Аннотация: Первое повествование из серии про аномальные зоны. Странное явление в центральной России. Тени, искажающие пространство и время - странности, болезни, приносимые ими. Способ преодоления влияния.
За горой полыхал закат. Охотники медленно шли вдоль кромки леса.
Дорога, выстеленная корками застывшей грязи, походила на вздувшийся панцирь невиданного животного. Охоты не получилось. Лешка спугнул всё, что только мог спугнуть. Васильевич угрюмо шагал, c хрустом, разламывая застывшие куски.
- Не возьму больше с собой, - думалось Васильевичу, - мал ещё.
Малый Лёшка, ростом и весом со взрослого человека, тихонько насвистывая, шёл по травяной обочине.
Отец с матерью уехали в город, когда он ещё не планировался. Сразу после свадьбы бывший студент Василий Васильевич получил распределение в государственное учреждение. Сначала мечталось о деревне, но закружили заботы, и постепенно деревня осталась воспоминанием и летним отпуском.
Лешка вырос- стал программистом, окончательно закрепив городской род.
Дед, покряхтывая, привычным движением убирал ветки со старенького ИЖА.
Мотоцикл весело заурчал. Охотники поехали к деревне.
Бабушка Маруся славилась своими поделками. Дерево пело в её руках, превращаясь в расписные доски, жар-птиц, весёлые народные игрушки. Руки бабушки скрючились и покрылись ссадинами, но это не мешало ей ловко управляться по хозяйству.
Поджидая, она напекла пирогов и, как обычно, строгала очередного медведя.
Последние лучи догорали, казалось, они соревновались в прыжках, и небо озарялось всполохами яркого света. Уходя, закат бледнел, оставляя за собой синее небо, покрытое звёздами. Васильевич любил этот переход. Казалось, что присутствуешь при чём-то великом, значительном и непознанном.
В деревне Васильевича любили. Очень уж мастеровой человек получился. От работы не бегал. Печи ложил, дома строил, сараюшки для коров, с особым уклоном, чтобы убирать легче. Да и курятники на весь район прославились. Насесты в разных направлениях, гнёзда, как у птиц с витыми краями. Всё время повторял:
- Надо у природы учиться.
Теперь сердце Васильевича болело. Болело за внука. Очень уж неприспособленный. Ни дров нарубить, ни воды принести. Разбаловала городская жизнь.
Лёшка спрыгнул с ещё урчащего мотоцикла и внимательно смотрел на Васильевича:
-Дед, я тут тебе мешаю. Поеду завтра...
- Иди в дом. Приду - поговорим.
Васильевич закрыл гараж и вошёл в сенцы.
Бабушка Маруся хлопотала у стола, готовя ужин.
- Баб, я решил поехать завтра.
Бабушка всплеснула руками и опустилась на стул:
-Как же... у тебя ещё неделя, а ты раньше... Дед, что ты ему сказал?
Она грозно подбоченилась и сверкнула глазами. Дед снял сапоги, молча прошёл к умывальнику. Шумно пофыркивая, рассыпая капли, плеснул в лицо водой. Потом буркнул:
- Сам решил. - Чуть подумав, обратился к внуку.
- Я бы поучил тебя ещё. Лес, он тишину любит, а шум - это городские штучки.
Лёшка улыбнулся и, обращаясь к бабушке, сказал:
-Я там пел, в лесу. Акустика. Звук, как бумеранг улетает, круг делает и возвращается. Мне рассказывали - не верил, а тут воочию...
-Дед, а чего мы в болото не пошли? Могли и по кромке до дальнего леса...
Бабушка перекрестилась.
-Ты зачем ребёнка в Богуль потащил? Мало там людей пропало?
Решительность тона удивила Лёшку.
Он вспоминал - Богуль. Где он слышал это название?
Да, Базука, из чата рассказывал, что в средней полосе России есть место - там люди пропадают. Под ложечкой засосало. Страх и интерес боролись, наминая ему - Лёшке бока.
-Ладно, за стол - скомандовала бабушка. Ужинали молча. Каждый думал о своём. Васильевич взглянул на внука. Пред глазами отчётливо появился лес и он, Лешка, тонущий в трясине. Дед зажмурился, тряхнул головой, отгоняя наваждение.
-Ладно, езжай домой. Потом приедешь ещё.
Встал из-за стола и пошёл в комнату чинить сеть. Лёшка задумчиво жевал пирог:
-Бабуль, а что там?
- Плохой это интерес. Очень плохой. - Взгляд бабушки потускнел и стал тяжёлым. Тайна звала, разъедала и не отпускала.
Ночью Лёшка ворочался, видел болото, заросшее камышами в кочках и бурых подпалинах. Утром бодро собрался, и на автобусе отправился в город. Бабушка чуть всплакнула. Васильевич, крепко пожав руку, похлопал по спине:
-Ты смотри, осторожней.... Не надо туда ходить.- Будто прочитав мысли, сказал на ухо дед.
Лёшка кивнул. Автобус долго пылил по просёлочной дороге. Выехал на асфальт и весело побежал в город.
Шли недели, воспоминания утихли и превратились в тёплые чувства к бабушке с дедом. За работой проходили дни. Чаты забылись.
Этой ночью слетел движок важного сайта. Лешка, пять часов, не прерываясь, восстанавливал коды. Всё закончилось благополучно, и он по старой памяти нажал знакомую ссылку. В глаза бросилось название форума. Сердце заколотилось, что-то всколыхнуло память. В форуме собирали экспедицию для обследования местности Богуль. Адрес дедовой деревни. На минуту Лёшка задумался. А стоит ли? Вспомнил про недогулянную неделю. Написал сообщение.
В назначенный день на автовокзале собралась компания исследователей. Руководитель Олег много знал про аномальные зоны. С видом бывалого человека рассказывал, что ждёт, и как будет проходить экспедиция.
- На обратном пути заскочу к деду с бабушкой,- подумал Лёшка. Микроавтобус проехал мимо деревни, направляясь в места бывшей охоты.
С самого утра Васильевич чувствовал беду. Сердце сжимало, тискало.
-Пойду в лес.
Бабушка, зная, как Васильевичу помогает лесной воздух, кивнув головой, согласилась.
Дед ехал заброшенной дорогой. Всё было так же, но что-то изменилось. Положив привычную корягу на мотоцикл, Васильевич двинулся в сторону болота.
Аккуратно прошёл по кромке леса. На поляне стояла машина и три палатки. Дед присел на пенёк. Сердце сдавило ещё сильнее. Опустив голову, пытаясь глубоко вздохнуть, прикрыл глаза и потерял сознание.
Лёшка натягивал палатку всё время вспоминая про деда. Очень хотелось, чтобы он был рядом. Под ложечкой засосало. Вернулось то странное ощущение. Отгоняя страх, он стал насвистывать. Люди переговаривались и обустраивали ночлег. Костёр, полыхал языками, напоминая тот виденный с дедом закат. Лёшке показалось, что кто-то назвал его по имени. Он оглянулся. Кроме загорелого соседа, укрепляющего котелок над костром, никого. Зажал уши.
- Внук,
- Это дед, - Лёшка бросил верёвку.
Какая-то сила подняла, поставила на ноги и потащила в лес. Он шел, спотыкаясь о кочки, пытаясь сопротивляться. Но то, что вело, было сильнее.
У края поляны в лесу он заметил тени, они ходили над одним местом и исполняли странный танец. Уже по своей воле Лёшка рванул туда. Сила пропала. Он сам продирался сквозь кусты, царапая лицо и руки. Губы самопроизвольно шептали:
-Дед, я рядом, дед.
Около пня без сознания лежал Васильевич. Лёшка упал на колени, поднял деда на руки сел на пень:
-Пульс - рука нащупала слабый пульс на шее.
-Живой, срочно к врачу.
Лёшка собрал все силы, но вдруг почувствовал, что не может встать.
Страшное ощущение.
-Парализация, - подумал он.
- Глаза двигаются. Что есть вокруг?
Аналитический ум заработал быстрее. Лешка ощутил, что время приобрело другую структуру. Как будто отдвинулось и остановилось. Васильевич до сих пор не закончил вдох:
-Когда выдох? - Лёшке казалось, что он перестал дышать, но не умирает.
-Компьютерный эффект, трёхмерная графика в действии.
Лешка освоился с новой реальностью. Это захватывало - что-то происходило. Казалось, открылся большой компьютер, который загружает особую программу неизвестную этой планете.
Тени сгустились. По коже пробежали электрические разряды. Неприятно, но боли не было. Резко вернулась та сила, которая несла по поляне. Лешка встал, ему казалось, что он, как гутаперчивый, подпрыгнул над землёй. Ринулся в те же кусты с Васильевичем на руках. Навстречу бежали люди. Лешка видел что-то невероятное, казалось - он зритель, который смотрит эту картину. Движения замедлялись и становились тяжеловесными. Вернулась тяжесть в руки, ноги. Спину заломило в позвоночнике. Двое мужчин подхватили Васильевича и отнесли к автобусу. Засуетились девушки, побежали за аптечкой.
Васильевич открыл глаза, посмотрел на всех, встал. Румянец прилил к щекам.
- Ну, дед, напугал ты нас - выдохнул Олег с облегчением.
Лешка сидел за машиной на четвереньках и тупо смотрел в траву.
- Перезагрузка - бледные губы повторяли одни и те же слова.
- Дед, вон твой спаситель.
- Алексей, внук... - Дед вновь побледнел.
Группа стояла вокруг Лешки, не понимая, что происходит.
-Давай водки,- скомандовал Олег.
Полкружки влили в Лешку. Он морщился, кривил лицо.
Олег хорошо понимал симптомы аномальных зон. Единственное, чего он не мог понять, почему с ним никогда ничего не происходило. Он видел и слышал тысячи очевидцев. Посвятил последние годы аномальным зонам, но всё проходило мимо. Получалось, что он просто собирал то, что рассказывали очевидцы. И вот на его пути ещё один. Внутри всё взбунтовалось:
- Почему не я?
Лешка сел на траву и пьяно мотал головой из стороны в сторону. Потом упал на бок и затих. Васильевич, причитая, опустился на колени. Девушка опередила, приложив руку к груди.
-Жив, только пьяный. Спит.
Васильевич засиял детской улыбкой.
-Где вы были? - Олег стоял над дедом.
-Ехали бы вы из этого места, тяжелое оно. - По-стариковски вздохнул Васильевич. Опомнившись, спросил:
-А ружьишко моё никто не принёс?
-Нет, - Олег просиял, - пойдём ружьё искать?
Дед кивнул, показав пальцем на внука, спросил:
-А он? - Лёшка расслабился и блаженно улыбался.
С ним Аня побудет. Васильевич улыбнулся Ане, подумал:
-Хорошая. Может внук влюбится, пора уж.
Пошёл вперёд. Олег всё спрашивал про людей, какие легенды, кто что видел. Васильевич остановился:
- Не спрашивай. Тебе это место само ответит, оно не любит болтливых.
Олег притих, озираясь, снимая происходящее на камеру. Дед перекрестился и полез в кусты. За ним следовал Олег.
-Ты стрекоталку то убери, а то чего-нибудь прихватишь из леса.
Васильевич добродушно улыбнулся.
-А вот и ружьишко. Я его ещё в восемьдесят пятом купил. Старенькое, но ни разу не подводило.
Васильевич вышел на поляну. Олег снял место, где нашли ружье, и вышел вслед за остальными.
Ночью дед остался с внуком. Чуть свет на поляну въехал старенький мотороллер. Бабушка Маруся сняла плащ и направилась к палаткам.
У костра в мешке зашевелился человек.
-Вы деда не видели? Васильевича?
Бабушка подошла к палатке и прошипела:
-Дед, выходи!
Лешка открыл глаза. Хотелось пить, пустая голова звенела как колокол. Всё болело и не хотело двигаться. Ещё голос бабушки разливался в воздухе, обжигая, как зубная боль.
-Дед, - повторила бабушка.
Лешка, собрав силы, выполз из палатки.
- И ты тут? Когда успели сговориться?
Бабушка говорила тихо, выделяя каждое слово. И каждое слово впивалось в мозг тысячей острых иголок.
- Я тебе всё объясню, только воды хлебну.
-У-у-у, - дух от тебя внучок.
Дед выполз за Лешкой:
- Машунь, он меня спас.
Бабушка побледнела и села на траву.
- Живой... Не пропал... А Лёша, он...
Олег наблюдал всю сцену.
- Здравствуйте, я Олег - руководитель экспедиции.
Бабушка внимательно посмотрела ему в глаза. Волосы на затылке зашевелились. Что-то страшное было в этом взгляде.
-Хорошо, - глухо сказала бабушка, - Всю жизнь бегала от этого места. Да, видно время пришло в этом же месте каяться. С грузом живу. А если пропаду, так хоть кто-нибудь узнает, да умней будет.
Олег включил камеру.
-Сядьте вокруг костра. - Мария огляделась. - И машину туда, к мотороллеру отгоните, там, место хорошее.
Когда убрали машину, Олег увидел белые бороздки, идущие по всей поляне, рисующие странный узор. Травы скрывали, но теперь непонятным образом были разделены на проборы.
- Сядьте, - бабушка говорила тихо, но почему - то всем захотелось её слушаться.
-Сидите спокойно, что бы ни увидели, через несколько минут всё закончится.
Лес стих. Люди сидели вокруг костра. Огонь взмыл вверх и замер. Приехавшие удивлённо переглянулись.
Бабушка напряглась и потянулась вперёд. Все, глядя на нее, автоматически повторили движение. Над поляной по светлым линиям заскользили тени. Они поднимались и опускались, исчезали и вновь появлялись. Какой-то неведомый танец происходил на глазах очевидцев. Олег не двигался, держа самый широкий фокус в камере. Тени приблизились, прошли сквозь них. С людьми начали происходить непонятные изменения.
Олег сидел, тупо повторяя:
- Я теперь знаю.
Люди впали в странный транс. Лешка смотрел на всех и не понимал, что происходит. Через несколько минут всё закончилось, травы приняли обычное положение. Поляна вновь стала прежней.
Лёшка тряс за плечи то одного, то другого.
Бабушка с остекленелыми глазами шептала:
-Господи. Прости!
Дед, молча смотрел на траву.
Девушки плакали, смеялись, корчили рожицы.
Водитель заворачивал гайку несуществующим ключом.
- Почему я не впал в трас? - Лёшка вспомнил кружку с отвратительной жидкостью, потом тишина, темнота.
Помчался к машине, достал водку. Взял кружку, пошёл по кругу. Все глотали и падали.
- Сонное царство, - подумал Лёшка.
Чтобы отвлечься, подбросил дрова в костёр, попил воды. За деревьями вновь заплясали тени.
-Нет, больше не пойду. - Закрыл глаза и отключился.
Закат полыхал красным пламенем. Люди на поляне проснулись, как по команде.
Олег встал и стал всех собирать в путь.
Бабушка позвала заночевать в деревне. Все согласились. Она повезла деда к его тайнику, затем мотороллер, мотоцикл и микроавтобус направились к дому.
У въезда в деревню встретился Михалыч, директор совхоза.
Сказал, что утром была яркая вспышка и выгорела вся подстанция, света нет.
Все заговорили разом. Каждому хотелось выразить свои ощущения. Лешке казалось, что он попал в огромный, жужжащий улей. Закрыл уши ладонями. Зазвучали колокольчики. Отпустил руки - вновь шум голосов.
Бабушка зажгла свечи, расставила на столе ужин. Все молчали.
Бабушка попросила больше не ездить в то место. Набив рот, все послушно кивали головами.
- Нам было по пятнадцать, когда нас одних отпустили в лес по ягоды. Восемь девчонок было. Самые смелые и отчаянные. Никого не боялись. Долго ходили, место ягодное искали. Так и зашли глубоко в лес. По ягодке, по ягодке - всё дальше. А ягоды, как грузди, росли длинными рядами. В других лесах кустами и кучками - вместе, а тут, будто грядки сажали. Вот мы и взяли, каждая по полоске и кто быстрей корзинку наберёт. Брали, а по сторонам и не смотрели. Набрала первая и как закричу:
-Я первая.
А звук описал дугу и ко мне вернулся. Обрадовалась и давай ещё пуще кричать.
Тут и случилось страшное. Тени заходили. Девчонки побросали корзинки и бежать. А тени как будто в догонялки играть стали. Я стою, а возле меня выплясывают. Потом вижу - девчонки падать стали. Как сквозь них тень пронесётся, так их насквозь видно, а потом падают, каменеют. Тени наигрались, да поисчезали. Я долго ещё стояла, потом пошла. Подхожу к девчонкам, а они на четвереньках стоят и шатаются. Я их уговаривала, уговаривала, ругалась тихо, слова грубые и ласковые говорила. Ничего не помогало. Так их всех стащила под дерево и в деревню за помощью побежала. Когда с взрослыми пришли, только две оказались на месте. Корзинки все пустые нашли, но длинных грядок ягод не было.
Их лечили, они до сих пор в городе, в больнице. Стареть перестали, но до сих пор не соображают. С ложечки кормят. А меня с тех пор боятся. Вот деда любят. После этого случая стала из дерева вырезать, да мастерить.
В тех местах четыре раза была, но теней больше не видела. Вот вам они показались.
Бабушка вздохнула.
- Ну, ладно. Спать пора.
Расположились на полу.
Утром экспедиция отправилась в город.
Олег молчал, потом подсел к Лёшке.
- Ещё поедешь с нами?
Лешка оглянулся. Голубые глаза лучились и улыбались. Было в них что-то родное: