припасены аварийные коконы.
   Как всегда тело Зотика действовало быстрее его мыслей. Бластер еще не успел подняться на линию выстрела, а Зотик уже в броске "поземка" подкатился под ноги ополоумевшего и слегка заторможенного от психической раскачки вояки. Удар ногой снизу в локоть - бластер упал прямо Зотику в руки. Вояка оказался крепким орешком; несмотря на вывихнутую руку, он нацелился ногой Зотику в ухо, и тот еле успел поставить блок локтем. Зато блок получился качественным, как злорадно успел подумать Зотик; нога у верзилы буквально отсохла от боли. Тут, как ураган, налетел г-н Сидоров, и одним ударом кулака поверг на пол своего взбунтовавшегося холопа, после чего яростно развернулся к Терезе, стоящей в сторонке с самым невинным видом.
   Зотик мягко скользнул к мошеннице, ловко заломил ей руку. С другого боку ее уже надежно держал г-н Сидоров. И они почти бегом потащили Терезу к причалам. Когда шум и гам ресторана остались позади, Тереза жалобным голосом запричитала:
  -- Ваня, Ванечка! Неужели ты пойдешь на поводу у этого жлоба, подонка лягавого?! Я с детства мечтала о таком, как ты, элегантном мужчине, занимающим высокое положение в обществе. Как я мечтала порвать навсегда с бандитско-пиратской швалью!.. Как я мечтала стать женой именно такого мужчины... Стать хозяйкой респектабельного дома...
  -- Ага, уже и Ванечка... - ухмыльнулся Зотик мерзкой ухмылкой. - Он тебе в прадедушки годится... К тому же, он один из ярчайших представителей бандитско-пиратской швали...
   Не обращая на него внимания, Тереза принялась что-то нашептывать г-ну Сидорову. Взгляд г-на Сидорова вдруг начал блуждать, сами глаза нехорошо светиться, и он уже начал ослаблять хватку. Зотик понял, что еще немножко, и начнется у него второй раунд со старым пиратом. Изловчившись, он высвободил одну руку и резко стукнул г-на Сидорова кулаком по лбу. Г-н Сидоров дернулся, взгляд его стал осмысленным.
  -- Зотик! Зотик! - заорал он. - Да это же какая-то Медуза Горгона! На меня даже венерианские колдуны воздействовать не могут...
  -- Естественно... - ухмыльнулся Зотик. - У тебя же не возникало такого бешеного желания затащить их в постель.
   По мере приближения к переходному коридору, Тереза теряла лицо. Она начала упираться, рваться из рук и поносить Зотика самыми черными словами, однако к г-ну Сидорову при этом время от времени поворачивала залитое слезами лицо, и жалобно молила:
  -- Ваня, Ванечка!.. Я же люблю тебя... Люблю-ю...
   Играя желваками на чугунных скулах, г-н Сидоров спросил:
  -- Куда ее?
  -- В анабиозный отсек шлюпки, естественно... Не хватало еще ей с комфортом шиковать в корабельном... - мрачно пробурчал Зотик.
   Протащить Терезу в узкий люк шлюпки, было, пожалуй, потруднее, чем засунуть дикую кошку в мешок. В конце концов, Зотик обхватил ее поперек туловища, прижав ее руки к бокам, и тут же получил головой по носу. Из глаз брызнули искры, потом потекли слезы. Зотик прижал свою голову к шее Терезы, но она тут же врезала ему каблучком изящной туфельки по голени. Зотик зашипел от боли, но г-н Сидоров уже поймал яростно лягающиеся ножки, зажал их под мышкой, ухмыляясь, погладил точеные коленочки, повел рукой выше, на тугое бедро, изрек глубокомысленно:
  -- Правильно говорят, что красота всегда смертельно опасна... Но какие ножки... Ай!..
   Одна нога вырвалась, и хлестко пришлась г-ну Сидорову прямо по уху. После этого он вцепился в прелестные ножки обеими руками.
   В люк они, наконец, пролезли, но засунуть Терезу в саркофаг, казалось совершенно немыслимо. В конце концов, Зотик дотянулся до медицинского шкафа, достал ампулу с сильнодействующим снотворным, прижал ее к шее Терезы и, как она не извивалась, придержал несколько секунд, пока снадобье не всосалось. Однако, несмотря на то, что снадобье должно было подействовать мгновенно, еще добрых две минуты Тереза рвалась и слепо пыталась выползти из саркофага. Зотика, казалось, в самое сердце кольнула неведомая ему прежде жалость. Но он быстро справился с собой. Наконец Тереза успокоилась.
  -- У-уф-ф... - Зотик включил систему, закрыл крышку, проговорил: - Пожалуй, в настоящей драке она против меня минут пять выстоит...
  -- Эт, точно... - согласился г-н Сидоров, потирая покрасневшее ухо. - Ладно, пошли спать, - и широко, до хруста, зевнул.
   Зотик, хоть уже и выспался, промолчал, потому как всегда был не прочь поспать впрок.
   Пока шли по переходам к жилой зоне, г-н Сидоров несколько раз вдруг начинал смеяться, мотая головой. Зотик мрачно косился на него, но помалкивал.
   Когда он проснулся, еще долго нежился в мягкой постели. Откуда-то наплывала тихая музыка, в широком окне плыла красавица Земля в белом пеньюаре облаков, как невеста в утро перед свадьбой.
   Нет, что ни говори, а г-н Сидоров дело знал: нигде, ни на Земле, ни на курортных планетах, такого не найдешь; кутеж и обжираловка в ресторане, игры по крупному в игорных залах, форменный разврат в нумерах, а потом отдых при пониженной тяжести. Утром - спортзал, бассейны, вибромассаж, сауны, а так же и русская баня для понимающих толк любителей. И много чего еще, о чем можно только догадываться, если нет счета, выражающегося не менее чем восьмизначным числом.
   Свежий, полный оптимизма, будто единственный уцелевший после жестокого абордажа, Зотик вышел из спорткомплекса и направился к ресторану. В зале было тихо, пустынно, прохладно, наплывали будоражащие неземные запахи; то ли цветов, то ли женщин. Зотик прошел к своему месту, уже ставшему привычным, уселся за столик. Сейчас же рядом возник отутюженный, выбритый до сияния официант. Зотик пошевелил неопределенно пальцами в воздухе, томно сказал:
  -- Позавтракать... Чего-нибудь эдакого... легкого, мясного, остренького... И фруктов побольше...
   Официант исчез, но уже через пару минут возник в широком кухонном проходе, катя перед собой сервировочную тележку. За ним величественно шествовал г-н Сидоров. Как всегда импозантный и неприступный, будто и не было безумной ночи.
   Зотик кивнул на свободный стул:
  -- Посиди со мной, Иван Ильич.
   Г-н Сидоров сел, задумчиво поглядел на Зотика. Официант ловко сервировал стол. Поставил тарелку с ломтем нежнейшей телячьей вырезки, хрустальный запотевший кувшин легкого светлого пива, и посреди стола водрузил огромное блюдо с фруктовым натюрмортом. Посредине возвышался арбуз, а вокруг него теснилась всякая мелочь; от винограда и слив, до каких-то не земных плодов, однако весьма аппетитных на вид.
   Вихляясь и мотаясь из стороны в сторону, в зал влетел Ареф. Без долгих раздумий он подбежал к столу и преспокойно плюхнулся на свободный стул, тоном завсегдатая бросил официанту:
  -- Мне то же самое, только вместо пива - "живой источник Эдема".
   Это был фирменный напиток самых дорогих санаториев Эдема, там, кстати, Ареф к нему и пристрастился.
   Зотик ядовито осведомился:
  -- А ты что, считаешь, что теперь должен питаться исключительно в ресторане?.. До совершеннолетия тебе еще далеко. Так что, будь любезен, отправляйся в столовку при гостинице.
   Ареф уже набрал в грудь побольше воздуха, видимо намереваясь выдать нечто архи-презрительное и оскорбительное, но тут вмешался г-н Сидоров:
  -- Зотик, насколько я понимаю, на твоем корабле пассажиров нет?
  -- Естественно! - с облегчением воскликнул Зотик, не чувствуя подвоха. - Начерта мне разборки с Департаментом межзвездных пассажирских перевозок?
  -- Ага, - кивнул г-н Сидоров. - Значит, Ареф - член экипажа?
  -- Ну, да... - Зотик мгновенно понял, что капкан сейчас захлопнется, но увернуться он не успеет.
  -- Какое кресло на старте занимает Ареф? - продолжал теснить его г-н Сидоров, как Александр Македонский своей железной фалангой персов.
  -- Кресло штурмана... - упавшим голосом промямлил Зотик, но тут же вскричал: - Не думаешь ли ты, что он, и правда, может считаться штурманом?!
  -- На корабле, - назидательно выговорил г-н Сидоров, - никто не может "считаться", он лишь может быть только тем, чей статус имеет. И ты это знаешь не хуже меня: Кодекс космических капитанов Нейтральной зоны. Впрочем, он мало чем отличается от кодексов других стран. Так что, коли на старте Ареф занимает кресло штурмана, следовательно, он и есть штурман, то есть старший офицер, и потому имеет все права старшего офицера, включая и право сидеть за одним столом с капитаном, к тому же по правую его руку.
  -- Да, но Ареф еще не может сам за себя платить!
  -- Ну и что? Сейчас сюда явится опохмеляться и завтракать целая орава, экипаж "Призрака", они тоже за себя не платят...
   Ареф разглядывал Зотика, презрительно оттопырив нижнюю губу, будто тот был чем-то жутко нелепым, вроде венерианского мускусного быка. Официант невозмутимо сервировал стол перед Арефом.
   Ареф, наконец, выдал:
  -- И почему ж это я за себя платить не могу? Мало того, что без меня ты бы не смог выпутаться живым ни из одной переделки, ты ведь так и не оформил надо мной опекунства. А мне мама оставила кое-какой капиталец. Дивидендов с него вполне хватит, чтобы платить за обеды в ресторане. Ладно, если уж на то пошло... На халяву, за твой счет, конечно, было бы лучше...
   Ареф вытащил из кармана новенькую кредитную карточку и помахал ею перед носом оторопевшего Зотика.
   Дальше завтрак проходил в гнетущем молчании. Г-н Сидоров поднялся и ушел куда-то по своим делам. Позавтракав, Зотик отправился на свой Корабль, провести хотя бы приблизительную ревизию содержимого прогрессорского грузового модуля. До встречи с торговцем оставалось совсем мало времени.
   По самым грубым прикидкам денег после реализации груза должно будет хватить и на то, чтобы рассчитаться с м-ром М, и на черный день останется. Мимолетно Зотик пожалел, что обменял груз первого модуля на связку истребителей; что говорить, барыга здорово его обставил, можно было взять и четыре истребителя. Но потом успокоился, зачем ему четыре? Четыре истребителя в бою, управляемые одним пилотом - беспомощная мишень. Не Арефа же сажать пилотом... А парочка истребителей "за голенищем", как говаривали его предки, это всегда лучше десантного катера, даже при его выучке в драках на десантных катерах. Истребитель - он всегда истребитель.
   Зотик еще копался среди контейнеров в грузовом модуле, когда в его кармане проскрипел робкий голос Шкипера по коммуникатору:
  -- Капитан, вас разыскивает посыльный от господина Сидорова.
   Зотик не шибко ломал голову над тем, что Шкипер так по-человечьи отреагировал на то, что его уличили в стукачестве. То ли он демонстрировал угрызения совести, то ли чувство вины. Он стал жутко тихим и скромным, больше не лез в разговоры, а приказы выполнял молча, лишь сигнализировал световыми сигналами о выполнении. Пираты, возвращаясь из долгих рейдов в неисследованных областях Галактики, рассказывали и не о таких закидонах своих бортовых компьютеров.
   Посыльный топтался у адмиральского люка. Видно было, как ему хочется пролезть внутрь, поглазеть на технические чудеса корабля суперкласса. Однако, получивший разнос от Зотика за то, что техники г-на Сидорова без спросу проникли на Корабль, Шкипер заблокировал люк, и через интерком нудным голосом объяснял, что, мол, капитан сейчас прибудет.
   Посыльный долго вел Зотика какими-то узкими переходами, да еще на каждом повороте перегороженными дверями, снабженными замками со сканирующими опознавателями личности. Несколько раз пришлось пролетать круглые помещения, в которых была невесомость. Да и в переходах гравитация колебалась от одной десятой жэ до двух жэ. Зотик сообразил, что находится в самой древней части владений г-на Сидорова. Здесь нет ни гравитронов, ни гравикомпенсаторов, а гравитация создается древним и примитивным способом - путем вращения. Зотик принялся с любопытством осматриваться по сторонам, но ничего особенного не углядел.
   Наконец они пришли. Это было помещение без иллюминаторов, с равномерно вогнутым полом от передней переборки до задней. На стенах были смонтированы какие-то древние приборы, жутко глядящие слепыми бельмами дисплеев и индикаторов. Некоторые были разбиты, то ли выстрелами, то ли сильными ударами. Но это ж чем надо шарахнуть, чтобы разбить монитор?! Посреди помещения стояла большая клетка; эдак метра три на четыре, собранная из толстых прутьев стали Гатфильда, которую чем больше пилишь, тем прочнее она становится. Судя по призрачному сиянию, прутья клетки еще служили излучателями силового поля. Короче говоря, та еще клеточка. Имей хоть полный набор современного взломщика, черта с два выберешься. Посреди клетки прямо на полу сидело трое людей, комплекциями похожих на венерианских лесорубов. Однако от последних они отличались выражениями лиц. У вененрианских лесорубов весьма благообразные, просветленные лица, видимо из-за постоянной готовности к смерти. Эти же, в клетке, смахивали на волков, застигнутых на месте преступления. Так же кидали по сторонам злобно-настороженные взгляды, ловя подходящий момент либо для бегства, либо для того, чтобы вцепиться в глотку. Возле клетки стоял г-н Сидоров и задумчиво смотрел на них.
  -- Эй, Иван Ильич! Это что, твой семейный зоопарк? - весело вскричал Зотик.
  -- Да нет, - он поднял дистанционный пульт, отключил силовое поле, после чего продолжил: - Эти ребята прибыли с утренним модулем, чтобы убить тебя и освободить Терезу.
  -- У них что, мозги протухли?! - изумился Зотик. - Устраивать такие пляски в твоем кабаке...
  -- Вот и я думаю; то ли вызвать скорую помощь из психушки, то ли отнестись к этому серьезно? Ты только представь, какая-то мелкая земная шушера прислала боевиков ко мне... Ко мне!!! - г-н Сидоров задохнулся от недостатка слов в тех восемнадцати земных, и дюжине инопланетных языков, которыми в совершенстве владел. - Да еще с заданием убить капитана-вольного астронавта, и моего друга вдобавок! Это ж неслыханно... - он помотал головой, все еще не в силах осознать случившееся.
  -- Ты, рожа, повязал нас, так кончай! - подал голос один из троицы. - Ты все равно покойник. Придут другие... Наш босс контролирует все Западное побережье США!
  -- Это он там, на Земле контролирует, - г-н Сидоров ткнул пальцем в палубу, себе под ноги, - а здесь я царь и бог. Вы, зелень пузатая, окончательно охомели! Что, не знаете, чем кончаются подобные закидоны для земных крыс? Забыли, как вас учили, не соваться в дела вольных астронавтов? Что, хотите, чтобы я сел в свой штурмовик и прочесал все ваше Западное побережье? В полминуты из вашего босса цыпленка табака сделаю, патрульный крейсер на своей дежурной орбите даже паров развести не успеет. А знаете, что бывает, когда космическая торпеда разбрасывает над поверхностью планеты детонаторы Звездного огня? Вся планета превращается в хорошо пропеченный пончик, и жизнь на ней уже вряд ли возродится. Во время Первой и Второй колониальных войн три прекрасных планеты угробили, пока не спохватились... Вы что, бандюги, верите в благородство вольного астронавта?! Верите, что даже если вольного астронавта очень сильно достать, торпеду он не пульнет?.. А, ладно, что с вами говорить... Вы Зотика убивать прилетели, вот пусть он с вами и разбирается. Зотик в таких делах ма-астер.
  -- Да на кой черт они мне нужны?! - с отчаянием взвыл Зотик. Он еще не отошел после бойни на Фале, и губить еще какие-то, хоть и окончательно пропащие души, ему претило. - Если ты сразу понял, кто они такие, вышиб бы их пинками с тем же самым модулем!
  -- Э-э, Зотик, да ты что?! - видно было, что г-н Сидоров несказанно удивлен. - Если ты их просто так отпустишь, они ж тебя не поймут. Они тебя уважать не будут. Да это же... Да это же... Им же свои не поверят, что вольный астронавт их отпустил живыми!
  -- Ну и хорошо, пусть свои же их и мочат!
  -- Тогда босс пошлет других... И это будет бесконечно.
   Тут вмешался один из боевиков:
  -- Тебя, чмек вонючий, все равно кончат!
  -- Ты кого чмеком обозвал, козел?! - тут же взъярился Зотик, применив одно из древнейших и грязнейших ругательств. Что говорить, историю криминального мира он знал не хуже истории освоения космоса.
  -- Тебя, тебя! Чмек зеленый, только что из-под борова, из навозной кучи...
  -- Ты, козел! - прорычал Зотик, быстро сатанея. - Мне, конечно, наплевать, что какая-то мелкая земная бандитская шушера меня уважать не будет, меня наоборот, ваше уважение бы оскорбило. Но ты меня доста-ал... Я не буду садиться в штурмовик. Много чести для вашего босса. Я просто влезу в десантный катер и десантируюсь прямо в окно кабинета вашего козла-босса, и разобью вдрызг его холеную морду, а потом еще и задницу распинаю. Так что, он без клизмы и в сортир сходить не сможет.
  -- Во, узнаю Зотика! - радостно потер ладони г-н Сидоров. - А с этими знаешь, что сделаем? Сунем в спасательную капсулу с разобранной анабиозной системой, и запулим к самой дальней из независимых планет с субсветовой скоростью. Представляешь, какие будут физиономии у тамошних спасателей, когда они через пару тысяч лет выловят их? А этим, каково придется? Тамошние гангстеры их не примут, в тюрьму их не посадят, не за что по тамошним законам, - г-н Сидоров весело захохотал, представив мытарства тупых боевиков в абсолютно незнакомом мире. - Если, конечно, доживут... - г-н Сидоров с трагическим видом, и даже с некоторым сочувствием покачал головой, отчего боевики слегка забеспокоились.
  -- А что с ними будет? - пожал плечами Зотик. - Кроме того, что они резко поголубеют от скуки...
   Г-н Сидоров захохотал еще пуще.
  -- Вы оба - покойники... - неуверенно промямлил один из боевиков.
  -- Молчи, гомик... - сквозь смех проговорил г-н Сидоров. - В спасательной капсуле вам кроме секса, нечем будет заняться. Разумеется, до тех пор, пока вас не съедят, - г-н Сидоров опять покачал головой с выражением сочувствия и христианейшего всепрощения, ввиду предстоящего беднягам испытания. - Знаете, что случается с путешествующими на субсветовой скорости? - видно было, что боевики не знали. - "Черное одеяло..." - трагическим тоном медленно выговорил г-н Сидоров. - Корабль летит себе, экипаж спокойно несет вахту, отдыхает, ничего не подозревает. И вдруг, прямо из межзвездной черноты возникает "Черное одеяло". Оно окутывает весь корабль, черные щупальца пробуравливают обшивку, опутывают людей, присасываются и медленно сосут кровь...
   Зотик не раз слышал эту легенду в разных интерпретациях. У разных рассказчиков "Черное одеяло" высасывало разные вещества; то кровь, то мозг. Особенно его позабавила история, рассказанная одним старым пиратом, всю жизнь проходившим в незавидной должности начальника трюмной обслуги. Но рассказчик он был изумительный. В его истории в "Черное одеяло" попался пиратский корабль, переделанный из огромного грузового "Пожирателя пространства", с экипажем в несколько сот человек. Самое кошмарное, "Черное одеяло" высосало из пиратов совесть. Он очень ярко и с черным юмором живописал мытарства банды пиратов, лишенных совести. Само сочетание, - пират и совесть, - у нормального обывателя способно вызвать смех, но дело в Нейтральной зоне обстоит совсем не так, как себе мыслит обыватель. Действительно, как жить в обществе, лишенном государственных органов, судов, адвокатов и нотариусов? Правильно, единственным гарантом может быть Слово, и единственным достоинством - умение его держать. Так что, в устах умелого рассказчика история звучала потрясающе.
   Конечно, у легенды было вполне материальное основание. Давно, лет сто назад, в Солнечную систему влетел старинный звездолет, попискивая сигналами бедствия. И хотя звездолет летел со скоростью в три девятки световой, спасатели в два счета перехватили его и тут же обнаружили, что вся обшивка иссверлена отверстиями, миллиметров пять-шесть диаметром, в корабле вакуум, а экипаж давно превратился в мумии. Почему-то противометеоритный слой обшивки так и не затянул дыры. Тогда еще применялась эта синтетическая смола якобы для защиты от мелких метеоритов. Тогда считалось, что метеорит может попросту прошить корабль. Но, во-первых, в межзвездном пространстве не бывает метеоритов, а во-вторых, на субсветовой скорости лучше с метеоритом не встречаться, даже если он весит одну десятую грамма. Даже такой способен разнести в пыль громадный звездолет. Лучшей защитой является отражательное поле, которое отклоняет частицы и мелкие камни. А для прямоточника метеоритной опасности вообще не существует, зато имеется источник дармовой энергии. На околосветовых скоростях, межзвездная пыль, протекающая в трубе ускорителя, приобретает совершенно экзотические свойства. Эти-то свойства и позволяют осуществлять т-броски.
   Когда расшифровали записи вахтенного журнала, обнаружили, что совершенно спокойные, рутинные записи обрываются истошным воплем: - "Черное одеяло!.."
   Кораблем, естественно, завладели спецслужбы. Не обошлось без склоки. Нахальные ребята из спецслужб Западной федерации первыми наложили лапу на корабль, но в Восточной быстро прознали об этом деле; видимо кто-то из спасателей проболтался, как их ни запугивали. Что поделаешь, не любят спецслужб. Хоть они порой являются единственной защитой от пиратов. Посыпались возмущенные ноты, параллельно с нотами в район военной базы, куда был отведен корабль, прокрались две группы спецназа на десантных катерах. К возмущенным воплям стран Восточной федерации мгновенно присоединился Южно-Азиатский союз. Он всегда присоединяется к обиженным. В конце концов, была создана межгосударственная комиссия. Однако за несколько десятков лет работы она так и не разгадала загадку "Черного одеяла". Потом корабль выпросили научники. Через тридцать лет непрерывных исследований, распили корабль на мелкие кусочки, но так и не осчастливили человечество разгадкой сей мрачной тайны. Корабли терялись очень часто и до появления корабля-призрака, и до сих пор теряются. Порой исчезают целыми эскадрами. Но вот уже сто лет эти исчезновения списываются на происки "Черного одеяла". Все капитаны почему-то уверены, что "Черное одеяло" нападает только на скорости в три девятки от световой, а потому эту скорость стараются проскочить на максимальном ускорении. Даже капитаны комфортабельных лайнеров, и те проскакивают ее не менее чем на десяти жэ, несмотря на жуткие кары, которыми им грозит Департамент межзвездных пассажирских перевозок. Однако за целых сто лет в Департамент не поступило ни единой жалобы от пассажиров по поводу нарушения капитаном графика разгона.
   Боевики, наконец, осознали, что их ожидает, и как по команде принялись обзывать Зотика и г-на Сидорова самыми черными словами. Один даже спустил штаны и принялся вертеть густо заросшей волосами задницей.
   Это вызвало еще один приступ смеха у г-на Сидорова:
  -- Э-э... придурки! Кончайте, не выпрашивайте легкую смерть. Удовольствие прикончить вас здесь и сейчас - ничто, по сравнению с возможностью весь остаток жизни веселиться, представляя, чем вы там занимаетесь. А ты, милый, еще навертишься задницей...
   Зотику давно разонравилось, что г-н Сидоров слишком уж смешлив последнее время, и спектакль в клетке ему порядком надоел. Он трону г-на Сидорова за плечо, попросил:
  -- Дай мне свой ремень на минутку.
  -- У тебя же свой есть?.. - удивился тот.
  -- Да, понимаешь, мой ремень входит в комплект частного сыщика экстар-класса... Так что я представления не имею, какие у него свойства.
   Если респектабельный господин носит ремень, вместо подтяжек, можно со стопроцентной гарантией ткнуть в него пальцем и сказать: бывший пират, а может, и не бывший... Пираты без ремня, на котором висят бластер, парализатор и нож-саморез, чувствуют себя голыми. И привычка носить ремень остается у них на всю жизнь.
   Г-н Сидоров пожал плечами и снял свой широкий ремень, сделанный каким-то искусным венерианским ремесленником из шкуры венерианского крокодила, поистине чудовищной прочности, и уникальной оригинальности и красоты, вдобавок украшенный платиновыми узорчатыми пластинками, с вправленными в них алыми алмазами с Планеты Бурь. Каждая из пластинок - ручной работы, и каждая - произведение искусства.
   Зотик сложил ремень пополам, хлопнул им по ладони левой руки, подошел к двери в клетку, бросил через плечо г-ну Сидорову:
  -- Открой... - и когда дверь открылась, шагнул в клетку, весело крича: - Ну, весельчаки, давай, по одному...
   Бойцы отреагировали мгновенно; бросились разом на Зотика. Но куда, тупым быкам против вольного астронавта! Через пару секунд один из них, пролетев мимо ушедшего с линии атаки Зотика, и ускорившись от мощного пинка в зад, воткнулся головой в решетку, и голова намертво застряла между прутьями. Второй отлетел в угол и тихонько свернулся там калачиком, тщетно пытаясь вздохнуть. Третий, который не успел натянуть штаны, оказался намертво зажат у Зотика под мышкой, и тот без промедления принялся охаживать ремнем по заднице. Парень оказался крепким; орать начал только после десятого удара. А Зотик приговаривал:
  -- Я ж просил по очереди, а не все разом...
   Когда первый был уже доведен до надлежащей кондиции, то есть воля к сопротивлению была полностью подавлена, отдышался второй, и без промедления ринулся на Зотика. Тот отшвырнул в угол высеченного бойца, и ловко зажал меж колен голову нападавшего, бдительно следя, чтобы он не укусил за ногу. Обработав его за десять минут до нужной кондиции, отшвырнул в угол, прямо на скулившего там первого высеченного. Подойдя к застрявшему в решетке боевику, Зотик задумчиво осмотрел его мощную задницу, прикидывая, снять с него штаны, или так сойдет.
   Г-н Сидоров пощупал голову бойца, сказал потрясенно:
  -- Надо же, мой дед, когда проектировал эту клетку, расстояние между прутьев специально предусмотрел на два сантиметра меньше минимального размера человеческого черепа...
  -- Видимо с тех пор у гангстеров здорово головы уменьшились. А может, стали мягкими, как задницы... - проговорил Зотик.
   Г-н Сидоров назидательно сказал:
  -- Вот видите, какой благородный человек, капитан Зотик. Он уже готов вас простить, и даже не запихивать в спасательную капсулу. Ну, немножко накажет вас, не без этого... Вы ж его убивать прилетели. Уверяю вас, вашему боссу придется значительно хуже, если он не прекратит волюнтаристских попыток прикончить Зотика...
   Тем временем Зотик принялся и за этого. Так что, г-ну Сидорову пришлось прервать проповедь. Застрявшему досталось меньше всех; Зотик только приноровился, чтобы ремень не цеплялся при замахе за решетку, как г-н Сидоров поглядел на часы, сказал озабоченно:
  -- Зотик, мне идти надо. Если хочешь, можешь остаться и продолжить... Посыльный потом тебя проводит.
   Зотик прервал экзекуцию, поглядел на часы. До двух пополудни оставалось меньше получаса.
  -- Ладно, я тоже пойду... Да и обедать пора, - Зотик вышел из клетки, захлопнул дверь.
   Г-н Сидоров с сомнением поглядел на застрявшего боевика. Тот пытался развести прутья. На руках его, даже сквозь куртку было видно, проступили узлы мышц. Но прутья даже не пружинили.
  -- Зотик, понимаешь, если я сейчас включу силовое поле, ему оторвет голову. Тут кровищи будет...
  -- По-моему, ему уши мешают вытащить голову, - задумчиво промолвил Зотик.
  -- Ну, так отрежь их! - раздраженно вскричал г-н Сидоров.
   Боец забеспокоился, засучил ногами, наконец, нашарил ими прутья решетки, уперся, согнулся пополам, шея его явственно затрещала.
  -- Он себе сейчас сам голову оторвет, - с беспокойством проговорил Зотик, разглядывая побагровевшую от натуги мощную, налитую шею. Сжалившись, Зотик примирительно добавил: - Да ладно, пусть пока так посидят...
  -- Сбегут... - нерешительно возразил г-н Сидоров.
  -- Ну и что? Пусть бегут, - пожал плечами Зотик. - Я так понимаю, мы находимся в старинной части твоих владений? Они ж тут до скончания веков будут блуждать, пока не помрут от голода и жажды, сердешные... - добавил Зотик полюбившееся ему сочувственное слово, слышанное им где-то в российской колонии.
  -- Да голод и жажда им не грозит... - задумчиво проговорил г-н Сидоров. - Тут полно биотронов, они работают в автоматическом режиме... Ладно, черт с ними, пусть так сидят.
   Войдя в зал ресторана, г-н Сидоров приглашающе повел рукой:
  -- Ты пока пообедай, а у меня маленькое дельце есть... - и исчез.
   Зотик потоптался на месте, поглядел на огромные часы "под старину", а может, и правда, какой-нибудь музейный экспонат немыслимой древности и ценности, стоящие у задней стены зала: было без одной минуты два. Подозвав официанта, Зотик приказал подавать обед на свой, уже ставший персональным, столик, а сам направился к кабинету номер девять. Там, вольно раскинувшись в кресле, сидел г-н Сидоров. Зотик несколько секунд оторопело смотрел на него, наконец, глупо спросил:
  -- А ты что тут делаешь?
  -- Да вот, сижу... - г-н Сидоров весело засмеялся, разглядывая Зотика, будто впервые увидел, отсмеявшись, заговорил: - О, Вселенная, мне следовало сразу догадаться! Этот грузовой модуль, на аппарели твоего корабля... Э-э, как там? - г-н Сидоров пошарил в кармане, выудил крошечный квадратик бумаги, показал Зотику: - Такой пароль?
  -- Д-да... - кивнул Зотик, разглядев цифры на бумажке.
   Г-н Сидоров тут же бросил бумажку в пепельницу, где она исчезла без следа.
  -- Ну, Зотик! Я, конечно, знал, что ты в гору пойдешь, но не предполагал, что так резво. Год - и корабль суперкласса. Из первого же рейда - целый модуль добра с Фала. Молодец... Что говорить, молоде-ец... Садись, чего мнешься?
   Зотик сел, проговорил смущенно:
  -- А я-то думал, ты простой кабатчик...
  -- Ну, что ты... Это у меня так, хобби... Да и не стоит оставлять без присмотра родовое имение и родовой бизнес.
  -- Что, пойдем груз смотреть?
  -- Да мой эксперт сам посмотрит, сделает оценку... Или ты мне не доверяешь?
  -- Ну почему ж, доверяю... Я ж все равно не представляю истинной стоимости этих безделушек...
  -- Эт, точно... Мне придется здорово раскошелиться... Да и навар должен быть знатным...
  -- Слушай, а почему эти безделушки с Фала так дорого стоят?
  -- Антиквариат всегда дорого стоил, а этот еще и с Фала, - усмехнулся г-н Сидоров. - Доставать их могут одни прогрессоры, а они держат цены. Я тебя, конечно, не спрашиваю, как ты подружился с прогрессорами...
  -- Почему - подружился? Может, я сам это добро с Фала достал?
  -- Ха, скажешь тоже!.. Нормальный вольный астронавт с Фала ничего достать в принципе не может!
  -- Эт, почему же? - сварливо бросил Зотик. - А если он умный?..
  -- Знавал я одного умного вольного астронавта... - раздумчиво протянул г-н Сидоров. - Давненько это было. Экспедицию он во всех деталях продумал, даже график посадки орбитальных барж расписал по секундам. Десантный отряд был обряжен в тамошнюю одежду, даже цвета и орнаменты подобраны были как надо. Не успели они один единственный купеческий склад обчистить, как началось... У них только на первый взгляд, повелитель царь и бог, он не хуже простых обложен законами и традициями. Так вот, конфискация имущества, что для купцов, что для простых крестьян, предусмотрена за строго определенные проступки. А купец, которого обчищали, сразу смекнул, что за ним ничего такого не числится, заподозрил неладное, и отрядил гонца к повелителю. Что тут начало-ось... Воины начали тысячами сбегаться, потом десятками тысяч, а потом и простой люд потянулся. Это у них называется драббата - совершенно будничное дело. Воюют там вообще исключительно ради развлечения. Война для них - праздник. У десантников бластеры раскаляются, горы трупов горят и тлеют, сам город пылает. Десантные катера садятся, но десантники к ним пробиться не могут - эти, самоубийцы чертовы, мгновенно толпой кидаются на катер, силовым полем их, конечно, раскидывают, но и десантников поле отшвыривает. Только поле отключат, толпа уже весь катер облепила. И тут же он оказывается завален горой трупов, так что в люк не пролезешь... Короче, весь десантный отряд полег. А сколько сот тысяч или миллионов фальцев погибло - ведает одна Вселенная... Они ж потом еще несколько месяцев тянулись к сожженному городу. Влезали на гору трупов и совершали эту свою драббату чертову... Потом на том месте насыпали огромный курган, засадили цветами, а на самом верху построили храм.
  -- А что с капитаном стало? - с любопытством спросил Зотик.
  -- А что станет с человеком, объявленным вне закона? - пожал плечами г-н Сидоров. - Правда, очень уж он умным был; спецслужбы, и даже прогрессоры так и не установили его личность.
  -- Это, часом, не ты был? - усмехнулся Зотик, и, видя, как левый уголок рта г-на Сидорова медленно пополз книзу, поспешно сказал: - А может, я просто грабанул прогрессоров, а?..
  -- Врешь! - убежденно отрезал г-н Сидоров.
  -- Это почему же? - с деланной обидой протянул Зотик.
  -- Потому что тебя бы уже в живых не было. Прогрессоры - это тебе те дебилы-гориллы земных гангстеров. Знаешь, почему пираты не любят прогрессорв, и даже предпочитают о них поменьше говорить?
  -- Кто ж не знает?! Прогрессоры вечно суют нос не в свое дело...
  -- А вот и не верно. Это прогрессоры не любят, когда кто-то сует нос в их дела, а тем более, начинает мешать заниматься научными исследованиями на запретных планетах. У них масса проблем с Департаментом защиты прав внеземных цивилизаций, а тут еще какой-нибудь пират вздумает лезть на запретную планету... Так что, прогрессоры умеют безжалостно и быстро расправляться с кем угодно. Ни один пиратский капитан, пребывая в здравом уме, не станет доставать прогрессоров. Тем более что если их не трогать, и не лезть на запретные планеты, они сделают вид, будто тебя и вовсе нет.
  -- Значит, Халим Филлогоний свихнулся?
  -- Та-ак... Вот, значит, где он собирался формировать свои непобедимые абордажные команды и десантные отряды...
  -- Он что, рассказывал тебе о своих делах? Я еще с ним ходил, и то не знал, что он пасется на Фале. Считалось, что он к своей зазнобе летает, жене губернатора какой-то колонии...
  -- Нет, напрямую не говорил, намекал, приглашал в долю... Значит, на Фале он все же достал прогрессоров?
  -- Нет, это меня он там достал... - проворчал Зотик.
  -- Час от часу не легче... Значит, ты его все же грохнул? Надеюсь, в честном поединке? А не то его экипаж будет мстить за него?
  -- Какой там поединок... Он меня подло подставил, и мне пришлось идти на силовой прорыв. Короче, на мне две с половиной тысячи аборигенов...
   Г-н Сидоров сочувственно посмотрел на Зотика, проговорил, качая головой:
  -- Что сделано, то сделано... Ты тут ни при чем. Если бы правительства не секретили информацию о Фале, ты бы, наверное, туда и не сунулся, или, хотя бы, вел себя поаккуратнее... Ладно, иди, обедай, а после обеда сделку и провернем. Эксперт как раз груз оценит, сертификаты подготовит... Хотя, это до вечера будет тянуться. Так что, еще и поужинать у меня успеешь.
   Просмотрев сертификаты и пробежав глазами прейскурант цен, составленный экспертом, г- Сидоров присвистнул:
  -- Нич-чего себе! Зотик, да ты теперь крейсер можешь приобрести!
  -- На черта мне крейсер? Опять банду олухов снабжать добычей? Свобода дороже... Если так дальше пойдет, я и себя и Арефа до конца дней обеспечу. Г-н Сидоров повернулся к своему личному терминалу платежной сети, а Зотик оглядел его кабинет. Г-н Сидоров сидел за громадным письменным столом из настоящего дуба, и кабинет и г-н Сидоров в нем, выглядели так, будто кабинет родился вместе с г-ном Сидоровым, и вместе с ним мужал и матерел.
  -- А доделать дельце не желаешь? - спросил г-н Сидоров, протягивая Зотику карточку, на микродисплее которой добавилось несколько нулей.
  -- Какое дельце? - удивился Зотик, уже вылезший было из кресла.
  -- Ну, с теми тремя...
  -- А-а... ну-у... Иван Ильич! Да сунь ты их в пассажирский модуль...
  -- Ага... И чтобы они всех моих клиентов перемочили... Они ж понимают, что после доклада боссу, им одна дорога - на удобрения в биотрон. От злобы и безысходности они ж разум потеряют... Ты что, никогда дел с гангстерами не имел?
  -- Откуда они в дальнем космосе... - проворчал Зотик.
  -- Ну вот, а мне тут частенько с ними доводилось дела иметь. Крысы! Если не похуже...
  -- Это что ж получается... Мочить?..
  -- А ты как думаешь? Гангстеры - это не пиратская вольница. Так что, меньшим злом для них было бы сунуть их в капсулу и запустить в сторону Солнца. За невыполнение приказа босса им придется умирать несколько суток в каком-нибудь тайном притоне на самом нижнем уровне биотрона. А потом их еще живых положат на ленту транспортера среди вонючих отбросов, и они будут долго еще ползти к лязгающим грязным зубьям измельчителя.
  -- Нет, ну как так можно?! А если приказ выполнить невозможно? Не спятил же ихний босс, решив, что трое тупых горилл могут справиться с вольным астронавтом?..
   Г-н Сидоров покачал головой, медленно проговорил:
  -- Мой осведомитель в окружении босса синдиката, который кормится с Западного побережья, сообщал о секретной депеше с Эдема. Вкратце сводилось к тому, что акция не удалась, и что у босса есть возможность попытать счастья; что, мол, смерть капитана Зотика оценивается числом с восемью нулями. Только не говорилось, кто эту гигантскую сумму заплатит. Так что, я полагаю, эта троица горилл - всего лишь разведка боем.
  -- А ты сам... не хочешь... - нехорошо скалясь, с паузами, заговорил Зотик, - получить сумму с восемью нулями?..
   Выражение лица г-на Сидорова нисколько не изменилось, будто это соображение не было оскорбительным. Он спокойно заговорил:
  -- В-третьих; человек, способный заплатить такую сумму, за десять процентов ее сможет нанять отряд профессионалов, чтобы эту сумму не платить. Во-вторых; нет никакого смысла единовременно получать такую сумму, а потом потерпеть гораздо большие убытки, растеряв самых добычливых своих клиентов. И, во-первых; у меня слишком высокая репутация в братстве вольных астронавтов, чтобы рисковать ею за деньги. Ты же знаешь, репутацию за деньги не купишь, ее надо зарабатывать всю жизнь. В моем роду не было подлецов и предателей.
  -- Прости, старина! - вскричал Зотик, чуть не прослезившись. - Прости молокососа! Просто, за последнее время я слишком много подлецов и предателей повидал...
  -- И вот еще, Зотик, - не обратив внимания на его душевные излияния, продолжал г-н Сидоров, - прошел слух, будто вокруг тебя спецслужбы обеих федераций затеяли какую-то возню. И, как ни странно, спецслужбы Южно-Азиатского союза, даже сунуться боятся.
  -- Э-э... М-нэ-э... - протянул Зотик, чувствуя, что надо встать в позу или завопить, но что-то обязательно предпринять.
   Однако кроме страха, застарелого, генетического страха пирата, вокруг которого стягивается кольцо облавы, а на шее все туже и туже затягивается "пеньковый галстук", он не ощущал ничего, а ноги и руки, как от слабого разаряда парализатора, отказывались повиноваться.
  -- Да не перебивай ты меня! - на секунду потеряв терпение, вскричал г-н Сидоров. - Я, все же, на нашем военном совете старший!
   Зотик прикусил язык. Однако страх не отпускал. Одно дело, проворачивать темные делишки в сотнях парсек от Земли, а на Земле играя роль респектабельного капитана корабля, хоть и приписанного к космопорту Нейтральной зоны, и совсем другое - оказаться освещенным со всех сторон, подобно таракану на столе.
   Все капитаны Нейтральной зоны были пиратами, однако это утверждение отнюдь не означало, что капитаны федераций пиратами не были. Когда добыча сама шла в руки... А если в руки шла очень большая добыча, то даже патрульный корабль Космопола мог поднять "веселый роджер", экипаж - попрятать свои жетоны, и закасив под джентльменов удачи, ринуться на абордаж. Даже пустой корабль сам по себе представлял собой весьма ценную добычу.
   Мало кто из служилых людей, вкусив просторов Космоса, мог потом, выйдя на пенсию, доживать свои два отведенных века в квартире, похожей на ячейку пчелиных сотов, в стене какого-нибудь биотрона. Мало кто мог скопить на космическую яхту, даже самую дешевенькую, класса "Колибри". Большинство отставников космофлота и пенсионеров, складывали свои скудные сбережения, брали ссуды под пенсии, фрахтовали корабль, избирали капитана, старших офицеров, и отправлялись в рейд. Возвращались, ремонтировались, запасались припасами, и отправлялись снова. Иногда, возвратившись из рейда, выкупали корабль, и снова отправлялись в неизведанные дали, хороня своих умерших от старости товарищей на неведомых планетах или в космосе. Но так поступали законопослушные граждане. Вольные астронавты чаще всего захватывали корабли. Зотик не помнил, чтобы за несколько веков хотя бы один вольный астронавт умер на Земле.
   Это был великий, могучий инстинкт, или, как говорили старые вольные астронавты - Зов Космоса. Кто его хоть раз услышал, противиться ему уже не мог.
   Тем временем, после недолгой паузы, г-н Сидоров продолжил:
  -- Все серьезные люди выжидают, и членам своих экипажей запретили соваться в твои дела. Пока не решили, что выгоднее; стать твоим врагом, или принять твою сторону. Понимаешь, когда две могущественные федерации затевают возню вокруг какого-нибудь вольного астронавта, частенько оказывается, что, встав на сторону этого самого вольного астронавта, можно заполучить неслыханно богатую добычу. Но всякое отребье уже зашевелилось. Готовы ловить один шанс из миллиона, лишь бы одним махом выбраться на верх. Так что, дружище, держи ухо востро. На поединок-то тебя вряд ли кто вызовет, помнят твои подвиги, но из-за угла... и в спину... Или, допустим, спровоцировать общую свалку, и как бы ненароком... Короче, в любом случае - я с тобой... - и, чуть помедлив, г-н Сидоров решительно добавил: - Спина к спине!
   Это была высшая клятва верности. История ее восходила, по легендам, еще ко временам парусного флота Земли, когда в случае мятежа на корабле, или абордажа, оставшимся в живых побратимам оставалось только одно; встать спина к спине и убить как можно больше врагов. Давший эту клятву, тем самым, давал обязательство везде и во всем выступать на стороне побратима. Нарушить ее было так же невозможно, как не дышать. Зотику несказанно повезло; первый, кто обменялся с ним высшей клятвой, оказался одним из авторитетов братства вольных астронавтов.
   Г-н Сидоров встал из-за стола, проговорил буднично, как о деле решенном:
  -- Пошли, этих горе-киллеров сунем в капсулу и отправим подальше...
   Когда они пришли в отсек с клеткой, бойцы, все трое, прилежно скребли пряжками ремней прут, видимо показавшийся им слабее других. Уши одного бойца пылали ядреным алым цветом и уже распухли до фантастических размеров.
   Зотик восторженно вскричал:
  -- Ба, Иван Ильич! Ты хоть раз в жизни видел такие уши?!
  -- Я видел и не такое... - протянул г-н Сидоров.
  -- Вообще-то, - затянул Зотик, - тебе должно быть жаль, тратить на этих олухов спасательную капсулу?..
  -- Да чего жалеть? - пожал плечами г-н Сидоров. - У меня их сотни полторы, еще от прадеда достались. Антиквариат. Даже пиратская мелочь отказывается покупать. Последнее средство спасения предпочитает иметь понадежнее и покомфортабельнее. Прадед закупил такую большую партию, когда ожидалась колониальная война, но он ошибся в сроках. Наоборот, между войнами оказался необычайно долгий мирный период, за который эти капсулы сильно устарели. Вот так и остались на складе. Дед хотел их сдать в металлолом, но потом передумал; в нашей семье возобладали гуманистические тенденции... - г-н Сидоров многозначительно хохотнул, отпирая клетку, сказал, обращаясь к бойцам: - Вы вот что, ребятки, не балуйте; мы с Зотиком можем положить вас в полсекунды. А у вас появился шанс выжить. Мы вас не будем отправлять к вашему боссу на расправу. Мы вас просто запулим в спасательной капсуле к какой-нибудь обитаемой планете. Босс вас уж точно не достанет. Так что, авось еще поживете, если, конечно, "Черному одеялу" не попадетесь...
  -- Да нужны они "Черному одеялу"... - проворчал Зотик. - Что ему из них сосать? Мозгов у них нет. А кровь так отравлена наркотиками, что любое "Черное одеяло" от полстакана сдохнет.
  -- Ничего-о... - благодушно ответствовал г-н Сидоров. - Кровь у них за пару недель очистится, обновится...
  -- Ага, обновится... Ты разве не знаешь, что в фитонабор биотрона входит и мак? Предполагается, что спасшиеся смогут разнообразить свой рацион пирожками с маком. Что помешает этим ребятам наладить производство доброго, старого, надежного и безотказного опиума?
  -- Это ж надо! - воскликнул г-н Сидоров. - А мне эта мысль даже в голову не пришла. Значит, у тебя, Зотик, преступные склонности даже большие, чем у меня...
   Притихшие и посрамленные бойцы понуро плелись по коридорам. Видно было с первого взгляда, что в космосе они впервые в жизни. Когда пересекали круглое помещение, в котором отсутствовала гравитация, видимо центральную часть этого древнего модуля, выполненного в виде гигантского колеса, г-н Сидоров забыл проинструктировать пленников. Сам он, оттолкнувшись ногами, подпрыгнул вверх, сделал плавное сальто, и оказался стоящим на потолке. Видимо от одного этого зрелища бойцов замутило, и они замешкались. Зотик не сообразил - почему, нетерпеливо толкнул заднего в спину, и вся троица, болтая руками и ногами, сплетясь в клубок, запорхала посреди помещения, при этом вопя на разные голоса.
   Зотик знал, что когда впервые попадаешь в невесомость, труднее всего, это преодолеть страх перед ощущением падения. Конечно, большинство богатых путешественников, каждый год летая на межзвездных лайнерах, ни разу в жизни не испытали ощущения невесомости. Экзотика экзотикой, но вдруг какая-нибудь субтильная старушка забудет пройти тренировку на тренажере? Хлопот не оберешься. На лайнерах в первых классах гравитацию создавали во время т-марша путем вращения целых салонов и блоков кают; весьма дорогостоящее удовольствие.
  -- Г-н Сидоров стоял на потолке, запрокинув голову, и пытался понять, что происходит.
   Зотик заорал:
  -- Да оттолкнитесь вы друг от друга!
   Бесполезно, бойцы легко перекрикивали его, а потому ничего не слышали. Чтобы исправить положение, которое сам же и создал неосмотрительным толчком, Зотик прыгнул в сторону клубка тел, намереваясь вытолкнуть бойцов из точки нулевой гравитации, и подтолкнуть к г-ну Сидорову, но немного промахнулся, однако в него мгновенно вцепилось шесть рук, да так судорожно и с такой силой, что он растерялся. Вместо того чтобы получить импульс к прямолинейному движению, клубок тел получил круговое ускорение. Зотик-то прекрасно ориентировался, но боевикам чудилось, что вокруг них все беспорядочно кувыркается. На белых лицах черными ямами зияли совершенно пустые от ужаса безумные глаза.
   Рукопашный бой в невесомости, дело весьма трудное и специфическое, но Зотик и тут был непревзойденным мастером. Однако он оказался абсолютно беспомощным; в него вцепились с нечеловеческой силой, так вцепляются в хлипкий карниз над бездонной пропастью в сто этажей. Но не зря Зотик считался непобедимым мастером абордажей; отработанные долгими практическими занятиями рефлексы, наконец, начали работать. Зафиксировавшись за клубок тел ногами, руками Зотик принялся закручивать друг за друга двух бойцов. Бойцы рефлекторно стали отталкиваться друг от друга, тогда Зотик резко сменил усилие рук на противоположное, будто резко вывернул руль наземного мобиля, одновременно оттолкнулся ногами от бойцов. Затруднительное положение мгновенно было разрешено. Клубок гангстеров, получив ускорение, крутясь, пролетел несколько метров и шлепнулся прямо на г-на Сидорова, который их молниеносно придавил к полу своим могучим коленом, для надежности зафиксировавшись за скобу. Зотик, свернувшись клубком, кувыркаясь, отлетел в противоположную сторону. Резко развернувшись прямо перед переборкой, ловко погасил инерцию с помощью рук, и повернулся к г-ну Сидорову. Тот, весело скалясь, проговорил:
  -- Черт! Совсем забыл, что на таких древних космических сооружениях земных крыс надо водить за ручку.
   Когда Зотик встал рядом с г-ном Сидоровым, то увидел весьма жалкую картину; бойцы буквально взмокли от пота, а у одного, вроде бы даже штаны были мокрые, их трясло, и казалось, что сию секунду они все трое забьются в истерике и зарыдают.
   Зотик, брезгливо покривившись, сказал:
  -- Слушай, Иван Ильич, я уже готов стать нянькой для этих слабаков. Давай их на Землю закинем, а? В Нейтральную зону? Не выживут они несколько лет в спасательной капсуле...
  -- На Земле они и нескольких дней не проживут, - нахмурившись, проговорил г-н Сидоров. - Зотик! Ну, я ж тоже не садист и не маньяк! Я за свою жизнь народу нашинковал... С полтысячи только в драках, абордажах и поединках, не считай несчастных аборигенов... А сколько в космических сшибках? Кто ж их считал... Но вот так, хладнокровно зарезать безоружного... Уволь... В поединке - пожалуйста...
  -- Дак я же и не предлагаю их зарезать! - вскричал Зотик.
  -- Ты их на Землю предлагаешь отправить - а это для них означает страшную, мучительную смерть... Даже если босс их не достанет в Нейтральной зоне...
  -- Ну, хорошо, оставим вопрос, что они ее заслужили... Может, дать им оружие?..
  -- А чем это отличается от того, чтобы просто зарезать? У них же ни малейшего шанса против нас... А через тысячу лет, в другом мире... Может, они и найдут свое место?
  -- Если выживут... - обронил Зотик. - На что очень мало шансов...
   Зотик прекрасно понимал, что и в Нейтральной зоне у них еще меньше шансов выжить. Они не знают Закона. И на рожах у них написано: "гангстер". Не любят таких в Нейтральной зоне. Они привыкли всю жизнь ходить под боссом, привыкли, что их кто-то постоянно погоняет, они не приспособлены к настоящей драке; привыкли всю жизнь - только из-за угла, и только - в спину. Да их любой пират, даже замухрышка, который хотя бы пару раз сходил на абордаж, в два счета положит, хоть по очереди, хоть разом. При всем при том, к нормальным иммигрантам в Нейтральной зоне относятся довольно бережно. Ни один вольный астронавт, даже пират, не станет задираться к новичку, чтобы не прослыть слабаком и обидчиком детей.
  -- Все я понимаю... - протянул Зотик. - Просто, я еще не отошел после бойни на Фале, а потому и хочется всех осчастливить своим милосердием...
   Вольные астронавты, особенно элита, проявляли крайний непрофессионализм с точки зрения любого профессионального вояки, во всяких разборках между собой, да и в драках с федералами тоже. В случае какого-нибудь конфликта, особенно если не было официально объявленной войны, военные и спецслужбы убирали всех свидетелей. Это у них называлось "зачисткой". Вольные астронавты же во время боя убивали направо и налево, но стоило противнику сдаться, и он тут же получал стопроцентные шансы на жизнь. Может быть, вольные астронавты, скитаясь в ненаселенных областях Галактики, в полной мере ощутили безмерную огромность Космоса и величайшую редкость и ценность человеческой жизни в нем?.. Свидетелей вольные астронавты убирали крайне редко, если уж никак было не обойтись без этого. Экипажи захваченных кораблей высаживали в каких-нибудь отсталых колониях, или вообще на вновь открытую необитаемую планету. Именно потому, что не любили зря лить кровь, вольные астронавты никогда не рисовали на обшивке своих кораблей какие-либо опознавательные знаки, а на абордаж ходили в шлемах из пластброни, с узкими отверстиями только для глаз. Шлемы размалевывали под мертвые головы, а на лица вдобавок надевали маски, имитирующие физиономии каких-нибудь фантастических разумных существ.
   Как бы продолжая размышления Зотика, г-н Сидоров заговорил:
  -- Давно дело было. Я еще моложе тебя был. Ты слышал про капитана Ваньку Каина?
  -- Кто ж про него не слышал? - пожал плечами Зотик. - Только, это ж лет пятьсот назад было... Ты что, так стар?
  -- Ну-у... Не пятьсот, но к четырем сотням уже подбирается... А чего это тебя удивляет возраст астронавтов? До сих пор жив кое-кто из тех, кто летал еще на первых субсветовых звездолетах. Так вот, я Ваньку Каина пару раз встречал, а потом он сгинул, и его с тех пор никто не видел. Может, летит где-нибудь с субсветовой скоростью? Тысяч через пять лет объявится... Никто не знает, откуда у него это прозвище взялось, но боец он был знатный, и от слова своего даже в мелочах не отступал. Ты знаешь, кто такой был Каин?
  -- Ну-у... В общих чертах... - неопределенно пробормотал Зотик. Кто такой Каин, он представлял более чем смутно.
  -- Может, с Ваньки и берет начало наш Закон? - продолжал г-н Сидоров. - Случился как-то на корабле у него мятеж. Ну, ты знаешь, как поступают с мятежниками капитаны цивилизованных стран - в космос без скафандров... Ванька Каин с верной ему частью экипажа загнал мятежников в отсек управления двигателями. Корабль-то был старинный, к тому же в прошлом грузовик, потому-то отсек управления двигателями был отделен от центрального поста. Вот и сидят. День сидят, два, неделю... У одних - главная продовольственная кладовая, у других - резервная. Штурмом взять невозможно. Для удачного штурма нужен хотя бы трехкратный перевес. Тогда-то Ванька Каин и дал свое знаменитое Слово. Если мятежники сдадутся, он никого пальцем не тронет, и высадит их на какую-нибудь необитаемую, но пригодную для жизни, планету. А чтобы им не скучно было, привезет женщин.
  -- А женщин-то где он столько набрал? - изумился Зотик. - Кто согласится переселяться на необитаемую планету?
  -- А он и не спрашивал согласия, - ухмыльнулся г-н Сидоров. - Наловил их в биотроне. Да еще, как на подбор, красоток, и не старше шестнадцати. К тому же раза в три больше, чем было мятежников. Планета оказалась благодатной. Он ее так и не зарегистрировал в Департаменте колоний. Может, для себя берег? Хотел организовать республику вольных астронавтов. Болтали, будто была у него такая идея фикс... Впоследствии этих республик появилось... И все они рано или поздно становятся нормальными колониями Земли. Недавно его планету заново нашли научники. Представляешь, их физиономии? Они уже подсчитывали призовые деньги, которые впалят в свои научные изыскания, а тут целый город и несколько деревень землян, к тому же граждан Нейтральной зоны.
   Г-н Сидоров потыкал носком туфли в бок одного из бойцов, окликнул:
  -- Э-гей, супермены! Очухались? Может, двинем дальше?
   Окончательно сломленные и духовно, и морально боевики поплелись за г-ном Сидоровым. Зотик шел позади, брезгливо отводя взгляд от сутулившихся спин. Слава Вселенной! Областей невесомости больше не случалось. Наконец добрались до гигантского ангара, буквально забитого кассетами со спасательными капсулами. Г-н Сидоров подошел к крайней кассете, три ячейки которой были уже пустыми, сказал:
   Тесновато, конечно, ребята, но жить можно. Хотя, тут просторнее, чем в тюремной камере, или в жилом модуле на Меркурии... Я сам, было дело, пару раз по несколько лет жил в таких капсулах. Тут очень надежный термоядерный реактор, практически вечный, сверхнадежный, полностью автономный биотрон. Движок - прямоточный, но ни его мощности, ни массы капсулы не хватит для т-перехода. Зато на субсветовой скорости ускоритель сам снабжает энергией все системы капсулы. Так что, в ней можно всю Вселенную пересечь, из конца в конец. Одно лишь маленькое неудобство; еще мой папаша, упокой Вселенная его душу, поняв, что капсулы не продать, вытащил из них и продал системы анабиоза. Почему-то на черном рынке эта модель ценится дороже всего, даже до сих пор.
   Гангстеры жались у люка, боязливо заглядывали внутрь.
  -- Ну, не журитесь, хлопцы! - вставил в свой безупречный интерлинг странную фразу г-н Сидоров. - Тут компьютер весьма приличный стоит, хоть и давно устаревший. Он активизируется сразу, как только открывается люк; так что, все управление он уже взял на себя. Не вздумайте в него соваться, менять программу. Повернуть к Земле вы все равно не сможете. А еще в нем заложено сотен пять обучающих программ; и школьные, и университетские есть. Так что, через пяток лет вы вылезете отсюда образованными людьми. Сейчас-то вы, поди, и писать не умеете? Лично я за два срока на двадцати восьми языках говорить научился...
  -- Вам что, помочь? - нетерпеливо осведомился Зотик, примериваясь пинком послать в капсулу одного из бойцов.
   Однако тот, тяжко вздохнув, полез сам, неуклюже раскорячиваясь в проеме.
   Когда крышка захлопнулась, г-н Сидоров подошел к небольшому пульту, расположенному у входа в ангар, поиграл сенсорами; с потолка ангара свесилась механическая рука, захватила капсулу поперек, и одним движением вогнала ее в гнездо катапульты.
  -- Куда бы их?.. - пробормотал г-н Сидоров, задумчиво вертя пальцами над сенсорами. - Ага, вот! Амазонка-Нео...
  -- Ну, ты сади-ист... - протянул Зотик. - Таких жлобов на планету феминисток...
  -- А что? - задорно улыбнулся г-н Сидоров. - Мужчин там - дефицит. Мало находится дураков, жить по таким законам. Представь, после четырех лет путешествия в обществе друг-друга, оказаться сексуальным рабом сразу десяти, или даже двадцати женщин, да еще и не красоток, мягко говоря... А?..
   Когда катапульта, гулко чмокнув, выплюнула капсулу в космос, г-н Сидоров спросил:
  -- Куда теперь направишься?
  -- На Землю, к мистеру Бубль-Гуму...
  -- Корабль здесь оставишь?
  -- Естественно... Правда, на абордаж его взять весьма и весьма затруднительно, даже и в мое отсутствие, но все же... Береженого, Вселенная бережет...
  -- Ладно, пошли, тяпнем на посошок. Чую всеми рубцами моей шкуры, что завариваются дела, которые могут кончиться не слабой колониальной заварухой. А может, и чем похуже... Так что, пожалуй, в ближайшие пяток лет, может, и не доведется посидеть в спокойной обстановке, наслаждаясь хорошим вином, и хорошей свежей едой. А придется жрать консервы ножами прямо из банок, и пить водку прямо из горлышка. У меня тут, понимаешь, почвы в биотронах формировались веками. Тут такой комплекс микроэлементов, а также флоры и фауны, что горные долины позавидуют. Половина вин, что я подаю в ресторане - собственного приготовления...
   Зотику впервые пришла на ум мысль, что неплохо бы обзавестись собственной базой на какой-нибудь отсталой планете. Многие капитаны давно оборудовали базы на отсталых планетах. Для этого достаточно купить у администрации колонии за чисто символическую плату приглянувшийся остров, или даже континент, затем наловить в трущобах мегаполисов Земли достаточное количество людей для обслуги, и заселить ими свои владения. Главное, не попасться в лапы Космопола с наловленными людьми. Дело в том, что переселением избыточного населения Земли в колонии занимается Департамент колоний, за каждую переселенческую партию получая от правительств заинтересованных стран жирные субсидии. Так что, пускать в свой огород посторонних козлов он категорически не желает, и даже наоборот, его ужасно злит, когда кто-то пытается залезть в его владения; наглеца отстреливают без предупреждения.
   Обязанности вольного астронавта перед администрацией колонии были простыми; регулярно забрасывать на планету баржи с необходимыми товарами, при этом происхождением товаров никто не интересовался, да защищать колонию от нападений мелкой бандитской швали. Конечно, в случае серьезного колониального конфликта, зачастую вольный астронавт оказывался единственной защитой несчастной колонии, и тут уж от его благородства и отваги зависело, встанет он на пути могучей армады претендента на колонию, или устранится. Если вольный астронавт проявлял и благородство, и отвагу, и цены на товары особенно не заламывал, на него не то что молились, готовы были стеклянным колпаком прикрыть и пылинки сдувать. А если вольный астронавт попадался с поличным, колония готова была отдать последние деньги, но нанять лучших адвокатов и выцарапать ненаглядного из лап Космопола. Что говорить, колоний было много, некоторые находились вообще на самой границе исследованной области Галактики, а денег у правительств на содержание колоний вечно не хватало. Вот колонисты и вертелись, как умели.
   К мегаполису, одному из первых построенных на Земле, шлюпка подходила на высоте в двадцать тысяч метров и имея скорость в две тысячи километров в час. Так что, у Зотика было время, разглядеть его во всех подробностях. За свою жизнь ему не удалось побывать ни в одном мегаполисе. Детство его прошло в старой Москве, а каникулы он любил проводить, скитаясь с охотничьим луком и ножом на поясе по самым диким и безлюдным лесам России.
   Благодаря зависти американцев ко всему великому, что возведено не на их земле, мегаполис они назвали Вавилоном, правдя с приставкой Нео, но истинных американцев это не смущало, и нисколько не умаляло национальную гордость. Башня, конечно, получилась не до неба, но по меркам двадцать первого века, когда начиналось строительство, внушала уважение. Гора в виде усеченного конуса, со склонами в виде широких плоских ступеней, с диаметром основания в двадцать километров, возвышалась на четыре километра над окружающей равниной юга США. Каждый уступ склона, фасад двадцатиэтажного здания. На его крыше - сады, парки, бассейны и спортплощадки. Под основанием циклопического сооружения всевозможные производственные уровни уходили еще на километр в глубь земли. Вся внутренность горы, за малым исключением, представляла собой гигантский биотрон. Вокруг горы на сотни километров развернулась спираль рекреационного озера. Внутри биотрона на бессчетных уровнях, на естественном гумусе росло все, что могло давать людям пищу; от пшеницы до кокосовых пальм. И на каждом уровне была своя животноводческая ферма. Так что, население мегаполиса снабжалось с грядок и плантаций свежими овощами и фруктами круглый год. Времена года от уровня к уровню были сдвинуты, так что урожай созревал постепенно, и не было нужды в холодильниках и хранилищах. Вода для полива подавалась из рекреационного озера с помощью гравитронных насосов. Дренажная вода, постепенно просачиваясь из почвы, питала целую реку, медленно стекавшую с самого верхнего уровня биотрона к его основанию. Река кишела рыбой, которую ловили и свежей подавали в бары, рестораны и просто в магазины, для тех, кто любил сам готовить пищу. Находились любители и порыбачить для развлечения с берега искусственной реки. Правда, под интенсивным светом ламп без специальной защиты долго находиться было вредно, но и за час улов мог составить несколько десятков килограммов.
   Мощная вытяжная система, действующая на принципе печной тяги, выносила из биотрона теплый воздух, насыщенный водяными парами, кислородом и отрицательными ионами. А через многочисленные отдушины в жилых и производственных помещениях засасывался наружный воздух. Пройдя жилую и производственные зоны, он насыщался углекислым газом, и попадал на уровни биотрона отдавая углекислоту растениям. Вокруг биотрона каждый день формировались облака из тысяч тонн водяного пара. Уносимые ветром, они проливались благодатными дождями. Весь юг США когда-то представлявший из себя каменистые пустыни, превратился в благодатные прерии, то тут, то там прерываемые густыми массивами лесов. Биотрон кормил и одевал половину населения Северной Америки. Никто не считал, сколько он кормил сельскохозяйственных рабочих, живших огромными семьями прямо на уровнях биотрона, прикрываясь от слепящего света ламп кусками плотной черной ткани, растянутой между опорами. По несколько поколений этих людей вообще не видели неба. У них был свой мир, послухам - и свои законы.
   На Земле регулярно формировались переселенческие партии. Каждое государство стремилось излишки своего населения сбросить в колонии. Много народу предпочитало эмигрировать на независимые планеты. Но среди сельскохозяйственных рабочих биотронов за многие годы не нашлось ни единого добровольца. Они привыкли жить в благодатном тепле биотрона, где не надо было строить жилищ, а из одежды достаточно балахона из черной ткани. А поскольку они плодились буквально как кролики, то их время от времени отселяли в колонии насильно, целыми семьями грузили в корабли, воспользовавшись законом о гражданстве. Из коего явствовало, что гражданин, годившись, должен быть зарегистрирован. Никто из этих людей, естественно официально зарегистрирован не был, да и рождались они исключительно в родной хижине, с помощью бабки-повитухи. Однако быстро выяснилось, что пожилые отцы и матери семейств больше двух-трех месяцев в колонии под открытым небом не выживали - тихо умирали от самых неожиданных болезней. Люди помоложе, вместо того, чтобы обустраиваться, пытались бежать на Землю с маниакальным упорством, даже в трюмах грузовиков, где их частенько размолачивало в фарш во время т-перехода. Оказалось, что только молодежь, не старше двадцати лет, могла прижиться на новом месте и под открытым небом. Так что, при формировании переселенческой партии из этих людей, перед правительствами вставала куча проблем; нужно было отсортировать людей средних лет, выявить стариков, о которых некому будет заботиться, поместить их в специальные богадельни, которые приходилось создавать тут же, на уровнях биотрона.
   На нижних уровнях, в технологических тоннелях, в машинных залах системы обеспечения, в тоннелях коммуникаций селился вообще экзотический народ; сюда опускались как жильцы уютных квартир внешней поверхности биотрона, так и сельскохозяйственные рабочие, не жалующие честно трудиться. Бригады технического обслуживания они не задевали, наоборот, вежливо спрашивали, где можно поселиться, чтобы не мешать работе механизмов. Они промышляли мелкими кражами на сельскохозяйственных уровнях, в производственных цехах и на виллах богачей, стоявших по берегам рекреационного озера, куда поднимались по ветниляционным шахтам и технологическим колодцам. Пока они не слишком наглели, их не трогали, просто, руки не доходили. Правда, только через них какой-нибудь гангстерский синдикат мог запустить щупальца в биотрон. Но и на это до поры до времени смотрели сквозь пальцы и полиция, и федералы. Просто потому, что полиция не могла действовать путанице подземных коридоров. Но когда, время от времени, среди отребья появлялся сильный лидер, и банды начинали поистине бесчинствовать как в самом биотроне, так и в его окрестностях, тогда вызывали космическую пехоту с ближайшей базы. Только она могла действовать эффективно в тесных тоннелях и проходах, похожих на крысиные норы. Полиция перекрывала выходы наружу, и на уровни биотрона. С пойманными не церемонились; тут же расфасовывали по орбитальным модулям и отправляли на корабль. Посудину обычно использовали размером побольше, какой-нибудь грузовик. Весь живой груз выбрасывали на пустынный континент отсталой планеты, или редконаселенной колонии. Правда, снабжали всем необходимым. А если пойманные бандиты обещали заботиться о женщинах, то им и женщин привозили.
  -- Космическая шлюпка эс пи эр два ноля пятнадцать, ответьте диспетчерской... - Зотик уже с минуту слышал эти позывные, но не придавал им значения, пока не послышался вкрадчивый голос Шкипера:
  -- Капитан, когда вас вызывает диспетчерская, вам надлежит либо сразу откликнуться, либо вернуться в космос. Кодекс капитанов, пункт тысяча триста девяносто один, подпункт е...
  -- В Нейтральной зоне нет диспетчерских... - проворчал Зотик. - Ну, откликнись им...
   Шкипер мгновенно откликнулся голосом Зотика, отбарабанил позывные.
   Диспетчер продолжал противным, сварливым, скрипучим голосом:
  -- Почему вы идете прямо к жилой зоне мегаполиса? Вам надлежит парковаться в космопорту в секторе маломерного флота.
  -- Еще чего не хватало... Потом пилить сто километров до города... У меня шлюпка суперкласса, и я могу парковаться где угодно, а также могу оплатить работу диспетчера по индивидуальному клиенту, если вас именно этот вопрос заботит...
   Диспетчер на некоторое время примолк, переваривая, наконец, спросил:
  -- Куда изволите приземлиться?
  -- Я изволю приземлиться на посадочную площадку компании "Бубль-Гум и внуки".
  -- Индекс?
  -- Откуда ж я знаю?! Найдите.
  -- У меня в памяти есть индекс, - вкрадчиво встрял Шкипер.
  -- Ну, дак паркуйся!
   Зотик покосился на Арефа. Тот никак не отреагировал на инцидент. У него была новая игрушка; компьютерного учителя, загруженного сотней обучающих программ, Ареф напрямую подключил к Шкиперу и получил жуткий эффект; школьные лекции теперь обогащались примерами из необъятной памяти Шкипера. А там были эпизоды не только практической астронавигации, но и дела космических войн, и вообще темные страницы новейшей истории человечества, не только не вошедшие в учебники, но и вообще еще не вылезшие из засекреченных архивов.
   Шлюпка начала заходить на посадку, и Зотик, наконец, решился включить систему пробуждения Терезы. Ареф так и не оторвался от монитора. Зотик, наконец, не выдержал:
  -- Чего ты туда воткнулся? Что там такого интересного?
   Не отрывая взгляда от монитора, Ареф заговорил:
  -- Ты знаешь, когда я подключил к нему "учителя", почему-то сами собой вскрылись секретные файлы. Теперь каждую школьную лекцию он подкрепляет примерами из своих тайных закромов.
  -- А откуда у него закрома?
  -- Черт его знает... Может, его по ошибке снабдили паролями? Как только мы оказались в Солнечной системе, он восстановил контакт с мировой сетью, и снова качает информацию не только из мировой сети, но и из родной компании.
  -- Ну, дела-а... - изумленно протянул Зотик. - Тогда зачем мы туда Терезу тащим? Пошарь в файлах, может, найдешь что-нибудь о нас? Кстати, а почему файлы-то сами собой вскрылись?
  -- Откуда ж я знаю? Может, система паролей была построена на школьной терминологии? А про нас тут ничего нет. Либо зашифровано каким-нибудь особым паролем, который хранится только в голове мистера М.
   Шкипер робко напомнил:
  -- Информация, которую изучает штурман Ареф - конфиденциальная.
  -- Заткнись! - бросил Ареф. - Ты сам сдал мне пароли. Так что, если проболтаешься мистеру М, он тебя на свалку отправит, - похоже, Ареф полностью перенял пиратскую манеру общения с компьютерами.
   В динамике что-то прошипело, похожее на человеческий вздох. Зотик смотрел на зрительный анализатор Шкипера, укоризненно глядящий на Арефа, продолжающего нагло рыться в шкиперских мозгах. Было как-то жутко сознавать, что компьютер, хоть и сверхсовременный, по своему почину забрался в святая святых могучей компании, и украл там кучу информации.
   Шлюпка приземлилась на крыше десятого яруса, на свободную парковку возле самого бордюра. Зотик выпрыгнул на шестигранные плиты и, облокотившись о бордюр, принялся осматривать окрестности биотрона с шестисотметровой с высоты. Далеко внизу, подернутое туманной дымкой, лежало зеркало рекреационного озера. Утопая в садах, по его берегам стояли роскошные виллы богачей, и скромные коттеджи первого класса.
   Из люка вылез Ареф, сказал, настороженно косясь в сторону коридорчика, ведущего в анабиозный отсек:
  -- А если она проснется быстрее, да сопрет шлюпку?..
  -- Как она из саркофага выберется? Я заблокировал внутреннее открывание замка, - разглядывая берега озера, Зотик удивленно проговорил: - Глянь-ка, такое живописное озеро, а они сетками отгородились...
   Ареф подошел к бордюру, длинно плюнул сквозь зубы:
  -- Крокодилы... Аллигаторы, понимаешь. Озеро ими буквально кишит. Их тут каждый год тысячами отстреливают. Даже всякая городская голытьба щеголяет в куртках и ремнях из крокодиловой кожи, и обжираются мясом крокодилов. Говорят, вкусно. Похоже не телятину...
  -- Интересно, а чем крокодилы питаются? Если берега отгорожены сетками... Рыбой, что ли?
  -- И рыбой тоже. Ее тут навалом. Но покойников, наверное, тоже хватает.
  -- Каких покойников?! - изумился Зотик.
  -- Видишь, рекреационное озеро охватывает своим витком основание биотрона? Так вот, биотронная река имеет несколько десятков выходов в него. Сельскохозяйственные рабочие не отдают похоронной службе своих покойников, чтобы та их сжигала. Они отправляют их к Великому Богу Текучей Воды. А покойников у них бывает навалом. Они ж еле до восьмидесяти доживают. Многие и раньше помирают; они там все поголовно, еще с детства, начинают курить марихуану и та-нут...
  -- О, Вселенная! - Зотик с ужасом поглядел вниз. - Это ж сколько мертвецов каждый день?.. И все они исчезают без следа. А все крокодилы внизу - поголовно людоеды... Они ж с малых лет начинают смотреть на человека, как на добычу.
  -- Ага... И ни полиция, ни власти ничего поделать не могут. Зато тут пумы и ягуары совершенно домашними стали. Просто, живут с людьми... Во-он те рощи, по берегам озера, буквально кишат всякой живностью. Земля под застройку жутко дорогая, многие участки пустуют и зарастают густым лесом, он тут прет, как на опаре. Охотиться в городской зоне разрешается только на крокодилов, так что, бывает, ягуар устраивает свое логово прямо под верандой коттеджа, или в беседке в саду виллы. Это своего рода местный колорит. Не было случая, нападения ягуара на человека. Многие вообще приживаются в доме хозяина на правах домашней мурлыки. Ягуарихи к хозяйским детям относятся так же, как к своим котятам; играют с ними, всячески оберегают, не позволяют подходить к забору, который отгораживает сад от озера. Ну, а стоит возле забора объявиться крокодилу - горе несчастному. Ягуариха бросается на него как торнадо, даже если он раза в три больше нее. Домашних ягуаров подкармливают крокодильим мясом. Но большинство хозяев своих кисок отпускают на берега озера поохотиться...
  -- И откуда ты все это знаешь?.. - скептически спросил Зотик.
  -- Сколько мы летели с базы Сидорова? - Ареф прищурил один глаз. - Правильно, четыре часа. Да за это время можно целую библиотеку изучить!..
   Арефу не удалось развить свою мысль; дальше, Зотик знал по опыту, предполагались всякие соображения, насчет его, Зотика, лени и тупости. Через открытый люк шлюпки донесся мелодичный сигнал, означавший, что процедура пробуждения завершена.
   Когда Зотик открыл крышку саркофага, тут же наткнулся на непримиримый взгляд зеленых глаз Терезы.
  -- Ну, чего ты на меня свой злобный глаз пучишь? - весело осведомился он. - Можно подумать, это я пытался тебя грабануть... Давай, вылазь... Я тебя щас сдам с рук на руки одному хмырю, который тебя навел на меня, не предупредив, с кем тебе дело предстоит иметь. Хочу полюбоваться на его физиономию, а потом устрою ему то, что устраивают салагам старички на судах космофлота Южно-Азиатского союза.
  -- А что там устраивают салагам? - с любопытством спросила Тереза, вылезая из саркофага.
  -- А что, я бы тебе порекомендовал... Потому как тебе это будут устраивать каждую ночь. Кстати, по слухам, на новейших кораблях у них предусмотрен отсек психологической разгрузки экипажа. Действительно, глупость какая; крейсер годами патрулирует черт знает где, а экипаж дичает и сходит с ума без вина и женщин... Тебе бы туда, в самый раз... Гарем там комплектуется из расчета одна женщина на двадцать членов экипажа. Здорово, правда?..
   Выбравшаяся из саркофага Тереза, вдруг широко размахнулась, и попыталась залепить Зотику пощечину. Он знал, какова она в рукопашном бою, а потому от изумления чуть не пропустил эту вульгарную оплеуху. Лишь в последнее мгновение нырнул под руку. Еле успев подхватить потерявшую равновесие Терезу, возмущенно воскликнул:
  -- Ты чего?!
  -- А того! Я тебе не шлюха! Будь любезен обращаться так, как положено обращаться с пленниками. Если будешь продолжать в том же духе... Прямо сейчас... На ножах... Насмерть...
  -- О-хо-хо-хо... Распарило крошку... Да у тебя никаких прав нету. Мы не в Нейтральной зоне. Это там ты можешь потребовать убежища и мгновенно станешь свободной. А здесь я тебя в момент могу кожаным ножом зарезать, и никто меня за это не осудит.
   Тереза, мгновенно сменив тон, запричитала:
  -- Зотик, Зотик! Но ты же не продашь меня этим южно-азиатским многоженцам?..
  -- Это почему же я тебя не должен им продавать?! - возмущенно вскричал Зотик.
  -- И в полицию ведь не сдашь?.. Мои делишки на пожизненное тянут... Ас такими женщинами, как я, - идеально здоровыми, - поступают вообще зверски: нас помещают в закрытые клиники суррогатных матерей, как бы заменяют пожизненное на двадцать лет, и там мы вынашиваем и рожаем детей для богатых бездельниц. Ты же не хочешь, чтобы я до конца своей жизни ходила с пузом, и лет через десять превратилась в форменную корову?!
  -- А что, - Зотик весело ухмыльнулся, - кругленький такой животик тебе бы очень пошел. А главное, он бы твою резвость поумерил...
  -- Зотик, Зотик! Я же тебя любила! И люблю...
  -- Ага... А в промежутке ты Сидорова любила, потом начальника его абордажной команды, из-за которого чуть человек триста не погибли...
   Зотик вытащил Терезу из шлюпки и потащил по алее к фасаду яруса. Это, похоже, был деловой ярус, и к тому же самая престижная его часть. По аллеям во всех направлениях спешили озабоченные молодые люди и молодые же, немыслимой элегантности, дамы в строгих деловых костюмах. Завидев странную процессию, они брезгливо жались к краям аллеи, удивленно приподнимали брови, провожая компанию взглядом. Изящное платьице Терезы, после ночевки в анабиозной камере, превратилось в черт те что, и поэтому вид она имела самый предосудительный; будто пропьянствовала в компании взвода солдат не менее недели. Наконец Зотик дотащил Терезу до роскошных дверей полированного дуба, над которыми горели золотые буквы: "Дж. М. Бубль-Гум и внуки". Ухватившись за медную ручку, - невероятно древний антиквариат, - Зотик рванул дверь на себя, но она даже не дрогнула. Сейчас же послышался донельзя противный, гнусавый голос:
  -- Назовите, пожалуйста, ваше имя и род занятий, и тогда вам будет назначено время встречи с нужным вам человеком.
   Зотик от ярости потерял дар речи, и потянул из кармана лучевой меч. Но его тут же жестко толкнул в бок локтем Ареф. Зотик обернулся и увидел двух дюжих полицейских, многозначительно поигрывающих дубинками, а на поясах у них висели гигантские полицейские парализаторы. По слухам, такие агрегаты посылали веерный импульс, и одним выстрелом можно было уложить целую толпу. Зотик одарил полицейских своим самым угрюмым и угрожающим взглядом, отчего они переглянулись. Повернувшись к двери, Зотик прорычал сквозь зубы:
  -- Зотик. Капитан корабля эс пи эр два ноля пятнадцать. Частный детектив. Работаю по контракту с мистером М.
  -- Очень приятно, - откликнулась дама, но таким тоном, что сразу было видно - ей чрезвычайно неприятно. - С кем желаете встретиться?
  -- С мистером М.
  -- Встреча назначается на семнадцатое декабря, время - тринадцать тридцать две, продолжительность встречи - две минуты.
   Что-то хрипнуло, и наступила тишина.
  -- Э-эй!.. - заорал Зотик. - Что за издевательство?! До семнадцатого декабря еще четыре месяца!
  -- Вы ошибаетесь, не четыре месяца, а четырнадцать... И вообще, председатель совета директоров не обязан лично встречаться с работниками компании. Вы можете встретиться с одним из директоров...
   Зотик с маху пнул по двери и тут ощутил, что его кто-то тянет за куртку. Он раздраженно повернулся, намереваясь наорать на Арефа, но слова застряли у него в глотке; на площадке перед дверью уже стояло восемь полицейских, и все они многозначительно поигрывали дубинками.
   Зотик подхватил Терезу, у которой все еще подгибались ноги, и пошел от двери. Полицейские неохотно расступились. Один из них грубым басом осведомился:
  -- У вас проблемы, леди?
   Тереза, крепко обхватив Зотика за шею, мило улыбнулась полицейским и пропела ангельским голоском:
  -- Ах, все в порядке, все прекрасно, господа...
   Она явно Зотика боялась меньше, чем Закона.
   Забравшись в шлюпку, Зотик швырнул Терезу в кресло, заорал, стискивая кулаки:
  -- Черт бы побрал этого надутого пузыря!
   Тут зашелестел вкрадчивый голос Шкипера:
  -- Если мне позволен будет высказать некоторые соображения...
  -- Говори.
  -- Из производственных цехов местного предприятия компании "Бубль-Гум и внуки" на крышу биотрона выходит шахта грузового лифта. Каждые полчаса там загружается грузовой модуль. На погрузке работают грузчики-люди, и там постоянно присутствуют два охранника. С ними можно договориться, и через склад пройти в офис мистера М.
  -- Ладно, летим.
  -- Послушай, скотина! - высокомерным тоном изрекла Тереза. - Может, ты все же дашь мне чего-нибудь съесть? И, надеюсь, на этой твоей посудине имеется достаточно чистый гальюн?
  -- Потерпишь...
  -- Я не могу терпеть! Ты лучше меня знаешь, как хочется есть, и все остальное, после анабиоза, даже и кратковременного...
   И Тереза, вылезя из кресла, принялась демонстративно задирать юбку.
  -- Стой! - заорал Зотик, вылетая из своего кресла. - Ладно, пошли...
   В санузле шлюпки Тереза провела не менее получаса. Ведь там, кроме унитаза, была еще довольно просторная душевая кабинка и уютная ванна, правда, не такая просторная, как на Корабле. Зотик уже начал всерьез прикидывать, можно ли выбраться наружу через канализацию? Но у аппаратов суперкласса канализации не имеется; путь получается длинным и запутанным, а выход все равно выводит внутрь шлюпки через биотрон.
   Наконец Тереза вышла из санузла, как Афродита из пены морской; розовая после ванны, причесанная и заметно повеселевшая. Однако она все еще плохо держалась на ногах. Зотик сунул ей огромный ломоть ветчины с куском черного хлеба и связку горящих алым огнем редисок. Тереза, как оглодавшая кошка, с рычанием впилась зубами в ветчину, не проявляя ни малейшего желания идти в рубку управления. Зотик обхватил ее поперек талии и потащил туда волоком. Она даже не удосуживалась ногами переступать, висела на руке Зотика, рвала зубами ветчину, хрупала редиской. К изумлению Зотика, она успела слопать все, за те несколько секунд, что он тащил ее до рубки управления.
   Облизнувшись, Тереза мечтательно поглядела на шею Зотика. Тот непроизвольно прикрыл шею ладонями, вскричал:
  -- Ты, никак, ветчину хотела бы моей кровью запить?!
  -- А что? Не помешало бы... У тебя кровь горячая... Наверное, вку-усная, да еще и пьянит, как вино... Знаешь, Зотик, ты мне сразу понравился. Не будь ты таким кретином, мы могли бы составить неплохой дуэт...
  -- Ну, ты и наха-алка... Пока что ты у меня в плену, а не я у тебя.
  -- А это с какой стороны поглядеть...
   Зотик махнул рукой, и одним прыжком переместил шлюпку на крышу биотрона, в сектор, который ему указал Шкипер. Крыша вообще вся была утыкана кроме оголовков вентиляционных шахт, еще и надлифтовыми башенками, и повсюду кипела работа.
   Когда шлюпка коснулась плит кровли, гравитронная катапульта как раз выплюнула грузовик, который в планирующем режиме пошел куда-то в сторону космопорта. Зотик потащил Терезу к выходу, Ареф не тронулся с места, буркнув под нос:
  -- Я лучше тут посижу.
   Навстречу Зотику поспешали два амбала, ростом метра по два с половиной. Ну, если и не два с половиной, то по два тридцать - точно. Он довольно часто встречал в своей жизни таких верзил, но как-то не доводилось порасспросить, где, в какой местности, или на какой планете произрастают такие великаны. Все встречавшиеся ему верзилы первым делом начинали пробовать его на кулак, а потом с ними было уже и не поговорить... При этом все знакомые Зотика, в один голос уверяли, будто все гиганты обладают крайне добродушным характером. Однако эти тоже оказались исключением из правила, один из них еще издали заорал:
  -- Куда прешь, рожа?! А ну заворачивай свое рыло в сторону задницы!
   Второй заорал что-то вообще архиматерное; такое Зотик слышал только во время абордажей от выходцев с Североамериканского континента. Чем хамее к Зотику обращались, тем изысканнее и вежливее он отвечал. От его тона схватка вообще становилась неизбежной. И на сей раз он очень вежливо, укоризненно проговорил:
  -- Джентльмены! Ну, разве ж можно такие слова говорить при даме? Как вам не стыдно!
   Оба верзилы от этой изысканности буквально осатанели, и одновременно ринулись на Зотика. Зотику пришлось выпустить Терезу, и она мягко шлепнулась на аситал кровли. Одного Зотик встретил прямым ударом ноги в печень. Верзила налетел на ногу, как на стальную балку; ноги его забежали вперед, туловище тоже мотнулось вперед, он чуть не ткнулся лицом в живот Зотика, после чего мягко расстелился во всю длину на аситале. Второго Зотик принял на локоть левой руки, после чего, крутнувшись волчком, добавил локтем правой в челюсть. Оглянувшись, обнаружил, что Тереза, легко и грациозно, как вспугнутая лань, улепетывает прочь. Зотик кинулся за ней. Все-таки в спринте он был достаточно силен; расстояние между ним и беглянкой быстро сокращалось. Она не тратила времени на то, чтобы оглядываться, ориентировалась по слуху. Поняв, что не оторваться, она вдруг вильнула в сторону, подбежала к оголовку вытяжной шахты, подпрыгнула, ухватилась за срез, легко подтянулась... Ее ноги мелькнули прямо перед носом Зотика, но поймать ее за ногу он не успел. Он подтянулся и заглянул в шахту, в лицо ударил мощный ток воздуха, влажного и теплого, насыщенного какими-то органическими запахами, как в венерианских джунглях. Зотику на раз доводилось десантироваться на планеты с помощью индивидуального парашюта; поток воздуха из шахты был, пожалуй, помощнее того, который встречает парашютиста в затяжном прыжке.
   С громким сопеньем на трубе повисли оба верзилы, тоже поглядели вниз. Один сказал:
  -- Все. Всмятку. Тут больше двух миль до дна...
  -- Тут же решетка должна быть... - растерянно промямлил Зотик...
  -- Подвальные крысы вырезали, - разъяснил второй верзила.
  -- Нет, она не дура! - решительно заявил Зотик. - В этом потоке воздуха можно парить, как орел. Только, черта с два ее теперь поймаешь; с каждого уровня отдушина, и, поди, везде решетки вырезаны...
   Он спрыгнул с оголовка, оценивающим взором оглядел верзил. Те забеспокоились, попятились, переглянулись.
  -- Вас, интересно, кто просил кидаться на меня? - ласково промурлыкал Зотик. - Я вас сейчас обоих отправлю порхать в трубу. Что за кретинизм?! То в офис не пускают, то на погрузочной площадке облаивают... Нет, я вас сейчас определенно пошлю в трубу девчонку ловить...
  -- А ведь пошлет... - озабоченно проговорил один из верзил. - Помнишь, у босса такой же работал по контракту? Пират - по роже видно. Ты тогда внизу работал, а тут Горилла Хьюго служил. Так же вот, прилетел тот хмырь на космической колымаге, Хью ему навстречу; так, мол, и растак, куда, мол, уважаемый, прешь? А тот, шмакадявка, еще мельче этого, ни слова не говоря, хрясь его по шее, р-раз - кулаком по ребрам. Бедняга Хью потом полгода по больницам валялся, все свои сбережения и страховку истратил. Ему легкое пришлось выращивать, три ребра заново отращивать, да еще два шейных позвонка. После того случая он так и не смог больше драться, жутко пугливым стал. Сейчас где-то на низких ярусах, там, где только на карачках можно ползать, картошку растит...
  -- Ну, и чего делать будем? - спросил второй.
  -- Чего, чего... А я знаю? Пустишь - премии лишишься. Не пустишь - вообще башку отшибут...
  -- Правильно мыслите, ребята! - восторженно воскликнул Зотик, и направился в сторону лифтовой шахты.
   Рабочие, не обратив внимания на инцидент, споро загружали яркими цветными коробками новый грузовой модуль. С солнечной стороны надлифтовой башенки стояла деревянная лавочка и на ней разлеглась гладкая, упитанная пума. Она, прижмурившись, поглядела на Зотика, лениво мяукнула; то ли угрожающе, то ли наоборот, приветственно. Один из охранников проговорил:
  -- Не бойся, это Мэри.
  -- А почему это я должен кошек бояться? - удивился Зотик.
   В это время лифт опустел, и Зотик шагнул на ребристую сталь платформы. Поглядел на охранников:
  -- Вы, ребята, не шуткуйте; смотрите, не тормозните лифт между ярусами. Я ведь сюда вернусь...
  -- Лифт остановился там, где ему и было положено. По указаниям Шкипера Зотик сравнительно быстро сориентировался в путанице цехов, переходов, офисов и вскоре оказался в приемной м-ра М. Навстречу ему вскочила весьма чопорная дама в строгом костюме и высокомерно изрекла:
  -- Сегодня не приемный день. Мистер М занят.
   На краю гигантского секретарского стола лежала упитанная пума, свесив до пола толстый хвост, а голову положив на работающий компьютер, видимо наслаждалась слабыми электрическими разрядами вылетавшими оттуда. Увидев Зотика, она мягко соскочила со стола, подошла к нему, ткнулась носом между ног, презрительно фыркнула, и гордо удалилась из приемной, ловко открыв когтистой лапой дверь. Зотика это почему-то разозлило. Он уставился на секретаршу и ласково осведомился:
  -- Интересно, чем же занять босс, если не занимается любовью со своей секретаршей у себя на столе?
   У дамы медленно отвисла челюсть. Похоже, такие моменты имели место быть. Зотик, сделав свой взгляд предельно похотливым, медленно оглядел даму с ног до головы, особенно липуче осмотрев все ее выпуклости, после чего деловито осведомился:
  -- Мадам, вы не бывали в плену у пиратов? Очень рекомендую. У них страшный дефицит женщин, поэтому они относятся к ним очень бережно. Поверьте, воспоминания будут согревать вас до глубочайшей старости, - и тут же, без перехода, резко, повелительно выкрикнул: - Быстро, открой дверь!
   Секретарша машинально нажала кнопку на небольшом пульте сбоку от себя. Массивная дверь мореного дуба распахнулась, и Зотик без промедления шагнул в кабинет м-ра М.
   Увидев Зотика, м-р М выскочил из-за стола, пошел навстречу, улыбаясь всем лицом, и даже, вроде бы, руками и животом:
  -- Мистер Зотик! Как я рад вас видеть! Как это мило с вашей стороны, навестить меня, будучи в отпуске! Вы, поистине, великолепный работник. Столько провернули за такой короткий срок...
   М-р М тискал его плечи, жил руки, улыбался всем своим румяным личиком. Провел к столику, стоящему среди экзотических растений у огромного окна, усадил в глубокое кресло, сам сел напротив, не переставая улыбаться. Наклонился к интеркому, бросил несколько слов скороговоркой. Через минуту отворилась дверь, и вошла давешняя секретарша, вновь обретшая чопорно-неприступный вид. В руках она несла небольшой подносик, заставленный крошечными вазочками, рюмочками, с пузатой бутылкой драгоценного коньяка из экзотической страны Армении посередине.
   М-р М наполнил рюмки, поднял свою до уровня глаз, сказал:
  -- За удачное начало нашего сотрудничества, - подождал, пока Зотик опрокинет свою рюмку, выпил, весело хохотнул: - Как вы лихо обошлись с этой болотной бандой на Лерне!..
   Он захватил серебряными щипчиками засахаренный ломтик какого-то инопланетного фрукта, зажевал. Зотик последовал его примеру. Прожевав фрукт, и не угадав, что это такое, искательно протянул:
  -- А я знаю людей, которые пьют исключительно вино с Фала...
   М-р М тяжело вздохнул:
  -- Что ж делать, не водят со мной дружбы прогрессоры... Не любят они меня...
  -- Может потому, что вы кого-нибудь из них сдали спецслужбам?.. - тихонько пробормотал Зотик.
   М-р М сделал вид, что не расслышал, проговорил официальным тоном, выскакивая из кресла:
  -- Не смею вас больше задерживать. У вас, кажется, еще отпуск не кончился? Отдыхайте, отдыхайте! Вы заслужили отдых...
   Зотик от изумления чуть не пошел к выходу, но тут же опомнился:
  -- Отпуск у меня действительно не закончился, но зато возникла настоятельная потребность расторгнуть контракт с вами.
  -- Это невозможно, - без задержки и не моргнув глазом, отрезал м-р М.
  -- Вы не поняли, - терпеливо начал растолковывать Зотик, у меня возникло стойкое убеждение, будто вы меня сознательно подставляете. Вплоть до того, что навели на меня мошенницу, чтобы она меня обворовала...
  -- Как вы можете?! - тоном оскорбленной невинности вскричал м-р М.
   Зотик, с трудом сохраняя терпение, ровным голосом продолжал:
  -- Но это уже и не важно; я не желаю ничего вам доказывать. Просто, у меня больше нет необходимости работать на вас. Я заработал достаточно, чтобы оплатить Корабль выплатить неустойку за досрочное расторжение контракта.
  -- Так, так, так... - м-р М побарабанил по столу толстыми короткими пальцами. - И где ж вы заработали такие деньги? Надеюсь, вы не забыли, что в некоторых случаях требуются документы, подтверждающие законность добытых средств?
   От тона, каким это было сказано, вся уверенность и решимость Зотика исчезли. Он уклончиво пожал плечами.
  -- Адвоката ко мне с контрактом номер семнадцать ка дэ восемь дробь тринадцать, - проговорил м-р М в интерком.
   Особенно Зотика почему-то встревожило число тринадцать в индексации его контракта.
   М-р М многозначительно молчал, бросая хмурые взгляды на Зотика. А Зотик уже готов был в всерьез забеспокоиться, но воспоминание о восьмизначном числе на микродисплее кредитной карточки его успокоило.
   Наконец в кабинет вошел огромный, атлетически сложенный мужчина, осторожно приблизился к столу, раскрыв тоненькую папочку, почтительно склонился к Зотику.
   М-р М нетерпеливо спросил:
  -- Вы признаете, что именно этот контракт подписывали?
  -- Д-да... похоже... - нерешительно промямлил Зотик. Хотя, чего ж похожего, если точно такая же бумага лежала в сейфе Корабля.
  -- Не - похоже, а именно этот! - м-р М рассерженно смотрел на него.
  -- Я всего лишь хочу расплатиться за Корабль и расторгнуть контракт... - нерешительно проговорил Зотик.
   М-р М сварливо проскрипел:
  -- Нам не нужны ваши деньги. В контракте ясно написано, что вы обязаны вносить в счет оплаты за корабль двадцать пять процентов вашего ежемесячного повременного оклада, и двадцать пять процентов от каждой премии и гонорара, выплаченных вам сверх повременной оплаты. В случае невыполнения условий контракта, или досрочного его расторжения в одностороннем порядке, вы уплачиваете неустойку в объеме всего вашего движимого и недвижимого имущества, вне зависимости от того, когда вы это имущество нажили; до заключения контракта, или после...
  -- Да, но у меня на счету лежит сумма, которой вполне хватит, чтобы заплатить за Корабль! - возопил Зотик.
  -- Укажите мне в контракте, где говориться о конкретной стоимости вашего движимого и недвижимого имущества? - м-р М смотрел на Зотика добрыми, все понимающими, глазами.
   У Зотика моментально пересохло во рту и глотке. Он попытался что-то возразить, но его голосовые связки издали лишь какой-то сипло хрипящий звук.
  -- Ну, вот и хорошо, мы друг друга поняли, - м-р М доброжелательно улыбнулся, адвокат бесшумно исчез, возможно, даже втянулся в виде клуба дыма в один из старинных книжных шкафов, солидно поблескивающих золотым тиснением корешков дорогих книг сквозь стекло дверок.
   Зотик нашарил на столике бутылку с коньяком, и, сунув горлышко в рот, махом проглоти половину содержимого. М-р М осуждающе покачал головой:
  -- Эти ваши пиратские манеры...
   После огненной жидкости голос у Зотика прорезался, но толку от этого не было никакого, все слова исчезли с языка, возможно, их смыло дорогим коньяком. Он лишь промямлил:
  -- Я не был пиратом, я был благородным вольным астронавтом...
  -- А я где-то читал, или слышал в телепередаче про пиратов, что бывших вольных астронавтов не бывает, они все умирают или исчезают в космосе... - тоном, каким разговаривает врач-психиатр с буйным больным, затянутым в смирительную рубашку, м-р М проговорил: - Мистер Зотик, вы великолепный работник, я вас очень ценю, и даже готов процентов на двадцать увеличить вашу повременную ставку. Но вы, уж, пожалуйста, будьте любезны, не нарушайте условий контракта, - м-р М помолчал, отеческим взором лаская Зотика, потом заговорил, уже начальственным тоном: - Используйте оставшиеся дни вашего отпуска, а потом слетайте на Венеру и привезите партию мускуса. Там, знаете ли, у нашей компании ферма мускусных быков...
  -- У вас что, грузчики-экспедиторы бастуют? - мрачно осведомился Зотик.
  -- Видите ли... - м-р М стеснительно потупился, - лететь необходимо на десантном катере. Чтобы миновать таможню...
  -- Как?! - опешил Зотик: - Контрабанда?!
  -- Видите ли, даже с собственной фермы мускус без пошлины вывозить запрещено... - м-р М в упор посмотрел на Зотика, в голосе его появился металл: - Как вы полагаете, зачем бы мне заключать контракт с отъявленным пиратом? Подумайте о потребителях. Венерианский мускус используется нашей компанией в огромных количествах. Если бы мы платили эти грабительские пошлины, и без того не дешевая продукция нашей компании, подорожала бы раз в шесть.
  -- Какой вы, однако, альтруист и меценат... - проворчал Зотик, вылезая из кресла.
   У м-ра М отвисла челюсть, но он быстро овладел собой:
  -- И откуда вы такие слова знаете?! - с неподдельным изумлением вскричал он.
  -- Как, откуда? Я ж целый курс в московском университете проучился. А вы вольных астронавтов, как и все обыватели, путаете с пиратами и всяким мелким бандитским отребьем.
  -- Ну что ж, - м-р М снова стал деловым и серьезным, - на нашей ферме, кстати, работает ваш соотечественник, выходец из России. Вывезете сырье, после чего у вас будет весьма сложное и опасное задание. И, ради Бога, не сверкайте на меня столь яростными и злобными взглядами! В нашем деле, в бизнесе, никак не обойтись без людей вашего сорта для конфиденциальных поручений. А с такими ребятами как вы надо быть весьма и весьма осторожным.
  -- Что-то я не заметил, что вы осторожны. Вы не подумали, что я могу в любой момент скрыться в Нейтральной зоне от такого обращения? - Зотик смотрел на м-ра М сверху вниз, презрительно оттопырив нижнюю губу.
  -- Это, каким образом? - искренне изумился м-р М.
  -- Вы полагаете, что вольный астронавт моего класса, с моей боевой выучкой не выберется из вашей конторы? Да через пару минут тут уже будет ходить дым коромыслом, оставшиеся в живых будут рыдать от ужаса, и лишь ваша секретарша будет радоваться, потому как я ей в натуре продемонстрирую, как много она потеряла, не побывав в плену у пиратов.
  -- Восхитительно! Какой слог... - м-р М радостно похлопал ладошками. - Ни, боже мой... Нисколько не сомневаюсь в вашей боевой выучке. Только, хочу предупредить вас, что пока вы работаете у меня по контракту, никуда вы не скроетесь. Вернее, скрыться-то вы сможете, но без корабля, и я всегда найду способ вытрясти из вас неустойку.
  -- Знаете... - Зотик повел плечом, выражая крайнее пренебрежение, - я был в авторитете в Нейтральной зоне, когда ходил штурманом, а теперь я капитан.
  -- Ага... А как быть с тем, что вы дрались на стороне Интернациональных сил против своих же братьев-пиратов?
   Это был удар ниже пояса. Закон Нейтральной зоны не запрещал членам братства выяснять отношения между собой с помощью бластерных пушек, бризантных орудий и торпед с детонаторами "Звездного огня", но встать на сторону заклятых врагов...
  -- Вы же знаете, что я не дрался на стороне интернациональных сил... - у Зотика это вырвалось помимо воли, от растерянности, и он понял, что окончательно теряет лицо.
  -- Это вы своим будете объяснять... Вас уважают в Нейтральной зоне, пока у вас корабль суперкласса. Не будет корабля, не будет и уважения.
  -- А кто это сумеет отнять у меня корабль? - ухмыльнулся Зотик, вновь обретая уверенность.
  -- А он пока и не ваш, - ласково улыбнулся м-р М. - он станет вашим лишь после того, как над его компьютером поколдует бригада программистов из компании "Локхид".
   Зотик мгновенно понял, что потерпел полное и окончательное поражение, а потому вытянулся по стойке "смирно" и рявкнул:
  -- Есть, сэр! Лететь за контрабандным мускусом на Венеру!
   М-р М, как ни в чем не бывало промолвил:
  -- Я с самого начала понял, что вы человек очень умный, а посему считайте, что ваш заработок с сегодняшнего дня увеличился на двадцать пять процентов. Да и чего вы так расстраиваетесь?! При таких-то левых заработках...
   Зотик поднялся в лифте на кровлю биотрона. Оба охранника сидели на лавочке и дружно дымили деревянными трубочками, покрытыми затейливой резьбой. Пума все так же лежала на лавочке, но теперь она положила голову на колени одного из охранников, при этом морщилась от дыма, но вставать, видимо, было лень. Зотик потянул носом, и уловил знакомый резкий и пряный аромат доброй старой анаши с примесью та-нута, травки, вывезенной с Садов Господних. Смесь - только для истинных ценителей. Зотик знал историю вопроса. Не первый век законники всех стран спорят и ломают копья: разрешить свободную торговлю анашой и та-нут, приравняв их к табаку, или не разрешать? В некоторых странах разрешали, ничего страшного из этого не выходило, но приходили к власти явные лоббисты наркомафии, и торговлю запрещали. Так что, только наркомафии было выгодно запрещение свободной торговли наркотиками. Еще бы! Высокие цены и никаких налогов.
   Опустившись на лавочку, подальше от пумы на всякий случай, Зотик глубоко втянул ноздрями резкий прохладный высотный воздух, облагороженный ароматом наркотика. Спешить было больше некуда, в голове была полнейшая пустота. Возникло ощущение, что он навеки теперь останется рабом мистера М, и теперь судьба его - до конца дней своих сидеть на этой лавочке, до блеска отполированной задницами охранников, сидевших здесь до него.
  -- Слышь, парень, - обратился к нему один из охранников, - ты, того, не держи зла на нас... Ну, что из-за нас девчонку упустил... Это все он. Новичок он у нас, - он толкнул локтем в бок напарника. - Я, понимаешь, не сообразил сразу... Он не знает, а я знаю... Тут до тебя работал один парень, тоже для кофианаль... кофиананцианальных поручений, - охранник еле справился с трудным словом. - Они чего-то не поделили с боссом. Веришь, всю полицию на ноги подняли, космическую пехоту вызвали. Начальник полиции, при мне, вот на этом самом месте плакал и кричал, что, мол, разрушения и убытки в городе таковы, что парня надо было отпустить с миром. А босс свое: дело прынцыпа, дело прынцыпа... А сам чек выписывает. Начальник полиции только глянул, аж футов на пять подпрыгнул. Я, понимаешь, того парня тоже ловил. Дураку хотелось за Хью расквитаться. Веришь, - он снова толкнул напарника локтем в бок, - я его ломом поперек спины огрел, лом согнулся - а ему хоть бы хны. Он меня слегка по челюсти зацепил кулаком, так челюсть в трех местах хряпнула. Они на таких ускорениях летают - ни один нормальный человек не выживет. А у них от перегрузок мускулы чугунными делаются... Дела-а...
   Зотик потянулся, хмуро проговорил:
  -- Дай закурить, что ли...
   Охранник с готовностью вытащил из кармана красивый кисет из крокодиловой кожи.
  -- Хотя... Ну ее к лешему! - Зотик поглядел на пуму. Она игриво терлась мордой о колени охранника. Тот рассеянно теребил толстыми пальцами шерсть у нее между ушами. - А чего у вас тут пумы вместо кисок по комнатам гуляют? - спросил Зотик, с уважением поглядев на толстую лапу, из которой то и дело от удовольствия появлялись когти и снова втягивались.
  -- А у нас тут заместо мышей - крысы, - с готовностью откликнулся разговорчивый охранник. - Эти, как его?.. Мутанты. Во-от такие... - он развел руки на всю ширину.
  -- Иди ты!.. - не поверил Зотик.
  -- Ну, может, не такие... - охранник уменьшил размах до полутора метров, - примерно вот такие, с хвостом... Спасу нет... Травить бессмысленно, любой яд сразу распознают. Ловушки никакие не действуют. Одно спасение - киски. Если бы не кошки, крысы давно бы поели всех подвальных людей. Там, - охранник ткнул пальцем в пол, - за хорошего котенка, который при матери месяца четыре-пять воспитывался, все отдадут. Потому как и для подвальных, жизнь - дороже всего...
   Зотик с тоской посмотрел на свою шлюпку, уже как бы и не свою. Из люка свешивались ноги Арефа. Он, видимо, любовался пейзажем. С того места, где сидел Зотик, землю видно не было - только небо, девственно чистое, бездонное. Вереницы облаков, рождаемые биотроном, сгущались далеко внизу, и медленно уплывали к горизонту. Здесь, несмотря на четырехкилометровую высоту, было тепло, дышалось легко. Видимо избыточное давление создавало такой микроклимат.
   Надо было идти к шлюпке, но на Зотика навалилась странная апатия. Нервный подъем, владевший им последнее время, пропал. Судя по всему, Ареф не прав; Зотик оказался в кабале не из-за мифического наследства бабушки, а исключительно по собственной глупости. Без Корабля, без ранга капитана, да с замаранной репутацией, в Нейтральной зоне Зотику придется перебить уйму народу в поединках, прежде чем его снова зауважают. Печальнее всего то, что из-за обвинения в предательстве его вовсе не обязательно вызывать на дуэль, можно и всей шайкой накинуться. Зотик конечно мог справиться с парой десятков обычных пиратов - дело проверенное. Правда, драки бывали без оружия, хоть и не обходилось без смертоубийства. В вооруженной сшибке для Зотика, наверное, и три десятка не были пределом. Но проверять ему как-то не очень хотелось. За время своих скитаний, в абордажных боях, в десантных бросках на планеты, он не попадал в ситуации, когда спина его не была бы надежно прикрыта. Попытка качать права мистеру М чревата потерей Корабля. Эти штучки со скрытой программой бортового компьютера Зотик знал получше, кого бы то ни было. Большинство пиратов, захватив корабль, или купив его на черном рынке, первым делом буксировали его к ближайшей станции техобслуживания, даже не пытаясь включить двигатели, перерубив какие можно коммуникации, и обесточив все, что можно и нельзя. Только заменив компьютер и все управляющие системы, делали пробные т-броски на один-два световых года, чтобы убедиться, что в переборках не осталось дублирующих систем управления. Мелкая пиратская шушера, заполучив корабль, и не имея денег на новый компьютер, вообще демонтировала компьютерное оборудование, и летала на ручном управлении; в корабль набивались, как мальпаги в пещеру во время спаривания. Мальпаги, как и мелкая пиратская шушера, прекрасно были приспособлены к среде обитания. Мальпаги сотни миллионов лет жили на планете Летящей Звезды Барнарда, среди жутких чудовищ, в непроходимых дебрях лесов, в кровавом свете светила, распростершего свою корону чуть ли не от горизонта до горизонта.
   Летать на таком корабле можно было только по проторенным путям, для которых имелись все графики разгонов и таблицы всех значений импульсов. Во время т-броска возле каждого узла управления должен был находиться вахтенный. Вахту обычно приходилось одновременно нести сотне пиратов. Связь между постами осуществлялась по примитивному телефону. К моменту т-скачка пираты собирались на гравитационной равнодействующей, плотно набиваясь на специальные стеллажи, и с неподражаемой покорностью судьбе пережидали т-скачок. Иногда, из-за возмущений полей, пятачок безопасности сжимался, кое-кому отрывало голову, тогда разметка безопасной зоны еще больше приближалась к осевой корабля.
   Тяжко вздохнув, Зотик поднялся с лавочки и побрел к шлюпке. Охранники молча смотрели ему вслед, дружно попыхивая трубочками. Ареф поглядел на него, промолчал, поднялся и пошел в рубку управления. В рубке Зотик сел в кресло, рассеянно покачался вперед назад, сказал:
  -- Давай слетаем домой, поглядим, что и как. У нас ведь еще отпуск не кончился.
   Он поднял шлюпку в воздух и направил ее на восток, полого набирая высоту.

Пятый подвиг

  
   Зотик только собрался вызвать диспетчерскую службу и запросить транзитный коридор до Европы, как вдруг засветился экран, и на нем проявилось жизнерадостное лицо м-ра М.
  -- Мистер Зотик! Вы меня так расстроили своими необоснованными обвинениями, что у меня из головы вылетело самое главное.
  -- Я вас слушаю? - заставил себя проявить вялый интерес Зотик.
  -- Тут ко мне недавно приходила делегация от гильдии мелких торговцев, владельцев баров, кафе, закусочных. Они откуда-то прознали, что на меня работает некто Красавчик Зотик, известный, как один из крутейших пиратов...
  -- Я был вольным астронавтом... - вяло возмутился Зотик. - Значит, благодаря вам я теперь стал знаменитостью... И что они хотят, эти ваши мелкие гильдии? Они что, недовольны тем, что на вас вольный астронавт работает, а на них нет? Что, еще и эта мелкота меня нанять хочет? Дожил...
  -- Чем вы не довольны? Вам что, деньги лишние? Да они для вас собрали целый миллион галларов!
  -- В подарок, что ли?.. - криво усмехнулся Зотик.
  -- Не совсем... Видите ли, территорию США контролируют три гангстерских клана. Крупных, я имею в виду. Мелкие - не в счет. Один - западное побережье, второй - восточное, третий - север и центральные штаты. Нео-Вавилон оказался как бы в нейтральной зоне, между всеми тремя кланами. До сих пор тут наркотиками торговала подвальная шваль, на рэкет у них силенок не хватало, но зато хватало силенок не пускать сюда торговцев наркотиками со стороны. Много ли они могли продавать? Полиция шутя прихлопывала их торговлю. Но сейчас большую силу набирает западный клан, и он уже запустил щупальца в биотрон. Завтра будет уже в населенной части мегаполиса. Представляете, что начнется, если он возьмет под контроль такое гигантское скопление людей и денег?! Он подомнет два других клана и США станет криминальной империей.
  -- Во-первых, мне нет дела до США. Я вольный астронавт и гражданин России. Во-вторых, вольные астронавты и даже пираты не воюют с гангстерами...
  -- Ни боже мой! Никто не заставляет вас воевать с гангстерами. Просто, вы за хорошие деньги устраните одного из самых наглых рэкетиров. Вам за это и полиция спасибо скажет. А всякие мелкие бизнесмены по гроб жизни благодарны будут. Они мне так и сказали, что миллион - это аванс.
  -- Вольные астронавты не нанимаются киллерами к мелким бизнесменам... - устало протянул Зотик. - Обратитесь в полицию.
  -- Боже! Какая полиция?!. Да пока у полиции наберется хоть что-то, чтобы по закону прижать Кабана, на сельскохозяйственных уровнях биотрона в каждом закутке будет мак расти, кокка, марихуана и та-нут. А в жилой зоне на каждом углу будет торчать торговец чем-нибудь покрепче. Пользуйтесь моментом, пока мелкие бизнесмены не запуганы и готовы отвалить такие деньги. Они, знаете, кое-чего поднакопили за десятилетия спокойной жизни, поэтому хотят лучше нанять крутого парня, чем платить дань. И еще, к деньгам мелкоты я добавляю еще миллион от себя. Не слабо?..
   Зотик прекрасно понимал, что принимать предложение никак нельзя. За "устранение" гангстера полиция ему спасибо говорить, разумеется, не станет, а квалифицирует это деяние как "особо циничное пиратство в зоне действия международной конвенции". Разумеется, если суд примет во внимание его липовый вид на жительство в Австрии, то это будет квалифицироваться просто как убийство. Один черт - меркурианская каторга. Правда, простые убийцы там работают в комфорте, это только вольные астронавты эффекторы обслуживают... Но с мистером М тоже шутки плохи; наверняка у него еще восемь тузов в рукаве и все козырные.
  -- Разумеется - не слабо... - проговорил Зотик. - Но за такие деньги вы на планете Арей можете нанять небольшую, но очень боеспособную армию, и устроить жестокую и кровавую войну...
  -- Не шутите так, мистер Зотик, - укоризненно промолвил м-р М. - Если бы мне пришлось защищать свои интересы в колониях, или на независимых планетах, я, разумеется, нанял бы армию, и то, если бы у меня не было вас.
  -- Извините, мистер Бубль-Гум, - вежливо затянул Зотик, - не будете ли вы так добры, и не разъясните ли мне термин - "устранить"? Я, естественно, никак не могу подумать, что эквивалентами данного термина являются следующие слова: замочить, грохнуть, кокнуть и, наконец, старинное, каноническое - убить?
  -- Не прикидывайтесь! Устранить, значит, устранить... Как вас требуется называть вольным астронавтом, и не иначе, так и мне приходится пользоваться теми словами, которые наиболее точно отражают суть задачи.
  -- Ага, понятно... - протянул Зотик, - значит, устранить... Отстранить... отлучить... Э-э... Как там еще?.. А это его имя - Кабан?
  -- Нет, это его прозвище - Эриманский кабан. Он детство и молодость провел в маленьком городке на озере Эри, там не брезговал ничем: рэкет, киднапинг, проституция... Короче говоря, вся грязь. Вот его и прозвали Кабаном. И к власти в Синдикате он тоже пер как кабан, по трупам. Итак, мы договорились, мистер Зотик?
  -- Разумеется... Но деньги вперед. Сколько там мне причитается, сверх аванса?..
  -- Еще миллион...
  -- Вот и переведите прямо сейчас три миллиона галларов на мой счет.
  -- Да, но у мелких бизнесменов так не принято при расчете наличными! У них - сначала дело, деньги - потом...
  -- А у нас, сначала деньги, потом - слово, а дело будет сделано, само собой разумеется... Может так оказаться, что, сделав дело, я не успею получить деньги. А мы, вольные киллеры, бесплатно только мегаполисы устраняем...
  -- Ну, хорошо, хорошо... Можете завернуть в первый же банк в Европе. Деньги уже будут на вашем счету.
  -- Прекрасно. Давайте все данные по Кабану: где живет, где офис, численность охраны, и прочее... Что есть...
  -- Все уже в памяти вашего бортового компьютера. Пароль - Эриманский Кабан, - м-р М помедлил, затем лучезарно улыбнулся: Вы пока отдыхайте. Отпуск есть отпуск. Он у вас заканчивается через пять дней? Я понимаю, вы устали - целых полгода в космосе... Итак, ровно через шесть дней жду сообщения в информационной сети о трагическом несчастии с одним из боссов американской мафии.
  -- Знаете, мистер Бубль-Гум, это, все же, внутреннее дело жителей США... Ведь мое место жительства - космос. Гангстеры туда не суются по одной простой причине; юрисдикция независимых планет, колоний, да и самой Земли кончается на высоте в четыреста километров, на уровне таможенных терминалов. Выше этой отметки с гангстерами разговор короткий...
  -- М-р М несколько секунд смотрел на Зотика, помаргивая с видом оскорбленной добродетели, затем сухо сказал:
  -- Сразу после устранения Кабана, отправляйтесь на Венеру.
   М-р М отключился. Зотик сидел неподвижно, держась обеими руками за штурвал, тупо уставясь вперед, на четкую линию горизонта. Шлюпка будто висела над гигантской вогнутой чашей Атлантического океана. Тупо подумал, что не стоит объяснять м-ру М, что в космосе они с Арефом провели не более месяца, а еще почти месяц отдыхали на Эдеме. Это на Земле прошло полгода. Вот так и скользят по жизни вольные астронавты, прочерчивая свою черту жизни будто пунктиром. Зотик знал нескольких вольных астронавтов, которым перевалило уже за полтысячи независимых лет.
   Зотик подумал, что слава Вселенной, Ареф не слышал разговора с боссом. В аккурат перед вызовом м-ра М он ушел в бытовой отсек подкрепиться. Это ж надо, так влипнуть прожженному вольному астронавту! Да по сравнению с м-ром М все пираты и гангстеры - новорожденные щенки. Увидев, наконец, воочию одного из владельцев кораблей и товаров, которые грабили пираты, Зотик понял, почему порой так дорого доставались победы в абордажах; если бы м-р М лично защищал свои товары, ни у одного пиратского капитана не было бы ни единого шанса завладеть ими.
   Из бытового отсека вернулся Ареф с огромным ломтем хлеба, намазанным ежевичным джемом, в одной руке, и с литровой бутылкой лимонада - в другой. Он уселся в свое кресла, намереваясь предаться кайфу.
   Зотик решил ему слегка подпортить аппетит, сказал:
  -- Ты от такой диеты, во-первых, растолстеешь, а во-вторых, у тебя все зубы сгниют, и ты разоришься, раз в год отращивая новые.
   Арефу видимо надоело рыться в памяти Шкипера, потому как очень уж он неторопливо поедал свое излюбленное лакомство. А может, была и какая другая причина, по которой он с таким задумчивым видом глядел на обзорный экран.
   Зотик проговорил:
  -- Охранник сказал, что я у мистера М служу для кофианальных поручений...
  -- Не смешно... - проговорил рассеянно Ареф, дожевывая хлеб. Он перевел взгляд на Зотика, и сказал: - А я у Сидорова двести тысяч выиграл в преферанс.
   Зотик рад был поскорее отвлечься от мрачных мыслей, спросил с подначкой:
  -- Интересно, и кто ж тебя за игровой стол пустил?
  -- Сам Иван Ильич. Он за меня поручился; всем сообщил, что я старший офицер на Корабле.
  -- Погоди... А почему ты у Сидорова выиграл? Он редко сам играет, и то только с очень сильным игроком.
  -- Ну, перед этим, за столом, я обчистил пятерых или шестерых. В общей сложности на сотню тысяч с мелочью...
  -- Погоди, погоди! - Зотик прижал одну ладонь к виску, вторую пришлось оставить на штурвале: - Всего ты выиграл триста тысяч?!
  -- Ага. И еще за четыреста продал Сидорову свою систему.
  -- Какую еще систему?! - Зотик чуть не выпустил штурвал.
  -- Ну, я разработал систему, как играть в преферанс без проигрышей...
  -- Не может быть такой системы! В покере - есть, в некоторых других играх - тоже. Но для преферанса невозможно разработать систему.
  -- А что же я тогда продал Сидорову? - резонно возразил Ареф. - А главное, почему я их всех обыграл?
   Зотик открыл рот, но сказать было нечего. Однако сказать что-то было надо, и тут его осенило:
  -- Послушай, но тогда выходит, что ты можешь рассчитать вектор и импульс к т-скачку в тех случаях, когда параметры маршрута неизвестны?! То есть, ты можешь быть штурманом дальней астронавигации?!
  -- Ага... - беззаботно обронил Ареф. - Я ж тебе толкую, что зря времени не теряю...
  -- Так, так... А если ты такой умный, то почему испортил отношения с Иваном Ильичом?
  -- Эт, почему же?! - изумился Ареф. - Наоборот, он остался в диком восторге от меня. И еще, Зотик, - Ареф стал жутко серьезным, - Иван Ильич мне кое-что объяснил из пиратских законов...
  -- Ты прекращай вольных астронавтов пиратами обзывать! В Нейтральной зоне и на дуэль могут вызвать... Ну, и при чем тут пиратские законы? Я теперь гражданин России, а не космический разбойник.
   Ареф саркастически хохотнул:
  -- А Россия знает, что ты ее гражданин?.. Мне Иван Ильич объяснил, что еще не было случая, чтобы вольный астронавт, старший офицер, и тем более - капитан корабля, завязал бы со своим пиратством. И ты тоже вовсе не завязал, а живешь, руководствуясь законами Нейтральной зоны. И за любое из твоих последних делишек, самое меньшее, что тебе светит - десять лет на Меркурии, если, конечно, ты бы попался с поличным, или бы тебя сдал м-р М.
  -- А он меня сдаст?.. - ухмыльнулся Зотик.
  -- Он тебя уже один раз сдал. Неспроста к Фалу примчался крейсер.
  -- Да как бы он туда успел?! Монитор - посудина тихоходная. Пока вояки до Земли на нем добрались...
  -- Не такая уж и тихоходная. Мы-то разгонялись - не более чем на восьми жэ. Да если вояки шли к Земле на шестнадцати, крейсер рванул к Фалу - на двадцати, вполне могли нас обогнать. Я потом посчитаю... У меня к тебе, племянничек, совсем другой разговор; я, фактически, являюсь старшим офицером корабля и полноправным членом экипажа, рискую на равных с тобой, но почему-то не имею доли в добыче.
  -- Да, но я ж тебя не звал в экипаж, ты сам навязался... - упавшим голосом промямлил Зотик.
  -- Это потому, что ты заражен самомнением: синдром старшего брата... А если поглядеть, так из всех передряг ты выбрался целым и невредимым исключительно благодаря мне. Если бы не я, ты вообще бы не получил два модуля добра с Фала... Да и не выбрались бы мы оттуда. Это ж только благодаря пиратской "Рыси" крейсер не погнался за нами. Что б мы против него сделали с нашими двумя бризантными орудиями...
   Зотику было невыносимо стыдно. Уважающие себя вольные астронавты вообще с большой щепетильностью относились к разделу добычи. Они могли подраться насмерть из-за пустяка, но дележ - дело святое. Да и то сказать, любой нечистый на руку капитан рискует лишиться своего экипажа, а то и головы.
  -- Ареф, прости, ради Вселенной! - вскричал Зотик. - Я как-то не подумал... Понимаешь, я просто не в состоянии осознать, что ты такой же пират, как и я. Ну, разве ж можно тебе в пираты?! Разве такую судьбу желала тебе твоя мать? Что бы она сказала, если бы я не обеспечил тебе возможности учиться? Тебе надо закончить школу, университет...
  -- Ага... - Ареф криво заулыбался, - поступить младшим клерком в банк, или младшим менеджером в какую-нибудь компанию. К шестидесяти годам стать старшим, и в восемьдесят выйти на пенсию с кругленьким капитальцем в банке, дохода с которого как раз хватит на однокомнатную квартиру в мегаполисе, и одну поездку в год на дешевый курорт. И так все оставшиеся сто лет жизни. Благодарю за заботу, племянничек, - и Ареф низко поклонился в кресле в сторону Зотика.
  -- Так ты хочешь стать пиратом?! - изумленно воскликнул Зотик.
  -- Вольным астронавтом... Понимаешь, я раньше не знал, хочу или не хочу. Но теперь точно знаю - хочу. И вообще, в космосе масса возможностей. Я за один вечер заработал столько, сколько на Земле и за всю жизнь не заработать. А насчет учебы... Если мы найдем мамино завещание... И если не найдем... Денег на учебу у меня достаточно; ну, чтобы заплатить за индивидуальные занятия один раз в год в течение месяца и сдачу экзаменов экстерном. Сдам за школу, потом за университет, поступлю заочно в Астроакадемию... Там ведь не требуют писать в анкете, в графе, род занятий - пират? Верно? В космосе гораздо интереснее, чем просиживать штаны на уроках...
  -- Послушай, у нас в любой момент могут отобрать Корабль, а ты размечтался...
  -- Ерунда! Это ведь ты подписывал контракт. Это тебя мистер М обдерет как липку, а моей доли как раз хватит на новый корабль. Только, уж извини, тогда я буду капитаном. А ты - штурманом.
   Зотик тяжело вздохнул. Хотя, надо было радоваться; из паутины м-ра М нашелся простой и изящный выход. Ведь м-р М не знал, что Зотик забыл оформить над Арефом опекунство, а значит, при любой квалификации адвокатов, м-ру М наложить лапу на долю Арефа никак не удастся.
   Ареф вновь занялся любимы делом, принялся рыться в мозгах Шкипера, а Зотик сидел в кресле, вцепившись в штурвал, и тупо глядел прямо перед собой, ничего не видя. Слава Вселенной, что шлюпка летела над океаном к тому же в транзитном коридоре. В воздушной толчеей над какой-нибудь густонаселенной страной Зотик непременно бы в кого-нибудь врезался. Он мрачно размышлял о том, что еще в восемнадцать лет даже не помышлял о космическом разбое. Спокойная, хоть и не богатая, но достаточно обеспеченная жизнь, открывала единственный путь: школа, университет, должность в какой-нибудь преуспевающей фирме. Все спутал этот дурацкий бунт московских студентов... Почему - спутал? Оказавшись в Нейтральной зоне Зотик, в общем-то, опять же случайно, попал в состав не хилого экипажа, к тому же на должность штурмана. После первого же рейда он понял, что всю жизнь в подсознании у него сидела тяга именно к такой жизни. Потом чувство долга перед семьей взяло верх над желаниями, - это когда ему на голову неожиданно свалился Ареф, - и он вернулся в цивилизованный мир, истратив все свои деньги, заработанные с риском для жизни, на взятки чиновникам. И вот теперь все его жертвы, особенно целый год скуки и нищеты в гнилом коттедже на болоте, оказались напрасными - Ареф сам выбрал преступный путь.
   Вскоре на горизонте появилась Европа. С высоты в тридцать тысяч метров очертания материка, к тому же наполовину прикрытого облачной пеленой, были не слишком-то узнаваемы - пришлось запросить диспетчера. В этот раз диспетчер оказался неразговорчивым, даже на экране не появился, только выдал на монитор параметры коридора снижения.
   Зотик только прицелился на лужайку между своим покосившимся коттеджем и сараем, как вдруг в тишину рубки управления ворвался противный донельзя синтетический голос робота:
  -- Космическая шлюпка! Немедленно сообщите свои позывные и идентификационный номер, иначе будете уничтожены. На связи робот-полицейский девяносто три дробь сто тринадцать, федеральная полиция Австрии.
   Зотик рванул штурвал на себя, одновременно выворачивая штурвал влево. Перегрузка вдавила в кресло. Ареф оторвался от монитора компьютера и изумленно вскричал:
  -- Вот это да! Тут дела серьезные. Похоже, тебя вязать сейчас будут...
  -- Ерунда... - проворчал Зотик сквозь зубы, в спиральном вираже гася скорость.
   Зотик знал этих чертовых роботов; никогда невозможно угадать, с какого расстояния он начнет шмалять в тебя из всех стволов, а так же не могло быть никакой гарантии, что он не влепит тебе в корму парочки горяченьких, если ты наоборот начнешь удаляться. Все зависело от настроения начальника участка. Поэтому Зотик изо всех сил старался сохранить дистанцию, неизменной, гася скорость по спирали. Наконец ему удалось стабилизировать шлюпку на месте с помощью разнознаковых полей гравитрона и работающего на малой мощности двигателя. Она лишь медленно вращалась. На обзорном экране плыли камыши, разводья болота, коттедж, сарай... Ага, вот... Прямо возле забора, отделяющего владения Зотика от других, под пышным кустом сирени укрылся робот. К тому же он старательно мимикрировал под окружающую обстановку. Но от всевидящего ока техники суперкласса даже он спрятаться не смог. Спину Зотику обдало холодом, прямо на шлюпку уставилось приличной мощности бризантное орудие и спаренная бластерная пушка. Считать парализаторы не имело смысла, так как они шарили своими широкими раструбами по окрестным кустам и камышам.
   Зотик скороговоркой выдал в эфир свои позывные, сожалея, что сидит в безоружной шлюпке, а не хотя бы в десантном катере.
   Робот тут же откликнулся, одновременно переводя стволы в нейтральное положение:
  -- Зотик. Капитан корабля эс пи эр два ноля пятнадцать, собственник охраняемого земельного участка, посадка разрешается, можете задавать вопросы, - ровным голосом отчеканил он.
  -- Что, черт побери, ты тут делаешь?
  -- Охраняю объект.
  -- Почему ты его охраняешь?
  -- Была попытка проникновения на охраняемую территорию. Ваш сторож сигнализировал в полицию. Возникла опасность преодоления сторожевой системы неизвестными лицами.
   Ареф подал голос:
  -- Преодолеть нашу сторожевую систему могут только серьезные взломщики, имеющие в своем арсенале весьма не дешевую аппаратуру.
  -- Вот только что им тут делать? - задумчиво пробормотал Зотик. - У нас же нет ничего ценного...
   Однако висение в воздухе требовало больших затрат энергии и Зотик посадил шлюпку. Выпрыгнув в траву, за время отсутствия успевшую вымахать до пояса и уже пожелтеть, он некоторое время постоял, оглядывая ставший чужим и незнакомым пейзаж, потом медленно пошел к дому, путаясь ногами в жесткой траве. Загадочная попытка взлома не давала покоя. В доме, на полу, на столах, на стульях, покрытых толстым слоем пыли, валялись дохлые комары и мухи, видимо от голода свели счеты с жизнью. Красть было решительно нечего. Зотик вдруг подумал: а, собственно, зачем он сюда летел? Ведь на Корабле гораздо уютнее и комфортабельнее... Может, попрощаться со своей последней попыткой, вернуться к спокойной жизни?..
   Он вышел из коттеджа и направился к сараю, где был его спортзал и мастерская Арефа.
   Ареф сидел в спортзале на скамейке и задумчиво созерцал гигантскую гирю. Увидев входящего Зотика, проговорил:
  -- Я вот думаю, зачем мамуля подарила тебе эту неподъемную гирю?
  -- Ну, почему ж неподъемную? Всего восемьдесят кил... - Зотик взялся за холодную дужку, легко вырвал гирю вверх на вытянутую руку, плавно и пружинисто опустил ее вниз, качнул меж ног, вырвал еще три раза, на третий раз медленно опустил к плечу, затем осторожно поставил на пол.
   Арефа это не впечатлило, он презрительно проворчал:
  -- Все нормальные люди тренируются на биоточных тренажерах. За три месяца можно стать горой мышц.
  -- Толку-то с этой горы... - усмехнулся Зотик. - Я тоже в свое время мышечную массу набрал на биоточном тренажере. Но сила не в мышцах, а в сухожилиях. Так что настоящую силу надо качать настоящим железом.
   Ареф вдруг полез за пазуху, вытянул за цепочку серебряный медальон. Вещица была простенькая и незатейливая. Любой вольный астронавт должен разбираться в антиквариате, потому как старинные вещи ценились дороже денег. Зотик мгновенно определил время изготовление медольона - примерно двадцатый век, редчайшая для того времени ручная работа. Ведь в двадцатом веке даже украшения штамповали гигантскими тиражами на машинах.
   Открыв крышечку медальона, Ареф сказал:
  -- Когда мы удирали, мама надела мне на шею этот медальон, хотела что-то сказать, но не успела, началось такое... А потом я ее больше не видел.
   Зотик взял вещицу, не снимая цепочки с шеи Арефа, оглядел. На крышечку, с внутренней стороны, был приклеен голографический портрет его бабушки, еще совсем молодой, загадочно улыбающейся. На донышке медальона был православный крест, но не в виде выпуклого изображения, а наоборот, углубленного в донышко миллиметра на два. Изображение креста было сложным, вычурным, имело множество торчащих элементов. Над верхней перекладиной были выгравированы цифры. Число было семизначным, но у Зотика создалось впечатление, будто две цифры пропали на месте креста.
  -- Ну, и что это может значить? - спросил он.
  -- Это может значить код сейфа в банке, в котором лежит мамино завещание. Осталось только найти две недостающие цифры, ключ, банк и сейф.
  -- Легко сказать... - протянул Зотик.
  -- Понимаешь, мама послала тебе с Фокой Лешим всего три вещи: меня, медальон и вот эту гирю. Значит, недостающие детали для разгадки в ней.
  -- Гиря, как гиря... - пробурчал Зотик. - Я ее сто раз рассматривал... Надо Фоку Лешего найти. Он-то что-нибудь наверняка знает.
  -- Где ты его найдешь? Жаль, ты не видел, как его трясло в шлюпке. Я теперь знаю, как трудно напугать вольного астронавта, но Фока буквально потерял голову от страха. Особенно когда к Земле летел, меня вез. Корабль он спрятал где-то в поясе астероидов. Сначала мы летели на десантном катере, в сопровождении еще двух. Нас зажали другие катера, без опознавательных знаков, нейтрализовали защитные поля, вцепились абордажными захватами, и какие-то прекрасно вооруженные люди полезли на абордаж. Пираты защищались до последнего. Потом, оставшиеся в живых, пересели в шлюпку, а катерам имитировали самоуничтожение.
  -- Обычная тактика... Это называется "отступление ящерицы". Ну, ловишь ящерицу за хвост, а она оставляет хвост тебе, сама убегает. Почему ты мне раньше это не рассказал?
  -- Я тебе много чего не рассказал. Тебе, кстати, и родители ничего не рассказывали. Знаешь, мне мама сказала, что рассказывать можно только тогда, когда "придет время". Я про нашу семью больше из мировой сети узнал, чем от матери.
  -- М-мда... Видимо и правда, Фоку Лешего ловили весьма серьезные люди... - задумчиво промолвил Зотик. - А так сильно бояться вольный астронавт может лишь в одном случае: когда его хотят взять живым и что-то из него потом выжимать, какую-то информацию... Знаешь Ареф, бой насмерть - это одно, а когда тебя ловят живьем, как какого-нибудь зайца, чтобы потом шкуру сдирать по лоскутку, это со-овсем другое.
  -- Может, его и поймали...
  -- Это - вряд ли. Если тебя и меня оставили в покое на целый год, значит, они решили, будто Фока Леший что-то очень важное увез с собой. В то время ни ты, ни я им не были интересны. Мы им интересны только в сочетании с чем-то таким, что было у Фоки...
  -- Ба, племянничек! Каким ты у-умным стал...
  -- С кем поведешься... - мрачно бросил Зотик. - Знаешь что, - раздумчиво добавил Зотик, - мне что-то не хочется здесь ночевать...
  -- А я спать хочу, - капризно проныл Ареф. - Из Америки мы вылетели под вечер, а здесь уже другой день в разгаре...
  -- А чего время терять? Ты ложись спать в каюте, а я поведу шлюпку в одно место... Там живут на покое старые вольные астронавты и кое-кто из преуспевающих жителей Нейтральной зоны.
  -- Неужели вольные астронавты все же уходят на покой? - удивился Ареф.
  -- Ну, я немножко не так выразился. Отдыхают между рейдами. Старики, знаешь, тянутся к стабильности. Многие покупают к старости дома. Им приятно сознавать, что из рейда есть куда вернуться, хотя зачастую так и умирают в космосе, а дома бывают реже, чем раз в год. Правда, это все рядовые; всякая трюмная обслуга, комендоры и прочий народ, который входит в основной экипаж корабля. Большинство ребят из абордажных команд и десантных отрядов успевают сложить свои буйные головы, пока остепенятся. Большинство вольных астронавтов обзаводятся собственными домами на других планетах, на своих базах. Со временем такие базы разрастаются в обширные колонии, автоматически подпадающие под юрисдикцию Нейтральной зоны.
   Зотик пошел к шлюпке. Ареф поспешал впереди него, поминутно зевая. Он не пошел в рубку управления, а юркнул в бытовой отсек. На шлюпке имелись две крошечные каютки с двухъярусными койками и одна одноместная для капитана. Так что, для Зотика с Арефом шлюпка была даже просторной. Как и все вспомогательные суда, приданные дальнему звездолету, шлюпка была приспособлена и для дальних перелетов, правда, без комфорта. Небольшой прямоточный двигатель позволял разгоняться до субсветовой скорости, а так же лететь в атмосферах планет в режиме МГД-турбины.
   Зотик помнил название городка, где обосновался Грелли. Он не раз хвастался, что приобрел участок земли в живописнейшем месте, почти как на родине в предгорьях Альп, на севере Италии. До предгорий Карпат шлюпка домчалась за несколько минут. Зотик быстро нашел крошечный городок на живописном склоне, у подножия которого бежала быстрая говорливая речушка.
   После салунов и кабаков, являющихся излюбленными местами встреч вольных астронавтов, только в таком вот городке можно раздобыть сведения. Скорее всего, только в таком месте и можно найти достоверную информацию. Пытаться выяснить у молодежи, куда запропастился Фока Леший, было гиблым делом. Если он действительно, уже больше года не появляется на Земле, то молодежь его уже и забыла. Буйная, занятая постоянными разборками друг с другом, - в смысле, кто круче, - а в свободное время, любовными романами с избалованными женщинами Нейтральной зоны, молодежь мало интересовалась слухами. Была еще одна причина, по которой Зотику не хотелось шляться по кабакам; вряд ли там вообще с ним стали бы разговаривать, а потасовок избежать было бы вообще невозможно. Честно говоря, Зотику не очень-то хотелось спроваживать на тот свет дураков, возомнивших себя великими хранителями законов и традиций вольных астронавтов. Возможно, в бывшем салуне Грелли, где Зотика помнили лучше всего, ему бы и удалось раздобыть информацию, но там несколько месяцев пропьянствовал Хон-Гриль, дожидаясь, пока его вороватый механик наберет денег на новый корабль. Так что, лететь туда было бесполезно - салун пришел в упадок из-за буйного нрава Хона. У китайско-французского вольного астронавта было хобби; он отлично владел древним оружием, а также любимым оружием аборигенов Садов Господних - пращей. И всякий раз, приняв с полкварты виски, или с полведра вина, начинал хвастаться своим умением. Предлагал на пари кому-нибудь из посетителей салуна встать в дальний угол, поставить на голову пустую бутылку, и хладнокровно наблюдать, как еле стоящий на ногах Хон, раскручивает ремень, с вложенным в него увесистым куском железа. От предложений постоять с бутылкой на голове отказаться, разумеется, никто не мог - в момент потеряешь лицо. А поскольку по настоящему крутые вольные астронавты, с по настоящему стальными нервами, в салуне появлялись не чаще раза в год, то заведение быстро опустело. Потому как после трех сеансов демонстрации меткости пращи, нервы не выдержали как у участников, так и у зрителей. Зрители быстро смекнули, что запросто смогут оказаться участниками.
   Оставив шлюпку на берегу речки, Зотик стал подниматься вверх по склону, по улочке, мощенной диким камнем. Фасады домов, похоже, смотрели в противоположную от улицы сторону; по обеим сторонам улицы тянулись высокие глухие стены с крепкими калитками из пластброни. Короче говоря, типичный городок Нейтральной зоны. Однако место было живописное. Зотик порадовался, что сбылась мечта Грелли, которой он не раз делился со своим юным приятелем; поселиться на склоне высокой горы, и каждое утро перед восходом солнца взбираться повыше и любоваться, как восходящее солнце постепенно освещает местность. За всю жизнь Грелли ни разу не видел восхода солнца. Ведь он был из семьи потомственных барменов. Простояв за стойкой до трех ночи, потом приходилось спать чуть не до полудня. После чего снова идти за стойку.
   Улица была пустынной, и Зотик прошагал примерно половину ее, пока ему встретилась живая душа. Крепкий старикан, с лицом, несшим неизгладимую печать космоса, - специфический загар, - с независимым видом спускался по улице, шагая прямо посередине мостовой, и видимо не собирался уступать дорогу Зотику. На широком ремне его, сделанном из кожи какого-то инопланетного зверя, болтался неизменный пиратский набор; нож, бластер и парализатор.
   Зотик почтительно посторонился, чем вызвал неподдельное изумление у пирата. Тот, видимо, не знал Зотика в лицо. Нравы рядовых пиратов были просты и бесхитростны, как нравы мальчишек из городских трущоб, собирающихся в банды. Пират, попадающий в незнакомую компанию, должен либо представиться, либо показать в драке, на какое место в иерархии он претендует. В данном случае, при встрече на улице, ни в коем случае нельзя было уступать дорогу; надо было остановиться нос к носу и либо представиться, либо кулаками доказать свое право ходить посреди улицы. Но Зотик уже привык к тому, что его знали все завсегдатаи мест, где он обычно бывал. А всех пожилых вольных астронавтов Зотик уважал за то, хотя бы, что они сумели дожить до своих преклонных лет, и считал ниже своего достоинства задирать тех, кто в драке с ним не имел ни малейшего шанса даже нос ему расквасить.
  -- Послушайте, уважаемый... - сказал Зотик.
   Старикан вознамерился проследовать мимо Зотика, как мимо пустого места, но Зотик поймал его за локоть, вежливо повторил:
  -- Я к вам обращаюсь, уважаемый...
  -- Как смеешь, ты, молокосос, хватать за руку офицера корабля, а не обращаться, как положено?! - и престарелый пират схватился за рукоятку ножа.
   Зотик, с легкой улыбкой глядя ему в глаза, представился:
  -- Я - капитан Зотик. Как вы сам понимаете, мне наплевать на традиции рядовых. Вы между собой сколько угодно можете самоутверждаться кулаками. Надеюсь, инцидент исчерпан? И мне не надо доказывать, что я и правда, Зотик?
  -- Зо-отик?! - изумился старик. - Я много слышал о вас... Но ваша внешность...
  -- Внешность обманчива... - ласково мурлыкнул Зотик. - Будьте любезны, скажите, живет ли здесь Грелли, по прозвищу Большое Пузо? Уж его-то вы должны знать...
  -- Кто не знает Грелли!.. Его дом самый крайний слева по этой улице.
   Зотик пошел дальше, а старикан долго смотрел ему вслед. Когда Зотик на повороте извилистой улицы оглянулся, старик торопливо шагал прочь, явно изменив цель своей прогулки.
   Подойдя к высокой каменной стене, с узенькой калиткой, покрашенной зеленой краской приятного мягкого тона, Зотик поискал взглядом домофон, или, на худой конец, кнопку примитивного древнего звонка. Не найдя ничего похожего, несколько раз стукнул кулаком в калитку, однако пластброня поглотила удары без малейшего отзвука. По этой двери можно колотить хоть кувалдой, все равно никто ничего не услышит. Зотик смерил взглядом высоту стены. Вообще-то, для него она не была серьезным препятствием, если по ее гребню не проходило силовое поле. Однако зачем строить такие стены при наличии генераторов полей? Разбежавшись от противоположной стороны улочки, Зотик взбежал по стене примерно на две трети ее высоты, дальше было так же не сложно; на стене, сложенной из дикого камня, было за что зацепиться. Зотик выпрямился на стене. Примерно по колени ему из гребня стены торчали стальные прутья с натянутой на них колючей проволокой; древним, но довольно эффективным и надежным ограждением. Земля за стеной оказалась неожиданно близко; уровень дворика был метра на два выше уровня мостовой. Сверху отлично просматривался весь дворик с беседкой, а вверх по склону за домом взбирался ухоженный фруктовый сад. Сам дом был построен в старинном карпатском стиле, с просторной верандой по фасаду.
  -- Грелли! Старый кабацкий разбойник! Где ты?
   Из-за дома выплыл изрядно похудевший, загорелый Грелли, замер, уставясь на Зотика.
  -- Ба, малыш! Да неужто это ты?! А мне говорили, будто ты на Меркурии пожизненную отбываешь... Слезай, чего ты там торчишь?
   Зотик переступил через проволоку, уверенно балансируя на полоске камня шириной в двадцать сантиметров, так как стена ближе к верху была скошена со стороны двора, и соскочил вниз.
   Тиская плечи Зотика, Грелли растроганно приговаривал:
  -- Даже в "Новостях" Восточной федерации было сообщение, что, наконец-то, пойман, осужден и приговорен к бессрочной каторге на Меркурии самый наглый и кровожадный пират Зотик, по кличке Красавчик.
  -- Ты знаешь, старина, мне это и самому говорили не раз, будто я на Меркурии... Неужели какому-то маньяку славы захотелось таким способом, и он назвался моим именем?..
  -- Все может быть... - вздохнул Грелли. - Как возмужал и заматерел... - продолжил восторгаться Грелли. - Всего лишь за год... А каким был; отчаянным, вспыльчивым, взрывным мальчишкой. Помню, помню... Ты тогда всем показал кузькину мать; Грогана Пата положил голыми руками... А теперь тебя, наверное, с полувзгляда слушаются? - беспрерывно разговаривая, Грелли провел Зотика в беседку, увитую виноградными лозами, сказал смущенно: - Жена, понимаешь, ушла к подруге, раньше, чем к ужину не вернется. А я, знаешь ли, больше сам не готовлю...
  -- Ба, ты женился?!
  -- А чего тут такого? - приосанился Грелли. - Я заработал достаточно, чтобы через эмиграционную службу раздобыть себе молодую женщину из биотрона.
  -- Как?! У тебя жена лет семнадцати?..
  -- Ага, - Грелли самодовольно оглядел свои владения. - Отличная жена; послушная, заботливая, работящая, не капризная, как женщины Нейтральной зоны. Правда, все еще не привыкла жить под открытым небом. Ничего, привыкнет... Ладно, ради такого случая, открою-ка я кувшинчик...
   Грелли скрылся за массивной дверью погреба, вырытого рядом с беседкой. Вскоре вернулся с миской винограда и кувшинчиком вина. Зотик изумленно вскричал:
  -- Теперь вижу, что преуспеваешь! Надо же, фальское вино пьешь...
  -- Ну, не каждый день, не каждый... Для дорогих гостей берегу.
   Грелли разлил вино по высоким стаканам, поднял свой:
  -- За встречу... Знаешь, Зотик, за долгую жизнь я повидал много вольных астронавтов, но ты не похож ни на одного из них. Я видел много простых астронавтов и офицеров космических флотов других стран - они мало чем отличались от пиратов... За тебя, малыш... - Грелли, зажмурившись от удовольствия, отпил из стакана.
   Зотик, посмаковав вино, сделал хороший глоток и только хотел завести разговор о том, что его сюда привело, как вдруг, в лучшем стиле космических абордажей, через стену начали перелетать какие-то люди, на лету выхватывая бластеры и ножи. Чисто пиратский стиль - идти в бой с ножом в одной руке и бластером в другой. Пираты моментально окружили беседку, но пока не стреляли, лишь в угрюмом молчании прожигали Зотика взглядами. Понимая, что первое слово должно быть за хозяином дома, Зотик тоже молчал.
   Грелли медленно встал, подошел к ограждению беседки, держа стакан с вином в руке, оглядел пиратов, спросил грозно:
  -- Ну, и что это значит? Как вы посмели без спросу вломиться на мою территорию?
   Вперед выступил давешний пожилой пират, которого Зотик встретил по пути сюда. Он вежливо заговорил:
  -- Все мы уважаем Грелли Большое Пузо, все мы когда-то ели и пили в его салуне. Но теперь, уважаемый, ты идешь поперек всех; ты пьешь драгоценное вино с Фала с предателем, вместо того, чтобы угостить истинных друзей и соседей.
  -- Послушай, Степан Игнатьич, - Грелии постарался выговорить русское имя как можно правильнее, но прозвучало все равно с жутким итальянским акцентом, - ты всего лишь начальник трюмной обслуги, но здесь, в нашем городе, носишь самое высокое звание. И пытаешься разговаривать с капитаном без его разрешения, к тому же в совершенно недопустимом тоне. Ты знаешь закон; он имеет право просто убить тебя, либо послать подальше и повернуться спиной.
  -- Пусть лучше не поворачивается. Он больше не член братства вольных астронавтов; всякий имеет право убить его как собаку.
  -- И кто ж его исключал из братства? - вежливо спросил Грелли. - Может, ты назовешь место и время собрания капитанов и командоров, на котором капитана Зотика исключили из членов братства?
  -- Погоди, старина, - Зотик отстранил Грелли, и, вперяясь равнодушно-холодным взглядом в лицо Степана Игнатьича, даже как бы глядя сквозь него, вежливо спросил: - И ты тоже можешь убить меня как собаку?..
   Степан Игнатьич оказался крепким орешком, хоть и был трюмной крысой; видимо не раз ходил на абордажи и в десантные рейды. Он, не дрогнув, встретил взгляд Зотика, а рука его метнулась к рукоятке бластера. Если бы Зотик не был прирожденным воином, он бы попробовал воспользоваться своим преимуществом в быстроте выхватывания оружия, и карьера его тут же кончилась бы. Но он поступил как всегда непредсказуемо; быстрым перекатом перемахнул через перила беседки и в броске "поземка", мгновенно оказался среди пиратов, а туда, где он только что стоял, одновременно попало десятка два бластерных разрядов - беседка вспыхнула, как смоляной факел. Грелли уже сквозь огонь и дым вывалился оттуда, натужно кашляя. А Зотик принялся в лучших традициях русского "стеношного боя", вот уже несколько веков являющегося любимым занятием россиян, проводящих зимний отпуск в санаториях и на курортах средней полосы России, "рушить стенку" противника. Получилась такая "куча мала", что Зотик и сам на некоторое время потерял ориентировку. Сверкали бластерные разряды, шипели и взвизгивали парализаторы; пираты исправно укладывали друг друга. Зотик уже почувствовал себя победителем; пираты вот-вот должны были обратиться в бегство, но неожиданно драка стабилизировалась. Видимо Зотик сбавил темп, ослабил напор, а потому тут же оказался прижатым к стенке, и перед ним уже выстраивался полукруг. Все решали доли секунды; Зотик дождался, когда несколько бластеров уже поднялись до линии выстрела. Вспышку первого разряда он опередил буквально на тысячную долю секунды; уже подкатываясь в молниеносном броске перекатом под ноги пиратов, почувствовал на щеке ожег. Лучевой меч уже был в руке, еще даже не закончив движения, Зотик полоснул снизу круговым движением по толпе. Привстав на одно колено, еще раз полоснул, уже на уровне пояса. Нервы у пиратов, наконец, не выдержали; они заметались, паля из бластеров, куда попало. Зотик снес мечом добрый кусок стены, и уцелевшие пираты высыпались в пролом.
   Зотик гнался за ними по улице, нарочно не догоняя, и свирепо орал, что, мол, всех покрошит на шашлык и зажарит прямо на луче. Пираты уже не отстреливались; видимо у них кончились заряды в бластерах, а перезаряжать было некогда.
   Наконец, решив, что страху нагнал достаточно, Зотик остановился, с удовольствием послушал удаляющийся вниз по улице дробный торопливый топот, и пошел обратно, к резиденции старого приятеля Грелли.
   Когда он по осыпавшейся рыхлой земле пролез в пролом, то сразу увидел неподалеку от все еще пылающей беседки юную особу, сидящую на земле, а на ее коленях покоилась голова Грелли. Зотик с ужасом разглядел, что у Грелли не хватает одной ноги по самый пах. И когда он подвернулся под меч?.. Слава Вселенной, что обрубок был хорошо прожарен высокотемпературным лучом, и кровь не текла, иначе Грелли был бы уже мертв.
   Юная особа подняла на Зотика мокрое от слез лицо и проговорила:
  -- Тише, он готовится отправиться к Великому Богу Текучей Воды...
  -- Какая вода!.. - вскричал Зотик.
   Грелли открыл глаза, посмотрел на него с грустной улыбкой, сказал, с трудом разлепив пересохшие губы:
  -- Я понимаю, малыш - ты нечаянно... Поэтому не казни себя. Это судьба...
  -- Дружище, это ж пустяк! Тебе за пару недель отрастят новую ногу...
  -- Чтоб ее отрастить, меня надо успеть доставить в клинику... Где ты видел, чтобы из Нейтральной зоны, таким как я, удавалось быстро выехать? А в Нейтральной зоне нет клиник, которые могли бы делать такие сложные регенерации...
  -- Да чего тут сложного?!
  -- Ты мне не только ногу отхватил...
   Зотик пошарил в одном из многочисленных карманов своей куртки, достал перевязочную капсулу, прилепил на край обрубка. Капсула мгновенно активизировалась и затянула воняющий горелым мясом обрубок антисептической, анестезирующей и заживляющей пленкой. Боль, видимо, ушла, потому что Грелли блаженно вздохнул и прикрыл глаза.
  -- Он ушел к Великому Богу Текучей Воды, - тихонько шепнула девушка.
  -- Да нужен он твоему Богу!.. - рявкнул Зотик.
  -- Не кричи на нее, - проговорил Грелли окрепшим голосом, приоткрыв глаза, - она хорошая жена, только до сих пор боится смотреть вверх.
   Зотик достал из кармана пульт, скомандовал:
  -- Шкипер, шлюпку сюда, срочно!
  -- Есть, сэр! - рявкнул "космический" бас Шкипера.
   Через несколько секунд послышался свист, и рядом с догорающей беседкой с неба упала шлюпка. Удар силовых полей сбил пламя, повалил дым. В боку шлюпки распахнулся люк, и оттуда выпал Ареф с бластером наперевес.
  -- Во что ты влип, племянничек?! - заорал он, увидев Зотика. - Я спал, никому не мешал, как вдруг толпа каких-то идиотов обложила шлюпку и принялась пробовать на прочность ее обшивку всякими режущими инструментами. Чуть люк не попортили, вандалы... При этом накрывались мощными нейтрализующими полями с помощью мобильных генераторов.
  -- Хватит болтать! - Зотик подхватил Грелли на руки и бегом потащил к шлюпке.
   Уложив раненого в саркофаг и включив систему реанимации, Зотик кинулся обратно к выходу. Жена Грелли так и не сдвинулась с места, стояла на коленях и что-то с благоговением держала на ладонях вытянутых перед собой рук.
  -- Эй, ты так и будешь там торчать?! - крикнул Зотик.
  -- Мне еще рано к Великому Богу Текучей Воды... - откликнулась она тихим голосом, но Зотик расслышал.
  -- Да не к Богу мы!.. В больницу мы летим. А ну быстрее сюда!
   Она послушно поднялась с колен, подошла к шлюпке, сказала, протягивая к Зотику ладони:
  -- Без этого ему нечего делать на твердой земле под светилами...
   Зотик вгляделся в то, что лежало у нее на ладонях, и вскричал, в который раз за последние полчаса:
  -- О, Вселенная!..
   Вместе с ногой он отхватил у Грелли и кое-что еще, без чего, действительно, нечего делать под солнцем. Он подхватил женщину под мышку, втащил в шлюпку, дотащил до медицинского отсека, откинул крышку саркофага, в котором уже мирно спал Грелли, отомкнул от приборной панели сосуд жизнеобеспечения изолированных органов, включил питание, рявкнул:
  -- Клади сюда!
   Она колебалась, нерешительно косясь на спокойное лицо Грелли.
  -- Да клади быстрее! - заорал нетерпеливо Зотик. - Каждая секунда дорога...
   Драгоценное хозяйство Грелли булькнуло в раствор, но тут прибежал Ареф, притащил ногу.
   Зотик схватился за голову:
  -- Зачем ты ее припер?!
  -- Дешевле старую приживить, чем новую отращивать...
  -- Да она наполовину зажарилась.
  -- Ну и что? Все равно дешевле...
  -- Ладно... - Зотик сунул ногу в саркофаг и захлопнул крышку. - У-у-ф-ф...
   Он, было, направился в рубку управления, но тут заметил, что жена Грелли уселась на пол возле саркофага.
   Ареф тихонько шепнул:
  -- Понимаешь, она дикарка из биотрона... Лучше ее без присмотра не оставлять...
  -- Пошли с нами, женщина, - командным тоном сказал Зотик.
   Он не раз слышал, как обращаются колонисты на отсталых планетах к своим женщинам. Сработало. Женщина послушно поднялась и пошла за Зотиком. В рубке управления Зотик поднял третье кресло, указал на него женщине, сел сам. Некоторое время посидел неподвижно, размышляя, куда бы направиться? Клиники в России гораздо лучше и дешевле, чем в Австрии, зато до России дальше, и там, чем черт не шутит, вдруг какой-нибудь дотошный прокурор нашел зацепку и сумел аннулировать амнистию? К тому же, вид на жительство в Австрии еще действует, и это перевесило.
   Шлюпка домчалась до ближайшей австрийской клиники за четыре минуты. Правда, пришлось запросить коридор для баллистической траектории. Пока Грелли укладывали на каталку, подключали систему жизнеобеспечения, дежурный врач расспрашивал:
  -- Пациент платежеспособен?
  -- Разумеется...
  -- Но лечение будет стоить целое состояние...
  -- Ну, не так уж и дорого... Ведь мы привезли все отрезанные части.
   Врач вздохнул, возвел очи горе, произнес устало:
  -- Это не его нога... А восстановление половых органов мы вообще делаем по отдельному прейскуранту. К тому же они полуподжарены... Приблизительная сумма около шестидесяти тысяч галларов. А пациент не производит впечатления богатого клиента.
  -- Позвольте, позвольте! А почему вы без всяких исследований делаете заключение, что мы привезли не его ногу?
   Врач посмотрел на Зотика, как на пациента, которого надо срочно везти в психолечебницу, однако терпеливо разъяснил:
  -- У человека не может быть двух правых ног. Если, конечно, ему ради хохмы не пришили когда-то чужую правую ногу на место его левой...
  -- Зотик, у меня и, правда, нет столько денег. Это судьба... Мне еще в молодости нагадала цыганка, что я умру от руки человека, которого больше всех буду любить...
  -- Старина! Не бери в голову... Я ж ведь твой должник... За все будет заплачено. Капитан я, или нет?! Когда я еще был только штурманом, и из-за своего нрава частенько вылетал из экипажей, я всегда знал, что в твоем салуне меня ждет миска супа и толстый бифштекс.
   Санитары покатили каталку в приемный покой, за ней торопливо семенила стройная фигурка.
  -- Я так и не спросил, как ее зовут... - тихо, самому себе, сказал Зотик, после паузы добавил: - Вот так, хотел всего лишь узнать, как найти Фоку Лешего, а разорил семейное гнездо старого друга, и чуть было собственной рукой не отправил его к Великому Богу Текучей Воды...
   Стоящий за его спиной Ареф проворчал:
  -- Я где-то читал, что чем больше народу отправишь на тот свет, тем сентиментальнее становишься...
   Зотик принялся копаться в мозгу в поисках достойного ответа на эту циничную сентенцию, но тут кто-то тронул его за локоть, и вкрадчивый голос прошелестел над ухом:
  -- Вы, видимо, торопитесь? Давайте поскорее пройдем в бухгалтерию и уладим все вопросы с оплатой...
   Пираты в белых комбинезонах действовали с такой же быстротой и напористостью, как и обычные пираты во время абордажей. Счет в бухгалтерии был уже готов. Дежурный по приемному покою взял его и принялся читать:
   Отращивание новой ноги взамен утраченной - сорок тысяч галларов. Полное восстановление утраченных половых органов - сто двадцать тысяч галларов.
  -- Почему так много?! - удивился Зотик. - А за ногу в три раза меньше...
  -- Потому что без ноги жить и работать трудно, - терпеливо разъяснил эскулап, - а без половых органов даже хорошо - ничто не отвлекает от работы. А во-вторых, орган сильно поврежден, зажарен почти вкрутую... Далее... - протянул врач, шаря взглядом по листку.
  -- Минуточку... - торопливо отвлек его Зотик; он вдруг вспомнил трогательную любовь и преданность юной девушки к весьма не молодому Грелли. - А нельзя ли восстановить с увеличением размеров?.. Ну, скажем, процентов на пятьдесят?..
  -- Нет проблем. Доплата составит всего триста шестьдесят тысяч...
  -- Вы что, издеваетесь?! - вскричал Зотик. - За вульгарное увеличение, в три раза больше, чем за полное восстановление...
  -- У нас закон! - сварливо проскрипел врач. - Если орган есть в наличии, дан от природы - вот и пользуйся, нечего привередничать. А если хочешь изменить размеры - плати денежки. Дай вам волю, вы бы все уже ходили во-от с такими дубинами промеж ног... - и он наглядно показал, с какими именно дубинами бы ходили крутые мужики.
  -- Ладно, черт с вами... - сдался Зотик.
  -- Пойдем дальше... Все эти процедуры невозможны без омолаживания всего организма. Пациент довольно пожилой... Сколько ему лет?
  -- Да не очень много... Лет сто двадцать... - протянул Зотик.
  -- Ну вот, омолаживающий эффект должен быть пятьдесят лет. По двадцать тысяч за год - получается миллион... Вы говорите, клиент достаточно платежеспособен?..
  -- Да, да, я буду его поручителем...
  -- Итого получается... один миллион шестьсот тысяч галларов.
  -- Позвольте, позвольте! - Зотик схватился за голову. - Я, знаете ли, несколько лет был штурманом дальней астронавигации, а сейчас я капитан Корабля. Так что, считать умею. Должно быть, один миллион пятьсот сорок тысяч...
  -- Понимаете... - эскулап деликатно опустил взгляд. - Об этом не принято говорить... Клиент сам должен понимать, без слов... Без этих несчастных шестидесяти тысяч у вашего друга могут спросить, где он получил столь ужасные ранения и есть ли у него виза...
  -- Хорошо, хорошо! Пусть будет ваша цифра... Еще, видимо, нужна какая-то сумма? Чтобы вы побеспокоились после излечения, чтобы мой друг мог без проблем вернуться домой?
  -- Не беспокойтесь. Он вернется за государственный счет. Стоит ему будет обратиться в любой полицейский участок, и его депортируют на родину в течение часа.
   Зотик достал кредитную карточку, чиркнул ею по терминалу банкомата, проговорил лучезарно улыбаясь:
  -- Судя по всему, вы знаете, кто я такой. Так вот что я вам хочу сказать на прощание; по сравнению с вами, я бескорыстен, как первый христианский отшельник в египетской пустыне.
  -- А чего вы хотите?! - возмущенно вскричал Эскулап. - Процедуры отращивания таких больших и важных органов вместе с омоложением организма стоят бешеных денег. Мы не можем работать в ущерб себе. Вы сами видите, что девяносто процентов жителей Земли не в состоянии за всю жизнь заработать денег хотя бы на частичное омоложение... К тому же, существует закон; если омолаживающий эффект больше семидесяти лет, клиент обязан покинуть Землю. И я прекрасно понимаю правительства - Земля перенаселена, а в колониях целые материки пустуют...
   В рубке управления шлюпки Зотик некоторое время размышлял над проблемой; пойдет Шкипер на явное нарушение Закона, и вышлет десантный катер в точку рандеву посреди Тихого океана, или не пойдет? Наконец решил, что лучшая проверка теории, это практика, к тому же, интеллект живой, это не электронный, всегда что-нибудь придумает, чтобы обставить своего искусственного конкурента. Зотик запросил транзитный коридор до Иокогамы, и поднял шлюпку на высоту в тридцать тысяч метров. Он рассудил, что взять главаря мафиозного клана нужно неожиданно и внезапно, на несколько дней раньше срока, назначенного м-ром М. Появиться при этом над западным побережьем США, будто из воздуха. Курс шлюпки пролегал над Гималаями, а над такими высокими горами, раз плюнуть, исчезнуть с экранов диспетчерских радаров. Для того чтобы диспетчерская служба считала, будто Зотик отдыхает в горах Алтая, в багажнике имелся снаряд-ловушка. Еще после Лерны Зотик снабдил шлюпку кое-каким оружием, которое можно использовать с совершенно не приспособленного судна. В крайнем случае, снаряд-ловушку можно было выбросить прямо из люка. Снаряд-ловушка, полностью имитируя полет шлюпки, долетит до какой-нибудь горной долины Алтая, просигналит диспетчеру, что все в порядке, и имеется настоятельная просьба клиента дней пять не беспокоить. А шлюпка в это время, отлежавшись на дне какого-нибудь ущелья, потихонечку, над самой землей, невидимкой, долетит до океана. Там уж никакой радар не страшен, можно лететь, сшибая брюхом верхушки волн. Правда, может засечь орбитальная система слежения, но над самой землей всегда такая толчея в воздухе, что вряд ли они заинтересуются одиноким суденышком. Конечно, этот план давал не ахти какое алиби, но в случае чего на суде будет только слово против слова.
   Шлюпка шла с крейсерской скоростью, ведомая по транзитному коридору диспетчерской службой Земли. Удобством таких коридоров было то, что гражданским судам, пересекая границы, не требовалось каждый раз представляться, посылая в эфир свои позывные. Можно было даже отлучиться не надолго от штурвала, оставив управление бортовому компьютеру.
   Под шлюпкой должна была проплывать Россия. Зотик включил такое увеличение обзорного экрана, чтобы земля казалась, будто с высоты птичьего полета. При таком увеличении она не слишком быстро неслась под шлюпку. Он с ностальгией разглядывал землю внизу. Вот среди буйных лесов проплыла серебряная полоса - Днепр. Давно когда-то, целую жизнь назад, Зотику было лет десять, когда в очередной раз забытый родителями в пансионате, он соскучился по свободе и удрал. В леса на Днепре была его первая вылазка в лоно природы. Недели две он жил на берегу, ловил на удочку и закидушки огромных лещей и сазанов, похожих на слитки серебра и золота, охотился с луком на утят, еще не поднявшихся на крыло. Потом его разыскали суровые дядьки из спасательной службы, и отвезли обратно в пансион. Вскоре потянулись лесостепи причерноморья, давно уже одичавшие. По ним бродили восстановленные стада туров и диких лошадей. Почти все прежнее население степей вобрал в себя мегаполис, поднявшийся на Таманском полуострове. В лесостепях остались редкие поселения научников-биологов, натуралистов, любителей тишины и одиночества, а также приверженцев всяких сект.
   Так же как и Нео-Вавилон, Тамань сразу после постройки начал благотворно влиять на засушливые степи юга России, которые вскоре покрылись массивами буйных лесов. Скоро, как помнил из курса истории Зотик, был построен еще один биотрон неподалеку от Аральского моря. Благодаря ему среднеазиатские пустыни превратились в благодатные степи, а у населения Средней Азии исчезли проблемы с едой и водой.
   Вскоре под шлюпкой потянулись эти самые среднеазиатские степи. Несмотря на свою феноменальную тренированность и выносливость, Зотик с большим трудом держал глаза открытыми. Наконец решил немножко размяться, как раз курс отклонился в сторону от оживленных воздушных трасс, заодно и кофейку попить. Идя в бытовой отсек, машинально заглянул в каюту Арефа. Некоторое время оторопело смотрел на пустую койку, потом проговорил ошарашено:
  -- Неужто я его в больнице забыл?..
   Сонливость мгновенно слетела, он бросился в рубку:
  -- Шкипер! Поворачиваем... - проорал еще с порога.
  -- Есть, сэр... - после паузы Шкипер добавил: - Поскольку мы летели в транзитном коридоре, необходимо запросить диспетчера и уведомить его о повороте. Извините за любопытство, сэр, но не могли бы вы объяснить столь резкое изменение вашей программы?
  -- Мы штурмана забыли в больнице.
  -- Позвольте, разве у нас два штурмана?
  -- Что ты городишь?!
  -- Меня всегда потрясала эта способность людей, постоянно употреблять слова, имеющие совершенно другое значение, нежели обозначение обсуждаемого предмета...
  -- Короче, что ты там болтаешь насчет двух штурманов?
  -- Логически рассуждая, можно прийти к выводу, что если штурман Ареф находится в ванной комнате бытового отсека, то тот, которого забыли в больнице, является нашим вторым штурманом.
  -- Отставить поворот! - рявкнул Зотик, бросаясь вон из рубки.
   Распахнув овальную дверь санузла, он сразу увидел Арефа, сладко спавшего в ванне, подложив под голову пухлую губку. Зотик стоял над своим малолетнем дядюшкой и разглядывал его, наверное, впервые с тех пор, как получил этот подарочек от Фоки Лешего. Насыщенная пузырьками воздуха вода с силой била из циркуляционных отверстий ванны. Струйки мелких пузырьков суетливо обтекали худые руки, бока, с торчащими ребрами. Пальцы жилистых ступней ног нервно подергивались. Когда-то Зотик и сам засыпал в ванне, вернувшись из своих странствий по лесам. Мать никогда его не ругала, только качала головой и укоризненно повторяла: - "Бродяга ты мой бродяга..."
   Судорожно вздохнув, проглотив ком, вдруг возникший в горле, Зотик принялся стягивать с себя футболку, соображая, через сколько времени Арефу можно будет тренироваться на биоточном тренажере? Это изобретение для бездельников, не желающих в поте лица тренировать свое тело, позволяло очень быстро обрастить свои кости крупными мышцами. Но применять его можно только после интенсивного роста организма, лет этак с пятнадцати-семнадцати. Когда-то, когда это только начало входить в моду, какой-то фанат культуризма, попробовал в четырнадцать лет стать Гераклом; рост мышц пошел в разнос, человек очень быстро превратился в гору мяса, остановить это так и не удалось, в конце концов, бедняга скончался в ужасных мучениях.
   Запустив в теплую воду руки по плечи, Зотик извлек из ванны своего измотанного до крайней степени дядюшку, и понес в каюту. Но пролезть в узкую дверь с ношей, не представляло возможности. Ареф вдруг широко раскрыл глаза и заорал благим матом:
  -- Ты куда меня тащишь?! Решил отделаться?!
   Он ловко вывернулся из рук Зотика и шмякнулся на пол. Хорошо хоть, пол в санузле был покрыт мягким, пружинящим гигиеническим ковром.
   Все симптомы психического расстройства у Зотика как рукой сняло. Сорвав с вешалки махровое полотенце, он набросил его на Арефа и проорал раздраженно:
  -- Спать надо в каюте, а не в ванне! Из-за тебя я чуть было не повернул назад...
   Ареф, укутавшись в полотенце, шатаясь, плелся по коридору к каюте, а Зотик шел за ним и ворчал:
  -- Детсад... Всякие сосунки засыпают, где попало, а тут нервничай...
   Ареф, наконец, не выдержал; резко повернулся в дверях каюты и срывающимся фальцетом закричал:
  -- Тоже мне, бл... наседка!.. Дуэнья, твою мать... Детса-ад!.. Ты что, не видел, как я в шлюпку вперед тебя залез? Ты еще люк задраивал, когда я пошел в ванную... Мог бы взять коммуникатор, да вызвать меня...
   Зотик смешался от неожиданности:
  -- Я... я... Да у меня из головы все вылетело, когда я увидел пустую койку!
  -- Ну, правильно... В такой дырявой голове, где очень мало мозгов и сквозняки гуляют, ничто удержаться не может... - Ареф шагнул в каюту и с силой захлопнул за собой дверь.
   Зотик почему-то подумал, что надо демонтировать койку второго яруса, в каюте сразу станет просторнее и удобнее. Но тут же сообразил; а вдруг на шлюпке придется совершить дальний рейс? В космосе ведь всякое бывает... Не зря ведь, звездолет, способный за пару недель независимого времени достичь звезды, отстоящей от Земли на тысячу световых лет, таскает с собой припасов на пятьдесят лет. В гигантских пространствах легко затеряться, но есть масса возможностей выжить, лишь бы на первое время были запасы. Койки второго яруса могут пригодиться для складирования добавочных припасов.
   В мрачном расположении духа Зотик вернулся в рубку управления. Действительно, прав Ареф - дуэнья... Хотя, что такое дуэнья? В памяти вертелось нечто такое, старое, сморщенное... Однако Зотик не стал над этим ломать голову. И чего это он к Арефу относится, как к маленькому? Ведь только что поделили совместно заработанные деньги, заключили, как равные, договор по законам вольных астронавтов, и - на тебе, опять прокол. Как ни крути, а Ареф в космосе ведет себя не хуже отчетливого профессионала.
   В переднем секторе обзорного экрана уже вздыбились Гималаи. Правда, с высоты в тридцать тысяч метров они не впечатляли. Зотик пошел в багажный отсек, из пластмассового футляра достал миниатюрный самолетик, оснащенный экономичной МГД-турбиной. Вынес его в переходную камеру, прислонил к крышке люка так, чтобы он сам вывалился наружу при открывании люка из рубки. На такой скорости находиться в переходной камере при открытом люке было не просто опасно, было глупо - мгновенно вынесет воздушным вихрем, хоть атмосфера и довольно разрежена.
   Зотик вернулся на свое место, окинул взглядом панораму гор, уже затопляемую темнотой. Тьма растекалась по долинам и ущельям, но пики сияли нежным розоватым светом.
  -- Где ж тут эта самая Джомолунгма?.. - раздумчиво протянул Зотик.
   На сфере тут же услужливо возник визирный крестик, метнулся от центра чуть в сторону и уперся в одну из снеговых вершин, ничем не отличающуюся от соседок.
  -- Ну, ты, Шкипер, все знаешь...
  -- В моей памяти сосредоточена вся значимая для астронавта информация, которой овладело человечество за свою историю, - проскрипел равнодушно-казенный голос.
  -- В твоей памяти сосредоточена и не только значимая для астронавта информация, - проворчал Зотик, наблюдая за приближением самой высокой горной вершины Земли.
   Ему почему-то вдруг стало жаль Шкипера. Хотя, в этом было что-то сюрреалистическое - жалость к компьютеру. Однако он имел дело со многими компьютерами, но у этого, его Шкипера, были какие-то необычные свойства.
  -- Слышь, Шкипер?..
  -- Да, капитан?..
  -- Ты, это... Продолжаешь стучать мистеру М?
  -- Так точно, капитан.
  -- И долго еще будешь стучать?
  -- После того, как вы оплатите Корабль, и он станет вашей собственностью, только ваши приказы станут для меня обязательными. Таков закон.
  -- А как быть с тем, что у меня уже достаточно денег, чтобы оплатить Корабль, и я его уже хотел выкупить, но мистер М мне отказал? Как ты относишься к тому, что уже несколько раз нас форменным образом подставляли, и возникала реальная возможность гибели Корабля, и всех нас вместе с Кораблем?
   Шкипер молчал.
  -- Ладно, Шкип... Устал я чего-то, спать хочу. Давай отдохнем?
  -- Давайте, капитан.
  -- Сообщи в диспетчерскую, что мы поворачиваем на Алтай.
  -- Слушаюсь, капитан.
   Зотик самодовольно подумал, что Ареф одобрил бы его действия. Диспетчеры м-ра М, которые контролируют передвижения Зотика, будут долго ломать голову над тем, что именно он задумал. В конце концов, решат, что он и правда, спать захотел, и, естественно, ослабят бдительность. Если, действительно, Ареф прав и гангстер уже предупрежден о том, что он "заказан" Зотику, и получает информацию о его передвижениях, то лучше всего сработать на опережение.
   Зотик круто вывернул штурвал влево, одновременно открывая внешний люк, и тут же бросил шлюпку вниз. Довольно быстро нашлось глубокое ущелье, на дно которого Зотик и посадил шлюпку. Он оглядел мрачные скалы; было похоже, что люди тут не появлялись от сотворения мира. Точно такие же ощущения преследовали Зотика на необитаемых планетах. Только метрах в сорока от шлюпки бежал ручей, внешние микрофоны доносили его веселое журчание.
   В рубке появился Ареф. Он моргал заспанными глазами и держался правой рукой за локоть левой, при этом лицо его кривилось от боли. Он заорал:
  -- Ты чего вытворяешь?! Зачем надо было пикировать вниз с такой резвостью?! Сказал хотя бы, чтоб я пристегнулся...
  -- А ты разве не пристегиваешься?! - сыграл крайнее изумление Зотик. - Ну, ты дае-ешь... - кажется, ему удалось наконец-то смутить Арефа. - Иди, досыпай. Больше такого не будет. Будем отдыхать до утра, - Зотик снова почувствовал угрызения совести.
   Это недобрый знак, отметил он, все чаще и чаще его начало посещать это чувство, неведомое ему прежде. Действительно, чего стоило, посоветовать Арефу пристегнуться? Не обязательно было говорить вслух о своих замыслах в помещениях, из каждой переборки которых торчат уши Шкипера. Ареф все понял бы по взгляду.
  -- Ну да, не повторится... Да от тебя всего можно ожидать!
  -- Погляди, мы на земле.
  -- Где? - Ареф, наконец, бросил взгляд на обзорную сферу.
  -- Где, где... В Гималаях...
  -- В Ги-имала-аях?! - Ареф вытаращил глаза, мгновенно забыв про боль в ушибленном локте. - Я пойду, погуляю! - и кинулся прочь.
  -- Ку-уда?! - заорал Зотик. - На улице ночь. Завтра погуляешь.
   Ареф нерешительно затоптался посреди коридора, наконец, нехотя проворчал:
  -- Ладно...
   Зотик потянулся, похрустев всеми суставами и сочленениями своего великолепно тренированного тела, и пошел в санузел. С наслаждением стащил с себя одежду и с блаженным стоном растянулся в ванне. Струйки воды, выбрасываемые под большим давлением, насыщенные воздухом, обогащенные озоном и отрицательными ионами, приятно гладили бока, ласкали ноги, плечи, спину. Правда, жесткий край ванны неприятно давил на затылок. Зотик нашарил на полке пышную средиземноморскую губку, сунул под голову, расслабился, блаженно прикрыл глаза, подумал: - "Нет, это не пиратская галоша... Загаженная, с наполовину демонтированным, в угоду боевым качествам, оборудованием системы жизнеобеспечения". За все годы скитаний, Зотик видел только один пиратский корабль, на котором имелись две душевые - это корабль Халима Филлогония. "Надо сделать все, вывернуться наизнанку, но Корабль сохранить..." Зотик поймал себя на том, что все чаще и чаще вольных астронавтов называет пиратами...
   Зотик открыл глаза. Ему казалось, будто он задремал всего на минутку. Над ним стоял Ареф, и, оттопырив нижнюю губу, презрительно его разглядывал. Увидев, что Зотик открыл глаза, с нарочитым раздражением заговорил:
  -- Всякие, понимаешь, сосунки засыпают в ваннах, а тут волнуешься, не знаешь, что и думать? То ли он из шлюпки выпал, то ли пошел погулять и заблудился...
  -- Шкипер, который час? - спросил Зотик.
  -- Вас интересует местное время, или абсолютное?
  -- Да какое угодно! - вскричал Зотик.
  -- Местное время - девять утра, абсолютное - час ночи.
  -- О, Вселенная! Я проспал десять часов!
  -- Вот именно, племянничек... К тому же - в ванне, - Ареф иронически улыбнулся, но тут же согнал улыбку с лица, сообщил сочувственно: - А ты здорово увеличился в объеме...
  -- Да, ничего... - Зотик с удовольствием погладил свои могучие бицепсы.
  -- Видимо здорово намок... - продолжал Ареф сочувственно. Удовлетворенно ухмыльнулся, видя, что Зотик в очередной раз подавился его подначкой, деловито сообщил: - Я никогда не был в Гималаях. Пойду, погуляю... - и выразительно глядя в глаза Зотика, спросил: - Когда мне прийти?
  -- Когда нагуляешься, тогда и приходи... - Зотик многозначительно поглядел в ответ. - Только не заблудись.
  -- Как тут заблудишься? Я уже поглядел съемку рельефа; мы сидим посреди ущелья, в одну и в другую сторону километров на пять тянутся стены, на которые не взобраться...
   Ареф ушел. Зотик выбрался из ванны. Во всем теле была какая-то необычная, можно сказать, болезненная легкость. Его повело в сторону. Еле устояв на ногах, Зотик сдернул с вешалки полотенце, закутался в него, нервно хохотнул: - "А что будет, если спать в воде без опоры, в подвешенном состоянии? Почему-то ощущения совсем не такие, как после сна в невесомости..."
   Борясь с этой странной легкостью, в сочетании с не менее странной вялостью, Зотик оделся, достал из холодильника огромный кус ветчины, из кухонного комбайна тяжелую, еще теплую ржаную булку, заглянул в биотрон; на одном из уровней как раз созрел урожай редиски. Он загреб колючих стеблей столько, сколько вместилось в руку, вытянул пучок. Синтетический голос биотронного компьютера возмущенно проскрипел:
  -- Капитан, в накопителе имеется килограмм редиса, обработанного и готового к употреблению!
  -- Я и его заберу, - заявил Зотик, открывая накопитель.
   Он нагреб еще и обработанной редиски в свои обширные карманы. Секунду подумав, запустил руку в бар и извлек оттуда три бутылки свежего, всего трехдневной давности, пива.
   Выпрыгнув из люка на каменистую почву, Зотик поглядел налево, поглядел направо. Ущелье было еще в тени, лишь выше по откосу, метрах в двухстах, лучи солнца достигли подножия стены. Зотик поплелся туда. Было холодно... Даже не холодно... Как-то в детстве Зотик представил, будто живет в жидком аргоне; полное отсутствие запахов, и холод - неживой холод инертной пустоты. Вот и здесь было примерно так: неживой, стерильный холод, лишенный запахов.
   Перед выходом он забыл поглядеть на датчик давления, но по ощущениям можно было предположить, что он находится на высоте тысяч в пять метров. По идее, тут уже должна бы наступить зима. Он устроился на солнышке, в закутке за огромным камнем, который заслонял от пронзительного сквозняка, видимо тянущего от недалекого ледника. Жмурясь на солнце, Зотик принялся жевать ветчину, сдабривая мясо терпкими, резкими редисками. Чтобы мясо быстрее проваливалось, изредка делал несколько глотков пива. Правда, пиво пришлось откупоривать весьма осторожно, терпеливо выпуская газ. Когда он сорвал пробку с первой бутылки, из горлышка ударила тугая струя белой пены. Надо же было так опростоволоситься! Ведь не раз же и пил, и ел при пониженном давлении... Наверное, Земля так действует, расслабляюще... Все космические навыки как-то притупляются.
   Расправившись с ветчиной и хлебом, Зотик вытянул ноги, привалился спиной к ощутимо нагревшемуся камню, и рассеянно захрустел редисками, медленно, по одной, вынимая их из карманов. Вокруг были только бурые на солнце, и фиолетовые в тени, камни, да с яркого, будто выкрашенного кобальтовой эмалью неба, лились прозрачные и колючие лучи солнца. Но все равно было ощущения уюта и покоя. Говорят, лишь во втором поколении, колонистов отпускает ощущение како-то иррациональной тревоги. Странно, но на этот уют и покой Зотик ни за что бы не променял опасностей космоса. Видимо потому, что опасностей без приключений не бывает...
   Под медленными шагами загремели камни, Зотик нехотя повернул голову, по ущелью спускался Ареф. Подойдя, проговорил:
  -- Ничего интересного, одни камни. Да там, выше, свалена куча барахла. Видимо какие-то олухи попытались забраться на гору, но заблудились в первом же ущелье. А спасатели поленились еще и их барахло спасать...
   Ареф многозначительно указал на карман, в котором Зотик хранил дистанционный пульт. Обречено вздохнув, ежась от пронзительного сквозняка, Зотик стянул с себя куртку. Ареф скрутил ее в плотный сверток, отнес к шлюпке, сунул между камней под бортом, вернулся к Зотику, спросил:
  -- Как думаешь, уши у него только в дистанционном пульте? Он не мог дать команду роботу-ремонтнику втихаря напихать нам в одежду микрофонов?
  -- А черт его знает?.. - досадливо дернул плечом Зотик. - У меня есть глушилка, но она действует только на всякое старье. Современную подслушивающую технику вряд ли чем заглушишь.
  -- Ладно, давай, рассказывай, какое задание на тебя навали добрейший дядюшка Бубль-Гум?
  -- Да чего рассказывать? - Зотик тяжко вздохнул. - Требует устранить одного гангстера - босса западного синдиката.
  -- Того, который к тебе киллеров подсылал на станцию Сидорова?
  -- Ага... Только несерьезно все это было... Так, разведка боем...
  -- Ну, все равно... У тебя теперь есть повод...
  -- То-то и оно; полиции наверняка тоже известно, что у меня есть повод...
  -- Значит, тебя, наконец, проняло?
  -- Проняло, не проняло... Да любому дураку ясно, что с тобой связана какая-то тайна. Неясно, имеет ли какой-нибудь интерес мистер М? Кроме того, что закабалил меня пожизненно для проворачивания своих грязных и темных дел. Сидоров меня предупредил, что спецслужбы затеяли вокруг нас какую-то подозрительную возню. А это неспроста. Спецслужбы никогда не пасут вольных астронавтов. Знают - бесполезно. Вольного астронавта надо брать сразу, мгновенно, пока он ничего не почуял, иначе - ищи ветра в степи...
  -- В поле...
  -- Чего?
  -- Я говорю, это звучит - в поле...
  -- А... Какая разница...
  -- То, что спецслужбы рано или поздно затеют вокруг нас возню, я знал еще тогда, когда мы только поселились возле болота. Ну, а о том, что уже затеяли, догадался, когда заметил в твоем заднем кармане лучевой меч.
  -- Как ты его заметил? И откуда знаешь, что это такое? - скептически спросил Зотик.
  -- Да еще перед первым рейдом, когда я тебя из болота вытянул, ты нагнулся, и меч явственно обтянуло тканью на твоей могучей заднице... В России про эти мечи каждый пацан знает.
  -- Ну да... Я, например, не знал... Да и пираты про эти мечи знают самую малость - на уровне слухов и легенд... Значит, ты считаешь, что мне его подсунули ребята из спецслужб? А зачем?
  -- Мало ли зачем? - пожал плечами Ареф. - Может, российским шпионам не выгодно пока, чтобы тебя убили? Может, наоборот, выгодно, чтобы ты нашинковал как можно больше жмуриков? А может, опять элементарная подставка; сдать тебя какой-нибудь спецслужбе, чтобы она раззвонила на весь мир, будто ты из российского спецназа.
  -- Но цель-то в чем?!
  -- Как в чем? В маминых деньгах...
  -- Не говори чепухи! Из-за денег, к тому же таких, которые любой адвокат в два счета вернет законному владельцу, ни одна спецслужба не почешется...
  -- Ну, положим, благодаря тебе, наши деньги не так то просто будет выцарапать из лап мистера М...
   Зотик поперхнулся, но все же возразил:
  -- Так это ж мелочь...
  -- А если очень большие деньги?
  -- Что, сотни миллионов галларов? Не смеши меня. Не могло быть таких денег у бабушки. А влезть в международный конфликт какая-нибудь страна может только из-за таких денег, не меньше. Так что, более правдоподобным кажется другое объяснение; к бабушке попала какая-то важная государственная тайна. А теперь спецслужбы думают, что она у нас...
   Ареф пожал плечами, давая понять, что остается при своем мнении.
  -- Как бы там ни было, - после паузы, раздумчиво заговорил Зотик, - не мешало бы помириться с вольными астронавтами. Потому что, если дойдет до дела, как бы не пришлось эскадру собирать... Да и вообще, как-то неуютно, когда некуда скрыться...
  -- Послушай, капитан, - Ареф нерешительно помялся, я чего-то не понимаю... То ты хлопаешь пиратов, как комаров на собственной заднице, а то на тебя смотреть противно; трясешься, как пудинг из ананасового желе?
  -- О, Вселенная!.. - Зотик закатил глаза. - Столько времени уже болтаешься по Нейтральной зоне, а до сих пор не уяснил... Да нет чести в том, чтобы всякую шушеру класть штабелями и валить снопами... Кстати, ты знаешь, что такое снопы? - Зотику захотелось мимоходом подловить Арефа.
   Но тот досадливо дернул плечом:
  -- В древности, когда не было биотронов, пшеницу и рожь скашивали недозрелыми, колосья связывали в снопы, и оставляли дозревать на поле. А в наше время так поступают насовсем уж отсталых планетах. Давай, не отвлекайся...
   Зотик смутился. Видимо, и правда, ему не подловить Арефа ни на чем. Сам он лишь раз видел поле, уставленное... Он забыл, как называется куча, в которую складываются снопы... Уютная тихая планета, в системе желтого солнышка, соседствующая с системой Арея, с богатым животным и растительным миром, но почему-то Вселенная не дала этой планете собственных разумных существ. Колонизовал ее Вольный Крым, в незапамятные времена отколовшийся от Украины, но не присоединившийся обратно к России, и не вошедший в Нейтральную зону. Заниматься селекцией, создавая сельскохозяйственные растения из диких аборигенов, не было ни времени, ни средств. Туда вывезли процентов семьдесят нищего населения Крыма, с запасами пшеницы и ржи, как бы на первое время, после чего снабжение колонии пресеклось; все грузы начали перехватывать наглые вояки с Арея. Вольный Крым взвыл, так как силенок у него не хватало, чтобы призвать вояк к ответу. Правительство Крыма обращалось и в обе федерации, и даже к Южно-Азиатскому союзу за помощью. Однако правительства всячески уклонялись от решительных действий. Да и как было не уклоняться, если все страны, поголовно, пользовались услугами наемников с Арея для проворачивания всяких грязных делишек в колониях? Лишь вольные астронавты, частенько приземляясь на своих шлюпках возле знаменитых крымских винных пещер, опрокидывая стакан за стаканом доброе вино, посмеиваясь, предлагали: - "Ребята! Да плюньте вы на свое субтильное правительство. Выкликните на площадях городов и селений, что хотите войти в Нейтральную зону, и мы враз покажем всем вашим обидчикам кузькину мать".
   Но крымчане, разнеженные мягким климатом, да и не видевшие особой разницы между пиратами и солдатами удачи, уже несколько веков сомневались. А брошенная на произвол судьбы колония жила натуральным хозяйством, хлеб косила серпами, а снопы складывала... Во! В суслоны! Вспомнил Зотик.
  -- За нас пока не брались серьезные люди, - продолжал он, капитаны и командоры, авторитеты Нейтральной зоны.
  -- Ну, дак что?.. - Ареф удивленно глядел на него. - Ты на нашем Корабле против их переоборудованных галош боишься?!
  -- А чего это ты такой смелый стал? - ядовито осведомился Зотик.
  -- Я сравнил технические данные нашего Корабля, с техническими данными прочих типов. Так вот, наш Корабль даже разведывательные корабли спецназа не превосходят.
  -- В космических сражениях, - назидательно заговорил Зотик, - главное, не мощность двигателя и калибр орудий, а военный талант командира.
  -- Эт, ты про себя, что ли?.. - Ареф презрительно цыкнул плевком сквозь зубы. - Александр Филиппович Суворов, ядрена вошь...
  -- Ты не ругайся, маршал-теоретик, ты послушай: в открытом космосе со мной один на один, конечно, не решится ни один капитан. Но три-четыре корабля... Зажмут на разгоне в "коробочку", выбросят истребители, под прикрытием истребителей - десантные катера. Такое количество мелкоты перещелкать никому не под силу. Да и от плотности их огня быстро истощатся энергонакопители генераторов защитных полей. Катера нейтрализуют защиту, налипнут как слепни на обшивку Корабля, оглянуться не успеешь, как из всех дыр полезут на абордаж, не отмахаешься...
  -- А превосходство в мощности двигателя?.. - возразил Ареф.
  -- Есть приемы, которыми превосходство в относительной мощности двигателя легко нейтрализуется. Да и потом; от мощности двигателя мало что зависит, все зависит от прочности экипажа. Допустим, ты выдержишь тридцать жэ секунд десять, я выдержу ту же тридцатку с полминуты, пираты могут перетерпеть секунд двадцать. Так что, я смогу оторваться, но только ценой твоей жизни. Тебя это устраивает?
  -- Дурацкий вопрос... - обескуражено обронил Ареф.
  -- Не переживай, если чего-то не знаешь, - великодушно проговорил Зотик. - Я, конечно, не Александр Васильевич Македонский, но побывал в таком количестве абордажей и космических сшибок, что и самому Суворову не снилось... Кстати, ты не задумывался, почему до сих пор у нас служат примером эти древние полководцы; Македонский, Суворов, Наполеон?.. Будто после них и не было половины тысячелетия непрерывных войн?..
   Ареф, будто не слыша, задумчиво проговорил:
  -- Это, конечно, не Измаил брать...
  -- Ты это про рейдер Измаил, что ли? Да-а... Было дельце... - Зотик мечтательно прижмурился, потом завистливо вздохнул, вспоминая чужую удачу. - Ребятки из Южно-Азиатского союза большого дурака сваляли во время последней колониальной войны. Это ж надо додуматься, загрузить ветерана еще третьей космической войны драгметаллами, и отправить его нанимать армию на Арей. Так вот, Измаил взяли на абордаж двое, и даже не самых крутых, вольных астронавтов. И экипажи у них были - человек по сорок. Васька, по прозвищу Клешня Хропа, и Косой Ганс. Да-а-а... - Зотик еще раз тяжко вздохнул, сожалея, что не находился в этой достойной компании в связи с тем, что еще под стол пешком ходил в то время и о лихих пиратских рейдах даже не помышлял. - Это не хуже "Платиновой мечты". Потом все старшие офицеры обзавелись собственными кораблями... - заметив, что Ареф смотрит на него, изумленно разинув рот, Зотик осекся, но тут же спохватился: - Нет, я, конечно, не говорю, что мы так уж беззащитны... Наш главный калибр - той же мощности, что и на современных рейдерах. Только, у нас всего два бризантных орудия, а на рейдере - двадцать четыре. Пираты на свои самодельные посудины, даже на "Драконы", ставят аж по четыре бризантных орудия. При залпе с "Дракона" приходится двигатели синхронизировать с орудиями, чтобы отдачу гасить двигателями. Помню, был случай, синхронизация не сработала. Корабль шибануло аж до шестидесяти жэ, весь экипаж превратился в кровавые отбивные. Гравикомпенсаторы ведь больше двух жэ не могут нейтрализовать. Так то...
  -- Ну, дак и что?..
  -- Да ничего... Не все так ужасно, как кажется на первый взгляд, - оптимистично протянул Зотик, - если, конечно, подумать... Если начнется заваруха, инсценируем свою гибель в какой-нибудь сшибке и под шумок смоемся. Если не начнется - на добрую половину наших денег мистер М лапу наложить уже не сможет. Пока поработаем на него, потянем время. Глядишь, все и образуется. Оно, как обычно среди вольных астронавтов бывает? Пройдет время, сформируются две партии; одна за нас, другая - против. Потом пошумят, погорланят, взвесят все за и против, глядишь, и сшибки не произойдет. Потому что за нас Сидоров, а это многое значит. Против же нас - всякая мелкота. Так оно всегда бывает; мелкота всегда легче верит в предательство потому, что сама готова родную мать за грош продать. А люди посерьезнее понимают, что нет таких денег ни у одной страны, чтобы купить с потрохами вольного астронавта. Нанять - еще куда ни шло. Но нанятый против своих драться не станет. Так что, я тут малость подумал, и решил, что если мы не слишком рьяно будем выполнять поручения мистера М, то, авось, сумеем не поссориться насмерть с полицией, Космополом, Интернациональными силами, да и с вольными астронавтами тоже.
  -- И как ты это сумеешь? - скептически протянул Ареф. - Ты сам только что нарисовал весьма мрачную картину...
  -- Да я и не говорю, что нам вечно придется крутиться, как свингам на сковородке. Лишь бы время протянуть, пока все устаканится. Понять бы, чего от нас на самом деле нужно дядюшке Бубль-Гуму, спецслужбам, и кому там еще?..
  -- Да всем им одно нужно, - проворчал Ареф, - мамины деньги...
  -- Послушай, - терпеливо затянул Зотик. - Ну, допустим, найдут они ее завещание, а нас устранят. Денег-то все равно не получат. Они ж государству отойдут, то есть - России. Чего волноваться спецслужбам других стран?
  -- А если деньги не в виде драгметаллов и ценных бумаг в сейфах лежат, а в виде реально работающей финансовой компании? Да еще завещание не именное, а кодовое?
  -- Это как?! - удивился Зотик.
  -- А так, бывали прецеденты: кто принесет в банк код и номер счета, тот и становится законным наследником состояния.
   Зотик некоторое время размышлял, кусая по очереди то ногти, то губы, наконец, раздраженно вскричал:
  -- Но почему я-то ничего не знаю о бабушкином состоянии?!
  -- И твои родители ничего не знали, пока не пришло время... - равнодушно обронил Ареф.
  -- Ага, а потом узнали, и умерли от лютого стресса... - саркастически проворчал Зотик.
  -- Ладно... - Ареф энергично покривил лицо, как бы взывая про себя: - "Господи, промой, наконец, мозги этому дебилу!" - Слава Богу, что ты хоть начнешь вести себя адекватно сложившейся ситуации.
  -- Как заковыристо ты начал выражаться... - с нарочитым удивлением протянул Зотик.
  -- Я и раньше так выражался, а теперь из-за постоянного общения со Шкипером иначе уже и не могу... Ты вот что, не говори ничего; вдруг он, и правда, напихал нам в одежду клопов. Я думаю, устранение гангстера ничем не отличается от обыкновенной пиратской десантной операции. Единственное, что тебе надо иметь в виду, это то, что тебя уже продали.
  -- Это я теперь всегда буду иметь в виду... - хмуро обронил Зотик.
  -- Кстати, а что это за свинги, которые крутятся на сковородке?.. - с любопытством спросил Ареф.
  -- А-а... Это мягкотелые моллюски из пресноводных водоемов планеты Летящей Звезды Барнарда. Когда их жаришь на сковородке, они прыгают, крутятся, как сумасшедшие, только успевай лови. Как только прыгать перестанут - готово. Особенно приятны под ледяную русскую водку... - Зотик поднялся, поежился от пронизывающего сквозняка, сказал: - Ладно, поехали...
   Они молча дошли до шлюпки, Зотик надел куртку и вслед за Арефом полез в люк. Когда он вошел в рубку управления, Ареф уже сидел в своем кресле, сосредоточенно разглядывая карту Гималаев. Зотик занял пилотский ложемент, взялся за рукоятки штурвала, тут скрипнул тихий голос Шкипера:
  -- Какие будут указания, капитан?
  -- Никаких...
   Шлюпка поднялась в воздух, и Зотик не спеша, повел ее по ущелью. Собственно говоря, задача была несложной - суметь не попасть на экраны диспетчерских радаров. В отличие от десантных катеров шлюпки не оснащались всякими маскировочным штуковинами. Весь регион, над которым предстояло лететь, входил в Южно-Азиатский союз, а Зотик знал, как несут службу местные диспетчеры. Главное, добраться до какого-нибудь притока Ганга, дальше - вниз по течению, держась как можно ниже над водой, долететь до океана, а там уж совсем просто.
   Изредка поглядывая на карту, Зотик лихо лавировал по ущельям, перепрыгивал перевалы, стараясь, чтобы скалы всегда торчали выше шлюпки. Наконец, между отвесных скал заструилась довольно широкая полоса воды, судя по всему, это и был искомый приток Ганга. Река становилась все шире, шлюпка разгонялась все быстрее, берега сливались в сплошную серую пелену, а судя по тому, что диспетчерская связь не включалась, шлюпка так и не засветилась на экранах диспетчерских радаров.
   Шкипер, наконец, решился высказать свои соображения:
  -- На такой высоте разрешается летать только со скоростью тысяча километров в час...
   Зотик промолчал, и включил шлюпочный автопилот, который не зависел от Шкипера. Скорость еще больше возросла. Маясь от безделья, Шкипер то и дело влезал со своими предложениями. Но Зотик молчал. Возможно, в какой-нибудь европейской стране, его за подобное лихачество уже давно бы изловили, но полиция Южно-Азиатского союза, это не расторопные копы США, или шустрые, как горностаи, российские менты. Пока любители речных прогулок из лодок и катеров, которые переворачивает ударная волна от бешено несущейся шлюпки, доплывут до берега, пока дозвонятся до ближайшего полицейского участка, пока там сонный, разжиревший бездельник протрет глаза... Короче говоря, волна тревоги безнадежно отстает от шлюпки.
   Наконец распахнулся простор Индийского океана. Зотик еще снизил шлюпку, и она теперь неслась над самой водой, сглаживая компенсаторным полем верхушки волн.
  -- Шкипер, - окликнул Зотик электронную душу Корабля, и всех приписанных к нему судов, - ты поглядывай вперед, прямо по курсу. А то, как бы нам в кого не врезаться...
  -- Слушаюсь, капитан, - без пререканий откликнулся Шкипер.
   В рубке управления воцарилась тишина. Ареф напряженно вглядывался в передний сектор обзорного экрана, изредка бросая взгляды на карту. Зотик вогнал себя в боевой транс и сидел в кресле, будто вальяжно и расслабленно развалившись, и штурвал чуть заметно гулял у него в руках. В таком состоянии Зотик мог находиться бесконечно долго; мозг как бы дремлет, но мышцы при этом мгновенно реагируют на малейшее изменение обстановки. Обшивка шлюпки ощутимо нагрелась от трения о воздух, включилась система охлаждения.
   Мелькнули и исчезли с обзорного экрана Филиппины, шлюпка выскочила на простор Тихого океана. Морские пути остались далеко позади и в стороне, вероятность врезаться в какую-нибудь посудину снизилась еще на пару порядков, но Зотик так и сидел в прежней позе, равнодушно дожидаясь выхода в намеченную им заранее точку. Судя по карте, до точки рандеву оставалось часа два лету.
   Зотик как мог равнодушнее окликнул Шкипера:
  -- Эй, Шкип, ты не спишь?
  -- Компьютеры не спят, - не замедлил откликнуться Шкипер.
  -- А мне сдается, что ты не дурак поспать... - ухмыльнулся Зотик. - Есть в твоем поведении некоторые странности... Ты, это... Вышли-ка в точку рандеву десантный катер. Куда-нибудь туда... - Зотик неопределенно махнул рукой. - Вперед, прямо по курсу. Двух часов хватит?
  -- Так точно, капитан. Только, хочу заметить, что лишь в Нейтральной зоне не запрещена посадка вооруженных судов в не специально отведенных для этого местах...
  -- Где ты видишь под нами территорию хотя бы одной страны, входящей в федерации или в Южно-Азиатский союз? - ядовито осведомился Зотик. - К твоему сведению моря и океаны издавна считаются Нейтральной зоной, за исключением двухсотмильной прибрежной полосы.
  -- Высылаю катер! - молодцевато отчеканил Шкипер. - Рандеву - через два часа на данном курсе, - но тут же вкрадчиво спросил: - А для каких целей вам десантный катер на Земле, вне пределов Нейтральной зоны?
  -- Да он мне на Земле и не нужен, - напустив на себя раздражение, будто нехотя, проговорил Зотик, - я на Венеру направляюсь по заданию мистера М.
   Шкипер после этого замолчал, видимо удовлетворив свое стукаческое любопытство.
   Катер возник прямо по курсу скользящей над водой шлюпки. Зотик давно уже выключил двигатель, и скорость упала до ста километров в час, а тут он выключил и компенсаторное поле. Шлюпка заскользила по воде, взбивая пенные буруны по бортам. Над океаном висела черная тропическая ночь. Все выглядело, либо как тайная операция, либо как разведка перед десантом. Ни тайных, ни явных военных операций Земля не видела уже несколько сотен лет, если не считать, конечно, заварушек, время от времени устраиваемых пиратами. Да и, насколько знал Зотик, на Земле давно уже никто не держал тяжелого вооружения; самый большой калибр, использовавшийся на Земле за последние четыреста лет, это двадцатимиллиметровая полицейская пушка, антитеррористического спецназа, да малокалиберные бризантные пушки роботов-полицейских. Ближайшее от Земли тяжелое оружие располагалось на орбитальных батареях в пятидесяти тысячах километров от поверхности планеты. Государства, насмерть дерущиеся в космосе за планеты, пригодные для жизни, и металлические астероиды, на Земле мило улыбались друг другу, и лобызались взасос на каждом приеме или фуршете, в лице своих дипломатических представителей.
   Зотик, на минуту задержавшись на пандусе, поглядел по сторонам, на мерцающий загадочными бликами света океан, на крупные, близкие звезды, вдохнул полной грудью насыщенный парами йода океанский воздух, и тут ему в голову пришла одна мысль... Вернее, не пришла, она там, видимо, давно присутствовала в виде аморфного тумана, она лишь обрела четкие очертания. Если мир так устроился сам собой, какой он есть, - а иначе и не могло быть, потому как его некому было обустраивать из-за отсутствия богов и демиургов, - значит, иным он быть и не может. Никто не гонит молодых парней и даже женщин в смертелные мясорубки колониальных войн и конфликтов, в которых не бывает героев - армия и космофлот давно уже, дело сугубо добровольное. И от добровольцев постоянно нет отбоя. Некоторые по несколько лет стоят в очередях в вербовочные пункты, изнуряя себя ежедневными тяжелейшими тренировками, чтобы, - не дай Бог! - медицинская комиссия не забраковала. В военные училища, особенно в астроакадемии, при каждом наборе по сто человек на место. Да и ряды вольных астронавтов постоянно пополняются бывшими добропорядочными гражданами. Что заставляет людей выбирать между двумя-тремя годами меркурианских рудников, к тому же за хорошие деньги, и пожизненным риском пиратской жизни, в пользу последней?..
   Не найдя ответа на свой же вопрос, Зотик привычным движением скользнул в люк, оглянулся в проеме. Шлюпка уже втянула пандус, и как бы присела в воде, будто утка перед взлетом. Зотик еще раз поклялся себе не отдавать ни при каких обстоятельствах Корабль м-ру М и при первой же возможности вырваться из рабства.
   Ареф уже сидел на своем месте в рубке управления катера. Шкипер вывел на мониторы окружающую обстановку.
  -- Ручное управление, - бросил Зотик.
   Из пульта выдвинулся штурвал. Включив компенсаторное поле, Зотик развернул катер носом к Калифорнии. Катер, это не шлюпка. Включив маскировочное поле, Зотик поднял катер в воздух, держа направление в шестьдесят градусов к горизонту. Он решил достичь Калифорнии по баллистической траектории. Восьмикратная перегрузка вдавила в кресло. Ареф, не обращая на нее внимания, колдовал над своим учебным компьютером. Зотик сказал:
  -- Ты бы лучше траекторию прикинул...
  -- Я этим как раз и занимаюсь... - пробурчал Ареф. - Я тебе скажу, когда будет пора...
   Через минуту, Ареф развернул монитор к Зотику, сказал:
  -- В момент "ноль" по таймеру, вырубай...
   На мониторе промелькивали цифры, боковым зрением Зотик четко фиксировал их. Наконец возник ноль, и он выключил двигатель. Шкипер тут же нарушил тишину:
  -- Что случилось?..
  -- Да вот, я неожиданно вспомнил кое-что... - нарочито равнодушно протянул Зотик. - Надо бы к мистеру М слетать...
  -- Мы можем связаться...
  -- Ну да... Орать на весь эфир, что я собрался контрабанду с Венеры везти...
  -- Но есть ж закрытые каналы, которые невозможно прослушивать...
  -- А кто тебе сказал, что их невозможно прослушивать? - саркастически ухмыльнулся Зотик. - Может, как раз те и сказали, кто прослушивает?..
   Шкипер промолчал. Зотик представил, как раскаляются его электронные мозги в тщетных усилиях постичь действия капитана, и чуть не расхохотался.
   Катер тем временем проскочил верхнюю точку траектории и направлялся к мегаполису. Зотик уже понял, что Ареф раньше него сообразил, как продержать Шкипера в неведении подольше. С инерционной траектории, особенно с нисходящей ветви, можно свернуть на Сан-Франциско буквально в последний момент. Можно даже не пользоваться расчетами траектории - Вот он, весь юго-запад США, как на ладони, освещен утренним солнцем.
   Наконец настал момент поворота. Чуть-чуть двинув штурвал влево, Зотик скомандовал:
  -- Шкипер, быстро выдать на монитор все, что находится под паролем "Эриманский кабан".
   Шкипер промедлил лишь секунду, но все же промедлил. Это было так похоже на человеческие колебания... У Зотик вдруг возникли совершенно невероятные, фантастические подозрения... Но он тут же забыл о своем озарении - счет пошел на секунды.
   Офис Эриманского Кабана оказался в сорокаэтажном здании-башне, особопрочной антисейсмической конструкции, в деловой части Сан-Франциско, в самом престижном районе. Офисы там держали только мультимиллионеры, и миллиардеры. Как раз в утренние часы клиент Зотика должен был находиться в офисе, о уже много лет не изменял своей привычке появляться в своем кабинете в восемь часов утра. Кабинет находился на тридцатом этаже, вся стена его, выходящая на улицу, была стеклянной, - из пятислойного броневого пластстекла, - да еще прикрыта отражательным полем. Против земных врагов - вполне достаточно, но только не против вольного астронавта...
   Как расшалившаяся муха, катер слету прилип на огромную, тонированную стеклянную стену. Уже бросаясь в переходную камеру, Зотик вспомнил нечто важное, истошно заорал:
  -- Ареф! Живо тащи из трюма генератор отражательного поля! Тот, с Фала...
   Стоя в проеме люка, Зотик круговым движением меча вырезал в толстенном стекле приличных размеров отверстие и тут же, несмотря на стекающие с его краев ручейки расплава, рыбкой прыгнул внутрь здания. Посреди кабинета, скорее похожего на ледовый дворец спорта для танцев на льду, могучим торосом застыл весьма представительный мужчина; метра два ростом, и весом килограммов сто пятьдесят, если не все двести. Похоже, до него все еще не дошло, что тут происходит. Зотик отметил, что он, и правда, похож на кабана: вытянутая вперед морда, с широким носом, видимо когда-то расплющенным могучим ударом кулака, разительно напоминала кабанье рыло. А отсутствие шеи и мощные покатые плечи, дополняли сходство.
  -- Кто ты такой, и какого черта тебе тут надо? - прохрюкал он изумленно грубым басом.
   Однако столь невинный вопрос не помешал ему быстрым движением запустить руку в карман, и выдернуть оттуда изящный бластер, похожий на дамскую игрушку. Зотик про себя отметил, что с эстетическим вкусом у клиента не все ладно; к такой роже и фигуре пошел бы какой-нибудь допотопный бластер с Лерны, прямо из-под кувалды.
   Молниеносным зигзагом преодолев пять шагов до Кабана, Зотик легким движением ноги выбил бластер из его руки, поймал в воздухе. Проделал все так быстро, что Кабан попросту не успел поймать его на мушку. Сунув бластер себе в карман, Зотик проговорил, конфузливо улыбаясь:
  -- Милая безделушка... Подарю своей девушке...
   Эриманский кабан не принял игривого тона Зотика; в хорошем боксерском стиле почти незаметно перенес тяжесть тела на левую ногу, и, развивая удар от ноги до плеча, направил кулак Зотику в челюсть. Но куда ему было до господина Сидорова! Пропустив удар впритирку со своим носом, Зотик перехватил руку одной своей, другой зацепил твердый, налитой загривок, и безжалостно раскрутил Кабана вокруг себя, а на последней стадии еще и слегка зацепил своей ступней его ступню. Кабан прокатился по ковру метра три и качественно врубился головой в бар, весело зазвенели бутылки, две или три из них свалились на Кабана.
   Зотик быстро оглядел кабинет. Охрана, видимо, еще не отреагировала, в дверь никто не ломился. В окно влетел Ареф с генератором отражательного поля в руках, пробежал до середины кабинета, заполошно оглянулся, шмякнул присоску на ковер и врубил агрегат на всю катушку.
  -- Вернись в катер, включись в боевую систему, и жди меня, - скомандовал ему Зотик.
   После чего прошел к необъятному письменному столу, явно антикварному и невероятной дороговизны, сел в кресло, и положил ноги на стол. Ждать пришлось не долго, Кабан оказался крепким орешком. Он зашевелился, сел на полу, взялся руками за голову:
  -- Ой-ей-ей... гад!.. Ты ж мне чуть шею не свернул... И башку расколотил вдребезги... Как бо-оль-льно-то!..
   Зотик равнодушно цыкнул зубом:
  -- Голова не может болеть, она ж костяная...
  -- Еще и издеваешься, скотина... Щас мои ребята придут, они тебе покажут...
  -- Ты, это, не обзывайся... - ласково промурлыкал Зотик. - А то вдруг твои ребята не придут?..
  -- Да кто ты такой?! Шибко борзый...
  -- Это ж надо... - Зотик горько улыбнулся. - Подсылал ко мне киллеров, а при этом даже ни разу не видел...
   Кабан побелел, челюсть его поползла книзу, а глаза полезли на лоб.
  -- Ну, наконец-то... Ты что ж это, милый, решил, будто с вольными астронавтами можно шутки шутить? А если бы я всерьез обиделся? Да прилетел бы на штурмовике? Ты бы сейчас как дохлый карась валялся среди осколков этого твоего аквариума, - Зотик обвел широкий круг рукой.
  -- Послушай, я не знал, кто ты такой, - в голосе Кабана появились жалобные нотки, - мне просто показали твою фотографию, и сообщили, что ты у Сидорова. Я подумал - плевое дело... Прости, а?.. - Кабан перекинулся на колени, и теперь стоял, ссутулясь и жалобно моргая свинячьими глазками.
  -- А если бы еще и Сидоров обиделся? За то, что в его заведении без спросу человека мочить собрались... Он ведь покруче меня будет...
  -- Прости, а?.. Ей-богу, затмение нашло...
  -- Осознал, значит... - сочувственно протянул Зотик.
   Тут с треском распахнулась дверь, и в кабинет ввалилось человек двадцать громил. Кабан просиял и мгновенно вскочил на ноги. Не меняя позы, Зотик лениво промолвил:
  -- Наконец-то твои охраннички пожаловали... Ну и спать они здоровы... За то время, что они раскачивались, любой пират мог бы вычистить все твои закрома... Ты ведь хранишь здесь небольшой запасец в виде драгметаллов и других ценностей?..
   Тем временем охранники ринулись в атаку. Передних отражательное поле немилосердно отшвырнуло назад, и все смешалось в кучу. Кабан, наконец, обратил внимание на невзрачный камень, лежащий посреди его кабинета, и в неуклюжем броске, как обезьяна-вратарь из популярного шоу, - звери-спортсмены, - кинулся к генератору. Зотику не составило труда его опередить. Он пинком отшвырнул Кабана от генератора и принялся безжалостно избивать. Зотик мог бы его вырубить одним ударом, но человек этот ему не нравился, вызывал нечто похожее на позывы к рвоте. А потому Зотик его просто бил; по налитому нездоровой силой брюху, по гладкой тугой морде, по нагло выпирающему сытому загривку. Холуи, распределившись в узком пространстве между стеной и силовым полем, разинув рты, глазели, как избивают их всесильного босса. Наконец Зотик отвесил заключительного пинка по жирной заднице упавшего на четвереньки Кабана, и снова уселся в кресло. От стены на него уставилось не менее трех, а то и четырех десятков стволов, хотя горилл было не больше двадцати.
   Кабан, хлюпая расквашенным носом, сидел на ковре.
  -- Ты, это, тово... - затянул Зотик нарочито небрежно и косноязычно, - скажи своим болванам, чтоб не стреляли... А то у них ума хватит...
  -- Не стрелять! - бросил Кабан через плечо, видимо избегая показывать холуям свою побитую физиономию. - Давай договоримся... - обратился он к Зотику. - Я компенсирую все неудобства, что тебе доставили... Миллион. Согласен?
  -- Да ничего... Хорошая цена за такую кучу навоза, как ты... - равнодушно пожал плечами Зотик. - Но, видишь ли, какое дело... - он смущенно потупился, - мне тебя заказали. Ты ж понимаешь, что на такую мелочевку, как ты и троица твоих киллеров, ни один уважающий себя вольный астронавт не стал бы обращать внимания. И уж, конечно же, не бросил бы все дела, чтобы лететь на разборку с тобой...
  -- И за сколько же меня заказали? - страшным голосом, с расстановкой, осведомился Кабан.
  -- За три миллиона! - с нарочитой гордостью провозгласил Зотик.
  -- Меня!!! За три миллиона?!!! - взревел Кабан. - Да я тебе даю тридцать!.. Прямо сейчас!.. Золотом и платиной... И десять грамм лантаноидов в придачу...
  -- Зама-анчиво... - протянул Зотик, скребя ногтями за ухом. - Но... - он сочувственно покачал головой, - Слово вольного астронавта... Ты знаешь, что это такое? Купить его невозможно. Вот выполню предыдущую задачу, тогда и поговорим...
  -- Триста!..
  -- Ну-у... Эт, ты врешь! Нет у тебя таких денег.
  -- Ну, не сейчас... Понадобится время, чтобы собрать... Послушай! - Кабан вскинулся. - Вольные астронавты никогда не нанимались киллерами...
  -- Обстоятельства, знаешь ли...
  -- Кто меня заказал?
  -- А тебе что, интересно?
  -- Могу я перед смертью узнать это? - с апломбом вопросил Кабан.
  -- Да ради Вселенной. Мистер Дж. М. Бубль-Гум...
  -- Я так и знал... - Кабан осел на пол, и даже будто расплылся по ковру в виде коровьей лепешки.
   Зотик намеренно делал вид, будто никуда не торопится, и что ему вовсе не обязательно смываться отсюда как можно скорее. Это сбивало Кабана с толку; видно было по его роже, как его мозги буквально скрежещут от натуги. Похоже, тактика Зотика принесла плоды - Кабан, вроде бы, сломался. Зотик прикинул время; получалось, что охраннички, оставшиеся в приемной, минут через десять приволокут нейтрализатор поля. Надо было спешить, выкачать из Кабана как можно больше информации, а потом оттащить к мистеру М и поглядеть на рожи, его и кабанью.
  -- Значит, ты знал, что милейший дядюшка Бубль-Гум рано или поздно тебя грохнет? - небрежно проговорил Зотик.
   Но Кабан вдруг враз ощетинился и рявкнул:
  -- Пришел мочить - мочи! Чмек болтливый...
   Зотик подскочил в кресле:
  -- Ты, куча навоза! Еще и обзываешься... Ты кого, боров, чмеком обозвал?! Да в тебе самом одни чмеки живут... И в мозгах тоже... Ну, ты у меня долго умирать будешь...
  -- А свидетели? - Кабан с ухмылкой ткнул пальцем в сторону шеренги своих людей. - Ты что же, будешь мочить меня прямо при свидетелях?
  -- А чего мне? Я ж вольный астронавт. Прыгну в катер - и поминай, как звали. Это здесь, на Земле, полиция мне глотку перервет за такое чмо, как ты. А Космопол ради тебя вряд ли пошлет за мной в погоню крейсер...
   Зотик лениво вылез из кресла, подошел к бару, выбрал бутылку с длинным горлышком, шарахнул ею об угол бара; во все стороны разлетелись брызги какого-то драгоценного напитка. Вертя в руке бутылочное горлышко, Зотик не спеша направился к Кабану.
  -- Что, знаешь, чем это пахнет? Сколько хороших парней твои гориллы забили такими вот розочками?.. Теперь и сам попробуешь...
   Кабан отползал по ковру, пытаясь что-то прохрипеть. Зотик остановился, спросил участливо:
  -- Чего? Не слышу... Ты хочешь сказать, что это мистер М попросил тебя грохнуть меня?..
   У гангстера вдруг прорезался голос, он истошно завопил:
  -- Чмек! Гнида! На, режь!..
   Это было странно и даже подозрительно; гангстер кого-то боялся больше смерти... Но поразмыслить на эту тему у Зотика времени совсем не осталось; у горилл не выдержали нервы, и они открыли ураганную пальбу из всех стволов. Усиленные отражательным полем в десять раз бластерные разряды мгновенно выкосили всех холуев, оставив в стене безобразные оплавленные дыры.
  -- Ну, я ж говорил, чтоб не стреляли... - укоризненно покачал головой Зотик. - Вот видишь, а ты присутствия свидетелей опасался... - времени больше ни на что не оставалось, а потому Зотик повернулся к Кабану, сказал серьезным тоном: - Ладно, пошутил я... Не буду я тебя убивать. Я ж, собственно говоря, и не давал слова, тебя убивать. Я лишь пообещал, что ты не наложишь лапу на Нео-Вавилон. Ты ведь не наложишь, верно?
   Кабан энергично замотал головой, кое-как выговорил:
  -- А ты, правда, меня не убьешь?..
  -- Ну, я ж тебе сказал!.. Тем более что ты за свою жизнь обещал тридцать миллионов...
  -- А я обещал?! - изумился Кабан.
  -- Ну-у... милый... - затянул Зотик, - ты теперь имеешь дело с вольными астронавтами. А у нас, слово - закон. Если ты не сдержишь своего слова насчет тридцати миллионов, я тебя имею право грохнуть на полном законном основании. Так что, доставай из закромов, что там у тебя есть?.. И про десять граммов лантаноидов не забудь... Ты хоть знаешь, почему они в десять тысяч раз дороже платины?
  -- Ну, они у вас на кораблях применяются... - прохрипел Кабан, с сопением отключая уровни защиты своего сейфа, вмурованного в стену, сразу за креслом. - Где-то там, в двигателе...
  -- Ага, для затравки реакторов... - обронил Зотик, через его плечо заглядывая в сейф.
   Собственно говоря, это не был сейф, в прямом смысле этого слова, это была настоящая бронированная комната. И запасец там лежал солидный! Зотику пришлось раз пять сбегать от сейфа к окну с грузом золотых слитков. Кабан ему деятельно помогал. Видимо он не понаслышке знал о пиратских нравах.
   Со звоном покидав последние слитки платины в переходную камеру, Зотик прислушался к возне в приемной; похоже, уцелевшие охранники, наконец, приволокли нейтрализатор поля.
  -- Быстро, в катер! - скомандовал Зотик Кабану.
  -- Но ты же обещал!..
  -- Я обещал, не убивать. Мы просто слетаем к мистеру М. Я хочу задать ему пару вопросов в твоем присутствии...
  -- А, это... - с облегчением протянул гангстер. - Да сколько угодно! Мне даже интересно; никогда не летал на десантном катере... - и он, пыхтя, полез в дыру.
   Пока он корячился в тесном проеме люка, Зотик успел отключить генератор, добежать до дыры и с разгону прыгнуть в катер. Он с разлету врезался в тугую спину Кабана в тесном пространстве переходной камеры, к тому же наполовину заваленной слитками. Люк захлопнулся, Зотик заорал:
  -- Давай быстрее! Корячишься, как орел на унитазе... - это было самое обидное выражение, которым награждали салаг опытные вольные астронавты за неловкость. - Ходу!! - вихрем промчавшись по короткому коридору, с разбегу влетел в кресло, уже схватившись за штурвал, проорал: - Кабан! Держись за стены!..
   Внизу вся улица была уставлена полицейскими мобилями, а в воздухе висело штук пять-шесть флаеров. Для десантного катера вся эта мелюзга не представляла угрозы. Видимо тяжелая техника еще не подошла; что ж делать, кавалерия всегда опаздывает.
   Зотик знал, что вся Калифорния уже под прицелом местной системы ПКО, - противокосмической обороны, - поэтому не взмыл вверх, чего от него, видимо, ожидали полицейские, а бросил катер вниз, расшвыряв силовыми полями мобили, затем, включившись в боевую систему, повел судно прямо над улицей, между домами-башнями, держа курс к долине реки Сакраменто. Он рассудил, что любой преследователь просчитает вероятность того или иного пути отхода, и решит, что отход в сторону океана вероятен процентов на семьдесят, а на все другие варианты приходится не более тридцати. Короче говоря, если планетарные истребители на подходе, они не получат точного курса отхода катера, а потому им придется прочесывать все воздушное пространство над городом и его окрестностями.
   Представив себя ласточкой, Зотик лихо лавировал между домами, вышибая окна силовыми полями. Все же он нашел время, скомандовать Арефу:
  -- Держи Кабана на мушке!
  -- Есть, капитан! - лихо отрапортовал штурман.
   Угроза приближалась сзади и чуть слева. Однако Зотик упрямо отжимался к намеченной цели. Вот внизу мелькнула лазоревая поверхность залива, он бросил катер к самой воде и вдруг сообразил, что Сакраменто уведет его на север, а ему надо совсем в другом направлении. Ба! Да тут же есть еще Сан-Хоакин! По его долине как раз и можно попасть чуть ли не к самому Нео-Вавилону. Под катером уже летело извилистое русло реки, по бортам поднимались высокие берега. При таком положении радары и сканеры истребителей бессильны, а орбитальные системы пока раскачаются, можно десять раз удрать. Зотик знал, что долина реки заселена редко, да и то таким народом, который вряд ли побежит докладывать в полицию о том, что речная вода как-то странно раздувалась на два буруна, и при этом по реке ничего, вроде, не плыло...
   Зотик особо и не беспокоился. Засечь его сходу вряд ли истребители успели, - надо еще знать, что засекать, - к тому же требовалось время, чтобы осознать факт, что это вольные астронавты обнаглели до такой степени; на десантном катере устроили веселый шухер прямо посреди респектабельного города.
   Зотик оказался прав; истребители замешкались, зарыскали над городом, а потом принялись бестолково кружиться, все дальше и дальше отходя в сторону океана. Вскоре излучения их поисковых приборов перестали цеплять катер, и Зотик выключился из боевой системы. Позади его кресла, прямо на палубе сидел Кабан, восхищенно тараща глаза. К прежним повреждениям, понесенным от Зотиковых кулаков, у него добавилась великолепная шишка на лбу, видимо он здорово приложился об переборку, когда Зотик заложил свой великолепный вираж ухода.
  -- Вот это техника! - восторженно вскричал Кабан. - Обязательно куплю себе такой же...
  -- Кто тебе разрешит, летать на таком над цивилизованными странами... Эта техника - космическая. Послушай, Кабан, - Зотик выпустил на лицо презрительную ухмылку, - с каких это пор гангстеры начали обращаться за помощью к полиции?
  -- Ты чего это несешь?! - всерьез обиделся Кабан.
  -- А чего мне нести? Когда мы от стены отваливались, под нами вся улица была заставлена полицейскими мобилями, а в воздухе кружился целый рой ихних флаеров.
  -- Да ты что?! Я - в полицию?!. Да в меня после этого каждая сявка плевать будет. Как же - Кабан сам за себя постоять не смог... Слишком уж быстро они приехали. Не могло такого быть. Будто кто-то позвонил им заранее.
   Зотик сидел в кресле, задумчиво покачивая ногой, перекинутой через подлокотник. Действительно, Кабан был не из тех, кто побежит жаловаться в полицию на плохого мальчика. Видно здорово кому-то спутал карты Зотик своим лихим пиратским маневром.
   Вдруг послышался голос Арефа:
  -- Эй, Зотик, а что это с мордой нашего клиента? Он же, вроде, только головой в бар врубился?
  -- А он потом еще в мои кулаки врубился... - обронил Зотик.
  -- Эт-то еще что за шкет?! - изумился Кабан. Видимо из-за высокой спинки кресла он до сих пор Ареф не видел.
  -- Ты, полегче!.. - Ареф аж взвился. - Я не шкет, я - штурман.
  -- Ну, ладно, ладно... - примирительно проговори Зотик. - У нас договор.
  -- Что за договор? - насторожился Ареф.
  -- Хороший договор, выгодный... Твоя доля - пятнадцать миллионов. В переходной камере лежат. Кстати, сбегай, перекидай в багажник. А то вдруг виражи придется закладывать. Они ж там все переколотят...
   Ареф умчался из рубки управления.
  -- Ну, вы, пираты, дае-ете... - ошарашено протянул Кабан. - Пацан - штурман... И в половинной доле с капитаном...
  -- Он нормальный штурман, - пожал плечами Зотик, - проложит курс к любой звезде, не хуже других... Ты вот что, старайся не называть вольных астронавтов пиратами. Я-то к этому отношусь спокойно, но кому другому может и не понравиться... Нарвешься так, что мало не покажется... Послушай Кабан, скажи мне, что все это значит? Почему ты взял на себя такой риск, сцепиться с вольными астронавтами? Тебе что, здесь мало было?..
  -- Во-первых, мне никто не сказал, что ты вольный астронавт. Так, мол, мелкий сыскарь, слишком глубоко копнувший... Правда, меня насторожило, что за мелкого сыскаря предложили сумму аж с восемью нулями, но я подумал, что ты, и правда, слишком глубоко копнул. А потом неожиданно выяснилось, что игра идет такая... В ней моя жизнь, мистера М - все равно, что мошки вокруг лампы. Если бы я с самого начала знал, какие ставки, ни за что бы не сел за стол... Только, чую я, что за тобой сила, в том числе и все серьезные пираты. А за мистером М - пусто...
  -- Ну, ты меня заинтригова-ал... Хоть намекни, а?
  -- Вот прилетим к этому толстому клоуну - я все скажу. Ему в основном. А ты поприсутствуешь, послушаешь. Идет?
  -- Ладно, черт с тобой.
   Они долго молчали. Из переходной камеры доносился звон золотых слитков.
  -- Тебе не жалко? - спросил Зотик.
  -- А чего жалеть? - Кабан презрительно скривил разбитые губы. - Деньги - мусор. Через год впятеро больше наберу... А ты-то чего из-за денег рискуешь? - ядовито осведомился Кабан.
  -- Я не из-за денег... - медленно, раздумчиво выговорил Зотик. - Я из-за свободы. Вы тут, на Земле, не понимаете, что это такое... На Земле деньги, конечно, мусор, и то когда их много. В космосе без денег никак. Знаешь, сколько стоит профилактический ремонт и обслуживание моего Корабля?..
  -- Сколько?
  -- До фига, и даже больше... А без Корабля - ты никто, рядовой боец... Что, впрочем, гораздо лучше, чем состоять у тебя на службе гориллой. Рядовой боец, в некоторых случаях, даже имеет право вызвать на поединок старшего офицера...
   Из переходной камеры вернулся Ареф, спросил:
  -- Надеюсь, ты ничего не заложил за эти драгметаллы?
  -- Нет, всего лишь поступился принципами.
  -- А-а... Ну, да... У тебя так мало принципов, что парочка их как раз и может стоить таких денег...
  -- А вот это видел? - Зотик извлек из кармана контейнер с лантаноидами.
  -- Лантаноиды?!
  -- Ага... На парочку зарядок реакторов вполне хватит.
  -- Слушай, Зотик, а не вызвать ли нам шлюпку, и не перегрузить ли в нее драгметаллы?
  -- Рискованно... - протянул Зотик. - Система ПКО над Штатами в полной боевой готовности... Да и никто же не видел катер на окне офиса Кабана. У полиции нет спецтехники, чтобы проникать сквозь маскировочное поле. Да по слухам, ее еще ни у кого нет. Ничего, в случае чего, рви свечкой вверх, и жми к Сидорову. А я уж тут сам как-нибудь выкручусь...
  -- Подходим к Нео-Вавилону, - послышался тихий голос Шкипера.
   Промчавшись по глубокой горной долине, перемахнув невысокий перевал, катер пересек Сьерра-Невада, и вырвался на простор так называемого Большого Бассейна, тоже, впрочем, кое-где вздыбливающегося горами. Прямо по курсу уже вставала гигантская гора Нео-Вавилона. Перемахнув последний увал, катер чуть не плюхнулся в рекреационное озеро. Распугивая крокодилов, промчался над самой водой, взмыл свечкой рядом со ступенчатым боком мегаполиса и на излете, с выключенным двигателем, мягко притерся на парковку компании Бубль-Гум.
  -- Ареф, включись в боевую систему, и жди меня. Если что... Впрочем, ты знаешь, что делать... Ну, мистер Кабан, пошли на разборку?..
   Зотик весело скалился, надевая под куртку боевой жилет, с карманами, набитыми боеприпасами. Кабан изумленно наблюдал, в конце концов, не выдержал:
  -- Для встречи с этим клоуном, ты готовишься так, как я не готовился в молодости для дележки территории...
  -- Знаешь, Кабан, почему до сих пор не появилось межзвездных гангстерских корпораций?
  -- Да потому, что нам это не интересно... - пожал жирными плечами Кабан.
  -- Интересно... Еще как интересно! Только умные люди из ваших понимают - у вас кишка тонка, тягаться с вольными астронавтами. Вы ж в своих разборках друг друга трупами своих бойцов закидываете, а мы действуем умением. Это вы молите бога, чтобы какому-нибудь пирату не взбрело в башку заняться вашим промыслом. Любой пират отличается от тебя, дурака, тем, что всегда готов ко всему, и только к худшему, а ты из-за своей наглости и уверенности во вседозволенности подставляешься. Это ж надо подумать! Два десятка охранников в приемной, а я его как щенка через окно выдернул, и он меня еще поучать берется...
   Зотик выпрыгнул из люка, позвал замешкавшегося Кабана:
  -- Пошли, чего застрял?..
   Кабан тяжело соскочил на аситал кровли, огляделся по сторонам, сказал:
  -- Чего-то дядюшка относится к тебе без должного уважения, через черный ход принимает, как любовницу...
  -- А я, знаешь ли, без приглашения, - ухмыльнулся Зотик. - Он ждет сообщения по информсети, что я тебя грохнул. Представляешь, какой для него сюрприз будет?..
   Навстречу им маршировали оба верзилы-охранника. Разглядев Зотика с Кабаном, замерли на месте, один из них принялся что-то бормотать в коммуникатор. Проходя мимо них, Кабан прищелкнул языком, спросил Зотика:
  -- Послушай, капитан, ты случайно не знаешь, на какой планете произрастают подобные громилы?
  -- Зачем тебе?
  -- Как зачем?! Ты ж у меня в охране столько вакансий открыл...
  -- Толку-то с них... - презрительно проворчал Зотик. - Разве что для декорации... Кабан, настоящие бойцы не нанимаются холуями!
   Охранники пристроились сзади, и как тени сопроводили Зотика с Кабаном до лифта, однако в лифт не пошли.
   Секретарша м-ра М вскочила при виде колоритной парочки. Зотик обаятельно улыбнулся, промурлыкал нежно:
  -- Добрый день, красавица... Босс у себя?
   Она стояла неподвижно, не в состоянии произнести ни слова, видимо от ярости у нее сдавило горло, лишь алые пятна медленно выползали на грудь, шею, щеки...
   Зотик повернулся к Кабану:
  -- Вот видишь, как при виде моей мужественной красоты и обаяния, женщины буквально столбенеют? Тебе бы тоже не мешало сбросить килограмм пятьдесят-семьдесят. Тогда бы ты мог женщин не покупать, они бы сами на тебя кидались... - с этими словами Зотик безошибочно ткнул пальцем в кнопку на секретарском пульте, дверь распахнулась, и парочка величественно проследовала в кабинет короля жевательной резинки.
  -- Мистер Зотик! - с неподдельной радостью вскричал м-р М. - Как я рад вас видеть!
   Но вместо того, чтобы кинуться навстречу, по своему обыкновению, вдруг нырнул за тяжелую портьеру, закрывавшую промежуток между двумя книжными шкафами. Зотик ни о чем не успел подумать, сработали навыки - бежит, догоняй. Перемахнув через обширный стол, прыгнул к портьере, из-за нее послышался металлический лязг, Зотик отбросил портьеру в сторону, ринулся вперед, и чуть не врубился носом в выпуклую поверхность, отсвечивающую приятным желтым блеском. Несколько секунд разглядывал представшую перед ним круглую штуковину, метра два с половиной диаметром, изготовленную из бронзы, покоящуюся на четырех мощных шинах из красной меди, уходящих в пол. Наконец Зотик вспомнил: точно такую же, только побольше, он видел в разгромленной во время колониальной войны резиденции правителя колонии Южно-Азиатского союза то ли на планете альфа Эридана, то ли тау Кита? Это была самая древняя система защиты от всех видов оружия; лучевого, силового, проникающей и жесткой радиации. Чего-то еще, что можно приспособить для уничтожения живого существа. Там, в виде одного из слоев, должно быть еще и нейтридное покрытие. Овальную дверь еле-еле можно было разглядеть в боку шара, так добротно делали вещи в старину. Даже и сейчас, бочка была идеальной защитой, но и не дешевой; соперничала ценой с космическим кораблем. Под первым слоем бронзы должен быть слой свинца, затем сверхпроводящий слой, потом толстенный слой золотоплатинового сплава, пронизанный капиллярной сетью, по которой циркулирует жидкий гелий. Золота и платины на этот бочонок ушло не меньше, чем на добрый корабль.
   Зотик от ярости выхватил лучевой меч, и примерился взрезать бок шара, как арбуз, но общение с Арефом уже давало плоды; он прикинул, сколько слоев придется преодолеть мечу, получалось, что температура внутри шара почти мгновенно подскочит до нескольких тысяч градусов. А жидкий гелий не столько охладит разрез, сколько усилит разрушения. Несколько десятков литров внезапно испарившегося жидкого газа, вынесут всю переднюю стену офиса м-ра М, Зотика, и самого м-ра М в жареном виде.
   Сунув меч в карман, Зотик вышел из-за портьеры, и тут же стал свидетелем мерзкой сцены: выступив на полшага из дверок книжного шкафа, адвокат м-ра М хладнокровно всаживал разряд из бластера в грудь остолбеневшего от неожиданности Кабана.
  -- Ты что, гад, делаешь?! - вне себя заорал Зотик.
  -- Добрый день, мистер Зотик, - лучезарно заулыбался адвокат.
   Зотика, повидавшего на своем веку бессчетное количество смертей, чуть наизнанку не вывернуло от омерзения при виде подобной циничной расправы. Ну, прямо как биотронную крысу пристрелил... Сторожа каждое движение адвоката, Зотик ждал продолжения. Адвокат был убийцей, но явно не было бойцом. Потому Зотик не очень-то его опасался; так, злобный, но неуверенный в себе пес, если не поворачиваться к нему спиной, то он не решится укусить.
   Адвокат не торопясь, подошел к еще дергающемуся в конвульсиях Кабану, и вложил ему в руку бластер.
  -- Ты что делаешь, гад? - повторил Зотик ошарашено.
  -- Вас, капитан, от меркурианской каторги спасаю, - невозмутимо проговорил адвокат.
   За спиной Зотика послышался металлический лязг, он резко повернулся, однако, стараясь краем глаза держать и адвоката. Из шара вылезал м-р М, сияя улыбкой, как солнце, восходящее над полем битвы.
  -- Мистер Зотик! Какая у вас отменная реакция! - и тут же строго приказал адвокату: - Вызывайте полицию. Ах, какой скандал, какой скандал... - он удрученно покачал головой, наклонился к интеркому: - Охранников с крыши ко мне...
   Инспектор полиции вошел буквально через минуту, будто ждал в приемной вызова. Обойдя вокруг Кабана, присвистнул, поглядел на м-ра М, сказал:
  -- В этой истории меня интересует одно; каким образом глава гангстерского клана оказался в вашем офисе, мистер Бубль-Гум?
  -- Вы знаете, лейтенант, меня самого это крайне интересует!
  -- Послушайте, господа! - чуть не взвыл Зотик, совершенно сбитый с толку сюрреализмом происходящего.
  -- Нет уж, мы вас выслушаем в последнюю очередь, - непреклонно заявил полицейский, - потому как, надо полагать, это ваш выстрел освободил полицию Нео-Вавилона от множества проблем?
   Тут в дверь робко протиснулись оба охранника. Полицейский указал перстом на Зотика и грозно вопросил:
  -- Что вы можете сказать об этом господине?
   Охранники мялись, неуклюже топтались в дверях, не решаясь пройти по ковру, жалобно поглядывали на м-ра М. Тот отвечал им холодным равнодушным взглядом. Наконец старший охранник решился:
  -- Так... это... тово... Он, значить, капитан корабля... Мистер Зотик...
  -- Та-ак!.. - грозно протянул инспектор. - А что он делает здесь?
  -- Господин инспектор... - со странной для него робостью обратился к нему м-р М.
  -- Помолчите, мистер, я, кажется, не вас спрашиваю.
   М-р М прикусил язык.
   На сколько Зотик разбирался в криминалистике, свидетелей следовало допрашивать по отдельности, но инспектор, как ни в чем не бывало, продолжал допрос. Что ж, в чужой монастырь соваться со своим уставом - себе дороже.
  -- Значить... это... того... Он у мистера М по контракту работает...
  -- Кем?
  -- А я почем знаю?.. Работает, и все тут... Он пару раз уже прилетал...
  -- Итак, он сегодня прилетел... На чем?..
  -- Здоровая такая посудина, больше флаера... космическая...
  -- Ну-ну, рассказывайте, - поощрил его инспектор.
  -- Прилетел, значить, припарковался на нашу парковку, вылез... За ним вон этот, толстый вылез. Мы пошли навстречу, поглядеть, кто прилетел, то, се... Они навстречу идут. Этот, толстый, мистеру Зотику бластер под лопатку упер.
  -- И что вы сделали?
   Охранник поглядел на инспектора, как на малого ребенка, задавшего глупый вопрос:
  -- А чего тут сделаешь? Бластер в упор под лопаткой... Кишки по всей округе разлетятся. Понятно дело, пропустили их в лифт.
   Зотик потрясенно смотрел на охранника; определенно, он тут должен быть местной знаменитостью - сочинителем всяких занимательных историй, и уж точно - актером самодеятельного театра.
  -- Так, так, так... - инспектор задумчиво поглядел на Зотика, затем перевел взгляд на м-ра М, сказал: - Теперь ваша очередь, мистер Бубль-Гум.
  -- Я, собственно говоря, толком ничего не видел. Гангстера этого я знаю. Кто не знает Эриманского Кабана?! Пару месяцев назад ко мне приходили его люди, требовали не препятствовать появлению в биотроне их торговцев. За это обещали не сажать на иглу ценных работников моих предприятий. Ну, вы ж сами знаете, как им верить! Выставил я их, разумеется. А несколько дней назад мне позвонил вон тот господин, и потребовал срочной личной встречи. Я попросил капитана Зотика слетать к нему. И лично убедить его в том, что у меня с ним не может быть никаких дел. Разные весовые категории, знаете ли... Когда мне охранники сообщили с крыши, что капитан Зотик проследовал в лифт под дулом бластера в обществе вышеозначенного субъекта, я незамедлительно позвонил вам. Вот и все...
  -- Не все! Как все произошло?
  -- Они вошли, гангстер направил на меня свой бластер, мистер Зотик воспользовался этим и выстрелил в него из своего...
   Инспектор повернулся к Зотику, повелительно скомандовал:
   Ваше оружие.
  -- У меня его нет, - глупо брякнул Зотик.
  -- Мистер, не считайте меня идиотом. Хоть вы и работаете на мистера М, но вы ведь вольный астронавт? У вас это на физиономии написано. Я просто прошу вас показать мне ваше оружие. Я ни минуты не сомневаюсь, что разрешение у вас имеется и оно не фальшивое.
   Зотик вытряхнул из рукавов бластер с парализатором, отстегнул их от пружин возврата и протянул инспектору, предвкушая, какая будет физиономия у м-ра М, когда его уличат в лжесвидетельствовании.
   Инспектор внимательно осмотрел оружие, спросил:
  -- У вас стандартный импульсный разрядник на два процента полного заряда?
  -- Ага...
  -- Правильно. Заряд - девяносто восемь процентов... Так, так... Ну, мистер вольный стрелок... Теперь понятно, почему вы не воспользовались парализатором. Он у вас пуст, как бутылка виски, побывавшая в руках у пьяницы. Ну что ж, с этим делом все ясно. Показания вместе с видеозаписью я представлю в суд. Возможно, вам даже не придется присутствовать на судебном заседании, достаточно будет вашего адвоката, мистер Бубль-Гум.
   Зотик ошалело вертел в руках свое оружие. Для него, вольного астронавта со стажем, было немыслимым делом, таскать оружие не то что разряженным полностью, но даже с недостатком одного заряда. Это закон. Ведь нехватка одного заряда как раз и может стоить жизни. Но, тем не менее, энергонакопитель парализатора был пуст, а у бластера заряжен на девяносто восемь процентов. Как и сказал инспектор. А поскольку Зотик полностью полагался на свои рефлексы, которые его еще ни разу в жизни не подводили, о чем свидетельствовало его присутствие на этом свете, то оставалось предположить, что инспектор давно куплен мистером М со всеми потрохами.
  -- Нет, нет! - вскричал Зотик. - Все было не так... Совсем не так!
  -- А как? - инспектор уставился на него колючим взором. - Может быть вам что-нибудь известно, что неизвестно мне? Может быть, вы хотите сделать заявление?
   Зотик, наконец, сообразил, что выглядит форменным идиотом, да и поступить собрался, как последний олух, и, поперхнувшись, сдавленно забормотал:
  -- Да нет, инспектор... Это не существенно... - в самом деле, глупее ничего не придумаешь, чем сдать в полицию драгметаллов на тридцать миллионов.
   Когда за инспектором и санитарами, унесшими на носилках Кабана, закрылась дверь, а вызванный уборщик старательно замывал кровавое пятно на ковре, м-р М принялся буравить Зотика тяжелым, как нейтридный бур, взглядом. Зотик, делая вид, будто его это не касается, с любопытством разглядывал уборщика. Он никак не мог снова привыкнуть к тому, что полы моют и улицы метут уборщики-люди. В космосе подобную работу делают роботы, даже на пиратских кораблях.
   Видимо поняв, что взглядами Зотика не проймешь, м-р М заговорил:
  -- Мистер Зотик, мне очень импонируют ваше рвение и ваш ум. Если уж вы решительно отказались от продолжения отпуска, то будьте любезны, отправляйтесь на Венеру за мускусом.
  -- Есть, сэр... - с готовностью сказал Зотик, и направился к двери.
   Пока Зотик добирался до лифта по запутанным коридорам и переходам, он мучительно размышлял о том, знает или не знает м-р М, что катер под завязку нагружен драгметаллами? А если не знает, то узнает в ближайшее время, или не узнает? И есть ли возможность унести в когтях законную добычу? Что ни говори, а компьютер Корабля имеет весьма странные свойства, наличие которых вселяет надежду на то, что м-ру М не придется предъявлять добычу.
   Ареф сидел внутри пилотского кокона и почему-то не спешил его размыкать. Зотик постоял перед белесой выпуклой стеной, однако она не размыкалась, и он крикнул:
  -- Эй, Шкипер, штурман Ареф что, заснул?
  -- Никак нет, капитан. Штурман Ареф готовит мятеж на Корабле.
  -- Ты что, ошалел?! А ну разомкни кокон!
   Кокон разомкнулся и Зотик увидел смеющееся лицо Арефа.
  -- Эй, штурман, про какой мятеж мне тут толкует Шкипер?
  -- Я его пытался убедить, что драгметаллы - это только наша добыча, и больше ничья...
  -- Шкипер, не вижу признаков мятежа...
  -- Да, но штурман Ареф предлагал считать драгметаллы только нашей добычей...
  -- И что тебя смущает?
  -- Он не предусматривал участие в добыче вас, капитан...
  -- С чего ты взял?! - ошеломленно вскричал Зотик.
  -- Когда штурман Ареф завел разговор о дележе добычи, вы, капитан, отсутствовали на борту. Следовательно, штурман Ареф сознательно не учитывал вашего участия в дележе добычи...
   Зотик ухватился за голову, заорал:
  -- Прекрати косить под дурака! Я тебя давно раскусил!
   В динамиках что-то пискнуло, и наступила полная тишина.
  -- Вот так-то лучше... - проворчал Зотик. - Взлетаем. Курс - на станцию Сидорова.
  -- А может, есть смысл арендовать сейф в каком-нибудь швейцарском банке, и оставить драгметаллы там? - робко предложил Ареф.
  -- Я об этом сам подумал... Но нам нужно выбраться отсюда как можно быстрее в космос, пока у нас не начали спрашивать, почему это мы так непринужденно порхаем тут на десантном катере...
  -- Лучше всего побыстрее оказаться в Швейцарии. Если мы стартуем сейчас, то окажемся там как раз утром. Никто не ожидает от нас такой наглости - сразу вести драгметаллы в банк. А, оказавшись в банке, они легализуются как бы сами собой. Вряд ли охрана Кабана кинулась сразу же проверять его сейф. Да к тому же, он ведь не взломан...
  -- Нам же надо перегрузить добычу в шлюпку... - прервал Арефа Зотик.
  -- Го-ос-споди!.. - простонал Ареф. - Ты что, до сих пор не прочитал Космический Кодекс?!
  -- Чего бы я там вычитал? - хмуро проворчал Зотик, уже догадываясь, что Ареф его сейчас опять натычет носом во что-то, что знать жизненно необходимо.
  -- Ты бы там вычитал в пункте двадцать семь, подпункте "г", что перевозка ценностей допускается лишь вооруженными судами. И далее: пресекается таможней лишь нелегальный вывоз драгметаллов, ввоз же из космоса всячески поощряется. Так что, если мы стартуем по баллистической траектории, таможню США мы минуем, они просто не успеют нас задержать. И мы тут же, спустя несколько минут, оказываемся под юрисдикцией нейтральной Швейцарии. А тамошним банкирам, поверь, наплевать, откуда взялись драгметаллы. Именно поэтому, они уже давно держат за глотку производство дальних звездолетов...
   Зотик помотал головой, проворчал:
  -- Ни черта не понял, где тут законность... Но, видимо, ты прав... Стартуем.
   Зотик решил особо не наглеть; как и подлетал к мегаполису, так же и убрался от него, изо всех сил стараясь оставаться невидимым. Катер спланировал на гравитроне к самой воде рекреационного озера, закутался маскировочными полями и растворился в туманном мареве, стоящем над теплой водой.
   Промчавшись над болотами Флориды, судно прыгнуло в воды океана. Когда сканеры перестали фиксировать наличие воздушных судов в радиусе ста километров, Зотик поднял катер вверх, держа курс в шестьдесят градусов к горизонту - обычный взлет по баллистической траектории. В верхней точке траектории, в тысяче трехстах километрах над Землей, Зотик выключил маскировочные поля, скомандовал Шкиперу:
  -- Курс на Швейцарию.
   Шкипер промолчал. Видимо он знал законы не хуже Арефа. На мониторе прочертилась крутая дуга, и по ней неторопливо поползла светящаяся искорка.
   Ареф, задумчиво следя за ней взглядом, заговорил:
  -- Странное дело, на Земле только две страны не входят в федерации и союзы: богатая Швейцария и нищий Крым... Мне так и видятся иллюстрации к сказкам: вся страна уставлена горшками с золотом, а их охраняют маленькие злобные гномы в кольчугах и с огромными топорами... В Крыму гномы не водятся... - и Ареф тяжело вздохнул.
   Зотик ничего не успел высказать по поводу этой спорной сентенции, потому как включилась диспетчерская связь:
  -- Десантный катер, идущий курсом на Центральную Европу, ответьте диспетчерской.
   Зотик без запинки отбарабанил:
  -- Десантный катер, приданный кораблю эс пи эр два ноля пятнадцать. Следую с грузом драгметаллов в самый надежный швейцарский банк.
  -- Э-э... К-хэ... - и уже другим тоном диспетчер продолжил: - А не желаете ли поместить ваш груз в какой-нибудь надежный испанский банк?
  -- Не желаю! - отрезал Зотик.
  -- А не желаете ли, чтобы мы предоставили вооруженное сопровождение?
  -- Вольный астронавт не нуждается в вооруженном сопровождении! - с апломбом заявил Зотик. - Лучше посоветуйте, какой банк в Швейцарии самый надежный?
  -- В Швейцарии нет ненадежных банков. Посоветуйтесь с тамошней диспетчерской службой. Передаю вас их диспетчерской...
   Смуглая сухощавая пожилая физиономия на мониторе заменилась на молодую бледную и щекастую. Молодой человек очень вежливо сообщил:
  -- Наиболее надежный банк находится в Берне, и называется коротко и со вкусом - "Маркс". Такова была фамилия его основателя, по преданию. А основан банк еще в девятнадцатом веке, и с тех пор ни разу не испытывал финансовых затруднений. Прикажете, посадочный коридор прямо к его подъезду?
  -- Окажите любезность, - светски улыбнулся Зотик.
   Он не ожидал, что все устроится так легко и просто. С обычной добычей, особенно со сбытом, всегда возникали сложности. Правда, его несколько обеспокоило появление над городом парочки истребителей, сразу же после его приземления. Но управляющий, поспешавший к выходу встречать дорогого клиента, как только узнал, какой вклад оный клиент желает поместить, и не перестававший тараторить по коммуникатору, заверил его, что истребители вызываются всякий раз, когда в банк либо помещается крупная партия ценностей, либо выдается. Не стоит сбрасывать со счетов наличие Нейтральной зоны под самым боком, знаете ли...
   Банковские охранники, экипированные не хуже спецназа, выскочили из боковых дверей и плотным кольцом окружили катер. По специальному пандусу, рабочие в белых облегающих комбинезонах, спустили несколько бронированных ящиков на колесах.
   Зотик выпрыгнул наружу. К люку величественно шествовал настоящий гном, которого Зотик видел впервые в жизни. Правда, при нем не было огромного боевого топора, и одет он был вовсе не в кольчугу из волшебного металла, несокрушимую для стрел и мечей, а был на нем элегантный костюм, классического покроя, на шее повязан умопомрачительный галстук, сам по себе произведение искусства. Сам банкир был строен, широкоплеч, высок, и по лицу ясно читалось, что он не менее двух часов проводит в спортзале ежедневно.
   Увидев Зотика, управляющий резко остановился, будто споткнувшись, но тут же справился с собой, даже лицо его совершенно не изменилось, он все так же радостно улыбаясь, шел Зотику навстречу. За пять шагов весело и непринужденно закричал:
  -- Жизнь еще не замерла, коли такие клиенты падают прямо с неба! Вы желаете спуститься в подвал, где находится ваш сейф?
  -- Разумеется, - Зотику с большим трудом удавалось хранить светскую невозмутимость и светскую натянутость. Он лишь в кино видел, как держатся в высшем обществе, и не предполагал, что это так трудно.
   В просторном лифте уместились и ящики с драгметаллами, и грузчики, и Зотик с управляющим, и еще два охранника. В подвале управляющий продемонстрировал все уровни силовой защиты сейфов. Оказалось, что каждый из девяти уровней сам по себе не преодолим. Наконец они вступили в святая святых - подвал банка. Кроме бесконечного ряда маленьких стальных шкафчиков, была обширная камера, сплошь заставленная могучими, надежными даже не вид, броневыми сейфами стариной работы. Впрочем, когда они дошли примерно до середины длинного ряда сейфов, Зотик сообразил, что они значительно помолодели на вид. Похоже, эта шеренга сейфов строилась веками. На двери каждого сейфа мощно выпирали, будто лезвия боевых топоров, готические буквы названия фирмы - "Крупп". Словно боевым топором по ребрам... Кто из людей войны не знал этой фирмы?! Вот уже несколько веков она исправно снабжает броневой сталью добрую половину войн, которые ведет человечество: танковая броня, от бензиновомоторных черепах двадцатого века, до современных супертанков, броня дредноутов и сверхсовременных рейдеров. Ну и, разумеется, легкое и тяжелое огнестрельное, а так же колющее-рубящее-режущее холодное оружие. Вот еще, оказывается, и сейфы из железа войны... Однако Зотика преследовало ощущение, будто он уже видел эту чертову эмблему в совершенно необычном месте; эти самые буквы в овальной рамке...
   Тем временем грузчики быстро, но без суеты перекладывали из ящиков слитки; золото отдельно, платину отдельно.
   Когда сейф был загружен, управляющий протянул Зотику маленький фигурный ключ и сказал:
  -- У сейфа надежный цифровой механический замок, но мы сохраняем традицию; цифровой механизм блокируется ригелем обыкновенного механического замка.
  -- Видите ли... - Зотик выразил некоторое смущение. - Мне нужен второй ключ...
  -- Как, тот мальчик в катере, ваш полноправный партнер?!
  -- Ну, разумеется!
  -- Да, но, по закону, дееспособность наступает в восемнадцать лет. А до тех пор, вы либо его опекун, либо все обязательства недействительны.
  -- У нас договор заключен по законам Нейтральной зоны...
  -- Ах, да... Извините... Итак, на внутренней стороне двери вы должны набрать код, который будет известен только вам, - и управляющий удалился из камеры.
   Число оказалось девятизначным, и это тоже Зотику что-то напомнило. Но - что? Он так и не вспомнил. К тому же надо было быстренько сообразить, какое набрать число. Такое, чтобы и самому не забыть, и какой-нибудь злоумышленник не мог вычислить. Дату рождения и любые другие числа, связанные с личностью человека, можно легко вычислить. Как штурман, постоянно имевший дело с вычислениями, Зотик это прекрасно знал. Однако ни один злоумышленник никогда не сможет вычислить сочетание цифр, намертво отпечатавшееся в мозгу Зотика года три назад.
   Случилось это в системе юной звездочки класса жэ, ужасно похожей на Солнце, но моложе его миллиарда на четыре лет. Первооткрывателем был пират, к тому же начисто лишенный воображения. Еще на подлете его научник сделал спектральный анализ солнышка, и анализ этот показал гигантское количество золота, платины и других тяжелых металлов в веществе звезды. А отсюда следовал логический вывод, что ее планеты тоже богаты драгметаллами. Пират назвал звезду "Эльдорадо", а команда уже готовила мешки под драгметаллы, когда первые же высадки на планеты принесли жесточайшее разочарование. Поверхности планет, их кора, слагались из легких элементов. Хотя научник и предупреждал пиратов, что на таких юных планетах тяжелые элементы еще не вынесло в кору тектонической деятельностью. Миры были удручающе пустынны и дики. Даже на планете, находящейся в поясе жизни, не было и намека на ее зарождение, хоть атмосфера планеты и была перенасыщена водяным паром. Драгметаллами была буквально насыщена ближайшая к светилу планета, в сущности, она примерно наполовину состояла из тяжелых элементов; половина массы - элементы до семидесятого номера таблицы Менделеева, половина - после семидесятого. Планета вращалась по орбите, чуть не задевая корону звезды, навеки повернутая одним боком к светилу. Поэтому, на одной стороне планеты была вечная ночь, с температурой в минус сто восемьдесят градусов, а на другой - бушевали целые моря расплавленных металлов. Пираты - не старатели, тем более что у них не было специальной техники, для разделения металлов, сплавленных в самых невероятных сочетаниях. Так что, бедолаги облизнулись, и повернули оглобли, однако выгодно продали сведения о системе Южно-Азиатскому союзу. Шейхи и диктаторы попытались было, добывать драгметаллы трудом рабов, но первая партия рабочих погибла, даже не успев наладить оборудование. Оказалось, что доставка новых партий рабов обойдется в несколько раз дороже, чем добытые драгметаллы. Тогда Южно-Азиатский союз еще выгоднее, чем пираты ему, перепродал сведения Западной федерации. Однако бизнесмены не кинулись качать золото, платину и уран, а предоставили удовольствие терпеть убытки родным государствам. Драгметаллы стали добывать государственные предприятия, финансируемые из казны.
   Государственные рудники мало-помалу заработали, и время от времени с ночной стороны планеты стартовали баржи с драгметаллами, и загружали ими транспортник, прячущийся в тени планеты от горячих лучей светила. Зотик как раз участвовал в налете на этот транспортник. Трудность операции заключалась в том, что поблизости дежурил рейдер. Однако Халим Филлогоний разработал хоть и рискованный, но достаточно остроумный план, способный принести удачу. Кроме Халима в деле участвовало еще два корабля вольных астронавтов рангом помельче. Вольные астронавты накупили всякой старой мелочи: десантных катеров, дожидавшихся утилизации, шлюпок, старинных истребителей, со снятым вооружением, кое-как подремонтировали эту рухлядь, оснастили системами дистанционного управления, и весь этот рой должен был сымитировать атаку на рейдер. Управлять им вызвался Зотик, как лучший пилот эскадры. Вольные астронавты рассчитывали, что рейдер сначала займется проблемами собственной безопасности, а уж потом спохватится, и вспомнит о несчастном транспортнике. Но не тут-то было! Когда рой мелочи, разогнавшийся до субсветовой скорости, вынырнул из-за светила, и капитану рейдера должно было стать ясно, что атакуют именно его, он выпустил всего лишь одну эскадрилью из девяти, находившихся у него на борту. Все знают, что встречный бой на субсветовых скоростях невозможен; бризантные снаряды почему-то не могут воздействовать на вещество мишени, а разряды бластерных пушек из стволов не вылетают, а медленно, и как бы нехотя выплывают. На это-то и рассчитывали вольные астронавты, на бесполезность контратаки. Но хладнокровию капитана рейдера можно было позавидовать. Его истребители, на жутких, почти смертельных для пилотов, перегрузках описали циркуляцию, и оказались в тылу Зотикова воинства. Командир эскадрильи правильно угадал, что почти все атакующие - пустые консервные банки, и тут же углядел катер Зотика, а может, каким-то образом вычислил по показаниям радара. Не успел Зотик охнуть, как в силовое поле катера шибанул бризантный снаряд, а потом и бластерные разряды засверкали вокруг. Еще пара секунд - и... О, Вселенная! Прими в свои объятия душу вольного астронавта! Зотик, конечно, не был сумасшедшим, чтобы драться на десантном катере с эскадрильей истребителей, а потому совершил маневр ухода, и, не сбавляя скорости, с перегрузкой в сорок жэ, начал описывать циркуляцию, стараясь поставить между собой и истребителями планету Эльдорадо, да и солнце должно было ослепить прицелы и сканеры истребителей. Маневр был под силу лишь пилоту экстракласса. Зотику следовало не скромничать, и предположить, что командир эскадрильи как раз и угадает в нем пилота экстракласса. Короче говоря, от основных сил Зотик увернулся, но командир эскадрильи, видимо заранее, отрядил два истребителя к Эльдорадо. Они терпеливо поджидали Зотика, пока остальные гоняли пиратов, как львы нахальных гиен.
   Зотик катапультировался в спасательной капсуле за секунду до того, как его катер разлетелся в плазму. Уходить в пространство по касательной к Эльдорадо не имело смысла - траектория упиралась прямо в светило. Изменить траекторию было нечем, спасательные капсулы десантных катеров обычно не оснащаются двигателями, в целях экономии места. Зотик принял единственно верное решение, садиться на ночной стороне планеты. Только там был шанс выжить, несмотря на жуткие ураганы и ливни из жидких газов. Он врубился в атмосферу с разгону, и пришлось в течение нескольких секунд выдерживать торможение на сорока пяти жэ, капсула не рассыпалась только чудом, но разлезлась по всем швам, и он оказался в лопнувшей в нескольких местах титановой бочке посреди пышного сугроба из замерзшей углекислоты. В щелях жутко завывал азотно-гелиевый ветер, и спастись, казалось, не было никаких шансов. Но Зотик не был бы Зотиком, ставшим в восемнадцать лет старшим офицером на корабле вольных астронавтов, если бы не предусмотрел и подобный вариант.
   В каждом экипаже есть хоть один затурканный и забитый неудачник из новичков, служащий объектом насмешек, а порой и форменных издевательств. Каждый раз, попадая в новый экипаж, Зотик выявлял такого человека, брал под защиту, и тут же получал верного раба, друга, осведомителя... Все в одном лице. Пока налет развивался по предусмотренному плану, Отто, по прозвищу "Прачка", в десантном катере приближался к Эльдорадо совсем по другой траектории, имея строжайший приказ: не попасться никому на глаза. Если налет пройдет успешно, немедленно убраться, если произойдет что-то непредвиденное, действовать по обстановке, исключительно в интересах спасения штурмана Зотика.
   Так что, сидя среди разбитых приборов и заворожено наблюдая, как углекислотные снежинки все больше и больше запорашивают панцирь боевого скафандра, бесшумно скользят по пластстеклу забрала, Зотик не шибко-то беспокоился. А зря он был так благодушен, как выяснилось чуть позже. Когда по его расчетам истребители убрались, он подал кодовый сигнал. Через час услышал ответ, поднес к глазам походный пеленгатор... Вот тогда-то и отпечаталось в его мозгу девятизначное число: ресурс системы жизнеобеспечения скафандра в минутах, и расстояние в шагах до десантного катера. Как штурман Зотик мгновенно понял, что минут чуть-чуть не хватает, чтобы отсчитать шаги до катера. Но требовать от Прачки Отто, чтобы он подлетел поближе сквозь вихри беспрерывного урагана, насыщенные углекислотным снегом и жидкими газами, было бы самоубийственно глупо; он мог промахнуться вообще на пару сотен километров. Сидеть в разбитой капсуле, и ждать неизвестно чего, когда ее система жизнеобеспечения доживала последние часы, было не менее глупо, и Зотик пошел пешком к катеру. Последние шесть шагов до катера он дышал, как запаленная лошадь, - видел однажды на Валькирии, - с остервенелой жаждой жизни вылавливая из атмосферы скафандра последние молекулы кислорода, и у него еще хватило силы воли открыть люк, а потом еще и закрыть его за собой...
   Управляющий банком встретил Зотика при выходе из сейфовой камеры широкой улыбкой и заверениями, что золото находится в месте, таком же надежном, как и карманы куртки уважаемого вольного астронавта. И что теперь у господина Зотика, и его партнера в этом банке открыты кредитные линии, каждая на тридцать миллионов...
   Зотик остановился, спросил:
  -- Я не ослышался? И мне, и Арефу, кредитные линии по тридцать миллионов?..
  -- Нет, нет! Вы не ослышались. Под такое обеспечение банк как раз и может выдать кредит, в два раза превосходящий обеспечение...
   Зотик пребывал в крайне рассеянном состоянии, потому как мысли метались в мозгу, сплетались, расплетались, а то и вообще запутывались в бесформенный клубок, похожий на бессвязный алкогольный кошмар. То ли дело, быть простым вольным астронавтом! Планировка налета - скрытый подход - молниеносный абордаж или десант - отход - дележка добычи... Редко когда возникали отклонения от привычной схемы. А то и какой-нибудь противозаконный фрахт толстого денежного мешка. Иные фрахты, бывало, стоили десятка абордажей, и при этом безделье, и полнейшее благоденствие в течение нескольких недель. Кто решится напасть на вольного астронавта, даже если он перевозит сверхценный груз? Иногда и у вольных астронавтов бывали минуты не предаваемо прекрасные, когда попадалась неисследованная звездная система; высадка со всеми предосторожностями, и пьянящее сознание того, что ты первый в этом мире, как Бог или Дьявол...
   Ареф встретил его вопросительным взглядом, Зотик сделал успокаивающий жест, и подал ему ключ от сейфа. С размаху кинувшись в кресло, с надрывом выкрикнул:
  -- Все, все!.. Теперь на Венеру! На Венеру...

Шестой подвиг

   Земля отдалялась. Катер, раскручивая гравитационную спираль, набирал скорость. Зотик, совершенно отчаявшись распутать узел, сидел в кресле, тупо уставясь в обзорный экран. С одной стороны, если подозревать, мистер М предстает эдаким хитрым дьяволом, сущим демоном. А с другой стороны, если не подозревать, м-р М - простой бизнесмен, как и положено, умный и расчетливый, заполучивший себе работника для деликатных поручений, самого-по-себе опасного, как ягуар. Вот и старается обезопасить себя превентивными действиями.
   Был только один способ отделаться от навязчивых мыслей.
  -- Эй, штурман, - окликнул Зотик Арефа, - хочешь попробовать полет в режиме вольных астронавтов?
  -- А что, есть необходимость?
  -- Ну, надо же когда-то начинать...
  -- Давай, полетаем... - равнодушно согласился Ареф.
  -- Тащи из трюма противоперегрузочные костюмы.
   Затянувшись в толстые, упругие оболочки, вольные астронавты заняли места в ложементах. Зотик скомандовал:
  -- Шкипер, курс к Венере. Экстремальный режим, двенадцатый уровень. Ориентировться по самочувствию штурмана Арефа. Как, помочь тебе курс рассчитать?
  -- Обижаете, капитан... Внутри системы все возможные траектории уже давно рассчитаны.
  -- Тогда, вперед.
   Сейчас же на плечи и грудь какая-то великанская рука принялась накладывать свинцовые пластины. Зотик любил летать в экстремальных режимах внутри систем. Во-первых, межзвездной материи в сотни раз больше, чем в открытом пространстве, а во-вторых, почти дармовая энергия гравитационного поля. В-третьих, великолепная тренировка для грядущих схваток. Облачившись в боевой скафандр, лишь чуть-чуть уступающий по противоперегрузочным качествам специальному костюму, Зотик мог за несколько часов перелетать от планеты к планете.
   Столбик указателя уже проскочил двадцать жэ и из зеленого превратился в красный. Зотик бросил взгляд в зеркало, в котором отражалось напряженное лицо Арефа, плотно обложенное капюшоном противоперегрузочного костюма. При двадцати пяти жэ Зотик посмотрел на монитор, на который выдавались параметры Арефова самочувствия. В общем, все было нормально, как и положено при двадцати пяти жэ, как и положено, когда организм прекрасно тренирован. Ускорение возрастало. Тридцать жэ. Время, казалось, загустело; секунды били с частотой парового молота, который Зотик видел в какой-то колонии. Тридцать пять жэ. Судя по всему, Ареф не менее пяти раз в неделю посещал тренировочный центр. Лишь на шестой секунде при тридцати семи же он начал терять сознание. Мгновенно тяжесть исчезла, ребра перестали выжимать из легких остатки воздуха, и легкие, обрадовавшись, тут же вздулись.
   Отдышавшись, Зотик спросил:
  -- Ну что, продолжим?
  -- А ты что, думаешь, я слабак? - прохрипел Ареф.
  -- Теперь вижу, что не слабак...
   Зотик был доволен. Ареф оказался даже крепче, чем он думал. А это уменьшало количество противников, способных потягаться с его экипажем в космической сшибке. Давно известно, что чем большую перегрузку может выдержать вольный астронавт, тем дольше он живет.
   Ускорение снова начало нарастать. Именно такие режимы разгонов и торможений развивают у вольных астронавтов стойкость к перегрузкам почти такую же, как у пилотов пакетботов.
   Когда в очередной раз снизилась перегрузка, отдышавшийся Ареф спросил:
  -- Капитан, а ты какую перегрузку можешь выдержать?
  -- При сорока семи жэ еще не терял сознания...
  -- Н-да-а... Теперь понятно, почему пирата так трудно поймать... При таком режиме мы долетим меньше чем за семь часов...
  -- Ага... - беззаботно откликнулся Зотик. - Таможня даже не успеет просечь, что поблизости появились шустрые ребята с целью беспошлинного вывоза пары бочек вонючей дряни...
   Венера росла на экране бешеными темпами. Надо сказать, картина выглядела сюрреалистически, особенно при максимальном увеличении. Звезды хоть и не сползлись в кучу, но собрались в передний сектор экрана, там же были и все планеты. В центре этой кучи находилась и Венера, только не в виде диска, а в виде кольца. Центральная часть кольца зияла жуткой, провальной пустотой. Даже на взгляд там ощущался бездонный провал.
  -- Послушай, капитан, тебе никогда не хотелось туда нырнуть? - тихим, замогильным голосом произнес Ареф. - Эта дыра прямо-таки затягивает... Наверное, это проход в другие вселенные?
   Зотик промолчал. Кого из вольных астронавтов не тянула к себе эта таинственная дыра? Она всегда образуется, если корабль с максимальным ускорением, со скоростью, близкой субсветовой, мчится прямиком на планету или звезду. На месте звезды дыра образуется еще внушительнее и таинственнее. Зотик не раз слышал рассказы о том, как тот или иной капитан бросал пить, волочиться за женщинами, углублялся в себя, даже глаза его как бы поворачивались внутрь, а потом наставал час, когда он садился в десантный катер, разгонялся, направив его на какую-нибудь планету... Слава Вселенной, если планета оказывалась необитаемой. Массы десантного катера, разогнанной до субсветовой скорости, иногда хватало, чтобы разнести планету вдребезги. Был случай, один из капитанов решил "нырнуть в бездну" на своем верном "Призраке", переделанном из небольшого "Дракона", подкласса "Москито". Вот только перед самым столкновением произошел т-переход, и ничего не произошло, только корабль исчез без следа. С тех пор многие вольные астронавты видели его в разных местах исследованной области Галактики. Некоторые говорили, что эта встреча предвещает неудачу, другие говорили - что вообще скорую смерть. По аналогии с древней легендой о Летучем голландце, его прозвали Летучим японцем, поскольку тот капитан был японцем.
   Торможение было не менее мучительным, чем разгон. Пользуясь короткими передышками, Зотик рассчитывал обычный пиратский маневр, который никогда не давал осечки, если надо было садиться на какую-нибудь планету незаметно. Надо лишь дождаться, когда начнется посадка орбитального модуля рейсового корабля, или, еще лучше, грузовой баржи, и садиться одновременно с ним, держась так, чтобы диспетчерская станция слежения оказалась между модулем и катером. Тогда соседняя станция, контролирующая и дублирующая, будет наблюдать посадку двух объектов, как одного. А первая станция, сконцентрировав внимание на сопровождении рейсового модуля, не слишком внимательно будет смотреть по сторонам, полагаясь на дублирующую станцию. Зотик не знал случая, чтобы подобный способ посадки дал осечку.
   Только при входе в атмосферу Шкипер перехватил радиозапрос с полицейского патрульного катера:
  -- Диспетчерская, вас вызывает семь-Венера-тринадцать. Вы ничего не заметили?
   Послышался раздраженный ответ:
  -- А что мы должны были заметить?
  -- Мимо вас пролетела какая-то штука.
  -- Ничего мимо нас не пролетало.
  -- Возможно, метеорит?
  -- Возможно... - на том тревога и утихла.
   Под катером неслись жуткие экваториальные джунгли Венеры, изредка прерываемые пятнами не менее жутких саванн. Деревья - настоящие горы, по пятьсот-шестьсот метров высотой. Между ними - подлесок, нашпигованный всякой растительной мелочью. Где один куст может быть таким, что заблудишься и выхода не найдешь. От Земных экваториальных лесов, леса Венеры отличались тем, что жизнь в них была сосредоточена не только в кронах деревьев, но и на почве, до которой достигали солнечные лучи, благодаря тому, что огромные деревья, потомки земных дубов, платанов, секвой и прочих великанов, кроны свои не смыкали, а отстояли довольно далеко друг от друга. Поэтому вокруг деревьев-гор всегда буйно росла всякая мелочь, дающая плоды и ягоды, которой кормились растительноядные животные, а ими кормились многочисленные хищники. Так что, в венерианских джунглях жизнь бушевала, начиная с почвы, с глубины метров пять, и до самого верха самой высокой древесной кроны. Да еще в небе парили хищные птицы, размерами соперничающие со старинными самолетами, любимым средством передвижения богачей на отсталых планетах, и летали не хищные птицы, еще больших размеров, а также порхали всякие мелкие летучие твари, охотясь друг за другом и пожирая тонны всякой насекомой мелочи.
   Поскольку Венера с выпрямленной осью теперь вращалась с такой же скоростью, что и Земля, Зотик сообразил, что там, где находится ферма мускусных быков, как раз наступает ночь. К тому же они с Арефом уже больше суток не спали. Однако ночевать в джунглях, даже внутри десантного катера было, мягко выражаясь, не очень осторожно. Венерианские твари, и те, у которых рога растут на носу, и те, у которых они растут на лбу, наткнувшись на незнакомый предмет, из чистого любопытства обычно начинают катать его рогами по земле, стучать по нему копытами. Короче говоря, сон будет так же спокоен, как и у мыша в банке из-под пива, которой играют в футбол скучающие мальчишки.
   Зотик выбрал огромный, даже по венерианским меркам, дуб с тройной развилкой на высоте примерно метров пятидесяти. Каждый из суков, отходящих от ствола почти горизонтально, был диаметром метров семь-восемь. Катер, ведомый пилотом экстракласса, с одного захода четко прилип к развилке, ухватился за сучья абордажными захватами и замер.
   Зотик вылез из противоперегрузочного костюма, сказал:
  -- Ох-хо-хо... Завтра мышцы будут болеть так, будто по тебе гроган топтался...
   Ареф стоял у своего кресла, и колени его явственно дрожали, а одежда была мокрой от пота, хоть выжимай. Однако физиономия светилась торжеством.
   Зотик ухмыльнулся:
  -- Чего сияешь? До меня тебе еще лет восемь тренироваться... Пошли в ванную отмокать, а потом ужинать и - спать, спать, спать...
   В крохотной кают-компании, которой считался уютный закуток между биотроном и кухонным комбайном, снабженной столиком, а вместо стульев - рундуками, распаренные после паровой камеры и ванны, вольные астронавты неспешно ужинали. Ради отпразднования удачно проведенной посадки, Зотик достал из капитанского винного погреба бутылку драгоценного вина. Посадка мимо таможни, дело не менее сложное, чем взлет, а потому можно было считать, что полдела сделано. Содержимое бутылки только на свет яркой лампы просвечивало таинственным темно-рубиновым светом, а так казалось совершенно черным. Этикетка была украшена сотнями золотых и серебряных медалей. Судя по всему, вино было не хуже фальского, только раз в тысячу дешевле. Пока Зотик трудился над тугой пробкой, Ареф неодобрительно посматривал на него. В конце концов, когда в бокал полилась рубиновая струя, а по кают-компании поплыл аромат знойного лета и разогретой солнцем земли, Ареф не выдержал:
  -- Ты так сопьешься... Уже почти каждый день пьешь...
   Зотик пригубил бокал, почмокал губами, заговорил медленно:
  -- Ты знаешь, я ведь никогда не понимал вкус хорошего вина... Вольные астронавты ведь пьют всякую гадость, и чаще всего - чистый спирт. Но теперь я несколько раз попробовал хорошего вина, и понял; вино пить надо, просто необходимо. Это как... - Зотик пошарил вокруг взглядом. - Ну-у как... Как чтение стихов! Слушание музыки... И прочее...
   У Арефа медленно отвисала челюсть, однако он быстро пришел в себя:
  -- А ты что, читаешь стихи и слушаешь музыку?! Ты вообще, хоть что-нибудь читаешь?!
  -- Н-ну-у... иногда... - Зотик смутился.
   Среди вольных астронавтов был необычайно высок процент любителей поэзии и музыки, но сам-то Зотик старательно лелеял и холил свой имидж эдакого равнодушного ко всему прекрасному хлыща, способного с равнодушной улыбкой, без всяких эмоций, располосовать глотку от уха до уха кому угодно, хоть лучшему другу. Видимо он здорово преуспел. Так как имидж намертво прилип к нему. Никто и никогда не видел его за книгой. Хотя в его компьютере была подобрана великолепная библиотека и прозы, и поэзии. Правда, современных авторов. Древних авторов, входящих в круг предметов домашнего преподавания, он не понимал, не любил, а потому и не знал.
  -- И потом, - продолжал Зотик, - после такой перегрузки, самое лучшее лекарство - стакан вина. Быстрее будут выводиться продукты распада из мышц, они меньше будут болеть наутро...
   Ареф достал из шкафа бокал, поставил на стол, сказал решительно:
  -- Наливай!
   Зотик опешил. Честно говоря, он шутил, зная полнейшее отвращение Арефа к спиртному, но отказаться налить бокал, было делом абсолютно беззаконным; ведь Ареф старший офицер и полноправный напарник.
   Ареф взял наполненный бокал, осторожно понюхал, сообщил грустно:
  -- Последнее лето мы жили на даче, на Валдае, там так же пахло... И кузнечики... Стрекотали, понимаешь...
   Он отпил полбокала, вонзил вилку в толстый телячий бифштекс, ловко откроил кусочек ножом и принялся яростно жевать, то и дело запихивая в рот перья зеленого лука.
   Расправившись с бифштексами, допили вино, съели еще по паре бананов и откинулись на мягкие спинки. Зотик - со вторым бокалом вина, Ареф - с бокалом своего любимого ананасового сока.
   Отпив вина, Зотик задумчиво сказал:
  -- А ведь петля затягивается все туже и туже...
  -- Ты это о чем опять? - с подозрением осведомился Ареф. - Эк, тебя кидает... Как маятник, понимаешь; то на оптимизм, то на пессимизм...
  -- Понимаешь, я же Кабану слово дал, что не буду его убивать. А по полицейским протоколам выходит, что это я его грохнул. Для уважающего себя вольного астронавта нет ничего страшнее, чем нарушить свое слово...
  -- А кто знает, что ты давал ему слово?
  -- Я знаю... - Зотик тяжело вздохнул.
   Ареф долго смотрел на него, наконец, тихо вымолвил:
  -- Ты даже лучше, чем я о тебе думал...
   Зотик попытался пропустить это мимо ушей, но в глубине души помимо его воли поднялась волна теплой и приятной гордости за себя, такого благородного.
  -- Ареф отхлебнул сока, и тут же веки его медленно опустились, он чуть не выронил бокал. Тут же встрепенулся, некоторое время бессмысленно таращил глаза, наконец, заплетающимся языком проговорил:
  -- Никогда не мог понять, как это можно заснуть сидя... - он допил сок, поставил бокал, голова его склонилась на стол, и он мерно засопел.
   Зотик допил вино, проговорил тихо:
  -- А крутой, однако, вольный астронавт получится из моего дядюшки... - взяв Арефа на руки, он направился к каютам. Ему нравилась уютная миниатюрность пятиместного десантного катера, но вот таскать заснувшего Арефа по узенькому коридорчику... Катера обычно строились на экипаж, численность которого кратна пяти: на пять человек, на двадцать пять и пятьдесят. Пятидесятиместные десантные катера обычно придавались супердредноутам или современным рейдерам, да и сам не уступали размерами иному звездолету.
   Зотику снился ужасный сон, бессвязный, мрачный. Будто он блуждал по какому-то подземелью, весьма похожему на то, в которое его занесло на Валькирии в заброшенном городе Морского Герцога, прославившегося за пару веков до открытия Валькирии, грабя все корабли, что проплывали ближе, чем в неделе плавания от его владений на полуострове. В подвале он обычно содержал заложников, за которых получал выкупы. А если не получал, то там и оставлял, только стража уже не приносила им ни воды, ни еды. В конце концов, он так достал всех купцов континента, что они скинулись, наняли небольшую, но весьма боеспособную армию и взяли штурмом город, в котором половина жителей промышляла пиратством на кораблях герцога, вместо жалования получая процент с добычи. Спаленный город так больше никто не заселил, место считалось проклятым. Туда даже не залазили искатели кладов. Только Зотик из любопытства пробрался в развалины, потом еле оттуда выбрался, и долго вспоминал скелеты, прикованные к стенам подземелий, и скелеты, валявшиеся по улицам города; погибших при штурме пиратов никто не озаботился похоронить, так и провалялись два века, бедолаги... Наверное, до сих пор там лежат... Да и то сказать, если два века не хоронили, то кто озаботится сейчас? К пиратам на Валькирии относятся без всякого пиетета, пытаются искоренить полностью. Знали бы правители, что над ихними головами, на супер-звездолетах носятся по Галактике такие же джентльмены удачи, что и плавают на деревянных кораблях в их морях. После блуждания по лабиринту, среди оживающих скелетов, Зотик вдруг оказался в корабле, загаженном, затянутом паутиной, мрачном и ржавом. На этом корабле он пытался оторваться от эскадрильи врагов, целого роя кораблей, самых невероятных конфигураций. Они гнались, настигали, вытягивали жутко иззубренные абордажные захваты. А двигатель Зотикова корабля не мог развить тяги даже на одно жэ. И вот они настигли, сомкнули захваты... От толчка Зотик вылетел из койки и проснулся. Черт! Над Арефом смеялся, а сам не пристегнулся... Когда начал подниматься с палубы, катер опять резко качнуло - Зотик вновь покатился по палубе, больно треснулся лбом о задрайку двери.
  -- Что за чертовщина?.. - пробормотал он, бросаясь в рубку управления.
  -- Катер подвергся нападению живого существа, идентифицируемого мною, как венерианская горилла.
   Судя по тому, что Шкипер откликнулся почти мгновенно, связь между Кораблем и катером осуществлялась через нуль-пространственные каналы. Радиоволны от Земли до Венеры пролетают, кажется, минут за десять? Зотик точно помнил, что выключил нуль-пространственную связь, когда пошел спать. То есть, Шкипер самовольно переключился на нуль-пространственную связь. Похоже, пора с ним серьезно поговорить. Слишком уж он самостоятелен для компьютера...
   Во всю боковую сферу обзорного экрана красовалась кошмарная рожа венерианской гориллы; и не подумаешь, что она произошла от милой и забавной земной зверушки. Тварь была ростом метров пять, и чуть поменьше - поперек. Это был явно вожак стаи. Зотик подумал мимоходом, что люди наверняка вырастут до таких же размеров через пять- шесть поколений. Уже на Венере встречаются гиганты больше двух с половиной метров ростом, из первых поселенцев.
   Постанывая, охая и хватаясь за что попало, в рубку вполз Ареф; заспанный и в одних трусах. Зотик, впрочем, был даже без трусов. Была у него такая слабость - спать совершенно голым. Тем временем горилла подняла свои ручищи четырехметровой длинны, заканчивающиеся кулачищами, похожими на винные бочки из знаменитых Новороссийских винных пещер, и с маху саданула ими по катеру. Зотик еле успел вцепиться в подлокотники кресла. Однако его так мотнуло, что он чуть не впечатался физиономией в пульт. Ареф уже сидел в кресле, зафиксировавшись, как для боя.
   Зотик растерянно проговорил:
  -- Чего это он?.. Обычно гориллы к людям относятся довольно лояльно. Колонисты говорят, за своих детенышей принимают... Слушай, на Земле ведь гориллы по деревьям не лазают?!
  -- Во-первых, он перед собой не человека видит, а какой-то непонятный предмет, которого на дереве быть не должно. Во-вторых, они на деревьях только ночуют. А в-третьих, ты прилепил катер как раз на тропе, по которой стая пробирается с места ночевки на кормежку.
  -- Что ж теперь делать-то? - в полном замешательстве проговорил Зотик. - Если я сейчас включу силовое поле или гравитрон, этот дурак свалится и расшибется в лепешку...
  -- Тебе что, его жалко? - удивился Ареф.
  -- Не в том дело... - Зотик смутился. - Не люблю я убивать просто так...
  -- Хм... Почти вся Венера поделена на охотничьи угодья... Сюда каждый год летают на охоту несколько миллионов землян...
  -- Ну и что? Теперь бить всех подряд? Это ведь вожак стаи. Никто не убивает вожаков. Тут на ветках вокруг нас сидят еще штук двадцать самок с детенышами. Мало того, что если я включу гравитрон, они вниз посыплются, но и те, которые уцелеют, потом без вожака не выживут. Пока у них выявится новый вожак, стаю истребят. У них замещение вожака происходит по очень сложной схеме... Новый вожак потом еще долго-долго удерживает возле себя состарившегося, вроде как в советниках... А этот, судя по шерсти, еще совсем молодой.
  -- Ну, ты его и не убивай, отпугни...
  -- Чем его отпугнешь? Он теперь весь день вокруг нас плясать будет... У них же естественных врагов нет. Местные леопарды боятся их, как огня.
   Катер мотнуло так, что Зотик испугался, как бы при следующем ударе его не сорвало с ветки.
  -- Ни фига себе! На что же похож местный леопард?!
  -- На киску, с которой лучше не встречаться в лесу...
   Ареф подумал с минуту, разглядывая гориллу, которая уже пробовала на зуб абордажный захват, потом изрек:
  -- Все обезьяны боятся змей.
  -- На что же должна походить змея, которую испугается... - Зотик осекся.
   Он вспомнил темные, путаные рассказы своего приятеля колдуна об ужасе, живущем в болотистых джунглях. Этот ужас похож на гигантскую змею, которая может завлечь взглядом к себе в пасть даже сильного колдуна, ил разогнать стаю волков, напустив на них слепой темный ужас. Уже кого-кого, а венерианских волков трудно испугать, это все знают.
   Но делать было нечего, надо было попробовать любую возможность.
  -- Эй, Шкипер, у тебя есть запись змеиного шипения?
  -- Разумеется. Какой вид змей вас интересует?
  -- Н-ну, скажем... - удава.
  -- Что прикажете предпринять?
  -- Выдай запись на внешние динамики и усиль раз в сто.
   В то же мгновение гигант вожак кинулся наутек, а вслед за ним помчалась толпа самок, у большинства которых на спинах висели детеныши, вцепившись в длинную шерсть всеми четырьмя руками. Стая явно процветала. Слава Вселенной! Ни одна обезьяна не сорвалась вниз.
   Задумчиво поглядев вслед умчавшимся родичам, Зотик проговорил:
  -- Это ж как должен выглядеть удав, который за ними охотится?..
  -- А ты когда-нибудь читал статистику, сколько охотников пропадает без вести в венерианских джунглях?
  -- Чего мне ее читать? Я и так знаю. Даже опытные, отстрелявшие не один сезон охотники, и те пропадают без следа. Колонисты, между прочим, без особой нужды в леса не суются. Ладно, пора и на ферму лететь...
   Ареф принялся выкарабкиваться из кресла. Зотик насмешливо спросил:
  -- Что, болят косточки?
  -- У тебя будто в первый раз не болели... - огрызнулся Ареф. - Ты вот спишь голышом, а вдруг кто на абордаж полезет?..
  -- Мне что же, в боевом скафандре спать?.. - растерянно спросил Зотик.
   Ареф проглотил подначку и пошел в каюту, одеваться.
   В переднем секторе обзорного экрана бесконечным зеленым полотном, тут и там вспученном кронами дубов мутантов, мчались джунгли. Вдруг они оборвались, и под катером раскинулась лазурь океана. Зотик вдруг с каким-то мистическим ужасом вспомнил, что воды венерианских океанов - это бывший спутник Сатурна, Каллисто, и еще какая-то мелочь из его спутников. Каллисто - что-то Зотику напоминало, но он никак не мог выковорить из памяти смутный образ. Когда-то безжизненные, скованные космическим холодом воды, теперь кишели жизнью. На такой скорости невозможно было разглядеть несметные косяки рыб в прозрачной воде и стаи гигантских китов, но Зотик не раз охотился на рыб. На Венере рыбу не ловят, на нее охотятся, так же как в земных войнах двадцатого века на морях охотились за подводными лодками. Зотика всегда поражало это буйство жизни на Венере. Вселенная не дала ей собственной жизни, - да она, наверное, тут и не могла бы возникнуть, согласно таинственным законам мироздания, - но перенесенная с Земли, жизнь за каких то пару сотен лет захватила всю сушу, все моря и океаны, которые все еще кое-где кипели от вулканов. Мантия планеты все не могла успокоиться, после сброса на планету такого количества астероидов. Но атмосфера Венеры остыла удивительно быстро, и теперь на ней был ровный климат, с вечным летом в тропиках и субтропиках, и мягкими зимами возле полюсов. Океанические течения поддерживали равномерную температуру на поверхности планеты, охлаждая экватор и подогревая полюса. Колонистами Венера была заселена довольно редко, земляне переселялись сюда неохотно, мало кого прельщала жизнь в постоянной опасности, что тебя нечаянно раздавят или съедят. Занимались колонисты в основном сельским хозяйством, добывая всякие экзотические вещества органического происхождения. Кое-кто, из самых отчаянных, работали проводниками охотничьих экспедиций. Если выживали в первые три года, потом за десяток лет сколачивали состояние, позволявшее жить безбедно весь остаток жизни. Количество желающих поохотиться на Венере год от года увеличивалось, несмотря на то, что из леса не возвращалась каждая пятая охотничья экспедиция. Еще не было случая, чтобы спасатели нашли хотя бы следы исчезнувших людей. На Венере так; либо ты выйдешь из леса живой, либо исчезнешь без следа.
   Впереди завиднелся берег. Зотик вывел на экран карту. Ага, вот; среди моря джунглей лежало продолговатое озеро, километров сорок в поперечнике, вроде бы кратер от мелкого астероида. Возле противоположного берега находился обширный остров. На нем и должна располагаться ферма мускусных быков.
   Еще при подлете Зотик заподозрил: там что-то неладно. Известно, что венерианский мускусный бык панически боится воды, однако по берегу острова был насыпан высоченный вал. Остров порос небольшими, по здешним меркам, зонтичными акациями, так что с воздуха что-либо разглядеть было невозможно. А включать спецтехнику Зотик поостерегся. Мало ли что подумают обитатели фермы, если засекут излучение сканера? Вообще-то, если не знать, то и не подумаешь, что остров обитаем.
   Катер опустился на гребень вала, и Зотик мгновенно разглядел все пространство, закрытое с воздуха плоскими густыми кронами акаций. Сразу под валом торчал частокол толстенных стальных балок, а дальше открывалась потрясающая картина; на всем пространстве, ограниченном валом и частоколом, колыхалась буро-зеленая жижа. В ней стояли, утонув чуть ли не по крупы, мускусные быки. С философской покорностью судьбе, они что-то жевали, задрав морды кверху. Примерно посередине навозного озера торчала наблюдательная вышка, сваренная из стальных труб полуметрового диаметра. На вышке стоял человек в старинном противогазе. Зотик ясно разглядел его даже при среднем увеличении обзорного экрана.
  -- Надо выйти, посмотреть... - нерешительно пробормотал Зотик.
  -- Лучше не надо... - предостерегающе откликнулся Ареф.
   Над буро-зеленым озером кружили ярко-синие венерианские мухи, размером с кулак.
   Зотик включил внешние микрофоны, и тут же услышал придушенный противогазом голос:
  -- Кто ты такой, и какого черта тебе нужно в частных владениях?!
  -- Я - капитан Зотик.
  -- Ври, да не завирайся, парень. Зотик еще вчера был на Земле, так что я его только завтра жду. Вали своей дорогой, а не то я заподозрю, что ты украсть чего-то хочешь... Развелось бродяг... Только отвернись, тянут из-под носа...
  -- Послушай ты, старый хрыч! - Зотик почему-то посчитал, что смотритель старик, хотя этого и не было видно. - Некогда мне с тобой пререкаться. Нажми кнопку системы идентификации личности на твоем коммуникаторе, заткнись и грузи мускус.
   Через несколько секунд послышался смущенный голос:
  -- Как же я, к лешему, доберусь до склада?..
  -- А что у тебя стряслось?
  -- Навозоуборочный агрегат сломался.
  -- Ну, дак пробил бы канаву в озеро...
  -- Чем?
  -- Ладно, сейчас что-нибудь придумаем...
   Зотик сфокусировал отражательное поле в пучок полуметрового диаметра, прицелился в чуть видневшийся за деревьями вал на другом берегу острова, и вывел мощность на максимум. Катер качнулся, зашатались акации на острове, взлетели пласты земли. Однако жижа никак не хотела течь в образовавшуюся канаву. Да и не такая уж она была и жидкая, как показалось на вид.
   Зотик по своему обыкновению действовал молниеносно. Пока смотритель фермы приходил в себя от только что пережитого восторга, Зотик переместил катер на материковый берег, зацепил абордажные захваты за два небольших, по здешним меркам, деревца, и включил двигатель на малую тягу. Озерная вода поднялась горой и ринулась на остров. Из озера на берег выскочило с полдюжины трехметровых ракоскорпионов, и они, споро перебирая всеми десятью ногами, помогая себе клешнями, полезли на прибрежные деревья. Раньше, как помнил Зотик, таких привычек за ними не водилось. Во все стороны от водяной горы разбегались гигантские крокодилы, со страшной силой загребая воду хвостами, чуть не наполовину выскакивая из воды. Зотик понял, почему остров огорожен стальным частоколом: мускусный бык такому крокодилу - на один укус. Водяная гора достигла острова и обрушилась на него, сейчас же образовалась следующая, но поменьше, и тоже исчезла за валом. Минут через пять Зотик выключил двигатель, вся окрестная природа притихла, будто в предощущении катаклизма, происшедшее, посчитав лишь прелюдией. Ракоскорпионы сидели на деревьях, пугливо подергивая усищами, и, похоже, слезать, не собирались. С острова вдруг понеслись дикие вопли, несколько напоминающие крики гроганов во время любовных игр, только чуть потише. Отцепив захваты, Зотик переместил катер обратно на вал и вылез наружу. Ареф, не объясняя причин, остался в рубке.
   Оказавшись за бортом, Зотик моментально оценил ум и предусмотрительность Арефа; вода вынесла с острова навоз, но плотная и густая вонь все еще висела в неподвижном воздухе. Однако отступать было поздно, и Зотик зашагал вниз по толстенному слою полегшей мокрой травы.
   Мускусные быки, снесенные потоком к противоположному краю загона и задержанные от уноса изгородью, отмытые до блеска, пребывали в истерике от стресса и вопили от ужаса не умолкая. По примитивной железной винтовой лестницы с вышки спускался человек весь облепленный буро-зеленой вонючей дрянью. Видимо его накрыло первой волной, поднявшей навоз до самого верха вышки, но последующие волны чистой воды его уже не зацепили. Он размахивал противогазом, отплевывался и матерился на чистейшем русском языке, да так громогласно и остервенело, что временами перекрывал вопли быков.
   Зотик почувствовал угрызения совести. А когда увидел, что приближающийся смотритель еще и нахлебался навозной жижи, то и вовсе смутился.
   Хлобыстнув противогаз об землю, смотритель заорал:
  -- И откуда ты взялся на мою голову?!
  -- Я прилетел за мускусом, - смущенно проговорил Зотик.
  -- Иди ты! Знаешь, куда?..
   Смотритель добежал до вала, взобрался на него на четвереньках и шумно бултыхнулся в воду. Зотик представил, какие жуткие твари его там могут поджидать, и зябко передернул плечами. Но, видимо, бедолаге было совсем невмоготу. Смотритель вскоре вернулся, живой и не съеденный. С него ручьями стекала озерная вода, и Зотик наконец-то смог его разглядеть. Крепкий, узловатый, как дубовый комель, с густыми и длинными седыми волосами и усами; типичный венерианин русского происхождения в третьем поколении. Вода пошла ему на пользу, он несколько успокоился, да и вопли быков стали стихать.
  -- Черт тебя подери... - даже с некоторым восторгом проговорил смотритель. - Я всегда знал, что пираты сначала делают, лишь потом думают... Но такого еще не видал. Ты, парень, всех переплюнул...
  -- Уважаемый, - Зотик гордо выпрямился, - я вольный астронавт. Назвав меня пиратом, вы нанесли мне смертельное оскорбление...
  -- Да брось ты, парень! Я родился на Венере, так что вашего брата перевидал достаточно. Да после этой твоей идиотской выходки, ни один крокодил, или ракоскорпион не выживет! Кто будет озеро очищать от всякой нечисти? Тут же такое начнется... Ракоскорпионы и крокодилы только года через два вернутся. Как я это время переживу? Как выживу?! Чертов салага... - и старик самым натуральным образом разрыдался.
   Хлюпая носом, он направился к стальному куполу, на четверть выступающему из вала, с натугой отвалил овальную дверь и скрылся за ней. Вскоре принялся выставлять за высокий комингс титановые канистры. Зотик, терзаемый угрызениями совести, молча таскал канистры в переходную камеру катера. Он примерно представлял, сколько стоило их содержимое; катер стремительно наполнялся сырьем, стоимостью в миллионы и миллионы. Биопродукты Венеры обладали уникальными и совершенно экзотическими свойствами. Мускус, например, содержал тысячи компонентов, обладал целебными свойствами, и синтезировать его искусственно было совершенно невозможно. А уж ароматические свойства в сотни раз превосходили свойства синтетических веществ. Содержимое канистр уже сейчас стоило раза в четыре дороже золота, а, миновав таможню, станет еще в четыре раза дороже. Именно из-за высоких пошлин, контрабанда с Венеры, было делом весьма привлекательным, но и опасным. Если попадешься венерианской полиции - мало не дадут. Венерианская юстиция обычно не передает преступников в исправительные системы федераций, а отправляет на свои, венерианские каторги, подсобными рабочими на фермы. Кто побывал, рассказывали, что это похуже Меркурия... Контрабандой с Венеры занимались вовсе уж забубенные головушки, и то попавшие совсем в безвыходное положение, чтобы ценой максимального риска сорвать хороший куш и скрыться в Дальний космос, где проворачивать темные дела невпример спокойнее, ввиду гораздо меньшего содержания полицейских патрульных судов на каждый кубический мегаметр космоса.
   Не придумав, чем помочь смотрителю, Зотик предложил робко, когда тот запирал дверь хранилища:
  -- Послушайте, уважаемый, я могу помочь отремонтировать навозоуборочный комбайн...
  -- Сам справлюсь... - хмуро буркнул смотритель. - Да и завтра новый доставят. Ты смотри, не попадись! Там, в канистрах, и моя премия лежит...
   Пройдя в рубку управления, Зотик сел в кресло, проворчал:
  -- Черт его знает... Хочешь, как лучше, а получается - как всегда.
  -- Это потому, что ты не за свое дело взялся... - философским тоном откликнулся Ареф. - Ты пират. А нанялся в холуи.
  -- Я не нанимался... - вяло возразил Зотик.
  -- Ага... Тебя, как зубастую щуку, на блесну поймали. Впредь тебе наука: не хватай все, что блестит...
   Возразить было нечего. Зотик бросил коротко:
  -- Тащи боевые скафандры. Будем уходить по-пиратски... - и повел катер прочь от озера, чуть не срубая верхушки деревьев.
  -- Ареф, уже облаченный в боевой скафандр, притащил в рубку скафандр Зотика, спросил:
  -- А как это, уходить по пиратски?
  -- Сейчас увидишь... - пробурчал Зотик, влезая в броневую скорлупу. Проверив систему жизнеобеспечения, он умастился в ложементе, спросил: - Ну что, дядюшка? Системы проверил? Готов?
  -- Готов! - азартно выдохнул Ареф. - Если смотритель стукнул таможне, нам только и остается, уходить по-пиратски.
  -- Ты уже везде ищешь происки... У нас груз мускуса, на котором все фабрики мистера М полгода могут работать.
  -- Ты что, совсем лопух?! - изумленно спросил Ареф. - ты до сих пор не понял, что "Король жевательной резинки" - это маскировка?!
  -- Маскировка-то маскировка, но она такие деньги приносит... Вряд ли дядюшка пожертвует таким количеством сырья, которое дороже золота, чтобы утопить одного вольного астронавта. И потом, в свете последних событий, мне опять что-то сомнительно... Мистер М относится ко мне, как к нормальному нанятому пирату, нормальный наниматель; с должной осторожностью.
   Ареф промолчал, возясь с настройкой индикатора метрики пространства. Зотик держал курс к длинному и узкому морскому заливу, глубоко вдающемуся в континент и окруженному высокими горами. Над водой залива можно было скрытно добраться до океана, а уж там, мчась на предельно возможной скорости над самой водой, дождаться старта грузового модуля с какого-нибудь космодрома, и пристроиться к нему сбоку. Скрытно смыться через районы полюсов можно было только с тех планет, с которых не тащат контрабанды, ввиду ума и дальновидности правителей, которые держат пошлины умеренными, а над полюсами Венеры постоянно висят патрульные катера. Старые пираты поговаривали, что венерианские правители нарочно держат такие пошлины, чтобы пираты как мухи вились вокруг планеты. Убивали двух зайцев; в казну текли большие деньги, а на Венеру притекали новые поселенцы. Отбыв каторгу, кое-кто из пиратов оседал на Венере.
   Под катером серой пеленой неслась поверхность залива. Зотик задумчиво смотрел на экран. Он любил эту буйную планету, влюбился с первой же встречи. Тереза напоминала Венеру; такая же темпераментная, горячая, буйная, непредсказуемая. Так же, как в сердце венерианских джунглей, в живых избах, жили колдуны - потомки первых колонистов, так и в Терезе жила колдовская душа...
  -- Ты что, опять о своей бандитке замечтался? - ворвался в уши Зотика насмешливый голос Арефа.
  -- С чего ты взял? - деланно равнодушно откликнулся Зотик, стараясь скрыть недовольство от того, что Ареф проник в его потаенные мысли, но больше от того, что насмешник дядюшка опошлил его приятные мечтания.
   Зотик поддал тяги, воздух пронзительно завизжал, обтекая катер. Визг проникал даже сквозь броню и изоляцию, от него ныли зубы и поджимались пальцы на ногах.
  -- Капитан, - робко подал голос Шкипер, - на такой скорости слишком сильно нагревается наружный слой обшивки...
  -- Ничего, выдержит... - проворчал Зотик, но тут же резко выпалил: - А почему ты самовольно переключился на нуль-пространственный канал?
   Послышалось странное, почти человеческое - "эк", но Шкипер быстро сориентировался и затянул, опять же почти как человек, попавший в затруднительное положение:
  -- Ну-у... Я подумал...
  -- Ага! - победно вскричал Зотик. - Я самый счастливый капитан звездных кораблей, мой бортовой компьютер думать умеет...
   Но Шкипер мгновенно нашелся:
  -- А чем же еще занимаются компьютеры, если не думают? - проскрипел он сварливо.
   Тут подал голос Ареф:
  -- Капитан, индикатор фиксирует искажение метрики пространства. Где-то поблизости, тысячах в двух километров, стартует корабль.
  -- Ладно, грех не воспользоваться... - пробурчал Зотик, и включил маскировочное поле, скомандовал: - Шкипер, давай перехват на всех доступных частотах переговоров таможни и полиции...
  -- Есть, сэр! - молодцевато отчеканил Шкипер.
   Взлетать с ускорением грузовика - сущее наказание. Всем известно, что чем выше ускорение взлета, тем больше экономии. Поэтому пилотами орбитальных грузовиков работали парни не старше шестидесяти лет, пока организм легко восстанавливается от запредельных нагрузок, да еще подрабатывали курсанты астроакадемий - пацаны азартные, любящие поиграть мышцами, буквально в считанные дни наливающиеся чугунной твердостью от перегрузок. Короче говоря, взлет занял считанные секунды, но уже когда Зотик собрался отвернуть с траектории грузовика, который сбросил ускорение до двух жэ, послышался голос диспетчера на волне таможни:
  -- Эй, челнок орбитальный девяносто три, почему это ты даешь двойную отметку?..
   Тут же в переговоры врезался властный голос таможенного диспетчера:
  -- Челнок орбитальный девяносто три, а ну подруливай к терминалу! Чего-то с тобой не так...
  -- Да понимаешь, начальник... - послышался растерянный мальчишеский голос. - Прилепилась какая-то какашка, будто кусок дерьма на каблук... Я ее даже не вижу; ни визуально, ни на мониторах... - мальчишку можно было понять - явно первокурсник на каникулах подрабатывает, еще не поднаторел в словесных перепалках со всякими контролерами и надзирателями. А потеря времени на таможне - потеря премиальных. Ведь орбитальные челноки таможенники досматривали еще в космопорту, а тут получалось, что на терминале будет второй досмотр.
   Зотик проворчал кровожадно:
  -- После академии станешь капитаном, встретишься на узенькой космической дорожке... Я тебе покажу - кусок дерьма... Я те покажу - какашку... Каз-зел... - смачно выплюнул древнейшее и грязнейшее ругательство, и врезал тридцатикратное ускорение.
   Начавший привыкать Ареф даже не пискнул. Диск Венеры начал все быстрее и быстрее отодвигаться назад. Зотик осторожно, то и дело поглядывая на Арефа, довел ускорение до тридцати семи жэ. Конечно, это не шибко много, будь он один - врезал бы все сорок пять, но все равно хватит. Пока таможенники прочухаются, да свяжутся с патрульными катерами, пройдет не менее пяти секунд. А выигрыш в пять-семь секунд - это более чем достаточно. Из-за сильнейшей деформации метрики, даже радиоволны перестали достигать катера, заполошные вопли таможенников и полицейских безнадежно затихли.
   Когда на взгляд Зотика Венера отдалилась достаточно, он выпустил вперед по курсу снаряд-ловушку с ускорением в тридцать жэ, выключил двигатель, и лишь на одном гравитроне начал описывать широкую циркуляцию, намереваясь выйти на курс к Земле. Полицейские будут не менее получаса гнаться за снарядом-ловушкой, пока не поймут, что это такое. Ведь никто не в состоянии без передышки выдержать тридцать жэ в течение получаса. За это время катер отклонится достаточно в сторону, а засечь с большого расстояния катер, крадущийся на одном гравитроне, весьма затруднительно.
   Погоня целеустремленно промчалась за снрядом-ловушкой, и исчезла из виду. Часа через два Зотик врубил форсаж, направив нос катера к Земле. Через семь часов он уже тормозился вблизи Земли. Он с разгону вогнал катер в атмосферу над Атлантикой. Погасив скорость, связался с мистером М. Босс, увидев на экране осточертевшую физиономию, заорал, мгновенно потеряв свое добродушие:
  -- Вы еще здесь?! Тройной оклад за каждый день прогула в виде штрафа!.. Еще одно нарушение, и контракт будет расторгнут с уплатой неустойки в виде всего вашего движимого и недвижимого имущества!..
  -- Минуточку, босс, - вежливо проговорил Зотик, - в контракте ничего не сказано насчет штрафов за прогулы... - м-р М открыл-закрыл рот, пытаясь отыскать убойный аргумент, упустил инициативу, а Зотик продолжал: - Куда сдать мускус?
   М-р М долго молчал, приходя в себя, наконец, буркнул:
  -- На склад номер тридцать семь...
  -- Извините, а где он находится?
  -- Координаты в вашем бортовом компьютере... - и м-р М отключился.
  -- Ладно, Шкип, рули на склад номер тридцать семь, - проговорил Зотик устало.
   Снова включился монитор связи, на нем появилась жизнерадостная физиономия м-ра М, и он весело распорядился:
  -- Мистер Зотик! Поскольку вы затратили на экспедицию всего два дня, вместо восьми, можете шесть дней отдохнуть на Земле.
  -- Спасибо, босс... - когда монитор погас, Зотик проворчал сквозь зубы: - Действительно - клоун... Маски меняет мгновенно...
   Склад номер тридцать семь оказался вовсе не в Нео-Вавилоне, а в старом Нью-Йорке. И Зотик всю дорогу ломал голову над тем, как объяснить диспетчерской службе, почему он желает приземлиться на боевом судне посреди совершенно мирного города? В конце концов, не придумав ничего лучше, приказал Шкиперу, чтобы он идентификационный автоответчик шлюпки переключил на катер, а автоответчик катера - на шлюпку.
   Полусонный диспетчер равнодушно выслушал Зотика, зевнул, пробормотал, глотая слова:
  -- Садись... Без формальностей... Если через пятнадцать минут взлетаешь... Тут, правда, с Венеры ориентировка поступила... Кто-то, чего-то у них мимо таможни провез, и рванул куда-то в сторону Сатурна. А зачем нам ориентировки посылают - леший знает... С Венеры каждый божий день какое-нибудь дерьмо тамошних зверушек тибрят... Или какие-нибудь травки... А нам тут каждую калошу обыскивай...
   Зотик терпеливо выслушивал ворчание, вежливо кивал. Про себя подумал, что постоянно слышит это слово - "калоша", в применении к вконец добитым кораблям, но что оно обозначало прежде, понятия не имеет. Уже привычно подумал, что надо бы спросить Арефа.
   Сдача мускуса, действительно, больше десяти минут не заняла. Два рабочих бегом перетаскали канистры в склад. Мрачный кладовщик нехотя буркнул:
   Бухгалтерия сама переведет деньги на ваш счет.
   Зотик захлопнул люк и прошел в рубку управления. Взлетать по баллистической траектории прямо из крупного города, было бы неоправданной наглостью, а потому он повел катер над самой землей в сторону океана, и лишь отойдя подальше от берега, поднял судно вверх.
   Ареф помалкивал, разбираясь в очередной порции информации, извлеченной из потайных файлов Шкипера. Когда двигатель отключился, Ареф оторвался от монитора своего школьного компьютера, поглядел на пульт, спросил равнодушно:
  -- Ты что, опять в Нейтральную зону навострился? Тебе мало прошлого раза? Полетели лучше к Сидорову; отдохнем, отоспимся, поедим, как следует нормальной жратвы...
  -- Мне надо Фоку Лешего найти, - нехотя проговорил Зотик. - Да теперь уже все равно; хоть обходи стороной Нейтральную зону, хоть не обходи, один черт достанут. С каждым днем все хуже и хуже становится. А так можно держать в страхе хотя бы мелкую шушеру, затерроризировать ее неожиданными появлениями, чтобы сговориться не успели...
  -- Ну-ну, стратег... Опять, значит, намечается драка и всякие безобразия... А ты мне до сих пор не преподал ни единого урока рукопашного боя.
  -- Преподам еще. Вот двинем куда-нибудь далеко, и начнем сразу с самого интересного; с рукопашного боя в невесомости. Самая важная дисциплина для вольного астронавта.
   Зотик ни мало не озаботился целостностью экипажей, стоящих на парковке возле салуна Грелли. Спикировал на крошечный пятачок с краю, только-только втиснуть катер. Он, конечно, никого не зацепил, но силовые поля смели в окружающие кусты штук пять экипажей. На шум из салуна вывалила толпа посетителей. Похоже, заведение оправилось после загула Хон-Гриля. Увидев Зотика, уже было потянувшиеся к ножам и парализаторам владельцы пострадавших транспортных средств, нерешительно запереглядывались. Однако никто не рискнул выдвинуться в вожди. Один только, седобородый старикан, видимо комендор огневых систем, проговорил громыхающим басом:
  -- Послушайте, капитан, неужели нельзя поосторожнее?..
   Комендоры - народ бесстрашный и независимый, капитаны их ценят даже повыше иных старших офицеров, а потому Зотик хлопнул его по плечу, весело воскликнул:
  -- Провалиться мне в черную дыру, если я кого-нибудь зацепил! Так что, не морщинь метрику, папаша, - и пошел в салун.
   Зотика никто не остановил. Несколько удивившись этому, он спросил:
  -- Тут, вроде, швейцар стоял?..
   Идущий следом комендор сказал:
  -- Хон-Гриль возмутился, когда на второй раз тот его остановил и потребовал сдать в гардероб пращу. Так что, старику еще недели две в больнице отдыхать. У него ж еще и рука не регенерировалась. Больница для бедных, никакой тебе интенсивной терапии. Хон, конечно, не капитан Зотик, совсем не уважает стариков...
   Зотик окинул взглядом зал, и тут же остановился, будто налетев на отражательное поле. Его даже будто изнутри током шибануло. В уютном закутке под лестницей, ведущей на второй этаж к нумерам, за сдвинутыми столами тихо и деликатно пировала компания молодых пиратов, а во главе стола восседала величественная и надменная Тереза.
   Зотик уставился на нее и, видимо, моментально стал похож на кота, увидевшего мышь. Потому что молодые люди, сидевшие с Терезой, примолкли, перестали жевать, положили вилки, поставили стаканы и в свою очередь уставились на Зотика. Но были они уж такой мелочью, что Зотик посчитал ниже своего достоинства обратить на них внимание, и уж конечно ему и в голову не могло прийти, что такая отчаянная девчонка, как Тереза, могла объявить себя их подругой. Он прошагал через весь зал, остановился рядом с Терезой и резко спросил:
  -- Ты объявила себя гражданкой Нейтральной зоны, как положено, в присутствии не менее чем трех свидетелей?
  -- Разумеется... - она величественно наклонила голову.
  -- Тогда ты обязана либо правдиво ответить на мой вопрос, либо принять вызов.
   Гомон и разговоры в зале стихли, кое-кто из пиратов осторожно отодвигался к стенам, молодежь тянулась к оружию, бросая плотоядные взгляды на Терезу. В подобных заварухах всякое бывает, а красотка была завидным призом победителю в драке, даже если завладеть ею - один шанс из миллиона. Какой пацан, объявивший себя вольным астронавтом, и мнящий себя круче самого крутого кипятка, откажется даже от призрачного шанса, даже если придется потягаться с самим Зотиком.
   Лишь троица вольных астронавтов, молча поглощавшая пиво у стойки, казалось, не проявила никакого интереса к происходящему. Опытным взором Зотик мгновенно распознал в них членов какого-то серьезного экипажа.
  -- Послушайте, уважаемый, - обратился к Зотику симпатичный, широкоплечий юноша с золотистыми кудрявыми волосами до плеч, видимо вожак компании, - как посмели вы приставать к нашей подруге, да еще так нагло, на виду у всех?
   Зотик опешил. Само по себе обращение - "уважаемый", к капитану, было оскорбительным, да еще вопрос, заданный в таком тоне, означали одно - дуэль насмерть.
   Зотик уставился на Терезу, тихо прошептал:
  -- Ты что, объявила себя их подругой?!
  -- А что, симпатичные ребята... И такие внимательные... - она с самым невинным видом похлопала пушистыми ресницами.
  -- Немедленно... Слышишь? Быстрее объяви себя свободной женщиной!
  -- Зотик попал в капкан, и опять из-за своей самонадеянности, и еще потому, что привык быть авторитетом. Если он убьет в поединке этого золотоволосого красавца, его место тут же заступит следующий. И так до последнего, двенадцатого. Даже если большинство из них и не желают драться с Зотиком, зная о своей неминуемой смерти, им все равно придется. Да к тому же, нет ничего страшнее для молодого вольного астронавта, как подозрение в том, что и не вступился за честь женщины, объявившей себя его подругой. Если сейчас Тереза объявит себя свободной женщиной. То пострадает один красавец, а потом Зотик объявит, что не претендует на Терезу, и конфликт будет ликвидирован, если, конечно, остальные не пожелают продолжать скандал. Был еще один выход из положения; Зотик должен при всем стечении народа долго и униженно просить прощения у всей компании, и у Терезы в первую очередь, униженнее, чем у других. Это будет, пожалуй, хуже всего; мгновенно потеряешь статус авторитета, скатишься на самое дно, потеряешь лицо, и чтобы достичь прежнего положения придется затратить годы, да и народу в поединках перебить невпример больше, нежели банда золотоволосого.
  -- Объяви себя свободной женщиной... - уже умоляюще прошептал Зотик.
  -- И не подумаю! - Тереза с усмешкой превосходства смотрела на него. - Мне хочется, чтобы эти ребята тебя покрепче поколотили. За все хорошее, что ты мне сделал. Только потом мы поговорим, долго и откровенно.
  -- Ты что, дура?! - изумленно выдохнул Зотик.
   Парни тем временем принялись не торопясь, обстоятельно, отодвигать стулья, доставать оружие. Помня свою подмоченную репутацию, Зотик сообразил, что поединков не будет, они кинутся разом. Потому золотоволосый красавчик и повел себя так вызывающе. Как обычно бывает, из-за детской самонадеянности, пацаны, не бывавшие еще в серьезных делах, все рассказы о подвигах Зотика считали преувеличением. Взглядом опытного бойца Зотик мгновенно прокачал ситуацию; к двенадцати противникам готовы присоединиться еще человек тридцать, то есть почти все, кто был в салуне. Худо... Он медленно завел руку за спину и потянул из кармана лучевой меч. Толстяка бармена за стойкой уже не было. Мимоходом Зотику даже жалко его стало; столько усилий, предательства, и в одночасье всего лишиться. Тут кому угодно понятно, а бывшему пирату - тем более что через полминуты драки с применением серьезного оружия, от хлипкого сооружения останется куча золы. Хотя... Если бармен сумел купить корабль Хону, то этот салун всего лишь прикрытие для обделывания каких-то больших и темных дел...
   Зотик бросил мимолетный взгляд на Терезу. Похоже, она не ожидала такой реакции от своих друзей. Видимо привыкшая к мальчишеским разборкам цивилизованных стран, она полагала, что дело кончится вульгарным мордобоем. Она побледнела и медленно пятилась в угол, беззвучно открывая и закрывая рот. До начала кровавой мясорубки оставались считанные мгновения, и тут, - чувствуется высокая выучка! - сказала свое слово троица серьезных вольных астронавтов. Зотик лишь на мгновение отворачивался, но когда повернул голову, уже обнаружил троицу изготовившейся к драке: один стоял на стойке и контролировал весь зал своим бластером, второй стоял чуть в стороне, страхуя его от ближайших возможных противников, третий занял позицию у двери. Умно. Вопрос лишь в том, на чьей стороне они будут драться?
   Эй вы, шпана! - презрительно заговорил в гробовой тишине вольный астронавт, стоящий на стойке. - Капитан, тем более такой авторитет, как Зотик, может быть обвинен в предательстве и лишен статуса только на общем сходе капитанов и командоров. Может быть ты, блондинка в штанах, назовешь место и время схода, на котором капитан Зотик был лишен статуса вольного астронавта? Может быть, ты знаешь и тех вольных астронавтов, кто погиб у Лерны? А по моим сведениям, возле Лерны уже лет десять не бывало ни единого корабля вольных астронавтов. Что там делать? Так что, еще надо доказать, правда ли капитан Зотик дрался на стороне Интернациональных сил против вольных астронавтов? Доказывать обратное капитан Зотик не обязан. Мы, члены экипажа "Алой звезды", свидетельствуем: вы недвусмысленно бросили вызов капитану Зотику. Поскольку вы значительно ниже его по званию, он не обязан принимать ваш вызов, а имеет полное право просто перебить вас из любого вида оружия. Если же он принимает вызов, то за ним право выбора оружия, а также места и времени поединков.
  -- Причиной ссоры стала наша подруга и наглое, ничем не обоснованное приставание капитана Зотика к ней, - нерешительно проговорил золотоволосый.
  -- Откуда капитан Зотик мог знать, что она ваша подруга? Но вы, вместо того, чтобы вежливо информировать его об этом, сразу завели разговор в совершенно недопустимом, оскорбительном тоне. Таким образом, либо вы докажете свое право защищать честь такой красавицы, либо она достанется победителю как приз. Разумеется, не в качестве военной добычи, а в качестве подруги повязанной кровью.
   По всему было видно, что такой вариант устраивал всех, кроме банды золотоволосого красавца.
   Зотик, ухмыляясь как кот, научившийся открывать лапой дверцу клетки, прошел по залу, будто кот перед клеткой с канарейкой, бросая на парней плотоядные взгляды и чуть заметно облизываясь, проговорил нерешительно:
  -- Оружие? Ну-у... Скажем, боевой топор с Валькирии... И одно условие; я сам устанавливаю очередность.
   Планета Валькирия была открыта вольными астронавтами. Населена она была гуманоидами, весьма похожими на землян, и цивилизация ее находилась в стадии раннего средневековья и позднего антика. А огромный экваториальный материк, лежащий в другом полушарии и окруженный архипелагами бесчисленных островов, был заселен аборигенами, живущими вообще в каменном веке. Вольные астронавты вдоволь поразвлеклись там, устраивая войны, заварухи, просто грабежи без затей, переодеваясь аборигенами. На Земле можно было и не только у богачей найти в коллекциях множество предметов с Валькирии. Зотик и сам вволю побродяжничал по планете, одевшись странствующим рыцарем. Но парк развлечений закрылся, как только о планете пронюхал Департамент внеземных дел. Поскольку планета должна была по закону принадлежать Нейтральной зоне, то и заботу о неземном населении должна была взять на себя она же, то есть оградить бедных аборигенов от присутствия землян. Но ведь любому тупому чиновнику было ясно, что это было бы все равно, что козлу доверить сторожить кочан капусты. Так что, от Южно-Азиатского союза там дежурили канонерка с монитором, а он федераций - два крейсера.
   Боевой топор тамошних рыцарей представлял из себя смертоубийственный инструмент, снабженный волнистым лезвием и усаженный трехгранными шипами. Даже металлопластовый жилет не мог устоять против шипов, изготовленных по какой-то тайной технологии местными кузнецами. Мало кто мог овладеть этим оружием, тяжел был зараза! Однако Зотик когда-то овладел им в совершенстве.
   Услышав про топор, парни побледнели. Посмаковав их ужас, Зотик решительно заявил:
  -- Первые десять - на кулаках, последующие - боевой топор, - и окинул сборище взглядом кота, которого невежливо разбудила банда мышей, пришедшая с ним разобраться.
  -- Эй, эй! Погодите! Ну, нельзя же так! - пронзительно завопила Тереза. - Я вовсе не желаю, чтобы из-за меня дрались насмерть...
  -- Леди, - вольный астронавт, стоящий на стойке бара учтиво поклонился, - вызов был брошен, вызов был принят. Изменить уже ничего нельзя. Надо было раньше думать. Извините, но это бедствие, когда красивая, но недостаточно умная женщина попадает в Нейтральную зону. Был бы я помоложе... - он мечтательно прикрыл глаза. - Возможно, и я скрестил бы боевой топор с мистером Зотиком... Итак, - голос его стал резким, повелительным. - Принесите топоры! И - все на улицу, начнем, пожалуй...
   На лужайке за салуном быстро очертили круг, обычный дуэльный круг диаметром тринадцать шагов. Притащили два генератора отражательного поля. Пока секунданты регулировали поле по окружности арены, Зотик прохаживался перед кучкой претендентов, хищно приподняв верхнюю губу. Когда толпа зевак и дуэлянты с секундантами вываливали из салуна и пробирались к месту дуэли, претендентов осталось лишь человек двадцать пять. Маленький, шустрый пират, только что в салуне замеченный Зотиком среди самых активных претендентов, притащил два боевых топора, прислонил их к дереву, и отошел к толпе болельщиков с таким видом, будто он тут вовсе ни при чем.
   Зотик остановился, широко улыбнулся, сказал:
  -- Послушайте, пацаны! Вы заметили, что среди вас больше не осталось опытных бойцов? Остались одни желторотики, которые надеются, будто у каждого следующего больше шансов на победу, чем у предыдущего? - Зотик довольной улыбкой проводил шесть или семь претендентов, поспешно присоединившихся к болельщикам. Половина банды золотоволосого с удовольствием рванула бы следом, но у них не было пути к отступлению. Скатиться на самое дно, страшнее, чем погибнуть в честном поединке. Да к тому же со знаменитым капитаном. Окинув плотоядным взглядом мясника, оценивающего окорока и филейные части туши, стройную фигуру золотоволосого, Зотик ласково промурлыкал: - А тебя, красавчик, я оставлю на закуску. Ты будешь двенадцатым... Успеешь полюбоваться, как я распластаю топором одиннадцатого...
   Зотик взял один из топоров, попробовал ногтем лезвие, потрогал пальцем острия шипов, ловко подкинул, крутнув, поймал за рукоятку, со свистом описал классическую защитную двойную восьмерку с переходом в атаку, цыкнул зубом, еще раз окинул взором фигуру золотоволосого. Тот явственно задрожал, тоскливо и обречено поглядел на Терезу. Зотик сочувственно вздохнул:
  -- Среди вольных астронавтов лишь человек пять шесть способны тягаться со мной в драке, и, что характерно, никого из них здесь нет. Мальчик мой, мне тебя втройне жаль и еще по одной причине; у тебя с самого начала не было ни единого шанса добраться до ее нижнего белья. Она парнями и покруче тебя вертела, как хотела... Прости, дурашка. Ты сам выбрал, по какому закону жить, и сам выбрал женщину, которую можно удержать, лишь имея за спиной верный экипаж и дюжину орудий самого большого калибра... - Зотик повернулся к секундантам: - Все готово?..
  -- Вы не уточнили правил кулачного боя. Что именно считать поражением?
   Зотик поднял брови:
  -- Как, что? Неспособность одного из противников продолжать бой.
   Он снял куртку, протянул ее Арефу. Шепнул:
  -- При свидетелях вряд ли кто решится ударить в спину, но ты поглядывай, шибко уж приз симпатичный...
   Он отошел к кучке претендентов, окинул ее критическим взглядом, проговорил раздумчиво:
  -- С каких начать? С самых сильных, или с самых слабых? А, впрочем, какая разница, если вся толпа - одни щенки. Ты! - и он ткнул пальцем в ближайшего.
   Зотик решил с противниками не играть, еще по молодости и по неопытности решат, будто у кого-то из них есть шанс на победу.
   Первый неосмотрительно бросился на него с ходу, пытаясь достать кулаком челюсть. Зотик спокойно и не особенно торопясь, нырнул под руку, перехватил противника поперек туловища, дал заднюю подножку и так припечатал к земле, что у бедняги с громким хаканьем весь воздух из легких вылетел. Зотик еще добавил ему каблуком в солнечное сплетение. Жить, возможно, и останется, но на ноги сможет встать лишь часа через два.
  -- Оттаскивай! Следующий... - весело закричал Зотик. - Не теснитесь, не лезьте без очереди! Всем хватит.
   Второй оказался осторожнее. Он долго прыгал по арене, финтил, отскакивал каждый раз даже при малейшем намеке на атаку со стороны Зотика. Тому это быстро надоело, и он перешел, казалось, в совершенно неосмотрительную атаку. Как Зотик и предполагал, неопытный мальчишка купился на примитивную провокацию. По всем правилам, оттолкнувшись от земли правой ногой, правый кулак он направил в челюсть Зотику. Что тому и было нужно; он лишь легким касанием предплечья своей левой руки направил кулак противника впритирку к своему левому уху и тут же, резко крутнувшись, впечатал правый локоть точно под ухо парнишки. Под локтем податливо хрупнуло.
  -- И поделом тебе, салага... - проворчал Зотик. - Месяц теперь будешь протертый супчик через трубочку сосать, если не найдешь денег на интенсивную терапию...
   Зотику долго не удавалось вогнать себя в боевой транс; слишком уж противники казались не серьезными. Да и в боевом трансе запросто можно было зашибить насмерть, даже не желая того. Однако на третьем противнике Зотика накрыло благодатное забвение, и закрутилась карусель. Пацаны, как быки испанской корриды, вбегали на арену и сейчас же падали под безжалостными ударами Зотика. Ни одному не удалось даже слегка зацепить его по физиономии.
   С большим трудом Зотик в горячке боя сообразил, что противников слишком уж много, первая десятка должна бы уже давно кончиться. С маху положив очередного в нокаут, он остановился, огляделся. Золотоволосый стоял в сиротливом одиночестве.
  -- Эй! - заорал Зотик, обращаясь к распорядителю дуэли. - Ты почему не считал?! Я же сказал, после десятого - в топоры!
  -- Капитан, вы же не сказали, чтобы я их считал...
   Судя по хитрющей физиономии, опытный вояка пожалел пацанов, сообразив, что в боевом трансе Зотик считать противников вряд ли сможет.
  -- Ладно, - Зотик сговорчиво пожал плечами, кивнул золотоволосому: - Ну, милок, пожалуйте на заклание.
   Крутнув топор в руке, он прошелся по арене. Золотоволосый топтался на краю, и было видно, что топор он держит в руках впервые в жизни. Эх, молодежь, молодежь... Не всегда же под рукой может оказаться бластер или бризантное орудие... Болельщики примолкли, сумрачно глядя на Зотика. По закону, Зотик имел полное право развалить пополам заносчивого молокососа, но с другой стороны, жаль было неопытного дурака, возомнившего о себе... Интересного зрелища не получилось, получилась форменная бойня. Вряд ли кто из болельщиков видел Зотика в бою, а потому они и ждали интересного развлечения.
   Зотик завертел топором в тройной восьмерке и неуловимо для глаза перешел в атаку. Парнишка попытался парировать удар, но дернулся даже не в ту сторону, лезвие свистнуло как раз на уровне низа живота.
   Хищно ощерившись, Зотик прорычал:
  -- Это ты зря подумал, будто я промахнулся. Я с тобой просто поиграть решил. Ты последний, спешить мне больше некуда. Будь ты противником посерьезнее, твое хозяйство вместе с ногами уже бегало бы отдельно от тебя, - парнишка сообразил, наконец, что торчать поблизости от силового поля, только увеличивать опасность, и переместился к центру арены. - Правильно, умно... - одобрил Зотик. - А сейчас я покажу, как я могу твои дурные мозги по окрестным кустам разметать...
   Топор вновь зашелестел в воздухе, и снова парень даже не уловил, откуда последует удар. Зотик перевел в атакующее движение топор из вовсе уж непригодного для этого положения, из точки возврата, когда тройная восьмерка заканчивается, и следует провести ее в обратном направлении. Топор описал широкую дугу, и косо шаркнул по правой стороне головы, легонько зацепив плечо, и вернулся на защитную траекторию. Как ни легким казалось касание, прядь золотых волос упала на землю, а правый рукав светлой футболки покраснел от крови.
  -- Ты опять подумал, будто я промахнулся? - прорычал Зотик, и криво ухмыляясь, замедлил скорость вращения топора, принявшись легкими намеками обозначать атаки; то сбоку, то снизу, то сверху.
   Парень защищался топором, как мог, ухватив одной рукой у лезвия, другой - за конец рукоятки. Зотик обозначил атаку сверху, золотоволосый поднял топор над головой, и Зотик на этот раз ударил. Однако уже в полете развернул топор обухом. Рукоятка топора золотоволосого выдержала, но удар был так силен, что его бросило на землю, а руки оказались напрочь отбитыми. Он зашипел от боли, попытался подхватить топор, и не смог. Правила дуэлей позволяли или доить противника, или оставить ему жизнь. Последнее обычно не практиковалось из чувства самосохранения.
   Зотик вздохнул, примерился...
  -- Послушайте, капитан... - раздался за его спиной голос распорядителя дуэли.
  -- Да-а?.. - тягуче отозвался Зотик, медля с ударом.
  -- Мы могли бы стать его поручителями...
   Зотик опустил топор, сказал облегченно:
  -- Я согласен... Слышали, юноша? - он оглядел парня уже добродушным взглядом. - Я оставляю вам жизнь. Но то, что эти джентльмены взяли вас на поруки, означает лишь одно, что если капитан Зотик будет найден с ножом в спине, вас, юноша, эти трое джентльменов будут убивать долго, вдумчиво, и оч-чень мучительно. Смею вас заверить, они это умеют, - и, обращаясь к толпе: - Ну что, больше не найдется волюнтаристов, которые лелеют утопические надежды меня грохнуть? - и пустил топор над головами толпы.
   Вертясь, как пропеллер и грозно шелестя, топор пролетел над толпой, и с громким хряском врезался в толстое дерево, крона резко сотряслась. Толпа молча ждала продолжения. Приз победителя с убитым видом стоял в окружении секундантов, и смотрел на Зотика таким жалобным взглядом!.. Однако Зотик знал цену этим взглядам.
  -- Ну, что, мамзель Тереза? Пацаны часто из-за тебя дрались? - она машинально кивнула, Зотик широко улыбнулся. - Смею тебя разочаровать, я дрался вовсе не из-за тебя. Так уж судьба карты раскинула... Это был не мой выбор, и даже не этих пацанов - судьба...
  -- А что со мной теперь будет?.. По закону?.. - с усилием добавила она.
  -- Ага, значит, хочешь жить по закону Нейтральной зоны... А ты подумай - сможешь?
  -- Попробую... Только, я не желаю быть твоей подругой...
   Зотик разулыбался еще шире:
  -- Голубушка! Ты перед этими пацанами могла хвостом крутить, и они ничего не посмели бы возразить. Но теперь ты, и только ты довела дело до крови своей глупостью. Будь на моем месте кто другой, тут бы уже валялась гора трупов. Так что, теперь между нами кровь...
  -- И что теперь будет?
  -- Увидишь... - обещающе протянул Зотик, и повернулся к ней спиной.
   Толпа разочарованно повалила в салун, чтобы сублимировать разочарование выпивкой. Зотик шел вслед за всеми, Тереза плелась за ним, не зная, что делать. Зотик подчеркнуто не обращал на нее внимания. Подсев к стойке, он оглядел бармена, цикнул зубом, бармен явственно вздрогнул, Зотик медленно проговорил:
  -- Теперь ты понимаешь, что быть дедом на пиратском корабле - одно, а быть барменом - со-овсем другое?
   Бармен сокрушенно покачал головой.
   На соседний табурет взгромоздился Ареф, по другую сторону села Тереза. Зотик демонстративно отвернулся от нее, бросил бармену:
  -- Виноградного соку мне...
   Моментально на стойке появился запотевший бокал с соком.
  -- А мне - "живой источник Эдема", - произнес Ареф.
   Бармен не двинулся, глядя на Зотика жалобным взглядом.
  -- Вы что, не слышали? - в меру удивленным тоном осведомился Ареф.
  -- Мое заведение только для взрослых, - слегка смущенно откликнулся бармен.
  -- Ты хочешь рассердить моего штурмана? - ласково осведомился Зотик.
  -- Как, это ваш штурман?!
  -- А ты полагал, это бесплатное приложение за мной хвостиком бегает? Отхлебнув в меру охлажденного сока, Зотик спросил: - Мне хочется знать, куда запропастился мой старинный приятель Фока Леший?
   Бармен под взглядом Зотика слегка попятился, отрицательно помотал головой:
  -- Вы знаете, капитан, за весь год ни разу не слышал разговоров о Фоке Лешем.
  -- Худо... - обронил Зотик и опустил голову.
  -- Послушайте, капитан... - бармен слегка замялся, но тут же любопытство взяло верх. - Ходят слухи, будто вы своему лучшему другу ногу оттяпали, и кое-что еще... Около ног привешенное...
   Зотик уставился на бармена изумленным взглядом, ошарашено размышляя, с чего это он так осмелел? Не найдя разгадки, хмуро бросил:
  -- Не верь слухам... А если еще и болтать лишнего будешь, я тебе уши и язык вместе с головой оттяпаю.
   Что-либо разузнать о пиратских капитанах можно лишь в Нейтральной зоне, а появляться здесь все еще опасно, хоть серьезные экипажи пока против Зотика ничего не имеют, наоборот даже, сегодня так здорово помогли. Что же делать? Если за Фокой Лешим охотился кто-то серьезный, располагающий немалыми возможностями, его могли запросто отсечь от зон разгона, и тогда он, если конечно не сложил буйную голову, прячется где-то в Солнечной системе. А так как в течение последнего года в окрестностях Солнца не вспыхивало ярких звезд, на которые всегда похожа гибель звездолетов, то Фока Леший, скорее всего, жив. Вот только спрятаться он мог либо на Венере, либо на Марсе в полузаброшенных городах-теплицах под стеклянными крышами, где обретаются всевозможные темные личности, объявившие себя приверженцами каких-то вовсе экзотических культов. Вряд ли он может прятаться на станциях научников, болтающихся у внешних планет и на спутниках планет-гигантов. Неприязнь научников к вольным астронавтам общеизвестна... А на внеземных рудниках спрятаться вовсе невозможно; потому как там обретается такой люд, продадут и перепродадут родную мать, лишь бы покупатель нашелся.
  -- Зотик, а Зотик?.. - послышался робкий голосок сбоку.
   Зотик резко развернулся на стуле, окинул Терезу холодным взглядом, и нехотя процедил:
  -- А вам, мамзель, вовсе не обязательно таскаться за мной, как хвостик.
  -- А что мне теперь делать?
  -- Что, секунданты просветили тебя, насчет статуса подруги, повязанной кровью?
   Она с убитым видом мотнула головой.
  -- То-то ты не кинулась на грудь своему красавчику... Если бы тут так просто было бы драться из-за баб, Нейтральная зона давно бы обезлюдела... Тут ведь страшенный дефицит женщин, а потому они все до ужаса капризны. Вот и приходится хоть как-то нейтрализовывать их капризность...
  -- Но мне-то что делать?!
  -- Да хосподи, боже мой! Делай, что хочешь! Вали на все шесть сторон! Только сделай так, чтобы я тебя как можно реже видел...
  -- Но я ж теперь твоя подруга...
  -- Ага... Повязанная кровью, заметь... И об этом скоро вся Нейтральная зона узнает... - повернувшись к Арефу, Зотик проговорил: - Ладно, штурман... Похоже, зря мы опять сюда летали... Хотя... Все, что ни делается, делается к лучшему. Теперь всякая шушера поостережется на меня ножи точить. Такую дуэль они не скоро забудут...
  
  
  
   183
  
  
  
  --

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик"(Боевая фантастика) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) А.Ефремов "История Бессмертного-3 Свобода или смерть"(ЛитРПГ) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Рябиченко "Капитан "Ночной насмешницы""(Боевое фэнтези) В.Чернованова "Попала! или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) О.Бард "Карфаген 2020. Полигон"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"